close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

858.Вестник Тверского государственного университета. Серия История №3 2013

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ТВЕРСКОГО
ГОСУДАРСТВЕННОГО
УНИВЕРСИТЕТА
Научный журнал
Основан в 2003 г.
№ 22, 2013
Зарегистрирован в Верхне-Волжском региональном территориальном управлении
МПТР РФ ПИ № 5-0914 от 31.05.2004 г.
Серия «История»
Выпуск 3
2013
Учредитель
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ
ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
«ТВЕРСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»
Редакционный совет:
Председатель А. В. Белоцерковский, зам. председателя И. А. Каплунов
Члены редакционного совета: Е. Н. Брызгалова, Б. Л. Губман, А. А. Залевская,
И. Д. Лельчицкий, Т. Г. Леонтьева, Д. И. Мамугулашвили, Л. Е. Мошкова, Ю. Г. Папулов, Б. Б. Педько, А. Я. Рыжов, А. А. Ткаченко, Л. В. Туманова, А. В. Язенин
Редакционная коллегия серии:
Т. Г. Леонтьева, доктор ист. наук, профессор (ТвГУ, глав. редактор); П. Д. Малыгин,
кандидат ист. наук, доцент (ТвГУ, зам. глав. редактора); С. В. Богданов, кандидат
ист. наук (ТвГУ, отв. секретарь); А. В. Белова, доктор ист. наук (ТвГУ);
В. П. Булдаков, доктор ист. наук (ИРИ РАН, Москва), И. Г. Воробьёва, доктор ист.
наук, профессор (ТвГУ), Ю. С. Пивоваров, академик РАН (Москва); Н. Л. Пушкарёва,
доктор ист. наук, профессор (ИЭА РАН, Москва); В. В. Шелохаев, доктор ист. наук,
профессор (ИРИ РАН, Москва)
Р. Kaрaгъозов, профессор (Университет св. Климента Охридского, София, Болгария),
Д. Орловски, профессор (Southern Methodist University, Dallas, США); И. Тютюнджиев,
доктор исторических наук, профессор (Университет свв. Кирилла и Мефодия, Велико
Тырново, Болгария), Гр.Фриз, профессор (Brandeis University, Waltham, США),
Л. Штайндорф, профессор (Cristian-Albrechts-Universitдt, Kiel, Германия)
Журнал «Вестник Тверского государственного университета. Серия: История»
включён в Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий (решение Президиума Высшей аттестационной комиссии Минобрнауки России от 19
февраля 2010 года № 6/6)
Адрес редакции:
Россия, 170100, Тверь, ул. Желябова, 33.
Тел. РИУ: (4822) 35-60-63
Все права защищены. Никакая часть этого издания не может быть репродуцирована
без письменного разрешения издателя.
© Тверской государственный университет, 2013
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
СОДЕРЖАНИЕ
ИСТОРИЯ РОССИИ
Богданов С. В. О формировании состава поручителей в духовных
грамотах великого князя Василия I ...................................................................... 3
Дауэнгауэр
О. В.
Правительственные
организации
и
агрономическая помощь крестьянским хозяйствам в период
аграрной реформы П. А. Столыпина (на материалах Тверской
губернии) ................................................................................................................... 26
Болокина Л. А. Социально-экономическое развитие Калининской
области во второй половине 1930-х годов (по материалам
протоколов партийных собраний) ..................................................................... 39
АРХЕОЛОГИЯ. ЭТНОГРАФИЯ. ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
Фролов А. А. Новые материалы по средневековой исторической
географии земель Ржевы Володимеровой ....................................................... 55
СТРАНИЦА АСПИРАНТА
Гряник В. А. Государственный переворот 1929 г. в Королевстве
сербов, хорватов и словенцев .............................................................................. 87
СООБЩЕНИЯ
Малыгин П. Д. Писцовые книги Торжка и Твери 1620-х годов (О
сравнительно-историческом
и
ретроспективном
методах
исследования топографии средневековых городов) ..................................... 98
Матисон А. В. Генеалогия тверских священно- церковнослужителй
Моревых и епископ Амвросий (Морев) .......................................................... 110
Синова И. В. Гендерный анализ девиантного поведения подростков
на рубеже XIX–XX веков ....................................................................................... 116
Иванова Н. И. История страны – история рода – история семьи ............... 126
К ЮБИЛЕЮ УЧЁНОГО
Воробьёва И. Г. Александр Николаевич Савин и его ученики в
Твери: к 140-летию со дня рождения ............................................................... 133
КРИТИКА. БИБЛИОГРАФИЯ. НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ
Богданов С. В. Сколько было винокуренных заводов в Тверской
губернии в XVIII, XIX и начале XX в.? (О книге К. И. Юрчук
«Списки винокуренных заводов России XVIII–XIX вв. / под ред.
Ю. Ю. Иерусалимского. Ярославль: “Ещё не поздно!”, 2010. – 284
с.» - 100 экз. ) ............................................................................................................. 148
CONTENTS .................................................................................................................. 165
СВЕДЕНИЯ ДЛЯ АВТОРОВ ................................................................................... 166
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 3–25.
ИСТОРИЯ РОССИИ
УДК 94 (47) “14/15”(09)
О ФОРМИРОВАНИИ СОСТАВА ПОРУЧИТЕЛЕЙ В ДУХОВНЫХ
ГРАМОТАХ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ВАСИЛИЯ I
С. В. Богданов
Тверской государственный университет, кафедра отечественной истории
На основании анализа списка поручителей в духовных завещаниях великого князя Василия Дмитриевича представлен состав поручителей, который, как установлено автором, формировался в соответствии с заключёнными договорами (докончаниями), когда «младшие князья» московского княжеского дома отказывались от прав на великое княжение в
пользу сына великого князя Василия Дмитриевича. Установлено, что
процедура создания духовных завещаний великого князя сопровождалась конфликтами, поскольку не все князья московского княжеского дома отказывались от наследного права.
Ключевые слова: Василий I, великий князь, духовная грамота, докончание, князь Константин Дмитриевич, князь Ярослав Владимирович, князь
Владимир Андреевич, князь Иван Владимирович.
В московском княжеском архиве сохранились 9 духовных завещаний великих князей, составленных в XIV – первой половине XV вв., все
они опубликованы1. Духовные грамоты великого князя Василия Дмитриевича2 в этом ряде документов занимают особое место. В них впервые в качестве наследника великого стола был назван сын завещателя, а не его
брат. В связи с этим в текстах грамот содержатся нормы, в соответсвии с
которыми на определённый круг лиц возлагались обязанности по исполнению последней воли завещателя, что, как показало время, было актуальным
в московском княжеском доме.
В духовной грамоте великого князя Ивана Даниловича обязанности
исполнения воли завещателя возлагались на старшего сына, становившегося великим князем («А приказываю тобh, с(ы)ну сво~му Семену, братью
1
Иван Данилович – 1 завещание (2 варианта), Семен Иванович – 1, Иван Иванович
– 1 (2 экземпляра), Дмитрий Иванович – 2 (1375 и 1389 г.), Василий I – 3, Василий II –
1 (См.: Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей (далее – ДДГ).
М., 1950).
2
Сохранилось три подлинных духовных грамоты великого князя Василия Дмитриевича и список с духовной (за двумя завещаниями и списком, хранящимися в Государственном Древлехранилище РГАДА под № 13, 15 и 16, закрепились именования
«второе», «третье» завещания и список с «третьей» грамоты).
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
твою молодшую и кн#гиню свою с меншими дhтми, по бозh ты имъ будешь
печалникъ»3), в духовной Симеона Ивановича – на братьев Ивана и Андрея
(«А все есмъ се положилъ на бозh и на своеи братьh, на кн#зи на Иванh и на
кн#зи на Андрhи»4). В духовной грамоте Ивана Ивановича, в первой и второй духовных грамотах Дмитрия Ивановича такой нормы нет, в них ответственность за нарушение норм княжеского завещания выражена в общей
формуле «А хто сю грамоту порушить, судить ему богъ, а не буди на немъ
моего благословень" ни в сии вhкъ ни в будущии»5 («А хто иметь сю грамоту чимъ рушати…» в первой духовной Дмитрия Ивановича).
В первой и последующих духовных грамотах великого князя Василия Дмитриевича впервые определённо были указаны лица, на которых
возлагалось исполнение последней воли завещателя: «А о своемъ сынh и о
своеи кн#гинh покладаю на бозh и на своемъ д#дh, на кн#зи на Володимерh
Ондрhевичh, и на своеи братьи, на кн#зи на Ондрhh Дмитриевичh и на кн#зи
на Петрh Дмитриевичh, по докончанью, как с# иметъ печалова»6. Абсолютным новшеством эту норму назвать нельзя, имея в виду духовную грамоту
Симеона Ивановича, однако совершенно очевидно, что определение состава ответственных лиц здесь объясняется первым отмеченным выше новшеством – новым великим князем назывался сын, а не следующий по старшинству брат7. Этого в духовной грамоте Симеона Ивановича нет, как не
указывается в ней и будущий великий князь. В духовном завещании Василия II повторена норма духовных грамот Василия I: в этом документе поручителем исполнения воля завещателя указан король польский и литовский Казимир8.
В первом завещании Василия I в составе поручителей упоминаются
как братья Василия I – Петр и Андрей, так и его дядя – серпуховской князь
Владимир Андреевич. Во второй и третьей духовных грамотах Василия I
состав поручителей претерпел изменения: вместе с князьями Андреем и
Петром Дмитриевичами поручителями указаны великий литовский князь
Витовт – дед будущего великого князя, родной брат князь Константин
Дмитриевич (указан во «второй» грамоте) и сыновья серпуховского князя
Владимира Андреевича Ярослав и Семён9. В «третьей» грамоте в составе
поручителей князь Константин Дмитриевич уже не значится, и это странное обстоятельство представляет интерес. Дело в том, что «вторая» грамота
3
ДДГ. С. 8, 10 (духовные Ивана Даниловича).
Там же. С. 14.
5
Там же. С. 17, 19, 25, 36.
6
Там же. С. 57.
7
В духовной грамоте Симеона Ивановича судьба великого княжения не определена, в этом документе речь идёт о наследстве самого Симеона Ивановича.
8
ДДГ. С. 197.
9
Там же. С. 59, 62.
4
–4–
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
традиционно датируется в пределах июнь 1416 – февраль 1419 г.10, а «третья» – мартом 1423 г.11, и при такой последовательности документов получается так, что князь Константин Дмитриевич был включён в состав поручителей до конфликта с Василием I и отъезда в Новгород в феврале 1419
г.12, а в марте 1423 г. в их числе он уже не значился, хотя вернулся в Москву ещё весной 1421 г. и в конфликты с великим князем уже не вступал.
Эта странность позволяет задать вопрос: как определялся состав тех,
кому Василий I поручал судьбу своего сына, будущего великого князя? На
этот вопрос в отечественной историографии прямого ответа нет, хотя духовные завещания московских князей изучаются давно и плодотворно. Некоторые наблюдения по этому поводу содержатся в работах, в которых
рассматривается история составления «второго» и «третьего» духовных завещаний Василия I, при этом факт отсутствия или присутствия поручителей используется как один из датирующих признаков.
В отечественной историографии основанием для определения даты
составления «третьего» духовного завещания – март 1423 г.13 – служили
две пометы на списке (документ № 16) с этой грамоты: 1) «Список з грамоты, что поимал Олексёи з собою в Литву, коли с митрополитом поёхал с
Фотёем на средохрестье» (после текста завещания) и 2) «Список с тое грамоты, что пошла к великому князю Витовту с Олексёем в лёто 30 первое, з
середохрестья (на обороте списка)14. Первым, кто обратил внимание на
этот датирующий признак, был А. Е. Пресняков. Учёный отметил, что вторая запись была сделана на обороте списка, современного подлиннику, рукой того же писца, которым был написан список. Первая же запись, по
мнению А. Е. Преснякова, была сделана другой рукой15. Короткий экскурс
А. Е. Пресняков завершил так: «Издана грамота с подлинника; вероятно,
поэтому надписи на списке остались незамеченными и неизданными»16.
Действительно, при публикации грамоты в «Древней Российской Вивлиофике» была принята явно ошибочная дата «1455 г.»17, а в «Собрании государственных грамот и договоров» была указана дата «1424 г.»18
10
Там же. С. 60; Черепнин Л. В. Русские феодальные архивы XIV–XV вв. М.; Л.,
1948. Ч. 1. С. 88–90.
11
ДДГ. С. 62.
12
Можно было бы считать, что конфликт с великим князем и составление завещания не имели между собой связи – князь Константин мог быть недовольным другими
действиями великого князя, например, тем, что он покушался на его вотчинные владения. Однако летописные данные, о которых пойдет речь далее, указывают на явную
связь конфликта с составлением какого-то документа, под которым обычно подразумевают завещание.
13
См.: Пресняков А. Е. Образование Великорусского государства. Петроград, 1918.
С. 351. Прим. 2; Черепнин Л. В. Указ. соч. С. 91.
14
См.: ДДГ. С. 62.
15
Пресняков А. Е. Указ. соч. С. 351, прим. 2.
16
Там же.
17
Древняя Российская Вивлиофика: изд. 2-е. М., 1788. Ч. 1. С. 153–158.
18
Собрание государственных грамот и договоров (далее – СГГД). М., 1813. Ч. 1. №
42. С. 83–85.
–5–
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Л. В. Черепнин на основании этих помет признавал список с
«третьей» грамоты современным подлиннику19 (при издании подлинника
список был датирован XV в.20), а временем составления подлинника этого
духовного завещания считал 1423 г. Учёный обратил внимание на отсутствие среди поручителей имени князя Константина Дмитриевича и объяснил
это обстоятельство тем, что Василий I из-за ссоры, произошедшей в 1419
г., «вычеркнул» брата из числа тех князей московского княжеского дома,
кому он «приказывал» свою жену и сына21. Но как долго продолжалась эта
«опала», какое положение занял князь Константин Дмитриевич после возвращения в Москву в 1421 г., существовали ли после этого причины для
исключения князя Константина из состава поручителей? Ответы на эти вопросы Л. В.Черепнин не дал.
Иначе вопрос датировке «третьей» грамоты решал А. А. Зимин.
1423 г. им был принят за верхнюю хронологическую границу, а по факту
отсутствия в тексте имени Константина Дмитриевича исследователь датировал документ периодом от 1419 г. до января–февраля 1423 г. По мнению
А. А. Зимина, в марте 1423 г. эта грамота была лишь отвезена в Литву22.
При правильной, на наш взгляд, постановке вопроса предложенные А. А.
Зиминым столь широкие хронологические рамки составления этого завещания представляются не вполне убедительными. Известно, что князь
Константин Дмитриевич возвратился в Москву в 1421 г. (очевидно, ранней
весной), очевидно, примирившись с великим князем; почему в таком случае документ не мог быть составлен до возвращения князя Константина в
Москву, т. е. до 1421 г.? Если данный документ был составлен в 1419 г., то
почему его так долго не предъявляли Витовту?
Л. В. Черепнин и А. А. Зимин исходили из молчаливого признания
того, что имена князей-поручителей и при этом ближайших родственников
Василия I, в частности Константина Дмитриевича, должны были быть указаны в завещании в обязательном порядке. Отсутствие имени этого князя
историки объясняли личной позицией великого князя Василия I – «вычеркнул» имя брата из-за конфликта.
Схожим образом рассуждает и Д. И. Иванов: действия Василия I мотивируются тем, что при оформлении в начале 1423 г. «очередного» завещания Василий I возможной угрозе со стороны Юрия и Константина
Дмитриевичей (Иванов называет их «честолюбивыми братьями») противопоставил поддержку великого князя литовского Витовта, переговоры с ко-
19
Черепнин Л. В. Указ. соч. Ч. 1. С. 91. В. А. Кучкин справедливо указывает, что
это именно список с последнего завещания Василия I, а не подлинник, как полагает
Б. М. Клосс (Кучкин В. А. Антиклоссицизм // Древняя Русь: Вопросы медиевистики.
2003. № 3(13). С. 128, прим. 80).
20
ДДГ. № 22. С. 62.
21
Черепнин Л. В. Указ. соч. С. 92.
22
Зимин А. А. О хронологии духовных и договорных грамот XIV – XV вв. // Проблемы источниковедения. М., 1958. Вып. 6. С. 293–294.
–6–
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
торым шли в 1420–1421 гг. в ходе поездки в Литву митрополита Фотия23.
Иначе говоря, отсутствие имени князя Константина Дмитриевича в этой
духовной грамоте в данном случае объясняется стремлением Василия I застраховать себя и сына от возможных претензий на великокняжеское достоинство со стороны Юрия и Константина (столкновение Василия I с Константином Дмитриевичем Д. И. Иванов связывает с вопросом о престолонаследии и справедливо считает, что оно явилось «первым свидетельством
назревавшего кризиса в междукняжеских отношениях»24). Но были ли эти
опасения обоснованными? Константин Дмитриевич возвратился в Москву
ранней весной 1421 г. и впоследствии его отношения с Василием I, по всей
видимости, были бесконфликтными – кризис в междукняжеских отношениях проявился только в феврале 1425 г., но князь Константин Дмитриевич
тогда выступил на стороне Василия II, а не Юрия Дмитриевича.
Вопрос о датировке «второго» и «третьего» завещаний Василия рассматривает и Б. М. Клосс. «Вторую» духовную грамоту исследователь датирует временем между 1423 и 1425 гг.25, «третья» же грамота, по его мнению, была составлена не ранее 1421 г. (аргументов в пользу такой датировки Б. М. Клосс не приводит), и при этом сохранился не написанный рукой
Алексея Стромилова подлинник, а копия, выполненная Тимофеем Ачкасовым. Эту копию, по мнению Клосса, Стромилов возил в Литву в марте
1423 г.; другая копия этого времени (грамота № 16) была выполнена Тимофеем Ачкасовым, но неизвестно кем она была заверена (Клосс считает,
что окончание грамоты с возможными печатями отрезано)26. Справедливую критику эти выводы Б. М. Клосса вызвали у В. А. Кучкина27. Предложенные датировки В. А. Кучкин не принял, оспаривая, прежде всего, наблюдения Б. М. Клосса над палеографией грамот28.
Одним из датирующих признаков Б. М. Клосс традиционно признаёт присутствие князей-поручителей при составлении документа: так, факт
отсутствия в Москве князя Ярослава Владимировича (в 1414 г. он выехал в
Литву29, в 1421 г. вернулся в Москву30), по его мнению, препятствует датировке «второго» завещания временем до 1421 г. (на это обстоятельство ука23
Иванов Д. И. Московско-литовские отношения в 20-е годы XV столетия // Средневековая Русь. М., 1999. Вып. 2. С. 84–85.
24
Иванов Д. И. Указ. соч. С. 82.
25
Клосс Б. М. Избранные труды. М., 1998. Т. 1: Житие Сергия Радонежского. С. 118–119.
26
Там же. Б. М. Клосс пишет следующее: «1) Несмотря на то, что в грамоте № 13
указан писец – дъяк великого князя Тимофей Ачкасов, в грамоте № 15 – дъяк великого
князя Алексей Тромилов, а грамоте № 16 считается вообще поздней копией, все эти
грамоты написаны одним почерком (судя по всему, Тимофеем Ачкасовым). Таким образом, грамоту № 16 следует признать не поздней копией, а ещё одним подлинником,
причем и пометы на её обороте принадлежат основному писцу».
27
См.: Кучкин В. А. Указ. соч. С. 127–129.
28
Там же. С. 128.
29
Как сообщается в Супрасльской летописи, Ярослав Владимирович «приде» в
Литву из Орды (ПСРЛ. Т. 35. С. 54).
30
ПСРЛ. Т. 25. С. 241, 245.
–7–
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
зывал ещё А. В. Экземплярский31; об этом же, в сущности, писал И. Б. Греков, но он же указывал на отсутствие в Москве Константина Дмитриевича32; сомнительным факт включения в текст скрывавшегося в Литве Ярослава Владимировича представляется Д. И. Иванову33).
Отсутствие имени князя Константина Дмитриевича в «третьей» грамоте остаётся пока без удовлетворительного объяснения. Была ли грамота
составлена в его отсутствие, как предполагал А. А. Зимин (т. е. здесь главный фактор – присутствие при составлении документа), или же Василий I
сознательно не включил имя князя в своё завещание, вычеркнув его из списка поручителей после конфликта 1419 г., как думал Л. В. Черепнин (в этом
случае основой фактор – личная воля великого князя)? По линии размышлений А. А. Зимина в отечественной историографии противопоставленным
оказались два мнения: присутствие имен князей-поручителей, определённых
завещателем, было обязательным при составлении духовной грамоты и присутствие этих лиц было необязательно, они, так сказать, участвовали в процессе «заочно». Этого мнения придерживается В. А. Кучкин, полагая, что
отсутствие при составлении великокняжеского тестамента лиц, несших ответственность за его осуществление, не влияло на включение их имени в
текст (в качестве аргумента В. А. Кучкин указывает, что великий князь Витовт также отсутствовал в Москве в момент составления завещаний, но это
не отразилось на включении его имени в текст)34.
Вопрос о присутствии при составлении завещания поручителей неоднозначен. Так, серпуховский князь Ярослав Владимирович указан поручителем в двух документах, но на предполагаемый момент составления «второго» завещания он скрывался в Литве (стало быть, здесь прав В. А. Кучкин в
том, что присутствие поручителей было необязательным, и следовательно,
этот фактор не может оказывать влияние на решение вопроса о дате составления документа), а во время составления «третьей» грамоты князь был в
Москве, значит присутствовал и при составлении текста завещания. Князь
Константин Дмитриевич во время составления «третьей» грамоты был в Москве, но в тексте документа он не указан, хотя назван во «второй» грамоте
(это обстоятельство объясняется «исключением» из состава поручителей).
Данный аспект представляет причину для размышлений. Дело в том,
что и в обоих случаях причина включения (или исключения) княжеских
имён в духовную грамоту оказывается одна – воля великого князя. Но, на31
Экземплярский А. В. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период. СПб., 1889. Т. 2. С. 307–308.
32
Греков И. Б. К вопросу о датировке так называемой «второй духовной грамоты»
московского князя Василия I // Проблемы общественно-политической истории России
и славянских стран. М., 1963. С. 144–145. И. Б. Греков не объяснял отсутствие имени
князя Константина в «третьей» грамоте, но полагал, что в 1424 г. (этим годом исследователь датировал «вторую» духовную грамоту) конфликт Василия I с Константином
был забыт или отодвинут на второй план, поэтому князь Константин был включён в
состав поручителей.
33
Иванов Д. И. Указ. соч. С. 88.
34
Кучкин В. А. Антиклоссицизм. С. 129.
–8–
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
до полагать, процесс создания такого рода документов имел определённую
правовую основу, которая выяснена пока явно недостаточно. До сих пор
исследователи задавали вопросы «почему князь исключен из текста завещания?» и «могло ли имя князя быть вписано в текст завещания, если он не
присутствовал при составлении документа?»; нам представляется, что более продуктивно искать ответ на другой вопрос: «на каких основаниях князья включались в состав поручителей?».
***
В 1419 г. произошло событие, имеющее большое значение для нашей темы.
В великокняжеском летописании сообщается о том, что великий
князь Василий I «въсхотЪ подписати под сына своего Василья», а «Князь
же Костянтинъ не всхотЪ сотворити воли его»35. В Новгородской первой
(далее – Н1), а вслед за ней в Новгородской четвёртой (далее – Н4) летописях отъезд князя Константина из Москвы объясняется не так завуалировано: «… а про то былъ въ Великомъ НовЪгороди, зане же братъ его князь
великiи Василеи хотЪлъ его привести в крестное целованiе подъ своего
сына князя Василiа, и онъ не хотя быти под своимъ братаничемъ»36. Константин покинул Москву и был лишён Василием I «отчины»37. В Н1 описываются жёсткие действия Василия I по отношению к непокорному брату
после отъезда последнего в Новгород: «… и князь Василии возверже нелюбье на него, и отъима у него всю отчину и бояръ его поима и села и животы
их отъима»38.
Исследователи полагали, что этот конфликт возник из-за принципов
наследования великого стола39. Высказывалось мнение, что спор возник изза великокняжеского завещания Василия I, которое подчиняло братьев Василия I его сыну40. С. М. Соловьёв рассуждал схожим образом: так, он
прямо указывал, что конфликт возник из-за того, что князь Константин не
захотел отказаться от своих прав в пользу племенника41. Но при этом име35
См., напр.: Полное собрание русских летописей (далее – ПСРЛ). М., 2004. Т. 25.
С. 244.
36
ПСРЛ. М., 2000. Т. 4. С. 427.
37
ПСРЛ. М., 2007. Т. 18. С. 165;.
38
ПСРЛ. М., 2000. Т. 3. С. 412; М., 2000. Т. 4. С. 428.
39
Н. М. Карамзин писал именно об этом: «Следуя новому уставу в правах наследственных, Великий Князь требовал от братьев, чтобы они клятвенно уступили старейшинство пятилетнему сыну его, именем Василию. Константин не хотел сделать того и
лишился удела» (Карамзин Н. М. История государства Российского. СПб., 1819. Т. 5.
С. 214).
40
Экземплярский А. В. Указ. соч. Т. 2. С. 135, прим. 338; Черепнин Л. В. Указ. соч.
Ч. 1. С. 89–90; Зимин А. А. Указ. соч. С. 292–293.
41
С. М. Соловьёв писал: «Но когда Василий в 1419 году потребовал от братьев,
чтоб они отреклись от прав своих на старшинство в пользу племянника, то Константин
оказал явное сопротивление. “Этого от начала никогда не бывало”, – говорил молодой
князь; Василий рассердился, отнял у него удел, и Константин ушел в Новгород, убежище всех недовольных князей; однако скоро он уступил требованиям старшего брата
–9–
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
нитый историк связал конфликт с междукняжескими докончаниями, однако эту свою мысль развивать не стал42. А. Е. Пресняков также размышлял о
связи конфликта с великокняжеским завещанием, в соответствии с которым великий стол наследовал сын Василия I, но при этом осторожно писал,
что протест князя Константина не мог быть связан с его личными претензиями на великое княжение. По мнению историка, дело сводилось «к вопросу о семейном положении, вопросу почёта»: Константин Дмитриевич
не хотел ставить подпись под именем племянника и тем самым признать
старшего великокняжеского сына старшим себе братом43. Но что значит
«ставить подпись»? И под чем она должна была быть поставлена?
Укажем на ещё одно обстоятельство. В современной историографии
«вторая» духовная грамота датируется более поздним временем (1424 или
второй половиной 1423 г.44). В этом случае отпадает необходимость в объяснении того факта, что это завещание составлялось без князя Ярослава Владимировича. Это же касается и фигуры князя Константина Дмитриевича, но возникает новый вопрос: если во второй половине 1423 г. Константин Дмитриевич стал поручителем, почему таковым он не был в марте этого года, когда
составлялось «третье» завещание? К этому времени так и не состоялось примирение с великим князем Василием I?
Наконец, в ночь смерти великого князя Василия I 27 февраля 6933
(1425) г. по инициативе митрополита Фотия в Москву был вызван князь Юрий
Дмитриевич. Вероятно, Юрию должны были огласить духовное завещание
Василия I, однако в Москву он не поехал, а стал готовиться отнять великий
стол у десятилетнего племянника. Собрав силы, Василий II с дядьями выступил к Костроме, Юрий Дмитриевич вынужден был убежать в Нижний Новгород45. Решающую роль, как показано в великокняжеском летописании, сыграл
и возвратился в Москву» (Соловьёв С. М. Сочинения. М., 1993. Кн. 2: История России
с древнейших времён. Т. 4. С. 391).
42
«До нас дошли также договорные грамоты Василия Димитриевича с родными его
братьями. В них нет отмен против прежних подобного же рода грамот. Для объяснения последующих событий нужно заметить, что князья Андрей и Петр Димитриевичи
обязываются в случае смерти Василия блюсти великое княжение и под сыном его, тогда как в договорной грамоте Юрия этого условия не находится. Подобно Юрию, и
самый младший брат великокняжеский, Константин, не хотел сначала отказаться от
прав своих в пользу племянника» (Соловьёв С. М. Указ. соч. Т. 4. С. 391).
43
Пресняков А. Е. Образование Великорусского государства. Петроград, 1918. С.
383, прим. 3.
44
Греков И. Б. К вопросу о датировке так называемой «второй духовной грамоты»
московского князя Василия I // Проблемы общественно-политической истории России
и славянских стран. М., 1963. С. 143–145; Иванов Д. И. Московско-литовские отношения в 20-е годы XV столетия // Средневековая Русь. М., 1999. Вып. 2. С. 88; Горский
А. А. Судьбы Нижегородского и Суздальского княжеств в конце XIV – середине XV в.
// Средневековая Русь. М., 2004. Вып. 4. С. 162–164. На иных основаниях «вторую»
грамоту 1424 годом датирует Б. М. Клосс (Клосс Б. М. Избранные труды. М., 1998. Т.
1: Житие Сергия Радонежского. С. 117–119).
45
ПСРЛ. Т. 25. С. 246.
– 10 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
как раз князь Константин Дмитриевич, проявлением силы заставивший Юрия
Дмитриевича отказаться от своих притязаний, хотя бы и на год46.
Князь Константин, а также Андрей и Пётр Дмитриевичи, принимавшие
участие в политической борьбе в первые дни после кончины Василия I, указаны поручителями во «второй» духовной грамоте Василия I. Именно они
должны были гарантировать исполнение воли умершего великого князя, Константин Дмитриевич был при этом активно действующим поручителем. Но
этого не должно было быть по условиям «третьей» духовной грамоты Василия I, но соответствует «второй» грамоте. Это обстоятельство заставляет искать ответ на вопросы: если и «вторая», и третья духовные грамоты были составлены спустя 4 года после конфликта князя Константина Дмитриевича с
великим князем Василием I, и при этом «третья» грамота предшествовала
«второй», почему имени князя Константина нет в «третьей» грамоте и на каких основаниях он был включён в текст «второй»?
***
Найти ответы на поставленные вопросы возможно только после определения оснований, на которых князья включались в тексты духовных
грамот Василия I (вряд ли всерьёз можно считать, что право на это они получали только благодаря своему происхождению – в таком случае трудно
объяснить, почему ни в одном завещании не фигурируют Юрий и Иван
Дмитриевичи; если отсутствие первого ещё можно объяснить проявлением
властных амбиций, то о князе Иване такого сказать нельзя). История описанного выше конфликта даёт возможность обозначить эти основания.
Повторим, что ответ на вопрос «почему Константин указан поручителем в одной грамоте и исключен (не указан) из поручителей в другой?» в
отечественной историографии сопрягался с историей его конфликта с Василием I. Этот вопрос, действительно, мог быть решающим: формально порядок дальнейшего наследования великого княжения завещание великого князя Дмитрия Ивановича не определяло, он, по всей видимости, должен был
оставаться традиционным (не случайно, князь Юрий Дмитриевич считал,
что после смерти Василия I престол должен был наследовать именно он, как
старший в роде). Однако, в отличие от Юрия Дмитриевича, Константин
Дмитриевич вряд ли мог рассчитывать на великокняжеский престол. Дмитрий Иванович завещал «свою отчину» Москву Василию, Юрию, Андрею и
Петру47, ни Иван Дмитриевич, ни Константин получателями «отчины» в завещании Донского не значатся; оно гарантировало лишь получение ими уделов. Мог ли в таком случае Константин Дмитриевич оказывать влияние на
великого князя и воспротивиться его попытке установить принцип прямого
наследования? Это маловероятно – удельный князь на такие вопросы не мог
оказывать влияние, скорее это была прерогатива князей иного уровня – официальных наследников Дмитрия Донского и владельцев «третей» Москвы
(Юрия, Андрея и Петра).
46
47
Там же.
ДДГ. С. 34. № 12.
– 11 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Показательным для оценки статуса Константина Дмитриевича может
быть количество упоминаний о нём в летописях. В великокняжеском летописании таковых насчитывается 1148: трижды в житие Дмитрия Донского,
под 1406 г. (Василий I посылал его на помощь в Псков, здесь князь пробыл
почти год49), под 1416 г. (присутствовал вместе с Василием I и Юрием
Дмитриевичем на поставлении новгородского архиепископа Симеона), под
1419 г. (о конфликте с Василием I), под 1420 г. (заключал в Новгороде мир с
немцами), под 1421 г. (о возвращении из Новгорода), под 1425 г. (о борьбе с
Юрием Дмитриевичем после смерти Василия I), под 1429 г. (о походе к
Нижнему Новгороду) и под 1433 г. (находился в Угличе). Три из этих упоминаний (1406, 1416, 1419–1420 гг.) свидетельствуют, что Константин
Дмитриевич был связан с Новгородом, поэтому не случайно он уехал из Москвы именно в Новгород и исполнял здесь политические функции50. О представительской роли Константина в Новгороде прямо свидетельствует известие новгородского летописца (в 6915 (1406) г. Константин Дмитриевич был
направлен Василием I наместником в Новгород)51.
Дополнительные сведения о князе Константине даёт псковское летописание. В 6919 (сентябрьском) г. псковичи у Василия I «испросили» к
себе Константина Дмитриевича52, Константин приехал в Псков 11 ноября
6920 г., в 6921 г. Константин отъехал в Новгород и, пробыв в Новгороде
год, вновь возвратился в Псков53; в конце весны 6922 г. (на Петрово говение) Константин возвратился в Москву.
Представленные данные свидетельствуют о том, что до 1419 г. князь
Константин Дмитриевич был связан преимущественно с Новгородом54 и
48
ПСРЛ. Т. 25. С. 215, 216, 218, 236,242, 244, 245, 246, 248, 250.
Детализация действий Константина в Пскове содержится в Н1 (ПСРЛ. Т. 3. С. 400).
50
Однако наместником великого князя после бегства в Новгород князь Константин
не был: функции наместника выполнял Федор Константинович, Константин же получил от новгородцев города, «что были за Лугвенем», а также бор по новгородской волости и «коробеищину» (ПСРЛ. Т. 3. С. 412–413; Т. 4. С. 427). Уже осенью 6928 г.
князь Констаини выполнял в Новгороде представительские функции, участвуя в заключении договора с Ливонским орденом (ПСРЛ. Т. 3. С. 413; Т. 4. С. 427). Предложения Ливонскому ордену, сделанные Константином и новгородцами и переведенные
«слово в слово» («van worte zu worte uf Deutsch gesatz»), изложены в послании магистру ордена, датируемом предположительно августом 1420 г. (см.: Liv- est- und
kurlдndisches Urkundenbuch. Riga, 1873. T. 5. S. 660–661. MMCDXCIII). Примечательно, что в этом послании князь Константин титулуется «великим князем» («Von dem
grossin koninge Constantyn Demytersson») (об августовском соглашении см. также:
Monumenta Medii Aevi Historica. Cracoviae, 1882. T. 4: Codex epistolari Vitoldi Magni
Ducis Lithuaniae. DCCCLXXXI. P. 490).
51
ПСРЛ. Т. 3. С. 400. В Никифоровской летописи сказано, что Константин Дмитриевич приехал в Новгород «в великого князя мhсто, на Городище» (ПСРЛ. М., 1980.
Т. 35. С. 32).
52
Псковские летописи. Вып. 2. С. 35. До этого в Пскове наместником великого князя был
князь Александр Ростовский, также «испрошенный» псковичами; псковичи его изгнали.
53
Там же. С. 36.
54
Показательной в этом отношении является сюжет с построением князем Константином Дмитриевичем Троицкого храма в Клопском монастыре (Повесть о житии
49
– 12 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Псковом, здесь он выполнял обязанности великокняжеского наместника,
такие же, как и ростовский князь Александр и его сыновья в Пскове. После
смерти Василия I положение князя Константина явно стало иным: в 1425 и
1429 гг. Константин Дмитриевич выступает уже в качестве если не служилого князя Василия II, то человека из его близкого окружения55. В 1428 г.,
как это видно из докончания Василия II и Юрия Дмитриевича, князь Константин находился на положении «брата молодшего» великого князя Василия II56. Этого нельзя сказать о времени Василия I: существует докончание
Василия I с Петром и Андреем Дмитриевичами, именуемыми «братьей молодшей», имен Константина и Юрия в нем нет (но Юрий «докончал» с Василием I раньше)57. В целом переоценивать место, положение и силу политического влияния Константина Дмитриевича до 1425 г. не приходится –
весомыми правами и привилегиями, в отличие от своих старших братьев,
он не обладал, он даже не был включён в иерархию межкняжеских отношений58. Поэтому влиять на процесс наследования великого стола он был
не в силах. Однако же совершенно определённые потенции в этом отношении князь Константин всё же имел.
Конфликт возник не из-за нового великокняжеского завещания, которое, как полагали исследователи, подчиняло братьев Василия I его сыМихаила Клопского / подг. текстов и ст. Л. А. Дмитриева. М.; Л., 1958. С. 92–93.
Пользуюсь случаем выразить признательность А. Е. Тарасову, сообщившем о связи
князя Константина с Клопским монастырём). В чуде 3, где описывается история с князем Константином, повествуется о том, что князь Константин «устраивал» храм перед
отъездом в Москву, при этом князя терзали какие-то сомнения. Он приехал в Клопский монастырь получить у игумена Феодосии я Михаила благословение перед поездкой в Москву, здесь состоялась такая беседа: «И так говорит князь: “Зовут меня братья”. И Михаила сказал ему: “Будешь в Москве у своих братьев. А нынче построй в
монастыре, пока ты здесь, каменную церковь святой Троицы, а Бог тебе, чадо, устроит
за это каменные невидимые палаты на небесах”». Храм был заложен в «день царя
Константина», т. е. 21 мая, а окончен на «Дмитриев день» – 26 октября. Деревянная
Троицкая церковь была сооружена в Клопском монастыре в 1413 г. (ПСРЛ. Т. 3. С.
403; Янин В. Л. К вопросу о происхождении Михаила Клопского // Археографический
ежегодник за 1978 год. М., 1979. С. 54–55). К этому моменту князь Константин был
наместником великого князя в Новгороде уже 5 лет (о дате приезда в Новгород: ПСРЛ.
Т. 3. С. 400).
55
Показательно, что после 1425 г. владения князя Константина Дмитриевича «прирастали»: в 1428 г. бездетный князь Петр Дмитриевич передал ему Углич и волости,
полученные от Юрия Дмитриевича (СГГД. 1. № 43), князь Юрий Дмитриевич передал
Звенигородские волости (Там же. № 52, 71), дань с которых Константин вносил в казну Юрия.
56
ДДГ. С. 65. № 24.
57
Там же. С. 51. № 18.
58
Никаких указаний на обладание Константином «третью» Москвы не имеется. В
завещании Дмитрия Ивановича «третью» Москвы самого Дмитрия владели по половинам четыре его сына. Пятый сын – Иван, упоминаемый в завещании, среди владельцев «трети» не указывается. Поэтому вполне может быть, что и Константин не был
допущен к раздельному владению Москвой, а оставался, как Иван, удельным князем.
Этим он отличался и от Владимировичей, имевших права на «треть» Москвы.
– 13 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ну59. В цитированном выше отрывке из Н1 ясно сказано, что Василий I хотел взять с князя Константина крестное целование. Между тем ни одно сохранившееся великокняжеское завещание не содержит нормы крестоцелования – в документах оговариваются только условия наследования и объявляется состав лиц, следивших за правильным исполнением воли завещателя. Однако известно, что в обязательном порядке целованием креста
должны были завершаться докончания, скрепляемые княжескими печатями. В этой связи следует обратить внимание на одну существенную деталь:
«печалование» судьбой наследника и наследуемого им великого княжения,
возлагаемое на поручителей, подразумевает предварительный договор между завещателем и будущими поручителями. Об этом свидетельствует
следующая норма духовных грамот: «А приказываю своего сына… и ихъ
братьh по ихъ докончанью, как ми рекли»60. Показательно, что в случае с
литовским князем Витовтом также подразумевается определённый договор: «А приказываю… своему брату и тистю, великому кн#зю Витовту,
как ми реклъ, на бозh да на немъ, как с# иметь печаловати»61. Трудно сказать, имел ли этот договор устный характер или же это был оформленный
документ (что более вероятно) – он не сохранился62.
Это обстоятельство позволяет иначе смотреть на суть конфликта
между Василием I и Константином Дмитриевичем. А. Е. Пресняков осторожно писал о том, что протест князя Константина не мог быть связан с его
претензиями на великое княжение. По мнению историка, дело сводилось «к
вопросу о семейном положении, вопросу почёта», в связи с чем Константин Дмитриевич не хотел ставить подпись под именем племянника и тем
самым признать старшего великокняжеского сына старшим себе братом63.
А. Е. Пресняков при этом считал, что схожие мотивы руководили и князем
Юрием в его отношениях с Василием I, что подтверждается отсутствием
заключенных между ними договоров64. Однако такой договор имеется65, в
нём князь Юрий называется «братом молодшим», а Василий Дмитриевич –
59
Экземплярский А. В. Указ. соч. Т. 2. С. 135, прим. 338; Черепнин Л. В. Указ. соч.
Ч. 1. С. 89–90; Зимин А. А. Указ. соч. С. 292–293.
60
См.: ДДГ. С. 57, 59, 62.
61
ДДГ. С. 59, 62. № 21, 22.
62
Докончания, заключённые в 1406 и 1408 г. после русско-литовских военных
компаний, вряд ли содержали условие «печалования» (ПСРЛ. М., 2004. Т. 15. Стб. 472;
М., 2004. Т. 25. С. 238). Д. И. Иванов справедливо полагает, что Витовт дал согласие
«печаловаться» судьбой своего внука до составления завещаний и что речь об этом
шла в ходе переговоров 1420–1421 гг., когда в Москву дважды приезжал виленский
воевода Альберт Монивид (Иванов Д. И. Указ. соч. С. 83,84, 85).
63
Пресняков А. Е. Указ. соч. С. 383, при. 3.
64
Там же. С. 383.
65
ДДГ. С. 39–40. № 14. О договоре см.: Кучкин В. А. Договор великого князя Василия Дмитриевича с братом звенигородско-галичским князем Юрием Дмитриевичем //
Средневековая Русь. М., 2006. Вып. 6. С. 155–177. На этот договор обратил внимание
ещё С. М. Соловьёв.
– 14 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
«господином»66. Между тем этот договор по содержанию отличается от докончаний Василия I с князем Владимиром Андреевичем и его сыновьями, а
также братьями – серпуховскими князьями. Нормы докончаний должны
были регулировать будущие отношения племянника и дядей, что, конечно,
касалось вопроса о семейном положении, «вопроса почёта» – здесь А. Е.
Пресняков был совершенно прав. О том, какими должны были быть эти
отношения, можно судить вполне определённо: по договору (около 1401–
1402 гг.) «младшие» князья (это Владимир Андреевич и его сыновья Иван,
Ярослав и Семен) обязывались блюсти «под» Василием I и его детьми всё
то, чем Василия I благословил Дмитрий Иванович, в том числе и «всё великое княжение». Этот прядок закреплялся клятвой: как «молодшие братья» они целовали на этом крест к «старшим братьям» – Василию I и, что
показательно, его сыну67.
Для серпуховского князя данное докончание было не первым: по договору с великим князем Дмитрием Ивановичем Владимир Андреевич (и
его дети) обязывался «держать великое княжение» «под» Василием Дмитриевичем и другими детьми Донского и целовал на этом крест, при этом не
только великому князю, но и Василию Дмитриевичу68.
При анализе докончания Василия I c Андреем и Петром Дмитриевичами Л. В. Черепнин сделал чрезвычайно важное наблюдение, что документ фиксировал наследственность княжеских владений69, т. е. частей Москвы и уделов. Но только территориальными частями дело не ограничивалось, поскольку в ряду того, что должны были блюсти можайский и дмитровский князья, было и «великое княжение». Как и серпуховские князья
Андрей и Пётр Дмитриевичи целовали крест, князья принимали, таким образом, присягу старшему сыну Василия I, наследственным владением которого фактически объявлялась территория «великого княжения».
Содержание докончаний объясняет присутствие серпуховского70,
можайского и дмитровского князей в составе поручителей в первом духовном завещании Василия I, в котором – по божьей воле – будущим великим
князем назывался Иван Васильевич; значатся эти князья поручителями и в
последующих завещаниях Василия I. Именно об этих докончаниях и идёт
речь в указанной выше норме, завершающей духовные грамоты Василия I,
и это даёт основание утверждать, что эти князья были включены великим
66
В. А. Кучкин показывает, что некоторые статьи и обороты договора написаны от
лица удельного князя (Кучкин В. А. Договор … С. 168–169).
67
ДДГ. № 18. С. 52; № 16. С. 43–45.
68
Там же. № 11. С. 31, 32.
69
Черепнин Л. В. Русские феодальные архивы. Ч. 1. С. 76–77.
70
В целом серпуховских князей: в первом духовном завещании Василия I назван
князь Владимир Андреевич, во втором его сыновья – Семен и Ярослав, а также – завуалированной форме – Василий и Андрей («и кнЯзю Семену Владимировичу, и кнЯзю Ярославу Владимировичу, и ихъ братьЪ по ихъ докончанию; ДДГ. С. 59). В докончании Василия Дмитриевича с Владимиром Андреевичем последний целовал крест великому князю сам и за своих меньших детей Андрея и Василия, а Иван, Ярослав и Семён Владимировичи приносили клятву самостоятельно (ДДГ. С. 45).
– 15 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
князем в состав поручителей на основании предварительно заключённого
договора.
Итак, оформление межкняжеского докончания предваряло составление великокняжеского тестамента, куда включались имена целовавших
крест великому князю и его сыну – будущему великому князю71. Князья
Юрий и Константин Дмитриевич таких договоров не подтверждали до определённого времени. По этой же причине ни в одном завещании Василия I
нет имени князя Ивана Дмитриевича (на данное обстоятельство никто из
исследователей внимания не обращал). В виду того, что во «второй» грамоте Константин Дмитриевич указан поручителем, следует думать, что он
должен был соблюдать предварительно заключённое соглашение («как ми
рекли»), следовательно, такое соглашение должно было быть оформлено
им до составления «второго» завещания – после возвращения в Москву
весной 1421 г. и, вероятно, до мая 1423 г.
Эти наблюдения позволяют в целом согласиться с осторожным замечанием А. Е. Преснякова, но при этом конкретизировать его. Два свидетельства летописей – о крестном целовании, под которое Василий I сбирался подвести брата, и о том, что Василий I «въсхотh подписати под сына
своего Василья» – указывают на то, что Василий I призывал Константина
Дмитриевича к оформлению докончания (отметим ещё раз, что тексты
имеющихся докончаний завершаются записью о крестоцеловании), но тот
отказался его оформлять («и онъ не хотя быти под своимъ братаничемъ»),
т. е. не согласился «блюсти» «великое княжение», признавать его владением Василия I, наследуемым им своему сыну, и тем самым он не признавал
за собой в будущем статус «молодшего брата» по отношению к Василию
Васильевичу72. Условия для оформления такого соглашения в 1419 г. были
подходящими: в июле 1417 г. скончался первенец Василия I, первое завещание стало недействительным, из состава прежних поручителей остались
только Андрей и Петр Дмитриевичи; требовалось, таким образом, составление нового завещания с обновлённым составом поручителей. Сыновья
князя Владимира Андреевича – Иван, Семён и Ярослав – уже имели обязательства перед Василием I и его детьми (по договору 1401–1402 гг.), поэтому двое из них (нет Ивана) были включены в состав поручителей автоматически (их присутствие при составлении духовной грамоты в данном
случае не требовалось).
Потенциальным поручителем был и взрослый уже князь Константин
Дмитриевич, а его включение в состав поручителей по условиям докончания позволяло Василию I решить политическую задачу – предотвратить
возможное проявление претензий на великий стол и обеспечить беспрепятственную передачу великого стола сыну.
71
Проницательную догадку об этом высказал С. М. Соловьёв, о ней речь шла выше
(см. прим. 42).
72
В этой связи думается, что А. Е. Пресняков был прав, когда говорил об отсутствии договора между Василием I и князем Юрием Дмитриевичем. В имеющемся договоре (ДДГ. № 14. С. 39–40) князья целовали крест только по отношению друг к другу.
– 16 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Однако, по всей видимости, Константин Дмитриевич держался тех
же принципов, которыми руководствовался и князь Юрий Дмитриевич: отношения внутри великокняжеской семьи должны были регулироваться духовной грамотой великого князя Дмитрия Ивановича, а не новыми документами. Последствия строптивого поведения князя Константина уже известны: Василий I лишил Константина «отчины», тем самым нарушив
принцип наследственности удела самого Константина (впрочем, при отсутствии докончания не было гарантии, что Василий I будет «блюсти» удельные права Константина).
Константин Дмитриевич вынужден был смириться и вскоре вернулся в Москву. Очевидно, после возвращения Константина в Москву было
составлено докончание, которое не сохранилось, но о его существовании
можно судить по «второй» духовной грамоте Василия I73. Тем важнее обратить внимание на то, что происходило после смерти Василия I 27 февраля 6933 (1425) г. В ночь смерти великого князя по инициативе митрополита
Фотия в Москву был вызван князь Юрий Дмитриевич. Вероятно, Юрию
должны были огласить духовное завещание Василия I, однако в Москву он
не поехал, а стал готовиться к тому, чтобы отнять великий стол у своего
десятилетнего племянника. Собрав силы, Василий II с дядьями выступил к
Костроме, Юрий Дмитриевич вынужден был убежать в Нижний Новгород74. Решающую роль в этой ситуации, как показано в великокняжеском
летописании, сыграл как раз князь Константин Дмитриевич, проявлением
силы заставивший Юрия Дмитриевича отказаться от своих притязаний, хотя бы и на год75.
С устранением угрозы со стороны Юрия Дмитриевича по инициативе
митрополита Фотия, матери, великой княгини Софьи, и дядей – Андрея, Петра
и Константина Дмитриевичей были посланы гонцы к великому литовскому
князю Витовту и ко «всем боярам и князьям земли своей». К Юрию вновь был
послан митрополит. Цель подобных действий очевидна: необходимость ис73
А. А. Зимин писал о том, что после лишения удела князь Константин Дмитриевич стал «как бы князем изгоем» (Зимин А. А. Витязь на распутье. М., 1991. С.10). Думаем, что это не так: к 1425 г. Константин был полноправным членом московского
княжеского дома.
74
ПСРЛ. Т. 25. С. 246. Отметим, что во Львовской и Софийской второй летописях
фигурантом похода на Юрия выступает Андрей Дмитриевич: «Того ж(е) лhта кн(я)зь
Юрьи поиде к Новгороду Нижнему, и кн(я)зь велики посла за ним кн(я)зя Ондрhя
Дмитреевича, а с ним силы полтрет(ь)яцат(ь) тысящь. И князь Ондрhи, брат не дошед,
воротися» (ПСРЛ. М., 2005. Т. 20. С. 233; М., 2001. Т. 6. Вып. 2. Стб. 51–52). Описание
итога похода на Юрия здесь также отличается: никакого стояния на р.Сура не было,
Андрей просто возвратился, не достигнув Нижнего Новгорода. А. Е. Пресняков в данной связи полагал, что в позднейшей редакции имя Андрея было заменено на Константина (Пресняков А. Е. Указ. соч. С. 386–387, прим. 2). Однако это вряд ли справедливо: Московский свод конца XV в., в котором читается имя князя Константина, опирался на более ранние источники и, в свою очередь, был одним из источников второй
редакции свода 1518 г. – протографа Львовской летописи (Клосс Б. Н. Предисловие к
изданию 2005 г. // ПСРЛ. Т. 20. С. V).
75
Там же.
– 17 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
полния духовного завещания Василия I. Показательно, что все, кто принимал
участие в политической борьбе в первые дни после кончины Василия I, указаны поручителями во «второй» духовной грамоте Василия I76, именно они
должны были гарантировать исполнение воли умершего великого князя. Константин Дмитриевич был при этом активно действующим поручителем77.
***
Изложенное выше позволяет иначе оценивать и факт включения князя Ярослава Владимировича в состав поручителей во «второй» и в «третьей»
грамотах. Полагаем теперь, что его отсутствие в Москве78 не могло повлиять
на процедуру оформления состава поручителей: обязательства этого князя
по отношению к Василию I и его детям были определены в докончании, заключённым между Василием I и князем боровским и серпуховским Владимиром Андреевичем с сыновьями. Думается, никакие противоречия между
Ярославом Владимировичем и Василием I не могли отразиться на выполнении скреплённых крестоцелованием обязанностей этого князя по отношению к детям Василия I, в частности к будущим великим князьям. Вполне
обоснованным представляется мнение В. А. Кучкина, что в состав поручителей князь Ярослав Владимирович был вписан «по умолчанию», но, полагаем, не в силу «необязательности» присутствия при процедуре составления
завещания, а в силу действовавшего юридического фактора.
Не возникает серьёзных трудностей и с вопросом о печати князя Ярослава Владимировича на «второй» грамоте, он просто требует уточнения.
Б. М. Клосс указывает, что к грамоте 1417 г. привешено пять печатей. Это
давно известный факт: ещё при издании грамоты в «Собрании государственных грамот и договоров», и ещё ранее в «Русской Вивлиофике» были указаны пять печатей (в прорисовке в СГГД: Андрея Дмитриевича, Петра Дмитриевича, Константина Дмитриевича, Василия Дмитриевича и одна – овальной формы – анонимная)79, при публикации документа в «Духовных и договорных грамотах» были отмечены только три черновосковые печати. В труде Л. В. Черепнина речь идёт о четырёх печатях – Василия I, Андрея, Петра
и Константина Дмитриевичей80. Н. А. Соболева указывает, что вислая одно76
Поэтому может быть вполне справедливой наша атрибуция пятой неопознанной
печати на этой грамоте великой княгине Софье.
77
И впоследствии князь Константин Дмитриевич оставался верен юному великому
князю: в 1429 г. он вместе с Андреем Дмитриевичем по приказу Василия II совершили
поход к Нижнему Новгороду, страдавшему от татар (ПСРЛ. Т. 25. С. 248).
78
О том, когда точно в Москву приехал князь Ярослав Владимирович судить трудно,
поскольку сообщение о приезде Ярослава очень скупо: «Того же лhта князь Костянтинъ
прiиде изъ Новагорода на Москву, а князъ Ярославъ прihха изъ Литвы» (ПСРЛ. Т. 18. С.
166; Т. 25. С. 245). Может быть, князь Ярослав Владимирович приехал в Москву раньше
Константина Дмитриевича, и, таким образом, духовная грамота была составлена уже в
начале марта 1421 г.? На этот вопрос придётся ответить отрицательно, поскольку в это
время в Москве отсутствовал митрополит Фотий, без которого оформление духовной
грамоты было невозможно.
79
СГГД. Ч. 1. С. 82. № 41.
80
Черепнин Л. В. Указ. соч. Ч. 1. С. 90, примеч. 92.
– 18 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
сторонняя темновосковая печать Василия Дмитриевича сохранилась на духовной грамоте 1417 г. вместе с четырьмя печатями81.
Обращает на себя внимание тот факт, что в грамоте указано шесть
поручителей: князь литовский Витовт, князья Андрей Дмитриевич, Пётр
Дмитриевич, Константин Дмитриевич, Семён Владимирович и Ярослав
Владимирович. Таким образом, учитывая Василия Дмитриевича, к грамоте
должно было быть привешено семь печатей. В виду того, что к грамоте
привешено пять печатей, резонным будет вопрос: было ли их столько изначально, или две печати – Витовта и Ярослава – были утеряны? Точно
идентифицируются четыре черновосковые печати (Василия I82, Андрея,
Петра и Константина Дмитриевичей). Б. М. Клосс утверждает, что одна из
плохо сохранившихся желтовосковых печатей принадлежит Витовту, однако оснований для такой идентификации нет. Оставшаяся овальная печать
(судя по прорисовке в СГГД) однозначных сведений для атрибуции не даёт, однако можно быть уверенным, что она не принадлежит великому литовскому князю Витовту, поскольку печати этого князя имели округлую
форму и по размерам превосходили эту печать. По форме и размерам она
схожа с печатями овальной формы Андрея и Петра Дмитриевичей, поэтому
можно предполагать, что она скорее принадлежала князю московского
княжеского дома, но кому именно – Семёну или Ярославу Владимировичам – сказать затруднительно. Может быть, ни одному из этих князей? Любопытно в этой связи отметить, что печатью схожей формы пользовалась
великая княгиня Софья Витовтовна83 – не печать ли это великой княгини?
***
Есть ещё один представитель московского княжеского дома, который мог быть поручителем, но не указан ни в одной из духовных грамот
Василия I – князь Иван Владимирович (вместе с отцом Владимиром Анд81
Соболева Н. А. Русские печати. М., 1991. С. 150.
Н. А. Соболева одностороннюю темновосковую печать на втором духовном завещании Василия Дмитриевича атрибутирует Василию (Соболева Н. А. С. 150) и отмечает, что печать, сохранившаяся на «третьей» духовной грамоте, подобная этой (Там
же). Н. А. Соболева, однако, говорит о том, что эти две печати идентичны печатям великого князя литовского Витовта. Это наблюдение сделал ещё А. Б. Лакиер. Он писал:
«Та же идея (всадника с мечом. – С. Б.), не оставлявшая московских великих князей,
не могла не выразиться на их (литовских князей. – С. Б.) печатях и монетах, а простое
сравнение печатей великого князя Василия Дмитриевича с печатью Витовта заставляет
подозревать заимствование (если не идеи, то изображения), что становится совершенно ясным, если вспомнить, что великий князь Василий Дмитриевич был женат на дочери его, Софии Витовтовне» (Лакиер А. Б. Русская геральдика. СПб., 1855. С. 117).
Так или иначе, но всадник с копьём присутствует на печати Василия Дмитриевича,
приложенной к договорной грамоте с князем Владимиром Андреевичем (Соболева
Н. А. Указ. соч. С. 149). Правда, употребление изображения «всадник с конём» было
неустойчивым: к первой духовной грамоте Василия Дмитриевича приложена двусторонняя печать с изображением Василия Кесарийского (Лакиер А. Б. Указ. соч. С. 117;
Соболева Н. А. Указ. соч. С. 149).
83
Соболева Н. А. Указ. соч. С. 150; описание и прорисовка: СГГД. I. С. 194.
82
– 19 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
реевичем в 1410–1402 г. он целовал крест Василию I и его детям84). А. Е.
Пресняков тонко подметил, что старший из сыновей серпуховского князя
Владимира Андреевича не упоминается среди поручителей в обеих грамотах Василия I85. Он полагал, что этот факт свидетельствует против датировки «второй» грамоты 1418-м г., поскольку «смерть кн. Ивана отнесена в
некоторых родословных к 1422 году (7 октября)»86. Действительно, если
Иван Владимирович умер 7 октября 1422 г., оба духовных завещания нельзя датировать ранним сроком. В противном случае придется признать, что
Василий I сознательно не указывал в завещании старшего из серпуховских
князей, хотя для этого причин не видно.
Но при этом А. Е. Пресняков посчитал, что опираться на хронологические данные родословных «рискованно» (учёный в данном случае основывался на наблюдениях А. В. Экземплярского87, который в свою очередь использовал сведения Н. П. Петрова88 и И. П. Сахарова89). В самом деле, проверить
данные, сообщаемые И. П. Сахаровым, трудно, тем более что летописные
свидетельства об Иване Владимировиче, как справедливо заметил А. В. Экземплярский, очень скудны. Но сделать это всё-таки можно. Если Н. П. Петров свои источники информации не открыл, то И. П. Сахаров при изложении
текстов родословия московских князей основывался на «трёх редакциях»
«списков родословных книг»90. Из этих редакций исследователь извлёк информацию о боровских и серпуховских князьях и для большинства из них
указал точную дату смерти. Так, и об Иване Владимировиче сказано, что он
родился в 1381 г., скончался 7 октября 1422 г. и был захоронен в Архангельском соборе в Москве. В этом же соборе прежде были погребены в том числе
его прадед Иван Калита, дед Андрей Иванович и отец Владимир Андреевич, а
позднее были захоронены братья – Ярослав Владимирович с сыном Василием,
Василий Владимирович и Андрей Владимирович91.
Откуда И. П. Сахаровым были взяты даты смерти? Очевидно, они
происходят из надписей на надгробных плитах (надпись на надгробии князя Ивана Владимировича гласит: «В лето 6931 октября в 7 преставис благо84
ДДГ. № 16. С. 45. Отсутствие имени Ивана в первой духовном завещании Василия I объясняется тем, что поручителем в ней назван сам Владимир Андреевич (по
этой же причине не названы Ярослав и Семен Владимировичи).
85
Пресняков А. Е. указ. соч. С. 351, прим. 1.
86
Там же.
87
Экземплярский А. В. Указ. соч. Т. 2. С. 305.
88
Петров Н. П. История родов русского дворянства. СПб., 1886. Т. 1. С. 126, 128
89
Сахаров И. П. Московские удельные князья // Сын отечества. 1842. Кн. 12. I. С. 19.
90
Эти родословные содержат детали, неизвестные другим источникам. Так, в «первой» редакции указано, что князь Константин Дмитриевич был назван в иночестве
Кассианом и был погребён в Симоновом монастыре, и что у него был сын Семён (во
второй и третьей редакциях, напротив, указано, что Константин был бездетен) (Сахаров И. П. Указ. соч. С. 10, 12).
91
В духовной грамоте супруги князя Владимира Андреевича княгини Елены Ольгердовны (1433 г.) указано, что в Архангельском соборе покоятся её муж и дети (ДДГ.
С. 72). В момент составления духовной были живы снохи Василиса (жена Семена) и
Ульяна (жена Василия), внук Василий Ярославич и внучка Мария (дочь Ивана).
– 20 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
верный князь Иван Владимирович Донского»92) – в летописях точные даты
зачастую отсутствуют, указывается лишь месяц или время года. При этом
имеющиеся летописные даты далеко не всегда совпадают с надписями на
надгробных плитах. Так, надписи на надгробиях полностью совпадают с
указанными в МС датами кончины Семёна Гордого, Андрея Ивановича,
Ивана Ивановича, Дмитрия Донского и Василия Дмитриевича93, при этом
на надгробии Дмитрия Ивановича указано, что он «Донской» (это прозвище, конечно, не прижизненное). В отношении даты кончины других сыновей Дмитрия Донского в летописях зачастую указан только год (Пётр
Дмитриевич – 6936, Андрей Дмитриевич – 6940, июнь; на надгробной плите – 10 июля). Судя по надписи на плите, князь Юрий Дмитриевич скончался 19 августа 6942 г., однако, как можно понять из сообщений Московского летописного свода конца XV века, он умер весной 6942 г.: в среду на
страстной неделе 6942 г. (24 марта) им была осаждена Москва и через неделю – в среду на светлой неделе – захвачена94. После этого великий князь
Василий II бежал в Нижний Новгород, а князь Юрий Дмитриевич снарядил
в поход на него своих сыновей, которые дошли только до Владимира и
здесь узнали о кончине отца.
Указания годов кончин большинства серпуховских князей на плитах
совпадают с указанными в летописях, но летописям при этом не известны
точные даты. Так, князь Владимир Андреевич (на плите он именован «Донской»!) скончался в 6918 г. (на плите указано 12 августа), Ярослав Владимирович – осенью 6934 г.95 (на плите – 16 августа96), Василий Владимирович – в
6935 г. (на плите – 5 ноября). Дата смерти Ивана Владимировича летописям
неизвестна. Все сыновья князя Владимира Андреевича в надписях на плитах
названы потомками «Донского» (например: «В лето 6934 августа 16 преставис
благоверный князь Афанасей Ярослав Владимира Донского»), но по той причине, что сам Владимир Андреевич ошибочно назван «Донским».
Указанные нюансы могут привести к мысли о большой степени зависимости надписей на надгробных плитах от нарративных источников (из
них черпались даты, прозвища и другие сведения97), но каких? Не может
быть принято указанное на надгробиях серпуховских князей прозвище
«донские» – так могли именоваться только потомки Дмитрия Донского, но
при этом и знаменитое прозвище великого князя Дмитрия Ивановича в ле92
Панова Т. Д. Некрополи московского кремля: 2-е изд. М., 2003. С. 23. Если это
мартовский год, то Иван скончался 7 октября 1423 г., если сентябрьский, то в 1422 г.
93
Там же. С. 20–21, 23; ПСРЛ. Т. 25. С. 179, 180, 215, 246.
94
ПСРЛ. Т. 25. С. 251.
95
Там же. С. 247.
96
Панова Т. Д. Указ. соч. С. 23.
97
В качестве таковых можно расценивать, например, летописные данные о смерти
Дмитрия Юрьевича «Красного»: в МС сообщается, что он был погребён в гробе отца
(ПСРЛ. Т. 25. С. 262), об этом же сообщает и надпись: «В том же гробе положен другой сын княжъ Юрьев князь велики Дмитрии Красной преставис в лето 6949 сентября
24» (Панова Т. Д. Указ. соч. С. 24). По летописи Дмитрий Красный скончался 22 сентября, но погребен он был спустя 23 дня после смерти
– 21 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
тописях не отыскивается. Показательно, что на надгробной плите сына Василия I Ивана сказано, что он «большей брат Василия Василевича Темнаго»98 – но такая надпись не могла появиться раньше ослепления Василия II;
кроме того прозвище Василия II «Темный» летописям XV в. также неизвестно. Но зато оно обнаруживается в главе «Удhлнiе князи Московскiе» (а
также в главе «Начало и корень великихъ князей Рускихъ въкратцh»)99,
среди прочих помещённой в рукописи перед Воскресенской летописью;
здесь же указано и прозвище Дмитрия Ивановича – «Донской»100. Содержится в этой главе и родословие детей и некоторых потомков князя Владимира Андреевича (в котором, кстати, сказано, что он «былъ на Дону съ
великимъ княземъ Дмитриемъ» – не отсюда ли прозвище «Донской»?). Из
содержания следует, что князь Иван был бездетен, князь Андрей был захоронен в Архангельском соборе, а его дочь была замужем за князем Василием Косым, князь Андрей «меньший» погребён в Троицком монастыре (отсюда прозвище «Радонежский»), у князя Василия Ярославича был сын
Иван, ушедший в Литву, а у него в свою очередь сын Фёдор101. Данные
сведения обнаруживаются в работе И. П. Сахарова, и отсюда становится
понятным, какого рода «родословия» он использовал.
Судить о времени смерти Ивана Владимировича, таким образом,
точно невозможно: сведения о дате смерти Ивана Владимировича были заимствованы И. П. Сахаровым, очевидно, из надписей на надгробных плитах; в свою очередь они не находят подтверждения в других источниках,
поэтому не могут быть приняты. То, что сообщается о датах смерти других
серпуховских владимировичей, довольно противоречиво. Нельзя исключать, что сохранившиеся над надгробиями в Архангельском соборе плиты
могли быть поновлены во время реконструкции храма в 1505–1507 гг.: в
1505 г. храм разобрали, княжеские гробы, и, видимо, надгробия, были вынесены, а в новый храм их поместили подновленными 3 октября 1507 г.
При этом следует иметь в виду, что в «третьем» духовном завещании Василия I князь Иван Владимирович уже не упомянут, следовательно, в марте
1423 г. его не было в живых.
***
Подводя итог, можно ответить на поставленный вопрос: «кто и на
каких основаниях включался в состав поручителей в великокняжеском завещании?» Василий I предпринял успешную, хотя и не «бескровную», попытку изменения принципа наследования великого стола: с этих пор его
получал сын великого князя, а не его здравствующие братья. Великий
князь Василий I при этом резонно опасался противодействия со стороны
тех московских князей, кто на законных основаниях мог претендовать на
великий стол, в первую очередь – князя Юрия Дмитриевича. В целях уре98
Панова Т. Д. Указ. соч. С. 23.
В этих главах можно увидеть все знаменитые прозвища – «Мономах», «Долгорукий», «Невский», «Калита» (ПСРЛ. Т. 7. С. 238–239).
100
ПСРЛ. М., 2001. Т. 7. С. 238.
101
ПСРЛ. Т. 7. С. 238.
99
– 22 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
гулирования будущего статуса своего наследника Василий I вслед за отцом
великим князем Дмитрием Ивановичем пошёл на ещё один принципиальный шаг: он связал своих ближайших родственников – возможных претендентов на великий стол – обязательствами, в соответствии с которыми они
должны были «блюсти» великое княжение «под» сыном Василия I, таким
образом заранее признавая его «старшим братом» (об этом писал ещё С. М.
Соловьёв). Эти обязательства излагались в договоре, заключение которого
сопровождалось целованием креста Василию I и его наследнику. В соответствии с этим договором «младшие» князья включались в состав поручителей в великокняжеском тестаменте и впоследствии должны были следить
за его исполнением.
Между московскими князьями и прежде заключались докончания,
но рассматриваемые договоры были новшеством. Их заключение не являлось простой и формальной процедурой, оно было сопряжено с возникновением конфликтных ситуаций. Об этом красноречиво свидетельствует
конфликт Василия I с князем Константином Дмитриевичем, ставший своеобразным преддверием «феодальной войны». Не случайно такое докончание не было заключено между Василием I и Юрием Дмитриевичем. Очевидно, князья Юрий и Константин были сторонниками «старого» порядка,
основанием для которого служили духовные грамоты великого князя
Дмитрия Ивановича, принципы которых нарушались Василием I. Не исключено, что Константин Дмитриевич выступал в союзе с Юрием из сугубо прагматических соображений – думается, не случайно его владения пополнялись из фонда земель галичского князя. Впрочем, Константин Дмитриевич, вступивший в конфликт с Василием I и лишённый за это своих
вотчинных владений, вынужден был вскоре отказаться от своих политических взглядов и в феврале 1425 г. выступал уже на стороне своего «старшего брата» – племянника Василия II.
Список литературы:
1. Греков И. Б. К вопросу о датировке так называемой «второй духовной
грамоты» московского князя Василия I // Проблемы общественнополитической истории России и славянских стран. М., 1963.
2. Горский А. А. Судьбы Нижегородского и Суздальского княжеств в конце
XIV – середине XV в. // Средневековая Русь. М., 2004. Вып. 4.
3. Зимин А. А. О хронологии духовных и договорных грамот XIV – XV вв.
// Проблемы источниковедения. М., 1958. Вып. 6.
4. Зимин А. А. Витязь на распутье. М., 1991.
5. Иванов Д. И. Московско-литовские отношения в 20-е годы XV столетия
// Средневековая Русь. М., 1999. Вып. 2.
6. Карамзин Н. М. История государства Российского. СПб., 1819. Т. 5.
7. Клосс Б. М. Избранные труды. М., 1998. Т. 1: Житие Сергия Радонежского.
8. Кучкин В. А. Антиклоссицизм // Древняя Русь: Вопросы медиевистики.
2003. № 3(13).
– 23 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
9. Кучкин В. А. Договор великого князя Василия Дмитриевича с братом
звенигородско-галичским князем Юрием Дмитриевичем // Средневековая Русь. М., 2006. Вып. 6.
10. Лакиер А. Б. Русская геральдика. СПб., 1855.
11. Панова Т. Д. Некрополи московского кремля: 2-е изд. М., 2003.
12. Петров Н. П. История родов русского дворянства. СПб., 1886. Т. 1.
13. Пресняков А. Е. Образование Великорусского государства. Пг., 1918.
14. Сахаров И. П. Московские удельные князья // Сын отечества. 1842. Кн.
12. I.
15. Соболева Н. А. Русские печати. М., 1991.
16. Черепнин Л. В. Русские феодальные архивы XIV–XV вв. М.; Л., 1948. Ч. 1.
17. Экземплярский А. В. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период. СПб., 1889. Т. 2.
ON THE FORMATION OF THE COMPOSITION OF BAILSMAN IN
THE TESTAMENT OF GRAND DUKE VASILY I
S. V. Bogdanov
The Tver State University, the Chair of Russian History
On the basis of analyzing the list of guarantors in the last will and testament
of Grand Duke Vasily Dmitrievich shows the composition of the guarantors,
which is set by the author, was formed in accordance with the existing agreements (dokonchaniyami) when «junior princes» of Moscow’s princely house
waives great reign in favor son of Grand Duke Vasily Dmitrievich. Established that the procedure for creating a spiritual wills Grand Duke accompanied by conflicts, since not all the rulers of the princely house of Moscow refused to Crown law.
Keywords: Vasiliy I, the Grand Duke, testament (dukhovnaya gramota),
dokonchanie, bailsman, Duke Konstantin Dmitrievich, Duke Yaroslav
Vladimirovich, Duke Vladimir Andreyevich, Duke Ivan Vladimirovich.
Об авторе:
БОГДАНОВ Сергей Владимирович – Тверской государственный
университет, кафедра отечественной истории, кандидат исторических
наук, доцент, e-mail: serg_bogdanov@mail.ru
About the authors:
BOGDANOV Sergei Vladimirovich – Candidate of Historical Sciences, Associate Professor, the Chair of Russian history, the Tver State University (the Trekhsvyatsky str.., 16/31, Tver, 170100,), e-mail:
serg_bogdanov@mail.ru
References
Cherepnin L. V. Russkie feodal'nye arkhivy XIV–XV vv. M.; L., 1948. Ch. 1.
– 24 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Ekzemplyarskii A. V. Velikie i udel'nye knyaz'ya Severnoi Rusi v tatarskii
period. SPb., 1889. T. 2.
Gorskii A. A. Sud'by Nizhegorodskogo i Suzdal'skogo knyazhestv v kontse
XIV – seredine XV v. // Srednevekovaya Rus'. M., 2004. Vyp. 4.
Grekov I. B. K voprosu o datirovke tak nazyvaemoi «vtoroi dukhovnoi
gramoty» moskovskogo knyazya Vasiliya I // Problemy obshchestvennopoliticheskoi istorii Rossii i slavyanskikh stran. M., 1963.
Ivanov D. I. Moskovsko-litovskie otnosheniya v 20-e gody XV stoletiya
// Srednevekovaya Rus'. M., 1999. Vyp. 2.
Karamzin N. M. Istoriya gosudarstva Rossiiskogo. SPb., 1819. T. 5.
Kloss B. M. Izbrannye trudy. M., 1998. T. 1: Zhitie Sergiya Radonezhskogo.
Kuchkin V. A. Antiklossitsizm // Drevnyaya Rus': Voprosy medievistiki.
2003. № 3(13).
Kuchkin V. A. Dogovor velikogo knyazya Vasiliya Dmitrievicha s bratom
zvenigorodsko-galichskim knyazem Yuriem Dmitrievichem //
Srednevekovaya Rus'. M., 2006. Vyp. 6.
Lakier A. B. Russkaya geral'dika. SPb., 1855.
Panova T. D. Nekropoli moskovskogo kremlya: 2-e izd. M., 2003.
Petrov N. P. Istoriya rodov russkogo dvoryanstva. SPb., 1886. T. 1.
Presnyakov A. E. Obrazovanie Velikorusskogo gosudarstva. Petrograd, 1918.
Sakharov I. P. Moskovskie udel'nye knyaz'ya // Syn otechestva. 1842. Kn. 12. I.
Soboleva N. A. Russkie pechati. M., 1991.
Zimin A. A. O khronologii dukhovnykh i dogovornykh gramot XIV – XV
vv. // Problemy istochnikovedeniya. M., 1958. Vyp. 6.
Zimin A. A. Vityaz' na rasput'e. M., 1991.
Статья поступила в редакцию 14.05.2013
– 25 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 26–38.
ИСТОРИЯ РОССИИ
УДК 94 (470.331) “19”
ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ
И АГРОНОМИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ КРЕСТЬЯНСКИМ
ХОЗЯЙСТВАМ В ПЕРИОД АГРАРНОЙ РЕФОРМЫ
П. А. СТОЛЫПИНА (НА МАТЕРИАЛАХ ТВЕРСКОЙ ГУБЕРНИИ)
О. В. Дауэнгауэр
Московский государственный университет экономики, статистики и информатики (МЭСИ), Тверской филиал, кафедра гуманитарных и социально-экономических дисциплин
В статье рассматривается процесс создания и деятельности правительственных организаций, ответственных за проведение аграрной реформы на
региональном (губернском и уездном) уровне, оцениваются первые результаты деятельности. Особое внимание уделяется вопросу оказания
агрономической помощи крестьянским хозяйствам и её региональной
специфике.
Ключевые слова: столыпинская аграрная реформа, Тверская губерния,
Крестьянство, землеустроительные комиссии, выборы.
В современной отечественной историографии проблематика реформ
остается приоритетной, при этом первостепенное внимание уделяется аграрным преобразованиям, в том числе «столыпинским» реформам 1906–
1913 гг. В начале ХХ в. с их результатами связывали стабилизацию не
только экономического, но и политического положения России. Сегодня
опыт столыпинской реформы вновь приобрёл актуальность в связи с попытками преобразования аграрного сектора российской экономики. Современное состояние сельского хозяйства (нерешённые проблемы собственности и землепользования, трудности оказания правительственной агрономической помощи фермерам) заставляет исследователей и практиков
обращаться к опыту преобразований прошлого. При этом на современном
этапе особую актуальность приобретают региональные исследования. В
рамках современного реформирования важную роль могут играть органы
местного самоуправления. Изучение исторического опыта участия земств и
их влияния на реформаторский процесс, будет способствовать повышению
потенциала современных преобразований российского сельскохозяйственного сектора.
Оценить степень эффективности преобразований можно не только
анализируя замыслы реформаторов и подсчитывая количество крестьян,
разорвавших связь с общиной. Важным параметром укоренённости и перспективности реформы является её техническая продуманность. В этом
свете важно изучение агрономической помощи крестьянским хозяйствам,
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
определение основных направлений данной поддержки, особенности её
финансирования и исполнения, объёмы и результаты.
Реализация замыслов П. А. Столыпина потребовала создания и реструктуризации учреждений, занимавшихся проведением преобразований.
Это был длительный процесс, который фактически растянулся на весь активный период реформирования, что побуджает рассмотреть деятельность
данных организаций с 1906 по 1913 г., т. к. начавшаяся Первая мировая
война существенно затормозила ход реформы и изменила её направление.
Основным центральным учреждением, отвечавшим за проведение
аграрной реформы, было Главное управление землеустройства и земледелия (далее – ГУЗиЗ). Одним из основных его структурных подразделений
был Департамент земледелия, игравший значительную роль в осуществлении земельной реформы1. В структуре ГУЗиЗ отвественные решения принимались в Комитете по землеустроительным делам, образованном 4 марта
1906 г. на основании высочайшего Указа для подготовки и проведения
агарной реформы. На Комитет были возложены две задачи: помощь Крестьянскому поземельному банку при покупке земли крестьянами и содействие населению в устранении недостатков существующего землевладения.
Комитет начал действовать с 5 марта, определив методику работы губернских и уездных землеустроительных комиссий, их штатного расписания и
средств на содержание. К тому же комитет руководил деятельностью губернских и уездных землеустроительных комиссий; разрешал выдачу ссуд
и пособий на землеустройство и мелиорацию, определял условия продажи
и сдачи в аренду казенных земель2.
Комитет активно участвовал в разработке законопроектов, регламентирующих деятельность землеустроительных комиссий: Постановление
(11 июня 1906 г.), Циркуляр совместно с МВД (14 июня 1906 г.), Наказ
землеустроительным комиссиям, утверждённый 19 сентября 1906 г.3
Помимо основных центральных органов аграрную политику на местах проводили административно-судебные учреждения: губернские и уездные землеустроительные комиссии, созданные в соответствии с указом от 4
марта 1906 г.4 Согласно данному нормативному акту, их функции состояли
в «содействии населению к устранению в установленном порядке недостатков существующего землевладения и землепользования сообразно особым условиям отдельных местностей»5.
В соответствии с высочайшим Указом определялся примерный состав уездных и губернских землеустроительных комиссий. В обязанности
им вменялось выяснение положения крестьянского землевладения для со1
Высшие и центральные учреждения России 1801–1917 гг. СПб., 2002. Т. 3: Центральные государственные учреждения. С. 81–82.
2
Столыпинская реформа и землеустроитель А. А. Кофод: документы, переписка,
мемуары / сост., предисл. и коммент. А. В. Гутерца. М., 2003. С. 717–718.
3
П. А. Столыпин: программа реформ: док. и матер: в 2 т. М., 2003. Т. 1. С. 443–460.
4
Полное собрание законодательства (далее – ПСЗ). Собр. III. СПб., 1909. Т. 26.
№ 27478.
5
П. А. Столыпин: программа реформ. Т. 1. С. 371.
– 27 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
действия Крестьянскому поземельному банку в его операциях по каждому
конкретному уезду, а также вопросы целесообразности приобретения Банком предлагаемых к покупке имений, порядке ликвидации, установлении
степени нужды крестьян в продаваемой земле и выяснение её действительной стоимости, посредничество между продавцами земли и покупателями
(крестьянами)6.
В соответствии с указом от 4 марта 1906 г. работа первых уездных
землеустроительных комиссий началась в июне – декабре 1906 г. в 184
уездах 33 губерний7. Недостаток средств позволял открывать новые органы
не более чем в шести уездах на каждой территории, а кое-где (напр. в Тверской губернии) пришлось ожидать ассигнований во «второй очереди» – не
ранее, чем в 1907 г.8, и с сокращением до трёх комиссий9. Тверской губернской администрации предлагалось выбрать, «где бы они желали и в каких
уездах открыть первые уездные землеустроительные комиссии»10. Было
решено рекомендовать открыть их в Бежецком, Вышневолоцком и Новоторжском уездах, соединив делопроизводство по Бежецкому уезду с Весьегонским, по Новоторжскому уезду – с Тверским, а по Вышневолоцкому – с
Осташковским11. Однако чиновники из ГУЗиЗ выступили против подобной
инициативы, обратив внимание на имеющийся негативный опыт подобных
практик12. В итоге первые комиссии появились в Вышневолоцком, Бежецком, Новоторжском уездах с правом решения «безотлагательных дел» на прилегающих территориях13.
С назначением членов уездных землеустроительных комиссий от
администрации проблем не возникало. Выборы же кандидатов от земства и
крестьян сопровождались скандалами. Многие волостные сходы отказывались участвовать в выборах. Из 70 волостей в трёх уездах (Тверском, Бежецком и Вышневолоцком) в 1907 г. 21 волостной сход отказался выбрать
кандидатов, а 49 волостных сходов провели своих кандидатов14. В связи с
массовыми отказами (фактически 30 % волостных сходов саботировали
выборы) губернатор вынужденно призвал чиновников Тверского губернского присутствия считаться с настроениями крестьян-выборщиков15.
Тверское земство в целом негативно оценило правительственную
инициативу, а Новоторжские депутаты так резко воспротивились созданию
местной землеустроительной комиссии, что губернатор фон Бюнтинг вынужденно хлопотал перед ГУЗиЗ «… Новоторжскую уездную землеуст6
П. А. Столыпин: программа реформ. Т. 1. С. 372.
ГАТО. Ф. 112. Оп. 1. Д. 3. Л. 2: Из циркуляра ГУЗиЗ 30 июня 1906 г. об учреждении и открытии землеустроительных комиссий.
8
ГАТО. Ф. 112. Оп. 1. Д. 3. Л. 2-3.
9
Там же. Л. 14.
10
Там же. Л. 3.
11
Там же. Л. 11.
12
Там же. Л. 14–14 об.
13
Там же. Л. 16.
14
Там же. Л. 90.
15
Там же. Л. 33.
7
– 28 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
роительную комиссию в текущем году не открывать, а взамен … с мая
1907 г. открыть её в Тверском уезде и передать безотлагательные дела Новоторжского уезда в Тверскую уездную землеустроительную комиссию»16.
О том, что отказы земства и крестьян от выборов в уездные землеустроительные комиссии приобретали массовый характер, свидетельствуют донесения земских начальников в Тверское губернское присутствие17.
Так, в Тверском уезд, где комиссия появилась по воле администрации, крестьяне отказались участвовать в выборах18.
Уклонение от выборов становилось столь массовым, что возникла
угроза срыва открытия землеустроительных комиссий в положенный срок.
В связи с этим тверской губернатор разослал Циркуляр участковым земским начальникам Тверского уезда и губернии, где предлагалось: «Безотлагательно и не позднее 6 апреля сего года созвать волостные сходы» и
«лично, на сходе разъяснить, что в интересах самих крестьян необходимо
иметь своих представителей в землеустроительных комиссиях». При этом
рекомендовалось напомнить, что выбранные «имеют право на вознаграждении в размере 200 рублей каждому»19.
Из вышесказанного можно сделать вывод о том, что ситуация вокруг открытия уездных землеустроительных комиссий в Тверской губернии была довольно напряжённой. Не всегда выбранные кандидаты от крестьян устраивали Тверскую губернскую и уездную администрацию. Губернатор фон Бюнтинг отправил в ГУЗиЗ запрос по поводу «неблагонадежных» лиц: «Ни в Именном Высочайшем указе 4 марта 1906 г., ни последовавших от Вашего Сиятельства циркулярах об условиях и порядке избрания членов уездных землеустроительных комиссий не имеется указаний на
условия и порядок увольнения членов уездных землеустроительных комиссий, избранных от крестьян и земства в случаях их политической неблагонадежности<…> Вследствие сего прошу Ваше Сиятельство не оставить меня без руководства по сему предмету, так как по Бежецкому уезду в
число членов уездной землеустроительной комиссии от крестьян оказалось
избранным лицо политически неблагонадежное»20.
Несмотря на то что в документах не удалось обнаружить ответной
инструкции от ГУЗиЗ (вероятно, указания такого характера имели гриф
секретности), можно предположить, что тверские чиновники в этой ситуации использовали административный ресурс. Известно, что выбор членов
из утверждённых кандидатов от крестьян в уездную землеустроительную
комиссию осуществлял уездный предводитель дворянства. Таким образом,
мог проводиться отсев политически «неблагонадёжных», с точки зрения
тверской губернской и уездной администрации, крестьян. Тем не менее три
16
ГАТО. Ф. 112. Оп. 1. Д. 3. Л. 33–34.
Там же. Л. 35.
18
Там же. Л. 78.
19
Там же. Л. 39–39 об.
20
Там же. Л. 64.
17
– 29 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
первые и последующие уездные землеустроительные комиссии открылись
согласно утверждённым срокам21.
Состав землеустроительных комиссий (кроме членов по избранию)
корректировался с учетом местных условий22. На весенне-полевой период
командировали агрономический персонал, который выполнял основные
виды землеустроительных работ. Руководил землеустройством уездный агроном, зачастую обслуживающий несколько уездов23.
Штат землеустроительной части комиссий имел тенденцию к расширению. В 1907 г. насчитывалось 650 человек, в 1908 – 1300, в 1909 –
3300, в 1910 – 5120, в 1911 – 5400, в 1912 – 6000, а к 1914 землемерный
штат насчитывал 7000 человек. Руководство технической частью работ
осуществлял управляющий Межевой частью министерства юстиции
Н. Д. Чаплин. До начала столыпинской аграрной реформы ежегодно пять
училищ выпускали 150 землемеров. Межевой институт ежегодно заканчивали 10–15 межевых инженеров. За 1906–1914 гг. было открыто 9 новых
училищ для подготовки землемеров, а число выпускников Межевого института доведено к 1907 г. до 50 человек24. Тем не менее местный состав
землемеров нельзя назвать постоянным из-за довольно частой смены персонала. Особенно часто менялись землеустроители, т. е. те люди, от которых зависело техническое обеспечение землеустроительных работ25.
В ходе аграрной реформы действовало 463 уездные землеустроительные комиссии в 47 губерниях, из которых в 1907 г. было открыто 190; в 1908
– 36; 1909 – 10; 1910 – 11; 1911 – 21; 1912 – 1126. Таким образом, за первые
два года реформы правительство смогло открыть более 80 % комиссий от их
общего числа. С 1907 г. Комитет по землеустроительным делам начал открывать губернские землеустроительные комиссии, а с 25 мая 1911 г. (с утверждением Положения о землеустройстве) их открытие стало обязательным. Всего действовало 47 губернских землеустроительных комиссий27.
До 1911 г. во многих губерниях обязанности губернских комиссий
временно выполняли губернские присутствия или губернские по крестьянским делам присутствия. До открытия Тверской губернской землеустроительной комиссии её функции исполняло Губернское присутствие 28. Из-за
21
ГАТО. Ф. 112. Оп. 1. Д. 15. Л. 56.
Там же. Д. 3. Л. 2–3.
23
Там же. Д. 1. Л. 72.
24
Столыпинская реформа и землеустроитель А. А. Кофод. С. 712.
25
Адрес-календарь Тверской губернии на 1909 г. Тверь, 1910. С. 140–141; Адрескалендарь Тверской губернии на 1910 г. Тверь, 1910. С. 149–155; Адрес-календарь
Тверской губернии на 1911 г. Тверь, 1911. С. 96–101; Адрес-календарь Тверской губернии на 1912 г. Тверь, 1912. С. 121–122; Адрес-календарь Тверской губернии на
1913 г. Тверь, 1913. С. 136–145.
26
Столыпинская реформа и землеустроитель А. А. Кофод. С. 713.
27
Там же. С. 713.
28
Тверские губернские ведомости. 1907. 11 мая. Часть. офиц. С. 1.
22
– 30 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
нехватки средств Тверская губернская землеустроительная комиссия была
открыта только 2 мая 1909 г.29
Структуру Тверской губернской землеустроительной комиссии составляли: канцелярия, агрономический отдел, отдел огнестойкого строительства (с 1913 г.), отдел земельных улучшений (гидротехнический). Основным
отделом являлся агрономический, действовавший на основании инструкций,
утверждённых губернатором 15 июня 1910 г. и 20 марта 1911 г.30
Координация работ всех землеустроительных комиссий и разработка
нормативно-правовой базы осуществлялась Комитетом по землеустройству
с помощью съездов их представителей в Петербурге. Так, например, в ноябре 1907 г. состоялся съезд непременных членов губернских присутствий, на
котором обсуждалось применение указа 9 ноября 1906 г. о выделе домохозяев без согласия сельского схода. В январе 1909 г. был проведён съезд непременных членов как губернских присутствий, так и землеустроительных комиссий. Съезд рассмотрел проект комитета и выработал текст правил о землеустройстве целых сельских обществ, а также техническую инструкцию
для руководства при составлении землеустроительных проектов.
С 1906 г. и присутствие, и землеустроительные комиссии руководствовались в своей деятельности указом от 4 марта и Наказом землеустроительным комиссиям от 19 сентября 1906 г.31 Согласно Наказу на землеустроительные комиссии возлагалась обязанность выяснять земельные нужды крестьян на местах и содействовать населению в решении данного вопроса. Особенно это касалось тех селений, «кои находились в особо неблагоприятных условиях»32. Для оказания помощи крестьянам комиссии
должны были выяснять различные земельные нужды и соотношение их с
местными условиями, способы разрешения.
Процессуальный порядок производства дел в землеустроительных
комиссиях был выработан в самом начале реформы в 1906–1907 гг. и сохранялся затем без существенных изменений, в том виде, в котором он был
выработан. Согласно ему ходатайство крестьян поступало землеустроителю, который после проверки документов и фактов на месте составлял проект, согласовывая его с крестьянами, и передавал на заключение в землеустроительную комиссию для установления очередности выполнения полевых работ и назначения конкретных исполнителей. Проекты землеустроителей с 1910 г. оценивались и рассматривались окончательно особым
землеустроительным совещанием при губернской землеустроительной комиссии, подготовка дел для которого возлагалась на непременного члена
губернской комиссии и губернского землемера.
Жалобы на постановления уездных землеустроительных комиссий
находились в ведении губернских комиссий. Кассационной инстанцией являлся Сенат.
29
ГАТО. Ф. 112. Оп. 1. Д. 3. Л. 56.
Там же. Л. 56.
31
Там же. Д. 1. Л. 5–14.
32
П. А. Столыпин: программа реформ. Т. 2. С. 243.
30
– 31 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
В мае 1911 г. состоялся очередной съезд непременных членов землеустроительных комиссий, на котором обсуждался проект нового Наказа
землеустроительным комиссиям по применению закона от 29 мая. Дальнейшая практика работы землеустроительных комиссий была развита в
Положении о землеустройстве33. Закон определял основные виды землеустроительных работ и распространял их на все крестьянские земли: надельные и вненадельные.
Положение о землеустройстве и новый Наказ землеустроительным комиссиям от 19 июня 1911 г. изменили состав землеустроительных комиссий и
расширили их полномочия, в том числе они получили права судебных органов
по землеустроительным делам. Четкий перечень землеустроительных действий был определён законодательно, а сам термин «землеустройство» приобрёл юридическое толкование. Роль комиссий перестала быть пассивной.
Заседания проводились раз в месяц, но созывались и внеочередные
заседания, которые были двух видов: распорядительные и открытые. На
распорядительных заседаниях решались вопросы текущей деятельности, а
на открытых выносились решения по ходатайствам крестьян. Помимо указанных функций, в компетенцию землеустроительных комиссий входила
выдача ссуд на перенос построек, а также другие сельскохозяйственные
операции. Максимальный размер ссуды, как правило, не превышал 150
руб. (только с особого разрешения Комитета по землеустроительным делам, в исключительных случаях ссуда могла достигать 500 руб.). Кроме того, в распоряжении землеустроительных комиссий находилось около 50 %
сумм, направлявшихся правительственными организациями на агрономическую помощь и содействие огнестойкому строительству.
Давая те или иные оценки ходу, итогам реформы, исследователи основное внимание обычно сосредотачивают на численности и земельной
обеспеченности хуторян и отрубников, их землеустройстве в целом. Совершенно незаслуженно остается в тени такой критерий результативности
реформы, как агрономическая помощь не только землеустроенным, но и
общинным крестьянам.
Для общего руководства работой по оказанию агрономической помощи крестьянским хозяйствам при губернских землеустроительных комиссиях
циркуляром от 25 апреля 1908 г. в целях «оказания сельскохозяйственной помощи единоличным мелким владельцам» были созданы Особые агрономические совещания34. В их состав входили члены самих комиссий, земских управ,
инспектора сельского хозяйства и местный агрономический персонал.
Особое внимание ГУЗиЗ обращало на то, что ввиду многообразия
естественно-исторических условий выполнение каких-либо общих программ улучшения крестьянских хозяйств было невозможно без предварительного сбора конкретного материала.
При агрономическом совещании в Тверской губернии действовали три
комиссии: по опытному и показательному делу, по сельскохозяйственным об33
34
Свод законов Российской империи. СПб., 1912. Т. 10, ч. 3.
ГАТО. Ф. 1078. Оп. 1. Д. 78. Л. 174–175.
– 32 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ществам и товарищеским предприятиям и по непосредственной помощи, сельскохозяйственным складам и прочим видам сельскохозяйственной помощи35.
На Особые агрономические совещания приглашались непременные
члены уездных землеустроительных комиссий, а также «лучшие хозяева и
вообще компетентные по тому или иному вопросу лица»36. Не случайно
первостепенными оказывались вопросы кредитования, качество агрономической помощи, количественные показатели которой постепенно расширялись: в 1911 г. ассигнования составили 52240 руб., в 1912 г. – 97 000, в
1913 г. – 130 397 руб.37 Однако ее эффективность оказывалась не столь заметной, поскольку увеличивалось количество единоличных хозяйств, нуждающихся в ней, в общероссийском масштабе, нарастало. По настоянию
ГУЗиЗ с 1912 г. приходилось сокращать сметы, равномерно распределяя
средства с учетом многочисленных крестьянских нужд38.
Обстоятельства побуждали искать менее затратные виды агрономической помощи: создавать показательные участки, поля и огороды; случные, прокатные и зерноочистительные пункты; возведить огнестойкие постройки в деревнях; проводить гидротехнические работы; распространять
сельскохозяйственные знания; выдавать ссуды под землеустройство. Показательные участки – небольшие овощеводческие, полеводческие, садоводческие хозяйства, применявшие последние достижения агрономии, становились
примером для окрестных хозяйств, ориентированных на рынок. В 1911 г. в
Тверской губернии на закладку 628 показательных участков выделили 7 075
руб. (из них 350 руб. на эти цели получил Осташковский уезд). Предусматривалось создание 29 показательных полей и трёх показательных огородов. Характерно, что из предполагаемых 628 участков 420 планировалось заложить в
Ржевском и Вышневолоцком уездах39.
Позднее агрономы отмечали, что при организации опытнопоказательных участков крестьяне проявляли неподдельный интерес к новому инвентарю для обработки почвы. Пользовались спросом винтовые
плуги, дисковые бороны, окучники. Сложнее оказалось убедить их применять искусственных и естественных удобрений, отмечалось, что крестьяне,
«хоть и унавоживают почвы, но не знают более экономичного обращения с
естественным удобрением»40.
Агрономическая помощь, несомненно, была востребована, но ее объемов явно недоставало, что ярко иллюстрирует статистика. Так, стоимость
показательного поля в Тверской губернии составляла около 25 руб., очевидно, что пропорционально распределив 7 075 руб. на 628 показательных мероприятий, вряд ли можно ожидать заметных результатов. К тому же хозяева предпочитали избегать рисков и вели дела по старинке, избегая измене35
ГАТО. Ф. 1078. Оп. 1. Д. 78. Л. 174–175.
Там же. Л. 175.
37
Там же. Оп. 1. Д. 137. Л. 43.
38
Там же. Ф. 112. Оп. 1. Д. 303. Л. 12–20.
39
Там же. Ф. 1078. Оп. 1. Д. 137. Л. 50.
40
Там же. Л. 26.
36
– 33 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ний в системе севооборота, отказываясь даже от предоставленных к самовывозу искусственных удобрений41.
Важным начинанием при оказании агрономической помощи стало
создание прокатных, зерноочистительных и случных пунктов, целая сеть
которых создается в 1911–1912 гг. За умеренную плату (10–30 коп. в день)
здесь помогали крестьянам сельскохозяйственными машинами для культивирования земли, уборки и переработки урожая42. Постепенно налаживалось распространение улучшенных семян, импортных пород скота и птицы. Всеми мероприятиями заведовали агрономические старосты и практиканты, которые наряду с уездными агрономами работали при уездной землеустроительной комиссии, являясь служащими губернской землеустроительной комиссии43.
Первые же открытые пункты показали, что особым спросом пользовались в летний сезон орудия по обработке почвы, в осенне-зимний – сортировочные и зерноочистительные орудия. В 1911–1912 гг. на устройство только
двух прокатных и 11 зерноочистительных пунктов было выделено 7 635 руб.,
всего смогли открыть только пять таких пунктов на всю губернию44.
Одним из видов агрономической помощи было возведение огнестойких построек в деревнях. До столыпинских преобразований часть
убытков, нанесённых пожарами, и издержки по восстановлению хозяйства
покрывали страховые платежи, в 1905 г. составлявшие 21 532,5 тыс. руб.
Но суммарные утраты в разы превышали данный показатель. Пожарное
«вознаграждение» возмещало не более 1/6 части понесённых убытков, поэтому вопрос об огнестойком строительстве стоял очень остро. Землеустроительные комиссии содействовали возведению огнестойких построек в
деревнях: выдавались ссуды, направлялись специалисты для составления
смет, выписывались огнеупорные материалы. При возведении экспериментальных огнестойких построек ссуды выдавались безвозмездно45. В 1913 г.
на огнестойкое строительство (содержание технического персонала и устройство двух мастерских для выделки цементно-песчаной черепицы и трёх
заводов по выделке обожжённого кирпича) затратили 22 294 руб.46
Гидротехнические работы – не менее значимый компонент помощи,
но из-за сложности и капиталоемкости объёмы затрат были невелики. Порядок подобных работ определялся соответствующим циркуляром, где
предусматривался порядок исполнение проектов под руководством инженера-гидротехника, предварительные гидротехнические изыскания и т.п.47.
Подобные требования затрудняли реализацию этой части проекта.
41
ГАТО. Ф. 1078. Оп. 1. Д. 137. Л. 19.
Там же. Ф. 112. Оп. 1. Д. 291. Л. 13.
43
Там же. Д. 451. Л. 12–13.
44
Там же. Ф. 1078. Оп. 1. Д. 137. Л. 43.
45
Тверской край в ХХ веке: док. и матер // Архив-школе. Тверь, 1995. Вып. 2. С. 10.
46
ГАТО. Ф. 112. Оп. 1. Д. 530. Л. 121–122.
47
Там же. Ф. 1044. Оп. 1. Д. 1616. Л. 3–3 об.
42
– 34 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Имели место и безвозмездные ссуды. В 1911 г. уездные землеустроительные комиссии представили свои предложения по проведению гидротехнических работ в уездах, которые были направлены через губернскую
землеустроительную комиссию на заключение инженера-гидротехника при
Московско-Тверском управлении земледелия и государственных имуществ. Исходя их доклада инженера, кредит для мелиорации земель в связи
с землеустройством в размере 2070 руб. был перераспределён по уездам и
уездным землеустроительным комиссиям. В Осташковском уезде были
профинансированы работы по мелиорации в бассейне р.Массовицы, в
Весьегонском уезде – болот и заболоченных земель у с. Лекмы, в Кашинском – в бассейнах р. Сити и Яхромы, в Бежецком – земли в Новской волости. В остальных уездах работы были отложены из-за недостатка средств
и специалистов48.
До 1914 г. гидротехнические работы в связи с землеустройством в
Тверской губернии были весьма немногочисленны. Это объяснялось «незнакомством местного населения с возможностью получить на мелиорацию своей земли ссуду и технические указания, и в особенности, незнакомству с пользой мелиорации, с другой стороны, вследствие отсутствия в
распоряжении землеустроительных органов компетентного лица, всецело
занятого организацией этих работ в губернии<…> Произведенные изыскания считаются единицами, а в натуре не было выполнено ни одного проекта»49. Так, например, с 1909 по 1913 гг. поступило 35 ходатайств по осушению и четыре ходатайства по обводнению. Из них Тверская губернская
землеустроительная комиссия постановила удовлетворить 16 ходатайств по
осушению и два заявления по обводнению. В конечном итоге было составлено восемь проектов на 1130 десятин на сумму 18 562 руб., но первый
проект был выполнен лишь в 1914 г.50
Наряду с вышеперечисленными видами агрономической помощи существовало ещё и такое направление, которое можно обозначить как «распространение сельскохозяйственных знаний в районах землеустройства среди
крестьян»51. Некоторые уездные землеустроительные комиссии совместно с
земствами организовывали в зимние месяцы краткосрочные (одна – две с половиной недели) курсы для крестьян, на которых специалисты из губернских
землеустроительных комиссий и земских управ преподавали основы сельскохозяйственных и экономических знаний. Сельскохозяйственные чтения, организованные уже в 1911 г., имели большой успех, и «обычно на этих чтениях
слушателей приходило больше, чем могло поместиться в классной комнате»52.
Перечень подобных лекций был достаточно разнообразен. Читались лекции
по луговодству, растениеводству, общему огородничеству, пчеловодству.
48
Тверской край в ХХ веке… С. 29.
Обзор Тверской губернии за 1914 г. С. 52.
50
Там же. С. 52.
51
ГАТО. Ф. 1078. Оп. 1. Д. 137. Л. 8.
52
Там же. Д. 137. Л. 29.
49
– 35 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Проводились специальные экскурсии на опытно-показательные участки в сады, на огороды, показательные поля и др.
Выдача ссуд и пособий при землеустройстве являлась важной составляющей столыпинской аграрной реформы. После введения в действие
нового Положения о землеустройстве в 1911 г. в том же году главноуправляющий землеустройством и земледелием внёс в Государственную думу
проект правил о ссудах и пособиях из средств казны при землеустройстве.
Необходимость принятия закона объяснялась несовершенством порядка
предоставления крестьянству денежной помощи, которая хоть и предусматривалась законами 4 марта, 27 августа 1906 г., однако точные указания
относительно порядка выдачи ссуд в данных нормативных актах отсутствовали. Не были прописаны и гарантии правильного их возвращения.
Согласно новому законопроекту:
– кредит, установленный данными правилами, носил чисто землеустроительный характер, ссуды выдавались исключительно на землеустройство,
но не позднее трёх лет с выдачи документов новым собственникам;
– кредит не устанавливал строго фиксированных сумм (размер пособий
не должен был превышать 150 руб. на одно хозяйство, но в исключительных случаях кредит мог достигать 500 руб. на одно хозяйство, если при
возведении построек использовались огнеупорные материалы);
– кредит предоставлялся на срок до 15 лет, причём возврат ссуды был
беспроцентным и без уплаты пени (причём выплаты по ссудам могли
производиться как единовременно, так и погодно, а при льготном предоставлении ссуды выплаты могли иметь отсрочку до 5 лет);
– данные ссуды не предоставлялись лицам обеспеченным, ими могли
пользоваться лишь те землевладельцы, которые не имели собственных
средств на проведение необходимых работ и приобретение необходимого
имущества;
– ссуда выдавалась под обеспечение участка, но, вместе с тем, она не
являлась строго ипотечной, и это давало возможность прибегать к продаже участка лишь в том случае, когда все средства были исчерпаны.
Законопроект был одобрен Государственной думой и Государственным советом, и утверждён 16 июня 1912 г.53.
В фондах ГАТО имеется множество дел уездных и губернской землеустроительных комиссий, в которых рассматривались ходатайства о предоставлении ссуд. Размеры выданных ссуд варьировались от 50 до 150
руб., причём, как правило, выдавался максимальный размер в 150 руб.54
В исключительных случаях, как предусмотренных вышеназванным
законодательным актом, так и при форс-мажорных обстоятельствах, ссуды
могли быть больше (на усмотрение землеустроительной комиссии). Так,
например, в деле о выдаче ссуды на перенос построек при переселении на
хутор крестьянин ходатайствовал о выдаче ссуды в размере 100 руб. Ссуда
была выдана, но «буря сорвала крыши с новых построек и разрушила ба53
54
ПСЗ. Собр. III. Т. 32. № 37341.
ГАТО. Ф. 1146. Оп. 1. Д. 1.
– 36 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ню», поэтому крестьянин попросил дополнительную помощь, которую ему
и предоставили в размере 50 руб.55 Как правило, ссуды выдавались на перенос построек или покупку стройматериалов (при выделе на хутора), мелкие мелиоративные работы на своих участках (рытье канав, прудов, колодцев, осушку частей участков)56.
Начавшаяся в 1914 г. война сильно сказалась на объёмах агрономической помощи. Землеустроительная и агрономическая деятельность отошли на второй план, уступив приоритетное место снабжению армии продовольствием. Как известно, объемы агрономической помощи напрямую
зависели от кредитования, шедшего от центральной власти. Поэтому с началом войны помощь крестьянским хозяйствам существенно уменьшилась.
Можно сделать вывод, что интерес и потребность в оказании помощи крестьянским хозяйствам со стороны правительства и земств, безусловно, существовали. Однако многие мероприятия не осуществлялись или не были
доведены до конца. Здесь были как общие причины (недостаток финансирования, нехватка специалистов), так и специфические, характерные для
каждого уезда (большие расстояния, плохие дороги, отдалённость центров
агрономической помощи от уездных центров и железных дорог).
Осуществление столь масштабной реформы было невозможно без
разветвлённой сети организаций на местах, однако процесс открытия местных землеустроительных комиссий губернии растянулся на 5 лет. Вместе с
тем губительно было оставлять крестьянские хозяйства без систематической агрономической помощи. В этих условиях правительство обратилось
за помощью к земским организациям.
GOVERNMENTAL ORGANIZATIONS AND AGRONOMIC
ASSISTANCE TO PEASANT FARMING IN THE PERIOD
AGRARIAN REFORM OF P. A. STOLYPIN (ON THE MATERIAL
OF THE TVER PROVINCE)
O. V. Dauengauer
The Moscow State University of Economics, Statistics and Informatics
(MESI), the Tver Branch, the Dept. of Humanities and Socio-economic
Disciplines
The study examined the creation and activities of government agencies responsible for agrarian reform at the regional (provincial and district) level.
The process of creation and first results. Particular attention is paid to the provision of agronomic assistance to farmers, its regional specificities.
Keywords: Stolypin agrarian reform, Tver Province, peasants, land committees, the election.
Об авторе:
55
56
ГАТО. Ф. 112. Оп. 1. Д. 373. Л. 7–7 об.
Там же. Д. 385, 457, 460.
– 37 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ДАУЭНГАУЭР Ольга Владимировна – Московский государственный университет экономики, статистики и информатики (МЭСИ),
Тверской филиал, кафедра гуманитарных и социально-экономических
дисциплин, кандидат исторических наук, e-mail: dauengauer@gmail.com
About the authors:
DAUENGAUER Ol'ga Vladimirovna – Candidate of Historical Sciences, the Head of the Dept., the Moscow State University of Economics, Statistics and Informatics (MESI), the Tver Branch, the Dept. of Humanities and Socioeconomic Disciplines (Sovetskaya str., 58, Tver, 170100), e-mail:
dauengauer@gmail.com
Статья поступила в редакцию 14.01.2013
– 38 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 39–54.
ИСТОРИЯ РОССИИ
УДК 94(470.331):338.2
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАЛИНИНСКОЙ
ОБЛАСТИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 1930-Х ГОДОВ
(ПО МАТЕРИАЛАМ ПРОТОКОЛОВ ПАРТИЙНЫХ СОБРАНИЙ)
Л. А. Болокина
Тверской государственный технический университет, кафедра истории и
политологии
В статье представлены результаты изучения экономической и социальной обстановки, сложившейся в Калининской области накануне Великой
Отечественной войны. Публикация основана на анализе данных, содержащихся в протоколах собраний первичных партийных организаций
различных районов области.
Ключевые слова: Калининская область, колхозы, коммунисты, рабочие,
советская власть.
Первичные партийные организации в 1930-е гг. были созданы во
всех районах Калининской области и фактически являлись проводниками
решений, принятых высшими органами власти страны, областным или
районным руководством. В сохранившихся протоколах первичных ячеек
ВКП (б), созданных в колхозах, учреждениях, предприятиях промышленности, транспорт содержится весьма разноплановая информация, анализ
которой проясняет суть социально-экономических процессов на территории региона. Отметим, что, приступая к изучению этих источников, автор
рассчитывал прежде всего получить данные о поведении внутри партийных рядов. Однако действительность превзошла ожидания: за внешней
скукой и однообразием повестки дня многочисленных партийных собраний
нередко можно рассмотреть живую реальность, проблемы и интересы различных социальных групп, условия их труда и быта, особенности поведения и отношение к событиям в стране и мире. Оказалось, что внимательное
прочтение и анализ протоколов позволяют показать гораздо более широкую картину жизни области, не ограничиваясь рамками партийных дел. В
данной статье использованы материалы партийных организаций Бельского,
Бологовского, Кашинского, Козловского, Ленинского районов.
Необходимо подчеркнуть, что в рассматриваемый период как сами
коммунисты, так и население воспринимали партию в качестве руководящей организации, ответственной за принятие не только политических, но и
хозяйственных решений. Это особенно чётко проявлялось на собраниях,
когда заслушивались отчёты глав парторганизаций (при этом нередко присутствовали и сочувствующие. – Л. Б.) После отчёта докладчику обычно
задавалось немало вопросов, среди которых могли быть самые неожидан.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ные, например о составлении кормового баланса для лошадей в конкретном хозяйстве или о том, как будет обстоять дело с церковью (в данном селении и на уровне государственной политики). Однако в большинстве случаев людей волновали именно хозяйственные дела и собрание нередко заканчивалось оживлённым обсуждением насущных местных проблем1.
Одним из важнейших направлений партийной работы с населением
в 1930-х гг. были кампании по реализации государственных займов. В этом
деле наиболее ярко демонстрировалось сочетание метода убеждения и метода принуждения, столь характерных для внутренней политики правящей
в СССР партии. В 1935 г., возлагая на МОПР как на общественную организацию работу по подписке на заем, в указаниях райкома отмечалось, что
«размещение займа должно производиться исключительно на принципах
добровольности»2. В последующие годы формально этот принцип сохранялся, однако давление как на членов партии, так и на население в целом
оказывалось всё более заметное и в отдельных случаях доходило до того,
что «проводили подписку путём насилия»3. В итоге займы нередко оказывались раздражителем, выявлявшим настроения, которые в другие дни
могли и не прозвучать.
Судя по протоколам партсобраний, как только речь заходила о реализации очередного займа, вместе с «горячими приветствиями»4 подписки
тут же обнаруживалось, что идёт она неудовлетворительно или «крайне
неудовлетворительно»5, уже предпринятых усилий явно недостаточно и
требуется продолжить работу. Вскрывались недостатки, повторявшиеся из
года в год: сорваны совещания уполномоченных, митинги, уполномоченные выделены не во все колхозы и предприятия, не проведена индивидуальная подворная работа. Нередко причины медленных темпов подписки
видели во влиянии «несознательной массы»6, а также в слабой работе агитаторов, не сумевших донести до населения вопрос о значимости займа,
оказавшихся, подобно окружающим, «окутанными обывательщиной»7.
Ответственных за ход подписки уличали в том, что они ориентировали людей отдать государству двух- или трёхнедельный заработок, тогда
как следовало говорить о месячном доходе. Они на личном примере должны были доказать способность поставить нужды государства выше личных,
и строгому порицанию подвергались те, кто «сам подписался ниже среднего и всю бригаду потащил за собой»8. В мае 1940 г. на собрании Березайской территориальной парторганизации Бологовского района обсуждали
план проведения очередного займа. После ознакомления присутствующих
1
Тверской центр документации новейшей истории (далее – ТЦДНИ). Ф. 1746.
Оп. 1. Д. 8. Л. 1.; Ф. 1747. Оп. 1. Д. 6. Л. 1.
2
Там же. Ф. 6338. Оп. 1. Д. 21. Л. 47.
3
Там же. Ф. 2217. Оп. 1. Д. 5. Л. 30.
4
Там же. Ф. 4452. Оп. 1. Д. 3. Л. 11.
5
Там же. Л. 41 (об.)
6
Там же. Ф. 4454. Оп. 1. Д. 1. Л. 10.
7
Там же. Ф. 1668. Оп. 1. Д. 3. Л. 43 об.
8
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 21. Л. 45.
– 40 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
с соответствующим решением бюро райкома прозвучал призыв к председателям колхозов подписаться «… не менее как на месячный оклад 500–600
руб.» В ответ на это последовал ряд выступлений, одно из которых свелось
к тому, что обозначенную сумму никак не осилить, так как председатель
получает «в год 700 руб. деньгами». Однако и это замечание не смутило
секретаря парторганизации, который тут же отозвался: «Вы не считайте,
что ваши трудодни будут дешевые, нужно честной работой добиться что
трудодень колхозника был полноценный и не один член колхоза <…> не
должен не участвовать в реализации подписки»9.
В итоге решение сводилось к необходимости заново создавать бригады агитаторов, проводить дополнительные собрания, разъяснять населению смысл мероприятий «с точки зрения политической и оборонной», проводить дополнительную подписку и добиваться стопроцентных показателей10. В отдельных случаях предлагалось развернуть социалистическое соревнование между колхозами с оглашением результатов в газетах или специально устроенных стендах11.
В колхозах добиться желаемых цифр подписки было сложнее, чем
на предприятиях, из-за меньшего числа коммунистов и сочувствующих,
отсутствия денежных поступлений у жителей. Так, в феврале 1939 г. на
кашинском льнозаводе была сформирована комиссия содействия проведению подписки в прикреплённом к заводу Покровском сельсовете из-за пассивности местного населения. В конечном счёте удалось собрать сумму в
несколько сот рублей12. Некоторых селян агитаторы посещали по многу
раз, прежде чем добивались их согласия подписаться хотя бы на небольшую сумму13.
Находились и среди коммунистов те, с которыми приходилось «по
три часа беседовать», чтобы донести мысль об огромной роли займов для
укрепления обороноспособности страны в столь сложной международной
обстановке14. Иногда оказывалось, что именно коммунисты «плетутся в
хвосте у беспартийных», подписываясь на маленькие суммы, более того,
поддерживая при этом «нехорошие разговоры», что уж вовсе «подрывает
авторитет партии»15. В мае 1941 г. в выступлении коммунистки из Бологовского района прозвучал прямой упрек однопартийцам: «У нас иногда
получается так, что некоторые коммунисты произносят патриотические речи, в выступлениях заявляют о том, что они готовы отдать жизнь на благо
нашей Родины, а когда вопрос касается практической работы, когда от них
ещё не требуется жизни, они оказываются в хвосте»16.
9
ТЦДНИ. Ф. 1747. Оп. 1. Д. 5. Л. 21 об.
Там же. Ф. 1668. Оп. 1. Д. 3. Л. 43, 44; Ф. 4425. Оп. 1. Д. 4. Л. 37.
11
Там же. Ф. 4454. Оп. 1. Д. 1. Л. 10.
12
Там же. Ф. 4425. Оп. 1. Д. 6. Л. 1.
13
Там же. Ф. 1668. Оп. 1. Д. 3. Л. 44.
14
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 21. Л. 45.
15
Там же. Д. 17. Л. 25.
16
Там же. Д. 25. Л. 10 об.
10
– 41 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Случалось, что добиться спущенных сверху цифр оказывалось всё
же невозможно. По итогам реализации займа третьего года третьей пятилетки в Савцынской первичной парторганизации Кашинского района собранная сумма составляла 14 150 руб. из 19 000 руб., требуемых по плану.
На собрании подчёркивалось, что «единоличники упорствуют в подписке»17. В августе 1939 г. на территории Мерлинской парторганизации из запланированной 31 тыс. руб. подписка составила 6 тыс. руб. 18 На станции
Медведево летом 1940 г. 98 % рабочих подписались на заём в среднем на
79, 34 % заработка19. В Оленинском районе колхозники четырёх колхозов
категорически отказались подписываться. В большинстве случаев люди
ссылались на нехватку продуктов: «Хлеба не даёте и на заём подписываться не буду»20.
Следует обратить внимание, что в 1940 г. помимо традиционной
ссылки на то, что «капиталисты займы берут за счёт высасывания крови с
рабочих колоний. Советский Союз колоний не имеет, а потому приходится
изыскивать внутренние ресурсы…», агитаторы более настойчиво указывали на усложнившуюся международную ситуацию: «Нас всё-таки стараются
втянуть в войну но наша страна миролюбивая – стало быть мы должны
быть сильными так как считаются только с сильными, поэтому нужно нашей стране помочь и мы должны дать месячный заработок». Реагируя на
замечания об экономических проблемах советских граждан, докладчик пытался разобраться в приоритетах: «Говорить о займах нечего. У нас бывают
такие ненормальности и трудности будут, так как и дорого продукты и
другие – значит надо это иметь в виду и мы как коммунисты должны будем
разъяснить, что эти вопросы стихийного порядка»21.
Немало граждан охотно отозвались на призыв помочь стране в
сложной международной обстановке, и в информационной справке обкома
о ходе реализации займа третьего года третьей пятилетки от 1 июля 1940 г.
зафиксировано, что в основном кампания идёт «с воодушевлением», «с
большим подъёмом», и люди выражают готовность помочь советской власти, потому что «политика партии правильная», а «займы идут на пользу
народа»22. Весной 1941 г. многие соглашались с тем, что «нам сейчас нужно крепить оборонную мощь нашего государства, строить больше самолетов, танков, подводных лодок…»23. Однако приведённые выше факты и
мнения доказывают, что полного единодушия в вопросе о займах у населения не было.
Ещё одной задачей коммунистов на местах являлось развитие стахановского движения и вовлечение новых людей в процессы соцсоревно17
ТЦДНИ. Ф. 1668. Оп. 1. Д. 3. Л. 82.
Там же. Ф. 4452. Оп. 1. Д. 3. Л. 41 об.
19
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 21. Л. 45.
20
Там же. Ф. 147. Оп. 1. Д. 701. Л. 78, 80.
21
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 21. Л. 50.
22
Там же. Ф. 147. Оп. 1. Д. 701. Л. 56, 102.
23
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 24. Л. 25 об.
18
– 42 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
вания. Изучение документов показывает, что с момента возникновения
этого движения ему были свойственны все характерные черты подобных
кампаний в СССР. Весной 1936 г. в колхозах обсуждался вопрос «выявления» стахановцев и создания «таковым условий в работе», что подразумевало пресечение попыток провокаций, отделение стахановца от лодыря,
«который смеется над стахановцем и выезжает на его шее» (в этих словах
ясно видно ироничное отношение со стороны колхозников к рекордсменам.
– Л. Б.), но главным образом – создание фактически льготных условий для
возможных кандидатов на почётное звание24. Все обозначенные особенности сохранялись и в последующие годы.
В начале 1939 г. политуправление Наркомпищепрома СССР выпустило ряд приказов, содержавших результаты проверок партийной и политической работы партийных организаций свиноводческих совхозов в различных областях страны. Тексты приказов сохранились в тверских архивных фондах и являются любопытными источниками, проливающими свет
на самые различные аспекты советской действительности, в том числе на
состояние стахановского движения. Так, в приказе от 9 января отмечалось,
что «стахановское движение не получило надёжного размаха, опыт стахановских методов работы не популяризируется и не передаётся другим рабочим. Соцсоревнование и стахановское движение во многих совхозах
обюрокрачено». В пример приводились данные по одному из совхозов
Восточного Казахстана, в котором имелась «целая папка стандартных, напечатанных на машинке соцобязательств», проверка которых никем не
проводилась. В результате не было роста числа стахановцев в совхозе. Далее утверждалось, что тормозом для развития стахановского движения является бездеятельность парторганизации, которая «не борется за создание
производственных и бытовых условий стахановцам», и оказывается, что
один стахановец живет без крыши над головой, а 6 семей проживают в одном небольшом доме. Разумеется, далее приказывалось уделять стахановскому движению «исключительное внимание», перечислялись уже привычные меры – доски показателей, витрины, стенгазеты, изучение техминимума, опыта передовиков, максимум внимания к бытовым вопросам и
др.25 Аналогичные факты обнаружились в других регионах страны.
Весьма схожее положение наблюдалось в части хозяйств и предприятий Калининской области. Так, в свиноводческом совхозе «Обудово» отсутствовало соцсоревнование и не было ни одного стахановца 26. Когда в
совхозе «Всходы» Бологовского района на повестке дня появилась указанная тема, в выступлениях прозвучало описание ситуации: «В совхозе совсем нет работы со стахановцами. Технических работников записали стахановцами, а кадровых рабочих забыли, это подсмешка над стахановским
движением, списки стахановцев составлялись кабинетным порядком, не по
24
ТЦДНИ. Ф. 6331. Оп. 1. Д. 6. Л. 36 об.
Там же. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 3. Л. 5, 10.
26
Там же. Л. 39.
25
– 43 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
показателям, а по личности» 27. Присутствовавшие констатировали, что стахановцев в совхозе никто не знает, списки не составляются, учёт запутан.
Свидетельства о том, что соцсоревнование налажено «только на
словах», а на деле не контролируются и даже не отмечаются показатели
конкретных работников, никто не проверяет соответствие взятых обязательств и достигнутых реальных результатов, встречаются в документах
достаточно часто28. В книге соцдоговоров вагонного участка станции Медведево и вовсе обнаружились нарисованные карикатуры29.
В итоге заформализованности и очевидной показухи «убивалась
всякая инициатива соцсоревнования»30. Кроме того, названные стахановцами люди высказывали недовольство тем, что не сбывались надежды на
определённое внимание и помощь от власти. Это подтверждают слова рабочего станции Медведево: «Я всё время был стахановцем но мне не оказали помощи при постройке дома, а поэтому я и не стахановец»31.
Расчёт на сознательность и «авангардную роль» коммунистов в деле
заключения договоров о соцсоревновании далеко не всегда оправдывался.
Принятие новых обязательств, например работать без брака, перевыполнять нормы, изучать и соблюдать правила технической безопасности, для
некоторых оказывалось просто словами. Так, работавший на железнодорожной станции коммунист, обещавший в честь съезда работать ещё более
точно, опережать нормы, готовить новых специалистов и вовлекать стахановцев в партию, через полтора года был исключён из партии за распитие в
рабочее время вина, украденного из вагонов32. Доходило до того, что текст
постановления партсобрания оказывался очень похож на ультиматум:
«Всем коммунистам написать договора и вызвать на соревнование беспартийных председателей колхозов, а остальные колхозы обязать заключить
договора. Этим делом заняться председателям сельсоветов»33. На исполнение отводилось 8 дней. Стоит добавить, что иногда на местах не удавались
даже попытки организовать знаменитые именно в Калининской области
моляковские звенья34.
В упомянутых выше приказах по политуправлению Наркопищепрома СССР перечислено большое количество проблем, выявленных в работе
хозяйств: бесхозяйственность и пьянство, хищения и рвачество руководителей, хвастовство и очковтирательство. Отмечалось пренебрежительное
отношение к технической учебе и работе специалистов – агрономов, ветеринаров, зоотехников, невнимание к бытовым условиям работников35. В
приказе № 15 от 25 марта 1939 г. речь шла о ситуации в совхозе «Обудово»
27
ТЦДНИ. Д. 2. Л. 11, 29, 30.
Там же. Ф. 4438. Оп. 1. Д. 4. Л. 23 об., 53 об.
29
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 13. Л. 13.
30
Там же. Л. 53 об.
31
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 20. Л. 30.
32
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 17. Л. 33; Д. 18. Л. 2.
33
Там же. Ф. 4452. Оп. 1. Д. 3. Л. 58.
34
Там же. Ф. 4438. Оп. 1. Д. 4. Л. 22.
35
Там же. Ф. 1738. Оп.1. Д. 3. Л. 6, 7, 29, 30, 48.
28
– 44 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Калининской области. Среди прочего приводились следующие цифры:
убытки совхоза в 1938 г. составили 236 тыс. руб., отход свиней 27,3 %36.
После нашего знакомства с этими данными появляется естественный вопрос о том, в какой мере были распространены названные проблемы
среди возникших в предыдущие годы колхозов и совхозов Калининской
области. Напомним, что к концу 1930-х гг. на территории региона примерно девять крестьянских хозяйств из десяти вошли в колхозы37.
Из документов видно, что на партийных собраниях часто обсуждался
вопрос о слабой трудовой дисциплине, прежде всего о прогулах и невыполнении норм выработки. Так, в совхозе «Всходы» Бологовского района за 10
месяцев 1939 г. за нарушения трудовой дисциплины было уволено 137
чел.38; в колхозе «Лензавет–2» Кашинского района всего за три месяца 1939
г. совершено 199 прогулов39. Опоздания, порой очень значительные, невыход на работу без уважительных причин, низкое качество труда, недовыполнение установленных норм отмечались в разных районах области40.
Летом 1937 г. в Дмитровской МТС Кашинского района при обсуждении решения РК ВКП (б) о неудовлетворительной работе тракторного парка
выяснилось, что трактористы нарушают маршруты, уезжают работать в те
колхозы, где им покупают вино41; в то же время нет дисциплины и среди
бригадиров, механиков – вспомнили случай, когда «исправный трактор простоял 10 дней»42. В следующем году проблемы коллектива не были решены,
и наблюдались расхлябанность, самовольные переходы трактористов из бригады в бригаду, плохой ремонт техники, слабый учёт по многим параметрам,
необоснованное списание недостающих частей по кладовой. Происходила
так называемая обезличка тракторов, когда вместо закупки новых деталей их
переставляли с одного трактора на другой. «Машины раскулачиваются снимаются болты, гайки и с этим злом борьбы не ведется». В 1937 г. отмечалось, что сорван план сева, а годовой план (видимо, за предыдущий год. –
Л. Б.) выполнен на 55 %. К 21 мая 1938 г. из запланированных 600 га оказалось засеяно 126 га43. И хотя сами работники открыто признавали свою
Дмитровскую МТС отстающей по сравнению с более «успешными» МТС
района, тем не менее после перечисления всех вышеупомянутых недостатков «на основе выступлений и указаний секретаря РК ВКП (б)» вскрытые
факты было предложено «отнести к заурядным»44, и это позволяет предположить, что и в других МТС положение дел было сходным.
Хищения фиксировались в ряде хозяйств области. Так, в совхозе
«Всходы» «беспощадно растаскивают материал на второй свиноферме,
36
ТЦДНИ. Ф. Л. 39.
Там же. Ф. 147. Оп. 1. Д. 557. Л. 35.
38
Там же. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 2. Л. 154.
39
Там же. Ф. 4452. Оп. 1. Д. 2. Л. 57.
40
Там же. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 5. Л. 6; Ф. 1747. Оп. 1. Д. 5. Л. 18.
41
Там же. Ф. 4438. Оп. 1. Д. 4. Л. 5 об.
42
Там же. Л. 3–4.
43
Там же. Л. 23 об., 24, 30 об.
44
Там же. Л. 10 об.
37
– 45 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
таскают лучину и горбыли»45. Ранее в том же хозяйстве «таскали кому как
не лень» корма для животных46.
Вероятно, основной причиной слабой борьбы с прогульщиками, лодырями и даже расхитителями являлась нехватка рабочих рук. Как только
речь на партийных собраниях заходила об усилении борьбы с названными
явлениями, присутствующие констатировали, что руководители «покрывают» виновных, кроме выговоров никаких мер не применяют, так как при
увольнении бывших работников некем заменить, а подобрать добросовестного сторожа и вовсе большая редкость47. Положение с кадрами, сложившееся в колхозах области к концу 1930-х гг., точно характеризует высказывание, прозвучавшее в 1940 г. при обсуждении речи М. И. Калинина о
коммунистическом воспитании: «Нужно прямо сказать, что в колхозах мало рабочей силы. С момента организации колхозов рабочей силы было достаточно и с работой справлялись. В настоящее время в колхозах остались
почти старые и малые. Кроме того, личное хозяйство колхозника отрывает
много. Например, имея плохой урожай клевера, мало корма и колхозник
бросая работу идет косить и вообще добывать корм для своей коровы…»48.
Подобные суждения звучали в разных районах49. Один из директоров совхоза, реагируя на упрёки в снижении трудовой дисциплины в коллективе,
признавался, что «если рабочим не дать сенокоса, то они у нас (в совхозе. –
Л. Б.) работать не будут»50.
Заметим, что кадровая проблема в хозяйствах обострялась не только
потому, что молодёжь после учёбы не возвращалась в деревни, но и из-за
нарушений режима труда и отдыха. Так, текучка среди свинарок в совхозе
«Всходы» объяснялась огромной усталостью женщин от чрезмерной физической работы совершенно без выходных – редкий человек способен длительное время выдержать подобный ритм труда51.
При изучении протоколов партсобраний складывается впечатление,
что обобществление скота в Калининской области имело преимущественно
отрицательные последствия. Повсеместно встречаются указания на то, что
санитарное состояние ферм по сути безобразное: «коровы очень грязны а
от этого заболевания телят и грязное молоко»52, навоз складируется прямо
возле дворов, корм даётся грязный, помещение такое же, и это является
причиной заболеваний животных и падежа53. Часто отмечалась истощённость лошадей54, вплоть до того, что 70 % лошадей хозяйства оказывалось
45
ТЦДНИ. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 2. Л. 153.
Там же. Л. 39.
47
Там же. Ф. 4438. Оп. 1. Д. 4. Л. 10.
48
Там же. Ф. 1668. Оп. 1. Д. 3. Л. 100 об.
49
Там же. Ф. 1747. Оп. 1. Д. 4. Л. 42, 43.
50
Там же. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 2. Л. 39.
51
Там же. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 1. Л. 21.
52
Там же. Ф. 1668. Оп. 1. Д. 3. Л. 127.
53
Там же. Ф. 1747. Оп. 1. Д. 6. Л. 2 об.; Ф. 1738. Оп.1. Д. 6. Л. 2.
54
Там же. Ф. 1668. Оп. 1. Д. 3. Л. 127; Ф. 1744. Оп. 1. Д. 1. Л. 2.
46
– 46 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ниже средней упитанности55. Такое положение дел определялось нехваткой
кормов (и это, как правило, при формальном составлении кормового баланса. – Л. Б.)56, а также ненадлежащим отношением работников хозяйств к
животным. Так, в совхозе «Всходы» лошади не были закреплены за отдельными конюхами, которые, в свою очередь, плохо ухаживали за животными, использовали на работах в личных целях, жеребых кобыл поили холодной водой, что недопустимо57. Факты жестокого обращения с животными – побои, грубая езда, отсутствие ветеринарной помощи – встречаются в документах нередко, и дело иногда доходило до того, что все лошади в
хозяйстве «выходили из строя», частично от побоев58.
Состояние скотных дворов и их количество часто совершенно не
соответствовали нормам. Так, в одном из колхозов Бологовского района
животных поместили в недостроенные помещения с дырявыми стенами и
крышами, из-за чего в них были повышенная влажность, холод и грязь,
приведшие к падежу скота. Председатель колхоза поставил в известность
однопартийцев о том, что «… вынужден поставить овец в сухие дворы
колхозников и этим самым сохраню поголовье»59.
В выступлениях самих коммунистов на собраниях часто озвучивалось мнение о неэффективном управлении на уровне района и отдельных
хозяйств60. Один из участников собрания парторганизации кашинского
льнозавода, поддержав разговор о проблемах в сельском хозяйстве, указал
на бездеятельность райзо: «дохнут телята – десятками, и не только не помогают колхозам, но и не знают причин заболевания. Расширения кормовой базы нет, не хватает посевов вики <…> Соревнование идет плохо <…>
колхозные кадры не растут…»61.
На собраниях парторганизации совхоза «Всходы» в 1938 г. не раз
шла речь о причинах неудовлетворительного состояния дел, и, как правило,
становилось ясно, что дело в плохой организации и бесхозяйственности.
Так, низкие урожаи – следствие того, что в последние годы не соблюдали
элементарные правила агротехники, сеяли одинаковые культуры на тех же
полях, а необходима смена культур. При закладке картофеля в бурты не
соблюдалась технология, в итоге 50 % семенного картофеля пришло в негодность. Причинами увеличения падежа поросят-сосунов явились отсутствие извести (вовремя не подвезли для проведения санитарной обработки
помещений. – Л. Б.), подстилки, холод и влажность, усилившиеся потому,
что осенью при ремонте полы набивали мороженой глиной, которая не
пропускает воду, и при потеплении во дворах стало очень сыро62. В апреле
1941 г. в совхозе вспоминали отрицательные результаты работы в 1940 г.:
55
ТЦДНИ. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 1. Л. 6.
Там же. Л. 5; Ф 1744. Оп. 1. Д. 1. Л. 2; Ф. 1747. Оп. 1. Д. 6. Л. 3 об.
57
Там же. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 1. Л. 6.
58
Там же. Ф. 1747. Оп. 1. Д. 6. Л. 1, 3.
59
Там же. Л. 3.
60
Там же. Ф. 1668. Оп. 1. Д. 3. Л. 127; Ф. 4438. Оп. 1. Д. 4. Л. 30 об., 37.
61
Там же. Ф. 4425. Оп. 1. Д. 5. Л. 14 об.
62
Там же. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 1. Л. 6.
56
– 47 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
неправильное силосование привело к порче данного вида корма, а сено
«было убрано почти все гнилое»63.
Недостаточная производительность труда часто объяснялась непродуманными и несвоевременно установленными расценками и нормами64,
нерациональным распорядком рабочего времени65, запоздалым формированием бригад и звеньев, сорванными сроками ремонта производственных
помещений, что также говорит о некомпетентности руководителей. Неотлаженная система учёта оборачивалась приписками при выполнении самых
разнообразных работ66.
Нарушения трудовой дисциплины, низкая производительность труда, приписки и иное очковтирательство имели и ещё одну простую причину, заключавшуюся в крайне слабом материальном стимулировании. Но в
этом вопросе возможности председателей и директоров были крайне ограничены в силу объективных обстоятельств, т. е. бедности хозяйств. Именно
об этом говорят такие факты, как полное отсутствие денежных средств на
счетах некоторых колхозов67, оплата в 300 г зерна на трудодень68 или неспособность вовремя рассчитаться с МТС69. Время от времени главы хозяйств всё же предпринимали попытки обеспечить колхозникам дополнительный доход, например, распределив по трудодням деньги от продажи
общественного скота. Однако они сильно рисковали, так как если сведения
доходили до вышестоящего начальства, им могли быть предъявлены обвинения в поддержке частнособственнических настроений, рвачестве и нарушении устава сельскохозяйственной артели, после чего следовало привлечение к уголовной ответственности70.
Необходимо отметить, что порой видимая безынициативность, нерасторопность либо прямолинейность действий местных руководителей
определялись ясным пониманием особенностей директивного метода
управления, принятого в стране, и осознанием незначительности собственной роли, сводящейся к безусловному выполнению спущенных сверху
планов. Именно такой смысл несли в себе слова одного из председателей,
произнесённые при обсуждении развития птицеферм: «Необходимо особенно не рассуждать о том покупать или не покупать кур, заводить или нет
ферму. Об этом не может быть и речи, ввиду того, что план есть по исчислении на га на каждый колхоз»71. Свидетельством того, что директивное
руководство сельским хозяйством, незнание и непонимание обстановки на
местах оборачивалось негативными результатами, может служить ситуация
в части колхозов Кашинского района в 1937–1938 гг. Участник партсобра63
ТЦДНИ. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 6. Л. 2.
Там же. Д. 2. Л. 116.
65
Там же. Ф. 4452. Оп. 1. Д. 1. Л. 6 об.
66
Там же. Ф. 1738. Оп. 1. Д. 1. Л. 3, 6; Ф. 4438. Оп. 1. Д. 4. Л. 13.
67
Там же. Ф. 1747. Оп. 1. Д. 5. Л. 9.
68
Там же. Ф. 4452. Оп. 1. Д. 2. Л. 49.
69
Там же. Ф. 4438. Оп. 1. Д. 4. Л. 10, 43.
70
Там же. Ф. 4452. Оп. 1. Д. 2. Л. 56.
71
Там же. Ф. 4454. Оп. 1. Д. 1. Л. 17.
64
– 48 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ния описал её так: «В 1936 г. осталась в земле картошка, остался на полях и
овес, была установка переключится на лён. Мы сеяли как только сходил
снег, ранний сев довёл до такой степени, что мы сейчас видим только
№ 0,5 (невысокий уровень качества льнотресты. – Л. Б.), убирали в ранней
спелости и что же видим лён теряет и волокно и семена, машина у нас не
была приспособлена к короткой тресте и у нас мололи тресту в отходы и их
девать было некуда…»72.
Почти обо всех перечисленных выше проблемах сельского хозяйства упоминали в своих выступлениях делегаты V областной партийной
конференции, проходившей в марте 1940 г. в Калинине. Кроме констатации факта падения урожайности зерновых и картофеля, они призывали
срочно изменить ситуацию в животноводстве, обращая внимание, что
«скот содержится в варварских условиях», а часть поголовья размещена на
дворах самих колхозников. Также отмечали неудовлетворительное качество работы МТС и трудности с кадрами73.
Разумеется, несмотря на многочисленные сложности, присутствовали и несомненные успехи колхозного производства в регионе. По итогам
1940 г. 5 колхозов на территории Мерлинской парторганизации Кашинского района стали кандидатами на участие во Всесоюзной сельскохозяйственной выставке74. В том же году все колхозы Березайской парторганизации Бологовского района полностью выполнили план по пополнению животноводческих ферм, создав по три фермы и укомплектовав их; в некоторых хозяйствах урожайность картофеля и зерновых была намного, иногда в
разы выше плановой75. Однако подобные факты встречаются в источниках
гораздо реже.
Анализ текстов протоколов партийных собраний на предприятиях
промышленности и транспорта убеждает нас в том, что и в этом секторе советской экономики существовали все названные проблемы. Обратимся к материалам закрытого партсобрания при станции Медведево, проходившего 27
мая 1937 г. В прениях после доклада коммунисты перечислили явления, волновавшие их, в том числе хищения из-за отсутствия охраны, безграмотность
руководителей, падение трудовой дисциплины, приём недостаточно квалифицированных и ответственных работников, круговую поруку в депо, преднамеренное сокрытие дефектов. Особую озабоченность выступавших вызывали
факты несоблюдения элементарных правил техники безопасности, когда «выпускают больные паровозы», а также халатно проведённый ремонт и небрежное отношение к технике в стремлении к высоким показателям любой ценой,
выразившееся в словах одного из машинистов: «… наше дело разбивать паровозы, мы делаем 17 000 пробега, а вы чините»76.
72
ТЦДНИ. Ф. 4425. Оп. 1. Д. 5. Л. 15 об.
Там же. Ф. 147. Оп. 1. Д. 675. Л. 76, 77, 78; Д. 676. Л. 109, 110, 112, 113.
74
Там же. Ф. 4452. Оп. 1. Д. 2. Л. 57.
75
Там же. Ф. 1747. Оп. 1. Д. 6. Л. 3.
76
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 11. Л. 19 об., 20, 20 об.
73
– 49 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
При этом изучение протоколов партсобраний на предприятиях оставляет ощущение, что участники этих собраний более активно высказывали
свои мнения по самым разным темам, например, о качестве руководства разных уровней, о масштабных процессах, происходивших в стране. Обсуждение тезисов доклада В. М. Молотова на XVIII съезде ВКП (б) о третьем пятилетнем плане развития народного хозяйства СССР на станции Медведево
в феврале 1939 г. свелось к выражению полного одобрения и принятию новых обязательств. Признавая доклад «документом радостных, величественных итогов и захватывающих грандиозных перспектив», присутствовавшие
подтверждали, что «главная политическая задача второй пятилетки блестяще
разрешена, построено социалистическое общество, общество без эксплуатации и угнетения»77. Неискренность подобных речей выдают излишне пафосные выражения, в которые облекали свои мысли выступавшие. В то же время частое подчёркивание того обстоятельства, что в советском обществе нет
эксплуатации, также не всеми разделялось, как мы видим из иных высказываний рабочих станции: «Если бы я работал при царизме то давно имел несколько наград. Нужно покончить с кумовством в депо78».
Знакомство с протоколом закрытого партсобрания пятого вагонного
участка станции Медведево, где также проходило оживлённое обсуждение
тезисов доклада Молотова, даёт нам больше пищи для размышлений. Очевидно, что в своих вопросах и репликах присутствовавшие выражали собственное отношение к происходившему, называли положительные и отрицательные моменты. В протоколе зафиксировано 40 вопросов, прозвучавших после выступления докладчика. Три из них можно условно назвать
«теоретическими» – они касались таких тем, как пути построения коммунизма в будущем. Четыре вопроса было посвящено развитию промышленности и сельского хозяйства в Бологовском районе, но подавляющее большинство проявило внимание к событиям, происходившим в стране. Преимущественно интерес вызывали процессы индустриального развития
СССР, в частности проблема строительства крупных электростанций и заводов на Дальнем Востоке. Однако собравшихся волновали и аспекты развития сельского хозяйства: спрашивали, что такое мелиорация и кто ответственен за орудия производства в колхозе.
В прениях все приветствовали тезисы Молотова и вновь перечисляли успехи страны, не забывая прибавлять, что достигнуты они под руководством ЦК ВКП (б) и вождя народов тов. Сталина. Прежде всего отмечали
достижения в культурной сфере: строительство новых средних и высших
заведений, появление звукового кино, укрепление оборонной мощи, электрификацию, рост благосостояния рабочих. Но при этом многие не ограничились похвалами и назвали немало проблем. В частности, большую озабоченность вызывали слабое развитие местной промышленности, не способной удовлетворить конкретных нужд населения, плохая работа МТС,
77
78
ТЦДНИ. Ф. 255. Оп. 1. Д. 18. Л. 2.
Там же. Д. 20. Л. 30.
– 50 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
грозившая срывом весеннего сева и сокращением колхозной продукции на
базаре. Назывались и непосредственные проблемы станции.
Можно заподозрить и некое недоверие к содержанию молотовских тезисов, существовавшее в сознании собравшихся и «проглядывавшее» в части
вопросов. Так, докладчика попросили уточнить, чем же объясняется отставание потребления на душу населения чугуна, стали и прочего в СССР, в то
время как в стране промышленный подъём, а в капиталистических странах
упадок. Явно непростыми оказались и вопросы о том, почему «нарушаются
твёрдые установленные цены» и растут цены на промышленные товары, как
используются средства, взимаемые с трудящихся по культсбору и почему эти
средства перечисляются в общий бюджет, а не отданы в распоряжение организаций, что в итоге не приводит к росту культуры. Люди не понимали и пытались выяснить, за счёт чего перевыполнен план второй пятилетки и как
можно поднять производительность труда на 65 %79.
Весьма любопытными представляются материалы партийнокомсомольского собрания парторганизации депо станции Медведево от 14
июня 1940 г. На нём зачитывался доклад о состоянии финансового баланса
за 1939 г. и первое полугодие 1940 г. Внимательное прочтение откликов на
доклад позволяет сделать вывод, что на предприятии проявились многие
особенности функционирования советской плановой системы хозяйствования, в том числе отсутствие экономии, трудности с налаживанием учёта и
контроля, надувательство, небрежное отношение работников к выполнению прямых обязанностей, к инструменту и спецодежде. В самом докладе
на ряде примеров было показано серьёзнейшее противоречие в деятельности предприятия, суть которого состояла в том, что «экономия по штату»
даёт ущерб в работе, т. е. не является «действительной экономией». Так, за
внешней прибылью за счёт рабочей силы из-за неизменности штата стоял
реальный «перерасход приёмной рабочей силы», потому что привлекались
рабочие со стороны, которые шли «по прочим источникам». Убытки по
электросиловому хозяйству возникли по причине того, что покупали со
стороны энергию очень дорогую, а продавали свою более дешево, по плану, установленному Управлением дороги. Отмечалась слабая координация
действий различных подразделений станции и стремление работников использовать любую возможность перехода на почасовую оплату труда80.
Собравшиеся поддержали вывод о том, что добиться настоящей рентабельности возможно путем внедрения хозрасчёта. Стоит заметить, что разговор
о финансовой дисциплине и хозрасчёте уже имел место на собрании, состоявшемся в январе 1940 г., и тогда же прозвучали предложения «как
можно больше бригад и цехов переводить на хозрасчёт»81, однако очевидно, что и к лету дело не сдвинулось с мертвой точки.
Насущной проблемой, вызывавшей недовольство колхозников и рабочих и обсуждавшейся на партсобраниях, был уровень материально79
ТЦДНИ. Ф. 255. Оп. 1. Д. 15. Л. 101–104.
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 21. Л. 38–42.
81
Там же. Л. 10.
80
– 51 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
бытового обслуживания населения. Людей на селе и в городах совершенно
не удовлетворял перечень и количество товаров в магазинах82, возмущала
антисанитария в банях, парикмахерских и чайных83. О качестве обедов в
столовых предприятий рабочие отзывались так: «… можно обедать 5 раз и
будешь голодным»84.
Достаточно яркое представление об отношении руководителей к
бытовым нуждам трудящихся даёт описание состояния дома отдыха поездных бригад станции Медведево зимой 1939 г. Из-за нехватки кроватей и
спальных принадлежностей бригады спали вповалку на сцене при красном
уголке. Сходить в душ, высушить тулупы и иную одежду было невозможно, так как не позволяла низкая температура в душе и сушилке. Уборная и
умывальная оказывались постоянно загрязнены и потому закрыты. В довершение ко всему дым и чад от плиты в столовой проходил в комнаты, загрязняя воздух и стены. В результате «… дом отдыха не похож на дом отдыха, а выглядит как законченная рига»85. В производственных и жилых
помещениях для рабочих нередко отсутствовали даже питьевая вода и такие необходимые предметы, как умывальники и часы86.
Ещё одной чертой советской действительности 1930-х гг., на которую весьма болезненно реагировало население, явилась нехватка продуктов питания. 8 мая 1937 г. на собрании парторганизации Кашинского льнозавода обсуждались случаи перебоев в снабжении хлебом. Отмечалось, что
«среди работниц есть слухи, что в городе 7 мая целую ночь шло собрание
на счет хлеба, а эти слухи волнуют народ». Говорили о проблеме, видимо,
известной всем: многие работники закупают и везут хлеб в деревню, при
этом создавая длинные очереди. Так, перед майскими праздниками плотники, проживавшие в общежитии, отправляя хлеб в деревню мешками,
предварительно хранили его под кроватями. Стало ясно, что присутствующие по-разному оценивают ситуацию. Участники собрания разошлись во
мнениях, и тогда как одна из работниц возмущенно вопрошала: «Какой
черт защищают колхозников, а о рабочих меньше всего беспокоятся»,
большинство, видимо, склонялось к следующему мнению: «Виноват ли
колхозник, что работает на предприятии, а жена с ребятами в колхозе».
«Колхоз тоже есть хочет, а поэтому давайте всем одинаково – мы работаем
на заводе и в колхозе, но ничего в колхозе не достаётся, так как плохие
урожаи, поэтому давайте на всю семью»87. В итоге сошлись на том, что
нужно просить правление потребкооперации наладить торговлю хлебом на
территории завода, но при этом категорически запретить рабочим уходить
с рабочих мест за хлебом во время смены.
82
ТЦДНИ. Ф. 1668. Оп. 1. Д. 3. Л. 123.
Там же. Ф. 6557. Оп. 1. Д. 2. Л. 22, 38; Ф. 6553. Оп. 1. Д. 1. Л. 8 об.
84
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 11. Л. 20 об.; Ф. 4425. Оп. 1. Д. 5. Л. 22, 23.
85
Там же. Д. 20. Л. 12 об., 150.
86
Там же. Ф. 4438. Оп. 1. Д. 4. Л. 47 об.
87
Там же. Ф. 4425. Оп. 1. Д. 3. Л. 23, 25.
83
– 52 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
В 1940 г. положение с продажей хлеба в области ухудшилось, и на
предприятиях заговорили о необходимости открывать хлебные ларьки для
обеспечения своих работников88. На этом фоне случались и элементы
«шантажа», когда рабочие отказывались ехать по вызову, ссылаясь на отсутствие хлеба89. Пытаясь понять причины такого положения, рабочие выражали уверенность, что «Верховный Совет не знает о том, что у нас в столовой нет хлеба и этого бы не допустили»90. Население более критично относилось к решениям местных партийных организаций, ссылаясь на то, что
их действия противоречат указаниям партии и правительства. Так получилось при реализации принятого в 1940 г. постановления СНК СССР и ЦК
ВКП (б) об организации подсобных хозяйств, суть которого состояла в указании снабдить рабочих продовольствием через сеть заводских столовых.
Однако, выполняя данное решение на практике, местные власти отобрали у
части рабочих их индивидуальные огороды и хозяйственные постройки.
Это оживило в очередной раз рассуждения о том, что «у нас в стране как-то
принято, что в большинстве случаев какое-нибудь дело обязательно должно разрешиться за счёт рабочих»91.
К сказанному следует добавить, что, судя по изученным документам, широко распространённым явлением среди населения области в рассматриваемый период было пьянство как среди рядовых работников, так и
среди руководителей, хотя последнее чаще, видимо, наблюдалось в сельской местности92 и нередко происходило в дни религиозных праздников93.
Подводя итоги работы с протоколами собраний первичных организаций ВКП (б) в Калининской области как источниками сведений о социально-экономическом развитии региона во второй половине 1930-х гг., отметим несколько моментов. В сознании коммунистов и остального населения основная ответственность за принятие решений в социальной и экономической сферах возлагалась на партийные органы, которые позиционировали себя как авангард социалистического строительства. Но за внешней
пропагандистской бравадой постоянно обнаруживались более скромные
реальные результаты многочисленных кампаний по вовлечению населения
в стахановское движение, подписки на займы и другие мероприятия. Выступления рядовых коммунистов на партийных собраниях нередко показывали понимание истоков социально-экономических проблем советского
общества, проявившихся на территории Калининской области, содержали
ценные советы. Однако их мнение не было востребованным в системе
управления, полностью ориентированной на выполнение указаний вышестоящего руководства. В регионе обнаруживается большинство известных
недостатков советской экономической системы – отсутствие мотивации к
труду, настоящего контроля, бесхозяйственность и нерациональное ис88
ТЦДНИ. Ф. 255. Оп. 1. Д. 21. Л. 6.
Там же. Л. 19.
90
Там же. Л. 56, 57.
91
Там же. Ф. 4425. Оп. 1. Д. 6. Л. 86.
92
Там же. Ф. 1746. Оп. 1. Д. 6. Л. 17; Ф. 1747. Оп. 1. Д. 5. Л. 14; Ф. 4425. Оп. 1 Д. 6. Л. 1.
93
Там же. Ф. 255. Оп. 1. Д. 15. Л. 7.; Ф. 1746. Оп. 1. Д. 6. Л. 47.
89
– 53 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
пользование ресурсов. Уровень жизни значительной части калининских
колхозников и рабочих в рассматриваемый период необходимо признать
низким, бытовые условия некомфортными.
ASPECTS OF SOCIAL AND ECONOMIC DEVELOPMENT OF
KALININ REGION IN LATE 1930S (FOLLOWING THE
RECORDS OF PARTY CONFERENCES)
L. A. Bolokina
The Tver State Technical University, the Chair of history and political science
The article reveals the results of the study of economic and social environment in Kalinin region in the period short Great Patriotic War. The article is
based on the analysis of the data contained in the records of grassroot organizations of the party in different of the region.
Keywords Kalinin region, collective farms, communists, workers, Soviet
power.
Об авторах:
БОЛОКИНА Любовь Александровна – Тверской государственный технический университет, кафедра истории и политологии, кандидат исторических наук, доцент, e-mail: bolokinal@mail.ru
About the authors:
BOLOKINA Lyubov' Aleksandrovna – Candidate of Historical Sciences, the docent, the Tver State Technical University, the Chair of history
and political science, (170026, Tver, Af. Nikitina Embankment, 22, C-235),
e-mail: bolokinal@mail.ru
Статья поступила в редакцию 12.05.2013
– 54 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 55–86.
АРХЕОЛОГИЯ. ЭТНОГРАФИЯ. ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
УДК 94(470.331)”09/15”
НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ ПО СРЕДНЕВЕКОВОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ
ГЕОГРАФИИ ЗЕМЕЛЬ РЖЕВЫ ВОЛОДИМЕРОВОЙ 1
А. А. Фролов
Российская академия наук, Институт всеобщей истории, центр исторической
географии, г. Москва
В статье рассматриваются вопросы исторической географии средневековой Ржевской земли («князь Дмитрия Ивановича» половины). В основе
работы лежит источниковедческий и историко-географический анализ
сведений почти неизвестной исследователям писцовой книги 1588–
1589 гг., в которой описана часть Ржевского уезда, расположенная по
правому берегу р. Волги. Дано описание географии волостей, предложены наблюдения о прохождении ржевско-литовской границы XV–XVI
вв., особое внимание уделено рассмотрению проблемы времени возникновения и размеров т. н. «приписей», за счёт которых во второй половине XVI в. значительно увеличилась территория Ржевского уезда.
Ключевые слова: средневековая Ржевская земля, историческая география, источниковедение.
Представления об исторической географии земель средневековой Ржевы Володимеровой далеки от полноты. Общее представление о расположении
её земель дают работы В. С. Борзаковского, В. Успенского, Н. Д. КвашнинаСамарина, Ю. В. Готье, В. А. Кучкина и Л. А. Бассалыго с В. Л. Яниным. При
этом по ряду вопросов суждения исследователей разнятся. Существующие реконструкции базируются в основном на материалах писцовых описаний 1620х гг. Половина Ржевского уезда (земли по левому берегу Волги, известные в
источниках как «половина Федора Борисовича») была описана Леонтием
Скобельцыным и Макаром Чукариным2. Другая половина уезда (правобережье Волги, так называемая «половина Дмитрия Ивановича») в те же годы была описана Иевом Лачиновым и Григорием Семеновым3.
Приблизительное расположение волостей Ржевы указал В. С. Борзаковский в исследовании 1876 г. Он рассмотрел и свидетельства источников
1
Работа написана при поддержке РГНФ, грант № 12-01-00098а.
2
Писцовая и межевая книга Ржевы Володимеровы князь Федоровы стороны Борисовича писма и меры Леонтья Скобельцына и подьячего Макара Чукарина. 1623–1625
гг. // Российский государственный архив древних актов (далее – РГАДА.) Ф. 1209.
Оп. 1. № 834.
3
Писцовая книга Ржевы Володимеровы князь Дмитриевы стороны Ивановича писма и меры Иева Нестеровича Лачинова да подьячего Григорья Семенова лета 1623/24
и 1624/25 гг. // РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. № 833.
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
XV в. о границах Ржевы, хотя некоторые ориентиры были локализованы
им неверно4. Наиболее подробно вопросы расположения некоторых ржевских волостей осветил В. Успенский, снабдивший своё исследование картой5. Ему принадлежит ряд ценных наблюдений, но некоторыми из них так
и не воспользовались позднейшие исследователи исторической географии
Ржевы. Карта изображала лишь границы «приписей» ко Ржеве, притом довольно приблизительно. Границы Ржевской земли по писцовым книгам
1620-х гг. охарактеризовал Н. Д. Квашнин-Самарин. Он уделил некоторое
внимание положению ржевских волостей, но в вопросах о границах и расположении волостей он опирался в основном на работу В. Успенского6.
Ю. В. Готье систематизировал данные писцовых описаний Русского
государства XVII в. и составил карту, где примерно было показано местонахождение волостей и их границ7. Едва ли имеет смысл разбирать каждое
расхождение этой карты с публикуемыми здесь результатами картографирования, но такие расхождения есть. Текстовая часть исследования Готье
содержала характеристику некоторых ориентиров, по которым было определено положение волостей.
В. А. Кучкин подробно рассмотрел перипетии политической истории Ржевской земли в средневековье и локализовал исторические границы,
зафиксированные московско-литовским соглашением 1449 г. и другими
документами, а также городки Ржевской земли, упоминаемые в летописях
и других документах8. Во многом он пересмотрел локализацию границы,
предложенную В. Успенским.
Наконец, в работе, опубликованной в виде приложения к монографии В. Л. Янина, также дана только схема расположения ржевских волостей с их вероятными центрами, хотя для большинства других территорий
региона (Пусторжевский, Великолукский, Торопецкий уезды, пограничные
погосты Деревской и Бежецкой пятин) составленные для этого исследования карты указывают и отысканные на трехверстной карте Генштаба рядовые пустоши и селения9. Несмотря на очень общий характер составленной
карты, авторы приложения предложили некоторые корректировки к существующим уже представлениям. Они усомнились в том, что граница между
4
Борзаковский В. С. История Тверского княжества. Тверь, 1994. С. 46–53.
Успенский В. Литовские пограничные городки Селук, Горышин и другие. Тверь, 1892.
6
Квашнин-Самарин Н. Д. О зубцовских и ржевских переписных книгах как источнике к изучению местной истории. Тверь, 1891.
7
Готье Ю. В. Замосковный край в XVII веке: опыт исследования по истории экономического быта Московской Руси. М., 1906. С. 585–588.
8
Кучкин В. А. К изучению процесса централизации в Восточной Европе (Ржева и её
волости в XIV–XV вв.) // История СССР. 1984. №6. С. 149–161; Его же. Межевание
1483 г. и вопрос о древней новгородско-смоленской границе // Новгородский исторический сборник. Л., 1984. Вып. 2(12). С. 165–176.
9
Бассалыго Л. А.., Янин В. Л. Историко-географический обзор новгородсколитовской границы // Янин В.Л. Новгород и Литва: пограничные ситуации XIII–XV
веков. М., 1998. Приложение. С. 202–209.
5
– 56 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
половинами Федора Борисовича и Дмитрия Ивановича проходила по
р. Волге, и предложили свой вариант локализации нескольких волостей.
Специальную статью посвятил вопросу о ржевском участке московсколитовской границы XV в. В. Н. Темушев10. По существу предлагаемая им локализация (опирающаяся на достижения историографии) может быть принята,
хотя некоторые неточности в его работе всё-таки имеются. Кроме того, картирование топонимов кн. № 70 позволяет уточнить трассировку границы.
Одна из актуальных проблем исторической географии ржевской
земли – её судьба в годы опричнины и последующие годы правления Ивана
Грозного. В. Б. Кобрин, занимавшийся изучением персонального состава и
территориальных связей опричников, вынужден был констатировать, что
«мы не знаем всех опричных уездов; данные о принадлежности уездов к
опричнине извлекаются из указа об её учреждении»11. Свидетельства исторических источников об уездах, вошедших в опричнину позднее, настолько
фрагментарны и разрозненны, что исследователи земельной политики Русского государства этого времени даже не всегда упоминают Ржевский уезд.
В историографии сложилось мнение о том, что только небольшая часть
уезда (а именно волости Вселук и Кличен) вошла в состав опричнины в
1565–1566 гг.12 А. П. Павлов даже привлёк сведения о составе землевладельцев ржевской «князь Дмитриевы половины Ивановича» для характеристики изменений в период существования послеопричного двора 70-х – начала 80-х гг. XVI в, опираясь на это мнение историографии13. Привлечение
неопубликованных или опубликованных в последние годы источников
способно существенно уточнить наши представления по этой теме.
Практически вне поля зрения исследователей исторической географии Ржевы Володимеровой, к сожалению, оказалось древнейшее из сохранившихся описание земель уезда – писцовая книга А. Е. Салтыкова
1587/88–1588/89 гг., дошедшая в виде приправочного списка, датированно10
В настоящее время окончательный вариант статьи опубликован только в сети
Интернет: Темушев В. Н. Ржевский участок литовско-московской границы в конце
XIV
–
начале
XVI
в.
URL:
http://www.histgeo.net/index.php?p=49&more=1&c=1&tb=1&pb=1. Дата обращения 30.06.2013. Ознакомиться с первоначальным вариантом, вышедшим в печати в Беларуси, мне не удалось
(Темушев В. Н. Ржевский участок литовско-московской границы в конце XIV – начале
XVI в. // Материалы по археологии Беларуси. № 14. Памятники эпохи железа и средневековья Беларуси. К 60-летию О. Н. Левко. Минск, 2007. С. 241–250).
11
Кобрин В. Б. Источники для изучения численности и истории формирования опричного двора // Археографический ежегодник за 1962 г. М., 1963. С. 124, прим. 26.
12
Садиков П. А. Очерки по истории опричнины. Л., 1950. С. 94, 95 и др.; Зимин
А. А. Земельная политика в годы опричнины (1565–1572 гг.) // Вопросы истории. 1962.
№ 12. С. 60–79; Шватченко О. А. К вопросу о состоянии поместной опричной системы
в Замосковном и Рязанском краях в конце 80-х – 90-е годы XVI в. // Вестн. Моск. Унта. Сер. «История». 1974. №2. С. 69–70; Скрынников Р. Г. Царство террора. СПб., 1992
и др. На карте опричных территорий, составленной Р. Г. Скрынниковым (Указ. соч. С.
546), Ржева вообще не обозначена.
13
Павлов А. П. Земельные переселения в годы опричнины (к вопросу о практической реализации указа об опричнине 1565 г.) // История СССР. 1990. № 5. С. 96–97.
– 57 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
го А. В. Антоновым 1635–1642 гг.14 Рукопись хранится в РГАДА в фонде
Поместного приказа (далее – кн. №7015). В более поздних документах содержатся ссылки на книги А. Е. Салтыкова как на книги 7096 и 7097 гг.16
Правильно атрибутировал писцовую книгу по номенклатуре станов и
волостей еще И. И. Побойнин. От него о рукописи стало известно Н. А. Рожкову, который отметил, что предложенная архивной описью атрибуция документа как писцовой книги Вологодского уезда 136 (1627/28) года ошибочна, и предложил датировать её 1589–1590 гг.17 Данную атрибуцию подтвердил позднее и С. Б. Веселовский18. Однако в дальнейшем этот источник выпал из поля зрения исследователей. В сводке писцовых книг В. И. Корецкого
о нём ничего не сказано19, никак не учтён он и в историко-географическом
обзоре Л. А. Бассалыго и В. Л. Янина20. Книгу вновь ввёл в научный оборот
О. А. Шватченко21. Позднее А. В. Антонов охарактеризовал палеографию
рукописи и структуру её текста, опубликовал из этой книги перечень имён
землевладельцев и размеры их владений (в четвертях пашни). Вся остальная
информация источника, содержащаяся на 684 листах, остаётся пока неизвестной широкому кругу исследователей. В рамках специального научного
проекта она подготовлена к публикации22, однако самостоятельную ценность, как мне представляется, имеют историко-географические наблюдения, которые уже удалось сделать, работая с этим источником.
Книга А. Е. Салтыкова 1587/88–1588/89 гг. содержит описание только
части земель Ржевы Володимеровой – «половины Дмитрия Ивановича», расположенной между реками Волгой и Западной Двиной. Писцовая книга 1620х гг. письма Иева Лачинова неоднократно ссылается на книгу А. Е. Салтыкова
как на «старое письмо», использованное в качестве приправочного. Более того, даже беглое сопоставление книги А. Е. Салтыкова (кн. № 70) с книгой
И. Н. Лачинова (кн. № 833) не оставляет никаких сомнений в том, что книга
1620-х гг., во-первых, воспроизводила порядок описания книги 1580-х (с некоторыми изменениями, связанными, в основном, изменением статуса пунктов, например, превращением деревень в пустоши), а во-вторых, как правило,
заимствовала топонимику из этого приправочного документа.
14
Антонов А. В. Землевладельцы Ржевского уезда по материалам писцовой приправочной книги 1588 – 1589 годов // Архив русской истории. М., 2002. Вып. 7.
С. 297–324.
15
Писцовая книга уезда Ржевы Володимеровой писца А. Е. Салтыкова 1588–
1589 гг. // РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. №70.
16
Антонов А. В. Указ. соч. С. 299.
17
Рожков Н. Сельское хозяйство Московской Руси в XVI веке. М., 1899. С. 506–507.
18
Веселовский С. Б. Сошное письмо: Исследование по истории кадастра и посошного обложения Московского государства. М., 1916. Т. 2. С. 621.
19
Корецкий В. И. Закрепощение крестьян и классовая борьба в России во второй
половине XVI века. М., 1970.
20
Бассалыго Л. А., Янин В. Л. Указ. соч. С. 202–209.
21
Шватченко О. А. Указ. соч. С. 57.
22
Грант РГНФ и Администрации Тверской области №11-11-69003а/Ц.
– 58 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Особо следует подчеркнуть, что дошедший до нас приправочный список – кн. № 70 – далеко не дословно воспроизводит исходный документ –
подлинную книгу А. Е. Салтыкова. Помимо того что в нём пропущены имена
крестьян-дворовладельцев, часть названий передана явно с ошибками. К примеру, в нём описана «д. Бурная Заозерье тож у озера у Корина» (Л. 406 об.), в
то время как и ныне на оз. Корено есть д. Корено-Бубново, и в кн. № 833 ей
соответствует «д. Бубнова Заозерье тож у озера у Корина» (Л. 266 об). Подобным же образом д. Морозово Закочужье тож (кн. 833. Л. 266) в приправочном
списке превратилась в д. Морозово Закучерье (кн. 70. Л. 406).
Эти наблюдения делают актуальным сплошное сопоставление топонимики кн. № 70 с названиями, приведёнными в кн. № 833. Следует, впрочем, иметь в виду, что и последняя является не подлинником, а копией, изготовленной в XVIII в. при подготовке к Генеральному межеванию. Это не
исключает возможности ошибочной передачи текста и в ней, однако топонимика книги И. Н. Лачинова в копии XVIII в. в целом значительно более
точна, чем топонимика приправочной книги А. Е. Салтыкова по списку
1635–1642 гг. С другой стороны, кн. № 833 «опускала» указания на то, откуда выставлена деревня, хотя кн. № 70 эту информацию приводит. В этом
отношении сведения последней незаменимы, как и в части сведений по истории землевладения второй половины XVI в.
В результате сплошного сопоставления топонимики книг № 70 и №
833 расхождения выявлены в обозначении 462 объектов кн. 70 – без учёта малозначимых различий в передаче названий (например, гласной «а» вместо «о»,
«на врашке» вместо «на вражке» и т. д.). Иногда название одного объекта содержит два-три расхождения с книгой И. Н. Лачинова, и эти расхождения
имеют различную природу. Некоторые из них имеют принципиальное значение, некоторые менее значимы.
Наиболее многочисленны случаи, когда один и тот же топоним или
гидроним в кн. № 70 и № 833 записаны по-разному (258 случаев). Только в
13 случаях очевидно, что точнее текст оригинала передан в кн. № 70. В остальных либо преимущество имеет кн. № 833, либо вопрос требует специального изучения. Расхождения данной группы могут быть интерпретированы как небрежность, допущенная в ходе воспроизведения подлинника,
или ошибка в прочтении его текста.
Вторую группу расхождений составляют случаи отсутствия в кн. № 70
«второго» названия объекта (например, «Астратово» вместо «Остратова Гуляево тож») либо топографической привязки объекта (например, «на суходоле», «на вражке», «на пруду», «у речки у Рокитны»), известных по кн. № 833
(216 случаев). Расхождения этой группы могут быть интерпретированы как
результат редактирования текста протографа, удаления из него информации,
«избыточной», по мнению заказчика приправочного списка.
Учёт в публикации источника всех этих случаев, несомненно, делает
издание более удобным и информативным для историко-географических
исследований. В частности, корректировка названий объектов кн. № 70 по
кн. № 833 влияет на корректность и результативность локализации топонимов писцовой книги.
– 59 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
В ходе подготовки к публикации рукописи кн. 70 были локализованы некоторые топонимы источника. Задача выполнить исчерпывающее
картирование упомянутых в источнике объектов или хотя бы картирование
всех объектов, которые можно легко отыскать на общедоступной карте
Тверской губернии генерала Менде23, не ставилась. На карту наносился
только один объект земельного владения (в 27 % случаев не удалось сделать и этого), сомнений в правильности идентификации которого не возникало. Таким образом, каждая точка на карте маркирует нахождение одного
из землевладений. Поскольку все эти владения в кн. № 70 получили свой
номер, именно этот номер указан и на карте. Тем самым реализована однозначная связь между картой и публикуемым источником.
Локализация границ волостей в предлагаемом виде – это не готовый
результат, а лишь общая схема, служащая, скорее, приглашением исследователей к мобилизации заложенных в источнике возможностей. Границы
волостей проведены условно, но с учётом принадлежности не только объектов, нанесённых на составленные карты, но и других, тоже легко локализуемых по карте Менде, а также с учётом ландшафтных границ и границ
уездов XIX в.
***
Результаты проделанной работы позволяют высказать собственные
суждения по ряду вопросов, дискутируемых в историографии. Но поскольку ранее определение местоположения ржевских волостей не опиралось на
сколько-нибудь систематическую локализацию описанных в них селений,
уместным кажется заодно и заново охарактеризовать местоположение каждой из волостей «половины Дмитрия Ивановича» и их административных
центров (рис. 1–11).
Вселуцкая волость (рис. 2). Расположена в обеих половинах Ржевского уезда. В кн. № 834, содержащей описание 1620-х гг. «половины Федора Борисовича», она называется «Вселуцкой и Стержской», поскольку к
моменту проведения «письма» включала в себя земли бывшей волости
Стерж, которая в XV в. принадлежала Новгороду24, а в первой половине
XVI в. описывалась среди территорий Холмского уезда. По-видимому,
стержские владения полностью были поглощены «половиной Федора Борисовича», а граница между половинами на этом участке проходила, скорее всего, по южной границе бывшей Стержской волости. Результаты локализации топонимов не противоречат этому допущению.
Передача Стержа Вселуцкой волости, вероятнее всего, датируется
временем не позднее 1565/66 г., поскольку в обыскной книге Деревской
пятины и Холмского уезда Григория Плещеева 1572/73 г. уже говорится о
взятии пустошей «в опришнину к Селижаровскому Стану в волость в
23
Топографический межевой атлас Тверской губернии. Масштаб 1:84 000. Вып. 1–
12. 1853–57 гг.
24
Новгородские писцовые книги. СПб., 1862. Т. 2. Стб. 689–703.
– 60 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Стержь в 74-м году»25 – т. е. в 1565/66 г. (подробнее свидетельства этого
источника рассмотрим ниже). С другой стороны, ещё в 1539/40–1540/41 гг.
волость Стерж относилась к холмским территориям26.
Вселуцкая волость «половины Дмитрия Ивановича» расположена
между реками Руной (правый приток Волги), Волкотой (правый приток Западной Двины) и озером Вселуг. Источники не сообщают ничего о присоединении новых земель к «Дмитриевской» части Вселуцкой волости, однако
можно не только утверждать, что оно имело место, но и достаточно точно
установить дату этого события. Дело в том, что ещё обыскная книга Юрия
Охлебаева 1560/61–1561/62 гг. в составе волостей Велила, Лопастицы и Буец Холмского уезда27 описывает деревни, по данным письма А. Е. Салтыкова входившие во Вселуцкую волость. Таким образом, расширение состава земель ржевской Вселуцкой волости в правобережной половине уезда
произошло между 1560/61 и 1588/89 гг.
Кажется наиболее вероятным, что расширение границ Вселуцкой волости в обеих половинах Ржевы произошло одновременно. Если для Стержа
временной интервал определяется как 1539/40–1565/66 гг., а для «Дмитриевской» половины как 1560/61–1588/89 гг., то данное событие должно быть датировано 1560/61–1565/66 гг. В этом хронологическом диапазоне находится
одно знаменательное событие, к которому волость Вселук имеет прямое отношение. В 1565 г. царь Иван Грозный взял в опричнину земли, длинный
перечень которых приведён в Никоновской летописи. В их числе названа и
волость «Вселунъ» – несомненно, испорченное «Вселук»28.
Езжинская волость (рис. 2). Расположена в обеих половинах Ржевского уезда. В «половине Дмитрия Ивановича» земли этой волости находились между реками Западной Двиной и Жукопой. Согласно кн. № 70, эта
территория была приписана ко Ржеве из Торопецкого уезда. Данное событие произошло не ранее 1540 г., поскольку торопецкая книга этого времени
содержит описание деревень междуречья рек Западной Двины и Жукопы
(волость Дубна)29. Ю. В. Готье воздержался от предположений о происхождении названия волости. Л. А. Бассалыго и В. Л. Янин связывают его с
с. Ясенское на левом берегу р. Волги, что кажется недостаточно обоснованным (Езжинское и Ясинское все же не очень созвучны). Между тем ещё
В. Успенский обратил внимание на то, что на территории Езжинской волости находилось озеро Езжина30. На современной карте несложно найти
25
Обыскная книга Деревской пятины и Холмского уезда обыска Григория Иванова
сына Плещеева и Василия Григорьева сына Чудова. 1572/73 г. // РГАДА. Ф. 137. Устюг. Кн. 117. Л. 384.
26
Писцовая книга Торопецкого присуда поместных земель А. Д. Ульянина и Т. С. Бибикова // Писцовые книги Новгородской земли (далее – ПКНЗ). М., 2004. Т. 4. С. 317–331.
27
Обыскная книга Деревской пятины и Холмского уезда обыска Юрия Шарапова
сына Охлебаева и подьячего Василия Лукина 7069 и 7070 гг. // ПКНЗ. М. ,2004. Т. 5.
С. 365–376, 400–407.
28
Полное собрание русских летописей (далее – ПСРЛ) М., 2000. Т. 13. С. 395.
29
ПКНЗ. Т. 4. С. 501–682.
30
Успенский В. Указ. соч. С. 26.
– 61 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
оз. Езжинское, соединённое с оз. Вселуг р. Езжиницей. Топонимическая
связь с названием волости здесь очевидна.
Волговская волость (рис. 3). Эта обширная волость включает почти
полностью бассейн р. Жукопы и бассейны других притоков Волги: Леменки и Большой Дубенки. При этом как минимум половина её территории –
это так называемая «Бельская припись». Граница, отделяющая земли «приписи» от собственно Волговской волости, проходила от верхнего течения
р. Песочной к берегам р. Ветожетки. Центром волости был погост Волго (в
районе современной деревни Бор Волга на берегу Верхневолжского водохранилища), давший ей название.
Оковецкая волость (рис. 4). Локализованные населённые пункты
этой волости расположены в бассейне рек Пырошни и Песочной. Но возможно, что к ней же относились и земли в нижнем течении реки Ночной –
левого притока р. Тудовки. Название волость получила от с. Оковцы, где
располагался погост.
Волость Дворца (рис. 5). Ю. В. Готье неверно определил местоположение волости «на границе нынешнего Ржевского и Осташковского уездов»31
где-то в междуречье рек Пырошни и Оболонки. В этом вопросе с ним солидарны Л. А. Бассалыго и В. Л. Янин, а напрасно. Обращение к карте Менде не
оставляет сомнений в расположении её вдоль р. Волги от района впадения в
нее р. Большой Лемны до ручья Черного, впадающего в Волгу в 11 км юговосточнее. Происхождение названия неясно.
Волость Озерца (рис. 5). Занимает положение на водоразделе между
долинами рек Пырошни, Волги и Орчи. Готье воздержался от локализации
этой волости: «Положение неясно. После смуты совершенно пуста. В переписной 1678 г. не упоминается»32. Тем не менее на составленной им карте
положение волости было указано верно. Другую версию предложили
Л. А. Бассалыго и В. Л. Янин. На том основании, что деревня Озерцы на карте Генштаба XIX в. была отыскана в районе впадения р. Тюзьмы в Жукопу,
они поместили здесь всю волость33. Однако более внимательный анализ материала подтверждает правоту Готье. Происхождение названия неясно.
Бортная Селиловская волость (рис. 5). Ю. В. Готье считал, что Бортная Селиловская волость тянулась от устья Селижаровки в юго-западном
направлении, «по-видимому, до Бельского рубежа (нынешней границы
Тверской и Смоленской губ.)»34. Эту локализацию раскритиковали
Л. А. Бассалыго и В. Л. Янин, которые предложили другой вариант: в югозападной части территории, указанной Готье. «От устья Селижаровки до
указанного рубежа добрых 50 км, на пространстве которых размещается ряд
упомянутых выше волостей (в частности, Оковецкой и Дворца). В действительности Бортный-Селиловский погост расположен к югу от р. М. Туд и
31
Готье Ю. В. Указ. соч. С. 588.
Там же. С. 587.
33
Бассалыго Л. А., Янин В. Л. Указ. соч. С. 202.
34
Готье Ю. В. Указ. соч. С. 587.
32
– 62 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
локализуется по д. Бортники у правого берега М. Туда близ его впадения в
Волгу и по погосту Селишня в 13 км юго-западнее д. М. Туд»35.
Обращение к полученным результатам картирования свидетельствует,
что более точен был все-таки Готье, т. к. северная оконечность волости действительно лежит относительно недалеко от Селижаровки – не более чем в 11
км ниже по течению Волги. Бассалыго и Янин правы в том, что сельца Бортники Большие и Малые на южном берегу Туда (на современной карте – Тудовка) маркировали южную оконечность этой волости (хотя принадлежали
другой, Жилогостицкой, волости). В то же время погост Селишня в 13 км к
юго-западу от Молодого Туда, указанный Бассалыго и Яниным в качестве одного из ориентиров, давших название волости, никакого отношения к ней не
имеет. С другой стороны, не совсем точен был и Готье, поскольку волость
простиралась не на юго-запад от района реки Селижаровки (Готье полагал так,
возможно, как раз ориентируясь на погост Селишня), а на юго-восток, вдоль
Волги. Кроме того, характеризуя особенности расположения Бортной Селиловской волости, следует отметить, что ее территория не представляет единого целого. Её целостность нарушена небольшими волостями Озерца и Дворца.
Волость Пустой Осечен (рис. 6). Эта небольшая волость лежит по
правому берегу Волги примерно от течения правого волжского притока
Пыренки до устья р. Стрижовки. На противоположном берегу р. Волги лежат земли другой волости – Большой Осечен. Название обеих волостей
восходит, видимо, к имени городка Осечен на левом берегу Волги.
Волость Тудовская Скворотыня (рис. 6). Расположена компактно
вдоль р. Волги примерно от устья р. Стрижовки до р. Ажевы. Ю. В. Готье
был не вполне точен, когда локализовал ее «выше впадения р. Молодого
Туда»36, т. е. нынешней р. Тудовки, поскольку часть земель волости локализуется и ниже по Волге от его устья. Центр волости находится в 2 км
ниже по Волге от устья р. Тудовки на погосте в Скворотыне.
Жилогостицкая волость (рис. 7). Расположена в основном на левобережье р. Тудовки и простирается от верховьев р. Орча, левого притока
Волги, до верхнего течения р. Тудовки. Размеры этой волости, очевидно,
недооценены в историографии, по мнению которой, волость находилась на
границе Бельского уезда37, т. е. лишь в западной части той территории, которую на самом деле занимала. Происхождение названия волости неясно.
Волость Молодой Туд (рис. 7). Расположена в основном в бассейне
левого притока р. Тудовки – Оболонки. В названии отражена связь с р. Тудовкой. Центром волости, по-видимому, являлось с. Спасское на Туду с
Успенской церковью, соотносимое с современным поселком Молодой Туд.
Дубенская волость (рис. 6). Расположена в основном по правому берегу р. Тудовки в среднем её течении, в бассейне её правого притока, р.
Дубенки. По реке она и получила своё название. В 1620-х гг. ещё сохраня-
35
Бассалыго Л. А., Янин В. Л. Указ. соч. С. 204.
Готье Ю. В. Указ. соч. С. 587.
37
Там же. С. 397; Бассалыго Л. А., Янин В. Л. Указ. соч. С. 204.
36
– 63 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
лась как единица учёта, но была «вся пуста»38. Видимо, по этой причине
историография даже не упоминает о её существовании, что, нельзя не отметить, несколько искажает объективную картину территориального деления уезда Ржевы Володимеровой.
Волость Старый Туд (рис. 8). Почти все земли этой волости лежат
южнее р. Тудовки в её среднем течении. Ко Ржеве она была приписана из
состава Бельского уезда. Вопрос о моменте, когда это случилось, мы рассмотрим чуть ниже. Реконструируемая граница волости Старый Туд продолжает линию границы, которая отделяет собственно Ртищевскую волость от Бельской приписи в составе её. Нет сомнений, что название волости связано с названием реки, по берегам которой она расположена, но данных о расположении ее административного центра пока нет.
Ртищевская волость (рис. 8). Локализуется в верховьях р. Сишки. На
запад земли волости простирались до р. Витки – притока р. Березы, на востоке достигали верховьев р. Белейки – левого притока р. Сишки. Южная
граница волости неопределенна. На севере документировано нахождение
земель волости по р. Слатенке – правому притоку р. Тудовки. Западная половина волости, согласно свидетельству источника, была приписана из
Бельского уезда. Граница, разделяющая эти части, проходила по водоразделу между правым притоком Тудовки – р. Слатенкой и р. Сишкой, а далее
– рекой Сишкой вниз по течению.
Происхождение названия волости неясно, но возможным кажется
его сопоставление с одним из литовских городов «Перечня городов дальних и ближних» 1375–1381 гг.39, в опубликованных списках записанным
как Ржищев40. Перечень содержит ряд ошибок, что позволяет предполагать
в этом названии испорченное «Ртищев». Такое прочтение предложил впервые В. Успенский – правда, без какого бы то ни было комментария41. В непосредственной близости от «Ржищева» Перечень называет города, до сих
пор не локализованные, однако ближайшими из локализованных городков
являются Зижеч (до него) и Осечен (после него). Если первый соотносится
с центром торопецкой волости Жижецкой, расположенным к юго-западу от
Торопца, то второй соответствует центру ржевской волости Большой Осечен на р. Волге. Таким образом, можно предполагать ошибку в протографе
Перечня, где вместо Ржищев следовало бы читать Ртищев, хотя, конечно
же, это всего лишь догадка, проверка которой, возможно, потребует дальнейшего исследования вопроса.
38
РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 833. Л. 424 об.
Датировка по ст.: Янин В. Л. К вопросу о дате составления обзора «А се имена
градом всем русскым, далним и ближним» // Древнейшие государства Восточной Европы: матер. и иссл., 1992–1993 гг. М., 1995. С. 125–134.
40
ПСРЛ. М., 2000. Т. 3 (Новгородская первая летопись). С. 476; ПСРЛ. М., 2000. Т. 4,
ч. 1 (Новгородская четвертая летопись). С. 624; ПСРЛ. М., 2001. Т. 7 (Воскресенская летопись). С. 240; ПСРЛ.. М., 2004. Т. 23 (Ермолинская летопись) С. 164.
41
Успенский В. Указ. соч. С. 12.
39
– 64 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Куркинская волость (рис. 8). Расположена в основном в междуречье
волжского притока р. Тилицы и притока р. Сишки – р. Белейки. Название
сохранилось в названии погоста Куркина.
Скворцовская волость (рис. 9). Её расположение установлено в историографии лишь отчасти – с ней связывают пространство между верхним
течением волжского притока р. Ажевы и средним течением р. Сишки. Между тем из поля зрения исследователей выпал факт расположения земель
Скворцовской волости по правому берегу р. Березы, расположенных в отрыве от основной территории. Наличие в Лаптевской волости земель
Скворцовской приписи, которые локализуются в коридоре между этими
двумя частями Скворцовской волости, позволяют предполагать позднейшее изъятие из её состава части земель для передачи их в Лаптевскую волость. Происхождение названия волости неясно.
Лаптевская волость (рис. 10). Занимает пространство между средним течением р. Сишки (по обоим берегам) до русла р. Осуги. Прохождение границы маркируется в одном месте положением д. Рубежное, для которой в кн. № 833 сохранилось уточнение: «… на суходоле у Белского рубежа». Незадолго до проведения писцового описания А. Е. Салтыковым,
по-видимому, территория волости была увеличена за счёт соседней Скворцовской волости: кн. № 70 в ходе описания Лаптевской волости трижды
упоминает «Скворцовскую припись»42. Отнесённый к приписи Воскресенский погост локализуется в верхнем течении р. Сишки (№ 67 на рис. 10).
Центр Лаптевской волости, по-видимому, маркирован д. Лаптевой.
Сижская и Пороховская волость (рис. 11). Расположена в нижнем
течении р. Сижки по обоим берегам. Северная граница волости проходила
севернее р. Ажева, на юге достигала верховьев р. Рокитны. Двойное название волости апеллирует к её расположению по р. Сишке (Сижке), а также,
видимо, к названию д. Порхова, которая в писцовой книге не упоминается,
но отыскивается на карте Менде на границе Сижской и Пороховской волости со Скворцовской. Это название соотносится с прозвищем Ивана Федорова Порохова, чьи земли располагались в том же микрорегионе, по
р. Белейке, но принадлежали к Куркинской и Скворцовской волостям.
Рокитинская волость (рис. 11). Расположена к югу и юго-западу от
города Ржевы в бассейне рек Ракитни и Большой Лочи и по правому берегу
Волги от устья её правого притока р. Дунки до устья левого притока р. Бойни. Кроме того, вдоль Волги несколько владений Рокитинской волости располагались анклавом севернее р. Ажевы. Название волость получила по р.
Рокитне.
Л. А. Бассалыго и В. Л. Янин считают Рокитинскую волость приписанной из Зубцовского уезда на том основании, что в кн. № 833, известной
исследователям как древнейшее описание, описан Рокитинский стан, в то
время как на станы делился соседний Зубцовский уезд 43. Но в кн. № 70, как
видим, это не стан, а волость, так что припись Рокитны из состава Зубцов42
43
РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 70. Л. 89 об., 90 об., 137.
Бассалыго Л. А., Янин В. Л. Указ. соч. С. 204.
– 65 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ских земель пока остаётся не доказанной, тем более что, в отличие от Новгородской, Бельской и других приписей, о Зубцовской приписи речи в источниках не идёт. Стабильность ржевско-зубцовской границы со второй
половины XVI в. до XIX в. подтверждается тем, что д. Давыдово на Зубцовском рубеже44 соотносится с д. Давыдовской на рубеже Ржевского и
Зубцовского уездов на карте Менде.
Сопоставление свидетельств кн. № 70 с кн. № 833 позволяет выявить отсутствие в источнике описания значительного массива земель,
принадлежащих Троицкому Селижаровскому монастырю: «Да сыскных
земель сыскано по выпросу, а в приправочных книгах Андрея Салтыкова с
товарещи 96 и 97 не объявилось»45. Описанные под этим заголовком 39
пустошей не отнесены составителями кн. № 833 ни к одной из волостей,
однако сам Троицкий Селижаровский монастырь с принадлежащими ему
землями на левобережье Волги описаны в составе Горышкинской волости
(рис. 4)46. Более того, административная принадлежность земель Селижарова монастыря к Горышкинской волости документирована ещё духовной
грамотой князя Федора Борисовича 1506 г.: «А к Троици к Живоначальнои
в Селижаров даю свою вотчину в Горыншинскои волости, Хрестци да Голенково, и со всем с тем, что к тем деревням потягло, и с лесом, и с бортью»47. Так что имеются достаточные основания для того, чтобы эти земли
считать частью Горышкинской волости и на момент писцового описания
конца 1580-х гг.
Таким образом, по указаниям кн. № 70 границы ржевских волостей
«половины Дмитрия Ивановича» выясняются достаточно определённо.
Особо выделить хотелось бы две любопытных особенности территориальной системы этого региона. Во-первых, это своеобразная конфигурация волостей. Причудливые контуры волостной территории – весьма распространённое в древней Руси явление. Однако помимо этого здесь можно наблюдать явные нарушения компактности волостной территории: Бортная Селиловская (рис. 5), Скворцовская (рис. 9) и Рокитинская (рис. 11) волости
разделены на две части достаточно протяжёнными пространствами иной
волостной принадлежности. В случае со Скворцовской волостью, как уже
отмечалось, есть основания говорить о механизме возникновения этого феномена: посредством передачи части земель другой волости. То же, вероятно, имело место и в истории Бортной Селиловской волости, где две её
части разделены небольшими волостями Дворца и Озерца.
Второй особенностью является происхождение некоторых названий
волостей. Если привычной моделью для древней Руси является обозначение волостей по центральным селениям (не обязательно в смысле географического расположения, но непременно в смысле административной роли), то здесь маркерные топонимы иногда занимают заграничное положе44
РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 70. Л. 4 об.
Там же. Кн. 833. Л. 463 об.
46
Там же. Кн. 834. Л. 154–161 об.
47
Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей. М., 1950. № 98. С. 408.
45
– 66 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ние (сельца Большие и Малые Бортники Жилогостицкой волости маркировали пределы земель Бортной Селиловской волости (№ 290 на рис. 7),
Сижская и Пороховская волость граничила с землями Ивана Федорова Порохова в Скворцовской волости). Езжинская волость, весьма возможно,
также получила свое название по р. Езжинке и оз. Езжинскому, которые
определяли северные пределы её территории.
Кстати, ещё один столь же странный случай относится, скорее, к «половине Федора Борисовича». Древний городок Горышин, расположенный на
правобережье Волги, дал название волости, земли которой лежат преимущественно на левобережье (за исключением уже упомянутых владений Троицкого Селижаровского монастыря). Но ни кн. № 70, ни кн. № 834, содержащая писцовое описание «половины Федора Борисовича» 1620-х гг., не знают
такого топонима. Горышин ещё В. Успенский идентифицировал с Никольским погостом на р. Волге, описанным в составе Бортной Селиловской волости (рис. 5, № 271). В документах XVIII в. он фигурирует как «церковь
Николая Чудотворца в Бортной Селиловской волости на Горышинском пороге»48. К этому можно добавить, что на правобережье Волги погост Горышин окружен именно деревнями Бортной Селиловской волости.
Обе отмеченные особенности создают впечатление некоторой искусственности в формировании границ волостей и определении их состава.
Во всяком случае, ближайший пример именования административного образования по противолежанию тому или иному пункту обнаруживается во
второй половине XVI в. в Новгородской земле. Здесь Белозерская и Тверская половины Бежецкой пятины, бесспорно, получили своё название
именно таким образом – в результате «кабинетного» творчества49. По этой
причине следует с особой осторожностью относиться к попыткам экстраполировать реконструированное территориальное деление второй половины XVI в. на более ранний период.
Продолжение статьи в следующем выпуске
48
Успенский В. Указ. соч. С. 26.
Фролов А. А. Названия Новгородских пятин и пятинное деление в свете некоторых источников по истории церкви // Русь, Россия: Средневековье и Новое время.
Вторые чтения памяти академика РАН Л. В. Милова. Материалы к международной научной конференции Москва, 17–19 ноября 2011 г. Москва, 2011. С. 34–39.
49
– 67 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Приложение 1
Рис. 1. Схема административного деления правобережной половины («князя
Дмитрия Ивановича») Ржевского уезда по писцовой книге А. Е. Салтыкова
1587/88–1588/89 гг. и границы региона
– 68 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 2. Волости Вселуцкая, Езжинская (правобережная часть)
– 69 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 3. Волость Волговская
– 70 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 4. Волости Оковецкая, Горышкинская (правобережная часть)
– 71 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 5. Волости Бортная Селиловская, Дворцы, Озерцы
– 72 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 6. Волости Дубенская, Тудовская Скворотыня, Пустой Осечен
– 73 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 7. Волости Жилогостицкая и Молодой Туд
– 74 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 8. Волости Старый Туд, Ртищевская, Куркинская
– 75 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 9. Волость Скворцовская
– 76 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 10. Волость Лаптевская
– 77 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис. 11. Волости Сижская и Пороховская, Ракитинская
– 78 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Приложение 2:
Перечень топонимических объектов писцовой книги, отображенных
на картах 2–11 и сгруппированных по волостям
(сокращены обозначения типов объектов: д. – деревня; п. – пустошь; пог. –
погост; полсц. – полсельца; пч. – починок; с. – село; слоб. – слобода; сц. –
сельцо; сщ. – селище; ц. – церковь; прежний статус объекта указан в скобках: напр., «п(д)» – это «пустошь, что была деревня» и т. д.).
Рокитинская: 1 – д. Тетерино на реке на Волге; 2 – сц(д). Чюхино; 3
– д. Цепелево; 4 – сц(д). Толстиково на речке на Дориле; 5 – сц(д). Муровьева; 6 – д. Олаево на реке на Волге; 7 – сц. Князево на ручью на Куровке; 8
– п(д). Любзино на ручью на Ажеве; 9 – д. Степанково на реке на Волге; 10
– д. Панково Паиково тож; 11 – пог. на реке на Волге на усть речки Сижки,
а на погосте [храм] Николы Чюдотворца; 12 – пог. на речке на Рокитне,
церковь Пятница; 13 – пог. на реке на Волге, а на погосте церковь Бориса и
Глеба.
Сижская и Пороховская: 14 – д. Молчанова; 17 – д. Пятуново на
ручью; 18 – п(д). Ерзово; 19 – д. Кротово Ковезино тож на речке на Рокитне; 20 – д. Мишукова; 21 – сц. Гончарово на ручью; 22 – д. Щемелинина на
том же ручью; 23 – д. Дмитрова на речке на Сижке; 27 – д. Гузино на речке
на Белеике; 30 – д. Овсяникова Тубово тож; 31 – д. Деревня Кишкино на
пруду; 34 – д. Гафидово; 35 – сц. Половинино; 36 – сц. Озарово на речке на
Сижке; 37 – п(д). Окороково на речке на Ракитне; 39 – сц. Резанцово на
речке на Дунке; 40 – полсц. Молахова на речке на Дунке; 41 – сц. Плесково
на реке на Сижке; 42 – д. Пыхарева Малахово тож; 43 – д. Дор на речке на
Дунке; 44 – д. Кокошкина, стоит на Волге, на усть речки у Сишки против
Николского погоста; 45 – с. Воробьево на речке на Ожаве; 47 – д. Нелюбино на ручью на Ожеви; 50 – пог. в Сижке на реке на Волге,ц. Николы Чюдотворца.
Лаптевская: 52 – сц(д). Свиньино на речке на Холменке; 53 – д. Рубежное; 54 – сц(д). Яковлева на речке на Холменке; 55 – сц(д). Чертово Новое тож; 56 – д. Дорогино на речке на Сижке; 57 – д. Толстиково на речке
на Сижке; 58 – д. Смертино на речке на Сижке; 59 – д. Бровцыно; 60 – д.
Тимохово Тыртово тож на речке на Сижке; 61 – сц. Новиково; 62 – сц. Кашино на ручью на Чернеике; 63 – д. Зихина на ручью; 64 – сц. Микулино на
реке на Сикъже; 65 – д. Каменец; 66 – пог. на погосте церковь Покров святые Богородицы.
Лаптевская (Скворцовская припись): 67 – пог. церковь Воскресенье Христово.
Лаптевская: 68 – д. Бортные Свистуновы, а Кесарево тож; 69 – д.
Бортное Свистунова, а Кесарево тоже; 70 – д. Березуи Малои на речке на
Плоскои; 72 – д. Бородухино на речке на Сухои; 73 – д. Сальникова на речке на Сижке; 74 – д. Шокулова на речке на Сижке; 75 – сц. Якимово Резанцово то же на речке на Сижке; 77 – сц. Соболево на речке на Сижке; 78 – д.
Резанцова Офонасьево тож на речке на Сижке; 79 – с. Завидово, а Петров-
– 79 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ское тож, на реке на Осуге; 80 – сц(пч). Потахов, а Казехов тож; 81 – д.
Заднея на речке на Городенъке; 83 – сц. Соболево на речке на Сижке.
Ртищевская: 84 – сц. Щербинино Зубатовское тоже на ручью; 86 – д.
Щедрина; 89 – сц(д). Зобова; 90 – п. Медведкова; 91 – сц. Труняево на пруду и на речке на Дубенке; 92 – сц. Бобровое.
Ртищевская (Бельская припись): 94 – сц. Добрынино на речке на
Витке; 97 – сц. Олферово; 99 – д. Лезвино Лезвиново тож; 100 – сц. Селишна на речке на Селишевне; 102 – п(д). Сосновка; 103 – д. Левонтьево на
речке на Милославке.
Ртищевская: 111 – пог. на речке на Сижке, а на погосте церковь Успение Пречистые Богородицы; 112 – пог. церковь Николы Чюдотворец и ц.
Параскевы Пятницы.
Старый Туд: 113 – сц. Холмец Чекулино тож; 114 – сц. Реткино на
речке на Туду; 115 – сц. Замошье; 117 – п(сц). Курилево на речке на Дубенке.
Пустой Осечен: 120 – сц(д). Боярскоя на реке на Волге; 121 – сц. Тетюево на реке на Волге; 122 – сц(д). Лыкино; 123 – п. Голенищева; 124 – д.
Дорки на реке на Волге; 125 – пог. церковь стратотерпца Христова Егория.
Тудовская Скворотыня: 128 – сц(д). Юрова Орехово тож на реке на
Волге; 129 – д. Дрезга; 130 – сц(д). Сысоева на речке на Ворче; 131 – сц(д).
Головино и Романово тож на реке на Волге; 132 – д. Савостьяново на
большои дороге; 133 – д. Зубово Семенова тож; 134 – д. Оринино, а Ефимовская тож; 137 – д. Меншикова Харино тож; 138 – д. Боранья Заборки и
Гарманово тож на речке на Талице; 140 – сц. Трушково на речке на Телице;
141 – д. Иверенево; 142 – д. Захаринская Шпалово тож; 143 – сц(д). Болшиково Головково тож на реке на Волге на усть реки Туда; 144 – пог. Дмитреевскои на реке на Волге; 145 – пог. Пречистенкои в Сковоротыне на реке
на Волге; 146 – сц. Дубовик на речке на Телице; 147 – п. Переедово на реке
на Туду; 148 – сц(д).Дуброва, что были дд. Бобровники; 149 – п. Жуково на
речке на Туду.
Жилогостицкая: 151 – д. Ключевино на ключю; 152 – д. Борсуково;
153 – с. Озарово, а Кожухова Слободка тож на Туду да на речке на Городенке с ц. Р-во Б-цы; 154 – с. Терехова Гора на ручью на Раставке, а в селе
церковь Никола Чюдотворец; 155 – д. Горяиново Болотниково тож; 156 – с.
Власево; 157 – д. Заицово; 162 – с. Нива Занино тож на пруду, ц. Покров
святые Богородицы; 164 – с. Бокланово на пруду; 165 – д. Савина на реке
на Туду; 166 – сц(д). Воронова на реке на Туду; 167 – д. Гретцкое, а Курово
тож; 168 – п. Пеняево Пеляево тож на речке на Ворче; 170 – п. Киселева;
173 – пог. Церковь Введение пречистые Богородицы на Туду; 174 – пог. на
реке на Рясенке, а на погосте церковь Николы Чюдотворца; 176 – пог. в
Переборе на берегу реки Туда с ц. Преображения.
Волговская (Бельская припись): 177 – д. Острецова на ручью; 178
– сц. Худулино на ручью на Поточине; 179 – пч. Кнутов; 181 – сц. Пестово
на ручью на Корябине; 183 – д. Суходол; 184 – пог. на речке на Витожотке
с ц. Иоанна Милостивого.
– 80 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Езжинская: 186 – д. Ревякина на реке на Кутеве; 187 – сц. Трепарево
на колодезе; 188 – д. Яцково Ячково тож; 189 – сц(пч). Давыдов; 190 – д.
Чернево на реке на Двине; 191 – сц. Великое на ключю; 192 – п. Рогово на
реке на Двине; 195 – пог. на озере на Маринцове.
Вселуцкая: 196 – д. Гари Болшие на реке на Колъпенке; 197 – сц. Загороден, а Видмино тож на озере на Видбине; 198 – д. Екимково; 199 – с.
Доброе на пруду на речке на Задене; 200 – сц. Марково, а Заеленье тож у
озера у Заеленья; 201 – сц(д). Отанец у озера у Тонца; 202 – д. Куть; 203 –
слоб. Нежданская Степановское тож; 204 – сц(д). Симоново Дубрицы тож;
205 – сц(д). Шечна Узмень тож; 206 – сц(д). Симоново Норованово и Дубровицы тож на озере на Дубровицы; 207 – д. Куть на реке на Куди; 208 – д.
Одворица.
Волговская: 209 – д. Кречатово Болшое на реке на Волге; 210 –
сц(пч). Куницын на речке на Илеменке; 211 – д. Платоново, а Орехово тож;
212 – п(д). Ключовая; 213 – д. Фоминская на речке на Витожетке; 214 – сц.
Тухачево на реке на Волге; 215 – сц(д). Харево; 216 – сц(д). Рубцово Марьино тож; 217 – д. Мишкова на речке на Илеменке; 218 – сц(д). Колобово
Колобовая тож на речке на Боине; 219 – сц(д). Марьино; 220 – сц(д). Горицы на речке на Дубенке; 221 – сц(д). Волково на речке на Дубенке; 222 –
сц(д). Селище на озере на Волге; 223 – сц(д). Шипилова Гора; 224 – пог.
Фалково, а на погосте церковь Пречистые Богородицы.
Оковецкая: 227 – сц(п). Марьинская; 228 – сц(д). Бородулино на ручью; 229 – сц(д). Курицыно; 230 – сц(д). Лыткино; 231 – сц(д). Выжлятниково; 232 – д. Смолки на реке на Песочне; 233 – сц(п). Кортошино; 234 – д.
Бурцова; 235 – сц(д). Тверская на ручью; 236 – сц(д). Дупль; 237 – д. Блазново на ручью; 238 – сц(д). Булатово; 241 – слоб. на Пырешенском городище с ц. Явления образа Одигитрии; 242 – п(пч). Столыпин.
Бортная Селиловская: 245 – сц. Олехово; 247 – д. Крутои Враг на
речке на Ворче; 248 – сц(д). Жданова; 249 – сц(д). Голенищева; 250 – д.
Волково на реке на Волге; 252 – п(д). Рябцово Болшое на ручью на Илеменке; 253 – д. Дедова; 254 – д. Холобова; 255 – сц(д). Толстиково на реке
на Волге; 256 – п(д). Дорино; 257 – сц(д). Сенино на ручью; 258 – сц(д).
Микиткино; 260 – д. Игнатова Игнашово; 261 – сц(д). Степачово Степаново
тож на реке на Волге; 262 – п. Вороново; 264 – сц(п). Худышова на речке
на Ворче; 265 – д. Олферова на врашке; 266 – сц(д). Березуи; 267 – сц(д).
Серково на речке на Ворке; 269 – д. Боборы; 270 – пог. на реке на Волге на
пороге на Луком с ц. Николы; 271 – пог. на реке на Волге, а на погосте
церковь Никола Чюдотворец; 272 – пог. на речке на Ворче с ц. Пятницы
Святой.
Озерца: 273 – сц(д). Станищево Степанищево тож; 275 – д. Никоново
на речке на Рясенке; 276 – п. Лодыгина на речке на Солодовке; 277 – пог.
церковь Троицы Живоначалные.
Дворца: 278 – д. Клочково на вражке; 279 – д. Дуброва на реке на
Волге; 281 – пог. на речке на Солодомле с ц. Спаса
Жилогостицкая: 283 – д. Дроздово на речке на Боршевке; 284 –
сц(д). Рыкунова на врашке; 286 – сц(д). Булыгино, а Заицово тож на реке на
– 81 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Туду; 287 – д. Ераево на речке на Рясенке против Николского погосту; 288
– п(д). Китова на речке на Ворче; 290 – сц(д). Мстихино Болшое Бортники
тож на реке на Мстишке; 291 – д. Левоново Заднее; 292 – сц(д). Ляпино на
речке на Мстишке; 293 – сц(д). Позняково Середнее; 294 – д. Писково на
реке на Туду; 295 – сц(д). Малое Овчинниково.
Молодой Туд: 299 – сц. Сурмино на речке на Лопатне; 300 – с. Спаское на реке на Туду; 301 – д. Каменец на реке на Туду; 302 – пч. Меденицын Овсяников тож на реке на Туду, на усть речки Болонки.
Дубенская: 303 – сц. Станище на реке на Туду; 304 – сц. Степаново;
305 – с. Холм Вурдомо тож, а в селе церковь Воскресенье Христово; 306 –
с. Брюханово на ручью, а в селе церковь Николы Чюдотворца; 307 – сщ(д).
Бурцово на речке на Дубенке; 308 – д. Пепелово на речке на Дубенке; 309 –
с. Ванино на речке на Дубенке; 310 – д. Бобаев Починок на реке на Туду;
311 – с. Лесниково на враге, с ц. Николы; 312 – с. Лесниково.
Куркинская: 315 – сц(д). Заицова на речке на Телице; 317 – д. Мишукова на врашке; 318 – д. Стан на речке на Телице; 320 – сц(д). Бокарево
на речке на Телице; 324 – д. Гришино; 328 – д. Мшарино, а Уста; 329 – д.
Любино на речке на Белеике; 330 – д. Ивыники на речке на Белеике; 334 –
п. Старково.
Скворцовская: 335 – д. Лошкино на речке на Оживе; 337 – сц(д).
Болшое Трушково на речке на Беленке; 339 – сц(д). Ожева на речке на
Ожеве; 340 – сц(д). Решеталово; 341 – сц(д). Тарутино; 342 – д. Дорогинои;
343 – сц(д). Рогушино на речке на Белеике; 344 – д. Волково на врашке; 345
– д. Фетиньино на речке на Белеике; 346 – д. Роикино на речке на Сижке;
347 – д. Холдеево на речке на Сижке; 348 – сц(д). Морозова на речке на
Сижке; 349 – сц(д). Савиновская на речке на Белеике; 351 – д. Серышево на
речке на Белеике; 352 – сц(д). Заицово на речке на Сижке; 353 – д. Вострая
Холмина на речке на Береске; 357 – сц. Холм Воронина на речке на Мануиле; 358 – сц. Холм Воронина на Мануиле; 359 – сц. Холм Воронина; 360
– сц. Холм Воронина; 361 – пог. ц. Благовещения и ц. Ильи; 362 – пог. церковь Благовещения.
Ртищевская: 363 – п(с). Язвицы на речке на Сижке с ц.Сергия, 367 –
п. Грива.
Озерца: 372 – д. Быкова.
Молодой Туд: 373 – п. Ржище Гусево.
Дворца: 375 – п(д). Илемна.
Ртищевская: 378 – п(сц). Пухинское на речке на Слотне.
Жилогостицкая: 380 – п. Июдино Болшое; 381 – п(пч). Хмелек.
– 82 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Список литературы:
1. Антонов А. В. Землевладельцы Ржевского уезда по материалам писцовой приправочной книги 1588 – 1589 годов // Архив русской истории.
М., 2002. Вып. 7.
2. Бассалыго Л. А.., Янин В. Л. Историко-географический обзор новгородско-литовской границы // Янин В. Л. Новгород и Литва: пограничные
ситуации XIII–XV веков. М., 1998.
3. Борзаковский В. С. История Тверского княжества. Тверь, 1994.
4. Веселовский С. Б. Сошное письмо: Исследование по истории кадастра и
посошного обложения Московского государства. М., 1916. Т. 2.
5. Готье Ю. В. Замосковный край в XVII веке: опыт исследования по истории экономического быта Московской Руси. М., 1906.
6. Зимин А. А. Земельная политика в годы опричнины (1565–1572 гг.)
// Вопросы истории. 1962. № 12.
7. Квашнин-Самарин Н. Д. О зубцовских и ржевских переписных книгах
как источнике к изучению местной истории. Тверь, 1891.
8. Кобрин В. Б. Источники для изучения численности и истории формирования опричного двора // Археографический ежегодник за 1962 г.
М., 1963.
9. Корецкий В. И. Закрепощение крестьян и классовая борьба в России во
второй половине XVI века. М., 1970.
10. Кучкин В. А. К изучению процесса централизации в Восточной Европе
(Ржева и её волости в XIV–XV вв.) // История СССР. 1984. №6.
11. Кучкин В. А. Межевание 1483 г. и вопрос о древней новгородскосмоленской границе // Новгородский исторический сборник. Л., 1984.
Вып. 2(12).
12. Павлов А. П. Земельные переселения в годы опричнины (к вопросу о
практической реализации указа об опричнине 1565 г.) // История СССР.
1990. №5.
13. Рожков Н. Сельское хозяйство Московской Руси в XVI веке. М., 1899.
14. Садиков П. А. Очерки по истории опричнины. Л., 1950.
15. Скрынников Р. Г. Царство террора. СПб., 1992.
16. Темушев В. Н. Ржевский участок литовско-московской границы в конце
XIV – начале XVI в. // Материалы по археологии Беларуси. № 14. Памятники эпохи железа и средневековья Беларуси. К 60-летию О. Н.
Левко. Минск, 2007.
17. Темушев В. Н. Ржевский участок литовско-московской границы в конце
XIV
–
начале
XVI
в.
//
URL:
http://www.histgeo.net/index.php?p=49&more=1&c=1&tb=1&pb=1.
Дата
обращения
30.06.2013.
18. Успенский В. Литовские пограничные городки Селук, Горышин и другие. Тверь, 1892.
19. Фролов А. А. Названия Новгородских пятин и пятинное деление в свете
некоторых источников по истории церкви // Русь, Россия: Средневековье и Новое время. Вторые чтения памяти академика РАН Л. В. Милова.
– 83 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Материалы к международной научной конференции Москва, 17–19 ноября 2011 г. Москва, 2011.
20. Шватченко О. А. К вопросу о состоянии поместной опричной системы
в Замосковном и Рязанском краях в конце 80-х – 90-е годы XVI в.
// Вестн. Моск. Ун-та. Сер. «История». 1974. №2.
21. Янин В. Л. К вопросу о дате составления обзора «А се имена градом
всем русскым, далним и ближним» // Древнейшие государства Восточной Европы: матер. и иссл., 1992–1993 гг. М., 1995.
NEW DATA ABOUT HISTORICAL GEOGRAPHY OF RZHEVA
VOLODIMEROVA LANDS
A. A. Frolov
Russian Academy of Sciences, Institute of General History
The article is devoted to basic topics of medieval historical geography of
Rzheva Volodimerova area («the prince Dmitriy Ivanovich half» that is situated on the right bank of the Volga river). The study is based on historical
source and historical geography analysis of the cadaster book of Rzheva area
of 1588–1589. This source is almost unknown for scholars yet. The description of geography of «volosty», localization of the frontier between Rzheva
and Lithuania in the XV–XVI centuries are discussed. An especial attention is
paid to the question of the territory and date of several adjunctions (so called
«pripisi»), which considerably enlarged the territory of Rzheva in the 2nd half
of the XVIth century.
Keywords: medieval Rzheva area, historical geography, historical source
analysis.
Об авторе:
ФРОЛОВ Алексей Анатольевич – Российская академия наук, институт всеобщей истории, Центр исторической географии, кандидат исторических
наук,
старший
научный
сотрудник,
e-mail:
npkfrolov@rambler.ru
About the authors:
FROLOV Aleksei Anatol'evich – Candidate of Historical Sciences,
senior research fellow, Russian Academy of Sciences, Institute of General
History, (119454 г. Москва, Проспект Вернадского, д. 78), e-mail:
npkfrolov@rambler.ru
References
Antonov A. V. Zemlevladel'tsy Rzhevskogo uezda po materialam pistsovoi
pripravochnoi knigi 1588 – 1589 godov // Arkhiv russkoi istorii. М.,
2002. Vyp. 7.
– 84 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Antonov A. V. Chastnye arkhivy russkikh feodalov XV – nachala XVII veka
// Russkii diplomatarii. M., 2002. Vyp. 8.
Ankhimyuk Yu. V. Chastnye razryadnye knigi s zapisyami za poslednyuyu
chetvert' XV – nachalo XVII vekov. M., 2005.
Bassalygo L. A.., Yanin V. L. Istoriko-geograficheskii obzor novgorodskolitovskoi granitsy // Yanin V.L. Novgorod i Litva: pogranichnye situatsii
XIII–XV vekov. M., 1998.
Borzakovskii V. S. Istoriya Tverskogo knyazhestva. Tver', 1994.
Veselovskii S. B. Soshnoe pis'mo: Issledovanie po istorii kadastra i
pososhnogo oblozheniya Moskovskogo gosudarstva. M., 1916. T. 2.
Got'e Yu. V. Zamoskovnyi krai v XVII veke: opyt issledovaniya po istorii
ekonomicheskogo byta Moskovskoi Rusi. M., 1906.
Zimin A. A. Zemel'naya politika v gody oprichniny (1565–1572 gg.) //
Voprosy istorii. 1962. № 12.
Kvashnin-Samarin N. D. O zubtsovskikh i rzhevskikh perepisnykh knigakh
kak istochnike k izucheniyu mestnoi istorii. Tver', 1891.
Kobrin V. B. Istochniki dlya izucheniya chislennosti i istorii formirovaniya
oprichnogo dvora // Arkheograficheskii ezhegodnik za 1962 g. M., 1963.
Kuchkin V. A. K izucheniyu protsessa tsentralizatsii v Vostochnoi Evrope
(Rzheva i ee volosti v XIV–XV vv.) // Istoriya SSSR. 1984. №6.
Kuchkin V. A. Mezhevanie 1483 g. i vopros o drevnei novgorodskosmolenskoi granitse // Novgorodskii istoricheskii sbornik. L., 1984. Vyp.
2(12).
Pavlov A. P. Zemel'nye pereseleniya v gody oprichniny (k voprosu o
prakticheskoi realizatsii ukaza ob oprichnine 1565 g.) // Istoriya SSSR.
1990. №5.
Pobedimova G. A. Obysknaya kniga 1573 goda Derevskoi pyatiny //
Vspomogatel'nye istoricheskie distsipliny. L., 1981. Vyp. 12.
Sadikov P. A. Ocherki po istorii oprichniny. L., 1950.
Skrynnikov R. G. Tsarstvo terrora. SPb., 1992.
Temushev V. N. Rzhevskii uchastok litovsko-moskovskoi granitsy v kontse
XIV
–
nachale
XVI
v.
//
URL:
http://www.histgeo.net/index.php?p=49&more=1&c=1&tb=1&pb=1.
Data
obrashcheniya 30.06.2013.
Uspenskii V. Litovskie pogranichnye gorodki Seluk, Goryshin i drugie.
Tver', 1892.
Frolov A. A. «Kniga zapisi Sofiiskoi poshliny» i problema proiskhozhdeniya
novgorodskikh pyatin // Prikhodnaya kniga Novgorodskogo doma
Svyatoi Sofii («Kniga zapisi Sofiiskoi poshliny») / sost. I. Yu.
Ankudinov, A. A. Frolov. M.; SPb., 2011.
Frolov A. A., Piotukh N. V. Istoricheskii atlas Derevskoi pyatiny
Novgorodskoi zemli (po pistsovym knigam pis'ma 1495–1496 gg.).
M.;SPb., 2008. T. 1.
– 85 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Shvatchenko O. A. K voprosu o sostoyanii pomestnoi oprichnoi sistemy v
Zamoskovnom i Ryazanskom krayakh v kontse 80-kh – 90-e gody XVI v.
// Vestn. Mosk. Un-ta. Ser. «Istoriya». 1974. №2.
Yanin V. L. K voprosu o date sostavleniya obzora «A se imena gradom vsem
russkym, dalnim i blizhnim» // Drevneishie gosudarstva Vostochnoi
Evropy: mater. i issl., 1992–1993 gg. M., 1995.
Статья поступила в редакцию 14.02.2013
– 86 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 87–97.
СТРАНИЦА АСПИРАНТА
УДК 94(497.1/5)”1929”
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ 1929 Г. В КОРОЛЕВСТВЕ
СЕРБОВ, ХОРВАТОВ И СЛОВЕНЦЕВ 1
В. А. Гряник
Харьковский национальный университет имени В. Н. Каразина, кафедра
новой и новейшей истории
Освещены причины государственного переворота 6 января 1929 г. в Королевстве СХС, который заменил парламентский режим открытой диктатурой короля Александра Карагеоргиевича. Проанализировано законодательство, заложившее основы авторитарного строя, раскрыты содержание административно-территориальной реформы и политический
смысл изменения названия государства.
Ключевые слова: государственный переворот, королевская диктатура,
авторитаризм, интегральный югославизм.
Образованное 1 декабря 1918 г. Королевство сербов, хорватов и
словенцев (КСХС) в течение первого десятилетия своей истории пребывало в состоянии перманентного кризиса. После смертельного ранения в здании Скупщины лидера оппозиционной Хорватской крестьянской партии
С. Радича и убийства двух её депутатов 20 июня 1928 г. политическая система практически перестала функционировать, а межнациональные противоречия поставили страну на грань раскола. Это, собственно, и побудило
короля Александра Карагеоргиевича 6 января 1929 г. осуществить государственный переворот, сконцентрировав всю полноту власти в своих руках.
Поднятая нами тема остаётся слабо исследованной в отечественной
исторической литературе. Работы советского периода, в частности второй
том академической «Истории Югославии»2, а также монографии
М. М. Сумароковой3 и Д. А. Севьяна4 носили тенденциозный характер: государственный переворот, осуществлённый королем Александром, рассматривался как введение военно-фашистской диктатуры. В современной
российской историографии глубокий анализ внутриполитического положения первых 10 лет истории Королевства СХС осуществлен А. А. Силки-
1
Рецензент – канд. ист. наук, доцент кафедры новой и новейшей истории Харьковского национального университета имени В. Н. Каразина С. Ю. Страшнюк.
2
История Югославии: в 2 т. / Л. Б. Валев, Г. М. Славин, И. И. Удальцов. М., 1963. Т. 2.
Сумарокова М. М. Демократические силы Югославии в борьбе против реакции и
угрозы войны, 1929–1939. М., 1980.
4
Севьян Д. А. Из истории Союза коммунистов Югославии, 1919–1945. М., 1982.
3
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ным5, что освобождает нас от необходимости рассмотрения событий, хронологически предшествовавших режиму личной власти. Процесс установления королевской диктатуры и её основные черты бегло очерчены им на
страницах коллективного труда Института славяноведения РАН «Югославия в ХХ веке»6. Из югославских историков наиболее весомый вклад в исследование проблемы внес Т. Стойков7, но его труд несёт на себе отпечаток влияния господствовавшей в СФРЮ идеологии и цензуры. Среди сербских авторов выделяется фундаментальное издание Б. Глигориевича8, написанное в жанре политической биографии.
Источниковой базой статьи послужили материалы Архива Югославии, в частности фонды «Форин офис», «Двор Королевства Югославия»,
«Министерский совет», а также югославская периодика того времени и
мемуары. Цель работы – выяснить характер и последствия введения нового
политического режима в одном из крупнейших балканских государств.
После серии консультаций с ведущими политиками страны9 утром 6
января 1929 г. манифестом «Моему дорогому народу, всем сербам, хорватам и словенцам» монарх проинформировал население о замене политического строя и обосновал мотивы, которые подтолкнули его на такой шаг. В
его обращении, которое развесили по улицам Белграда, подчёркивалось:
«Между королем и народом нет больше посредников»10. В манифесте также утверждалось: «Парламентаризм начал использоваться партиями в такой степени, что под угрозой оказалась вся плодотворная работа в государстве», а «трагические события и противоречия пошатнули веру народа в
полезность этого учреждения». Поэтому король, «озадаченный плачем народа»11, решил защитить от «нездоровой политической ситуации» внутриполитическую жизнь, равно как и имидж государства на мировой арене.
Накануне были предприняты все возможные меры для того, чтобы переворот не встретил сопротивления. В первую очередь под контроль была взята
пресса: всем журналистам, как югославским, так и иностранным, категорически запрещалось публиковать в негативном ключе материалы о смене
режима. Под запрет попали общественные собрания, партийные конференции; полиция получила приказ арестовывать всех, «кто мог бы нарушить
порядок и спокойствие»12.
5
Силкин А. А. Королевство сербов, хорватов и словенцев: на пути к диктатуре.
1918–1929 гг. СПб, 2008.
6
Югославия в ХХ веке: Очерки политической истории. М., 2011. С. 265–269.
7
Stojkov T. Opozicija u vreme љestojanuarske diktature. Beograd, 1969.
8
Глигоријевић Б. Краљ Александар Карађорђевић. Српско-хрватски спор .Београд,
2002; Его же. Краљ Александар Карађорђевић. У европској политими. Београд, 2002.
9
Политика. 1929. 4 јануар; Архив Југославије (АЈ). Фонд 335 (Војислав ЈовановићМарамбо). Фасцикла 18.
10
Pavlović K. S. Vojislav Marinković i njegovo doba (1876–1935). London, 1955. Т. 2. S. 36.
11
Sluћbene novine Kraljevine Srba, Hrvata i Slovenaca. 1929. 6 јanuar.
12
Љarac N. Uspostavljanje љestojanuarskog reћima 1929. godine sa posebnim osvrtom
na Bosnu i Hercegovinu. Sarajevo, 1975. S. 146.
– 88 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Главной целью своих действий Александр Карагеоргиевич провозгласил «защиту народного и государственного единства и целостность
страны», призвав всех граждан к «поиску иных методов и строительству
новых путей» выхода из кризиса, чтобы «в кротчайшие сроки создать такие
учреждения, такую государственную администрацию и такой строй, которые бы лучше всего отвечали нуждам народа и интересам страны»13. Современники тех событий отмечали, что день переворота был выбран не
случайно, так как на Рождество большинство газет не выходило, соответственно не могла мгновенно разгореться полемика в печати14.
О причинах, которые побудили «взять на себя всю ответственность», король рассказал в интервью французскому журналисту
Ж. Соэрвену, акцентируя тот факт, что «государственная машина перестала
функционировать», поэтому ради спасения страны от анархии он решил
«на некоторое время взять власть в свои руки». «Удачное или нет мое дело,
за него я лично отвечаю, но провал невозможен, когда со мной весь народ».
Монарх подчеркнул временность нового курса, пообещав после «периода,
посвящённого исключительно работе» и установления «жизнеспособного
режима», вернуться к «истинной демократии и парламентаризму»15. Своему близкому другу патриарху Гаврилу Дожичу Александр объяснял свои
действия следующим образом: «Не смог найти никакого решения. Была
возможность ампутировать Хорватию или отказаться от конституции и
ввести “Шестое января”… Моим желанием было обессилить региональный
шовинизм, разрушавший народное и государственное единство… С тяжёлым сердцем я ввел режим Шестого января»16.
Провозглашение нового строя влекло за собой принятие соответствующей законодательной базы, которая, по словам британского посла в
Белграде Г. Кеннарда, должна была окончательно сконцентрировать всю
полноту власти в руках Александра17. Законы о королевской власти и верховной государственной администрации, принятые в тот же зимний день,
подтвердили в КСХС наследственную монархию, где король из династии
Карагеоргиевичей – носитель абсолютной власти, в том числе единоличный представитель её законодательной ветви, единственный субъект суверенитета и главнокомандующий армии. Монарх назначал чиновников высокого ранга и военных командиров, его же личность была неприкосновенной и не подлежала обсуждению18. Исполнительно-правовой аппарат был
жёстко централизован и вертикально сориентирован, а правительство превратилось в надзирательную инстанцию для исполнения приказов короны.
Устранялись все органы представительской демократии: была распущена
Народная Скупщина и прекращено действие конституции 1921 г. В здание
13
Казимировић В. Србија и Југославија, 1914–1945. Крагујевац, 1995. Књ. 2. С. 441.
AJ. Фонд 371(Foreign office – FO). Ролна 389. 13706.
15
Политика. 1929. 17 јануар.
16
Мемоари патриjарха српског Гаврила. Београд, 1995. С. 57.
17
AJ. Фонд 371 (FO). Ролна 389. 13706.
18
Petranović B. Jugoslavija: 1918–1984: zbirka dokumenata / B. Petranović, M. Zečević.
Beograd, 1985. S. 264.
14
– 89 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
парламента после 10 часов утра 7 января запрещался вход всем депутатам,
включая спикера; разрешено было лишь забрать личные вещи19.
Переход к открытой диктатуре был осуществлен не внезапно, как может показаться на первый взгляд, а после тщательных приготовлений, на что
указывали несколько факторов. Среди них – законодательство, вступившее в
силу одновременно с провозглашением манифеста. Над этим упорно работали
ведущие югославские политики Н. Узунович, В. Маринкович и М. Сршкич20.
Сложно сказать, планировал ли Александр переворот до июньских событий
1928 г., но после них курс был определён окончательно. Некоторые признаки
того, что решение об установлении диктатуры было принято до скупщинской
стрельбы, прослеживались в назначении военных на гражданские должности в
Загребе и Битоле – ключевых центрах недовольства и противостояния режиму, а также в консультациях короля в Париже со своим стратегическим партнером – правительством Франции – относительно перемен во внутренней политике страны и в придворных аудиенциях наиболее влиятельных политиков
– В. Мачека, Л. Давидовича, А. Станоевича и С. Прибичевича. Он завуалированно намекал и прямо заявлял партийным лидерам о переходе от парламентаризма к абсолютистскому строю, стремясь склонить их к перевороту21.
В этом смысле решающее значение имело расположение Владимира
Мачека, лидера Хорватской крестьянской партии, видевшего единственный
способ выхода из кризиса в создании внепарламентского правительства, которое «могло бы быть и диктаторским, но работало бы без парламента и назначило выборы только после согласования с ХКП»22. Неудача дипломатической
миссии Анте Трумбича в Лондоне (цель которой состояла в получении Хорватией автономных прав) и поддержка, которую монарх получил в Париже в ноябре 1928 г., указывали на то, что при переходе к новому строю со стороны
союзников не будут создаваться какие-либо препятствия.
Диктатура, воплощенная в неприкосновенности королевской воли,
обеспечивала режиму возможность свести счёты с непреклонными представителями гражданской оппозиции, коммунистами, сепаратистскими силами. Взаимоотношения между королём и влиятельными политиками демонстрировали авторитарность Карагеоргиевича, не терпевшего в своём
окружении каких-либо конкурентов, и стремившегося действовать через
послушных политиков и преданных военных. Король считал, что может
самостоятельно осуществить национальную консолидацию, опираясь на
войско, одним махом рарешив противоречия объективного развития и этнической пестроты. Он был уверен: десяти лет, прожитых под общей государственной крышей, достаточно для воплощения в жизнь идеологии интегрального югославизма.
Судя по всему, при установлении неограниченной власти Александр
в большей степени опасался реакции сербов, чем хорватов, памятуя о судь19
Љarac N. Uspostavljanje šestojanuarskog režima… S. 190.
Глигоријевић Б. Краљ Александар Карађорђевић. Српско-хрватски спор… С. 356.
21
Stojkov T. Opozicija u vreme љestojanuarske diktature… S. 54–55.
22
Там же.
20
– 90 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
бе предшественника своего отца из династии Обреновичей, да и в целом
традицию «сечения голов» вождей в истории Сербии. Что касается оппозиции во главе с Мачеком, диктатура не ощутила какого-либо серьёзного сопротивления с её стороны. Весьма характерными были слова хорватского
лидера насчёт отмены парламентаризма: «Жилет сегодня расстёгнут, и теперь необходимо его только правильно застегнуть на все пуговицы»23. При
этом считалось, что наконец-то созданы условия для соглашения между
королём и хорватами, без участия сербских политических партий. Но, как
оказалось, вместо возможного взаимопонимания курс двора был направлен
на «суперцентрализм» с «абсолютным порядком и дисциплиной»24.
Принятый 6 января 1929 г. Закон о защите гражданской безопасности и порядка в государстве запрещал и распускал все объединения и партии, носившие «религиозный или племенной характер», тогда как появление новых или сохранение части уже существующих прямо зависели от
административных органов, в первую очередь – от великого жупана области25. Расширен был Закон о прессе от 1925 г. (значительно усиливалась
цензура) и принят Закон о государственном суде для защиты государства.
Общинные администрации самоуправления в землях заменялись преданными режиму управами26. Последнее нововведение сводило на нет автономные права отдельных территорий королевства, укрепляя унитаризм.
Социальную и политическую опору диктатуры Александр І видел в
армии и её командных кадрах, группах «придворных» демократов и радикалов, послушной государственной администрации, органах правосудия, полиции и жандармерии, буржуазии. И хотя официально армия не участвовала в
политике, военный фактор традиционно в ней присутствовал.
Во всяком случае, мандат на формирование кабинета министров король доверил своему фавориту генералу Петру Живковичу как «человеку,
совершенно не причастному к партиям»27. Выбор, павший на командира
Королевской гвардии, руководителя организации «Белая рука», демонстрировавшего верность династии ещё со времен процесса над полковником
Аписом, многие современники, особенно офицеры, оценили как большую
ошибку28. Его считали «придворным офицером»29, обвиняли в гомосексуализме, связях с женщинами сомнительной репутации, чрезмерной любви к
власти30. Патриарх Гаврил о премьер-министре писал так: «Он всю жизнь
был военным и жил в казарме, не знал политической жизни и тонкостей
политики. Научился лишь командовать подчиненными и младшими офицерами. Это создавало репутацию резкого чиновника, что ему мешало. В
23
Maček V. In the Struggle for Freedom. New York, 1957. P. 122.
Димић Љ. Историја српске државности. Србија у Југославији. Нови Сад, 2001. С. 137.
25
Sluћbene novine Kraljevine Srba, Hrvata i Slovenaca. 1929. 6 januar.
26
Там же.
27
Там же.
28
Bjelajac M. Vojska u Kraljevini SHS/Jugoslaviji. Beograd, 1994. S. 135–141.
29
Avramovski Ћ. Izveљtaji Britanskog poslanstva 1921–1938. Zagreb, 1988. Т. 1. S. 632.
30
Архив Српске академије наука и уметности. Александар Благојевић. Грађе за
биографију генерала Петра Живковића. Бр. 13609.
24
– 91 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
отношениях с людьми он отдавал предпочтение казарменному стилю…
Уверен, что может быстро и легко, через колено, решать политические и
государственные дела… Не владеет ораторскими способностями и не может изложить народу программу своего правительства…»31. Тем не менее
это была ключевая фигура режима после монарха: Живкович назначал на
должности гражданских чиновников низшее офицерство, укрепляя этим
военный характер диктатуры32.
В новых обстоятельствах король опирался также на «старых» людей
и проверенных политиков. Такая ситуация была вызвана нехваткой профессиональных чиновников в КСХС и, как следствие, – отсутствием альтернативы. В первый «внепартийный» кабинет вошли видные деятели предыдущего парламентского периода – «придворные» радикалы Никола Узунович, Милан Сршкич, Урош Круль, Лазар Радивоевич и Стеван Савкович,
демократы Воислав Маринкович и Коста Кумануди, глава словенских клерикалов Антон Корошец, а также хорваты Ото Франгеш (министр сельского хозяйства), Славко Шврлюга (министр финансов), Тугомир Алаупович
(министр веры), Желимир Мажуранич (министр торговли) и Мате Дринкович (министр социальной политики). Генерал Стеван Хаджич получил
портфель министра армии и флота33.
Включением в состав кабинета министров пяти хорватов и словенца
правительство получило истинно югославский характер, к чему так стремился Александр34. Впервые в нём были представлены три государствообразующих народа, что создавало впечатление консенсуса с целью национального единения и постепенного преодоления кризиса, в котором оказалась
страна. Одновременно обеспечивалась поддержка финансовых кругов Хорватии, ибо интересы капитала перевешивали национальную рознь:
С. Шврлюга был председателем Загребской биржи и вице-президентом Объединения хорватских промышленников, руководство которого враждебно
относилось к ХКП; Ж. Мажуранич – юристом, представлявшим интересы
крупных компаний. Одной из уступок хорватским оппозиционерам стало
разрешение оставить на своих должностях ранее избранных чиновников в
областных, общинных и городских исполнительных органах (формально их
переназначили), которые переставали быть выборными35.
Рядовые граждане, в большинстве необразованные, воспринимали государство через коррумпированную и плохо организованную бюрократию,
медленное правосудие, затягивающее рассмотрение дел на годы, а также бездеятельный парламент, поэтому переход к новому государственному строю
принимался с надеждой на улучшения36. Более того, многие политики в от-
31
Мемоари патријарха српског Гаврила. Београд, 1995. С. 31.
AJ. Фонд 138 (Mинистарски Cавет). Фасцикла 1. 1.
33
Глигоријевић Б. Краљ Александар Карађорђевић. Српско-хрватски спор... С. 357.
34
Политика. 1929. 17 јануар.
35
Boban Lj. Maček i politika HSS-a 1928–1941. Zagreb, 1974. S. 46.
36
Boban Lj. Zagrebačke punktacije // Istorija 20.veka, Zbornik radova. 1962. № 4. S. 309.
32
– 92 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
крытой диктатуре увидели спасение страны от раскола37, а некоторые общественные и политические деятели, вроде бывшего мэра Сплита Йосипа Смодлаки, оценивали переворот как начало выхода из кризиса38.
Смена режима особенно сильно повлияла на рейтинг популярности короля среди католиков – он стал «хорватским идолом»39. Члены распущенной
загребской Скупщины даже отправили в столицу многочисленную делегацию
«высказать преданность королю»40. Британский консул в Загребе К. Боден 23
января сообщил в Форин офис: большинство хорватов и словенцев довольны
нововведениями, но при этом они убеждены, что в планах «белградских политиков» – работа над созданием «Великой Сербии». Простое население пречанских земель свято верило в «добрые намерения» короля, а на своих земляков надеялись как на «возможных федералистов», которые смогут использовать свое влияние в общегосударственных делах.
В Боснии изменения тоже были приняты хорошо. Рейз-ул-улем
(глава исламской общины) говорил, что новый строй мусульмане одобрили, так как появилась надежда «повернуть жизнь к лучшему»41. И на родине Карагеоргиевичей действия монарха получили поддержку, хотя лондонская «Таймс» отмечала, что автократическая идея не популярна в Сербии, а
сербы ‒ «демократы по темпераменту»42. Народ был настроен прежде всего
против Скупщины, ассоциировавшейся с хаосом и бездельем.
Корреспонденты «Политики» сообщали из Битолы, Струмицы и Штипа (Македония), что манифест принят «с неожиданным энтузиазмом»; в Новом Саде воцарилось «всеобщее искреннее и сердечное воодушевление», тогда как жители Сплита ощутили «большое облегчение после тяжелой ситуации, сложившейся за долгие годы»43. Интеллигенция, армия, Сербская православная, Римско-католическая церкви поддерживали действия монарха. Газеты призывали не ностальгировать по парламентаризму, разрушавшему страну44. Правительству и лично Александру приходили тысячи телеграмм поддержки45. Таким образом, в первые месяцы «нового курса» король имел наибольшую поддержку со времен провозглашения КСХС46.
Демократическая партия из-за вхождения К. Кумануди и
В. Маринковича в правительство разделилась на группы, одна из которых
поддерживала диктатуру, а вторая во главе с Л. Давидовичем и М. Гролом
была настроена враждебно. Радикалы своё недовольство выразили исклю37
Boban Lj. Prilozi za biografiju Ante Trumbića u vrijeme šestojanuarskog režima
(1929–1935) // Historijski zbornik. 1968–1969. № 1–4. S. 3.
38
R. W. Seton-Watson i Jugosloveni. Korespondencija 1906–1941. Zagreb-London,
1976. Т. 2. S. 186.
39
AJ. Фонд 371 (FO). Ролна 389. 13706.
40
Глигоријевић Б. Краљ Александар Карађорђевић у европској политиџи… С. 188.
41
Политика. 1929. 17 јануар.
42
Цит. по: Pavlović K. Vojislav Marinković i njegovo doba… S. 41.
43
Глигоријевић Б. Краљ Александар Карађорђевић у европској политиџи… С. 188.
44
Политика. 1929. 27 јануар.
45
AJ. Фонд 74 (Dvor KJ). Фасцикла 14. 26.
46
AJ. Фонд 371 (FO). Ролна 389. 13706.
– 93 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
чением из главного комитета однопартийцев, вошедших в кабинет
П. Живковича47. Тем не менее лидеры партий, оставшихся в оппозиции,
вяло отреагировали на запрет организованной политической жизни48.
Между тем, согласно Закону о защите гражданской безопасности и
порядка в государстве, на протяжении января официально запрещалась
деятельность всех партий: их имущество было опечатано, а архивы конфискованы. Югославская мусульманская организация (ЮМО) перестала существовать 12 января49, Хорватская крестьянская партия – 21-го50. Словенская народная и Словенская кметская партии исчезли из политики на день
позже, а Народная радикальная и Демократическая партии, Союз земледельцев – 24 числа того же месяца51. Ликвидированы были даже Женская
партия и Сионистская организация52. В марте 1929 г. роспуску подлежали
Организация югославских националистов, Сербская национальная молодежь, Хорватская национальная молодежь53. Национальные сокольские
общества в конце года были заменены единым Соко Королевства Югославия54. Следствием таких событий стало усиление работы общественных организаций культурно-просветительного или спортивного толка. С их помощью поддерживался контакт с населением. Например, руководство
ЮМО в Боснии использовало «Народную опору» и мероприятия, организованные этим объединением, чтобы контролировать настроения мусульманских масс55; ХКП действовала через различные хозяйственные, финансовые, культурные и кооперативные организации56. Запрет и замирание политической жизни в большей степени ударили по сербским партиям, привыкшим к предвыборной борьбе и парламентской работе, чем по ХКП, которая с 1929 г. обрела вид панхорватского народного движения 57. Согласно
М. Стоядиновичу, одному из лидеров радикалов, партии быстро «погрузились в подполье»58.
В начале июля 1929 г. кабинет П. Живковича помпезно оповестил о
«достижении больших успехов»59. К главным заслугам правительства отнесли реорганизацию государственной администрации, уменьшение количества министерств, люстрацию чиновников, увольнение коррумпирован47
Pavlović K. Vojislav Marinković i njegovo doba… S. 39.
Meљtrović I. Uspomene na političke ljude i događaje. Buenos Aires, 1961. S. 183.
49
Политика. 1929. 13 јануар.
50
Политика. 1929. 22 јануар.
51
Политика. 1929. 25 јануар.
52
Политика. 1929. 26 јануар.
53
Политика. 1929. 10 март.
54
Ћutić N. Sokoli. Ideologija u fizićkoj kulturi Kraljevine Jugoslavije 1929–1941. Beograd, 1991. S. 37.
55
Kemura I. Muslimansko kulturno-prosvjetno druљtvo “Narodna uzdanica” u uslovima
љestojanuarske diktature // Prilozi. 1989. № 24. S. 172.
56
Stojkov T. Opozicija u vreme љestojanuarske diktature… S. 95
57
Končar R. Opozicione partije i autonomija Vojvodine 1929–1941. Beograd, 1995. S. 49.
58
Stojadinović M. Ni rat ni pakt. Rijeka, 1970. S. 259.
59
Димић Љ., Жутић Н., Исаиловић Б. Записници са седница Министарског савета
1929–1931. Београд, 2002. С. 64.
48
– 94 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ных и недостойных служащих60. Самым важным достижением считалась
унификация законодательной базы61. За первые шесть месяцев работы было принято 132 закона62, среди которых единый Уголовный и судовой кодексы для всей территории КСХС. Создан был и Верховный законодательный совет как контролирующий орган, задача которого ‒ с профессиональной и юридической точки зрения рассматривать законопроекты63.
Идея национального унитаризма воплотилась в законе от 3 октября
1929 г., в котором прописывалось новое название государства – Югославия, а также её раздел на девять административно-территориальных единиц
– бановин. Во главе их в качестве представителя верховной власти и начальника государственной администрации стоял бан, назначаемый королем
по предложению кабинета министров. Если ранее страна делилась на 33
части, то теперь их количество уменьшалось до 9, что свидетельствовало
об усилении централизации государственного управления.
При определении новых административных единиц, согласно с
официальной идеологией югославизма, не учитывались бывшие названия
земель и исторические границы; пределы бановин устанавливались по географически-экономическому принципу, а названия давались по топонимам
рек. Территория Хорватии с Далмацией была разделена на две бановины:
Савскую и Приморскую. Части Боснии и Герцеговины вошли в состав четырех (Врбарскую, Дринскую, Приморскую и Зетскую), а Сербии – пяти
бановин: Дунайскую, Моравскую, Вардарскую, Дринскую и Зетскую (вместе с некоторыми территориями БиГ). Словения, Македония и Черногория
остались целостными в Дравской, Вардарской и Зетской бановинах соответственно. Как видим, новое административно-территориальное деление
учитывало национальные интересы словенцев и хорватов, а прежде всего –
сербов. Если в Дравской бановине объединены были все словенцы, в Савской и Приморской – большинство оставалось за хорватами, то в пяти
свыше половины населения составляли сербы64.
Вопреки утверждениям советских авторов, не вызывает сомнения
тот факт, что новый строй сначала получил одобрение большинства граждан КСХС – это отмечал даже оппозиционный журнал «Новая Европа»65.
Несмотря на то, что новый режим отменил гражданские права: свободу
общественной мысли, право объединений, собраний и договоров 66. Но со
временем население начало отворачиваться от режима, не ощущая плодотворности изменений, видя у власти большое количество «неспособных к
работе, коррумпированных, недобросовестных, неквалифицированных и
60
Dobrivojević I. Drћavna represija u dobu diktature kralja Aleksandra 1929–1935. Beograd, 2006. S. 57.
61
Политика. 1929. 7 јул.
62
Димић Љ., Жутић Н., Исаиловић Б. Op. cit. С. 353.
63
Глигоријевић Б. Краљ Александар Карађорђевић у европској политими... С. 183.
64
Там же. С. 192.
65
Nova Evropa. 1929. 11 februar.
66
Глигоријевић Б. Краљ Александар Карађорђевић у европској политими... С. 183.
– 95 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ненужных чиновников»67, как отмечал в одном из ежеквартальных отчетов
за 1929 г. английский посол Г. Кеннард.
Следовательно, замена парламентского режима открытой королевской диктатурой была осуществлена Александром І Карагеоргиевичем с
целью сохранения целостности страны и преодоления политического кризиса, до предела обострившегося в 1928 г. Переворот поддержало большинство населения и политиков. Главной проблемой, обусловившей неудачу нового строя в недалеком будущем, было сохранение на руководящих должностях бывших партийных лидеров, неспособных отказаться от
своих амбиций. Отмена местного самоуправления, а также выборных органов, назначение «своих» людей на все ключевые должности не помогли
достичь желаемого – стабильности. Запрет деятельности политических
партий и парламента как «посредников между королем и народом» привёл
к потери контакта монарха со своими подданными. В конечном итоге переформатированием административных единиц, направленном на усиление
централизации, и сменой названия страны не удалось расширить социальную базу авторитарного режима, контролированного небольшой группой
идеалистов интегрального югославизма.
Список литературы:
1. Avramovski Ћ. Izveљtaji Britanskog poslanstva 1921–1938. Zagreb, 1988. Т. 1.
2. Bjelajac M. Vojska u Kraljevini SHS/Jugoslaviji. Beograd, 1994.
3. Boban Lj. Maček i politika HSS-a 1928–1941. Zagreb, 1974.Pavlović K. S.
Vojislav Marinković i njegovo doba (1876–1935). London, 1955. Т. 2.
4. Boban Lj. Prilozi za biografiju Ante Trumbića u vrijeme šestojanuarskog režima
(1929–1935) // Historijski zbornik. 1968–1969. № 1–4.
5. Boban Lj. Zagrebačke punktacije // Istorija 20.veka, Zbornik radova. 1962. № 4.
6. Глигоријевић Б. Краљ Александар Карађорђевић. Српско-хрватски спор
.Београд, 2002.
7. Глигоријевић Б. Краљ Александар Карађорђевић. У европској политими.
Београд, 2002.
8. Димић Љ. Историја српске државности. Србија у Југославији. Нови Сад,
2001.
9. Димић Љ., Жутић Н., Исаиловић Б. Записници са седница Министарског савета 1929–1931. Београд, 2002.
10. Dobrivojević I. Drћavna represija u dobu diktature kralja Aleksandra 1929–
1935. Beograd, 2006.
11. Казимировић В. Србија и Југославија, 1914–1945. Крагујевац, 1995. Књ. 2.
12. Kemura I. Muslimansko kulturno-prosvjetno druљtvo “Narodna uzdanica” u
uslovima љestojanuarske diktature // Prilozi. 1989. № 24.
13. Končar R. Opozicione partije i autonomija Vojvodine 1929–1941. Beograd,
1995.
14. Maček V. In the Struggle for Freedom. New York, 1957.
67
AJ. Фонд 371 (FO). Ролна 389. 13707.
– 96 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
15. Petranović B. Jugoslavija: 1918–1984: zbirka dokumenata / B. Petranović,
M. Zečević. Beograd, 1985.
16. Љarac N. Uspostavljanje љestojanuarskog reћima 1929. godine sa posebnim
osvrtom na Bosnu i Hercegovinu. Sarajevo, 1975.
17. Stojadinović M. Ni rat ni pakt. Rijeka, 1970.
18. Stojkov T. Opozicija u vreme љestojanuarske diktature. Beograd, 1969.
19. Ћutić N. Sokoli. Ideologija u fizićkoj kulturi Kraljevine Jugoslavije 1929–1941.
Beograd, 1991.
COUP D'ETAT 1929 IN THE KINGDOM OF SERBS, CROATS
AND SLOVENES
V. A. Gryanik
The V. N. Karazin Kharkiv National University, the Dept. of Modern and Contemporary History
Covered causes coup January 6, 1929 in the Kingdom, which replaced the
parliamentary regime open dictatorship of King Alexander Karadjordjevic.
Analyzed legislation which laid the foundations of an authoritarian regime,
disclosed the contents of the administrative-territorial reform and the political
meaning of the name change of the state.
Keywords: coup, the royal dictatorship, authoritarianism, integral
Yugoslavism.
Об авторе:
ГРЯНИК Вадим Александрович – Харьковский национальный
университет имени В. Н. Каразина, кафедра новой и новейшей истории,
аспирант, e-mail: eghik@ukr.net
About the authors:
GRYANIK Vadim Aleksandrovich – Postgraduate student, the Dept.
of Modern and Contemporary History, the Faculty of History, the
V. N. Karazin Kharkiv National University (Ukraine, Kharkov, Valter str. 5,
fl. 20, 61108), e-mail: eghik@ukr.net
Статья поступила в редакцию 23.04.2013.
– 97 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 98–109.
СООБЩЕНИЯ
УДК94(470.331)(093)+930.2
ПИСЦОВЫЕ КНИГИ ТОРЖКА И ТВЕРИ 1620-Х ГОДОВ (О
НЕКОТОРЫХ ВОЗМОЖНОСТЯХ И ПРОБЛЕМАХ
СРАВНИТЕЛЬНО-ИСТОРИЧЕСКОГО И РЕТРОСПЕКТИВНОГО
МЕТОДОВ ИССЛЕДОВАНИЯ ТОПОГРАФИИ
СРЕДНЕВЕКОВЫХ ГОРОДОВ)
П. Д. Малыгин
Тверской государственный университет, кафедра социально-культурного
сервиса
Проведено сравнение описания Твери 1625/26 г. с Писцовой книгой
Торжка 1624/25 г. и установлено, что фрагмент об «Успенском конце»
попал в копию 1681 г. описания Твери из описания Торжка. В этой связи
мнение А. В. Арциховского о возможном существовании в средневековой Твери кончанской системы следует считать ошибочным. Различающийся ретроспективный потенциал двух рассматриваемых источников
связан с тем, что описанию Твери 1625/26 г. предшествовал грандиозный пожар города в 1616 г., в том время как описание Торжка 1624/25 г.
во многом отражает состояние города до событий Смутного времени
1609 г.
Ключевые слова: писцовые книги, выпись, Торжок, Тверь, кончанская система, сравнительно-исторический метод, возможности ретроспекции.
В отечественной урбанистике не принято сравнивать средневековые
Тверь и Торжок, поскольку первая была столицей великого княжества и
центром епархии, а второй – всего лишь новгородским «пригородом». Однако более пристальное обращение к источникам позволяет сделать вывод
о том, что эти города по экономическому потенциалу и количеству населения вполне сопоставимы.
К концу XIV в. в обоих городах насчитывалось по три каменных
храма, а как известно, благосостояние древнерусского города было прямо
пропорционально числу его каменных зданий1. При разорении Торжка великим тверским князем Михаилом Алексанровичем в 1372 г. летописи отмечают, что «погоре всь градъ: и церкви три каменыя»2. Для Твери это были Спасо-Преображенский собор (1285 г.), Успенский храм Отроча мона-
1
Кирпичников А. М. Посад средневековой Ладоги // Средневековая Ладога. Новые
археологические открытия и исследования. Л., 1985. С. 172.
2
См., например: Полное собрание русских летописей (далее – ПСРЛ). М., 2000.
Т. 4: Новгородская 4-я летопись. Часть 1. С. 299.
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
стыря (конец XIII в.) и церковь Федора Тирона в одноименном монастыре
(1323–1325 гг.)3.
С конца XV в. с присоединением к Москве и Тверь, и Торжок входят в
полосу глубокого кризиса. Тверь прежде всего утрачивает свое политическое
значение, а Торжок – военно-стратегическое. Однако оба города остаются
важными административными и экономическими центрами.
В опричном походе на Новгород Ивана Грозного 1569/70 г. оба города жестоко пострадали. Участник этого похода Генрих Штаден отметил:
«… великий князь вошёл в город Тверь и приказал грабить всё, и церкви и
монастыри и лишать жизни всех пленных и своих собственных людей…
Затем в городе Торжке произошло тоже самое. Там не пощадили ни одного
монастыря или церкви»4.
Англичанин Дж. Флетчер в 1580-х гг. отметил: «Главные города по
торговле, платящие самую значительную пошлину, – Москва, Смоленск,
Псков, Новгород Великий, Старая Руса, Торжок, Тверь, Ярославль, Кострома, Нижний Новгород, Казань, Вологда… Москва платит ежегодно пошлины 12000 рублей… Торжок – 800 рублей, Тверь – 700…»5
Несмотря на то что Тверь как центр епархии в 1620-х гг. вдвое превосходила Торжок по количеству монастырей и приходских храмов, новоторжский торг был по количеству лавок в три раза больше тверского 6. Количество дворов в Твери до грандиозного пожара 1616 г. ровнялось 970, а в
Торжке в 1625 г. – 9237. А. Олеарий, увидевший эти города в 1630-х гг.,
оценил Тверь, как город «несколько больше Торжка»8.
Летописные известия и данные актовых и переписных документов
позволяют представить в общих чертах топографию Твери XIV–XVI вв.9
Что касается Торжка, то, несмотря на обилие упоминаний о нём в письменных источниках, топография города для периода до XVII в. восстанавливается чрезвычайно фрагментарно. Это прежде всего связано с полным
отсутствием писцовых описаний Торжка конца XV–XVI вв.10 Для периода
3
Свод памятников архитектуры и монументального искусства России: Тверская
область: в 6 ч. / отв. ред. Г. К. Смирнов. М., 2002. Ч. 1. С. 158–160.
4
Штаден Генрих. Записки о Московии. М., 2008. Т. 1. С. 113.
5
Проезжая по Московии: Россия XVI–XVII веков глазами дипломатов. М., 1991.
С. 61–62.
6
Малыгин П. Д. Судьбы Торжка и Твери в Смутное время. К 400-летию событий
1609 года. Тверь, 2009. С. 4, 8.
7
Там же. С. 4.
8
Там же. С. 5.
9
Малыгин П. Д. Средневековые письменные источники о топографии Твери //
Тверской кремль: комплексное археологическое источниковедение (по материалам
раскопа Тверской кремль–11, 1993–1997 гг.). СПб., 2001. С. 80–100.
10
См.: Голубев И. Ф. Коллекция рукописей государственного архива Калининской
области: Краткий обзор. Калинин, 1960; Описание городов европейской части России
XVI–XVII вв.: Указатель по материалам писцовых и переписных книг / сост.
Т. Б. Соловьева, Л. А. Тимошина. М., 2005. С. 238–240.
– 99 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
XI–XII вв. известен Борисоглебский монастырь11, середины XII в. – центральный городской Спасо-Преображенский собор12, XII – начала XIII вв. –
Рождественский монастырь13, XIV в. – безымянный каменный храм и так
называемый Подол правобережья Тверцы14, XV в. – деревянный храм Афанасия и Кирилла в кремле, Никольская церковь на левобережном посаде и
Николо-Пустынский монастырь15, XVI в. – церкви Иоакина и Анны, Воскресения, Рождества Богородицы, Воздвижения и монастыри Богоявленский и Воскресенский (Девичь)16.
Если для Твери имеется два17 дорегулярых чертежа18, позволяющих
представить общую топографическую схему Твери XVII – начала XVIII
вв., то Торжку не повезло и с дорегулярными планами. Единственный такой план 1767 г. даёт (и то частично) дорегулярную планировку лишь центральной части правобережья Торжка19, а это не более 5 % исторической
территории города. Тем не менее некоторые пробелы в средневековой топографии Торжка начинают восстанавливаться исследованиями Новоторжской археологической экспедиции20, но этого ещё не достаточно для детального представления обо всём городе, хотя границы культурного слоя, а
следовательно, размеры Торжка, для основных периодов средневековой
истории определены достаточно надёжно21.
Самое раннее описание Торжка XVII в., позволяющее проводить топографические ретроспекции, – это Писцовая книга письма и меры Потапа
Дмитриевича Нарбекова и подьячего Богдана Фадеева 1624/25 г. Одним из
первых, кто обратил внимание на этот источник, был драматург А. Н. Островский, который в путевых заметках путешествия по Волге в мае 1856 г.
записал: «В Торжке я познакомился с тамошним старожилом, почтенным
11
Малыгин П. Д. Новые данные по топографии Торжка XII–XIII вв. // Памятники
археологии и этнографии Верхнего Поволжья: межвуз. сб. Горький, 1989. С. 47–51;
Его же. Из ранней истории распространения христианства на территории Тверской
области // Вестн. Твер. гос. ун-та. Сер.: История. 2007. Вып. 1. С. 118–120.
12
Малыгин П. Д. К топографии Торжка XII–XIII вв. // История и археология Новгородской земли: тез. науч.-практ. конф. Новгород, 1987. С. 38.
13
Малыгин П. Д., Гиппиус А. А. К истории Новоторжского Рождественского монастыря // Новгород и Новгородская земля: История и археология. Великий Новгород,
2005. Вып. 19. С. 272–279.
14
Малыгин П. Д. Топография средневекового Торжка (XII–XVII века) // Памятники
железного века и Средневековья на Верхней Волге и Верхнем Подвинье: сб. науч. тр.
Калинин, 1989. С. 85–96. Рис. 1, № 16, 6.
15
Там же. Рис. 1, № 2, 28, 33.
16
Там же. Рис. 1, № 5, 6, 17, 25, 30, 35.
17
Мы не учитываем здесь планы Твери и Торжка 1674 г. шведского военного агента Э. Пальмквиста, поскольку речь идёт исключительно о русских источниках.
18
Свод памятников… С. 175, 177–179.
19
Малыгин П. Д. Топография средневекового Торжка… С. 93. Рис. 2.
20
Малыгин П. Д., Сарафанова Н. А., Фролов А. А. К 30-летию Новоторжской археологической экспедиции // Вестн. Твер. гос. ун-та. Сер.: История. 2010. Вып. 3. С. 136–141.
21
Малыгин П. Д. Культурный слой средневекового Торжка // Краткие сообщения
института археологии (далее – КСИА). 1989. Вып. 195. С. 42–51.
– 100 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
купцом Ефремом Матвеевичем Елизаровым, собирателем древних рукописей о Торжке. У него я видел между прочим: “Описание г. Торжку, учиненное по указу царя Михаила Феодоровича в 1625 году”. Привожу несколько интересных сведений из этого описания… Из этого видно, что
Торжок до разоренья (литовского) был городом богатым»22.
В 1860 г. эту писцовую книгу обильно цитировал первый историограф Торжка иеромонах Илиодор (И. А. Сретенский)23. Именно Илиодор
впервые дал оценку этой книге как историческому источнику: «В сей книге, писанной и составленной в 1625 году, описываются все церкви и монастыри, бывшие в г. Торжке, в том числе и Борисоглебский монастырь. В
подлинности сей книги, столь замечательной, сомневаться никак нельзя:
она писана древним почерком под титлами и сходна с книгою подобного
содержания сотною, хранящеюся в Бежецком Городовом Магистрате, и писанною в то же время при царе Михаиле Феодоровиче… Писана скорописью, разными писцами, а собрана и переплетена в одну книгу в 1785 году...
В сей книге, столь драгоценной по своей древности и редкости, означены
все церкви и монастыри, и описаны одинаковым порядком каждая церковь
и каждый монастырь с означением Святых икон, сосудов, священных
одежд, колоколов, земли, братства и мест церковных. Один важный недостаток в описаниях усматривается тот именно, особенно для настоящего
нашего труда ни чем незаменимый, что не означено ни времени, ни случая
построения ни церквей, ни монастырей»24.
В 1865 г. Писцовая книга Торжка 1624/25 г. была опубликована в
очередном выпуске «Памятной книжки Тверской губернии»25. Кто подготовил источник к изданию, нам остаётся неизвестным, но не исключено,
что это был всё тот же иеромонах Илиодор. Известно, что в начале XX в.
Писцовая книга 1624/25 г. хранилась в архиве городской управы Торжка и
состояла из двух частей, причём «вторая часть» была вывезена из Торжка в
Ярославль неким Липинским26. В 1918 г. в Торжке был организован Музей
местного края, и именно в его историко-археологический отдел в 1920 г. из
Коммунального отдела Новоторжского исполкома поступила «подлинная
писцовая книга Потапа Нарбекова начала XVII в.»27 Значится эта писцовая
книга и в «Дополнении к Отчету Музея Местного Края Торжка за 1922
год», датированном 6 февраля 1923 г.28 Дальнейшая судьба Писцовой книги Торжка 1624/25 г. не известна, и этот ценнейший источник остаётся не
22
Островский А. Н. Полное собрание сочинений. М., 1952. Т. 13. С. 209–210.
См.: Илиодор. Историческо-статистическое описание города Торжка. Тверь, 1860.
24
Илиодор. Историческо-статистическое описание Новоторжского Борисоглебского монастыря. Тверь, 1861. С. 2–3.
25
Писцова книга г. Торжка и посада // Памятная книжка Тверской губернии на
1865 год. Тверь, 1865. Отдел IV. С. 1–77.
26
Государственный архив Тверской области (далее – ГАТО). Ф. 57. Оп. 1. Д. 3. Л. 83.
27
ГАТО. Ф. 488. Оп. 5. Д. 29. Л. 2 об., 36, 36 об.
28
Там же. Л. 36.
23
– 101 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
разысканным. Нам известна лишь копия XIX в. книги 1624/25 г., хранящаяся в Архиве Санкт-Петербургского института истории РАН29.
Однако поиски подлинника или ранних копий книги Торжка П.
Нарбекова и Б. Фадеева могут оказаться перспективными, если учесть одно
важное обстоятельство, связанное уже с Писцовой книгой Твери 1625/26 г.
тех же П. Нарбекова и Б. Фадеева. Речь идёт о наиболее полном источнике
по топографии средневековой Твери – Выписи из тверской писцовой книги
1625/26 гг., сделанной по указу царя Федора Алексеевича в 1681 г. по челобитью тверского и кашинского архиепископа Симеона II после губительного для документов Тверской епархии пожара 1671 г.30 Судя по журналам заседаний Тверской ученой архивной комиссии (ТУАК) в библиотеке комиссии хранилась копия Выписи 1681 г. На 75-м заседании ТУАК было решено издать Выпись в количестве 500 экз., предварительно сверив
библиотечную копию с подлинником Выписи, хранящимся в Московском
Архиве Министерства Юстиции31. К апрелю 1901 г. издание Выписи было
осуществлено, и вот уже не одно поколение историков, археологов и искусствоведов пользуются им.
В Выписи 1681 г. при детальном описании Тверского кремля между
сведениями об Афанасьевском княжеском монастыре близ Спасского собора и данными о лавках и амбарах мы находим описание территории
внутри кремля, названной «Успенским концом»32. Начинается описание
так: «В Успенском конце место пусто дворовое Афонки Кузмина сына
Рукшина иконника…»33. Далее перечисляются владельцы 50 дворов и дворовых мест пустых, а заканчивается описание «Успенского конца» чётким
переходом к «лавкам», «анбарам» и «лавочным местам всяких людей»34,
чему предшествует фраза: «…они (т. е. вышеперечисленные владельцы
двора. – П. М.) в городе ж во Твери»35.
В изданном тексте Выписи данное описание в целом выглядит весьма
органичным в общем разделе, посвящённом Тверскому кремлю. Но это впечатление весьма обманчиво. Целый ряд нюансов в тексте описания «Успенского конца» должен насторожить исследователя. Во-первых, топографический термин «конец», так хорошо известный в городах Северо-Запада, как
часть городского посада, совершенно не уместен внутри Тверского и вообще
любого кремля-города. Этот термин применяется исключительно к топографии посадов, но не центральных городских крепостей. В подтверждение
данному тезису в описании «Успенского конца» тверской Выписи мы находим по крайней мере три формулировки, явно показывающие, что «Успенский конец» не мог находиться внутри Тверского кремля:
29
Архив СПбИИ РАН. Ф. 11. Д. 85. Л. 1–85.
Выпись из тверских писцовых книг Потапа Нарбекова и подъячего Богдана Фадеева 1626 года. Город Тверь. Тверь 1901. (Далее – Выпись).
31
Журнал 75-го заседания ТУАК 15 мая 1900 г. С. 27. П. 11.
32
Выпись. С. 30–32.
33
Там же. С. 30.
34
Там же. С. 32.
35
Там же.
30
– 102 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
1) «… место пусто дворовое Гришки Афонасьева сына Жбанова рукавишника, а сам живёт в городе (здесь и далее курсив наш. – П. М.) на
осадном дворишке, а тут за бедностью дворишка не ставит…»36;
2) «… место пусто дворовое Захарка Сидорова сына пастуха, а живёт
в городе на своем дворишке, а тут за бедностью дворишка не ставит…»37;
3. Концовка описания «Успенского конца» в Выписи так же не оставляет сомнений в том, что отмеченное дворовое место не могло находиться в
Тверском кремле: «… место пусто дворовое Семенки Андреева сына Глазунова, да брата ево Игнашка Луковникова, а они живут в городе ж во Твери»38.
В том же описании «Успенского конца» есть ещё четыре свидетельства о невозможности нахождения дворов т. н. «Успенского конца» внутри
стен Тверской крепости39. Таким образом, остаётся предполагать, что описание «Успенского конца» искусственно попало в перепись Тверского
кремля и должно относиться к одному из четырёх тверских посадов или
отдельных слободок. Однако этому предположению противоречит тот
факт, что топографический термин «конец» абсолютно не характерен для
Твери. Мы не знаем ни одного писцового описания этого города, где фигурировал бы данный термин. Тверь традиционно во всех описаниях делится
на пять больших районов (кремль-город и четыре посада), внутри которых
описываются улицы, переулки и общие направления застройки с основными ориентирами-храмами.
Нам известна лишь одна весьма слабая попытка топографической
привязки «Успенского конца» к конкретной местности. Неизвестный тверской краевед, анализируя Выпись 1681 г., писал в 1865 г.: «… к городу же
причислен у Нарбекова Успенский конец, местность которого положительно определить нет никакой возможности… можно только догадываться,
что Успенский конец находился около впадения Тмаки в Волгу, на вымле…»40. Практически все знаменитые краеведы, занимавшиеся топографией средневековой Твери, обошли «Успенский конец» полным молчанием41. Правда, Выпись из писцовой книги Твери 1625/26 г. с упоминанием
«Успенского конца» использовал в своей знаменитой работе 1945 г. А. В.
Арциховский. Не вдаваясь в явные противоречия описания «Успенского
конца», он включил Тверь в число городов, в топографии которых использовался термин «конец» и, следовательно, могла существовать кончанская
36
Выпись. С. 31.
Там же.
38
Там же. С. 32.
39
Выпись. С. 30 (места пустые дворовые Ивашки Роспопина и Афонки Ильина), 32
(места пустые дворовые Боженки Юршина и Онтропки Осипова).
40
Южная часть г. Твери в 1626 г.// Тверские губернские ведомости. 1865 г. № 6.
Часть неофициальная. С. 28.
41
См.: Овсянников Н. Н. Тверь в XVII веке. Исторический и археологический путеводитель по г. Твери. Тверь, 1889; Рубцов М. В. Тверь в 1674 году по Пальмквисту. Тверь,
1902; Колосов В. И. Прошлое и настоящее г.Твери. Тверь, 1917; Виноградова Е. А., Виноградов А. Д. Тверь. XVI–XVIII вв. Очерки истории и экономики. Тверь, 2002.
37
– 103 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
система самоуправляющихся районов города42. Это мнение на долгие годы
укрепилось в историографии43.
Тем не менее многочисленные противоречия в описании «Успенского
конца» Тверского кремля, отмеченные выше, свидетельствуют, что в Выписи 1681 г. мы имеем дело с явной источниковедческой или текстологической
загадкой. Думается, чтобы разрешить её, необходимо сделать весьма смелый
и неожиданный вывод: «Успенский конец», попавший в описание Тверского
кремля Выписи 1681 г., не имеет отношения к Твери, а его присутствие в
Выписи – результат небрежного хранения (а может быть, и составления) отдельных листов двух писцовых книг XVII в. разных городов.
Среди хорошо известных по источникам XV–XVII вв. целых систем
концов Новгорода, Пскова, Старой Руссы, Ладоги, а так же отдельных концоврайонов городов Корелы, Смоленска, Ростова, Серпухова, Москвы, Великого
Устюга, Нижнего Новгорода, Тулы, часть из которых имеют церковные названия, «Успенских концов» не зафиксировано. Однако описавший в 1625/26
г. Тверь Потап Дмитриевич Нарбеков хорошо знал термин «конец» по соседнему с Тверью городу Торжку, чьё описание он сделал годом раньше (1624/25
г.). К сожалению, писцовая книга Торжка 1624/25 г. изданная, как уже говорилось выше, в 1865 г., оказалась вне поля зрения А. В. Арциховского. Для реконструкции средневековой топографии Торжка – это уникальный источник,
фиксирующий очевидно древнюю, но сохранившуюся и в Московский период
систему организации посадов Торжка, состоящую из 19 концов, именуемых
по приходским храмам44. Среди 19 новоторжских концов мы находим и описание Успенского конца. Оно точно (за несколькими исключениями в орфографии) совпадает с описанием «Успенского конца» Тверского кремля Выписи 1681 г., но имеет продолжение в виде перечня ещё восьми (к основным 50)
дворов и мест пустых дворовых (рис. 1). Местоположение Успенского конца
на правобережье Тверцы, на так называемой Градской стороне Торжка, хорошо известно45.
Таким образом, при изготовлении в 1681 г. Выписи из Писцовой
книги Твери 1625/26 г. в неё, видимо, случайно (сознательный перенос
данных о Торжке в Выпись Твери вряд ли следует предполагать) попала
информация из описания Торжка 1624/25 г. Известно, что в РГАДА хранятся 40 разрозненных и перепутанных листов подлинника Писцовой книги Твери 1625/26 г., а также Выпись 1681 г. из полного несохранившегося
экземпляра этой книги46. С некоторой долей вероятности следами хранившегося, возможно, здесь же, но до сих пор не разысканного подлинного
42
Арциховский А. В. Городские концы в Древней Руси// Исторические записки.
М., 1945. Вып. 16. С. 12.
43
См., например: Рабинович М. Г. Очерки этнографии русского феодального города. Горожане, их общественный и домашний быт. М., 1978. С. 133.
44
Малыгин П. Д. Топография средневекового Торжка (XII–XVII вв.)… С. 90–93.
45
Малыгин П. Д. Древний Торжок (историко-археологические очерки). Калинин,
1990. С. 44, рис. 11.
46
Описание Городов европейской части России… С. 234. № 673.
– 104 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
описания Торжка 1624/25 г. мы можем считать список середины XVIII в.
писцовой и межевой книги Ямской слободы Торжка 1627 г.47
Подводя итог проведённому исследованию, следует особо подчеркнуть, что в процессе решения топографической загадки, имевшей место в
Выписи из писцовой книги Твери 1625/26 г., стало очевидным важнейшее
значение сравнительного метода в изучении описаний начала XVII в. двух
соседних городов Верхневолжского региона. Стало также очевидным то,
что первоначальные описания городов XVII в. подвержены порой серьёзным искажениям в более поздних выписях, что может привести исследователей к далеко идущим, но ошибочным выводам.
Наше доказательство того, что описание так называемого «Успенского конца» Тверского кремля является не чем иным, как искусственной
вставкой из писцовой книги соседнего с Тверью Торжка, позволяет провести две принципиальные корректировки в рамках средневековой истории
Твери. Во-первых, следует исключить Тверь из списка городов со средневековой кончанской системой. Следов подобной организации городских
посадов, вопреки точке зрения А. В. Арциховского и М. Г. Рабиновича, в
Твери нет. Во-вторых, при подсчете количества дворов, что является главным критерием размеров и масштабов средневекового города, для Тверского кремля 1625/26 г. следует исключить 50 дворов и пустых дворовых мест.
Отмечая плотность застройки Тверского кремля в это время, нужно оперировать цифрой в 274 двора, а не 324, как следует из подсчётов по тексту
Выписи 1681 г.
Что касается ретроспективного метода, то его возможности для писцовых книг 1620-х гг. Торжка и Твери не равносильны. Писцовая книга
1625/26 г. Твери (в виде Выписи 1681 г.) явно не отражает в целом состояние города для периода до Смутного времени (1609 г.), так как между этими датами произошёл опустошительный пожар центральной части Твери
(1616 г.). На наш взгляд, описание 1625/26 г. фиксирует уже восстанавливаемый город и его пригородные слободы (например, Барминовка). В
Торжке подобного пожара в начале XVII в. не отмечено48, и Писцовая книга Торжка 1624/25 г. явно учитывает разрушенные, сожжённые и заброшенные дворы в период Смуты, при этом не отмечая какого-либо широкомасштабного нового строительства.
47
Российский государственный архив древних актов. Ф. 1209. Оп. 1. Д. 265. Л. 340–
347 об.
48
Илиодор. Историческо-статистическое описание города Торжка. С. 56.
– 105 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Рис 1. Описание «Успенского конца» в писцовых книгах Твери и Торжка (в
левой колонке Выпись из ПК Твери, в правой – ПК Торжка).
Таким образом, новоторжская писцовая книга содержит в себе плодотворные возможности исторической ретроспекции на период конца XV–
XVI вв. Тверскую писцовую книгу (в виде Выписи 1681 г.) для подобной
ретроспекции использовать следует крайне осторожно, так как её общие
сведения о количестве городских дворов не совпадают с данными более
– 106 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
надёжной для исторической ретроспекции на XVI в. Дозорной книги 1616
г., где учтены сгоревшие в том же 1616 г. дворы49. Для того, чтобы в общих
чертах сравнить Торжок с Тверью в XVI в., следует использовать прежде
всего новоторжскую писцовую 1624/25 г. и тверскую дозорную 1616 г.
книги. Что касается конкретных топографических объектов, то описания
Торжка и Твери П. Нарбекова и Б. Фадеева сохранили для нас драгоценную
информацию, часть которой особенно ценна, так как для 1620-х гг. была
уже явным анахронизмом.
Список литературы
1. Арциховский А. В. Городские концы в Древней Руси // Исторические записки. М., 1945. Вып. 16.
2. Кирпичников А. М. Посад средневековой Ладоги // Средневековая Ладога. Новые археологические открытия и исследования. Л., 1985.
3. Малыгин П. Д. Древний Торжок (историко-археологические очерки).
Калинин, 1990.
4. Малыгин П. Д. Из ранней истории распространения христианства на
территории Тверской области // Вестн. Твер. гос. ун-та. Сер.: История.
2007. Вып. 1.
5. Малыгин П. Д. К топографии Торжка XII–XIII вв. // История и археология Новгородской земли: тез. науч.-практ. конф. Новгород, 1987.
6. Малыгин П. Д. Культурный слой средневекового Торжка // Краткие сообщения института археологии (далее – КСИА). 1989. Вып. 195.
7. Малыгин П. Д. Новые данные по топографии Торжка XII–XIII вв. // Памятники археологии и этнографии Верхнего Поволжья: межвуз. сб.
Горький, 1989.
8. Малыгин П. Д. Средневековые письменные источники о топографии
Твери// Тверской кремль: комплексное археологическое источниковедение (по материалам раскопа Тверской кремль – 11, 1993–1997 гг.).
СПб., 2001.
9. Малыгин П. Д. Судьбы Торжка и Твери в Смутное время. К 400-летию
событий 1609 года. Тверь, 2009.
10. Малыгин П. Д. Топография средневекового Торжка (XII–XVII века)
// Памятники железного века и Средневековья на Верхней Волге и
Верхнем Подвинье: сб. науч. тр. Калинин, 1989.
11. Малыгин П. Д., Гиппиус А. А. К истории Новоторжского Рождественского монастыря // Новгород и Новгородская земля: История и археология.
Великий Новгород, 2005. Вып. 19.
12. Малыгин П. Д., Сарафанова Н. А., Фролов А. А. К 30-летию Новоторжской археологической экспедиции // Вестн. Твер. гос. ун-та. Сер.: История. 2010. Вып. 3.
13. Рабинович М. Г. Очерки этнографии русского феодального города. Горожане, их общественный и домашний быт. М., 1978.
49
Дозорная книга города Твери 1616 года. С введением, составленным
В. Н. Сторожевым. Тверь, 1890.
– 107 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
WRITTERS BOOKS HAVE OF TORZHOK AND TVER 1620S (SOME
OPPORTUNITIES AND CHALLENGES OF COMPARATIVE
HISTORICAL AND RETROSPECTIVE METHODS OF
INVESTIGATION TOPOGRAPHY MEDIEVAL TOWN)
P. D. Malygin
The Tver State University, the Department of Socio-Cultural Service
The article compares the description of Tver 1625/26 and Torzhok
1624/25. Author establishes the fact that the fragment of the «Uspenskii
konets» was in 1681 a copy of the description of Tver, Torzhok
description . In this regard, A. V Artsikhovsky opinion about the possible
existence in the medieval Tver of ends of urban, all should be considered
erroneous. Retrospective two potential sources considered different, and
this is due to the fact that the description of Tver 1625/26 was preceded by
a big fire in the city in 1616, while in the description of Torzhok 1624/25,
largely reflects the state of the city before the events of the Time of
Troubles 1609.
Keywords: scribe books, vypis, Torzhok , Tver, Konchanskaya systema , comparative-historical method , the possibility of retrospection.
Об авторе:
МАЛЫГИН Пётр Дмитриевич – Тверской государственный университет, кафедра социально-культурного сервиса, кандидат исторических наук, доцент, e-mail: pmalygin@tversu.ru
About the authors:
MALYGIN Petr Dmitrievich – Candidate of Historical Sciences,
Associate Professor, the Tver State University, the Department of social and
cultural services (170100, Tver, Trekhsvyatskаyа St., 16/31, office 202), email: pmalygin@tversu.ru
References
Kirpichnikov A. M. Posad srednevekovoi Ladogi // Srednevekovaya Ladoga.
Novye arkheologicheskie otkrytiya i issledovaniya. L., 1985.
Malygin P. D. Drevnii Torzhok (istoriko-arkheologicheskie ocherki). Kalinin, 1990.
Malygin P. D. Iz rannei istorii rasprostraneniya khristianstva na territorii
Tverskoi oblasti // Vestn. Tver. gos. un-ta. Ser.: Istoriya. 2007. Vyp. 1.
Malygin P. D. K topografii Torzhka XII–XIII vv. // Istoriya i arkheologiya
Novgorodskoi zemli: tez. nauch.-prakt. konf. Novgorod, 1987.
Malygin P. D. Kul'turnyi sloi srednevekovogo Torzhka // Kratkie
soobshcheniya instituta arkheologii (dalee – KSIA). 1989. Vyp. 195.
– 108 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Malygin P. D. Novye dannye po topografii Torzhka XII–XIII vv.
// Pamyatniki arkheologii i etnografii Verkhnego Povolzh'ya:
mezhvuz. sb. Gor'kii, 1989.
Malygin P. D. Srednevekovye pis'mennye istochniki o topografii Tveri//
Tverskoi kreml': kompleksnoe arkheologicheskoe istochnikovedenie
(po materialam raskopa Tverskoi kreml' – 11, 1993–1997 gg.). SPb.,
2001.
Malygin P. D. Sud'by Torzhka i Tveri v Smutnoe vremya. K 400-letiyu
sobytii 1609 goda. Tver', 2009.
Malygin P. D. Topografiya srednevekovogo Torzhka (XII–XVII veka) //
Pamyatniki zheleznogo veka i Srednevekov'ya na Verkhnei Volge i
Verkhnem Podvin'e: sb. nauch. tr. Kalinin, 1989.
Malygin P. D., Gippius A. A. K istorii Novotorzhskogo Rozhdestvenskogo
monastyrya // Novgorod i Novgorodskaya zemlya: Istoriya i
arkheologiya. Velikii Novgorod, 2005. Vyp. 19.
Malygin P. D., Sarafanova N. A., Frolov A. A. K 30-letiyu Novotorzhskoi
arkheologicheskoi ekspeditsii // Vestn. Tver. gos. un-ta. Ser.: Istoriya.
2010. Vyp. 3.
Rabinovich M. G. Ocherki etnografii russkogo feodal'nogo goroda.
Gorozhane, ikh obshchestvennyi i domashnii byt. M., 1978.
Статья поступила в редакцию 19.03.2013
– 109 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 110–115.
СООБЩЕНИЯ
УДК 27–725:929.52
ГЕНЕАЛОГИЯ ТВЕРСКИХ
СВЯЩЕННО- ЦЕРКОВНОСЛУЖИТЕЛЕЙ МОРЕВЫХ
И ЕПИСКОП АМВРОСИЙ (МОРЕВ)
А. В. Матисон
Главное архивное управление города Москвы
В статье рассматривается история и родословие священноцерковнослужительского рода Моревых, подвизавшегося в XVIII – начале XIX вв. в Тверской епархии. Члены этого рода долгое время замещали должности клириков в селе Богоявленском Бежецкого (поднее –
Краснохолмского и Кашинского) уезда. Видным представителем этого
рода был епископ Пензенский Амвросий (Морев) (1782–1854).
Ключевые слова: духовенство, генеалогия, Тверская епархия, епископ
Амвросий (Морев).
В рамках изучения истории православного духовенства большое
значение имеет исследование генеалогии тех или иных священноцерковнослужительских родов. Вполне закономерно, что внимание специалистов привлекают в первую очередь династии клириков, представители которых оставили заметный след в церковной истории в разные хронологические периоды. В значительной степени это относится к семьям и родам духовенства, чьи члены занимали высокое положение в церковной иерархии и, имея епископский сан, возглавляли ту или иную епархию.
В рамках масштабного проекта по изучению генеалогии духовенства Тверской епархии уже были опубликованы росписи нескольких священно-церковнослужительских родов, выдвинувших из своих рядов лиц, ставших епископами Русской православной церкви. В их числе: Городецкие
(митрополит Киевский и Галицкий Платон), Изотовы (епископ Сухумский
Арсений), Ретивцевы (епископ Нижегородский и Арзамасский Хрисанф)1.
Продолжая начатые исследования, в настоящей работе мы рассматриваем историю и генеалогию рода Моревых, интересного как самого по себе,
так и тем, что его представителем был достаточно известный в XIX в. иерарх
Русской церкви епископ Амвросий (в миру – Алексей Иванович Морев).
Он родился 12 февраля 1782 г. в семье диакона села Богоявленского
Краснохолмского (ранее – Бежецкого, позднее – Кашинского) уезда Тверской епархии2. Необходимо отметить, что в некоторых изданиях, в частно1
Матисон А. В. Духовенство Тверской епархии XVIII – начала XX веков: Родословные
росписи. СПб., 2004. С. 27–64, 142–155.
2
Дворжанский А. И. История Пензенской епархии. Пенза, 1999. Книга первая: Исторический очерк. С. 75.
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
сти в таком авторитетном справочнике, как «Православная энциклопедия»,
ошибочно указано, что он был сыном священника и родился в 1785 г.3
Алексей Морев окончил Тверскую духовную семинарию и Александро-Невскую академию (позднее – Санкт-Петербургская духовная академия) со степенью кандидата богословия. Он был направлен преподавателем в Тверскую духовную семинарию и вскоре оказался пострижен в монашество с именем Амвросий и рукоположен в сан иеромонаха. В 1813 г.
его назначили префектом (в 1819 г. – ректором) Новгородской духовной
семинарии и в 1816 г. удостоили сана архимандрита. В 1822 г. он был переведён на должность ректора Орловской духовной семинарии.
В 1823 г. состоялась хиротония Амвросия в сан епископа и в последующие годы, вплоть до своей смерти он возглавлял несколько епархий: в
1823–1828 гг. – Оренбургскую и Уфимскую, в 1828–1832 гг. – Волынскую
и Житомирскую, в 1832–1835 гг. – Нижегородскую и Арзамасскую, в
1835–1854 гг. – Пензенскую и Саранскую. Скончался епископ Амвросий 15
октября 1854 г.4
Его деятельность неоднозначно оценивается исследователями. С
одной стороны, отмечаются его несомненные заслуги в области духовного
образования (открытие Краснослободского духовного училища в Пензенской епархии), храмостроительства (открытие первой женской общины в
Оренбургской епархии, преобразованной позднее в Уфимский Благовещенский монастырь, обновление Спасского кафедрального собора в Пензе), борьбы с униатами в Волынской епархии. За эти заслуги он был удостоен нескольких наград, в частности, орденов Св. Анны 1-й степени и Св.
Владимира 2-й степени5. В то же время некоторые специалисты пишут, что
епископ Амвросий «отличался неуравновешенным, деспотичным характером», приводя в качестве примеров несправедливое лишение им сана нескольких священнослужителей Нижегородской епархии, за что он и был
переведён в Пензенскую епархию – «низшей степени» по сравнению с Нижегородской. Нарекания также вызвали его «неохотное исполнение воли
начальства» и протекция своим родственникам, назначаемым на епархиальные должности6. Последнее подводит нас вплотную к вопросу о генеалогии епископа Амвросия.
Его предки и родственники на протяжении всего XVIII в. служили в
селе Богоявленском Тверской епархии, где родился и сам будущий епископ. В XVII–XVIII вв. это село входило в состав Бежецкого уезда, в 1770-е
гг. было причислено к вновь образованному Краснохолмскому уезду, а после ликвидации последнего оказалось включено в состав Кашинского уезда. Во время проведения переписного описания 1670-х гг. Богоявленское
принадлежало помещику Герасиму Васильевичу Баклановскому, но от3
Колыванов Г. Е. Амвросий (Морев) // Православная энциклопедия. М., 2000. Т. 2:
«Алексий, Человек Божий – Анфим Анхиальский». С. 144.
4
Дворжанский А. И. Указ. соч. С. 76–77, 82; Колыванов Г. Е. Указ. соч. С. 144–145.
5
Дворжанский А. И. Указ. соч. С. 77, 80.
6
Колыванов Г. Е. Указ. соч. С. 144–145.
– 111 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
дельного храма здесь показано не было7. К моменту проведения переписи
1717 г. в селе, числившемся за капитаном Игнатием Герасимовым и Семеном Герасимовым, детьми Баклановскими, уже был отдельный храм, при
котором служили: поп Савин Петров, его сыновья – поп Степан Савинов и
пономарь Василий Савинов, дьячок Михайла Петров, его сыновья – диакон
Григорий Михайлов и дьячок Матвей Михайлов8. Учитывая, что Савин и
Михайла Петровы были клириками одного храма, носили одинаковое полуотчество, а позднее потомки и того и другого получили фамилию Моревых, мы можем с достаточной долей вероятности предположить, что они
являлись братьями.
Потомки Савина и Михайла на протяжении нескольких поколений
были клириками села Богоявленского и занимали все священно- и церковнослужительские места при здешнем храме.
Один из сыновей священника Степана Савина – Афанасий, так же,
как отец и дед, стал священником в селе Богоявленском (в 1760-е – уже
заштатный), а ему, в свою очередь, наследовал его сын – священник Василий Афанасьев (умер в 1783 г.)9. Брат Афанасия Степанова – Иван не занимал священно- и церковнослужительской должности и в 1755 г. по разбору
был уволен «за безграмотство» в подушный оклад, но сын последнего –
Иван Иванов сначала служил пономарём (в 1759–1784 гг.), а потом – диаконом (в 1784–1807 гг.) при храме села Богоявленского. Все его сестры
вышли замуж за светских лиц: Ирина была выдана за помещика Бежецкого
уезда прапорщика Ивана Назарьевича Ченцова (случай весьма не характерный для семей духовенства), Анна – за канцеляриста городской полиции
Красного Холма Василия Филипповича Зиновьева, Александра – за краснохолмского купца Авдея Васильева10. Диакон Иван Иванов «в школах не
обучался», и в источниках упоминается без фамильного прозвания, но трое
его сыновей – Алексей, Василий и Петр окончили Тверскую духовную семинарию и носили фамилию Моревых (косвенные данные, впрочем, позволяют думать, что это фамильное прозвание имели уже и представители
ранних поколений рода). Старший из них позднее стал епископом Амвросием, второй так же, как и его брат, был пострижен в монашество, а младший занял сначала место учителя Краснохолмского духовного училища, в
1815 г. был рукоположен в сан священника в село Кесова Гора Кашинского
уезда, а в 1821 г. оказался перемещён к Воскресенскому собору Бежецка11.
7
Российский государственный архив древних актов (далее – РГАДА). Ф. 1209. Оп. 1.
Д. 11440. Л. 537.
8
Там же. Ф. 350. Оп. 1. Д. 18. Л. 1181 об.–1182.
9
Государственный архив Тверской области (далее – ГАТО). Ф. 160. Оп. 1. Д. 17839.
Л. 520; Ф. 312. Оп. 6. Д. 164. Л. 17.
10
Там же. Ф. 160. Оп. 9. Д. 1414. Л. 1, 3–5; Ф. 312. Оп. 6. Д. 164. Л. 17 об.; Д. 440. Л. 510.
11
Там же. Ф. 160. Оп. 1. Д. 18359. Л. 316 об.–317; Ф. 312. Оп. 6. Д. 440. Л. 510 об.;
Д. 528. Л. 52 об.; Ф. 575. Оп. 1. Д. 917. Л. 15 об., 25, 116.
– 112 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Сын пономаря Василия Савина – Алексей также занял место пономаря. Он упоминается в селе Богоявленском во время проведения 1-й ревизии (в 1720–1723 гг.)12.
Сыновья диакона Григория Петрова служили в том же селе. Старший из них – Иван, вероятно, занимал место отца и был диаконом, а младший – Степан стал дьячком, как его дядя Матвей Михайлов и дед Михаил
Петров. В свою очередь, сын диакона Ивана Григорьева – Андрей служил
сначала диаконом (в 1761–1783 гг.), а потом священником (в 1783–1807 гг.)
села Богоявленского13. Его потомки уже выбыли за пределы села Богоявленского: дочь Татьяна была выдана за Петра Михайлова, занимавшего место диакона в селе Боженки Краснохолмского уезда, сын Иларион стал
диаконом в селе Романовском на Восне Весьегонского уезда (в 1789–1811
гг.), а сын Василий был сначала учителем в Тверской духовной семинарии
(в 1787–1791 гг.), а с 1787 г. и до своей смерти в 1819 г. занимал место протоиерея городского Преображенского собора Красного Холма. Одновременно, с 1809 г., он был смотрителем Краснохолмского духовного училища. Протоиерей Василий Андреевич Морев, вероятно, умер бездетным, но
у его брата Илариона были сыновья: Иван Морев служил диаконом погоста
Бежиц Бежецкого уезда (в 1830-е – уже заштатный), а Александр Морев в
1808 г. был пострижен в монашество14.
Сын дьячка Степана Григорьева – Михаил также на протяжении нескольких десятилетий был дьячком села Богоявленского (умер в 1805 г.).
Двое его сыновей были уволены из духовного звания (Василий – в военную
службу, Александр – в приказные Тверской духовной консистории), а двое
стали священниками: Алексей – сначала в селе Семенов Городок Старицкого уезда, потом – в селе Белом Бежецкого уезда (в 1795 – уволен в монашество), Александр – с 1810 г. при Покровской церкви Пскова15.
Из вышеизложенного видно, что в конце XVIII – первой трети XIX
в. этот священно-церковнослужительский род Моревых прекращается среди духовенства Тверской епархии. Некоторые его представители вовсе выбыли из духовного звания (в приказные, военную службу, подушный оклад), некоторые – были пострижены в монашество, некоторые – перемещены на службу в другие епархии. Среди последних оказался не только Александр Михайлович Морев, сразу по окончания Тверской духовной семинарии направленный в Псковскую епархию, но и один из братьев епископа
Амвросия – священник Воскресенского собора Бежецка Петр Иванович
Морев. В 1832 г. он был перемещён в Нижегородскую епархию. Характерно, что этот перевод совпадает с назначением епископа Амвросия на Ниже12
РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 263. Л. 263.
ГАТО. Ф. 160. Оп. 1. Д. 17839. Л. 520; Оп. 9. Л. 1–4; Ф. 312. Оп. 6. Д. 440. Л. 510.
14
Там же. Ф. 160. Оп. 1. Д. 18341. Л. 88; Д. 18343. Л. 7 об.–8, 77; Ф. 312. Оп. 6. Д. 164.
Л. 17–17 об.; Д. 234. Л. 1176 об.; Д. 660. Л. 214 об., 1010 об.–1011; Ф. 575. Оп. 1. Д. 917. Л.
15 об.; Монастыри и монашествующие Тверской епархии. Клировые ведомости: 1808,
1809, 1816 годы. Тверь, 2009. С. 96.
15
ГАТО. Ф. 160. Оп. 1. Д. 17839. Л. 520; Д. 18357. Л. 93; Ф. 312. Оп. 6. Д. 164. Л. 17 об.18; Д. 440. Л. 510–510 об.; Ф. 575. Оп. 1. Д. 888. Л. 4 об.; Д. 917. Л. 31 об.
13
– 113 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
городскую кафедру и заставляет вспомнить данные о протекции, оказываемой Преосвященным своим родственникам16.
Вместе с тем в Тверской епархии оставалось не только несколько
однофамильных родов Моревых, но и несколько семей, унаследовавших
эту фамилию по женской линии от потомков Савина и Михаила Петровых.
Например, происходивший из Корчевского уезда Василий Лукьянович Сапегин женился на дочери диакона села Богоявленского Ивана Иванова и стал священником в том же селе. Его сыновья носили фамилию
тверскую Моревых, хотя многие из них учились за пределами Тверской
епархии (в Петрозаводской и Нижегородской духовных семинариях)17.
Происходивший из Вышневолоцкого уезда Ефим Козьмич Смирнов
женился на дочери дьячка села Богоявленского Михаила Степанова и наследовал место своего тестя. В результате все потомки Ефима получили
фамилию Моревых, и в их числе было немало заметных лиц среди епархиального духовенства и служащих духовно-училищного ведомства: священник Преображенской церкви Кашина Василий Ефимович Морев, протоиерей села Богоявленского Кашинского уезда Иван Ефимович Морев (награжден орденом Св. Владимира 4-й степени, получив права на потомственное
дворянство), кандидат богословия, преподаватель Тверской духовной семинарии Владимир Ефимович Морев, кандидат богословия, преподаватель
Московской духовной семинарии Александр Васильевич Морев18.
Таким образом, история священно-церковнослужительского рода
Моревых Тверской епархии, представителем которого является епископ
Амвросий, с одной стороны, была в достаточной степени характерной, что
проявилось в наследственном церковном служении членов рода в течение
долгого времени в рамках одного прихода, где все клирики на протяжении
нескольких десятилетий были родственниками по мужской линии и носили
единое фамильное прозвание.
В то же время есть и значимая особенность, отличающая Моревых
от большинства других династий духовенства: прекращение священноцерковнослужительского рода по мужской линии в рамках епархии. Это
весьма редкое явление, т. к. в силу многодетности семей клириков, как
правило, потомки причетников, состоявших при храмах в начале синодального периода – в первой четверти XVIII в., продолжали службу в той
же епархии и к концу того же периода – в первой четверти XX в. В случае с
Моревыми произошло иначе, и среди епархиального духовенства, начиная
с первой половины XIX в., оставались только потомки родоначальников по
16
Там же. Ф. 312. Оп. 6. Д. 528. Л. 52 об.
Там же. Ф. 160. Оп. 1. Д. 18359. Л. 315 об.-316; Ф. 312. Оп. 6. Д. 440. Л. 510; Д. 528. Л.
50 об., 54 об
18
Там же. Ф. 160. Оп. 1. Д. 16405. Л. 183 об., 581 об.; Д. 18311. Л. 94 об.-95, 986 об.-987;
Д. 18359. Л. 315 об.-316; Д. 18361. Л. 678 об.–680; Ф. 312. Оп. 6. Д. 440. Л. 510–510 об; Д.
528. Л. 50 об., 53 об.–54 об.; Тверские епархиальные ведомости. 1884. № 23. Часть официальная. С. 357; 1889. № 7. Часть неофициальная. С. 264.
17
– 114 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
женской линии, часть из которых, что особенно интересно, сохранила старинную фамилию Моревых.
Список литературы
1. Дворжанский А. И. История Пензенской епархии. Пенза, 1999. Книга
первая: Исторический очерк.
2. Колыванов Г. Е. Амвросий (Морев) // Православная энциклопедия. М.,
2000. Т. 2: «Алексий, Человек Божий – Анфим Анхиальский».
3. Матисон А. В. Духовенство Тверской епархии XVIII – начала XX веков: Родословные росписи. СПб., 2004.
TVER MOREV'S GENEALOGY AND BISHOP AMVROSY (MOREV)
A. V. Mathison
The Central State Archive of the city of Moscow
Article covers history and genealogy of clergy family Morevy which served in
XVIII – beginning of XIX centuries in Tver diocese. Members of this family
long time held positions of clergymen in the village Bogoyavlenskya in
Bezhetsky (later – Krasnokholmsky and Kashinsky) district. Bishop of Penza
diocese Amvrosy (Morev) (1782-1854) was the prominent representative of
this family.
Keywords: clergy, genealogy, Tver diocese, bishop Amvrosy (Morev)
Об авторе:
МАТИСОН Андрей Викторович – Центральный государственный
архив города Москвы, зав. отделом, кандидат исторических наук, e-mail:
matisonav@yandex.ru
About the authors:
MATISON Andrei Viktorovich – The Candidate of Historical Sciences, The Central State Archive of the city of Moscow, the head of department
(117393, Moscow, Profsoyuznaya Street, 80), e-mail: matisonav@yandex.ru
References
Dvorzhanskii A. I. Istoriya Penzenskoi eparkhii. Penza, 1999. Kniga
pervaya: Istoricheskii ocherk.
Kolyvanov G. E. Amvrosii (Morev) // Pravoslavnaya entsiklopediya. M.,
2000. T. 2: «Aleksii, Chelovek Bozhii – Anfim Ankhial'skii».
Matison A. V. Dukhovenstvo Tverskoi eparkhii XVIII – nachala XX
vekov: Rodoslovnye rospisi. SPb., 2004.
Статья поступила в редакцию 09.10.2012
– 115 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 116–125.
СООБЩЕНИЯ
УДК 316.624–053.6+94(47)”19/20”
ГЕНДЕРНЫЙ АНАЛИЗ ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ
ПОДРОСТКОВ НА РУБЕЖЕ XIX–XX ВЕКОВ
И. В. Синова
Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов,
кафедра истории и политологии
Статья посвящена гендерному анализу преступности, самоубийств и
пьянству среди подростков на рубеже XIX–XX вв. Раскрываются истоки
различий в поступках между мальчиками и девочками, причины и мотивы их действий, а также условия, в которых формировалось отклонение
в поведении, предпринята попытка определить особенности социализации подростков. На материалах архивов и публицистических статьях делается сравнительный анализ влияния семьи и общества на отклонение в
поведении мальчиков и девочек.
Ключевые слова: аномия, гендерный анализ, девиантное поведение, суицид, преступность, детский суд.
Проявление подростковой девиантности зависит от разнообразных
факторов: социального происхождения, уровня образования, занятий малолетних и пола. Гендерный анализ преступности, самоубийств и пьянства
позволяет увидеть истоки различий в поступках между мальчиками и девочками, расширить понимание их причин и мотивов, а также условий, в
которых формируется отклонение в поведении, и определить особенности
социализации подростков. Половая социализация (т. е. обучение ребёнка
половой роли) тесно связана с нормами и обычаями соответствующего социума и культуры.
В современном российском обществе наблюдается рост преступности, суицидов и пьянства среди подростков, поэтому исследование прошлого опыта представляется весьма актуальным для выработки практических действий и эффективных методов борьбы с этими явлениями.
Кризис общества на рубеже XIX–XX вв. и его широкомасштабная
аномия, несоответствие между социальными ценностями и социально
одобряемыми средствами их достижения, деформация общественных институтов являлись причинами возрастания случаев отклоняющейся социализации ребёнка в различных формах и проявлениях. Отклонения подростками усваиваются преимущественно в первичных группах, в частности, в
семье или в среде сверстников.
Проблемы, связанные с отклоняющимся от нормы поведением привлекали специалистов различных областей знаний: социологов, юристов,
психологов, педагогов, историков. Но при всей разноплановости и много-
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
образии подходов к исследованию детства комплексно и всесторонне историко-социологический аспект рубежа XIX–XX вв. в современной науке
практически не изучен, исключение составляет лишь несколько публикаций по отдельным вопросам подростковой девиации1.
Источниками для гендерного анализа девиантного поведения малолетних и несовершеннолетних стали делопроизводственные документы,
объяснительные записки, письма, хранящиеся в фондах Департамента народного просвещения (Ф. 733) и Министерства юстиции (Ф. 1405) Российского Государственного исторического архива (РГИА), а также статистические данные и отчёты по разбору жалоб в фондах Петербургской ремесленной управы (Ф. 223) и Петроградской городской управы (Ф. 513) Центрального Государственного исторического архива Санкт-Петербурга
(ЦГИА СПб). Кроме этого были использованы опубликованные источники,
такие, как отчёты о деятельности Санкт-Петербургского столичного мирового судьи по делам малолетних до 17 лет, труды Всероссийского съезда
по семейному воспитанию, монографии, изданные до 1917 г., в которых
содержится статистический и аналитический материал, дающий объективную информацию по исследуемой теме2. Особую ценность представляют
материалы периодической печати, в частности журналов «Вестник воспитания», «Призрение и благотворительность в России», «Журнал Министерства юстиции», «Юридический вестник» и др., в связи с тем, что описание
детской повседневности опиралось на объективную реальность и в работах
современников сохранились яркие наблюдения, а также анализ внутреннего мира ребёнка и его социокультурного облика3. Все эти документы в совокупности позволяют осуществить разносторонний гендерный анализ
подростковой девиантности.
Юрист М. Н. Гернет писал: «… если преступность взрослых сравнивают с приливающим и отливающим морем, то преступления детей – пенистая влага приливающих волн. Не в пене сила, но и она обращается в волны»4. Статистика роста преступности в начале ХХ в. свидетельствовала,
1
Лярский А. Б. Самоубийства учащихся как феномен системы социализации в России на рубеже XIX–XX веков / под. ред. С. Э. Никулина; предисл. проф. Н. Б. Лебиной. СПб., 2010; Тебиев Б. Каз-Г., Коркищенко О. А. Государство, общество и трудные
дети в досоветской России: 2 изд. М., 2005 и др.
2
Ковалевский П. И. Борьба с преступностью путем воспитания. СПб.; М., 1900;
Окунев Н. А. Особый суд по делам о малолетних. Отчёт С-Петербургского Столичного
Мирового Судьи за 1912 г. СПб, 1913; Феноменов М. Я. Причины самоубийств в русской школе. М., 1914; Хлопин Г. В. Самоубийства, покушения на самоубийства и несчастные случаи среди учащихся учебных заведений Министерства народного просвещения. СПб, 1907; Труды I Всероссийского съезда по семейному воспитанию: в 2 т.
СПб, 30.12.1912 – 06.01.1913, 1914 и др.
3
Добрынин Н. П. О влиянии юнаго возраста на преступную деятельность по данным русской уголовной статистики // Журнал Министерства юстиции. 1898. № 3; Иеромонах Михаил. Обиженные дети // Вестник благотворительности. 1901. № 7–9;
Зак А. И. Типы детской беспризорности, преступности и проституции // Вестник воспитания. 1914. № 7 и др.
4
Дети-преступники: сб. ст. / с предисл. и под ред. М. Н. Гернета. М., 1912. С. 87.
– 117 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
что детская преступность увеличивалась не пропорционально росту народонаселения, а на 2 % быстрее5. В период же с 1901 по 1910 г. общая преступность выросла на 35 %, а детская – на 112 %6.
Преступность девочек отличается от преступности мальчиков своими масштабами, характером, мотивацией, способами совершения преступлений и их последствиями, а также сферой, в которой они имели место, ролью, которую выполняли правонарушители, выбором жертвы преступного
посягательства, влиянием семейно-бытовых обстоятельств на их проступки. По количественным показателям на протяжении веков девочками совершалось значительно меньше преступлений.
Анализ данных об осуждённых малолетних и несовершеннолетних
за 1880–1889 гг. свидетельствует, что девочки составляли среди них
14,2 %7. А в соответствии с отчётом попечителя арестного дома за 1894 г.
среди поступивших в возрасте до 17 лет было 4 девочки и 106 мальчиков8.
Согласно итогам русской уголовной статистики конца XIX в. преступления
против собственности из 100 несовершеннолетних и малолетних совершали 68,7 % лиц мужского пола и 18,2 % женского пола. У мальчиков основной причиной преступности являлись корысть и желание присвоить себе
чужую собственность, а девочек на путь преступности увлекали преимущественно аффекты, вытекающие из сферы половой жизни9.
Значительное преобладание преступности среди мальчиков, для
многих из которых это было средством существования, связано ещё и с
тем, что девочки, помимо правонарушений для удовлетворения экзистенциальных потребностей в пище и одежде, а также для развлечений зарабатывали проституцией. При этом мальчики выполняли роль сутенеров,
карьера которых часто начиналась с 14-летнего возраста10. В Таврическом
саду столицы была задержана воровская шайка девочек в возрасте 14–15
лет, называвшаяся «Гайда» и промышлявшая кражами и развратом. Как
выяснилось, девочки были «обязаны» падением своим мальчикам, которые
состояли при них сутенёрами и путём угроз и побоев вымогали деньги11.
Юрист С. К. Гогель на основании попечительских книг за 1910 г.
собрал материалы о личной и семейной обстановке малолетних правонарушителей, проанализировав их занятия, образование и причины, повлиявшие на развитие преступных наклонностей. Из 1155 человек 11 % составляли девочки12. По роду поступков более 90 % и среди мальчиков и
среди девочек составляли кражи, причём девочки совершали в основном
5
Ковалевский П. И. Указ. соч. С. 62–63.
Зак А. И. Указ. соч.. С. 71.
7
Добрынин Н. П. Указ. соч. С. 129.
8
Центральный Государственный исторический архив Санкт-Петербурга (далее –
ЦГИА СПб). Ф. 513. Оп. 1. Д. 218. Л. 40.
9
Итоги русской уголовной статистики за 20 лет (1874–1894). СПб., 1898. С. 149.
10
Мукалов М. К. Дети улицы. Малолетние проститутки. СПб, 1906. С. 10.
11
Никитин Н. В. Петербург ночью. СПб, 1903. С. 151.
12
Тарновский Е. Н. О преступности малолетних в России // Журнал Министерства
Юстиции. 1899. Ноябрь. С. 36.
6
– 118 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
домашние кражи. Остальные преступления составляли обман, нищенство,
присвоение и растрата13. Среди мальчиков встречалось больше случаев
растраты и даже мошенничества, 35 % малолетних мальчиков употребляли
спиртные напитки, а 10 % девочек занимались проституцией14. Преступления мальчиков чаще носили групповой характер и были связаны с опасностью и риском.
В 1910 г. в Санкт-Петербурге начал работу первый в России детский
суд, в который за первые три недели поступило 398 дел на мальчиков и 33
на девочек. 89 % родителей несовершеннолетних преступников принадлежали к бедному трудовому классу15. В некоторых делах обратила на себя
внимание полная детская незрелость мотива и отсутствие оценки совершённого. В ряде случаях преступления совершались малолетними девочками исключительно под влиянием возбуждающегося по самым незначительным поводам чувства, которое не находило никакого противовеса в
представлениях о последствиях деяния.
Мальчики же совершали преступления под влиянием детской ссоры
или угрозы, раздражения против родителей или просто для развлечения.
«Поджоги совершались также и ради потехи, из удовольствия посмотреть,
как будут гореть избы, и будет сбегаться народ, а в некоторых случаях и
под влиянием тоски по родному дому и родителям, при отдаче в “чужие
люди”, в качестве прислуги, работников и учеников»16.
В докладе мирового судьи по делам малолетних Н. А. Окунева, прочитанного 27 марта 1911 г. в заседании Санкт-Петербургского Общества патроната было сказано, что всего за 1910 г. санкт-петербургский детский суд приговорил к тюрьме 69 мальчиков (24 %) и 1 девочку, к аресту – 3 мальчика и 1 девочку, помещено в исправительный приют или колонию было 38 мальчиков (10 %)
и 15 девочек, отдано под ответственный надзор 243 мальчика (64,3 %) и 23 девочки (57,5 %), оправдано 151 мальчик и 25 девочек17.
К 1913 г. число приговорённых к тюрьме судом для малолетних
уменьшилось с 24 % до 11 %. Тюремное заключение в отношении девочек
составляло редкое исключение, его применяли только тогда, когда обвинённых не могли принять воспитательно-исправительные заведения из-за
заразных болезней или когда они оказывались слишком буйными. Рецидив
для мальчиков составлял 13,6 %, для девочек 2,7 %18.
Одной из ключевых проблем в начале ХХ в. стало увеличение числа
детских самоубийств. На первом месте среди причин суицидов, связанных
со страхом наказания у мальчиков стояла школа, на втором – хозяева ремесленных мастерских. Наибольшее количество суицидов в средней школе
13
Окунев Н. А. Указ. соч. С. 14.
Тарновский Е. Н. Указ. соч. С. 36.
15
Дети-преступники. С. 545.
16
Добрынин Н. П. Указ. соч. С. 122–123.
17
Тарасова Е. П. Детский суд за границей и в России. М., 1912.
18
Окунев Н. А. Указ. соч. С. 8.
14
– 119 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
наблюдалось «у мальчиков в период возмужания, а у девочек в тот период,
когда девочки-подростки превращаются в молодую взрослую барышню»19.
«40% самоубийств девочек и девушек составляли сексуальные причины. В их числе есть много “соблазнённых” (из них некоторым не более
13 лет), есть молодые проститутки, которым их жизнь показалась невыносимой»20. Но девочки-самоубийцы далеко не все могли считаться жертвами
«несчастной любви», здесь было гораздо больше жертв социальноэкономических условий: рождение внебрачных детей и тяжёлые условия
жизни лежали в основе большинства из них.
Публицисты отмечали, что значительное число самоубийств молодых девушек связано с «подчинённым положением женщин, как в сфере
экономики, так и в сфере сексуальных отношений, бытовая строгость современной половой морали. Нормальное воспитание и нормальные отношения старшего поколения к созревавшим в половом отношении девочкамподросткам могли бы многие из этих самоубийств предупредить»21. Доступ
к образованию для девочек был ограничен, но даже в привилегированных
учебных заведениях имели место случаи суицида. В Смольном институте
благородных девиц попытки самоубийств нередко были связаны с возрастной неустойчивостью психики, романтическими переживаниями, отсутствием понимания со стороны администрации, слабыми успехами в учёбе, а
то и с пари. В качестве способов ухода из жизни одна девочка приняла зелёную краску, другая съела сухие духи.
В апреле 1907 г. широкий резонанс в обществе вызвало самоубийство
двух воспитанниц Смольного института, которые выбросились из окна
третьего этажа. «Мысль о самоубийстве не оставляла девушек продолжительное время и проявляясь в разговорах с подругами и в расспросах о разных
способах, которые могут служить для этой цели… Н. Кандаурова и О. Савенкова объявили своим подругам, что в эту ночь они лишат себя жизни; заявление это встречено было общим недоверием и даже вызвало пари об осуществлении высказанного намерения»22. В предсмертных стихах одной из девушек
звучат тоска и обвинения в адрес института:
«Ты ум мне помрачил,
Ты охладил мне кровь,
В гнилых стенах твоих,
Исполненная муки,
Томилась я.
… Прощай презренный дом,
С собою уношу я
19
Хлопин Г. В. Указ. соч. С. 36.
Феноменов М. Я. Указ. соч. С. 76.
21
Там же. С. 76.
22
Российский государственный исторический архив (далее – РГИА). Ф. 1405. Оп.
110. Д. 1739. Л. 9.
20
– 120 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
В могилу ненависть свою»23.
Но гораздо чаще причинами самоубийств становились нужда, безработица, бедность и другие проблемы социально-экономического характера.
Именно они вызывали 30 % суицидов в раннем возрасте, особенно среди
мальчиков, которым рано приходилось начинать жить своим трудом24.
Семья также являлась фактором, влияющим на самоубийства. Часто
представители трудящихся классов не могли заниматься воспитанием детей, потому что всё внимание и энергия уходили на тяжёлую борьбу за существование. Это нередко приводило к отсутствию понимания между
детьми и родителями. Анкетирование, проведённое в Санкт-Петербурге в
1912 г. среди учащихся учебных заведений, показало, что духовная связь в
семье между родителями и детьми существует 54,1 % у юношей и 44,6 % у
девочек25. Кроме того, суициды нередко являлись следствием жестокого
обращения с детьми со стороны родителей.
Способы осуществления суицида подростками также различались по
гендерному признаку. Большинство мальчиков (55,5 %) уходили из жизни,
используя самоповешение, а девочки – утопление (66,7 %). Примерно одинаковое число и мальчиков (26 %) и девочек (22,2 %) отравились. Девочки в
отличие от мальчиков (14,8 %) не использовали огнестрельное оружие, и
среди них не встречалось ни одного случая самоубийств, мотивом для которых служил бы алкоголь26. В целом мальчики использовали более жёсткие
способы самоубийств, такие, как повешение и оружие.
Различия существовали даже в содержании предсмертных записок
мальчиков и девочек. Как правило, мальчики либо совсем не писали их,
либо они были крайне лаконичными. Воспитанник 3-го класса Новгородской учительской семинарии Михаил Захаров совершил самоубийство,
приняв яд – сулиму и оставив записку: «Умираю! Нечего остаётся делать.
Рука дрожит. Лучше раньше, чем после»27.
Суициды девочек сопровождались большей эмоциональностью и
сентиментальностью, часто они оставляли несколько записок родным, подругам, учителям, духовным наставникам, иногда даже в стихотворной
форме содержащих не только слова прощания и просьбы о прощении, но и
рассуждения о жизни и разочарованиях, высказывания пожеланий о своих
похоронах и месте погребения.
16-летняя ученица гимназии Евдокия Тарасова, выпившая нашатырный спирт, оставила три предсмертные записки. Вот одна из неих: «Дорогие папа, мама, Ася, Витя и милый Славик! Прощайте, я ухожу, так как не
считаю нужным больше жить. Всё равно, если не сейчас, то весной, то бы
23
РГИА. Ф. 1405. Оп. 110. Д. 1739. Л. 14.
Феноменов М. Я. Указ соч. С. 82.
25
Гордон Г. И. Воспитание и самоубийство детей // Труды I Всероссийского съезда
по семейному воспитанию. С. 464.
26
Тереховко Ф. К. К вопросу о самоубийстве в СПб за 20-летний период (1881–
1900). Гатчина, 1903. С. 168–169.
27
РГИА. Ф.733, Оп. 199. Д.121. Л. 185.
24
– 121 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
обязательно – экзамены. Теперь лучше, а то вы хотели покупать мне к Пасхе обновы, так чего же тратиться попусту-то. Ведь весной то уж обязательно конец. Передай, Ася, от меня последнее прости П.С. и В. Знаешь ведь
кому»28. Другие записки были адресованы подругам и Господу богу29.
Ученица Нарвской женской гимназии А. Миронова написала кроме
родителей ещё и священнику с покаянием и просьбами: «… Бедная мама
моя! Как много она пережила, переживает и переживать ей ещё придётся.
Дай бог ей всё это перенести. Поручаю Вам её на это время, следите за ней,
не давайте ей плакать много. Я не заслужила её слёз. Теперь напишу на что
же я, в конце концов, решилась. Вот на что: возьму приму ртути сколько
есть у меня и ещё нашатырного спирта, а чтобы меня не отпоили, брошусь
под машину. Как Анна Каренина, читали Вы? Чудная смерть. Лучше я и
придумать не могла.
В водопад боюсь бросаться, ещё не найдут, а мне хочется, чтобы
меня похоронили как следует. Чтобы мои соученицы меня проводили обязательно. Дайте это знать в гимназии… Скажите речь моим соученицам и
сёстрам, чтобы они подобной штуки не выкидывали… На похороны пусть
придут Ваня, жена его, Маня и Лёша, т. е. младший брат»30.
Воспитанница Смольного института О. Савенкова письмо родителям
заканчивает просьбой о похоронах в Петергофе, где её «могила должна быть
обсажена сиренью и шиповником и, подобно тому, что твориться в душе моей, могила пусть будет в таком хаосе, чтобы не было возможности приблизиться к ней»31. Суицид многих девочек был связан с характерными для подросткового возраста мечтательностью, романтизмом и желанием привлечь
внимание к себе как фактом самоубийства, так и похоронным ритуалом.
Ещё одним проявлением девиации малолетних было употребление
алкогольных напитков, которое, как отмечалось на первом Всероссийском
съезде по борьбе с пьянством, «у детей встречается гораздо чаще, чем это
принято думать… 90 % пьющего населения начинают обучаться употреблению спиртных напитков в юные годы»32. Из 43 опрошенных детей в Петербургской школе для мальчиков в возрасте 8–11 лет с водкой были знакомы 37 человек. Перед обедом ежедневно пили от половины до одной
рюмки 9 человек, по праздникам – 14, были пьяны от водки – 16, от пива –
17. В других школах из 50 мальчиков не знали вкуса водки всего 6. В женском училище из 50 девочек пили водку – 10, пиво и вино – 3833.
По данным, представленным на Всероссийском съезде по семейному воспитанию, «из 182 мальчиков, в возрасте от 8 до 13 лет, со спиртными
напитками были знакомы 166, причём 151 из них пили водку систематиче28
РГИА. Ф. 733. Оп. 199. Д. 121. Л. 168.
Там же. Л. 169, 170.
30
Там же. Д. 141. Л.267, 267 об.
31
Там же. Ф. 1405. Оп. 110. Д. 1739. Л. 14 об.
32
Труды первого Всероссийского съезда по борьбе с пьянством: в 2 т. СПб., 1910.
Т. 1. С. 566.
33
Иеромонах Михаил Обиженные дети // Вестник благотворительности. 1901. № 7–
8. С. 20.
29
– 122 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ски. Некоторые заявляли, что могут выпить до 3-х рюмок сразу с удовольствием, и пьют, потому, что “хорошо в голове шумит”… Из 159 девочек в
возрасте от 8 до 15 лет, пили 149, т. е. 93,7 %, из них некоторые “ежедневно”, другие “уже давно”, третьи “бывали пьяны”».34 Как видно, пьянство
было свойственно и мальчикам и девочкам, отличия были только в частоте
и месте употребления, а также качестве напитков. Доктор Б. Бентовин в
журнале «Русское богатство» описал случай, свидетелем которого он был:
«Посетив однажды ночью года три тому назад “с обходом” несколько трущобных квартир знаменитой Вяземской лавры, я был поражён в одной из
смрадных комнат такою картиной: посреди комнаты буйствовало – буквально буйствовало – крошечное, худосочное дитя: девочка лет 6–7 ругалась самыми скверными, непотребными словами, изгибала своё дряблое
тельце в самые рискованные, неприличные позы. Когда мы неожиданно
вошли в комнату, гул стоял там от смеху. Надрывались пьяные мужчины и
женщины этой клоаки, “шутки ради” подпоившие малютку и, вероятно, отравляющие её так, систематически, ежедневно. Ужасная картина, которую
я никогда не забуду»35.
Для мальчиков основным местом употребления алкоголя были трактиры и ремесленные мастерские. Юрист Д. А. Дриль, анализируя положение учеников ремесленных мастерских, отмечал, что они «находят забвение в легкодоступном, всегда сподручном средстве – вине… за первым отвратительным впечатлением наступает благодарное забытье: исчезает боль,
исчезает мрачная и душная мастерская… и вот мало–по малу он становится
пьяницею»36. Проблема стояла настолько остро, что в начале 1900 г. на
всех цеховых сходах мастеров Санкт-Петербурга были приняты решения о
запрещении питья пива, водки и крепких напитков в мастерских, а за нарушение накладывались штрафы37.
Различия в проявлении девиантного поведения среди мальчиков и девочек были связаны с положением, ролью и местом женщины, которое она занимала в российском обществе, с её неравноправным положением по сравнению с мужчинами в семье, различиями в образовании, профессиональной
подготовке, трудовой деятельности, особенностями повседневной жизни.
Изменения, происходившие в социально-экономическом развитии
российского общества на рубеже XIX–XX вв., вели к отклонениям в процессе социализации, к массовой детской безнадзорности и заброшенности,
не позволяли определённым категориям семей обеспечить своим детям
полноценные условия жизнедеятельности. Следствием этого, также как и в
современной России, являлось серьёзное ослабление либо отсутствие нормативных стандартов поведения и убеждений.
34
Труды I Всероссийского съезда по семейному воспитанию. Т. 1. С. 106.
Бентовин Б. Торгующие телом (Очерки столичной проституции) // Русское богатство. 1904. № 11. С. 100.
36
Дриль Д. А. Психофизические типы // Юридический вестник. 1889. № 5. С. 186–187.
37
ЦГИА СПб. Ф. 223. Оп. 1. Д. 5351. Л. 6, 6 об., 19.
35
– 123 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Список литературы
1. Бентовин Б. Торгующие телом (Очерки столичной проституции) // Русское богатство. 1904. № 11.
2. Гордон Г. И. Воспитание и самоубийство детей // Труды I Всероссийского съезда по семейному воспитанию: в 2 т. СПб, 30.12.1912 –
06.01.1913. Т. 1.
3. Добрынин Н. П. О влиянии юнаго возраста на преступную деятельность
по данным русской уголовной статистики // Журнал Министерства юстиции. 1898. № 3.
4. Дриль Д. А. Психофизические типы // Юридический вестник. 1889. № 5.
5. Зак А. И. Типы детской беспризорности, преступности и проституции
// Вестник воспитания. 1914. № 7.
6. Иеромонах Михаил. Обиженные дети // Вестник благотворительности.
1901. № 7–9.
7. Ковалевский П. И. Борьба с преступностью путем воспитания. СПб.;
М., 1900.
8. Мукалов М. К. Дети улицы. Малолетние проститутки. СПб, 1906.
9. Никитин Н. В. Петербург ночью. СПб, 1903.
10. Окунев Н. А. Особый суд по делам о малолетних. Отчёт С.Петербургского Столичного Мирового Судьи за 1912 г. СПб, 1913.
11. Тарновский Е. Н. О преступности малолетних в России // Журнал Министерства Юстиции. 1899. Ноябрь.
12. Тереховко Ф. К. К вопросу о самоубийстве в СПб за 20-летний период
(1881–1900). Гатчина, 1903.
13. Феноменов М. Я. Причины самоубийств в русской школе. М., 1914.
14. Хлопин Г. В. Самоубийства, покушения на самоубийства и несчастные
случаи среди учащихся учебных заведений Министерства народного
просвещения. СПб, 1907.
THE GENDER ANALYSIS OF DEVIANT BEHAVIOR ADOLESCENTS
AT THE TURN OF THE CENTURY XIX–XX
I. V. Sinova
The Saint-Petersburg State University of Economics and Finance, the Chair of History and Political science
The article based on archives documents and statistical information. It presents gender analysis of a crime, suicide and drunkenness in adolescent surrounding in the XIX–XX centuries. In the entry author reveals the origins of
differences in behavior between boys and girls, reasons and motives of their
conduct. As well as the article demonstrates the conditions under which
formed the deviance behavior. Moreover the author attempts to define features of teenagers socialization.The research paper shows comparative analysis of family, society, contradictions between social values and socially approved means of achieving them, and how all of that had an influence on deviance behavior of boys and girls.
– 124 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Keywords: anomie, gender analysis, deviance, suicide, criminality, child’s
court.
Об авторе:
СИНОВА Ирина Владимировна – Санкт-Петербургский государственный университет экономик и финансов, кафедра истории и политологии, кандидат исторических наук, доцент, e-mail: s-irina@yandex.ru
About the authors:
SINOVA Irina Vladimirovna – the Candidate of Historical Sciences,
the Associate professor, The Saint-Petersburg State University of Economics
and Finance, the Chair of History and Political science (191023, St.
Petersburg, Sadovaya Street, 21), e-mail: s-irina@yandex.ru
References
Bentovin B. Torguyushchie telom (Ocherki stolichnoi prostitutsii) // Russkoe
bogatstvo. 1904. № 11.
Gordon G. I. Vospitanie i samoubiistvo detei // Trudy I Vserossii-skogo s"ezda
po semeinomu vospitaniyu: v 2 t. SPb, 30.12.1912 – 06.01.1913. T. 1.
Dobrynin N. P. O vliyanii yunago vozrasta na prestupnuyu deyatel'-nost' po
dannym russkoi ugolovnoi statistiki // Zhurnal Ministerstva yustitsii. 1898.
№ 3.
Dril' D. A. Psikhofizicheskie tipy // Yuridicheskii vestnik. 1889. № 5.
Zak A. I. Tipy detskoi besprizornosti, prestupnosti i prostitutsii // Vestnik
vospitaniya. 1914. № 7.
Ieromonakh Mikhail. Obizhennye deti // Vestnik blagotvoritel'nosti. 1901.
№ 7–9.
Kovalevskii P. I. Bor'ba s prestupnost'yu putem vospitaniya. SPb.; M., 1900.
Mukalov M. K. Deti ulitsy. Maloletnie prostitutki. SPb, 1906.
Nikitin N. V. Peterburg noch'yu. SPb, 1903.
Okunev N. A. Osobyi sud po delam o maloletnikh. Otchet S.-Peterburgskogo
Stolichnogo Mirovogo Sud'i za 1912 g. SPb, 1913.
Tarnovskii E. N. O prestupnosti maloletnikh v Rossii // Zhurnal Mi-nisterstva
Yustitsii. 1899. Noyabr'.
Terekhovko F. K. K voprosu o samoubiistve v SPb za 20-letnii period (1881–
1900). Gatchina, 1903.
Fenomenov M. Ya. Prichiny samoubiistv v russkoi shkole. M., 1914.
Khlopin G. V. Samoubiistva, pokusheniya na samoubiistva i neschastnye
sluchai sredi uchashchikhsya uchebnykh zavedenii Ministerstva narodnogo
prosveshcheniya. SPb, 1907.
Статья поступила в редакцию 20.05.2013
– 125 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 126–132.
СООБЩЕНИЯ
УДК 378.035.6
ИСТОРИЯ СТРАНЫ – ИСТОРИЯ РОДА – ИСТОРИЯ СЕМЬИ
Н. И. Иванова
Тверской государственный университет, кафедра отечественной истории
В сообщении рассказывается о воспитании патриотизма и гражданственности при изучении отечественной истории студентами неисторических
факультетов Тверского государственного университета. Эти качества
формируются у молодёжи при составлении своих родословных и генеалогического древа, написания поколенной росписи и рефератов. Анализируется опыт выполнения таких заданий и их значение для патриотического воспитания студенчества.
Ключевые слова: патриотическое воспитание, родословная, генеалогическое древо, поколенная роспись.
Одна из особенностей истории состоит в том, что это наука мировоззренческая, поэтому мы говорим о воспитании историей, т. е. о формировании
таких качеств личности, как патриотизм и гражданственность. Воспитание
любви к Отечеству проходит через все периоды развития нашей страны – от
древней Руси, времён Петра I, просветителей второй половины XVIII в., общественно-политических деятелей XIX–XX вв. до настоящего времени.
Н. А. Шайденко, резюмируя определения понятия «патриотизм» из различных
источников, подчёркивает, что в большинстве случаев во всех определениях
доминируют два содержательных аспекта: когнитивный и эмоциональноценностный. Такой подход заложен в Концепции патриотического воспитания
граждан Российской Федерации: «Патриотизм – это любовь к Родине, преданность своему Отечеству, стремление служить его интересам и готовность
вплоть до самопожертвования к его защите»1.
В настоящее время интерес к истории значительно вырос, по сравнению с недавними годами наблюдается «исторический бум». Не случайно
прошедший 2012 г. в России был объявлен Годом истории. Усиливается
внимание к таким направлениям исторической науки, как локальная история и микроистория, генеалогия и краеведение. Сама наука в последние десятилетия расширила свои горизонты, стала уделять больше внимания человеческим аспектам, личностному фактору, жизни простых людей и категориям повседневности2. В настоящее время семья и род рассматриваются
как объект микроанализа.
1
Шайденко Н. А. Идеи патриотизма в истории отечественной педагогики: от дореволюционного периода к современной России // Alma mater. 2012. № 1. С. 52.
2
Чубарьян А. Расширение горизонтов познания. Историческая наука в Год истории: в диалоге с властью и обществом // Родина. 2012. № 9. С. 5.
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Студенты неисторических факультетов университета изучают отечественную историю на I курсе только в течение одного семестра. Для того
чтобы успешно решать задачу воспитания патриотизма, этого времени недостаточно. В течение десяти последних лет при работе со студентами
биологического, химико-технологического и математического факультетов
нами применяются различные творческие задания: составление своей родословной или генеалогического древа, написание поколенной росписи или
реферата на тему «История моей семьи».
Выполнение этих заданий позволяет сформировать у студентов следующие компетенции:
- уважение наследия и культурных традиций своей страны;
- способность к письменной и устной коммуникации на русском языке;
- способность к анализу и синтезу, исследовательские навыки;
- воспитание патриотизма, гражданственности и гуманизма.
Необходимо учитывать, что патриотическое воспитание – это не
воздействие, а всегда взаимодействие, всегда диалог3. Только живое непосредственное общение со всеми родственниками позволит студентам выполнить предложенные задания. Такие беседы обеспечивают воспитание и
развитие личности студента, способствуют проявлению им собственной
нравственной и гражданской позиции по смыслообразующим жизненным
вопросам, расширению его социокультурного опыта.
На одном из первых занятий студентам даются подробные методические рекомендации. Начать работу можно с выяснения истории происхождения своей фамилии. Студентам предлагается подробный список литературы по составлению родословной4. В указанных источниках содержатся как необходимые теоретические знания, так и конкретные методические рекомендации о двух типах составления родословных: по восходящей
или нисходящей линиям. Большую помощь в составлении генеалогического древа окажут ресурсы Интернета. В статье О. Степиной «Твое родословное древо» даются советы начинающему генеалогу для преодоления
трудностей, с которыми он может столкнуться5. Опыт по составлению родословной, обобщённый И. В. Бронниковым в «Родословной хрестоматии»6, будет полезен потомкам служилых людей. Автор описывает конкретные шаги по сбору информации и показывает примеры оформления
родословной смешанно-восходящего типа. В статье даётся подробная характеристика архивных документов, которые могут понадобиться для составления родословной. В ресурсах Интернета можно найти конкретные
3
Шайденко Н. А. Указ. соч. С. 53
Извеков И. Н. Генеалогия в современном учебном процессе. Методология курса
«История семьи». Великий Новгород, 2008; Мартышин B. C. Твоя родословная. М,
2000; Осипов В. Г. Вечные ценности семейной жизни. Тверь, 2007; Петриченко М. Б.
Практические рекомендации по составлению крестьянских родословных. СПб., 2001;
Поиск генеалогической информации в Государственном архиве Тверской области.
Тверь, 2003; Полх П. П. Введение в российскую генеалогию. Калининград, 2007 и др.
5
URL: http://www.kleo.ru/items/family/family-tree.shtml
6
URL: http://rodmurmana.narod.rU//Xrestomatija.htm
4
– 127 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
программы, которые позволяют строить и структурировать само генеалогическое древо.
Хронологически родословная должна охватывать как минимум
XX в., а если позволяют данные, то и углубиться в более ранний период.
Рекомендуется побеседовать со всеми ныне живущими представителями
данного рода, чтобы получить от них максимум информации. Составление
генеалогического древа невозможно без использования таких документов
семейных архивов, как свидетельства о рождении, браке и смерти, трудовые книжки, свидетельства и дипломы об образовании, наградные документы. Они позволяют выяснить о каждом родственнике следующие данные: фамилия, имя, отчество, даты жизни, национальность, места рождения
и проживания, сословную принадлежность и профессию.
Опыт составления родословных позволяет сделать вывод о том, что
чаще всего в генеалогическом древе указываются представители четвертого и пятого поколений, хронологически оно охватывает период с последней
четверти XIX в. до современности. Только отдельным студентам удаётся
проследить историю своего рода до седьмого поколения. В этом случае они
приводят иногда интересные данные о происхождении фамилии своих
предков. Прапрапрабабушки и прапрапраде душки студентки химикотехнологического факультета Е. Некрасовой получили свою фамилию Непорядкины за то, что у них было все не по порядку. В подавляющем большинстве случаев студенты узнают историю происхождения своей фамилии
из опубликованных источников или ресурсов Интернета.
Составление древа позволяет установить, как происходило смешение различных сословий и национальностей. Многие студенты отмечают
такую характерную черту предыдущих поколений своих предков, как многодетность семей. В ходе составления родословных прослеживается география расселения родных в пределах России, странах ближнего и дальнего зарубежья. Студентка химико-технологического факультета А. Якименко составила карты, на которых обозначила места проживания родственников в России, в том числе в Тверской области, а также за ее пределами: на
Украине и в Молдове. Некоторые семьи поддерживают тесные связи с родными, живущими в зарубежных странах.
Анализ представленных родословных позволяет проследить, как из
поколения в поколение передавались профессии и складывались династии
врачей, учителей, военных, химиков и др.
При работе над составлением родословных студенты убеждаются в
том, что история страны отражается в истории каждой семьи. Следующий
шаг – написание реферата на тему «История моей семьи». В такой работе
«история присутствует как таковая, история в целом – ни плохая, ни хорошая... Эта история была пронизана правдой, уважением к Родине, восхищением подвигами её народа»7.
Самым ценным в работе над рефератами является то, что студенты
находят подлинные документы, в которых отражается эпоха. Например, к
7
Сахаров А. Прощаясь с «кратким курсом» навсегда // Родина. 2008. № 2. С. 3.
– 128 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
одному из них прилагается копия выписки из метрической книги родившихся в 1904 г. В другой работе используется документ о награждении
учителя А. П. Вышеславцева медалью за участие в первой и единственной
переписи Российской империи 1897 г. Подлинные фотографии конца XIX –
начала XX в. дают современной молодежи представление об особенностях
и колорите эпохи.
Документы 20–30-х гг. XX в., хранящиеся в семейных архивах, показывают, как трагически складывались судьбы родственников во время сплошной коллективизации и сталинского террора. Студент химикотехнологического факультета И. Теплов приводит анкету арестованного за антисоветскую агитацию И. Е. Жгулева. Она была составлена 18 февраля 1938
г., а в декабре 1941 г. в день рождения внучки его расстреляли. В семье хранится справка о реабилитации отца, выданная его дочери 6 декабря 1994 г.
Особое место в рефератах отводится периоду Великой Отечественной
войны. В 2010 г. к 65-летию Победы студентам было дано творческое задание
подготовить реферат на тему «Великая Отечественная война в судьбе моих
родственников». В нём рекомендовалось рассказать о фронтовиках, партизанах, тружениках тыла, о боевых и трудовых наградах своих родственников,
самых интересных эпизодах, запомнившихся родным, о том, как они встретили 9 мая 1945 г. и как сейчас отмечается в семьях этот праздник.
Студенты при работе над рефератом обращались не только к опубликованной литературе, но и к подлинным документам, хранящимся в семейных архивах: письмам с фронта, похоронкам, извещениям о пропавших
без вести, фотографиям военных лет и наградным документам. Студентка
биологического факультета К. Серикова приводит полный текст письма с
фронта прадедушки А. И. Шувалова его жене и родным. Письмо было написано 7 марта 1944 г., а 9 марта фронтовые друзья сообщили прабабушке
о гибели мужа и выслали 3 фотографии. Фото жены было порвано при ранении в грудь, и на нём остались следы крови.
Нам представляется особенно ценным использование письменных и
устных воспоминании непосредственных участников и очевидцев военных
событий. В некоторых семьях долгие годы бережно хранятся неопубликованные книги, личные дневники и другие материалы. Прошло уже более 67
лет со дня Победы. Фронтовики и люди, пережившие войну, уходят. Сегодня обращение к свидетелям этих событий имеет огромное значение: «Тем
самым будут вписаны не только наиболее важные страницы в историю той
или иной семьи (а знание своей родословной – одно из условий воспитания
настоящего семьянина), но будут сохранены от позорного забвения и искажения важнейшие эпизоды нашей общей истории, без знания которой
невозможно воспитание настоящего человека и гражданина»8.
Работа над рефератами по Великой Отечественной войне имеет
очень большое значение для воспитания современной молодежи. Вопервых, собранный и обработанный материал убеждает студентов в том,
8
Никитин Н. И. Последний долг... (о воспоминаниях участников войны) // Отечественная
история. 2006. № 3. С. 21.
– 129 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
что история является прежде всего не историей государства, а историей человеческой личности, историей народа. Главную роль в победе в Великой
Отечественной войне сыграла не существовавшая в то время тоталитарная
система, а народ, потому что прадедушки и прабабушки, дедушки и бабушки студентов на фронте или в тылу внесли свой вклад в разгром врага.
Во-вторых, студенты поняли, какой ценой была достигнута победа и что
война – это не награды и Парад Победы, а тяжёлый и изнуряющий труд,
так как на фронте человек рисковал самым ценным для него - жизнью. В
тылу люди стремились не только выжить, но и сделать всё возможное для
того, чтобы помочь фронту. В-третьих, работа над семейными архивами
показывает, как в условиях тоталитарной системы трагически складывались судьбы некоторых родственников, но это не сломило их духа и не поколебало преданности Родине.
Во всех рефератах, посвящённых войне, звучит выражение признательности и благодарности поколению победителей. Современным молодым людям не пришлось пережить тягот военного времени. Но они стремятся сохранить память об этих трагических событиях нашей истории для
следующих поколений. Студентка биологического факультета А. Ященкова ещё в старших классах средней школы участвовала в проекте «Поколение, не знавшее детства». Она собирала письменные воспоминания детей
военной поры, родившихся с 1928 по 1945 г. и проживающих в настоящее
время в Вельском районе Тверской области. Ей удалось собрать воспоминания 41 человека, пережившего войну. Эти материалы используются в
школьном музее при проведении экскурсий и встреч учащихся школы с ветеранами войны, тружениками тыла и детьми войны.
В представленных работах по истории семьи даётся анализ документов советского периода и отмечаются их особенности. Студентка химико-технологического факультета А. Дрынина обращает внимание на то, что
не только на всех официальных документах, но и на поздравительных открытках присутствовала политическая символика того времени: Кремль,
силуэт В. И. Ленина, красная звезда, серп и молот, флаг и т. п. Она вспоминает официальное обращение тех лет: «Товарищ!» В советские времена все
обязаны были вступать в различные общественные организации. Изменились и названия праздников. Самыми торжественными всенародными
праздниками были День октябрьской революции (7 ноября) и 1 Мая, когда
повсеместно проводились многолюдные демонстрации. Родные студентки
отмечают, что в эти годы люди были добрее, искреннее, больше доверяли
друг другу и жили веселее.
Использование личных дневников, опубликованных и неопубликованных мемуаров, стихотворений, написанных родственниками, и устных воспоминаний дает современной молодёжи представление о повседневной жизни и
быте людей в разные периоды истории, показывает, как они жили, чем питались и т. п. В рассказах родных встречаются понятия и термины, с которыми
современные молодые люди нe сталкивались. Студентка химикотехнологического факультета С. Чулкова объясняет, почему в период сплош-
– 130 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ной коллективизации появился термин «сталинская корова». Крестьяне вырубили сады, закололи крупный рогатый скот и завели коз, так как налог на козье молоко не взимался. Козу стали называть «сталинская корова». Трудодни
окрестили в народе «палками». Большую часть выполненной в колхозе нормы
оплачивали не деньгами, а гнилым картофелем или зерном.
Прабабушки и прадедушки, бабушки и дедушки студентов в годы
Великой Отечественной войны были детьми. Они вспоминают не только о
зверствах фашистов, но и о том, как жили люди в эти годы и чем питались.
Бабушка студентки химико-технологического факультета А. Якименко
рассказала, что люди ели мороженую и гнилую картошку, из которой делали крахмал, и «конину» – мясо умерших или забитых лошадей. Летом спасали леса и луга. Дети ходили в школу босиком, в рваных солдатских фуфайках, писали угольком на газетах между печатных строк. Прабабушка
студентки биологического факультета А. Ященковой вспоминала, что пекли лепёшки из перемолотой картофельной ботвы и коры липы. Студенты
впервые узнают, что лепешки из гнилой картошки назывались «тошнотики». Такие конкретные и яркие примеры показывают, какие испытания
пришлось пережить их родным в годы войны и какова была цена победы.
Знание своей родословной, а также происхождения и значения фамилии говорит о высоком культурном уровне как самого человека, так и
всей его семьи. Во все времена знание своих корней было признаком высокой культуры. По словам отца Павла Флоренского, «история рода должна
давать нравственные уроки и задачи»9. Все студенты испытывают гордость
за своих предков и вклад, который каждая семья внесла в историю страны.
В некоторых рефератах формулируются качества своего рода. Студентка
химико-технологического факультета А. Якименко приводит девиз всех
членов её семьи: «Честное отношение к своей работе без всяких компромиссов!» Работа над своей родословной и рефератом вызывает у студентов
большую заинтересованность. Они хотят, чтобы их дети продолжили начатую ими работу. Всё это говорит о том, что современная молодёжь будет
достойным продолжателем семейных традиций и не посрамит чести своих
предков.
Список литературы
1. Мартышин B. C. Твоя родословная. М., 2000.
2. Никитин Н. И. Последний долг... (о воспоминаниях участников войны)
// Отечественная история. 2006. № 3.
3. Чубарьян А. Расширение горизонтов познания. Историческая наука в
Год истории: в диалоге с властью и обществом // Родина. 2012. № 9.
4. Шайденко Н. А. Идеи патриотизма в истории отечественной педагогики: от дореволюционного периода к современной России // Alma mater.
2012. № 1.
9
Мартышин B. C. Твоя родословная. М., 2000. С. 39.
– 131 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
THE COUNTRY'S HISTORY –HISTORY OF FAMILY CLAN –
FAMILY HISTORY
N. I. Ivanova
The Tver State University, the Department of Russian history
The article is devoted to the forming of patriotism and similar characteristics
when the first-year students study history on the no historical faculties in Tver
state university. Such creative tasks as making of students 'family tree and research work on the subject "The history of my family" develop such characteristic as love for students' mother country. The experience of fulfillment
such tasks and their great importance for patriotic education is analyzed in this
article.
Keywords: patriotic education, the first-year students of the no historical faculties, family tree, research work on the subject the history of my family.
Об авторе:
ИВАНОВА Нина Ивановна – Тверской государственный университет, кафедра отечественной истории, кандидат исторических наук, доцент, e-mail: ivanova.nina.tgu@mail.ru
About the authors:
IVANOVA Nina Ivanovna – The Candidate of Historical Sciences,
the Associate Professor, the Tver State University, the Department of Russian
history (170100, Str. Trekhsvyatskaya, 16/31, Tver), e-mail:
ivanova.nina.tgu@mail.ru
References
Martyshin B. C. Tvoya rodoslovnaya. M., 2000.
Nikitin N. I. Poslednii dolg... (o vospominaniyakh uchastnikov voiny)
// Otechestvennaya istoriya. 2006. № 3.
Chubar'yan A. Rasshirenie gorizontov poznaniya. Istoricheskaya nauka v
God istorii: v dialoge s vlast'yu i obshchestvom // Rodina. 2012. № 9.
Shaidenko N. A. Idei patriotizma v istorii otechestvennoi pedagogi-ki: ot
dorevolyutsionnogo perioda k sovremennoi Rossii // Alma mater. 2012.
№ 1.
Статья поступила в редакцию 20.06.2013
– 132 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 133–147.
К ЮБИЛЕЮ УЧЁНОГО
УДК 94(091)929
АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ САВИН И ЕГО УЧЕНИКИ
В ТВЕРИ: К 140-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ
И. Г. Воробьёва
Тверской государственный университет, кафедра всеобщей истории
В статье на основе архивных данных представлена деятельность учеников выдающегося историка-медиевиста профессора Московского университета А. Н. Савина в Тверском (Калининском) пединституте в 1918–
1950 гг.
Ключевые слова: медиевистика в российских вузах, Тверской (Калининский) пединститут, А. Н. Савин, С. Д. Сказкин, Н. И. Радциг, С. В. Фрязинов.
Профессор Московского университета Александр Николаевич Савин (1873–1923) прожил недолгую, но очень плодотворную научную
жизнь, которая измеряется не столько числом опубликованных научных
исследований, сколько признанием в мировой науке его наблюдений, комментариев, выводов и методов исторического анализа. Несомненно,
А. Н. Савин – первопроходец в области экономической истории Англии
XVI–XVII вв., продолжатель социально-экономического направления в
русской науке, сформированного его учителем П. Г. Виноградовым.
Трагическая смерть А. Н. Савина, последовавшая после болезни в
командировке в Англии в январе 1923 г., в какой-то мере спасла его научную репутацию в Советской России. Его работы не подвергались шельмованию, не входили в список книг, подлежащих исключению из библиотек,
некоторые даже переиздавались в 1920-е гг. Благодаря его ученикам сохранились многочисленные литографированные курсы лекций профессора,
значительная часть личного архива, в том числе и Дневники, в которых
почти ежедневно историк делал записи1. А. Н. Савин и его ученики заняли
1
НИОР РГБ. Ф. 263. Небольшая часть записей (с 12 января 1914 г. по 4 сентября
1917 г.) опубликована В. Ф. Молчановым. См.: Савин А. Н. Дневниковые записи 1914–
1917 годов // Записки отдела рукописей. М., 2004. Вып. 52. С. 179–257. По сообщению
А. В. Шаровой машинописная копия «Дневника за 1908–1912 годы» находится в фонде Е. А. Косминского в Архиве РАН (Ф. 1514. Оп. 2. Д. 103а).
Савин вёл свои записи регулярно. Так, он писал: «15 сентября, понедельник 1914.
Как мелки, как прозрачны университетские дела по сравнению с подлинными делами!
Моему поколению довелось жить в пору огромных событий, перед грозным ликом которых пропадёт охота писать о своей колокольне. И всё-таки надо писать, хотя, нехотя, с насилием над собой».
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ключевые места в советской медиевистике в 1920–1940-е гг. Этот тезис
обосновывается в настоящей статье.
А. Н. Савин по окончании историко-филологического факультета
Московского университета в 1895 г. по представлению П. Г. Виноградова
был оставлен для приготовления к профессорскому званию по кафедре
всеобщей истории. В 1904 г. он защитил магистерскую диссертацию «Английская деревня в эпоху Тюдоров», чуть позднее – докторскую диссертацию «Английская секуляризация»2.
Как известно, по университетскому уставу в начале XX в. на кафедре всеобщей истории имелось три штатных профессорских должности. В
1907 г. А. Н. Савина избрали как профессора новой истории. В тот же год
всеобщую историю читали Р. Ю. Виппер и Д. М. Петрушевский. Однако
Д. М. Петрушевский в 1911 г. в знак протеста против реакционной реформы Кассо, лишившей университет автономии, покинул Московский университет3, и А. Н. Савину приходилось читать лекции по разным разделам
всеобщей истории, в том числе и по истории Средневековья.
По существующей в современных российских учебниках периодизации европейскую историю XVI в. принято называть Позднее Средневековье или Раннее Новое время. Но прежде русские историки применяли
другую периодизацию, в текстах лекционных курсов А. Н. Савина можно
прочитать суждения о ней и её основаниях. В них профессор размышлял о
вcеобщности исторического процесса. Курс «История Европы XVI века»,
прочитанный в 1908 г., имел подзаголовок «Общий». Что под этим подразумевалось? А. Н. Савин сообщал студентам: «Общность исторического
изложения может быть понимаема различно. Прежде всего должно отказаться от того понимания, которое отождествляет общность с единством,
связывает воедино историю всех человеческих общежитий. Такое убеждение в единстве мировой истории коренится часто в религиозной вере, исходит из представления о промысле, создавшем мир и ведущем его к некоторому концу». Далее, назвав ряд философских систем, А. Н. Савин высказал свой взгляд на проблему: «Историк должен указать на такое относительное единство человеческой природы, которое может быть установлено
опытом. Такое единство существует. Историк может здесь опереться на
психологию, физиологию, анатомию. Если же единство существует, если в
человеческой природе заключены неподвижные или мало подвижные
свойства, то элементы единства должны быть и в истории, которая может
подлежать сравнительному изучению.
2
Об исследованиях А. Н. Савина см.: Винокурова М. В. А. Н. Савин // Портреты историков: Время и судьбы: в 2 т. М.; Иерусалим, 2000. Т. 2: Всеобщая история. С. 143–154.
3
Шарова А. В. Университетское сообщество и власть в начале XX века (по материалам дневниковых записей А. Н. Савина) // Вестн. РГГУ. Сер.: «Исторические науки. Всеобщая история». № 18. М., 2010. С. 270–288; Её же. Историк и … поэт (Революционная эпоха в прозе и поэзии Александра Николаевича Савина) // Человек и общество перед судом истории: сб. статей / ответ. ред. В. М. Володарский. М., 2013. С.
322–340.
– 134 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Сходство исторических процессов может корениться не только в
родстве первичных элементов, – оно может объясняться также взаимодействием первоначально личных элементов. Это взаимодействие может приводить к уподоблению. Процессы, которые ранее не заключали в себе общего, могут оказаться сходными, а сходство это может быть изучено опытным историком. Конечно, площадь единства или сходства, доступная человеческому наблюдению, может быть разнообразна. Но не нужно представлять этого единства как чего-то застывшего. Единство, например, национальности является само исторически, и его приходится объяснять не
столько неподвижною наследственностью, сколько долговременным воздействием малоподвижной общественной обстановки»4.
«Курс, – заключал он, – имеет целью отметить те черты европейской
культуры XVI века, которые были общими всем или по крайне многим европейским обществам этого периода».
Задачей своих общих курсов, как позднее вспоминал С. Д. Сказкин,
А. Н. Савин считал «ознакомление и разбор важнейших явлений истории
во всей их сложности и во всех направлениях современного научного исследования»5. Судя по текстам лекций, А. Н. Савин глубоко изучал историю Средних веков, логично аргументировал её периодизацию, оценивал
сущность переходных периодов в европейской истории. Так, в 1913 г. он
читал курс «История Западной Европы XI–XIII веков», который был полностью посвящён проблемам феодализма. В 1915 г. он вел семинарий «Великая хартия вольностей». Самостоятельно им читался курс лекций по
проблемам истории Европы в XIV–XV вв. В первой лекции курса профессор давал точную характеристику этому периоду. Процитируем: «А между
тем к XIV– XV вв. относится расцвет многих характерных для Средних веков явлений. Возьмём ли мы средневековый город, XIV–XV ст. являются
эпохой процветания цехов и развития междуклассовой борьбы в городе,
эпохой расцвета художественного ремесла и высокого состояния средневековой архитектуры. Обратимся ли к государственным отношениям XIV–
XV вв., и там мы найдём много любопытного: к этим столетиям относится
расцвет сословного представительства. В течение тех же веков произошёл
ряд реформаторских церковных соборов, совершилось разложение поместного строя, и тогда же мы находим зачатки закрепощения крестьян, отличного от средневекового закрепощения и типичного для Нового времени.
Вот те соображения, которые побудили меня избрать предметом своего
курса позднее средневековье, XIV–XV века»6. Итак, средневековая история
в лекционном курсе заканчивалась XV веком.
Применялось ли в практической деятельности российских профессоров слово «медиевистика» и какого было его значение? Первый совет4
Савин А. Н. История Европы XVI века. Общий курс. Коллективное изложение
лекций, читанных в университете и Высших курсах в 1908/9 уч. году. С. 6.
5
Сказкин С. Д. А. Н. Савин как учитель // Тр. Ин-та истории: сб. ст. М., 1926.
Вып. 1. С. 52.
6
Савин А. Н. История Западной Европы XIV– XV веков. По запискам слушателей.
М., 1912. Вып. 1. С. 1.
– 135 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ский историограф истории Средних веков О. Л. Вайнштейн, задаваясь этим
вопросом в монографии 1968 г., указал, что это слово только в начале
XX в. приобретает право гражданства. Он отмечал, что оно отсутствует в
европейских словарях и 1-м издании БСЭ. В России во 2-м издании БСЭ
(1954 г.) слово «медиевистика» употребляется только в отношении западноевропейского Средневековья7.
В лекциях А. Н. Савина встречается слово «медиевистика» в значении специальность тех учёных, которые занимаются историей Западной
Европы в Средние века. Процитируем фразу из вступительной лекции к
курсу «История Западной Европы XIV–XV веков», прочитанном А. Н. Савиным в 1912 г.: «Позднее средневековье редко бывает предметом чтения в
университетах, так как медиависты обычно сосредотачивают внимание на
его более ранней эпохе». Заметим, что студенты не знали правильного написания слова и сделали ошибку, записав «медiативисты», и лишь в конце
изданных лекций указано, что следует писать: «медiависты». Позднее, по
новой советской орфографии, писалось «медиэвистика».
Свои исследования А. Н. Савин всё же не относил к числу медиевистических, но Д. М. Петрушевский писал о нём: «Будучи специалистом
преимущественно в области так называемой Новой истории, он был в то же
время и медиэвистом и имел основательные познания в истории Древнего
мира и истории русской»8.
Среди своих коллег медиевистом А. Н. Савин считал Д. Н. Егорова
(1878–1931). Так, в Дневнике Савина есть запись 26 апреля 1917 г. о бурном заседании совета факультета, когда обсуждался вопрос о приглашении
четвёртого профессора на кафедру всеобщей истории. Савин доказывал необходимость принять приват-доцента Д. Н. Егорова, который недавно защитил докторскую диссертацию. Выбор кандидатуры он аргументировал
следующими словами: «… выдвигаю Егорова не потому, что он медиевист,
а несмотря на то что он медиевист»9. Именно Д. Н. Егорову предполагали
поручить курс вспомогательных исторических дисциплин.
Как профессор, А. Н. Савин занимался подготовкой «оставленных»
(как тогда говорили) при университете молодых историков: принимал магистерские экзамены, рецензировал пробные лекции, участвовал в диспутах. Подготовка к сдаче магистерских экзаменов давалась напряжённым
трудом в период летних каникул, умственными и эмоциональными усилиями, нередко вызывавшими болезни. Сам А. Н. Савин, получив от
В. И. Герье инструкцию на изучение восемнадцати тем для сдачи маги-
7
Вайнштейн О. Л. История советской медиевистики, 1917–1966. Л, 1968. С. 3–4.
Петрушевский Д. М. Памяти А. Н. Савина // Тр. Ин-та истории. С. 15.
9
Савин А. Н. Дневниковые записи… С. 239. Против Егорова голосовали четверо
(Петрушевский, Виппер, Кизеветер, Новосадский), «за» – остальные 12.
8
– 136 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
стерского экзамена10, на что у него ушло 4 года, и упорно трудясь над диссертацией, дошёл до нервного истощения и почти полной потери зрения11.
Возможно, желая несколько облегчить жизнь соискателям, А. Н. Савин предложил совету университета сократить для магистрантов число вопросов. В мае 1917 г. он записал в Дневнике: «Теперь у нас будет для магистрантов только десять вопросов по всеобщей истории (3+3+4), три вопроса
по русской истории и один по политической экономии. Зато оставляемые
должны участвовать, по крайней мере, в двух семинариях и представить, по
крайней мере, одну письменную работу исследовательского характера. Облегчение получилось в общем большое, и меня удивило, что Петрушевский,
впрочем безуспешно, настаивал на дальнейшем сокращении»12.
В дневниковых записях А. Н. Савин фиксировал ответы своих учеников на экзаменах. 26 апреля 1917 г. он записал: «Держали магистерский
экзамен два моих ученика, Лавровский и Сказкин. Лавровский хорошо и
бойко. Сказкин основной вопрос отвечал хорошо, хотя вяло, но в вопросе о
Прудоне запутался и остановился, впал в полную нервность. По настоянию
Петрушевского и Виппера ему все-таки поставили “весьма“, хотя я был
скорее против этого и предпочёл бы отметку “удовлетворительно“. Бедный
Сказкин кончал свой ответ в восемь вечера, а началось заседание в три»13.
Как видим, испытания проходили очень напряжённо.
К подготовке магистерских диссертаций соискателей профессор
А. Н. Савин относился серьёзно. В январе 1914 г. он записал: «Ко мне заходил Н. Радциг14, закинуть удочку. Он написал несколько статей о французской смуте середины XIV века и спрашивал моего мнения о них. Признался, что Герье осыпал его похвалами. Намекал, что Герье считает их
очень хорошими, что их можно было бы представить в качестве магистерской диссертации. Я вежливо, но твёрдо указал ему, что эти статьи, с моей
точки зрения, совсем не похожи на диссертацию, что в них самостоятельные наблюдения теряются в пересказе хорошо уже извеcтных вещей. Радциг притворился, что согласен с моей оценкой»15.
Важной формой подготовки «оставленных» при университете (ныне
это аспиранты) становилось чтение пробных лекций. О них заявляли заранее, и профессор предлагал тему лекции. В Дневнике есть запись: «Вторник, 17 февраля. 1914. Вчера слушал две пробных лекции Рудакова…. Тему дал ему Иванов, из магистерской программы… Первая лекция была о
восточных религиях в Римской империи II–III вв.; я совсем не знаком с литературой вопроса и судить о лекции не могу. В лекции ничего не говори10
Лавровский В. М. Александр Николаевич Савин // Тр. Ин-та истории. С. 7–8.
Антощенко А. В. Диссертация П.Г. Виноградова // Мир историка: историографический сборник / под ред. В. П. Корзун, А. В. Якуба. Омск, 2010. Вып. 6. С. 89–90.
12
Савин А. Н. Дневниковые записи. С. 241.
13
Там же. С. 239.
14
Речь идёт о Николае Ивановиче Радциге (1881–1957). См. его биографию: Воробьёва И. Г. Профессор Н. И. Радциг в письмах к С. И. Архангельскому // Диалог со
временем. Альманах интеллектуальной истории. М., 2012. Вып. 40. С. 298–316.
15
Савин А. Н. Дневниковые записи... С. 181.
11
– 137 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
лось об отношении восточных религий к христианству, но закончилась
лекция выспренним и поверхностным восхвалением христианства. Вторая
же лекция была о предмете, мне хорошо знакомом (Кольбер и кольбертизм) и была поверхностна, топорна, обнаружила непонимание Кольберова
характера и дела, недостаточное знакомство с литературой. При снисходительной оценке она была только-только удовлетворительна. После лекции
я заговорился с Викторовым в профессорской, ан глядь не дождавшись меня декан с секретарем и Ивановым (Виппер не соблаговолил явиться на
лекции) уже написал отзыв о лекции. Меня, специалиста, даже не спросили. Оказывается Ивану в кубе (Иван Иванович Иванов – И. В.) лекция
очень понравилась. Раздражённый распоясанностью моих “коллег”, я затеял с Ивановым жаркий спор о лекции… Но сегодня я продолжаю думать,
что лекция была плоха, что Рудаков соединяет отсутствие подлинного дарования с нравственной неприглядностью. Признали её удовлетворительной»16. Как видим, профессор А. Н. Савин строго относился к качеству
лекций молодых преподавателей и обращал серьёзное внимание на научность изложения материала.
Не вступая в дискуссию о сути понятия «научная школа», столь активно изучаемую российской наукой в последнее время17, буду учениками
профессора называть тех, кто сам себя так презентовал, кто учился у него в
университете и в дальнейшем преподавал всеобщую историю. О Савине
вспоминали: «Александра Николаевича как преподавателя знали почти все,
кто в период от 1908–1922 был на историко-филологическом факультете
Московского университета. Как учителя его знали лишь немногие»18. В семинарах А. Н. Савина учились С. Д. Сказкин, В. М. Лавровский, С. А. Архангельский, Н. И. Радциг, С. В. Фрязинов. Непосредственным продолжателем исследований Савина стал В. М. Лавровский (1891–1971), получивший от учителя в наследство архивные выписки из манориальных описей и
ренталей и издавший труд «Исследование по аграрной истории Англии
XVII – XIX веков»19.
В 1920–1960-е гг. ученики А. Н. Савина преподавали в университетах и педагогических институтах в Москве, Твери, Нижнем Новгороде,
Ярославле, Костроме. Так, лекции по древней и средневековой истории в
Тверском учительском институте преподавал с 1919 г. Н. И. Радциг, первый профессор по всеобщей истории. В 1923–25 гг. историю Средних веков в Тверском пединституте читал Н. П. Грацианский, тоже имевший
должность профессора. Дирекция института характеризовала его как «как
16
Савин А. Н. Дневниковые записи... С. 187.
Схоларная проблематика рассматривается во многих диссертационных исследованиях. См., к примеру: Гришина Н. В. «Школа В. О. Ключевского» в исторической
науке и российской культуре. Челябинск, 2010. Удачными в этом направлении представляются работы омских историков, представленные в девяти выпусках сборника
«Мир историка».
18
Сказкин С. Д. Указ. соч. С. 51.
19
Барг М. А. В. М. Лавровский // Портреты историков. Т. 2. С. 224.
17
– 138 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
вдумчивого лектора, обладающего выдающейся научной эрудицией»20.
С. Д. Сказкин, имея основное место работы в Московском университете,
получил должность профессора истории Западной Европы в Тверском пединституте в 1923 г. Он регулярно приезжал в Тверь вплоть до 1932 г. По
делопроизводственным документам вуза можно установить, что
С. Д. Сказкин читал лекции по дисциплинам «История Нового и новейшего
времени, «Эпоха империализма на Западе», «Западная Европа эпохи торгового капитализма», проводил спецсеминар по Первой мировой войне.
Так сложилось, что ученики А. Н. Савина как бы передавали в Твери эстафету в чтении курсов по всеобщей истории или, как тогда говорили,
Истории Запада. Начал Н. И. Радциг, его сменил С. Д. Сказкин, того –
С. В. Фрязинов (с 1933 по 1938 гг.), а затем вновь вернулся Н. И. Радциг (с
1938 по 1948 гг.). Реальное свидетельство их работы – большая коллекция
книг по всеобщей истории в Научной библиотеке Тверского госуниверситета. В её составе почти все литографированные лекции А. Н. Савина. Эти
лекции рекомендовались студентам для изучения и были полезны вплоть
до выхода первого вузовского учебника, написанного, как известно, при
участии учеников и коллег А. Н. Савина – Е. А. Косминского и С. Д. Сказкина. Они же принимали участие в разработке первых вузовских программ
по истории Средних веков после 1934 г.
Из названных историков менее всего до недавнего времени был известен С. В. Фрязинов, но совместная работа с коллегами Нижегородского
университета и краеведами Костромы позволила выявить основные вехи
научно-педагогической деятельности историка21, сообщу здесь их кратко.
Сергей Васильевич Фрязинов (1891–1971) происходил из семьи
преподавателя Костромской духовной семинарии, учился на историкофилологическом факультете Московского университета. В 1909/1910 академическом году он прослушал читавшийся А. Н. Савиным курс, посвящённый историографии Великой французской революции. Эти лекции
произвели на него сильное впечатление, их конспекты он хранил до конца
жизни, и сейчас с ними можно познакомиться в архиве Музея Нижегородского государственного университета. В 1911 г. профессор А. Н. Савин
предложил студентам на соискание медалей тему «Тэн как историк и социолог», тесно связанную с происходившей незадолго до того полемикой
между французским историком Альфонсом Оларом и его школой, с одной
стороны, и защитниками Ипполита Тэна, с другой. С. В. Фрязинов принял
участие в конкурсе, и его работа на основании отзыва А. Н. Савина была
удостоена факультетом золотой медали22.
20
Государственный архив Тверской области (далее – ГАТО). Р-1213. Оп 1. № 112.
Л. 94.
21
Воробьёва И. Г., Кузнецов А. А. Историк и педагог Сергей Васильевич Фрязинов
(1891–1971) // Вестн. ТвГУ. Сер.: История. 2011. Вып. 1. С. 62–87.
22
Самооценка студенческой работы имеется в машинописной копии варианта диссертации «Ипполит Тэн и Парижская коммуна» (118 листов), хранящейся в не разобранном пока личном фонде историка в Музее Нижегородского государственного
университета им. Н. И. Лобачевского. Сведения А. А. Кузнецова.
– 139 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Профессор А. Н. Савин рекомендовал Фрязинова для подготовки к
профессорскому званию. В советское время поствузовское образование
стали называть аспирантурой, поэтому Фрязинов постоянно сообщал в
своих документах: «… представлен был профессором А. Н. Савиным к аспирантуре по истории Запада, оставленным при университете состоял в течение трёх лет – в 1914–1917 гг.»23. Аспирантура С. В. Фрязинова пришлась на время войн и революций, ломки старой университетской системы
образования, отмены учёных степеней и званий и потому не завершилась
защитой магистерской диссертации.
В 1919 г. С. В. Фрязинов был вынужден покинуть Москву и вернулся к родителям в Кострому, где на волне революционнопреобразовательного энтузиазма открылся Рабоче-крестьянский университет. Фрязинов читал в нём лекции по средневековой и новой истории Запада. О положении дел в университете Фрязинов писал своему учителю. В
фонде А. Н. Савина сохранилось крайне мало писем, но в их числе одно из
Костромы, датированное 14 января 1920 г.24 Процитируем его: «Должен
еще раз Вас поблагодарить за любезное содействие составлением отзыва о
моих занятиях. Дело моё решено: 1 декабря прошлого года избран преподавателем всеобщей истории гуманитарном факультетом… Для начала беру Новую историю – подготовку Великой французской революции и самую
Революцию, до которой, впрочем, едва ли доберусь в этом семестре. Затруднение ощущается, однако, с пособиями к занятиям: общие работы
многие имеются, но по отдельным вопросам дело обстоит весьма скудно.
Во всяком случае постараюсь сделать, что смогу. Ещё сильнее смущает
меня отсутствие профессора – главного представителя кафедры и руководителя начинающих преподавателей. Профессура по всеобщей истории у
нас до сих пор не замещена, так как нет кандидатов. Коллега мой по кафедре – Н. С. Цемш, молодой человек из оставленных при Петроградском
университете, ученик проф. Гревса и специалист по раннему Средневековью, тоже преподаватель, не державший магистерского экзамена; он старше меня года на 4; читает раннее средневековье и историю Франции в XVI
веке. В довольно безнадёжном положении у нас дело с преподаванием
древней истории; если бы нашёлся в Москве кто-либо из бывших приватдоцентов, хотя бы начинающих, кто взял бы на себя чтение курсов по
древней истории! Он, конечно, был бы без всяких затруднений избран у
нас профессором всеобщей истории. По новой истории намечается у нас
такая схема преподавания на 3 года с повторением, буде уцелеет университет, по истечении этого промежутка времени: 1) общий курс, сосредоточенный вокруг реформационного движения и его последствий – примерно
до середины XVII века; 2) общий курс по старому порядку и Великой
французской революции и 3) общий курс по истории XIX века. Для меня,
по свойству моей подготовки, первый курс представляет наибольшие за23
ГАТО. Ф. Р-1213. Оп. 44. Д. 41. Л. 21.
Полный текст письма опубликован недавно в Костроме. См.: Сморчков В. К.
Первый костромской вуз: время, люди, судьбы. Кострома, 2013.
24
– 140 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
труднения: я работал над вопросом о деятельности банкирского дома Фугеров в XVI в., а вопрос этот, по своей специальности, мало подходит для
построения общего курса. Я лично думаю начать со второго курса: пригодятся занятия по Монтескье, Руссо, наказам 1789 года, Тэну и слушанный
мною у Вас курс по историографии Великой французской Революции. В
будущем году, если приведёт судьба, займусь XIX веком, с которым сталкивался когда-то, работая у С. Ф. Фортунатова, изучая несколько конституций северогерманского союза и читая в прошлом году у нас в культурнопросветительской ассоциации университета курс по истории XIX века –
правда, далеко незаконченный. На практических занятиях в этом семестре
думаю заняться разбором “Старого порядка“ Тэна»25.
Положение в Костромском университете было крайне нестабильным, и Фрязинов обращался к учителю: «Очень бы хотелось видеть Вас в
Костроме; наша профессура – в большинстве из магистрантов, лица с высшей учёной степенью на гуманитарном факультете нет ни одного, и приезд
его был бы для нас своего рода событием. Если можете – поддержите наш
нарождающийся университет; может быть, косвенно Вы посодействуете
упрочению самого его существования, организовав в нем строго-научные
занятия по всеобщей истории».
Вероятно, А. Н. Савин до Костромы не добрался, а С. В. Фрязинов
вскоре после закрытия университета вернулся в Москву и работал в разных
школах и издательствах.
В Калининский педагогический институт С. В. Фрязинов был принят в начале 1933 г. на вакантную должность после увольнения из института С. Д. Сказкина. Не теряя московской прописки, Фрязинов преподавал в
Калинине (ныне городу возвращено название Тверь) до осени 1938 г.
Фрязинов не подвергался репрессиям, по возрасту и здоровью не
призывался в армию. Биография его в этом отношении выглядит достаточно уникальной (спокойной на фоне жизни его современников). Да и личностью он был необыкновенной: знал несколько европейских языков, свободно владел французским, во взрослом возрасте выучил испанский, отлично знал древние языки, обладал даром фотографической памяти, помнил студентов по именам.
Карьера в Калинине складывалась для него удачно: 27 марта 1934 г.
он был утверждён в звании «доцента истории Запада», в сентябре 1935 г.
представлен «к учёной степени кандидата наук, как лицо, имеющее научные труды, по своему содержанию и значению отвечающие требованиям
оформления в учёной степени без защиты диссертации»26.
По имеющимся в архиве кафедральным документам установлено, что в
разные годы доцент Фрязинов читал курсы по истории доклассового общества
и Древнего Востока, истории Средних веков, проводил практические занятия.
25
НИОР РГБ. Ф. 263. П. 30. № 13 б. Заметим, что в описи фонда не указаны личные
сведения С. В. Фрязинова. Под № 13 а записано письмо от Е. В. Тарле.
26
См. копии документов, направленные в квалификационную комиссию УПУ Наркомпроса РСФСР: ГАТО. Ф. Р1213. Оп. 44. Д. 41. Л. 29.
– 141 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
На заседаниях кафедры истории он выступал с обсуждением новых вузовских
учебных программ, ему поручали ознакомиться с опытом проведения практических занятий в московских вузах. Фрязинов руководил студенческим кружком, читал лекции учителям Калинина и области. В порядке связи с учреждениями Москвы Фрязинов вёл переговоры с рядом московских профессоров
относительно приглашения их в Калинин для чтения лекций на исторические
темы. В результате состоялись лекции профессора В. М. Лавровского «Англия
XVI–XVII веков» и профессора В. К. Никольского по истории доклассового
общества. Как сказано выше, В. М. Лавровский был учеником А. Н. Савина и
его приглашение в Калинин явно не случайно.
К моменту приезда в Калинин С. В. Фрязинов имел в своём творческом багаже несколько изданий научного и методического характера. Знания, полученные в семинарах А. Н. Савина, позволили Фрязинову написать
научно-популярный очерк «Великая французская революция». Книга была
издана в 1927 г. к 10-летию Октябрьской революции27. Позднее, в 1939 г. у
Фрязинова появилась ещё одна возможность высказаться публично об уроках Французской революции. К её 150-летнему юбилею он написал большую и хорошо иллюстрированную статью о якобинской диктатуре, излагая
ход событий 1793–1794 гг. 28
Педагогический институт в Калинине, открытый в канун Октябрьской революции 1917 г., к началу 1930-х гг. всё ещё имел слабую материальную базу, библиотека по всемирной истории была малочисленной, новые издания практически не приобретались, а учебной литературы, отвечающей советской действительности, не было вовсе. С. В. Фрязинов сам
приобрёл у букинистов Москвы несколько десятков книг для библиотеки
пединститута, в их числе и книги профессора А. Н. Савина, о чём свидетельствуют документы в Научной библиотеке ТвГУ. Позднее сотни книг из
личной библиотеки С. В. Фрязинов подарит Горьковскому университету29.
Из его отчёта перед кафедрой истории Калининского пединститута
за 1937/38 уч. г. можно узнать о формах работы с учебной литературой,
применяемых Фрязиновым при работе со студентами. Надо помнить, что
студенты были из рабоче-крестьянских семей, многие даже в школе не
изучали всемирную историю, не знали иностранных языков. Вузовский
учебник по истории Средних веков вышел только в 1939 г., студентам при27
Экземпляр книги сохранился в Научной библиотеке ТвГУ.
Позднее журнальные статьи составили большой академический труд. См.: Французская революция 1789–1794 годов / под ред. акад. В. П. Волгина и Е. В. Тарле. М.;
Л., 1941. С. В. Фрязинов написал разделы: Якобинский блок (осенью 1793 г.); Борьба
вокруг «дехристианизации»; Обострение борьбы между эбертистами и робеспьеристами по вопросам максимума, системы террора, внешней политики; Распад якобинского блока. Падение эбертистов и дантонистов (см. с. 402–437).
29
О работе в Горьковском (Нижегородском) университете см.: Воробьева И. Г.,
Кузнецов А. А. Историк Запада в российском провинциальном вузе. Сергей Васильевич
Фрязинов (1891–1971) // Диалог со временем. Альманах интеллектуальной истории.
36. Спец. вып.: Интеллектуальная культура и ученые сообщества Европы в Новое время. М., 2011. С. 377–402.
28
– 142 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ходилось учиться в основном по лекциям Фрязинова и тем книгам, которые
он рекомендовал. Замечу, что учебники репрессированных историков изымались из библиотек, и преподаватель был обязан строго следить за политическими событиями в стране. Однако в ходу у студентов были дореволюционные учебники П. Г. Виноградова, написанные для гимназий, переизданный в 1925 г. учебник Ю. Р. Виппера и литографированные курсы
лекций А. Н. Савина.
Обращает на себя внимание и работа преподавателя С. В. Фрязинова
с марксистской литературой. С трудами К. Маркса Фрязинов мог познакомиться ещё учась в университете, ведь А. Н. Савин подробно и критично
рассматривал «Капитал» в лекционном курсе «История Европы XVI века»30.
Обстоятельная методическая работа по курсу средневековой истории Европы началась с 1934 г. после постановления «О преподавании гражданской истории в школе», когда Наркомпросом были составлены и разосланы на места учебные планы и программы для исторических факультетов
педагогических вузов. С. В. Фрязинов принял деятельное участие в их обсуждении и реализации31. Вскоре в стране начали выходить вузовские
учебники по истории.
Первыми издали учебники для студентов по истории Древней Греции и Рима, позднее вышел учебник по истории Средневековья. С. В. Фрязинов принял активное участие в их обсуждении, опубликовав несколько
рецензий. На вузовский учебник по истории Средних веков (первый том –
под редакцией А. Д. Удальцова, Е. А. Косминского и О. Л. Вайнштейна,
второй – под редакцией С. Д. Сказкина и О. Л. Вайнштейна) С. В. Фрязинов опубликовал обширную рецензию32. Обладая поразительной фотографической памятью, он, не прибегая к справочникам, указывал на неверное
написание дат, имён собственных, названий географических объектов,
именований властных должностей и проч. Заметим, таких ошибок было
много. Больше всего досталось тексту, написанному А. Д. Удальцовым.
Так, на 17 страницах главы «Арабы» Фрязинов насчитал более 20 грубых
ошибок и неточностей.
Но всё же не это важно в рецензиях вузовского преподавателя. Фрязинов полагал, что «в пособии, предназначенном для высшей школы, должен быть значительно усилен источниковедческий элемент». По его убеждению, «студент должен не только усваивать определённую сумму знаний,
но и приобретать навыки самостоятельной работы над источниками». Он
30
Савин А. Н. История Европы XVI века. Коллективное изложение лекций, читанных в университете и Высших Курсах в 1908/9 уч. году. На анализ работ К.Маркса и
В. Зомбарта, проделанный А. Н. Савиным, советская историография никак не отреагировала. В учебниках Е. В. Гутновой «Историография истории средних веков» имеется
только ссылка на статью Савина в публикации под названием «Помощь евреям пострадавшим от неурожая» (М., 1903).
31
Об этом см.: Воробьева И. Г. Как преподавали Средние века в провинциальном
вузе в 1930-е годы // Средние века. Исследования по истории Средневековья и раннего
Нового времени. М., 2011. Вып. 72 (1–2). С. 372–381.
32
Книга и пролетарская революция. 1939. № 1. С. 79–84; 1939. № 7–8. С. 74–102.
– 143 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
отметил, что авторы учебника «поступили правильно, снабдив его указателем литературы к отдельным главам», но «следовало дать ещё указания о
важнейших источниках по каждому разделу курса с краткой характеристикой этих источников». Фрязинов вопрошал: почему в перечне литературы
названа лишь одна работа академика Д. М. Петрушевского, почему нет
указаний на работы академика А. Н. Веселовского, почему нет упоминаний
о сонетах Петрарки, «Декамероне» Боккаччо?
Что касается необходимой оценки в применении авторами учебника
марксистского метода, то Фрязинов не сомневается, что в «руках компетентных специалистов он, безусловно, даёт плодотворные результаты».
Под марксистским методом понимался «углублённый социальный анализ
исторических событий», который, по мнению Фрязинова, авторы первого
тома учебника применяли при рассмотрении борьбы Карла Великого с саксами, причин неудачи Крестовых походов и других событий33. Второй том
давал гораздо больше возможностей для проявления социального анализа
исторических событий: географических открытий, Реформации, Крестьянской войны в Германии.
Как практикующий педагог, Фрязинов задумывался о возможности
усвоения студентами обширного фактического материала и полагал, что
авторы учебников должны делать его отбор. Он предлагал дополнять учебные пособия, особенно ориентированные на студентов-заочников, методическими указаниями, хронологическими таблицами, картами, планами
проработки тем, иными словами, учебник должен иметь методическое сопровождение. В целом полагаю, что позитивные предложения Фрязинова
были учтены авторами учебников, в рецензиях на последующие издания
учебника не приведено столь значительное число ошибок34.
Позднее С. В. Фрязинов нашёл должность в Московском пединституте и читал лекции по Древней истории, Средним векам и Новому времени (включая годы войны) в разных вузах Москвы. С начала Великой Отечественной войны он оставался в городе, продолжая преподавание. В 1942
г. С. В. Фрязинов – доцент Московского педагогического института иностранных языков, в 1943/44 академическом году читал историю раннего
Средневековья и первого периода Новой истории в эвакуированном тогда
на год под Москву Белорусском государственном университете. Кроме того, в Московском педагогическом институте иностранных языков Фрязинов читал курс по истории средневековой Испании, видимо, для студентов,
специализировавшихся по изучению испанского языка. С 1950 по 1959 г.
С. В. Фрязинов читал лекции в Горьковском университете, о них опубли-
33
По мнению современных историков, именно в характеристике Крестовых походов разошлись взгляды петербургских и московских медиевистов. См.: Лебедева Г. Е.,
Якубский В. А. Cafedra medii aevi: Материалы к истории ленинградской медиевистики
1930–1950-х годов. СПб., 2008.
34
См. рецензии А. П. Каждана и А. Д. Люблинской (Средние века. М., 1955. Вып.
7. С. 337–360).
– 144 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
кованы воспоминания выпускников35.
В конце жизни С. В. Фрязинов пришёл к медиевистическим исследованиям. В Учёных записках Горьковского университета он опубликовал
статьи по истории средневековой Испании, посвящённые малоисследованным крестьянским движениям в Кастилии XV в.36 Высокую оценку этих
исследований находим в работах известного испаниста И. С. Пичугиной и
молодых учёных37. И. С. Пичугина писала, что работы Фрязинова по социально-экономической, прежде всего аграрной, истории Астурии, Леона и
Кастилии – существенный этап изучения средневековой Испании в советской историографии.
В последние годы жизни С. В. Фрязинов – непременный участник
заседаний сектора Средних веков Института всеобщей истории, автор
сборника «Средние века».
Итак, учеников Александра Николаевича Савина мы видим в числе
преподавателей столичных и провинциальных вузов, в первом советском
исследовательском центре – Институте истории АН, в числе авторов
школьных и вузовских учебников и хрестоматий. Это могло быть случайностью, но возможно, что ученики профессора А. Н. Савина стремились
быть вместе, поддерживать друг друга, работать в предметном поле их
Учителя. А может они следовали его девизу: «Я историк, я знаю причуды и
повороты судьбы»?
Список литературы:
1. Антощенко А. В. Диссертация П. Г. Виноградова // Мир историка: историографический сборник / под ред. В. П. Корзун, А. В. Якуба. Омск,
2010. Вып. 6.
2. Вайнштейн О. Л. История советской медиевистики, 1917–1966. Л, 1968.
3. Винокурова М. В. А. Н. Савин // Портреты историков: Время и судьбы: в
2 т. М.; Иерусалим, 2000. Т. 2: Всеобщая история.
4. Воробьёва И. Г. Профессор Н. И. Радциг в письмах к С. И. Архангельскому // Диалог со временем. Альманах интеллектуальной истории. 40.
М., 2012.
5. Воробьёва И. Г., Кузнецов А. А. Историк и педагог Сергей Васильевич
Фрязинов (1891–1971) // Вестн. ТвГУ. Сер.: История. 2011. № 6. Вып. 1.
35
Исторический факультет глазами выпускников и сотрудников. Н. Новгород,
2006. Вып. 3.; Кузнецов Е. В. Одна жизнь менялась на другую: мемуары русского историка. Арзамас, 2008.
36
Фрязинов С. В. Из истории крестьянских движений в Кастилии времени становления абсолютизма // Учен. зап. Горьк. гос. ун-та (УЗ ГГУ). Горький, 1954. Вып. 26.
С. 75–91; Его же. Некоторые данные о крестьянских движениях в Кастилии XV века
(германдиносы и крестьянские гермаданды; движение в армии при Саморе и Торе) //
УЗ ГГУ. Горький. 1957. Вып. 43. С. 109–122.
37
Пичугина И. С. С. В. Фрязинов – видный советский исследователь средневековой
Испании (1893–1971) // Проблемы испанской истории. М., 1975. С. 250–251; Савенко
Г. В. О состоянии и перспективах изучения отечественной наукой истории права Испании X–XV веков // Правоведение. 2005. № 2. С. 227–248.
– 145 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
6. Воробьёва И. Г., Кузнецов А. А. Историк Запада в российском провинциальном вузе. Сергей Васильевич Фрязинов (1891–1971) // Диалог со
временем. Альманах интеллектуальной истории. 36. Спец. вып.: Интеллектуальная культура и ученые сообщества Европы в Новое время. М.,
2011.
7. Гришина Н. В. «Школа В. О. Ключевского» в исторической науке и
российской культуре. Челябинск, 2010.
8. Кузнецов Е. В. Одна жизнь менялась на другую: мемуары русского историка. Арзамас, 2008.
9. Петрушевский Д. М. Памяти А. Н. Савина // Тр. Ин-та истории: сб. ст.
М., 1926. Вып. 1.
10. Пичугина И. С. С. В. Фрязинов – видный советский исследователь средневековой Испании (1893–1971) // Проблемы испанской истории. М.,
1975.
11. Савенко Г. В. О состоянии и перспективах изучения отечественной наукой истории права Испании X–XV веков // Правоведение. 2005. № 2.
12. Сказкин С. Д. А. Н. Савин как учитель // Тр. Ин-та истории: сб. ст. М.,
1926. Вып. 1.
13. Шарова А. В. Университетское сообщество и власть в начале XX века
(по материалам дневниковых записей А.Н. Савина) // Вестн. РГГУ.
Сер.: «Исторические науки. Всеобщая история». № 18. М., 2010.
14. Шарова А.В. Историк и … поэт (Революционная эпоха в прозе и поэзии Александра Николаевича Савина) // Человек и общество перед
судом истории: сб. статей / ответ. ред. В. М. Володарский. М., 2013.
ALEXANDER NIKOLAEVICH SAVIN AND HIS PUPILS IN THE
TVER: TO THE 140TH ANNIVERSARY OF HIS BIRTH
I. G. Vorob'eva
The Tver State University, the Department of General History
This article presents the activities of the disciples of the outstanding historian
on the Middle Ages problems, professor of the Moscow University
A. N. Savin in the Tver (Kalinin) Pedagogical Institute in 1918–1950.
Keywords: Medievalism in Russian high schools; the Tver (Kalinin) Pedagogical Institute; A. N. Savin, S. D. Skazkin, N. I. Radtsig, S. V. Fryazinov.
Об авторе:
ВОРОБЬЁВА Ирина Геннадиевна – Тверской государственный
университет, кафедра всеобщей истории, доктор исторических наук,
профессор, e-mail: dubrovnik@mail.ru
About the authors:
VOROB''EVA Irina Gennadievna – Doctor of Historical Sciences,
Professor, the Tver State University, the Department of General History,
– 146 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
(170100, Tver, Trekhsvyatsky Str., 16/31), e-mail: dubrovnik@mail.ru
References
Antoshchenko A. V. Dissertatsiya P. G. Vinogradova // Mir istorika:
istoriograficheskii sbornik / pod red. V. P. Korzun, A. V. Yakuba. Omsk,
2010. Vyp. 6.
Vainshtein O. L. Istoriya sovetskoi medievistiki, 1917–1966. L, 1968.
Vinokurova M. V. A. N. Savin // Portrety istorikov: Vremya i sud'by: v 2 t.
M.; Ierusalim, 2000. T. 2: Vseobshchaya istoriya.
Vorob'eva I. G. Professor N. I. Radtsig v pis'makh k S. I. Arkhangel'skomu //
Dialog so vremenem. Al'manakh intellektual'noi istorii. 40. M., 2012.
Vorob'eva I. G., Kuznetsov A. A. Istorik i pedagog Sergei Vasil'evich
Fryazinov (1891–1971) // Vestn. TvGU. Ser.: Istoriya. 2011. № 6. Vyp. 1.
Vorob'eva I. G., Kuznetsov A. A. Istorik Zapada v rossiiskom
provintsial'nom vuze. Sergei Vasil'evich Fryazinov (1891–1971) // Dialog
so vremenem. Al'manakh intellektual'noi istorii. 36. Spets. vyp.:
Intellektual'naya kul'tura i uchenye soobshchestva Evropy v Novoe
vremya. M., 2011.
Grishina N. V. «Shkola V. O. Klyuchevskogo» v istoricheskoi nauke i
rossiiskoi kul'ture. Chelyabinsk, 2010.
Kuznetsov E. V. Odna zhizn' menyalas' na druguyu: memuary russkogo
istorika. Arzamas, 2008.
Petrushevskii D. M. Pamyati A. N. Savina // Tr. In-ta istorii: sb. st. M., 1926.
Vyp. 1.
Pichugina I. S. S. V. Fryazinov – vidnyi sovetskii issledovatel' srednevekovoi
Ispanii (1893–1971) // Problemy ispanskoi istorii. M., 1975.Savenko G.
V. O sostoyanii i perspektivakh izucheniya otechestven-noi naukoi istorii
prava Ispanii X–XV vekov // Pravovedenie. 2005. № 2.
Skazkin S. D. A. N. Savin kak uchitel' // Tr. In-ta istorii: sb. st. M., 1926.
Vyp. 1.
Sharova A. V. Universitetskoe soobshchestvo i vlast' v nachale XX veka (po
materialam dnevnikovykh zapisei A.N. Savina) // Vestn. RGGU. Ser.:
«Istoricheskie nauki. Vseobshchaya istoriya». № 18. M., 2010.
Sharova A. V. Istorik i … pojet (Revoljucionnaja jepoha v proze i pojezii
Aleksandra Nikolaevicha Savina) // Chelovek i obshhestvo pered sudom
istorii: sb. statej / otvet. red. V. M. Volodarskij. M., 2013.
Статья поступила в редакцию 17.12.2012
– 147 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "История". 2013. Выпуск 3. С. 148–165.
КРИТИКА. БИБЛИОГРАФИЯ. НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ
УДК 94(47)”19/20”+663.2/3(091)
СКОЛЬКО БЫЛО ВИНОКУРЕННЫХ ЗАВОДОВ В ТВЕРСКОЙ
ГУБЕРНИИ В XVIII, XIX И НАЧАЛЕ XX В.? (О КНИГЕ К. И.
ЮРЧУК «СПИСКИ ВИНОКУРЕННЫХ ЗАВОДОВ РОССИИ XVIII–
XIX ВВ. / ПОД РЕД. Ю. Ю. ИЕРУСАЛИМСКОГО. ЯРОСЛАВЛЬ:
“ЕЩЁ НЕ ПОЗДНО!”, 2010. – 284 С. – ТИРАЖ 100 ЭКЗ.»)
С. В. Богданов
Тверской государственный университет, кафедра отечественной истории
Представляются данные о количестве винокуренных предприятий в
Тверской губернии в конце XVIII – начале XX в. и оспариваются сведения, содержащиеся в книге К. И. Юрчук «Списки винокуренных заводов
России XVIII–XIX вв.». На основании архивных делопроизводственных
документов показывается, что опубликованные статистические сведения, в частности в «Памятных книжках», содержат неточные данные, в
связи с чем этот вид источников нельзя использовать для составления
точных списков винокуренных и других предприятий.
Ключевые слова: винокуренная промышленность, винокуренный завод,
Тверская губерния, статистика, «Памятная книжка», «Обзор Тверской
губернии», акцизные сборы, К. И. Юрчук.
В 2010 г. известный специалист в области изучения дворянского
промышленного предпринимательства Клара Ивановна Юрчук опубликовала книгу «Списки винокуренных заводов России XVIII–XIX вв.». Основное содержание книги – списки винокуренных заводов Российской империи, составленные на основании статистических сведений (ведомостей заводов и реестры, сохранившиеся в архивах, Топографические описания губерний, Военно-статистическое обозрение, Материалы для географии и
статистики России, Памятные книжки по губерниям, периодические издания). Хронология источниковой базы («массовых комплектов источников»)
– период реформ Екатерина II и 1870 г. («конец реформ середины XIX в.»).
Впрочем, указанные хронологические рамки оказываются условными: так,
при составлении списка заводов Тверской губернии XIX в. (список № 4)
использованы сведения 1911 г., и при этом указаны заводы, основанные в
1891 и 1892 гг. (Новский и Зайцевский).
К. И. Юрчук осуществила колоссальную работу: ей были проанализированы сведения многочисленных архивных и опубликованных источников (некоторые из них по Тверской губернии нам ранее не были известны).
В результате скрупулёзно выполненного подсчёта в таблицах учтено 709
заводов русских и украинских губерний в XVIII в., 1660 по русским и 2264
по «привилегированным» губерниям в XIX в. В Тверской губернии на
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
XVIII в. К. И. Юрчук учтены 14 заводов (список № 1, № 152–165), на
XIX в. – 29 заводов (список № 4, с. 137–138)1.
Однако цифры, указанные для Тверской губернии за XIX в., реальности не соответствуют. В кандидатской диссертации (2000 г.) и в ряде
публикаций нами приводились данные о численности винокуренных заводов в Тверской губернии за период с середины XIX в. по 1914 г.2 Остаётся
сожалеть, что при составлении списков винокуренных предприятий по
Тверской губернии итоги наших изысканий учтены не были.
На подсчёт количества винокуренных предприятий определяющее
внимание оказала источниковая база. Как указывает К. И. Юрчук, её основу составили статистические материалы, в их число вошли губернаторские
отчёты и Памятные книжки по губерниям. Короткую характеристику этого
рода источников с указанием особенностей их анализа К. И. Юрчук проводит во вступительной статье (с. 18–19). Так, указывается, что губернаторские отчёты» довольно бедны в освещении промышленности», хотя при
этом «с 1842 г. сведения о фабриках и заводах в приложениях к отчётам
становятся более интересными, иногда приводятся их списки» (с. 18).
Статистические источники, действительно, являются важным источником для изучения экономической истории. При работе со статистическими материалами следует иметь в виду особенность статистики дореволюционной России. При существовании правительственных статистических учреждений Россия всё же не имела государственной статистики как
системы рационально построенных органов в центре и на местах3. Образованный в 1858 г. в составе Министерства финансов центральный статистическимй комитет (ЦСК) целью работы имел сбор данных для нужд правительства и для их последующей статистической обработки и опубликования, и по этой линии должен был вести обработку и печатание статистических материалов, поступавших ежегодно из губернских, областных и городских статистических комитетов. Но ЦСК по сути не был органом, объединявшим и направлявшим статистические работы в стране. Независимо от
1
Юрчук К. И. Списки винокуренных заводов России XVIII–XIX вв. Ярославль,
2010. С. 35–36, 137–138.
2
Богданов С. В. Винокуренная промышленность Тверской губернии во второй половине XIX в.: автореф. дисс. … канд. ист. наук. Тверь, 2000; Его же. Винокуренная
промышленность и финансовая политика самодержавия в 60-80-х гг. XIX века (На материалах Тверской губернии) // Из архива тверских историков. Тверь, 1999. Вып. 1;
Его же. Винокуренное производство как одно из направлений предпринимательства
помещиков Тверской губернии (1860-е – конец 1880-х годов) // Из архива тверских историков. Тверь, 2002. Вып. 3. С. 93–109; Его же. Тверские винокуры (вторая половина
XIX) // Провинциальные дворянские усадьбы: прошлое, настоящее и будущее: сб. ст.
Тверь, 2010. Последняя из указанных публикаций, где представлена сводная статистика, впрочем, К. И. Юрчук незнакома по объективным причинам. Ссылки на нашу диссертацию в историографической части введения к книге К. И. Юрчук нет.
3
Воробьев Н. Я. Очерки по истории промышленной статистики в дореволюционной России и в СССР. М., 1961. С. 7.
– 149 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
него статистические работы осуществлялись также различными министерствами и ведомствами4.
В ведомствах (в нашем случае в Департаменте неокладных сборов
министерства финансов) собирались данные для нужд правительства и для
реализации функций правительственных учреждений. Так, акцизные управления (губернское и окружные) должны были осуществлять общее наблюдение за исполнением Устава о питейном сборе с целью ограждения казённого интереса. С этой целью вёлся строгий надсмотр за винокуренными заводами, и проводились ревизии винокуренных заводов и питейных заведений. В окружных акцизных управлениях собирались данные о подакцизных
производствах и направлялись в губернское управление в форме операционных отчётов. С большой степенью уверенности можно сказать, что материалы делопроизводства губернских акцизных управлений, хотя и знакомы исследователям5, пока ещё серьёзно не введены в научный оборот.
Операционные отчёты составлялись в форме ведомости, где указывалось: названия акцизного округа и винокуренных заводов, количество употребленных за все сроки производства вина продовольственных припасов,
норма винокурения (высшая, средняя или низшая) и сроки брожения заторов6 (3-х, 4-х или 5-и суточное), количество градусов вина, определённое
нормой7 и действительно выкуренного, количество градусов вина, причитающегося к оплате акцизом и отчисляемого в пользу винокуренного заводчика без оплаты акцизом (безакцизный перекур). В отчётах указывалось
число винокуренных заводов, существовавших на момент составления отчёта, отмечалось, какие из них действовали, какие нет. Эти сведения собирались должностными лицами окружных акцизных управлений по доставленным с имевшихся на винокуренных заводах винокуренных книг, заносились
в бухгалтерские книги и должны были проверяться при производимых несколько раз в месяц ревизиях заводов (на деле чиновники редко соблюдали
периодичность ревизий заводов). Затем полученные сведения с 1 июня по 1
июля записывались в форме готовых операционных отчётов и представлялись в губернское акцизное управление. Оно составляло общий отчёт по губернии и представляло его в Департамент неокладных сборов.
Кроме операционных отчётов исчерпывающие сведения о винокуренных предприятиях содержатся в учётных книгах по винокурению на
винокуренных заводах по выданным свидетельствам. Они также составля4
Там же. С. 8.
Краткая характеристика операционных отчетов содержится в исследовании
Н. Я. Воробьёва (Указ. соч. С. 16–17).
6
Под «затором» понимается смесь продовольственных припасов, которые перемешиваются и бродят («затор» в простонародье – «брага»). Из него «выпариваются»
спиртовые пары.
7
В законодательстве были определены нормы получения спирта из определенного
количества припасов разного рода, содержащих крахмал – зерновых культур, картофеля, кукурузы. В соответствии с ними рассчитывались размеры производства вина на
заводах и сумма акциза. В реальности хлебного вина могло быть произведено больше,
чем следовало по норме.
5
– 150 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
лись в виде типовой ведомости, куда заносились сроки производства вина
на каждом винокуренном заводе (с какое и по какое число), количество
употреблённых припасов, указывалась норма винокурения, количество
градусов вина, определённое по норме и действительно произведённого,
рассчитывались количество вина, «выкуренного» сверх норм и сумма акциза, подлежащего уплате в акцизное управление. Учётные книги велись в
окружных акцизных управлениях, затем направлялись в губернское управление, где на их основе часто составлялись сводные ведомости о числе и
производительности винокуренных предприятий губернии, о количестве
выкуренного в год вина и «безакцизном перекуре». Ведение учетных книг
было обусловлено тем, что акцизная пошлина выплачивалась винокурами
по окончании каждого срока винокурения, на который заводчику выдавалось свидетельство (по законодательству он составлял 14 дней). В учётных
книгах, таким образом, отложилась более подробная информация о производстве вина на винокурнях.
Наконец, в акцизном управлении создавались Отчёты о ходе акцизного дела в Тверской губернии. Они содержат подробную информацию об условиях производства вина на винокуренных заводах Тверской губернии (о
климатических условиях и их влиянии на ведение сельскохозяйственных работ, об урожаях в губернии, ценах на основные сельскохозяйственные продукты), о количестве произведенного в губернии вина и сумме поступившего акциза. Большое значение имеет содержащееся в «Отчётах» подробное
описание технического оснащения винокуренных предприятий (систем заторных чанов и брагоперегонных аппаратов, паровых машин, используемого
топлива, сведения о количестве рабочих и технике-винокуре). «Отчёты» составлялись в каждом окружном акцизном управлении и направлялись в губернское акцизное управление (в фондах Тверского акцизного управления в
ГАТО сохранились «Отчёты» только 1890-х гг.8).
Составление операционных отчётов, отчётов о ходе акцизного дела в
губернии и ведение учётных книг о винокурении было необходимо для пристального надзора за поступлением в казну акцизных выплат с винокуренных предприятий. Изучение этих документов является необходимым условием для исследования винокуренного производства Тверской губернии,
только эти документы могут дать основания для объективного статистического изучения винокуренной промышленности.
Опубликованные статистические материалы содержат многочисленные сведения о финансовом состоянии государства, развитии сельского
хозяйства и промышленности России и Тверской губернии, о численности
и производительности винокуренных заводов, результатах проведения правительственной политики в области винокуренного производства и питейного дела, смертности на почве пьянства и общественного противодействия этому пороку.
8
Все эти документы в комплексе отложились в фонде надзирателя акцизных сборов II акцизного округа Тверской губернии окружных акцизных управлений Государствнного архива Тверской области (ГАТО. Ф. 1119).
– 151 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
«Обзоры Тверской губернии» в этом ряду занимают центральное место . Это связано, прежде всего, с их «солидностью». Сведения, публиковавшиеся в «Обзорах», собирались губернским Статистическим комитетом.
Главное назначение этого органа состояло в ведении местной административной статистики и сборе разнообразных статистических сведений. Кроме того
статкомитет составлял статистические приложения и таблицы к годовым отчётам губернаторов. Статистические сведения собирались губернскими статистиками (в Тверской губернии в частности) через полицию и волостные
управления, которые часто недобросовестно относились к возложенным на
них обязанностям. В связи с этим статистические сведения по многим вопросам оказываются недостоверными10. Это касается и данных о количестве и
производительности винокуренных заводов Тверской губернии.
Следует отметить, что производительность винокуренных предприятий, как это видно из «Обзоров», исчислялась не из стоимости произведённого на них вина, а согласно сумме уплаченного на заводах акциза. Акцизная же плата и количество градусов вина, подлежащего оплате акцизной пошлиной, постоянно повышались. Это обстоятельство приводило к
тому, что винокуренная промышленность на протяжении второй половины
XIX в. включалась в число пяти крупнейших производств в губернии, а после введения в Тверской губернии винной монополии (1895–1901 гг.) оказалась в последних рядах. При этом части «Обзоров Тверской губернии»,
посвящённые акцизным сборам, как показывают материалы делопроизводства, составлялись на основании данных, присылаемых ежегодно из Тверского губернского акцизного управления11, поэтому их достоверность не
должна вызывать сомнение. Однако при сопоставлении сведений выясняется, что единства в данных нет. В делах самого акцизного управления нами встречены разночтения в приводимых данных о числе винокуренных
заводов в Тверской губернии. Так на 1864 г. в одной ведомости дается
цифра 50, в другой – 51, в третьей – 51; на 1869 г. – соответственно – 42, 41
и 41; на 1870 г. – 41, 38 и 41; на 1871 г. – 38, 38, 40, на 1872 г. – 38, 31, 40;
на 1873 г. – 25, 25, 30; на 1876 г. – соответственно 26, 26, 27; на 1877 г. –
24, 23, 24; на 1878 г. – 21, 23; на 1879 г. – 26, 21, 21; на 1880 г. – 19, 20. Различаются порой между собой данные акцизного ведомства и сообщаемые в
«Обзоре Тверской губернии» цифры: например, на 1874 г. в делах акцизного управления указываются 30 и 25 заводов, а в «Обзоре Тверской губернии» – 29; на 1875 г. соответственно – 26, 30 и 28; на 1881 г. – 19, 19 и 18.
Расхождение в данных акцизного управления можно объяснить, во-первых,
неудовлетворительной работой акцизных чиновников. Во-вторых, в акциз9
9
Обзоры Тверской губернии. 1861–1900. Тверь, 1861–1900.
Воробьёв Н. Я. Указ.соч. С. 8.
11
Государственный архив Тверской области (далее – ГАТО). Ф. 819. Оп. 1. Д. 6528.
Л. 13–13 об; Ф. 131. Оп. 1. Д. 450, 467, 508. Губернатор обычно присылал письмо в акцизное управление с просьбой доставить сведения о сумме акцизных сборов, акцизное
управление их предоставляло. Однако в распоряжение губернского статистического
комитета не предоставлялись данные ни о количестве винокуренных заводов, ни об их
производительности.
10
– 152 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ном управлении подсчитывали общее число винокуренных предприятий в
губернии, учитывая все заводы – и работавшие и не действовавшие (это
хорошо видно по ежегодным «Операционным отчётам»). Очевидно, в «Обзорах» по Тверской губернии учитывались действовавшие заводы.
Среди земской статистики – мало известные исследователям «Статистические ежегодники Тверской губернии»12. Они появились в 1897 г.
как преобразованные сельскохозяйственные обзоры статистического бюро
Губернской земской управы. Среди авторов тверских «Ежегодников» были
Н. А. Черничин, Н. Е. Утехин, И. Красноперов, Н. Б. Александровский,
Н. Д. Исполатовский и В. И. Скобникова. Содержание «Ежегодников»
близко к «Обзорам Тверской губернии». Ежегодники состояли из двух частей. В первую включались описание природных условий, характеристика
развития сельского хозяйства, скотоводства, пчеловодства и травосеяния.
Вторую часть составляли сведения о развитии промыслов и промышленности, окладных податях и сборах, мирских доходах и расходах, народном
образовании и движении населения. Статистическое бюро использовало
широкую источниковую базу для составления «Ежегодников». Сведения
собирались при помощи уездных земских управ, корреспондентов статистического бюро, сельских старост, церковнослужителей, волостных правлений и казённой палаты.
Отдельное место в «Ежегодниках» занимает обзор развития винокуренного, водочного и пиво- медоваренного производств. Данные о винокуренном производстве и питейной торговле брались из губернаторских отчётов и частично из Тверского акцизного управления, поэтому они в целом
объективно отражают развитие винокуренного производства в губернии во
второй половине 1890-х гг.
Наконец, к статистическим материалам относятся справочностатистические издания. Это знакомые исследователям опубликованные материалы обследования состояния винокуренной промышленности начала 1880-х
гг.13, сборник материалов для статистики Тверской губернии14, «Памятные
книжки по Тверской губернии»15 и «Ежегодники Министерства финансов»16.
В Памятных книжках, действительно, отражено количество винокуренных заводов (по городам и уездам), число «мастеровых» и рабочих» и
производительность (в руб.). Однако сопоставление данных, содержащихся
в Памятных книжках, со сведениями акцизного управления (см. табл. 2),
делают очевидным тот факт, что они нерепрезентативны. Так на 1863 г. в
Памятной книжке указаны 18 заводов (в Кашинском уезде – 2, Весьегонском – 3, Вышневолоцком – 1, Новоторжском – 3, Осташковском – 1,
12
Статистические ежегодники Тверской губернии. 1897–1901. Тверь, Изд. Тверского губернского земства, 1898-1902.
13
Статистические сведения о положении винокуренной промышленности и оптовой торговли вином в России. СПб., 1888.
14
Сборник материалов для статистики Тверской губернии. Тверь, 1874. Вып. II.
15
Памятная книжка по Тверской губернии на 1867 год. Тверь, 1868.
16
Ежегодник Министерства финансов. Вып. 1900. СПб., 1901; Вып. 1902. СПб.,
1903.
– 153 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Ржевском – 3, Зубцовском – 4, Старицком – 1)17, а по материалам акцизного управления насчитывается 45 заводов. Совсем иной выглядит и картина
по уездам (табл. 3). В Памятной книжке за 1865 г. содержатся сведения о
40 предприятиях18, в делах акцизного управления – 46.
Приведённые частные сопоставления (и только по Тверской губернии) не позволяют использовать Памятные книжки в качестве источника
статистической информации по истории винокуренного производства. Составить адекватную картину позволяют только архивные материалы, используемые в комплексе с опубликованными сведениями.
Известные нам из комплекса источников данные позволили выявить
как число винокуренных предприятий в Тверской губернии в середине и
второй половине XIX в., так и проследить эволюцию изменения их численности. По имеющимся архивным данным, во второй половине XVIII в. в
Тверской губернии действовало 32 винокуренных завода, столько же было
кожевенных заводов, количество предприятий пищевой и других отраслей
было в разы меньше19 (исключение составляют лишь солодовые заводы, их
было 63, и это при том, что пивоваренный завод в губернии был только
один). В конце XVIII в. в губернии работало 26 поставщиков вина, заключавших контракты с казной. Все они были дворянами20. В 1850 г. в имениях трёх из них – коллежского асессора И. Лодыженского, Полторацких и
Кисловского – существовали винокуренные заводы21.
К началу 1860-х гг. тверское винокурение было представлено уже
немногими предприятиями. По данным Казённой палаты, в 1858 г. в Тверской губернии было 9 винокуренных заводов, в 1859 – 13, в 1860 – 18 (но
действовало только 12)22. В 1850-х гг. владельцами винокурен были Ермолаев (Старицкий уезд), Мещерские (4 завода в Старицком уезде),
Г. Лодыженский и Л. Лодыженский (Зубцовский уезд), Балкашин (Осташковский уезд), Полторацкие (Новоторжский уезд), С. Львов (Новоторжский
уезд) и барон Бухольц (Тверской уезд)23.
Винокуренные заводчики опирались на материальные ресурсы своих хозяйств, поэтому издержки производства были незначительными, а винокуренные заводы приносили своим владельцам значительные прибыли24.
Гарантия получения высоких прибылей, как показал Ю. Ю. Кахк, позволи17
Памятная книжка Тверской губернии на 1863 год. Тверь, 1863. С. 84–85.
Памятная книжка Тверской губернии на 1868 год. Тверь, 1868. С. 482.
19
См.: ГАТО. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 1677, 1693, 1705, 1708, 1715, 1723, 1736, 1740. Пользуюсь случаем выразить глубокую признательность Валентине Викторовне Роговой, любезно предоставившей данные о количестве промышленных заведений Тверской губернии во
второй половине XVIII в.
20
ГАТО. Ф. 57. Оп. 1. Д. 112. Л. 1–26.
21
Тверские губернские ведомости (далее – ТГВ). 1851. № 16. С. 47–48.
22
ГАТО. Ф. 819. Оп. 1. Д. 2310. Л. 11–12.
23
Тверские губернские ведомости. 1851. № 16. С. 48.
24
Там же. Производительность заводов составляла: Ермолаева – 42 000 руб. в год,
Мещерских – 138 000, Г. Лодыженского – 8 995, Л. Лодыженского – 34 481, Балкашина – 16 334, Полторацких – 67 761, С. Львова – 24 015, барона Бухольца – 9 720.
18
– 154 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ла винокурению ещё в первой половине XIX столетия стать исключительной сферой предпринимательской деятельности помещиков25.
Дешевизна производства и значительные прибыли способствовали
тому, что дворяне–винокуры не совершенствовали производство, а довольствовались имеющимся невысоким уровнем. Техническое оснащение тверских заводов было простым: чан для нагревания затора (смесь припасов для
винокурения) и приспособления для охлаждения спиртовых паров (змеевики, погруженные в воду). Лишь на заводах князей Мещерских в 1850-х гг.
были установлены паровые машины мощностью в 6 лошадиных сил. На одном из заводов Мещерских «полугар» («хлебное вино») производили из картофеля (этот продукт до начала 1880-х гг. редко употреблялся в винокурении, основными винокуренными продуктами были зерновые культуры). О
техническом оснащении других заводов в этот период данных нет.
В конце 40-х – начале 50-х гг. XIX в. винокуренное производство в
Тверской губернии по оборотам производства входило в пятерку крупнейших производств (см. табл. 1). Однако производительность винокуренных
предприятий в отличие от кожевенных, пенькопрядильных и бумагопрядильных заводов не увеличивалась.
Таблица 1
Производительность заводов в Тверской губернии в конце 40-х - начале 50-х гг.
XIX в. (руб.)
Заводы
Кожевенные
Винокуренные
Пенькопрядильные
Бумагопрядильные
Стекольные
В целом по губернии
1846
1847
1848
1849
1850
384 758
368 580
322 975
200 000
115 343
2
026
337
461 936
284 321
317 785
286 000
105 280
2
147
535
388 490
380 608
391 705
400 380
105 318
2
304
475
412 761
343 550
465 597
455 980
118 400
2
440
127
401 374
341 568
450 917
418 912
120 000
2
405
512
Источник: Тверские губернские ведомости. 1851. № 16. С. 56.
Благоприятно на состояние тверского винокурения влияли правительственные заготовительные цены на вино. Спирт местного производства
был дороже привозного вследствие дороговизны привозного хлеба, и
стоимость производства ведра вина определялась ежегодно хлебными ценами. Однако при стоимости производства ведра вина в 1858–1860 гг. 58–
78 коп. (пуд ржи соответственно стоил 53–88,5 коп.) заготовительная цена
на ведро полугара составляла 88 коп.26 Таким образом, каждый винокуренный заводчик получал прямую прибыль 30–10,5 коп. с ведра выкуренного
вина, что в итоге составляло приличную сумму. Казённые заготовительные
цены были выгодны заводчикам и способствовали устойчивости их заво25
Кахк Ю. Ю. Винокуренные промыслы помещиков Эстляндской губернии в первой половине XIX в. // Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 1968 г.
Л., 1972. С. 209–213.
26
ГАТО. Ф. 819. Оп. 1. Д. 2310. Л. 12, 44 об.
– 155 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
дов. Гарантии получения прибыли служили стимулом для постройки новых
винокурен. В последние годы существования откупной системы в губернии
число винокуренных заводов увеличилось (с 9 заводов в 1858 г. до 20 в
1861 г.). В общей сложности в этот период существовало 20 винокуренных
заводов, из них постоянно работали от 8 до 13 заводов27. За счет постройки
новых винокуренных предприятий достигалось увеличение производства
вина в губернии. Так в 1858 г. было выкурено 205 000 ведер вина, а в 1861
г. – 245 000 ведер28. Следовательно, в этот период винокуренное производство развивалось экстенсивным путём.
После введения акцизной системы казенные заготовительные цены
на вино были отменены и винокуренные заводчики стали определять их
самостоятельно. Содержатели местных оптовых складов закупали вино с
местных заводов крупными партиями и по высоким ценам (1,2 – 1,5 руб. за
ведро). Установлению высоких цен на вино в Тверской губернии способствовало монопольное положение местных винокуренных заводчиков в сфере винных поставок. Кроме того, и казна поддерживала помещичье винокурение, выдавая заводчикам ссуды по 25 коп. на каждое ведро полугара 29.
В результате винокуренные заводчики получали значительные прибыли.
Такое положение сулило помещикам, потерявшим возможность использования бесплатного крепостного труда и не привыкшим хозяйствовать самостоятельно, получение легкой прибыли без применения особых знаний и
личного труда. Эти обстоятельства привели к усиленной постройке в дворянских имениях винокуренных заводов. В Тверской губернии, где винокурение прежде не было сильно развито, с 1862 по 1865 гг. количество винокуренных предприятий возросло более чем в два раза. В 1862 г. было 22
завода, в 1863 г. – 45 и 1864 г. – 51 завод (см. табл. 2).
Таблица 2
Число винокуренных заводов в Тверской губернии в 1860-х – середине 1880-х гг.
(по данным Управления акцизными сборами Тверской губернии)
Год
Число заводов
1861
20
1862
22
1863
45
1864
51
1865
46
1866
46
1867
36
1868
41
1869
41
Продолжение таблицы
1870
41
1871
40
1872
31
1873
30
1874
25
1875
26
27
1876
26
1877
23
1878
21
1879
21
Там же. Л. 14–14 об, 44, 45. В 1859–1860 гг. винокуренные заводы принадлежали
генерал-лейтенанту Полторацкому, коллежскому советнику Львову, тайному советнику Львову, полковнику Балкашину, Г. Лодыженскому, Л. Лодыженскому, штабскапитану Клокачеву, полковнику Андреевскому, ротмистру Лодыженскому, Фиглевым, надворному советнику Б. Мещерскому (3 завода), коллежскому секретарю С.
Мещерскому, поручику Березину, корнету Пыжову, генерал-лейтенанту Шварцу (2 завода), полковнику Лихачеву и поручику Кисловскому.
28
Там же. Л. 44 об.
29
Там же. Л. 45 об. Циркуляр МФ от 9 октября 1862 г. № 151.
– 156 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Продолжение таблицы
1880
1881
1882
1883
1884
1885
1886
1887
1888
1889
19
19
19
19
19
19
19
17
17
19
Подсчитано по: ГАТО. Ф. 819. Оп. 1. Д. 2217. Л. 2; Д. 2218. Л. 34–35; Д. 2235. Л.
34; Д. 2310. Л. 30, 31–32, 37–3830.
Динамика развития винокуренного производства в 1860–1885 гг.
выглядит следующим образом: в 1860 г. существовало 12 винокуренных
предприятий. В 1861 г. появилось 8 новых заводов. К 1864 г. из этих 20
предприятий продолжали работать 14 и появились 37 новых винокурен (51
завод). В 1874 г. из числа действовавших в 1864 г. 51 винокуренных заводов существовали 19, в том числе 5 предприятий из числа заводов, работавших в 1861 г., и появились 6 новых предприятий (всего – 25 заводов). В
1883 г. из этих 25 предприятий работали 14 и появились 5 вновь построенных (19). В 1888 г. из этих 19 заводов существовали 17 предприятий.
Указанные сведения можно сопоставить с данными Тверского губернского статистического комитета (табл. 3):
Таблица 3.
Численность винокуренных заводов Тверской губернии в середине 60-х - конце
80-х гг. XIX в. по уездам (по данным Тверского губернского статистического комитета)
№
п/
Уезды
1863 1870 1872 1876 1877 1880 1887 1888 1889
п
1 Тверской
4
2
1
1
1
2
2
2
2 Новоторжский
8
6
5
2
1
1
1
1
1
3 Вышневолоц4
4
2
2
2
2
1
1
3
кий
4 Старицкий
6
3
2
2
2
3
2
2
2
5 Зубцовский
7
3
2
2
1
1
1
1
1
6 Ржевский
5
3
3
4
2
2
1
1
1
7 Осташковский
3
4
5
4
4
2
1
1
1
8 Корчевской
1
1
3
3
2
1
1
1
9 Калязинский
1
1
1
1
1
1
10 Кашинский
3
3
3
2
2
2
1
1
1
11 Бежецкий
2
5
3
2
2
2
3
3
2
12 Весьегонский
4
4
2
2
2
2
2
3
Итого
45
38
31
26
23
21
17
17
19
Источник: ГАТО. Ф. 131. Оп. 1. Д. 372. Л. 3–90; Д. 387. Л. 25–81; Д. 400. Л. 3–
60; Д. 436. Л. 1 об.–3; Д. 442. Л. 1–5; Д. 445. Л. 1; Д. 466. Л. 2, 5–19 об.; Д. 467. Л. 6–7,
9 об.; Д. 473. Л. 1 об.–2, 4 об.–5.
В 1890-х гг. положение винокуренного производства в губернии стабилизировалось, и начался подъём. Хотя в начале 1890-х гг. из 17 предпри30
Как отмечалось выше, в делах акцизного управления встречены разночтения в
приводимых данных о числе винокуренных заводов в Тверской губернии. Мы определяем число существовавших винокуренных предприятий.
– 157 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ятий, работавших в конце 1880-х гг., закрылись 2 завода (Башвинский и
Александровский), в первой половине 90-х гг. XIX в. появились 7 новых винокурен31 (два из них учтены в таблице № 4 в книге К. И. Юрчук), и возобновил работу Пашковский винокуренный завод барона Штемпеля. К 1897 г.
сформировался постоянный состав винокуренных заводов Тверской губернии (23 завода), который оставался неизменным до 1914 г. (см. табл. 3):
Таблица 3
Число винокуренных заводов Тверской губернии (1890-е гг.)
Год
1890
1891
1892
1893
1894
1895
1896
1897
1898
1899
Число
17
18
18
20
19
21
22
23
23
23
заводов
Источник: ГАТО. Ф. 819. Оп. 1. Д. 2401. Л. 17–41; Д. 2431. Л. 19–44; Д. 2475. Л. 46–
67; Д. 2508. Л. 47–72; Д. 2537. Л. 47–84; Д. 2548. Л. 49–56, 78; Д. 2551. Л. 52; Д.
2557. Л. 57–82; Д. 2567. Л. 21 об., 41 об.; Д. 2568. Л. 14 об.; Д. 6518; Д. 7765. Л. 2–
93.
Статистические данные позволяют констатировать, что во второй
половине XIX в. в Тверской губернии существовало в общей сложности 80
винокуренных предприятий32.
Небезынтересно проследить динамику существования винокуренных предприятий «непрерывнодействовавших» и «временнодействовавших» в 1860–1885 гг. (табл. 4):
Таблица 4
1860-(1885)
1863-(1885)
1868-(1885)
1874-(1885)
1864-1880
1860-1874
1860-1864
1864-1870
1874-1880
с 1883
1860-конец
1870-х гг.;
с 1884
1860-1870
Динамика существования винокуренных заводов в Тверской губернии
(1860–1885 гг.)
Период действия,
25
лет
22
17
11
16
14
4
6
6
2
20
1
10
Число заводов
8
1
3
4
3
12
20
3
2
1
2
1
Годы действия
5
Как видно из данных, представленных в таблице, заводов, действовавших продолжительное время – 17, 20 и более лет – насчитывается 17
предприятий, из них 7 заводов (Александровский, Башвинский, Городищенский, Лотошинский, Никольский, Бежецкий и Калинкинский) действо31
В 1891 г. – Новский, 1892 г. – Зайцевский, 1893 г. – Берновский и МикулиноГородищенский, 1895 г. – Вятский и Пекуновский, 1896 г. – Никольский винокуренный завод.
32
Сводный список винокуренных заводчиков второй половины XIX в. см. в: Богданов С В. Тверские винокуры. С. 81–88.
– 158 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
вали и до 1860 г. Однако, Бежецкий завод перестал действовать в конце
1870-х годов, а Калинкинский, по всей видимости, в начале 1870-х гг. Эти
два завода возобновили свою работу в 1884 г., но принадлежали они уже
другим лицам, причём из купеческого сословия, первыми их владельцами
были дворяне. К этой группе можно отнести 4 завода (НовоЕкатерининский, Марьинский, Ново-Алексеевский и Новосельский), которые работали с 1864 до 1880 г., т. е. 16 лет. В общей сложности по 1885 г. с
разной продолжительностью работы действовал 21 завод, эти предприятия
можно назвать стабильными. Другая часть предприятий (а это 43 завода)
работали весьма непродолжительное время – от 4 до 10 лет, это нестабильные предприятия. Обращает на себя внимание то, что всплески интереса
тверских дворян (по преимуществу) к винокуренному производству приходятся на 1863–1864, 1868, 1874 и 1883–1884 гг. С другой стороны, пики
прекращения действия винокуренных предприятий обозначены 1864, 1870,
1874 и 1880 годами. Если желание дворян устроить в своих имениях винокуренный завод, по всей видимости, было связано со стремлением повысить доходность хозяйств (об этом подробнее далее), то закрытие винокуренного предприятия, очевидно, обуславливалось его невыгодностью для
владельца. Отмеченные пики закрытия винокурен совпадают с изменениями в акцизной политики российского правительства: в период с 1860 по
1885 г. акцизная пошлина повышалась в 1864, 1869, 1873 и 1881 гг., а условия регламентации винокуренного производства претерпевали изменения
(крайне невыгодные для винокуров) в 1864, 1869, 1876 и 1879 гг. Эти шаги
правительства в сторону повышения доходности государственного бюджета от производства и продажи питей способствовали тому, что незначительные по размерам предприятия, возникшие после 1860 или 1864 г., оказывались убыточными. В условиях жесткой налоговой политики государства наиболее устойчивыми оказались винокуренные заводы, принадлежавшие крупным землевладельцам, т. е. именно размеры поместий, как показывают архивные материалы, оказывали значительное влияние на стабильность винокуренного производства. Хотя при этом нельзя не считаться
и с предприимчивостью самих помещиков – владельцев винокурен.
В целом только за первые два пореформенных десятилетия в винокуренном производстве попробовали свои силы около 80-и тверских помещиков. Самыми удачливыми из них были владельцы 17-ти винокурен,
которые в период с 1863 по 1885 гг. работали бесперебойно, из этих предприятий пять работали в дореформенное время.
Интересно выглядит расположение винокуренных предприятий по
уездам. Наибольшее число заводов в начале 1860-х гг. было в Новоторжском, Старицком и Зубцовском уездах (соответственно 8, 6 и 7). В 1864 г. в
других уездах было от 2 до 5 заводов. К 1870 г. количество винокурен в Новоторжском уезде сократилось до 6, в Зубцовском уезде закрылись все существовавшие предприятия, в Старицком уезде числилось уже 3 завода. В то
же время в Бежецком и Осташковском уездах количество винокуренных
предприятий увеличилось (соответственно 5 и 4). В остальных уездах губернии, за исключением Кашинского, в целом произошло сокращение числен– 159 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ного состава отрасли. К началу 1880-х гг. количество винокуренных заводов
в губернии заметно сократилось. В уездах существовало от 1 до 3 заводов:
по одному заводу было в Тверском, Новоторжском, Зубцовском и Калязинском уездах, по два завода в Вышневолоцком, Ржевском, Осташковском,
Корчевском, Кашинском, Бежецком и Весьегонском уездах, три предприятия было только в Старицком уезде. В последующее время по 2–3 завода
располагали Тверской, Вышневолоцкий, Старицкий, Бежецкий и Весьегонский уезды, что определяет их ведущее положение в местном винокурении.
В 1860-х – середине 1880-х гг. тверское винокурение продолжало оставаться дворянским. Это типично в свете того, что отрасли, связанные с переработкой сельскохозяйственных продуктов, являлись традиционно помещичьими33. Наиболее удачливыми хозяевами и винокурами в это и последующее время являлись А. П. Повало-Швейковский (Щербовский завод),
князья Мещерские (Лотошинский завод), Ф. Н. Лошаков (Глинкинский завод), генерал-лейтенант В. Ф. Ралль (Первитинский завод), Д. Х. Вейдеман
(Петровский завод), коллежский асессор Я. В. Колоколов (Гремучий завод),
барон Штемпель (Никольский и Пашковский заводы), подполковник Я. С.
Дирин (Яковлевский завод), семья генерал-лейтенанта Н. Я. Власова (Александровский завод), наследники гвардии-поручика Кисловского (Башвинский завод), гвардии-поручик Я. И. Лихачев (Юрьинский завод), потомственный почётный гражданин В. М. Зазыкин (Гадовский завод), жена капитан-лейтенанта А. И. Лосева владела Кузьминским и ранее Марьинским заводами, статский советник П. А. Глазенап (Павловский завод), отставной
поручик Л. А. Широбоков (Городищенский завод), подпоручик С. П. Уткин
владел Сиговским заводом, прусская подданная Софья Ран содержала Смородинский завод. Пореченский завод барона Корфа в это время находился в
аренде у Д. Х. Вейдемана, а Шошенский завод супруги майора Н. А. Толстого арендовал отставной поручик И. Х. Вейдеман. Щербовский, Шошенский,
Павловский, Городищенский, Сиговский, Яковлевский, Александровский,
Башвинский, Лотошинский, Глинкинский и Первитинский заводы работали
без перерывов с 1864 г. Их по праву можно считать старейшими винокурнями губернии. Юринский завод работал только до 1883 г. Пореченский,
Кузьминский, Пашковский, Гадовский и Смородинский заводы появились в
конце 70-х г. XIX в. С начала 1870-х г. работал также Осташковский завод,
но он был упразднён в 1889 г. По Гремучему заводу нет данных с 1885 г., по
всей вероятности, он уже не работал.
В начале 1860-х гг. многие тверские дворяне изъявили желание устроить в своих имениях винокуренные предприятия. В 1860 г. заявления на
открытие винокурен подали жена тайного советника Е. А. Толстая (с. Ельцы Вознесенское, Осташковский уезд), коллежский советник С. В. Мошков
(с. Вотчино, Новоторжский уезд), ротмистр А. Е. Римский-Корсаков
(с. Новоалексеевское, Ржевский уезд), штабс-капитан Н. Н. Трубников
(с. Толстиково, Тверской уезд), ржевские помещики поручик Есипов, стат33
Анфимов А. М. Крупное помещичье хозяйство Европейской России конца XIX –
начала XX века. М., 1969. С. 256.
– 160 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
ский советник Чаплин и подпоручик Мельгунов, штабс-капитан
М. И. Квашнин (с. Вселуки, Осташковский уезд)34. Таких прошений, очевидно, было много и многие из них были удовлетворены. В обозначении
заводов, появившихся в середине 60-х гг., мы встречаем названия упомянутых селений (Вознесенский, Новоалексеевский, Толстиковский, Вселужский винокуренные заводы). Все винокуренные заводы, построенные в губернии в начале 60-х гг. XIX в., находились в помещичьих имениях35.
В стремлении тверских дворян поднять доходность своих хозяйств
за счет винокуренного производства проявляется тенденция предшествующего – дореформенного – периода. В условиях разрушения традиционных для феодализма экономических отношений и революции цен, аграрное
предпринимательство, рационализация сельскохозяйственного производства стали для помещиков одним из путей поиска новых источников получения доходов. Материалы соседней с Тверской Ярославской губернии показывают, что в конце XVIII – первой половине XIX вв. помещики стремились изыскивать средства к повышению доходности своих имений в животноводстве (особенно во второй четверти XIX в.) и в организации промышленного и промыслового предпринимательства, где эксплуатировались промысловые навыки крестьян. Парусинно-полотняные, суконные,
писчебумажные и отчасти текстильные мануфактуры являлись отраслями
помещичьего предпринимательства. В других отраслях промышленного
производства (шелковой, хлопчатобумажной) и мелкотоварных промыслах
(кожевенных, солодовенных, меднолитейных и других производствах) решительное преобладание получило купечество36.
Владельцами винокурен в Тверской губернии в 60-е – 80-е гг. XIX в.
являлись в основном отставные военные (61,5% от предприятий, в отношении
владельцев которых есть точные сведения)37. Винокурни содержали также
землевладельцы (29,5%) и чиновники (9%). Для Тверской губернии это выглядит типичным в свете того, что в 1799–1803 гг. в губернии из 28 поставщиков вина 18 были военными38, 6 человек находились на статской службе, винными поставками занимались 4 женщины39. Вероятно, занятие винокурением
34
ГАТО. Ф. 819. Оп. 1. Д. 2310. Л. 10–11.
Отчёт начальника Тверской губернии за 1863 год. Б/м, б/д. Л. 30–35 об.
36
Сизова О. В. К вопросу об аграрном и промышленном предпринимательстве российских дворян в конце XVIII - первой половине XIX вв. // Дискуссионные проблемы
отечественной истории. Арзамас, 1995. С. 118–119.
37
Всего в это время зафиксировано 70 предприятий, в отношении 44 имеются точные сведения о владельцах.
38
ГАТО. Ф. 57. Оп. 1. Д. 112. Л. 1–26. Поставщиками вина были: майорша Мария
Семарина, поручик Михаил Лукошин, бригадир Илья Шепелев, гвардии капитан Иван
Власов, гвардии прапорщик Василий Богданович, капитаны Дмитрий и Михаил Рудаковы, поручик Федор Кисловский, премьер-майор Павел Корбанов, подполковница
Екатерина Кожина, поручик Дмитрий Ловейко, прапорщики Николай и Иван Нахивовы, майор Петр Корбутовский, корнет Иван Пенкин, отставной гвардии поручик
Дмитрий Мажиров и капитан Алексей Мажиров, поручик Николай Мергелов.
39
Там же. Коллежский асессор Илья Лодыженский, статский советник Татищев,
тайный советник Матвей Стиргустов, действительный камергер князь Шаховский, ти35
– 161 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
отставными военными было обусловлено образом жизни этих представителей
благородного сословия. Отставка часто означала отход от служебной деятельности, поэтому для этих помещиков важны были именно неслужебные источники дохода. Их они находили в хозяйстве своих поместий.
Масштабы участия тверских дворян в винокурении нельзя переоценивать. А. П. Корелин отмечает, что отмена крепостного права и быстрое
развитие капитализма предоставили помещикам возможность получения
внеземледельческих и внеслужебных доходов40. Однако лишь немногие
тверские дворяне ей воспользовались. По данным на 1876 г. в губернии
было 2480 помещичьих хозяйств. Из них только в 1320 имениях имелся
скот, и велось самостоятельное хозяйство. Остальные помещики получали
доходы только от отдачи выгонных, сенокосных и пахотных земель в аренду41. Процент хозяйств, в которых развивалось винокурение, в этот период
оказывается крайне низким. По данным отчёта губернатора, в 1876 г. существовало 27 винокуренных заводов42, т. е. 2 % от числа помещичьих хозяйств, в которых велось самостоятельное хозяйство.
Во второй половине 1880-х и на протяжении 1890-х гг. тверское винокурение по-прежнему было представлено помещичьими предприятиями.
Купцы винокурен не строили. Исключение составлял Ново-Екатерининский
завод купчихи Е. Д. Поярковой. В середине 1870-х – первой половине 1880-х
гг. представители купеческого сословия арендовали винокуренные заводы у
разорившихся помещиков. Так, в 1881 г. из 19 предприятий в ведении помещиков было 15, 4 находились в аренде отдельно от имений. И только Кузьминский завод Н. А. Толстой, видимо, вместе с имением арендовал купец
Сысоев. В 1882 г. все действовавшие 19 заводов находились в управлении
помещиков, а в 1883 г. из 19 винокурен 2 были в аренде. В 1884 г. Кузьминский завод находился в аренде уже у купца М. П. Карпова.
В середине и конце 1880-х гг. появились новые винокуренные предприятия – купеческие Весьегонский (владелец – Е. А. Галунова) и Бежецкий (братья Коровкины) и дворянский Воздвиженский завод (им владела
Н. Ф. Зворыкина). Значительная часть дворянских предприятий до середины 80-х гг. XIX в. перестала существовать. Многие винокуренные предприятия, которые постоянно работали на протяжении второй половины
XIX в., существовали и ранее. Это наталкивает на мысль о том, что тип винокура-предпринимателя и особый тип хозяйства начали складываться в
Тверской губернии еще в первой половине XIX столетия. Высказанная
мысль подтверждается сведениями о том, что еще в 30-е гг. XIX столетия
тулярный советник Степан Фигалов, действительный камергер Петр КвашнинСамарин с супругой Настасьей Петровной; действительная статская советница Полторацкая, статская советница Аграфена Татищева, вдова коллежского асессора Мария
Харитонова и надворная советница Федосья Сопина.
40
Корелин А. П. Дворянство в пореформенной России. 1861–1904 гг. М.. 1979. С. 106.
41
Обзор Тверской губернии за 1876 год. Тверь, 1877. Л. 2.
42
По данным акцизного управления – 26 заводов.
– 162 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
многие помещики становились акционерами или превращались в профессиональных предпринимателей, особенно в сфере винокурения43.
Таким образом, обозначим ещё раз определяемое по источникам
разного происхождения число тверских винокуренных предприятий: конец
XVIII в. – 32, середина XIX в. – 9–18, вторая половина XIX в. (суммарно) –
80, начало XX в. – 23. Эти цифры значительно отличаются от собранных
К. И. Юрчук, и причина такого расхождения – в источниковой базе. Отметим ещё раз, что в винокуренной отрасли Тверской губернии широкое распространение получили заводы, действовавшие очень непродолжительное
время (так, только по данным на период с 1865 по 1885: от 1 года до 10 лет
– 40 заводов, 11–20 лет – 11,), и лишь немногие предприятия действовали
более продолжительные сроки (за указанный период заводов работавших
более 20 лет – 14, некоторые из них существовали в конце XVIII в.). Это
обстоятельство может серьёзно влиять на подсчёт количества заводов, но
его следует учитывать в виду того, что опубликованные статистические
сведения таких данных не содержат. Кроме того эта статистика даёт ценнейший материал для характеристики помещичьего хозяйства, в котором
по преимуществу (ещё со времени Екатерины II) получило распространение винокуренное производства, с одной стороны, с другой – для изучения
способов хозяйствования помещиков. В этом плане по материалам Тверской губернии можно с уверенностью говорить, что наиболее удачливыми
винокурами были помещики, владевшие крупными поместьями, с одной
стороны, с другой – сумевшие ещё до отмены крепостного права встать на
новые «хозяйственные рельсы».
Список литературы:
1. Анфимов А. М. Крупное помещичье хозяйство Европейской России конца XIX – начала XX века. М., 1969.
2. Богданов С. В. Тверские винокуры (вторая половина XIX) // Провинциальные дворянские усадьбы: прошлое, настоящее и будущее: сб. ст.
Тверь, 2010.
3. Воробьев Н. Я. Очерки по истории промышленной статистики в дореволюционной России и в СССР. М., 1961.
4. Кахк Ю. Ю. Винокуренные промыслы помещиков Эстляндской губернии
в первой половине XIX в. // Ежегодник по аграрной истории Восточной
Европы. 1968 г. Л., 1972.
5. Корелин А. П. Дворянство в пореформенной России. 1861–1904 гг.
М., 1979.
6. Сизова О. В. К вопросу об аграрном и промышленном предпринимательстве российских дворян в конце XVIII – первой половине XIX вв. // Дискуссионные проблемы отечественной истории. Арзамас, 1995.
43
Кахк Ю. Ю. Указ. соч. С. 209.
– 163 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
REVIEW: HOW WAS DISTILLERY IN THE TVER PROVINCE IN
XVIII, XIX AND EARLY XX CENTURY? (ABOUT THE BOOK K. I.
YURCHUK «LISTS DISTILLERIES RUSSIA XVIII-XIX CENTURIES» /
ED. OF YU. YU. IERUSALIMSKII. JAROSLAVL:” ESHCHE NE
POZDNO!”», 2010. – 284 S.)
S. V. Bogdanov
Tver State University, the Dept. of Russian history
Presented data on the number of distilling enterprises in the Tver province in
the late XVIII – early XX century. and contested Sweda of contained in the
book K. I. Yurchuk «Lists distilleries Russia XVIII–XIX centuries». On the
basis of archival documents show that the published statistical information,
particularly in the «Pamyatnye knizhki» contain inaccurate data, in connection
with which this kind of sources can not be used to compile accurate lists of
distilleries and other businesses.
Keywords: distilling industry, distillery, Tver Province, statistics, excise
duties, «Pamyatnaya knizhka», «Obzor Tverskoi gubernii», K. I. Yurchuk.
Об авторе:
БОГДАНОВ Сергей Владимирович – Тверской государственый
университет, кафедра отечественной истории, кандидат исторических наук, e-mail: serg_bogdanov@mail.ru
About the authors:
BOGDANOV Sergei Vladimirovich – the Candidate of Historical
Sciences, Associate Professor, the Tver State University, the Dept. of Russian
history
(170100,
Tver,
Trekhsvyatsky
str.,
16/31),
e-mail:
serg_bogdanov@mail.ru
References
Anfimov A. M. Krupnoe pomeshchich'e khozyaistvo Evropeiskoi Rossii kontsa
XIX – nachala XX veka. M., 1969.
Bogdanov S. V. Tverskie vinokury (vtoraya polovina XIX) // Provintsial'nye
dvoryanskie usad'by: proshloe, nastoyashchee i budushchee: sb. st. Tver',
2010.
Vorob'ev N. Ya. Ocherki po istorii promyshlennoi statistiki v dorevolyutsionnoi
Rossii i v SSSR. M., 1961.
Kakhk Yu. Yu. Vinokurennye promysly pomeshchikov Estlyandskoi gubernii v
pervoi polo-vine XIX v. // Ezhegodnik po agrarnoi istorii Vostochnoi
Evropy. 1968 g. L., 1972.
Korelin A. P. Dvoryanstvo v poreformennoi Rossii. 1861–1904 gg. M.. 1979.
Sizova O. V. K voprosu ob agrarnom i promyshlennom predprinimatel'stve
rossiiskikh dvoryan v kontse XVIII –pervoi polovine XIX vv. //
Diskussionnye problemy otechestven-noi istorii. Arzamas, 1995.
Yurchuk K. I. Spiski vinokurennykh zavodov Rossii XVIII–XIX vv. Yaroslavl',
2010.
Статья поступила в редакцию 19.05.2013
– 164 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
CONTENTS
HISTORY OF RUSSIA
S. V. Bogdanov On the formation of the composition of bailsman in the testament of Grand Duke Vasily I
O. V. Dauengauer Governmental organizations and agronomic assistance to
peasant farming in the period agrarian reform of P. A. Stolypin (on the
material of the Tver province)
L. A. Bolokina Social and economic development of Kalinin region in late 1930s
(following the records of party conferences)
ARCHAEOLOGY. ETHNOGRAPHY. HISTORICAL GEOGRAPHY
A. A. Frolov New data about historical geography of Rzheva Volodimerova
lands
PAGE OF THE POST-GRADUATE STUDENT
V. A. Gryanik Coup D'etat 1929 in the Kingdom of Serbs, Croats and Slovenes
THE REPORTS
P. D. Malygin Writters books have of Torzhok and Tver 1620s (some
opportunities and challenges of comparative historical and
retrospective methods of investigation topography medieval town)
A. V. Matison Tver Morev's Genealogy and Bishop Amvrosy (Morev)
I. V. Sinova The gender analysis of deviant behavior adolescents at the turn of
the centur XIX–XX
N. I. Ivanova The country's history – History of Family Clan – Family history
TO THE ANNIVERSARY OF THE SCIENTIST
I. G. Vorob'eva Alexander Nikolaevich Savin and his pupils in the TVER: to the
140th anniversary of his birth
CRITICISM. THE BIBLIOGRAPHY. SCIENTIFIC LIFE
S. V. Bogdanov Review: How was distillery in the Tver province in XVIII, XIX
and early XX century? (About the book K. I. Yurchuk «Lists distilleries
Russia XVIII–XIX centuries» / Ed. of Yu. Yu. Ierusalimskii. Jaroslavl:
«Eshche ne pozdno!», 2010. – 284 S.)
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
Тверского государственного
университета
Серия: История
СВЕДЕНИЯ ДЛЯ АВТОРОВ
Адрес редакции: 170001, Тверь, ул. Трехсвятская, д. 16/31, каб. 201.
Телефон/факс: (4822) 34–16–85 (Отв. редактор).
Е-mail: history.decanat@tversu.ru
на диссертации, так как они являются рукописями.
Статьи и сообщения высылаются по
почте заказным письмом главному редактору (Леонтьевой Татьяне Геннадьевне)
или ответственному секретарю журнала
(Богданову Сергею Владимировичу) по
адресу: 170021, Тверь, ул. Трёхсвятская,
д. 16/31, каб. 201 или доставляются лично
автором по указанному адресу. По электронной почте тексты не принимаются.
Вместе с распечатанным вариантом
(межстрочный интервал – полуторный,
шрифт – Times New Roman Cyr, 14 кегль,
сноски постраничные, нумерация сносок
сквозная) представляется электронная
версия на СD дисках. В отдельных файлах должны содержаться: статья, резюме,
сведения об авторе (авторах). Сведения
об авторах статьи включают в себя: фамилию, имя и отчество полностью, учёное звание, степень, должность, место работы (полное название), почтовый адрес
места работы с индексом, номера контактных телефонов (с кодом города) и адрес электронной почты. Сведения об авторах указываются на русском и английском языках.
Рукопись должна представлять собой
готовый оригинал-макет на одной стороне чистой белой бумаги формата А4. Рукопись статьи сопровождают: фамилия,
имя, отчество автора(ов), указанные полностью, название статьи, аннотация (0,5
стр.) предложений, раскрывающих замысел статьи) и ключевые слова (до 10
слов или словосочетаний) на русском и
английском языках (прилагаются на отдельной странице и отдельным файлом).
Английский вариант должен быть идентичен русскому.
Журнал «Вестник Тверского университета. Серия История» является научно-теоретическим журналом, представляющим широкий спектр проблем всеобщей и отечественной истории, историографии, источниковедения, археологии, вспомогательных исторических дисциплин. Выходит с 2007 г. по 4 номера в
год. Журнал учреждён Тверским государственным университетом и является подписным периодическим научным изданием. В нём публикуются статьи, подготовленные преподавателями и сотрудниками
исторического Тверского государственного университета, а также учёными из
других научных и образовательных учреждений России, ближнего и дальнего
зарубежья.
Авторы несут персональную ответственность за содержание, научную ценность и новизну статей, представленных к
публикации.
Журнал зарегистрирован в Международном центре ISSN в Париже (19985037), что обеспечивает информацию о
нём в соответствующих международных
реферативных изданиях.
Требования к оформлению, содержанию и доставке текстов в редакцию
К публикации принимаются статьи
кандидатов и докторов наук объёмом до 1
п. л. (40 тыс. зн. с пробелами), статьи
докторантов, аспирантов и соискателей
объёмом от 0,5 п. л.; сообщения (краткая
информация о научной проблеме, научной жизни факультета, заметки о достижениях отдельных учёных или юбилейных датах) в объёме от 0,2 до 0,4 п. л.;
рецензии (до 0,3 п.л.).
В статье допускаются ссылки на авторефераты диссертационных работ, но не
.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Статья должна сопровождаться списком цитированной литературы на русском языке и в транслитерации.
Требования к оформлению приложений к тексту статьи
1. Фамилии авторов
Фамилии авторов статей представляются в одной из принятых международных систем транслитерации для авторов.
На сайте http://translit.ru/ можно бесплатно воспользоваться программой транслитерации русского текста в латиницу (в
окне «Выбор варианта» следует выбирать вариант BSI).
Чтобы избежать дублирования профилей в БД Scopus авторам важно:
1) придерживаться одной системы
транслитерации для всех своих публикаций;
2) придерживаться указания одного
места работы, так как данные о принадлежности организации (аффилировании) являются одним из основных определяющих признаков для идентификации автора. Отсутствие данных об аффилировании ведёт к потере статей в
профиле автора, а указание на различные
места работы ведёт к созданию дублей
профилей.
2. Название организации и ведомства
Название организации в Scopus используется для идентификации авторов,
для создания их профилей и профилей
организаций. Данные о публикациях авторов, связанных с конкретными организациями, используются для получения
полной информации о научной деятельности организаций (и в целом страны).
Во избежание создания дублирующих
профилей организации в статьях необходимо употреблять официальное (общепринятое) без сокращений названия
организации на английском языке, что
позволит более точно идентифицировать
принадлежность авторов и предотвратит
потери статей в системе анализа. Узнать
правильное англоязычное название вузов
и многих других организаций можно на
их официальном сайте. Исключение составляют не переводимые на английский
язык наименований фирм, которые даются в транслитерированном варианте.
Использование перед основным названием дополнительных данных («Учреждение Российской академии наук…»,
«ФГБОУ ВПО» и т. п.) является лишним
– это только затрудняет идентификацию
организации.
3. Заглавие статей на английском
языке
– заглавия научных статей должны
быть информативными (Web of Science
это требование рассматривает в экспертной системе как одно из основных);
– в заглавиях статей можно использовать только общепринятые сокращения;
– в переводе заглавий статей на английский язык не должно быть никаких
транслитераций с русского языка, кроме
непереводимых названий собственных
имен, приборов и др. объектов, имеющих собственные названия; также не используется непереводимый сленг, известный только русскоговорящим специалистам. Это также касается авторских резюме (аннотаций) и ключевых
слов.
4. Авторские резюме (аннотации) на
английском языке
Авторское резюме призвано выполнять функцию независимого от статьи
источника информации, должно излагать
существенные факты работы, и не должно преувеличивать или содержать материал, который отсутствует в основной
части публикации.
Аннотации должны быть:
 информативными (не содержать общих
слов);
 оригинальными (не быть калькой оригинальной аннотации);
 содержательными (отражать основное
содержание статьи и результаты исследований);
 структурированными (следовать логике
описания результатов в статье);
 «англоязычными» (написаны качественным английским языком);
 компактными (укладываться в объем от
100 до 250 слов).
– 167 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия «История». 2013. Выпуск 3
Аннотации должны быть написаны качественным английским языком.
Текст должен быть связным с использованием слов «следовательно», «более того», «например», «в результате» и т.д.
(«consequently»,
«moreover»,
«for
example»,» the benefits of this study», «as
a result» etc.), либо разрозненные излагаемые положения должны логично вытекать один из другого. Необходимо использовать активный, а не пассивный залог, т.е. «The study tested», но не «It was
tested in this study» (частая ошибка российских аннотаций).
Авторское резюме должно включать
цель работы в сжатой форме. Предыстория
(история вопроса) может быть приведена
только в том случае, если она связана контекстом с целью. В тексте реферата следует применять терминологию, характерную
для иностранных специальных текстов,
избегать употребления терминов, являющихся прямой калькой русскоязычных
терминов. В тексте реферата не должны
повторяться сведения, содержащиеся в заглавии статьи. Следует избегать лишних
вводных фраз.
Аннотации российских авторов, как
правило, представляют прямой перевод
русскоязычного варианта, изобилуют
общими словами, не способствующими
раскрытию содержания статьи, часто по
объему не превышают 3-5 строк. При
переводе не используется англоязычная
специальная терминология, что затрудняет понимание текста зарубежными
специалистами. В зарубежной БД такое
представление содержания статьи недопустимо.
Одним из проверенных вариантов
аннотации является краткое повторение в ней структуры статьи, включающей введение, цели и задачи, методы, результаты, заключение.
В качестве помощи для написания
англоязычных аннотаций (рефератов)
можно рекомендовать обратиться к российскому ГОСТу 7.9-95 «Реферат и аннотация. Общие требования», который
был разработан, в основном, для информационных изданий и к «Рекомендациям
к написанию аннотаций для англоязыч-
ных статей, подаваемых в журналы издательства Emerald» (Великобритания):
(http://www.emeraldinsight.com/authors/gu
ides/write/abstracts.htm).
5. Пристатейные списки литературы
Список литературы для Scopus приводится полностью отдельным блоком
(«References»), при этом русскоязычные
ссылки даются в транслитерированном
виде, иностранные источники приводятся без изменений. Если список литературы состоит только из англоязычных источников, то блок References может отсутствовать.
Правильное описание используемых
источников в списках литературы является залогом того, что цитируемая публикация будет учтена при оценке научной деятельности её авторов, а также организации, региона, страны. По цитированию журнала определяется его научный уровень, авторитетность, эффективность деятельности его редакционного
совета и т. д.
В транслитерированных ссылках недопустимо использовать разделительные
знаки российских ГОСТов (//, – и т. п.).
Наиболее значимыми составляющими в библиографических ссылках являются 1) фамилии авторов, 2) названия
журналов,
книг,
конференций,
3) выходные данные. Для того, чтобы
все авторы публикации были учтены в
системе, необходимо при транслитерации в описание ссылки вносить всех
авторов.
Название, независимо от того, журнал это, монография, сборник статей или
название конференции, выделяется курсивом.
Заглавия статей, диссертаций, частей
книг (глав, статей хрестоматий и т. п.)
дают дополнительную информацию и в
аналитической системе Scopus не используются. В зарубежной БД простая
транслитерация данных элементов ссылки без их перевода на английский язык
не имеет смысла, и поэтому они, как
правило, опускаются, либо даются совместно с переводом.
– 168 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Другие требования к предоставляемым
материалам
К предлагаемым для публикации в
«Вестнике ТвГУ» статьям прилагается
рецензия научного руководителя (консультанта) и рекомендация кафедры, где
выполнена работа (подпись заверена, печать)
или
внешнего
оппонентаспециалиста. Отзыв заверяется в организации, где работает рецензент. В рецензии раскрывается и конкретизируется исследовательская новизна, научная логика,
отмечается научная и практическая значимость статьи, указывается на соответствие её оформления требованиям «Вестника ТвГУ». Замечания и предложения
рецензента, если они носят частный характер, при общей положительной оценке
статьи и рекомендации к печати не являются препятствием для её публикации после
доработки.
Основные разделы статьи: введение,
содержащее историографию и источниковедческий анализ проблемы, основная
часть, заключение (выводы), в котором указаны новые результаты и их теоретическое
или практическое значение; список литературы.
За ошибки и неточности научного и фактического характера, перевод аннотации ответственность несёт автор (авторы) статьи.
Пристраничные сноски должны
быть оформлены в соответствии с правилами, принятыми в журнале «Вестник
ТвГУ. Сер.: История»: в сноске указываются выходные данные, достаточные для
библиографического поиска, при этом
должны быть соблюдены правила библиографических сокращений (сб. ст., Мат.
конф., дисс. … канд. ист. наук и т. д.),
фамилия и инициалы авторов выделяются
курсивом, ссылка на архивные фонды
первично оформляется с полным названием архивного учреждения, затем даётся
только аббревиатура.
Иллюстрации
Рисунки выполняются в графическом
редакторе и предоставляются в редакцию
отдельным файлом. Рисунки к статье
должны иметь расширение *.jpg и чёткую
легенду.
За оформление имеющихся в статье
графических материалов (графики, диаграммы) ответственность несёт автор. При
вёрстке журнала они не редактируются.
Порядок рецензирования рукописей
Поступившей в редакцию рукописи
присваивается регистрационный номер, о
чём редакция информирует авторов по
электронной почте. Рукописи, оформленные с нарушением правил для авторов, не
рассматриваются. Представление в редакцию ранее опубликованных статей
не допускается.
По получении статьи от автора редакция направляет её на рецензирование двум
рецензентам, которые выносят заключение
о возможности публикации статьи. На основании экспертного заключения редколлегия принимает текст к публикации, либо
направляет на доработку.
Редакция не берёт на себя обязательства по срокам публикации и оставляет за
собой право редактирования, сокращения
публикуемых материалов и адаптации их
к рубрикам журнала. Корректура автору
не предоставляется. Редакция по электронной почте сообщает автору результаты рецензирования.
Если статья отклонена, то автору сообщается мотивированное заключение
рецензента. После переработки автором
материалы вновь рассматривает рецензент, после чего принимается решение о
направлении в печать.
Плата с аспирантов за публикацию
рукописей не взимается.
Полнотекстовые сетевые версии выпусков научного журнала «Вестник Тверского университета. Серия История» можно
найти в свободном доступе в Научной
Электронной Библиотеке ТвГУ на сайте:
http://eprints.tversu/ru и на сайте исторического факультета: http://history.tversu.ru
– 169 –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник Тверского государственного университета. № 22, 2013
Серия: «История». 2013. Выпуск 3.
Подписка по России ООО «МАП» – 80208
Цена свободная
Главный редактор А. В. Белоцерковский.
Технические редакторы А. В. Жильцов, С. В. Богданов
Подписано в печать 30.10.2013. Выход в свет 13.11.2013.
Формат 70 х 108 1/16. Бумага типографская № 1.
Печать офсетная. Усл. печ. л. 14,9.
Тираж 500 экз. Заказ № 419.
Тверской государственный университет.
Редакционно-издательское управление.
Адрес: Россия, 170100, г. Тверь, Студенческий пер., д.12.
Тел. РИУ: (4822) 35-60-63.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа