close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

1619.Гендерные основы социально-психологических отношений

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Министерство образования и науки Российской Федерации
Федеральное агентство по образованию
Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова
Гендерные основы
социально-психологических
отношений
Учебное пособие
Рекомендовано
Научно-методическим советом университета
для студентов специальности Психология
Ярославль 2006
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
УДК 316.6
ББК Ю 35я73
П 16
Рекомендовано
Редакционно-издательским советом университета
в качестве учебного издания. План 2006 года
Рецензенты:
директор Центра психолого-медико-социального сопровождения
«Доверие» г. Ярославля, кандидат психологических наук В.А. Шелкова;
кафедра педагогической психологии Ярославского государственного
педагогического университета им. К.Д. Ушинского
П 16
Панкратова, Т.М. Гендерные основы социально-психологических
отношений : учеб. лособие / Т.М. Панкратова ; Яросл. гос. ун-т. – Ярославль : ЯрГУ, 2006. – 144 с.
ISBN 5-8397-0456-3
Учебное пособие «Гендерные основы социально-психологических
отношений» посвящено актуальной теме социальной психологии – анализу психологических особенностей гендерных отношений и взаимодействий. В нем представлены основные методологические подходы к исследованию гендерных явлений, понятия и положения гендерной теории. В
работе обсуждаются социально-психологические механизмы гендерной
социализации личности, раскрывается понятие гендерной социализации
личности, обозначается роль семьи и образовательных учреждений в развитии гендерных моделей поведения. Содержатся современные методики
диагностики гендерных стилей руководства, гендерных ценностей и потенциалов личности в различных сферах жизнедеятельности.
Учебное пособие предназначено для студентов, обучающихся по
специальности 020400 Психология (дисциплина «Гендерные аспекты социально-психологичексих исследований», блок ДС), очной формы обучения.
УДК 316.6
ББК Ю 35я73
ISBN 5-8397-0456-3
© Ярославский государственный
университет, 2006
© Т.М. Панкратова, 2006
2
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Оглавление
Введение................................................................................................ 5
Глава 1. Теоретический анализ гендерных аспектов
межгрупповых отношений и взаимодействий .................. 7
1.1. Основные теоретические подходы к гендерным исследованиям
в зарубежной науке ..................................................................... 13
1.1.1. Особенности процесса формирования гендерных
установок .......................................................................... 13
1.1.2. Взаимоотношения между полами как предмет анализа
межгрупповых отношений и взаимодействий .............. 21
1.2. Изучение гендерных отношений и взаимодействий
в отечественной психологии ...................................................... 35
1.2.1. Факторы детерминации межгруппового восприятия
и взаимодействия ............................................................. 36
1.2.2. О взаимосвязи гендерных установок с поведением
мужчин и женщин........................................................... 44
Глава 2. Эмпирическое изучение взаимосвязи гендерных
характеристик личности с некоторыми особенностями
межгруппового восприятия и взаимодействий............... 53
2.1. Гендерные установки и некоторые особенности
восприятия внутрисемейных отношений ................................. 54
2.2. Влияние полового состава групп на оценку результатов
их деятельности .......................................................................... 64
2.3. Эмпирическое изучение взаимосвязи гендерных установок
со стратегиями поведения в конфликте. .................................. 72
2.4. Применение гендерного подхода в обучении
старшеклассников на примере содействия
их полоролевому самоопределению. ........................................... 99
2.4.1. Некоторые особенности оказания социальнопсихологического содействия процессу полоролевого
самоопределения в юношеском возрасте .................... 100
3
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2.4.2. Программа содействия полоролевому
самоопределению старшеклассников “Я В МИРЕ
ЦЕННОСТЕЙ” для учащихся старших классов
образовательных учреждений ...................................... 104
Глава 3. Диагностика гендерных стилей руководства,
ценностей и потенциалов личности. ............................... 109
3.1. Методика гендерной самооценки лидерского стиля
(Р.Бейлз – К.Шнейдер в модификации Т.В. Бендас). .............. 109
3.2. Диагностика гендерных стилей руководства
(А. Кэнн и Л. Зигфрид в модификации Т.В. Бендас) ............... 111
3.3. Интегральная самооценка гендерных потенциалов
жизнедеятельности личности (мофикация Н.П. Фетискина).
..................................................................................................... 114
3.4. Диагностика личностной ресурсности
(Н.Е. Водопьянов, М.В. Штейн). ............................................. 118
3.5. Гендерная самооценка эмоционального дискомфорта. ......... 122
Заключение ...................................................................................... 125
Литература ....................................................................................... 127
Приложения ..................................................................................... 140
4
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Введение
О
бщественные перемены последних лет в России привели к
необходимости нового осмысления проблемы отношений
между мужчиной и женщиной как субъектами социальной
деятельности. Отношения между полами, рассматриваемые
как один из уровней межгрупповых отношений, находят свое выражение в политической, экономической, культурной жизни общества, во
многом определяя его настоящее состояние и перспективы.
С развитием рыночных отношений в нашей стране наметилась тенденция особой активизации женщин как субъектов социальной деятельности: много женщин занято в предпринимательстве, отмечается
их стремление участвовать в государственном управлении, женщины
не уступают мужчинам по уровню реализации своих возможностей в
области образования, науки, культуры. В то же время исследования в
области социологии [60] показывают, что продолжает увеличиваться
гендерная асимметрия, выражающаяся в отстранении женщин от процессов государственного управления, в феминизации безработицы,
“двойной занятости женщин”, наличии существенной разницы в оплате
труда женщин и мужчин. Кроме того, внимание общественности привлекает проблема особой формы насилия против женщин – домашнего
насилия, вызванного экономическим неравенством полов, склонностью
разрешать конфликты при помощи физической силы, властью и решающим голосом мужчины в большинстве семей [105].
Нарастают негативные тенденции в развитии демографической ситуации в России: по данным Федеральной целевой программы “Молодежь России. 2001 – 2005 годы” в стране родилось почти на 6 млн. детей меньше, чем за предыдущие 10 лет; численность 15 – 29-летних жителей в России уменьшилась почти на 1 млн. человек, а количество
молодых людей в возрасте до 16 лет сократилось на 3 млн. человек; до
70% разводов приходится на молодые семьи; наблюдается рост социального сиротства – отсутствия родительского попечения над ребёнком
при живых родителях. Анализ показателей смертности и рождаемости,
естественного прироста населения, соотношения браков и разводов в
Ярославской области показывает, что демографическая ситуация в области не только остается неблагоприятной, но и имеет тенденцию к
ухудшению: население “стареет” и сокращается, рождаемость “падает”,
молодые семьи крайне неустойчивы и около 50% их распадается [166].
5
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В сложившейся ситуации социально-психологический анализ гендерных отношений является необходимым основанием для эффективной деятельности в области разрешения многих социальных проблем.
Данная работа является попыткой анализа существующих теоретических подходов к проблеме гендерных отношений и взаимодействий, к
проблеме связанных с ними гендерных установок, особенностям их
формирования и коррекции. В ней обсуждаются социально-психологические механизмы гендерной социализации личности, раскрывается
понятие гендерной социализации личности, обозначается роль семьи и
образовательных учреждений в развитии гендерных моделей поведения.
В первой главе пособия раскрываются психологические особенности формирования гендерных установок, их связь с поведением мужчин
и женщин; проведен сравнительный анализ основных теоретических
подходов к гендерным исследованиям в отечественной и зарубежной
науке.
Во второй главе представлены результаты эмпирических исследований автора, направленных на изучение восприятия молодежью внутрисемейных отношений, на ее отношение к браку, а также результаты исследования, посвященного изучению влияния полового состава групп на
оценку результатов их деятельности. Представленные исследования могут быть полезны студентам для обучения планированию и проведению
эмпирического исследования.
Вторая глава пособия включает в себя описание условий и методов
оказания социально-психологического содействия процессу полоролевого самоопределения юношей и девушек, апробированную авторскую
программу для общеобразовательных учреждений «Я в мире ценностей». Представленная программа, на наш взгляд, может быть полезна с
методической точки зрения для студентов, а также для школьных психологов и педагогов.
Особое место в работе занимают вопросы, связанные с методическим инструментарием, позволяющим исследовать психологические
особенности развития и поведения мужчин и женщин. Третья глава
учебного пособия содержит современные методики диагностики гендерных стилей руководства, гендерных ценностей и потенциалов личности в различных сферах жизнедеятельности.
6
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Глава 1
Теоретический анализ гендерных аспектов
межгрупповых отношений и взаимодействий
И
дея социального равенства полов, нашедшая свое подтверждение в Конституции Российской Федерации и в
ратифицированной нашей страной Конвенции ООН
1979 года о ликвидации всех форм дискриминаций в отношении
женщин, заставила большое количество исследователей (большинство из них – женщины) включиться в борьбу за свои права за снятие ограничений свободы жизненного выбора женщин [168].
Ряд авторов считают, что в современном обществе продолжает
существовать социально-экономическое и правовое неравенство
между женщинами и мужчинами, выдвигаются требования абсолютного равенства и полной симметрии в отношениях между полами. Для доказательства правоты своих взглядов авторами используются обращения к биологическим, психологическим и социологическим факторам и закономерностям. Нам представляется
справедливым подход Т.В. Виноградовой и В.В. Семёнова, которые отмечают, что для объяснения различий между мужчинами и
женщинами недостаточно использовать анализ только биологических причин, например строение мозга или наличие разных гормонов [36]. Для того чтобы объяснить несоответствие между школьными успехами девочек и их достижениями в зрелом возрасте, по
мнению этих авторов, “необходимы многофакторные модели, которые учитывали бы биологические и психологические особенности женщин, а также социальные детерминанты, влияние семьи,
школы, стереотипов половых ролей” [там же, с. 70].
На наш взгляд, ни биологический, ни психологический, ни социологический редукционизм не является убедительной методологической платформой для научного анализа закономерностей, связанных с гендерным восприятием и взаимодействием. Мы разделяем мнение В.С. Агеева о том, что “сложившиеся отношения между
полами должны быть поняты одновременно и как следствие поло7
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вого диморфизма, и как следствие психологических различий, и
как следствие социальных и культурно-исторических факторов” [7,
с. 188].
Поэтому совершенно неслучайно появление в академической
науке гендерного анализа, затрагивающего проблемы социальных
полов с точки зрения биологических, психологических, демографических, культурно-исторических аспектов. В отличие от западной гуманитарной науки, где ученые не одно десятилетие проводят
исследования социального пола, в нашей стране гендерный подход
все еще не получил достаточного развития. Долгое время считалось, что в нашем обществе отсутствуют веские основания для
возникновения гендерного подхода, однако с течением времени
стало все более очевидно, что ряд принципиально новых проблем,
которые возникли в общецивилизационных процессах, тесно связаны с социополовой проблематикой. Сюда относится проблема
андроцентризма всей современной культуры, о которой говорят
О. Воронина и Т. Клименкова, имея в виду «глобальную тенденцию строить мир на “мужскую руку”» [39, с. 10], в котором ориентация на человека оказывается менее значимой, чем ориентация на
“дело”. Важнейшей является и проблема гендерного характера социализации, в частности механизмов формирования системы гендерных ролей и стереотипов, а также их функционирования на социокультурном уровне.
В целом причины возникновения гендерных исследований лежат в нескольких областях.
Во-первых, к концепции социального пола исследователи
пришли из-за невозможности вне ее разделить в человеке две составляющие – социальную и биологическую. Понимание того, что
социальный пол представляет собой социальный конструкт, расширяет возможности анализа социального начала в человеке. Индивидуумы рассматриваются в качестве социальных женщин и социальных мужчин, которым приписывается выполнение определенных ролей, понимаемых конкретным обществом как “мужских”
или “женских”. Вопрос о том, в какой степени “назначенные” роли
и качества индивидуумов являются “мужскими” и “женскими” и
определяются социумом (а не биологически детерминируются),
рассматривает концепция социального пола [199].
8
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Во-вторых, гендерные исследования возникли в ответ на попытки найти разрешение социально-экономического противоречия
относительно комбинирования населением производственных и
семейных ролей, объяснить механизм данного противоречия и
проанализировать степени участия женщин и мужчин в процессе
разрешения данного противоречия.
В-третьих, понимание отрицательного воздействия протекционистской социально-демографической политики в положении
женщин привело к необходимости создания политики нового типа.
Женщина, воспринимаемая как своеобразный “социальный инвалид”, требует защитных мер и всевозможных льгот, не может претендовать на равноправное участие в общественной жизни и заранее воспринимается как менее способный индивидуум. Введение
различных льгот для женщин, как показала практика, только усложняет ее позиции и усиливает подчиненное положение женщины. Политика предоставления мужчинам и женщинам равных прав
и возможностей для всестороннего развития личности предполагает более тонкий подход к пониманию условий для создания среды
равных возможностей, анализирует формы и размеры компенсаций, предоставляемых женщинам за реализацию их репродуктивной функции и не ущемляющих ее права выбора жизненного пути.
Наконец, возникновение гендерных исследований в нашей
стране связано с развитием демократизации общества, в котором
выполнялись бы условия равноправного развития каждой личности.
В основе гендерной концепции лежит принцип создания климата
равных прав и возможностей для развития личности женщины или
мужчины. В социальной психологии проблемы, связанные с межгрупповыми отношениями, с влиянием половой идентичности и полоролевых стереотипов на те или иные аспекты социального взаимодействия, стали предметом изучения зарубежных психологов в
конце 40-х – начале 50-х годов, отечественных – с конца 80-х годов
ХХ века. Изучение межгрупповых отношений велось в рамках западных “мотивационных” теорий (З. Фрейд, 1925, 1930; Т. Адорно,
1950; Л. Берковитц, 1962, 1965), интеракционистского (М. Шериф,
1966, 1969; Л. Дьяб, 1970; Р.М. Кричевский, 1972 и др.) и когнитивистского (К. Фергюсон, Г. Келли, 1964; Г. Тэшфел, 1970, 1974;
В. Дуаз, 1978 и др.) подходов. Несмотря на то что авторы этих теоретических подходов видели по-разному предмет социально9
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
психологического изучения области межгрупповых отношений – в
анализе внутренних мотивационных факторов, непосредственных
факторов межличностного взаимодействия или в закономерностях
организации когнитивной сферы субъекта – указанные направления
не смогли дать удовлетворительного решения важнейших теоретических проблем, связанных с этой областью. В частности, остались
нерешенными вопросы, связанные с выяснением причинноследственных зависимостей в этой области, с пониманием общей
природы и генезиса межгрупповых феноменов в их детерминации
более широкой системой общественных отношений.
В отечественной психологии межгрупповой уровень анализа
использовался при изучении внутригрупповых социально-психологических феноменов (А.Л. Журавлев, Е.С. Кузьмин, А.В. Петровский); в исследованиях межличностных отношений (Я.Л. Коломинский); в работах, посвященных межличностному восприятию
(Р.Б. Гительмахер, А.А. Бодалев, В.Н. Панфёров); в изучении процесса формирования групп как коллективов (А.Н. Лутошкин,
В.В. Новиков, Л.И. Уманский); в исследованиях взаимосвязи межгруппового восприятия и межгруппового взаимодействия
(В.С. Агеев, И.В. Солодникова, В.И. Назаров).
Особым направлением современных исследований стало изучение гендерного характера социализации. В процессе социализации индивиду приписываются определенные правила поведения и
установки, которые общество считает соответствующими гендерным ролям. Наиболее ярким и эффективным механизмом формирования традиционного гендерного поведения и ролей выступают
гендерные стереотипы. Под стереотипами в данном случае мы будем понимать стандартизированные представления о моделях поведения и чертах характера, соответствующие понятиям “мужское”
и “женское”. Если первые исследования в области полоролевых
стереотипов ограничивались лишь описанием их главных содержательных особенностей (Мак-Ки, Шеррифс, 1957), то в дальнейшем
на первый план все решительнее выступило стремление объяснить
природу и функции полоролевой стереотипизации (Гольдберг,
1968; Петерсон, Кисслер, Гольдберг, 1971; Доу, 1976). Проведены
исследования функции полоролевых стереотипов (Осман, 1982;
Сиссон, 1981; Филд, 1978). Были предприняты попытки применить
теорию социальной идентичности к объяснению процесса полоро10
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
левой стереотипизации (К. Гуичи, 1984). Увеличилось количество
исследований и публикаций на эту тему и у нас в стране
(А.Г. Шмелев, 1983; Д.Н. Исаев, В.Е. Каган, 1988; Ю.Е. Алешина,
А.С. Волович, 1991; Н.К. Радина, 1999; О.В. Заводилкина, 1999;
Т.А. Аракенцева, 1999; Ж.В. Зуева, 1999; Д.В. Воронцов, 1999;
И.В. Грошев, 2000).
Вместе с тем необходимо отметить, что направление, связанное с изучением процесса усвоения полоролевых стереотипов с
точки зрения генетических, возрастных аспектов этой проблемы,
не получило достаточного освещения. Известны работы
Я.Л. Коломинского (1997), И. Мелтсаса (1985), посвящённые роли
полоролевых стереотипов в формировании и развитии половой
идентичности в детском и подростковом возрасте. В работе Хартли
(1981) исследовалось, как мальчики и девочки оценивают поведение в школе представителей своего и противоположного пола. В
последнее время внимание ученых привлекают факторы, детерминирующие особенности возрастного развития. Анализу роли среды
в возрастных изменениях структуры психологических признаков
посвящена работа М.С. Егоровой (2000); в работе Н.И. Корытченковой (2000) обсуждается влияние стилей семейных отношений на
агрессивность младших школьников и подростков.
Между тем проблема развития половой идентичности и связанная с ней проблема усвоения полоролевых стереотипов и гендерных ролей является особенно актуальной для возраста ранней
юности, несмотря на то, что индивид усваивает культурные образцы (паттерны) в процессе социализации, продолжающемся в течение всей жизни. Период первичной социализации связан в основном с бессознательными и пассивными механизмами усвоения
культуры, в то время как вторичная социализация предполагает
большую включённость когнитивных механизмов и возможность
творческого преобразования среды. Гендерная идентичность как
константа формируется у детей в возрасте 5 – 7 лет, а в дальнейшем идет ее развитие и содержательное насыщение за счет опыта и
практики [207].
Важнейшим этапом вторичной социализации является возраст
между 17 и 25 годами, когда, по словам К. Маннгейма, формируется мировоззрение личности и ее представление о собственном
предназначении и смысле жизни. Это период юности, в течение
11
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
которого усваивается опыт поколения. События, пережитые и осмысленные в этом возрасте, становятся базовыми детерминантами
ценностной доминанты [64].
Значимость агентов социализации на разных этапах жизненного пути различна. В период младенчества и детства (первичной социализации) главную роль играют семья, группы сверстников, соответствующие средства массовой информации, школа, “значимые
другие”. В дальнейшем в период вторичной социализации особенно значимыми становятся образовательные институты (учебные
заведения), сообщества. Именно здесь формируется социальная
среда, которую воспринимает индивид, с которой он себя идентифицирует и существование которой поддерживает.
Для нашего подхода чрезвычайно значимо понятие десоциализации. По определению А. Гидденса (Giddens A.) [198], это процесс, в результате которого происходит разрушение ранее усвоенных норм. Как правило, десоциализация происходит в связи с попаданием в критическую и нерелевантную прежним нормам
ситуацию. Такая ситуация может быть связана с вхождением в соответствующую среду в юношеском возрасте. Но для нас особенно
важно, что десоциализация, в том числе в отношении гендера, наиболее вероятна в период современной трансформации в России. В
процессе десоциализации возникают новые нормы, которые регулируют социальное взаимодействие в новых условиях.
Таким образом, в процессе социализации и десоциализации
происходит не только конструирование гендерной культуры личности, но и развитие гендерной культуры сообщества, к которому
эта личность принадлежит.
В настоящей работе представлены данные теоретических и эмпирических исследований, посвященных изучению гендерных стереотипов и установок, гендерной идентичности личности и их
взаимосвязи с межгрупповыми отношениями и взаимодействиями.
Гендерные исследования как самостоятельная область научных
интересов появились за рубежом раньше, чем в нашей стране.
Опираясь на различные теоретические концепции, гендерный подход в целом предполагает, что различия в поведении и восприятии
мужчин и женщин определяются не столько их физиологическими
особенностями, сколько такими социальными факторами, как вос12
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
питание, и распространенными в каждой культуре представлениями о сущности женского и мужского [197].
Учитывая более обширный опыт изучения этой проблемы в западной психологии, мы сначала остановимся на анализе основных
теоретических подходов зарубежных, а затем – отечественных
психологов.
1.1. Основные теоретические подходы
к гендерным исследованиям в зарубежной науке
1.1.1. Особенности процесса формирования
гендерных установок
В настоящее время существует богатая предыстория рассмотрения того, что сейчас понимается под гендерной сферой. В течение столетий многие ученые проявляли интерес к теме отношений
между полами. Можно вспомнить Платона, Локка, Канта, Гегеля,
Шопенгауэра, Тойнби, Энгельса, Фрейда, Вейнингера и многих
других мыслителей прошлых эпох, будь то философ, историк, социолог или психолог, которые посвящали свои работы этой теме.
Идея о том, что процесс формирования психической реальности (чувств, мотивов, установок) носит активный характер, а личность при этом является субъектом деятельности, встречается ещё
в философских размышлениях И. Канта о соотношении мышления
“рассудка” и “природы” [74]. Кант пишет: “…мы сами вносим порядок и закономерность в явления, называемые нами природой, а
их нельзя было бы найти в явлениях, если бы мы или природа нашей души не вложили их первоначально” [там же, с. 519]. “Порядок” и “закономерность” Канта находят выражение в “образцах” и
“программах”, в соответствии с которыми материалу мира придаётся культурно-легитимизированная форма. Развивая далее свои
идеи, Кант рассуждает о том, что “рассудок есть не только способность создавать для себя правила путём сопоставления явлений, он
сам есть законодательство для природы”, иными словами, без рассудка не было бы никакой природы, т.е. не было бы синтетического единства многообразного содержания явлений согласно правилам, “так как явления как таковые не могут быть вне нас и существуют только в нашей чувственности” [там же, с. 514]. Речь здесь
идёт не об отсутствии вне нашего сознания внешнего, в том числе
13
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
материального, мира, а о том, что “природа”, “явления”, факты,
вещи и т.д. могут существовать для нас лишь вследствие применения к этому внешнему миру оформляющих его “правил”, “порядка”, “закономерностей”, существующих в культуре в виде идей.
Раскрытые Кантом соотношения структур сознания и явлений
бытия развивает в своих трудах Э. Гуссерль [47]. Он выдвигает на
первый план такую характеристику сознания, как конституирование, включающее в себя синтез – схватывание, т.е. синтез различных временных фаз, интервалов и содержаний, наполняющих эти
интервалы. В “Лекциях по феноменологии внутреннего сознания
времени” Гуссерль всесторонне раскрывает механизм действия
синтезирующих структур сознания. В этом контексте восприятие
рассматривается как акт, который “первично конституирует объект” [там же, с. 44]. Объект «конституируется из материала пережитых содержаний в определённом модусе схватывания …, объективность конституируется … не в “первичных” содержаниях, но в
свойствах схватывания и в закономерностях, принадлежащих к
сущности этих свойств» [там же, с. 10].
Для понимания идеи активного формирования субъективных
установок личности чрезвычайно важно уяснить суть основного
метода феноменологии – феноменологической редукции. Этот метод предстаёт у Гуссерля под различными наименованиями (редукция, epohe, “заключение мира в скобки”, воздержание от веры в
существование мира). Epohe – воздержание от суждения – состоит
в “заключении в скобки” всех реальных образований сознания, а
также знания о них, в приостановке действия этих образований
сознания, в том числе и естественных установок, воздержании от
всяких суждений об объектах, высказываемых в рамках естественной установки (“эйдетическая редукция”). Следующий уровень –
“трансцендентальная редукция” – служит для организации движения к чистому потоку сознания как таковому [106, 154]. Фактически epohe направлено на то, чтобы человек прервал непрерывный
поток порождения психической реальности посредством соответствующих структур сознания – естественных установок, понятий,
образцов и т.п. и за счёт такой “остановки” работы сознания пришёл к иным способам постижения и порождения мира.
Этнометодология Г. Гарфинкеля направлена на изучение повседневных практических действий, которые производятся соглас14
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
но программам деятельности, а также практических обстоятельств,
контекстов, обусловливающих их реализацию как методов повседневной жизни [106]. Особенно важными являются утверждения
Пола Филмера [156], эксплицирующего идеи Гарфинкеля о том,
что “упорядоченные требования последовательного и ясного лингвистического описания отражаются (“рефлексируют”) в наличном
неупорядоченном материале повседневной деятельности, организуя и систематизируя её. Тем самым обнаруживается сам процесс
конструирования индивидами упорядоченности из наличного разрозненного многообразия повседневных действий в ходе объяснения или осмысления этого многообразия …” [там же, с. 335]. А сам
“процесс объяснения на повседневном уровне синонимичен процессу конструирования социальной реальности, самой социальной
жизни [там же, с. 341].
Для понимания природы формирования установок личности
важным является понятие habitus`a Пьера Бурдье [31]. Модель
Бурдье построена на признании, что “объекты знания конструируются, а не пассивно отражаются” [там же, с. 16]. Термин “хабитуализация”, т.е. “опривычивание”, используется П. Бергером и
Т. Лукманом [25]. Он обозначает процесс превращения в образец
часто повторяющегося действия, которое впоследствии может
быть воспроизведено с экономией усилий и осознано как образец
его исполнителем. “Важным психологическим последствием хабитуализации оказывается уменьшение различных выборов… И, предусматривая стабильную основу протекания человеческой деятельности с минимумом затрат на принятие решений в течение
большой части времени, хабитуализация освобождает энергию для
принятия решений в тех случаях, когда это действительно необходимо” [там же, с. 89].
Концепция П. Бергера и Т. Лукмана представляет собой ответ
на вопросы о том, как человек создаёт социальную реальность и
как эта реальность создаёт человека. Бергер и Лукман анализируют
процессы взаимодействия сознания человека с разными реальностями. Они пишут: “Моё сознание способно перемещаться в различных сферах реальности. Иначе говоря, я осознаю мир состоящим из множества реальностей. По мере перемещения из одной
реальности в другую я воспринимаю этот переход как своего рода
шаг, который вызван переключением внимания в связи с этим пе15
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
реходом …” [5, с. 40]. С точки зрения этих авторов, “то, что оказывается проблемой в одной реальности, не является таковой в других” [там же, с. 45].
В основе понимания активной природы процесса формирования установок личности лежат представления о том, что социальная установка – это продукт человеческого сознания. Человек, создавая свой внутренний мир, ответственен за это конструирование,
он может изменить или аннулировать его. Человек понимает этот
мир, который им самим создан, он является “прозрачным”. Бергер
и Лукман утверждают, что “до тех пор, пока они [люди] не принимают участия в создании мира, он противостоит им как данная реальность, которая, подобно природе, является непрозрачной, по
крайней мере, отчасти …” [25, с. 99]. “И в силу особенностей человеческого сознания и поведения более вероятно, что отклоняться
будет индивид от тех программ, которые установлены для него
другими, чем от тех, которые он сам для себя устанавливает” [там
же, с. 104].
Таким образом, философское понимание природы человеческого сознания явилось предшественником психологических идей
о сущности развития субъективных установок личности.
Большое количество теорий посвящено анализу различий в
развитии мужчины и женщины, особенностям формирования гендерных установок. З. Фрейд в “Очерках по теории сексуальности”
[174] построил свою теорию психосексуального развития на основе
исследования переживаний мальчика, достигающих кульминации в
эдиповом комплексе. В 20-е годы З. Фрейд старался разрешить
противоречия, поставившие в тупик его теорию, посредством выявления отличительных особенностей женской анатомии и особых
форм ранних семейных отношений маленькой девочки. После попытки вписать женщин в свою маскулинную концепцию, считая,
что они завидуют тому, чего лишены, он пришел к признанию
своеобразия женского развития, заключающегося в силе и стойкости эдиповых привязанностей женщин к их матерям. Он считал,
что именно эта особенность повинна в неспособности женщин к
развитию.
Ненси Ходороу (Chodorow N.) [197], объясняя воспроизводство внутри каждого поколения общих, почти универсальных
различий, характеризующих мужскую и женскую индивидуаль16
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ность, связывает эти различия не с анатомией, а с тем, что женщины всегда в большей мере ответственны за заботу о маленьком ребенке. Поскольку социальная среда в раннем детстве для мальчиков и девочек отлична и ощущается ими по-разному, то основные
половые различия возникают вновь и в личностном развитии. В результате в любом обществе женщина в большей степени, чем мужчина, самоопределяется в контексте её отношений и связей с другими людьми.
В своём анализе Н. Ходороу прежде всего основывается на исследованиях Роберта Столлера [196], в которых показывается, что
половая идентичность, неизменное ядро формирования личности,
за редким исключением, окончательно бывает сформирована к
трём годам, независимо от пола ребёнка. Установлено, что человеком, который заботится о ребёнке первые три года жизни, главным
образом является женщина, а внутриличностная динамика формирования половой идентичности для мальчиков и девочек имеет
свои отличия. Фемининное формирование идентичности происходит на фоне неразрывной связи, поскольку “матери ощущают своих дочерей в качестве себе подобных и связанных с собой”. Соответственно девочки, идентифицируя себя в качестве лиц женского
рода, ощущают себя подобными своим матерям, таким образом соединяя чувство привязанности с процессом формирования идентичности. И напротив, “матери ощущают своих сыновей как мужскую противоположность”, а мальчики, осознавая себя в качестве
лиц мужского рода, отделяют матерей от себя, некоторым образом
уменьшая свою первую любовь и чувство привязанности. Следовательно, маскулинное развитие влечёт за собой “более выраженную
индивидуализацию, более решительное утверждение ощущаемых
границ своего эго”. Для мальчиков, по мнению Ходороу, а не для
девочек проблемы разграничения переплелись с половыми проблемами.
Выступая против маскулинной предубеждённости психоаналитической теории, Ходороу доказывает, что проявление половых
различий в раннем опыте индивидуализации и единения не означает, что женщины имеют “более слабые” границы эго, чем мужчины. По её мнению, девочки из этого периода выходят, имея основания для “эмпатии”, встроенной в их первичное самоопределение,
чего нет у мальчиков. С самого раннего детства, из-за того, что они
17
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
рождены человеком того же рода, девочки начинают чувствовать
себя менее обособленными, чем мальчики, более связанными с
внешним объективным миром. Кроме того, они по-особому ориентированы по отношению к своему внутреннему миру. Следовательно, взаимоотношения и особенно случаи взаимозависимости
переживаются женщинами и мужчинами по-разному. Для мальчиков и мужчин обособление и индивидуализация необходимым образом связаны с формированием половой идентичности, поскольку
отделение от матери является существенным для развития маскулинности. Для девочек и женщин проблемы фемининности как
фемининной идентичности не зависят от достижения обособления
от матери или прогресса индивидуализации. Поскольку маскулинность определяется через обособление, в то время как фемининность определяется через единение, мужской идентичности угрожает близость, а женской – обособление. Таким образом, у мужчин
обычно возникают трудности во взаимоотношениях, а у женщин –
в индивидуализации.
Влияние половых различий на формирование личности в раннем детстве, которые описывает Ходороу, в младшем школьном
возрасте выявляются на основе изучения детских игр. Игры детей
рассматриваются Дж. Мидом и Ж. Пиаже как испытание, в ходе
которого формируется социальное развитие в школьные годы [132,
с. 221 – 229]. В играх дети учатся соблюдать правила, они узнают,
как эти правила создаются и изменяются. Жанет Левер (Lever J.)
[206], изучая организацию и структуру игровой активности детей
10 и 11 лет (выборка составляла 180 человек), установила, что
мальчики чаще, чем девочки, играют на улице, чаще играют в
больших смешанных по возрасту группах, чаще играют в соревновательные игры, их игры длятся дольше, чем игры девочек. Игры
мальчиков длятся дольше не только из-за того, что они требуют
более высокого уровня умения и с меньшей вероятностью становятся скучными, но также из-за того, что в случае возникновения
споров мальчики способны разрешить их с большей эффективностью, чем девочки. Напротив, вспышка споров среди девочек
обычно вела к прекращению игры. Таким образом, Левер расширяет и подкрепляет выводы Пиаже, основанные на изучении детской
игры: у мальчиков более глубокий интерес вызывает разработка
правил и совершенствование справедливых процедур разрешения
18
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
конфликтов – интерес, который, по наблюдению Пиаже, не захватывал девочек. Девочки более терпимы в своём отношении к правилам, более склонны делать исключения и легче мирятся с нововведениями. Левер делает вывод, что в играх мальчики учатся независимости, организационным навыкам, необходимым для
координации деятельности больших групп людей. Участвуя в контролируемых соревновательных ситуациях, они учатся соперничать, состязаться в соответствии с правилами игры. В противоположность этому игры девочек обычно зарождаются в маленьких,
более близких группах, часто это игры двух подруг в уединённом
месте. Такая игра копирует социальную модель первичных человеческих отношений, и в этом она представляется более корпоративной. Таким образом, ролевая игра в меньшей мере ориентирована
на усвоение роли “обобщённого другого”, на абстракцию человеческих отношений. Но она способствует развитию эмпатии, чуткости, необходимых для принятия роли “конкретного другого”, и в
большей степени направлена на знание другого человека как отличного от себя. Выявленные половые различия в формировании
личности в раннем детстве, которые Ходороу выводит из анализа
отношений матери и ребёнка, таким образом, дополняются результатами наблюдений половых различий в игровой активности детей
младшего школьного возраста, полученными Левер. Вместе с тем
эти выводы свидетельствуют, что мальчики и девочки достигают
половой зрелости, обладая различной внутриличностной ориентацией и различным социальным опытом.
Схема Э. Эриксона [183], в которую включены восемь ступеней психологического развития, описывает развитие мужской
идентичности как формирование отношения к миру и женскую
идентичность – как пробуждение в близости с другим человеком.
На пятой ступени – в возрасте юности – задача состоит в формировании отчётливого чувства самости, в подтверждении идентичности, что сможет сохранить нить последовательности процесса половой зрелости. Этой стадии предшествуют четыре кризиса, последовательное прохождение которых даёт возможность в юности
проявить себя автономным, инициативным субъектом, показав, таким образом, результат формирования идентичности. Все это относится к мальчику. Для девочки последовательность несколько
иная. Её идентичность, по мнению Эриксона, является неопреде19
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
лённой, поскольку она готовится привлечь внимание мужчины,
под чьим именем она будет известна, чьим положением она будет
определяться, человека, который избавит её от пустоты и одиночества. В то время как для мужчины идентичность предшествует
близости и репродуктивности в оптимальном цикле человеческого
обособления и соединения, для женщин эти задачи оказываются
слитными. Близость развивается с идентичностью, поскольку
женщина познаёт себя, как её познают другие – через отношения с
другими. Проблема различий в развитии мужчин и женщин поднимается и в исследованиях Л. Колберга и Р. Крамера [203]. Шесть
ступеней, характеризующих развитие морального суждения на
протяжении от детства к зрелости, основаны на эмпирическом изучении 84 мальчиков, развитие которых Колберг прослеживал в течение 20 лет. Несмотря на то что автор провозглашает всеобщность
разработанной им последовательности стадий развития, группы, не
включенные в его выборку, редко достигают высшей ступени. Самыми заметными среди тех, чьё моральное развитие оказалось
ущербным в соотнесении с масштабом Колберга, являются женщины, суждения которых соответствуют третьей ступени. На этой
ступени мораль осознаётся во внутриличностных выражениях и
доброта отождествляется с помощью, оказываемой другим людям,
и удовлетворением потребностей других. Эта концепция доброты,
как считают Колберг и Крамер, важна в жизни зрелых женщин, поскольку их жизнь протекает дома. Авторы полагают, что только в
том случае, когда женщины вступают в традиционную сферу мужской деятельности, они осознают неполноценность своей моральной ориентации и развиваются по направлению к высшим ступеням, где взаимоотношения подчинены правилам (четвёртая ступень), а правила – всеобщим принципам справедливости (пятая и
шестая ступени).
По мнению Кэрол Гиллиган (Gilligan C.), то, что, с точки зрения Колберга и Крамера, является ущербностью в моральном развитии женщин, представляет их главную моральную силу [199].
Восприимчивость женщин к нуждам других и принятие на себя ответственности за заботу о них является определяющим в психологии развития женщин. Открытие значимости и близости, взаимосвязи и заботы, воспеваемое мужчинами в середине жизни, – это
то, что женщины знали с самого начала. В своём исследовании
20
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
К. Гиллиган находит, что знание, которое считалось “интуитивным”, “инстинктивным”, проходит свой путь развития, совершенствуется в течение жизни женщины и, таким образом, прочерчивает главную линию психологического развития обоих полов.
Таким образом, большинство авторов, занимающихся проблемой формирования гендерных установок, исходят из понимания
активной природы процесса их формирования, детерминированного социальной средой. В основе их взглядов лежат представления о
том, что гендерная установка – это продукт человеческого сознания. Человек, создавая свой внутренний мир, ответственен за это
конструирование, он может изменить или аннулировать его. И, несмотря на существующие различия между полами в характере
идентификации, это право принадлежит в равной степени и мужчине, и женщине.
Постепенно проблема половых различий, решаемая в контексте анализа особенностей развития мужчины и женщины, перешла
в русло пристального внимания к межполовым отношениям и
взаимодействиям.
1.1.2. Взаимоотношения между полами
как предмет анализа межгрупповых
отношений и взаимодействий
Впервые достаточно стройная система психологических взглядов на область межгрупповых явлений была выдвинута в одной из
поздних работах З. Фрейда [173]. В описании межгруппового поведения, и прежде всего межгрупповой агрессии, З. Фрейд много заимствовал из работ Г. Лебона и У. Мак-Дауголла, описывающих
агрессивные аспекты поведения “толпы неорганизованной” и “толпы организованной”. Собственная точка зрения З. Фрейда относительно области межгрупповых явлений может быть коротко охарактеризована следующими тезисами. Первый заключается в постулировании неизбежности аутгрупповой враждебности. Второй
касается определения функции аутгрупповой враждебности как
средства поддержания идентификации и стабильности группы.
Подход З. Фрейда к анализу межгрупповых отношений оказал
влияние на последующие течения и школы в социальной психологии, несмотря на то, что большинство направлений отказались от
фрейдовской интерпретации механизмов возникновения аутгруп21
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
повой враждебности. Независимо от того, какие психологические
или социальные факторы привлекались впоследствии для объяснения этого феномена – внутренние мотивационные или личностные
характеристики, обусловленные процессом социализации, закономерности когнитивных процессов, связанные с категоризацией и
упорядочиванием социального окружения индивида, или объективный конфликт интересов, существующий между данными социальными группами, – тезис о неизбежности аутгрупповой враждебности выступал в качестве основы любых теоретических построений в этой области. В динамической теории группового
функционирования Байон пытается перенести понятия и механизмы, вычлененные и обоснованные Фрейдом при изучении индивидуальной психики, на тот случай, когда их субъектом оказывается
не отдельная личность, а целая группа [12].
Идеи З. Фрейда оказали также значительное влияние на теорию развития группы В. Бенниса и Г. Шепарда [107], на необихевиористскую концепцию фрустрации и агрессии Долларда, Дуба
[там же]. Как отмечают Г.М. Андреева, Н.Н. Богомолова и
Л.А. Петровская, авторы этой теории “признают себя обязанными
Фрейду, полагая, что впервые основная идея связи фрустрации и
агрессии представлена в его ранних работах” [13, с. 53]. Основным
в этой теории является представление о том, что фрустрация выступает как необходимое и достаточное условие агрессивного поведения. Эта идея оказала прямое влияние на исследование межгрупповых аспектов агрессивного поведения.
Так, Л. Берковитц, руководствуясь основными положениями
этой теории, расширил понятие “фрустрация”, включив в него феномены “относительной депривации”. В его концепции понятие
объекта агрессии расширялось до целой группы или этнической
общности. Таким объектом может быть не обязательно отдельная
личность, оказывающая непосредственное фрустрирующее воздействие, но и тот, кто ассоциируется с таковой по тем или иным признакам, среди которых выступает групповая, в частности этническая, принадлежность. Таким образом, Л. Берковитц постулировал
неизбежность переноса агрессии на всех “других”, “похожих”, на
тех, кто оказал фрустрирующее воздействие в прошлом, в процессе
“социального научения” [3].
22
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В рамках этого подхода установки и поведение индивида по
отношению к аутгруппам понимаются как способ реализации, разрешения внутриличностных эмоциональных напряженных состояний и противоречий, а само существование аутгрупп – как совершенно необходимое условие снятия внутриличностных конфликтов. Таким образом, в психоаналитическом подходе речь идет не о
собственно межгрупповых отношениях, но скорее о межгрупповых
аспектах поведения отдельной личности. Именно отдельная личность в ее отношениях с представителями других социальных
групп оставалась центральным звеном в исследовании межгрупповой проблематики в рамках психоаналитического подхода. Эти ограничения подвергались впоследствии критике со стороны представителей интеракционистской и когнитивистской ориентаций в
социальной психологии и вместе с тем явились непосредственным
стимулом для поиска собственного социально-психологического
предмета изучения этой области.
Первым, кто попытался преодолеть ограниченность указанного
подхода, был М. Шериф [13]. Введя категорию “интеракции” и
именно в ней, т.е. в непосредственном взаимодействии видя основную детерминанту области межгрупповых феноменов, Шериф тем
самым наметил принципиально иной путь анализа этой области в
целом. Именно с исследования М. Шерифа начинается собственно
групповой подход к исследованию межгрупповых отношений в социальной психологии, когда источники межгрупповой враждебности или сотрудничества начинают искать не в индивидуальных мотивационных факторах, а в группообразующих характеристиках
самого межгруппового взаимодействия, безотносительного к индивидуальным мотивационным структурам. В целом понятийный аппарат и проблематика интеракционистской ориентации взяты из
социально-психологических концепций Дж. Мида, где отправным
пунктом анализа является не отдельный индивид, а социальный
процесс, понимаемый как процесс интеракции индивидов в группе,
в обществе. Исследования М. Шерифа интересны тем, что проводились на реальных, а не искусственно созданных лабораторных
группах, и тем, что он смог проследить историю формирования и
развития межгрупповых отношений в зависимости от создаваемого
экспериментальным путем характера межгруппового взаимодействия. Тем не менее, акцентируя внимание на межличностном взаи23
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
модействии, концепция М. Шерифа упускает из виду не менее существенные для понимания этих феноменов внутренние, психологические закономерности, которые выступают в ней как пассивный
результат внешних атрибутов взаимодействия. Как отмечает
М.Г. Ярошевский, интеракционистский подход сближается с необихевиористской ориентацией в социальной психологии, поскольку философской основой обоих являются “прагматические воззрения на человека как существо, интеллектуальные функции которого служат единственному назначению – адаптации к среде с целью
успешного, с точки зрения индивида, выживания ” [190, с. 294].
Отсутствие в работах М. Шерифа адекватного анализа когнитивной сферы субъекта, регулирующей область межгрупповых явлений, явилось исходным пунктом для критики его теоретических
взглядов и экспериментальных исследований с позиций когнитивистской ориентации. В то же время его труды стимулировали интерес к этой проблематике и обусловили целый ряд исследований.
Это исследования, проведенные Р. Блейком и Дж. Мутоном
(1962) на “тренинговых” группах руководителей промышленных
предприятий; исследование Б. Басса и Дж. Дантмена (1963) с группами менеджеров, которые должны были кооперироваться с другой группой в попытке найти решение проблемы, включающей суждение о социальной ситуации, лучшее по сравнению с предложенными двумя другими оппозиционными группами. На
основании этих и других экспериментальных исследований
Дж. Тибо и Г. Келли (1959) сформировали общий принцип сохранения ценностно-нормативной стабильности группы. Существует
ряд работ, в которых концентрируется внимание на исследовании
динамических аспектов функционирования малой группы в различных условиях межгруппового взаимодействия. Сюда может
быть отнесено исследование Ф. Фидлера (1955), посвященное изучению влияния межгруппового взаимодействия на изменение процессов лидерства в группе. Основной заслугой исследований, выполненных в русле интеракционистского подхода, является большое количество фактического материала, свидетельствующего о
влиянии межгруппового взаимодействия на внутригрупповые социально-психологические процессы и явления. Главным объектом
анализа здесь остаются процессы и явления внутри малой группы,
а межгрупповое взаимодействие, связи и отношения с другими
24
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
группами выступают как средство их более глубокого изучения.
Представители интеракционистской ориентации внесли значительный вклад в изучение таких важных для понимания социального
поведения людей феноменов, как социальная роль и социальная
установка. Наибольшей известностью в данной области пользуются работы таких социальных психологов, как Т. Сарбин, Э. Гоффман, Р. Линтон, И. Гросс и др. [107]. Тем не менее поиск действительных социальных факторов, таких, например, как система объективно существующих общественных отношений, для объяснения
социально-психологических явлений остается за рамками интеракционистского анализа. Кроме того, представление о когнитивной
сфере субъекта как пассивном результате внешних воздействий,
оказываемых на личность в процессе межличностного взаимодействия, послужило исходным пунктом для критики теории и экспериментальных исследований интеракционистов с позиций когнитивистской ориентации.
В самом общем виде сущность когнитивистского подхода может быть охарактеризована как стремление объяснить социальное
поведение при помощи описания преимущественно познавательных процессов, характерных для человека. Главный акцент в исследованиях делается на процесс познания. Общая линия связи
между этим процессом и социальным поведением прослеживается
следующим образом: впечатления индивида о мире организуются в
некоторые связанные интерпретации, в результате возникновения
чего образуются различные идеи, верования, ожидания, аттитюды,
которые и выступают регуляторами социального поведения. Таким
образом, это поведение целиком находится в контексте некоторых
организованных систем образов, понятий. При объединении этих
образований в связанную структурированную систему человеку
неизбежно приходится принимать некоторое решение, первым шагом на пути к которому является отнесение воспринимаемого
предмета к какому-либо классу явлений, т.е. соотнесение его с определенной категорией. Процесс категоризации предполагает избирательное отнесение к той или другой категории, что требует, в
свою очередь, с особой тщательностью определить значение воспринимаемого предмета. Поэтому главными проблемами социальной психологии когнитивистской ориентации становятся проблемы
перцепции, аттракции, формирования и изменения аттитюдов.
25
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Видным представителем рассматриваемого направления является Г. Тэшфел, который вместе с коллегами исследовал минимальные условия для появления дискриминационного поведения
между группами [3]. Результаты экспериментов Г. Тэшфела показывают, что интергрупповая дискриминация возникает даже тогда,
когда собственные интересы личности совершенно не затрагиваются и не связаны с актом благоприятствования группе, когда не
существует никакого межгруппового соревнования и нет никакой
предшествующей или актуальной враждебности между группами.
Единственной целью подобной дискриминации, по мнению
Г. Тэшфела, является установление различия между группами в
пользу собственной группы, иногда даже в том случае, когда это
противоречит ее утилитарным интересам. Следовательно, согласно
этому автору, даже если нет объективно существующих противоречий между группами, можно предполагать межгрупповую дискриминацию в форме ингруппового фаворитизма и аутгрупповой
враждебности. Концепция межгрупповой дискриминации Г. Тэшфела тесно связана с рядом других когнитивных процессов и обусловлена ими. Общая схема включает четыре таких процесса в следующем порядке: социальная категоризация – социальная идентификация – социальное сравнение – социальная (межгрупповая)
дискриминация. Анализ указанных когнитивных процессов составляет, с точки зрения Г. Тэшфела, собственно социально-психологический аспект в изучении межгрупповых отношений. Впервые в
концепции Г. Тэшфела вычленены важные когнитивные уровни
анализа межгрупповых отношений и поставлены проблемы когнитивных механизмов их регуляции. Вместе с тем, констатируя универсальность процесса межгрупповой дискриминации – установления межгрупповых различий, позитивно валентных в пользу собственной группы, автор исключает из анализа объективные
отношения и противоречия между группами. Механизм межгрупповой дискриминации является конечным объяснительным принципом, в то время как он сам должен быть объяснён.
Таким образом, обзор важнейших направлений в изучении области межгрупповых отношений в зарубежной социальной психологии показывает, что отличительной особенностью постановки
этой проблемы является сочетание многообразия теоретических
26
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
подходов с неизменностью тех реальных феноменов общественной
жизни, которые эти подходы старались объяснить.
Взаимоотношения между полами как предмет анализа межгрупповых отношений и взаимодействий привлекли внимание западных исследователей в конце 40-х – начале 50-х годов ХХ века.
Первые исследования в этой области касались особенностей полоролевой стереотипизации и были связаны с попытками вычленить
типичные различия, относящиеся к представлениям женщин и
мужчин друг о друге и о себе. Подытоживая эти исследования,
Мак-Ки и Шеррифс [7] в 1957 году заключили, что типично мужской образ – это набор черт, связанный с социально неограничивающим стилем поведения, компетенцией и рациональными способностями, активностью и эффективностью. Типично женский
образ, напротив, включает ряд черт, связанных с социальными и
коммуникативными умениями, с теплотой и социальной поддержкой. При этом чрезмерная акцентуация, выраженность как типично
маскулинных, так и типично фемининных черт приобретает уже
негативную оценочную окраску. Типично отрицательными качествами мужчин признаются грубость, авторитарность, излишний рационализм, женщин – формализм, пассивность, излишняя эмоциональность. Мак-Ки и Шеррифс пришли к выводу, что в целом
мужчинам приписывается больше положительных качеств, чем
женщинам. И наконец, эти авторы обнаружили, что мужчины демонстрируют гораздо большую согласованность в отношении типично мужских качеств, чем женщины – в отношении женских.
Начиная с шестидесятых годов большую популярность приобретают исследования стереотипных представлений о способностях
мужчин и женщин, их компетентности в различных сферах деятельности и причинах их профессиональных успехов. Гольдберг
(1968) обнаружила известную предубеждённость женщин против
самих себя в сфере научной деятельности. В её исследовании выяснилось, что студентки колледжей более высоко оценивают статьи,
написанные мужчинами, чем женщинами. Приблизительно такие же
данные были получены и в исследовании Петерсон, Кисслер и
Гольдберг (1971) [13]. Анализу подвергались функции полоролевых
стереотипов: регулятивная, объяснительная, трансляционная, защитная. В 1984 году К. Гуичи была предпринята попытка применить теорию социальной идентичности к объяснению процесса по27
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
лоролевой стереотипизации. Основываясь на этой теории, К. Гуичи
[там же] полагает, что она применима для любого межгруппового
взаимодействия и соответствующих межгрупповых стереотипов, а
мужчины и женщины могут быть рассмотрены в целом как социальные группы, обладающие различным социальным статусом. Высокостатусные группы чаще всего оцениваются в терминах компетентности и экономического успеха, а низкостатусные – в терминах
теплоты, добросердечия, гуманности. Обнаруженные данные о том,
что женщины разделяют с мужчинами тенденцию переоценивать
мужские достижения и достоинства и недооценивать свои собственные, также интерпретируются К. Гуичи как прямое следствие
различий в социальном статусе: женщины как бы перенимают точку
зрения более высокостатусной группы – мужчин.
Современные исследователи межгрупповых отношений и
взаимодействий всё чаще используют понятие “гендер”. По мнению Аскер (Acker J.) [192, 193], пол (gender) – это организованная
модель социальных отношений между мужчинами и женщинами,
не только характеризующая их межличностное общение или социальные отношения в основных институтах общества, например в
социальных классах, в иерархиях крупных организаций и при формировании структуры занятости. Джудит Лорбер (Lorber J.) [205]
отмечает, что категория пола является не монолитной сущностью,
а состоит из многих компонентов, которые связаны друг с другом
следующим образом:
- пол (sex) как биологическая категория – непосредственно
данное сочетание генов и гениталий, дородовый, подростковый и
взрослый гормональный набор; способность к прокреации (как
предполагается, конгруэнтной с вышеназванными свойствами и с
предназначением принадлежности к полу как биологической категории);
- пол (sex) как социальная категория – предназначение от рождения, основанное на типе гениталий;
- половая (sex–gender) идентичность – осознание себя как
представителя данного пола, ощущение своего женского или мужского пола, осознание своей принадлежности к полу в социальном
контексте;
28
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
- пол (gender) как процесс – обучение, научение, принятие роли, овладение поведенческими действиями, уже усвоенными в качестве соответствующих определенному гендерному статусу;
- пол (gender) как статус и структура – гендерный статус индивида как часть общественной структуры предписанных отношений между полами, особенно структуры господства и подчинения,
а также разделения домашнего и оплачиваемого труда по гендерному признаку.
Дж. Лорбер отмечает, что гендерный статус нельзя сводить к
полу (sex) как биологической категории, несмотря на то что эти
переменные составляют дихотомическое единство, они не должны
быть взаимозаменяемы. Сведение гендера к фиксированному набору психологических характеристик или к одной переменной также
мешает серьёзному анализу тех способов, которыми он пользуется
для структурирования различных сфер социального опыта.
Теория ролей настаивает на социальном конструировании гендерных категорий, которые называются “половыми ролями”, или с
недавнего времени “гендерными ролями”, и анализирует, как они
усваиваются и реализуются в конкретном поведении. Ролевая теория, начиная с работ Линтона и Парсонса, подчёркивает социальный и динамический аспекты конструирования ролей и их осуществления. Однако при исследовании непосредственного взаимодействия использование ролевой теории для анализа гендера
является само по себе спорным. Роли представляют собой ситуативные идентичности: их принимают и от них отказываются в зависимости от требований ситуации – они не являются базовыми
идентичностями в отличие от категории принадлежности к полу,
которая проходит через все ситуации. Именно поэтому К. Уэст и
Д. Зиммерманн [94] утверждают, что гендер не является ни совокупностью личностных психологических черт, ни ролью, а выступает продуктом особого рода социальной деятельности как неотъемлемой части обыденного взаимодействия. По мнению этих ученых, гендерная принадлежность индивида – это не просто какой-то
аспект его личности, но более фундаментально – это то, что человек делает постоянно в процессе взаимодействия с другими, что
является “гендерным дисплеем” в терминологии Э. Гоффмана
(Goffman E.) [200].
29
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Э. Гоффман утверждает, что в процессе взаимодействия друг с
другом и со своим окружением люди предполагают, что каждый
участник процесса взаимодействия обладает “сущностной природой”, распознаваемой через “естественные знаки, которые являются данностью или выражаются людьми” [там же, с. 75]. Женственность и мужественность рассматриваются или как “прототипы
сущностного выражения – как нечто, схватываемое с первого
взгляда в любой социальной ситуации, и тем не менее воспринимаются нами как самая основная характеристика индивида” [там
же, с. 75]. Средства, которыми мы пользуемся для такого выражения, представляют собой “формальные конвенциальные акты” [там
же, с. 69], которые делают явным для других наше отношение к
ним, указывают на нашу позицию в контакте и на опытном уровне
ставят условия контакта, применимые для данной социальной ситуации. Эти средства воспринимаются тоже как экспрессивное поведение, свидетельство нашего естества. Гоффман даёт следующее
определение гендерного дисплея: “Если гендер можно определить
как культурно установленный коррелят пола (как следствие биологии или научения), то гендерный дисплей относится к конвенциональным изображениям этих коррелятов” [там же, с. 69]. По
Гоффману, гендер представляет собой такую инсценировку социального сценария культурных представлений о мужском и женском естестве, которая разыгрывается в присутствии аудитории,
хорошо обученной пониманию идиом данного представления. Такое понимание позволяет предположить, что гендерные дисплеи –
конструируемые и конвенциальные выражения – могут быть выбраны исполнителями, но то, как воспринимают нас (существами
мужского или женского пола), лежит вне пределов нашего выбора.
Индивиды имеют много социальных идентичностей, которыми
в зависимости от ситуации можно пожертвовать, которые можно
приглушить или, наоборот, сделать более выпуклыми. Можно быть
другом, профессионалом, гражданином и ещё много “чем” для различных людей или для одного и того же человека в разное время.
Но мы всегда во всех этих случаях являемся мужчинами и женщинами – до тех пор, пока мы не переходим в другую категорию по
признаку пола. Это означает то, что наши идентификационные
дисплеи представляют наличный ресурс для создания гендера при
бесконечно разнообразном наборе обстоятельств. Некоторые си30
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
туации организованы таким образом, чтобы привычно демонстрировать и приветствовать модели поведения, конвенционально связанные с той или иной категорией принадлежности по полу. В таких случаях каждый человек знает своё место в схеме взаимодействия. Если же индивид, идентифицированный по половой
принадлежности, замечен в поведении, обычно ассоциирующемся
с другой категорией, то это является вызовом привычному порядку
вещей.
Таким образом, гендер может проявляться и представляться
через взаимодействие и восприниматься как нечто “естественное”,
хотя на самом деле он производится как социально организованное
достижение (достигаемый статус). Доказательством этого положения явилось исследование явления транссексуальности Г. Гарфинкелем [106], которое показало, как создаётся гендер через взаимодействие и как он, в свою очередь, структурирует взаимодействие.
По его мнению, категория принадлежности по полу и гендер являются управляемыми свойствами поведения, которые устроены с
учётом того, что другие судят о нас и реагируют на нас особым образом.
Основываясь на теории Гарфинкеля, Мак-Кена и Кесслер
(Kessler S. аnd Mc Kenna W.) [202] утверждают, что “мужское” и
“женское” являются культурными событиями, продуктами того,
что они называют “процессом атрибуции гендера” [там же, с. 2], а
не просто совокупностью черт, поведенческих моделей или даже
физических качеств. К. Жиллетт [77] также говорит о том, что, поскольку психосоциальные различия между двумя половыми группами не отличаются ясностью, чёткостью, измеримостью, присущими данным естественных наук, но характеризуются совсем другими качествами – смутностью и аморфностью, приходится
признать, что многие, казалось бы, всем понятные различия между
полами в таких значимых сферах, как распределение ролей и темперамент, не говоря уже о статусе, имеют, в сущности, культурные,
а не биологические основания. По мнению К. Жиллетт, на развитие
гендерной идентичности, которое происходит в детстве, оказывает
подспудное влияние вся совокупность представлений родителей,
сверстников и культуры о том, что приемлемо для каждого гендера
с точки зрения темперамента, характера, интересов, статуса, достоинства и способов их выражения. Иными словами, быть мужчиной
31
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
или женщиной – вовсе не значит просто быть человеком с женской
или мужской анатомией. Это значит следовать определённым социокультурным экспектациям, предъявляемым обществом по отношению к человеку на основании принятых там “правил пола”.
Итак, многими авторами признаётся, что гендерная поляризация – это организация социальной жизни вокруг различий между
мужчинами и женщинами: изобретение культурных связей между
полами и любые другие аспекты человеческой деятельности,
включая моду, социальные роли, способы выражения эмоций.
Сандра Бэм (Bem S.) [194] считает, что гендерная поляризация
препятствует мужчинам и женщинам в полном развитии их человеческого потенциала, так как разделяет не только людей, но и
способы их связи с миром на маскулинный и фемининный, оставляя вне определения не только андрогинный тип людей, но и андрогинный способ отношения с миром, который является сутью человеческого существования. Доказательством тому, что гендерная
поляризация отказывает мужчине и женщине в возможности в
полной мере использовать свой человеческий потенциал, служат
исследования Мартины Хорнер (Horner M.) [201], обнаружившей
“болезнь успеха” у девушек. Кроме известных мотива достижения
успеха и мотива избежания поражения, Хорнер определяет третий
компонент – невероятную мотивацию избежания успеха. Она заключает, что эта боязнь существует, поскольку для большинства
женщин предчувствие успеха в соревновании, достижение победы,
особенно над мужчинами, порождает переживание возможности
последствий, например, угрозы социального отторжения и потери
женственности. Этот внутренний женский конфликт – “боязнь успеха” – обнаруживается только в тех случаях, когда победа была
непосредственно соревновательной, т.е. когда успех одного человека достигался за счёт неудачи другого. Ещё раньше, в конце 40-х
годов, этот же факт был обнаружен Миррой Комаровски (Komarovsky M.): умные девушки предпочитают казаться глупее и инфантильнее мужчин, чтобы не прослыть неженственными. Комаровски назвала это “правилом быть на 2 шага позади мужчины”
[204, с. 186]. Очевидно, что благодаря таким гендерным стереотипам общество теряет значительные человеческие потенции: девушки отказываются воплощать свои способности, жертвуя ими ради
“женственности”.
32
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Не менее негативны последствия жёсткой системы гендерных
ожиданий со стороны общества и для мужчин. В целом негативные
последствия традиционной системы гендерных экспектаций прослеживаются на индивидуальном и межличностном уровнях. На
индивидуальном уровне следование жёсткой гендерной роли в
противоречии с собственными желаниями может отражаться на
здоровье. Агрессивность и стремление достичь цели, сила и успешность, которых общество требует от мужчин, сокращает их
жизнь по сравнению с женщинами, ведут к большей преступности
и большему числу убийств и самоубийств среди мужчин. У женщин требование пассивности и жертвенности приводит к большему, по сравнению с мужчинами, числу депрессий, тревожности,
расстройств аппетита [195]. На уровне межличностных отношений
мужчины имеют гораздо менее близкие связи и контакты с друзьями, родителями, детьми – действует традиционное гендерное табу
на мужскую эмоциональность. Интересен факт, обнаруженный
Э. Дюркгеймом [55] ещё в начале нашего века, а затем подтверждённый многочисленными исследованиями: число самоубийств
выше среди одиноких мужчин и замужних женщин, чем среди
одиноких женщин и женатых мужчин. Кроме того, именно замужние женщины страдают значительно большим числом физических
и психических недугов, чем одинокие женщины. У мужчин дела
обстоят как раз наоборот, т.е. женатые мужчины чувствуют себя
более благополучно, чем одинокие. Профессор Дж. Бернард
(Bernard J.) [195] объясняла этот факт так: отлично приспособленная культурой для удовлетворения мужских прихотей женщина является стабильным гарантом мужского благополучия.
Таким образом, переосмысление гендера и понимание этой категории не просто как качества индивидов, а как интегральной динамики социальных порядков предполагает новый взгляд на всю
сеть гендерных отношений и на такие феномены, как социальное
подчинение женщин и культурные практики, которые способствуют его поддержанию; половое разделение труда; формирование
характера и мотивации в той мере, в которой они организованы как
мужественность и женственность, и другие.
Закономерно поставить вопрос о создании гендера, в том числе
его модификации и коррекции. Можно предположить, что создание
гендера есть использование дискретных, чётко определённых узлов
33
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
поведения, которые могут быть включены в ситуации взаимодействия для узнавания (признания) мужественности и женственности. Чтобы быть успешным, маркирование или демонстрация гендера должны хорошо подходить к ситуациям, изменяться и трансформироваться в зависимости от потребностей ситуации. Следовательно, конструирование гендера состоит в управлении ситуациями, несмотря на их специфику, таким образом, что поведение
рассматривается как гендерно соответствующее или намеренно
гендерно несоответствующее. В связи с этим каждый вид деятельности может быть оценён как женский или мужской, и это означает, что создавать гендер – это не всегда означает жить согласно
нормативным представлениям о женственном или мужественном,
но это означает быть включённым в различные виды деятельности
в условиях гендерной оценки.
Поскольку именно индивиды создают гендер, это явление по
своему характеру является интерактивным, и различия между
мужчинами и женщинами, созданные в результате, могут быть
представлены как базовые постоянные установки. В этом свете
институциональные отношения в обществе могут рассматриваться
как отображение естественных различий и социальный порядок
представляется лишь приспособлением к естественному порядку.
И следовательно, создание гендера означает поддержку, воспроизводство и обеспечение легитимности институциональных отношений, основанных на категории принадлежности по полу, а также
социокультурные изменения.
Если возможно создание гендера, то встает вопрос о возможности гендерной деполяризации. Общественные движения, подобные феминизму, могут придать импульс сомнению в существующих отношениях между полами и обеспечить идеологию гендерной деполяризации. Но сама гендерная деполяризация потребовала
бы больше, чем социальную революцию, включаясь в процесс реорганизации социальных институтов и очерчивая по-иному культурные постулаты. Гендерная деполяризация потребовала бы и
психологической революции, глубоких изменений наших чувств
относительно осмысления понятия биологического пола и его отношения к психике, она заставила бы нас рассматривать биологический факт принадлежности к женщинам и мужчинам так же, как
мы сейчас рассматриваем биологический факт нашей принадлеж34
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ности к человеку. Интересное решение этой проблемы находит
психоаналитический подход.
Анализируя истоки недоверия между полами, К. Хорни [176]
видит их причины в наличии у конкретной личности враждебных
побуждений относительно представителей противоположного пола, а также в приписывании их партнеру под давлением собственного бессознательного чувства вины. Школа К. Юнга предложила
такое решение проблемы: чтобы достичь мира между полами, следует установить мир внутри личности. Эту мысль А. Маслоу подтверждает такими словами: “…отношения между полами в очень
большой степени определяются отношением между мужским и
женским началами внутри каждой личности, будь то мужчина или
женщина” [102]. Если мужчина “…сможет примириться с женским
началом внутри себя, то сумеет сделать это и по отношению к
женщинам во внешнем мире, станет лучше их понимать, будет менее противоречив в своем отношении к ним и, более того, станет
восхищаться ими…” [там же, с. 159].
Таким образом, с точки зрения психоаналитичекого подхода
внутренние неосознаваемые процессы отношений мужского и женского начал внутри личности напрямую связаны с межличностными гендерными отношениями. Эти процессы параллельны, принятие чего-то во внешнем мире может помочь достичь принятия этого же во внутреннем мире.
Подводя итоги анализа состояния проблемы гендерных отношений в западной социальной психологии, можно сказать, что в
ней накоплен большой опыт исследований, выражающих различные методологические подходы. Они позволяют с разных точек
зрения подойти к анализу теории этого вопроса и наметить различные подходы к разрешению практических задач.
1.2. Изучение гендерных отношений
и взаимодействий в отечественной психологии
В целом значение категории пола для понимания психологических особенностей индивида и специфики его жизненного пути доказано во многих исследованиях, что позволяет выделять гендерную специфику в психологических исследованиях как одну из задач в русле общей программы. Так, например, Н.К. Радина отме35
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
чает, что “исследование, первоначально выстроенное в русле определённой проблематики, обретает иное звучание, выходит на постановку принципиально иных задач при введении в программу
исследования гендерного фокуса” [131, с. 22].
В то же время методология и методы гендерных исследований
недостаточно широко обсуждаются в психологической литературе,
что значительно отражается на развитии отечественной гендерной
психологии.
Вместе с тем в отечественной науке исследуются социальнопсихологические процессы межгруппового восприятия, сравнения и
оценки, которые обозначаются понятием “межгрупповая дифференциация” (Л.И. Уманский, 1975; О.И. Лунева, 1978; Б.Ф. Поршнев,
1979), рассматриваются факторы детерминации межгруппового
восприятия и взаимодействия (А.Н. Кузнецов, 1976; В.С. Агеев,
1983; И.Р. Сушков, 1988; В.С. Агеев, А.А. Сыродеева, 1987;
А.Л. Журавлев, В.П. Позняков, 1992; В.П. Позняков, 1992;
Н.В. Волкова, В.В. Новиков, Р.Б. Гительмахер, 1997). Эти исследования отличаются от западных тем, что в качестве главного фактора
детерминации межгруппового восприятия и взаимодействия рассматривают характеристики совместной деятельности групп и возникающие на ее основе социальные связи и зависимости между ними. Такой подход предполагает выход за рамки лабораторного эксперимента и изучение взаимоотношений, складывающихся между
группами в реальных социальных сообществах.
1.2.1. Факторы детерминации межгруппового
восприятия и взаимодействия
Исследование гендерных установок и анализ их взаимосвязи с
поведением в различных ситуациях, связанных с межгрупповыми,
в частности с межполовыми, отношениями и взаимодействиями,
тесно связано с изучением такого явления, как установка. В отечественной науке теория установки разработана в трудах
Д.Н. Узнадзе [164, 127] и его школы, она нашла своё дальнейшее
развитие в диспозиционной концепции регуляции социального поведения В.А. Ядова [189].
Краткий психологический словарь под ред. А.В. Петровского и
М.Г. Ярошевского даёт следующее определение установки: “Установка – готовность, предрасположенность субъекта, возникающая
36
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
при предвосхищении им определённого объекта (или ситуации) и
обеспечивающая устойчивый целенаправленный характер протекания деятельности по отношению к данному объекту” [89,
с. 369]. Установка, являясь универсальным механизмом регуляции
поведения людей, во многом определяет стратегию жизни, пронизывает все уровни функционирования психики. Вместе с тем сфера
действия установок, как их понимал Д.Н. Узнадзе, и сфера действия социальных установок (аттитюдов) различны.
По Д.Н. Узнадзе, установка – это “готовность к определённой
активности, зависящая от наличия потребности и объективной ситуации её удовлетворения” [164, с. 231 – 232], т.е. условием любой
деятельности, согласно Д.Н. Узнадзе, является потребность и объективная действительность. “Между живым организмом и окружающей средой возникает и развивается взаимодействие активного
характера в том случае, если появляется какая-нибудь определенная потребность, а в окружающей среде имеется средство, могущее
удовлетворить эту потребность” [164, с. 137].
Таким образом, установка является “готовностью к совершению определенной деятельности, а именно деятельности, направленной на удовлетворение конкретных потребностей в условиях
конкретной среды” [там же, с. 137]. При этом “деятельность человека характеризуется специфическим отношением к действительности”, так как это именно его отношение к объективной действительности.
К.К. Платонов в “Кратком словаре системы психологических
понятий” определяет социальную установку как “состояние готовности личности к определённому восприятию и оценке социальных
явлений, процессов, ситуаций, поведению в ней. Синоним – социальное содержание направленности личности” [119, с. 159]. В определении краткого психологического словаря, на первый взгляд,
речь идёт именно о том, чтобы объяснить направление действий
личности в определённых условиях. По мнению Г.М. Андреевой,
такое “понимание установки не связано с анализом социальных
факторов, детерминирующих поведение личности с усвоением индивидом социального опыта, со сложной иерархией детерминант,
определяющих саму природу социальной ситуации, в которой личность действует” [12, с. 354]. Установка в концепции Д.Н. Узнадзе
более всего касается вопроса о реализации простейших физиологи37
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ческих потребностей человека. Как замечает Ф.В. Бассин, понимание Д.Н. Узнадзе установки как бессознательного исключает применение этого понятия к изучению наиболее сложных, высших
форм человеческой деятельности [21 – 23]. Проблема социальной
установки обсуждалась впервые в отечественной психологии как
понятие “субъективные отношения личности”, близкое по содержанию к понятиям “установка”, “аттитюд” в трудах А.Ф. Лазурского [108], подход которого позднее был переосмыслен В.Н. Мясищевым, разработавшим психологическую концепцию субъективных отношений личности [104]. Направленность личности как
особая преддиспозиция личности действовать определённым образом, в том числе в сложных социальных ситуациях, анализировалась в работах Л.И. Божович [28]. Связь с понятием “социальная
установка” может быть установлена и со стороны идеи А.Н. Леонтьева о личностном смысле [95]. С точки зрения теории деятельности А.Г. Асмоловым [17] была предпринята попытка интерпретировать социальную установку как личностный смысл, отражающий
отношения мотива к цели.
В западной социально-психологической традиции аттитюд понимается как некое общее состояние сознания и нервной системы
субъекта, предшествующее его действиям и выражающее предрасположенность действовать определённым образом. Проблема аттитюдов была поставлена в западной психологии У. Томасом и
Ф. Знанецким; наиболее интенсивно она разрабатывалась в 30-е, а
затем 50-е годы: Ликерт, Шанк, Ла Пьер, Олпорт, Креч и Кречфильд [13, 107]. Несмотря на то что авторами детально описаны
особенности свойств и структуры аттитюдов, оказался утраченным
момент целостности. Интерпретация социальной установки как целостного образования, включённого в социальный контекст, с учётом совокупности социальных условий, влияющих на его формирование, принадлежит В.А. Ядову, автору диспозиционной концепции социального поведения личности [189].
Идея автора о наличии соответствия сложной системы диспозиционных образований, регулирующих поведение и деятельность,
условной структуре ситуаций, в которых может действовать индивид, сводит в общую схему иерархию потребностей личности с
точки зрения её включённости в различные сферы социальной деятельности и иерархию ситуаций, в которых может действовать че38
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ловек. Эти ситуации рассмотрены как условия деятельности и
структурированы по длительности времени, “в течение которого
сохраняется основное качество данных условий” [там же, с. 94].
Предложенная концепция четырехуровневой иерархии диспозиционных образований выступает как регулятивная система по отношению к поведению личности. Каждый из уровней диспозиций
может быть соотнесён с регуляцией конкретных типов проявления
деятельности: от первого уровня, который означает регуляцию реакции субъекта на актуальную предметную ситуацию, до высшего,
четвёртого, регулирующего целостность поведения, или собственно деятельность личности. Г.М. Андреева отмечает, что согласно
концепции В.А. Ядова «личность рассмотрена не только в её “ближайшей” деятельности, но как единица широкой системы социальных связей и отношений, как включённая не только в ближайшую
среду социального взаимодействия, но в систему общества. Поэтому и её деятельность регулируется всей системой общественных
отношений» [12, с. 367].
С точки зрения когнитивистской концепции межгрупповое поведение, межгрупповое взаимодействие выводятся из когнитивного
мира личности: первое понимается как определяемое (следствие),
второе – как определяющее (причина). Невозможно отрицать влияние когнитивного, субъективного мира личности на её актуальное
поведение, в том числе межгрупповое. Как писал в этой связи
А.Н. Леонтьев, “старая метафизическая психология знала только
абстрактных индивидов, подвергающихся воздействию противостоящей им внешней среды и, со своей стороны, проявляющих
присущие им психологические способности: восприятие, мышление, волю, чувства” [95, с. 22]. При этом, продолжал он, многие
упускают “главное звено – процессы, опосредующие связи субъекта с реальным миром, процессы, в которых только и происходит
психологическое отражение им реальности, переход материального
в идеальное. А это суть процессы деятельности субъекта, первоначально всегда внешней и практической, а затем приобретающей
также форму внутренней деятельности, деятельности сознания.
Анализ деятельности и составляет решающий пункт и главный метод научного познания психического отражения, сознания” [там
же, с. 23].
39
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Одним из важнейших следствий этого утверждения являются
основополагающие принципы деятельностного подхода, согласно
которым решение собственных проблем субъекта возможно путём
вовлечения его в соответствующие виды деятельности.
Исследование зависимости, опосредствованности внутренней,
психической деятельности субъекта от его внешней, практической
деятельности и составило одно из главных направлений в отечественной психологической науке, начиная с Л.С. Выготского [41].
Одним из ведущих фундаментальных теоретических принципов
отечественной психологии является принцип единства сознания и
деятельности, разработанный в исследованиях С.Л. Рубинштейна
[139 – 143], А.Н. Леонтьева [95], Б.Г. Ананьева [10, 11], Б.Ф. Ломова [97, 98] и многих других отечественных психологов. Указанный принцип гласит: сознание, вообще психика не только проявляется, но и формируется в деятельности; деятельность человека обусловливает формирование его сознания, его психических процессов и свойств, и эти последние, осуществляя регуляцию
человеческой деятельности, являются условием её адекватного выполнения. С.Л. Рубинштейн и его школа вычленили в самом психическом процессе и его результат. Процесс есть основной (но не
единственный) способ существования психического. Как пишет
А.В. Брушлинский, “психическое как процесс – это исходная и
важнейшая психологическая реальность, из которой в ходе взаимодействия человека с миром формируются все психические явления,
функции, состояния, свойства… Например, все психические явления (чувства, мотивы, установки) и все собственно личностные
психические свойства (характер и способности) первоначально
формируются в качестве процесса, они превращаются далее в продукты этого процесса и включаются в его дальнейшее протекание и
развитие как его существенное внутреннее условие” [30, с. 344].
В гораздо меньшей степени в отечественной психологии получила дальнейшее развитие другая сторона теоретических воззрений
Л.С. Выготского, непосредственно связанная с его общей идеей о
социальной, культурно-исторической обусловленности психики
человека. Главным осталось изучение зависимости внутреннего,
психического мира человека от его индивидуальной деятельности.
Многими авторами признавался социальный (совместный, взаимодействующий) характер человеческой деятельности, но долгое
40
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
время он не являлся предметом непосредственного изучения. Вместе с тем межгрупповые аспекты исследовались в стратометрической концепции интрагрупповой активности А.В. Петровского
[115, 116], при изучении внутригрупповых социально-психологических феноменов (А.Н. Лутошкин, В.В. Новиков). В работах
А.А. Бодалева, Р.Б. Гительмахера, В.Н. Панфёрова, посвящённых
главным образом межличностному восприятию, содержится целый
ряд теоретических представлений и конкретных экспериментальных исследований, которые имеют самое прямое отношение и к
проблеме межгруппового восприятия [26]. В теории поэтапного
формирования групп как коллективов Л.И. Уманского также присутствуют моменты, непосредственно связанные с межгрупповым
уровнем анализа [165]. Исследованию вопросов социальной перцепции посвящены работы Г.М. Андреевой [12]. В частности,
классификация субъектов и объектов восприятия, предложенная
Г.М. Андреевой, преодолевает такой взгляд на социальную перцепцию, когда она сводится только к восприятию человека человеком и рассматривает в качестве таковых не только отдельную личность, но и целую группу. Для социальной психологии понимание
группы как субъекта распространяется не только на внешние формы активности (взаимодействие), но и на её внутренние, познавательные формы. Понятие “групповое сознание”, чувство “мы” и
целый ряд других теоретических конструкций отражены в работах
Б.Ф. Поршнева [125]. Серьёзному изучению деятельностного опосредования интергрупповой активности, а также факторов деятельности, влияющих на адекватность межгруппового восприятия,
посвящены исследования В.С. Агеева [3 – 7], которым было установлено, что факторы совместной межгрупповой деятельности (её
цели и ценности, характер критериев внешней оценки и успех или
неудача группы в межгрупповом соревновании) оказывают влияние как на адекватность межгрупповых представлений, так и на
удовлетворённость от принадлежности к группе. Анализируя взаимосвязи между объективными условиями, связывающими социальные группы, когнитивными процессами и межгрупповым взаимодействием, В.С. Агеев создаёт модель влияния субъективного
фактора на объективно существующие социальные условия. Он
отмечает: “Межгрупповое взаимодействие, во многом определяемое когнитивными переменными, воздействует по механизму об41
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ратной связи и на первичное детерминирующее звено – объективно
существующие социальные условия. Межгрупповые отношения,
межгрупповое взаимодействие создают и трансформируют социальные структуры высшего порядка” [7, с. 38]. Эта мысль созвучна
концепции социального конструирования реальности П. Бергера и
Т. Лукмана [25], рассматривающих социальную реальность как
продукт и контекст микросоциального взаимодействия социальных
субъектов, а также концепции онтосинтеза В.С. Дудченко [53, 54].
Таким образом, в рамках деятельностного подхода межгрупповой уровень анализа не только означает выделение определённого
круга социально-психологических феноменов, но и позволяет расширить границы анализа социально-психологической проблематики, а также осветить социальный контекст и наполнить социальнопсихологическое исследование собственно социальным содержанием.
Особое место в исследовании межгрупповых отношений занимает изучение факторов детерминации процессов межгруппового
восприятия в реальных социальных общностях.
Изучению особенностей социально-перцептивных процессов в
управлении на предприятиях различных отраслей посвящено исследование Н.В. Волковой, В.В. Новикова, Р.Б. Гительмахера [37].
В этом исследовании было выявлено, что отраслевая принадлежность обусловливает организацию производства, определяет статусы партнеров по общению, частоту самого общения, напряженность в отношениях, исходящих из профессиональной ответственности, что в свою очередь влияет на условия протекания и
социально-перцептивные процессы в управлении.
Результаты эмпирического исследования В.С. Агеева [3] показали зависимость адекватности межгруппового восприятия от конкретных факторов межгруппового взаимодействия. В частности,
было отмечено, что межгрупповая дискриминация (в форме внутригруппового фаворитизма и внешнегрупповой враждебности)
может быть снята или существенно ослаблена в зависимости от целей и характера организации межгруппового взаимодействия.
И.Р. Сушков исследовал межгрупповые отношения в производственной организации, возникающие в процессе совместной
производственной деятельности и субъективно отражающиеся в
системах групповых установок, ориентаций, ожиданий [159]. В ис42
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
следовании выявлена зависимость значимости ряда качеств и требований, предъявляемых к “своей” группе и “другим” группам, от
характера распределения ответственности за конечные результаты
совместной деятельности. По результатам межгруппового сравнения и оценки была обнаружена тенденция предпочтения своей
группы и переоценки её качеств, которая отражает, по мнению автора, приверженность индивидов к группе и не может однозначно
характеризоваться как сугубо отрицательное явление.
В исследовании В.П. Познякова [121] изучалась динамика
межгрупповых отношений трудовых коллективов в условиях организационно-экономического нововведения, связанного с изменением формы собственности на предприятии. В ходе исследования
было установлено, что при переходе к коллективной форме собственности в арендных подразделениях отмечается усиление выраженности качеств и отношений, свидетельствующих о возрастании
тенденции внутригрупповой интеграции. Оно выражалось в усилении эмоциональной приверженности работников своему коллективу, повышении удовлетворенности своей принадлежностью к нему.
Вместе с тем в отношениях между арендными подразделениями
отмечалось увеличение частоты конфликтов, проявлений недоброжелательности, враждебности, снижение готовности к сотрудничеству, согласованному решению спорных вопросов. Эти явления
свидетельствуют о том, что переход к новым производственноэкономическим отношениям сопровождается эффектом межгрупповой дезинтеграции. В этом исследовании было установлено также, что в процессе межгруппового взаимодействия в отношениях
между коллективами активизируются процессы межгрупповой
дифференциации.
Подводя итог вышесказанному, можно сделать вывод о том,
что признание деятельностного опосредования межгрупповой активности, выделение факторов деятельности, влияющих на адекватность межгруппового восприятия, являются отличительными
особенностями отечественных исследований в области межгрупповых отношений и взаимодействий.
Теоретический и практический опыт, накопленный в этих исследованиях, позволяет использовать его при анализе теоретических проблем, связанных с межполовыми отношениями и взаимо43
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
действиями и наметить пути к разрешению практических задач в
этой области.
В целом, на наш взгляд, исследования в области гендера и
межгрупповых отношений и взаимодействий позволяют предположить, что при анализе межгрупповых, межличностных и личностных явлений предметом рассмотрения будут являться различные
образования. На уровне межгрупповых отношений в качестве продукта межгруппового социального восприятия могут быть рассмотрены стереотипы мужественности и женственности, на уровне
межличностного взаимодействия выступают гендерные роли и
степень принятия в группе ролевого распределения, на личностном
уровне анализа результатами субъективного отражения стереотипов и освоения ролей становятся гендерные установки личности.
1.2.2. О взаимосвязи гендерных установок
с поведением мужчин и женщин
Долгое время в отечественной психологии проблематика пола
была представлена настолько слабо, что это дало основание
И.С. Кону назвать её “бесполой” [86]. В предисловии к статье
К. Хорни “Недоверие между полами” М. Решетников пишет: “Есть
психология личности, преступности, торговли, политической борьбы …, а женской нет, хотя женщин у нас все же больше, чем правонарушителей или политических деятелей” [134, c. 132].
В последние годы возрос интерес к проблеме половой социализации [9, 19, 51, 63], появились исследования, посвящённые роли
гендерных стереотипов в поведении мужчин и женщин [68, 70, 85],
особенностям формирования их половой идентичности, изучению
факторов, детерминирующих особенности половозрастного развития детей [67, 72, 80], обсуждаются вопросы, связанные с измерительными процедурами маскулинности-фемининности [15].
В частности, в работе Ж.В. Зуевой [67] обсуждается вопрос о
том, насколько полоролевая ориентация “полезна” человеку для
его психологического благополучия. Выделяются несколько точек
зрения на эту проблему. Согласно одной из них утверждается, что
наиболее благополучными будут те люди, полоролевые ориентации которых максимально соответствуют их половой принадлежности. В русле второй точки зрения считается оптимальной половой ориентацией андрогиния, одновременное сочетание как черт
44
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
женственности, так и мужественности. Существует также мнение,
что наличие черт маскулинности необходимо для обоих полов,
чтобы чувствовать себя благополучно в современном мире. Исследование Ж.В. Зуевой, посвященное особенностям половой идентичности женщин, обращающихся за психологической помощью,
показало, что идентичность таких женщин “является неинтегрированной, внутренне конфликтной смысловой структурой” [67, с. 19].
Разрешение внутреннего конфликта “идентификация – дифференциация” со своей матерью является необходимым условием для
формирования зрелой половой идентичности женщины.
В исследовании Д.В. Воронцова [40] обнаружены различия социально-психологических характеристик межличностного общения и поведения гомо- и гетеросексуальных мужчин. Данные этого
автора свидетельствуют, что в зависимости от вида половой идентичности изменяются социально-психологические характеристики
межличностного общения, что гендерные характеристики мужчин
с устойчивой гомосексуальной идентичностью как субъектов межличностного общения и поведения опосредованы системой их ценностных ориентаций, представленной в этой идентичности.
Внимание многих отечественных исследователей привлекают
проблемы современной женщины, особенности её адаптации к новым экономическим условиям. Так, в работе Н.М. Рехвиашвили и
С.И. Ериной [133] отмечается, что мотивационный компонент
предпринимательства у женщин во многом сходен с таковым у
мужчин, хотя следствия реализации этих мотивов для женщин и
мужчин разные. Авторы отмечают, что, для того чтобы сохранить
отношения в значимых для неё сферах семьи и межличностных отношений, женщины избегают успеха в тех ситуациях, когда его
достижение может поставить под угрозу значимые отношения. Такой феномен отмечен у женщин, активно занимающихся предпринимательством. Таким образом, утверждающиеся в настоящее время новые рыночные отношения меняют не только основы экономической системы, но и формируют другие формы экономического
поведения женщины, изменяя её место в системе значимых взаимоотношений.
В условиях социальных трансформаций в стране исследователями изучается специфика женского и мужского политического
поведения. В работе С.И. Ериной и Ю.А. Полетаева [58] установ45
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
лено, что наблюдаются существенные различия в готовности мужчин и женщин участвовать в политических акциях. Мужчины, по
сравнению с женщинами, склонны к более широкому диапазону
проявления политической активности. Авторами было установлено, что в целом индекс участия женщин в политической жизни ниже, чем у мужчин, но в то же время некоторые проблемы кажутся
женщинам настолько важными, что они готовы включиться в решение их лично: забота о детях, борьба с преступностью, безработица, помощь малоимущим.
Исследованию феномена “женщины в науке” посвящена работа С.И. Ериной и Е.Е. Корнеевой [59]. Анализ полученного в ходе
изучения материала показал, что главными мотивирующими факторами при выборе женщиной занятия научной деятельностью является желание проявить себя и интерес к работе. Обнаружено, что
для большинства женщин характерна завышенная самооценка,
склонность к демонстрации высоких достижений, высокая требовательность к себе и близким, синдром пенсионного невроза.
Проблемам становления и продвижения женщин в сфере
управления посвящена работа Н.Д. Стрекаловой [158], в которой
анализируется влияние гендерных установок на успешность продвижения по службе мужчин и женщин. Отмечается, что эффект
внешней привлекательности может увеличить шансы на получение
управленческой должности для кандидатов-мужчин и снизить их
для кандидатов-женщин. Существует также определенная предвзятость в оценке поведения женщин, выполняющих работу вне их
обычных социальных ролей. Так, значительно отличаются предполагаемые объяснения успеха или неудачи для женщин и мужчин:
успешное выполнение задачи мужчиной обычно объясняется его
мастерством (квалификацией), в то время как идентичное решение
задачи женщиной объясняется её старанием или просто везением.
С другой стороны, неудачи у мужчин объясняются невезением, у
женщин – недостаточными способностями. Такие представления о
причинах успеха и неудач в деятельности приводят к различным
реакциям со стороны руководства и принятию разных решений относительно продвижения по службе мужчин и женщин.
В работе Н.П. Фетискина [169] анализируются особенности
психологических изменений в структуре характера у лиц разного
пола. Автором были выделены три группы изменений: связанные с
46
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
отношением к себе, с отношением к другим людям и обществу, с
отношением к производительному труду. Результаты исследования
свидетельствуют, что количество женщин, у которых произошли
позитивные изменения в структуре характера, значительно превышает соответствующую выборку мужчин. Автор отмечает также,
что процесс накопления негативных изменений в структуре характера у мужчин идет интенсивнее, чем у женщин. Это обстоятельство приводит к поиску путей формирования здорового характера у
подрастающего поколения.
Особое место в отечественных гендерных исследованиях занимают работы, посвященные изучению полоролевых стереотипов.
Понятие гендерных стереотипов может быть применено не только
к описанию когнитивно-эмоциональной сферы человека, но и к непосредственно наблюдаемому поведению людей. По мнению
А.Г. Шмелёва [181], гендерные стереотипы отражаются в декларативном и реальном знаниях, различающихся по степени интернализации индивидом социального опыта. Декларативное знание связано с очень поверхностной интернализацией, когда представление
о маскулинности и фемининности признаются, но не определяют
или недостаточно определяют поведение и переживания индивида.
Реальное же знание связано с глубокой интернализацией социальных стереотипов, выступающих в форме маскулинных и фемининных установок, т.е. на уровне убеждений и побуждений. Соотнесение декларативного и реального знаний – это соотношение того,
что и как должно быть, с тем, что и как есть. Так, и взрослые, и дети лучше справляются с теми заданиями, которые, согласно стереотипам, “соответствуют” их полу, хотя могут быть уверены, что
соответствующие навыки не зависят от пола и обязательны для
любого человека.
Согласно результатам экспериментальных исследований
Д.Н. Исаева и В.Е. Кагана [68], индивидуальные полоролевые установки могут быть выражены как соотношение показателей маскулинности и фемининности, коррелирующих с приписыванием
себе тех или иных качеств. Эти качества не являются сами по себе
маскулинными или фемининными, т.е. представляют собой функции не собственного пола, а отношений между полами. Эти же авторы указывают на то, что “удачнее всего рассматривать маску47
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
линность и фемининность как аддитивную пару с множеством
возможных индивидуальных вариаций” [там же, с. 57].
В исследовании М.Ю. Мироновой [103] было выявлено, что
распространенность традиционных представлений об иерархическом соотношении половых ролей приводит к тому, что по сравнению с девочками мальчики испытывают более сильное давление со
стороны социума в направлении формирования полоспецифического поведения. Этому раньше начинает уделяться внимание,
больше подчеркивается ценность соответствующей половой роли и
опасность уклонения от нее, да и сами мужские стереотипы гораздо более узки и категоричны.
Особенно печальным феноменом в плане формирования моделей маскулинности является школа. Так, исследование, проведенное А.С. Волович [9], продемонстрировало, что среди тех учащихся выпускных классов, которые в наибольшей степени соответствуют школьным требованиям, подавляющее большинство (85%)
составляют девушки. Юноши, попавшие в эту категорию, отличались от других скорее традиционно женскими качествами (примерное поведение, усидчивость, исполнительность и т.п.), в то
время как качества, характеризующие интеллект или социальную
активность, практически не были представлены.
Анализу содержания представлений о будущем у подростков с
разным типом полоролевой ориентации посвящена работа
О.В. Заводилкиной [64]. По её мнению, тип полоролевой ориентации является интегральной характеристикой, которая определяет
направленность личности в сфере полоролевого поведения и связана с характерологическими особенностями и уровнем социальнопсихологической адаптированности личности подростка. Данная
характеристика отражает результат преобразования усвоенной социальной нормативной системы полоролевого поведения в собственные установки и ценности и определяется соотношением степени выраженности маскулинности/фемининности. Выделив вслед за
С. Бэм четыре типа полоролевых ориентаций (маскулинную, фемининную, андрогинную и недифференцированную), автор обнаружила, что для подростков с маскулинным типом полоролевой
ориентации в большей степени характерна ориентация на социальный статус и профессиональную карьеру, чем на сферу семейной
жизни. Подростки с фемининным типом полоролевой ориентации,
48
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
напротив, больше ориентированы на семью, чем на профессиональную карьеру. Представления андрогинных подростков о собственном будущем отличаются от аналогичных представлений их
маскулинных и фемининных сверстников прежде всего полнотой
картины – ими описываются все стороны человеческой жизнедеятельности: работа, семья, отношения с другими людьми, индивидуальные изменения, тогда как у других групп подростков одна или
две сферы могут отсутствовать в зависимости от типа их полоролевой ориентации. Отличительная характеристика образа предполагаемого будущего недифференцированных подростков – неуверенность в своих силах, страх перед будущим, иногда фатализм.
Особенным отличием подростков данной группы является наличие
в их описаниях неадекватного взаимодействия с противоположным
полом.
В исследовании Н.К. Радиной [131], направленном на изучение
половозрастных особенностей развития вербальной и невербальной самооценки у старших дошкольников, было выявлено, что девочки по всем шкалам невербальной самооценки обнаруживают
более высокие показатели, чем мальчики, что отражает более высокий уровень самопринятия, а уровень вербальной самооценки
является высоким независимо от пола.
Проблеме измерения полоролевых показателей у детей и подростков посвящена работа Т.А. Аракенцевой [15], которая отмечает, что, несмотря на возросший интерес к вопросам пола, существуют трудности в проведении эмпирических исследований. В первую очередь, они определены отсутствием общепринятых методик,
направленных на выявление психологических переменных, связанных с полом субъекта, в частности, это касается показателей типа
полоролевой ориентации. На основании имеющихся методических
приемов измерения маскулинности-фемининности автором были
выделены принципы, положенные в основу измерительных процедур, а также разработаны новые методики измерения маскулинности-фемининности.
В последние годы все больше уделяется внимания изучению
социальной и психологической среды обитания человека, в связи с
этим появилась новая отрасль исследований, которая получила название психологии среды, или психологической экологии, основателем которой считается Р. Баркер [179]. Проблемы психологии
49
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
среды касаются изучения личности в реальной жизни. При этом
“по-разному скомпонованная и созданная человеком среда неизбежно влияет на психику, поведение, принятие решения, восприятие, движение и понимание пространства” [там же, с. 34]. Поэтому влияние такого важного объекта социальной среды, как семья,
становится предметом исследований при изучении факторов детерминации половозрастных изменений в развитии личности ребенка и, в частности, его полоролевых представлений и ожиданий
относительно будущей семейной жизни.
Представления молодых людей о браке наряду с особенностями самооценки, включающими в себя специфические для мальчиков и девочек потребности, мотивы, ценностные ориентации, отношения с противоположным полом, стали предметом исследования
отечественных
психологов
(И.В. Дубровина,
1980;
А.М. Прихожан, 1980; Н.Н. Толстых, 1980; Т.И. Юферева, 1980,
1982; Н.Ф. Федотова, 1984; Д.Н. Исаев, В.Е. Каган, 1988;
Ю.Е. Алешина, А.С. Волович, 1991; В.С. Собкин, 1990, 1994, 1997;
В.С. Собкин, Н.И. Кузнецова, 1998; Н.И. Корытченкова, 2000 и
др.). Благодаря этим исследованиям семья была обозначена как
один из ведущих факторов гендерной социализации личности.
Так, в исследовании Н.И. Корытченковой [88], посвященном
изучению взаимосвязи стилей семейного отношения с эмоциональными характеристиками личности ребенка, выявлено, что чем
равнодушнее и пассивнее отношение родителей к ребенку, испытывающему дефицит эмоционального тепла и нежности, тем больше мальчик будет склонен к применению физической силы и негативизма в своем поведении. У девочек наблюдается следующая
картина: при авторитарном стиле воспитания они склонны к физической агрессии и тревожности. При сравнительном анализе данных, полученных при обследовании воспитанников интерната и
детского семейного дома, автором было выявлено также, что подростки из интерната более агрессивны, напряженны и подозрительны, чем воспитанники семейного дома, что связано, по мнению
автора, с авторитарностью воспитателей и равнодушием родителей
к своим детям [там же, с. 21].
Исследование роли внутрисемейных средовых факторов в возрастных изменениях структуры психологических признаков при
развитии детей-близнецов было проведено М.С. Егоровой [56].
50
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Изучалось влияние особенностей детско-родительских отношений,
особенностей близнецовых отношений и некоторых свойств личности родителей на развитие психологических характеристик и
диапазон их индивидуальных различий. Была установлена связь
аттитюдов родителей с особенностями психологической адаптации
детей, уровнем их когнитивного развития и некоторыми особенностями их личностной сферы. В частности, интеллектуальное развитие детей, уровень их адаптации и самооценка детей оказываются
ниже при более негативных аттитюдах родителей на социальные
изменения. Это проявляется особенно ярко, если родители воспринимают окружающую действительность как неопределенную и непонятную, если у них велик страх потери работы, если родители
склонны рассматривать большую часть проблем как неразрешимых
собственными силами и если они воспринимают окружающий мир
как в высшей степени опасный. Таким образом, было доказано, что
семейные условия развития могут приводить к формированию различий в уровне когнитивных характеристик ребенка [там же, c. 45].
Мониторинговые исследования, проведенные В.С. Собкиным
[151, 152], позволяют оценить динамику изменения отношения
школьников к ценностям семейной жизни. Внимание автора привлекают следующие аспекты: динамика ценности счастливой семейной жизни в структуре жизненных ценностей старшеклассника,
привлекательность личностной модели хорошего семьянина, уверенность школьников в успешности своей будущей семейной жизни и характер принимаемой ими модели супружеских отношений.
Подводя итог изложенному в данной главе, можно заключить,
что в зарубежной и отечественной науке накоплен достаточный
опыт исследований межгрупповых отношений и взаимодействий,
выражающий различные теоретические подходы. Они позволяют с
разных точек зрения подойти к анализу теоретических проблем
межполовых отношений.
Обзор гендерных исследований показывает, что формирование
полоролевой идентичности происходит в условиях полоролевой
демократизации и ослабления поляризации мужских и женских социальных ролей, которые создают широкие возможности для сочетания традиционно мужских и традиционно женских качеств в одном человеке. Вместе с тем большая часть гендерных исследований проводится в контексте сравнительного анализа особенностей
51
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
развития мужчины и женщины, включая формирование половой
идентичности, генезис половой идентификации, содержание и
функции полоролевых представлений, в то время как вопросы психологического анализа отношений и взаимодействий между полами как двумя социальными общностями получили недостаточное
развитие.
Поэтому вторая глава данной работы посвящена описанию некоторых эмпирических исследований, посвященных изучению
взаимосвязи гендерных характеристик личности с некоторыми
особенностями межгруппового восприятия и взаимодействий.
52
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Глава 2
Эмпирическое изучение взаимосвязи
гендерных характеристик личности
с некоторыми особенностями
межгруппового восприятия
и взаимодействий
Н
есмотря на то что среди факторов, определяющих процессы половой идентификации и социализации, семья
является общепризнанной детерминантой, все же до
сих пор нечётко определена роль семьи как объекта социального
восприятия, остается неясным, какие именно особенности семейных взаимоотношений оказывают влияние на развитие гендерных
установок и полоролевых представлений.
На наш взгляд, семья может быть рассмотрена в качестве объекта социального восприятия, а общности мужчин и женщин – в
качестве субъектов социальной перцепции. Одновременно семейные отношения и взаимодействия представляют собой своеобразную межгрупповую деятельность, в которой непосредственно
взаимодействуют представители разных социальных общностей и
которая с этой точки зрения является детерминантой социальноперцептивных процессов личности. Эти положения требовали
дальнейшего экспериментального изучения, анализа и обобщения.
Именно поэтому мы поставили в данном исследовании цели
проанализировать взаимосвязи гендерных установок относительно
будущей семейной жизни у юношей и девушек с особенностями их
внутрисемейных отношений, а также установить, существуют ли
гендерные различия в сфере восприятия семейных отношений и
взаимодействий. Нам также представлялось важным выявить влияние полового состава групп на процесс выполнения одного и того
же вида деятельности и на выбор типа стратегии при оценивании
результатов этой деятельности.
53
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2.1. Гендерные установки
и некоторые особенности восприятия
внутрисемейных отношений
Практической предпосылкой для проведения исследования послужили результаты наблюдений, бесед во время учебных занятий
с учащимися в образовательных учреждениях, а также во время
психологического консультирования юношей и девушек, их родителей и педагогов по проблемам, связанным с поведением в сфере
межполовых отношений.
На первом этапе исследования изучались содержательные особенности гендерных установок старшеклассников и их взаимосвязи
с восприятием некоторых особенностей внутрисемейных отношений, на втором этапе исследовалось влияние полового состава
группы на процесс межгруппового сравнения результатов деятельности.
На первом этапе в исследовании принимали участие 703 девушки и 467 юношей – учащихся 10-х классов общеобразовательных школ и технического лицея г. Ярославля. Группы юношей и
девушек выступали в нашем исследовании субъектами социального восприятия, а представления о семье рассматривались нами как
результат социального восприятия.
В качестве предмета исследования были выбраны установки
юношей и девушек относительно своей будущей семейной жизни и
оценочные параметры их семейных взаимоотношений. Таким образом, семейные отношения выступают в нашем случае объектом
социального восприятия и одновременно являются межгрупповой
деятельностью в форме непосредственного взаимодействия между
представителями различных групп, которое и определяет процесс и
содержание социального восприятия.
Гипотезы исследования были сформулированы следующим
образом:
– существуют достоверно значимые различия в полоролевых и
семейных ориентациях юношей и девушек.
– существует взаимосвязь между оценкой актуальных семейных взаимоотношений и представлениями о будущей семейной
жизни.
54
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Соответственно гипотезам были поставлены цели исследования:
1. Выявление различий в представлениях юношей и девушек о
будущей семейной жизни.
2. Изучение взаимосвязей между:
- оценкой успешности брака своих родителей с оценкой своих
отношений с родителями;
- оценкой отношений родителей между собой и мотивацией
выбора будущего брачного партнёра;
- степенью доверия в отношениях с родителями и представлениями о своей будущей семье.
3. Исследование взаимосвязи семейных и полоролевых ориентаций юношей и девушек.
В качестве методов исследования использовалась разработанная нами анкета “Ваша будущая семья”, состоящая из 16 вопросов (Приложение 1), и методика семантического дифференциала.
Обсуждение результатов, полученных в ходе
эмпирического исследования
Данные, полученные в результате обработки анкеты “Ваша будущая семья”, позволяют сделать обобщённые выводы относительно всей выборки респондентов (1 204 человека), провести корреляционный и сравнительный анализ различий ответов юношей и
девушек.
Представления юношей и девушек о будущей семье отражают
ответы на вопросы 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 13 анкеты. Анализ данных по
общей выборке позволяет сказать о том, что главными осознаваемыми мотивами для создания семьи 66% респондентов считают
желание иметь рядом верного, заботливого друга и 68% – всегда
быть рядом с любимым человеком. Эти данные согласуются с показателями, характеризующими ценность супружества среди старшеклассников, полученными В.С. Собкиным [151], где доминирующей является такая ценность, как “тёплые искренние отношения и взаимопонимание в семье”. Согласны, что семья – это
теплота, поддержка, понимание, 96% общего числа опрошенных,
иными словами, психологическая близость, откровенность, теплота
отношений признаются старшеклассниками той безусловной ценностью, которая лежит в основе создания семьи.
55
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В то же время 9% общей выборки респондентов признают возможность полноценной жизни человека без семьи, 32% выборки
старшеклассников согласны с тем, что семья олицетворяет потерю
личной свободы и индивидуальности. По мнению 25% общего числа опрошенных, семья является тормозом для личных успехов человека, его карьеры. Эти данные согласуются с данными социологических опросов, проведенных в 1991 и 1996 годах [155], согласно которым достижение материального благополучия и успешная
профессиональная деятельность занимают в рейтинге значимости
различных жизненных ценностей среди старшеклассников после
ценности “счастливая семейная жизнь” соответственно 2 и 3-е место. Этот весьма значительный процент школьников в определенной степени отражает вполне понятное стремление к материальному благополучию, вызванное рядом культурных и экономических
факторов, определяющих состояние современного общества.
Средним возрастом для вступления в брак 65% юношей и девушек называют 21 – 24 года, т.е. большая часть старшеклассников
рассматривают вступление в брак как достаточно отдаленную для
себя перспективу.
Среди мотивов выбора брачного партнёра 72% общей выборки
респондентов отдают предпочтение любви, 22% – материальной
обеспеченности будущей семейной жизни. Показательно, что мотив, связанный с необходимостью “себя сначала обеспечить, а потом обзаводиться семьей”, по данным социологов [153], более распространен среди юношей, чем среди девушек (соответственно
50,4, 30,9%). Это свидетельствует о том, что традиционных представлений о семейной жизни – когда мужчина отвечает за материальное благополучие семьи – придерживается каждый второй
юноша-старшеклассник. В то же время почти каждая третья девушка отказывается от подобного взгляда, принимая на себя в некоторой степени мужскую позицию материальной независимости и
самостоятельности.
Следует отметить позитивное отношение респондентов к наличию детей в будущей семье: 78% общей выборки респондентов
представляют будущую семейную жизнь с детьми и лишь 3% – без
них.
Вместе с тем, рассматривая отношение школьников к супружеской жизни, важно охарактеризовать их взгляд на нормы, регули56
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
рующие брачные отношения. В этой связи следует отметить, что
17% школьников (каждый шестой) не считают для себя необходимым какое-либо оформление брачных отношений. Этот весьма
значительный процент старшеклассников, считающих необязательным для себя юридическое оформление брачных отношений, в
определенной степени соответствует тенденциям неустойчивости
брака в России. Об этом свидетельствует снижение числа ежегодно
заключаемых браков, значительное увеличение числа разводов в
нашей стране и динамика роста количества детей, находящихся в
ситуации расторгнутых браков [48]. Как видим, общие социокультурные тенденции, связанные с неустойчивостью брака, транслируются и в юношескую среду.
Анализ вопросов анкеты, отражающих внутрисемейные отношения старшеклассников с родителями (вопросы 4, 14, 15, 16), свидетельствует о том, что 44% ответивших на 14-й вопрос респондентов разговаривают с родителями на темы, касающиеся взаимоотношений мужчин и женщин. Для 57% ответивших на 15-й вопрос
наиболее эмоционально близким человеком в обсуждении этих тем
является мать, для 6% – отец, для 7% – другие родственники, а 25%
отметили отсутствие таких людей среди членов семьи. На 16-й вопрос анкеты «Как родители “регулируют” ваши взаимоотношения с
друзьями, в том числе и противоположного пола?» 79% выбрали вариант ответа “Они доверяют мне, но иногда тактично контролируют
выбор друзей”, 8% – отметили жесткий контроль со стороны родителей, 10% указали на то, что родителям “нет до них дела”. Как
можно заметить из приведенных данных, для большей части старшеклассников темы, касающиеся межполовых отношений, недоступны для их обсуждения в семье. В тех же семьях, где обсуждение
этих тем принято, наиболее близким человеком в общении является
мать.
Результаты опроса отражают некоторые особенности восприятия старшеклассниками отношений родителей между собой, а
также своих отношений с родителями. Так, 23% респондентов оценивают отношения своих родителей друг с другом как удовлетворительные, 42% – как хорошие, 13% – как отличные. Назвали брак
своих родителей счастливым 35% отвечавших на 2-й вопрос анкеты, а 30% испытали трудность в ответе на него. Свои отношения с
родителями оценили как удовлетворительные 23%, как хорошие –
57
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
53% старшеклассников, как отличные – 18% общего числа ответивших на 4-й вопрос. Обратим внимание на следующее обстоятельство. Большой процент старшеклассников (30%) затрудняются
в общей оценке брака своих родителей, но довольно легко оценивают отношения родителей между собой и свои отношения с родителями, причем количественные показатели в оценках схожи. Это
дало нам основание для проведения корреляционного анализа ответов на вопросы анкеты, связанных с оценкой внутрисемейных
взаимоотношений.
В целом анализ данных опроса “Ваша будущая семья”, проведенного в 1997 году, по общей выборке респондентов позволяет
сделать вывод о том, что для большей части современных
10-классников семейная жизнь представляется неотъемлемой частью полноценной жизни человека, и в целом представления о будущей семейной жизни имеют позитивную направленность. Эти
данные согласуются с результатами опросов учащихся 9 –
11-х классов, проведенных в 1991 и 1996 годах В.С. Собкиным
[155], которые свидетельствуют о том, что ценность счастливой
семейной жизни является приоритетной в ряду других жизненных
ценностей старшеклассника и занимает первое по значимости место. Следовательно, несмотря на кардинальные изменения в социокультурной и экономической жизни России, структура жизненных
ценностей старшеклассников осталась неизменной, что дает основание говорить об инвариантности ценностных ориентаций в
старшем школьном возрасте в рассматриваемый период времени.
Сравнительный анализ данных анкеты выявил различия в следующих представлениях юношей и девушек относительно будущей семейной жизни:
– о роли семьи в жизни человека (вопросы 5, 6, 8, 9);
– о наиболее приемлемом возрасте для вступления в брак (вопрос 10);
– в мотивации выбора брачного партнера (вопрос 11);
– в планировании появления будущих детей (вопрос 13).
Так, по-разному представляют юноши и девушки необходимость семьи в жизни человека: вдвое больше юношей, чем девушек,
считают, что она необходима для удовлетворения сексуальных потребностей (соответственно 26% и 13%). В то же время 34% девушек и 42% юношей полагают, что в первую очередь семья нужна
58
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
для того, чтобы не быть одиноким. Для 37% юношей и 23% девушек семья ассоциируется с потерей индивидуальности. Эти данные
могут быть прокомментированы следующим образом. В течение
последних лет произошли важные сдвиги в общественном сознании
молодежи. По данным Ярославского областного информационного
центра по делам молодёжи Администрации Ярославской области
[166], несмотря на то что в молодёжной среде выше уровень социального оптимизма и больше готовность к жизни и работе в новых
условиях, рост недовольства качеством жизни стал ощутимее, чем в
предыдущие годы. Активизировались установки молодёжи на обеспечение социальных гарантий, работу на государственных предприятиях и в учреждениях, стремление иметь гарантированную зарплату. Новым явлением стало существенное сближение позиций молодежи и старших поколений в оценке “советского прошлого”: в
сложной общественной ситуации молодежь оценивает “порядок”
намного выше, чем “демократию”. В этих условиях всё большее
распространение получает уверенность молодых россиян в том, что
можно полагаться только на свои собственные силы.
Отличается восприятие респондентами оптимального возраста
для вступления в брак: не являются популярными среди юношей
ранние браки, среди девушек – поздние: возраст вступления в брак
в 18 – 20 лет оптимальным представляется 39% девушек и 14%
юношей, возраст 25 лет и старше – соответственно 11% девушек и
28% юношей (рис. 1).
50
40
30
юноши
девушки
20
10
0
1
18-20 лет
2
25 лет и старше
Рис. 1. Представления об оптимальном возрасте вступления в брак
59
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Выявлены половые различия в мотивах вступления в брак:
82% юношей и 66% девушек предпочли бы в качестве жены (мужа)
любимую (любимого), но не очень самостоятельную (самостоятельного) в плане материального обеспечения.
В отношении планирования появления будущих детей девушки проявляют большую самостоятельность по сравнению с юношами: 83% девушек и 69% юношей отвечают утвердительно на
вопрос “Будут ли в Вашей будущей семье дети”, причем 27%
юношей и 12% девушек отвечают утвердительно при условии, что
детей захочет супруга (супруг).
Различия в выборках испытуемых были обнаружены также в
вопросах, связанных с взаимоотношениями и некоторыми особенностями общения в семье: в оценках отношений родителей между
собой (вопрос 3); в оценках брака своих родителей (вопрос 2); в
выборе человека, к которому обратились бы за помощью в трудную минуту (вопрос 12); в общении с родителями на темы, касающиеся отношений мужчин и женщин (вопросы 14, 15, 16).
Характеризуя половые различия в восприятии родительских
отношений, девушки проявляют большую критичность в их оценке, чем юноши (рис. 2).
40
30
юноши
девушки
20
10
0
1
2
удовлетворительно
плохо
Рис. 2. Оценка отношений родителей между собой
60
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
По-разному воспринимают юноши и девушки ситуацию внутрисемейного общения на темы, касающиеся отношений мужчины и
женщины: 61% юношей и 46% девушек отмечают, что они не говорят с родителями на эти темы (рис. 3), треть юношей и почти
четвертая часть девушек отмечают, что ни с кем из членов семьи
эти темы не стали бы обсуждать. Для подтверждения предположения о наличии взаимосвязи между семейными взаимоотношениями
респондентов и их представлениями о будущей семье в анкету были включены вопросы, отражающие оценку успешности брака родителей (вопрос 2), оценку отношений родителей между собой
(вопрос 3), оценку своих отношений с родителями (вопросы 4, 14,
15, 16).
70
60
50
40
30
20
10
0
юноши
девушки
Рис. 3. Отсутствие общения с родителями на темы, касающиеся
взаимоотношений мужчин и женщин
Простой корреляционный анализ подтверждает наличие статистической связи между отдельными параметрами. Матрица интеркорреляций по показателям анкеты “Ваша будущая семья” единицей в основе построения которой является линейный коэффициент
корреляции Пирсона, выявляет положительные корреляции между:
– оценкой своих отношений с родителями и оценкой отношений родителей между собой (вопросы 3, 4; r = 0,42);
61
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
– оценкой своих отношений с родителями и мотиваций выбора
брачного партнёра (вопросы 4, 11; r = 0,39);
– представлением о семье (“без семьи жизнь не может быть
полноценной”) и степенью доверия в общении с родителями на темы, касающиеся взаимоотношений мужчин и женщин (вопросы 9,
14; r = 0,27);
– мотивацией выбора брачного партнёра и тем, как родители
регулируют отношения с друзьями, в том числе противоположного
пола (вопросы 11, 16; r = 0,48);
– оценкой своих отношений с родителями и тем, как родители
регулируют взаимоотношения с друзьями (вопросы 4, 16; r = 0,53);
– оценкой отношений родителей между собой и оценкой брака
своих родителей (вопросы 2, 3; r = 0,37).
В то же время не подтвердилось предположение о том, что существует связь между оценкой успешности брака родителей с
оценкой своих отношений с родителями (вопросы 2, 4; r = 0,10).
Таким образом, анализ по общей выборке данных опроса “Ваша будущая семья”, корреляционный и сравнительный анализ различий позволил сделать следующие выводы:
1. Представления о будущей семейной жизни современных
старшеклассников имеют позитивную направленность. Согласны,
что семья – это теплота, поддержка, понимание – 96% общего числа опрошенных, иными словами, психологическая близость, откровенность, теплота отношений признается старшеклассниками той
безусловной ценностью, которая лежит в основе создания семьи.
Значительная часть школьников демонстрируют позитивное отношение к наличию детей в будущей семье: 78% общей выборки
респондентов представляют будущую семейную жизнь с детьми, и
лишь 3% – без них.
2. Большей части старшеклассников темы, касающиеся межполовых отношений, недоступны для их обсуждения в семье. В тех
же семьях, где обсуждение этих тем принято, наиболее близким
человеком в общении является мать. По мнению большинства респондентов (79%), родители доверяют детям в выборе друзей, в том
числе противоположного пола, но иногда осуществляют тактичный
контроль, с точки зрения 8% опрошенных, родители жестко контролируют отношения своих детей с друзьями, 10% указали на то,
что родителям ” нет до них дела”.
62
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
3. Существуют различия между юношами и девушками в восприятии родительских отношений: девушки проявляют большую
критичность в их оценке, чем юноши. Выявлены также половые
различия в восприятии отношений родителей между собой; в оценках брака своих родителей; в выборе человека, к которому обратились бы за помощью в трудную минуту; в общении с родителями
на темы, касающиеся отношений мужчин и женщин.
4. Выявлены взаимосвязи некоторых особенностей восприятия
старшеклассниками внутрисемейных отношений с отдельными
представлениями об их будущей семейной жизни: в частности,
оценка родительских отношений связана с мотивацией выбора
брачного партнера; степень доверия в обсуждении с родителями
тем, касающихся взаимоотношений мужчины и женщины, с представлением “без семьи жизнь не может быть полноценной”. Существует связь восприятия респондентами того, как родители регулируют их отношения с друзьями, в том числе противоположного пола, с мотивацией выбора брачного партнера.
Эти данные дают основание для дальнейшего изучения особенностей внутрисемейного общения и его восприятия юношами и
девушками, нахождения их взаимосвязей, определения факторов,
детерминирующих их появление.
Таким образом, проведённый опрос подтвердил наличие гендерных различий в сфере социального восприятия семейных отношений и взаимодействий. Подводя итоги исследования, можно
констатировать, что:
1. Существует разница в восприятии образов родителей у
юношей и девушек, а именно: в восприятии юношей образы отца и
матери соответствуют стереотипам маскулинности и фемининности, в восприятии девушек образы отца и матери наделены фемининными чертами.
2. И у юношей, и у девушек образы маскулинности и фемининности участников будущего брака и родителей достаточно хорошо согласуются: в установках юношей муж и жена, подобно отцу и матери, соответствуют стереотипам маскулинности и фемининности. В установках же девушек муж и жена, подобно отцу и
матери, скорее фемининны, чем маскулинны. Следовательно, можно сделать вывод о взаимосвязи в восприятии юношей и девушек
63
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
моделей поведения родителей с моделями будущих супружеских
ролей.
В целом данные, полученные в ходе выполнения этого первого
этапа исследования, выявили содержательные характеристики семейных гендерных установок юношей и девушек, подтвердили
наши предположения о наличии гендерных различий в полоролевых семейных ориентациях молодежи. Данные дали также основание сделать выводы о том, насколько восприятие образов и моделей поведения родителей юношей и девушек влияет на их представления о будущих семейных ролях.
Понятие полоролевых стереотипов и гендерных установок может быть применено не только к описанию особенностей социального восприятия, но и непосредственно к наблюдаемому поведению людей. Выявлению особенностей группового поведения в ситуации оценивания результатов групповой деятельности был
посвящён второй этап нашего эмпирического исследования.
2.2. Влияние полового состава групп
на оценку результатов их деятельности
На этом этапе в исследовании приняли участие 60 девушек и
55 юношей – учащихся 9-х классов общеобразовательной школы
№ 26 г. Ярославля.
В качестве предмета исследования был выбран процесс деятельности групп, различающихся по половому составу, а также
стратегии сравнительного оценивания ими результатов деятельности.
Основная гипотеза была сформулирована следующим образом: оценка результатов деятельности групп зависит от их полового состава.
Соответственно гипотезе были поставлена цель: выявить оценочные стратегии в зависимости от типа экспериментальной ситуации.
В качестве основного метода исследования использовался
психологический эксперимент, суть которого заключалась в следующем.
Двум группам, состоящим из двух человек, раздельно, но в одном и том же помещении предлагалось выполнить краткий вариант
64
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
теста Торренса – субтест “Завершение картинок”, адаптированный
в лаборатории диагностики способностей и профессионально важных качеств Института психологии Российской академии наук [49]
и предназначенный для диагностики невербальной креативности.
Перед тестированием мы старались минимизировать мотивацию
достижения и сориентировать тестируемых на проявление своих
скрытых способностей при работе вдвоём. Выбор этой методики
обусловлен тем, что ее стимульный материал позволяет в достаточно короткое время испытуемым проявить креативные способности в условиях минимальной вербализации. Тест Торренса представляет собой набор из шести картинок с некоторым набором
элементов (линий), используя которые испытуемым необходимо
было дорисовать картинку до некоторого осмысленного изображения. В нашем эксперименте эту работу предлагалось делать испытуемым совместно. Традиционный показатель креативности –
“оригинальность” рисунка – нами не подсчитывался, поскольку
для нас было важным выявить, как сами испытуемые оценивают
результаты групповой деятельности.
Процедура исследования
Зависимой переменной была оценка продукции собственной и
другой групп, независимой – половой состав взаимодействующих
диад. Всего использовалось шесть возможных типов экспериментальных ситуаций, различающихся по этому признаку:
1. Две диады, состоящие каждая из юношей (ММ-ММ).
2. Две диады, состоящие каждая из девушек (ЖЖ-ЖЖ).
3. Диады, каждая из которых состоит из юноши и девушки
(МЖ-МЖ).
4. Диады, одна из которых состоит из юношей, а другая из девушек (ММ-ЖЖ).
5. Одна из диад состоит из юношей, а другая – из девушки и
юноши (ММ-МЖ).
6. Одна из диад состоит из девушек, другая – из юноши и девушки (ЖЖ-МЖ).
Диады, состоящие только из юношей или только из девушек,
мы обозначили как гомогенные, состоящие из юношей и девушек –
как гетерогенные.
Испытуемым давалась следующая инструкция:
65
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
“Перед вами бланк с недорисованными картинками. Вам необходимо дорисовать их. Дорисовать можно что угодно и как угодно.
После завершения рисунка необходимо дать ему название и подписать снизу в строке”. Испытуемым говорилось, что целью эксперимента является изучение способностей группы выполнить задание
оригинально, выразить себя в непривычном деле, причём акцент
делался на работе вдвоём. Поэтому им предлагалось активно сотрудничать: обсуждать темы рисунков, советоваться, вместе выполнять задуманное.
Анализ результатов второго этапа исследования
Для исследования влияния полового состава групп на процесс
межгруппового сравнения результатов деятельности мы повторили
исследование, проведённое И.В. Солодниковой (1986) со студентами. По окончании выполнения задания испытуемым предлагалось оценить работу своей и другой группы. Оценка сводилась к
выбору баллов на матрицах, каждый из которых соответствует
проявлению определённой стратегии оценивания. В качестве инструментария использовалась модификация методики Г. Тэшфела,
предложенная В.С. Агеевым, А.А. Сыродеевой, Е.В. Тугаревой [5],
которая представляет собой матрицу, состоящую из 13 столбиков
цифр, расположенных в два ряда и позволяющих определить выбираемые группами стратегии оценивания рисунков, выполненных
участниками групп.
Авторы этой методики выделили следующие стратегии:
1. Максимальная общая выгода (МОВ) – выбор в матрице, соответствующий наивысшему числу очков, которое можно присудить обеим группам.
2. Максимальная ингрупповая выгода для членов группы
(МИВ), или абсолютный ингрупповой фаворитизм.
3. Максимальное различие в пользу ингруппы (МР), или относительный ингрупповой фаворитизм.
4. Интегральный ингрупповой фаворитизм, означающий совпадение двух предыдущих стратегий на одном полюсе матрицы
(МИВ + МР).
5. Стратегия справедливости (С), когда присуждается равное
количество очков обоим реципиентам.
66
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
6. Максимальная выгода для другой группы, или абсолютное
предпочтение другой группы (МД).
7. Относительное предпочтение другой группы (МРд) – стремление увеличить в пользу другой группы разницу между количеством очков, присуждённых своей и другой группе.
8. Интегральное предпочтение другого, или альтруизм (А), –
совместное проявление двух предыдущих стратегий.
Сводные результаты эксперимента представлены в табл. 1.
Значения табл. 1 показывают разность между оценками результатов деятельности собственной и другой групп в среднем по
каждой экспериментальной ситуации в условных баллах, задаваемых матрицами. Положительные значения свидетельствуют о
предпочтении в оценках собственной группы, отрицательные –
другой.
Таблица 1
Выраженность оценочных стратегий
в зависимости от типа экспериментальной ситуации
Разность между
оценками продукции собственной и другой
групп (в относительных числах)
В среднем
по ситуации
В среднем
по первой диаде
В среднем
по второй диаде
ММММ
Тип экспериментальной ситуации
ЖЖМЖММММЖЖ
МЖ
ЖЖ
МЖ
ЖЖМЖ
1
2
3
4
5
6
0,08
- 1,42***
0,09
2,38**
1,45**
- 0,35
-
-
-
1,81**
3,06*
- 1,17**
-
-
-
2,94**
- 0,16*
0,48*
* Различия статистически значимы на уровне ρ ≤ 0,001.
** Различия статистически значимы на уровне ρ ≤ 0,05.
*** Различия статистически значимы на уровне ρ ≤ 0,025.
Из табл. 1 видно, что диады юношей демонстрируют стратегию справедливости при сравнении друг с другом (ситуация 1), но
во взаимодействии с диадами девушек (ситуация 4) и гетерогенными парами (ситуация 5) проявляют ингрупповой фаворитизм.
67
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Женские диады, взаимодействуя друг с другом, в отличие от мужских, благоприятствуют в оценках друг другу (ситуация 2) и гетерогенным парам (ситуация 6), проявляя аутгрупповой фаворитизм,
но в ситуации 4, где они противопоставлены юношам, девушки отдают предпочтение результатам собственной группы. Таким образом, данные сильно варьируют при изменении независимой переменной, то есть полового состава диад. Наиболее высокий ингрупповой фаворитизм наблюдается в ситуациях 4 и 5, где юноши
противопоставлены девушкам и гетерогенной диаде. Эта часть
данных подтверждается результатами И.В. Солодниковой.
Результаты исследования можно представить более наглядно,
если обозначить сравнительные выборы диад в каждой ситуации. В
таком виде результаты представлены в табл. 2.
Таблица 2
Выраженность оценочных стратегий
в зависимости от типа диад
.
Тип диад,
присуждающих
очки
ММ
ЖЖ
МЖ
В целом
Тип диад, которым присуждаются очки
ММ
ЖЖ
МЖ
В целом
**
**
0,08
1,81
3,06
4,95**
2,94**
- 1,42***
- 1,17**
0,39
*
*
- 0,16
0,48
0,09
0,41
*
*
*
2,86
0,87
1,98
* Различия значимы на уровне ρ ≤ 0,001.
** Различия значимы на уровне ρ ≤ 0,05.
*** Различия значимы на уровне ρ ≤ 0,025.
В горизонтальных строчках таблицы помещены суммы очков,
которые каждый тип диады в среднем присуждал себе по сравнению с другими диадами. В вертикальных столбцах помещены суммы, которые каждый тип диад получил в процессе указанного
сравнения.
Из табл. 2 видно, что чисто мужские диады придерживаются
стратегии справедливости при сравнении друг с другом и проявляют статистически значимый ингрупповой фаворитизм с диадами
девушек и гетерогенными парами. По отношению к ним женская
диада проявляет предпочтение в свою пользу, а гетерогенная диада
68
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
демонстрирует стратегию благоприятствовать в оценках не своей
группе. В целом диада юношей по сравнению с другими диадами
проявляет наиболее выраженную тенденцию к установлению позитивных различий в пользу собственной группы.
Иное поведение демонстрирует диада, состоящая из девушек.
При сравнении своих результатов с другой женской диадой девушки склонны благоприятствовать в оценке не своей группе, такая же
картина наблюдается и в сравнении с гетерогенной диадой. В целом женская диада демонстрирует минимальный внутригрупповой
фаворитизм по сравнению с другими парами.
Гетерогенная пара при сравнении с мужской диадой благоприятствует не себе, но отдаёт предпочтение своим результатам во
взаимодействии с женской и гетерогенной парами.
Результаты, полученные в нашем исследовании, отличаются от
исследований, проведенных на студенческой выборке [4]. Если
студенты в гомогенных ситуациях демонстрируют стратегию справедливости, то у старшеклассников лишь диады юношей придерживаются этой стратегии, диады же девушек демонстрируют уступчивость друг другу, проявляя аутгрупповой фаворитизм. У студентов максимальный уровень ингруппового фаворитизма
проявляет женская диада, у старшеклассников – мужская.
Полученные результаты могут быть интерпретированы следующим образом. Высокий уровень внутригруппового предпочтения диады юношей и диады девушек в ситуации их взаимодействия может быть объяснён механизмом защиты “Мы-образа”, ярким
представителем которого является механизм полоролевой стереотипизации. Задача определения очков в нашем эксперименте сводилась к ответу на вопрос: присудить другой группе заведомо
меньше очков, чем своей, присудить столько же или дать больше?
Главным психологическим механизмом, на наш взгляд, определяющим этот выбор, является механизм защиты “Мы-образа” и
противопоставления “Они-образа”. Необходимо учитывать возрастные особенности наших испытуемых, находящихся в пубертатном
периоде развития и характеризующихся особым уровнем развития
идентичности [183]. Референтное окружение, состоящее из “собственных” групп, “посторонних” групп провоцирует характерное для
данного возраста стремление любой ценой позитивно отличаться
от других групп. Распределение когнитивных категорий на “мы” и
69
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
“они” создаёт демаркационную линию, которая и является детерминантой оценочных суждений, формируемых в процессе межгруппового сравнения. В ситуации оценивания продуктов деятельности чисто мужскими и женскими диадами если различия между
группами существовали, то они акцентировались и преувеличивались; если же таковые не существовали, то они порождались искусственно. Стремление в этом возрасте к межполовой дифференциации – это одна из социальных потребностей человека, которая,
влияя на восприятие социального окружения, делает его пристрастным, неадекватным, примером чего и являются эффекты ингруппового фаворитизма. Суть этого эффекта заключается в тенденции
каким-либо образом благоприятствовать членам собственной
группы в противовес членам другой группы.
Высокая степень ингруппового фаворитизма чревата отрицательными, деструктивными социальными последствиями: порождают напряжённость, конфликты между группами, предубеждённость в межгрупповых отношениях. Особенно эти проблемы актуальны на уровне больших социальных групп; когда же речь идёт о
взаимодействии между малыми группами, эффекты ингруппового
фаворитизма приобретают иные формы. На ранних стадиях образования и развития малой группы ингрупповой фаворитизм просто
необходим, он благотворно влияет на сплочённость группы и отражает степень значимости, степень привлекательности группы
для индивида. Ингрупповой фаворитизм положительно коррелирует и с эффективностью деятельности малой группы в системе организации [121, 122].
В естественных условиях этот эффект носит вторичный характер и зависит от множества факторов и условий межгруппового
взаимодействия: например, от уровня взаимодействия (какие
именно группы демонстрируют ингрупповой фаворитизм и по отношению к кому), выраженности и осознанности этого эффекта в
восприятии и поведении членов группы, форм и стратегий межгруппового взаимодействия, в которых эффект ингруппового фаворитизма проявляется.
Подводя итоги этой части эмпирического исследования, можно
сказать, что половой состав групп оказывает влияние на выбор
стратегии при оценивании результатов групповой деятельности.
Это дает основание говорить о том, что гендер, как часть социаль70
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
но-психологической и общественной структуры предписанных отношений между полами, оказывает влияние на процессы не только
восприятия, но и взаимодействия между полами. Результаты нашего исследования показывают, что традиционные отношения господства и подчинения между полами уходят в прошлое: современные девушки в ситуации взаимодействия с юношами не склонны
проявлять уступчивость, напротив, они обнаруживают более высокий уровень внутригруппового предпочтения по сравнению с ними.
В целом анализ данных, полученных в ходе двух этапов эмпирического исследования, позволяет сделать следующие выводы:
1. Представления о будущей семейной жизни современных
старшеклассников имеют позитивную направленность.
2. В большинстве семей респондентов темы, касающиеся взаимоотношений между полами, не обсуждаются. В тех же семьях, где
обсуждение этих тем принято, наиболее близким человеком в общении является мать.
3. Существуют различия между юношами и девушками в восприятии родительских отношений: девушки проявляют большую
критичность в их оценке, чем юноши. Выявлены также половые
различия в восприятии образов родителей и внутрисемейных отношений респондентов.
4. Выявлены взаимосвязи некоторых особенностей восприятия
старшеклассниками внутрисемейных отношений с их отдельными
представлениями о будущей семейной жизни.
5. Существует взаимосвязь в восприятии юношей и девушек
моделей поведения родителей с моделями своих будущих супружеских ролей.
6. Половой состав малой группы влияет на процесс межгруппового сравнения результатов деятельности, а именно:
- мужские диады по сравнению с другими диадами проявляют
наиболее выраженную тенденцию к установлению позитивных
различий в пользу собственной группы;
- женские диады проявляют высокий уровень внутригруппового фаворитизма в сравнении с мужской диадой, но в оценке другой
женской диады и гетерогенной пары склонны отдавать предпочтение не в пользу собственной группы;
71
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
– гетерогенная пара при сравнении с мужской диадой благоприятствует не себе, но отдает предпочтение своим результатам во
взаимодействии с женской и гетерогенной парами.
2.3. Эмпирическое изучение взаимосвязи
гендерных установок со стратегиями
поведения в конфликте
Изложенное исследование было выполнено О.А. Грибановой
под нашим руководством в 2002 году (Исследование взаимосвязи
гендерной идентичности личности со стратегиями поведения в
конфликте. Дипломная работа. Ярославль. 2002). Целью исследования было выявление особенностей половой идентичности в выборке юношей и девушек и изучение взаимосвязи типов половой
идентичности со стратегиями поведения испытуемых в ситуации
конфликта.
Первоначально с каждым испытуемым была проведена индивидуальная беседа с целью получения дополнительной информации о нем и мотивации его к добросовестному участию в исследовании. Затем испытуемые заполняли анкету (Приложение 2).
Для проведения основного этапа исследования (выполнения
тестовых заданий) собирались группы студентов, прошедших
предварительную беседу и анкетирование (25 – 30 человек), после
которых каждый из них получал бланки с заданиями методик
«МиФ» для измерения степени выраженности маскулинностифемининности и тест К. Томаса.
В результате анкетирования были получены следующие данные: большинство и юношей, и девушек воспитывались в полных
семьях, т.е. с родными матерью и отцом. Это является фактором,
благоприятствующим формированию наиболее эффективных моделей отношений с людьми как одного с собой, так и противоположного пола (отметим, что во время беседы все испытуемые охарактеризовали свои семьи как благополучные). Многие испытуемые из полных семей (57% юношей и 43% девушек) росли вместе
со своими братьями или сестрами, что также способствует формированию определенных моделей межличностных отношений, в том
числе различных способов кооперации с партнером по общению.
72
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Что касается испытуемых из неполных семей (воспитывавшихся без матери или отца), они составляют 16% среди юношей и 23%
среди девушек, участвовавших в нашем исследовании, причем
большинство из них также воспитывались вместе с братьями или
сестрами.
Об отношениях в семьях испытуемых было выявлено, что 94%
участников исследования признают наличие внутрисемейных конфликтов у себя, лишь 6% полагают, что таковых в их семье не бывает. Как юноши (36%), так и девушки (32%) чаще всего конфликтуют с матерью или бабушкой. Данный факт можно объяснить тем,
что последние наиболее склонны к чрезмерной опеке своих чад и
это вызывает столкновения со стремящейся к самостоятельной
жизни молодежью. Следует отметить, что среди девушек, в отличие от юношей, выявилось почти одинаковое количество тех, кто
чаще всего вступает в конфликты как с матерью (32%), так и с отцом (29%). Одной из причин последнего из указанных фактов может быть то, что отцы, как правило, очень ревностно относятся к
своим дочерям, стараются уберечь их от нежелательных отношений. Девушки воспринимают это как ограничение своей личной
свободы.
Меньше всего в нашей выборке испытуемых, которые конфликтуют в основном с братьями (9% юношей и 5% девушек).
Кроме того, было выявлено, что в семьях участников нашего исследования основная часть конфликтов происходит между родителями (у 10% юношей и 5% девушек), с обоими родителями (19 и
18% соответственно) и с сестрами (14 и 11%).
Относительно инициаторов конфликтов в доме юноши полагают, что ими чаще всего являются мать или бабушка (41%), а
большинство девушек (41%) обвиняют в этом себя. Однако и многие юноши (36%) также считают, что именно они сами чаще всего
провоцируют конфликты, а некоторые из девушек (30%) инициатором конфликтных ситуаций называют мать. Отцу данную роль
приписывают 15% молодых людей и 20% девушек. Реже всего, по
мнению испытуемых, источником конфликтов становятся братья
или сестры. Так считают 8% юношей и столько же девушек.
Что же касается симпатий в семье, то 28% юношей отдают
предпочтение матери, еще 30% симпатизируют всем членам своей
73
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
семьи одинаково, 22% – отцу, а 12% выделили родного брата или
сестру.
Почти половина девушек (46%) отметили в данном вопросе
свою маму, 25% симпатичны все члены их семьи, 14% выделяют
отца, 7% – брата или сестру. Лишь 8% и юношей, и девушек на вопрос «Кому из членов семьи Вы больше всего симпатизируете?»
ответили «никому». Причиной подобного ответа мог служить совсем недавно произошедший семейный конфликт и обида, оставшаяся после него.
Результаты анкеты также показали, что у 94% испытуемых
есть друзья противоположного пола, и лишь 6% ответили отрицанием на данный вопрос.
Относительно того, с представителями какого пола испытуемым легче устанавливать и поддерживать отношения, большинство
юношей (60%) ответили, что пол при этом не имеет для них значения, т.е. они одинаково хорошо ладят и с девушками, и с юношами.
Среди молодых людей 25% легче находят общий язык с людьми
одного с собой, а 14% – с людьми противоположного пола.
В выборке девушек 40% не выделяют партнеров по общению
по половому признаку. Почти столько же (37%) лучше ладят с
людьми противоположного, а 23% – с людьми своего пола.
Что касается вопроса о собственной конфликтности каждого из
испытуемых, укажем, что 79% юношей отрицают свою конфликтность, а 21% – подтверждают ее. У девушек же разрыв между вариантами ответа на данный вопрос оказался гораздо меньше: 58%
не считают себя конфликтными, а 42% признают факт собственной
конфликтности.
В споре свою неправоту обычно открыто признают 81% как
юношей, так и девушек; а 19% и тех, и других в данной ситуации
остаются при своей точке зрения перед оппонентом.
И наконец, в последнем вопросе выявился бытующий у большинства юношей (73%) и девушек (69%) стереотип, заключающийся в том, что женщины конфликтуют чаще, чем мужчины. Небольшая часть испытуемых (16% молодых людей и 11% представительниц слабого пола) полагают, что конфликты наиболее часто
возникают между мужчинами. Остальные участники исследования
придерживаются мнения о том, что склонность к конфликтам – это
личностная, а не полоспецифическая особенность.
74
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Таким образом, с помощью анкетирования нам удалось собрать и обобщить довольно интересную дополнительную информацию об участниках нашего исследования. Подводя итог анализу
анкет, можно сделать следующие выводы:
1. Испытуемые воспитывались в достаточно благоприятной
семейной обстановке, большинство из них – в полных семьях, многие – с братьями или сестрами.
2. Подавляющее число испытуемых признали наличие конфликтов в своих семьях (юноши чаще всего конфликтуют с матерью, а девушки – и с матерью, и чуть меньшее количество – с отцом).
3. Инициатором конфликтов многие юноши считают мать (бабушку) или, как и большинство девушек, самих себя.
4. Девушки чаще всего симпатизируют матери, а юноши в равном соотношении испытывают симпатию ко всем членам семьи
сразу и к матери в отдельности.
5. Практически все испытуемые имеют друзей противоположного пола, причем для поддержания хороших отношений большинству участников исследования не важен пол партнера по общению.
6. В данной выборке большинство испытуемых не считают себя конфликтными, но среди девушек имеется немало имеющих о
себе обратное мнение.
7. Среди большинства испытуемых бытует представление, что
женщины конфликтуют чаще, чем мужчины.
Для измерения степени выраженности маскулинности, фемининности и андрогинности была использована модифицированная
полупроективная методика «МиФ» (маскулинность и фемининность), разработанная Н.В. Дворянчиковым, А.В. Герасимовым
(1997) на основе работ С. Бэм (1975), Т.Л. Бессоновой (1994). Апробирование методики происходило в лаборатории судебной сексологии г. Москвы.
Модификация методики базируется на перечне маскулинных и
фемининных качеств, предложенных Т.Л. Бессоновой (1994) [24],
которая основывалась в свою очередь на концепции андрогинии
С. Бэм (S. Bem, 1974). В литературе неоднократно отмечалось, что
тест BSRI (Bem Sex-Role Inventory) относится к наиболее эффективным методам исследования половой идентичности и предсказывает такие аспекты маскулинности – фемининности, как инстру75
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ментальность и экспрессивность, особенности самоотношения и
самоуважения (Кон И.С., 1988; Heinbrun A., 1981).
Предложенный Сандрой Бэм в 1974 г. тест «маскулинности –
фемининности» отличался от всех предшествующих тестов тем,
что был построен на представлении о маскулинности и фемининности как о независимых ортогональных измерениях личности. Ее
тест разделяет мужчин и женщин на четыре группы: маскулинные,
фемининные, андрогинные и психологически не дифференцированные по полу мужчины и женщины. В основе модифицированного полупроективного теста С. Бэм лежит идея независимого, ортогонального расположения шкал маскулинности и фемининности.
В основе модифицированного полупроективного теста С. Бэм
лежит идея независимого, ортогонального расположения шкал
маскулинности и фемининности.
Для теоретического обоснования данной методики Т.Л. Бессонова предложила полоролевую модель личности. Согласно этой
модели, в основе развития полоролевого самосознания лежит характер удовлетворения в раннем детстве потребностей личности: потребность в аффиляции (присоединении, любви, тепле как физическом, так и физиологическом и т. д.) и потребность в достижении (в
сохранении себя и своего личного пространства, своей обособленности, уникальности). В дальнейшем происходит интериоризация
данных составляющих соответственно в аутосимпатию и в самоуважение, что в целом является основой интегрального отношения
личности к себе и выражается как уровень развития маскулинности
и фемининности личности независимо от биологического пола.
Таким образом, выстраивается и типология личности: мужчины – маскулинные, фемининные, андрогинные, психологически не
дифференцированные по полу. Женщины – маскулинные, фемининные, андрогинные, психологически не дифференцированные по
полу.
Методика «МиФ», основанная на классической структуре
«Я-концепции», позволяет анализировать целостную систему полового самосознания:
1. Полоролевая идентичность – представления о типичности
для пола своего поведения или функций, выражающиеся как
обобщенные суждения о маскулинности и фемининности («На самом деле я...»).
76
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2. Полоролевые стереотипы – представления о поведении и
функциях, характеризующих мужчин или женщин (пропорция М –
Ф в образах «Мужчина должен быть..», «Женщина должна быть..»).
3. Полоролевое поведение – представления о паттернах поведения индивида в соответствии с социальными стереотипами мужчин
или женщин; соотношение черт маскулинности – фемининности в
паттернах, демонстрируемых мужчинам и женщинам (пропорция
М/Ф в образах «Мужчины считают, что я...» и «Женщины считают,
что я...»).
4. Полоролевые предпочтения – ценности индивида в отношении стереотипного или коррелирующего с ним поведения того или
иного пола («Хотелось бы, чтобы я был...») – «Я-идеальное».
5. Сексуальные предпочтения – ценности индивида в отношении представителя другого пола, дифференцированность сферы
психосексуальных ориентаций («Хотелось бы, чтобы мой сексуальный партнер был...», «Мой реальный сексуальный партнер...»).
Особое внимание при этом уделяется анализу семантической
близости между различными образами «Я» и составляющими полоролевой идентичности в рамках психологического пространства
маскулинности – фемининности.
Структурный анализ производится путем расчета семантической близости (в тестовых единицах пространства маскулинности –
фемининности) между образующими полового самосознания. Например, близость образов «Я-идеальное» и «Мужчина должен
быть» может свидетельствовать о значимости для испытуемого образа мужчины, о включенности мужского полоролевого стереотипа
в систему полоролевых предпочтений.
Содержательный анализ позволяет определить пропорцию М/Ф
составляющих (маскулинности – фемининности) в каждом из образов («Я-реальное», «Я-идеальное»), дифференцированность полоролевых качеств в различных структурах полового самосознания.
Результаты, полученные по шкалам маскулинности и фемининности, приведены в сводных таблицах (табл. 3 и 4). Здесь процентные соотношения посчитаны отдельно для мужской и женской
выборок.
77
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Таблица 3
Выраженность типов половой идентичности в мужской выборке
в зависимости от критериев оценки
Тип половой идентичности
Маскулинный
Фемининный
Андрогинный
Не дифференцированный по полу
1
25
12
51
2
25
0
75
12
0
Количество человек, %
3
4
5
6
20
38
23
2
2
8
16
69
78
45
55
29
0
9
6
0
7
3
43
54
8
6
37
46
0
11
Таблица 4
Выраженность типов половой идентичности
в женской выборке в зависимости от критериев оценки
Тип половой идентичности
Маскулинный
Фемининный
Андрогинный
Не дифференцированный по полу
1
14
40
42
2
25
0
75
5
0
Количество человек, %
3
4
5
6
15
15
18
3
8
32
32
29
77
49
43
68
0
3
6
0
7
6
3
91
8
23
6
54
0
17
Данные табл. 3 и 4 показывают, сколько человек имеют тот
или иной тип половой идентичности по каждому из имеющихся в
методике критериев.
1 – «На самом деле я...», т.е. "Я-реальное";
2, 6 – «Мужчина должен быть...», «Женщина должна быть...»,
т.е. полоролевые стереотипы;
3 – «Хотелось бы, чтобы я был...», т.е. "Я-идеальное";
4, 5 – «Мужчины считают, что я...» и «Женщины считают, что
я...», т.е. полоролевое поведение;
7, 8 – «Хотелось бы, чтобы мой сексуальный партнер был...»,
«Мой реальный сексуальный партнер...», т.е. сексуальные предпочтения.
Анализируя полученные данные, следует отметить, что в мужской выборке ровно половина испытуемых воспринимают себя как
андрогинную личность, т.е. они обладают достаточно высоким
78
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
уровнем и маскулинных, и фемининных качеств. Четверть этой
выборки имеет маскулинный тип половой идентичности. Фемининные и не дифференцированные по полу мужчины в общей сумме также составляют четверть выборки, т.е. среди наших испытуемых есть те, которые проявляют экспрессивные качества, а также
инфантильные, несамостоятельные, испытывающие трудности в
понимании своих чувств.
Относительно испытуемых женского пола можно отметить,
что в нашем исследовании выявилось практически одинаковое количество фемининных и андрогинных девушек (40 и 42% соответственно). В данной выборке присутствуют и испытуемые с маскулинным типом половой идентичности, но они составляют довольно
небольшую ее часть (14%). Не дифференцированные по полу девушки (неспособные к проявлению инструментальной агрессии)
хотя и составляют всего 5% выборки, все же имеют место среди
наших испытуемых.
При сопоставлении "Я-реального" с полоролевыми стереотипами маскулинности у юношей обнаруживается, что здесь общие
тенденции одинаковы: преимущество принадлежит андрогинному
типу, несколько меньше представлен маскулинный тип идентичности. Таким образом, у большинства юношей нашей выборки (75%)
имеется представление о типичном мужчине как об андрогинной
личности, и только у четверти испытуемых сохранилось традиционное представление о маскулинном мужчине. Эти данные в очередной раз подтверждают положение о ломке традиционных полоролевых стереотипов среди молодежи. Что касается представлений
о женщинах, то молодые люди здесь в основной своей массе продолжают придерживаться существующего веками представления о
слабой, зависимой, хозяйственной женщине. Лишь треть юношей
полагают, что женщина должна обладать как маскулинными, так и
фемининными качествами одновременно (29%).
Представления девушек о типичной женщине несколько не
совпадают с тем, как они воспринимают себя. Для большинства из
них (68%) женщина должна быть андрогинной, гораздо меньше
они отдают предпочтение фемининности, тогда как "Я-реальное" в
женской выборке представлено и фемининным, и андрогинным
типами идентичности. Мужчин девушки также ожидают видеть в
основном с андрогинными качествами и небольшое количество – с
79
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
маскулинными. При этом женская выборка разделяется в своих
представлениях о типичном мужчине в том же процентном соотношении, что и мужская.
Таким образом, можно заключить, что у девушек произошла
ломка полоролевых стереотипов мужественности – женственности
в сторону андрогинии, а у юношей пока превалирует традиционное
представление о типичной женщине, тогда как большинство женщин ожидают видеть мужчину, обладающего андрогинными качествами.
Данные табл. 3 показывают, что основное число юношей свое
"Я-идеальное" опять же представляют андрогинным (78%). При
этом значительно уменьшается число испытуемых, которые хотят
быть фемининными и совсем исчезают не дифференцированные по
полу. Определенная часть юношей (20%) по-прежнему стремятся к
традиционной мужественности. Эти данные позволяют говорить о
том, что наши испытуемые пытаются соответствовать закрепившимся у них стереотипам. Относительно девушек отметим, что для
большей их части характерно стремление к андрогинному типу,
что совпадает с их стереотипами женственности и не противоречит
реальному образу «Я». Что же касается маскулинного и фемининного типов, то, хотя они представлены у небольшого числа испытуемых женского пола, здесь наблюдаются некоторые различия.
Так, согласно "Я-реальному" и представлениям девушек о типичной женщине, она должна быть скорее фемининной, однако в своих устремлениях большее число испытуемых склоняется к маскулинному типу.
Остановимся теперь на критерии «полоролевое поведение»,
т.е. рассмотрим, каково соотношение черт маскулинности – фемининности в паттернах поведения, демонстрируемых мужчинам и
женщинам. Как видно по данным табл. 3, юноши демонстрируют
себе подобным в основном андрогинное (45%) и маскулинное
(38%) поведение. Это может говорить о том, что, несмотря на приличное количество воспринимающих себя андрогинными, выборку
составляют и юноши, продолжающие демонстрировать типично
мужские паттерны поведения, пусть даже преимущественно перед
мужской аудиторией. Перед женщинами же количество демонстрирующих маскулинный тип идентичности уменьшается (23%), зато увеличивается число юношей, проявляющих фемининные каче80
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ства. Вероятно, это является следствием того, что последние стремятся предстать перед женщинами мягкими, заботливыми и понимающими, чтобы показать свое сходство с ними. Но и здесь наибольшее количество испытуемых (55%) демонстрируют андрогинное поведение. По данному критерию обнаружились также
испытуемые, пока еще не сформировавшие определенные паттерны поведения и демонстрирующие инфантильность и несамостоятельность (9% перед мужчинами, 6% перед женщинами).
В женской выборке (табл. 4) практически совпадают типы
идентичностей, демонстрируемых обоим полам: андрогинное поведение – 49 и 43 % (мужчинам и женщинам соответственно), фемининное – по 32% и маскулинное – 15 и 18%, не дифференцированное по полу – 3 и 6 % испытуемых. При этом также можно отметить, что не у всех, но у подавляющего большинства девушек
сформировались определенные паттерны поведения. Основная
масса демонстрирует андрогинное поведение, многие по-прежнему
на поведенческом уровне проявляют традиционно фемининные качества. Но присутствуют и такие, которые имеют маскулинный характер поведения. Наличие в женской выборке этой группы испытуемых может быть следствием их адаптации к социальным и экономическим условиям в нашей стране, когда зачастую требования
к женщине (например, в профессиональном плане) не ниже, чем к
мужчине.
Относительно «сексуальных предпочтений», т.е. ценностей
индивидов в отношении представителей другого пола, то и юноши,
и девушки хотят, чтобы их сексуальный партнер проявлял андрогинные качества. Однако если в мужской выборке почти половина
испытуемых (43%) хотят, чтобы их партнерши были традиционно
фемининными, то в женской выборке практически все испытуемые
(91%) отдали предпочтение андрогинности в ущерб маскулинности
(6%) и фемининности (3%). Присутствие в выборках юношей,
стремящихся иметь сексуальные отношения с маскулинными
партнерами, и девушек, отдающих предпочтение фемининным
личностям, может свидетельствовать о недифференцированности,
а может быть, и о нетрадиционности их психосексуальных ориентаций.
Что касается реального положения вещей, то опять же и юноши, и девушки в большинстве своем имеют отношения с андро81
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
гинными сексуальными партнерами. Кроме того, многие юноши
(37%) предпочли фемининных женщин, а девушки – маскулинных
мужчин (23%), что подтверждает то, что, несмотря на происходящее в сознании молодежи изменение полоролевых стереотипов, на
поведенческом уровне многие из них придерживаются традиционных представлений о том, какими должны быть мужчины и женщины. Результаты методики свидетельствуют, что несколько молодых людей (6%) имеют сексуальную связь с маскулинными, а
девушки (6%) – с фемининными партнерами. Это позволяет еще
раз сказать о недифференцированности психосексуальных ориентаций этих испытуемых.
Типа идентичности, не дифференцированного по полу, по данному критерию не обнаружено, а 11% юношей и 17% девушек,
указанных на месте данного типа полоролевой идентичности, обозначают количество человек, не имеющих реального сексуального
партнера.
С результатами юношей и девушек по методике «МиФ» был
проведен сравнительный анализ по t-критерию Стьюдента и критерию Фишера (с помощью программы PSYSTAT). Соответствующие коэффициенты приведены в табл. 5.
Таблица 5
Коэффициенты достоверности различий результатов
юношей и девушек в методике «МиФ»
Крите- Крите- Крите- Крите- Крите- Крите- Крите- Критерий 1 рий 2 рий 3 рий 4 рий 5 рий 6 рий 7 рий 8
1,97
2,05
1,95
1,22
0,67
0,39
0,52
Стьюдент 0,55
(S)
Фишер
(F)
1,10
1,36
1,45
1,18
1,12
2,12
2,67
1,21
Коэффициенты отражают достоверные результаты различий
между юношами и девушками (жирным шрифтом – на уровне значимости α = 1%, обычным – при α =5%).
Как видно из табл. 5, значимые различия обнаружились только
по критерию Фишера. При этом наиболее достоверны различия ре82
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зультатов юношей и девушек по стереотипному представлению о
типичной женщине («Стереотип женственности»), о чем было сказано уже при качественном анализе данных. Выявились также значимые различия в представлениях юношей и девушек об идеальном образе своего «Я».
Стереотип мужественности у разнополых испытуемых также
оказался неодинаковым (различия достоверны по критерию Фишера на уровне значимости 5%).
Таким образом, на основе проведенного сопоставления результатов юношей и девушек, полученных по методике «МиФ», можно
сделать следующие выводы:
1. В сознании молодежи происходит постепенная ломка полоролевых стереотипов маскулинности – фемининности в сторону
андрогинного типа идентичности.
2. На поведенческом уровне традиционные полоролевые стереотипы проявляются довольно часто, что свидетельствует о глубине их усвоения.
3. Юноши чаще, чем девушки, ожидают от противоположного
пола поведения, соответствующего традиционному стереотипу.
Говоря о выборке в целом (без разделения по половому признаку), можно привести следующие статистические данные, полученные в нашем исследовании (табл. 6).
Таблица 6
Выраженность типов половой идентичности во всей выборке
в зависимости от критериев оценки
Тип половой идентичности
Маскулинный
Фемининный
Андрогинный
Не дифференцированный по полу
1
19
26
46
2
25
0
75
8
0
Количество человек, %
3
4
5
6
18
27
21
2
5
20
24
49
78
47
49
48
0
6
6
0
7
5
23
72
8
15
22
50
0
14
Для наибольшей наглядности полученных результатов мы их
отобразили в графической форме (График 1), где показано, сколько
человек выборки (в процентном соотношении) по каждому из кри83
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
териев имеют тот или иной тип половой идентичности: М – маскулинный, Ф – фемининный, А – андрогинный, Н – не дифференцированный по полу.
Анализируя результаты по всей выборке, отметим, что практически по всем критериям наибольшее количество человек имеют
андрогинную половую идентичность. Исключение составляет
только критерий стереотипа женственности. Здесь половина испытуемых (49%) показывает прочно закрепившийся стереотип фемининной женщины и практически столько же (48%) – андрогинной.
Несмотря на то что 2% испытуемых допускают, что типичная
женщина может быть маскулинной, вполне логичным является то,
что ни один человек выборки не имеет стереотипа фемининного
мужчины.
График 1
Н
Мой
реальный
сексуальный
партнер…
Хотелось бы
чтобы мой
сексуальный
партнер
Женщина
должна
быть...
Женщины
считают, что
я…
А
Мужчины
считают, что
я..
Ф
Хотелось бы
чтобы я
был...
М
Мужчина
должен
быть...
90%
80%
70%
60%
50%
40%
30%
20%
10%
0%
На самом
деле я...
Количество человек, %
Профили типов половой идентичности в зависимости от количества
человек, обладающих ими, и критериев оценки в методике «МиФ»
Критерии оценки
Относительно соотношения присутствующих в выборке людей, имеющих маскулинную и фемининную половую идентичность, добавим, что большее число испытуемых (26% против 19%)
оценивают себя как фемининных («Я-реальное»); хотят быть маскулинными 18%, а фемининными – только 5% («Я-идеальное»).
Таким образом, возможно, что у считающих себя фемининными
испытуемых имеется внутренний полоролевой конфликт (несовпа84
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
дение «Я-реального» и «Я-идеального»). Это может быть причиной
общей напряженности данной группы людей и источником их
конфликтности. На поведенческом уровне перед мужчинами испытуемые несколько чаще демонстрируют маскулинную идентичность (27%), чем фемининную (20%); а перед женской аудиторией
– оба типа в примерно одинаковом соотношении (21 и 24%). Что
касается сексуальных предпочтений, то фемининными своих партнеров хотят видеть 23% испытуемых, в то время как маскулинными – только 5%. В реальности же фемининных партнеров имеют
22%, а маскулинных – 15% выборки. Последняя группа данных
может свидетельствовать о том, что у определенной части испытуемых есть вероятность возникновения конфликтов именно на
почве несовпадения идеального и реального представления о своем
сексуальном партнере.
Стоит также отметить, что испытуемые, имеющие половую
идентичность, психологически не дифференцированную по полу,
обнаруживают себя по трем критериям: базовой половой идентичности («Я-реальному») и двум типам полоролевого поведения, демонстрируемого мужчинам и демонстрируемого женщинам. Таких
мало (8% по критерию «Я-реальное» и по 6% по другим названным
критериям), но интересно их наличие именно по данным составляющим полового самосознания, что доказывает взаимосвязь между ними. Относительно 14% испытуемых, обозначенных по критерию «реальный сексуальный партнер» как не дифференцированные
по полу, подчеркнем, что здесь указаны исключительно те, кто не
имеет в реальности сексуального партнера.
Качественный анализ результатов всех испытуемых по методике «МиФ» позволил сделать следующие выводы:
1. Основная часть испытуемых имеет андрогинную половую
идентичность.
2. Стереотип фемининной женщины продолжает существовать
у половины испытуемых.
3. Обозначились испытуемые, с большой степенью вероятности имеющие внутриличностный конфликт половой идентичности,
и те, у кого есть весомые причины для существования межличностного конфликта с сексуальным партнером.
Далее для обработки результатов методики были использованы
методы математической статистики.
85
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Описание эмпирических данных, полученных
при проведении методики К. Томаса
В своем подходе к изучению конфликтных явлений К. Томас
делал акцент на изменении традиционного отношения к конфликтам. Указывая, что на ранних этапах их изучения широко использовался термин «разрешение конфликтов», он подчеркивал: этот термин подразумевает, что конфликт можно и необходимо разрешать,
или элиминировать. Целью разрешения конфликтов, таким образом,
было некоторое идеальное бесконфликтное состояние, где люди работают в полной гармонии. Однако в последнее время произошло
существенное изменение в отношении специалистов к этому аспекту исследования конфликтов. Оно было вызвано, по мнению
К. Томаса, по меньшей мере, двумя обстоятельствами: осознанием
тщетности усилий по полной элиминации конфликтов, увеличением
числа исследований, указывающих на позитивные функции конфликтов. Отсюда, по мысли автора, ударение должно быть перенесено с элиминирования конфликтов на управление ими. В соответствии с этим К. Томас считает нужным сконцентрировать внимание
на следующих аспектах изучения конфликтов: какие формы поведения в конфликтных ситуациях характерны для людей, какие из
них являются более продуктивными или деструктивными, каким
образом возможно стимулировать продуктивное поведение.
Для описания типов поведения людей в конфликтных ситуациях К. Томас считает применимой двухмерную модель регулирования конфликтов, основополагающими измерениями в которой являются кооперация, связанная с вниманием человека к интересам
других людей, вовлеченных в конфликт, и напористость, для которой характерен акцент на защите собственных интересов. Соответственно этим двум основным измерениям К. Томас выделяет следующие способы регулирования конфликтов [126]:
1) соревнование (конкуренция) как стремление добиться удовлетворения своих интересов в ущерб другому;
2) приспособление, означающее в противоположность соперничеству, принесение в жертву собственных интересов ради другого;
3) компромисс;
4) избегание, для которого характерно как отсутствие стремления к кооперации, так и отсутствие тенденции к достижению собственных целей;
86
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
5) сотрудничество, когда участники ситуации приходят к альтернативе, полностью удовлетворяющей интересы обеих сторон.
К. Томас считает, что при избегании конфликта ни одна из
сторон не достигает успеха; при таких формах поведения, как конкуренция, приспособление и компромисс, или один из участников
оказывается в выигрыше, а другой проигрывает, или оба проигрывают, так как идут на компромиссные уступки. И только в ситуации сотрудничества обе стороны оказываются в выигрыше.
Чуть выше мы отметили, что выбор того или иного стиля поведения в конфликте во многом зависит от ситуации, в рамках которой он протекает. И при обработке и интерпретации результатов
методики К. Томаса мы обнаружили подтверждение этого факта.
Результаты первичной обработки его методики показывают, что
практически каждый испытуемый не обязательно использует только одну из стратегий в каждой конфликтной ситуации. В поведенческом арсенале человека имеется несколько вариантов действий
при данных обстоятельствах, и, какой из них будет выбран в данный момент, часто определяется в результате оценки наличной ситуации. Этот вариант имеет место, когда есть возможность определить стратегически наиболее выигрышный стиль поведения в ситуации конфликтного взаимодействия. Однако почти у каждого
человека (и результаты нашего исследования подтверждают это)
есть наиболее привычный и чаще всего используемый стиль поведения в конфликте. И именно относительно этих стилей поведения
в конфликте в рамках нашей работы проводился анализ, результаты которого приведены в табл. 7.
Таблица 7
Частота используемых стратегий поведения в конфликте
Количество
человек, %
Соперничество
СотрудКомничест- промисс
во
Избегание
Приспособление
Смешанный
стиль
Юноши
18
9
38
3
11
20
Девушки
15
15
42
5
14
9
87
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Анализируя результаты, представленные в табл. 7, можно сказать, что и девушки, и юноши в большинстве своем выбирают в
конфликтной ситуации компромисс в качестве стиля поведения.
Меньше всего испытуемых используют избегание. Остальные типы поведения в мужской и женской выборках, на первый взгляд,
встречаются неодинаковое число раз. Однако, как показал сравнительный анализ результатов юношей и девушек по t-критерию
Стьюдента и по критерию Фишера (с помощью программы
PSYSTAT), ни на одном из уровней значимости достоверных различий обнаружено не было. Полученные соответствующие коэффициенты приведены в табл. 8.
Таблица 8
Коэффициенты достоверности различий результатов
юношей и девушек в методике Томаса
Стьюдент
(S)
Фишер
(F)
Соперничество
Сотрудничество
Компромисс
Избегание
Приспособление
1,25
0,64
1,30
0,31
0,23
1,05
1,21
1,00
1,02
1,20
Эта интерпретация касается сопоставления результатов испытуемых в зависимости от половой принадлежности. Общие результаты, полученные по методике К. Томаса на всей выборке, представлены в табл. 9.
Таблица 9
Частота использования стратегий поведения в конфликте
Стиль
Соперничество
Количество
человек, % 17
Сотрудничество
Компромисс
Избегание
Приспособление
Смешанный
12
40
4
12
15
Чтобы полученные результаты были более наглядными, они
были вынесены на гистограмму, представленную на рис. 4.
88
50%
40%
30%
20%
10%
Смешанный
Приспособление
Избегание
Компромисс
Сотрудничество
0%
Соперничество
Количество человек, %
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Стиль разрешения конфликта
Рис. 4. Стратегии поведения в конфликте
Наиболее предпочитаемым стилем поведения в конфликтной
ситуации является компромисс. К нему чаще всего прибегают 40%
испытуемых. Таким образом, наибольшая часть наших испытуемых пытается в конфликтных ситуациях отыскать решение, удовлетворяющее обе взаимодействующие стороны, причем основным
способом для этого они чаще всего считают именно взаимные уступки. Это можно объяснить относительно юным возрастом испытуемых и недостаточно обширным опытом разрешения конфликтных ситуаций более конструктивным способом, чем компромисс.
Полученные результаты могут свидетельствовать и о том, что почти половина участников исследования далеко не всегда может находить скрытые нужды и интересы сторон, учет которых необходим для осуществления оптимального (по мнению многих исследователей) способа разрешения конфликта – сотрудничества.
Однако следует отметить, что 12% всех испытуемых для разрешения конфликтной ситуации очень часто прибегают к стилю
сотрудничества, отдавая ему приоритет перед остальными моделями поведения в конфликте.
17% нашей выборки используют в основном стиль соперничества, т.е. они в интересующей нас ситуации уделяют максимальное
внимание своим интересам, принимают при этом волевые решения
и действуют активно и целенаправленно.
89
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Противоположный соперничеству стиль приспособления используют 12% испытуемых, т.е. эти люди в конфликтной ситуации
чаще всего действуют согласно интересам противоположной стороны, жертвуя при этом своими собственными.
Меньше всего в нашей выборке испытуемых, пользующихся
стилем избегания (4%) как наиболее часто используемой стратегией поведения в конфликте. То есть эти люди стараются уйти от
проблемы, игнорируя ее, перекладывая ответственность за ее решение на другого, добиваясь отсрочки решения или используя
иные приемы.
В нашем исследовании выделилась еще одна категория испытуемых, стиль разрешения конфликта которых мы назвали «смешанным» (15%). У них не выявилось наиболее характерного стиля
поведения в конфликте. Это можно объяснить тем, что при выборе
стиля поведения в конфликтной ситуации эти испытуемые всегда
учитывают ее особенности и действуют согласно ей.
Можно отметить, что учет наличной ситуации характерен
практически для всех наших испытуемых. Это видно из результатов первичной обработки ответов испытуемых в методике Томаса.
Ведь у каждого испытуемого есть хотя бы еще один, кроме основного, стиль разрешения конфликта, по которому он набрал почти
такое же количество баллов.
Таким образом, подводя итоги анализу методики К. Томаса,
сделаем следующие выводы:
1. Большая часть выборки при разрешении конфликтной ситуации чаще всего использует стиль компромисса.
2. Меньше всего испытуемых в ситуации конфликта выбирают
стиль избегания.
3. Выбор конкретной стратегии поведения в конфликте зависит
во многом от особенностей наличной ситуации.
Сопоставление результатов методик Томаса и «МиФ»
В результате применения вышеперечисленных методик нами
были получены данные, определяющие тип половой идентичности
каждого испытуемого (на основе выраженности показателей по
шкалам маскулинности – фемининности), и стратегии поведения,
наиболее часто выбираемые ими в конфликтной ситуации.
90
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Для проверки выдвинутой гипотезы о взаимосвязи типа половой идентичности и стратегии поведения в конфликтной ситуации
нами был использован коэффициент корреляции Пирсона.
В табл. 10 – 13 приведены данные коэффициенты. Они были
получены в результате корреляций между типами половой идентичности (точнее, значений соответствующих им шкал маскулинности – фемининности) и стратегиями поведения в конфликте.
Поскольку количество обладателей каждого типа оказалось
различным во всех критериях, это было учтено при анализе коэффициентов корреляции.
В табл. 10 – 13 представлены положительные и отрицательные
корреляции. При этом жирным шрифтом выделены коэффициенты
корреляции на уровне значимости 1%, а обычным – на уровне значимости 5%.
Таблица 10
Коэффициенты корреляции Пирсона между маскулинным типом
половой идентичности по каждому критерию
и стратегиями поведения в конфликте
Критерий
оценки
1
2
3
4
5
6
7
8
Шкала
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
Соперни- Сотруд- Компрочество ничество
мисс
-0,001
-0,071
0,354
-0,103
0,324
-0,507
0,109
-0,430
0,133
-0,166
0,5
0,327
-0,276
0,332
-0,362
-0,483
-0,192
-0,089
0,066
0,081
-0,227
0,064
0,065
-0,185
0,178
-0,037
0,327
0,5
0,647
-0,346
-0,014
0,006
91
0,289
0,183
0,067
-0,057
-0,147
0,305
-0,011
0,373
-0,101
0,213
-0,655
1
0,657
-0,553
0,224
0,424
Избега- Приспоние
собление
0,025
0,074
-0,318
0,041
-0,096
0,305
0,005
-0,026
0,025
-0,078
-0,091
-0,693
-0,643
0,775
-0,186
-0,072
-0,211
-0,089
-0,348
0,103
-0,190
0,267
-0,214
0,465
-0,283
0,102
-0,091
-0,693
-0,591
0
0,338
0,151
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Из табл. 10 видно, что у студентов с маскулинным типом половой идентичности (в дальнейшем – «маскулинные») обнаружилась
довольно сильная положительная связь (r = 0,47; при α=1%; n = 34)
по критерию «Полоролевое поведение, демонстрируемое мужчинам» между шкалами фемининности и стилем приспособления. То
есть «маскулинные» люди в своем поведении перед мужчинами
обнаруживают связь между проявлениями фемининных качеств и
приспособлением. По этому же критерию, но уже между фемининностью и соперничеством была выявлена тесная обратная связь
(r = –0,43; при α = 1%; n = 34). Другими словами, «маскулинные
люди» перед мужчинами на поведенческом уровне обнаруживают
связь между слабой выраженностью фемининных качеств и сильной выраженностью стиля соперничества.
Значительная обратная связь выявилась также между теми же
параметрами (шкала фемининности и стиль соперничества), но уже
по критерию «Я-идеальное» (r = – 0,51; при α = 1%; n = 23). То есть
можно сказать, что среди индивидуальных установок на желаемый
образ «Я» у «маскулинных» участников исследования обнаружилась взаимосвязь между слабой фемининной направленностью и
высокой вероятностью использования стиля соперничества. Возможно, причиной этому может служить излишняя самоуверенность
высокомаскулинных людей, присущая им, согласно исследованиям
И.С. Кона [85].
Была обнаружена и более слабая взаимосвязь между исследуемыми параметрами (на уровне значимости α = 5%). Так, например,
у испытуемых, у которых выявился маскулинный тип половой
идентичности, по критерию «Стереотип мужественности» обнаружилась положительная корреляция между шкалой маскулинности
и стилем соперничества (r = 0,35; при α = 5%; n = 32). По этому
критерию определилась также отрицательная корреляция между
шкалой маскулинности и стилем приспособления (r = – 0,35; при
α = 5%; n = 32). То есть у испытуемых, обнаруживших по данному
критерию маскулинный тип половой идентичности, существует
традиционный стереотип прямой связи «мужественности» с напористостью, активностью (стиль соперничества) и обратной связи –
с приспособлением.
92
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Слабая корреляционная зависимость у «маскулинных» участников исследования была обнаружена между шкалой фемининности и стилем компромисса при демонстрации ими полоролевого
поведения мужчинам (r = 0,37; при α = 5%; n = 34).
По критерию «Идеальный сексуальный партнер» выявилась
прямая связь шкалы фемининности и стратегии избегания (r = 0,78;
при α = 5%; n = 6). Это свидетельствует о том, что в представлении
«маскулинных» испытуемых об идеальном сексуальном партнере
существует взаимосвязь между слабым проявлением фемининности и низкой вероятностью предпочтения стратегии избегания.
Таблица 11
Коэффициенты корреляции Пирсона между фемининным типом
половой идентичности по каждому критерию
и стратегиями поведения в конфликте
Критерий
оценки
1
2
3
4
5
6
7
8
Шкала
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
Соперни- Сотруд- КомпроПриспоИзбегание
чество ничество
мисс
собление
0,191
-0,144
0
-0,590
0,043
0,031
0,025
0,084
-0,073
0,021
-0,112
0,027
0,228
0,101
0,250
-0,093
0,862
0,198
0,303
-0,092
0,413
-0,163
-0,005
-0,222
0,040
-0,362
0,359
-0,067
0,121
-0,114
0,483
0,586
0,151
-0,061
0,109
-0,086
0,234
0,089
0,231
0,038
-0,252
0,020
-0,436
0,062
-0,722
-0,235
-0,106
0,026
-0,358
0,240
-0,014
-0,032
0,108
0,313
-0,071
-0,032
-0,227
0,299
-0,856
0,154
-0,339
0,069
-0,203
-0,090
-0,090
0,080
-0,179
-0,040
-0,337
-0,124
Следует отметить, что в табл. 11 прочерки вместо коэффициентов корреляции по 2-му критерию («Стереотип мужественности») свидетельствуют о том, что не выявилось ни одного человека, который бы по данному критерию обнаруживал фемининный
тип половой идентичности.
93
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
У испытуемых с фемининным типом половой идентичности по
критерию «Я-идеальное» наблюдается сильная положительная
корреляция между шкалой маскулинности и стилем сотрудничества (r = 0,86; при α = 1%; n = 6). Поскольку у «фемининных» людей
шкала маскулинности выражена слабо, то полученная прямая связь
свидетельствует о корреляции низкой выраженности маскулинных
качеств и невысокой частоты использования стиля сотрудничества.
То есть у людей с фемининной направленностью данная взаимосвязь является одной из составляющих желаемого образа «Я».
По этому же критерию обнаруживается сильная отрицательная
корреляция между шкалой маскулинности и стратегией приспособления (r = – 0,86; при α = 1%; n = 6), а также умеренная отрицательная корреляция между шкалой маскулинности и стилем избегания (r = – 0,72; при α = 5%; n = 6). Другими словами, в образе
"Я-идеального" фемининных испытуемых имеется представление о
том, что при слабой выраженности маскулинных качеств должен
иметь место преимущественно стиль приспособления и чуть реже –
стиль избегания.
Сильная отрицательная корреляция обнаружилась по критерию
«Я-реальное» между шкалой маскулинности и стратегией избегания (r = – 0,44; при α = 1%; n = 34). При этом обнаруживается совпадение полученных корреляций «Я-реального» и «Я-идеального»:
низкий уровень маскулинности связан с высокой вероятностью
проявления стиля избегания в конфликте.
По критерию «Полоролевое поведение», демонстрируемое
«фемининными» людьми женщинам, выявились следующие корреляции. Шкала маскулинности здесь оказалась в прямой связи со
стилем сотрудничества (r = 0,41; при α = 5%; n = 31) и в обратной
связи с избеганием (r = – 0,36; при α = 5%; n = 31). Можно сказать,
что у «фемининных» людей имеется представление о том, что в
паттернах поведения, демонстрируемого женщинам, должна прослеживаться взаимосвязь слабой степени проявления качеств маскулинности с небольшой вероятностью выбора стратегии сотрудничества и с довольно высокой частотой выбора стратегии избегания.
По критерию «идеальный сексуальный партнер» обнаружилась
отрицательная корреляция шкалы фемининности и стратегии сотрудничества (r = – 0,36; при α = 5%; n = 30). То есть «феминин94
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ные» испытуемые ожидают от сексуального партнера взаимосвязи
между высоким уровнем фемининности и редким выбором стратегии сотрудничества. Критерий «реальный сексуальный партнер»
обнаружил положительную корреляцию шкалы маскулинности и
стратегии сотрудничества (r = 0,36; при α = 5%; n = 28). При этом
испытуемые видят взаимосвязь между слабой выраженностью маскулинности и маленькой вероятностью использования стратегии
сотрудничества.
Таблица 12
Коэффициенты корреляции Пирсона между андрогинным типом
половой идентичности по каждому критерию
и стратегиями поведения в конфликте
Критерий
оценки
1
2
3
4
5
6
7
8
Шкала
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
Соперни- Сотруд- КомпроПриспоИзбегание
чество ничество
мисс
собление
0,117
-0,039
0,130
0,046
0,225
-0,047
0,127
-0,088
0,096
-0,048
0,344
-0,068
0,116
0,006
0,001
-0,058
0,187
0,122
-0,131
-0,093
-0,040
-0,121
-0,032
0,054
-0,034
-0,002
-0,071
-0,195
0,042
-0,057
0,042
0,001
-0,014
0,048
0,121
-0,071
0,013
0,137
-0,074
0,060
-0,067
0,080
0,005
0,118
0,021
0,066
0,058
-0,022
-0,405
-0,212
-0,010
-0,046
-0,178
0,045
-0,204
-0,185
-0,328
-0,198
-0,182
0,088
-0,183
0,025
-0,067
-0,039
-0,004
0,062
-0,186
0,113
-0,159
-0,004
0,089
0,169
0,211
0,142
-0,265
0,071
-0,071
-0,041
-0,032
0,133
Как видно из табл. 12, у людей с андрогинным типом половой
идентичности обнаружилась всего одна сильная корреляционная
связь – положительная (на уровне значимости α = 1%). Эта связь у
«андрогинов» выявилась по критерию «Стереотип женственности»
(r = 0,34; n = 63) между шкалой маскулинности и стилем соперничества. Можно сказать, что у людей с данным типом половой идентичности существует представление о типичной женщине, соглас95
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
но которому у нее высокая маскулинность связана с часто используемым стилем соперничества.
Еще одна положительная корреляция, но уже более слабая,
снова выявилась между шкалой маскулинности и стратегией соперничества, только уже по критерию «Я-идеальное» (r = 0,23; при
α = 5%; n = 101).
Отрицательные корреляции были обнаружены только на уровне значимости α = 5%. Так, по критерию «Я-реальное» выявилась
обратная связь между шкалой маскулинности и стратегией избегания (r = – 0,41; n = 49). Таким образом, реальный образ «Я» у «андрогинов» содержит связь высокой маскулинности и маленькой вероятности стиля избегания. Такая же связь обнаружилась и по критерию «полоролевое поведение, демонстрируемое женщинам»
(r = – 0,33; при α = 5%; n = 64).
Отрицательная корреляция выявилась между шкалой маскулинности и стратегией приспособления по критерию «стереотип
женственности» (r = 0,27; при α = 5%; n = 63). То есть у «андрогинных» людей в представлении о типичной женщине присутствует взаимосвязь между высокой маскулинностью и маленькой вероятностью использования стратегии приспособления в ситуации
конфликта.
Прочерки в табл. 13 означают, что по этим критериям тип
идентичности, психологически не дифференцированный по полу,
не обнаружился. Носители этого типа определились только по критериям «Я-реальное» и «полоролевое поведение, демонстрируемое
мужчинам и женщинам». Как видно из таблицы, значимые корреляции обнаружились только по первому критерию.
Сильная прямая связь выявлена между шкалой маскулинности
и стратегией соперничества (r = 0,80; при α = 1%; n = 11), а между
шкалой фемининности и соперничеством – сильная обратная связь
(r = – 0,73; при α = 1%; n = 11). Таким образом, «Я-реальное» «не
дифференцированных по полу» содержит представление о связи
слабо выраженных качеств маскулинности с редким использованием соперничества и слабо выраженной фемининности с высокой
вероятностью выбора стратегии соперничества в конфликте.
96
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Таблица 13
Коэффициенты корреляции Пирсона между типом
половой идентичности, не дифференцированным по полу,
по каждому критерию и стратегиями поведения в конфликте
Критерий
оценки
1
2
3
4
5
6
7
8
Шкала
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
маскулинность
фемининность
Соперни- Сотруд- Компро- Избега- Приспочество ничество мисс
ние
собление
0,800
-0,732
-0,273
-0,134
-0,057
-0,288
-
0,117
0,164
0,383
-0,517
0,329
0,400
-
-0,433
0,763
-0,010
0,153
-0,336
0,526
-
-0,395
0,265
0,139
-0,096
-0,356
-0,229
-
-0,621
0,010
0,050
0,513
0,450
-0,302
-
Сильная положительная корреляция обнаружилась также между шкалой фемининности и компромиссным вариантом разрешения конфликтной ситуации (r = 0,76; при α = 1%; n = 11). То есть
низкая фемининность, характерная для данного типа идентичности, связана с небольшой вероятностью использования стратегии
компромисса.
Слабая отрицательная связь обнаружилась между шкалой маскулинности и стратегией приспособления (r = – 0,62; при α = 5%;
n = 11) – низкий уровень маскулинности на указанном уровне значимости связан с частым выбором стиля приспособления.
Подводя итоги, отметим, что корреляционный анализ между
шкалами маскулинности и фемининности, представляющими типы
половой идентичности, и каждым из стилей поведения в конфликте
выявил отдельные значимые корреляции. Этот факт свидетельст97
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вует о наличии некоторой взаимосвязи между исследуемыми параметрами. Однако неоднородность и немногочисленность полученных корреляций позволяет сделать предположение о том, что тип
половой идентичности человека является не основным, а одним из
многих факторов, оказывающих влияние на выбор стиля разрешения конфликтной ситуации.
Таким образом, можно сделать вывод о подтверждении выдвинутой в данной работе гипотезы о существовании взаимосвязи между типом половой идентичности и стратегией поведения, выбираемой в конфликтной ситуации. В целом проведенное исследование позволяет сформулировать следующие выводы:
1. Основная часть испытуемых имеет андрогинную половую
идентичность.
2. В сознании молодежи происходит постепенная ломка полоролевых стереотипов маскулинности – фемининности в сторону
андрогинного типа идентичности, тогда как на поведенческом
уровне еще довольно часто (особенно у юношей) проявляются традиционные полоролевые стереотипы.
3. Выбор конкретной стратегии поведения в конфликте зависит
не только от личностных особенностей человека, но и от наличной
ситуации.
4. Основная часть испытуемых при разрешении конфликтной
ситуации чаще всего использует стиль компромисса.
5. Проверяемая в данной работе гипотеза подтвердилась: существует определенная взаимосвязь между типом половой идентичности человека и наиболее часто выбираемым им стилем разрешения конфликтной ситуации.
Подводя итог вышеприведенным исследованиям, можно констатировать, что изменения, происходящие в сознании молодежи,
связанные с изменением гендерных стереотипов, являются реальностью, которую невозможно игнорировать. Эффект ингруппового
фаворитизма в подростковом возрасте могут вызвать деструктивные социальные последствия, приводящие к конфликтам и враждебности между полами, а в юношеском − к неадекватному развитию идентичности. Опыт нашего консультирования и общения с
подростками показывает, что одной из реальных проблем, с которыми сталкиваются люди в период взросления, является разрешение противоречий, связанных с проблемой подчинения – домини98
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
рования в межполовых отношениях и взаимодействиях. Осознание
человеком иерархий доминирования и отнесение себя к группе
подчинённых или доминирующих в значительной степени определяет его самооценку и влияет на взаимодействие с партнером по
общению. В расхождении взаимных представлений с самооценками партнёров скрыты, на наш взгляд, психологические конфликты
когнитивного свойства, которые время от времени перерастают в
конфликтные отношения между взаимодействующими людьми.
Поэтому проблема развития и коррекции гендерных установок
юношей и девушек может быть решена в процессе осуществления
их социального самоопределения и социально-психологического
сопровождения перехода от детства к взрослости.
2.4. Применение гендерного подхода в обучении
старшеклассников на примере содействия
их полоролевому самоопределению
Завершение дотрудовой стадии социализации молодых людей
в ранней юности означает, что юноши и девушки, переходя из детского мира в мир взрослых, познают по-своему и заново интерпретируют окружающий мир. Проблема социально-психологического
сопровождения этого процесса тесно связана с глубинными формационными процессами, происходящими в нашем обществе и заставляющими человека находить новые жизненные ориентиры,
обеспечивающие стабильность и безопасность его существования,
строить новые жизненные стратегии [1, 2]. Для многих людей, особенно для молодёжи, такими ориентирами становятся материальные ценности, которые во многом определяют поведение, в том
числе и полоролевое. Сегодня у значительной части молодёжи наблюдается рост интереса к получению знаний, умений и навыков,
способствующих росту материального благосостояния человека.
Вместе с тем адекватно ориентироваться в мире, предоставляющем
относительную свободу выбора при решении вопросов “Кто я?”,
“Зачем я?”, “Как жить?”, без соотнесения материальных целей с эстетическими и нравственными ценностями невозможно. Поэтому
сейчас особенно остро встаёт вопрос о развитии полоролевых установок личности в юношеском возрасте на основе усвоения системы этических ценностей и развития нравственных качеств.
99
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2.4.1. Некоторые особенности оказания
социально-психологического содействия
процессу полоролевого самоопределения
в юношеском возрасте
Социальное самоопределение на этапе ранней юности связано
с принятием взрослой реальности как заданности собственного
развития, и происходит оно в условиях активного взаимодействия
молодых людей с миром. Начиная с теоретических исследований
С.Л. Рубинштейна, вопросы становления личности и её центральной образующей − социального самоопределения, а также вопросы
содействия этому процессу широко представлены в работах отечественных психологов. Личность, обретающая жизненные смыслы,
рассматривается как условие и цель развития, как субъект познания и действия (активности).
Задачу выявления своеобразного строения жизненного мира
подрастающего человека выдвинул Б.Г. Ананьев [11]. Поиск полоролевых и смысложизненных ориентаций в юности является социальным самоопределением. Согласно мнению Б.С. Братуся [29],
можно говорить о просоциальности активности молодых людей в
противоположность эгоцентричности. Кроме этого, процесс социального самоопределения связан с изменением социальных установок личности. Осуществляя попытку структурирования явления
социального самоопределения, Т.В. Черникова [178] выделяет в
нём четыре условные уровневые характеристики, которые отражают смысложизненные ориентации личности и соответствуют
структурным компонентам социальных установок и их интегративному образованию. Адаптируя эту модель к явлению полоролевого социального самоопределения, можно отметить, что когнитивная сторона полоролевого социального самоопределения связана с построением жизненной временной перспективы, эмоциональная – с изменением отношений со взрослыми и сверстниками,
поведенческая – с усвоением молодыми людьми гендерных, гражданских и профессиональных паттернов поведения.
Интегративный аспект процесса социального полоролевого
самоопределения молодого человека связан с целостным переосмыслением первоначальных жизненных возможностей.
100
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Включение анализа гендерных особенностей в программу психологического исследования половозрастных особенностей школьников позволяет выйти на изучение гендерных стереотипов общества. Именно они, наряду с другими факторами, играют большую
роль в процессе половой социализации личности, во многом определяя её направленность.
Школа, являясь одним из важнейших институтов социализации, по-своему способствует закреплению и развитию одних стереотипов и свёртыванию других. Требование к маскулинности
мальчиков в целом жёстче, чем к фемининности девочек, и мальчики в ходе половой социализации испытывают большее давление
среды. В последнее десятилетие жёсткость маскулинных экспектаций и количество социальных барьеров на путях воспитания маскулинности возрастают почти параллельно. Достаточно вспомнить,
что мальчик в ходе воспитания переходит из одних женских рук в
другие – от матери до учительницы в школе, а следовательно, вне
зависимости от декларируемых воспитателями задач он воспитывается как "удобный для обращения" с женской точки зрения. Эти
контрасты нельзя не учитывать при обсуждении так называемой
проблемы феминизации мужчин и маскулинности женщин. По
данным В.Е. Кагана, поведение мужчин воспринимается как фемининное тем больше, чем больше маскулинизировано поведение
женщин [72].
Сегодня такая тенденция требует воспитательной компенсации, выражающейся не в атаке на феминизацию мужчин или маскулинизацию женщин, а в гармонизации стереотипов маскулинности и фемининности в массовом сознании и культуре, с одной стороны, а также в коррекции полоспецифических установок личности – с другой. Согласно диспозиционной концепции регуляции
социального поведения В.А. Ядова, сформированные обобщённые
социальные установки личности являются базой для предсказания
характерных черт реального поведения в тех условиях, к которым
они отнесены, при этом, чем более вероятна возможность принятия
самостоятельного решения, тем достовернее прогноз [189].
Поэтому реализация образовательной программы для старшеклассников “Я в мире ценностей”, направленной на формирование
позитивных стратегий поведения, основанных на выборе духовнонравственных ценностей, помогает адекватному поведению в
101
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сложных ситуациях общения, в том числе связанных с взаимоотношениями между полами.
Обучение позволяет сформировать учащимся собственную
структуру ценностей относительно ролей мужчины и женщины и
выработать терпимое отношение к ценностям других людей. В ходе обучения, подвергая анализу традиционные свойственные молодежной среде стереотипы мужественности и женственности,
юноши и девушки одновременно учатся освобождаться от эгоцентризма, ставить в построение взаимоотношений на первый план
“принцип взаимности моральных обязательств” [132], позволяющий развивать особые способности:
– применение к себе самому тех же критериев оценки, что и к
другим;
– использование общих принципов как основы нравственного
поведения и оценки по ним как себя, так и других;
– способность учитывать потребности и интересы окружающих в той же степени, как и свои собственные;
– способность сознавать расхождение между собственным поведением и ценностными представлениями.
Важность этого направления учебной деятельности в юношеском возрасте обусловлена тем, что осознание нравственных и этических ценностей как личностно значимых является существенным
условием перехода на интенсивный уровень осмысления жизненного опыта, а следовательно, развития и становления ответственной за свои поступки личности.
Усвоение нравственных ценностей и связанных между ними
общественно приемлемых образцов поведения начинается задолго
до юношеского возраста, но нравственное развитие приобретает
новый смысл и значение, заключающиеся в том, что общественно
значимые ценности и идеалы становятся для человека важными и
актуальными. Речь идет о таких ценностях, как социальная справедливость, свобода, правда, любовь, красота, добро и т.д. Благодаря сочетанию этих эмоционально окрашенных понятий с идеалами, а также с мысленными построениями в будущем создается
основа для развития такого потенциала личности, который может
стать двигателем индивидуальных и общественных преобразований. Кроме того, в возрасте ранней юности появляется потребность
реализовать себя в особой сфере − любовных отношениях с проти102
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
воположным полом. Поэтому построение системы этических и
нравственных ценностей, а также развитие на её основе этического
сознания как ориентиров собственного поведения является составной частью развития и коррекции гендерных установок личности.
Здесь особое значение приобретает активность позиции учащегося, который, становясь участником учебной ситуации, подвергает критическому анализу ценности окружающей культуры, что
приводит к формированию у него самостоятельной “интернализованной” структуры ценностей как руководству к действиям. Обсуждение проблем, связанных с ролевым поведением мужчины и
женщины, происходит в контексте нравственных и духовных ценностей. Как отмечает О.Д. Олейникова, “духовное пространство
личности − пространство культуры, имеющей иерархическое строение, где границы между высоким и низким, между добром и злом
не размыты, а чётко определены, следовательно, активность приобретает избирательный характер” [109, с. 56]. Поэтому ценностноэмоциональное и сознательно-нормативное отношение к миру задает определенный нравственный вектор поведенческой активности личности.
Нравственность представляет собой одну из наиболее универсальных форм общественного и личного миропонимания, является
совокупностью общих принципов и норм поведения людей по отношению друг к другу, обществу, миру в целом. Нравственность
регулирует чувства, желания, поведение человека, её нормы и
принципы получают идейное обоснование и выражение, прежде
всего в идеалах добра и зла. Она включает также соответствующее
понимание назначения человека и смысла его жизни, выраженное в
нормативно-ценностной форме. Смысл нравственного воспитания
заключается в том, чтобы общественно значимые ценности стали
субъективно-значимыми.
В психологии проблемы развития этого образования связывают с духовными способностями и состояниями [180, 191]. Развитие
и реализация духовного Я человека начинается тогда, когда он
осознает необходимость определения лично для себя таких общечеловеческих ценностей, как Истина, Добро, Любовь, Красота, т.е.
с нравственного самоопределения. Появление у человека хотя бы
приблизительно осознанного представления о последних свидетельствует о начале духовного роста. Говоря о развитии духовной
103
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сущности человека, следует отметить, что этот процесс сопровождает всю его сознательную жизнь. Но если в детстве он чаще носит
интуитивно-стихийный характер, зависящий от воспитательных
воздействий среды, то начиная с юности для многих людей он превращается в осознанный поиск собственных скрытых ресурсов, которые не могут открыться без самопознания и интеграции.
Таким образом, развитие духовных начал, воспитание нравственных качеств и усвоение социокультурных норм в области полоролевого поведения составляют единый процесс взросления человека. Он требует грамотных, осознанных действий педагогавоспитателя, требует усилий он и от воспитуемого. Для него этот
процесс имеет двусторонний характер: с одной стороны, человек
пассивен в том смысле, что он воспринимает и запечатлевает предлагаемое обществом и культурой, с другой – активен в том смысле,
что активно применяет и преобразует его в собственные ценности
и ориентации.
2.4.2. Программа содействия полоролевому
самоопределению старшеклассников “Я В
МИРЕ ЦЕННОСТЕЙ” для учащихся старших
классов образовательных учреждений
Образовательная программа ”Я в мире ценностей” направлена
на развитие позитивной направленности учащихся, основанной на
усвоении нравственных общечеловеческих ценностей и способствующей развитию полоролевых установок личности в юношеском
возрасте на основе усвоения системы этических ценностей и развития нравственных качеств. Важность этого направления образовательной деятельности обусловлена тем, что осознание нравственных ценностей как личностно значимых является существенным
условием развития и становления ответственной за свои поступки
личности.
Центральными вопросами для человека в возрасте ранней
юности становятся вопросы социального самоопределения, поиска
смысла жизни, выбора жизненного пути, по-прежнему остаются
актуальными проблемы межличностных взаимоотношений и связанные с ними проблемы общения. Если юный человек будет осознавать важность соблюдения нравственно-этических норм бытия в
обществе, будет стремиться овладеть искусством самопознания и
104
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
самовыражения, будет учиться строить гармоничные отношения с
людьми, он будет успешен в жизни.
Программа осуществляется в рамках образовательного проекта
“Подросток в мире ценностей” и предусматривает проведение занятий с учащимися старших классов общеобразовательных учреждений. Выбор этой возрастной группы учащихся обусловлен закономерностями психического развития и особенностями формирования личности в юношеском возрасте, в частности развитием
познавательных способностей, эмоциональной сферы, развитием
самосознания и других образований. Склонность юношеского стиля мышления к отвлеченному теоретизированию, увлечение философскими построениями, активно развивающаяся в этом возрасте
способность к самонаблюдению, а также поиск личностной идентичности, развитие Я-концепции – вся эта картина психической реальности создает благоприятные предпосылки для формирования
взглядов и установок относительно моральных ценностей и ориентаций на них.
Концепция программы “Я в мире ценностей“
Программа представляет собой попытку на основе синтеза
достижений психологии и педагогики приоткрыть учащимся тайну
духовного измерения, пробудить у них желание к изменениям, позволяет наметить пути собственного духовного совершенствования. Программа призвана помочь учащимся и педагогам в этих поисках.
Концепция программы предполагает проведение учебных занятий, основой которых является сочетание личностного, духовного, поведенческого, информационного и эмоционального компонентов.
Личностный компонент. Заключается в осознании себя как
личности, понимании ценности своей жизни, в развитии мотивации
к самосовершенствованию.
Духовный компонент. Обеспечивает осмысление учащимися
общечеловеческих духовных ценностей (Истина, Добро, Красота,
Любовь) в контексте понимания смысла собственной жизни и на
этой основе развитие духовных способностей: способность к поиску истины, способность любить, сочувствовать, прощать, ценить
прекрасное, верить в будущее, творить добро.
105
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Поведенческий компонент. Способствует усвоению нравственно-этических норм бытия человека, позволяет формировать и
корректировать мотивационные основы поведения (ценностные
ориентации, установки), позволяющие учащимся адекватно справляться с реальными жизненными проблемами.
Информационный компонент. Помогает учащимся приобрести
знания о роли духовной сферы в жизни человека, о формах духовного творчества (наука, искусство, религия), о путях нравственного
самосовершенствования человека, о роли культурного наследия в
духовном становлении человека.
Эмоциональный компонент. Помогает учащимся эмоционально "включиться" в учебно-воспитательную ситуацию, созданную
педагогом на занятии. Эмоциональная вовлечённость позволяет
лучше осознать свои индивидуальные особенности и особенности
своих сверстников, что побуждает к самовоспитанию, способствует тренировке наблюдательности.
В общеобразовательных учреждениях предлагаемая программа
или её фрагменты могут быть использованы в качестве дополнительной к обязательным курсам.
Программа рассчитана на 34 учебных часа, содержание ее состоит из 5 разделов, каждый из которых предполагает анализ пяти
психологических категорий: “отношение”, “переживание”, “поведение”, “развитие”, “творчество” – в соотнесении их с нравственными категориями.
1-й раздел "Я в мире отношений" служит формированию позитивной направленности системы отношений подростков с окружающим миром, другим человеком и самим собой − 6 учеб. час.
2-й раздел "Я и мои чувства" посвящен анализу взаимосвязи
отношений человека с эмоциональными состояниями и переживаниями, а также адекватным способам их выражения − 6 учеб. час.
3-й раздел "Шаг навстречу" направлен на осознание учащимися необходимости соотнесения поведения человека с нравственными категориями и посвящен способам нахождения конструктивных
решений проблемных ситуаций и выбору позитивных поведенческих стратегий − 6 учеб. час.
4-й раздел "Искусство найти себя" направлен на осознание
учащимися нравственного смысла самосовершенствования и лич106
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ностного роста как важного условия успешной реализации своих
возможностей − 6 учеб. час.
5-й раздел "Твори, выдумывай, пробуй" посвящён теме творчества в жизни человека и мотивирует учащихся на раскрытие своих
творческих возможностей − 6 учеб. час.
Реализация программы допускает проведение занятий по одному или по два учебных часа в неделю (34 или 17 учебных недель), что позволяет вариативное их использование в соответствии
с потребностями образовательного учреждения.
Цели и задачи программы
Образовательная программа предназначена для учащихся
старшего школьного возраста общеобразовательных школ, интернатов.
Главной целью образовательной программы является интеграция личностного потенциала учащегося, позволяющая ему выйти
на тот уровень усвоения информации, который помогает ему открыть качественно новые знания о мире, людях, собственной личности и способствует развитию новых способностей и умений.
Достижение указанной цели обеспечивается за счет решения
следующих задач:
1. Развивать духовные способности учащихся с учетом их потребностей и возрастных психоэмоциональных особенностей.
2. Воспитывать нравственные качества личности учащихся на
основе их приобщения к общечеловеческим духовным ценностям.
3. Формировать на основе развития духовных способностей и
воспитания нравственных качеств мотивационные основы (ценностные ориентации, установки) нравственного поведения.
Достижение указанных задач позволит учащимся:
– осмыслить значение общечеловеческих ценностей (Истина,
Добро, Красота, Любовь) в свете этических, эстетических и познавательных норм общественного бытия;
– развить способности к самосовершенствованию, к самопознанию, самопринятию; осознать значимость жизни в целом и своего существования в частности;
– сформировать позитивное мироощущение, веру в будущее;
– развить способность к восприятию соотнесенности себя с
другими людьми, что находит свое выражение в способности любить, сочувствовать, прощать, в гуманистическом мироощущении;
107
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
– развить умение видеть, ценить и создавать прекрасное в жизни: в природе, искусстве, человеческих взаимоотношениях.
Анализ диагностики состояния агрессии по вопроснику Басса –
Дарки до и после реализации программы содействия процессу полоролевого самоопределения показывает, что индекс враждебности
и индекс агрессивности в целом у юношей и у девушек не превышает нормы. В то же время можно отметить, что показатели “физическая агрессия”, “раздражительность”, ”негативизм” до обучения у юношей был выше, чем у девушек. По сравнению с юношами
девушки до обучения проявляли больший уровень ”вербальной агрессии” и “обиды”.
В целом можно констатировать, что содержательные характеристики полоролевого самоопределения зависят от соотношения
внешнего и внутреннего знания и поведения, а также готовности
субъекта к осуществлению преобразований собственной личности.
Сформированность ценностных ориентаций может привести в целом к изменению структуры и содержания личностных смыслов,
Я-концепции личности и её поведенческих установок. Можно также отметить, что корректировка ценностных ориентаций сопровождается рассогласованием имеющегося знания с новым опытом
поведения и затрагивает такие важные стороны жизни молодых
людей, как временнáя компетентность, личностные отношения со
сверстниками и взрослыми, самоопределение в полоролевой сфере.
Таким образом, можно сказать, что в целом социальное полоролевое самоопределение в ранней юности связано с процессом
корректировки социальных полоролевых установок.
108
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Глава 3
Диагностика гендерных стилей руководства,
ценностей и потенциалов личности
3.1. Методика гендерной самооценки
лидерского стиля (Р. Бейлз – К. Шнейдер
в модификации Т.В. Бендас)
П
редлагаемый тест приводится из книги: Бендас Т.В.
Гендерная психология: учеб. пособие. – СПб.: Питер,
2005.
Назначение
Схема наблюдения за поведением была разработана
Р. Бейлзом. Эта классическая методика широко используется во
всем мире. По мнению К. Шнейдера (Schneider, 1978), эта схема
позволяет изучать 2 стиля лидерского поведения – деловой (T- task,
т.е. ориентированный на задачу) и социоэмоциональный (S – socioemotional, т.е. ориентированный на взаимоотношения).
Инструкция
Оцените в баллах поведение лидера по 12 формам поведения.
1 балл Вы ставите, если данная особенность поведения проявляется
очень редко, 10 – наиболее часто, 0 баллов – если Вы не заметили
такой особенности у оцениваемого лидера.
Лидер:
1) поддерживает других, помогает, поощряет;
2) ведет себя дружески, шутит, смеётся;
3) соглашается, понимает, уступает другим;
4) предлагает идеи, советует, руководит;
5) высказывает мнения, анализирует;
6) информирует, отвечает на вопросы;
7) просит повторить, требует высказывать идеи;
8) задает вопросы, спрашивает о мнениях;
9) поддерживает предложения;
10) критикует, не соглашается;
11) проявляет эмоции;
12) подавляет других, утверждает себя.
109
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Обработка и интерпретация данных
При обработке в пунктах 1 – 9 используется прямая оценка
(тот балл, который поставил испытуемый), а в пунктах 10, 11, 12 –
реверсивная (обратный балл – см. табл. 14).
Таблица 14
Оценка по шкале
10
9
8
7
6
Используемый
балл
0
1
2
3
4
Оценка по шкале
4
3
2
1
0
Используемый
балл
6
7
8
9
10
Поясним причину использования реверсивных баллов на примере. Возьмем пункт 12: к примеру, если испытуемый ставит здесь
9 баллов, т.е. считает, что лидер очень часто подавляет других, это
свидетельствует о низкой выраженности социоэмоционального поведения, поэтому для суммирования берется не прямая, а обратная
(реверсивная) оценка.
После этого показатели баллов подсчитываются по следующим
формулам:
T = сумма баллов по 4 – 9 вопросам / 6.
S = сумма баллов по 1 – 3 вопросам + сумма баллов по 10 –
12 вопросам / 6.
После произведенных вычислений оба показателя делятся на
количество экспертов, оценивавших лидерский стиль. Оба показателя изменяются от 0 до 10 баллов.
Показатель стиля считается:
– высоким, если он равен 7 баллам или больше;
– средним, если он располагается в промежутке 4 – 6 баллов;
– низким, если он меньше 3 баллов или равен им.
По сочетанию стилей лидеров можно разделить на три типа:
1) с высоким T и низким S – ориентированный на задачу;
2) с низким T и высоким S – ориентированный на взаимоотношения;
3) со средним T и средним S – сочетающий оба стиля.
110
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
3.2. Диагностика гендерных стилей руководства
(А. Кэнн и Л. Зигфрид в модификации Т.В. Бендас)
Предлагаемый тест приводится из книги: Бендас Т.В. Гендерная психология: учеб. пособие. – СПб.: Питер, 2005.
Инструкция
Обычно предлагается изучать лидерский стиль по методикам,
созданным для мужчин-менеджеров. В этой методике учитывается
пол менеджера и проявление его в поведении: либо гендерно типичных качеств (маскулинных – для мужчин, фемининных – для
женщин), либо гендерно атипичных (маскулинных – для женщин,
фемининных – для мужчин), либо гендерно нейтральных (характерных для обоих полов). Методика используется в двух вариантах:
а) самооценочном – испытуемые – менеджеры сами оценивают
свой стиль;
б) экспертном – по оценкам экспертов, которые хорошо знают
менеджера по работе, деятельности (подчиненные, начальники,
коллеги).
Можно использовать оба варианта по отношению к одним и
тем же испытуемым.
Используются 2 набора качеств. Первый взят из широко известного вопросника университета Огайо (LBDQ) – описание поведения двух лидерских стилей (по 10 поведенческих проявлений
на каждый стиль): а) доброжелательного (центрированного на работнике) и б) структурирующего.
Второй содержит 3 набора качеств: а) маскулинных;
б) фемининных; в) гендерно-нейтральных.
Испытуемому предлагается оценить свое поведение как руководителя по 5-балльной шкале по следующим проявлениям:
1) жесткий;
2) тактичный;
3) восприимчивый (благодарный);
4) честолюбивый;
5) суровый, строгий;
6) искренний;
7) авторитарный;
111
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
8) систематичный;
9) ассертивный;
10) квалифицированный;
11) независимый;
12) сознательный;
13) легковозбудимый;
14) официальный (торжественный);
15) подчиненный;
16) конкурирующий;
17) мягкий;
18) доминантный;
19) оказывающий помощь;
20) агрессивный;
21) избирательный;
22) сентиментальный;
23) адаптивный;
24) уверенный в себе;
25) предсказуемый;
26) правдивый;
27) аналитический;
28) деятельный;
29) зависимый;
30) нежный (любящий);
31) традиционный;
32) надежный;
33) сочувствующий;
34) способный к пониманию;
35) эмоциональный;
36) кроткий (мягкий).
После этого испытуемому предлагается по 5-балльной шкале
оценить свое лидерское поведение по следующим критериям (описания поведения 37 – 56):
37) дружелюбен и доступен;
38) заботится о личном самочувствии членов группы;
39) распределяет рабочие задания между членами группы;
40) хочет внести предложения;
41) держит себя в руках;
112
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
42) заранее предупреждает об изменениях;
43) объясняет свои действия;
44) поддерживает предложения, сделанные группой, во время
выполнения задачи;
45) рассматривает всех членов группы как равных;
46) делает все, чтобы было приятно находиться в группе;
47) действует, консультируясь с группой;
48) сообщает группе, что ее ожидает;
49) уверяет членов группы в том, что лидер понимает групповые обязанности;
50) сохраняет определенные стандарты в достижении результатов;
51) решает, что должно быть сделано и как;
52) раскрывает свои взгляды перед группой;
53) поощряет применение единообразной процедуры;
54) требует, чтобы члены группы придерживались стандартных правил;
55) выносит на группу свои идеи;
56) составляет график выполнения работы.
Обработка и интерпретация данных
Математическая обработка результатов осуществляется с помощью нижеприведенного ключа. При этом по каждому из следующих показателей выводится среднее арифметическое:
1) маскулинность, 2) фемининность, 3) гендерная нейтральность,
4) доброжелательный лидерский стиль (центрированный на работнике) и 5) структурирующий лидерский стиль (центрированный на
задаче).
Ключ к методике:
маскулинные качества: 1, 4, 5, 7, 9, 11, 16, 18, 20, 24, 27, 28;
фемининные качества: 3, 13, 15, 17, 21, 22, 29, 30, 33, 34, 35, 36;
гендерно-нейтральные качества: 2, 6, 8, 10, 12, 14, 19, 23, 25,
26, 31, 32;
доброжелательный лидерский стиль: 37, 38, 40, 41, 42, 43, 44,
45, 46, 47;
структурирующий лидерский стиль: 39, 48, 49, 50, 51, 52, 53,
54, 55, 56.
Показатели считаются:
113
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
– высокими, если среднее значение составляет 4 –5 баллов;
– средними, если среднее значение равно 3 баллам;
– низкими, если среднее значение составляет 1 – 2 балла.
Сравнение результатов по различным показателям позволяет
сделать вывод о лидерском стиле испытуемого.
3.3. Интегральная самооценка гендерных
потенциалов жизнедеятельности личности
(мофикация Н.П. Фетискина)
Предлагаемый тест приводится из научного издания: Фетискин Н.П. Психологические основы и диагностика гендерных различий. – М.; Кострома: КГУ им. Н.А. Некрасова, 2005.
Назначение
Оценка здоровья и отношения к нему, выявление детерминант
самочувствия, уровня напряженности и совладающих форм поведения.
Инструкция
Внимательно, не торопясь, прочтите вопрос. Ознакомьтесь с
предложенным набором возможных ответов. Затем выберите из
предложенного перечня ответов тот, который соответствует Вашему состоянию, Вашей жизненной ситуации. Отметьте выбранный
ответ.
Укажите свой пол, возраст, образование, профессию, место
проживания (город, село).
1. Как бы вы оценили состояние Вашего здоровья?
□ 1 – Очень хорошее
□ 2 – Хорошее
□ 3 – Удовлетворительное
□ 4 – Плохое
□ 5 – Очень плохое
2. Имеются ли у Вас хронические заболевания?
□ 1 – Да
□ 2 – Нет
3. Как Вы чувствуете себя в последнее время?
114
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Оцениваемые параметры
1. Я доволен тем, как прошел последний
год моей жизни
2. Мое душевное состояние, настроение
стало хуже
3. В целом моя жизнь складывается удачно
4. Мое благополучие расстроилось
5. Я чувствую себя счастливым человеком
6. В моей жизни произошли перемены
к худшему
7. В моей жизни есть источники радости
и поддержки
8. У меня есть проблемы, которые сильно
портят мне настроение
9. Моя жизнь стала лучше
10. Многое не удается
Нет Пожалуй,
нет
1
2
Пожа- Да
луй,
да
3
4
1
2
3
4
1
1
1
1
2
2
2
2
3
3
3
3
4
4
4
4
1
2
3
4
1
2
3
4
1
1
2
2
3
3
4
4
4. Ваше отношение к заболеваниям:
□ 1 – Безразличное
□ 2 – Игнорирование (пройдет само собой)
□ 3 – Острое переживание (боязнь, страх знать о своих болячках)
□ 4 – Избегание врачебной помощи
□ 5 – Нет возможности лечиться
□ 6 – Систематическое консультирование у врачей
□ 7 – Сколько лет Вы хотели бы прожить, если бы имели эликсир жизни?
5. Ниже перечислены условия, которые могут влиять на Ваше
самочувствие. Оцените, пожалуйста, условия своей жизни по
5-балльной системе: 1 – очень плохие, 2 – плохие, 3 – удовлетворительные, 4 – хорошие, 5 – очень хорошие.
115
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Условия жизни
Оценка в
баллах
1. Ваши жилищные условия
2. Бытовые условия в районе проживания (магазины, услуги, транспорт и т.д.)
3. Экологические условия в районе проживания (чистота
воздуха, воды и т.д.)
4. Условия Вашего труда
5. Деньги, доход
6. Возможности использования денег
7. Медицинское обслуживание
8. Возможности получения необходимой информации
9. Досуг, спорт, развлечения
10. Возможности общения с искусством (кино, музеи, книги
и т.д.)
11. Политическая ситуация в регионе проживания
12. Социальная и правовая защищенность
13. Свобода вероисповедания, политической активности
6. Ниже перечислены сферы жизни, от которых может зависеть
самочувствие людей. Оцените, пожалуйста, насколько Вы удовлетворены различными сторонами своей жизни. Используйте
5-балльную систему: 1 – совершенно не удовлетворен, 2 – не удовлетворен, 3 – в какой-то мере удовлетворен, 4 – пожалуй, удовлетворен, 5 – полностью удовлетворен.
Оцениваемые параметры
1. Работа (характер труда, отношения на работе, возможности и т.д.)
2. Отношения в семье
3. Дети, их здоровье и благополучие
4. Питание
5. Отдых
6. Материальное благополучие, обеспеченность
7. Общение с друзьями, людьми, близкими по интересам
8. Положение в обществе
9. Жизненные перспективы
10. Любовь, сексуальные чувства
11. Любимое занятие, возможность выразить себя в чемлибо, хобби
12. Ваше здоровье
116
Оценка в баллах
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
7. Оцените, пожалуйста, насколько Вы согласны с каждым из
перечисленных ниже утверждений:
Утверждения
Нет
Пожалуй,
нет
Пожа- Да
луй,
да
1. Пожалуй, я человек нервный
2. Я очень беспокоюсь о своей работе
3. Я часто ощущаю нервное напряжение
4. Моя повседневная деятельность вызывает
большое напряжение
5. Общаясь с людьми, я часто ощущаю нервное
напряжение
6. В конце дня я совершенно истощен физически и психически
7. В моей семье часто возникают напряженные
отношения
8. У меня есть проблемы, которые сильно портят мне настроение
9. Моя жизнь стала лучше
10. Многое не удается
8. Как Вы избавляетесь от нервного напряжения, стрессов?
(Можно выбрать несколько ответов):
□ 1 – Курю
□ 2 – Много ем
□ 3 – Выпиваю (вино, водка, пиво)
□ 4 – Принимаю лекарство
□ 5 – Занимаюсь спортом, фитнесом
□ 6 – Иду гулять, выбираюсь на природу
□ 7 – Слушаю музыку, иду в кино и т.д.
□ 8 – Общаюсь с близкими друзьями
□ 9 – Занимаюсь аутогенной тренировкой
□ 10 – Эмоционально разряжаюсь (выясняю отношения, ссорюсь, обижаюсь, плачу)
□ 11 – Занимаюсь семейно-бытовыми делами
□ 12 – Стремлюсь отдыхать вне дома
□ 13 – Ни с кем не общаюсь, стараюсь уединиться
□ 14 – Ложусь спать
117
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Обработка и интерпретация результатов
1, 2, 4-й вопросы характеризуют состояние здоровья и отношение к нему у мужчин и женщин.
3-й вопрос – гендерная оценка настроения. Определяется общее количество баллов и уровень настроения:
25 баллов и больше – преобладание благоприятного настроения;
16 – 24 балла – средний уровень благоприятности настроения;
15 баллов и ниже – неблагоприятный уровень настроения.
5, 6-й вопросы – условия и сферы жизни, определяющие гендерное самочувствие личности.
7-й вопрос – гендерная оценка уровня напряженности:
18 баллов и больше – высокий уровень,
9 – 17 баллов – средний уровень,
8 баллов и больше – низкий уровень.
8-й вопрос – доминирующие гендерные формы совладания с
напряженностью.
3.4. Диагностика личностной ресурсности
(Н.Е. Водопьянов, М.В. Штейн)
Предлагаемый тест приводится из научного издания: Фетискин Н.П. Психологические основы и диагностика гендерных различий. – М.; Кострома: КГУ им. Н.А. Некрасова, 2005.
Назначение
Сопоставление гендерно-ресурсных предпочтений по методике
СПП (социальных потерь и приобретений).
Предлагаемый опросник СПП разработан на основе ресурсной
концепции психологического стресса. Ресурс (от франц. resourse) –
вспомогательное средство, используемое в особых или исключительных случаях для получения желаемого результата.
Под ресурсами понимаются внутренние и внешние переменные, способствующие психологической устойчивости в стрессогенных ситуациях, это эмоциональные, мотивационно-волевые,
когнитивные и поведенческие возможности, которые человек ак118
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
туализирует для адаптации к экстремальным или стрессовым ситуациям и жизненным событиям.
С. Хофбол (1998) называет ресурсами то, что является ценным
для человека и помогает адаптироваться к стрессовым ситуациям.
Ресурсы включают: 1) материальные (доход, дом, транспорт, одежда, объектные фетиши) и нематериальные объекты (желания, цели); 2) внешние (социальная поддержка, семья, друзья, работа, социальный статус) и внутренние интраперсональные переменные
(самоуважение, профессиональные умения, оптимизм, самоконтроль, жизненные ценности, система верований и др.);
3) психические и физические состояния; 4) волевые, эмоциональные и энергетические характеристики, которые необходимы (прямо или косвенно) для выживания или сохранения здоровья в трудных жизненных ситуациях либо служат средствами достижения
лично значимых целей.
Инструкция
Опросник, который Вы сейчас будете заполнять, выявляет Ваши переживания относительно потерь и приобретений Ваших жизненных ресурсов. Оцените, пожалуйста, по 5-балльной шкале Ваши переживания по каждому пункту опросника:
1 – нет такого ощущения,
2 – переживание в малой степени,
3 – переживание в средней степени,
4 – переживание в значительной степени,
5 – переживание в очень большой степени.
Затем испытуемым выдается опросник, содержащий две части
«Оценка приобретений» и «Оценка потерь».
Опросник
Профессия____________Имя_________________Дата________
Возраст_______________Другие сведения__________________
119
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Часть первая «Оценка потерь»
Пожалуйста, оцените Ваши потери за последние полгода (год,
два), ответив на каждое данное ниже утверждение.
Ваши ответы в баллах внесите в бланк ответов «Потери».
№
п/п
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
За последние полгода (год) я потерял (а)
Ощущение, что я успешен
Возможность нормально выспаться
Возможность хорошо одеваться
Ощущение, что я нужен другим людям
Стабильность в семье
Чувство гордости за себя
Уверенность, что я достигаю своих целей
Хорошие отношения с детьми (родителями)
Необходимые предметы домашнего обихода
Уверенность в том, что мое будущее зависит от меня
Собственное здоровье
Жилищные условия, достаточные для достойного существования
Чувство оптимизма
Возможность нормально питаться
Стабильную работу
Уверенность, что я контролирую события моей жизни
Признание моих достижений
Мои сбережения, вклады
Мотивацию (желание что-то делать)
Поддержку от коллег
Доход, достаточный для достойной жизни
Ощущение независимости
Дружбу (друзей)
Знание о том, куда я иду в жизни
Ощущение, что моя жизнь имеет значение
Положительное мнение о себе
Людей, на которых я мог опереться
Возможность получать медицинскую помощь при необходимости
Возможности для образования и самообразования (в том
числе и материальные)
120
Оценка
«потерь»
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
30. Принадлежность к организациям, в которых есть люди со
сходными интересами (церковь, клубы, спортивные организации и т.п.)
Часть вторая «Оценка приобретений»
Пожалуйста, оцените степень выраженности Ваших приобретений за последние полгода (год, два), ответив на каждое данное
ниже утверждение.
Ваши ответы в баллах внесите в бланк ответов «Приобретения».
№
п/п
За последние полгода (год) я приобрел (а)
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
Ощущение, что я успешен
Возможность нормально выспаться
Возможность хорошо одеваться
Ощущение, что я нужен другим людям
Стабильность в семье
Чувство гордости за себя
Уверенность, что я достигаю своих целей
Хорошие отношения с детьми (родителями)
Необходимые предметы домашнего обихода
Уверенность в том, что мое будущее зависит от меня
Собственное здоровье
Жилищные условия, достаточные для достойного существования
Чувство оптимизма
Возможность нормально питаться
Стабильную работу
Уверенность, что я контролирую события моей жизни
Признание моих достижений
Мои сбережения, вклады
Мотивацию (желание что-то делать)
Поддержку от коллег
Доход, достаточный для достойной жизни
Ощущение независимости
Дружбу (друзей)
Знание о том, куда я иду в жизни
Ощущение, что моя жизнь имеет значение
Положительное мнение о себе
Людей, на которых я мог опереться
Возможность получать медицинскую помощь при необходимости
Возможности для образования и самообразования (в том
числе и материальные)
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
121
Оценка
«приобретений»
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
30.
Принадлежность к организациям, в которых есть люди со
сходными интересами (церковь, клубы, спортивные организации и т.п.)
Обработка и интерпретация результатов
Подсчитывается индекс «ресурсности» (ИР) в процентах по
формуле:
ИР =
x1 − x 2
⋅ 100% ,
x2
где Х 1 – сумма баллов «потерь», Х 2 – сумма баллов «приобретений» ресурсов.
Чем больше ИР, тем выше адаптивные возможности и толерантность личности по отношению к стрессам.
Индекс «ресурсности»
Низкий – меньше 35%
Средний – 36 – 45%
Высокий – больше 46%
3.5. Гендерная самооценка
эмоционального дискомфорта
Предлагаемый тест приводится из научного издания: Фетискин Н.П. Психологические основы и диагностика гендерных различий. – М.; Кострома: КГУ им. Н.А. Некрасова, 2005.
Инструкция
Напишите свое имя, пол, возраст. Оцените по 7-балльной шкале степень беспокойства, доставляемого Вам каждой из перечисленных в перечне причин. Вашим ответом будет выбор одного из
баллов – 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7. Запишите его в свободную клетку. Не
пропускайте ни одного пункта анкеты.
Значения баллов:
1 – очень слабое беспокойство,
2 – слабое беспокойство,
3 – сила беспокойства несколько ниже средней,
4 – сила беспокойства средняя,
122
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
5 – сила беспокойства несколько выше средней,
6 – сильное беспокойство,
7 – очень сильное беспокойство.
№
п/п
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
31.
Причины беспокойства
Неприятные соседи
Забота о состоянии здоровья кого-либо из членов семьи
Раскаяние по поводу прошлых решений
Раздумья о смысле жизни
Беспокойство, вызванное внутриличностными конфликтами
(противоречивыми желаниями, стремлениями, обязанностями
перед людьми)
Перегруженность делами
Проблемы с подчиненными
Проблемы в общении с сотрудниками (коллегами) на работе
Столкновения с начальством
Беспокойство о надежности места работы
Проблемы с местом работы из-за своей половой принадлежности
Неудовлетворенность своей работой
Чувство одиночества
Трудности в выборе жизненного пути
Финансовая ненадежность положения семьи (или собственного
положения)
Трудности с возможностью выразить себя
Физический недуг (какое-либо расстройство организма, телесный
дефект)
Неудовлетворенность внешним видом
Заботы о своем здоровье в целом
Недостаточность отдыха
Сексуальные проблемы
Проблемы с сексуальным партнером
Нехватка времени для семьи
Проблемы с родителями
Проблемы с детьми
Перегруженность семейными обязанностями
Неудовлетворенность взаимоотношениями с друзьями, приятелями
Трудности в отношениях со сверстниками противоположного пола
Недостаток активности, энергии
Растущие цены
Проблемы с покупками
123
Балл
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
32.
33.
34.
35.
36.
37.
Проблемы с транспортом
Осуждение и дискриминация со стороны других
Беспокойство по поводу обстановки в стране
Недостаточное признание и уважение окружающих
Отсутствие «нужных связей» и поддержки друзей, знакомых
Криминогенность и правовая незащищенность
Назовите другие причины для беспокойства, не вошедшие в
этот перечень, и оцените их силу_____________________________
__________________________________________________________
__________________________________________________________
Обработка данных
На основе усредненных данных осуществляется гендерное
ранжирование факторов эмоционального дискомфорта. Конечные
результаты можно представить в виде психоэмоционального профиля для мужчин и женщин.
124
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Заключение
В
данной работе была сделана попытка теоретического
анализа и обобщения проблемы взаимосвязи гендерных
установок с восприятием и взаимодействием в современной психологии (как отечественной, так и зарубежной). Проведя
обзор работ по проблеме гендерных отношений и взаимодействий
как предмету межгрупповых отношений и взаимодействий, мы рассмотрели основные подходы к пониманию гендерных установок,
особенностям их формирования и коррекции. Теоретический анализ
особенностей развития гендерных установок позволил определить
понятие “гендерная установка” как результат социального восприятия и взаимодействия, с одной стороны, с другой – как их детерминанту. Гендерные установки могут выступать и как единицы анализа, прогноза и развития личности. Сравнительный анализ зарубежных и отечественных подходов к изучению социальных установок позволил сделать вывод о том, что причинно-следственные
зависимости природы и генезиса межгрупповых феноменов детерминированы широкой системой общественных отношений.
Данные эмпирических исследований в области гендерных установок юношей и девушек определяют возможности практического использования результатов её изучения. Они могут быть использованы в образовательных учреждениях для работы с детьми и
подростками, юношами и девушками, их родителями и педагогами;
в профессиональной подготовке и переподготовке педагогов и
психологов, работающих в образовательных учреждениях; в обучении взрослых, а также в психологическом консультировании. В
условиях сложной демографической ситуации в России и общей
социокультурной тенденции, связанной с неустойчивостью браков,
представленные в нашей работе данные об особенностях восприятия юношами и девушками будущего супружества могут помочь в
построении воспитательной и образовательной работы с учащимися по вопросам подготовки к семейной жизни и полоролевого воспитания как взаимосвязанных процессов. Они также могут быть
использованы в аудитории родителей и педагогов, содействующих
процессу социального полоролевого самоопределения молодежи.
125
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Данные нашего исследования, связанного с изучением влияния полового состава группы на процесс оценивания результатов групповой деятельности, имеют практическое значение в плане педагогического управления процессами межгруппового взаимодействия на
уровне малых групп и учебных коллективов.
Данные, полученные в нашем исследовании, могут быть полезны для дальнейшего исследования причинно-следственных зависимостей процесса формирования и развития гендерных установок, динамики их возрастных изменений.
126
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Литература
1. Абульханова-Славская, К.А. Стратегия жизни / К.А. АбульхановаСлавская. – М.: Мысль. 1991. – 229 с.
2. Авдуевская, Е.П. Проблема юношеского самоопределения в практике
школьной психологической службы / Е.П. Авдуевская, Т.А. Аракенцева
// Введение в практическую социальную психологию / под ред. Ю.М. Жукова, Л.А. Петровской, О.В. Соловьёвой. – М.: Смысл, 1996. – С. 214 – 229.
3. Агеев, В.С. Психология межгрупповых отношений / В.С. Агеев. – М.:
Изд-во МГУ, 1983. – 144 с.
4. Агеев, В.С. Эффект внутригруппового фаворитизма в лабораторных и
естественных условиях / В.С. Агеев, И.В. Солодникова // Вестн. Моск. ун-та.
Сер. 14, Психология. – 1984. – № 4. – С. 28-38.
5. Агеев, В.С. Методика исследования межгрупповой дифференциации
Т. Тэджфела и её модификации / В.С. Агеев, А.А. Сыродеева, Е.В. Тугарева
// Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14, Психология. – 1985. – № 3. – С. 59 – 68.
6. Агеев, В.С. Интегративные процессы в межгрупповом взаимодействии / В.С. Агеев, А.А. Сыродеева // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14, Психология.
– 1987. – № 2. – С. 11 – 20.
7. Агеев, В.С. Межгрупповое взаимодействие: социально-психологические проблемы / В.С. Агеев. – М.: Изд-во МГУ, 1990. – 239 с.
8. Алешина, Ю.Е. Полоролевая дифференциация как комплексный показатель отношений супругов / Ю.Е. Алешина, М.Ю. Борисов // Вестн.
Моск. ун-та. Сер. 14, Психология. – 1989. – № 2. – С. 44 – 53.
9. Алёшина, Ю.Е., Проблемы усвоения ролей мужчины и женщины
/ Ю.Е. Алешина, А.С. Волович // Вопросы психологии. – 1991. – № 4. –
С. 74 – 82.
10. Ананьев, Б.Г. О проблемах современного человекознания
/ Б.Г. Ананьев. – М.: Наука, 1977. – 380 с.
11. Ананьев, Б.Г. Человек как предмет познания / Б.Г. Ананьев // Избранные психологические труды: В 2 т. Т. 1. – М.: Педагогика. 1980. –
С. 16 – 178.
12. Андреева, Г.М. Социальная психология / Г.М. Андреева. – М.: Издво Моск. ун-та, 1980. – 416 с.
13. Андреева, Г.М. Современная социальная психология на Западе (теоретические направления) / Г.М. Андреева, Н.Н. Богомолова, Л.А. Петровская. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1978. – 271 с.
127
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
14. Анцыферова, Л.И. Психология повседневности: жизненный мир
личности и “техники” её бытия / Л.И. Анцыферова // Психол. журнал. – 1993.
– Т. 14, № 2. – С. 3 – 16.
15. Аракенцева, Т.А. К проблеме измерения полоролевых показателей у
детей и подростков / Т.А. Аракенцева // Актуальные проблемы современного
детства: сб. науч. трудов к 10-летию принятия Конвенции о правах ребенка и
создания НИИ детства РДФ. Вып. 6 / под общ. ред. А.А. Лиханова, Е.М. Рыбинского. – М.: НИИ детства РДФ, 1999. – С. 140 – 147.
16. Ассаджиоли, Р. Психосинтез: теория и практика / Р. Ассаджиоли. –
М.: “REFL – book”, 1994. – 314 с.
17. Асмолов, А.Г. О соотношении понятия установки в общей и социальной психологии / А.Г. Асмолов, М.А. Ковальчук // Теоретические и методологические проблемы социальной психологии / под ред. Г.М. Андреевой,
Н.И. Богомоловой. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1977. – 205 с.
18. Бадхен, А. Психотерапия и духовные традиции / А. Бадхен // Новая
психология и духовное измерение. – СПб.: Гармония, 1995. – С. 47 – 72.
19. Барабанова, В.В. Представления старшеклассников о будущем как
аспект их социализации / В.В. Барабанова, М.Е. Земнова // Психол. наука и
образование. – 1998. – № 1. – С. 52 – 58.
20. Барон, Ф. Личность как функция проектирования человеком самого
себя / Ф. Баррон // Вопросы психологии. – 1990. – № 2. – С. 153 – 159.
21. Бассин, Ф.В. О развитии взглядов на предмет психологии / Ф.В. Бассин // Вопросы психологии. – 1971. – № 4. – С. 101 – 113.
22. Бассин, Ф.В. О перспективах дальнейшего развития научных исследований в психологии (к проблеме бессознательного и собственно психологические закономерности) / Ф.В. Бассин, А.С. Прангишвили, А.Е. Шерозия
// Вопросы психологии. – 1979. – № 5. – С. 82 – 96.
23. Бассин, Ф.В. Ещё раз о законах психики / Ф.В. Бассин // Психол.
журнал. – 1982. – Т. 3, № 6. – С. 145 – 151.
24. Бессонова, Т.Л. Психологические особенности полоролевого самосознания и самопринятия личности студента педагогического вуза: дис. …
канд. психол. наук / Т.Л. Бессонова. – М., 1994.
25. Бергер, П. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания / П. Бергер, Т. Лукман. – М.: Медиум, 1995. – 323 с.
26. Богоявленская, Д.Б. Интеллектуальная активность как проблема
творчества / Д.Б. Богоявленская. – Ростов н/Д: РГУ, 1983. – 173 с.
27. Бодалев, А.А. Восприятие и понимание человека человеком
/ А.А. Бодалев. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1982. – 200 с.
28. Божович, Л.И. Психологический анализ условий формирования и
строения гармонической личности / Л.И. Божович // Психология формирования и развития личности. – М.: Наука, 1981. – С. 257 – 283.
29. Братусь, Б.С. Анатомия личности / Б.С. Братусь. – М.: Мысль, 1988.
– 301 с.
128
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
30. Брушлинский, А.В. Субъект: мышление, учение, воображение
/ А.В. Брушлинский. – М.: Изд-во “Институт практической психологии”; Воронеж: НПО “Модэк”, 1996. – 392 с.
31. Бурдье, П. Структуры, habitus, практики / П. Бурдье // Современная
социальная теория: Бурдье, Гидденс, Хабермас. – Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 1995. – 120 с.
32. Бурлачук, Л.Ф. Психология жизненных ситуаций / Л.Ф. Бурлачук,
Е.Ю. Коржова: учеб. пособие. – М., 1998. – 263 с.
33. Введение в гендерные исследования: учеб. пособие / под ред.
И.В. Костиковой. – М.: Изд-во МГУ, 2000. – 224 с.
34. Вейнингер, О. Пол и характер / О. Вейнингер. – Ростов н/Д.: Изд-во
“Феникс”, 1998. – 608 с.
35. Венгер, А.Л. Групповая работа со старшеклассниками, направленная
на их адаптацию к новым условиям / А.Л. Венгер, Ю.М. Десятникова // Вопросы психологии. – 1995. – № 1. – С. 25 – 33.
36. Виноградова, Т.В. Сравнительное исследование познавательных
процессов у мужчин и женщин: роль биологических и социальных факторов
/ Т.В. Виноградова, В.В. Семёнов // Вопросы психологии. – 1993. – № 2. –
С. 63 – 71.
37. Волкова, Н.В. Особенности социально-перцептивных процессов в
управлении на предприятиях различных отраслей / Н.В. Волкова, В.В. Новиков, Р.Б. Гительмахер // Актуальные проблемы в области психологии:
сборник тезисов межвузовской научной конференции. – Ярославль, 1997. –
С. 25 – 28.
38. Волович, А.С. Особенности процесса социализации выпускников
средней школы: дис. … канд. психол. наук / А.С. Волович. – М., 1990.
39. Воронина, О. Гендер и культура / О. Воронина, Т. Клименкова
// Женщины и социальная политика (гендерный аспект). – М.: Институт социально-экономических проблем народонаселения РАН, 1992.
40. Воронцов, Д.В. Социально-психологические характеристики межличностного общения и поведения мужчин с гомосексуальной идентичностью: автореф. … дис. канд. психол. наук / Д.В. Воронцов. – Ростов н/Д,
1999. – 20 с.
41. Выготский, Л.С. История развития высших психологических функций / Л.С. Выготский // Собр. соч.: В 6 т. – М.: Педагогика, 1983. – Т. 3. –
С. 6 – 328.
42. Выготский, Л.С. Мышление и речь / Л.С. Выготский // Собр. соч.: в
6 т. – М.: Педагогика, 1982. – Т. 2. – С. 6 – 361.
43. Горбатов, С.В. Концепция собственного будущего как фактор регуляции социального поведения / С.В. Горбатов, Б.Д. Лысков // Вестн. СПбГУ.
Серия 6. – 1992. – Вып. 1. – С. 70 –77.
129
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
44. Грошев, И.В. Гендерные различия интенционально-речевого лекса
/ И.В. Грошев // Социальная психология XXI век: доклады участн. симпозиума. – Ярославль: МАПН, 1999. – Т. 1. – С. 162-166.
45. Грибов, Ю.А. Психолого-педагогические условия творческого самовыражения учащихся и учителей / Ю.А. Грибов // Вопр. психологии. – 1989.
– № 2. – С. 57 – 62.
46. Гришина, Н.В. Психология социальных ситуаций / Н.В. Гришина
// Вопросы психологии. 1997. – № 1. – С. 121 – 132.
47. Гуссерль, Э. Собрание сочинений / Э. Гуссерль. Т. 1. Феноменология
внутреннего сознания времени. – М.: Гнозис, 1994. – 192 с.
48. Дети риска в Центральной и Восточной Европе: угрозы и надежды.
Региональный мониторинговый доклад № 4 детскому фонду ООН. – М.,
1997. – 174 с.
49. Добрович, А.Б. Воспитателю о психологии и психогигиене общения
/ А.Б. Добрович. – М.: Просвещение, 1987. – 207 с.
50. Дружинин, В.Н.
Психология
общих
способностей
/ В.Н. Дружинин. – СПб.: Питер Ком, 1999. – 368 с.
51. Дубов, И.Г. Особенности восприятия значимых других старшеклассниками / И.Г. Дубов, Л.М. Смирнов // Вопросы психологии. – 1991. –
№ 3. – С. 30 – 36.
52. Дубровина, И.В. О некоторых психологических аспектах подготовки
молодежи к семейной жизни / И.В. Дубровина // Психолого-педагогические
проблемы воспитания детей в семье и подготовки молодежи к семейной
жизни: сб. науч. трудов НИИ общей и пед. психологии. – М., 1980.
53. Дудченко, В.С. Онтосинтез жизни / В.С. Дудченко. – М.: Изд-во
“Граница”, 1999. – 264 с.
54. Дудченко, В.С. Методы и практика осознанного онтосинтеза
/ В.С. Дудченко // Онтосинтез: автобиографические признания / под ред.
В.С. Дудченко. – М.: Изд-во “Институт социологии РАН”, 1999. – С. 159 –
211.
55. Дюркгейм, Э. Социология: её предмет, метод, предназначение: пер. с
фр. / Э. Дюркгейм. – М.: Канон, 1995. – 349 с.
56. Егорова, М.С. Развитие как предмет психогенетики: роль генотипа и
среды в возрастных изменениях структуры психологических признаков: автореф. дис. … д-ра психол. наук / М.С. Егорова. – М., 2000. – 47 с.
57. Емельянов, Ю.Н. Обучение паритетному диалогу / Ю.Н. Емельянов.
– Л.: Изд-во ЛГУ, 1991. – 107 с.
58. Ерина, С.И. Интерес к политике и проблема потенциального избирателя / С.И. Ерина, Ю.А. Полетаев // Социальные трансформации и положение женщин в России: материалы международной научной конференции. –
Иваново, 1995. – С. 249 – 251.
130
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
59. Ерина, С.И. Социально-психологические особенности мотивации
женщины-ученого / С.И. Ерина // Социальная психология: XXI век. Т. 1. –
Ярославль: МАПН, 1999. – С. 191 – 193.
60. Ершов, П.М. Общение на уроке или режиссура поведения учителя
/ П.М. Ершов, А.П. Ершова, В.М. Букатов. – М.: “Флинта”, 1998. – 336 с.
61. Женщина и свобода: пути выбора в мире традиций и перемен. Материалы международной конференции 1993 года. – М.: Наука, 1994. – 448 с.
62. Журавлев, А.Л. Динамика межгрупповых отношений в условиях изменения форм собственности / А.Л.Журавлев, В.П. Позняков // Психол. журнал. –1992. – Т. 13, № 4. – С. 24 – 31.
63. Забродин, Ю.М. Очерки теории психической регуляции поведения
/ Ю.М. Забродин. – М.: Магистр, 1997. – 208 с.
64. Заводилкина, О.В. Содержание представлений о будущем у подростков с разным типом полоролевой ориентации / О.В. Заводилкина // Актуальные проблемы современного детства: сб. науч. трудов к 10-летию принятия Конвенции о правах ребенка и создания НИИ детства РДФ. Вып. 6 / под
общ. ред. А.А. Лиханова, Е.М. Рыбинского. – М.: НИИ детства РДФ, 1999. –
С. 134 – 139.
65. Здравомыслова, Е. Социальная конструкция гендера и гендерная
система в России / Е. Здравомыслова, А. Тёмкина // Гендерное измерение
социальной и политической активности в переходный период. – СПб.: Центр
независимых исследований, 1996. – С. 5 – 13.
66. Знаков, В.В. Духовность человека в зеркале психологического знания и религиозной веры / В.В. Знаков // Вопросы психологии. – 1998. – № 3.
– С. 104 – 114.
67. Зуева, Ж.В. Особенности половой идентичности женщин, обращающихся за психологической помощью: автореф. дис. … канд. психол. наук / Ж.В. Зуева. – М., 1999. – 21 с.
68. Исаев, Д.Н. Половое воспитание детей: медико-психологические аспекты / Д.Н. Исаев, В.Е. Каган. – Л.: Медицина, 1988. – 160 с.
69. Искренняя, С.Н. Прикосновение к тайне пола. Руководство для
практического психолога: “Как корректировать и поправлять половое самосознание и поведение подростков” / С.Н. Искренняя. – М.: Академия супружества, 1995. – 64 с.
70. Каган, В.Е. Воспитателю о сексологии / В.Е. Каган. – М.: Педагогика, 1991. – 254 с.
71. Каган В.Е. Новая психология: между религией и наукой / В.Е. Каган
// Новая психология и духовное измерение. – СПб.: Гармония, 1995. –
С. 5 – 46.
72. Каган В.Е. Стереотипы мужественности – женственности и образ Я
у подростков / В.Е. Каган // Вопросы психологии. – 1989. – № 3. – С. 53 – 62.
73. Каган, М.С. Мир общения : проблема межсубъектных отношений
/ М.С. Каган. – М.: Политиздат, 1988. – 125 с.
131
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
74. Кант, И. Критика чистого разума / И. Кант. – М.: Мысль, 1994. –
591 с.
75. Капралова, Р.М. От чистого истока / Р.М. Капралова // Предисловие
к кн. “Восхождение к гармонии”. – М.: Молодая гвардия, 1989. – С. 5 – 8.
76. Карпова, Н.М. Психологические грани смысла жизни / Н.М. Карпова
// Вопросы психологии. – 1996. – № 4. – С. 151 –155.
77. Жиллетт, К. Теория сексуальной политики: пер. с англ. / К. Жиллетт
// Вопросы философии. – 1995. – № 9. – С. 148 – 172.
78. Кле, М. Психология подростка: психосексуальное развитие / М. Кле.
– М.: Педагогика, 1991. – 176 с.
79. Козлов, В.В. Истоки осознания. Теория и практика интегративных
психотехнологий / В.В. Козлов. – М., 1997. – 356 с.
80. Коломинский, Я.Л. Полоролевое развитие ребенка в дошкольном
возрасте / Я.Л. Коломинский // Генетические проблемы социальной психологии / под ред. Я.Л. Коломинского, М.И. Лисиной. – Минск, 1985. – С. 176 –
190.
81. Комарова, Т.К. Взаимосвязь самопознания и познания других людей
в ранней юности / Т.К. Комарова, С.В. Кондратьева // Психол. журнал. –
1991. – Т. 12, № 3. – С. 30 – 37.
82. Кон, И.С. Введение в сексологию / И.С. Кон. – М.: Медицина, 1989.
– 336 с.
83. Кон, И.С. Какими они себя видят / И.С. Кон. – М.: Знание, 1975. –
96 с.
84. Кон, И.С. Категория “Я” в психологии / И.С. Кон // Психол. журнал.
– 1981. – Т. 2, № 3. – С. 25 – 38.
85. Кон, И.С. Некоторые особенности психосексуального развития
/ И.С. Кон // В мире подростка / под ред. А.А. Бодалёва. – М.: Медицина,
1980. – С. 208 – 237.
86. Кон, И.С. Психология половых различий / И.С. Кон // Вопросы психологии. – 1981. – № 2. – С. 47 – 57.
87. Кон, И.С. Психология ранней юности / И.С. Кон. – М.: Просвещение, 1989. – 255 с.
88. Корытченкова, Н.И. Влияние стилей семейных отношений на агрессивность личности ребенка : автореф. дис. … канд. психол. наук/ Н.И. Корытченкова. – Новосибирск, 2000. – 23 с.
89. Краткий психологический словарь / Сост. А.А.Карпенко / под общ.
ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского. – М.: Политиздат, 1985. – 431 с.
90. Кричевский, Р.М. Диалогичность общения как фактор межличностного статуса в коллективе старшеклассников / Р.М. Кричевский, Е.А. Соколова // Новые исследования в психологии и возрастной физиологии. – 1990. –
№ 1. – С. 65 – 69.
91. Кудрявцев, В.Т. Творческая природа психики человека / В.Т. Кудрявцев // Вопросы психологии. – 1990. – № 3. – С. 113 – 120.
132
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
92. Кузнецов, А.Н. Об одном возможном подходе в исследовании проблем межгрупповой активности / А.Н. Кузнецов // Социально-психологические проблемы личности и коллектива школьников и студентов. – Ярославль, 1976. – С. 78 –86.
93. Кураев, А. Всё ли равно, как верить? / А. Кураев. – Клин: КБК, 1994.
94. Уэст, К., Зиммерманн, Д. Создание гендера / К. Уэст, Д. Зиммерманн
// Гендерные тетради. Вып. 1 / пер. Е.А. Здравомысловой. – СПб,. 1997. –
С. 94 – 124.
95. Леонтьев, А.Н. Деятельность, сознание, личность / А.Н. Леонтьев. –
М.: Политиздат, 1975. – 304 с.
96. Леонтьев, Д.А. Жизненный мир человека и проблема потребностей
/ Д.А. Леонтьев // Психол. журнал. – 1992. – Т. 13, № 2. – С. 107 – 120.
97. Ломов, Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии / Б.Ф. Ломов. – М.: Наука, 1984. – 444 с.
98. Ломов, Б.Ф. Методические проблемы социальной психологии
/ Б.Ф. Ломов // Психол. журнал. – 1987. – Т. 8, № 3. С. 21 – 32.
99. Магун, В.С. О взаимосвязях готовности человека к собственным
усилиям и ожидаемой им помощью / В.С. Магун // Психол. журнал. – 1991. –
Т. 12, № 6. – С. 40 – 54.
100. Мамардашвили, М. Картезианские размышления / М. Мамардашвили. – М.: Изд. гр. “Прогресс”; “Культура”, 1993. – 352 с.
101. Маркова, А.К. Психология труда учителя / А.К. Маркова. – М.:
Просвещение, 1993. – 192 с.
102. Маслоу, А. Новые рубежи человеческой природы: пер. с англ.
/ А. Маслоу. – М.: Смысл, 1999. – 425 с.
103. Миронова, М.Ю. Социально-психологические проблемы межполовых различий: дипл. работа (ф-т психологии МГУ) / М.Ю. Миронова. – М.,
1984.
104. Мясищев, В.Н. Психология отношений / В.Н. Мясищев. – М.:
Изд-во "Институт практической психологии; Воронеж: НПО "Модек", 1995.
– 356 с.
105. Насилие в семье – как бороться с ним государству. Нынешний статус и необходимые улучшения: пер. с англ. – М.: Глас, 1999. – 191 с.
106. Научные основы онтосинтеза. Онтосинтез: автобиографические
признания. Коллективная монография. Институт эвристики / под ред
В.С. Дудченко. – М.: Изд-во “Институт социологии РАН”, 1999. – 256 с.
107. Новые направления в социологической теории. – М.: Прогресс,
1978. – 391 с.
108. Новиков, В.В. Социальная психология: феномен и наука
/ В.В. Новиков. – М., 1997. – 393 с.
109. Олейникова, О.Д. Смысл духовности / О.Д. Олейникова // Школа
духовности. – 1998. – № 5. – 116 с.
133
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
110. Особенности обучения и психического развития школьников 13 –
17 лет / под ред. И.В. Дубровиной, Б.С. Круглова. – М.: Педагогика, 1988. –
192 с.
111. Певзнер, М. Психотерапевтические тетради / М. Певзнер. – СПб.:
Гармония, 1993. – 120 с.
112. Перси, У. Роман как средство диагноза / У. Перси // Иностр. литература. – 1998. – № 2. – С. 37.
113. Петракова, Т.И. Духовные основы нравственного воспитания
/ Т.И. Петракова. – М.: ИМПЭКО, 1997. – 96 с.
114. Петровская, Л.А. Компетентность в общении: Социальнопсихологический тренинг / Л.А. Петровская. – М.: Изд-во МГУ, 1989. –
216 с.
115. Петровский, А.В. К построению социально-психической теории
коллектива / А.В. Петровский // Вопросы философии. – 1973. – № 12. –
С. 80 – 95.
116. Петровский, А.В. Личность. Деятельность. Коллектив / А.В. Петровский. – М.: Политиздат, 1982. – 255 с.
117. Петровский, В.А. Психология неадаптивной активности / А.В. Петровский. – М.: ТОО “Горбунок”, 1992. – 224 с.
118. Пизешкиан, Н. Позитивная семейная психотерапия: семья как терапевт / Н. Пизешкиан. – М.: Смысл, 1993. – 332 с.
119. Платонов, К.К. Краткий словарь системы психологических понятий
/ К.К. Платонов. – М.: Высш. шк., 1984. – 174 с.
120. Подросток на перекрёстке эпох / под ред. С.В. Кривцовой. – М.:
Генезис, 1997. – 228 с.
121. Позняков, В.П. Социально-психологические отношения в трудовом
коллективе в условиях изменения форм собственности / В.П. Позняков // Совместная деятельность: методы исследования и управления. – М.: ИП РАН,
1992. – С. 140 – 165.
122. Пономарёв, Я.А. Психология творчества и педагогика / Я.А. Пономарёв. – М.: Педагогика. 1976. – 280 с.
123. Попова, Л.В. Методы изучения процессов идентификации
/ Л.В. Попова // Вопросы психологии. – 1988. – № 1. – С. 163 – 167.
124. Попова, Л.В. Проблемы самореализации одарённых женщин
/ Л.В. Попова // Вопросы психологии. – 1996. – № 2. – С. 31 – 41.
125. Поршнев, Б.Ф. Социальная психология и история. 2-е изд.
/ Б.Ф. Поршнев. – М.: Наука, 1979. – 232 с.
126. Практическая психодиагностика. Методики и тесты: учеб. пособие
/ ред. Д.Я. Райгородский. – Самара: Издательский дом «БАХРАХ», 1998. –
672 с.
127. Прангишвили, А.С. Общепсихологическая теория установки
/ А.С. Прангишвили // Психологическая наука в СССР. – М., 1960. – С. 126 –
143.
134
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
128. Прихожан, А.М. Изучение “образа Я ” у подростков и юношей в
аспекте их подготовки к семейной жизни / А.М. Прихожан // Психологопедагогические проблемы воспитания детей в семье и подготовки молодежи
к семейной жизни. – М., 1980. – С. 79.
129. Прудченков, А.С. Социально-психологический тренинг межличностного общения / А.С. Прудченков. – М.: Знание, 1991. – 48 с.
130. Психологическая теория коллектива / под. ред. А.В. Петровского. –
М.: Педагогика, 1979. – 240 с.
131. Радина, Н.К. Об использовании гендерного анализа в психологических исследованиях / Н.К. Радина // Вопросы психологии. – 1999. – № 2. –
С. 22 – 27.
132. Ремшмидт, Х. Подростковый и юношеский возраст. Проблемы становления личности: пер. с нем. / Х. Ремшмидт. – М.: Мир, 1994. – 320 с.
133. Рехвиашвили, Н.М. Экономическое поведение женщин в современном российском обществе / Н.М. Рехвиашвили, С.И. Ерина // Женщины в
политике и управлении: история и современность. Тезисы Всероссийской
научно-практической конференции. – Ярославль, 1999. – С. 74 – 75.
134. Решетников, М. Предисловие к ст. К. Хорни Недоверие между полами / М. Решетников // Психол. журнал. – 1993. – № 5. – С. 131 – 132.
135. Рогов, Е.И. Настольная книга практического психолога в образовании: учебное пособие / Е.И. Рогов. – М.: ВЛАДОС. 1996. – 529 с.
136. Роджерс, К. Взгляд на психотерапию. Становление человека
/ К. Роджерс. – М.: Прогресс Универс, 1994. – 480 с.
137. Роджерс Н. Творчество как усиление себя / К. Роджерс // Вопросы
психологии. – 1990. – № 1. – С. 164 – 168.
138. Розин, М.В. Психология судьбы: программирование или творчество? / М.В. Розин // Вопросы психологии. – 1992. – № 1 – 2. С. 98 – 105.
139. Рубинштейн,
С.Л.
Вопросы
психологической
теории
/ С.Л. Рубинштейн // Вопросы психологии. – 1955. – № 1. – С. 6 – 17.
140. Рубинштейн, С.Л. Бытие и сознание / С.Л. Рубинштейн. – М.: Издво АН СССР, 1957. – 328 с.
141. Рубинштейн, С.Л. Принципы и пути развития психологии
/ С.Л. Рубинштейн. – М.: Изд-во АН СССР, 1959. – 354 с.
142. Рубинштейн, С.Л. Проблемы общей психологии / С.Л. Рубинштейн.
– М.: Педагогика, 1973. – 424 с.
143. Рубинштейн, С.Л. Человек и мир / С.Л. Рубинштейн // Проблемы
общей психологии. – М.: Педагогика, 1976. – С. 253 – 381.
144. Руткевич, М.И. После школы: опыт социологического исследования / М.И. Руткевич, В.Б. Потапов. – М., 1995. – 325 с.
145. Семёнов, И.Н. Рефлексия в организации творческого мышления и
саморазвития личности / И.Н. Семёнов, С.Ю. Степанов // Вопросы психологии. – 1983. – № 2. – С. 35 – 42.
135
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
146. Скрипкина, Т.П. Психология доверия / Т.П. Скрипкина. – Ростов
н/Д: РГПУ, 1997. – 250 с.
147. Слободчиков, В.И. Основы психологической антропологии. Психология человека. Введение в психологию субъективности / В.И. Слободчиков,
Е.И. Исаев. – М.: Школа-Пресс, 1995. – 384 с.
148. Слободчиков,
В.И.
Реальность
субъективного
духа
/ В.И. Слободчиков // Начало христианской психологии / под ред.
Б.С. Братуся и С.Л. Воробьёва. – М.: Наука. 1995. – С. 122 – 138.
149. Снегирёва, Т.В. Личностное самоопределение в старшем школьном
возрасте / Т.В. Снегирёва // Вопросы психологии. – 1989. – № 2. – С. 27 – 35.
150. Снегирёва, Т.В. Старший школьный возраст / Т.В. Снегирёва // Рабочая книга школьного психолога / под ред. И.В. Дубровиной. – М.: Просвещение. 1991. – С. 145 – 162.
151. Собкин, В.С. Жизненные ориентации учащихся и проблемы современного образования / В.С. Собкин: сборник научных трудов.– М.: АПН
СССР, 1990.
152. Собкин, В.С. Жизненные ценности и отношение к образованию:
кросскультурный анализ Москва – Амстердам / В.С. Собкин, П.С. Писарский. – М.: ЦСО РАО, 1994. – 151 с.
153. Собкин, В.С. Старшеклассник в мире политики. Эмпирическое исследование / В.С. Собкин. – М.: ЦСО РАО, 1997. – 318 с.
154. Собкин, В.С. Особенности социализации в старшем школьном возрасте:
социокультурные
траектории
ценностных
трансформаций
/ В.С. Собкин // Мир психологии. – 1998. – № 1. (13). – С. 26 – 54.
155. Собкин, В.С. Российский подросток 90-х: движение в зону риска.
Аналитический доклад / В.С. Собкин, Н.И. Кузнецова. – М.: ЮНЕСКО,
1998. – 120 с.
156. Современная буржуазная философия. – М.: Изд-во МГУ, 1972. –
651 с.
157. Современная психология: справочное руководство. – М.: ИНФРАМ, 1999. – 688 с.
158. Стрекалова, Н.Д. Проблемы становления и продвижения женщин в
сфере управления / Н.Д. Стрекалова // Социальные трансформации и положение женщин в России: материалы международной научной конференции.
– Иваново, 1995. – С. 109 – 115.
159. Сушков, И.Р. Исследование приверженности к группе в условиях
производственной организации / И.Р. Сушков // Психол. журнал. – 1988. –
Т. 9, № 2. – С. 144 – 148.
160. Сушков, И.Р. Совместная деятельность групп в организации
/ И.Р. Сушков // Совместная деятельность: методология, теория, практика
/ под. ред. А.Л. Журавлева, П.Н. Шихирева, Е.В. Шороховой. – М.: Наука,
1988. – С. 76 – 87.
136
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
161. Толстой, Л.Н. Собр. соч. / Л.Н. Толстой.– М.: Художественная литература, 1984. – Т. 20. – 324 с.
162. Толстых, Н.Н. Возрастные и половые различия в представлениях
подростков о своей будущей семейной жизни / Н.Н. Толстых // Психологопедагогические проблемы воспитания детей в семье и подготовки молодежи
к семейной жизни. – М.,1980.
163. Толстых, Н.Н. Жизненные планы подростков и юношей
/ Н.Н. Толстых // Вопросы психологии. – 1984. – № 3. – С. 79 – 86.
164. Узнадзе, Д.Н. Установка у человека / Д.Н. Узнадзе // Хрестоматия
по вниманию. – М., 1975. – С. 260 – 270.
165. Уманский, Л.И. Методы экспериментального исследования социально-психологических феноменов / Л.И. Уманский // Методология и методы социальной психологии. – М.: Наука, 1977. – С. 54 – 71.
166. Федеральная целевая программа “Молодежь России. 2001-2005 годы”. Ярославль. ГУ “Ярославский областной молодежный информационный
центр” Департамента по делам молодежи Администрации Ярославской области. – Ярославль, 2000. – 132 с.
167. Федотова, Н.Ф. Социально-психологические проблемы формирования личности в семье / Н.Ф. Федотова // Социально-психологические проблемы нравственного воспитания личности. – Л., 1984. – С. 40.
168. Феминизм и гендерные исследования: хрестоматия / под общ. ред.
В.И. Успенской. – Тверь, 1999. – 172 с.
169. Фетискин, Н.П. Психологические проявления характера в период
становления рыночной экономики / Н.П. Фетискин // Вестник Костромского
государственного педагогического университета. – 1995. – № 1. – С. 16 – 18.
170. Форверг, М. Характеристика социально-психологического тренинга поведения / М. Форверг, Т. Альберг // Психол. журнал. – 1984. – Т. 5, № 4.
– С. 57 – 64.
171. Формирование
личности
старшеклассника
/ под
ред.
И.В. Дубровиной. – М.: Педагогика, 1989. – 169 с.
172. Франкл, В. Человек в поисках смысла / В. Франкл. – М.: Прогресс,
1990. – 368 с.
173. Фрейд З. Психология “Я” и защитные механизмы / З. Фрейд; пер. с
англ. – М.: Педагогика-Пресс, 1993. – 140 с.
174. Фрейд, З. Психология бессознательного: сб. произведений
/ З. Фрейд / сост., науч. ред., авт. вст. ст. М.Г. Ярошевский. – М.: Просвещение. 1990. – 448 с.
175. Фромм, Э. Бегство от свободы / Э. Фромм. – М.: Прогресс. 1995. –
256 с.
176. Хорни, К. Недоверие между полами / К. Хорни // Психол. журнал. –
1993. – Т. 14, № 5. – С. 131 – 135.
177. Цветков, Э.А. Мастер самопознания или погружение в Я
/ Э.А. Цветков. – СПб.: Лань, Полисет, 1995. – 192 с.
137
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
178. Черникова, Т.В. Корабль под названием “Жизнь”: игры по содействию социальному самоопределению старшеклассников: учебно-методическое пособие / Т.В. Черникова. – Волгоград: Областная юношеская библиотека, 1998. – 96 с.
179. Черноушек, М. Психология жизненной среды / М. Черноушек. –
М., 1989. – 174 с.
180. Шадриков В.Д. Психология деятельности и способности человека:
учеб. пособие. 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Изд. корп. “Логос”, 1996. –
320 с.
181. Шмелёв, А.Г. Введение в экспериментальную семантику
/ А.Г. Шмелёв. – М., 1983. – 158 с.
182. Щуркова, Н.Е. Диалогичность воспитания / Н.Е. Щуркова
// Воспитание школьников. – 1996. – № 3. – С. 8 – 11.
183. Эриксон, Э. Идентичность: Юность и кризис / Э. Эриксон. – М.:
Прогресс, 1996. – 344 с.
184. Юнг, К. Архетип и символ / К. Юнг. – М.: Ренессанс, 1991. – 304 с.
185. Юнг, К. Проблемы души нашего времени: пер. с нем. / К. Юнг /
предисл. А.В. Брушлинского. – М.: Прогресс. Универс, 1994. – 336 с.
186. Юферева, Т.И. Формирование представлений подростков о мужественности – женственности как одно из условий подготовки молодежи к
семейной жизни / Т.И. Юферева // Психолого-педагогические проблемы
воспитания детей в семье и подготовки молодежи к семейной жизни. – М.,
1980. – С. 92.
187. Юферева, Т.И. Особенности формирования психологического пола
у подростков, воспитывающихся в семье и интернате / Т.И. Юферева // Возрастные особенности психического развития детей. – М., 1882. – С. 122.
188. Юферева, Т.И. Образы мужчин и женщин в сознании подростков
/ Т.И. Юферева // Вопросы психологии. – 1985. – № 3. – С. 84.
189. Ядов, В.А. О диспозиционной регуляции социального поведения
личности / В.А. Ядов // Методологические проблемы социальной психологии
/ под ред. Е.В. Шороховой. – М.: Наука, 1975. – С. 89 – 105.
190. Ярошевский, М.Г. Психология в ХХ столетии. Теоретические проблемы развития психологической науки / М.Г. Ярошевский. – М.: Политиздат, 1971. – 368 с.
191. Ясперс, К. Общая психопатология / К. Ясперс; пер. с нем. – М.:
Практика, 1997. – 153 с.
192. Acker, J. Class, Gender and Relations of Distribution / J. Acker //
Signes. – 1988. – V. 13. – Р. 473 – 497.
193. Acker J. Hierarchies, Jobs and Bodies : A Theory of Gendered Organizations / J. Acker // Gender and Society. – 1990. – V. 4. – Р. 89 – 168.
194. Bem, S. The Lenses of Gender / S. Bem. – Yeale University Press,
1984. – Р. 176 – 196.
195. Bernard, J. The Future of Marriage / J. Bernard. – N.Y., 1972.
138
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
196. Chodorow, N. Familу Structure and Feminine Personatity
/ N. Chodorow // Woman, Culture and Society. – Stanford, 1974. – Р. 43 – 44.
197. Chodorow, N. The Reproduction of Motheing / N. Chodorow. – BerKley, 1978. – Р. 150, 166 – 167.
198. Giddens, A. Sociologu / A. Giddens. – Harvard Yniversity Press. 1994.
199. Gilligan, C. In a Different Voice. Psychological Theory and Womens
Development / C. Gilligan. – L. 1982. – Р. 1 – 23.
200. Goffman, E. Gender Display. Studies in the Anthropolody of visual
communication / E. Goffman. – Frankfurt am Main, 1976. – Р. 69 – 77.
201. Horner, M. Toward an Understanding of Achievement – related Conflicts in women / M. Horner // Journal of Social Issues. 1972. – 28– Р. 157 – 175.
202. Kessler, S. and Mc Kenna W. Gender : An Ethnomethodological Approach / S. Kessler. – N.Y. : John Wiley, 1978. – Р. 1 – 6.
203. Kolberg, L. Continuities and Discontinuities in Cnild and Adult Development. / L. Kolberg, R. Kramer // Human Development. – 1969. – 12. – Р. 93 –
120.
204. Komarovsky, M. Cultural Contradictions and Sex Roles
/ M. Komarovsky // American Journal of Sociology. – 1946. 52. – Р. 184 – 189.
205. Lorber, J. Gender. In : E.F.Borgatta and M.L.Borgatta (eds) Encyclopedia of Sociology / J. Lorber. – N.Y. : Macmillan Publishing Company, 1992. – Р.
748 – 754.
206. Lever, J. Sex Differences in the Gаmes Children Play / J. Lever // Social
Problems. – 1971. – 23. – Р. 478 – 487.
207. Spense, J. Gender Identity and its Implications for the Concepts of Masculinity and Femininity / J. Spense. – Nebraska Simposium on Motivation, Vol.
32. 1984. – University of Nebraska Lincoln and London.
208. Thome, B. Girls and Boys Together ... But Mostly Apart. Gender Arrangements in Elementary Schools / B. Thome. – Relationships and Development,
ed by W. Hartup and Z. Rubin, Hillsdale. – N.J. : Lawrence, Erlbaum. 1989. Р.
167 – 182.
139
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Приложения
Приложение 1
АНКЕТА
« ВАША БУДУЩАЯ СЕМЬЯ »
Здравствуйте !
Сейчас Вам предстоит интересная работа: Вы будете заполнять
анкету. Искренность и полнота ответов помогут нам лучше узнать
друг друга и сделать наши занятия интереснее.
Пожалуйста, внимательно прочитайте каждый вопрос и обведите кружком шифр того ответа, который отражает Ваше мнение.
Мы бы хотели, чтобы опрос остался анонимным, поэтому, пожалуйста, не указывайте своё имя или фамилию на анкете.
Благодарим Вас за участие в нашем исследовании.
Ваш возраст: ____ лет ____ месяцев
Ваш пол:
М
Ж
1. Укажите, кто, кроме Вас, входит в состав семьи, в которой
Вы живёте:
1.1. Мама.
1.2. Папа.
1.3. Брат (братья).
1.4. Сестра (сёстры).
1.5. Бабушка.
1.6. Дедушка.
1.7. Другие родственники.
2. Как Вы оцениваете брак своих родителей?
2.1. Счастливый.
2.2. Не счастливый, но и не несчастный.
2.3. Несчастливый.
2.4. Трудно сказать.
140
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Если оценить взаимоотношения в Вашей семье по степени их
приближения к Вашему представлению об идеале, то этой оценкой
в баллах будет:
3. Отношения родителей между собой 1 2
3
4
5
4. Ваши отношения с родителями
1 2
3
4
5
5. По Вашему мнению, семья нужна человеку, в первую очередь, для того, чтобы:
5.1. Иметь рядом заботливого друга.
5.2. Удовлетворять свои сексуальные потребности.
5.3. Почувствовать свою самостоятельность.
5.4. Всегда быть рядом с любимыми людьми.
5.5. Иметь детей.
5.6. Не быть одиноким.
5.7. Проявлять заботу о близких.
5.8. Уйти из родительского дома.
5.9. Другое.
Согласны ли Вы со следующими утверждениями?
да
да
нет
трудно
полностью
отчасти
сказать
1
2
3
4
6. Семья – это потеря личной свободы и индивидуальности.
7. Семья – это теплота, поддержка, понимание.
8. Семья – это тормоз для личных успехов человека, его карьеры.
9. Без семьи жизнь не мо жет быть полноценной.
10. Какой возраст, на Ваш взгляд, наиболее приемлем для
вступления в брак?
10.1. до 18 лет.
10.2. 18 – 20 лет.
10.3. 21 – 24 года.
10.4. 25 и старше.
10.5. Затрудняюсь сказать.
11. Оказавшись перед выбором, Вы предпочли бы жениха (невесту):
11.1. Любимого (-ую), но не очень самостоятельного (-ую)
в смысле материальной обеспеченности.
11.2. Не очень любимого (-ую), но предприимчивого (-ую)
и самостоятельного (-ую) в материальном плане.
141
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
12. В трудную минуту к кому бы Вы предпочли обратиться за
психологической поддержкой в будущей семье?
12.1. К мужу (жене).
12.2. К детям.
12.3. К родственникам.
12.4. К друзьям.
12.5. К психотерапевту.
12.6. Ни к кому, буду стараться решать свои проблемы самостоятельно.
13. Будут ли в Вашей будущей семье дети?
13.1. Да, обязательно.
13.2. Нет.
13.3. При условии, если их захочет супруг(-а).
14. Говорите ли Вы с родителями на темы, касающиеся взаимоотношений мужчин и женщин?
14.1. Да.
14.2. Нет.
15. Кто из родственников наиболее эмоционально близок Вам
в обсуждении этих тем?
15.1. Мама.
15.2. Папа.
15.3. Другие родственники.
15.4. Никто.
16. Как родители “регулируют” ваши взаимоотношения с
друзьями, в том числе и противоположного пола?
16.1. Они стараются жёстко контролировать эти отношения.
16.2. Они доверяют мне, но иногда тактично контролируют
мой выбор друзей.
16.3. Им нет до меня дела. С кем хочу, с тем и дружу.
142
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Приложение 2
Бланк анкеты
1.
Перечислите, пожалуйста, состав Вашей
семьи
2.
Бывают ли в Вашей семье конфликты?
3.
Если да, то с кем из родственников чаще?
4.
Кто чаще является инициатором конфликтов?
5.
Кому из членов семьи Вы больше симпатизируете?
6.
Есть ли у Вас друзья противоположного
пола?
7.
С кем Вы лучше ладите: с людьми одного
с Вами или противоположного пола?
8.
Считаете ли Вы себя конфликтным человеком?
9.
Если в споре Вы чувствуете свою неправоту, признаете ли Вы это открыто?
10.
Кто, по Вашему мнению, чаще конфликтует – мужчины или женщины?
143
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Учебное издание
Панкратова Татьяна Михайловна
Гендерные основы
социально-психологических
отношений
Учебное пособие
Редактор, корректор В.Н. Чулкова
Компьютерная верстка И.Н. Ивановой
Подписано в печать 24.07.2006 г. Формат 60х84/16. Бумага тип.
Усл. печ. л. 8,37. Уч.-изд. л. 6,78. Тираж 100 экз. Заказ
Оригинал-макет подготовлен
в редакционно-издательском отделе ЯрГУ.
Ярославский государственный университет.
150000 Ярославль, ул. Советская, 14.
Отпечатано
ООО «Ремдер» ЛР ИД № 06151 от 26.10.2001.
г. Ярославль, пр. Октября, 94, оф.37 тел.(4852) 73-35-03
144
Документ
Категория
Образование
Просмотров
527
Размер файла
1 064 Кб
Теги
психологический, гендерные, социальная, 1619, отношений, основы
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа