close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Диалоги о В. Шукшине

код для вставки
(Литературный вечер]
Диалоги о В. Шукшине
(Литературный вечер]
В подготовке вечера нет мелочей: оформление, одежда его
участников, манера их поведения на сцене. Очень важна и оценка вечера
в педагогическом и ученическом коллективе.
Оформление вечера может быть очень простым и традиционным:
портрет писателя, живые цветы рядом с портретом, красиво написанный
плакат со стихами Е. Евтушенко о Шукшине. Важно, чтобы в ходе вечера
об этом портрете было сказано несколько слов, чтобы стихи, написанные на
плакате, прозвучали со сцены.
На сцене участники располагаются таким образом: полукругом стоят
десять стульев (их количество можно уменьшить, но увеличивать не
стоит), на них садятся все. Сбоку стоит журнальный столик, на нем
книги В. Шукшина, живые цветы, рядом кресло — это место ведущего
(взрослого).
В диалогах должны быть заняты ученики, умеющие говорить
убежденно, чувствующие себя на сцене непринужденно. Так, в нашем
сценарии их предусмотрено несколько: ведущий, юные критики, знатоки
биографии В. Шукшина, внимательные и доброжелательные читатели,
чтецы. От того, насколько удачно учитель распределит роли, зависит успех
постановки диалогов.
Готовясь к этому вечеру, старшеклассники прочитали рассказы В.
Шукшина: «Срезал», «Обида», «Материнское сердце», «Сураз», «Волки»,
«Ванька Тепляшин», «Рыжий», «Страдания молодого Ваганова», «Нольноль целых», «Други игрищ и забав»; повести: «Калина красная»,
«Энергичные люди», «До третьих петухов», сборник его статей
«Нравственность есть Правда».
Ведущий. Сегодня в этом зале нас всех объединяет одно: интерес к
творчеству Василия Макаровича Шукшина.
На нашем литературном вечере мы поспорим о тех вопросах, которые
В. Шукшин поставил и решать которые он завещал нам. Мы поговорим об
уроках В. Шукшина: о способе жить в искусстве, о позиции художника. Его
творчество зовет к спору, к обсуждению. На нашем вечере прозвучат
воспоминания о писателе, его письма, отрывки из статей, стихи и песни.
Чтец.
Разметалось село в предгорьях,
Где Катунь расплескалась светло,
Знало вдоволь и лиха, и горя
Стародавнее это село.
Здесь мальчишка торил дорожку,
Пьяный ветер вдыхал с лугов,
В огороде тяпал картошку,
На Катуни тягал чебаков...
Край сибирский. Пейзаж неброский.
Бьет о берег Катуни волна.
Знает каждый в России, что Сростки —
Это родина Шукшина.
Кондаков
Чтецы. (Из автобиографии В. Шукшина)
—Родился 25 июля 1929 года в селе Сростки Бийского района
Алтайского края. Родители — крестьяне. Со времени организации колхозов
(1930 г.)— колхозники. В 1933 году отец арестован органами ОГПУ.
Дальнейшую его судьбу не знаю. В 1956 году он посмертно полностью
реабилитирован.
— В 1943 году окончил сельскую семилетку... Работал в колхозе,
потом, в 1946 году ушел из деревни.
Работал в Калуге,., во Владимире,., на стройках Подмосковья.
Работал попеременно разнорабочим, слесарем-такелажником, учеником
маляра, грузчиком... В 1949 году был призван служить во флот... служил на
Черном море, в Севастополе. Воинское звание — старший матрос;
специальность — радист. После демобилизации приехал домой.
—
Во все времена, везде много читал. Решил, что смогу,
пожалуй, сдать экстерном экзамены на аттестат зрелости. Сдал... Считаю
это своим маленьким подвигом — аттестат. Такого напряжения сил я
больше никогда не испытывал. После этого работал учителем вечерней
школы рабочей молодежи...
Чтец. (Из статьи В. Шукшина «Монолог на лестнице».) «Учитель
я был, честно говоря, неважнецкий (без специального образования, без
опыта), но не могу и теперь забыть, как хорошо, благодарно смотрели на
меня наработавшиеся за день парни и девушки, когда мне удавалось
рассказать им что-нибудь важное, интересное и интересно. (Я преподавал
русский язык и литературу.) Я любил их в такие минуты. И в глубине
души не без гордости и счастья верил: вот теперь, в эти минуты, я делаю
настоящее, хорошее дело. Жалко, мало у нас в жизни таких минут. Из них
составляется счастье».
Ведущий. Есть река на Алтае — Катунь. Злая, белая от злости.
Прыгает по камням, бьет их в холодную грудь крутой яростной волной,
рвется из гор. А то вдруг присмиреет в долине — тихо, слышно, как гуси
кричат, как утки в затоне плывут к островам. Отдыхает река. Чистая,
светлая, каждую песчинку на дне видно, каждый камешек. (Текст читается
на фоне песни «Заморозки». Стихи и музыка А. Крупна).
Чтец. (Из воспоминаний В. Шукшина.)
«Был 1954 год. Шли вступительные экзамены во ВГИК. Подготовка
моя оставляла желать лучшего, специальной эрудицией я не блистал и всем
своим видом вызывал недоумение приемной комиссии...
Потом произошло знакомство с Михаилом Ильичом Роммом.
Абитуриенты в коридоре нарисовали страшную картину человека, который
на тебя сейчас глянет и испепелит. А посмотрели на меня глаза удивительно
добрые. Стал расспрашивать больше о жизни, о литературе...»
Чтец. «Ужас экзамена вылился для меня в очень человечный и
искренний разговор. Вся судьба моя тут, в этом разговоре, наверное, и
решилась. Правда, предстояла еще отборочная комиссия, которую тоже,
видимо, изумило, кого набирает Михаил Ильич...
Председатель комиссии иронически спросил:
— Белинского знаешь?
— Да, — говорю.
—А где он живет сейчас? В комиссии все затихли.
- Виссарион Григорьевич? Помер, — говорю, и стал излишне горячо
доказывать, что Белинский «помер». Ромм все это время молчал и слушал.
На меня смотрели все те же бесконечно добрые глаза... Мне везло... на умных и добрых людей».
Ведущий. «Мне везло на умных и добрых людей»... Стоит
задуматься над этой фразой. Анализ даже лежащих на поверхности
биографических фактов, кажется, не дает повода так думать. Другой на
месте В. Шукшина мог бы всю жизнь проклинать судьбу, ожесточиться. Но
В. Шукшин — человек в высшей степени совестливый, умеющий критически
относиться к себе и с пониманием — к другим.
Чтец. Я хочу прочитать стихи Леонида Попова. Мне кажется, что
позиция поэта в главном перекликается с жизненной линией писателя В.
Шукшина:
Поздно: учиться «петь — танцевать».
Шаркать подошвой по жаркому кругу.
Стыдно: поклоны впрок раздавать,
Пылко влюбляться в столичную вьюгу,
Верить пожатью казенной руки,
Честью платить за натужную милость,
Время: свои подытожить долги,
Благо достаточно их накопилось.
Время: припомнить былые грехи,
Чтоб понапрасну душа не гордилась.
Время: вчитаться в чужие стихи,
Чтоб от своих голова не кружилась.
Время: последнюю выгрести медь,
Но до копейки за все расплатиться
И до рассвета успеть умереть,
Чтоб на рассвете свободным родиться!
Л. Попов
Ведущий. Хотелось бы услышать мнение участников нашего вечера о
произведениях писателя, о тех проблемах, которые он став перед
читателями.
(Спор участников вечера о проблеме города и деревни в
творчестве Шукшина.)
—Позвольте мне высказать свое мнение.
В. Шукшин, конечно, писатель хороший. Но! Ему свойственна
некоторая социальная ограниченность. Он постоянно писал о деревне и
деревенских жителях, а к городу и горожанам относился отрицательно.
—Вот посмотрите, в рассказе «Сураз» В. Шукшин каждый
поступок Спирьки Расторгуева сочувственно объясняет. Этот деревенский парень — преступник по своей сути — окружен авторским вниманием
и пониманием.
—А что в этом плохого? И Достоевский к преступнику
Раскольникову относился с пониманием и сочувствием. Это верная
писательская позиция: понять дела человеческие, войти в душу героя. Вот
если бы В. Шукшин оправдывал Спирьку Расторгуева...
—Это верно. Писатель должен понимать своих героев, это так. Но
его сочувствие и понимание не должно быть избирательным. А если В.
Шукшин сочувствует деревенскому Спирьке, но не сочувствует
городскому Сергею Юрьевичу — с этим согласиться невозможно. А в
рассказе «Материнское сердце» хороший Витька Борзенков так бы и
остался, хорошим: женился бы в своей деревне на скромной
хозяйственной девушке, но город его испортил и судьбу его сломал.
—Не надо факты передергивать! Город — это всего лишь место
действия рассказа. А причина несчастий Витьки не в городе, а в нем
самом. Мать его прямо говорит об этом: пьяный— дурак дураком
становится. Так что город тут ни при чем.
—И все-таки В. Шукшин социально ограничен деревенской темой.
—Неправда!
—Не перебивай, пожалуйста. Сам — с семнадцати лет — горожанин.
Учился в вузе, а о студентах ничего интересного не написал.
—Даешь роман о студентах!
—Дай мне договорить. Он был писателем, режиссером, артистом, а
о жизни интеллигенции — ни слова. Одна деревня, деревня, деревня. Там
— его милые деревенские «чудаки», а в городе живут «бяки»,
«энергичные люди», которые паразитируют за счет государства.
—Так оно и есть. В деревне люди добрее, проще. Нет в них
ненависти этой — исподтишка. В деревне весь человек на виду. Его же
с детства все знают. Никто там поэтому нос друг перед другом не
задирает. И относятся они к людям по-доброму.
—Да, добренькие в деревне люди. К своим они добрые. Из своей
деревни. А случись чужой человек — та же неприязнь, то же недоверие.
- Посмотрите, в рассказе «Срезал» деревенские мужики с почти
одинаковым недоверием относятся и к чете Журавлевых, приехавших из
города, и к Глебу Капустину, который родом из другой деревни. Они
натравливают их друг на друга и смотрят на это со стороны. Пусть
подерутся, пусть поругаются, а нам забава.
—
Вот видишь, оказывается, не ко всем деревенским жителям В.
Шукшин с сочувствием относится. Не зря же он говорил: «И в деревне
есть всякие, есть такие, что не приведи господи!» Это сам В. Шукшин
писал. Наверное, он знал деревню.
А что в этом плохого, что он пишет о деревне? Он знает ее лучше —
вот о ней и пишет. Возьмем для примера рассказ «Волки». Два героя, зять
Иван и тесть Наум, оба деревенские жители, но относится к ним В. Шукшин по-разному. И не потому вовсе, что один родом из этой деревни, а
другой — из той. В. Шукшин испытывает своих героев, ставит их в
сложную жизненную ситуацию перед лицом опасности. Когда за ними
погнались волки, оба испугались, но Наум от страха стал трусом и
предателем, а Иван оказался деятельным и смелым человеком.
Ведущий. Главное для В. Шукшина — не где человек живет, а
как он живет и как о й это человек. Это же несерьезно: требовать, чтобы художник написал о студентах, о милиции, об ученых, об интеллигенции.
Главное — иметь мужество говорить правду. И Шукшин его имел.
Приведу пример. Видим мы в окружающей жизни что-то дурное — и
привычно твердим: «родимые пятна капитализма», «пережитки прошлого в
сознании людей», «тлетворное влияние Запада». А В. Шукшину хватило
смелости посмотреть в лицо жизни. И вот со страниц рассказа «Обида»
раздался горестный крик Сашки Ермолаева: «До каких пор мы сами будем
помогать хамству... Ведь мы сами расплодили хамов, сами! Никто нам их не
завез, не забросил на парашютах...»
(Спор продолжается. Идет разговор о внешней грубости и внутренней
беззащитности героев В. Шукшина.)
—
В. Шукшин дал нашему искусству урок правды и урок
мужества. Это верно. Но какие-то стороны его правды лично я не
принимаю. Его правда иногда бывает грубой и необузданной. Вот в пьесе
«До третьих петухов» обидела Баба Яга Ивана, а он в ответ на
обиду кричит: «А ху-ху не хо-хо, бабуленька?» Эта реплика режет слух,
она очень груба. Когда такие слова звучат со сцены, меня коробит.
—Чистоплюйство какое-то...
— Верхоглядство...
— А тебе бы хотелось, чтобы Иван говорил интеллигентно, как диктор
на телевидении: «Извините, уважаемая Баба Яга, с вопросом о
строительстве коттеджика обратитесь в строй-трест».
—Поверила бы ты тогда, что это герой из народной сказки? Нет,
конечно.
—В народе так не говорят.
- Надо в корень смотреть. В душу человеческую надо вглядеться.
Ведь за грубостью Ивана скрывается его беззащитность. Не циничная
пустота души, а беззащитность.
- Да, он грубит. Но он не может, не научен иначе защищать свое
человеческое достоинство. Это не вина его, а беда.
—
Так же беззащитен перед нашим судом Павел Попов, герой
рассказа «Страдания молодого Ваганова». Стоит только вспомнить его
заявление в суд, оно же наполовину состоит из бранных слов Но даже
молодой, неопытный юрист Ваганов проникается к Попову сочувствием.
- А я не проникаюсь. Мне не нравится Попов. Не нравится и
писатель, который доводом в споре провозглашает силу кулака. Этот
Павел Попов на женщину руку поднял, а вы все воспылали к нему
любовью. Я не могу считать удар табуретом по голове аргументом в
споре.
Когда шукшинских героев охватывает «трясун» и они готовы
крушить правых и виновных, бегать по городу с пестиком, как в рассказе
«Други игрищ и забав», или с молотком, как в «Обиде», сочувствовать им
страшно.
Слушая тебя, можно подумать, что В. Шукшин
предлагает нам бегать за своими обидчиками с оружием. Не нужно так
оглуплять В. Шукшина.
—
Если так рассуждать, то получится, что В. Шукшин
призывает обливать бюрократов чернилами, как делает Колька Скалкин в
рассказе «Ноль-ноль целых». А ведь это не так.
Ведущий. В. Шукшина не пугают резкие, неожиданные поступки
героев. Бунтовщики нравятся ему, потому что эти люди на свой несуразный
лад защищают человеческое достоинство.
Писатель ненавидел людей самодовольных, сытых, успокоенных, он
хотел растревожить нашу душу, показывая правду, а от него требовали
красивых героев и благородных жестов. В. Шукшин писал: «Как у всякого,
что-то делающего в искусстве, у меня с читателями и зрителями есть
еще отношения «интимные»— письма. Пишут. Требуют. Требуют красивого героя. Ругают за грубость героев, за их выпивки и т. п... А ведь
чего требуют? Чтобы я выдумывал. У него, дьявола, живет за стенкой
сосед, который работает, выпивает по выходным (иногда — шумно),
бывает, ссорится с женой... В него он не верит, отрицает, а поверит, если я
навру с три короба; благодарен будет, всплакнет у телевизора, умиленный,
и ляжет спать со спокойной душой». В. Шукшин хотел разбудить нашу совесть, чтоб задумались, что с нами происходит.
Чтец. В искусстве уютно
быть сдобною булкой
французской,
но так не накормишь
ни вдов,
ни калек,
ни сирот.
Шукшин был горбушкой
с калиною красной
вприкуску,
черняшкою той,
без которой немыслим народ...
Когда мы взошли,
на тяжелой закваске
мужицкой,
нас тянет к природе,
к есенинским чистым
стихам,
Нам с ложью Её сжиться,
в уюте ужей не ужиться,
и сердце как сокол,
как связанный Разин Степан.»,
Е, Евтушенко» «Памяти Шукшина».
(Можно использовать запись песни «Сон Стеньки Разина» в
исполнении Ж. Бечевской)
Ч т е ц. Шли по стране его прекрасные фильмы: «Живет такой парень»,
«Печки-лавочки», «Калина красная». Се страниц журналов смотрели на нас его
герои: шоферы, колхозники, шорники, паромщики, сторожа. Страна узнала
себя в его героях и полюбила В. Шукшина.
Вопрос из зала (к участникам спора на сцене). Чем лично вас
удивил, поразил В. Шукшин как человек, как художник? Чем интересен вам
В. Шукшин?
—Мне нравится, как просто В. Шукшин умеет сказать о самом
важном: «Надо человеком быть, а не сшибать полтинники». Как хорошо
сказано! И просто...
—В. Шукшин знал жизнь и умел рассказать о ней ярко, с чувством
юмора..
- Мне нравится, что В. Шукшин борется за достоинство человека.
Призывает нас не мириться со злом.
Вопрос из зала. Что хотел сказать В. Шукшин в «Калине
красной», убивая своего Егора Прокудина? Что ворам нет смысла рваться к
нормальной жизни? Да?
- Он хотел сказать, наверное, что воровской мир очень жесток. Что
от него не так-топросто отделаться...
- Мне кажется, что В. Шукшин хотел сказать, что за все в жизни надо
платить. Иметь возможность уважать себя и чувствовать к себе уважение
людей — на это порой уходит вся жизнь. Не одно поле надо вспахать, не
один поступок нужно совершить. И Егор это понял.
Ведущий. При жизни В. Шукшина мало кто задумывался о том,
какой ценой оплачено его искусство. Мы задумываемся об этом только
теперь, когда его не стало. В записках на полях его черновиков есть такие
строчки: «Никогда, ни разу в своей жизни я не позволил пожить
расслабленно, развалившись. Вечно напряжен и собран. И хорошо, и плохо—
начинаю дергаться, сплю с зажатыми кулаками... Это может плохо кончиться,
могу треснуть от напряжения».
Чтец:
Он не вышел ни званьем, ни ростом.
Не за славу, не за плату,—
на свой необычный манер,—
он по жизни шагал над помостом —
по канату, по канату,
натянутому, как нерв!
Посмотрите! Вот он без страховки идет!
Чуть правее наклон — упадет, пропадет!
Чуть левее наклон — все равно не спасти!..
Но, должно быть, ему очень нужно пройти
четыре четверти пути,
И лучи его с шага сбивали,
и кололи, словно лавры.
Труба надрывалась, как две!
Крики «браво!» его оглушали,
а литавры, а литавры —
как обухом по голове!..
Он смеялся над славою бренной,
но хотел быть только первым.
Такого попробуй угробь!
Не по проволоке над ареной —
он по нервам — нам по нервам —
он шел под барабанную дробь!
Посмотрите! Вот он без страховки идет!
Чуть правее наклон — упадет, пропадет!
Чуть левее наклон — все равно не спасти!
Но — замрите! Ему остается пройти
Не больше четверти пути.
В. Высоцкий. «Канатоходец».
Чтец. (Из письма В. Шукшина Глебу Горышину.)
«Глебович! Что это ты загрустил там, верста коломенская? Жизнь так
прекрасна! И удивительна. Смотри, как я: попишу, попишу_—_ выйду на
балкон, повою — и опять писать. Такая бодрость охватит, что сил нет.
Хочется рвать и метать. Метать — это не знаю, что такое, а рвать —
пожалуйста, корзина рядом. Рвем. (...)
А чтоб серьезно, так «я уже тебе скажу»: хорошо, если бы мы все-таки
выдюжили. Не видел, как дуги гнут? Березку распаривают и — осторожно,
постепенно сгибают. Бывает — ломается. Мужик... запаривает новую.
Очень меня как-то тронуло твое письмо. И — сижу и думаю: как же
нам быть? И ничего не могу придумать, кроме как — выдюжить.
Милый мой, понимаю всего тебя от пят до макушки. А если учесть твой
рост, то выходит, что понимаю много».
(Можно использовать запись песни «Молитва Франсуа Вийона» в
исполнении Б. Окуджавы.)
(Спор участников вечера о своеобразном подходе В. Шукшина к
проблеме положительного героя.)
— В. Шукшин — художник мужественный. Это так. Он умел
беспощадно высмеивать хамов, бюрократов, дельцов. Но! Мне кажется,
есть у него один недостаток…
- Какой?
- В произведениях В. Шукшина нет положительного героя,
- Ну и что?
- Не с кого брать пример.
- А без положительного примера ты не понимаешь, как тебе жить?
Или, может быть, тебе не понятно, за что борется В. Шукшин? Тебе не
понятно, о каких он людях мечтает? Если он борется с хамством, с
трусостью, с бесчестностью — разве не ясно, за что он ратует? Ведь можно
разными способами бороться за человека. У Николая Островского —
один способ, а у В. Шукшина — другой.
— Сам В. Шукшин писал об этом с юмором: «Допустим, вышел
молодой человек из кинотеатра и остановился в раздумье: не понял, с кого
надо брать пример, на кого быть похожим. (...) На кого быть похожим? На себя. Ни на кого другого ты все равно не будешь похожим». В. Шукшин и
предлагает нам подумать о самих себе.
Но все-таки. Вот и в «Энергичных людях» нет ни одного
положительного героя: одни воры, деляги, демагоги.
—Как говорится, «энтузиасты собственного кармана». Уголовный
кодекс по ним плачет.
—Кодекс-то, может, и плачет. Да сами-то они живут припеваючи.
—Это ты называешь «припеваючи»? От каждого звонка
вздрагивать, всех бояться, каждую минуту ждать разоблачения.
—Иметь кучу денег и не иметь от них никакой радости. Пьянство,
продажность.
—Все душевные силы тратить на то, чтобы пить изобретательно.
—У них же отношения друг с другом спекулянтские: «Ты — мне, я —
тебе». Любая услуга требует оплаты. Успокоил я твою жену —купи мне
перстенек с эмблемой. Ни дружбы, ни любви — все растоптано.
—Едва до убийства не дошли, чтоб шкуру свою спасти. Куда уж как
хорошо живут.
—Я хочу прочесть стихотворение, относящееся к нашему спору и к
жизненной позиции В. Шукшина.
Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
каждый выбирает для себя.
Каждый выбирает по себе
слово для любви и для молитвы.
Шпагу для дуэли, меч для битвы
каждый выбирает по себе.
Каждый выбирает по себе.
Щит и латы. Посох и заплаты.
Мера окончательной расплаты.
Каждый выбирает по себе.
Каждый выбирает для себя.
Выбираю тоже — как умею.
Ни .к кому претензий не имею.
Каждый выбирает для себя.
Ю. Левитанский.
Чтецы. (Из рабочих записей В. Шукшина).
—«Сейчас скажу красиво: хочешь быть мастером, макай свое перо в
правду. Ничем другим больше не удивишь».
—«Добрый, добрый… Эту медаль носят через одного. Добро — это
доброе дело, это трудно, это не просто. Не хвалитесь добротой, не делайте
хоть зла!»
—«Когда нам плохо, мы думаем: «А где-то кому-то хорошо». Когда
нам хорошо, мы редко думаем: «Где-то кому-то плохо».
—«И что же — смерть? А листья зеленые. (И чернила зеленые.)»
—«Я — сын, я — брат, я — отец„. Сердце мясом приросло к жизни.
Тяжко, больно —уходить».
Исполняется песня «О жизнь моя, не уходи». Слова А, Жигулина,
музыка В. Белецкого.
Ведущий. Нет с нами большою писателя — В. Шукшина. Но остались
его книги, его мысли... И каждый его рассказ заставляет нас задуматься о
серьезных проблемах современности, о жизни, о поведения человека, его
поступках.
И вновь вспоминаются слова писателя: «Русский народ за свою историю
отобрал, сохранил, возвел в степень уважения такие человеческие качества,
которые не подлежат пересмотру: честность, трудолюбие, совестливость,
доброту.. Уверуй, что все было не зря: наши песни, наши сказки, наши
неимоверной тяжести победы, наши страдания — не отдавай всего этого за
понюх табаку... Мы умели жить. Помни это. Будь человеком».
Автор
mukhrimma
Документ
Категория
Образование
Просмотров
15
Размер файла
43 Кб
Теги
диалог
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа