close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

2020.«Основные институты Общей части уголовного права Канады»

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ
Федеральное государственное бюджетное
образовательное учреждение
высшего профессионального образования
«ПЕНЗЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»
С. Т. СУЛЕЙМАНОВА
ОСНОВНЫЕ ИНСТИТУТЫ
ОБЩЕЙ ЧАСТИ
УГОЛОВНОГО ПРАВА КАНАДЫ
Учебное пособие
ПЕНЗА 2012
0 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ
Федеральное государственное бюджетное
образовательное учреждение
высшего профессионального образования
«Пензенский государственный университет» (ПГУ)
С. Т. Сулейманова Основные институты
Общей части
уголовного права Канады
Учебное пособие
Пенза
Издательство ПГУ
2012
1 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
УДК 343 (71)
ББК 67.99 (7 Кан)
С89
Рецензенты:
кандидат юридических наук, доцент,
заведующий кафедрой
«Юридические дисциплины»
Московской открытой социальной академии
(Пензенский филиал)
А. И. Канунник;
кандидат юридических наук,
доцент кафедры «Уголовное право и уголовный процесс»
Пензенского государственного педагогического
университета им. В. Г. Белинского
Г. И. Миронова
С89
Сулейманова, С. Т.
Основные институты Общей части уголовного права
Канады : учеб. пособие / С. Т. Сулейманова. – Пенза : Изд-во
ПГУ, 2012. – 194 с.
ISBN 978-5-94170-492-7
Исследуются основные институты уголовного права Канады: институт преступления, институт соучастия в преступлении, субъект
преступления, обстоятельства, исключающие преступность деяния в
Канаде, с учетом имеющихся в законах Канады изменений, а также с
использованием большого объема практического материала.
Учебное пособие подготовлено на кафедре «Уголовное право»,
полностью соответствует изучению тем, предусмотренных образовательными стандартами по специальности 030501 «Юриспруденция» и
будет представлять интерес для студентов, изучающих данную проблему по уголовному, уголовно-процессуальному и уголовно-исполнительному праву, а также для аспирантов и преподавателей, занимающихся проблемами уголовного права.
УДК 343 (71)
ББК 67.99 (7 Кан)
ISBN 978-5-94170-492-7
© Пензенский государственный
университет, 2012
2 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие............................................................................................................ ...4
Введение .....................................................................................................................5
Г л а в а 1. История развития уголовного законодательства Канады
и его основные источники .................................................................................... ...7
1.1. История развития уголовного законодательства Канады........................... 7
1.2. Конституция Канады как источник уголовного права.............................. 27
1.3. Уголовный кодекс как источник уголовного права ................................. 45
1.4. Дополнительные источники уголовного права Канады .......................... 60
Г л а в а 2. Учение о преступлении по уголовному праву Канады....................... .82
2.1. Понятие и признаки преступления по уголовному праву Канады ......... 82
2.2. Субъект преступления ................................................................................ 111
2.3. Соучастие в преступлении ......................................................................... 138
2.4. Обстоятельства, исключающие преступность деяния ............................ 160
Приложения ....................................................................................................... 189
3 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Предисловие
В настоящее время в связи с необходимостью модернизации
уголовно-правовых систем существует необходимость рецепции
отечественным правом уголовно-правовых норм, идей и институтов
законодательства государств с развитыми правовыми системами.
Так, Н, Д. Сергеевский писал, что «научное исследование не может
ограничиться положительным правом какого-либо народа (правом
отечественным)... Цивилизованным народам нашего времени не суждена замкнутая жизнь; международные влияния проникают во все
сферы, и игнорировать мы их не можем».
Динамичное развитие уголовного законодательства Канады и
реальные успехи данной страны с преступностью предопределяют
значительный научный и практический интерес для отечественных
специалистов в области уголовного права. По словам Дж. Уэлша,
Канада как эталон либеральной демократии и эффективного государственного управления должна играть роль «образцового гражданина мира» и делиться своими достижениями с другими странами.
При написании учебного пособия преследовалась цель – раскрыть современное состояние основных институтов Общей части
уголовного права Канады. Это представляется целесообразным для
того, чтобы на основе исследования уголовного права Канады изучить теоретические различия и сходство с российским уголовным
правом, предложить оправданные опытом изменения в уголовное
право России.
Данное учебное пособие является базовым для более глубокого
изучения дисциплин уголовного права, уголовного права зарубежных стран, криминологии. В нем отражено развитие уголовного
права Канады, основных институтов, что способствует более глубокому усвоению курса уголовного права.
4 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Введение
Одним из приоритетных направлений развития уголовного законодательства Российской Федерации на современном этапе является
приведение его в соответствие с международно-правовыми нормами,
устранение пробелов в правовой регламентации различного рода уголовно-правовых отношений1. Рассмотрение основных институтов
уголовного права зарубежных стран обусловлено прежде всего предметом отраслевой науки уголовного права. Некоторые авторы отмечают необходимость использования рецепции отечественным правом
уголовно-правовых норм, идей и институтов законодательства государств с развитыми правовыми системами в целях гармонизации и совершенствования национальных уголовных законодательств. При исследовании различных правовых вопросов большой интерес представляет изучение уголовного права Канады. Данная страна отличается большой спецификой и своеобразием, которые связаны с особенностями ее исторического развития и многонационального состава населения. Исторические особенности заселения Канады, а именно наличие сразу нескольких очагов освоения территории страны: разные регионы Канады заселялись иммигрантами непосредственно из Европы, которые отличались между собой по ряду показателей – этнической принадлежности, социальному статусу, времени прибытия в
Канаду (и поэтому процесс освоения территории чрезвычайно растянут во времени и продолжается до сих пор), оказали влияние на
развитие права.
В противоположность сфере гражданского права и процесса
отрасль уголовного права унифицирована в масштабе всей страны,
поскольку с 1774 г. применение английского уголовного права было
распространено и на Квебек, а Конституционный акт 1867 г. установил, что вопросы уголовного права и процесса относятся к исключительной компетенции федерации. Моделью для первого
УК Канады 1892 г. послужил проект уголовного кодекса Англии,
составленный видным криминалистом Дж. Стифеном (в 1878 г. закон был представлен в британский парламент, но так и не стал законом). Таким образом, изучение современного состояния уголовного права Канады является достаточно актуальным.
1
Рарог А. И. Тенденции и перспективы развития уголовного законодательства России // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке : материалы Междунар. науч.-практ.
конф. – М., 2004. – С. 4.
5 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В отечественной уголовно-правовой науке уголовное право Канады комплексно не исследовалось, отдельные аспекты уголовного
права Канады рассматривались Ф. М. Решетниковым, С. Ю. Даниловым, О. Н. Ведерниковой, Е. Н. Трикоз, Д. Тейлором, Р. Лутес,
А. Кононовым, М. Бастараш и др. Среди канадских исследователей
можно отметить труды K. Roach, D. Stuart, P. Sankoff, M. Manning,
E. Colvin, D. J. H. Higgins, P. Monahan, R. J. Roberts, R. R. Simeon,
C. D. Gilbert, G. Parker и др.
6 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Г л а в а 1. История развития уголовного
законодательства Канады
и его основные источники
1.1. История развития
уголовного законодательства Канады
Правовая система Канады отличается большой спецификой и
своеобразием, которые связаны с особенностями ее исторического
развития и многонационального состава населения. Канада представляет собой федеративное государство, состоящее из 10 провинций, 3 территорий (Юкон, Северо-Западные территории, Нунавут);
формой правления является конституционная монархия, а исполнительная власть осуществляется Королевой (ст. 9 Конституционного
акта 1867 г.), но в то же время Королева (и ее представитель в Канаде – генерал-губернатор) действует «в силу и на основании рекомендации тайного совета Королевы», т.е. фактически Кабинета, состоящего из премьер-министра и членов Кабинета2.
Канадская государственность прошла сложный путь формирования и эволюции3. До 1763 г. Канада являлась колониальным владением Франции и страной управлял французский губернатор. После того как по мирному договору, заключенному между Лондоном
и Парижем, Канада перешла к Великобритании, высшим руководителем страны стал английский генерал-губернатор. Следующим шагом политического развития Канады был закон 1791 г., разделивший Квебек на две части: Верхнюю Канаду и Нижнюю Канаду; каждая из этих провинций получила назначаемый законодательством совет и выборную нижнюю палату; финансовое управление и право
обложения были, однако, оставлены в руках губернаторов4.
В 1840 г. премьер-министр Англии лорд Рессель (Lord John Russell)
2
Федерализм в России и Канаде : курс лекций / С. В. Кабышев [и др.] – М., 2009. –
С. 101–103.
3
Указывается, что первыми европейцами, вступившими на канадскую землю, были исландские викинги около 1000 г. до н.э. Самым известным из открывателей был Святой Брендон, аббат
монастыря Клонферт из Галвея (Ирландия), чье путешествие описано в ирландской саге под названием «Navigatio Sancti Brendani Abbatis». Путешествуя, он достиг земли, которую назвал «Land promised to the Saints» («Земля, обещанная святым»). Однако первыми на канадскую землю ступили, скорее, мигранты из Азии; так, японские и китайские моряки вследствие кораблекрушений в 200 г. до
н.э. прибывали на землю Британской Колумбии. См. : Hayes D. Historical Atlas of Canada //
Canada’s history illustrated with original maps. – Toronto : Copyright, 2002. – P. 9.
4
Корф С. А. Автономные колонии Великобритании. – СПб., 1914. – С. 2.
7 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«внес свой проект «Акта объединения Верхней и Нижней Канады
и организации управления Канады» на обсуждение палаты общин».
Последняя приняла билль без возражений; правительство, однако,
встретило сильную оппозицию в палате лордов; в конце концов,
билль был принят и санкционирован Королевой; 10 февраля 1841 г.
он вступил в силу5. Собственно канадские более или менее самостоятельные органы стали возникать здесь только в 40-х гг. XIX в.
В 1840 г. на территориях Онтарио и Квебека, вместе составляющих
Канаду, был сформирован так называемый исполнительный совет,
который был весьма ограничен в полномочиях генерал-губернатором. С 1948 г., когда был принят закон о внутренней автономии Канады по отношению к метрополии, этот совет постепенно стал приобретать «очертания» правительства. Общеканадских властных
структур, охватывающих всю территорию Канады, не было и не
могло быть, поскольку колонии и территории были слабо связаны
друг с другом, а многие территории вошли в состав Канады лишь во
второй половине XIX и в XX в.
Как указывает С. А. Корф, «к концу 60-х годов Канада уже достигла своего политического совершеннолетия, население ее не удовлетворялось более существовавшими тогда государственно-правовыми
институтами, связывавшими колонию по рукам волей далекой метрополии, другими словами, колонисты стали требовать себе большей автономии, большей независимости от Англии. Вследствие этого “отцам”
федеративного единения провинций необходимо было серьезно задуматься не только над внутренней организацией единения и над удовлетворением французских притязаний, но и над внешним положением
Канады как таковой, над ее связью с метрополией; нужно было найти
такой modus vivendi (лат. – образ жизни), при котором Канаде были бы
обеспечены полная независимость и автономия касательно всех ее собственных и “внутренних” дел»6.
Официальным «днем рождения» Канадского государства считается 1 июля 1867 г., когда вступил в силу принятый английским парламентом «Акт о Британской Северной Америке», названный Конфедеративным договором. Согласно этому Акту, который стал своеобразной конституцией нового государства, Канада была преобразована из колонии в доминион Великобритании. Хотя в нем говорилось
об объединении трех провинций – собственно Канада, Новая Шот 5
Корф С. А. Указ. соч. – С. 11.
6
Корф С. А. Там же. – С. 21.
8 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ландия и Новый Брансуик – фактически в федерацию вошли четыре
провинции: территории, которые в совокупности носили название
«Канада», были разделены на две провинции: англоязычная Онтарио
и франкоязычная Квебек. Три года спустя Компания Гудзонова залива с согласия правительства Великобритании уступила новой федерации обширные территории на северо-западе Северной Америки –
от Великих озер до Скалистых гор7. В том же году на этой территории была образована новая провинция – Манитоба, а несколько
позднее – Саскачеван и Альберта. В 1871 г. в состав Канады вошла
Британская Колумбия, а в 1873 г. – Остров Принца Эдуарда. Еще в
1858 г. английское правительство выкупило у Компании Гудзонова
залива территорию Британской Колумбии и установило там местную администрацию. К тому времени по так называемому Орегонскому договору 1846 г. была проведена государственная граница между Канадой и США, которая дошла до Тихого океана. Вступление
Британской Колумбии в состав канадской федерации в качестве самостоятельной провинции окончательно обозначило наряду с южной
границей также западные рубежи нового государства. В 1949 г. в состав Канады в качестве ее десятой провинции был включен Ньюфаундленд.
На процессы формирования и эволюции канадского государства
значительный отпечаток наложил тот факт, что оно получило автономию, или статус доминиона, сверху, т.е. по воле британской Короны.
Особенно наглядно это выразилось в том, что некоторые его институты и конфигурация их соотношения были составлены по английской
модели государственного устройства. Исследователи отмечают, что
на политико-государственный механизм особое влияние оказало то,
что « “отцы” канадской федерации исходили из опыта вековых традиций в области государственного устройства Великобритании и уроков
государственного развития своего южного соседа – Соединенных
Штатов Америки»8.
Историческими особенностями заселения Канады являются наличие сразу нескольких очагов освоения территории страны: разные
регионы Канады заселялись иммигрантами непосредственно из Европы, которые отличались между собой по ряду показателей –
этнической принадлежности, социальному статусу, времени прибы 7
Тишков В. А., Кошелев Л. В. История Канады. – М. : Мысль,1982. – С. 58.
8
Данилов С. Ю., Шило В. Е. Политико-государственный механизм современной Канады.
Сравнительно-историческое исследование / отв. ред. С. Ф. Молочков – М. : Наука, 1991. – С. 17.
9 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тия в Канаду – и поэтому процесс освоения территории был чрезвычайно растянут во времени и продолжается до сих пор. Дискретный
тип заселения придал различным регионам свой собственный неповторимый культурный облик и позволил сформироваться своеобразной «региональной мозаике». Колонизация западных земель в Канаде
осуществлялась под жестким контролем государства, которое переносило туда неотъемлемые черты цивилизации с ее институтами. Напротив, в США «освоение западных земель происходило стихийно,
искатели приключений, изгои общества уходили на запад прочь от
цивилизации, вместе с ними все дальше на запад перемещался так называемый “фронтир” (граница освоенной территории)»9. Это во многом обусловило такое отличие канадской культуры от американской, как большая законопослушность. Недаром и преступность в канадских
городах существенно ниже, чем в американских10 (приложения 1, 2).
Зависимость от политической обстановки мы видим и в сфере
права. До создания объединения четырех провинций в 1867 г. каждая из них характеризовалась определенной правовой автономией,
однако зависимость от метрополии не позволяла этой автономии
углубляться. После 1867 г. в условиях централизованного, унитарного федерализма началось энергичное создание федерального законодательства, причем более энергичное, чем в соседних США11.
В частности, п.п. 27, 28 ст. 91 Акта о Британской Северной Америке провозглашали в качестве исключительной компетенции федеральных властей «уголовное право, исключая организацию судов
уголовной юстиции, но включая судопроизводство по уголовным делам», а также «учреждение, содержание и управление пенитенциарных учреждений». Таким образом, уголовное право в Канаде стало
приниматься федеральным парламентом. В противоположность сфере гражданского права и процесса отрасль уголовного права унифицирована в масштабе всей страны, поскольку с 1774 г. применение
английского уголовного права было распространено и в Квебеке, а
Конституционный акт 1867 г. установил, что вопросы уголовного
права и процесса относятся к исключительной компетенции федерации12. Начало текущему законодательству положил Закон об уго 9
Владимирова М. А. Канадская самобытность и политика многокультурности // США
и Канада: экономика, политика культура. – 2004. – № 6. – С. 47.
10
Несмотря на высокий уровень коэффициента преступности в Канаде и незначительной в
США, автор считает, что преступность в Канаде гораздо ниже, так как при подсчете в США берутся
данные по десяти основным составам преступления. Кроме того, исследования ООН по коэффициенту убийств в зарубежных странах показывают, что Канада является наиболее благополучной страной, где коэффициент гораздо ниже, чем в Англии и США.
11
Сороко-Цюпа О. С. История Канады. – М., 1985. – С. 45.
12
Решетников Ф. М. Правовые системы стран мира. – М., 1993. – С. 308.
10 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ловном процессе 1869 г. Реформа материального уголовного права
привела к изданию Акта о консолидации в 1869 г., объединившего
девять статутов и позаимствовавшего целый ряд положений из британского Акта о консолидации 1811 г.
Канада относится к англо-американской правовой системе, или
к правовой системе общего права. В научной литературе предпринимались исследования основных уголовно-правовых систем, их
типологии, однако единого мнения не сформировалось13. Англоамериканская система права сложилась в результате колониальной
экспансии Великобритании: английское общее право в той или иной
мере действовало во всех странах, находящихся под властью и протекторатом британской короны14. Рассматривая англо-американский
тип криминологической системы, исследователи выделяют американскую, криминологическую, модель и британскую модель15. Определяя место Канады в рамках семьи общего права, следует отметить, что канадская уголовно-правовая система может быть охарактеризована как достаточно автономная в рамках семьи общего права
с тенденцией дальнейшей автономизации16. Отличительными особенностями канадской правовой системы являются:
1) в отличие от Англии Канада при построении уголовноправовой модели отходила от доктрин общего права, заимствуя институты континентальной системы права. Как иногда шутят английские юристы, «Великобритания и США с Канадой – страны, разделенные общим правом»17. Влияние континентальной системы права –
кодифицированное уголовное законодательство Канады (ответственность по общему праву лишь за неуважение к суду). Кроме Уголовного кодекса Канады уголовно-правовые нормы содержатся в различного рода актах. Английская правовая система – традиционный представитель правовых систем, определяемых как «некодифицированные», что отличает ее от правовой системы США и Канады;
13
См.: Давид Р. Основные правовые системы современности / Р. Давид, К. Жоффре-Спинози.
– М., 1999. – 400 с.; Ведерникова О. Н. Современные уголовно-правовые системы: типы, модели, характеристика // Государство и право. – 2004. – № 1. – С. 69; Есаков Г. А. Основы сравнительного
уголовного права. – М., 2007; Тихомиров, Ю. А. Курс сравнительного правоведения. – М., 1996; Малиновский А. А. Сравнительное правоведение в сфере уголовного права. – М., 2002.
14
Додонов В. Н. Сравнительное уголовное право. Общая часть. – М., 2009. – С. 38.
15
Ведерникова О. Н. Основные криминологические системы современности // Государство и
право. – 2002. – № 10. – С. 34.
16
Есаков Г. А., Крылова Н. Е., Серебренникова А. В. Уголовное право зарубежных стран :
учеб. пособие. – М., 2008. – С. 29.
17
Малешина А. В. Ответственность за преступные деяния против жизни в странах общего
права: на примере Англии, США и Канады : дис. … канд. юрид. наук. – М., 2009. – С. 24.
11 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2) первое определение канадских ценностей содержалось в Акте о Британской Северной Америке 1867 г., оформившем появление
доминиона «Канада». Статья 91 провозгласила поддержание мира,
порядка и надлежащего управления в качестве главных ценностей
новообразованного государства, в отличие от США, где основными
ценностями, указанными в Декларации независимости, являются
«право на жизнь, свободу и стремление к счастью»18. Затем этот ряд
был уточнен канадской Хартией прав и свобод 1982 г., где говорилось о запрещении дискриминации по признаку расы, национальности, этнического происхождения, цвета кожи, религии, пола, возраста, умственной и физической нетрудоспособности19, а также верховенство нравственных принципов, закрепленных в канадской
Хартии прав и свобод, в частности «Верховенство Бога и господства
права». Что касается уголовного права Англии, как отмечал Девлин,
«английское право с самого начала было тесно связано с моральными принципами»20;
3) в отличие от Англии, в США и Канаде основным источником
уголовного права служит писаная Конституция, но в отличие от
США конституция Канады была принята английским парламентом;
4) канадское уголовное законодательство (в отличие от американского, австралийского) является единым для всей страны. Уголовный
кодекс 1892 г. – первый уголовный кодекс – способствовал систематизации уголовного права и его унификации в пределах всей страны.
Принципиальное отличие уголовно-правовой системы США заключается в том, что на территории государства действуют 53 относительно
самостоятельные правовые системы (плюралистичность права);
5) идея, лежащая в основе уголовного права стран, принадлежащих к семье общего права, сводится к рассмотрению уголовного права
как «щита против произвола государственной власти»21. США отличает строгое толкование уголовного закона и достаточно суровая система
наказаний. Основная особенность Канады – идея о необходимости «разумных ограничений» (reasonable limits) прав и свобод, которые могут
18
История США. Хрестоматия : пособие для вузов / сост. Э. А. Иванян. – М., 2005. – С. 16.
19
Исраелян Е. В. Ценностные ориентиры внешней политики Канады // США. Канада: экономика – политика – культура. – 2011. – № 6. – С. 23.
20
Devlin P. Morals and the Criminal Law // The Philosophy of Law / ed. by R. M. Dworkin. –
N.Y., 1977. – P. 70.
21
Есаков Г. А. Сравнительное правоведение в области уголовного права и типология уголовно-правовых систем современного мира // Российское право в Интернете. – 2006. –
№ 2.
12 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
быть установлены нормами права и являются оправданными в свободном и демократическом обществе22;
6) взаимопомощь, создание групп поддержки, забота о незащищенных традиционно были условиями выживания коренных народов
Севера, переселенцев в XVII–XVIII вв. и иммигрантов в XX в. Такие
установки укоренились в общественном сознании и служат побудительными мотивами гражданской активности канадцев, формирования коллективистских настроений в противовес американскому индивидуализму. С. Харпер, премьер-министр Канады, подчеркивает намерение своей страны продвигать национальные ценности – права человека, демократические традиции и верховенство закона23;
7) особенностью Канады является также патернализм, надежда
на государство, которое возьмет на себя основную ответственность
за выживание и благосостояние нации. Патерналистские стереотипы, ориентация на государство как на главного защитника интересов граждан начали складываться в общественном сознании еще во
время освоения огромных территориальных массивов. С патерналисткими отношениями, являющимися высшими проявлениями веры в
государство, тесно связаны более умеренные ее выражения – лояльность и законопослушность, тоже характерные для национального
менталитета канадцев;
8) для Канады характерны традиции миссионерства, сложившиеся как часть политической культуры еще в XIX–начале XX в.
Большинство населения гордятся историческим опытом своей страны, считают ее успешной моделью демократического развития, которую целесообразно «тиражировать» в других государствах. Следует отметить также влияние канадского права на уголовное право
других стран. Так, 50 % прецедентного права Новой Зеландии проистекает из Англии, 10 % – из Австралии, определенная часть – из
Канады. Даже сама Великобритания черпает прецеденты из Австралии, Канады, Новой Зеландии, США24;
9) несмотря на историческое влияние на законодательство Канады уголовного права Англии, соседство с США, Канада характеризуется автономностью, причем Канада испытывает потребность
22
Ведерникова О. Н. Теория и практика борьбы с преступностью в условиях современной западной демократии: канадская уголовно-правовая модель // Государство и право. –
2004. – № 6. – С. 86.
23
Исраелян Е. В. Указ. соч. – С. 23.
24
Кананыкина Е. С. Правовая система Канады: ее отличие от стран содружества //
Международное публичное и частное право. – 2009. – № 2.
13 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
в сохранении национальной идентичности25. До 1949 г. сохранялась
практика апелляций в Судебный комитет Тайного Совета; после ее
отмены решения судов стали просто «авторитетными источниками»
для канадской судебной практики26.
Таким образом, уголовно-правовые нормы Канады специфичны
и своеобразны, и в настоящее время Англия не оказывает влияния
на регламентацию и применение данных норм. Что касается влияния США, то следует отметить, что юристы Канады не стремятся
заимствовать идеи и концепции в области уголовного права.
В 2003 г. вышла работа М. Адамса, президента престижной исследовательской и консалтинговой группы «Энвайроникс», «Пламя и
лед: США, Канада и миф о сближающихся ценностях», где указывается, что эти страны исповедуют различную иерархию ценностей,
причем это несходство нарастает после событий 11 сентября 2001 г.
и сохранится очень надолго27.
При исследовании уголовного права необходимо указать о периодизации возникновения и развития канадской уголовно-правовой
системы. Существуют различные точки зрения на периодизацию и
этапы эволюции уголовного законодательства. Известные криминологи А. Мьюит и М. Мэннинг, принимая во внимание особенности
конституционного развития страны, условно выделяют три периода в
истории уголовного права Канады: 1-й период предшествовал
1867 г., 2-й период – с 1867 по 1982 г., 3-й период наступил после
1982 г.28. Такое деление имеет место исходя из особенностей исторического развития, поскольку в 1867 г. Канада получила статус доминиона, а в 1892 г. Конституционный акт включил в качестве составной своей части Хартию прав и свобод. Е. Н. Трикоз выделяет следующие периоды: 1) восприятие уголовного права метрополии и его
адаптирование к местным условиям в британских колониях Канады;
2) отраслевая систематизация и структуризация уголовно-правового
материала в отдельных канадских колониях – провинциях (ревизия,
инкорпорация и консолидация местного статутного и прецедентного
права); 3) становление федерального уголовного законодательства после 1867 г. и принятие УК 1892 г.; 4) многоэтапная реформа уголовного
права – серия ревизий УК Канады и его рекодификация в 1955 г.;
25
Ведерникова О. Н. Указ. соч. – С. 89.
26
Есаков Г. А. Указ. соч. – С. 29.
27
Исраелян Е. В. Указ. соч. – С. 31.
28
Трикоз Е. Н. Становление уголовно-правовой системы Канады // Журнал российского права.
– 2004. – № 8. – С. 140.
14 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
5) ревизия УК Канады в 1985 г. и проект нового УК 1986 г.; 6) продолжающаяся модернизация структуры и содержания УК Канады на рубеже XX–XXI вв.29.
Однако по-нашему мнению, как история собственно американского права начинается с момента образования переселенцами из Англии
14 мая 1607 г. на атлантическом побережье Северной Америки первого
поселения30, так и история уголовного права Канады начинается с
французского завоевания Канады. В 30–40-х гг. XVI в. французский
мореплаватель Жак Картье совершил несколько экспедиций по реке
Святого Лаврентия и объявил эти земли принадлежащими Франции.
В начале XVII в. благодаря усилиям Сэмюэля де Шамплена начинается французская колонизация этих земель, проходившая в условиях
постоянных войн с индейцами (апогеем которых стали кровопролитные «бобровые войны») и жесткой конкуренции с другими европейскими государствами. Новая Франция – так называлась колония
и монопольная мехоторговая компания, основы которой были заложены Самюэлем де Шампленом31. В начале существования колонии
губернатор осуществлял функции судьи в отношении как мирных
жителей, так и военных, и был последней инстанцией. После смерти
Шамплена М. Шатофор32 приказал вывесить на столбе перед церковью запреты на некоторые проступки: богохульство, пьянство, намеренное отсутствие во время святой мессы в дни праздников, в
воскресенье и т.д. К этому столбу привязали железный ошейник и
рядом установили деревянную лошадь, чтобы выставлять виновных
для поддержания порядка в обществе путем устрашения33. В рамках
решения действия законодательства, в том числе уголовного, на территории различных провинций Канады необходимо отметить следующее: колонии могли стать таковыми путем оккупации, завоевания, путем передачи прав. Колония, приобретенная путем оккупации, подчинялась гражданским и уголовным законам верховной
власти. В колониях, приобретенных путем завоевания, законы завоеванной страны остаются в силе до тех пор, пока они не будут
изменены победителем. Уголовное право этого периода исследова 29
Трикоз Е. Н. Указ. соч. – С. 140 –141.
30
Есаков Г. А. Mens rea в уголовном праве Соединенных Штатов Америки : дис. … канд.
юрид. наук. – М., 1982. – С. 130.
31
Сороко-Цюпа О. С. Указ. соч. – С. 9. (Самюэль де Шамплен – французский мореплаватель, основатель и губернатор первых французских поселений в Канаде в Квебеке).
32
Марк Антуан Жак Бра-де-Фер Шатофор – французский губернатор Новой Франции, назначенный при монархе Людовике XII (25 декабря 1635 г. – 11 июня 1636 г.).
33
Edmond Lareau Histoire du Droit Canadien. – URL : http :www. lareau-law.ca/dripenal_htm
15 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
лось такими авторами, как Кремази, Керр, Картер, Кларк, Ташро,
Ланкто, де Монтиньи, де Ларимье и т.д34.
Одним из первых актов, распространяющих свои нормы на всю
Новую Францию (провинцию Квебек), был Уголовный ордонанс
1670 г., который представлял собой некий кодифицированный акт,
регламентировавший процедуру уголовных дел, однако не был
официально актом, одобренным Высшим Советом в Квебеке35. Но
нельзя отрицать, что положения акта имели прямое действие в колонии во время создания Высшего Совета в Квебеке, так как в протоколах Совета Квебека можно найти большое количество постановлений в рамках уголовного судопроизводства, базирующихся на
положениях из этого акта. Уголовный процесс был экстраординарным36, обвиняемый не имел защитника, при допросе применялись
пытки. «Пытка допрашивает – боль отвечает!» – это положение было основой уголовного судопроизводства37. Ордонанс 1670 г. был
подготовлен Пюссаром, Ламуаньоном и Дени Талоном. Наказания
за преступления оставались, как и ранее, неопределенными. Таким
образом, вплоть до 1789 г. на одной виселице можно было увидеть
как жестокого убийцу, так и слугу, укравшего у своего хозяина незначительную вещь. В этот период получила распространение практика, когда для тюремного заключения требовалось только вписать
имя в пустой бланк приказа на арест (lettrs de cachet)38. Однако необходимо признать, что Ордонанс 1670 г. установил необходимость
заслушивания свидетелей, необходимость принятия приговора при
большинстве свидетельствующих о виновности, возможность апелляции судебных решений. Кодификация норм уголовного судопроизводства упростила применение трактатов и комментариев по уголовному праву.
34
Carter E. A treatise on the law and practice on summary convictions and orders by Justices of the
peace upper and lower Canada. – Montreal, 1856; Kerr M. A Treatise on Criminal laws as applicable to the
Dominion of Canada. – Toronto, 1872; Cremazie J. Les lois criminelles anglaises produites et compilées de
Blackstone, Chitty, Russell et autres criminalistes anglais, et telles que suivies en Canada: arrangées suivant
les dispositions introduites dans le code criminel de cette province. – Québec : Imprimerie de Fréchette, 1842;
De Lorimier C. Elements de droit criminal Montreal 1883, De Montigny P. Le code criminal en quelques
pages. – Montreal, 1879.
35
ORDONNANCE CRIMINELLE Du Mois D’aout 1670 Faite a Saint-Germain-en-Laye Eliregistree par le Parlement de Paris le 26 aout 1670 Entre envigueur au 1 janvier 1671 // URL :
http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/ CadresFenetre?O=NUMM-51704&M=chemindefer
36
История государства и права зарубежных стран : учеб. для вузов / под общ. ред.
О. А. Жидкова, Н. А. Крашенинниковой. – М., 1991. – Ч. 1. – С. 417.
37
Edmond Lareau Histoire du Droit Canadien. Указ. соч. – P. 283.
38
История государства и права зарубежных стран. Указ. соч. – С. 417–418.
16 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В марте 1685 г. был принят Ордонанс, который стал называться
«черным кодексом» и распространил свое действие на всю территорию Новой Франции. Этот акт явился актом всех возможных строгостей, которые имели место в эпоху предрассудков и варварства.
Это было связано с тем, что король желал поддерживать на «Американских островах» влияние католической церкви и регламентировать вопросы, касающиеся обращения с рабами. В Ордонансе было
указано: рабы должны быть крещены и обращены в католическую
веру (ст. 2); во всех колониях для рабов установлены самые строгие
религиозные ритуалы (ст. 3). Положения Ордонанса были чрезвычайно жестокими. В ст. 38 «черного кодекса» было указано: «Беглый раб, который был в бегах в течение месяца, считая с того дня,
когда его хозяин донес на него правосудию, подлежит отрезанию
ушей и будет заклеймен цветком лилии на плече; если он повторит
попытку через месяц со дня доноса, он подлежит перерезанию подколенных сухожилий и клеймению цветком лилии на другом плече,
в третий раз он будет наказан смертью». В свою очередь, ст. 39
«черного кодекса» устанавливала: «Вольноотпущенные, которые
предоставят убежище в своих домах беглым рабам, подлежат телесным наказаниям со стороны хозяев, штрафу в размере 3 000 ливров
за каждый день укрытия, а другие свободные граждане, которые предоставили им подобное убежище, к штрафу в размере 10 000 турских
ливров за каждый день убежища»39. Существование в Новой Франции рабства в связи с климатическими условиями не получило слишком широкого распространения. Уголовный ордонанс 1685 г. не был
одобрен в Квебеке, однако нет сомнения, что он действовал в колонии, о чем свидетельствуют судебные решения. Официальные документы, позаимствованные из старинного архива французского правительства, сохранившегося в Парламенте в Квебеке, судебные приговоры свидетельствуют о нравах этой эпохи40.
30 августа 1685 г. регистрируется прекращение деятельности
Высшего Совета: Совету запрещается принимать акты, устанавливающие преступления и наказания, в отсутствие губернатора и управляющего. 19 февраля 1732 г. король Британии издает указ о дезертирах и преступниках, укрывающихся в монастырях. Полиция полу 39
Edmond Lareau Histoire du Droit Canadien. Указ. соч. – P. 285 (Как указывает адвокат, доктор
права Эдмон Ларо, при изучении уголовного права этого периода невольно вспоминаются слова
Монтескье: «Невозможно, чтобы мы считали этих людей людьми, так как если мы сочтем их людьми, начинаешь верить, что мы не христиане»).
40
Edmond Lareau Histoire du Droit Canadien Monreal. Указ. соч. – Р. 287. – URL : http :www.
lareau-law.ca/dripenal_htm
17 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
чает право проникать на территорию монастыря в сопровождении
судьи без разрешения на то настоятеля. Представителям церкви (кюре) запрещено предоставлять приют в монастырях преступникам и
дезертирам. 14 февраля 1742 г. Король издает указ о контрабандистах солью (Ordonance au sujet des faux sauniers), предназначенный
для Канады. Однако, несмотря на название, указ касался и тех, кто
приехал в колонию для того, чтобы уйти от ответственности за преступления во Франции. Лица, виновные в попытке помочь контрабандистам, могли быть приговорены к шести месяцам тюрьмы. Что касается дезертиров, они приговаривались к галерам навечно. Таким образом, с помощью данных мер Британия пыталась усилить колонизацию. Ф. Вондрёй решил провести реформирование, которое было связано с увеличением территорий Канады и необходимостью эффективного управления41. Вышло распоряжение, что младшие офицерские
чины подчинены в управлении губернатору, а младшие офицеры юстиции – управляющему, а не Совету, как это было прежде. В это время возникла необходимость реформирования законодательства, особенно уголовного, так как оно предусматривало применение пыток,
хотя суды (трибуналы) редко прибегали к ним на практике. Пытки
существовали в законодательстве и применялись в Канаде до последних дней французского господства.
Следующим этапом в развитии уголовного права Канады явилось введение уголовных законов при провозглашении в 1763 г. королевской прокламации, когда Франция отказалась от своих владений в Северной Америке в пользу Великобритании. В соответствии
с этим было решено распространить британское уголовное право на
законодательство Квебека, что привело к огромному влиянию английского общего права на уголовное право Канады. Как указывает
Г. А. Есаков, к концу XVII–началу XVIII в. английское право подошло со сформировавшимся в течение столетий и постоянно прираставшим массивом уголовно-правового материала, не подвергшимся,
однако, сколько-нибудь значимой доктринальной обработке. Во всяком случае, появляющиеся с конца XV–начала XVI в. юридические
трактаты в уголовно-правовой части представляют, скорее, компиляционную выборку из накопившихся за столетия судебных решений,
41
Филипп де Риго маркиз Водрёй (Philippe de Rigaud de Vaudreuil) – французский политический деятель, губернатор Новой Франции в 1703–1725 гг. По мнению историков, Филипп де Риго де
Водрёй был успешным администратором и реформатором, проводя политику мирного сосуществования с индейскими племенами. Особую заслугу вызывает примирение с воинственными ирокезами.
Это позволило развивать торговлю мехами и обеспечить безопасность развития французских колоний в Северной Америке.
18 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
чем их систематическую обработку. При этом следует подчеркнуть,
что нельзя недооценивать значение этих работ для доктрины: вопервых, ими был предоставлен отобранный с точки зрения его прецедентной ценности судебный материал, и, во-вторых, в ряде случаев в попытке согласовать противоречивые решения часто неявно
вырабатывались новые принципы, которые в последующем находили свое теоретическое отражение42. Английские уголовные законы
были введены актом Квебека 1774 г., но Канада по сути руководствовалась английским уголовным правом с Королевского воззвания
1763 г. Уголовное право Британии, которое Джеймс Мюррей, первый
губернатор провинции Квебек, ввел в действие в Канаде, было воспринято как «благо». Таким образом, все уголовные законы Англии,
которые определяли преступления для метрополии, были таковыми и
в колонии. Однако следует указать, что ответственность за правонарушения, установленная местными органами власти в Англии, не являлась частью уголовного права и не имела юридической силы в Канаде. Также не имели юридической силы уголовные статуты Британии, которые были несовместимы со свободой, дарованной канадскому народу. Однако следует указать, что уголовное законодательство Англии претерпевало изменения, принятые парламентом империи, что постоянно способствовало увеличению числа неясностей в
этой области. Так, только во времена Роберта Пиля, премьерминистра Великобритании, в нем были приняты масштабные поправки в 1827 г.; в последующие годы были приняты четыре проекта
уголовных законов, которые по отношению к законам 1774 г. называли «переплавкой» английских уголовных законов. С момента введения английских уголовных законов на территории Канады в 1774 г.
канадское уголовное законодательство тоже претерпевало изменения. Важным шагом политического развития Канады был закон 1791
г., разделивший Квебек на две части: Верхнюю и Нижнюю Канады;
«каждая из этих провинций получила теперь назначаемый законодательный совет и выборную нижнюю палату; финансовое управление
и право обложения были, однако, оставлены в руках губернаторов»43. Что касается Верхней Канады, то в связи с близостью границы с США увеличились потоки людей, пересекающих границы
вследствие войн, что привело к росту в Верхней Канаде преступников,
дезертиров, беглых рабов. Это способствовало установлению уголовно-правовых норм, позволяющих бороться с негативными для канад 42
Есаков Г. А. Указ. соч. – С. 72.
43
Корф С. А. Указ. соч. – С. 2–3.
19 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ского общества явлениями: появились нормы о высылке, экстрадиции,
борьбе с контрабандой и дезертирством. Так, Д. Фиджеральд, совершивший в 1820 г. убийство в Ирландии, иммигрировал на территорию
Канады, в район Ниагары. После того, как он узнал, что его разыскивают за совершение преступления, он попытался скрыться на территории США. Однако канадские власти выдали ордер на арест Д. Фиджеральда и обратились за помощью к представителям власти в
США. Американские власти арестовали Фиджеральда и выдали его
канадской стороне, которые выслали его в Ирландию, где он был и
привлечен к уголовной ответственности44.
В 1800 г. благодаря изменениям, внесенным в британское законодательство, на территории Верхней Канады активно использовался такой вид наказания, как высылка, которая была альтернативой
смертной казни. Данный вид наказания помогал властям избегать
долговременного и затратного содержания осужденных, переполнения тюрем, публичных казней. Высылка применялась в Верхней
Канаде до 1842 г.45
Специфика законодательства Нижней Канады заключалась в
том, что в ней сохранились законы Франции, регламентирующие
нормы гражданского права, и законы Британской империи, регламентирующие нормы уголовного права. Э. Ларо, описывая влияние
французского и английского права, пишет: «если французские законы оказали влияние на становление и процветание Нижней Канады,
самое благотворное влияние, что признает весь мир, подчинение
уголовному праву Англии, кровавому по происхождению, как все
уголовные законы Европы, рожденные в средние века, но смягченные каноническим правом и очеловеченные деятельностью судов,
как гражданское право Рима преторианским правом, … было улучшением, которое, обеспечивая личную свободу, консолидировало общественные свободы».
Особо следует отметить реформирование уголовного права в
1841 г., когда на первой сессии первого объединения парламента законы, введенные в Англии Р. Пилем, Т. Самюэлем Ромильи, Д. Макинтошем во времена царствования Георга IV, были приняты в колонии с незначительными поправками. Однако положения имперского
акта 1774 г. были продублированы в рамках провинциального зако 44
Crime and Deviance in Canada: Historical Perspectives Edited by Chris McCormick and Len Green
Murray D // Criminal Boundaries: The Frontier and the Contours of Upper Canadian Justice,
1792–1840. – Toronto, 2005. – P. 28–29.
45
Там же. – P. 30–31.
20 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нодательства. Следует отметить, что в Акте Георга III было отменено наказание раскаленным железом, Акт Георга IV сделал применение смертной казни менее распространенным. В Акте Королевы
Виктории в гл. 24 акта 4–5 V. излагались следующие положения:
10 – упразднялось привилегированное положение и преимущества
духовенства; 20 – давалось отличие преступлений, наказываемых
смертной казнью и не предусматривающих такой вид наказания;
30 – отмена конфискации в качестве меры наказания за измену;
40 – нормы, позволяющие обвиняемому в государственной измене
пользоваться помощью защитника; 50 – регулирование вопросов, касающихся формулировок, связанных с введением уголовного дела;
60 – право обвиняемого знакомиться с показаниями, данными против
него; 70 – решение вопросов снисхождения при привлечении к уголовной ответственности за государственную измену; 80 – наказание тюремным заключением в исправительной тюрьме в Кингстоне вместо
депортации; 100 – упразднение наказания у позорного столба; 110 – наказание соучастников при совершении измены; 130 – недопустимость
отложения судебного разбирательства. Второй закон с поправками
касался объединения ответственности за кражу. Основные положения были даны в гл. 25 Акта V.: 10 – упразднения различий между
«большой» и мелкой кражей, размер украденного не влиял на квалификацию; 20 – наказание за кражу векселей, ценных бумаг, облигаций и т.д.; 30 – время, которое следует признавать ночным для квалификации ночной кражи со взломом; 40 – определение жилого дома; 50 – кража, изъятие или уничтожение документов, необходимых
для подтверждения завещания; 60 – кража документов, подтверждающих право собственности на землю; 70 – кража деревьев, изгороди, ограды, растений, фруктов и т.д.; 80 – кража собак, птиц и т.д.;
90 – кража, совершенная слугами, банкирами векселей, товаров, которые были им доверены; 100 – наказание за мошенничество; 110 – наказание за укрывательство краденых вещей. Третий закон имел целью,
объединить законодательство, касающееся причинения ущерба собственности, которое было регламентировано в гл. 26. Ее основные положения регламентируют: 10 – поджог; 20 – разрушение мануфактур,
станков и т.д.; 30 – незаконный снос церквей, домов, часовен и других
зданий; 50 – разрушение судна, терпящего кораблекрушение; 60 – разрушение дамб, каналов, шлюзов и т.д.; 70 – разрушение общественных
мест, дорог, шлагбаумов и т.д.; 90 – причинение вреда домашнему скоту; 100 – поджог складов, деревьев и т.д. Четвертый закон касался
преступлений, причиняющих вред личности. Среди его основных
21 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
положений можно выделить: 10 – правонарушение против личности
(рассматривалось как преступление); 20 – наказание лиц, осуществляющих аборты; 30 – наказание женщин, скрывающих рождение ребенка; 40 – ответственность за изнасилование и действия сексуального
характера; 50 – ответственность за многоженство; 70 – нападения на
моряков; 90 – нападения, рассматриваемые с обвинительным актом.
Эти законы практически изменили законодательство, действовавшее
на территории Канады с 1774 г. Они сохраняли юридическую силу
в течение объединения колоний и в первые годы конфедерации. На
основании ст. 91 Акта о Британской Северной Америке парламент
Канады обладает исключительным правом издавать законы в области
уголовного права. Как указывает А. Мьюит, до 1867 г. в Канаде,
включая Квебек, применялись нормы уголовного права Англии в совокупности с местным законодательством, имеющим силу на той или
иной территории46. В 1869 г. были приняты поправки в уголовные законы Victoria. Они имели юридическую силу на территории всех провинций47. В 1869 г. был издан Акт о консолидации, объединивший
девять статутов и позаимствовавший целый ряд положений из британского Акта о консолидации 1811 г.
Кодификация уголовного права в 1869 г. явилась шагом вперед,
однако привела к пробельности в силу отсутствия иного законодательства. Оставалось много проблем после кодификации: необходимо было подобрать прецеденты к нормам для их объяснения,
классифицировать преступления, указать труды английских авторов, исследовавших данную проблему, указать на основные правила
уголовного судопроизводства. Это должно было придать статутам
точность, ясность, единообразность их практического применения.
В 1874 г. парламент Канады принял новый свод законов, регламентирующих уголовно-правовые нормы. Переход от статуса «королевских» колоний к статусу «самоуправляемых» в значительной мере определялся не только внутренними факторами, отражавшими растущий
уровень социально-экономического развития самих колоний, но и
внешними причинами. Среди последних можно выделить миграционные процессы (включая массовый исход лоялистов из США в Канаду
в годы войны за независимость), перераспределение властных полномочий в структуре государственной власти Великобритании (ограни 46
Manning М., Sankoff Р.Criminal law LexisNexis. –Toronto : Canada Inc., 2009. – P. 4.
47
Statutes of Canada: Thirty second and thirty-third years of the reign of her majesty QUEEN VICTORIA and his Excellency the right honorable sir John Young, Governor General Ottawa, 1869.
22 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
чение прерогативных прав Короны в пользу парламента), либеральные реформы в сфере отправления правосудия (в том числе уголовного) в той же Великобритании48.
Юридическая децентрализация 1857 г. сделала общедоступным
изучение уголовного права среди франко-канадских адвокатов. После принятия статута 1869 г. были опубликованы работы, которые
были призваны восполнить пробелы. В исследованиях Кларка содержался полный перечень решений судов в различных провинциях,
которые составляли конфедерацию49. Поскольку судебная процедура
была определена, это способствовало установлению, фиксации и
универсализации при применении норм. Если до этого момента адвокаты и судьи прибегали к английским прецедентам, то после издания трудов франко-канадскими авторами стало возможным ссылаться на канадские судебные прецеденты. Это было более целесообразно, так как данная практика учитывала институты и обычаи канадского права, была основана на традициях и обычаях Канады. Следует
также указать на труды Э. Ташро, судьи Верховного суда Канады50,
который опубликовал работу «Уголовные законы Канады». В данной
работе автор ссылался на решения судов Канады, что сделало работу
более ценной для практикующих юристов. Особой популярностью у
юристов пользовалась также работа Шарля Лоримье, профессора университета Лаваля (Университет Лаваля – публичный университет в Квебеке), «Курс уголовного права». Сосуществование общего и французского права оказало влияние на развитие прецедентов в Квебеке и Луизиане, на отношение роли судебной практики в целом. Как таковой
принцип прецедента не признавался ни в Квебеке, ни в Луизиане. Формально суды в Квебеке не связаны ни своими предшествующими решениями, ни решениями вышестоящих судов. Тем не менее длительная
судебная практика имела авторитет у судей. Они чувствовали себя морально обязанными уважать такую практику и следовать ей51. Основу
правовой системы Канады составляли законы, заполняющие пробелы в
48
Комкова Е. Г. Комплексное исследование становления правовой системы Канады
до 1867 г. // США. Канада. Экономика–политика –культура. – 2011. – № 2. – С. 122.
49
Clarke S. The constables' manual: being a summary of the law relating to the rights, powers, and duties of constables. – Toronto : Hart & Rawlinson, 1878.
50
Создание Верховного Суда Канады было разрешено Конституционным актом 1867 г. (прежде называемого актом 1867 г. о Британской Северной Америке). Первые законопроекты, связанные
с его созданием, были представлены в Парламенте Канады в 1869 г. и отклонены в 1870 г. Между тем
8 апреля 1875 г. был, наконец, принят законопроект, положивший начало деятельности Верховного
суда Канады.
51
Кананыкина Е. С. Указ. соч.
23 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
праве. Если закона нет, то судебная практика может решать определенные вопросы, но последнее слово остается за законом. Проблема судебной практики прежде всего стоит как проблема толкования законов.
Во всех случаях предпочтение отдавалось тексту закона, а не тому содержанию, которое в него вкладывается судами.
Следующим важным этапом развития уголовного права явилось принятие первого УК Канады. Моделью для первого УК Канады 1892 г. послужил проект уголовного кодекса Англии, составленный видным криминалистом Дж. Стифеном52 (в 1878 г. проект кодекса был представлен в британский парламент, но так и не стал законом)53. Дигесты Дж. Стифена были результатом огромной работы,
связанной с обобщением законодательства и судебной практики, в
основе которого лежали доктринальные источники54. 14 мая 1878 г.
Билль 178, подготовленный Дж. Стифеном, проходит первое чтение
в Парламенте (билль представляет собой кодекс о преступлениях,
рассматриваемых с обвинительным актом, а также содержит регламентацию норм уголовного процесса по данным делам). 7 апреля
1879 г. Палата общин постановила опубликовать «Копию меморандума, содержащего основные изменения и поправки в проект уголовного
кодекса, составленный членами комиссии»55. 16 июня 1879 г. главный
судья Англии оценил проект негативно, на что председатель комиссии
по принятию кодекса Дж. Стифен указывал следующее: «Кодификации в Англии мешают две группы возражений. Одни исследователи
указывают, что кодификация процесс «невозможный, а также нежелательный, если это возможно». Другие утверждают, что кодификация важна, однако она недостижимый стандарт совершенства.
У большинства законов Англии есть своя история. Они принимались постепенно, в силу необходимости регламентации определенных обстоятельств. Неписаный закон формируется судами и при
этом может удовлетворить интересы разных поколений и позволит
принятому закону быть гибким, учитывая социальные изменения.
Писаный закон может быть изменен только законодательной вла 52
Следует указать, что данный законопроект был подготовлен не только Дж. Стифеном, но и
лордом Блэкборном (lord Blackburn), ирландским судьей Берри (Mr.Justice Barry), судьей Робертом
Лушом (Mr. Justice Lush) Stephen J.F. Criminal code 1879 // The nineteenth century. A monthly review
edited by James Knowles. – London : C.Kegan Paul&Cº, 1 Paternoster square. – 1880. – Vol. VII. – P. 136.
53
Решетников Ф. М. Правовые системы стран мира. – М., 1993. – С. 117.
54
The life of sir James Fitzjames Stephen. – London : Smith, Elder,& CO, 15 Waterloo Place,
1895. – P. 377.
55
British Parliamentary Papes, 1878 (276) LXIII0159 Criminal Code (indictable offences)
Bill // Vol. 63. – P. 159–175. – № 276. – P. 17.; ordered by the House of Commons to be printed on
10 July 1878.
24 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
стью»56. Однако Дж. Стифен приводит в пример УК Франции, который действовал (в тот период) в течение 70 лет и регулировал наиболее важные отношения в сфере уголовного права. Формулирование норм в законе приводит к тому, что Кассационный суд Франции
толкует преступления не так, как это было десять лет назад; и Стифен утверждает, что недостатки УК 1879 г. – это не причина для отклонения Кодекса, а всего лишь результат необходимости внесения
в него поправок либо во время принятия Кодекса в парламенте, либо после его принятия, когда будут выявлены недостатки при принятии решений по конкретным уголовным делам57.
Следует указать, что основой УК Канады 1892 г. послужили не
только дигесты Дж. Стифена, но и Английский проект уголовного
кодекса 1880 г., дигесты Бербиджа (Burbidge's Digest), а также канадское статутное право58. 1 июля 1893 г. УК Канады вступил в силу
на территории доминиона. Кодекс представлял собой упорядоченное
изложение норм английского и канадского общего права, относящихся к основным институтам Общей части уголовного права и видам
преступлений (ответственность за некоторые преступления наступала
и после принятия кодекса определялась по нормам общего права, не
вошедшим в него). Один из авторов проекта УК Канады Дж. Томпсон
подчеркивал, что «в результате этой кодификации была проведена редакция существующего уголовного, уголовно-процессуального права,
осуществлено более четкое структурирование нормативного материала, а также освобождение его от технических недостатков, противоречий и неясностей»59. Уголовный кодекс состоял из 983 статей, объединенных в десять титулов, первые шесть из которых (включающие
532 статьи) содержали собственно нормы материального уголовного
права и три приложения. Титулы I, VI ,VIII были посвящены общим
вопросам уголовного права (интерпретация терминов, виды наказаний, обстоятельства, исключающие преступность деяния, неоконченное преступление, соучастие). Особенная часть состояла из 5 титулов
(468 статей), объединенных в разделы по группам преступлений в за-
56
Stephen J. F. Criminal code 1879 // The nineteenth century. A monthly review edited by James
Knowles. – London : C.Kegan Paul&Cº, 1 Paternoster square. – 1880. – Vol. VII. – P. 144.
57
Там же. – P. 142.
58
Таким образом, УК Канады базируется на четырех источниках, а не только на дигестах
Дж.Стифена. См. : Lareu F. Chronology – Towards a Modern General Part of a new Canadian Criminal
Code. – Ottawa. – 1999. – URL : http://www.lareau-law.ca/ chronologie_.htm#twenty-two
59
Трикоз Е. Н. Указ. соч. – С. 142.
25 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
висимости от степени важности уголовно-охраняемых общественных
интересов: преступления против публичного порядка, внутригосударственного и внешнего; преступления против исполнения законов и
правосудия; преступления против религии, морали и общественной
нравственности; преступления против личности и репутации; преступления против собственности и прав, возникающих в результате заключения договоров, и преступления, связанные с торговлей. Титул VII
регламентировал нормы уголовного процесса. Преступления против
публичного порядка, внутригосударственного и внешнего, содержали
разделы: измену и другие преступления против королевской власти;
незаконные собрания; массовые беспорядки и нарушения общественного порядка; незаконное использование и владение взрывчатыми
веществами, оружием для цели нападения; продажа спиртных напитков; преступления, связанные с мятежом; пиратство60. Преступления против исполнения законов и правосудия включали в себя разделы: коррупция и неповиновение; введение в заблуждение при отправлении правосудия; побеги и насильственное освобождение изпод стражи. Преступления против религии, морали и общественной
нравственности включали: преступления против религии, преступления против морали, ньюснс, бродяжничество. Преступления против
личности и репутации включали: невыполнение обязанностей по сохранению жизни; убийство, непредумышленное убийство; причинение вреда здоровью, действия и бездействия, связанные с опасностью
для личности; нападения; изнасилование и производство аборта; преступления против супружеских и семейных прав, двубрачие, похищение другого лица; диффамация. Детальной регламентации подверглись имущественные преступления, регламентирующие ответственность за кражу, укрывательство имущества, добытого преступным путем, мошенничество, грабеж, вымогательство, берглери, подлог, подделка товарного знака, жестокое обращение с животными,
преступления, связанные с торговлей и нарушением договора и др.
(разделы с 24-го по 40-й). После вступления в силу УК Канады появляются первые комментарии к кодексу: в 1883 г. – Ташро, в 1894 г. –
Крэнкшоу, в 1902 г. – Тримеара61. В последующий период в Кодекс
60
The Criminal Code. – 1892 // URL : http://www.lareau-legal.ca/CriminalCode1892 TABLE.pdf
61
Tachereau, Elzéar (Elzéar-Alexandre), 1820–1898, The Criminal Code of the Dominion of Canada
as amended in 1893 with Commentaries, Annotations, Precedents of Indictments; &c. – Toronto : Carswell,
1893, xcvii, 1080 p; Tremeear W.J. (William J.), 1864–1926, An analytical synopsis of the Criminal code and
of the Canada Evidence Act. – Montreal : Théoret, 1899, vii, 136 p.; Crankshaw James, 1844-1921, The
Criminal code of Canada and the Canada Evidence Act, 1893, with an extra appendix containing the Extradition Act, the extradition convention with the United States, the Fugitive Offenders' Act, and the House of
26 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вносились поправки. Периодически проводилась официальная ревизия статутного права, по результатам которой публиковались собрания законодательства в пересмотренных изданиях – «Revised Statutes
of Canada». Во всех случаях из текста УК Канады исключались нормы, время действия которых закончилось или было приостановлено,
либо они были аннулированы; частично изменялись общая композиция и структура различных частей, статей и других структурных единиц уголовного закона, а также их нумерация; делались незначительные усовершенствования языка уголовного закона в целях уяснения и
уточнения намерений законодателя и с учетом правоприменительной практики; устранялись некоторые противоречивые предписания; корректировалась общая редакция, устранялись грамматические и типографские ошибки в тексте закона62. Таким образом, верным было бы деление периодов развития уголовного законодательства в Канаде с учетом следующих этапов: 1) влияние французского
уголовного законодательства в период 1608–1763 г. в (колониальный
период); 2) распространение на территории Канады английского уголовного права – 1763–1892 гг. (колониальный период); 3) с 1892 по
1955 г. (принятие УК и его практическое применение); 4) с 1955 по
1985 г. (рекодификация УК); 5) с 1985 г. по настоящее время (период
реформирования и модернизации уголовного законодательства, с целью обеспечения общественной безопасности, защиты прав человека и
имплементации норм международного права).
1.2. Конституция Канады
как источник уголовного права
По мнению К. Роача, для того, чтобы понять уголовное право Канады, необходимо уяснить основные нормы конституционного права,
так как конституция является актом, обладающим высшей юридической силой в любой стране63. Положение о том, что конституция –
юридическая база уголовного законодательства, имеющая первостепенное значение для его развития и совершенствования, давно приобрело характер незыблемого и непререкаемого постулата64.
Commons debates on the code; and an analytical index. – Montreal : Whiteford & Theoret, 1894,
LXXXVIII. – 976 p.
62
Трикоз Е. Н. Указ. соч. – С. 143.
63
Roach K. Essentials of Canadian law Criminal law. – 2nd ed. – Toronto : Irwin Law, 2000. – P. 20.
64
Коняхин В. Конституция как источник общей части уголовного права // Российская юстиция. – 2002. – № 4.
27 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В отличие от Конституции США Конституция Канады содержалась в актах английского парламента. Конституция Канады состоит из ряда актов, принятых английским парламентом с 1867 по
1982 г. Хотя при издании Акта 1867 г. его создатели имели намерение дать Канаде конституцию, и юридический комитет Тайного Совета неоднократно подчеркивал, что целью этого Акта является
именно представление конституции, но ни в одном положении акта
этот термин не был употреблен. Только после принятия Акта о Британской Северной Америке (№ 2) 1949 г., которым была внесена
очередная поправка в Акт 1867 г. (ст. 91), термин «конституция»
(точнее «конституционный акт») был упомянут65. Особенность этих
актов состоит в том, что они, будучи разработанными парламентом
страны, окончательно принимались английским парламентом. Важнейшие законодательные акты – Квебекский закон 1774 г., Конституционный закон 1791 г., Закон об объединении Канады 1840 г., Закон о Британской Северной Америке 1867 г., Конституционный акт
1982 г., ставший последним из числа конституционных актов Канады,
принятых британским парламентом, предоставил Канаде право самостоятельно вносить поправки в конституцию в соответствии с установленной процедурой (ранее они формально подлежали утверждению английским парламентом) и дополнил ее Хартией прав и свобод66. Конституционный акт 1982 г. изложен в приложениях А (на
французском языке) и Б (на английском языке) к Акту английского
парламента о Канаде 1982 г. Судебный комитет Тайного совета, который до середины прошлого века выступал высшей судебной инстанцией для судов Канады и Австралии, внес свой вклад в толкование конституций Канады и Австралии67. В результате принятия
Акта о Канаде 1982 г. Канада, как отмечают исследователи, получила конституцию, которую трудно назвать таковой в традиционном
понимании термина: в состав конституции согласно п. 2 ст. 52 Конституционного акта 1982 г. входят Акт о Канаде 1982 г. наряду с названным Конституционным актом, акты, указанные в приложении,
изданные ранее (последние включают законодательные акты английского парламента и приказы в Совете с 1867 г.), и поправки к какомулибо акту или приказу, указанные выше68. В отличие от Великобритании и Новой Зеландии Австралия, Канада и США – государства с
65
Маклаков В. В. Конституции зарубежных государств : учеб. пособие. – 2-е изд., испр. и доп.
– М. : БЕК, 1997. – С. 309.
66
Правовые системы стран мира / под ред. А. Я. Сухарева : энцикл. справ. – М., 2001. –
С. 303.
67
Богдановская И. Ю. Толкование конституции: опыт стран «общего права» // Право и политика. – 2006. – № 8. – СПС «КонсультантПлюс».
68
Маклаков В. В. Указ. соч. – С. 309.
28 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
четко выраженной федеральной структурой, нашедшей свое отражение также и в праве69.
Важнейшей отличительной чертой политико-государственного
механизма Канады является то, что с самого начала в него были заложены два основополагающих принципа. При этом исходили из
опыта вековых традиций в области государственного устройства
Великобритании и уроков государственного развития своего южного соседа – Соединенных Штатов Америки. Первый принцип – разделение властей, заимствованный еще из государственной практики
Великобритании, а второй – построение канадской государственности на федеративных началах.
Уголовное право является результатом сложного процесса, который
начинается с решения законодателя, определяющего некое запрещенное
деяние. Канада располагает тремя основными источниками уголовного
права: 1) конституцией, включая принципы разделения властей и Хартию прав и свобод; 2) законами, утвержденными законодательными собраниями, включая Уголовный кодекс Канады и другие законы, определяющие преступления; 3) положениями «общего права», содержащимися в судебных решениях, не отраженных в уголовном кодексе70.
Действующая конституция Канады является источником уголовного права по ряду причин. Во-первых, конституция имеет значение источника уголовного права в тех положениях, которые определяют компетенцию органов государственной власти и управления
в области нормотворчества, структуру и иерархию правовых норм.
Во-вторых, конституция устанавливает разграничение компетенций
федерации и провинций в области уголовного законодательства.
В-третьих, конституция Канады содержит ряд положений либо непосредственно уголовно-правового характера, либо имеющих отношение к уголовному праву.
Что касается иерархии правовых норм, то следует отметить, что
решения судов Канады по уголовным делам показывают – главным
источником уголовного права в иерархии актов является конституция.
Несмотря на то, что в Канаде конституционные принципы, ценности и
права являются абстрактными, нечеткими, оторванными от реалий
борьбы с преступностью, суды считают их высшим мерилом справедливости уголовно-правовой политики, непосредственно действующими указаниями как для законодательной власти, так и для исполни 69
Кананыкина Е. С. Указ. соч.
70
Кононов А., Бастараш М. Конституционное правосудие в действии: опыт России и Канады.
– М., 2008. – С. 95.
29 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тельной власти. Поэтому суды признают неконституционными нормы
уголовного законодательства и правоприменительную практику, идущую вразрез с конституционными предписаниями. Более того, суды
проверяют, насколько нормы уголовного права, а также практика их
применения соответствуют фундаментальным принципам права и
справедливости. В Канаде решения высших судебных инстанций, по
существу, реформировали нормы уголовного права и уголовного процесса. По мнению А. Трошева и П. Соломона, эти процессы вызывают
бурю негодования как со стороны законодателей, которые защищали
видение уголовно-правовой политики, так и со стороны правоприменителей, которые защищали свою десятилетиями выработанную
практику по борьбе с преступностью71. Проблемы, возникающие на
практике, связаны с тем, что нормы конституции носят абстрактный
характер, и многое зависит от толкования норм. В течение первых десятилетий во всех странах «общего права», в которых были приняты
писанные конституции (США, Австралия, Канада), предпочтение отдавалось буквальному толкованию. В правовой мысли доминировала
позиция, что конституция должна толковаться с помощью тех же
способов, что и статуты. Социологическая юриспруденция предложила иной взгляд на конституцию (так называемый радикальный
non originalism). В результате появились понятия «живой конституции» (США), конституции как «живого организма» (Австралия), конституции как «живого дерева» (Канада). По мнению Р. Джонстона,
«конституции трех государств были преобразованы, поскольку все
пробелы были восполнены обычаями, формальными поправками и
особенно судебным толкованием. В этом отношении конституции со
временем стали иметь меньшее значение, чем положения, разработанные судьями»72. В Канаде в деле Edwards v. A. G. Can (1930) было установлено, что конституция является «живым деревом», способным
расти. Новый подход получил название «прогрессивного». Он также
допускал обращение к иным материалам, кроме непосредственного
текста конституции. Так, при толковании Конституционного акта Канады 1982 г. суды могут обращаться к семнадцати вариантам Конституционного акта, материалам его обсуждения в парламенте, материалам заседаний специального объединенного комитета палат, включающим в себя разъяснения, которые дали комитету должностные ли-
71
Кононов А., Бастараш М. Указ. соч. – С. 76–77.
72
Богдановская И. Ю. Указ. соч.
30 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ца, разрабатывавшие его проект, к материалам дебатов по проекту
Конституционного акта в английском Парламенте73.
Конституционное разделение полномочий между федеральными
и провинциальными властями, установленное в 1867 г., позволяет
только федеральному Парламенту принимать законы, устанавливающие уголовную ответственность и уголовно-процессуальные нормы.
В статье 91 Конституционного акта 1867 г. указано, что «исключительные законодательные полномочия Парламента Канады распространяются на все вопросы, входящие в нижепоименованные, а именно…п. 27 уголовного права, исключая организацию судов уголовной
юстиции, но включая судопроизводство по уголовным делам»74. Между тем в ст. 92, регламентирующей области исключительного законодательства провинций, указано, что «в каждой провинции законодательное собрание может издавать законы по наложению наказаний
в виде штрафа, карательных мер, тюремного заключения в целях исполнения какого-либо закона провинций, изданного в отношении категорий дел, указанных в данной статье». Однако провинции (и муниципалитеты, которым они делегируют свои полномочия) тем не
менее имеют право принимать акты, устанавливающие ответственность за «регулируемые» преступления (regulatory offences), помогающие им решать вопросы в пределах их юрисдикции. Провинции
имеют право регулировать преступления, связанные с общественным
проездом, создавать условия для классификации и цензуры фильмов
и даже принудительное лечение от наркомании. Провинциальные
преступления преследуют основную цель – регулировать некоторые
вопросы, входящие в провинциальную юрисдикцию, такие как собственность и гражданские права, вопросы местного и частного значения. Они рассматриваются теми же самыми судами, которые рассматривают уголовные преступления и могут даже назначить виновному тюремное заключение. Многие провинции пользуются услугами Королевской канадской полиции, федеральными полицейскими
силами. Мировые чиновники (включая народную полицию, таможню, охрану в пенитенциарных учреждениях) имеют специальные
права, обязанности и защиту, регламентируемые Уголовным кодексом. При вынесении приговора провинциальные власти не могут вынести приговор более двух лет тюремного заключения, а федеральные
власти могут назначить наказание выше этого периода. Таким образом, несмотря на то, что распределение полномочий в Канаде явля 73
Богдановская И. Ю. Указ. соч.
74
Маклаков В. В. Указ. соч. – С. 384.
31 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ется довольно четким, оба уровня власти обладают полномочиями,
возможностями и механизмами в области уголовно-правовых отношений, с помощью которых они решают поставленные задачи. Одним из результатов такой системы является то, что при возникновении вопросов национального значения, в том числе и вопросов
в сфере уголовного права, оба уровня власти включаются в процесс
и создается опасность пересечения и дублирования функций и несогласованности. Уровень власти обычно может оправдать свое вмешательство, отыскав первоисточник соответствующих полномочий
в конституции75. Так, сфера уголовного правосудия является особым примером сложного переплетения функций федерального правительства и провинций, таких как:
– провинции отправляют правосудие на своей территории, включая создание, содержание и организацию работы судов уголовной
юрисдикции; эти общие полномочия означают, что каждая провинция
формирует собственную систему судов, кроме того, каждая провинция отвечает за соблюдение законодательства, в том числе уголовного, содержит собственную полицию, однако на деле восемь провинций заключили договор с федеральной полицией (Канадской конной
полицией) о том, что она будет выполнять все или часть полицейских
функций на их территории;
– федерация отвечает за «уголовное законодательство, помимо
создания судов уголовной юрисдикции, но включая уголовное судопроизводство»;
– федерация обладает правом (ст. 96) «назначать судей высших
судов, окружных судов и судов графств в каждой провинции»76.
А. В. Малешина указывает, что ни провинции, ни парламент Великобритании не могут создавать новые уголовно-правовые нормы, а
равно изменять или отменять уже существующие и закрепленные в
федеральном законодательстве77.
Хотя Конституция Канады устанавливает предметы исключительного ведения федерального Парламента Канады и провинций в
сфере уголовно-правовых отношений, в реальности действия обоих
уровней во многом взаимозависимы, так как проблемы и задачи,
75
Федерализм в России и Канаде : курс лекций / С. В. Кабышев [и др.]. – М. : Формула права,
2009. – С. 153.
76
Там же. – С. 155.
77
Малешина А. В. Указ. соч. – С. 30.
32 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
стоящие перед правительствами, как правило, выходят за пределы
ведения одного уровня власти. Судам Канады принадлежит решающая роль при рассмотрении споров между федерацией и провинциями: кто имеет право принять тот или иной закон, устанавливающий
уголовную ответственность. Так, в 1955 г. Парламент Канады внес
изменения в УК Канады, а также принял Федеральный закон «Об огнестрельном оружии», согласно которому каждый обладатель огнестрельного оружия обязан зарегистрироваться и получить лицензию.
В законе было предусмотрено привлечение лиц, нарушивших положения закона, к уголовной ответственности. В 1996 г. провинция
Альберта оспорила полномочия федерального парламента, обратившись в Апелляционный суд Альберты. Суд тремя голосами «за» при
двух голосах «против» признал это законодательное полномочие
входящим в федеральную юрисдикцию. В связи с этим окончательное решение выносил Верховный суд Канады, который указал, что
согласно позиции федерального правительства закон соответствует
Конституционному акту 1867 г., его ст. 91 и предусмотренному ей
общему полномочию издавать законы для поддержания мира, порядка и добросовестного управления в Канаде, тогда как Альберта
утверждала, что закон о контроле оружия подпадает под ст. 92 того
же конституционного акта (права собственности и гражданские
права в провинции). Верховный суд в итоге заключил, что смысл и
содержание этого закона направлены на укрепление общественной
безопасности путем контроля доступа к огнестрельному оружию
посредством запретов и санкций. Вмешательство этого закона в
провинциальную юрисдикцию в отношении права собственности и
гражданских прав не является настолько чрезмерным, чтобы нарушить
принцип федерализма. Таким образом, уголовные законы в Канаде могут приниматься исключительно федеральным парламентом, а провинции (и муниципалитеты, которым они делегируют часть своих полномочий) могут принимать нормативные акты о правонарушениях. Тот
или иной закон может быть признан неконституционным, если он нарушает право или ограничивает свободы, которые гарантируются Хартией прав и свобод, и не может быть обоснован в соответствии со ст. 1
Хартии в качестве разумного ограничения прав и свобод78.
Как указывалось выше, Конституция Канады содержит ряд положений непосредственно уголовно-правового характера. В 1982 г. канадская Хартия о правах и свободах была присоединена к Конституции, это привело к дополнительным ограничениям в регламентации и
78
А. Кононов, М. Бастараш. Указ. соч. – С. 71.
33 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
применении уголовных норм. Благодаря введению данных норм были
продекларированы различные незыблемые права человека, такие как
право на справедливое судопроизводство, право на свободу, право на
защиту и т.д. Часть первая канадской Хартии прав и свобод устанавливает, что Канада основывается на принципах, признающих верховенство Бога и господство права. Рассматривая уголовное право,
А. Мьюит и М. Мэннинг дают толкование конституционной доктрины
«разумных ограничений» прав человека. Утверждается, что Хартия
прав и свобод устанавливает следующие требования, которым должны соответствовать ограничения прав человека, для того, чтобы их
можно было признать «разумными»:
– они должны быть установлены правом;
– убедительно оправданны в свободном и демократическом
обществе79.
Если в условиях глобализации во многих странах исследователи задумываются о возможностях изменения конституций при имплементации международных норм в национальное законодательство, то Канада уже в ст. 1 Хартии прав и свобод предусматривает,
что «права и свободы, гарантированные Хартией, подлежат разумным законодательным ограничениям, необходимость которых может
быть убедительно доказана в свободном демократическом обществе»80. Это, в свою очередь, дает возможность законодателю ограничивать некоторые права и свободы, указанные в Хартии, не меняя положений самой конституции. Так, ст. 7 Хартии устанавливает: «Каждый
имеет право на жизнь, свободу и безопасность личности и не может
быть лишен этого права за исключением случаев, когда это регулируется в соответствии с фундаментальными принципами правосудия»81.
Однако конфликт между правами человека и национальной безопасностью предопределяет при незыблемости положений самой конституции ограничение прав и свобод; например, для противодействия
терроризму выработаны два механизма: канадские законы об иммиграции и специализированные антитеррористические законы, принятые после событий 11 сентября 2001 г. Достаточно показательным в
данном отношении является дело Суреш против Канады – Suresh
v. Canada (Minister of Citizenship and Immigration), рассмотренное Верховным судом Канады в 2002 г. М. Суреш, гражданин Шри-Ланки,
тамильского происхождения, обратился с ходатайством о получении
79
Ведерникова О. Н. Указ. соч. – С. 87.
80
Международное уголовное правосудие: современные проблемы / под ред. Г. И. Богуша, Е. Н
Трикоза. – М., 2009. – С. 667–668.
81
Шляфер Л. Г. Канада. География, экономика, право. – М., 1999. – С. 108.
34 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
статуса постоянного жителя Канады. Однако CSIS (канадская служба
безопасности) указала, что Суреш состоял в террористической организации «Тигры освобождения Тамил Илама», и на основании ст. 53
закона «Об иммиграции» министр принял решение о его депортации.
Учитывая, что Суреш доказал в Верховном суде, что он действительно может подвергнуться пыткам, Верховный суд Канады пришел к
выводу, что Сурешу необходимо предоставить процессуальные гарантии, необходимые для обеспечения его права не быть депортированным. Отсутствие подобных гарантий представляло собой нарушение
ст. 7 Хартии, которое не могло быть основано на ст. 1 Хартии. Верховный суд Канады в деле Суреш против Канады указал, что «с одной стороны, имеется несомненное зло в виде терроризма…, а с другой – имеется необходимость обеспечить ситуацию, в которой эти
орудия закона не подрывали бы основных принципов справедливости,
ценностей, которые образуют ядро канадского конституционного
строя и международных документов, подписанных Канадой»82. Хотя
в другом деле – Ахани против Канады – Верховный суд Канады поддержал заключение министра об угрозе безопасности Канады и указал на законность депортации, так как риск подвергнуться пыткам
Ахани в данном случае, по мнению суда, был минимален. Таким
образом, уголовное право должно подчиняться основным принципам справедливости, которые считаются основными в судебной
системе Канады.
Статья 11 Хартии регламентирует основные положения процедуры в уголовно-правовой области: а) быть информированным без неоправданных задержек о характере правонарушения, которое инкриминируется; b) быть судимым в течение разумного периода времени; c) не
быть принуждаемым свидетельствовать против самого себя в любой
стадии процесса в отношении инкриминируемого ему правонарушения;
d) считаться невиновным до тех пор, пока он в соответствии с законом
не будет объявлен виновным независимым и беспристрастным судом в
открытом судебном заседании; e) не быть лишенным без обоснованной
причины права находиться на свободе под залог разумного размера;
f) за исключением случаев совершения правонарушения, подсудного на
основе военного права органам военной юстиции, быть подсудным суду
присяжных в случае, когда максимальный срок наказания за правонарушение составляет пять лет лишения свободы или влечет более суровое наказание; g) не быть объявленным виновным за совершение како 82
Roach K. Ten ways to improve Canadian Anti-terrorism Law // Criminal Law Quarterly. –
Vol. 51. – Toronto. – 2005. – P. 103; Roach K. Charkaoui and Bill C-3: Some implications for AntiTerrorism Policy and Dialogue between Courts and legislatures / K. Roach // Supreme Court Law
Review. – 2008. – P. 281–348.
35 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
го-либо действия или бездействия, которое в момент его совершения не
рассматривалось как правонарушение в соответствии с внутренним правом Канады или международным правом или которое не было уголовным в соответствии с общими принципами права, признаваемыми сообществом наций; h) не быть вновь судимым за правонарушение, в отношении которого он был признан невиновным, и не быть вновь судимым и наказанным за правонарушение, за которое он был признан виновным и наказан; i) будучи признанным виновным за правонарушение,
подвергаться менее суровому наказанию, если наказание было изменено
в промежуток времени между моментом совершения правонарушения и
моментом вынесения приговора83. Однако, что касается последнего, это
должно быть в рамках разумного предела, который является допустимым в свободном и демократическом обществе84. Следует отметить, что
в данной статье Хартии отражена вся специфика правовой системы Канады, связанная с наличием в национальном праве ярко выраженного
процессуального компонента.
Следует указать, что интерпретация Конституции Канады позволяет указать на ряд принципов, которые пронизывают уголовное
право и определяют направленность, характер, основание и объем
регулирования уголовно-правовых отношений. Одним из первостепенных принципов, заложенных в Конституции, является принцип
законности85. На государственном уровне принцип законности получил признание во время буржуазных революций. Впервые он был
провозглашен со ссылкой на Великую Хартию вольностей (Magna
Charta libertatum) в Конституции американского штата Мэрилэнд
1776 г.86. Несмотря на то, что в странах англо-американской правовой семьи допускается, что преступность деяния может быть предусмотрена не только законом, но и нормами прецедентного права,
в последние десятилетия практически полностью отказались от категории «преступлений по общему праву»87 в Канаде, Новой Зеландии, а также на федеральном уровне и в большинстве штатов
83
Маклаков В. В. Указ. соч. – С. 384.
84
Roach Kent. Criminal law (Essential of Canadian Law). – 2nd ed. – Toronto, 2000. – P. 21.
85
Свое оформление принцип получил в виде принципа «Nullum crimen sine lege et nullum
poena sine lege». Ведерникова О. Н. называет этот принцип принципом противоправности. См. : Ведерникова О. Н. Теория и практика борьбы с преступностью в условиях современной западной демократии: канадская уголовно-правовая модель // Государство и право. – 2004. – № 6. – С. 92.
86
Жалинский А. Э. Современное немецкое уголовное право. – М. : ТК Велби; Проспект, 2004.
– С. 75.
87
Следует указать, что единственным исключением из этого правила в Канаде является уголовная ответственность по общему праву за оскорбление суда.
36 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
США88. Согласно канадской Конституции, принцип законности выражен в следующем положении (п. «g» ст.11 Хартии): лицо не может быть объявлено виновным за совершение какого-либо действия
или бездействия, которое в момент его совершения не рассматривалось как правонарушение в соответствии с внутренним правом Канады или международным правом или которое не было уголовным в
соответствии с общими принципами права, признаваемыми сообществом наций. Необходимо отметить, что Конституция Канады содержит прямое указание на возможность определения преступности
деяния не только законом, но и нормами международного права89.
Следующим принципом, заложенным в Конституции Канады,
является принцип равенства перед законом. Он сформулирован
в ст. 15 (1) Хартии прав и свобод: закон не делает различий для лиц
и в равной мере применяется ко всем, и все имеют право на равную
защиту и равное покровительство закона, независимо от каких-либо
различий, в частности, основанных на признаках расы, национального
или этнического происхождения, цвета кожи, религии, пола, возраста
или вследствие психических и физических недостатков. Так, в решении по делу Кэмпбэлла и Широуза (Her Majesty the Queen v. John
Campbell and Salvatore Shirose) в 1999 г. Верховный суд Канады подтвердил, что закон в равной мере распространяется и на полицейских,
расследующих преступление. Рассматриваемое дело относится к 1991 г.,
когда полиция устроила операцию-западню в Торонто с участием сотрудников, изображавших крупных наркодельцов, с целью поймать
двух лиц, согласившихся приобрести 50 кг гашиша. Джон Кэмпбелл и
Сальваторе Широуз, которых полиция охарактеризовала как признанных авторитетов наркобизнеса, были арестованы, обвинены в незаконном обороте наркотиков и впоследствии осуждены. Упомянутая
операция противоречила закону и, по утверждению обвиняемых,
представляла собой пример противоправного поведения полиции, которое потрясло «общественное сознание» и явилось нарушением процессуальных норм, в силу которого дело следовало прекратить. Верховный суд Канады подчеркнул: «Можно с гордостью сказать, что
одним из достижений системы прецедентного права является распространение обычных законов страны на всех лиц, независимо от общественного положения и занимаемой должности». Суд указал, что нарушения закона полицией без санкции парламента будут рассматри 88
Додонов В. Н. Сравнительное уголовное право. Общая часть. – М. : Юрлитинформ, 2009. –
С. 57.
89
Аналогичные формулировки содержатся в конституциях Португалии, Албании,
Польши. – См.: Додонов В. Н. Сравнительное уголовное право. Общая часть – М. : Юрлитинформ,
2009. – С. 56.
37 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ваться как «важный» фактор против прекращения дела90. Следует
особо упомянуть кодексы прав человека, существующие в каждой
провинции и на каждой территории, поскольку эти законы также
обеспечивают конкретную защиту от дискриминации на основе физических или умственных недостатков, сексуальной ориентации и т.д.
Например, канадский закон «О правах человека» устанавливает полное равенство субъектов федеральной юрисдикции91.
Следует указать, что в Канаде имеют место особенности при
привлечении к уголовной ответственности коренного населения
страны. Это является характерным не только для Канады. Так, уголовные кодексы государств Африки допускают неприменение уголовного наказания к туземному населению, живущему в полигамном браке (Кот-д Ивуар, Камерун); и напротив, в ряде случаев в
уголовном порядке наказывается нарушение обычно-правовых норм
из области семейных отношений (например, оставление женой совместного общежития с мужем, мошенничество с приданым)92. Как
указывает Г. А. Есаков, прослеживаются элементы гибридности в
уголовно-правовой системе Австралии. Здесь интерес представляет
допущение австралийскими судами использования процедуры «выкупа-отмщения» за совершенное преступление, которая прочно укоренилась в практике аборигенов континента. В ряде случаев суды
смягчали наказание, назначаемое по приговору, ссылаясь на то, что
виновный уже прошел через процедуру «выкупа-отмщения, способствующую устранению в будущем конфликтов»93. Следует указать на
наличие особенности статуса коренных жителей в Канаде. В 70-е гг.
XX в. одним из важных моментов в эволюции федеральной политики
по отношению к индейцам и в официальном статусе последних встал
вопрос о юридическом признании так называемого аборигенного права, проистекающего, прежде всего, из факта первожительства на континенте94. Конституционный акт 1867 г. возложил на Парламент Канады ответственность за «индейцев и земли, являющиеся резервациями индейцев». Для четкого определения своих полномочий федеральный Парламент принял Акт об индейцах. В свою очередь, в
ст. 15 Хартии прав и свобод, являющейся составной частью канадской
90
А. Кононов, М. Бастараш. Указ. соч. – С. 98.
91
Шаков О. Обзор политики и информации, связанной с судами и уголовно-правовой системой Канады // Российское правосудие. – 2008. – № 8. – С. 81.
92
Захарова М. В. Правовой обычай: общетеоретические основы / под ред. Радько. – М.,
2006. – С. 95.
93
Есаков Г. А., Крылова Н. Е., Серебренникова А. В. Указ. соч. – С. 83.
94
Тишков В. А., Стельмах В. Г., Чешко С. В. Тропою слез и надежд : Книга о современных
индейцах США и Канады – М. : Мысль, 1990. – С. 118.
38 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Конституции указано, что Хартия гарантирует четыре формы равенства – равенство перед и по закону и равенство защиты и покровительства по закону, которые являются основой запрещения дискриминации, основанной на различных факторах95. При рассмотрении
принципа равенства, изложенного в ст. 15 (1) Хартии, возникает правомерность вопросов деления на коренных и некоренных жителей
Канады. Хартия указывает на отношения, которые возникают между
властью коренных народов, федеральной властью, властью провинций, подчеркивая тем самым различие между ними. Верховный суд
Канады, рассматривая дела, преследует две цели в рамках равенства: признание равенства всех людей и предотвращение дискриминации против определенных групп, подвергающихся социальным, политическим, правовым ущемлениям со стороны общества96. Статья 15
предусматривает необходимость осуществления власти справедливым
образом97. Тем не менее создается впечатление, что ст. 15 Хартии прав
и свобод ставит под вопрос конституционность законодательства, так
как наделяет коренных жителей особыми правами по сравнению с некоренными жителями. Если особенность защиты интересов коренных
жителей связана с культурой, территорией проживания, суверенитетом, то ст. 15 запрещает то, что предусмотрено по сути законодательством: защита интересов, связанных с местными различиями98.
Так, Акт об индейцах, который вступил в действие в 1951 г., предполагает наличие особого статуса у индейцев, а именно потомков
коренных жителей, входивших в состав племен, члены которых были соответствующим образом зарегистрированы в момент образования резервации или подписания договора. Этот Акт также устанавливает сложную систему правил управления племенем, а также
детализирует требования для вхождения в совет племен, определяет
политические полномочия совета племен, полномочия в принятии
законодательных актов99. В рамках данной проблемы рассматривается формальное и материальное равенство. Формальное равенство
предполагает рассмотрение вопроса, существует ли причина для
сходного или различного отношения к индивидам (при этом должен
быть баланс между целями и средствами законодательства), а материальное равенство предполагает улучшение социального и экономического уровня членов общества. Верховный суд Канады устано 95
Anne Bayefsky Defining Equality Rights, in Anne Bayefsky and Mary Eberts. – Ontario : Carswell,
1985. – P. 25.
96
Eldridge v. British Columbia (Attorney General), 1997, 2 S.C.R 624.
97
Patrick Macklem. Indigenous difference and the Constitution of Canada // University of Toronto
Press. – 2001. – P. 211
98
Там же. – Р. 211.
99
Indian Act. – А. 81, 83, 85.1. (Утратил силу).
39 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вил, что дискриминацией является закон, который налагает обязанности
или таким способом определяет подход к определенной группе, при котором индивид или определенная группа является достойной признания,
защиты и уважения, чем другой человек или члены канадского общества.
Суд постановил, что это возможно при следующих условиях: 1) когда некая группа переживала притеснения из-за стереотипов уязвимости или
предвзятости; 2) закон не принял во внимание нужды субъекта; 3) в законе
отсутствует защита лиц, находящихся в менее выгодном положении (малоимущие граждане); 4) последствия принятия закона для группы лиц
очень серьезны и специфичны для данной местности100. Верховный суд
Канады стоит на позиции, что отличие прав коренных народов от иных лиц
представляет собой лишь учет личностных характеристик лица, при отсутствии дискриминации. Таким образом, Верховный суд сделал вывод, что
не представляет серьезной угрозы принятие законов, регламентирующих
права коренных жителей, направленных на защиту их интересов на местном уровне, и при этом отсутствует нарушение ст. 15 Хартии прав и
свобод. Однако предусмотрено, что провинциальные законы не могут отменять или изменять аборигенные и договорные права коренных народов,
что закреплено в разд. 35 Конституционного акта 1982 г. Таким образом,
при рассмотрении провинциальных преступлений (regulatory offences), так
называемых правонарушений, власти в рамках установления ответственности ограничены. Например, по делу Simon v. The Queen (1985) Верховный суд указал, что индеец-микмак не обязан соблюдать правила охоты,
введенные в Новой Шотландии. Саймон, индеец микмак, был осужден в
соответствии с п. 150 (1) Земельного и Лесного закона Новой Шотландии за владение и хранение винтовки и патронов. 21 сентября 1980 г. он
ехал на грузовике Шевроле по автодороге Коулчер Каунти (Новая Шотландия). Эта дорога проходила рядом с резервацией индейцев. Саймона
остановили полицейские и нашли у него винтовку, патроны. Винтовка
была в рабочем состоянии, все патроны были признаны экспертами готовыми к эксплуатации. Дорога, по которой проезжал Саймон, проходила через лес, где водились лоси и олени. Саймон полностью признал эти
факты, однако указал, что право на охоту изложено в Договоре 1752 г., а
также в cт. 88 Акта об индейцах, и это предоставляет ему иммунитет от
провинциальной юрисдикции. В статье 4 этого договора указано, что
микмаки «имеют право на свободу охоты и рыбалки, исходя из обычаев». Верховный суд указал, что договор 1752 г. был заключен на благо
обеих сторон британской Короны и индейцев микмак, для поддержания
мира и порядка, а также подтверждал право на свободу охоты и рыбалки
индейцев микмак. Кроме того, подписавшие договор лица обладали
правомочиями – как представитель индейцев микмак, так и губернатор
Хопсон, представлявший интересы Его Величества Короля.
100
Patrick Macklem . Указ. соч.. – P. 214– 215.
40 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В другом деле – R. v. Sioui – суд установил, что гуроны, совершающие в провинциальном парке свои религиозные обряды, не обязаны соблюдать правила поведения в провинциальном парке101. Четыре человека из индейской резервации Лоретт были привлечены
к уголовной ответственности за вырубку деревьев, за установку
кемпинга, разведение огня в зоне парка (Parc de la Jacques-Cartier).
В соответствии с провинциальным законодательством (Parks Act,
R.S.Q) в парке пользователи не имели права уничтожать, повреждать деревья, растения, их части; устанавливать кемпинги, разводить огонь, за исключением установленных зон. Данное правонарушение наказывалось в суммарном порядке: кроме возмещения
вреда, дополнительно штрафом в размере от 50 до 1000 канадских
долларов для физических лиц и от 200 до 5000 – для юридических
лиц. Гуроны указали, что совершали обряды, предусмотренные их
предками. Было также указано на договор между индейскими племенами и представителями Его Величества Короля, который в 1760 г.
подписал генерал Мюррей: этот документ гарантировал гуронам в
обмен на их добровольную сдачу английским властям свободное
осуществление религиозных обрядов, обычаев, торговлю с Англией.
Таким образом, несмотря на провозглашенное в ст. 15 Хартии
прав и свобод положение всеобщего равенства, имеются особенности привлечения к уголовной ответственности коренных народов,
преступления которых порой не подпадают под провинциальную
юрисдикцию, в соответствии со ст. 88 Акта об индейцах, где указывается на то, что в отношении индейцев может существовать договор, устанавливающий привилегии и иммунитеты. Именно поэтому
исследователи отмечают, что построение справедливых, равных и
стабильных отношений между коренными сообществами и другими
жителями Канады остается одной из самых сложных в моральном и
политическом плане задач102.
Следующим принципом, отраженным в Конституции Канады, является принцип вины: лицо считается невиновным до тех пор, пока он
в соответствии с законом не будет объявлен виновным независимым и
беспристрастным судом в открытом судебном заседании. Однако в Канаде он имеет определенную специфику. При рассмотрении отдельных
уголовных дел виновность не является обязательным элементом. Ответственность за такие преступления получила название «абсолютной», или «строгой». Однако в данном случае имеет место не объек 101
R. v. Sioui, 1990. 1 S.С.R. 1025.
102
Федерализм в России и Канаде. Указ. соч. – С. 242.
41 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тивное вменение, а исключение из принципа вины. При совершении
преступлений «строгой» ответственности вина причинителя презюмируется, но эта презумпция может быть опровергнута103.
Базовым принципом, заложенным в уголовное право Канады,
является принцип справедливости. Применительно к уголовному
праву понятие справедливости содержит в себе требование соответствия между деянием и воздаянием, т.е. между преступлением и наказанием. Принцип соразмерности наказаний заложен в конституционных актах англо-американской системы: Великобритании,
США, Канады. Английский (1689) и американский (1791); билли о
правах содержат практически идентичные нормы: «недопустимо ни
требование чрезмерных судебных залогов, ни наложение чрезмерных штрафов или жестоких и необычных наказаний». В соответствии с доктриной указанных стран понятие «жестокие» подразумевает
не только бесчеловечные, антигуманные, но также и несоразмерные,
несправедливые наказания104. В Канаде ст. 12 Хартии гласит: «Никто
не может быть подвергнут какому-либо жестокому или необычному
обращению или наказанию». Кроме того, важным при рассмотрении
принципа справедливости является положение «Non bis in idem», что
является важнейшим, международно признанным правовым принципом. Данный принцип провозглашен в Конституции Канады: лицо не
может быть вновь судимо за правонарушение, в отношении которого
он был признан невиновным, и не быть вновь судимо и наказано за
правонарушение, за которое он был признан виновным и наказан.
Безусловно, запрет двойного уголовного преследования рассматривается, прежде всего, как уголовно-процессуальная гарантия, однако
он может иметь значение и для материального уголовного права.
Особое значение имеет принцип фундаментального правосудия в
Канаде. Он находит свое выражение в ст. 7 Хартии: «Каждый имеет
право на жизнь, свободу и безопасность личности и не может быть
лишен этого права за исключением случаев, когда это регулируется
в соответствии с фундаментальными принципами правосудия»105.
Таким образом, уголовное право должно подчиняться основным принципам справедливости, которые считаются краеугольным
камнем судебной системы. Принцип фундаментального правосудия
определяет справедливость содержания уголовных законов, помогая
избежать осуждения и наказания морально невиновных, а также
лиц, которые совершили то или иное правонарушение без преступного намерения в состоянии крайней необходимости, необходимой
103
Manning М., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc, 2009. – Р. 1228.
104
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 70.
105
Маклаков В. В. Указ. соч. – С. 309.
42 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
обороны и т.д106. Так, по уголовному делу R. против Миллса подсудимому было предъявлено обвинение в совершении двух преступлений, предусмотренных УК Канады: в попытке изнасилования и в незаконных прикосновениях, носящих сексуальный характер. Адвокат
подсудимого запросил данные истории болезни потерпевшего и иные
данные медицинского характера, находящиеся у комиссии, занимающейся проблемами молодежи. Судья первой инстанции указал на поправки, принятые к УК Канады, которыми были введены ограничения
на обнародование документов в случаях половых преступлений. При
этом адвокат обвиняемого указал, что данные поправки в УК Канады
нарушают положения ст. 7 и 11 Хартии прав и свобод 1982 г. В данном
деле содержался конфликт между правами на возражение и защиту,
конфиденциальность частной жизни и равенство, причем все эти права
гарантированы Хартией. Основной вопрос по данному делу был связан
с «требованиями принципов фундаментальной справедливости». Однако оспариваемые поправки признаны конституционными, поскольку
обеспечивают достаточную защиту всех связанных с ними прав, предусмотренных Хартией107.
Многие права и свободы, указанные в Хартии, требуют процедуры справедливого и законного процесса при расследовании и
рассмотрении уголовных дел. Иные права указывают, что сущностью закона является прежде всего справедливость, и нельзя наказывать лицо, которое невиновно и только использовало конституционное право, такое, например, как свобода выражения. Закон или
практика могут нарушить права и свободы, потому что принимаемые при уголовном преследовании меры эффективны при нарушении индивидуальных прав, даже если они имеют юридическую силу
и легитимационные цели. Новый акцент, сделанный на права обвиняемых в канадском уголовном праве, отклонили многие суды, так
как он далек от их традиционного подхода, когда при привлечении к
ответственности доказывается фактическая вина. Хартия обеспечивает права обвиняемых на правосудный процесс и справедливое судебное разбирательство, но ст. 1 Хартии позволяет правительству
оправдывать некоторые ограничения прав обвиняемых для обеспечения контроля над преступностью или для других важных целей.
Следующим принципом уголовного права, закрепленным в Конституции Канады, является принцип гуманности, связанный с запретом жестокого, бесчеловечного или унижающим достоинство чело 106
Кононов А., Бастараш М. Указ. соч. – С. 98.
107
R.v. Mills(1999) 3S.C.R.668. – URL: http://scc.lexum.org/en/1999/1999scr3-668/ 1999scr3668.html
43 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
века обращения и наказания108. Это выражается в следующих положениях конституции: никто не может быть подвергнут какому-либо
жестокому или необычному обращению или наказанию и, будучи
признанным виновным за правонарушение, лицо должно подвергаться менее суровому наказанию, если наказание было изменено в
промежуток времени между моментом совершения правонарушения
и моментом вынесения приговора.
Основная идея концепции правового государства состоит в том,
что государство ограничено, связано в своих действиях правом. Применительно к уголовному праву это означает, что государство вправе
устанавливать и применять какие-либо уголовно-правовые нормы, которые ограничивают международно и конституционно признанные
права человека в большей степени только в том случае и только в той
мере, в какой необходимо для защиты общего блага или прав и свобод
других лиц. Данный принцип можно обозначить как принцип необходимости или «разумной определенности», который имеет широкое
применение в Канаде. Принцип необходимости предполагает обязанность государства доказать «с высокой степенью убедительности»,
что нормы закона, подзаконного нормативного акта или общего права
оправданны в свободном и демократическом обществе. «Убедительно
оправданными» согласно Конституции Канады являются такие ограничения, которые отвечают следующим требованиям:
а) цель установления правовых норм должна быть достаточно значимой для того, чтобы требовать пересмотра конституционных прав и
свобод: данные нормы должны касаться проблем, которые являются
неотложными и важными в свободном демократическом обществе;
б) средства, предусмотренные для достижения данной цели,
должны отвечать критерию «соразмерности»: они не должны быть
произвольными, несправедливыми или основанными на нерациональных соображениях; должны ограничивать права и свободы «в минимально возможной степени; последствия ограничения прав и свобод
должны быть соразмерны с целью данных ограничений109.
Таким образом, Конституция Канады играет важную роль при
развитии и совершенствовании норм уголовного права. Являясь основным источником уголовного права страны, Конституция обеспечивает охрану конституционных прав и свобод, включая особую
108
Используемая в УК РФ категория «принцип гуманизма» не известна законодательству абсолютного большинства стран мира. – См. : Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 72.
109
Ведерникова О. Н. Указ. соч. – С. 88.
44 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
охрану права на жизнь, свободу и безопасность личности и устанавливает правовые пределы вмешательства государства в осуществление гражданских прав и свобод.
1.3. Уголовный кодекс
как источник уголовного права
Как отмечают исследователи, несмотря на то, что Канада также
восприняла правовой опыт Великобритании в области уголовного
права, она в какой-то степени перешла на иной уровень регулирования общественных отношений110. Сфера уголовного права в Канаде
унифицирована в масштабе всей страны, поскольку с 1774 г. применение английского права было распространено на Квебек, а Конституционный акт 1892 г. установил, что вопросы уголовного права и
процесса относятся к исключительной компетенции федерации, что
отличает ее от США111. Основным источником уголовного права
Канады является федеральный Уголовный кодекс. Как указывалось
ранее, первоначально УК Канады, разработанный на основе проекта
Дж. Стифена, был принят в 1892 г. В последующий период в кодекс
вносились изменения и дополнения: между 1893 г., когда он был
введен в действие, и 1970 г., когда была создана новая комиссия по
правовой реформе – всего лишь четыре сессии федерального парламента проходили без обсуждения биллей о внесении изменений и
дополнений или даже об отмене действующего кодекса112. 1 апреля
1955 г. вступил в силу «новый» (подвергшийся рекодификации)
УК Канады, представляющий собой модифицированный уголовный
кодекс, который содержал много изменений, дополнений, был детально переработан113. Этот УК состоял уже не из титулов, а разделов; были изменены количество и нумерации статей; были добавлены новые
нормы114. Как указывает Е. Н. Трикоз, рекодификация 1955 г. была
направлена, прежде всего, на законодательное закрепление суверени 110
Уголовное право России. Общая часть : учеб. / С. А. Балеев [и др.]; под ред.
Ф. Р. Сундурова, И. А. Тарханова. – 3-е изд., перераб. и доп. – М. : Статут, 2009. – 751 с.
111
Правовые системы стран мира : энцикл. справочник / под ред. Ф. Я. Сухарева. – М.,
2001. – С. 308.
112
Трикоз Е. Н. Указ. соч. – С. 143.
113
Lareu F. Short History of the 1955 Criminal Code Revision. – URL: http://www.lareaulaw.ca/Digital Library.html
114
Как указывает Ларо, в УК Канады 1955 г. дается впервые определение уголовной небрежности (criminal negligence). – См. : Lareu F. Chronology–Towards a Modern General Part of a New Canadian Criminal Code. – URL: http://www.lareau-law.ca/ chronologie_.htm#twenty-two
45 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тета Канады в сфере уголовного права115. В результате рекодификации
1955 г. Уголовный кодекс Канады подвергся кардинальной переработке прежнего законодательства с учетом опыта его применения судами, а также сравнительного анализа кодексов других государств, в
том числе американских штатов116. В связи с принятием Конституционного акта 1982 г., включающего в качестве составной части
Хартию прав и свобод, Уголовный кодекс подвергся основательной
ревизии с учетом положений конституционной доктрины. В результате в 1985 г. была осуществлена новая редакция УК Канады, которая включала в себя консолидированную версию с дополнениями и
изменениями, действующую по настоящее время, хотя последние
поправки в УК Канады были внесены 24 октября 2011 г.117. По мнению О. Н. Ведерниковой, УК Канады, являясь основным источником уголовного права, отражает несколько основных направлений
реализации доктрины прав человека в сфере борьбы с преступностью:
1) обеспечение уголовно-правовой охраны конституционных прав и
свобод, включая особую охрану права на жизнь, свободу и безопасность личности; 2) установление правовых пределов вмешательства
государства в осуществление гражданских прав и свобод, частную
жизнь граждан и деятельность средств массовой информации; 3) решение проблемы конфликта прав и свобод с позиций приоритета общественных интересов в обеспечении правопорядка, сохранении справедливого, мирного и безопасного общества118.
По мнению М. Меннинга и П. Санкоффа, в отличие от кодексов
многих зарубежных стран, уголовный кодекс Канады является «продуктом» постепенных преобразований, а не кардинальных реформ119.
Несмотря на то, что структура уголовного законодательства является,
прежде всего, вопросом юридической техники, вместе с тем в ней находят отражение важные содержательные моменты и характерные
особенности национальных уголовно-правовых систем120. В Канаде
Уголовный кодекс не содержит формально деления на Общую и Особенную части, но по существу нормы излагаются в целом именно по
такому принципу, что следует из названия разделов. Строение Общей
115
Трикоз Е. Н. Указ. соч. – С. 144.
116
Правовые системы стран мира. Указ. соч. – С. 308.
117
Criminal Code (R.S.C., 1985, c. C–46) по состоянию на 1 ноября 2011 года. – URL:
http://laws.justice.gc.ca/eng/acts/C-46/
118
Ведерникова О. Н. Указ. соч. – С. 90.
119
. Manning М. Указ. соч. – P. 3.
120
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 109.
46 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
части УК Канады объективно предопределено системой основных институтов уголовного права в материальном смысле. Кодекс состоит из
35 разделов, которые, в свою очередь, делятся на подразделы или главы (ненумерованные) и статьи, и включает три приложения:
Раздел 1. Общие положения (ст. 1–45).
Раздел 2. Преступления против общественного порядка (ст. 46–83).
Раздел 2.1. Терроризм (ст. 83.01–83.3).
Раздел 3. Огнестрельное и другие виды оружия (ст. 84–117).
Раздел 4. Преступления против исполнения законов и правосудия (ст. 118–149).
Раздел 5. Преступления против общественной морали, сексуальные преступления и нарушение общественной нравственности
(ст. 150–182).
Раздел 6. Нарушение прайвеси (вторжение в личную жизнь)
(ст. 183–196).
Раздел 7. Притоны, азартные игры и пари (ст. 197–213).
Раздел 8. Преступления против личности и репутации (ст. 214–320).
Раздел 9. Преступления против собственности (ст. 321–378).
Раздел 10. Мошеннические сделки, касающиеся контрактов
и торговли (ст. 379–427).
Раздел 11. Преднамеренные и запрещенные действия относительно некоторой собственности (ст. 428–447).
Раздел 12. Преступления, связанные с денежными средствами
(ст. 448–462).
Раздел 12.1. Инструменты и литература для незаконного использования наркотиков (ст. 462.1–462.2).
Раздел 12.2. Доходы от преступлений (ст. 462.3–462.5).
Раздел 13. Покушения – Сговор – Соучастие (ст. 463–467).
Раздел 14. Юрисдикция (ст. 468–482).
Раздел 15. Особая процедура и полномочия (ст. 483–492).
Раздел 16. Принудительная явка обвиняемого перед судьей и временное освобождение (ст. 493–529).
Раздел 17. Язык судопроизводства (ст. 530–534).
47 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел 18. Процедура предварительного расследования
(ст. 535–551).
Раздел 18.1. Судья, ведущий определенное дело (ст. 551.1– 551.7).
Раздел 19. Преступления, преследуемые по обвинительному
акту – рассматриваемые без участия присяжных (ст. 552–572).
Раздел 19.1. Суд Нунавута (ст. 573–573.2).
Раздел 20. Процедура рассмотрения уголовных дел с участием
присяжных заседателей и основные положения (ст. 574–672).
Раздел 20.1. Психическое расстройство (ст. 672.1–672.9).
Раздел 21. Апелляция преступлений, преследуемых по обвинительному акту (ст. 673–696).
Раздел 21.1. Заявление о пересмотре судебного акта – судебная
ошибка (ст. 696.1–696.6).
Раздел 22. Обеспечение явки (ст. 697–715).
Раздел 23. Назначение наказания (ст. 716–751).
Раздел 24. Опасные преступники и преступники, отбывающие
долгосрочное заключение (ст. 752–761).
Раздел 25. Содержание и осуществление залога (ст. 762–773).
Раздел 26. Чрезвычайные средства судебной защиты (ст. 774–784).
Раздел 27. Осуждение в порядке суммарного производства
(ст. 785–840).
Раздел 28. Разное (образцы составления процессуальных документов) (ст. 841–849).
Уголовному праву посвящены первые 16 разделов (хотя раздел
12.2 носит процессуальный характер). По мнению В. Н. Додонова,
большинство английских колониальных кодексов имеют стандартное строение Общей части, восходящее к тем или иным модельным
образцам121. Однако следует отметить, что УК Канады имеет свою
специфику. Традиционно открывают УК Канады разделы: краткое
наименование (Short Title) (состоящий из ст.1) и объяснение терминов (Interpretation), где законодатель дает толкование терминам,
встречающимся в кодексе. А. В. Малешина указывает, что в Общую
часть УК Канады входит первый раздел, в котором содержатся основные принципы уголовной ответственности, понятие источников
уголовного права, признаки субъекта преступления, основания ос 121
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 113.
48 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вобождения от уголовной ответственности и другие нормы122. Однако следует отметить, что нормы первого раздела носят непоследовательный характер, причем деление на общую и особенную части проведено непоследовательно. Так, первый раздел УК Канады
состоит из следующих частей: общие положения – ст. 3.1.–20 (сюда
включены нормы о действии судебных актов, о принципе – презумпция невиновности, о действии Кодекса на территориях, о понятии владения, о преступлениях, совершенных в воздушном пространстве, и т.д.); субъекты преступления – ст. 21–24 (здесь регламентированы нормы, определяющие, кто признается субъектом преступления,
вопросы соучастия, покушения на преступление и т.д.); защита лиц,
правоприменяющих нормы – ст. 25–31 (Protection of Persons Administering and Enforcing the law) (нормы, предусматривающие особенности
защиты лиц, осуществляющих функции представителя власти, особенности специальных субъектов, принципы, ограничения ответственности, необходимость опубликования отчета должностными лицами, в том числе предусмотрены нормы уголовно-процессуального
права); запрещение беспорядков – ст. 32–33 (Suppressions of Riots)
(здесь предусмотрены нормы, регламентирующие применение силы
при беспорядках, защиту офицеров полиции при беспорядках
и т.д.); добровольное приведения себя в состояние алкогольного
опьянения – ст. 33.1–33 (self-induced intoxication) (здесь рассматриваются нормы, регламентирующие отсутствие защит при нахождении в состоянии интоксикации, вина при совершении преступления
в состоянии опьянения, случаи применения данных норм); защита
личности – ст. 34–37 (здесь рассматриваются вопросы самообороны
и пределы превышения самообороны); защита собственности –
ст. 38–42 (здесь предусматриваются нормы по защите различных
видов собственности, правомерность такой защиты); защита лиц,
наделенных определенными полномочиями – ст. 43–45 (в них содержатся нормы о неприменении ответственности при использовании
насилия в отношении детей и при проведении операций пациентам).
Что касается последней части, то правозащитники в Канаде обратились в суд по вопросу правомерности применения физической силы
при воспитании детей. Однако Верховный суд Канады в своем решении указал следующее: «Уголовное преследование в отношении родителей, применяющих разумную силу, чтобы дисциплинировать своих
122
Малешина А. В. Указ. соч. – С. 31.
49 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
детей, нанесет больший вред самой этой семье. Поэтому за применение разумной физической силы в конкретных обстоятельствах
родители, опекуны и учителя не могут быть признаны виновными
в совершении насилия в отношении ребенка»123. Следует отметить,
что в главу «Субъекты преступления» были внесены нормы об уголовной ответственности корпораций. В 1985 г. Верховный суд Канады, проанализировав историю развития института уголовной ответственности корпораций, пришел к выводу, что теория отождествления
наиболее приемлема в ситуации совершения юридическими лицами
преступлений, требующих доказывания mens rea (субъективной составляющей деяния), поскольку в таком случае mens rea служащего,
занимающего ответственный пост, может быть принята за mens rea
корпорации. В 2003 г. канадский законодатель закрепил доктрину
уголовной ответственности корпораций, внеся изменения в УК страны.
Согласно ст. 22.2 канадского УК, юридическое лицо уголовно ответственно, если его ответственный служащий, действующий в пределах
своих полномочий и с mens rea, требуемой для совершения преступления, вызывает совершение преступления иным работником либо
не предотвращает совершения последнего. Интересно отметить, что
в ст. 22.1 УК закреплена также схема ответственности корпораций
за небрежное деяние, в силу которой юридическое лицо уголовно
ответственно, если его ответственный служащий, действующий в
пределах своих полномочий, отклоняется от стандарта осторожности, который разумно ожидаем от него в плане недопущения совершения преступления124.
Следует также указать, что нормы о покушении, сговоре, соучастии в преступлении отдельной главой замыкают структурную
часть, посвященную конкретным составам преступления в разд. 13
(ст. 463–467 УК Канады). Таковы нормы УК большинства бывших
британских колоний (Замбия, Индия, Пакистан и др.)125. Кроме того,
виды наказания указаны в разд. 23 УК Канады в части норм, регламентирующих уголовный процесс. Таким образом, Общая часть
123
Гетманский К., Коныгина Н. С поркой по жизни // Известия. – 2004. – 1 февраля. –
URL: http://www.izvestia.ru/news/286479
124
Есаков Г. А. Актуальные проблемы современного уголовного права (по материалам международной конференции) // Право и политика. – 2007. – № 3.
125
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 109.
50 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
УК Канады не имеет четкой структуры; изложение норм непоследовательно, что связано с параллельным существованием в качестве
источников права судебных прецедентов и доктринальных источников, в которых определены многие положения Общей части уголовного права, дается толкование норм уголовного права. Профессор
Хэмшир Стюарт отмечает, что в Канаде больше внимания уделяется
конкретным преступлениям в Особенной части Уголовного кодекса,
а разработке положений и институтов Общей части – меньше. Поэтому нуждается в дальнейшем совершенствовании содержание
Общей части Уголовного кодекса Канады, с учетом положительного
опыта российского и китайского уголовного законодательств126.
Остальные 15 разделов УК Канады представляют нормы Особенной части, которые сгруппированы, как правило, по родовому
объекту. Такова практика построения Особенной части уголовных кодексов в большинстве зарубежных стран. Исключение из этого правила имеет место в уголовном законодательстве США. В Титуле 18 Свода законов США, а также в УК некоторых штатов статьи, предусматривающие ответственность за конкретные преступления, структурированы в алфавитном порядке, что считается удобным для правоприменителя127. Как правило, структура Особенной части выстраивается в соответствии с определенной иерархией правоохраняемых
ценностей, причем, как указывает В. Н. Додонов, чем больше идеологизировано общество, тем большее значение придается законодателем последовательности расположения объектов уголовно-правовой охраны128. В УК Канады расположение разделов не соответствует определенной иерархии, характеру и степени общественной опасности преступления, что связано отчасти с тем, что в основу кодекса
был положен проект, разработанный в стране, не имеющий опыта в кодификации, а отчасти с формальным подходом к определению преступления, не учитывающим общественную опасность деяния129.
К преступлениям против общественного порядка отнесены измена, мятеж, незаконные собрания и беспорядки, преступления в воздушном пространстве и на море, незаконное военное обучение и т.д.
При этом следует отметить, что в данном разделе сохранилась ответственность за пиратство и дуэли. В УК Канады не дается определение
126
Дунмэй П. Актуальные проблемы уголовного права Канады, Китая и России // Право
и политика. – 2007. – № 2.
127
Уголовное право зарубежных стран. Общая и Особенная части : учебник / под ред.
И. Д. Козочкина. – 3-е изд. – М. : Волтерс Клувер, 2010. – С. 120.
128
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 113.
129
Малешина А. В. Указ. соч. – С. 31.
51 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
пиратства, а делается отсылка на нормы международного права. В Канаде, как и в некоторых других зарубежных странах (Вануату, Федерация Боснии и Герцеговины, Новая Зеландия), конструкция состава
пиратства в уголовном законе основана на конвенционных нормах.
Соответственно применительно к Канаде можно говорить об имплементации международных норм о пиратстве в форме отсылки130.
После событий 11 сентября 2001 г. в Канаде был принят закон
«О борьбе с терроризмом», включающий ряд поправок к уголовному кодексу131. В 2001 г. в УК Канады был введен новый раздел II.I
«Терроризм». Премьер-министр Канады Стивен Харпер указал, что
Канада является мишенью террористов не в меньшей степени, чем
США132. С. Ю. Данилов утверждает, что проблема терроризма в Канаде неразрывно связана с деятельностью квебекских националсепаратистов133. В разделе II.I УК Канады предусмотрена ответственность за финансирование терроризма, участие, создание условий, пособничество и укрывательство терроризма, предусмотрены
нормы процесса по делам, связанным с террористической деятельностью, иные меры уголовно-правового характера, включая конфискацию. В Канаде борьба с финансированием терроризма основывается на создании правительством списков физических лиц и организаций, связанных с терроризмом (ст. 83.05 УК Канады)134. Конфликт
между правами человека и вопросами национальной безопасности
вызывает у судей немало проблем. Так, в деле Suresh v. Canada Верховный суд Канады указал: «… с одной стороны, имеется несомненное зло в виде терроризма, распространяющиеся волны страха
и утрат… С другой стороны, имеется необходимость обеспечить ситуацию, в которой эти орудия закона не подрывали бы основополагающих ценностей нашего общества, т.е. свободы, верховенства закона и основных принципов справедливости, ценностей, которые
образуют ядро канадского конституционного строя и международ 130
Додонов В. Н. Ответственность за пиратство (морской разбой) в современном уголовном
праве // Транспортное право. – 2008. – № 4.
131
Anti-terrorism Act. – 2001. – C. 41). – URL: http://laws-lois.justice.gc.ca/eng/acts/A-11.7/
index.html
132
Кононов А., Бастараш М. Указ. соч. – С. 112.
133
Данилов С. Ю. Борьба с терроризмом: правовой опыт Канады // История государства и права. – 2009. – № 2.
134
Харук А. Л. Уголовно-правовые проблемы борьбы с преступлениями, связанными
с легализацией денежных средств, совершаемыми в целях финансирования терроризма // Российский
следователь. – 2011. – № 1. – С. 30–32.
52 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ных документов, подписанных Канадой»135. Однако необходимо указать об ужесточении законодательства, регламентирующего ответственность за терроризм. В частности, государственные органы получили право привлекать любое лицо к принудительной даче показаний на
закрытых судебных слушаниях, связанных с расследованием террористической деятельности (ст. 83.28 УК Канады). В 2009 г. в своей речи
председатель Верховного суда Канады Б. Маклаклин указала, что:
«… мы признаем серьезность угрозы терроризма и необходимость
борьбы с ним; тем не менее мы также признаем, что вторжение в права граждан должно быть обоснованным»136. Как указало большинство
членов состава Верховного суда Канады в решении по делу о применении ст. 83.28 УК Канады, в борьбе с терроризмом «канадское правительство предпочло принять конкретные уголовные законы и процессуальные нормы, а не воспользоваться чрезвычайными полномочиями, например согласно закону «О чрезвычайных ситуациях», или
исключительными положениями ст. 33 Хартии»137.
Следующий раздел III предусматривает преступления, связанные
с незаконным оборотом оружия, а также ответственность за использование, владение, торговлю, экспорт, импорт оружия, составы, касающиеся потерянного оружия, оружия, пришедшего в негодность, и т.д.
В разделе IV предусмотрена ответственность за преступления
против исполнения законов и правосудия: коррупцию, неповиновение, введение суда в заблуждение, побег из-под стражи и насильственное освобождение из-под стражи. Данные преступления делят на
две категории: должностные преступления и преступления против
правосудия. Согласно уголовному законодательству Канады, должностными преступлениями являются: «подкуп должностных лиц», «обман правительства», «злоупотребление доверием, совершенное должностным лицом», «торговля влиянием». Наряду с этим в 1985 г. в Канаде принят кодекс, содержащий правила поведения, которыми обязаны руководствоваться все государственные служащие в случае возникновения конфликта между их служебными обязанностями и личными интересами. Данные правила направлены на профилактику перечисленных выше преступлений, установление четких норм поведения всех государственных служащих в части конфликта интересов на
135
Suresh v. Canada (Minister of Citizenship and Immigration) [2002] 1 S.C.R. 3, 2002 SCC 1. –
URL: http://scc.lexum.org/en/2002/2002scc1/2002scc1.html
136
McLachlin B. The Challenge of Fighting Terrorism while Maintaining our civil Liberties. –
URL: http://www.scc-csc.gc.ca/court-cour/ju/spe-dis/bm2009-09-22-eng.asp
137
Кононов А., Бастараш М. Указ. соч. – С. 120.
53 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
государственной службе и после ее оставления, «минимизацию возможности их возникновения и разрешения в случае возникновения
в интересах общества» Канады138. Интересно отметить, что Канада
входит в десятку стран с наименьшим уровнем коррупции139.
Следующий раздел V предусматривает преступления против
общественной морали, сексуальные преступления и нарушения общественной нравственности: сексуальное вмешательство, побуждение к сексуальным действиям, сексуальная эксплуатация, сексуальная эксплуатация лиц, не способных осознавать характер совершаемых с ними действий, насильственные действия сексуального характера, совершение сексуальных правонарушений со стороны родителей или лиц, их заменяющих, развращение нравов, оборот детской порнографии, аморальное представление, отправка непристойностей по почте, нудизм и т.д. Следует указать, что оборот детской
порнографии карается в Канаде достаточно жестко. Согласно УК
Канады преступлением считаются не только производство, передача,
публикация, продажа, экспорт и импорт детской порнографии в Сети
(ст. 163.1(3)), но и ее просмотр, а также запрос в Интернете
(ст. 163.1), скачивание на компьютер, передача по почте, распространение адресов ресурсов. Каждое из деяний влечет за собой тюремное
заключение до пяти лет, в том числе и для граждан Канады, совершивших подобные преступления за границей. Кроме того, Билль С-15А позволяет по суду закрывать сайты, содержащие хотя бы одну ссылку
на детскую порнографию140. В преступлениях против общественной
морали, когда наблюдается конфликт между индивидуальными
правами и общественными интересами, закон устанавливает приоритет общественных ценностей. Так, при совершении преступления, предусмотренного ст. 163 УК Канады, направленного на «развращение нравов», освобождение от уголовной ответственности
возможно только в случае, если указанные действия «были направлены на общественное благо»141. Следует заметить, что все сексуальные посягательства на несовершеннолетних излагаются в данной
главе, а посягательства, связанные с сексуальным насилием в отношении взрослых, – в главе, предусматривающей ответственность
138
Колчеманов Д. Н. Предупреждение и пресечение коррупции в системе государственной службы США и Канады // Административное и муниципальное право. – 2009. – № 6.
139
Белых В. С. Россия в лучах модернизации или новой перестройки // Юридический мир. –
2010. – № 11. – С. 7–13.
140
Кобзева С. Законодательные меры по борьбе с детской порнографией в Интернете: мировой
опыт и российские реалии // Информационное право. – 2009. – № 2.
141
Ведерникова О. Н. Указ. соч. – С. 92.
54 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
за преступления против личности142. Классическим примером рассмотрения дел в отношении сексуальных домогательств является дело
R. v. Ewanchuk [1999] 1 S.C.R. 330, 365 (Canada). Обвиняемый в данном деле пригласил в свой трейлер несовершеннолетнюю 17-летнего
возраста. Иванчук обвинялся в сексуальном домогательстве к девушке, которая просила его прекратить, но не предпринимала иных действий, чтобы его остановить. Судья суда первой инстанции признал
Иванчука невиновным, ссылаясь на манеру одеваться пострадавшей и
то, что она не ушла, имея такую возможность. Верховный суд Канады
признал, что жертва пыталась остановить Иванчука и не имела возможности уйти из-за страха143.
В данную главу включено такое преступление, как ньюснс, представляющее собой причинение собственнику недвижимости помех и
неудобств в использовании ею144.
В разделе VI предусмотрены преступления против прайвеси.
В буквальном смысле «прайвеси» означает уединение, уединенность,
тайну. Известные американские юристы, члены Верховного суда
США Л. Брэндис и С. Уоррен еще в 1890 г. опубликовали статью, посвященную праву на неприкосновенность частной жизни. «Прайвеси», – писал Брэндис, – есть законное требование индивидуума определять меру, по которой он желает участвовать в контроле над временем, местом и обстоятельствами общения с другими лицами. Это также право индивидуума контролировать информацию о самом себе как
собственное владение»145.
В этот раздел включены нормы, регламентирующие нарушение
тайны переписки, телекоммуникационных сообщений, производство,
сбыт, установку технических средств, предназначенных для негласного получения информации, преследования лица, и др., причем определяются изъятия из данных норм для лиц, осуществляющих оперативную деятельность, а также имеет место исключение вторжения в прайвеси для организованных групп и террористических организаций. Необходимо указать, что уголовные нормы об охране неприкосновенно-
142
Manning М., Sankoff Р. Criminal law. – LexisNexis. – Toronto : Canada Inc., 2009. – P. 676.
143
См. : R. v. Ewanchuk [1999] 1 S.C.R. 330, 365. – URL: http://scc.lexum.org/en/ 1999/1999scr1330/1999scr1-330.html
144
Андрианов С. Н., Берсон А. С., Никифоров А. С. Англо-русский юридический словарь. –
М., 1993. – С. 297.
145
Тарло Е. Г. Право на частную жизнь // Закон. – 2007. – № 3.
55 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сти частной жизни являются одним из наиболее динамично развивающихся разделов уголовного законодательства зарубежных стран146.
Раздел VII предусматривает преступления, связанные с проведением азартных игр, созданием притонов для занятия проституцией, и
ответственностью за преступления, связанные с проституцией, если
они совершены в общественном месте. Следует указать, что проституция (как индивидуальный промысел) является легальной в Канаде,
т.е. не запрещенной законом. Именно поэтому УК Канады предусматривает такие составы, как содержание притонов разврата, получение
доходов от занятия проституцией, посредничество в проституции.
Так, ст. 213 УК Канады предусматривает наказание за любое приставание или привлечение внимания в публичном месте с целью подкупа
сексуальных услуг. Большое значение в применении данных норм играет судебная практика, которая выработала необходимые условия
для привлечения к ответственности за преступления, отраженные в
данном разделе. Например, при привлечении лица к ответственности за содержание притонов для занятия проституцией (ст. 210 УК
Канады) необходимо установить следующее: исходя из дела R. v.
Corbeil, рассмотренного Верховным судом Канады, было установлено, что для привлечения лица к ответственности необходимо установить два фактора: что лицо контролирует, управляет, заботится
о содержании дома и участвует в определенной степени в незаконной деятельности данного притона147. В деле R. v. Head Верховный
суд Канады установил, что для привлечения к ответственности за
преступления, связанные с проституцией по п. с ч. 1 ст. 213 УК Канады (установлена ответственность за остановку или попытку остановки лица, либо за приставание или попытку приставания, для цели занятия проституцией или оказания сексуальных услуг, если эти
действия осуществлялись в общественном месте), не требуется сразу доказательства двух действий – остановки и приставания148.
В разделе VIII рассматриваются посягательства на самый главный родовой объект – преступления против личности и репутации.
Он состоит из следующих глав: объяснение терминов; обязанности,
связанные с охраной жизни; преступная халатность; причинение смерти лицу; убийство, непредумышленное убийство и детоубийство; самоубийство; халатность при рождении ребенка и сокрытие трупа;
причинение вреда здоровью и бездействие, вызывающее опасность
146
Додонов В. Н., Капинус О. С., Щерба .С. П. Сравнительное уголовное право. Особенная
часть. – М. : Юрлитинформ. – С. 173.
147
Watt D., Fuerst M. The 2003 Annotated Tremeear’s Criminal code. – Toronto : Carswell, 2003. –
P. 381.
148
Там же. – P. 384.
56 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
для человека; автомашины, суда и самолеты; нападения; похищение
детей, торговля людьми, захват в заложники, похищение; аборт; венерические заболевания; преступления против прав супругов; незаконное
заключение брака; богохульный пасквиль (Blasphemous Libel); диффамация; приговоры; пропаганда ненависти. Основным преступлением
против жизни является убийство. В УК Канады предусмотрено, что характерно для англо-американского уголовного права, два вида убийств:
умышленное убийство (murder) и непредумышленное убийство (manslaughter). В истории уголовного права квалифицированных видов
убийств не существовало, а умышленное убийство (murder) рассматривалось как предельно тяжкое деяние, за которое в обязательном порядке назначалась смертная казнь149. В УК Канады умышленное убийство
делится на убийство первой и второй степени150. По УК Канады наказуемым является подстрекательство или помощь в самоубийстве
(ст. 241). Следует указать, что в главу, предусматривающую ответственность за насилие, были введены поправки. Законопроект C-127,
ставший частью Уголовного кодекса, предусмотрел изъятие состава
изнасилования из части «Сексуальных правонарушений, нарушений
общественной морали и общественного порядка» и перемещение этого вида правонарушения в часть «Правонарушения против личности и
репутации». Вводилось три новых определения правонарушений:
– простое сексуальное нападение;
– сексуальное нападение, влекущее за собой телесные повреждения, при использовании оружия или других средств;
– отягощенное сексуальное нападение151.
В разделе «Преступления против личности и репутации» предусмотрены: преступления против жизни и здоровья, преступления против личной свободы, преступления, ставящие в опасность жизнь и
здоровье, преступления против чести, достоинства и репутации. Несмотря на незыблемость принципа свободы слова, заложенного в Конституции, в УК Канады предусмотрены составы преступлений, устанавливающие ответственность за нарушение чести, достоинства и репутации не только физических лиц, но и публичных образований. Так,
в Канаде депутаты Палаты общин канадского парламента могут быть
подвергнуты даже тюремному заключению за использование свободы
слова для клеветы в отношении ряда государственных институтов,
149
Додонов В. Н., Капинус О. С., Щерба С. П. Указ. соч. – С. 27–28.
150
Criminal Code. – URL: http://laws.justice.gc.ca/eng/acts/C-46/page-110.html; Шулепов Н. А.
Международно-правовые основания и способы криминализации посягательств на жизнь человека в
зарубежных странах // Международное публичное и частное право. – 2006. – № 3.
151
Забелина Т. Ю., Исраелян Е. В., Шведова Н. А. Канада и проблема насилия в семье:
двадцать лет борьбы // Вопросы ювенальной юстиции. – 2006. – № 4.
57 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
например Палаты общин, государственных и общественных организаций и учреждений152.
Несмотря на то, что в уголовном кодексе нет отдельного раздела,
предусматривающего ответственность за экономические преступления, необходимо отметить, что УК Канады предусматривает в четырех разделах преступления именно в этой сфере: преступления против
собственности; мошеннические сделки, касающиеся контрактов и
торговли; преднамеренные и запрещенные действия относительно некоторой собственности; преступления, связанные с денежными средствами. Сюда включены составы преступлений, являющиеся достаточно распространенными в уголовном законодательстве зарубежных
стран: кража, грабеж, вымогательство, мошенничество, фальсификация документов, подделка торговых марок, поджог собственности, незаконный оборот денежных средств и др.
Последний раздел предусматривает ответственность за экспорт и
импорт инструментов и литературы для незаконного использования
наркотических средств (Instruments and Literature for Illicit Drug Use).
В ст. 462.2 УК Канады предусмотрена ответственность тех, «…кто
сознательно импортирует в Канаду, экспортирует из Канады, изготавливает, содействует или продает инструменты или литературу для незаконного употребления наркотиков»153. В 2001 г. в деле R. v. Spindloe
Верховный суд Канады указал, что «положения ст. 462.2 УК Канады
не нарушают ст. 7 Хартии прав и свобод, так как их нельзя признать
неопределенными и широкими (overbreadhth)»154.
Таким образом, несмотря на принятие новой редакции УК Канады в 1985 г., внешняя структура кодекса во многом была сохранена.
По мнению Е. Н. Трикоз, проведенная систематизация уголовно-правовых норм, сопровождавшаяся как криминализацией, так и декриминализацией ряда уголовно-наказуемых деяний, привела к преобразованию всей структуры кодекса, которая во многом сохраняется в наши
дни155. Однако Уголовный кодекс Канады далек от совершенства. После принятия редакции УК Канады 1985 г. 19 мая 1988 г. Комиссия по
правовой реформе подготовила новый проект уголовного кодекса,
каждая статья которого сопровождалась комментариями; причем его
отличали такие особенности, как: 1) структурное выделение своеобразного вступления в Общую часть, содержавшего развернутый поня 152
Вискулова В. В. К вопросу об ответственности в свете выборов 11 октября 2009 г. // Конституционное и муниципальное право. – 2010. – № 1. – С. 41–48.
153
Criminal Code. Указ. соч.
154
R. v. Spindloe (2001). – URL: // http://www.canlii.org/en/sk/skca/doc/ 2001/2001skca58/
2001skca58.html
155
Трикоз Е. Н. Указ. соч.
58 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тийный аппарат и правила толкования законов, а также особый подраздел о принципах уголовной ответственности; 2) нормативное закрепление правила совокупного установления в преступном поведении физического и психического элементов преступления: actus reus
и mens rea; 3) оригинальные конструкции, описывающие институт освобождения от уголовной ответственности, и 16 различных «оснований
защиты от обвинения» (criminal defences); 4) систематизированные
правила территориальной юрисдикции, выделенные в самостоятельную главу156. В проекте 1988 г. было предусмотрено деление кодекса
на два структурных элемента: на общую и особенную части157. Однако
данный проект не был принят. В 2003 г., критикуя деятельность Департамента юстиции по проведению реформирования уголовного законодательства, профессор Д. Стюарт указал: «Хотя Парламент принял
Хартию прав и свобод в 1982 г., которая установила дополнительные
гарантии для обвиняемого, за последние двадцать лет УК Канады стал
более карательным и более «сложным»... Приведем пример. Последние
25 лет нормы о самозащите находятся в «хаотичном беспорядке» (imcomprehensive mess). Каждый адвокат и судья знает об этом. Призыв к
реформированию уголовного законодательства, адресованный Комиссии по правовой реформе, со стороны судей, включая бывшего председателя Верховного суда Канады А. Ламера, а также обращения ученых
не привели к поправкам уголовного кодекса. Настало время подготовить проект УК с многочисленными поправками (Билль С-36), но нет
интереса к такой повестке дня, и следовательно, нет интереса к закону и порядку»158.
Подводя итог изложенному, можно сказать, что уголовный кодекс Канады характеризуют следующие особенности:
– уголовное законодательство Канады не является полностью
кодифицированным – уголовный кодекс Канады не является единственным источником уголовного права; уголовно-правовые нормы
содержатся в других законах, прецедентном праве, в нормах провинций;
– уголовный кодекс Канады представляет собой единство норм
как материального, так и процессуального права, в том числе в него
включены нормы, относящиеся к юрисдикции судов, что является
характерным для стран, входящих в англо-американскую правовую
систему;
156
Трикоз Е. Н. Указ. соч.
157
Lareu F. Chronology–Towards a Modern General Part of a New Canadian Criminal Code. –
URL: http://www.lareau-law.ca/chronologie_.htm#twenty-two
158
Там же.
59 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
– уголовное право в Канаде унифицировано в масштабе всей
страны: Конституционный акт 1892 г. установил, что вопросы уголовного права и процесса относятся к исключительной компетенции
федерации, что отличает ее от США; уголовный кодекс Канады распространяет свое действие на всю территорию Канады;
– Общая часть УК Канады не имеет четкой структуры; изложение норм непоследовательно, что связано с параллельным существованием в качестве источников права судебных прецедентов и доктринальных источников, в которых определены многие положения
Общей части уголовного права;
– в Особенной части УК Канады расположение разделов не соответствует определенной иерархии, характеру и степени общественной опасности преступления;
– учитывая мнения канадских ученых, правоприменителей, можно констатировать, что Уголовный кодекс Канады нуждается в дальнейших модернизации и совершенствовании.
1.4. Дополнительные источники
уголовного права Канады
Как указывалось выше, большинство уголовно-правовых норм
сосредоточено в Уголовном кодексе Канады, хотя нормы также содержатся в других законах, образующих дополнительное уголовное право. Эти законы содержат предписания, ставящие определенные действия под угрозу уголовного наказания. Такие уголовно-правовые запреты содержатся во многих законах, число которых канадские юристы не называют. Уголовно-правовые нормы
содержатся в различного рода актах: в Акте «Об опасных продуктах», Акте «О контроле табачных продуктов, Акте «Об охране окружающей среды», Законе «О государственной тайне», Законе
«О противодействии терроризму», Законе «О подоходном налоге»,
Законе «О преступлениях против человечества и военных преступлениях», Законе «Об иммиграции и защите беженцев», Законе
«О рейдерстве», Акте «О регистрации информации о сексуальных
преступниках», Акте «О толковании» (Interpretation Act) и др. Учитывая неразрывность в Канаде норм материального и процессуального права, следует упомянуть о Законе Канады о доказательствах,
Законе об идентификации ДНК (следует указать, что Канада соз60 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
дала полную ДНК своих биоресурсов (водных и наземных) с точной
локализацией популяций и даже отдельных родовых групп)159. Определенной спецификой обладает и уголовная ответственность военнослужащих. В Канаде Кодекс о воинской дисциплине включен в текст
Закона о национальной обороне и состоит из 196 статей. Уголовноправовые нормы закреплены в ст. 60–151 названого Кодекса160.
Перейдем к анализу законов, играющих основную роль в уголовном праве Канады. Проблема распространения наркотических
средств является основной в Канаде. В зависимости от преобладания в законодательстве развитых зарубежных стран по борьбе с
наркоманией лечебных или репрессивных элементов различаются
две системы регулирования этой борьбы – лечебно-репрессивная, к
которой относятся Канада, а также Великобритания, и репрессивнолечебная, к которой относится США; европейские страны (Германия, Франция) относятся к смешанной системе161.
В 2010 г. в Канаде отмечен рост количества преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств на 10 % (по
сравнению с 2009 г.), полицией было зарегистрировано 108 600 преступлений, из которых 52 % составило такое преступление, как владение каннабисом162 (приложение 3).
Являясь членом ООН, парламент Канады ратифицировал следующие виды конвенций: Единую Конвенцию о наркотических средствах
от 30 марта 1961 г., Конвенцию о психотропных веществах от 21 февраля 1971 г., Конвенцию о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ от 20 декабря 1988 г. Конвенция 1988 г. устанавливает уголовно-правовые меры по пресечению
незаконной торговли наркотическими средствами и обеспечению неотвратимости наказания преступников. В Конвенции предусмотрены
159
Самый большой банк данных ДНК в мире – Национальная база Великобритании – учрежден в 1995 г. и содержит 2,7 миллиона проб. – См.: Чудинов О. С., Кудинов Н. Н., Абрамова А. Б.
Обоснование и особенности создания экспертно-криминалистической службы в ФПС России для
обеспечения охраны биоресурсов // Эксперт-криминалист. – 2007. – № 1.
160
Шулепов Н. А. Осуществление правосудия в вооруженных силах Австралии // Военноуголовное право. – 2004. – № 2. – С. 13–16 [Вкладка в журнал : «Право в Вооруженных Силах». –
2004. – № 4].
161
Уголовное законодательство зарубежных стран в борьбе с наркоманией / Власов И. С., Голованова Н. А., Кубанцев С. П. [и др.] // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного
правоведения. – 2008. – № 1. – С. 93.
162
Police Reporting Crime Statistics in Canada 2010. Published by authority of the Minister responsible for Statistics Canada. – Ottawa, 2011. – P. 21.
61 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
возможность ареста и конфискации иностранной собственности, доходов, банковских счетов, если для этого имеются основания, устанавливаются различные формы сотрудничества (например, метод контролируемых поставок, при котором лицо, осуществляещее незаконный
оборот наркотических средств, не задерживают, а вступают во внегласный контакт с правоохранительными органами других государств
для привлечения к ответственности всех участников, занимающихся
наркобизнесом); специальные положения, устанавливающие порядок
сотрудничества государств в случаях, когда для незаконного оборота
наркотиков используются суда, несущие флаг государства или не несущие флага либо опознавательных знаков, указывающих на их регистрацию.
История законодательства об уголовной ответственности за незаконный оборот наркотических средств Канады восходит к 1908 г., когда
был принят Закон об опиуме (Opium Act). Начиная с этого периода, для
регулирования оборота наркотических средств принимались различного
рода акты: Закон об опиуме и наркотических средствах (Opium and Drug
Act) 1911 г., Закон о контроле над опиумом и наркотическими веществами (Opium and Narcotic Control Act) 1923 г., Закон о контроле наркотических средств (Narcotic Control Act) 1960 г.163. В УК Канады нет специального раздела, главы, устанавливающих ответственность за преступления в сфере незаконного оборота наркотических средств. Здесь содержатся лишь отдельные статьи, регламентирующие ответственность
за преступления, связанные с использованием и употреблением наркотических средств. В свою очередь, основным нормативным актом, регулирующим незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ, является Закон о контролируемых препаратах и веществах (The Controlled Drugs and Substances Act)164, вступивший в силу 14 мая 1997 г. Данный закон устанавливает рамки, в которых
осуществляется государственный контроль над ввозом на территорию Канады, вывозом с ее территории, распространением и использованием веществ, которые могут оказать влияние на умственные
163
Manning M. Указ. соч. – P. 1135.
164
В научной литературе встречаются различные переводы названия данного акта на русский
язык: Закон о контроле над наркотическими препаратами. – См. : Кононов А., Бастараш М. Конституционное правосудие в действии: опыт России и Канады. – М., 2008. – С. 100; Акт о продуктах питания и наркотиках; Закон о контролируемых наркотиках и субстанциях. – См. : Ведерникова О. Н.
Теория и практика борьбы с преступностью в условиях современной западной демократии: канадская уголовно-правовая модель // Государство и право. – 2004. – № 6. – С. 92.
62 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
процессы и причинять вред здоровью человека165. Закон состоит из
семи частей: преступление и наказание; меры принуждения (Enforcement); распоряжение контролируемыми препаратами; управление и
выполнение; административные приказы за нарушение установленных правил; общие положения; переходные положения, поправки к
поправкам, условные поправки, отмена и вступление их в силу.
В приложении к данному закону предусматриваются восемь
перечней, включающих в себя контролируемые препараты и вещества. Каждый перечень соотнесен с конкретным преступлением, и
размер наказания поставлен законодателем в прямую зависимость
от того, в какой из перечней включено вещество, являющееся предметом преступного деяния. В Перечень I включены вещества, изготавливаемые из опиумного мака, их производные, алкалоиды, соли
(опиум, кодеин, морфин, героин, норкодеин и т.д.), вещества, изготавливаемые из кокаинового куста, их производные, аналоги, соли
(листья коки, кокаин, экгонин), фенилпиперидины, их промежуточные соединения, производные, аналоги, соли промежуточных соединений дифеноксин, феноперидин и т.д.) и др. В Перечень II включены препараты каннабисной группы, а именно: гашиш, марихуана,
каннабидиол, набилон, пирагексил, тетрагидроканабиол. В Перечень III внесены амфетамины, их соли, а также производные, изомеры, аналоги, в том числе соли производных, изомеров и аналогов, метилфенидат, его соли, метаквалон и др. В Перечень IV включены барбитураты, их соли и производные, тиобарбитураты, их соли и производные, хлорфентермин, его соли, диэтилпропион и др. Перечень V
содержит лишь одно вещество – пропилгекседрин. Перечень VI состоит из трех частей. Прекурсоры класса «А» включают в себя прекурсоры, синтетическая и естественная формы которых находятся под
контролем государства (уксусный ангидрид, эфедрин, эргометрин
и т.д.). Прекурсоры класса «В» включают в себя синтетические формы
(ацетон, эфир этила, соляную кислоту, метилэтилкетон, серную кислоту, толуол). Часть третья включает в себя препараты и смеси –
в данные перечень включены любые препараты и смеси, содержащие
прекурсоры из частей первой и второй данного перечня. В перечне VII
определено количество смолы гашиша (3 кг) и марихуаны (3 кг),
а в перечне VIII – также смолы гашиша (1г) и смолы марихуаны (30 г).
В Законе дается краткая характеристика терминов, наиболее
часто применяемых при реализации данного акта. Так, согласно
ст. 2 Закона о контролируемых препаратах и веществах:
165
Власов И. С., Голованова Н. А., Кубанцев С. П. [и др.]. Указ. соч. – С. 128.
63 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
– контролируемое вещество (controlled substance) – это вещество, включенное в перечень I, II, III, IV Закона;
– прекурсор (precursor) – вещество, включенное в перечень VI;
– аналог (analogue) – вещества, химическая структура которых
создана с химической структурой веществ, включенных в перечни I,
II, III, IV Закона;
– владение (possession) – владение в значении части 3 ст. 4 УК
Канады, а именно: лицо считается владеющим чем-либо, если оно
обладает чем-либо лично или сознательно:
а) имеет что-либо в фактическом владении;
б) содержит что-либо в каком-либо помещении независимо от того, является ли данное лицо собственником этого помещения или
арендованного им;
в) если один из двух или более человек, сознательно и с согласия остальных, обладает чем-либо, будет считаться, что все остальные обладают тем же;
– изготовление (produce) – получение вещества любым способом, если на совершение указанных действий требуется получение
специального разрешения, включая:
а) производство, синтезирование, использование любых средств
для изменения химических или физических свойств вещества;
б) выращивание, культивирование, сбор наркотикосодержащих
растений, из которых может быть извлечено или получено другим
способом контролируемое вещество;
– распространение (provide) – передача, предоставление либо
делание доступным любым другим способом (прямо или косвенно);
– продажа (sell) – предложение о продаже, выставление на продажу, владение с целью продажи, распространение;
– оборот контролируемых веществ (traffic) – в отношении веществ, включенных в перечни I, II,III, IV Закона, означает:
а) продажу, передачу, предоставление, перевозку, пересылку,
доставку веществ;
б) продажу разрешений на получение веществ;
в) предложение сделать что-либо согласно подп. «а» или «б».
В Законе о контролируемых препаратах и веществах перечислены два самостоятельных состава преступлений. В ст. 4 предусмотрена ответственность за владение контролируемыми веществами, включенными в перечни I, II, III Закона, и приобретение веществ, перечисленных в перечнях I, II, III, IV Закона, либо получе64 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ние разрешения на приобретение указанных веществ у практикующего врача. Размер наказания зависит от того, в какой перечень занесено вещество, являющееся предметом преступления, и какова
процедура рассмотрения данного преступления: в суммарном порядке или с обвинительным актом. В статье 5 Закона предусмотрена
уголовная ответственность за незаконный оборот наркотических
средств, если эти вещества указаны в перечнях I, II, III, IV Закона.
Кроме того, если лицо выдавало какие-либо вещества за вещества,
перечисленные в указанных перечнях, оно также признается виновным за совершение незаконного оборота наркотиков. В ч. 2 ст. 5 установлена уголовная ответственность за владение контролируемыми веществами с целью их использования в незаконном обороте
наркотических средств. В статье 6 предусмотрена ответственность
за незаконный экспорт и импорт контролируемых веществ, включенных в перечни I, II, III, IV Закона, и за владение веществами, если последнее осуществлялось с целью незаконного ввоза на территорию Канады либо вывоза с ее территории указанных в перечнях веществ. В рамках привлечения к уголовной ответственности за экспорт
и импорт достаточно большой резонанс вызвало дело Oluwa, рассмотренное Апелляционным судом Британской Колумбии. В данном деле
обвиняемый перевозил героин в своем желудке, купив билет на самолет из Токио в Мехико. Обвиняемый не предполагал, что самолет сделает посадку на 90 минут в Канаде. Во время нахождения на территории Канады у обвиняемого был обнаружен героин и обвиняемый был
заключен под стражу. Oluwa обвиняли в совершении незаконного импорта, но при этом возникла проблема следующего свойства: обвиняемый желал незаконно импортировать товар лишь на территорию Мексики, и не предполагал, что самолет совершит посадку в Канаде, и тем
более не предполагал незаконно ввозить наркотическое средство на
территорию такого государства, как Канада.
Таким образом, перед судом встал вопрос, являлось ли обязательным элементом состава преступления (незаконное импортирование наркотических средств) доказательство осознания незаконного импортирования именно в Канаду. Эта проблема привела к расхождению мнений судей в Апелляционном суде. Большинство судей,
в частности McEachem (судья Апелляционного суда Британской Колумбии), заключили, что незаконный импорт в Канаду должен включать интеллектуальный момент (осознание), требуется установление
факта осознания обвиняемым возможности остановки лайнера на территории Канады, либо доказательство того, что обвиняемый преднамеренно игнорировал эту возможность. Фактические обстоятельства
дела по мнению судей доказывали последнее. Верховный суд указал,
что «при условии, если actus reus очевиден, могут отсутствовать тре65 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
бования в установлении других критериев, в том числе интеллектуального критерия». Верховный суд установил, что обвиняемый должен был знать, что Канада должна соблюдать международные нормы,
касающиеся борьбы с наркотрафиком. Международные обязательства
объясняют, почему Канада запрещает провоз наркотических средств
через свою территорию, но при этом они не имеют своей целью заменять конституционные требования, устанавливающие волевой момент. Обвинение исходит из осознания обвиняемым того обстоятельства, что он провозит наркотические средства через границу, а не из факта, осознавал ли он, предполагал или нет ввозить наркотические вещества в Канаду. Таким образом, Верховный суд указал, что обвинения в
данном случае невозможно признать несправедливыми, так как трудно
сомневаться в том, что человек не совершил бы преступление, если он
изначально вез при себе или в тайнике наркотические средства или вещества166. Иной подход по таким делам предусмотрен в Австралии:
«Если предметы провозятся на корабле, который плывет в австралийских территориальных водах, или направляется в Австралийский порт;
или вещества перевозятся на борту самолета, который летит через австралийское воздушное пространство или приземлится на территорию
Австралии, но без намерения остановиться на территории Австралии,
при этом вещества не считаются ввозимыми на данную территорию.
Несмотря на борьбу с незаконным оборотом наркотических средств,
австралийский подход фокусируется на намерении совершить преступление на территории другого государства167.
В статье 7 Закона предусмотрена ответственность за изготовление контролируемых веществ, входящих в перечни I, II, III, IV Закона.
В статье 10 Закона законодатель предусмотрел перечень отягчающих
вину обстоятельств, среди которых перечислены следующие:
1) если лицо:
а) имело при себе оружие, использовало оружие либо угрожало
его использованием;
б) применило насилие либо угрожало его применением;
в) занималось продажей, предоставлением либо передавало, доставляло контролируемые вещества из перечней I, II, III, IV Закона, либо продавало разрешение на получение указанных веществ, либо имело при себе (владело) указанные вещества в вышеперечисленных целях в школьном дворе или в другом публичном месте, часто посещаемым несовершеннолетними (до 18 лет), либо продавало вещество из
перечней I, II, III, IV Закона лицу, не достигшему 18-летнего возраста;
166
R. v. Oluwa B.C.J.No1065.107 C.C.C. 236. См. : Manning M., Sankoff P. Criminal law. –
th
4 ed. – Toronto, 2009. – P. 1164.
167
Manning M. Указ. соч. – P. 1166.
66 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2) если лицо ранее было осуждено за преступление, преследуемое по обвинительному акту;
3) если лицо использовало в качестве сообщника несовершеннолетнего в возрасте до 18 лет в целях совершения преступления
либо вовлечения последнего в совершение преступления, связанного с незаконным оборотом наркотических средств.
Необходимо указать на достаточно жесткий подход к регулированию незаконного оборота наркотических средств в Канаде. Так,
закон, в частности, запрещает хранение марихуаны и иных наркотических средств, не устанавливая каких-либо минимально допустимых доз данного вещества. Обвиняемые в хранении марихуаны в
целях защиты нередко пытаются оправдать свое поведение наличием минимальной дозы наркотических средств в целях личного употребления. Однако Верховный суд Канады признает правомерность
такой защиты только в случае обнаружения у обвиняемого мельчайших следов запрещенного вещества и отказывает в оправдании
виновным в хранении наркотиков в дозах, пригодных для употребления168. Несмотря на жесткость уголовной политики при борьбе с
незаконным оборотом наркотических средств, Верховный суд Канады стоит на незыблемости положений конституции и соблюдения
принципа «разумных ограничений» при привлечении к ответственности. Ранее в Законе о контролируемых препаратах и веществах
была предусмотрена ответственность в ст. 8, которая устанавливала,
что если у обвиняемого обнаруживается наркотическое вещество,
считается, что он им обладает в целях торговли169. Члены Апелляционного суда Онтарио указали, что данная норма является неконституционной, так как нарушался принцип презумпции невиновности. Статью 8 Закона признали противоречащей ст. 11d Хартии, так
как обвиняемому приходилось доказывать, что он не виновен в торговле наркотическими веществами, хотя ему могло грозить наказание в виде тюремного заключения. В Верховный суд Канады поступила апелляция на решение Апелляционного суда Онтарио, отклонившего апелляцию Короны на решение судьи Провинциального
суда, осудившего обвиняемого исключительно на основе простого
обладания, хотя обвинение состояло в обладании наркотиками с целью продажи (торговля наркотическими средствами), вопреки федеральному закону о контролируемых препаратах и веществах170.
Верховный суд Канады указал, что в данном случае, устанавли 168
Ведерникова О. Н. Указ. соч. – С. 92.
169
В настоящее время данная норма утратила силу.
170
R. v. Oakes SCR 103. – URL: http://scc.lexum.org/en/1986/1986scr1-103/1986scr1-103.html
67 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вая уголовную ответственность, преследуется две цели: во-первых,
цель должна относиться к проблемам, которые являются насущными
и существенными; во-вторых, должно быть продемонстрировано, что
выбранные средства обоснованны. Это включает тест на пропорциональность, в соответствии с которым суды должны уравновешивать
интересы общества с интересами отдельных граждан или групп. Тест
на пропорциональность имеет три компонента: 1) принятые меры
должны быть предназначены для достижения цели (другими словами,
они должны быть разумно связаны с целью); 2) избранные средства
как можно меньше должны умалять рассматриваемое право и свободу; 3) должна существовать пропорциональность между средством
и целью171. Верховный суд Канады постановил: положение о бремени обратного доказательства в ст. 8 Закона о контролируемых веществах и препаратах нарушает гарантированную Хартией прав и свобод презумпцию невиновности.
Наряду с Законом о контролируемых препаратах и веществах
существует достаточно большое количество подзаконных актов,
конкретизирующих положения самого Закона о контролируемых
препаратах и веществах, а также положения УК Канады. Такими
актами являются: Инструкция по регулированию бензодиазепинов
и других контролируемых веществ (Benzodiazepines and Others Targeted Substances Regulations) от 1 июня 2000 г., Закон о контролируемых препаратах и веществах (полицейское применение) (Controlled Drugs and Substances Act (Police Enforcement) Regulations)
от 22 апреля 1997 г., Инструкция об использовании конопли в промышленности (Industrial Hemp Regulations) от 12 марта 1998 г.,
Инструкция о получении доступа к марихуане в медицине (Marihuana Medical Access Regulations) от 14 июня 2001 г., Инструкция
по контролю за прекурсорами (Precursor Control regulations) от 24 сентября 2002 г., Инструкция о квалификации и требованиях к экспертам (Qualifications for Designations as Analysts Regulations) от
10 декабря 1998 г., Инструкция об изъятии некоторых прекурсоров
и контролируемых веществ из сферы применения Закона о контролируемых препаратах и веществах (Regulations Exempting Certain
Precursors and Controlled Substances from the Application of the Controlled Drugs and Substances Act) от 22 апреля 1997 г. После ратификации Конвенции о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ от 20 декабря 1988 г. была
принята Инструкция по контролю за прекурсорами, которая вступила
в действие с 2003 г. и ужесточила оборот прекурсоров, часто используемых в подпольных лабораториях для производства метамфетами 171
Кононов А., Бастараш М. Указ. соч. – С. 99–100.
68 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
на, экстази и других наркотических средств, включенных в перечень III Закона о контролируемых препаратах и веществах. Для ужесточения оборота с прекурсорами необходимо получение лицензий и
специального разрешения на экспорт и импорт прекурсуров класса
«А», лицензии на производство, пересылку и продажу прекурсоров
класса «А», регистрационного и экспортного разрешения для прекурсора класса «Б». Несмотря на то, что в Канаде всесторонняя нормативно-правовая база для контроля за прекурсорами была создана в
2003 г., правительство в настоящее время принимает меры по дальнейшему ужесточению соответствующих мер контроля, в частности, путем повышения требований к лицензированию и отчетности.
Кроме того, шесть веществ, которые не подпадают в настоящее
время под международный контроль, т.е. не включены в таблицы
I или II Конвенции, были поставлены под контроль на национальном
уровне. К числу таких веществ относятся гаммабутиролактон,
1,4-бутандиол (в том числе препараты, содержащие в своем составе
гаммабутиролактон и 1,4-бутандиол), красный фосфор, белый фосфор, фосфорноватистая кислота и йодисто-водородная кислота172.
Несмотря на то, что, как было отмечено выше, промышленное культивирование конопли разрешено правительством Канады в 1998 г.,
этот вид деятельности находится под контролем Министерства сельского хозяйства Канады и Министерства здравоохранения этой страны. При этом хозяйства, занимающиеся культивированием конопли,
обязаны в установленном порядке зарегистрировать координаты полей, на которых она выращивается, использовать только сертифицированные семена с низким содержанием тетрагидроканнабинола, а
также представлять выращенные образцы растений на экспертизу с
целью определения процентного содержания тетрагидроканнабинола
в них173.
Следует отметить, что уголовные дела, связанные с незаконным
оборотом наркотических средств, рассматриваются не только в соответствии с УК Канады и Законом о контролируемых веществах и
препаратах, иными законодательными актами, но и с прецедентным
правом, не выходя за санкции, установленные законами. Так, при
вынесении приговора по делу R. v. Camezino в 2004 г. суд провинции Альберта сослался на следующие решения:
172
Юхман М. А. Законодательство зарубежных государств о веществах, часто используемых
при незаконном изготовлении наркотических средств и психотропных веществ // Наркоконтроль. –
2010. – № 1.
173
Зиновьев В. В., Пенкин С. В. Нормативное правовое регулирование оборота растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, а также противодействия их незаконному обороту: зарубежный аспект // Наркоконтроль. – 2011. – № 1.
69 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
1) Ее Величество Королева против Гамильтона (1995), которым
установлено, что импорт наркотических средств является более
тяжким преступлением, чем просто оборот наркотических средств;
2) Ее Величество Королева против Холдера (1998), в котором указано на основные принципы назначения наказания по делам, связанным
с незаконным ввозом на территорию Канады наркотических веществ;
3) Ее Величество Королева против Квонг Юэн Чау (2003), где указывается, что, помимо ст. 718 и 718.2 УК Канады, принципы назначения
наказания указаны в ст. 10 Закона о контролируемых препаратах и веществах. Также в этом решении имеются ссылки на ряд других решений, принимаемых во внимание судами при назначении наказаний при
рассматриваемой категории дел174. Можно также указать на дело, рассмотренное в Верховном суде Канады, R. v. Nguyen, 2009, SCC 25,
[2009] 1 S.C.R. 826, в котором судьи Верховного суда ссылаются на дело
R. v. Craig, 2009, SCC 23, [2009] 1 S.C.R. 762, где описывается аналогичное применение конфискации при совершении преступлений, связанных
с незаконным оборотом наркотических средств175.
Следующим актом, дополняющим уголовное законодательство,
является Закон об огнестрельном оружии, принятый парламентом в
1995 г. Применительно к режиму владения огнестрельным оружием
гражданами к государствам со свободным режимом владения огнестрельным оружием относятся: Швейцария, Германия, Эстония, скандинавские страны, отдельные штаты США и Канада. К государствам с
ограничениями в режиме владения огнестрельным оружием относятся: Франция, Великобритания, Латвия, Литва. К государствам с полным запретом относятся: Япония, Малайзия и Люксембург176. Однако
следует отметить, что контроль за оборотом оружия в Канаде весьма
жесткий, несоблюдение положений Закона об огнестрельном оружии влечет за собой уголовную ответственность. В истории Канады
контроль над оружием первоначально осуществлялся провинциями,
однако в 1995 г. положение дел изменилось в связи с принятием закона и установлением более жесткого контроля над владением, продажей использованием огнестрельного оружия. Как и в других стра 174
Уголовное законодательство зарубежных стран в борьбе с наркоманией / Власов И. С. [и др.] // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. –
2008. – № 1. – С. 123.
175
URL: http://scc.lexum.org/en/2009/2009scc25/2009scc25.html
176
Моисеенко А. Г. Особенности правового регулирования оборота гражданского огнестрельного оружия в ряде зарубежных стран // Международное публичное и частное право. –
2010. – № 6. – С. 28–31.
70 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нах, поправки в канадское законодательство об огнестрельном оружии были спровоцированы медийным ажиотажем вокруг массовых
убийств, произошедших в Монреальском университете177. Общественные организации воспользовались этой ужасной трагедией, развернув кампанию за ужесточение правил владения огнестрельным
оружием, мотивируя это необходимостью защитить женщин от насилия со стороны мужчин178. В результате в Канаде дважды вносились радикальные поправки в законодательство об оружии: первый
раз это произошло в 1991 г., когда у власти находилась консервативная партия, а второй раз – в 1995-м, уже при правительстве либералов, – даже несмотря на то, что предыдущие изменения еще не
полностью вступили в силу. Во время второго чтения закона министр юстиции Рок сообщил Палате общин, что «…целью регулирования огнестрельного оружия должно быть сохранение безопасности, цивилизованного и мирного характера Канады». Далее он сослался на некоторые трагедии, связанные со стрельбой, которые вызвали взрыв общественного возмущения с требованием установления контроля за оружием. Зло и вред, указал Рок, на устранение которых нацелен закон, включают незаконную торговлю оружием (как
в стране, так и через границу в США), связь между огнестрельным
оружием и преступлениями, связанными с насилиями, самоубийствами и смертями в результате несчастного случая179. На сегодняшний день поэтапное выполнение положений Закона 1995 г. об огнестрельном оружии еще продолжается. Последние поправки были
внесены в закон 12 декабря 2005 г.180. Как указывалось ранее в решении от 15 июня 2000 г. по делу о конституционности закона Канады «Об огнестрельном оружии» (Attorney General For Alberta
v. Attorney General of Canada), Верховный суд Канады указал, что
177
6 декабря 1989 г. Марк Лепэн (Marc Lepin) (настоящее имя Gamil Gharbi) зашел на территорию Монреальского университета. Он бродил по зданию инженерного факультета, стреляя
в каждого, кто попадался ему на пути, и выкрикивал оскорбления в адрес феминисток. Войдя в одну
из аудиторий, он выгнал оттуда всех присутствовавших мужчин и расстрелял женщин. Всего он убил
14 женщин и ранил еще 13 студентов, в том числе четверых мужчин, а затем застрелился. В выводах
расследования, проведенного судебным следственным управлением Монреаля, содержалась резкая
критика в адрес полиции за медлительность (MacDonald, 1990). Полиция прибыла на место только
тогда, когда преступник был уже мертв. Следствие отметило, что тип оружия, которым пользовался
убийца, не оказал существенного влияния на характер преступления.
178
Mauser G. A. The Failed Experiment // Public Policy Sources. – 2003. – November.
179
Кононов А., Бастараш М. Указ. соч. – С. 72.
180
Firearms Act (S.C. 1995, c. 39). – URL: http://laws-lois.justice.gc.ca/eng/acts/f-11.6/
71 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
принятие соответствующего закона относится к полномочиям федерального Парламента181. В течение многих лет УК Канады ограничивал доступ к автоматическому и легкому оружию, квалифицируя
его как «запрещенное» или «ограниченного использования». Закон
об огнестрельном оружии распространил эти нормы также на винтовки и ружья, иногда именуемые «длинноствольным огнестрельным
оружием»182. Согласно этому закону, может быть отказано в выдаче
лицензии заявителям, имеющим судимость за преступления, связанные с применением насилия или торговлей наркотиками, или страдающим психическими заболеваниями. Может проводиться проверка
заявителя, а выдача лицензии может оговариваться определенными
условиями. Отказ в выдаче лицензии может быть обжалован в суд.
Обладание незарегистрированным видом оружия любого вида является правонарушением. Сведения о всех свидетельствах о регистрации, а также ввозимом, вывозимом, утерянном или похищенном
оружии вносятся в Канадский реестр огнестрельного оружия183.
Закон об оружии содержит положения, предусматривающие
уголовную ответственность за преступления, связанные с незаконным оборотом оружия.
Так, в ст. 106 предусмотрена ответственность за сообщение ложных данных для получения лицензии: «Любое лицо совершает преступление, если для получения лицензии, свидетельства о регистрации, разрешения для данного лица либо другого лица, сознательно заявляет в устном или письменном виде ложные или вводящие в заблуждении данные либо сознательно не раскрывает любую информацию,
которая имеет значение для получения лицом лицензии, свидетельства о регистрации или разрешения на оружие (ч. 1); а также преступлением является сообщение ложных сведений при получении подтверждения, которое выдается сотрудником таможенной службы (ч. 2).
В ст. 107 предусмотрена ответственность за то, что лицо изменяет,
подделывает или фальсифицирует лицензию, регистрационный сертификат или разрешение либо документ, выдаваемый таможенными органами согласно данному акту. В ст. 108 предусмотрена ответствен 181
Attorney General For Alberta v. Attorney General of Canada (2000) S.C.R. 783. – URL:
http://www.indigenousbar.ca/cases/00%20ref%20re%20Firearms.PDF
182
Stuart D, Delisle R. J., Coughlan S. Learning Canadian criminal law. – 11th ed. – Toronto :
Carswell, 2009. – P. 24–26.
183
См. : Stuart D, Delisle R. J., Coughlan S. Указ. соч. – P. 24–26; Кононов А., Бастараш М. Указ.
соч. – С. 71.
72 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ность юридических лиц за владение оружием и боеприпасами, за исключением случаев, когда юридическое лицо имело лицензию на оружие184. В статье 110 Закона об огнестрельном оружии предусмотрена
ответственность за нарушение лицом условий лицензии, свидетельства
о регистрации или разрешения185. Статья 112 устанавливает ответственность за владение огнестрельным оружием, которое не является запрещенным или ограниченным в обороте при отсутствии у лица регистрационного удостоверения на оружие, если при этом оно ранее не
совершало преступлений, предусмотренных ст. 91(1) или 92(1) УК Канады. В статье 112 предусмотрены исключения для лиц, которые считаются невиновными в совершении преступлений:
1) лицо, которое владеет оружием, если оно находилось под
прямым и непосредственным наблюдением лица, которое может на
законных основаниях владеть оружием для целей и использования
его в рамках закона;
2) лицо, которое владеет оружием в силу закона и в течение разумного срока после того, как стало владельцем оружия, законно
отчуждает его или получает свидетельство о регистрации;
3) лицо, которое владеет оружием и не получило удостоверение
о регистрации на огнестрельное оружие, если оно:
– позаимствовало оружие у другого лица;
– имеет лицензию на оружие;
– владеет оружием для охоты или ловли, для содержания себя и
своей семьи186.
В статье 113 предусмотрена ответственность, если лицо без разумных оправданий не соблюдает требований инспектора, указанных
в ст. 105 Закона. Статья 114 Закона предусматривает: «Любое лицо
совершает преступление, которое, будучи держателем лицензии, сви 184
Firearms Act (S. C. 1995, c. 39). – URL: http://laws-lois.justice.gc.ca/eng/acts/f-11.6/ (Санкции
при совершении преступлений, предусмотренных ст. 106, 107, 108, 117 Закона об огнестрельном
оружии – наказание в виде тюремного заключения сроком до пяти лет, причем данное преступление
рассматривается в рамках суммарного производства).
185
Там же. (Санкция за это преступление предусмотрена в ст. 111 Закона, где указано, что лицо, совершившее преступление, предусмотренное ст. 100, 103, является виновным в совершении преступления, которое наказывается тюремным заключением на срок до трех лет, и также является преступлением, рассматриваемым в суммарном порядке).
186
Там же. (Кроме того, не является преступлением владение оружием, которое не запрещено
и не ограничено в обороте, если лицо владело им до 1 января 1998 г. и продолжает им владеть до 1
января 2003 г. Следует также упомянуть, что бремя доказывания законного владения оружия возложено на обвиняемого). В связи с принятием 5 апреля 2012 г. законопроекта С-19 были внесены изменения в закон «Об огнестрельном оружии». Ст. 12 утратила силу.
73 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
детельства о регистрации или разрешения, которое отменяется, не
доставит оружия незамедлительно после отзыва лицензии до мирового офицера или иного сотрудника, осуществляющего надзор за огнестрельным оружием»187.
В 2001 г. вступила в силу часть законопроекта C-68, где правительство обязало граждан Канады регистрировать все огнестрельное
оружие, включая длинноствольное оружие (винтовки и ружья). В 2003 г.
регистрация длинноствольного оружия становится обязательной, и отсутствие таковой влечет за собой уголовную ответственность. При этом
рассматривался вопрос о том, что длинноствольное оружие не относится к опасным предметам, поскольку чаще всего используется для таких
законных целей, как охота и скотоводство, тогда как легкое огнестрельное оружие используется почти только в преступлениях и на
войне188. Однако законодатель учел, что проблема заключается в том,
что длинноствольное оружие также используется для совершения
преступлений и самоубийств, влечет смерть и ранения от несчастного случая. Оружие нельзя однозначно разделить на две категории:
опасное и неопасное. Любое оружие может быть использовано в преступлении, любое оружие представляет угрозу общественной безопасности, именно поэтому контроль оружия относится к компетенции в области уголовного права189. Верховный суд Канады отметил,
что понимает озабоченность коренного населения, которое может
испытывать трудности при соблюдении порядка, установленного
властями; тех, кто утверждает, что закон будет неэффективным, поскольку преступники не будут регистрировать свое оружие; фермеров и охотников, которые не желают носить красную повязку, однако
это не умаляет принятых норм190.
На сентябрь 2011 г. Канада выдала рекордное количество лицензий – 1 887 056 лицензий, лидирующими провинциями по получению
лицензий явились провинции Онтарио, Квебек, Альберта и Британская Колумбия (приложение 4)191.
187
Firearms Act . Там же. В ст. 115 указано, что любое лицо, совершившее преступление, предусмотренное ст. 112, 113 и 114, является виновным в преступлении, наказуемом в рамках суммарного производства.
188
Кононов А., Бастараш М. Указ. соч. – С. 73.
189
Attorney General For Alberta v. Attorney General of Canada (2000) S.C.R. 783. – URL:
http://www.indigenousbar.ca/cases/00%20ref%20re%20Firearms.PDF
190
Кононов А., Бастараш М. Указ. соч. – С. 73.
191
Facts and Figures Canadian Firearms Program. – URL: http://www.rcmp-grc.gc.ca/cfp-pcaf/factsfaits/index-eng.htm
74 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Однако 25 октября 2011 г. правительство Канады вынесло на обсуждение законопроект C-19, ограничивающий регистрацию длинноствольного оружия, который был принят 5 апреля 2012 г. Это законодательство сняло бремя регистрации канадцами неограниченного числа длинноствольного оружия, которым они владеют. С 2006 г. правительство вносило три законопроекта на рассмотрение, чтобы аннулировать регистрацию длинноствольного оружия: Билль К-21 – в июне
2006 г., Билль К-24 – в ноябре 2007 г., Билль S-5 – в апреле 2009 г.
В данных законопроектах предусматривается отмена лицензирования
и регистрации на длинноствольное оружие. После того, как законодательство аннулирует требование для владельцев длинноствольного
оружия регистрировать их охотничьи винтовки и дробовики, владельцы огнестрельного оружия должны будут иметь действующую лицензию для покупки, владения оружием и боеприпасами, они будут
также все еще обязаны подвергаться проверкам, пройти курсы обучения технике безопасности владения огнестрельным оружием и
выполнять требования безопасности при хранении и транспортировке оружия. Для эффективности законов об обороте оружия правительство Канады ввело следующие меры, способные повысить его
эффективность: в 2006 г. правительство, приняв Канадскую Программу об огнестрельном оружии, возложило ответственность на Королевскую Канадскую Конную полицию (RCMP); в 2008 г. был принят
Уголовный закон о насилии (Билль C-2), который предусмотрел более
репрессивные наказания для лиц, использующих огнестрельное оружие (особенно для лиц, являющихся членами банд или организованной преступности). Кроме того, правительство ввело меры, чтобы облегчить положение лиц в соответствии с Законом об огнестрельном
оружии, включая: отсутствие платы для возобновления или изменения
лицензии; амнистия для лиц, чтобы защитить неограниченных владельцев огнестрельного оружия от уголовного преследования; предоставление возможности держателям возобновить истекшую лицензию на владение оружием192.
Законодательные меры по ограничению оборота оружия, без
сомнения, необходимы. Однако, как справедливо считают специалисты, «рамки его распространения должны определяться реальными
потребностями общества. И для того, чтобы их правильно установить,
необходимо провести объективную оценку той степени риска, которую принимает на себя общество, разрешая применять огнестрельное
оружие, взвесить меру ограничения прав и свобод граждан, определить те преимущества, которые общество получит от введения зако 192
См. : Abolishing the Long-Gun Registry: Proposed Reforms to the Firearms Act and Criminal
Code. – URL: http://www.publicsafety.gc.ca/media/nr/2011/nr20111025-2-eng.aspx
75 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нов по контролю над огнестрельным оружием, и, наконец, взвесить,
насколько устанавливаемый законодательством контроль будет реальным, действительным»193. Министр общественной безопасности
Канады Вик Тоевс указал, что «Деятельность правительства Харпера всегда была прозрачна: мы видим неэффективность регистрации
длинноствольного оружия, поэтому в первую очередь необходимо
сфокусировать внимание на преступлениях, совершенных с использованием оружия и обеспечить безопасность общества на улицах
Канады»194.
Учитывая бланкетность норм о контроле над оружием в УК Канады и в Законе об огнестрельном оружии, следует указать, что
нормы об оружии регламентируются также следующими подзаконными актами, принятыми в 1998 г.: Инструкцией об адаптации Закона об огнестрельном оружии коренными народами Канады (Aboriginal Peoples of Canada Adaptations Regulations), Инструкцией о
разрешениях при перевозке ограниченного огнестрельного оружия
и некоторых пистолетов (Authorizations to Carry Restricted Firearms
and Certain Handguns Regulation), Инструкцией о разрешении транспортировки ограниченного и запрещенного оружия (Authorizations
to Transport Restricted Firearms and Prohibited Firearms Regulations),
Инструкцией об условиях передачи огнестрельного оружия и другого вооружения (Conditions of Transferring Firearms and Other Weapons Regulations), Инструкцией о сборах в отношении ограниченного
оружия (Firearms Fees Regulations), Инструкцией о регулировании
лицензий на огнестрельное оружие (Firearms Licences Regulations),
Инструкцией о записи огнестрельного оружия (Firearms Records
Regulations) и др.
Следующим важным актом, регулирующим вопросы уголовного права, является Закон об ювенальной уголовной юстиции (Youth
Criminal Justice Act). Как отмечают в своих исследованиях Р. Максудов и М. Флямер, институты ювенальной юстиции как альтернатива уголовному карательному подходу, как способ реагирования на
массовые социальные проблемы молодых людей стали сенсацией
начала XX в. и очень быстро завоевали себе сторонников во всем
мире. В первые двадцать лет после учреждения Чикагского суда на 193
О контроле над огнестрельным оружием в Канаде // Борьба с преступностью за рубежом. –
1992. – № 9. – С. 26–27.
194
См. : Harper Government introduces the Ending the Long-Gun Registry Act. – URL:
http://www.publicsafety.gc.ca/media/nr/2011/nr20111025-2-eng.aspx
76 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
циональные системы ювенальной юстиции возникли в Канаде (Закон от 20 июля 1908 г.), в Англии и Уэльсе (август 1905 г.), в Германии (1907–1908 г.), во Франции (Закон от 22 июля 1912 г. вступил
в силу в марте 1914 г.), в Бельгии, Австрии, Испании, Италии, России, Венгрии, Румынии, Польше и т.д195.
Начиная с 1908 г. в Канаде к молодежи, в отличие от взрослой
части населения, принят другой подход и соответственно отдельная
система правосудия. По мнению канадского судьи Р. Лутеса, переход от Закона «О несовершеннолетних преступниках» (Juvenile
Delinquents Act), который действовал с 1908 г., к принятию Закона
«О молодых преступниках» (YOA) в 1984 г. имел философское значение – по сути, это был переход от «модели социального патронажа» к более традиционной модели правосудия, где правам несовершеннолетних уделялось больше внимания, и уголовные дела рассматривались в открытом ювенальном суде196. Закон об ювенальной
уголовной юстиции закрепил на законодательном уровне обязанность
канадского общества «решать проблемы развития и учитывать потребности молодежи» и определил в качестве основной цели ювенальной юстиции в Канаде реабилитацию и реинтеграцию несовершеннолетних правонарушителей197. Закон об ювенальной уголовной
юстиции состоит из разделов: преамбула; заголовок; определение и
декларация принципов; внесудебные меры; организация системы уголовной ювенальной юстиции; судебные меры; вынесение приговора;
лишение свободы и надзор; разглашение сведений, документы и информация; общие сведения; временные положения; поправки, отмена
и вступление в силу198. Особо хочется отметить цели закона, заложенные в самой преамбуле: решение проблем развития и учет потребностей молодежи, чтобы помочь молодежи войти во взрослую
жизнь. Также необходимо выделить «междисциплинарный» подход в
предупреждении преступности несовершеннолетних, который заключается в мобилизованности всех ресурсов общества в профилактике
преступности несовершеннолетних и согласованности их действий
(в отличие от органов профилактики в России).
195
Козлов С. С., Пермяков А. Г. Функционирование и административно-правовая организация ювенальной юстиции в судебных системах зарубежных стран // Международное публичное и
частное право. – 2006. – № 2.
196
Лутес Р. Канадская система ювенальной юстиции (и некоторые аспекты, которые могут
представлять интерес для Российской Федерации) // Вопросы ювенальной юстиции. – 2006. – № 4.
197
Павлова Т. И. Оценка рисков и потребностей несовершеннолетних осужденных как основа
их реабилитации и ресоциализации. Использование канадского опыта в России // Вопросы ювенальной юстиции. – 2009. – № 1.
198
Youth Criminal Justice Act (S.C. 2002, c. 1). – URL: http://laws-lois.justice.gc.ca/ eng/acts/Y1.5/index.html
77 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В соответствии с Законом об ювенальной уголовной юстиции к
несовершеннолетним преступникам возможно применение внесудебных мер: предостережение, предупреждение, передача в другую
юрисдикцию. В частности, согласно закону, всякий раз, когда полицейский задержит несовершеннолетнего правонарушителя перед
началом судебных слушаний или принятий других мер, он может
применить в отношении такого правонарушителя предостережение,
предупреждение, передачу в другую юрисдикцию, если решит, что
это будет более эффективной мерой, чем обвинение лица в совершении преступления и применение наказания в дальнейшем. Так,
при поимке офицером полиции несовершеннолетней, курящей марихуану, он по своему усмотрению может воспользоваться предоставленным ему правом и предупредить ее, что в следующий раз она
будет наказана в уголовно-правовом порядке. Полицейский имеет на
это право, хотя оно не закреплено в статуте (законе). Основанием для
такого решения является дискреция: полицейский имеет право предостеречь одних и обвинить в совершении преступления других. Предупреждение является некоторой аналогией предостережения, но носит
более формализованный характер. В этом случае полицейский может
записать адрес и данные о лице, в отношении которого применяется
предостережение. При передаче в другую юрисдикцию полицейский
при задержании такого лица, находящегося в состоянии алкогольного
опьянения, может направить его для прохождения реабилитации на
лечение, которое назначается вместо применения обвинительной процедуры. Такие меры могут быть приняты при соблюдении следующих
обстоятельств:
1) если несовершеннолетний до этого не совершал преступления;
2) если при этом несовершеннолетний не совершал насильственное преступление;
3) если возможно применение указанных санкций к лицам от 12
до18 лет199.
Вопросы материального уголовного права рассмотрены в ч. 4 «Вынесение приговора». Здесь предусмотрен достаточно обширный перечень наказаний, который может быть назначен несовершеннолетнему. Для того, чтобы сократить количество несовершеннолетних,
приговариваемых к лишению свободы с отбыванием наказания в
местах заключения, в законе предусмотрены для судей новые варианты наказания, не связанные с лишением свободы. Например, в
199
Watt D., Fuerst M. Tremeear’s riminal Code. – Toronto : Carswell, 2003. – Р. 1862–1866.
78 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
соответствии со ст. 42(2) Закона об ювенальной уголовной юстиции
возможно применить следующие альтернативные виды наказания:
– выговор несовершеннолетнему;
– несовершеннолетний не подвергается процедуре обвинения,
если это в лучших интересах как самого несовершеннолетнего, так
и не противоречит интересам общества;
– несовершеннолетний может быть не признан виновным при
соблюдении условий, установленных судом, и при этом возможно
требовать от несовершеннолетнего в установленные судом сроки
быть подотчетным и находиться под наблюдением провинциального директора;
– наложить на несовершеннолетнего штраф в размере, не превышающем 1000 канадских долларов, который должен быть уплачен во время и сроки, определенные судом;
– обязать несовершеннолетнего выплатить потерпевшему во
время и в сроки, установленные судом, определенную сумму, рассчитанную исходя из компенсации за потерю и вред, причиненный
собственности, или потерю заработка или иной суммы, досудебные
денежные издержки, специальный вред, личный вред, произошедший в результате совершения преступления, если стоимость возможно установить;
– обязать несовершеннолетнего возвратить другому лицу собственность, приобретенную несовершеннолетним в результате совершения преступления во время и в сроки, указанные судом;
– если собственность, приобретенная в результате совершения
преступления, была продана добросовестному приобретателю, то при
возврате собственности собственнику или иному законному владельцу суд приказывает выплатить добросовестному покупателю во время и в сроки, установленные судом сумму, не превышающую ту, которую заплатил покупатель;
– обязать несовершеннолетнего компенсировать другим лицам
во время и в сроки, установленные судом, иную потерю, вред, понесенный лицом;
– обязать несовершеннолетнего выполнить долг перед обществом в сроки, установленные судом, быть под наблюдением и подотчетным провинциальному директору или лицу, предписанному ювенальным судом, и др.
Таким образом, Закон об ювенальной уголовной юстиции в Канаде предусматривает широкий перечень альтернативных наказа79 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ний, создает специальные условия привлечения несовершеннолетних к уголовной ответственности и преследует цели реинтеграции и
ресоциализации несовершеннолетних в общество.
Кроме федеральных законов, источником уголовного права Канады является прецедентное право. В соответствии со ст. 8 УК Канады провозглашается принцип «nulum crimen, nulla poena, sine
lege» и фактически отменяются все преступления по общему праву
и преступления, предусмотренные в имперских актах и актах предконфедеративного периода200. Таким образом, УК Канады запретил
применение уголовных наказаний за деяния, не перечисленные в нем,
а предусмотренные лишь нормами общего права (единственное исключение – оскорбление суда). Вместе с тем он разрешил использовать нормы общего права для истолкования и применения норм кодекса201. По мнению М. Н. Марченко, в качестве отличительной особенности канадской модели прецедента, исходящей по примеру
«классической» модели из того, что «суды не только декларируют и
применяют, но и создают новые нормы права», следует выделить тем
не менее такой, несколько противоречащий данному положению ее
элемент, как ограничение судебного правотворчества и, соответственно, сферы распространения и применения канадского прецедента в
области уголовного права202. Комментируя Уголовный кодекс Канады, профессор Д. Стюарт указывает, что в области уголовного права
акцентируют особое внимание на том, что ст. 8 данного нормативного акта прямо указывает, что канадским судам запрещается не только
создавать в уголовно-правовой сфере прецеденты, но и ссылаться на
них, «если это прямо не предусмотрено действующим законодательством»203. Кроме того, канадская модель прецедента обладает и другими особенностями, такими, в частности, как традиционная «несвязанность» Верховного cуда Канады своими собственными решениями, возможность полного их игнорирования и пересмотра; формирование Верховным cудом Канады, наряду с обычными прецедентами, «конституционных» прецедентов, которые создаются им в процессе толкования
конституционных актов и которые выступают, по мнению экспертов,
скорее, в виде некоего «путеводителя» для всех иных судебных и адми 200
Трикоз Е. Н. Указ. соч. – С. 140.
201
См. : Правовые системы стран мира: энцикл. справочник / под ред. А. Я. Сухарева. – М.,
2001. – С. 308.
202
Марченко М. Н. Судебное правотворчество и судейское право. – М. : Проспект, 2011. –
512 с.
203
Stuart D. Canadian Criminal Law. A Treatise. – Toronto, 1987. – P. 5–7.
80 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нистративных органов страны, чем в форме строгого прецедента
или какого-либо другого юридического акта, и др.204 Рассматривая
применение прецедентного права в Канаде, следует согласиться с
мнением Г. А. Есакова о том, что, «читая решения судов, проникаешься уважением к роли суда»205.
Нормы уголовного права содержатся не только в законах, но и в
«квази-уголовном» праве, нормы которого принимаются провинциями с целью урегулировать данные отношения в пределах своей юрисдикции, предоставленной конституцией206, например, Квебекские
правила о применении сокращения сроков тюремного заключения при
условно-досрочном освобождении (Quebec Rules of Practice Respecting
Reduction in the Number of Years of Imprisonment without Eligibility for
Parole), Постановление об апелляции по уголовным делам в Манитобе
(Manitoba Criminal Appeal Rules), Правила апелляций по уголовным
делам в Апелляционном суде провинции Юкон (Yukon Territory Court
of Appeal Criminal Appeal Rules) и др.
Учитывая вышеизложенное, можно отметить, что канадское
уголовное право не является до конца кодифицированным: помимо
УК Канады, существует большое количество федеральных статутов,
законов провинций, которые регулируют уголовно-правовые отношения. Их объединяет три критерия: они имеют уголовно-правовую
цель; устанавливают запреты; предусматривают санкции. Анализ
дополнительных источников показывает, что они содержат значительный объем запретов и существенным образом дополняют нормы УК Канады. Следует также отметить, что отсутствие полной кодификации уголовного законодательства характерно сегодня для
многих развитых стран.
Г л а в а 2. Учение о преступлении
по уголовному праву Канады
204
Марченко М. Н. Судебный прецедент: разнообразие понятий и многообразие форм проявления // Журнал российского права. – 2006. – № 6.
205
Есаков Г. А. Судебная практика: стилистическо-сравнительный анализ // Уголовное право:
стратегии развития в XXI в.: материалы восьмой междунар. науч.-практ. конф.
(27–28 января 2011 г. ). – М. : Проспект, 2011. – С. 568.
206
Manning М., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc., 2009. – P. 3.
81 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2.1. Понятие и признаки преступления
по уголовному праву Канады
Понятие преступления является основным, базовым в любой системе уголовного права. В Канаде преступление первоначально рассматривалось в рамках общего права, что было связано с оказанием
влияния английского общего права на уголовное право Канады. По
мнению английских юристов, невозможно было выработать такое
понятие, которое бы удовлетворяло всех и охватывало все действия
и бездействия, носящие уголовный характер207. Как указывает
Г. Паркер: «Было время, когда противозаконные действия не имели
четкого определения, например, определение убийства, поджога,
насилия или кражи. Другими словами, мы должны представить время, когда закон еще не определил преступление как форму запрещенного человеческого поведения… Единственно “надежным” определением преступления можно считать, что преступление – это
любой акт, который закон определяет как преступление»208.
Канадские юристы, исследуя значимость ценностей, поставленных под охрану уголовного закона, указывают, что в истории канадского уголовного права были преступления «специфично-канадские», такие как преступления в лесной и рыболовной промышленности; были также запрещены определенные действия, которые были связаны с управлением железной дорогой209. Рассматривая проблему дефиниции преступления, Э. Шихи указывает: «исторически
сложилось, что введение уголовной ответственности принадлежало
белым мужчинам (Э. Шихи исследовала проблемы феминизма, дискриминации по различным признакам – С. С.), обладающим властью
и богатством, что и остается таковым более или менее в настоящее
время. Если вы хотите знать, зачем были определены понятия “преступник”, “цели уголовного права”, “рассмотрение вопросов использования норм уголовного законодательства”, то следует указать, что
основной целью явились колонизация Канады и лишение коренных
жителей их богатства, земель, культуры и детей… Данное
207
Уголовное право зарубежных стран. Общая и Особенная части : учеб. / под ред.
И. Д. Козочкина. – 3-е изд., перераб. и доп. – М. : Волтерс Клувер, 2010. – С. 16.
208
Parker G. An Introduction to Criminal law. – Toronto : Methuen Cop, 1977. – P. 20.
209
Parker G. Там же.
82 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
наследие можно охарактеризовать, согласно точке зрения судьи
Мюррей Синклер, как наследие культурного геноцида и “коллективной
социальной депрессии”»210.
При определении понятия преступления в Канаде ссылаются на
труды английских классиков Блэкстоуна, Стифена, Кросса, Джонса
и др. Указывая на определение преступления, данное У. Блэкстоуном в XVIII в., канадские юристы подчеркивают значимость выдвигаемых прав, охраняемых уголовным правом: «Преступление, –
считает Блэкстоун, – не только то, что наказуемо, а то, что должно
быть наказуемо»211. Классическим в Канаде является определение
понятия преступления, даваемое Джеймсом Ф. Стифеном: «преступлением может быть названо действие или бездействие, наказываемое либо потому, что оно нарушает общественный порядок или
вмешивается в некоторые известные и общепринятые интересы, либо потому, что преступление причиняет вред человеку, имуществу
или репутации человека»212. По мнению Стифена, уголовный кодекс, основанный на таком понятии преступления, будет включать
все преступления против личности, общества, в которых будет «заинтересован уголовный суд»; причем такой кодекс будет достаточным для обеспечения целей правосудия.
Анализируя работы Стифена, канадские исследователи указывают:
«Словами магистра девятнадцатого столетия Джеймса Ф. Стифена, которому мы обязаны за создание Уголовного кодекса, под преступлением понимается деяние, которое запрещается как законом, так и нормами морали и нравственности в обществе»213. Г. Барбидж, в Дигестах по
уголовному праву Канады, не давая определения понятия преступления, описывает конкретные составы преступлений, по которым можно
судить о ценностях и которые, по предположению общества, нуждаются в уголовно-правовой защите214.
210
Sheehy E. A. Feminist Take on First year Criminal law // The Gender and the Law Manual: An Introductory Handbook for Law Students. (Ottawa: The National Association of Women and the Law Charitable Trust for Research and Education). – 2011. – P. 13–16.
211
Mc. Grath W.T. Crime and you. Canada – Toronto : Macmillan of Canada; Maclean-Hunter
press. – Cop. – 1976. – P. 4.
212
Stephen J.F. Criminal Code (1879) // The nineteenth century. A monthly review edited by James
Knowles. – London : C. Kegan Paul&Cº, 1 Paternoster square. – 1880. – Vol. VII. – P. 144–146.
213
Mc. Grath W.T. Crime and you. Canada–Toronto : Macmillan of Canada // Maclean-Hunter press,
Cop. – 1976. – P. 4.
214
Burbidge G. W. A Digest of the Criminal Law of Canada (Crimes and Punishments) Founded By
Permission on Sir James Fitzjames Stephen's Digest of the Criminal Law. – Toronto : Carswell, 1890. –
588 p.
83 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В Канаде при определении понятия преступления особую проблему составила связь между законом и моралью. Особое внимание
уделялось гомосексуальному поведению, порнографии, проституции,
абортам и другим преступлениям, связанным с нормами морали и
нравственности. Г. Паркер указывает, что «юридическое понятие преступления и теологическое понятие греха не совпадают и становятся
все более отдаленными. Немного людей пожелали бы жить при теократии, когда все грехи признавались бы преступлениями. Но все
же можно утверждать, что закон вообще и преступление, в частности, всегда было отражением нравов общества, всегда отражало
ценности, доминирующие в обществе»215.
Уголовный кодекс Канады не содержит понятия преступления.
Тем не менее традиционна точка зрения, присущая раннему английскому общему праву, что преступление есть «намеренное нарушение закона, которое причиняет вред обществу»216. При объяснении
терминов в Уголовном кодексе Канады дается лишь определение
конкретным преступлениям, а именно: «серьезным» преступлениям
(serious offence), преступлениям террористического характера (terrorism offence), преступлениям против собственности (offencerelated property), преступлениям, совершенным организованными
группами (criminal organization offence). Специфичным является и
то, что в УК Канады дается определение не преступления, а преступника, под которым понимается «лицо, которое было признано
виновным в совершении преступления, либо признало свою вину,
либо вина лица была доказана». Таким образом, следует констатировать, что в Канаде законодательного определения преступного
деяния не выработано, что является характерным для стран, принадлежащих к семье общего права. Следует указать, что доктринальные определения основаны в целом на формальном подходе к
определению преступления, хотя необходимо отметить и указание
многими авторами на необходимость криминализации аморальных
поступков.
В канадском Уголовном праве существуют различные классификации уголовных правонарушений. Основываясь на нормах общего
права, в Канаде существовало деление преступлений в зависимости от
степени общественной опасности на фелонии, мисдиминоры и тризн
(измена). Однако, как указывают М. Меннинг и П. Санкофф, «сегодня
данная классификация неизвестна канадскому праву»217. Данное различие преступных деяний было отменено УК Канады 1892 г.
215
Parker G. An Introduction to Criminal law. – Toronto : Methuen. Cop. – 1977. – P. 20.
216
Spetz S.N. Canadian Criminal law. – Toronto : Pitman, Cop. – 1972. – P. 7.
217
Manning М. Указ. соч. – P. 41–42.
84 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
С точки зрения способа уголовного судопроизводства преступления делятся на три вида: на преступления, преследуемые с обвинительным актом, суммарные преступления, гибридные преступления. По обвинительному акту преследуются преступления, подлежащие рассмотрению судом, состоящим из судьи и присяжных заседателей. Суммарные преступления рассматриваются в упрощенном порядке, без участия присяжных заседателей. Смешанными
или, как их называют гибридными (hybrid), преступлениями являются деяния, которые могут быть рассмотрены как с обвинительным актом, так и в суммарном порядке. Д. Стюарт указывает на
следующие возможности категоризации преступлений:
1) классифицированные самим кодексом;
2) не указанные в кодексе, но поддерживаемые федерально;
3) провинциальные преступления218.
Классификация преступлений очень важна. Она определяет основные правила, такие как способы судебного разбирательства, права и способы подачи апелляционной жалобы, основные правила
юрисдикции судов в отношении конкретных дел, документов, которые должны храниться в архиве, методы обвинения и т.д.
Несмотря на то, что УК Канады содержит достаточно большой
перечень преступлений, кроме деяний, закрепленных в уголовном
кодексе, существуют также «регулируемые» преступления (regulatory offences) или правонарушения, устанавливаемые федеральным
парламентом, провинциями и муниципалитетами. Они включают
преступления в сфере торговли, например, введение в заблуждение
или несоблюдение правил, создающих угрозу здоровью и безопасности. Наказываются правонарушения, как правило, штрафными
санкциями, хотя в исключительных случаях может быть назначено
также тюремное заключение. Основная цель регламентации правонарушений – ограничить риск и предупредить вред, который может
возникнуть в результате совершения правонарушения.
В зависимости от объекта посягательства преступления можно
разделить на виды с учетом их расположения в УК Канады: на преступления против общественного порядка, террористического характера, преступления против исполнения законов и правосудия, преступления против общественной морали, сексуальные преступления и нарушения общественной нравственности, нарушение прайвеси и т.д.
218
Stuart D. Canadian criminal law. – Toronto : Carswell, 2000. – P. 8.
85 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В зависимости от субъективного критерия исследователи делят
преступления на три вида: 1) преступления, требующие субъективной осведомленности (примерами являются дела R. v. Hibbert,
R. v. Kerr, R. v. Duong, R. v. Chartrand и др.); 2) преступления, требующие доказательства объективного вменения (примерами являются дела R. v. Creighton, R. v. Beatty, R. v. Anderson и др.); 3) преступления, основанные на правонарушениях (crimes based on predicate offences) (примерами являются дела R. v. Godin, R. v. Krushel и др.)219.
В свою очередь, М. Меннинг и П. Санкофф, в зависимости от субъективного критерия, делят преступления на следующие три группы:
1) преступления, в которых mens rea выражено в форме намерения, знания, грубой неосторожности;
2) преступления, при которых необязательно доказывать наличие mens rea; данные преступления относятся к преступлениям
строгой ответственности (strict liability);
3) преступления абсолютной ответственности (absolute liability)220.
Следует указать, что в основном канадские ученые описывают
преступления через признаки, характеризующие это деяние. Доктрина в странах семьи общего права, куда относится и Канада, рассматривает преступление в целом как единство двух юридически
значимых элементов: actus reus (запрещенного поведения в самом
широком, общем смысле этого слова) и mens rea (сопутствующего
таковому поведению психического настроя)221. Как указывают
М. Мэннинг и П. Санкоф, для канадского уголовного права основой
является латинская средневековая максима «actus non facit reum nisi
mens rea sit rea» – действие не делает виновным, если не виновна
мысль222. Из этой максимы вытекают два признака, характеризующие преступления: actus reus (физический компонент – запрещенный акт), mens rea (психический элемент – осознание и намерение).
Как указала председатель Верховного суда Беверли Маклаклин, при
рассмотрении дела R. v. Beatty: «теория, на которой основывается
уголовное право – при преступном поведении должны наличествовать два критерия – actus reus и mens rea. Actus reus представляет собой деяние, а mens rea – виновный умысел, намерение совершить это
219
Stuart D., Delisle R.J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. –
Toronto : Carswell, 2009. – P. 467–579.
220
Manning М. Указ. соч. – P. 208–209.
221
Есаков Г. А. Учение о преступлении в странах семьи общего права : автореф. дис. …
д-ра юрид. наук. – М., 2007. – С. 21–22.
222
Manning М., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc, 2009. – P. 103.
86 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
деяние»223. Термин, обозначающий внешний (физический, объективный) компонент преступления, используется, несмотря на свою латинскую форму выражения, в доктрине уголовного права сравнительно с недавнего времени: впервые термин был упомянут в «Основах
уголовного права» Кортни С. Кенни в 1902 г. именно в связи с внешним, объективным элементом преступления как противопоставляемым субъективному элементу, mens rea224.
В соответствии с доктриной уголовного права в Канаде при
осуждении лица за преступления или правонарушения необходимо
доказать, что лицо совершило внешнюю сторону преступления, а
именно, преступное деяние.
Как указывает Н. Г. Иванов, характеризуя российское уголовное
право, общественная опасность и противоправность – категории оценочные. Причем противоправность зависит от произвола законодателя, тогда как общественная опасность абсолютно объективна225. Аналогичной позиции придерживается К. Роач, указывая, что «важнейшей юридической характеристикой деяния является то, что оно запрещено уголовными законами Канады под угрозой наказания. Гарантии этого положения находятся в ст. 11 Хартии, где указано, что «лицо, обвиняемое в совершении преступления, не должно быть объявлено виновным за совершение какого-либо действия или бездействия,
которое в момент его совершения не рассматривалось как правонарушение в соответствии с внутренним правом Канады или международным правом или которое не было уголовным в соответствии с общими
принципами права, признаваемыми сообществом наций».
Как указывают Т. Пиккард и Ф. Голдмен, раскрывая характеристики уголовного права, «несмотря на существенное различие культур, жители Канады все же, очевидно, разделяют некоторые взгляды. И действительно, если бы люди не разделяли взгляды, мы бы не
способны были употребить термин “наша культура”. Однако имеют
место доказательства, что люди имеют различие во взглядах в зависимости от пола, расы, отношения к религии, сексуальной ориентации, этнического происхождения, политических убеждений и т.д.,
т.е. имеют различные системы ценностей, восприятие фактов, понимания причины и следствия. Все большее количество полагает,
что истина не существует в абсолютной форме. Какой-либо факт
или значение чего-либо по большей части зависит от убеждений
223
R. v. Beatty. – URL: http://scc.lexum.umontreal.ca/en/2008/2008scc5/2008scc5.html
224
Есаков Г. А., Крылова Н. Е., Серебренникова А. В. Указ. соч. – С. 123.
225
Иванов Н. Г. Уголовное право России. Общая и Особенная части : учеб. для вузов. – С. 136.
87 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
людей и, следовательно, от социальной позиции… Однако является
верным, когда одни люди навязывают свои суждения другим»226.
Описание actus reus преступлений в Канаде содержится в Уголовном кодексе. С учетом необходимости закрепления объективного
критерия в уголовном законе общее право применяется лишь при установлении уголовной ответственности за неуважение к суду. Однако
следует отметить, что суды выполняют важную роль при толковании
закона, при этом расширительно либо наоборот более узко трактуя
нормы уголовного закона. Однако при толковании уголовного закона
учитываются положения ст. 7 Хартии прав и свобод, тем самым устанавливая, что наказание не может быть установлено в случае неопределенного и сверхширокого определения объективного критерия в законе; закон должен устанавливать точно и определенно, какое действие является уголовно наказуемым. Таким образом, в отличие от Англии, где преступления определяются не только нормами закона, но и
нормами общего права, в Канаде имеет место лишь одно исключение – неуважение к суду.
Следует согласиться с Е. С. Кананыкиной, которая утверждает,
что «канадский судья полагает, что, пока нет соответствующего закона, устанавливающего принцип прецедента, вопрос об обязанности судей следовать предшествующим решениям является вопросом
не права, а только судебной практики и практического удобства:
”Как парламент не может издать закон, который бы не мог отменить, так и суд не может быть инициатором подлинного правила
stare decisis. Такое правило, налагающее на суд правовую обязанность следовать определенным принципам и применять таковые,
должно исходить не от судов”»227. К. Роач утверждает, что «Суды в
Англии продолжают осуществлять остаточную власть, где никакие
статуты не могут заменить общее право, которое, например, определяет преступления против общественного благосостояния»228.
Еще одно важное правило канадской уголовно-правовой доктрины при установления actus reus заключается в том, что суды обязаны толковать сомнения в пользу обвиняемого (в канадской доктрине такой подход при определении объективного критерия носит
226
Pickard T., Goldman F. Dimensions of criminal law. – Toronto : Emond Montgomery,
1992. – P. 402–405.
227
Кананыкина Е. С. Правовая система Канады: ее отличие от стран содружества //
Международное публичное и частное право. – 2009. – № 2.
228
Roach K. Essentials of Canadian Law. Criminal law. – 2nd ed. – Toronto : Irwin Law, 2000. – Р.
67.
88 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
название строгого толкования уголовного права (strict construction
the criminal law))229. Данное положение определено Верховным судом Канады в следующем положении: «Не является необходимым
подчеркнуть важность определенности и уверенности, когда свобода лица под угрозой..., если имеют место неопределенность или сомнения, возникающие при применении уголовного закона, затрагивающего свободу лица, то закон должен быть применен таким образом, чтобы все сомнения толковались в пользу обвиняемого. Если
предусмотрено тюремное заключение, то необходимо, по крайней
мере, знать, что один из Актов Парламента требует этого при соответствующих обстоятельствах»230.
Строгая конструкция при определении преступлений соответствует современным тенденциям понимания уголовного права как
инструмента для привлечения к ответственности за преступное поведение только в случае значимости данного поведения, при котором допускается вменение только там, где строгая логика права это
позволяет. Следует согласиться с мнением Г. А. Есакова, который
утверждает, что основанием наказуемости действий, которое помещает человека в центр уголовного права, является рассмотрение человека как морально ответственного за свое поведение; суды склонны придавать большую значимость моральной злобности, которая
превалирует над юридическими конструкциями, допуская вменение
там, где строгая логика права этого бы не позволила231. Подходы
при интерпретации уголовно-правовых норм признают пределы –
грамматическую или словарную интерпретацию норм права – и инструктируют суды при применении расширительного толкования. Например, раздел 12 Закона об Интерпретации (Interpretation Act), который применяется при толковании всего федерального законодательства, в том числе при толковании Уголовного кодекса Канады, устанавливает: «Все законы являются средством судебной защиты и должны
излагаться справедливо, подробно...».
К. Роач указывает, что «в идеале регламентация уголовно-правовых норм позволяет гражданам знать заранее, какие деяния явля 229
Roach K. Указ. соч. – Р. 67.
230
Marcotte v. Canada (Deputy A.G.). – URL: // http://scc.lexum.org/en/2002/ 2002scc42/
2002scc42.html.; Barutciski M., Szentesi S. Enforcing the Unenforceable Constitutional Challenges to Canada’s Foreign Extraterritorial Measures Act // http://www.dwpv.com/ images/ EnforcingtheUnenforceable(1).pdf
231
Есаков Г. А. Учение о преступлении в странах семьи общего права : автореф. дис. …
д-ра юрид. наук. – М., 2007. – С. 24.
89 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ются преступными. Если гражданин не предполагал, что деяние является преступным, и если он ошибался в том, что это является таковым, незнание закона не освобождает от ответственности. Для того
чтобы осудить лицо в уголовном преступлении или правонарушении,
государственный обвинитель должен всегда доказать, что вне всякого сомнения обвиняемый совершил запрещенный акт (аctus reus)»232.
Криминализация деяний, основные характеристики деяния могут изменяться. Так, в 1983 г. изнасилование, определяемое как
вступление в половое сношение мужчины с женщиной без ее согласия, если она не является его женой, было заменено более широким,
не зависимым от пола преступлением. В 1992 г. норма о сексуальном насилии опять была изменена. Парламент определил понятие
согласия и установил случаи, когда согласие не является достигнутым. Верховный суд впоследствии решил, что с целью определения
аctus reus согласие должно основываться на субъективных представлениях потерпевшего. Согласно канадскому законодательству, разрешаются гетеросексуальные и гомосексуальные отношения между
взрослыми на основе взаимного согласия. Взрослыми считаются лица,
достигшие возраста 18 лет. Сексуальная ориентация является личным
выбором каждого, а не поведением, регламентированным законом.
Взрослый, которому предъявлено обвинение в сексуальной связи с
лицом, не достигшим 18-летнего возраста, не может оправдать это
тем, что подросток казался старше. Обвиняемый должен доказать,
что он предпринял все возможное, для того чтобы узнать возраст
подростка. Дети до 12 лет являются неприкосновенными и не могут
соглашаться на какую-либо сексуальную деятельность. Хотя большинство противоречий сексуального насилия происходит в рамках
определения субъективной стороны, расширительное толкование
объективной стороны в этом и иных преступлениях играет важную
роль для определения степени уголовной ответственности.
Для признания деяния преступным особое значение имеет следующее условие: деяние должно носить волимый (voluntary) или
добровольный, характер. Этот признак является юридически значимым и обязательным при установлении уголовной ответственности.
Соответственно отсутствие волимости влечет оправдание обвиняемого, причем судебная практика относит к данным обстоятельства
автоматизм, конвульсии, спазмы и т.д. В деле Кинга обвиняемому
232
Roach K. Указ. соч. – Р. 66.
90 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
была сделана дантистом инъекция содиум пентотала, вследствие чего он на своей машине совершил столкновение с припаркованным
транспортным средством. В обосновании обвинения судья Ташро
указал: «По моему мнению, отсутствует actus reus, если это только не
результат умысла при свободе выбора, другими словами, должна
быть воля совершить какое-либо деяние не зависимо от того, знал ли
он, что это было преступлением или нет». В деле Паркса обвиняемый
напал на родителей жены, убив свою тещу. Пять экспертов показали,
что в этот момент он был в состоянии лунатизма, и присяжные вынесли оправдательный вердикт. Верховный суд Канады поддержал оправдательный вердикт, указывая, что обвиняемый действовал в состоянии неволимости и что действия, произведенные в состоянии сна,
не могут быть наказуемы. Судья Форест указал, что «отсутствие волеизъявления в отношении произведенного действия служит защитой
преступника. Защита заключается в том, что действия неволимые дают право обвиняемому на полное и безоговорочное оправдание. Корона при привлечении к уголовной ответственности должна доказать,
что имело место волимое действие»233. В деле Daviault (1994) Верховный суд Канады установил, что обвиняемый был до такой степени интоксицирован, что потерял возможность руководить своими действиями, необходимыми для установления actus reus. Судья Кори утверждал, что «волимость является неотъемлемой чаcтью actus reus
преступления и вполне возможно, что серьезная интоксикация может
привести к тому, что будет отсутствовать состав преступления. По
этому поводу он поясняет, что человек в состоянии автоматизма не
совершает волимое действие, поскольку автоматизм лишает человека
возможности выполнять конкретные действия… Как следствие – ктолибо в состоянии интоксикации, приведшей к автоматизму, также
лишается, иными словами, такой возможности»234.
Иногда в судебной практике достаточно сложно охарактеризовать признак волимости. Так, М. Мэннинг и П. Санкофф приводят
пример австралийского дела Тимбу Колиана, где обвиняемый случайно убил ребенка. Судья Барбик указал: «Я пришел к заключению, что в этом случае имел место удар ребенка по голове; это не
было осуществлением воли обвиняемого и с точки зрения уголовной ответственности не являлось деянием. Я предпочел бы представить это именно так, а не просто сказать, что подсудимый не имел на 233
R.v. Parks. – URL: //http://scc.lexum.umontreal.ca/en/1992/1992rcs2-871/1992rcs2-871.html
234
R.v. Daviault. – URL: // scc.lexum.org/en/1994/1994scr3-63/1994scr3-63.html
91 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
мерения ударить ребенка, хотя так вполне можно было сказать. Я бы
предпочел насколько возможно использовать слово «намерение» в
случае, когда есть желание достичь результатов действия или достичь
какой-то цели»235. При рассмотрении данного дела судья Виндеер указал: «при рассмотрении ответственности человека за волевые действия мне представляется невозможным отделить намеренное физическое действие от любого крайне неотложного и неизбежного последствия. Вместе они составляют действие, за выполнение которого предусмотрена ответственность»236.
Рассматривая признак волимости, следует отметить, что, как и в
российском уголовном праве, в уголовном праве Канады рассматривается наличие ответственности при физическом и психическом
принуждении лица. Особое внимание уделяется психическому принуждению: если психическое принуждение не подавляло волю лица
и не исключало возможность действовать по своему усмотрению, то
основание уголовной ответственности сохраняется. В деле Ruzic
Верховный суд Канады, ссылаясь на «конституционность защиты
принуждения признал, что фундаментальным принципом правосудия является то, что только тот, кто действует волимо, в моральном
смысле должен понести наказание за уголовные преступления»237.
В соответствии со ст. 17 УК Канады лицо может быть оправдано
при психическом принуждении, если совершает преступление в состоянии принуждения, если существует угроза причинения немедленной смерти или телесных повреждений». Однако в деле Ruzic
Верховный суд оправдал обвиняемую, которая совершила контрабанду наркотических средств при психическом принуждении, хотя
имела возможность обратиться за помощью в правоохранительные
органы, несмотря на отсутствие немедленного причинения смерти и
вреда здоровью. Как указывают М. Мэннинг и П. Санкофф, «в ряде
дел Верховный суд связал идею моральной волимости с идеей физической неволимости в том смысле, что действия обвиняемых не
были результатом свободного выбора. Суд четко указывает все же,
что эти концепции не идентичны, тогда как отсутствие физической
волимости может свидетельствовать об отсутствии как actus reus,
так и mens rea, отсутствие же моральной волимости может лишь
служить оправданием. Неверно было бы указать, что человек, дей 235
Manning М. Указ. соч. – P. 108.
236
Manning М. Там же.
237
R.v. Ruzic (2001). – URL: // http://scc.lexum.org/en/2001/2001scc24/2001scc24.html
92 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ствующий при психическом принуждении, не имел выбора, потому
что при любых обстоятельствах он мог бы избежать этого преступления. И только то, что лицо не имело реального выбора в результате
сложившихся обстоятельств, которым оно вынуждено было подчиниться, свидетельствует об отсутствии воли. Следовательно, действия
подсудимых были добровольными, но они будут оправданы, потому
что выбор, который они сделали, нельзя морально осуждать»238.
Одной из основных проблем уголовного права Канады является
установление уголовной ответственности за бездействие. Общее
право поддерживает концепцию, что бездействие не должно быть
наказуемо. Основной принцип – бездействие ненаказуемо, пока не
доказано обратное либо пока не выявлены обязанности или долг совершения действия или это следует из толкования нормы. Как указывает Г. А. Есаков, анализ ответственности за бездействие можно
свести к разрешению проблемы в рамках двух возможных ситуаций:
ответственность наступает либо за несовершение действий per se
(иными словами, в ситуации, когда нарушение некой обязанности
действовать объявляется само по себе преступным), либо за преступный результат, причиненный посредством бездействия (иными
словами, в ситуации, когда лицо совершает преступление, бездействуя, т.е. нарушая тем самым обязанность предотвратить ущерб,
причинение которого запрещается и наказывается той или иной
уголовно-правовой нормой)239.
Существует три проблемы, которые выделяют канадские юристы при криминализации бездействия. Первая проблема – необыкновенно трудно установить требования закона, регламентирующего
уголовную ответственность за бездействие. Основное внимание при
этом уделяется вопросу, что должно было быть предпринято лицом в
данной ситуации, и основной сложностью при этом является прозрачность требований для тех, кому адресуется право. Вторая проблема – криминализация бездействия – подразумевает принуждение
людей действовать определенным образом, а это является довольно
сложным для законодателя. А. Симестер и В. Брукбенкс указывают:
«Мы ценим, что живем в обществе, где граждане уважаемы как личности, где они свободны жить и решать, предпринимать какие-либо
действия или нет. Запрещение бездействия является большим нарушением личной свободы, чем запрещение каких-либо действий, из
чего и следуют сопротивления концепции установления (уголовной
238
Manning М. Указ. соч. – P. 111.
239
Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 126.
93 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
или гражданской) ответственности за бездействия. Кроме того, общее понимание свободы есть угроза тому, что принуждение индивидуумов к определенным действиям может поставить под угрозу их
собственную жизнь, особенно в ситуациях, где бездействия имеют
место при неоказании помощи лицу при спасении»240.
Третья проблема – сложность процесса доказывания. М. Мэннинг
и П. Санкофф указывают: «Как мы видим, когда рассматриваются
действия обвиняемого, достаточно сложно доказать ход его мысли.
Еще более сложным является определение разграничения намерения
при бездействии. В большинстве случаев и когда отношения между
обвиняемым и жертвой дистанцированы, суды будут вынуждены выводить заключения из двоякого толкования, и есть риск, что наказание
будет принято на основании морального вреда, а не на основании виновности»241.
Говоря о реформировании уголовного законодательства, характеризующего бездействие, следует указать, что необходимо учесть мнение, высказанное Миллером: «каждый имеет обязанность предпринимать обоснованные шаги там, где бездействие ведет к угрозе жизни»242. Так, ст. 215 (1) (с) УК Канады устанавливает, что каждый обязан обеспечить необходимые условия для жизни лицу, находящемуся
под его опекой, если оно не способно в силу слабоумия, возраста, заболевания, умственного расстройства или по другой причине избавиться от этой опеки; не в состоянии обеспечить себя необходимыми
для жизни благами.
Таким образом, каждый совершает преступление, кто, осознавая, что человек находится в опасности, не предпринимает шагов
для помощи ему. Из этого правила есть исключения: это неприменимо, если человек не может это совершить из-за угрозы для собственной жизни или другого человека или там, где он имеет другую
причину не делать этого. Канадские исследователи указывают на
проблему «доброго самаритянина», которая является дискуссионной в доктрине уголовного права стран семьи общего права: должна
ли следовать уголовная ответственность за неоказание помощи лицу, находящемуся в опасности, если у этого лица имелась возможность оказать ее для безопасности себя, однако юридического основания наступления такой ответственности не было. В канадской
240
Simester A., Brookbanks W. Principles of Criminal law. – 3d ed. – Wellington : Brookers, 2007. –
P. 44.
241
Manning М. Указ. соч. – P. 115.
242
Manning М. Там же. – P. 125–126.
94 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
доктрине при этом рассматриваются следующие проблемы в этой
связи. Первая проблема: является ли это функцией уголовного права, так как основная функция уголовного права – это не принуждение людей к совершению либо несовершению чего-либо, а недопущение совершения преступлений. Вторая проблема – это доказательство,
что mens rea наличествовало и что имеет место предпосылка уголовной ответственности. Для этого требуется, чтобы обвинение доказало,
что обвиняемый осознавал необходимость действия. «Осознавая, что
другой человек находится в опасности, … обвиняемый видел и осознавал, что существует опасность»243. Трудно осознавать оценку опасности и доказать это. Еще большей проблемой является определение
наличия actus reus. В случае бездействия обвинение должно доказать,
что обвиняемый бездействовал даже тогда, когда нет сомнений в невыполнении обязанностей, которое явилось существенным244.
Рассматривая составной компонент преступления actus reus,
следует указать на преступную обстановку или статусные преступления, рассматриваемые в доктрине уголовного права Канады. Статусные преступления в Канаде предусматривают ответственность за
нахождение лица в определенной обстановке либо за определенный
социальный статус. Довольно часто при исследовании статусных
преступлений рассматривается проблема «преступного владения».
Так, в деле Свейби обвиняемый был признан судом первой инстанции виновным в нахождении в транспортном средстве, где было запрещенное оружие, и проблема заключалась в том, что обвиняемый,
находясь в машине, был ответствен лишь за нахождение в машине
оружия. Апелляционный суд Онтарио данный подход признал неверным, установив: «Если кто-то узнает о нелегальном оружии, находясь в транспортном средстве, это не должно повлечь ответственность. Необходим период времени, пусть даже короткий, позволяющий ему как-то разрешить ситуацию. Если пассажир говорит,
что у другого пассажира оружие, то водитель не может быть признан виновным, если он приказывает пассажиру выйти и останавливает машину, – вследствие чего лицо подчиняется его требованиям.
И тогда само нахождение иного лица в машине с запрещенным
оружием не может рассматриваться как волимое поведение (водителя машины). А поведение при непринятии мер может повлечь за собой ответственность»245.
243
Stuart D., Delisle R. J., Cougnan S. Learning Canadian Criminal Law. – Toronto : Carswell, 2009.
– P. 361–466.
244
Manning М. Указ. соч. – P. 126–127.
245
R. v. Swaby. – URL: http://www.crimlaw.org/defbrief157.html
95 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Рассматривая объективный признак (actus rus), следует указать, что в данный критерий включается не только волимое действие или бездействие, но и запрещаемый правом результат, т.е. сюда
включена проблема причинности. Как указывает Д. Стифен, «определенное следствие причиняется определенным событием, о котором можно утверждать, что если бы оно не произошло, то и не
наступило бы следствие»246. В деле B. C. Electric Ry Co.LTD. v.
Loach Верховный суд Канады указал: «удивительно, как много
“эпитетов” судьи использовали по отношению к причине, которую
нужно четко определить с целью установления ответственности;
еще больше эпитетов по отношению к другим действиям и происшествиям, которые вовсе не являются причинами: действенная
причина, реальная причина, точная причина, прямая причина, непосредственная причина, причина причин, случайная причина, отдаленная причина, сопутствующие причины, показательная причина, условие и т.д. Несомненно, в определенных делах они считались очень важными для установления ответственности, но простое повторение терминов без исследования их в других делах часто приводит к путанице, и было бы лучше после указания, что расследуется дело об уголовной ответственности, ограничиться тем,
что указать причину без дополнительной квалификации». Одним
из важных прецедентов при рассмотрении проблемы причинности
является дело Смитера, в котором было сделано заключение, что
определенное физическое состояние жертвы нельзя рассматривать
как внешнюю причину247. В деле Блеа английский Апелляционный
суд расширил это положение, указав, что не являются причиной и
духовные верования лица. В деле «Свидетелей Иеговых» потерпевший отказался от переливания крови, которое могло спасти ему
жизнь, вследствие совершенного на него нападения, и причиной
смерти судом было признано именно нападение. Факт отказа от
переливания крови не был принят во внимание248. Подобным образом окружающие условия, которые способствовали тому, что наступили последствия, рассматривались как сопутствующие причины, а не «вмешивающиеся» факторы. В деле R. v. Black and Mackie,
рассматриваемом Апелляционным судом Онтарио, задачей присяжных было установить, что обвиняемый виновен, так как
246
Есаков Г. А., Крылова Н. Е., Серебренникова А. В. Указ. соч. – С. 127.
247
R. v. Smithers. – URL: //http://canlii.org/en/ca/scc/doc/1977/1977canlii7/1977canlii7.html
248
R. v. Blaue // Manning М., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc., 2009. –
P. 136.
96 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
толкнул жертву, находящуюся в состоянии интоксикации, которая
впоследствии скончалась. Тот факт, что крутые склоны не позволили
выбраться ему без посторонней помощи, установил суд, не является
оправдательным обстоятельством, а тот факт, что обвиняемый мог не
знать об особенностях местности, не является фактом, свидетельствующим в его пользу249.
Случаи постороннего вмешательства в цепь причинности разрешаются на основе правила о непосредственной причине – причинность исключается, если только событие могло быть предвидимо; и правило, связанное с действием третьих лиц, гласит: волимое
поведение третьих лиц ставит преграду на пути дальнейшего (т.е.
направленного в прошлое) исследования цепи причинности, или
novus actus interveniens 250. В канадской уголовно-правовой доктрине
существуют четыре признанных судебной практикой изъятия, позволяющие констатировать причинную связь, несмотря на действия
третьих лиц: 1) медицинское вмешательство (неудачное медицинское вмешательство может не влиять на привлечение к ответственности виновного лица); 2) поведения жертвы, способствующие наступлению преступного результата (поведение жертвы не влияет на
упречность поведения обвиняемого); 3) индивидуальные особенности жертвы, например, Д. Стюарт рассматривает проблему «тонкого» черепа у потерпевшего; 4) случайные события251.
Следующим признаком, характеризующим преступное деяние,
является субъективный критерий – mens rea. Историки английского
уголовного права придерживаются мнения, что до ХII в. в Англии для
наступления ответственности за причиненный вред достаточно было
совершения действий, вызвавших его, без доказательства какого-либо
заслуживающего порицания психического состояния исполнителя252.
Г. А. Есаков, исследуя проблему mens rea, указывает: «несмотря на
текстуальное появление в законодательстве термина mens rea в начале
XII в., уголовное право все еще не рассматривало психическое состояние человека как обязательный элемент в структуре преступления, оставаясь на позициях, заложенных в более раннюю эпоху»253.
249
R. v. Black and Mackie // См. : Manning М., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. –
Toronto : Canada Inc, 2009. – P. 137.
250
Есаков Г. А. Указ. соч. – С. 128–129.
251
Stuart D. Criminal law Issues. – URL: //www. law.queensu.ca/students/.../criminal/stuart4.
252
Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 26.
253
Есаков Г. А. Mens rea в уголовном праве Соединенных штатов Америки : дис. … канд..
юрид. наук. – М., 2002. – С. 38.
97 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Однако со временем суды стали требовать доказательства того, что
обвиняемый имел заслуживающее порицание «виновное состояние
ума». В 1889 г. Д. Стифен при определении понятия mens rea указывал, что мens rea существует по отношению к отдельным преступлениям, например mens rea означает в случае убийства – заранее обдуманный умысел убить, в случае кражи – умысел украсть; в случае
изнасилования – умысел иметь насильственную половую связь с
женщиной без ее согласия; в случае укрывательства украденных вещей – знание того, что они были украдены254. Г. Миллер указывает,
что «в наше сознание вошла прочно идея, что не существует единой
концепции mens rea, поскольку разные преступления предполагают
различные требования к mens rea. Скорее, следует говорить о злых
умыслах (mentes reae), а не об одном злом умысле (mens rea). Но было
бы неверным предположить, что не существует единого понятия
“mens rea”. Так, например, возьмем автомобили: различные автомобили имеют различные колеса, и все же мы вправе применять ко всем
концепцию колес, также и все преступления имеют различные mens
rea, и все же mens rea следует рассматривать как унифицированную
концепцию различной возможности состояния ума. Mens rea – это не
просто психическое отношение, а это, скорее, этико-юридическая
оценка деяния (находящая воплощение в отдельных юридических документах)»255. Д. Стифен указывает, что «необходимо принимать во
внимание конфликт закона и морали. Так, стрелочник засыпает, и это
вызывает смерть пассажиров. Он будет признан виновным в убийстве. Если рассматривать mens rea, то имеет место двоякий злой
умысел, при котором возможно не только иметь умысел на убийство, но и в данном случае учитывать состояние усталости. Все преступления содержат не только внешние признаки, но и внутренние,
представляющие субъективную сторону mens rea, меняющиеся в зависимости от природы преступления»256. Г. А. Есаков определяет
понятие mens rea как релевантный для целей уголовного права, заслуживающий морального порицания настрой ума деятеля, характеризующийся намеренностью, неосторожностью или небрежностью
по отношению к объективным элементам совершенного преступного
254
Roach K. Essentials of Canadian law Criminal law. – 2 nd ed. – Toronto : Irwin Law,
2000. – P. 124.
255
Mueller G. On common law mens rea (1957–58),42 Minn.L.R. 1043 // Stuart D.,Delisle R. J.,
Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. – Toronto : Carswell, 2009. – P. 362.
256
Stephen J. F. A history of the criminal law of England. – London, 1883. – Vol. 2. –
P. 346.
98 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
деяния257. Большое влияние при дефиниции понятия mens rea оказывают сторонники нормативной теории. Г. Флетчер указывает, что «необходимым условием уголовной ответственности является применение санкции к тому, кто ответствен за свое поведение». По словам Коука, действия наказуемы в соответствии с законом только, если действующий виновен в совершенном деянии. Коук указывает, что mens rea
отсутствует в случаях, где действия обвиняемого неволимые или исключают преступность деяния. Проблема неосторожности трактуется
как одна из форм mens rea. Если mens rеа относится не к субъективному состоянию, а к моральной ответственности, должен быть способ установить ответственность, не ссылаясь на состояние ума и, в обычном
случае, где лицо вменяемо, его поведение было вынужденным. Составляет или нет небрежность mens rea, зависит от того, является ли небрежное поведение основанием для законного обвинения258. А. Сталкер для теоретического осмысления понятия «mens rea» предлагает
применить следующие критерии: «Описательный критерий позволил
бы выделить элементы mens rea, повторяющиеся из дела в дело. Проблема нормативного китерия связана с тем, что характеристики mens
rea меняются от судьи к судье, а описательный тест не может четко отразить принцип и уголовную политику в различных ситуациях»259. По
мнению Вейлера, «поиск условий, которые требуют точного анализа
mens rea, никогда не будет успешным. Мы не можем предугадать заранее все условия, чтобы предъявить обвинение лицу. Нет необходимости определить mens rea априори»260.
В Канаде дискуссии по определению понятия mens rea продолжаются до сих пор, поскольку Парламент не может четко и последовательно определить формы вины, такие как «c целью», «с сознанием», «неосторожно», «небрежно»261. Сегодняшний УК Канады использует различные термины для указания на признак mens rea:
– для цели/с целью… (for the purpose /for a purpose) (ст.21(1)(b),
46 (2)(b), 88, 269.1 (2));
– с целью… (in order to) (ст. 51);
257
Есаков Г. А., Крылова Н. Е., Серебренникова А. В. Указ. соч. – С. 131.
258
Fletcher G. P. The Theory of Criminal negligence: a comparative analysis // 119 University of
Pennsylvania Law Review (1971) – Р. 401– 403.
259
Stalker A. Can George Fletcher help solve the problem of criminal negligence? //
7 Queen's Law Journal. – 1982. – Р. 274–304.
260
Weiler J. M. R.v. Kundeus: Saga of two ships passing in the night // Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. – Toronto : Carswell, 2009. – P. 582.
261
Roach K. Указ. соч. – P. 124.
99 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
– направлено на… (ст.229 (a),(b));
– с намерением на … (ст.81 (1), 131(1), 279);
– для … (460 (1) (b));
– по грубой неосторожности… (ст.434);
– зная … (148,155,163(2));
– с корыстной целью …(ст.120, 426);
– с преступным намерением… (326 (1));
– путем обмана (falsely)… (130,413);
– обманным образом (fraudulently)…(ст.326(1), 322 (1), 365);
– противоправно… (ст.176 (1) (а), 218, 281) и т.д.
Существует большое количество предложений по реформированию законодательства, которые бы внесли ясность в определение
понятия mens rea, однако Парламент Канады не может указать на
конкретные признаки, характеризующие мens rea. Как указывает
К. Роач, чтобы установить mens rea уголовного преступления, необходимо установить:
1) обстоятельства совершения преступления и последствия, в
которых проявляется вина, включая отношение субъекта к объективному критерию преступления;
2) определение самой вины, которое является обязательным при
назначении наказания262.
Учитывая терминологию, применяемую в Канаде для описания
mens rea, следует указать, что в Канаде предпринимаются шаги по
изменению прежних понятий современными.
Mens rea не существует в абстракции, оно должно иметь отношение к определенным последствиям или обстоятельствам. Как установила председатель Верховного суда Маклаклин: «Субъективная
сторона связана с последствиями, запрещенными уголовным законом. Таким образом, при убийстве мы говорим о последствиях добровольного действия – намерение причинить смерть или неосторожность и умышленная халатность по отношению к тому, что вероятность смерти наступит»263. На основе этого принципа лицо не
может быть признано виновным в нападении на офицера при исполнении его (или ее) обязанностей до тех пор, пока обвиняемый не
будет имеет субъективного осознания того, что лицо является офи 262
Roach K. Указ. соч. – P. 125.
263
R. v. Theroux, R. v. Creighton. – URL: // http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1993/ 1993canlii61/
1993canlii61.html
100 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
цером. Элемент вины в общем должен распространяться на все элементы запрещенного действия.
Верховный суд признал, что уголовный закон «традиционно
имеет цель достичь симметрии между mens rea и запрещенными последствиями преступления». Большинство судей в деле Крейгтона
сделали выводы:
– «важно установить различие по существу между теорией уголовного закона, которая стремится к идеалу абсолютной симметрии,
между actus reus и mens rea и конституционными требованиями Закона…;
– mens rea преступления всегда должна относиться к определенным последствиям, которые запрещены как вопрос конституционной необходимости»264.
В результате Маклаклин указала, что «объективная предусмотрительность риска причинения телесных повреждений была достаточным элементом вины для простого убийства, даже если объективная сторона преступления состояла в причинении смерти как результата причинения телесного вреда. Преступления, которые не
требуют элемента вины по отношению ко всем аспектам объективной стороны, иногда называются преступлениями с неполным (частичным) умыслом, преступления, возникающие в силу закона или
преступления, основанные на утверждении преступления»265. Убийства, возникающие в силу закона, нарушают ст. 7 Хартии. Однако
Верховный суд определил, продекларировав как общий конституционный принцип о том, что лицо может быть наказано за последствия своих действий в случае отсутствия некоторой вины или нести ответственность за эти последствия. Таким образом, лицо может
быть наказано за причинение смерти в случае простого убийства,
даже если его (или ее) вина имела отношение только к объективному риску причинения телесного повреждения.
Одним из проблемных теоретических аспектов в понимании
mens rea является соотношение объективного и субъективного подхода в соотношении mens rea. Субъективно сориентированный подход предполагает, что при оценке mens rea необходимо оценивать
субъективное психическое отношение обвиняемого к преступному
деянию, наступаемым обстоятельствам и последствиям. Объективно
сориентированный подход предусматривает оценку mens rea с точки
264
R. v. Creighton. – URL:
1993canlii61.html
265
Roach K. Указ. соч. – P. 126.
//
http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1993/1993canlii61/
101 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зрения, как бы поступил в этой ситуации разумный человек. Судья
или суд присяжных, которые должны определить, что было в разуме
обвиняемого, должны основываться на выводах исходя из доказательств, представленных в деле. Как указывает профессор Кэринс
Вэй Розмари, «теория субъективизма остается неисследованной.
Этот тезис – не аргумент в пользу объективизма. Это заявление о
мультимерном походе к вине, и при этом задается вопрос: возможен
ли такой подход? Очень много дебатов об объективности и субъективности в праве. Современное строение дебатов об объективном и
субъективном как непримиримых полярностях сравнимо с проблемой вины, и риск деконституционализированного подхода усиливается. Когда конституционный статус предается таким сложным понятиям, как вина, природа и распределение вины, предположения
свободой воли, эффективность уголовного права как механизма
контроля, действовать, не участвуя в дебатах, означает обеднить
юриспруденцию и ограничить возможность к реформированию»266.
По мнению Т. Пикарда и П. Голдмена, «объективный стандарт предполагает возможность соглашения, что является обоснованным или
естественным в ситуации. Обе стороны разделяют понимание восприятия и ценности в отношении фактов и разделяют также понимание
тех, кто эти факты доказывает. Все большее количество исследователей полагают, что истины не существует в абсолютной форме. Но, напротив, какой-либо факт или значение это по большей части зависит
от убеждений людей, следовательно, от социальной позиции. Это
уменьшает способность верить, что принимающие решения видят
вещи таковыми, каковы они есть, т.е. объективно верными»267.
При объективном подходе суду необходимо мотивировать, как
разумный человек на месте обвиняемого должен был бы думать и
поступить. Как указал Д. Мартин: «Люди обычно способны предусмотреть последствия своих действий, и если люди действуют, вероятно, представляют себе определенные последствия, и в общем
разумность заключается в предположении того, что обвиняемый
также предусматривал возможность наступления последствия своего действия, и, если он, несмотря ни на что, действовал так, как
представлял эти последствия, то он действовал умышленно. Большая вероятность относительных последствий следует от действий
обвиняемого, и в приговоре должны быть указаны выводы того, что
266
Cairns Way R. The Charter, the Supreme Court and Invisible politics of fault: a critical analysis of
the constitutionalization of fault // Stuart D.,Delisle R.J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal
Law. – 11th ed. – Toronto : Carswell, 2009. – P. 582.
267
Pickard T. Dimensions of criminal law. – Toronto : Emond Montgomery Publications,
1992. – P. 402–405.
102 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
он намеревался достичь этих последствий. Цель этого процесса, однако, заключается в определении, с каким умыслом действовал обвиняемый, но не смешивать его с умыслом того, что разумный человек должен предполагать в этих обстоятельствах, где существуют
сомнения в фактическом намерении обвиняемого»268. Другими словами, присяжные должны учесть все доказательства, представленные в деле (особенно доказательства, имеющие отношение к особенностям обвиняемого) и оправдывать обвиняемого, если любое
доказательство порождает разумные сомнения в том, что отдельный
человек со всеми его (или ее) слабостями и способностями имеет
обязательный субъективный психический элемент.
Функция субъективно сориентированного подхода заключается в
«предупреждении осуждения морально невиновного – тех, кто делал,
не понимая, или неумышленно достиг последствий своих действий».
Верховный суд Канады указал на различие между субъективными и объективными критериями вины. В деле концерна Уолесал
Травел Групп судья Кори установил: «Мы не должны забывать, что
mens rea и небрежность являются элементами вины… Mens rea устанавливает психическое отношение обвиняемого и требует доказывания вины, выраженной как умысел, неосторожность или умышленная слепота. Небрежность, с другой стороны, измеряется отношением обвиняемого к объективным стандартам, несмотря на субъективное психическое отношение обвиняемого. Там, где небрежность является основанием для ответственности, вопрос заключается не в том, с каким умыслом действовал обвиняемый, а какую возможность для предотвращения последствий использовал обвиняемый»269. Верховный суд указал, что при привлечении лица к уголовной ответственности при объективном критерии следует установить «заметные расхождения со стандартами осторожности, которые бы разумный человек наблюдал в положении обвиняемого»270.
В деле R. v. Hundal обвиняемый ехал на перегруженной большегрузной машине с превышением скоростного режима в центр города
Ванкувер. Когда он выехал на перекресток, он столкнулся с транспортным средством, что привело к гибели водителя транспортного
268
R. v. Buzzanda // Roach K. Essentials of Canadian law Criminal law. – 2nd ed. – Toronto : Irwin
Law, 2000. – P. 128.
269
R. v. Wholesale Travel Group Inc. – URL: // http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1991/
1991canlii39/1991canlii39.html|
270
R. v. Hundal. – URL: // http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1993/1993canlii120/
1993canlii120.html
103 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
средства. Обвиняемый утверждал, что выехал на пересечение на
желтый цвет светофора и не имел возможности остановиться. Однако суд отклонил данные основания, приговорив обвиняемого к уголовной ответственности за причинение смерти вследствие опасного
вождения по ст. 249 (1) УК Канады.
Следует указать, что в условиях правоприменения суды склоняются к использованию подхода субъективно сориентированно.
Классическим примером общеправовой презумпции mens rea является
дело Sault Ste Marie. В этом деле судья Диксон установил: «Там, где
преступление является уголовным, обвинитель должен основываться
на психическом элементе, а именно, что обвиняемый, который совершил запрещенное действие, действовал умышленно или по неосторожности с осознанием факта совершения преступления или с преднамеренной халатностью по отношению к последствиям. В пределах
контекста уголовного обвинения лицо, которое не исполнило такое
требование, тогда как разумный и осторожный человек сделал бы, или
тот, кто не исполнил, зная, что факты, которые ему известны, не являются виновными в силу закона»271. Это означает, что суды должны
предполагать, что уголовные преступления требуют доказательства
некоторой формы субъективной стороны – умысел, осознание, неосторожность или сознательную халатность – по отношению ко всем
аспектам объективной стороны. В деле Вайлланкоурта судья Ламер
выразил преимущественное предпочтение общеконституционному
принципу субъективной вины по отношению ко всем аспектам противоправного действия, несмотря на то, что многие канадские юристы
поддерживают концепцию лишь объективного критерия. Он установил: «Очень хорошо бы было по общему правилу, чтобы основной
принцип юриспруденции требовал бы доказывания субъективной стороны по отношению к противоправному действию, чтобы воздержаться от наказания морально невиновного … Существуют много
условий в Уголовном кодексе, которые требуют только объективной
предусмотрительности наступления результата или даже только причинной связи между действием и результатом. Можно предположить,
что не вызывает сомнений в юридической действительности наличие таких условий в деле, которые иногда меньше, чем субъективная предусмотрительность наступления результата, и может быть
271
R. v. Sault Ste Marie. – URL: // http://canlii.org/en/ca/scc/doc/1978/1978canlii11/
1978canlii11.html8
104 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
достаточным для уголовной ответственности лишь умышленного
поведения и наступления последствий»272.
В деле Крейгтона судья Маклаклин указала на требования к определению конституционных положений к mens rea:
1) Судимость, налагаемая за преступление и наказание, требует
наличия mens rea, отражающую определенную сущность преступления.
2) Необходимо, чтобы наказание было пропорциональным моральной предусмотрительности преступника.
3) Умысел должен быть наказан более сурово, чем причинение
вреда неумышленно273.
Исключением из правил необходимости доказывания mens rea
являются случаи строгой и абсолютной ответственности за преступления. При этом уголовная ответственность может возникать не только при отсутствии намерения, но и при отсутствии неосторожности,
умышленном неведении, небрежности. Строгая ответственность предусмотрена большей частью за преступления в результате толкования,
придаваемого отдельным статутам274. Данный институт предусмотрен
в странах англо-американского права. Однако в отличие от английского права, где, как указывает Г. А. Есаков, институт строгой ответственности (strick liability) именуется «абсолютной» ответственностью
(absolute liability), в Канаде различают институт «абсолютной» ответственности и строгой ответственности. Достаточно точное определение строгой ответственности дано Джеромом Холлом: «строгая ответственность предполагает легальную ответственность вопреки отсутствию mens rea»275. Истоки концепции строгой ответственности лежат в середине XIX в. в Англии, где с 1846 г. впервые при рассмотрении дела Вудроу была применена строгая ответственность, т.е. не
требовалось доказательства mens rea, а наказание было вынесено
при установлении факта нарушения норм права. В этом классическом примере было установлено, что обвиняемый в нарушении
норм права владел и продавал фальсифицированный табак. Вудроу
указал, что он не знал, что табак был фальсифицированным, однако
судьи воспользовались концепцией строгой ответственности и уста 272
Roach K. Указ. соч. – P. 133.
273
R. v. Creighton. Указ. соч.
274
Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 35.
275
Есаков Г. А., Крылова Н. Е., Серебренникова А. В. Указ. соч. – С. 131.
105 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
новили, что он виновен, и доказательства его вины не требуется276.
Исторически данный институт применялся и при регулировании
«трансграничного» ущерба. Примером возложения на государство ответственности без вины за трансграничный ущерб может служить дело Gut Dam. Для улучшения навигации на территории Канады
в 1903 г. была построена дамба на реке Сант Лоуренс. В 1952–1953 гг.
уровень воды в реке поднялся очень высоко, и после нескольких
штормов река вышла из берегов, что послужило причиной затоплений, эрозии почвы и причинило значительный ущерб берегам озера
Онтарио. В 1965 г. суд вынес решение о возложении на Канаду ответственности за причиненный США ущерб, несмотря на отсутствие какого-либо умысла или неосторожности с ее стороны277.
Следует указать, что в Канаде в вопросе проведения различий
между правонарушениями, требующими наличия злого умысла,
правонарушениями строгой ответственности и правонарушениями
абсолютной ответственности до сих пор нет полной юридической
ясности278. Классическим примером строгой ответственности в Канаде является дело Sault Ste. Marie. Верховный суд признал существование трех категорий правонарушений в этом деле. По мнению
судьи Диксона: «Первая включает правонарушения, в которых обвинитель обязан доказать наличие злого умысла. Эта категория охватывает уголовные преступления «в истинном смысле». Вторая
включает правонарушения, влекущие строгую ответственность, когда необходимости доказывать злой умысел не имеется, однако обвиняемый имеет право на защиту по мотивам надлежащей добросовестности. К данной категории относятся административные правонарушения (против общественного благосостояния) за исключением
тех случаев, когда в законодательстве употребляются выражения
типа «намеренно» или «умышленно», и правонарушение тем самым
относится к категории, где требуется доказать злой умысел. Третья
категория состоит из правонарушений, влекущих абсолютную ответственность, когда у обвиняемого не имеется возможности доказать свою добросовестность. К правонарушениям, влекущим абсолютную ответственность, относятся те, в отношении которых законодатель четко определяет возникновение вины в результате дока 276
Manning М. Указ. соч. – P. 203.
277
Боклан Д. С. Виды деятельности, влекущие причинение трансграничного ущерба
окружающей природной среде // Юрист-международник. – 2004. – №1 // СПС «Консультант
Плюс».
278
Нагорная Э. Н. Бремя доказывания в налоговых спорах : моногр. – М. : Юстицинформ, 2009. – 528 с.
106 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зательства простого совершения запрещенного действия»279. Несмотря на то, что судья Диксон в деле Sault Ste. Marie указал, что
невиновные, как правило, не должны подвергаться наказанию,
в то же время следует отметить, что в деле компании Пиллар
Ойлфилд Проджектс против Королевы (неформальная процедура,
N 93-674(GST)) Налоговым судом Канады не был принят во внимание довод компании о том, что ее вина в неуплате налога на товар и
услуги отсутствует, так как ее ошибки были совершены из-за новизны и сложности соответствующего нового налогового закона.
В удовлетворении иска налогоплательщика об оспаривании распоряжения налогового органа об уплате санкций за неуплату налога было
отказано. Таким образом, санкции были взысканы только по причине
совершения противоправного действия, независимо от отношения к
нему со стороны фирмы. Однако следует отметить, что в деле фирмы
Консолидейтид Канадиан Контрэкторс против Королевы, рассмотренном по неформальной процедуре Налоговым судом Канады (судья Боуман) 7 мая 1997 г., отмечено следующее: «Я уже полностью выразил
свое мнение о механическом и автоматическом применении финансовых санкций во всех случаях, где расчеты налоговых органов отличаются от расчетов налогоплательщика. Я продолжаю относиться к этой
практике с отвращением, как выразился судья Сопинка в деле R. v.
Desonsa (1992). В нашей правовой системе попросту нет оправдания
тому, чтобы подвергать наказанию образцовых налогоплательщиков,
которые сумели доказать безупречность своих действий»280. Таким образом, институт строгой и абсолютной ответственности вызывает огромное количество дискуссий ученых и правоприменителей в Канаде.
Однако существование данного института связано, как справедливо
указывает Г. А. Есаков, с тем, что, с одной стороны, они (строгая и абсолютная ответственность) явно не согласуются с идеей mens rea как
предпосылкой уголовного наказания; с другой стороны, они являются
проявлением идеи моральной злобности человека как основы к его наказанию, превалирующей над юридическими конструкциями, оправдывая вменение там, где нет mens rea, но есть отрицательная моральная
оценка сообществом поведения обвиняемого как пересекающего некую черту, некий порог, за которым социум полагает себя вправе
in abstracto в лице законодателя и in concreto в лице судей и присяжных
покарать его в уголовном порядке281.
279
Manning М. Указ. соч. – P. 208–209.
280
Нагорная Э. Н. Указ. соч.
281
Есаков Г. А. Учение о преступлении в странах семьи общего права : автореф. дис. …
д-ра юрид. наук. – М., 2007. – С. 27.
107 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Существует важная практическая разница между различными
формами вины. Одной из форм mens rea является намерение (intention). Деяние совершается с намерением, если оно является результатом свободной воли, когда лицо осознает наступление последствий и
желает их наступления. Намерение является наиболее опасным уровнем субъективной стороны – обвиняемый при этом действует с умыслом с целью совершить противоправный результат или намеренно
преследовать такой результат. Примером может быть ст. 229 (а) (i)
УК Канады, запрещающая убийство, при котором обвиняемый «действует, чтобы причинить… смерть». Там, где Парламент использует
термин «с умыслом», это, как правило, будет исключать такую форму
субъективной стороны, как неосторожность282.
Потенциальная разница между виновным умыслом и виновным
осознанием может быть проиллюстрирована в деле, где обвиняемый
осознанно выполнял запрещенное действие, но совершал это для
другой цели, такой, как избежать возможность причинения вреда.
В деле R. v. Steane последний обвинялся в оказании содействия, так
как он вел военную пропаганду, получившую широкое распространение. Однако Стин действовал не с умыслом оказать содействие
противнику, а «с невиновным умыслом спасти свою жену и детей от
убийства». Аналогичная позиция имела место в деле R. v. Paquette,
где Верховный суд Канады определил: «Лицо, которое действовало
под угрозой причинения смерти или мучительных телесных пыток,
не может говорить, что действовало с общим умыслом выполнить
противоправную цель»283.
Обвиняемый, совершая преступление намеренно, может преследовать определенную преступную цель. В деле R. v. Docherty Верховный суд установил, что слово «намеренно» указывает на умысел
по отношению к осуществлению цели284.
Осознание (knowledge) является менее опасной формой субъективной стороны, чем умысел или цель. Cт. 229 (а) (ii) УК Канады
предусматривает, что лицо, которое умышленно причиняет телесный вред, виновно в убийстве, если он (или она) знают, что вред,
вероятно, наступит в виде смерти. Это требование виновного сознания вероятности наступления смерти основывается и на ст. 7 Хартии. Лицо может осознавать, что его жертва умрет без необходимо 282
Roach K. Указ. соч. – P. 137–138.
283
Roach K. Там же.
284
Roach K. Там же. – P. 139.
108 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
го желания или имевшегося мотива причинения смерти или даже
умысла причинить смерть согласно ст. 229 (а) (i) УК Канады.
Неосторожность (recklessness) является формой вины, достаточной для наступления уголовной ответственности. В канадском
уголовном законе лицо действует неосторожно, если он (или она)
допускают неоправданный риск, т.е. оно предвидит риск запрещенного поведения, и у него нет оснований полагать, что виновный вред
не наступит. В деле R. v. Sansregret Верховный суд обратил особое
внимание на различие неосторожности и небрежности: «В соответствии с общеизвестными основными принципами для определения
уголовной ответственности за неосторожность необходимо доказать
элемент субъективности. Это заключается в положении, что лицо
осознавало, что существует опасность причинения вреда и что его
поведение может привести к результату, запрещенному уголовным
законом. Другими словами, это поведение того, кто осознавал риск и
имел шанс поступить иначе»285.
Одной из форм вины является умышленное неведение (willful
blindness). Нет единого определения данной формы вины, но Верховный суд Канады установил: «Умышленное неведение отличается
от неосторожности тем, что неосторожность включает осознание
опасности или риска и настойчивости в поведении, которое создает
риск, предполагая, что запрещенный результат наступит, а умышленное неведение имеет место тогда, когда лицо, которое начинает
осознавать необходимость некоторых требований, не выполняет их.
Обвиняемый заявляет, что остается неосведомленным. Виновность
в неосторожности заключается в осознании риска и доказывания
этого факта, тогда как умышленное неведение связано с виной обвиняемого в обдуманном неисполнении требований, когда он осознает, что необходимо выполнить требования»286.
Классическим примером умышленного неведения является дело
R. v. Sansregret, рассмотренное Верховным судом Канады в 1985 г.
В этом деле обвиняемый, совершивший изнасилование, утверждал, что
жертва была согласна. Обвиняемый настолько запугал жертву, что потерпевшая находилась в состоянии ступора и не оказывала сопротивления обвиняемому. Суд присяжных оправдал обвиняемого в изнасиловании, указав, что «риск того, что потерпевшая не согласится на со 285
R. v. Sansregret. –
1985canlii79.html
286
R. v. Sansregret. Указ. соч.
URL://
http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1985/1985canlii79/
109 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вершение полового акта, должен был быть очевидным для любого в
«его разуме», однако в данном конкретном случае для обвиняемого отсутствие согласия было неочевидным, так как обвиняемый «видел то,
что хотел видеть, слышал то, что хотел слышать, верил в то, во что хотел верить». Данное решение привело в конфуз судей и правоприменителей, и Верховный суд Канады отменил приговор и осудил лицо на
основании того, что «обвиняемый находился в умышленном неведении
при отсутствии согласия, т.к. он осознавал вероятность реакции потерпевшей на его угрозу. Обвиняемый обдуманно оставался неосведомленным в результате собственного умышленного неведения по отношению к правовой презумпции осознания, в данном деле осознание сути согласия»287. Судья Верховного суда Маккентайер отметил: «этот
случай указывает, на мой взгляд, на соответствующие обстоятельства,
которые характерны для умышленного неведения, и, рассматривая все
доказательства в совокупности, следует указать, что не требуется осведомленности лица. Обвиняемый знал о вероятной реакции жертвы на
его угрозы и, несмотря на это, совершил изнасилование»288.
Точное определение умышленного неведения остается до сих
пор иллюзорным289. Судья Маклаклин определила умышленное неведение в контексте сексуального нападения, адресовав разум обвиняемого к вопросу осознания согласия. Она установила, что лицо,
которое не было в состоянии умышленного неведения, является лицом, которое надлежаще осознает, что не только необходимо получить согласие (наличие которого он предполагал), а не какое поведение и обстоятельства имели место, чтобы вступить в связь независимо от того, было ли дано согласие или было отказано. Первое
обращение заключается в скрытой неосторожности, тогда как последнее – в скрытой небрежности.
Следует указать, несмотря на то, что как зарубежные, так и российские специалисты в области уголовного права отмечают, что небрежность (negligence) является одним из наименее определенных
понятий Общей части уголовного права в Англии, в Канаде законодательно определено понятие небрежности290. Небрежность регламентируется ст. 219–221 УК Канады. В ст. 219 УК Канады указано:
«каждый виновен в преступной небрежности, кто:
287
R. v. Sansregret. – URL:// http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1985/1985canlii79/
1985canlii79.html
288
R. v. Sansregret. Там же.
289
Roach K. Указ. соч. – P. 145.
290
Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 32.
110 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
1) делает что-либо;
2) бездействует, если налицо была возложена обязанность действовать, показывая пренебрежение и игнорирование жизни и безопасности других лиц.
Для целей данной статьи обязанность означает обязанность,
возложенную на него законом».
В ст. 220 УК Канады предусмотрена ответственность за причинение смерти по небрежности, а ст. 221 устанавливает ответственность за причинение вреда здоровью по небрежности.
Небрежность заключается не только в неразумном поведении,
но и в поведении, которое считается отклонением от поведения разумного человека. В деле R. v. Tutton судья Макинтайер установил,
что уголовная небрежность требует «доказывания поведения, которое раскрывает отклонения от стандарта, которое ожидается от разумного человека при этих обстоятельствах», в противовес простой
небрежности291. В данном деле родители мальчика, страдавшего
диабетом, верили в его исцеление богом. Ребенку в связи с наличием сахарного диабета необходимо было принимать инсулин ежедневно, о чем их проконсультировал врач. Однако мать сына увидела сон, где бог указал ей, что сын излечился, вследствие чего она
перестала давать ребенку инсулин. Через три дня ребенок умер. Суд
осудил родителей по ст. 219 УК Канады за преступную небрежность. В аналогичном деле R. v. Hundal суд определил, что, «хотя
опасное управление машиной определяется исходя из объективного
критерия, суд должен установить, что поведение лица является отклонением от стандарта осторожности, который разумный человек
должен соблюдать в ситуации обвиняемого»292.
2.2. Субъект преступления
Субъектом преступления по уголовному праву Канады признается физическое или юридическое лицо, совершившее запрещенное
общественно опасное деяние и способное нести за него уголовную
ответственность. В современных странах общепризнано, что одним
из условий признания физического лица субъектом преступления является достижение им установленного законом возраста уголовной
291
R. v. Tutton. – URL: // http://scc.lexum.org/en/1989/1989scr1-1392/1989scr1-1392.html
292
R. v. Hundal. – URL: // http://www.canlii.org/en/ca /scc/doc/1993/ 1993canlii120/
1993canlii120.html
111 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ответственности293. Международное право не устанавливает четких
границ для привлечения лиц, достигших определенного возраста, к
уголовной ответственности. Минимальные стандартные правила
ООН, касающиеся правосудия в отношении несовершеннолетних, утвержденные Резолюцией от 29 ноября 1985 г., в п. 4.1., содержат следующие положения относительно возраста уголовной ответственности: в правовых системах, в которых признается понятие возраста
уголовной ответственности для несовершеннолетних, нижний предел
такого возраста не должен устанавливаться на слишком низком возрастном уровне, учитывая аспекты эмоциональной, духовной, интеллектуальной зрелости.
Возраст является обстоятельством, исключающим виновность,
и представляет собой типичный пример «неответственности» за содеянное вследствие отсутствия упречности поведения. Как указывает Г. А. Есаков, малолетний возраст как основание защиты встречается с XIV в., причем малолетние подразделялись на две возрастные
группы (точную возрастную границу, отделяющую одну от другой,
установить применительно к рассматриваемому времени достаточно
сложно): первая объединяла самых юных, освобождение которых от
уголовной ответственности было безусловным; вторая – тех, кто мог
понести наказание, если обвинением доказывалось, что, совершая
преступление, ребенок был в состоянии отличить дурное от хорошего294. Если сравнивать возраст уголовной ответственности в зарубежных странах, следует указать, что в Англии, Австралии, Новой Зеландии установлен возраст уголовной ответственности в 10 лет; в Канаде,
Греции, Нидерландах – в 12 лет; во Франции, Израиле – в 13 лет
(за исключением убийства, ответственность за которое предусмотрена с 10 лет); в Австрии, Германии, Италии и многих восточных
европейских странах – в 14 лет; в Дании, Финляндии, Исландии,
Норвегии, Швеции – с 15 лет; в Японии, Португалии, Сальвадоре,
Чили – с 16 лет; в Люксембурге, Бельгии – с 18 лет; в уголовном
праве США возраст привлечения к ответственности урегулирован
недостаточно четко295. На избрание оптимального возрастного минимума, допускающего уголовную ответственность, в каждой стране влияет множество факторов, обусловленных политическими, социальными, экономическими предпосылками. Так, в РФ некоторые
исследователи предлагают понизить возрастной предел уголовной
293
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 147.
294
Есаков Г. А. Указ. соч. – С. 34.
295
Малиновский А. А. Сравнительное правоведение в сфере уголовного права. – М. : Международные отношения. – 2002. – С. 69; Urbas, G. The age of criminal responsibility //
Trend and issues in crime and criminal Justice. – 2000. – November. – № 181. – P. 2.
112 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ответственности, мотивируя это следующим: опасность многих преступлений настолько очевидна, а их запрещенность – общеизвестна,
что это способны понимать и понимают подростки значительно моложе 14–16 лет, а совершение этих деяний лицами такого возраста
не редкость. Означенная позиция встречает возражения, которые
опираются на очевидные факты: понижение возраста ответственности повлечет криминализацию большого массива деяний, а социально-экономические изменения последнего десятилетия привели к
тому, что досуг детей не организован, выросло число малообеспеченных семей, встала проблема беспризорности детей и мы не имеем морального права вменять им в вину совершение общественно
опасных деяний296.
Статья 13 УК Канады устанавливает: никто не может быть признан виновным в совершении преступного действия или бездействия,
если он не достиг возраста 12 лет. Презюмируется, что лица, не достигшие этого возраста, не в состоянии понимать характер и значение
своих действий и считаются уголовно недееспособными. Следует указать, что до 1984 г. минимальный возраст уголовной ответственности
в Канаде был 7 лет, несмотря на то, что Кодекс устанавливал: «ни одно лицо не может быть признано виновным в совершении преступления, … если… не достигло возраста 14 лет, за исключением случаев,
когда лицо понимало природу и последствия совершаемого деяния и
знало, что эти действия нарушают закон»297. В это время в Канаде
действовала презумпция, учитывая влияние английского права, что
лицо в возрасте до 14 лет считается doli incapax (не способным быть
виновным), иными словами, не достигшим возраста, с которого он
считается действующим осмотрительно. Однако презумпция может
быть не принята судом, если он сочтет, что ребенок знал, что поступает неправильно298.
Фиксация в законе минимального возрастного порога, начиная
с которого возможна уголовная ответственность, представляет собой итог важного учета психофизиологических способностей несовершеннолетних оценивать свои поступки как противоречащие
нормам права. При этом учитываются данные физиологии, психологии и других наук, которые способны обозначить интеллектуальноволевые способности несовершеннолетних. Как указывают канадские исследователи, «хотя невозможно зафиксировать возраст уго 296
Давыденко В. М. Уголовно-правовое значение возраста для дифференциации ответственности несовершеннолетних // Адвокат. – 2011. – № 3. – С. 35–38.
297
Manning М. Указ. соч. – P. 231.
298
Мельникова Э. Б. Ювенальная юстиция: проблема уголовного права, уголовного процесса и
криминологии : учеб. пособие. – М., 2000. – С. 125.
113 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ловной ответственности даже на основании научных исследований,
ясно одно, чем меньше возраст, тем меньше вероятность того, что ребенок будет способен отвечать элементарным требованиям привлечения к уголовной ответственности: ребенку сложно понять и сложно
осмыслить преступление»299. Одной из главных проблем установления возраста уголовной ответственности является то, что любые жесткие рамки, которые определяют момент превращения лица в уголовно-ответственное, носят, по сути, характер юридической фикции и не
учитывают индивидуальных особенностей развития конкретной человеческой личности300. Можно согласиться с точкой зрения Г. Урбаса,
который указывает, что для оптимизации установления возраста уголовной ответственности необходимо: 1) установление возраста уголовной ответственности в законе; 2) постепенное введение уголовной
ответственности за преступления в случае возможности осознания их
противоправности со стороны несовершеннолетних301. Р. Крикен указывает, что дети в настоящее время являются более образованными,
имеют доступ к телевидению, Интернету и обладают более глубоким
познанием мира302. Однако вследствие этого в Канаде имеют место
доводы, свидетельствующие о том, что необходимо снизить возраст
уголовной ответственности, особенно после совершения лицами,
обладающими иммунитетом от уголовной ответственности, особо
тяжких преступлений (как правило убийств)303.
Следует отметить, что в Канаде предусмотрен дифференцированный подход к возрасту уголовной ответственности, который направлен
на индивидуализацию наказания несовершеннолетним правонарушителям. Данный опыт является весьма положительным для России, и в
настоящее время имеется большое количество исследований российских ученых канадского опыта ювенальной юстиции304.
299
Manning М. Указ. соч. – P. 232.
300
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 151.
301
Urbas G. The age of criminal responsibility // Trend and issues in crime and criminal Justice. –
2000. – November. – № 181. – P. 2.
302
Krieken R. When should children be held criminal responsible? – URL: //http:// wwwpersonal.usyd. edu.au/~robertvk/papers/doli1.htm
303
Micucci L. Responsibility and the Young Person // Canadian Journal of Law and Jurisprudence. –
1998. – July. – P. 277.
304
Хананашвили Н. Л. Преимущества и эффективность ювенальной юстиции // Вопросы ювенальной юстиции. – 2010. – № 5; Тутиков А. В. Отчет о проведении учредительной конференции по
созданию Ассоциации содействия деятельности воспитательных колоний ФСИН России // Вопросы
ювенальной юстиции. – 2007. – № 1; Павлова Т. И. Оценка рисков и потребностей несовершеннолетних осужденных как основа их реабилитации и ресоциализации: использование канадского опыта в
России // Вопросы ювенальной юстиции. – 2009. – № 1 и др.
114 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Необходимо указать, что возраст уголовной ответственности в
Канаде дифференцируется по правовому режиму ответственности,
т.е. наряду с уголовной ответственностью законодательно выделяют
особый институт уголовной ответственности несовершеннолетних,
основой которого является Закон об ювенальной уголовной юстиции, содержащий специфическую процедуру и систему санкций для
привлечения к ответственности несовершеннолетних. В Канаде все
несовершеннолетние делятся на три категории:
1) дети до 12 лет, которые не могут быть привлечены к ответственности, так как не достигли установленного законом возраста;
2) лица от 12 до 14 лет, которые подлежат ответственности за
все преступления в соответствии с процедурой и санкциями Закона
об ювенальной уголовной юстиции;
3) лица от 14 до 18 лет, которые могут быть осуждены как
взрослые, после того как были привлечены к ответственности за преступления, рассматриваемые с обвинительным актом ювенальным
судом. Как указывают Л. Тастин и Р. Латес, «лица, совершившие
преступления от 14 до 18 лет, подлежат уголовной ответственности
на основании предположительной обоснованности, что они совершили особо тяжкие преступления, либо, согласно дискреции, жалобе Короны»305. В законе об отправлении правосудия в отношении
несовершеннолетних указаны случаи, когда к несовершеннолетнему
необходимо применять обычные санкции, используемые в отношении лиц, достигших 18-летнего возраста. Это такие преступления,
как убийство, покушение на убийство, непредумышленное убийство, сексуальное насилие и др. Однако в деле R. v. B, рассмотренном
в 2008 г. Верховным судом Канады, 17-летний несовершеннолетний
был осужден за непредумышленное убийство. При назначении наказания перед судом возник вопрос: назначить наказание в соответствии с УК Канады либо на основании положений Закона об ювенальной юстиции, так как сторона обвинения была против рассмотрения этого дела на основании Закона о ювенальном правосудии.
Верховный суд постановил (5 голосами против 4), что несовершеннолетние должны иметь право на презумпцию уменьшения моральной упречности поведения306. Таким образом, несовершеннолетнему
было вынесено максимальное наказание в соответствии с Законом о
несовершеннолетних правонарушителях. Проанализировав меры
305
Tustin L., Lutes R. A Guide to the Youth Criminal Justice Act.– Toronto : LexisNexis, 2005. – P.
123.
306
R. v. B. – URL : // http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/2008/2008scc25/2008scc25.html
115 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
уголовного принуждения, применяемые к несовершеннолетним,
можно указать, что к ним применяются более мягкие меры уголовно-правового характера, обусловленные презумпцией того, что несовершеннолетние обладают меньшей моральной упречностью поведения.
Рассматривая уголовную ответственность физических лиц, следует указать об иммунитетах, которые существуют в отношении определенных лиц. Необходимо отметить, что, согласно установившейся традиции в общем праве, суверен (Король и Королева) не
может совершить преступление (King can do not wrong) и потому
его нельзя привлечь к уголовной ответственности307. Однако сложности на практике представляют случаи при привлечении к ответственности лиц, которые действуют от имени Королевы. Данная проблема возникла в Канаде в деле C. B. C. v. Ontario (Attorney General)
в 1959 г. Корпорация (Canadian Broadcasting Corporation) была обвинена в непристойном поведении (нарушив Lord’s Day Act при телевещании). Верховный суд заключил, что нет трибунала, способного осудить Корону. Корона не ограничена положениями статута.
Если возможно понятие Короны интерпретировать более чем монарх, невозможно данную корпорацию привлечь к ответственности308. Однако в 1983 г. при рассмотрения аналогичного дела корпорация была признана виновной. При обвинении корпорации C.B.C.
судья Д. Естей (Estey J.) указал: «Преступления могут совершаться
против Короны, но Корона совершить преступление не может. Акт
(Broadcasting Act) исключает Королеву из числа субъектов, подлежащих уголовной ответственности, поскольку корпорация осуществляет
полномочия агента Её Величества, претворяя в жизнь положения Акта
о вещании, и она действует от имени Его Величества. Но если она
осуществляет полномочия способом, не соответствующим целям акта,
она перестает быть агентом Её величества»309.
Во-вторых, проблемы иммунитета связаны с необходимостью
соблюдения федерального и провинциального законодательства Канады определенными лицами. Так, в деле R. v. Anderson военнослужащий управлял транспортным средством без получения лицензии,
необходимой в соответствии с провинциальным законодательством.
Однако Верховный суд указал, что на военнослужащего распростра 307
Уголовное право зарубежных стран. Указ соч. – С. 33–34.
308
Canadian Broadcasting Corporation,et al. v. Attorney General of Quebec. – URL : //
http://www.scc-csc.gc.ca/case-dossier/cms-sgd/sum-som-eng.aspx?cas=32920
309
Manning М. Указ. соч. – P. 245–246.
116 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нялись федеральные обязанности и тем самым он не должен был соблюдать провинциальное законодательство. Однако противоположная позиция содержится в деле R. v. Stradiotto, который являлся федеральным военнослужащим и был обвинен в провинциальном преступлении – неосторожном вождении транспорта. Верховным судом
было указано, что соблюдение федерального законодательства не
освобождает его от обязанности соблюдать провинциальное законодательство310.
В-третьих, согласно Венской Конвенции о консульских сношениях Канада представляет иммунитет от уголовного преследования
в отношении лиц, являющихся дипломатическими представителями,
сотрудникам посольств, консульств и другим лицам, определенным
в Конвенции.
Согласно канадскому праву аналогично физическим лицам к
уголовной ответственности могут быть привлечены юридические
лица. По-мнению Г. А. Есакова, в общем праве первые сдвиги в направлении признания корпораций уголовно ответственными наблюдаются с середины XIX в., и в настоящее время вопрос этот решен
положительно с привлечением в орбиту уголовного права двух частноправовых по происхождению теорий: «субститутивной», или
замещающей ответственности (vicarious liability), или теории «отождествления» (alter ego)311. Как указывал Джеймс Ф. Стифен: «в общем праве не было предусмотрено понятия ответственности корпораций, так как корпорация не могла стоять за скамьей (на судебном процессе – С.С.) и, следовательно, не могла быть допрошена по существу.
Поэтому корпорация не могла быть привлечена к уголовной ответственности. Дополнительным основанием, указывающим на невозможность применения уголовной ответственности к юридическим лицам,
была невозможность назначать корпорациям такие виды наказания,
как смертная казнь или повешение»312. Аргументом против введения
уголовной ответственности юридических лиц также являлась сложность доказывания наличия у организации воли при совершении преступления, а следовательно, доказательства наличия признака mens
rea. Канадское уголовное право изначально восприняло зародившуюся в английской судебной практике так называемую теорию отожде 310
Manning М. Указ. соч. – P. 246.
311
Есаков Г. А. Учение о преступлении в странах семьи общего права : автореф.
дис. ... д-ра юрид. наук. – М., 2007. – С. 29.
312
Stephen J. History of the Criminal Law. – New York : B. Franklin, 1964. – Vol. II. –
P. 61.
117 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ствления. Ее суть сводится к тому, что тот, кто контролирует деятельность корпорации, признается воплощающим для целей уголовного
права в своих действиях (бездействии) саму корпорацию, так что
последняя становится уголовно ответственной за совершенные преступные действия313.
УК Канады в ст. 2 раскрывает понятие «организация», под которой понимается: 1) государственный орган, юридическое лицо, общество, компания, фирма, партнерство, профсоюз или муниципалитет; 2) объединения лиц, которые i) создаются для достижения общей
цели; ii) имеют организационную структуру; iii) представляют себя
как объединение лиц. Нет препятствий и в отношении назначения
уголовного наказания, так как основным наказанием за совершение
преступлений юридическими лицами является штраф.
Изначально проблема заключалась в том, может ли общество
позволить себе не привлекать к ответственности корпорации в случае, если ущерб при этом мог быть причинен самим акционерам
общества. В современном мире корпорации обладают серьезной
властью, и не вызывает сомнения необходимость привлечения их к
ответственности314. Ранее корпорации были ответственны в соответствии с нормами общего права за определенные виды поведения,
причем прежде всего ответственность налагалась в тех случаях, когда корпорация совершила бездействия. Несложно налагать ответственность за целый ряд правонарушений, которые совершала корпорация. Сложности начались при адаптации норм к «сущности ответственности»315. Основная проблема – определение природы действий: при каких обстоятельствах корпорация, отличная от физических лиц, осуществляющих полномочия в ней, совершила уголовное
преступление; когда возможно сказать о виновном умысле, чтобы
определить ответственность самой корпорации, приписать волю
действующих от лица корпорации конкретных субъектов и вменить
это корпорации. Ответ на этот вопрос был найден в теории «идентификации» или отождествления. Изначально классическим примером теории отождествления явилось дело Теско Супермаркетс Лтд.,
разрешенное в 1971 г. Палатой лордов, где теория отождествления
была сформулирована следующим образом: «Живое лицо обладает
разумом, в котором может наличествовать знание или намерение,
313
Есаков Г. А. Актуальные проблемы современного уголовно права (по материалам международной конференции) // Право и политика. – 2007. – № 3.
314
Manning М. Указ. соч. – P. 234.
315
Manning М. Там же.
118 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
или небрежность, и оно обладает руками для выполнения своих намерений. У корпорации ничего этого нет: она должна действовать
через живых лиц, хотя не всегда одних и тех же. Как следствие, лицо, которое действует, не говорит и не действует за компанию: оно
действует как компания, а его разум, который направляет его действия, является разумом компании... Оно является воплощением компании или, как можно сказать, оно слышит и говорит через облик
компании в пределах принадлежащих ему полномочий, и его разум
является разумом компании. Если это виновный разум, тогда такая
виновность является виновностью компании»316. В 1985 г. в деле
Canadian Dredge and Dock.Co Верховный суд Канады указал: «Чтобы налагать ответственность на корпорацию как на физических лиц,
необходимо установить, что юридическому лицу возможно было бы
указать на наличие mens rea в деятельности корпорации. Судья Эстей утверждал, что «теория идентификации устанавливает идентичность между адресованным намерением и корпорацией, в результате чего корпорацию можно привлечь к ответственности за деяния
физического лица, работника»317. Верховный суд указал, что сущность теории идентификации состоит в том, что идентичность совпадает постольку, поскольку действия корпорации выполняет менеджер в рамках полномочий, приписанных ему корпорацией. Круг
этих полномочий может быть функциональным, географическим
(т.е. действовать от корпорации на различных территориях) или включать в полномочия весь предпринимательский потенциал. Суд устанавливает требования при привлечении к ответственности юридических лиц:
1. Для того чтобы установить наличие уголовной ответственности корпорации за действия сотрудника корпорации (который подвергается личной ответственности), сотрудник должен быть «эго», т.е.
центром корпоративной ответственности, важным органом (именно
поэтому теория носит название alter ego).
2. Корпорация ответственна в том случае, если лица корпорации
(сотрудники управляющего состава) действовали в пределах полномочий (в том смысле, что действовали в соответствии со стратегическими целями корпорации; но теория идентификации не рассматривает занятость с точки зрения деликтного права).
316
Есаков Г. А. Указ. соч. – № 3.
317
Canadian Dredge and Dock.Co . – URL : http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1985/ 1985canlii32/
1985canlii32.html
119 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Это не касается трудовых отношений, а касается отношений
менеджмента. Верховный суд Канады, проанализировав историю развития института уголовной ответственности юридических лиц, пришел к выводу, что теория отождествления наиболее приемлема в ситуации совершения юридическими лицами преступлений, требующих
доказывания mens rea, поскольку в таком случае mens rea служащего,
занимающего ответственный пост, может быть принята за mens rea
корпорации318. В деле Canadian Dredge and Dock.Co рассматривались
действия лиц, которые составляли «сердцевину», «ядро» корпорации.
Судья Эстей в данном деле утверждал, что «идентификационная»
доктрина у́же положения, что работодатель ответствен за служащих.
Он критикует американскую традицию о применении субститутивной
ответственности319, при которой любые действия любого работника
влекут за собой ответственность корпорации, так как такая теория
слишком широка320. Данная позиция подтверждается и в деле корпорации Kimco Steel Sales Ltd, где продавец не только действовал против интересов корпорации, но и был обвинен в подлоге, причем корпорация оказалась жертвой, а не соучастником преступления, а владелец не знал о его преступных действиях321. Еще одним руководством для установления ответственности юридических лиц является
дело Rhone (The) v. Peter A. B. Widener (The), рассмотренное Верховным судом Канады. В нем капитан судна, который был ответствен за корабль, являлся «основной направляющей силой владельца
корпорации»322. Ссылаясь на факты дела, Якубуччи пришел к заключению, что «капитан не является таковой силой: основное внимание должно быть уделено тому, что действия ему были делегированы управляющими в пределах его (или ее) полномочий. Необходимо определить следующее: дискреция подразумевает данные ему
полномочия на осуществление корпоративной политики либо просто политики. Суд должен решить, кому были предоставлены полномочия принятия решения»323. Это привело к достаточно сложным
проблемам при рассмотрении аналогичных дел. В деле Safety-Kleen
Canada Inc. корпорация была обвинена в попытке внести ложные
318
Есаков Г. А. Указ. соч.
319
Одно из резонансных дел, рассмотренных Верховным судом Канады, было дело John Doe
v. Bennett319, 2004 г. Священник отец Беннет обвинялся в сексуальных домогательствах, и приход
Святого Георгия был признан субститутивно ответственен за его деяния. – URL :
http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/2004/2004scc17/2004scc17.html
320
Canadian Dredge and Dock.Co . – URL : http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1985/ 1985canlii32/
1985canlii32.html
321
Manning М. Указ. соч. – P. 236.
322
Rhône (The) v. Peter A. B. Widener (The). – URL : http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/
1993/1993 canlii163/1993canlii163.html
323
Там же.
120 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сведения, в нарушении регулируемого статута, т.е. имело место
mens rea. Рассматриваемое действие было совершено региональным
представительством, которое было ответственно за всю корпорацию. Представительство отвечало на звонки, заполняло документы,
включая документы, которые являлись предметом нарушения.
Апелляционный суд Онтарио отклонил обвинение корпорации на
том основании, что когда служащий осуществлял полномочия, он не
принимал участие в разработке корпоративной политики апеллянта.
Очевидно, как утверждают М. Мэнинг и П. Санкофф, такой подход
слишком узок324. В деле Rhone (The) v. Peter A. B. Widener (The)
Верховный суд Канады постановил: «человеку, который совершил
преступление, были предоставлены полномочия принятия решения
в соответствующей сфере, и очевидно, что в этом случае именно
служащему была предоставлена полная дискреция, включая необходимость соблюдения регулятивных требований»325. По утверждению
судьи Д. Пирсона серьезными причинами для обвинения корпорации
являются следующие: «Решение суда отделяет корпоративную политику и ее претворение в жизнь. Решающей является роль лица при
осуществлении корпоративной политики. Если корпорация делегирует существенные полномочия на осуществление политики в сфере
деятельности лицу, это делает ее ответственной за преступное состояние ума агента, если он не нарушил фундаментальные принципы правосудия. Это делает корпорацию уголовно ответственной за действия
лица, действующего от имени корпорации»326.
В 2004 г. вступил в действие Bill C-45, который был принят после трагических событий, когда погибло 26 шахтеров в Новой Шотландии в результате, как установило следствие, небрежности администрации корпорации. Под давлением профсоюзов тогда были
приняты поправки к Уголовному кодексу, позволяющие в уголовном порядке преследовать корпорации, не обеспечивающие безопасность работников.
Согласно ст. 22.1 УК Канады: «В отношении преступлений, в
которых требуется доказательства небрежности, юридическое лицо
является субъектом преступления, если:
а) один из представителей, действуя в пределах полномочий:
i) является субъектом совершения преступления;
ii) два или несколько представителей совершают преступление,
выраженное в форме действия или бездействия, если один из представителей совершает деяние, признаваемое преступлением;
324
Manning М., Sankoff P. Указ. соч. – P. 237.
325
Rhône (The) v. Peter A.B. Widener (The). Указ. соч.
326
Manning М., Sankoff P. Указ. соч. – P. 237.
121 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
б) ответственный служащий, который отвечает за деятельность
организации, совершает преступление или ответственные служащие
коллективно отклоняются от стандарта осторожности, который
ожидаем от представителей юридического лица в плане недопущения преступления».
В статье 22.2 УК Канады закреплено: «В отношении преступлений, которые требуют доказательства намерения или меньшей
вины, за исключением небрежности, юридические лица несут ответственность, если один из ответственных служащих:
а) действуя в пределах своих полномочий, совершает преступление;
b) имеет психическое состояние, необходимое для установления уголовной ответственности, и, действуя в пределах своих полномочий, руководит работой других работников юридического лица
таким образом, что они совершают действие или бездействие, составляющее преступление;
c) зная, что представитель юридического лица совершает преступление, не принимает разумных мер, чтобы остановить действия
лиц, участвующих в преступлении».
На основании Bill C-45 вместо тюремного заключения юридическому лицу может быть назначено при совершении преступления,
рассматриваемого в суммарном порядке, наказание в виде штрафа от
25 000 до 100 000 канадских долларов.
Учитывая вышеизложенное, следует сказать, что в процессе
модернизации уголовно-правового законодательства в России вопрос об уголовной ответственности юридических лиц является достаточно актуальным. Сторонники введения уголовной ответственности (Б. В. Волженкин, С. Г. Келина, Ю. В. Голик, А. В. Наумов,
А. С. Никифоров и др.) указывают на оптимальность ведения данной ответственности, поскольку огромный ущерб, причиняемый в
результате нарушения законодательства, превосходит по общественной
опасности деятельность конкретного физического лица, а применяемые
к организациям в рамках гражданского и административного законодательства штрафные санкции абсолютно неадекватны размеру причиненного вреда327. Однако есть и противники введения уголовной ответственности юридических лиц (Н. Ф. Кузнецова, Л. К. Савюк, Л. Д. Ермакова, М. И. Бажанов, Н. Полянский и др.) Они отмечают: в связи с
тем, что российское законодательство не знало уголовной ответственности юридических лиц и ее введение потребует преобразования основных институтов уголовного права, «нет необходимости в конст 327
Келина С. Г. Указ. соч. – С. 53.
122 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
руировании особого субъекта уголовной ответственности – юридического лица»328. Однако, учитывая опыт Канады, следует указать, что
мы больше склонны разделить точку зрения сторонников введения
уголовной ответственности юридических лиц. Так, следует согласиться с А. Н. Трайниным, который указывал: несмотря на то, что юридическое лицо само по себе действий совершить не может, этим не исчерпывается вопрос об уголовной ответственности329. Особенно актуальной представляется данная ответственность за совершение экологических и экономических преступлений. Следует также отметить,
что Россия является участником международных конвенций, обязывающих государств-участников ввести уголовную ответственность
юридических лиц (например, Конвенция Совета Европы об уголовноправовой охране окружающей среды (1998), Конвенция ООН против
коррупции (2003) и др.). Введение института уголовно-правового воздействия в отношении юридических лиц позволит создать эффективную систему противодействия преступлениям, совершенным в интересах юридических лиц либо с использованием финансовых и иных
возможностей юридических лиц330. Говоря об уголовной ответственности юридических лиц, можно отметить, что она может быть как самостоятельной, так и дополнительной к юридической ответственности физических лиц.
Одним из важных оснований, характеризующих субъект преступления и являющихся основанием защиты, является невменяемость.
Кенни различал две группы душевнобольных:
1) лиц, на которых угрозы и запреты уголовного права не способны оказать никакого влияния и в отношении которых применение
наказаний, предусмотренных в уголовных законах, было бы поэтому
бессмысленной жестокостью;
2) лица, душевная болезнь которых такова, что «не дали бы
своей болезни воли, если бы около них находился полисмен»331.
Е. Заз указывает: «Если в процессе судебного разбирательства
возник вопрос о невменяемости, то обычным делом считается разрешить, находился ли обвиняемый в состоянии невменяемости. Это
ерунда. Это может быть результатом, который занимает умы представителей медицины в наше время. Невзирая даже на очевидные сомне 328
Михеев Р. И., Корчагин А. Г., Шевченко А. С. Уголовная ответственность юридических
лиц: за и против : моногр. – Владивосток, 1999. – С. 16.
329
Трайнин А. Н. Избранные произведения. Защита мира и уголовный закон. – М., 1969. –
С. 298.
330
Смирнов Г. Перспективы и условия введения в России института уголовной ответственности юридических лиц // Уголовное право. – 2011. – № 2. – С. 76.
331
Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 38.
123 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ния при определении, что означает умственное нездоровье в любом
случае, если оно означает что-то, то это теория, а не факт. И то же
можно было бы сказать о любом заболевании организма. К примеру,
пациент может страдать от избытка желчи, т. е. его кожа будет желтого цвета, что очевидно. Но страдать от избыточности желчи – не то,
что иметь заболевание. Если у этого пациента гепатит или какая-либо
другая болезнь, это уже теоретическое знание, которое создано медициной, чтобы объяснить цвет кожи. К таким же неестественным извращениям языка и мысли относится термин “умственное нездоровье”. Более того, говорить об умственном нездоровье еще сложнее,
чем говорить о нездоровье тела. Тем не менее присяжные должны
судить о том, есть или нет заболевание у обвиняемого. Конечно,
возможно, что группа людей (присяжные) могут предположить, что
кто-то нездоров, но это следует рассматривать как их теоретическое
объяснение действий человека. Это не стоит рассматривать как факт,
как и не следует рассматривать как факт теорию дьявола. Чтобы превратить теорию в факт, рассматривают симптомы шизофрении. Шаткие и противоречивые аспекты психиатрии классифицируют состояния
нездоровья. Присяжным необходимо установить психическое нездоровье и требуется определить, было ли совершено преступление в рамках
нездоровья»332. Как указывают М. Мэннинг и П. Санкофф, базовые основы психического заболевания (mental disorder) заложены в XIII в.,
когда утверждалось, что лицо, которое не являлось разумным и функционально независимым (autonomous), не может быть подвергнуто наказанию за то, что могло бы быть преступлением333.
Огромное влияние на институт невменяемости в Канаде оказали установленные в 1843 г. правила Макнатена334. Суть этих правил
сводилась к следующему:
– каждый человек презюмируется душевно здоровым и обладающим достаточной степенью разумности для того, чтобы нести
332
Szasz T. S. Psychiatry, ethics and the criminal law // Columbia Law Review. – 1958. –
№ 58. – P. 183–198.
333
Manning М. Указ. соч. – P. 411.
334
Лесоруб Дэниел Макнатен в 1843 г. совершил покушение на жизнь британского премьерминистра Роберта Пила, но по ошибке застрелил его секретаря Эдварда Друмонда. Он действовал под
воздействием навязчивой идеи о том, что премьер-министр Англии и Папа Римский вступили в заговор
и задумали лишить его жизни (сегодня это было бы названо манией преследования с симптомами параноидальной шизофрении). В ходе судебного разбирательства несколько психиатров свидетельствовали о
наличии навязчивой идеи у Макнатена. Согласно вердикту присяжных он был объявлен невиновным по
причине невменяемости. Решение вызвало сильный общественный резонанс, и по настоянию королевы
Виктории и Палаты лордов пятнадцать судей судов общего права пересмотрели инструкции присяжных,
найдя их не подходящими для дальнейшего использования судами. Они выработали доктринальный
подход к формулированию юридического стандарта невменяемости, который получил название «правила Макнатена» и используется в течение вот уже 150 лет.
124 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ответственность за совершенные им преступления, пока обратное не
будет доказано присяжным;
– для освобождения от ответственности ввиду душевной болезни
должно быть с «очевидностью» установлено, что во время совершения действия, по поводу которого он привлекается к ответственности, обвиняемый действовал под влиянием такого происходящего от
душевной болезни дефекта сознания, что он не в состоянии был отдавать себе отчет в природе и свойствах совершаемого им действия
или (если отдавал себе в этом отчет), не был в состоянии понять
безнравственность своего действия;
– относительно осознания душевнобольным того, что действие
дурно, судьи указали: «Если обвиняемый сознавал, что не должен
был действовать таким образом и что его поведение нарушает закон,
он должен быть наказан». Таким образом, критерием является не вообще способность различать хорошее и дурное, как это предполагалось раньше, а эта же способность применительно к конкретно совершенному действию;
– если преступное деяние было совершено обвиняемым под
влиянием бредовых идей об окружающем, которые затемнили для него подлинное значение совершаемого им действия, обвиняемый подлежит такой ответственности, какой он подлежал бы, если бы факты
соответствовали его представлениям о них. Душевнобольной может,
например, совершить убийство под влиянием галлюцинации, заключающейся в том, что он – палач, правомерно приводящий в исполнение приговор суда, или всего лишь в том, что потерпевший обманул
его когда-то в карточной игре335.
Классическим примером рассмотрения вопроса о невменяемости является рассмотренное в 1979 г. Верховным судом Канады дело Купера. Обвиняемый Купер – амбулаторный пациент в психиатрической больнице – обвинялся в убийстве женщины, которая также являлась пациентом клиники. Верховный суд указал, вопрос о
том, что является умственным заболеванием, был юридическим вопросом, а не медицинским и не зависел от классификации (психических расстройств) в медицине. Пока Верховный суд Канады не вынес решение по делу Купера и не дал толкование тому, что являлось
умственным заболеванием, доказательство невменяемости зависело
от диагноза обвиняемого и классификации336. Эксперты определяли
нездоровье, от которого страдал обвиняемый в соответствии с классификацией, а потом суд устанавливал, является ли это умственным
335
См. : Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 39.
336
См. : Stuart D., Delisle R. J., Cougnan S. Learning Canadian Criminal Law. – Toronto : Carswell,
2009. – P. 751–762.
125 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
заболеванием. Эксперта-врача спрашивали: страдал ли обвиняемый
шизофренией, и если да, то суд указывал, что обвиняемый находился в состоянии невменяемости. Если обвиняемый страдал неврозом,
суд не определял это как невменяемость и отклонял защиту. Когда
врачу задавали вопрос о том, страдал ли обвиняемый умственным
заболеванием, довольно часто он не способен был точно определить
наличие умственного заболевания, и в случае, там где принимали
участие эксперты как со стороны обвиняемого, так и со стороны Короны, рассмотрение дела затягивалось (показания экспертов были
иногда взаимоисключающими)337. Судья Диксон в деле Купера указал: «Можно сказать, что в юридическом смысле умственное заболевание подразумевает болезнь, нездоровье или ненормальное состояние, которые ухудшают функционирование человеческого мозга, исключая самоиндуцированные состояния, вызванные наркотическими
средствами и алкоголем, а также переходные состояния, такие как
истерия и сотрясение головного мозга. Диксон был готов включить в
список состояний, влекущих невменяемость, любое заболевание, поскольку оно могло привести к состоянию невменяемости. Однако это
слишком широкое определение привнесло в список заболевания те,
которые ранее исключали решение вопроса о невменяемости, такие
как психопатичность личности, личностное расстройство, белую горячку, вызванную употреблением алкоголя338. Лунатизм, или сомнамбулизм, также считается заболеванием, предполагающим защиту при невменяемости339.
Как указывают канадские исследователи, на смену архаичным
нормам, регламентирующим невменяемость, в 1991 г. нормы о невменяемости были включены в ст. 16 УК Канады, которая устанавливала:
16.(1). Никто не может быть признан виновным в совершении
преступления, которое выражено в форме действия или бездействия, или в части преступления, если он был невменяемым.
(2). В целях этой статьи, лицо признается невменяемым, если
оно находилось в состоянии слабоумия или имеет умственное заболевание, не позволяющее ему в полной мере осознавать природу и
свойства совершенного действия или бездействия и осознавать, что
оно было неправильным (wrong).
337
Manning М. , Sankoff Р. Указ. соч. – P. 415.
338
Stuart D., Delisle R. J., Cougnan S. Learning Canadian Criminal Law. – Toronto : Carswell, 2009.
– P. 751–762.
339
R. v. Parks. – URL : http://scc.lexum.umontreal.ca/en/1992/1992rcs2-871/1992rcs2-871.html
126 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
(3). Лицо, которое заблуждается (бредовые идеи), но является
вменяемым, не может быть оправдано на основании невменяемости
только на основании заблуждения, которое заставило его поверить в
существование неких обстоятельств, если эти обстоятельства могут
исключать противоправность или виновность.
(4). Каждый, пока не будет доказано обратное, презюмируется
вменяемым.
В соответствии с поправками в УК Канады в настоящее время
ст. 16, регламентирующая невменяемость, излагается в следующей
редакции:
16.(1). Никто не может нести уголовную ответственность за действие или бездействие, если страдает психическим расстройством, которое не позволяло ему оценить природу и свойства действия или бездействия или осознание того, что он поступает неправильно.
(2). Каждый человек считается не страдающим от психических
расстройств, которые освобождают от уголовной ответственности в
силу подраздела (1), пока не доказано обратное.
(3). Бремя доказывания, что обвиняемый страдает психическим
расстройством, освобождающим его от уголовной ответственности,
лежит на стороне, которая указывает на эти обстоятельства.
Таким образом, в настоящее время изменилась терминология при
изложении положения о невменяемости, и сегодня она отвечает требованиям современных понятий медицины и психиатрии. Так, вместо
трех возможных случаев признания невменяемости (слабоумие, умственное заболевание, заблуждение (бредовые идеи)) в настоящей редакции эти случаи заменены термином «психическое расстройство». Следует отметить, что достаточно древние правила (Макнатена), которые
указывали на заболевание, влекущее неспособность обвиняемого оценивать природу и характер деяния, равным образом применимы в современном законодательстве. Однако в определении невменяемости и
сегодня отсутствует волевой признак юридического критерия, а упор
сделан на интеллектуальном признаке такого расстройства.
Рассмотрим эволюцию положений о невменяемости и укажем
на различие в определениях данного понятия в настоящее время.
Правила Макнатена содержали фразу «зная о природе и характере
деяния», тогда как УК Канады использует в настоящее время термин «оценивая природу и характер». В отчете Королевской Комиссии по праву о невменяемости как защите в уголовных делах (Report
of the Royal Commission on the Law of Insanity as a Defense in Criminal Case) были четко определены различия данных терминов: «слово
127 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
“оценивать” не является синонимом слова “знать” и это требует более глубокого медицинского и юридического рассмотрения». Исследование уголовного права Англии и Канады показывает, что есть
различие между понятиями «знать» и «знание», «оценка» и «оценивание», когда они применяются к определенному набору обстоятельств. Применяя эти утверждения, необходимо указать, что просто «знание» о природе и качестве действия («Человек знал, что он
или она делает?») – это не тот вопрос, который должен быть исследован. Верно было бы указать о необходимости доказывания, находился ли обвиняемый в момент совершения преступления по причине умственного заболевания не в состоянии оценить природу действий и его последствия. Другими словами: был ли человек по причине умственного заболевания лишен способности предвидеть характер и последствия своих действий340.
В деле Обраен судья Ричи указал: «Существенное различие между правилами Макнатена и нашим УК Канады состоит в применении критериев, предъявляемых к терминам. Так, понятие «знание»
подразумевает в рамках толкования: знал человек или нет. В Канаде
таким понятием является «оценка», которая подразумевает больше,
чем простое знание. Если обвиняемый лишен защиты на основании
ст.16 УК Канады, он должен на момент совершения преступления
быть способным оценить действия и последствия341, хотя в деле
Барньер судья инструктировал присяжных, что термины «оценивающий» и «знающий» одно и то же, Верховный суд Канады с этим
не согласился. Понятие «знать» имеет позитивную окраску, требующую осведомленность или акт получения информации. «Оценка» – это следующая ступень умственного процесса, требующая
анализа полученного знания или соответствующего опыта»342.
Рассматривая понятия «природа» и «свойства», следует указать,
что несмотря на то, что данные термины довольно часто указываются совместно, это понятия не идентичные. Природа – это физический характер акта, тогда как свойства – это физические последствия, которые вытекают из этого343.
В деле Симпсона судья Мартин указал, что заболевание можно
определить как умственное, доказав, что такой человек не может понять свойства преступления. Исключение составляют лица, которые
340
Report of the Royal Commission on the Law of Insanity as a Defense in Criminal Case. – URL :
http://www.lareau-legal.ca/chronologie_.html
341
R.v. O’Brien. – URL : http://scc.lexum.org/en/2011/2011scc29/2011scc29.html
342
Manning, М., Sankoff Р. Указ. соч. – P. 421.
343
Roach K. Essentials of Canadian law Criminal law. – 2nd ed. – Toronto : Irwin Law, 2000. –
Р. 224–226.
128 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
имеют необходимое понимание природы и последствий действий,
но не имеют чувства вины за то, что они совершили, если такой недостаток чувств происходит из-за умственных заболеваний344. В деле Кэлдсон Верховный суд Канады, поддержав доводы в деле
Симпсона, указал: «Если лицо имело оценочное знание об ударе
камнем, что это может вызвать смерть или причинение вреда здоровью, независимо от его эмоционального состояния, независимо от
эмоциональной оценки последствий, физическая природа действия
не изменяется»345. В данном деле обвиняемый страдал от заболевания, известного как гипомания, и был способен оценить свои действия, осознавал, что действия по импорту наркотиков были неправомерными, но полагал, что был защищен от наказания внешней силой. И хотя его оправдание было поддержано Апелляционным судом, Верховный суд Канады постановил, что признание обвиняемого невменяемым не соответствует критериям ст. 16 УК Канады.
«Его иллюзия, которая лишила его возможности оценивать природу
и свойства преступления, относится к mens rea, но оценка самих
санкций не входит в понятие mens rea самого преступления, и mens
rea не имеет ничего общего с ответственностью. Это доказывает,
что природа и свойство деяния отличны от юридических последствий, которые могут наступить при совершении преступления»346.
Определенную проблему на практике представляет установленное в законе понятие неправильного (wrong) действия. Оно может означать просто «незаконно или злостно», а также действие, запрещенное другими нормами. В деле Макнатена указывалось, что если обвиняемый осознавал, что действия, которые он совершил, совершать бы
не должен, или если действие в то же время противоречило закону
страны, лицо подлежит наказанию. Если же действие не противоречит
закону, лицо не подлежит наказанию и до рассмотрения дела. В деле
Шварца судья Мартланд пришел к выводу: «понятие “неправильно”,
употребляемое в контексте ст.16 (2) УК Канады, означает юридически
«неправильно», или противоречащее закону. Обвиняемый должен
просто осознавать, что совершаемый им поступок противоправен. Он
опирался на мнение Лорда Ризинга в английском деле Кодера, где
указывалось, что «сложность представляет толкование слов, осозна 344
Simpson R. V. – URL : http://scc.lexum.org/en/1988/1988scr1-3/1988scr1-3.pdf
345
Kjeldsen v. The Queen (1981). – URL : http://scc.lexum.org/en/1981/1981scr2-617/1981scr2617.html
346
Zinger I., Forth A. E. Psychopathy and Canadian Criminal Proceedings: The Potential for
Human Rights Abuses // Canadian Journal of Criminology. – 1998. – Vol. 40. – P. 237–276; Manning М., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc. – 2009. – P. 423.
129 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вал, что делал то, что делать был не должен»347. Анализируя дело
Макнатена, можно заключить, что если деяние наказуемо, то оно и
было тем действием, которое нельзя совершать. Можно указать, что
судьи указывали на необходимость установления двух критериев:
деяние должно противоречить закону, и обвиняемый должен осознавать, что деяние неправильно. Они подразумевали под осознанием не
само осознание, а факт, что он не должен был это совершать348. Судья
Мартленд считал, что поведение можно считать неправильным, если
оно выходит за пределы стандартного: «Совершение преступления,
обладающего признаком противоправности, должно осознаваться с
точки зрения разумного человека»349. Противоположная точка зрения была высказана судьей Диксоном при рассмотрении Верховным
судом Канады дела Челка. Верховный суд отверг решение по делу
Шварца и постановил, что термин «неправильный» должен пониматься как «неправильно с точки зрения морали». И с этой точки
зрения при рассмотрении дела Шварца ответственность должна налагаться на человека, который по причине умственного заболевания
был способен понять, что совершенное действие было неверным с
точки зрения норм поведения в обществе, даже если он (или она)
осознавал, что совершал преступление350. Это был достаточно широкий поход к уголовной ответственности. В то же время судья Ламер пришел к необходимости строгого толкования: «Интерпретация
ст. 16 УК Канады о том, что можно выдвинуть защиту лица, которое
знало, что оно совершает преступления, но было не способно осознать, что это противоречит морали – не будет служить «лазейкой»
для моральных нарушителей, так как:
1) неспособность осознавать нормы морали должна быть связана с умственными заболеваниями, иначе уголовной ответственности избежать нельзя;
2) неправильный с точки зрения морали – это не то, что должно осуждаться с точки зрения личных стандартов нарушителя, а с
точки зрения осведомленности, что общество рассматривает это
действие как неправильное. Обвиняемый не должен получить преимущества подмены морального закона общества своими нормами.
Он будет иметь защиту, если он не способен понять, что совершаемые действия неправильны с точки зрения моральных норм здравомыслящих членов общества»351.
347
R. v. Schawartz. – URL : http://scc.lexum.org/en/1988/1988scr2-443/1988scr2-443.html
348
См. : Manning, М., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Canada Inc, 2009. – P. 425.
349
R. v. Schawartz. – URL : http://scc.lexum.org/en/1988/1988scr2-443/1988scr2-443.html
350
R. v. Chaulk. – URL : http://scc.lexum.org/en/1990/1990scr3-1303/1990scr3-1303.html
351
R. v. Chaulk. Там же.
130 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Определенной проблемой возможности защиты со ссылкой на
состояние невменяемости служит теория непреодолимого импульса
(состояние аффекта). В ранних положениях УК Канады можно
встретить утверждение, что совершение поступка под непреодолимым импульсом не могло служить защитой. В 1908 г. судья Риддл,
обращаясь к присяжным в деле Крейгтона, указал, что: «В соответствии с законом, если человек при совершении действия способен
оценить качество поступка, так как не страдает психическим заболеванием, способен оценить противоправность деяния и, следовательно, должен нести ответственность. Закон указывает лицу, который утверждает, что находился в состоянии непреодолимого импульса: «Если Вы не способны противостоять импульсу, то мы повесим петлю, и, возможно, это Вам поможет»352.
Четыре года спустя судья Риддл вновь рассмотрел дело об убийстве, где защита обвиняемого была связана с тем, что он находился в
состоянии невменяемости, возникшей из-за потери способности противиться непреодолимому импульсу убить. В данном деле он указал:
«Не должно человека оправдывать состояние невменяемости за исключением, когда лицо не способно было определить качество действия и не способно было понять, что действие неправильно. Дело
здесь не в законе, и, как утверждается в уголовных кодексах некоторых стран, если невменяемый человек способен оценить природу и
качество деяния и знал о запрещенности законом, все же имеет место
защита в виде непреодолимого импульса, которому лицо не может
противостоять. Я считаю, что недостаточно для подсудимого доказать, что он потерял силу сопротивляться, силу, дающую ему совершить то, что он считает неправильным»353.
В настоящее время правоприменители полагают, что не следует
понимать, что в случае, где были найдены доказательства непреодолимого импульса, – это симптом мозга, и что он влияет на способность осознавать природу и свойства деяния или того, что деяние
лица неправильно; обязанностью суда будет рассмотрение этого так
же, как и любого другого доказательства в суде. Это доказательство
имеет отношение к определению, был ли обвиняемый способен оценить природу и свойства деяния. Статья 16 УК Канады устанавливает, что человек не может быть признан невменяемым, если он только
не оценивал природу совершенного деяния. Человек, действующий
под непреодолимым импульсом, может иметь знание о природе
352
Manning М., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc, 2009. – P. 428.
353
R. v. Jessamine (1912), 19 C.C.C. – URL : http://scc.lexum.org/en/1976/1977scr1-673/1977scr1673.html
131 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
и свойстве деяния, но недооценивает их; человек может знать о качестве деяния, не предусматривая и не соизмеряя последствий.
Следует указать, что основное правило, выработанное судами, заключается в том, что непреодолимый импульс не является основанием
для защиты. Предметом разбирательства является не установление того, действовал ли обвиняемый под воздействием импульса, а того –
был ли он не в состоянии оценить природу и качество деяния из-за
умственного заболевания. Лицо, совершающее преступление при непреодолимом умысле, может страдать психическим заболеванием, и
тогда это будет являться основанием для защиты.
Как указывалось ранее, на Корону возлагается доказательство
наличия actus reus, причем поведение лица при этом должно быть
волимым. Обвиняемый при уменьшенной вменяемости, ущемленном сознании действует неволимо и подлежит оправданию. Доказательство физического принуждения не вызывает трудности, но достаточно сложно доказать неволимое поведение, которое является
результатом психического принуждения обвиняемого, где поведение не столько вынуждаемое, сколько нежелаемое.
В деле Кузака Верховный суд Канады указал на различие между невменяемостью и вменяемым автоматизмом: это различие между «богом и свободой». Защита, основанием которой является умственное нездоровье, предполагает, что невменяемость может повлечь
за собой состояние автоматизма. Обвиняемый мог не подлежать
уголовной ответственности только на основании умственного расстройства354. Особую трудность представляет рассмотрение дел, где
обстоятельства приводят к тому, что лицо не в полной мере осознает преступность деяния. В деле Робей основаниями для защиты
явился тот факт, что во время нападения он не сознавал природу и
свойство деяния; за день до этого получил письмо от женщины, которую любил, где она указала, что он был не столь хорош по сравнению с другим мужчиной. Он ударил ее камнем и стал душить.
Психиатр, вызванный защитой, показал, что письмо вызвало шок, и
встреча запустила диссоциативный механизм. Однако неопровержимой уликой было то, что, кроме незрелости и недостатка опыта,
у обвиняемого не было умственного заболевания355.
Отличие между невменяемостью и автоматизмом, по мнению
Верховного суда, следует проводить в следующем ключе: это разде 354
R. v. Cusack (1971) P.E.I.J. – См. : Manning M., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto :
Canada Inc, 2009. – P. 456.
355
R. v. Rabey (1977) ?40 C.R.N.S.46. См. : Stuart D., Delisle R. J., Cougnan S. Learning Canadian
Criminal Law. – Toronto : Carswell, 2009. – P. 769–783.
132 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ление между плохим функционированием мозга, являющимся результатом наличествующего состояния обвиняемого, происходящего по
причине психологического или эмоционального состояния или по
причине органической патологии и плохого функционирования мозга,
являющегося состоянием в результате специфических факторов (таким, как сотрясение). Любое функционирование мозга или умственное заболевание, являющееся результатом имеющегося состояния,
может считаться заболеванием, если оно не дает обвиняемому осознать, что он делает, но приходящее расстройство, вызванное факторами, не подпадает под концепцию заболеваний.
Судья Верховного суда М. Бастараш признал возможность защиты в деле Паркса, включая тот факт, что внутреннее состояние не обязывало обвиняемого действовать, и вопрос, страдал ли он психическим заболеванием, являлся вопросом факта и права. Указанные Бастарашем обстоятельства были подтверждены Канадской психиатрической ассоциацией, которая указала, что с точки зрения медицины автоматизм – это состояние умственного нездоровья. Хотя Бастараш
осознавал различие медицинского и юридического критерия, он начал
рассмотрение дела с утверждения, что в исключительных случаях автоматизм не является заболеванием. И там, где автоматизм объясняется результатом психического состояния, Бастараш придерживается
позиции в деле Рабей. Реакция подсудимого должна оцениваться с
точки зрения сходных поведений индивида. Принцип сравнения состоит в том, чтобы определить, может ли разумный человек отреагировать на внешнюю ситуацию, войдя в состояние автоматизма так,
как по заявлению это случилось с подсудимым. В случаях, рассматривающих автоматизм, вызванный психическим принуждением, понадобятся доказательства чрезмерно шокирующей ситуации, при которой необходимо доказать, что разумный человек не смог бы войти в
нормальное состояние, как заявил обвиняемый356.
К проблеме вменяемости примыкает вопрос об уголовной ответственности за преступление, совершенное в состоянии алкогольного опьянения357. Старое английское право, оказавшее существенное
влияние на право Канады, рассматривало опьянение в качестве обстоятельства, отягчающего вину по делам о преступлениях, пред 356
R. v. Parks (1992) 2 S.C.R.871. См. : Stuart D., Delisle R. J., Cougnan S. Learning Canadian
Criminal Law. – Toronto : Carswell, 2009. – P.783–801.
357
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 160.
133 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
расположение к которым вызвано опьянением358. Рассматривая проблемы опьянения, Бекк и Паркер указывают, что если в 1940-х гг. не
уделялось должного внимания психиатрами на оказание влияния алкоголя на личность (изменение волевых способностей, эмоций и индивидуальных характеристик), то после 1962 г. произошли изменения, когда
появилось достаточно много исследований, касающихся влияния алкоголя на поведение лица359. Сложность оценки состояния опьянения заключалась в том, что лицо, привлекаемое к ответственности, указывало, что не сознавало преступного деяния вследствие нахождения в состоянии опьянения или не совершило бы деяния, если бы не находилось в состоянии опьянения. Как указывает Г. А. Есаков, «исторически
в семье общего права господствует подход, согласно которому опьянение не исключает уголовной ответственности (Шотландия, Американские штаты), однако в ряде стран (Англия, Австралийские штаты, Канада) опьянение может смягчить ответственность лица»360. Классическим примером выделения принципов при привлечении к уголовной
ответственности лица, находящегося в состоянии опьянения, является
дело Берда, рассмотренное Палатой лордов. Обвиняемый совершил
убийство девушки, задушив ее, утверждая при этом, что не причинил
бы ей вреда, если бы не был в состоянии алкогольного опьянения.
Анализ состояния опьянения и его влияние на вину обвиняемого привел к формулировке следующих трех основных положений:
1. Невменяемость, являющаяся результатом опьянения, является защитой при обвинении лица… Закон невзирает на причины невменяемости. Если установлена невменяемость, которая явилась результатом алкогольного эксцесса, она рассматривается как ответ на
обвинение так же, как и в случае невменяемости, вызванной другими причинами.
2. Опьянение, которое доказывает, что обвиняемый был не способен сформировать намерение, необходимое для преступления,
должно быть принято во внимание наряду с другими факторами,
рассматриваемыми для выяснения наличия намерения.
3. Свидетельство опьянения не подтверждает неспособности обвиняемого формировать намерение, необходимое для совершения пре 358
Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 41.
359
Beck S. M., Parker G. E. The intoxicated offender– a problem or responsibility // Canadian Bar
Review. – 1966. – № 44. – P. 570–573.
360
Есаков Г. А. Учение о преступлении в странах семьи общего права : автореф. дис. …
д-ра юрид. наук. – М., 2007. – С. 36.
134 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ступления, а устанавливает, что в состоянии опьянения он с большей
легкостью позволил себе насильственные действия и не опровергает
того, что этот человек осознавал последствия своих действий361.
В Канаде при наличии опьянения применяется концепция преступлений с «общим» и «специальным» намерением. Классическим
примером преступления с общим намерением, приведшим к реформированию уголовного законодательства Канады, является дело Дэвэлта: обвиняемый, который являлся хроническим алкоголиком,
пришел в гости к женщине-инвалиду (в инвалидной коляске) 65 лет,
выпил с ней спиртные напитки и ночью изнасиловал ее. Обвиняемый
указал, что в тот вечер выпил большое количество алкоголя еще до
прихода в дом обвиняемой и не помнил, что с ним произошло, и отрицал сексуальные домогательства в отношении потерпевшей. Эксперт, дававший показания в суде, указал, что у обвиняемого была такая степень опьянения, при которой он не мог осознавать характер
совершаемых действий, потерял связь с реальностью, мозг его не мог
нормально функционировать, и вполне вероятно, что он не помнил
происходящих с ним событий. Учитывая вышеизложенное, суд вынес оправдательный приговор обвиняемому. Однако квебекский
Апелляционный суд вынес обвинительный приговор в отношении
обвиняемого. Перед судьями Верховного суда Канады встал вопрос:
был ли обвиняемый в состоянии алкогольного опьянения, которое бы
доказывало, что он действовал при автоматизме либо при психическом заболевании, как это определено в ст. 116 УК Канады, где необходимо было доказать не специальное, а общее намерение. Верховный суд постановил (6 голосами против 3), что отсутствие защиты
при совершении преступления с общим намерением в результате
сильной алкогольной интоксикации, которая идентична автоматизму
или состоянию психического расстройства, нарушает ст. 7 и 11 (d)
Хартии прав и свобод, в связи с чем приговор Апелляционного суда
был отменен, а дело направлено на новое рассмотрение362. Данное
дело вызвало широкий общественный резонанс, где судебную систему обвиняли в предвзятом отношении к женщинам и осуждали толкование данного происшествия как просто «трагического случая»363.
361
Manning М., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc, 2009. – P. 382–383.
362
R. v. Daviault. – URL : http://scc.lexum.org/en/1994/1994scr3-63/1994scr3-63.html
363
«Drinking Ruled a Rape Defence, Feminists Outraged at Supreme Court Decision».
The Toronto Star (1 October 1994). A1; Criminal Defence of Drunkenness an Offence to Reason. The
Vancouver Sun (5 October 1994) A10. R. Blassnig, «Canada’s Courts Debate Criminal Intoxication» The
Buffalo News (9 October 1994) 12; C.H. Farnsworth, «Use of Drunkenness Defense Prompts Outrage in
Canada» The Houston Chronicle (13 November 1994) A38; C.H. Farnsworth, «Women in Canada Upset
by Court Rulings on Drunkenness» The New York Times (10 November 1994) A7; «Canada Women
Irked Over Drunkenness as Defense» The Phoenix Gazette (10 November 1994) A2; and, S.Delacourt,
«Novel Defenses Put System on Trial» The Tampa Tribune (20 November 1994) 10. 135 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Парламент Канады для того, чтобы урегулировать волнения в обществе, поспешно принял поправки, и в 1995 г. принял Билль – 72, вводивший нормы, регламентирующие ответственность за добровольное
поведение лица в состоянии алкогольного опьянения. Статья 33.1
УК Канады устанавливает:
1. Не является основанием защиты от обвинения в преступлении, упомянутом в части (3), то, что у обвиняемого вследствие добровольной интоксикации отсутствовал умысел или свобода воли,
требующиеся для совершения данного преступления, и при этом
поведение обвиняемого существенно отклонялось от стандарта осмотрительности, описанного в части (2).
2. Во исполнение целей этой статьи, лицо считается существенно
отклоняющимся от стандарта разумной осмотрительности, общепризнанного в канадском обществе, и таким образом совершающим виновное преступление, когда данное лицо, пребывая в состоянии добровольной интоксикации, лишающей его возможности осознавать или
сознательно контролировать свое поведение, добровольно или непреднамеренно посягает на телесную неприкосновенность другого лица.
3. Данная статья применяется к преступлению, предусмотренному в данном Акте или любом другом Акте Парламента, которое
включает в качестве одного из элементов нападение или любое другое посягательство или угрозу посягательства одного лица на телесную неприкосновенность другого лица.
Как указывает Изабелл Грант, важным явилось при принятии поправок (учитывая что 90 процентов насилия совершается в отношении
женщин) указание на два фактора при принятии Билля – 72:
1. В то время, как парламент Канады признает факты насилия, в
частности виктимное положение женщин и детей в обществе, и признает права женщин и детей на личную неприкосновенность и равную защиту, гарантированную статьями 7, 15, 28 канадской Хартии
прав и свобод.
2. В то время, как Парламент Канады признает, что существует
связь между насилием и опьянением и обеспокоен, что добровольное
опьянение может быть использовано в качестве социальной и юридической защиты, в частности в отношении женщин и детей…364
Таким образом, ответственность за преступления, совершенные
в состоянии алкогольного или наркотического опьянения при общем намерении, разрешаются на основе ст. 33.1 УК Канады. Что касается преступлений со специальным намерением, то обстоятельство опьянения считается частично извиняющим обстоятельством, так
364
Grant I. Second Chances : Bill C-72 and Charter // Osgoode Hall Law Journal. – 1996. –
Vol. 33. – No. 2. – P. 380–395.
136 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
как обвиняемый не обладает таким намерением (например намерением причинить смерть, требуемым для тяжкого убийства), хотя и
действовал с соответствующим общим намерением, достаточным
для образования меньшего по тяжести преступления (в данном примере простого убийства)365. При этом Верховный суд Канады разработал следующие критерии:
1. Обсуждение интоксикации в целом и того факта, что интоксикация заставляет человека действовать таким образом, каким он
не повел бы себя, не является защитой.
2. Бремя доказывания Короны намерения и факта, что присяжные должны рассматривать потребление алкоголя или наркотиков
наряду с другими факторами, при решении вопроса о наличии намерения, требуемого для привлечения к ответственности.
3. Инструкция о том, что алкоголь и наркотики не могут отрицать намерения, требуемого для преступлений с «общим» намерением, и что если после принятия во внимание свидетельства интоксикации у присяжных останутся обоснованные сомнения в отношении намерения – это должно освободить лицо от ответственности за
совершение преступления со специальным намерением и сохраняет
обвинение лица в общем намерении366.
В деле Сеймура Верховный суд Канады указал, что люди способны предвидеть свои действия, и присяжные должны принять во
внимание свидетельства приема наркотиков или алкоголя при решении, будет ли возможным прийти к заключению, что обвиняемый намеренно достиг последствий367. Для того, чтобы должным образом
оценить проблему опьянения при правоприменении, судья Бастараш
в 2007 г. при рассмотрении дела R. v. Daley ввел новые термины для
определения различной степени опьянения, которые могут служить
защитами. Он выделил три вида опьянения:
1. «Легкое» (mild) опьянение: при этом нет оснований для защиты обвиняемого.
2. «Защищающее» (advanced) опьянение: при этом возможна защита только в преступлениях, совершенных со специальным намерением.
3. Чрезмерное (extreme) опьянение: при этом лицо освобождается от уголовной ответственности, так как данная степень опьянения идентична автоматизму, действие при этом неволимо. Однако
365
Есаков Г. А. Указ. соч. – С. 36.
366
R. v. Robinson // Manning, Mewett&Sankoff. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc,
2009. – P. 405.
367
R. v. Seymour. – URL : 06.55.87.148/en/ca/scc/doc/1996/1996canlii201/1996canlii201.pdf
137 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
данная защита ограничена положениями ст. 33.1 УК Канады в отношении насильственных преступлений368.
Следует согласиться с мнением Г. А. Есакова, утверждающего
что схема, основанная на различении в связи с опьянением преступлений с «общим» или «специальным» намерением, является, очевидно, компромиссной: с одной стороны, моральная виновность пьяного,
очевидно, меньше виновности трезвого, но, с другой стороны, поведение употребившего алкоголь во всяком случае безнравственно369. Таким образом, следует указать, что по сравнению с Великобританией
(где основой привлечения является прецедентное право) и США (ответственность различается в зависимости от штата) Канада опирается
на специальные нормы, установленные в УК Канады, позволяющие
дифференцировать ответственность, исходя из степени опьянения лица, преступлений и стандартов осмотрительности разумного человека.
2.3. Соучастие в преступлении
Соучастие является одним из важнейших институтов уголовного
права и в то же время наиболее сложным в рамках правоприменения.
Учение о соучастии в общем праве восходит к XVII–XVIII вв., когда
на основе более ранней практики и прецедентов предшествующих
столетий в доктринальных трудах постепенно выстраивается достаточно стройная и четкая концепция ответственности нескольких лиц
за совместно совершенное преступление370. Исторически сложилась
определенная система соучастия, которая включала исполнителей и
их соучастников до и после факта совершения преступления.
По общему праву под исполнителем первой степени понимался
главный виновник преступления, т.е. лицо, в преступном намерении
которого заключена последняя заслуживающая порицания психическая причина преступного деяния371. Исполнителем второй степени
по общему праву являлось лицо, действия которого охватывались
понятиями пособничества (aiding) и подстрекательства (abetting) в
момент совершения фелонии. Для того чтобы стать «aider» или
«abettor», лицо должно словами или делом проявить известную активность с целью подстрекнуть исполнителя или исполнителей к совершению преступления. Однако в ряде случаев под выражением
368
R. v. Daley // Stuart D., Delisle R. J., Cougnan S. Learning Canadian Criminal Law. – Toronto :
Carswell, 2009. – P. 865–866.
369
Есаков Г. А. Указ. соч. – С. 36.
370
Есаков Г. А. Там же. – С. 234.
371
Кенни К. Основы уголовного права. – М., 1949. – С. 92.
138 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«aiding and abetting» английское право иногда понимает пособничество или способствование372. Пособники делились на два вида: пособники до совершения преступления, которые помощью или советами содействовали одному или нескольким лицам в совершении
преступления, и пособники после факта совершения преступления,
при котором лицо, зная о совершении фелонии, активно помогало
преступнику, предоставляя убежище или оказывая другую помощь,
укрывая лицо от правосудия. В «Дигестах по уголовному праву»
Джеймса Ф. Стифена в разделе IV рассматриваются нормы, регламентирующие соучастие. В статье 35 дается определение соучастникам первой степени: «Всякий, кто непосредственно совершает или
принимает участие в совершении преступления, является соучастником первой степени, независимо от того, находился он на месте совершения преступления или нет; и если часть преступления совершена в одном месте и часть в другом, каждый, кто совершает любую
часть этого преступления в любом месте, является исполнителем первой степени». В статье 36 указано, что «каждый, кто совершает преступление путем использования невиновного агента, является соучастником первой степени»373. Следует указать, что Д. Стифен каждую норму
проиллюстрировал примерами, рассмотрев при этом возможные случаи совместного участия в совершении преступления. В статье 37 указано, что соучастником второй степени является «… каждый, кто осуществляет пособничество и подстрекательство к совершению преступления в месте, где совершается преступление, или в другом месте».
В настоящее время в Канаде деление соучастников на исполнителей первой и второй степени устранено, и соучастники классифицируются как стороны преступления. Особая роль каждого из соучастников учитывается при назначении наказания, и несмотря на эволюцию положений о соучастии, термины общего права применяются при
регламентации норм о соучастии сегодня. Согласно ст. 21 УК Канады:
любой считается соучастником преступления, кто:
а) действительно его совершает;
b) совершает действие или бездействие в целях пособничества
его совершению;
c) подстрекает лицо к его совершению.
В части 2 ст. 21 УК Канады дается определение соучастников:
«В случае, когда два или более лица формируют сообща умысел на
достижение противоправной цели и оказания помощи друг другу
372
Кантимир А. И. Регламентация института соучастия по законодательству европейских государств // Общество и право. – 2009. – № 2.
373
Stephen, J. F. A Digest of the Criminal law (crimes and punishment). – 4th ed. – London :
Macmillan, 1887.
139 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
в этом, и один из них для достижения общей цели совершает преступление, то каждый из них, кто знал или должен был знать, что совершение преступления будет одним из возможных последствий реализации
этой общей цели, является соучастником».
Из этого определения можно заключить, что соучастие в Канаде обладает рядом признаков. Объективными признаками соучастия
являются: во-первых, совершение преступления двумя или более
лицами; во-вторых, совместность действий соучастников – помощь
соучастников друг другу. Первый признак означает, что соучастие в
преступлении возможно лишь при совместной деятельности двух
или более лиц. Как и в российском законодательстве, в Канаде соучастники преступления (если это физические лица) должны достигнуть возраста привлечения к уголовной ответственности и быть
вменяемыми. Действия лица, совершающего actus reus преступления без требуемой правом mens rea или могущего сослаться на какое-либо основание защиты в свое оправдание (так называемого невиновного агента), вменяются тому соучастнику, который инициировал совершение преступления, так что последний de iure становится исполнителем преступления374. Использование невиновного
агента возможно в следующих случаях:
1) агент не способен осознавать природу и свойства совершаемого деяния, так как он невменяемый или в силу малолетства;
2) агент, по определенной причине или в определенной ситуации, вынужден участвовать в преступлении, не осознавая, что он
совершает преступление.
Доктрина невиновного агента в Канаде трактуется на основании дела Пинкстона, рассмотренного Верховным судом Австралии:
«Доктрина предписывает, что человек, который не принимал участия в преступлении, привлекается к уголовной ответственности.
Доктрина известна как “правило необходимости” Фостера, Право
Короны (1762). Он указал, что ответственность вторичной стороны
зависит от участия соучастника первой степени и в обстоятельствах,
где действие нарушителя было запрещено, но ответственность не
наступила из-за отсутствия mens rea, иначе жесткая логика привела
бы к тому, что человек, который заставлял невиновного агента совершить преступление, избежал бы ответственности»375. Как правило, при использовании невиновного агента в совершении преступления вовлекаются малолетние дети (до 12 лет) и невменяемые.
374
Есаков Г. А., Крылова Н. Е., Серебренникова А. В. Уголовное право зарубежных
стран. – М. : Проспект, 2008. – С. 239.
375
Manning M., .Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc, 2009. – P. 249.
140 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Особую сложность представляет использование невиновного
агента при неосознании им, что он совершает преступление. Это
можно проиллюстрировать на примере дела Берриман, где обвиняемая был нанята в офис и осуществила подделку паспорта, приняв для оформления паспорта подложные документы. Суд первой
инстанции не признал обвиняемую виновной, так как она не изготавливала паспорта, а только принимала документы; паспорта изготавливались другим лицом. Однако Апелляционный суд Британской
Колумбии вновь выдвинул обвинения. Судья Вуд (Wood) указал,
что Парламент включил в ст. 21 (1) (а) в закон «в действительности
совершает это, – как было указано в редакции 1892 г., – когда человек, который совершал преступления с помощью инструмента
(агента), чьи действия он регулирует, в действительности сам становился исполнителем преступления. Обвиняемая не могла быть
обвинена как подстрекатель или организатор. Основой обвинения
послужило то, что она являлась соучастником первой степени в соответствии со ст. 21 (1) (а)»376. Проанализировав судебную практику, следует указать, что основными проблемами доктрины невиновного агента в Канаде в настоящее время являются:
1. Доктрина не всегда эффективна в делах, где имеет место принуждение. Когда одно лицо вынуждает другого сделать что-то, то
второе лицо не является невиновным агентом. И хотя человек может действовать в соответствии с причиной, оправдывающей его
(при защите), но общее право основывается на том, что лицо имеет
право выбора при совершении деяния (человек не механизм, не робот). Таким образом, лицо, которое принуждают к совершению преступления, будет виновно как соучастник.
2. Может ли невиновный агент использоваться при совершении
преступлений со строгой ответственностью. Общее право дает отрицательный ответ на этот вопрос. В преступлениях со строгой ответственностью не требуется доказательства mens rea377.
При рассмотрении института соучастия необходимо отметить,
что в правоприменительной практике имеют место случаи привлечения к ответственности на основании теории субститутивной (замещающей) ответственности378. Как указывает Г. А. Есаков, теория
376
R. v. Berryman // Watt D., Fuerst M. Tremeear’s Criminal Code Toronto. – Toronto : Carswell,
2002. – P. 61.
377
Taylor R. Procuring, Causation, Innocent Agency and the Law Commission // Criminal Law Review. – 2008. – January. – P. 32–50.
378
Доктрина субститутивной ответственности рассматривает возможность привлечения к ответственности: 1) работодателя за действия работников; 2) ответственность соучастников; 3) ответственность родителей за поведение детей; 4) ответственность юридических лиц; 5) ответственность
религиозных объединений.
141 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
субститутивной ответственности (суммированно выражаемая максимой respondeant superior – «пусть отвечает вышестоящий») в основном
распространена в американской практике, тогда как в иных странах
семьи общего права ее действие исключительно379. Одним из первых
дел, где была установлена субститутивная ответственность в Канаде, явилось дело Allen v. Whitehead (1930), где обвиняемый, который
был совладельцем кафе, нанял менеджера, чтобы управлять кафе380.
Преступление состояло в том, что, обладая достаточной информацией,
владелец разрешил проституткам встречаться в кафе (т.е. в кафе был
некий притон). В свое оправдание владелец говорил, что указывал менеджеру, чтобы тот запрещал им собираться в кафе, но менеджер его
не послушал. Судом было установлено, что подсудимый был виновен
«в знании, что было дано такое разрешение на сбор проституток».
К преступлению мог быть причастен менеджер, однако, по мнению
суда, делегировав управление кафе менеджеру, владелец стал ответствен за нарушение этих полномочий381.
Субститутивная ответственность предполагает делегирование
полномочий для того, чтобы подчеркнуть тот факт, что один человек – исполнитель – действует от другого лица работодателя, и этого факта достаточно, чтобы возложить на работодателя или соучастника замещающую ответственность. В Канаде принцип субститутивной ответственности часто критикуется научным сообществом382.
В деле Хавинда Тавернс ЛТД (Hawinda Taverns L. t. d) обвиняемый
был держателем лицензии на продажу алкоголя в провинции Онтарио,
в соответствии с которой считалось нарушением нахождение в его заведении лиц моложе 21 года. Официант заведения обслужил несовершеннолетнего и позволил ему находиться в заведении. При рассмотрении данного дела было установлено отсутствие доказательства
того, что официанту было дано правомочие осуществлять продажу
алкогольной продукции несовершеннолетнему, вследствие чего владельца не признали ответственным за преступление. При рассмотре 379
Есаков Г. А. Учение о преступлении в странах семьи общего права : автореф. дис. …
д-ра юрид. наук. – М., 2007. – С. 30.
380
Следует упомянуть, что еще в 1730 г. при рассмотрении дела Хаггинса (Huggins) смотритель тюрьмы был обвинен в преступлении, которое совершил тюремный надзиратель. Однако суд
отверг данные обвинения, так как смотритель не отдавал никаких приказов, не содействовал и не
предпринимал чего-либо, чтобы его можно было обвинить в убийстве.
381
Manning M., Sankoff Р. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc., 2009. – P. 273.
382
Wagner W. New Media Defamation and the Doctrine of Vicarious Liability: Does Canadian Law Force News Media Organizations to be «Net Nannies»? // Bulletin MLRC. – 2009. –
N 3. – P. 217–231; Ataner А. How Strict is Vicarious Liability? Reassessing the Enterprise Risk Theory //
University of Toronto, Faculty of Law Review 63. – 2006. – P. 63–85; Neyers J. W. A Theory of Vicarious
Liability. – URL: http://www.ucc.ie/law/odg/attachments/ NEYERS_(Theory_of_VL).pdf
142 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нии субститутивной ответственности при соучастии следует указать
на две разновидности преступных деяний:
1) замещающая ответственность имеет место тогда, когда человек, осуществляющий бизнес (работодатель), поручает контроль за
этим бизнесом кому-либо, и последний, в свою очередь, совершает
преступление в рамках данных ему полномочий. В этих случаях
проблема заключается в том, чтобы судом был найден статут, налагающий субститутивную ответственность. Это предполагает исследование природы преступления, цели статута.
2) замещающая ответственность имеет место в случаях, когда
лицо является собственником транспортного средства и при этом на
него возлагаются обязанности в соответствии (как правило) с провинциальными статутами. Владелец ответствен за нарушение провинциальных статутов, если даже он (или она) не был или не мог
управлять транспортным средством при совершении преступления.
Например, раздел 207 Акта движения по скоростной магистрали
(Highway Traffic Act) провинции Онтарио устанавливает: «Владелец
транспортного средства виновен в совершении преступления в соответствии с этим актом или любым другим муниципальным законом о транспортных средствах, за который владелец транспортного
средства должен быть привлечен к ответственности, если только во
время совершения преступления транспортное средство находилось
во владении другого лица без согласия самого собственника»383.
Рассматривая объективные признаки соучастия, следует указать, что совместность означает, что действия каждого из соучастников направлены на совершение преступления, охватываемого общим умыслом. В статье 21 УК Канады указано, что соучастники
помогают друг другу в целях достижения противоправной цели.
Субъективные признаки заключаются в том, что соучастники имеют
общее намерение и противоправную цель, а также осознают, что их
совместная деятельность приведет к совершению преступления. Как
и в Англии, а также в США, в Канаде возможно соучастие в неосторожных преступлениях.
В основе выделения форм соучастия лежит характер участия
нескольких лиц в совершении преступления. В соответствии с нормами Уголовного кодекса Канады соучастников можно разделить:
1) на соисполнителей, 2) пособников, 3) подстрекателей, 4) лиц,
консультирующих совершение преступления. Лицо, которое так или
иначе помогает, консультирует или подстрекает к совершению пре 383
Highway Traffic Act R.S.O. 1990. H.8. – URL: http://www.e-laws.gov.on.ca/ html/ statutes/ english/ elaws_statutes_90h08_e.htm
143 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ступления, является соучастником преступления и виновен в том же
преступлении как лицо, которое фактически совершает преступление. Нет необходимости устанавливать при рассмотрении уголовного дела, является лицо виновным как исполнитель или как пособник, или как подстрекатель преступления384. В известном деле Колина Тетчера обвинитель указал, что обвиняемый был виновен в
убийстве в соответствии с альтернативной теорией, и неважно, что
он фактически делал: в действительности убил свою бывшую жену
или он помогал другим убить ее385.
Статья 21 (1) (b) устанавливает, что человек является соучастником, если он действует или бездействует, чтобы помочь другому
соучастнику. Как правило, закон в исключительных случаях наказывает за бездействие. На практике возникают сложности при установлении необходимости наказания за бездействие лица. В деле Кони, рассматриваемом в Англии, обвиняемый присутствовал на запрещенных боях и был обвинен и в пособничестве, и в подстрекательстве. Суд постановил, что само присутствие на боях без правил
само по себе не является доказательством намерения совершения
преступления, но там, где лицо заключает пари и выкрикивает фразы, давая советы, это квалифицируется как подстрекательство, и соответственно имеет место соучастие386. Большую сложность при
принятии законного обоснованного приговора представляло дело
Данлопа и Сильвестра, в котором один из обвиняемых утверждал,
что только принес пиво и не участвовал в изнасиловании. Судья инструктировал присяжных следующим образом: если вы найдете обвиняемого осведомленным, что совершалось преступление и намеренно бездействующим, что если бы он предпринял что-либо и это
предотвратило бы преступление, то человек должен быть признан
соучастником преступления. Верховный суд Канады указал, что само присутствие не может быть свидетельством помощи или подстрекательства, это является таковым, если наличествуют другие
факты: предварительное знание, что есть намерение совершить данное преступление и одобрение при совершении преступления387.
В этом случае обвиняемый был оправдан на основании того, что суд
384
Roach K. Essentials of Canadian law Criminal law. – 2nd ed. – Toronto : Irwin Law,
2000. – Р. 111.
385
R. v. Thatcher (1987) // Watt D., Fuerst M. Tremeear’s Criminal Code. – Toronto : Carswell, 2002.
– P. 61.
386
R. v. Coney. – URL: http://en.academic.ru/dic.nsf/enwiki/2034090
387
Dunlop and Sylvester v. The Queen. – URL: http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/
1979/1979canlii20/ 1979canlii20.html
144 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
не нашел доказательств того, что он оказывал помощь, подстрекал
или содействовал в совершении изнасилования молодой девушки.
Однако суды признают исключение из этого принципа в случае, где
лицо в силу специфической правовой обязанности должно было
предпринять конкретные действия. Если полицейский присутствовал
при избиении заключенного и не принимал участия в этом, он является ответственным за это, так как его обязывают действовать нормы
статута. Апелляционный суд Британской Колумбии постановил: бездействие там, где действовать лицо обязывает долг, приравнивается к
бездействию, в пособничестве и подстрекательстве388.
Необходимо указать, что ответственность за соучастие предусмотрена также в случаях, когда подстрекатели и пособники заранее
не обещали совершить преступления, но попустительствовали при
совершении преступления, из чего вытекала возможность совершения преступления иными соучастниками. Так, в деле Re S. (A.C.)
(1969) обвиняемые были осуждены за учинение препятствий и захвате компьютерного центра студентами. Хотя обвиняемые не принимали участия в сооружении баррикад, они обвинялись в содействии и подстрекательстве, поскольку важно было количество присутствующих человек, препятствующих посещению компьютерного
центра, и суд указал, что само их присутствие при захвате компьютерного центра составило actus reus преступления389. Аналогичный
случай был рассмотрен в 2006 г. Апелляционным судом Британской
Колумбии в деле Лая. Жертва была атакована толпой молодых людей в караоке-клубе, и в результате избиений наступила ее смерть.
Хотя некоторые обвиняемые не были соучастниками первой степени, а только среди прочих присутствовали в караоке-клубе, Апелляционный суд Британской Колумбии, основываясь на ст. 21 УК Канады, постановил: «Если обвиняемые были частью группы, вошли в
караоке-клуб, вели себя так, как описывают свидетели, то присяжные должны принять решение, при котором их присутствие свидетельствовало в пользу намеренности действий». Однако, как указывают М. Мэннинг и П. Санкофф, такие случаи представляют особую
проблему при принятии решения судами390.
Если обратиться к субъективному критерию подстрекательства
и пособничества, то следует указать, что ст. 21 (1) (b) УК Канады
388
R. v. Nixon // K. Roach / Essentials of Canadian Law. Criminal law. – 2nd ed. – Toronto :
Irwin Law, 2000. – Р. 113.
389
Manning M., Sankoff Р. Указ. соч. – P. 254.
390
Manning M., Sankoff Р. Там же.
145 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
устанавливает, что «соучастником признается тот, кто оказывает
содействие только в том случае, если действие осуществляется с целью оказания помощи соучастнику». Таким образом, лицо, которое
не осознает, что осуществляет содействие с целью совершения преступления, не может быть признано ответственным за совершение
преступления. При этом важно различать термины «мотив» и «намерение» и четко понимать, что при рассмотрении цели, указанной
в ст. 21 УК Канады, главным образом необходимо сосредоточить
внимание на намерении, а не на причине намерения. В деле Хиберта
обвиняемый оказывал содействие человеку, совершающему убийство третьего лица. Обвиняемый оспаривал факт привлечения его к
ответственности, указывая, что его вынуждали действовать путем
физического и психического принуждения, и он не мог действовать
с целью содействия совершению преступления. Однако Верховный
суд Канады постановил: «Хотя мотивом действия обвиняемого было
спасение жизни, но термины “мотив” и “цель” – не синонимы. Когда
человек действует по принуждению – это не означает, что у него нет
выбора, даже если бы его физически заставляли действовать. Это означает, что у лица нет лишь приемлемого выбора, то есть принуждение не исключает намерения»391. Однако достаточно сложным является определение того, что должен был сделать обвиняемый, чтобы
избежать ответственности. В качестве примера канадские юристы
приводят дело Бэйнбриджа, рассмотренное английским судом. В этом
деле обвиняемый предоставил оборудование, которое было использовано при похищении денежных средств из банка. Обвиняемый был
осужден как пособник до факта совершения преступления. Оспаривая это, обвиняемый указал, что его можно было бы привлечь к ответственности, если бы он знал, какое именно преступление пытаются совершить лица, которым он предоставил оборудование: какое отделение, какого банка, в какое время они хотят ограбить.
Однако суд отверг это, так как, по мнению суда, соучастник необязательно должен знать все подробности совершения преступления,
и достаточно было в этом случае знать в общем, что будет совершено противоправное деяние. Если обвиняемый знал, что он оказывает помощь для последующего ограбления банка, то не важно,
знал он или нет конкретное расположение банка392. Что касается
канадского подхода, то незнание законов не освобождает лицо от
ответственности, т.е. пособнику нет необходимости знать, что он
содействует именно совершению преступления, поскольку он знает
391
R. v. Hibbert (1995) S.C.J.No.63 // Watt D., Fuerst M. Tremeear’s Criminal Code. – Toronto :
Carswell, 2002. – P. 62.
392
R. v. Bainbridge. – URL: http://www.vanuatu.usp.ac.fj/courses/ la205_criminal_l aw_
and_procedure1/ cases/ R_v_Bainbridge.html
146 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сами обстоятельства совершения преступления. При этом в рамках
требований субъективной стороны, как указывают канадские исследователи, необходимо осознание или его эквивалент – умышленное
неведение, а просто неосторожности будет недостаточно для признания лица уголовно ответственным. Кент Роач, анализируя дело,
где обвиняемый совершил пособничество в подлоге, утверждал, что
его защитой явилось предположение лица, что никто не пострадает
от его действий. Судья, рассматривающий дело, инструктировал
присяжных, что лицо должно быть признано виновным в пособничестве, если знало о самом факте подлога или находилось в состоянии умышленного неведения. Обвиняемый был обвинен судом первой инстанции, но при апелляции было назначено новое рассмотрение на основании того, что субъективная сторона была выражена в
форме неосторожности. Судья Боринс утверждал о необходимости
более узкого подхода, и, цитируя профессора К. Роача, он утверждал, чем менее активна деятельность в преступлении, тем больше
причин требовать доказывания умышленных форм mens rea393.
Данная проблема была исследована в деле Киркнесса, где обвиняемый привлекался к ответственности за соучастие в убийстве394. Он
вместе с С. сговорился взломать и проникнуть в дом с целью кражи, а
С., войдя в квартиру, изнасиловал и задушил потерпевшую, хотя
Киркнесс пытался остановить его. Киркнесса обвинили в убийстве
первой степени. Верховный суд Канады постановил, что для того,
чтобы обвинить в убийстве, намерение должно быть достаточным основанием для ответственности, а именно: в деле, где обвиняемый содействует или подстрекает к убийству другое лицо, намерение, которое должно быть у подстрекающего с тем, чтобы быть основанием для
обвинения в убийстве, должно быть таким же, как у того, кто совершает убийство. Человек, содействующий или подстрекающий к совершению преступления, должен иметь намерение причинить вред,
который, вероятно, приведет к смерти, и быть безразличным по отношению к последствиям. И если намерения недостаточно для обвинения в убийстве, то эта сторона может быть обвинена, если он (или
она) знал, что противоправный акт, к которому он подстрекал, вероятно, приведет к смерти или к состоянию, близкому к смерти. Это не
было продемонстрировано в деле; таким образом, Киркнесс был оправдан. Данная точка зрения, указанная Верховным судом, вполне
очевидна, так как соответствует положению, что человек не может
обвиняться в убийстве, если у него не было предвидения последствий.
393
Manning M., Sankoff Р. Указ. соч. – P. 257–258.
394
R. v. Kirkness, Roach K. Essentials of Canadian Law. Criminal law. – 2nd ed. – Toronto :
Irwin Law., 2000. – Р. 113.
147 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Колвин и Аннанд такой подход суда назвали «вопиющей аномалиeй», говоря о том, что он превращает пособничество и подстрекательство в преступление с частичным mens rea при совершении
убийства395. Апелляционный суд Онтарио в деле Хелдсона указал:
«Мы не интерпретируем Джексона в его общем положении, что для
содействия или подстрекательства требуется доказательства mens
rea. Скорее, трактовка Джексона о необходимости mens rea применима исключительно к последствиям действия, а не самому факту
или обстоятельствам, которые повлекли совершение преступления.
Как мы понимаем Джексона, для того, чтобы установить наличие
уголовной ответственности за убийство, в качестве подстрекателя
или пособника, необходимо установить, что обвиняемый совершал
или не совершал что-либо с целью содействовать исполнителю совершения преступления, за которое он обвиняется, что указывает на
наличие actus reus для обвинения преступлении. В этой связи для
обвиняемого было бы необходимо знать об обстоятельствах или
фактах, которые составляли бы противоправные действия лица, совершающего его. В этом случае можно было бы сказать, что обвиняемый сделал и не сделал что-либо для наступления преступного
результата»396.
Очевидно, что соучастники преступления могут совершенно различным образом выстраивать конфигурацию собственного взаимодействия, устанавливать между собой различные по содержанию и по
прочности связи–отношения, могут иметь различную степень прикосновенности к исполнению объективной стороны преступления397. При
рассмотрении сложных форм соучастия следует указать, что организованная преступность представляет собой наиболее опасную форму
соучастия. В современных условиях качественного и количественного
роста организованной преступности уголовно-правовой институт организованного преступного объединения получил дальнейшее развитие и распространение398. Специальные нормы, определяющие понятие преступной организации и устанавливающие ответственность за
участие в ее деятельности, были внесены в УК Канады в 1997 г. Это
было связано с гангстергскими войнами, имеющими место в Квебеке.
Особую озабоченность вызвало противостояние двух преступных ор 395
Сolvin E., Anand S. Principles of Criminal Law. – 3d ed. – Toronto : Thomson, 2007. –
P. 571.
396
Manning M., Sankoff Р. Указ. соч. – P. 259–260.
397
Пудовочкин Ю. У. Указ. соч. – С. 215.
398
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 160, 199, 200.
148 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ганизаций байкеров: Ангелы Ада и Рок-Машины, в результате чего
погибло около тридцати человек, причем одним из погибших был
несовершеннолетний. 27–28 сентября 1996 г. в Оттаве прошел форум, в котором принимали участие полицейские, представители
провинциального и федерального парламента, юридические сообщества, ученые. В результате парламентом был принят Билль С-95,
который внес поправки в УК Канады для адекватности уголовноправовых норм, необходимых для борьбы с организованной преступностью399. Статья 467.1 УК Канады установила, что термин
«преступная организация» означает группу лиц, которая организованна и состоит из трех400 или более лиц, находящихся в Канаде или
за пределами Канады; имеет в качестве главной цели или основной
деятельности содействие или совершение одного или нескольких
тяжких преступлений, которые совершаются с целью прямого или
косвенного получения финансовой выгоды преступной организацией или лиц, входящих в преступную организацию. Следует указать,
что преступная организация не включает в себя группу лиц, созданную для совершения одного преступления (причем в ближайшее время). Под тяжким преступлением, совершенным преступной организацией, понимается преступление, рассматриваемое с обвинительным
актом, за которое ответственность установлена УК Канады или другим актом Парламента, наказание за которое превышает пять лет тюремного заключения, причем советник губернатора может вносить
изменения в положения, регламентирующие тяжкие преступления.
Часть 2 ст. 467.1 УК Канады устанавливает, что содействие в совершении преступления не требует доказательства знания, какое конкретно преступление будет совершено или что преступление фактически совершено; под совершением преступления признается участие в
совершении преступления, а также консультация кого-либо при совершении преступления.
При рассмотрении уголовных дел, связанных с деятельностью
преступных организаций, стороне обвинения нет необходимости
доказывать, что: 1) преступная организация фактически способствовала или совершила уголовно наказуемое преступление; 2) участие
и вклад обвиняемого фактически содействовали преступной организации при совершении уголовного преступления; 3) обвиняемый
399
В 2001 г. был принят Билль С-24 , внесший также изменения в регламентацию ответственности за деятельность преступных организаций.
400
Первоначально было предусмотрено наличие как минимум пяти членов в преступной организации.
149 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
знал специфический характер любого уголовно наказуемого деяния,
которое совершено преступной организацией; 4) обвиняемый знал
лично любого из лиц, которые входят в преступную организацию.
Следует указать, что канадскому законодателю удалось закрепить в законе признаки, характеризующие принадлежность лица к
определенной преступной организации: среди прочих факторов суд
учитывает: а) использование обвиняемым имен, слов, символов или
специального жаргона, который указывает на его принадлежность к
данной организации; b) связь с лицами, входящими в преступную
организацию; с) лицо получает какую-либо выгоду от преступной
организации; d) неоднократно участвует в деятельности по поручению любого лица, входящего в преступную организацию.
УК Канады дифференцирует ответственность в зависимости от
степени активности лица при совершении преступлений преступной
организацией:
1) ответственность за участие в деятельности преступных организаций – ст. 467.11 УК Канады предусматривает, что любое лицо,
которое для обеспечения повышения способности преступной организации содействует совершению преступления по УК Канады или
любому другому закону Парламента, сознательно, путем действия
или бездействия, участвует или содействует какой-либо деятельности преступной организации, признается виновным в совершении
уголовного преступления и подлежит тюремному заключению на
срок не более пяти лет;
2) ответственность за совершение преступлений преступной организацией (ст. 467.12) устанавливает, что любое лицо, которое совершает наказуемое преступление по УК Канады или любому другому акту, принятому Парламентом, для получения выгоды, по указанию или совместно с преступной организацией, является виновным в
совершении уголовного преступления и подлежит тюремному заключению на срок не более 14 лет;
3) ответственность тех, кто инструктирует преступление (ответственность организаторов при совершении особо тяжких преступлений), ст. 467.13, устанавливает, что каждый, кто является одним
из тех лиц, которые составляют основу преступной организации и
кто сознательно инструктирует, прямо или косвенно, любое лицо
совершить преступление по УК Канады или любому иному акту
Парламента для получения выгоды, по указанию или в связи с преступной организацией является виновным в совершении уголовного
150 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
преступления и подлежит пожизненному тюремному заключению.
Основная проблема связана с доказательством инструктирования
лица в совершении преступления, так как при рассмотрении данных
уголовных дел необходимо доказать, что лицо руководило деятельностью преступной организации (обвиняемые ссылались на то, что
понятие «инструктирование» расплывчато и может нарушить положения конституции на справедливое судебное разбирательство).
В связи с этим Верховным судом Канады в деле R. v. Terezakis (2007)
были выработаны требования, необходимые при решении вопроса об
уголовной ответственности за инструктирование401. Данные требования включают в себя четыре элемента:
1) членство в преступной организации;
2) знание, что основная цель или деятельность преступной организации – способствование или совершение тяжкого преступления;
3) знание, что возможным результатом преступления будет
прямое или косвенное получение выгод для группы или кого-либо
из преступной организации;
4) сознательное инструктирование других лиц в совершении
преступления для получения выгоды для группы, по указанию или
совместно с группой.
В деле Terеzakis судья Чиассон указал, что «не должен
приниматься во внимание тот факт, что инструктирование человеком группы может не соответствовать положению этого лица
в группе»402.
После событий 11 сентября 2001 г. в Канаде был принят Закон
«О борьбе с терроризмом», включающий ряд поправок к Уголовному
кодексу. Как указывает С. Ю. Данилов, проблема терроризма в Канаде неразрывно связана с деятельностью квебекских национал-сепаратистов403. В Билле С-36, принятом в 2001 г. и содержащем поправки в
УК Канады, давалось достаточно широкое определение понятия терроризма и вводилась уголовная ответственность за деятельности террористических организаций. Судья Верховного суда Канады Маклаклин указывает, что «Канада разработала свой собственный уникальный подход к проблеме, связанной с терроризмом, подход, основанный на примате права; права личности могут быть ограничены
только в случае, если государство может оправдать эти границы. Мы
401
R. v. Terezakis. – URL: http://www.courts.gov.bc.ca/Jdb-txt/CA/07/03/ 2007BCCA0384.htm
402
R. v. Terezakis. Там же.
403
Данилов С. Ю. Борьба с терроризмом: правовой опыт Канады // История государства
и права. – 2009. – № 2. – С. 38–39.
151 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
признаем серьезность угрозы терроризма и необходимость борьбы с
ним; тем не менее мы также признаем: вторжения в права личности
должны быть обоснованны»404. В прессе и сети Интернет появляется
информация о существовании в Канаде (после событий 9/11) сверхсекретного антитеррористического подразделения под условным наименованием JTF-2, расшифровка которого не приводится405. В УК Канады
был введен раздел «Участие, содействие, инструктирование, укрывательство терроризма», устанавливающий ответственность за различные
виды соучастия при терроризме. В соответствии со ст. 83.01 УК Канады под террористической группой понимается самостоятельное образование, которое имеет в качестве одной из своих целей или основ деятельности содействие или осуществление террористической деятельности; включенные в перечень организации, и объединения, входящие
в эти группы. Уголовная ответственность дифференцирована в зависимости от видов соучастия:
1. Ответственность за участие в террористической группе отражена в ст. 83.18, где предусмотрено, что каждый, кто сознательно участвует или содействует, прямо или косвенно, какой-либо деятельности
террористической группы для повышения криминальной способности
какой-либо террористической группы, для содействия или осуществления террористической деятельности, является виновным в совершении
уголовного преступления и подлежит тюремному заключению на срок
не более десяти лет. Участие предполагает выполнение следующих
действий:
а) предоставление, получение или вербовка лиц для прохождения подготовки к террористической деятельности;
b) предоставление или предложение обеспечить навыками или
опытом для получения выгоды, по указанию или совместно с террористической группой;
c) вербовка лиц в целях содействия совершению или совершение:
(i) преступления террористического характера, или
(ii) действия или бездействия за пределами Канады, если оно
совершено в Канаде, и относится к преступлениям террористического характера;
d) въезд или пребывание в любой стране в интересах, по указанию или совместно с террористической группой;
404
McLachlin B. The Challenge of Fighting Terrorism While Maintaining our Civil Liberties. –
URL: //http://www.scc-csc.gc.ca/court-cour/ju/spe-dis/bm2009-09-22-eng.asp|
405
Семин Н. Л. Спецслужбы Канады вчера и сегодня // США – Канада: Экономика –
политика – культура. – 2011. – № 10. – С. 122.
152 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
e) делает что-либо в соответствии с инструкциями от любого из
лиц, которые составляют основу террористической группы, доступные для облегчения или совершения:
(i) преступления террористического характера или
(ii) действие или бездействие за пределами Канады, если оно
совершено в Канаде, относится к преступлению террористического
характера.
2. Ответственность за содействие террористической деятельности установлена в ст. 83.19 УК Канады. Каждый, кто умышленно
содействует террористической деятельности, признается виновным
в совершении уголовного преступления и подлежит тюремному заключению на срок не более 14 лет. Под содействием понимается
умышленное содействие конкретной террористической деятельности, содействие какой-либо предвидимой или планируемой террористической деятельности, содействие при совершении конкретного
террористического преступления.
3. Ответственность за участие в преступлении террористического
характера – в соответствии со ст. 83.2 УК Канады: каждый из тех, кто
совершает преступление по уголовному или по любому акту Парламента, по указанию или совместно с террористической группой, является виновным в совершении уголовного преступления и подлежит
пожизненному тюремному заключению.
4. Ответственность за инструктирование террористической деятельности наступает по ст. 83.21 УК Канады, которая предусматривает, что каждое лицо, которое сознательно инструктирует, прямо
или косвенно, любое лицо для выполнения любой деятельности в
целях получения выгоды, по указанию или совместно с террористической группой, для повышения криминальной способности какойлибо террористической группы для содействия или осуществления
террористической деятельности, является виновным в совершении
уголовного преступления и подлежит пожизненному тюремному заключению. Инструктирование в рамках осуществления террористической деятельности предусматривается ст. 83.22 , которая устанавливает ответственность за сознательное инструктирование, прямо
или косвенно, любого лица для осуществления террористической
деятельности. Наказание за данный вид деятельности – также пожизненное тюремное заключение.
5. Ответственность за укрывательство преступлений террористического характера, предусмотренная ст. 83.23 УК Канады, кото153 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
рая устанавливает, что каждый, кто сознательно укрывает или скрывает любого человека, который, как (он или она) знает, занимался
осуществлением террористической деятельности, в целях создания
условий человеку для содействия или осуществления террористической деятельности, является виновным в совершении уголовного
преступления и подлежит тюремному заключению на срок не более
десяти лет.
Статья 33 Хартии предоставляет парламенту Канады или законодательному собранию провинции возможность провозгласить в законе, что правительство будет осуществлять свою деятельность, невзирая на то или иное право, предусмотренное Хартией, рассматривая
дела о терроризме406. Однако, как подчеркивают члены Верховного
суда, хотя терроризм по определению изменяет контекст, в котором
должен действовать принцип верховенства права, это не должно означать отказ от права407.
По времени действия соучастников различают соучастие до и после совершения факта преступления. Соучастие после совершения преступления наказывается в соответствии со ст. 463 УК Канады и предусматривает максимальное наказание в виде 14 лет тюремного заключения. В общем праве это преступление называлось «недоносительство»
и рассматривалось как преступление против правосудия. В соответствии с УК Канады недоносительство, как правило, не является преступлением, за исключением государственной измены (тризн), при неинформировании офицера, что лицо собирается совершить тризн. Кроме
того, в соответствии с провинциальными статутами может считаться
преступлением недонесение о ненадлежащем воспитании ребенка. Например, ответственность за непредставление информации о ненадлежащем выполнении обязанностей по воспитанию детей установлена
законом о детях и социальных семейных службах (Child and Family
Services Act) в Онтарио. Таким образом, за исключением ограниченного числа деяний, недонесение не считается преступлением. Однако
является преступлением активное способствование после факта совершения преступления. Ответственность за соучастие после факта
совершения преступления установлена в ст. 23(1) УК Канады: соучастником после совершения преступления признается лицо, которое,
406
Коновалов А., Бастараш М. Указ. соч. – С. 120.
407
См. : Roach K. Charkaui and Bill C-3: Some Implication for Anti-Terrorism Policy and Dialogue
between Courts and Legislatures // Supreme Court Law Review. – 2008. – N 42. –
P. 281–353; Roach K. Ways to Improve Canadian Anti-Terrorism Law // Criminal Law Quarterly. –
2005. – Vol. 51. – P. 102–125.
154 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зная, что лицо совершило преступление, укрывает, помогает или содействует этому лицу с целью помочь избежать уголовной ответственности. При этом необходимо установить, что лицо знало, при каких обстоятельствах было совершено преступление, а осознания только противоправности недостаточно. Не все формы содействия подлежат наказанию. Например, не является соучастием после факта сокрытие украденных вещей, если у лица не было цели помочь лицу избежать уголовного наказания.
Необходимо указать, что в Канаде, как правило, отказались от
акцессорной природы соучастия. Как известно, акцессорная теория
соучастия исходит из того, что хотя иные соучастники участвуют в
совершении «чужого преступления», имеют по отношению к главному деянию (деянию исполнителя) не самостоятельное, а подчиненное
значение, их объединяет общность вины и соглашение на совершение
преступления, которые и служат основанием для привлечения всех их
к равной, солидарной ответственности408. В соответствии со ст. 23.1
УК Канады лицо может быть признано виновным за соучастие в преступлении, даже если лицо, содействовавшее или подстрекавшее, консультирующее, приобретающее или укрывающее, облегчающее или
помогающее совершению преступления, не может быть осуждено за
преступление. В соответствии с уголовным законом, как и в случае
пособничества после факта совершения преступления, лицо можно
обвинить в преступлении, если даже исполнитель может быть оправдан. В деле Шалана обвиняемая была обвинена в пособничестве после
факта убийства, даже несмотря на то, что брат был оправдан при обвинении в убийстве409. Судья, рассматривающий дело в первой инстанции, в данном деле заключил, что он пришел бы к выводу, что обвиняемая совершила преступление тогда, когда бы судья, ведущий дело, признал виновным ее брата, и учитывая этот фактор, оправдал ее,
руководствуясь нормами общего права, на сновании чего соучастник
не может быть обвинен, если совершивший преступление оправдан.
Верховный суд Канады опроверг данную точку зрения и пришел к
выводу, что ст. 23.1 УК Канады заменяет нормы общего права и позволяет выносить обвинение даже тогда, когда иной соучастник не
подлежит уголовной ответственности. С одной стороны, это кажется
нелогичным: чтобы считаться пособником после факта совершения
преступления, необходимо, чтобы человек знал, что он помогает лицу,
408
Пудовочкин Ю. Е. Указ. соч. – С. 223.
409
R.
v.
Shalaan.
–
URL:
http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1998/1998canlii842/
1998canlii842.html
155 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
совершающему преступление. Как человек может знать что-либо, когда суд установил, что преступление, совершенное исполнителем, не
имело место? Достаточно сказать, что оправдание другим судом исполнителя не является связующим при привлечении соучастников к
ответственности, и проблемой будет убедить суд, что первоначальное
преступление могло быть совершено. Это будет сложно, так как обвиняемый был оправдан, но это не означает невозможным привлечения к ответственности иных соучастников410.
Обобщив рассмотрение института соучастия в Канаде, можно
сделать вывод, что опыт Канады может быть использован в России
при рассмотрении уголовных дел при совершении преступлений в
соучастии. Основные положительные моменты следующие:
По нашему мнению, необходимо разрешить проблему установления ответственности за соучастие при использовании лица, не
подлежащего уголовной ответственности (невиновного агента). Как
рассматривалось выше, в Канаде лицо, использующее невиновного
агента, признается соучастником преступлений, является при этом
непосредственным исполнителем преступления. В российской судебной практике и науке нет однозначной характеристики, как следует квалифицировать деяние, когда на момент совершения преступления один из соучастников не обладал всеми признаками субъекта. Постановления пленумов верховных судов СССР и РФ придерживались позиции, что действия лиц, совершивших преступление в
составе группы, надлежит квалифицировать с вменением признака
соучастия независимо от того, что другие участники группы не были привлечены к уголовной ответственности411. Однако затем были
приняты постановления пленумов, где была указана иная точка зрения. Так, согласно п. 12 Постановления пленума Верховного суда
РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о
краже, грабеже и разбое», если лицо совершило кражу, грабеж или
разбой посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других
обстоятельств, его действия (при отсутствии иных квалифицирующих признаков) следует квалифицировать по частям первым ст. 158,
161 или 162 УК РФ как действия непосредственного исполнителя
410
Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. – Toronto :
Carswell, 2009. – P.1036–1038.
411
Есаков Г. Квалификация совместного совершения преступлений с лицом, не под-лежащим
уголовной ответственности: новый поворот в судебной практике // Уголовное
право. – 2011. – № 2. – С. 10.
156 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
преступления (ч. 2 ст. 33 УК РФ)412. Однако в судебной практике
принимались полярно противоположные решения по данной проблеме. Так, при рассмотрении Верховным судом РФ дела Прокопьева суд установил, что Прокопьев совершил убийство совместно с
Богомоловым, который был впоследствии признан невменяемым,
однако действия Прокопьева следовало квалифицировать как деяние, совершенное в соучастии, т.е. по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. При
этом Верховный суд указал, что по смыслу закона (ст. 35 УК РФ)
убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно, с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения
жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем необязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены
каждым из них. Доводы, что Богомолов признан в отношении инкриминируемого деяния невменяемым и освобожден от уголовной
ответственности за совершенное преступление им в состоянии невменяемости, общественно опасное деяние и к нему применены принудительные меры медицинского характера, в связи с чем действия
Прокопьева не могут быть квалифицированы как совершенные группой лиц и подлежат переквалификации на ч. 1 ст.105 УК РФ, не основаны на законе413. Следует согласиться с мнением Ю. Е. Пудовочкина, который указывает, что если лицо, обладающее признаками
субъекта, склоняет или оказывает помощь в совершении преступления другому лицу, не обладающему признаками субъекта, и при
этом само не принимает участие в выполнении объективной стороны данного преступления, то объективно мы имеем дело с субъектом-подстрекателем (пособником) и несубъектом-исполнителем414.
Эта позиция объективно нашла отражение в принятом Постановлении
Пленума Верховного суда РФ от 01.02.2011 г. № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности
уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», где в
п. 42 указано: в случае совершения преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовной ответственности, лицо, вовлекшее его
в совершение преступления, в силу ч. 2 ст. 33 УК РФ, несет уголовную
412
Данная позиция была поддержана в Постановлении Пленума Верховного суда РФ
от 15 июня 2004 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных
ст. 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации».
413
Постановление Президиума Верховного суда РФ № 604 П04-пр по делу Прокопьева. –
URL: http://www.vsrf.ru/vscourt_detale.php?id=2545
414
Пудовочкин Ю. Е. Судебная практика квалификации преступлений, совершенных
в соучастии // Криминологический журнал. – 2011. – № 2. – С. 7.
157 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственного
причинения. Действия взрослого лица по подстрекательству несовершеннолетнего к совершению преступления при наличии признаков состава указанного преступления должны квалифицироваться по ст. 150
УК РФ, а также по закону, предусматривающему ответственность за
соучастие (в виде подстрекательства) в совершении конкретного преступления. Таким образом, учитывая опыт Канады, российскому законодателю необходимо прояснить позицию по данному вопросу, указав,
что использование субъектом преступления невиновного агента образует соучастие в преступлении.
Второй проблемой является разрешение вопросов привлечения
к ответственности за соучастие лиц, которые лишь присутствовали
при выполнении объективной стороны преступления и не принимали участие в непосредственном совершении преступления. Как была указана выше позиция Верховного суда Канады, само присутствие не может быть свидетельством помощи или подстрекательства,
и соучастие наличествует, если имеют место такие факты, как предварительное знание, что есть намерение совершить данное преступление и одобрение при совершении преступления. Однако в канадском уголовном праве обвиняемому необходимо будет доказать, что
в данном случае, даже если обвиняемый бездействовал, что его присутствие при совершении преступления не сопровождалось поощрением совершению преступления. Что касается судебной практики
по уголовным делам в РФ, следует привести следующий пример.
В 2011 г. Верховным судом РФ было рассмотрено уголовное дело,
в котором согласно приговору суда первой инстанции, К., О. и не
установленное следствием лицо с целью завладения чужим имуществом совершили нападение на водителей Б. и А. При этом К., угрожая потерпевшим обрезом, а О. – не установленным следствием
предметом, используемым в качестве оружия, заставили А. завести
автомашину и следовать в указанном ими направлении. К. и О. сели в
кабину и направили в сторону потерпевших оружие. Потерпевший А.,
опасаясь за свою жизнь и имея намерение скрыться от нападавших,
направил автомашину в кювет и, после того, как автомашина врезалась в столб, убежал. Оставшийся в кабине автомашины К. выстрелил
из обреза в потерпевшего Б., причинив ему огнестрельное пулевое ранение, от которого наступила смерть Б. После этого нападавшие скрылись с места преступления. По приговору суда О. осужден по пп. «б»,
«в» ч. 3 ст. 162, ч. 5 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.
158 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Президиум Верховного суда Российской Федерации изменил
судебные решения. Согласно предъявленному органами следствия
обвинению О. в ходе разбойного нападения на потерпевших, находясь на автодороге, имея умысел на убийство из корыстных побуждений, сопряженное с разбоем, а также с целью скрыть следы преступлений, действуя в составе организованной группы, заранее договорился с К. об убийстве Б., после чего К. произвел один выстрел
в потерпевшего и убил его. Таким образом, из предъявленного О.
обвинения следует лишь то, что О. находился на месте преступления с другим осужденным по этому же делу и присутствовал при
лишении жизни Б., что само по себе нельзя признать участием в
убийстве. Кроме того, поскольку О. не оказывал пособничества в
причинении смерти Б., в его действиях отсутствует квалифицирующий признак разбоя «с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего». Президиум отменил приговор и кассационное определение в отношении О. в части его осуждения по ч. 5 ст. 33, п. «з»
ч. 2 ст. 105 УК РФ, производство по делу в этой части прекратил за
отсутствием в деянии состава преступления на основании п. 2 ч. 1
ст. 24 УПК РФ. Эти же судебные решения в отношении О. изменены: действия О. переквалифицированы с пп. «б», «в» ч. 3 ст. 162 УК
РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ)
на ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта
2011 г. № 26-ФЗ)415. Соответствующие ошибки часто встречаются в
судебной практике416. Следует указать, что грань между простым
присутствием и соучастием весьма тонка. Таким образом, судам необходимо выяснять все обстоятельства дела, направленность умысла для вынесения законного обоснованного решения.
Третьей проблемой является оценка так называемой «присоединяющей деятельности» в судебной практике Канады и РФ. Как
было указано выше, в канадской практике встречаются случаи привлечения к ответственности за подстрекательство даже просто при
одобрении преступной деятельности, если изначально не имела место
договоренность между данными лицами. Уголовное право в данном
случае исходит из принципа моральной упречности лица. В РФ ответственность в данном случае не наступает, так как отсутствует признак
415
Постановление Президиума Верховного суда РФ № 144 П 11. – URL: http:// www.vsrf.ru/
second.php
416
Пудовочкин Ю. Е. Указ. соч. – С. 9.
159 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
умышленной совместности совершаемых действий. На практике же
распространены случаи, когда при проявлении насилия в отношении
потерпевшего «наблюдатели» не просто обозревают акт насилия, но и
выкрикивают различные фразы, одобряющие преступное поведение,
указывают на лучший способ причинения насилия, особенно в подростковой среде. Здесь возможно использовать данный опыт Канады
для привлечения к уголовной ответственности всех лиц, так как поощрение преступной деятельности, дача советов лиц, присоединившихся к обозрению применения насилия, возбуждает у исполнителей
намерение и укрепляет их решимость в продолжении преступной
деятельности.
2.4. Обстоятельства,
исключающие преступность деяния
Обстоятельства, исключающие преступность деяния в Канаде,
отличаются значительной спецификой в правовой регламентации.
В уголовном праве семьи общего права данные обстоятельства традиционно именуются «защитами» или «оправданиями» против
предъявленного обвинения417. Наиболее известная общему праву
классификация условий, исключающих с точки зрения наличия вины, принадлежит Блэкстону. В соответствии с ней уголовная ответственность не должна возникать в трех случаях: а) когда воля отсутствует; б) когда воля не направлена на содеянное; в) когда воля подавлена принуждением418. В современном английском уголовном
праве, как и в канадском, все обстоятельства, исключающие ответственность (именуемые также с процессуальной стороны «основаниями защиты») делятся на две группы: обстоятельства, исключающие противоправность (justifications), и обстоятельства, исключающие вину (excuses)419. Защита при обстоятельствах, исключающих
вину, строится по следующему принципу: она признает неправомерность действий, но при соответствующих обстоятельствах дела
лицо не должно быть наказано. Верховный суд в деле Перка указал,
что «защита в случае обстоятельств, исключающих вину, состоит в
реалистичном допущении человеческой слабости; признание того
факта, что либеральное или гуманное уголовное право не может заставить людей строго соблюдать законы в ситуациях чрезвычайных,
417
Пудовочкин Ю. Е. – Учение о преступлении. – М. : Юрлитинформ, 2010. – С. 104.
418
Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 49.
419
Есаков Г. А., Крылова Н. Е. , Серебренникова А. В. Указ. соч. – С. 139.
160 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
где нормальные человеческие инстинкты самосохранения или альтруизм оказываются сильнее, чем необходимость подчиняться закону… Сущность обстоятельств, исключающих вину, состоит в том,
что неправомерный акт был совершен под давлением обстоятельств,
«которые бы пересилили человеческую природу, которым никто не
мог противостоять» 420. В противоположность этой концепции защита по типу оправдания ставит под сомнение неправомерность
действий, которые формально признаются как преступления. Обвиняемый не наказывается в данных обстоятельствах потому, что
«общественные ценности, а также ценности самого уголовного права подтверждаются в данных условиях именно несоблюдением определенного статута, чем подчинением ему»421. Оправдание в своей
основе имеет не просто человеческую слабость, а большинство, например, классифицировало бы самооборону как защиту при обстоятельствах, исключающих противоправность на том основании, что
люди имеют право защищать себя и свою собственность422. Возможность применять защиту при обстоятельствах, исключающих вину,
имеет место тогда, когда есть человеческая слабость, тогда как оправдание имеет место там, где можно говорить о ценностях, настолько важных, что они объясняют неподчинение закону423. Несмотря на
различие, любая из этих классификаций не влияет на освобождение
от уголовной ответственности.
В канадском уголовном праве нет единого перечня обстоятельств,
исключающих противоправность и вину. Как указывает Г. Вилиамс:
«Мне представляется, что оба предложенных вида обстоятельств, исключающих вину и противоправность, основываются на современных
принципах. Полномочия провозглашать новые виды защиты должны
принадлежать только Парламенту. Суды не имеют право устанавливать новые виды защиты. С другой стороны, не представляется возможным предусмотреть все обстоятельства, которые в определенных
случаях считались бы преступлениями. В настоящее время необходимо использовать критерии, уже сформулированные в законе и доктрине уголовного права. Правила должны сводиться к принципам: дети,
невменяемость, принуждение, незнание закона и также случаи, в ко 420
R. v. Perka. – URL: http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1984/1984canlii23/ 1984canlii23.html
421
Roach K. Essentials of Canadian law Criminal law. – 2nd ed. – Toronto : Irwin Law, 2000. – Р. 244.
422
Horder J. Self-defence, Necessity and Duress // Understanding the Relationship. – Canadian Journal Of Law and Jurisprudence. – 1998. – N 16. – P. 143–165.
423
Berman M. Justification and Excuse, Law and Morality // Duke Law Journal. – 2003. –
Vol. 53. – P. 1–77.
161 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
торых против человека может применяться агрессия. Никакие другие
обстоятельства не могут служить для извинения или оправдания.
Трудно определить конфликт, который может возникнуть между
нормами и принципами морали и нравственности, но такой конфликт следует избегать. Это может дискредитировать право и привести к большему злу. Возникают случаи, по поводу которых общественное мнение разделяется, такое поведение считается преступным или непреступным в зависимости от симпатий людей. И если
кодекс не содержит объяснений, которые могли бы подойти в качестве объяснений или оправданий, то стоило бы рассматривать поведение обвиняемого как оправдывающее. Каждая аналогия должна
рассматриваться в пользу обвиняемого, а отсутствие соответствующей нормы – недостатком самого кодекса»424. Несмотря на различие
обстоятельств, исключающих вину и противоправность, с практической точки зрения разница между ними отсутствует, так как и те и
другие оправдывают обвиняемого425.
Самым сложным институтом канадского уголовного права является институт самообороны. Это объясняется бесконечным многообразием реальных ситуаций со всеми нюансами, причем следует
указать, несмотря на то, что в Канаде нормы о самообороне регламентированы в УК Канады, применение данных норм осуществляется в соответствии с судебными прецедентами, которые вырабатывают правила правомерности самообороны. На протяжении многих
лет судьи сталкивались с противоречивыми предположениями о наличии или отсутствии самообороны, в частности, вопрос состоял в
том, следовать букве закона, который создаст «противоречия» с
нормами морали, или интерпретировать закон с целью толкования
его смысла. Многие судьи учитывали положения, выработанные
практикой при данной защите, результатом чего являлись сложные
вопросы, которые приходилось разрешать жюри присяжным и последующие за приговором множественные апелляции. Защита при самообороне регламентирована положениями ст. 34 – 42 УК Канады. Однако, несмотря на это, исследователи критикуют законодательные положения, так как при реализации данных норм возникает большое
количество проблем426. Ламер в деле Макинтош указывает: «Я бы
прокомментировал, что нормы о самообороне заслуживают серьезной критики как нормы, изобилующие деталями. Эти положения
424
Williams G. L. Necessity // Criminal Law Review. – 1978. – P. 129–130.
425
Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Указ. соч. – P. 869.
426
Horder J. Указ. соч. – P. 143–150; Manning, M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 531.
162 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
непоследовательны, неясно соотношение норм со ст. 37 УК Канады.
Несмотря на все усилия по делу подвергнуть толкованию ст. 34–35
УК Канады, по моему мнению, следует указать, что любая интерпретация с попыткой обнаружить смысл в данных нормах будет
иметь нелогичные результаты. Очевидно, необходимо законодателю
прояснить принципы самообороны в УК Канады»427.
В соответствии с законодательством Канады оборона основывается на том, что индивид, которому угрожают или атакуют, наделен правом реагировать на данные преступные действия. Закон требует, чтобы человек применял силу, которая будет необходима и
пропорциональна угрозе. В УК Канады предусматриваются следующие виды самообороны:
ст. 34.1 – общая защита, при которой нападавший не пытался
причинить смерть или тяжкий вред;
ст. 34.2 – общая защита, где нападавшему была причинена
смерть или тяжкий вред здоровью;
ст. 35 – общая защита, которая была спровоцирована самим лицом, на которое впоследствии осуществлялось нападение;
ст. 37 – виды защиты, не включенные в ст. 34–35 УК Канады.
В соответствии с ч. 1 ст. 34 УК Канады: «Любой, в отношении которого было совершенно нападение, без провокации нападения со стороны этого лица, признается оправданным в причинении вреда, если
вред не связан с причинением нападающему смерти или тяжкого вреда
здоровью, если это было необходимо, чтобы лицо могло защитить себя». Для признания правомерности самообороны в данном случае необходимо соблюдение следующих условий правомерности: 1) лицо
должно подвергнуться незаконному нападению; 2) лицо никоим образом не спровоцировало это нападение; 3) сила, применяемая при защите от нападения, не должна быть связана с причинением смерти или
тяжкого вреда здоровью нападающему; 4) сила, применяемая лицом,
должна быть необходимой для защиты себя от нападения. Как указано
в ст. 36 УК Канады, под провокацией в ст. 34–35 УК понимается «провокация путем побоев, слов и жестов». Однако следует признать, что
провокация по-разному толкуется судами. Так, в деле Нельсона весьма
дискуссионным оказался вопрос о провокации нападения со стороны
одного из соседей, который включил стереосистему на полную мощность, что привело к конфликту, в результате которого была причинена
427
R. v. McIntosh. – URL: http://scc.lexum.org/en/1995/1995scr1-686/1995scr1-686.html
163 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
смерть428. Апелляционный суд Онтарио указал, что данные трения
между соседями не могут заключать в себе провокацию429.
В части 2 ст. 34 УК Канады указано, что «Каждый, кто подвергся нападению и причинил нападающему смерть или причинение
тяжкого вреда здоровью при отражении агрессии нападающего,
должен быть оправдан, если:
а) он разумно полагал, что нападающий преследовал цель причинить ему смерть либо тяжкий вред здоровью;
b) разумно полагал, что иначе он не сможет избежать смерти и
причинения опасного вреда здоровью».
На практике возникало разногласие по поводу возможности
применения данной нормы, если оправдываемое лицо при самообороне является инициатором нападения, так как в ч. 2 ст. 34 УК Канады не указано на провокацию нападения. Однако в деле Макинтош Верховный суд указал, что «Парламент принял ст. 35 УК Канады, где указаны случаи самообороны при провокации их со стороны
обороняющегося»430.
При рассмотрении защиты при обстоятельствах, исключающих
противоправность, когда наличествует необходимая оборона, заявить о данном обстоятельстве может обвиняемый (сторона защиты),
а опровержение лежит на стороне обвинения. Судья Эванс в деле
Либермана указал: «По делу о самообороне нет бремени доказывания на обвиняемом: если он поднимает такой вопрос (что имеет место защита на основании самообороны), то присяжные должны быть
проинструктированы, что дело может быть рассмотрено, вынесен
вердикт в пользу обвиняемого, если только прокурор (атторнейская
служба) не убедит присяжных в разумных сомнениях, что самообороны не было»431. Однако в практической деятельности часто возникают проблемы. Так, Девид Пакиочо указывает, что «Интуитивно
достаточно странно приходить к положительному отношению какой-либо “вещи” (к представлению элементов защиты), спрашивая,
есть ли обоснованные сомнения. Необыкновенно легко судьям прибегнуть к языку доказывания и непреднамеренно переложить вину
428
R. v. Nelson // Watt D., Fuerst M. Tremeear’s Criminal Code Carswell. – 2002. – P. 94.
429
R. v. Rodrigues (2008) O.J. No.58, где указано, что грязная одежда не является провокацией;
R. v. C. (2003) A.J. No.97, где указано, что оскорбительные выражения не являются автоматически
провокацией.
430
R. v. McIntosh. Указ. соч.
431
Lieberman. v. R. // Manning M., Sankoff P. Criminal law LexisNexis. – Toronto :
Canada Inc., 2009. – P. 532–533.
164 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
на обвиняемого»432. В деле Филбрука судья инструктировал присяжных: «Если вы полагаете, что Короне не удалось доказать, что
самооборона отсутствовала, или защита доказала, что действия обвиняемого были необходимы, чтобы спасти свою жизнь, тогда вы
можете определить, что имела место такая самооборона, при которой убийство женщины можно считать “извинительным”, то в этом
случае вы оправдаете обвиняемого». Однако Апелляционный суд
Онтарио постановил, что в данном деле «имело место введение в
заблуждение присяжных. Бремя доказывания не на обвиняемом,
чтобы он доказал, что пытался избежать смерти и другие аспекты
самообороны… Напутственные слова присяжным при рассмотрении вопросов обвинения, что, мы считаем, не было сделано, имели
дело со специфической обороной и были изложены целенаправленно таким образом, что обвиняемый должен был доказать факты.
А это не закон…»433.
Статья 35 УК Канады устанавливает: «Каждый, кто противоправно напал на другого и не имел цели причинения смерти или
тяжкого вреда здоровью и без оправдания спровоцировал нападение
на себя другим лицом, может быть оправдан, если:
а) он использует силу:
i) обоснованно полагая, что возможно причинение смерти
или тяжкого вреда здоровью со стороны лица, на которое он напал
или спровоцировал нападение;
ii) обоснованно полагая, что это необходимо для того, чтобы
избежать смерти или причинения тяжкого вреда здоровью;
b) он не стремился причинить смерть или тяжкий вред здоровью, пока не возникла необходимость избежать смерти или тяжкого
вреда здоровью в отношении него;
с) он отказался от конфликта в будущем или отступил от него,
до того, как возникла необходимость избежать причинения ему смерти или тяжкого вреда здоровью.
Статья 37 УК Канады предусматривает случаи защиты лица при
самообороне, при обстоятельствах, отличных от тех, которые предусмотрены в ст. 34, 35 УК Канады. Статья 37 УК Канады устанавливает:
432
Paciocco D. Applying the Law Of Self-Defense // Canadian Criminal Law Review. – 2007. –
N 12. – P. 25–94.
433
Philbrook v. R. // Manning M., Sankoff P. Criminal law LexisNexis. – Toronto : Canada Inc.,
2009. – P. 532–533.
165 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
1. Оправдывается применение силы, чтобы защитить себя или
третье лицо от нападения, если при этом применяется сила в пределах
необходимости, чтобы предотвратить нападение или его повторение.
2. Ничто в этой статье не должно оправдывать причинение
вреда, превосходящего необходимый вред, с учетом природы нападения и силы, используемой при предотвращении.
На практике возникают коллизии при применении данной нормы, так как положения дублируются также ст. 34, 35 УК Канады. Ламер в деле Макинтоша указал: «Путаницу вносят ст. 34, 35 УК Канады, так как оправдывают самооборону в любых обстоятельствах, где
примененная сила была необходимой и пропорциональной. Если
ст. 37 применяется к нападающему, это противоречит ст. 35. Более
того, трудно понять, почему Парламент издал специальные детальные положения об оправдании подобных ситуаций в ст. 34, 35 УК
Канады и все же сохранил ст. 37, которая представляет всего лишь
краткое изложение ст. 34, 35 УК. И хотя намерение Парламента при
принятии ст. 37 не ясны, по крайней мере, это положение может сыграть роль компенсирующую, где неприменимы ст. 34, 35 УК»434. Судья Маклаклин указывает, что «Ст. 37 рассматривает два аспекта защиты: самооборона и защита третьих лиц. Что касается защиты
третьих лиц, то статья уникальна и значение ее ясно. Я согласна с
Верховным судьей (Ламером), что ст. 37 в контексте самообороны не
вполне ясна и противоречит ст. 35, поскольку может быть применима
к нападающему. Однако эта статья должна рассматриваться в связи с
общей схемой самообороны, указанной в постановлениях Парламента. Ст. 37 представляет широкий обзор принципов самообороны, а ст.
34, 35 имеют дело с оправданием, как правило, по общему праву
убийства»435.
При разрешении вопросов, связанных с самообороной, большое
значение суды придают напутственным словам присяжным, так как
последние разрешают вопрос о наличии или отсутствии самообороны в действиях лица. Судебной практикой выделены следующие
директивы для присяжных:
1. Рассматривайте доказательства внимательно, обращая внимание на суть заявления о самообороне, применяя при этом положения УК Канады.
2. Судам не следует передавать на рассмотрение присяжными
доказательств, которые не были подтверждены при исследовании
элементов самообороны.
434
R. v. McIntosh. – URL: http://scc.lexum.org/en/1995/1995scr1-686/1995scr1-686.html
435
R. v. McIntosh. Там же.
166 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
3. Так как доказательства подтверждают один или более составляющий элемент защиты, советник Короны должен лишь указать на
доказательства и избегать дополнительного инструктирования присяжных.
4. Там, где определенное положение позволяет обвиняемому
бóльшую свободу для оправдания, чем сходное положение, присяжным должно быть представлено более «узкое» положение, если доказательства соответствуют положению по данной защите и если
доказательства каким-то образом восполняют пробел для оправдания по более широкому основанию436.
Достаточно распространены на практике случаи самообороны,
в результате которой причиняется смерть нападающему женщиной,
страдающей «синдромом избитых женщин» (Battered Woman Syndrome). В 1984 г. вышла в свет книга Ленора Уолкера «Синдром избитых женщин» (Л. Уолкер считался пионером в исследовании данной проблемы)437. После этого в практике Верховного суда появилось
значительное количество уголовных дел, в которых эксперты при доказательстве самообороны использовали теорию «синдрома избитых
женщин»438. Так, в деле Лавал обвиняемая, которая страдала синдромом избитых женщин, убила своего сожителя, выстрелив ему в затылок, когда он выходил из ее комнаты. Психиатр, имеющий большой
опыт исследования данного синдрома, профессор Шейн, указал, что
обвиняемая, находясь в состояния синдрома, подлежит оправданию на
основании норм о самообороне439. Обвиняемая судом первой инстанции была освобождена от ответственности, однако Апелляционный
суд Манитобы указал на необходимость нового судебного рассмотрения данного дела. Обвиняемая апеллировала в Верховный суд Канады, однако Верховный суд согласился с позицией Апелляционного
суда, указав на необходимость повторного рассмотрения дела. Аналогично в деле Mалотт обвиняемая, страдающая синдромом, заблуждалась в существовании угрозы причинения ей смерти со стороны
436
R. v. Rintar // Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. –
Toronto : Carswell, 2009. – P. 927.
437
Walker L. E. A. The Battered Women Syndrome. – 3d ed. – N. Y. : Springer Publishing Company.
– 2009. – P. 350.
438
R. v. Mallot (1998), R. v. Petel (1994), R. v. Lavalle (1990), R. v. Trombley (1998). – URL:
http://scc.lexum.org
439
Lavallee . v. R. – URL: http://scc.lexum.org/en/1990/1990scr1-852/1990scr1-852.html
167 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
супруга, совершила его убийство и покушалась на убийство его сожительницы. Присяжные признали обвиняемую виновной в убийстве второй степени и покушении на убийство сожительницы мужа.
Верховный суд оставил приговор в силе, отклонив в этом случае
апелляцию440.
Кроме самообороны для защиты интересов личности, в канадском уголовном праве регламентированы случаи защиты при самообороне собственности (ст. 38–41 УК Канады). Статья 38 УК Канады устанавливает:
«1. Каждый, кто мирно владеет личной собственностью, и каждый, кто законно помогает ему, является оправданным, если:
а) он предупреждает изъятие собственности правонарушителем;
b) отнимает имущество у правонарушителя, который завладел
собственностью, если он не причиняет вреда здоровью правонарушителю.
2. Если лицо мирно владеет личной собственностью, «кладет руки» на свое имущество, а правонарушитель упорно пытается взять или
отобрать собственность у владельца, либо лицо, которое на законных
основаниях помогает собственнику, будет считаться совершившим
нападение без оправдания и провокации».
Статья 39 УК Канады устанавливает возможность защиты лица,
которое на законных основаниях владеет личной собственностью при
ссылке на наличие правомочия, или лица, наделенного соответствующей властью, при применении силы, в пределах не более, чем необходимо против лица, управомоченного обладать этой вещью. В данных
случаях, ссылка на правомочие включает любую ссылку, основанную
на норме права, а также случаи, при которых лицо заблуждается и полагает, что обладает таким правомочием441. Статья 40 УК Канады предусматривает самооборону при защите жилого строения от насильственного взлома и незаконного вторжения в него. Более подробная регламентация дана в ст. 41 УК Канады, предусматривающей самооборону при защите жилого дома и недвижимого имущества: «1. Каждый,
кто мирно владеет домом или недвижимым имуществом, и каждый,
кто на законных основаниях оказывает помощь ему или действует на
основании того, что лицо его уполномочило, является оправданным
при применении силы в отношении правонарушителя, для предотвращения незаконного проникновения в жилой дом или в недвижимое
440
R. v. Mallot. – URL: http://scc.lexum.org/en/1998/1998scr1-123/1998scr1-123.html
441
R. v. Lei // Watt D., Fuerst M. Tremeear’s Criminal Code. – Toronto : Carswell, 2002. – P. 101.
168 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
имущество, или для удаления лица из жилого дома или недвижимого
имущества, если оно использует силу, необходимую для этого.
2. Правонарушитель, который сопротивляется лицу, которое
владеет жилым домом или недвижимостью, а также лицу, законно
оказывающему ему помощь или действующему по уполномочию
данного лица, для предотвращения его входа или выхода, признается совершившим нападение без оправдания и провокации».
Для применения ст. 41 УК Канады необходимо наличие четырех элементов: 1) обвиняемый должен владеть жилым домом или
недвижимостью; 2) это владение должно быть мирным (peaceable);
3) лицо, совершившее проникновение, должно быть правонарушителем442; 4) сила, применяемая для отражения проникновения правонарушителя должна быть пропорциональной.
Основы защиты были выделены в деле R. ex rel. Atkinson v.
Montague:
1. Нет необходимости предупреждать поведение лица, которое
стучит в дверь, до момента, пока ему не будет указано покинуть
жилой дом, а он не сделает этого, тогда он становится правонарушителем.
2. В таких делах проживающий может потребовать правонарушителя удалиться, может «положить на него руку» с целью удалить
его, он будет оправдан только при применении силы, необходимой
для удаления лица из жилища, однако если правонарушитель применит силу, то проживающий имеет право применить насилие.
3. Когда правонарушитель оказывает сопротивление, проживающий находится в ситуации самообороны… Это сопротивление
или провокация не связана с применением физической силы. Это
может быть указание на причинение побоев, слова и жесты.
4. Если имела место провокация путем слов и жестов, то они
должны быть такими, чтобы привести проживающего к осознанию,
что нарушитель отказывается покинуть помещение, прежде чем он
будет оправдан за прикосновение к нему. Если же слова были короткими, но провоцирующими, он не может быть оправдан при
применении насилия, однако провокация должна быть учтена как
смягчающее обстоятельство при назначении наказания (см. Evans
v. Bradburn 1915, 25 D.L.R.611,9A.L.R.523).
442
К правонарушителям относятся и офицеры полиции, не имеющие права входить
в жилое помещение: например, дело R. v. Kephart (1998). – A. J. – No.1348. – 44 C.C.C.
169 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
5. Обвиняемый должен доказать суду, что применял силу к правонарушителю с целью заставить его покинуть помещение, а не для
других целей, и суд должен выносить решения, учитывая все обстоятельства дела. Лицо не может использовать нормы о самообороне под предлогом, что защищает свое имущество, если он применяет насилие для наказания правонарушителя или из чувства мести
к нему или сразу, вследствие того, что он хотел, чтобы правонарушитель немедленно ушел…443
Подводя итог вышеизложенному, следует указать, что Д. Стюарт указывает на следующие общие принципы правомерности самообороны при защите личности и имущества.
«Защита личности:
– лицо не несет ответственность за применение силы в отношении другого лица, если:
1) обоснованно полагает, что сила необходима для самозащиты, самообороны или защиты третьего лица от незаконного применения силы или угрозы;
2) применяемая сила должна быть обоснованна.
Защита собственности:
– лицо не несет уголовной ответственности за применение силы, если:
1) обоснованно полагает, что сила необходима для защиты
собственности, принадлежащей ему или другому лицу, от незаконного присвоения, разрушения или причинения ущерба, или для предотвращения проникновения на территорию собственника;
2) применяемая сила должна быть обоснованна»444.
Одним из оснований, исключающих виновность, в Канаде является принуждение. Доктрина общего права признает, что обвиняемый имеет не только права, но и обязанности. Как член общества обвиняемый должен подчиняться основной обязанности: менять свое поведение в зависимости от природы угрозы. Общее право указывает на
необходимость критерия пропорциональности угрозы преступлению,
которое может быть совершено под принуждением445. От обвиняемого
ожидается оказание некоего сопротивления при совершении пре 443
Manning M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 560.
444
Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. – Toronto :
Carswell. – 2009. – P. 1155.
445
Westen P., Mangiatico J. The criminal defense of Duress: a Justification, Not an Excuse–And Why
it Matters // Buffalo Criminal law review. – 2004. – Vol. 6. – P. 833–950.
170 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ступления под принуждением. Сложность заключается в том, что
существует две разновидности уголовной ответственности за принуждение: ответственность согласно нормам общего права и ответственность на основании статутных норм446. Защита на основании принуждения регламентируется ст. 17 УК Канады. Верховный суд Канады указывает: «Человек, который совершает преступление вынужденно под угрозой смерти или телесных повреждений, от человека, присутствующего при совершении преступления, освобождается от уголовной ответственности, если он полагает, что угроза будет осуществлена, и если он не является участником сговора группы, которые применяют к нему принуждение, но данная статья неприменима там, где
совершаются под принуждением государственная измена, убийство,
пиратство, покушение на убийство, сексуальные посягательства, сексуальное насилие с применением оружия, угрозы третьей стороне или
причинение телесных повреждений, сексуальное нападение при отягчающих обстоятельствах, насильственное похищение, захват заложников, ограбления, нападения с применением оружия или причинение
телесных повреждений, нападение при отягчающих обстоятельствах,
незаконное нанесение телесных повреждений, поджог или преступления, предусмотренные ст. 280–283 (похищение и удержание несовершеннолетних). Судья Ричи в деле Каркера указал, что «законы и принципы общего права, рассматривающие принуждение как основу для
защиты, были регламентированы в ст. 17 УК Канады»447. Однако полностью полагаться, принимая решение по делу, на ст. 17 УК невозможно, так как имеет место недостаток – данная норма содержит ряд
преступлений, которые могут ограничить защиту. Статья 17 УК, регламентируя составы, при которых принуждение не является защитой,
приводит к тому, что на практике возникают случаи, когда обвиняемые в определенных ситуациях вызывают сочувствие и не получают
должной защиты согласно закону. Многие канадские судьи не довольны такой формулировкой закона448.
В деле Паквет Верховный суд Канады принял решение, что
ст. 17 УК применима лишь в отношении исполнителя преступления,
утверждая, что те, кто осуществляют в процессе преступления пособничество или подстрекательство, должны быть привлечены к ответственности на основании норм общего права449. Такой способ
446
Manning M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 475.
447
R. v. Carker. – URL: http://scc.lexum.org/en/1966/1967scr0-114/1967scr0-114.html
448
Manning M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 476.
449
R. v. Paquette. – URL: http://scc.lexum.org/en/1990/1990scr2-1103/1990scr2-1103.html
171 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
расширения возможностей применения норм не только статутного,
но и общего права, привел к существованию двух способов защиты
при принуждении: те, кто совершали преступления как исполнители, наказывались в соответствии со ст. 17 УК Канады; те же, кто совершал преступления в роли пособников и соучастников, подлежат
наказанию согласно доктрине общего права450. Данное различие в
применении статутного и прецедентного права сохранилось по настоящее время. В деле Рузик Верховной суд пришел к выводу, что
ограничение нормы, регламентирующей принуждение, является неконституционным. И, таким образом, защита принималась во внимание в соответствии с нормами общего права451. В истории канадского уголовного права было предусмотрено супружеское принуждение, при котором предполагалась защита женщины, совершающей преступление под принуждением своего супруга (основанием
являлась ст. 18 УК). Это норма исходила из старого английского
права, которое предусматривало случаи, при которых, если жена совершала фелонию в присутствии мужа, общее право руководствовалось презумпцией, что она совершила это преступление под таким
сильным влиянием с его стороны, что это дало ей право на оправдание, даже если доказательства о принуждении со стороны мужа в
деле отсутствовали452. Однако в настоящее время ст. 18 УК Канады
отменила данную норму, установив, что «Презумпция отсутствует,
если человек, находящийся в браке, совершая преступление, делает
это по принуждению, причем причиной принуждения является то,
что преступление совершается в присутствии супруга (супруги)».
Судья Ламер в деле Хибберта указывает, что «человек, чьи действия были продиктованы страхом смерти или причинением тяжкого вреда здоровью, не может считаться сформировавшим общее намерение осуществить преступление с человеком, который угрожал
ему, если он не сотрудничает с ним. Угроза смерти или телесных
повреждений может оказать воздействие на состояние ума, что бесспорно, однако очевидно, что человек, который выполняет actus reus
в ответ на угрозы, не обязательно не будет иметь mens rea»453.
Таким образом, в настоящее время при рассмотрении дел, где в
качестве защиты выступает принуждение, имеет место конфликт
двух подходов: статутного права и теории общего права. В деле Рузик у Верховного суда была возможность учесть два подхода и ре 450
Borins S. The Defense of Duress (1981–1982) 24 // Crim.L.Q. – 1982 – P. 191–211.
451
R. v. Ruzik. – URL: http://scc.lexum.org/en/2001/2001scc24/2001scc24.html
452
Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 51.
453
R. v. Hibbert // Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. –
11th ed. – Toronto : Carswell, 2009. – P. 907–914.
172 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
дактировать нормы ст. 17 УК Канады, предоставляя доктрине общего права разрешать вопросы применения принуждения в качестве
защиты. Но Верховный суд так и не разъяснил данные положения454.
Статья 17 УК Канады пересматривается на соответствие положениям
Конституции, и исключаются составы, при которых данная норма
признается неконституционной. Базовое требование при применении
принуждения в качестве защиты – пропорциональность между преступлением и действием лица при принуждении455. Следует указать,
что, с одной стороны, ст. 17 УК Канады является «мягкой» (soft law),
так как обвиняемому нет необходимости доказывать, что он обоснованно верил в существование угрозы; с другой стороны, она является
формализованной, так как устанавливает конкретные составы преступления, при которых принуждение не будет являться защитой.
Дуализм в отношении защиты при принуждении – источник путаницы при рассмотрении дел судами Канады. Многие юристы надеются,
что в будущем Верховный суд Канады разрешит возникшую ситуацию,
установив в статье конкретные требования к принуждению, и при этом
норма не будет противоречить конституционным требованиям456.
Д. Стюарт указывает следующие основные признаки правомерности
принуждения: « … лицо не несет ответственность за действия при
принуждении, если лицо обоснованно полагает:
а) что угроза повлекла бы смерь или тяжкий вред здоровью этого лица или другого лица, если действия не были бы осуществлены;
б) что угроза будет приведена в исполнение, если лицо не начнет
действовать до того, как это лицо или другое получит официальную
защиту;
с) нет другого пути предотвращения угрозы457.
Следующим обстоятельством, исключающим вину, в Канаде является необходимость. Как отмечается в научной литературе, институт необходимости относится к числу древнейших институтов уголовного права458. Доктрина общего права долгое время пыталась най 454
Manning M., Sankoff Р. Указ. соч. ; R.v. Ruzik. – URL: http:// scc.lexum.org/en/2001/2001scc24/2001scc24.html; Stuart D. Learning Canadian Criminal Law. – Toronto : Carswell, 2009. –
P. 914–925.
455
Westen P., Mangiafico J. The Criminal Defense: A Justification, Not Excuse – And Why It Matters. – URL: http://wings.buffalo.edu/law/bclc/bclrarticles/6/2/westen.pdf
456
Coughlan S. Duress, Necessity, Self-Defense and Provocation: Implications of Radical Change //
Can.Crim.L. Rev. – 2002. – P. 147–161.
457
Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. –
Toronto : Carswell. – 2009. – P. 1156.
458
Додонов В. Н. Указ. соч. – С. 227.
173 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ти ответ на вопрос о возможности освобождения от уголовной ответственности, когда человек не имел выбора при совершении противоправного деяния. По общему праву освобождающим от ответственности признавалось такое обстоятельство, при котором лицо, причинившее вред другому лицу или его имуществу, сделало это с целью
спасти общество от значительного большего вреда459. Необходимость согласно сложившейся английской судебной практике распадается на два компонента – субъективный и объективный, причем
субъективный компонент предполагает, что защитные действия
предпринимаются единственно с целью избежать причинения вреда,
а объективный компонент предполагает, что защитные действия допустимы «только, если атака неизбежна или началась»; при этом за
обороняющимся признается право «первого удара»460. Основы применения защиты в случае необходимости были сформулированы
Д. Стифеном, который указал, что ссылка на необходимость недопустима в случаях: – когда предотвращенное зло было меньшим, чем преступление, совершенное для того, чтобы предотвратить зло;
– когда зло могло быть предотвращено другим путем, помимо
совершения преступления;
– если вред был большим, чем это было необходимо для предотвращения вреда461.
В Канаде институт необходимости толковался представителями
юриспруденции, но ссылка в качестве защиты на необходимость
крайне редко имело место в канадских судах. Эталоном при рассмотрении дел, в которых исследуется в качестве защиты необходимость,
является дело Дадли и Стивенса, рассмотренное в 1884 г.462. В данном
деле Дадли и Стивенс убили юнгу Паркера, чтобы избежать голодной
смерти. В решении по данному делу суд недвусмысленно заявил, что
общего правового принципа, в силу которого один человек обладал
459
Уголовное право зарубежных стран Указ. соч. – С. 54.
460
Есаков Г. А., Крылова Н. Е., Серебренникова А. В. Указ. соч. – С. 140.
461
Williams G. L. Necessity // Criminal Law Review. – 1978. – P. 129–130.
462
Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. – Toronto : Carswell. – 2009. – P. 876–879; Schultz P. The Necessity Defense Revisited: An Examination Through the Case of Regina v. Dudley & Stephens and President Bush’s Order to Shoot Down
Hijacked Aircraft in the Wake of September 11, 2001. – URL: http://wwwcamlaw.rutgers.edu/publications/law-religion/articles/RJLR_3_2_9.pdf
174 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
бы правом лишать жизни другого, ни в чем не повинного человека во
имя спасения собственной жизни, не существует463. Однако решение
по данному делу не было столь очевидным. При рассмотрении дела
суд обращался к работам М. Хэйла, Ф. Бэкона. После вынесения
решения над обвиняемыми была прочтена обычная для случаев осуждения за тяжкое убийство формула смертного приговора464. Однако королева Виктория, принимая во внимание общественное мнение, заменила смертный приговор на шестимесячное тюремное заключение.
В Канаде необходимость не признавалась защитой до рассмотрения Верховным судом Канады дела Перка465. Здесь обвиняемые выстроили защиту на необходимости : обвиняемые импортировали наркотические средства; их судно «Самарканда» следовало из Колумбии
(Южная Америка) на Аляску, они везли марихуану, рассчитывая, что
транспортировка и продажа марихуаны в открытом море не повлечет
за собой уголовной ответственности. При кораблекрушении они вынуждены были пришвартоваться на канадском побережье, так как
создавалась угроза жизни экипажа и потеря груза. В процессе судебного разбирательства обвиняемые заявили, что не имели намерения
импортировать наркотические средства в Канаду, они вынуждены были доставлять грузы согласно условиям контракта. Кроме того, согласно нормам международного права, если судно терпит бедствие,
оно может остановиться на территории любого государства, чтобы
избежать негативные последствия. Присяжные вынесли оправдательный вердикт. В данном случае судьи согласились с оправдательным
вердиктом, но не могли понять юридическую природу данной защиты. Затем в деле было указано, что в качестве защиты используется
доктрина необходимости, которая применяется согласно ст. 8 (3) Уголовного кодекса, предусматривающая, что основные принципы общего права применяются в отношении защит при обстоятельствах, исключающих противоправность, и обстоятельствах, исключающих виновность, если это не противоречит УК Канады и другим актам Парламента. При применении необходимости как обстоятельства, исключающего противоправность и виновность, в общем праве должны
быть соблюдены следующие принципы:
463
R. v. Dudley and Stephens (1884) 14 QBD 273; См. : М. Кенни К. Основы уголовного
права.– М., 1949. – С. 82.
464
Есаков Г. А., Крылова Н. Е. , Серебренникова А. В. – Указ. соч. – С. 150.
465
Perka v. R. – URL: http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1984/1984canlii23/ 1984canlii23.html
175 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
1) утилитарный принцип: оправдать можно только нарушение
закона, если оно позволяет избежать большего зла;
2) альтернативный принцип: основывается на хрупкости моральной человеческой природы и понятии о том, что оправдание
лица, нарушившего закон, налагает на него непосильное бремя (доказать, что иначе поступить было невозможно).
Судья Диксон, рассматривая необходимость как обстоятельство, исключающее противоправность, указывал: «Ни одна система
позитивного права не может признать принцип, позволяющий человеку нарушить закон на основании того, что, по его мнению, закон
вступил в противоречие с общественными ценностями. Принятие
такого подхода ввело бы элемент субъективности. Необходимость
является защитой, так как основывается на “реалистичной оценке”
человеческой слабости, при которой гуманный закон не может заставить людей выполнять закон в условиях экстраординарности, где
человек в условиях самосохранения вынужден совершить противоправные действия. Несправедливо наказывать того, кто не имел выбора и действовал противоправно»466.
Концепция необходимости как обстоятельства защиты в настоящее время носит неопределенный характер в канадском праве, и
суды пытаются ограничить применение данного вида защиты, чтобы избежать злоупотребления правом. Необходимость как защита
должна иметь место только в исключительных случаях, когда лицо
не имело выбора и не могло действовать иначе. Так, в 2001 г. Верховный суд Канады отклонил защиту на основании необходимости
в деле Латимера467. В 1993 г. фермер из Саскачевана усадил свою
дочь в кабину пикапа, где он подвел газ от выхлопной трубы, вследствие чего ей была причинена смерть. От рождения она страдала
церебральным параличом, была полным инвалидом физически и
психически, страдала от хронических болей и не имела каких-либо
надежд на поправку. Судебная система Канады оказалась в сложной
ситуации: с одной стороны, убийство было совершено отцом из сострадания – дальнейшая жизнь несчастного ребенка означала новые
страдания для нее и для семьи. С другой стороны, невозможно допустить прецедент подобного убийства, поскольку он может создать
почву для реальных преступлений под видом эвтаназии. При этом
рассматривался вопрос о применении в качестве защиты необходи 466
Manning M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 490.
467
R. v. Latimer. – URL: http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/2001/2001scc1/2001scc1.html
176 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
мости, причем рассматривались критерии в деле Перка, однако Верховный суд указал, что необходимость как основание защиты в данном деле отсутствует468. Во-первых, отсутствовала какая-либо опасность для Латимера либо для его дочери; во-вторых, суд постановил, что имелись иные законные средства, и противоправное поведение в форме убийства здесь неправомерно; в-третьих, нет пропорциальности между преступлением и предотвращенным вредом:
Латимер убил собственную дочь.
На форуме по уголовному праву, проводившемуся на тему
«Сделаем уголовное право ясным и правосудным», проходившем в
ноябре 1998 г. в Онтарио, Д. Стюарт сформулировал следующие основания крайней необходимости: «лицо не несет уголовной ответственности в состоянии необходимости, если:
1) это лицо обоснованно полагает, что существует необходимость избежать серьезного личного вреда в отношении самого лица,
других лиц или собственности;
2) если при любых обстоятельствах нельзя предположить, что
разумный человек поступил бы иначе;
3) лицо подвергается опасности вследствие обоснованных
причин469.
Изучение судебной практики показало, что основными условиями правомерности, выработанными судебной практикой, при необходимости являются:
1) необходимость в качестве защиты применяется только в ситуациях явной опасности (как указывал судья Диксон: ситуация
должна быть настолько неотвратимой и опасность должна быть такой, что нормальные человеческие инстинкты подавили бы волю);
2) в соответствии с законом невозможно разрешить возникшую
ситуацию (так как правом это не урегулировано), и если имеет место альтернатива поступить в соответствии с законом, а лицо ее не
использует, необходимость отсутствует;
3) преступление должно быть пропорционально вреду, так как
ни одна рациональная уголовная система не может извинить причинение большего вреда, чтобы избежать необходимости предотвратить меньшее зло.
468
Sneiderman The Latimer Mercy-Killing Case: A Rumination on Crime and Punishment /
Sneider // Health Law Journal. – 1997. – P. 1–26.
469
Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Указ. соч. – P. 1156.
177 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Еще одним обстоятельством в определенных случаях, исключающих виновность, является провокация. Провокация, как правило, имеет место тогда, когда полиция осуществляет расследование
преступления под так называемым «прикрытием», для возможности
изобличения и задержания преступников. В деле Кирзнера судья
Ласкин указал: «Методы расследования преступлений и изобличения подозреваемых различаются в зависимости от категории преступления. Например, там, где речь идет о насилии, о проникновении в жилище, краже, очевидно, повлекут за собой обращение в полицию потерпевших, что создаст должную доказательственную базу: жертва или члены его семьи, или владельцы собственности в зависимости от ситуации позвонят в полицию. Однако, когда совершаются преступления с согласия потерпевшего (consensual crime) и
подразумевающие волю и желание потерпевших, иных лиц, как в
случае проституции, азартных игр, оборота наркотических средств,
обычные методы не работают. Участники преступлений, рассматриваемые как жертвы, обычно не обращаются в полицию за помощью.
И полиция в ответ на общественное осуждение данных явлений
должна проявить инициативу»470.
Сложность института провокации состоит в том, что суду необходимо определить, может ли послужить защитой для обвиняемого
провокация преступления со стороны полиции. В деле Амато Верховный суд Канады постановил: несмотря на то, что полиция наделена правомочиями, противозаконное поведение полиции может
служить защитой человеку, который был вовлечен в совершение
преступления471. Судья Естей в данном деле указал: «Защита на основании провокации рассматривается как контрольный механизм для
определения преступления и привлечения к уголовному преследованию, где деяния лица приводят к совершению преступления лицом, в
противном случае оставшегося бы безнаказанным»472.
Очевидным случаем признания провокации в качестве защиты
будут случаи, где деятельность полиции противоречит принципам
правосудия. На практике встречаются случаи, в которых поведение
полицейских могло повлиять на отсутствие actus reus, необходимого
для наличия состава преступления. Так, в деле Лимье лицу было
предъявлено обвинение во взломе и проникновении в жилое поме 470
Kirzner v. R. – URL: http://scc.lexum.org/en/1977/1978scr2-487/1978scr2-487.html
471
R. v. Amato // См.: Manning, M., Sankoff P. Criminal law LexisNexis. – Toronto :
Canada Inc. – 2009. – P. 501.
472
R. v. Amato // См.: Manning, M., Sankoff P. Там же. – P. 501.
178 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
щение с намерением совершить преступление, рассматриваемое с обвинительным актом. Совместно с обвиняемым действовал полицейский-информатор. Однако, поскольку владелец дома согласился на
очевидный взлом и проникновение в его дом, разрешая полицейским
оставить входную дверь открытой, чтобы облегчить беспрепятственное проникновение в жилище, суд постановил, что у обвиняемого отсутствовало actus reus, так как взлом и проникновение должны быть
связаны с отсутствием разрешения собственника на взлом и проникновение473. Однако следует указать, что провокация не отрицает возможность доказательства наличия aсtus reus и mens rea как признаков
преступного деяния в случаях провокации преступлений со стороны
агентов полиции.
Одним из обстоятельств, исключающих виновность, является исполнение приказа. Статья 15 УК Канады устанавливает: «Никто не
может обвиняться в совершении противоправного действия или бездействия при исполнении приказа, если в то время он находился под
суверенной властью лица, которое обладало полномочиями в месте,
где совершалось действие или бездействие». Данное основание защиты происходит из английской Войны роз, и нет сомнения, что во время гражданской войны гражданское население подчинялось той власти, которой принадлежала реальная власть, так как существовал риск
применения наказания к лицам, не подчиняющимся этой власти474.
То же самое можно сказать о периоде оккупации. М. Мэннинг и
П. Санкофф указывают, что «если кто-то думает, что такая ситуация
не возникнет в Канаде, то он заблуждается, и статья применяется в
ряде случаев при ответственности за международные преступления»475. Несмотря на положение ст.15 УК Канады, согласно ст. 13 Акта о преступлениях против человечества и военных преступлениях
(Crimes Against Humanity and War Crimes Act), исполнение приказа не
является оправданием, если деяние представляет собой геноцид, преступления против человечности, военные преступления. В деле Дейлат Театр и Кº компания обвинялась за то, что арендатор театра осуществил демонстрацию непристойного фильма476. Компания утверждала, что должна быть оправдана на основании ст. 15 УК Канады.
473
R. v. Lemiex . – URL: http://scc.lexum.org/en/dn/1967/01.html
474
Stephen, J. F. A History of the Criminal Law of England. – London, 1883. – Vol. II. –
P. 254.
475
Manning M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 513.
476
Daylight Theatre Co. v. The Queen (1973), 17 C.C.C. (2d) 451 // Watt D., Fuerst M. Tremeear’s
Criminal Code. – Toronto : Carswell, 2002. – P. 48.
179 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Компания указала, что руководствовалась Актом о театрах и кинематографии 1968 г., так как члены комиссии подвергли фильм цензуре и
установили, что он может подлежать публичной демонстрации.
В данном деле судья Вуд постановил, что, так как отсутствовало противоречие между федеральными нормами и нормами провинциальных актов, ст. 15 не может быть применена в качестве защиты. Причем в аналогичном деле R. v. McFall судом было установлено, что
факт одобрения провинциальным цензором фильма не является основанием для признания отсутствия признака непристойности; в данном
случае должны быть исследованы все обстоятельства дела477.
Одним из обстоятельств, исключающих противоправность в
канадском праве, является малозначительность деяния. На практике
применяется максима: закон не занимается мелочами (De Minimis
Non Curat Lex). Эта максима происходит из общего права, была введена Вирдтем (Weerdt J. M. C.) в работе Оверволд (Overvold) и имеет древнюю историю. Одно из самых ранних упоминаний о данной
максиме имеет место в деле Реворд (The Reward), где лорд Стоуэл
установил: «Закон не обязывает жестко и педантично выполнять
статуты. Преследуется принцип, указанный в максиме “закон не занимается мелочами”». И если нарушения влекут незначительные
последствия, то наказание не должно быть неадекватно суровым. Если отклонение было небольшим и преступление незначительно, не
представляет большой опасности для общества, оно может должным
образом быть проигнорировано»478. Суть защиты заключается в том,
чтобы позволить не преследовать людей, которые лишь формально
нарушили статут. Основания для такой защиты не всегда были абсолютно ясны, и Э. Колвин, и С. Амманд указывают, что «этот принцип действует на грани закона об actus reus и законом извиняющей
защиты»479. Суды склонны, скорее, отказываться от обвинения
вследствие отсутствия основания преследовать по закону в определенных обстоятельствах. Защита применяется, так как нормы статутного права могут толковаться широко. Проблемы возникают при
двух видах защиты при данной максиме:
а) при обладании контролируемой субстанцией (чаще всего наркотическими средствами), что считается преступлением, независимо
от количества вещества, которое хранил обвиняемый;
477
R. v. McFall // Watt D., Fuerst M. Tremeear’s Criminal Code. – Toronto : Carswell, 2002. – P. 48.
478
Manning M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 517.
479
Colvin E. Principles of criminal law. – 3d ed. / E. Colvin, S. Anad. – Toronto : Carswell, 2007. –
P. 353.
180 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
б) при нападении, которое включает несогласованный контакт,
неважно какой тяжести480.
Несмотря на то, что данная максима соблюдается более ста лет,
есть противоречия в доктрине уголовного права:
1. Решение освободить подсудимого на основании того, что его
(или ее) поведение было слишком малозначительно, предполагается
во всех случаях этой доктрины. Суд должен решить, что Парламент
намеревался установить ограничения при нарушении. Например, при
рассмотрении дел о наркотических веществах часто пытаются основанием для защиты использовать то, что если обвиняемый хранил
незначительное количество наркотических средств, то не следует
привлекать его к уголовной ответственности. Противоположным аргументом является то, что если бы Парламент признавал данное положение, то он бы установил данные ограничения и указал на размер
наркотических средств, при котором ответственности не наступает.
2. Суды неохотно используют доктрину, так как имеют место
опасения по поводу того, что этот принцип даст судьям полномочия, которые трудно будет ограничивать или контролировать. Есть
множество примеров того, где судьи слишком быстро приходили к
выводу, что дело было малозначительным и не следует подвергать
лицо судебному преследованию.
Так, в деле Хинчей Верховный суд Канады очень быстро посчитал возможным применить максиму при интерпретации термина
«выгода» в контексте ст. 121 (1) (с) УК Канады при рассмотрении
случая коррупции служащего государственного предприятия.
Большинством голосов суд установил предположение, что такой
подарок, как чашка кофе, составляет выгоду, не образует преступления, и если статут все еще широко толкует норму и подразумевает
и малозначительные преступления, то максима может быть применена для того, чтобы исключить само обвинение 481. Суд отметил,
поскольку рассматриваемое дело не включало потенциального нарушения закона, не было четкого прецедента по этому случаю,
лучше оставить максиму “закон не занимается мелочами” для другого случая. Однако два года спустя в деле Курериера обсуждался
тип обмана, который исключал согласие на насильственно совершенный сексуальный акт (лицо страдало ВИЧ)482. Большинство судей прибегли к широкой интерпретации нормы, так как человек, ко 480
Manning M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 518.
481
R. v. Hinchey. – URL: http://scc.lexum.org/en/1996/1996scr3-1128/1996scr3-1128.html
482
R. v. Cuerrier. – URL: http://scc.lexum.org/en/1998/1998scr2-371/1998scr2-371.html
181 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
торый, например, лжет по поводу своего дохода, может также склонить лицо к сексуальному насилию. Суд осознавал, что осуждение
лица может привести к абсурдному решению, полагал, что закон
должен сохранить здравый смысл, и установил, что применять максиму можно в соответствующих инстанциях. Однако Верховный
суд Канады позицию суда первой и апелляционной инстанции отклонил и назначил новое судебное рассмотрение по данному делу,
полагая, что «… если человек знает, что он является ВИЧ-инфицированным и вступает в незащищенный половой акт, не уведомляя
об этом партнера, то он может быть признан виновным в нарушении
положений ст. 265 Уголовного кодекса»483.
При рассмотрении дела Canadian Foundation for Children,Youth and
the Law v. Canada Верховный суд установил легитимность ст. 43
УК, которая позволяла применять родителям силу при воспитании
детей. Возможность отмены ст. 43 УК Канады могла повлечь за собой прецеденты, когда любой родитель мог бы быть привлечен к
ответственности за применение даже незначительной силы. Суд
указал, что в данном случае возможно применить максиму, хотя судья Маклаклин указала, что «максима более непонятна и трудна в
применении, чем обоснованность зашиты, указанной в ст. 43 УК Канады»484. Тем не менее, как показывает обзор судебной практики,
данная максима применяется во время судебного разбирательства
по уголовным делам485.
На практике имеют место случаи, где обвиняемый указывает на
необходимость защиты в результате несчастного случая. Как указывает М. Мэннинг: «Несчастный случай – это в самом обычном смысле
событие неожидаемое и непланируемое. Основным принципом уголовного права остается принцип, согласно которому лицо нельзя признать виновным, если оно не планировало последствия своих намеренных действий, тогда как лицо может учитывать естественные и не
учитывать иные последствия»486. В деле Хьюгс указано, что «…если
человек стреляет из ружья, предполагая что оно незаряжено, то суды
рассмотрят это как насильственный акт»487. Примером также может
служить дело Маркотте, где стрельба произошла в драке, и ключевым
483
R. v. Cuerrier. – URL: http://scc.lexum.org/en/1998/1998scr2-371/1998scr2-371.html
484
Canadian Foundation for Children,Youth and the Law v. Canada. – URL: // http:/ scc.lexum.org/
en/2004/ 2004scc4/2004scc4.html
485
R.v. J.Z.C. (2010), R.v. J.A. (2011). – URL: http://scc.lexum.org
486
Manning M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 527–-528.
487
R.v. Hughes. – URL: http://scc.lexum.org/en/1942/1942scr0-517/1942scr0-517.html
182 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вопросом являлось, поставит ли перед присяжными судья вопрос о
наличии в данном деле несчастного случая. Судья Барклей указал:
«Каковыми не были бы доказательства – случайная стрельба не оправдана. Если имеют место показания обвиняемого о природе случайной стрельбы, то это должно оцениваться присяжными»488. Таким образом, возникают проблемы при применении защиты в виде несчастного случая, и для всех нарушений, где необходимо доказательство
mens rea, защита строится на отсутствии последней (не знал последствий и не мог их предвидеть). Общее право устанавливает, что намерения или действия жертвы
не избавляют лицо от преследования. Большое количество трудностей
возникает тогда, когда лицо обвиняется в преступлении и жертва тоже
была виновна. Небрежность потерпевшего, извиняющая в гражданском праве, не переносится в уголовное право. Право указывает, что
там, где небрежность обвиняемого повлекла смерть, небрежность
жертвы – не основание для защиты. Одним из дискуссионных вопросов канадского уголовного права является провокация убийства со
стороны потерпевшего. В части 2 ст. 232 УК Канады регламентируется провокация убийства: «Противоправные действия или оскорбление,
которые достаточны, чтобы лишить человека самоконтроля, являются
провокацией, если обвиняемый действовал во время внезапно возникшего сильного душевного волнения». В Канаде указание на провокацию убийства прослеживается в достаточно большом количестве
уголовных дел489. К. Роач рассматривает провокацию совместно с обстоятельствами, исключающими противоправность и виновность490.
Однако следует указать, что провокация, как правило, является обстоятельством, смягчающим ответственность за убийство. Верховный
суд Канады указывает, что «провокация не является обстоятельством,
ни исключающим противоправность и ни исключающим виновность
деяния при убийстве. Но учет законом насильственных действий, которые подстрекают преступление, должно повлечь за собой менее
строгое наказание, так как вызваны провокацией»491.
В УК Канады закреплены нормы, предусматривающие защиту
лиц, при применении силы, необходимой для предупреждения совер 488
Marcotte v. The King. – URL: http://scc.lexum.org/en/1950/1950scr0-352/1950scr0-352.html
489
R. v. Hill (1986), R. v. Thibert (1996), R. v. Schell (2000), R. v. Newman (1993)? R. v. Rojas
(2008), R. v. Mahalingan (2008). – URL: http://scc.lexum.org/scc-eliisa
490
Roach K. Essentials of Canadian Law. Criminal law. – 2nd ed. – Toronto : Irwin Law. – 2000. –
Р. 247–262.
491
R. v. Manchuk. – URL: http://scc.lexum.org/en/1937/1938scr0-18/1938scr0-18.html
183 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
шения преступления. Статья 25 УК Канады устанавливает: «Каждый,
кто обязан или уполномочен на основании закона действовать, для
управления или осуществления правоохранительной деятельности:
а) как частное лицо,
b) как полицейский или должностное лицо,
с) в помощь полицейскому или должностному лицу,
d) в силу своей должности, если он действует исходя из разумных оснований,
должен быть оправдан при применении силы, необходимой для
этой цели.
Однако лицо должно быть уполномочено действовать соответствующим образом и следовать принципу законности. Так, если
офицер полиции не наделен правомочием нарушить границы частного владения, то, например, арест с применением силы, при вторжении на территорию частной собственности противозаконен, и не будет считаться обстоятельством, оправдывающим вину. Так, судья
Диксон в деле Eccles v. Bourque указал: «Эта статья оправдывает лиц,
которые наделены законом для управления и осуществления правоохранительной деятельности, если их действия имеют разумное и
обоснованное основание, и ими применяется сила, необходимая в
данных целях. Вопрос, на который необходимо ответить, состоит в
том, были ли уполномочены данные лица законом, наделены ли правом нарушить границы владения, а не в том, уполномочены ли они
были совершать арест. И если они были уполномочены нарушить
границы владения, соответственное положение должно быть найдено
в общем праве, так как нет соответствующего положения в УК Канады. Проблема зависит от того, может ли нарушение частного владения быть оправдано по принципам общего права?»492. Статья 27 УК
Канады предусматривает защиту для любых лиц, чья деятельность
направлена на предупреждение преступления: «Любое лицо должно
быть оправдано при применении любой силы, которая необходима:
1) чтобы предотвратить совершение преступления;
2) в отношении того, кто совершил преступление и может быть
арестован без ордера;
492
Eccles v. Bourque. – URL: http://www.courts.gov.bc.ca/jdb-txt/ca/03/03/ 2003bcca0364.htm
184 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
3) в случае возможности немедленного причинения лицом тяжкого вреда здоровью человека или причинение существенного вреда
имуществу;
4) если лицо обоснованно полагает, что другое лицо совершает
преступление, указанное в п. а)».
При исследовании обстоятельств, исключающих вину, следует
указать о фактической и юридической ошибке. Ошибка по английскому уголовному праву признавалась обстоятельством, исключающим вину, так как у лица отсутствовала достаточная mens rea493. Допущение фактической ошибки обусловлено идеей морально упречного поведения как основы наказания субъекта: не выказавший
вследствие ошибки моральной злобности не подлежит наказанию494.
Наиболее известное решение по фактической ошибке вынес судья
Кейв в деле Толсона в 1889 г., указав: «Это доктрина (доктрина о защите при ошибке) происходит от максимы «actus non tacit reum, nisi
mans sit rea» (действие не делает виновным, если невиновна мысль).
Добросовестное и обоснованное заблуждение (ошибка) является таким же аргументом при защите, как отсутствие способности здраво
рассуждать в раннем возрасте или извращение этой способности, как,
например, в состоянии невменяемости»495. Д. Стюарт указывает:
«Там где mens rea должно быть выражено в форме намерения или
неосторожности, для того чтобы быть обстоятельством, исключающими вину, убеждение лица должно быть разумно обоснованно, хотя
обоснованность является лишь определяющим фактором убеждения»496. В деле Паппаджон судья Диксон указал: «Признание фактической ошибки основой для защиты отрицает тот факт, что Корона
доказала элемент вины. Следует, при отсутствии статута, гласящего
противоположное, признавать следующее:
1) где есть субъективные требования mens rea, ошибка должна
быть оправдана, и обоснованность рассматривается в отношении
оценки достоверности;
2) там, где элемент вины характеризуется небрежностью, ошибка должна быть достоверной (достоверным заблуждением) и обоснованной;
493
Уголовное право зарубежных стран. Указ. соч. – С. 49.
494
Есаков Г. А.Учение о преступлении в странах семьи общего права : автореф. дис. …
д-ра юрид. наук. – М., 2007. – С. 21– 22.
495
Manning M., Sankoff P. Указ. соч. – P. 346.
496
Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Указ. соч. – P. 1154.
185 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
3) защита строится на основании должной осмотрительности,
ошибка должна быть обоснованной и достоверной, бремя доказывания лежит на обвиняемом в случае совершения провинциального правонарушения;
4) там, где преступление относится к виду преступлений со
строгой ответственностью, там ошибка факта не является основанием для защиты»497.
Добросовестное заблуждение (ошибка) – вопрос факта для присяжных, и, учитывая бремя доказательств, Корона должна доказать,
что не было добросовестного заблуждения. Обоснованность накладывает объективные стандарты и лишает права на ошибку там, где
нет оснований. В деле Бивера Верховный суд указал: «…присяжные
должны определить, заблуждалось ли в обстоятельствах лицо добросовестно: это должно основываться на анализе всех доказательств, учете собственного опыта, здравого смысла и логики»498.
Юридическая ошибка вытекает из максимы – ignorantia juris neminem excusat – незнание права не извиняет. Статья 19 УК Канады устанавливает: «Незнание закона лицом, совершившим преступление,
не освобождает лицо от ответственности». В общем смысле ст. 19 УК
Канады отражает рациональное решение, способствующее тому, чтобы граждане отвечали за свое поведение, становясь более осведомленными о канадском праве499. Рассматривая юридическую ошибку,
Холмс указывает: «Этот принцип облекают в форму правила доказательств, что каждый должен знать закон. Это правило обосновывалось
еще Остином, на основании трудности доказывания юридической
ошибки. Если судья требует, чтобы фактические обстоятельства были
точными, трудности не являются основанием отказа от попытки. Знание человеком закона труднее доказать. Проблема заключается в том,
что бремя доказывания незнания права лежит на обвиняемом»500.
П. К. Руй и Х. Сильвер указывают: «С точки зрения концепции ответственности, имеющей в основе свободу выбора, знание закона очень
важно, поскольку без знания нет выбора. Привязывая защиту к юридической ошибке, утверждается, что преступность – это отклонение
от юридической нормы и бунт против “приказов” закона. Мы полагаем, что в свободном обществе санкции установлены не за бунт и
497
Pappajohn v. R. – URL: http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1980/1980canlii13/ 1980canlii13.html
498
Beaver v. R. – URL: http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1957/1957canlii14/ 1957canlii14.html
499
Manning M., Sankoff Р. Указ. соч. – P. 346.
500
Holmes, O. W. The common law // Stuart D., Delisle R. J., Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. – Toronto : Carswell. – 2009. – P. 711.
186 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
не за неподчинение, а за несоблюдение своих обязанностей по отношению к обществу»501.
Выделяют три проблемы при реализации данной максимы:
1. Эта максима слишком широка, поскольку есть множество
преступлений, включающих факты, определенные законом, как элемент actus reus. Тогда возникает проблема: непонятно, почему знание этих фактов не должно сформировать mens rea (на практике это
приводит к обвинению без доказательств mens rea). Суды в Канаде
не последовательны в принятии решений по таким делам, причем
часто занимая более жесткую позицию и привлекая лицо к уголовной ответственности за юридическую ошибку.
2. Даже если юридическая ошибка оказалась недоказанной, обвиняемому можно применить защиту, основанную на фактической
ошибке. Нелегко определить, была ли эта ошибка факта или права.
Для достижения принципа справедливости суды толкуют ошибку как
ошибку и права, и факта, или факта, или только права, создавая при
этом трудности для правоприменения.
3. Узкий (жесткий) подход к ошибке права может критиковаться,
так как он способствует несправедливости, отрицает наличие индивидуальных обстоятельств и трудностей при принятии решения в отношении конкретного лица, противоречит принципам доступности и понимания права в наше время. Применение ст. 19 УК Канады не может
быть отделено от неточности обеспечить граждан четкой информацией. Если люди знают закон и подлежат за нарушение закона наказанию,
то закон должен быть четким и ясным. Многие законы, которым должны подчиняться лица, толкуются по-разному (иногда имеет место проблема в толковании норм). Наказание должно отсутствовать в отношении тех, кто думал, что действовал в соответствии с законом502.
При рассмотрении проблемы юридической ошибки следует руководствоваться следующими требованиями:
1) необходимо обсуждать, как работают принципы общего права;
2) рассматривая практическую проблему, необходимо выявлять
различия между ошибкой права и факта;
3) оценивать влияние отдельных элементов статута, которые были
так прочитаны, истолкованы, что могут повлечь ошибку права;
4) необходимо изучить ряд исключений, где ошибка права может быть из ряда фундаментальных503.
501
Ryu P. K., Silving H. Error Juris: A Comparative Study // Stuart D., Delisle R. J.,
Coughlan S. Learning Canadian Criminal Law. – 11th ed. – Toronto : Carswell. – 2009. – P. 712.
502
Manning M., Sankoff Р. Указ. соч. – P. 357–358.
503
Manning M., Sankoff Р. Указ. соч. – P. 358.
187 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В практической деятельности встречаются случаи, где суд неверно толкует ошибку права или факта. В деле Филипса лицо обвинялось в хранении запрещенного оружия – ножа, который открывался
автоматически, путем использования центробежной силы. Обвиняемый утверждал, что он не знал, как открывается нож. Однако он был
обвинен, так как незнание не является защитой, а хранение такого ножа было запрещено. Но Апелляционный суд пересмотрел данное дело, так как, по мнению Апелляционного суда, судья первой инстанции неверно истолковал ошибку как юридическую. Обвиняемый
знал закон, но не знал, что нож его имел соответствующее качество;
другими словами, здесь имела место фактическая, а не юридическая
ошибка. Таким образом, обвиняемый был признан невиновным504.
Более сложная проблема установления защиты при ошибке возникает там, где особый тип юридических условий требует наличия элементов actus reus. В деле Вилленева его лицензия была отозвана при
обвинении его в оставлении места дорожно-транспортного правонарушения, и позже он был обвинен в управлении транспортным средством без лицензии. Его защита заключалась в том, что он не знал об
отзыве лицензии. Однако судья О. Херн указал, что «незнание факта
отзыва лицензии было прямым последствием его незнания, что
ст. 221 УК Канады влечет за собой отзыв лицензии, т.е. незнание об
отзыве неотрывно от незнания закона. И это не является фактической
ошибкой»505. Таким образом, если отзыв лицензии был осуществлен,
а лицо не знало норм права, то это – юридическая ошибка. А если,
например, административный орган установил, что штрафных баллов достаточно для отзыва лицензии, то незнание этих обстоятельств
следует рассматривать по правилам фактической ошибки.
Учитывая вышеизложенное, следует указать, что уголовное право
Канады содержит достаточно широкий перечень обстоятельств, исключающих противоправность и вину, и позволяющих наделить лиц правом на применение силы при наличии определенных обстоятельств,
поощряя их на охрану своих прав и свобод, защиту других лиц, общества и государства, и сформировать дополнительно сдерживающий мотив у лиц, желающих преступить нормы закона.
504
Phillips v. R. – URL: http://www.canlii.org/en/ca/scc/doc/1978
505
R. v.Villeneuve // Watt D., Fuerst M. Tremeear’s Criminal Code. – Toronto : Carswell,
2002. – P. 48.
188 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Приложение 1
Сравнительная характеристика состояния преступности
в Канаде и США
Таблица П 1.1
Коэффициент
преступности
в Канаде
Год
2006
2007
2008
2009
2010
7,245
6,899
6,618
6,445
5,953
Таблица П. 1.2
Коэффициент
преступности
в США
3,808
3,730
3,669
3,466
3,346
Год
2006
2007
2008
2009
2010
189 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Приложение 2
Большая «индустриальная двадцатка» G-20.
(уровень убийств на 100 тыс. населения
по данным ООН на 2003–2008 гг.)
1. Южная Африка
2. Бразилия
3. Россия
4. Мексика
5. США
6. Аргентина
7. Великобритания
8. Турция
9. Индия
10. Южная Корея
11. Канада
12. Франция
13. Италия
14. Китай
15. Австралия
16. Саудовская Аравия
17. Германия
18. Индонезия
19. Япония
20. Евросоюз (Исландия)
21. Евросоюз (Литва)
36,5
22
14,2
11,6
5,2
5,2
4,8
2,9
2,8
2,3
1,7
1,4
1,2
1,2
1,2
0,9
0,8
0,7
0,5
0
8,6
190 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Приложение 3
Динамика преступлений, связанных с незаконным оборотом
наркотических средств в Канаде (1980–2010)
Уровень на 100 тыс. населения
Таблица П.3.1
1
2
3
г.
П р и м е ч а н и я . 1 – управление автомобилем в состоянии алкогольного
или наркотического опьянения;
2 – преступления, связанные с незаконным оборотом каннабиса;
3 – прочие преступления
Виды преступлений
Владение – каннабис
Владение – кокаин
Владение – другие
наркотические средства
Перевозка, изготовление,
продажа – каннабис
Перевозка, изготовление,
продажа – кокаин
Перевозка, изготовление,
продажа – другие
наркотические средства
Всего
2009
2010
49,151
7,614
56,870
7,256
Таблица П. 3.2
2010 (в сравнении
с 2009), %
14
–6
8,224
9,462
14
16,404
18,256
10
10,027
9,729
–4
6,543
6,959
5
97,963
108,529
10
191 Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Приложение 4
Выдача лицензий на оружие в Канаде (сентябрь 2011 г.)
Таблица П. 4.1
Провинции
Alberta
British Columbia
Manitoba
New Brunswick
Newfoundland
and Labrador
Northwest
Territories
Nova Scotia
Nunavut
Ontario
Prince Edward
Island
Quebec
Saskatchewan
Yukon
Всего
62,864
77,056
27,476
41,359
160,672
147,979
52,935
31,911
Лицензии,
выданные
несовершеннолетним
1,351
416
300
120
28,181
45,028
154
73,363
540
4,580
48
5,168
41,519
51
195,689
32,810
2,936
324,631
1,121
8
3,531
75,450
2,995
523,851
3,396
3,050
19
6,465
173,042
31,267
1,095
683,535
323,450
60,158
5,168
1,195,308
21
82
43
7,214
496,513
91,507
6,306
1,886,057
Лицензия
Лицензия
на владение
на владение
и приобретение
192 Всего
224,887
225,451
80,711
73,390
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Учебное издание
Сулейманова Светлана Тимуровна
Основные институты
Общей части уголовного права Канады
Редактор Т. В. Веденеева
Корректор Ж. А. Лубенцова
Компьютерная верстка С. В. Денисовой
Подписано в печать 12.11.12.
Формат 60x841/16. Усл. печ. л. 11,28.
Тираж 50. Заказ № 877.
_______________________________________________________
Издательство ПГУ
440026, Пенза, Красная, 40
Тел./факс: (8412) 56-47-33; e-mail: iic@pnzgu.ru
193 
Документ
Категория
Юриспруденция
Просмотров
709
Размер файла
1 411 Кб
Теги
основные, институт, право, канади, часть, уголовное, 2020, общее
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа