close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

духовная коммуникация как форма искреннего общения

код для вставки
ДУХОВНАЯ КОММУНИКАЦИЯ КАК ФОРМА ИСКРЕННЕГО ОБЩЕНИЯ
С.В. Гузенина
ФГБОУ ВПО «Тамбовский государственный университет
имени Г.Р.Державина», dialog-lana@yandex.ru
Мир современной социальной реальности, в которую органично вошли социальная
дифференциация, экономические кризисы и политические конфликты, погоня за
рейтингами, прибылью и успехом, сегодня почти не оставляет человеку шансов для
глубокой рефлексии и попыток понимания его истинной природы. Марксистский тезис о
том, что бытие определяет сознание ежедневно и повсеместно доказывается в самых
разнообразных социальных и культурных практиках Востока и Запада, центра и
периферии, стран-реципиентов и стран-доноров олигархами и топ-менеджерами,
политиками,
актёрами,
дипломатами,
журналистами,
чиновниками
и
ведущими
популярных шоу. Вопреки (вроде бы) меняющейся научной парадигме, при ближайшем
анализе обнаруживается, что обозначенная выше марксистская трактовка социальной
жизни весьма актуальна даже для тех, кто яростно ненавидит марксизм (что означает
всего лишь отсутствие привычки обращения к источникам). «Не сознание определяет
жизнь, а жизнь определяет сознание» [1] – такова главная мысль К.Маркса и Ф.Энгельса,
великих представителей немецкой классической философии.
Однако, несмотря на мировое многообразие культур и их поступательную
динамику, очевидно константное присутствие в поле каждой из них сакральных духовных
(чаще религиозных, реже - творческих и научных) практик. Более того, стремление
человека выразить себя в разнообразных видах искусства, возникновение философии как
попытки понять глубины собственного разума, феномены альтруизма, гениальности,
отшельничества, подвига, народной памяти и другие значимые атрибуты культуры
человечества вне зависимости от эпохи, политико-экономической детерминации и
этнической специфики упорно ставят после тезиса К.Маркса и Ф.Энгельса большой знак
вопроса.
В самом деле, ни борьба за жизнь с силами природы на заре эры человечества, ни
религиозные войны и костры Средневековья, ни тоталитарные политические режимы ХХ
века, ни ежедневно воспроизводимые людьми информационного общества имиджисимулякры – до сих пор так и не смогли уничтожить в человеке стремления к духовной
эволюции. Одной из её характерных черт выступает настойчивый поиск высших форм
межличностного, группового и даже массового духовного общения как отчетливое
желание достигнуть отличного от существующего, возможного или не-возможного, но
лучшего бытия. Такая «инобытийность», разумеется, является весьма непростым
предметом научного осмысления, ибо мир духовных коммуникаций ситуативен, к тому
же, требует больших эмоциональных и волевых усилий.
Феномен массовой духовной коммуникации встречается весьма редко. Его
научный анализ представляется делом недалекого будущего, хотя некоторые научные
разработки в России в данной области обозначились сравнительно недавно[2]. Но тема
является чрезвычайно сложной, чтобы делать по фрагментарным данным какие-либо
объективные обобщения. По этой причине в настоящей статье наметим лишь её
очертания, пояснив, что в некоторых случаях (война, угроза безопасности, победа страны в
спортивной жизни, науке, культуре и др.) массовая духовная коммуникация проявляется
наиболее ярко. К примеру, в России феномен массовой духовной коммуникации до сих пор
очевиден в день Победы 9 мая (особенно отчетливо – Минута молчания) и 22 июня в день
начала Великой Отечественной войны. Безусловно, народное духовное единение имеет
самое прямое отношение к образу Родины. И это чувствование не глобальной Родиныгосударства, но такая сакральная связь человека и Родины, которая сродни вере, и может
быть описана лишь как духовная коммуникация с обобщенным Другим. Коммуникация
человека с Родиной обязательно апеллирует к памяти обо всех живущих когда-то на этой
земле, а также мысленно связана с теми, кто будет жить здесь и в будущем.
Уточним, что сама категория «коммуникация» в социально-гуманитарной науке
чаще получает трактовку «обмен информацией», то есть имеет обоснование в русле
кибернетической парадигмы (Н.Винер, К.Шеннон). Однако указанный научный подход не
может пояснить всего богатства и возможностей человеческой природы, диалектики
человеческого общения, поскольку слишком функционален и не включает образцы
человеческой
духовности
(самопожертвование,
вдохновение,
любовь)
в
свой
категориальный аппарат. Социология духовных коммуникаций как научное направление
восполняет имеющийся методологический пробел, ведь человек не может быть ни
охарактеризован, ни понят исключительно техническими средствами. Сама попытка
обоснования феномена духовной коммуникации уже приоткрывает завесу в terra incognita,
поскольку апеллирует к удивительной способности человека к духовному диалогу,
который отличается от вербального диалога возможностью «быть собой, будучи
одновременно и другим»[4,с.7].
Разумеется, духовная коммуникация может принимать характер и группового
взаимодействия. Чаще она встречается в среде творческих, одаренных людей любой
профессии. Их способность к быстрой духовной коммуникации даёт им т.н. «духовное
зрение», иначе говоря, многие из тех, кто имел опыт духовной коммуникации - сенсетивы.
Идентичные по способности к духовным коммуникациям люди быстро понимают друг
друга благодаря наличию внутреннего «психологического радара». Примечательно, что в
социальной жизни люди, способные к духовной коммуникации, обычно
не слишком
успешны, т.к. не находят понимания у начальства, слывут «белыми воронами», редко
вписываются в нормативность трудовых коллективов и любых властных отношений.
Любое общество приписывает им всяческого рода «странные истории», вытесняет в
аутсайдеры и объединяет в условную группу под ярлыком «не от мира сего». Последнее
определение вполне справедливо, поскольку ясно отражает их приоритеты и саму жизнь,
которая лишь частично, и, скорее, вынужденно связана с социальностью.
Здесь же следует подчеркнуть, что и духовные практики, недоступные
непосвященным людям, но так или иначе присутствующие в профессиональной жизни
священнослужителей, позволяют также относить их в особую группу «других», но при
этом нужных всем остальным, людей. Молитва, венчание, крещение и иные духовные
практики выступают для них не только ежедневным ритуалом: способность к духовной
коммуникации для священников является предусловием их профессионального служения.
Несмотря на редкость желания пережить опыт духовной коммуникации, т.к. она не
возникает автоматически, сама по себе, но требует определенных духовных усилий, такой
опыт вполне возможен и в жизни т.н. «обывателей». Как вражда, ненависть, непонимание
рождаются из социального мира, так и противоположные феномены, апеллирующие к
миру духовности - дружба, сострадание, творческий взлёт - имеют свои истоки в
агрессивной социальной среде, но возникают как противостояние ей. Русская поэтесса
Анна Андреевна Ахматова совершенно справедливо замечала: «Когда б вы знали, из
какого сора растут стихи, не ведая стыда…». Все дело в том, что духовная коммуникация
возможна лишь при условии, когда мы устаём от фальши, то есть от постоянной и
вынужденной социальной необходимости «быть-не-собой».
Мы начинаем коммуницировать, чтобы быть.
Наиболее доступными для социологического наблюдения формами духовной
коммуникации являются:
- бескорыстная дружба (товарищество, иногда – духовное братство, что особенно
часто встречается в периоды военных событий);
- симпатия;
- любовь;
- жалость (не к себе);
- искреннее милосердие;
- все виды совместного творчества.
Исследователи подчеркивают, что духовная коммуникация как высшая форма
человеческого общения чаще встречается в разнополой диаде и всегда имеет четкие
качественные характеристики. Можно говорить о духовной коммуникации, если Ваше
общение с другим:
- симметрично (в духовной коммуникации нет места социальным атрибутам:
статусам, ролям, не имеют значения профессия или возраст). При этом, как указывает
тамбовский социолог И.Федоров, «она автоматически подразумевает состояние, когда
мнение, ценности, ассоциативные ряды другого человека воспринимаются как свои
собственные. В этом смысле, даже термина «симметрия» недостаточно»[3,с.9]. В
духовной коммуникации нет места эгоизму, она исключительно альтруистична, поскольку
выстраивается по принципу «я - как бы ты»;
- бескорыстно (никто не предполагает получения за период такого общения или
после него каких-либо бонусов или вознаграждений);
- не имеет пространственно-временных границ. Пожалуй, наиболее удачно данное
положение иллюстрирует «вылет из времени» двух влюбленных, а также духовная связь
матери и ребёнка на большом расстоянии. Межличностная духовная коммуникация, не
прекращающаяся даже с уходом одного человека из земной жизни, другим передается
так1:
Вот бреду я вдоль большой дороги
В тихом свете гаснущего дня…
Тяжело мне. Замирают ноги.
Друг мой милый, видишь ли меня?
Все темней, темнее над землёю –
Улетел последний отблеск дня,
Вот тот мир, где жили мы с тобою,
Ангел мой, ты видишь ли меня? [4,с.199];
- оставляет ощущение: «то, что происходит - для меня очень важно, я хочу
понять…», поскольку духовная коммуникация всегда апеллирует к глубинному
личностному комплексу, при этом каждый из участников искреннего общения выступает
для другого «звездой надежды» на избавление от него (отметим, что наличие комплекса
не всегда осознается);
-
затрагивает
психологически
всю
личность
целиком,
до
конца.
Такое
взаимодействие не может быть поверхностным, т.к. психологическая вовлеченность в
него максимальна, оно представляет собой «прорыв» к высшей искренности как к самому
себе.
1
Стихотворение Ф.И.Тютчева «Накануне годовщины 4 августа 1864 года»
Отметим, что межличностная духовная коммуникация имеет несколько стадий и в
ней очень небольшую роль играет вербальный компонент (важный только на начальных
стадиях), поскольку её основу составляют образы, символы, чувствования и попытка
«психодиалога», нежели слова как таковые. Важно также, что духовная коммуникация не
всегда протекает удачно, но даже
при «срыве» такого взаимодействия (что бывает
довольно часто), и её начальный этап оказывается настолько запоминающимся и ярким,
что оставляет у духовно-развитого человека ощущение «хочу повторить». При
благоприятных обстоятельствах такое искренне общение имеет шанс на повтор, однако
при
многократных
срывах
к
«социальности»
вероятно
обретение
комплекса
коммуникофобии. Впрочем, и тогда мечта о духовной коммуникации остаётся с
человеком, поскольку мы не можем отказаться от желания быть понятыми.
В завершение подытожим, что духовная коммуникация одновременно выражает и
уникальность разума, и духовную природу человека, заложенные в самой топологии
человеческой психики. Она показывает качественное и истинное отличие людей от всех
иных живых существ на земле. Следовательно, при любых внешних обстоятельствах и
условиях человек неизбежно будет стремиться к духовным коммуникациям. При этом
ровно настолько, насколько он человек.
Литература:
1. Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // К.Маркс и Ф.Энгельс. Сочинения.
М., 1955. URL: http://www.marxists.org/russkij/marx/1845/german_ideology/02.htm (дата
обращения 02.02.2014).
2.
См.
Стаметов
Виктор
Владимирович.
Природа
шоу
как
массовой
псевдокоммуникации: диссертация ... кандидата социологических наук: 22.00.06. Тамбов,
2008.179 с.; Гузенина Светлана Валерьевна. Роль богемы в духовной жизни общества: на
примере провинциального города: диссертация ... кандидата социологических наук:
22.00.06. Тамбов,2008.209 с.; Хренов Н.А. Публика в истории культуры. Феномен публики
в ракурсе психологии масс. М.: Букинист. 2007.496 с.; Хренов Н.А. Театр как
социологический феномен. М.: Букинист. 2009.520 с.
3. Фёдоров А.И. Пролегомены социологии духовных коммуникаций. СПб: Наука,
2007.312 с.
4. Тютчев Ф.И. О вещая душа моя!..: Стихотворения. Переводы. Размышления о
поэте. М.: Школа-пресс 1995. 494 с.
Документ
Категория
Психология
Просмотров
33
Размер файла
208 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа