close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Наум Коржавин

код для вставки
Так начиналось «литературное» поприще Эмки Манделя (Наума Коржавина), уроженца древнего Киева, осмелившегося написать в 1947 г. о Сталине: «Суровый жёсткий человек, не понимавший Пастернака» («16 октября»). О студенческой жизни юного поэта поведал в
Наум Коржавин
(род. в 1925 г.)
В КОНЦЕ декабря 1947 г. у входа в студенческое общежитие
Литературного института им. А. М. Горького остановился «чёрный воронок», а
через несколько минут два «энкавэдиста» стояли возле койки, на которой
сидел заспанный, ничего не понимающий близорукий юноша: «Вы
арестованы! Оружие есть?» Вопрос показался дурацким. Поэтому студент
ответил не без издёвки: «Пулемёт под кроватью». Его оборвали нецензурной
бранью...
Так начиналось «литературное» поприще Эмки Манделя (Наума
Коржавина), уроженца древнего Киева, осмелившегося написать в 1947 г.
о Сталине: «Суровый жёсткий человек, не понимавший Пастернака» («16
октября»). О студенческой жизни юного поэта поведал в повести «Охота» В.
Тендряков (Знамя. — 1988. — № 9).
«Литературная учёба» Наума Коржавина продолжалась более семи лет
на островах зловещего «архипелага» ГУЛАГ. А в это время по Москве
«ходили» его стихи, вселяя надежду в тех, чьи уста ещё молчали, но сердца
уже не могли мириться со сталинским режимом.
Гуляли, целовались, жили-были...
А между тем, гнусавя и рыча,
Шли в ночь закрытые автомобили
И дворников будили по ночам.
Давил на кнопку, не стесняясь, палец,
И вдруг по нервам прыгала волна...
Звонок урчал... И дети просыпались,
И вскрикивали женщины со сна...
Я шёл, бродил и не писал дневник,
А в голове крутилось и вертелось
От множества революционных книг.
И я готов был встать за это грудью,
И я поверить не умел никак,
Когда насквозь неискренние люди
Нам говорили речи о врагах...
Романтика, растоптанная ими,
Знамёна запылённые кругом...
И я бродил в акациях, как в дыме.
И -мне тогда хотелось быть врагом.
(«Стихи о детстве и романтике», 1944)
Наизусть читали в тесном кругу строки из поэмы Коржавина «Зоя»
(1945), обличавшие иезуитскую проповедь «сталинщины», взывавшие к
гражданскому мужеству тех, кого парализовали страх и апатия.
Мы родились в большой стране,
в России.
Как механизм, губами шевеля,
Нам толковали мысли неплохие
Не верившие в них учителя.
Мальчишки очень чуют запах фальши.
И многим становилось всё равно.
Возились с фото и кружились в вальсах,
Не думали и жили стороной.
Такая переменная погода!
А в их сердцах почти что с детских лет
Повальный страх тридцать седьмого года
Оставил свой неизгладимый след.
Находясь в карагандинской ссылке, Коржавин знакомится с такими
же, как и он сам, «врагами народа». Среди них была и Ольга Львовна
Адамова-Слиозберг, прекрасная, мужественная, чья судьба отразилась в
книге А. Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ». Её рассказы и собственные
наблюдения стали первоосновой многих произведений поэта. Летом 1953 г.
в Караганду пришла весть о смерти «отца народов». Коржавин не мог не
откликнуться на неё стихами.
Ведь он считал,
что к правде путь —
тяжелый,
А власть его
сквозь ложь
к ней приведёт.
И вот он — мёртв.
До правды не дошёл он,
А ложь кругом трясиной нас сосёт...
В его поступках
лжи так много было,
А свет знамён
их так скрывал в дыму,
Что сопоставить это всё
не в силах —
Мы просто
слепо верили ему,
Моя страна!
Неужто бестолково
Ушла, пропала вся твоя борьба?
В тяжёлом, мутном взгляде Маленкова
Неужто нынче
вся твоя судьба?
А может, ты поймёшь
сквозь муки ада,
Сквозь все свои кровавые пути,
Что слепо верить
никому не надо.
А к правде ложь
не может привести.
(«На смерть Сталина», 1953).
В Москву Коржавин вернулся в конце 1954 г. Постепенно стал
публиковаться в столичных журналах. В 1961 г. появилась большая
подборка его стихотворений в сборнике «Тарусские страницы» (Калуга). В
1963 г. вышла книга его поэтических откровений «Годы». Основные темы
стихотворений, вошедших в сборник,— размышления о времени и людях,
назначении поэзии, событиях Великой Отечественной войны («Где вы, где
вы?..», «Хлеб», «Дети в Освенциме», «Посвящение Карлу Либкнехту»,
«Инерция стиля», «Рафаэлю», «Осень в Караганде» и др.). В 1967 г. в
Театре им. Станиславского была поставлена его пьеса «Однажды в
двадцатом», позднее появились драматические произведения «Жить хочется»
(«Однажды в двадцать втором») и «Различные точки зрения».
Коржавин сделал множество поэтических переводов, выступал как
критик и теоретик литературы: публиковались его статьи о творчестве С.
Маршака, В. Берестова, было написано исследование «Анна Ахматова и
серебряный век». Поэт вынашивает надежду опубликовать сборник статей о
поэзии «В защиту банальных истин», но в это время в стране уже происходят
«большие перемены»...
Темы 1937 г., коллективизации, культа личности Сталина, подавления
тоталитарной системой свободолюбия, звучавшие в его стихотворениях,
вызывают яростный гнев брежневско - сусловской цензуры.
В октябре 1973 г. Коржавин покинул родину.
«Меня никто не выдворял,— вспоминал впоследствии поэт. — Правда,
вызвали в прокуратуру и стали задавать
разные неприятные вопросы. В мое жизни всё это однажды было, и
я, естественно, не хотел, чтобы это повторилось. Уехал я, потому что стало
невыносимо душно. Уехал доживать, считая, что жизнь кончилась...»
(Коржавин Н. Гармония против безвременья //Вопр. лит. — 1989. — № 7.
— С. 166).
В Бостоне (США) он продолжает заниматься литературой. В
зарубежной русской периодике появляются его стихотворения, поэмы,
множество статей, в издательстве «Посев» выходят два поэтических
сборника: «Времена» (1976) и «Сплетения» (1981).
Боль за судьбу многострадальной родины пронизывает поэзию
Коржавина. И в эмиграции, на чужбине, он чувствует кровную связь с ней,
мысленно переносится в её и своё прошлое, пытаете заглянуть в будущее.
Там стыдно жить —
пусть Бог меня простит.
Там ложь, там топь,
и в топь ведёт дорога.
Но там толкает к откровенью стыд,
И стыд приводит к постиженью Бога...
Я в этом жил и возвращенья жду,
Хоть дни мои глотает жизнь иная.
Хоть всё равно я многих не найду, Когда вернусь...
И многих — не узнаю. Пусть будет так...
Устал я жить, стыдясь, Не смог так жить...
И вот — ушёл оттуда. И не ушёл...
Всё тех же судеб связь Меня томит...
И я другим — не буду.
(«Довольно!.. Хватит!.. Стала ленью грусть...», 1974)
А в поэме «Сплетения» поэт с болью исповедуется:
...Не странно ль? Сбежав за границу,
Держась за последний причал,
Я рад, что мне вышло родиться \
В стране, из которой сбежал.
Но всё — и причастие к небу,
И к правде пристрастье моё
(За что и гоним был нелепо,
И изгнан) — во мне от неё.
И счастлив я,— даже тоскуя,—
Что я не менял, как во сне,
Отчизны — одну на другую,
Равно безразличную мне.
А жил, как положено,— дома,
На родине, с нею не врозь,
И резал ножом по живому,
Когда расставаться пришлось.
(«Сплетения», 1980).
В начале 1989 г. Наум Коржавин по приглашению Б. Окуджавы побывал на
родине. Москва встретила его радушно. Поэт выступал во многих вузах,
домах культуры, клубах, студиях, творческих союзах... В беседе с Б.
Сарновым Коржавин
сказал: «Счастлив, что я здесь. Счастлив, что мои стихи печатаются на
Родине, что не только вернулись к читателю стихи, которые публиковались у
нас раньше, а напечатаны те, о публикации которых даже в либеральные
хрущёвские времена не приходилось и мечтать. Я вернулся к своему читателю.
Это и есть моё возвращение на Родину, моё участие в её жизни» (Коржавин Н.
У нас нет права на пессимизм //Моск. новости. — 1989. — № 7. — С. 16).
Критика давно определила отличительные особенности поэзии Коржавина:
предельная искренность, ясность мысли, неприятие поэтической вычурности,
интонационная свобода, философский лиризм, доверие к читателю. Права Т.
Бек, когда утверждает, что «стих его ориентирован на прямой и
непосредственный диалог, разговор, контакт с читателем единомышленником.
Поэтический мир Коржавина равно историчен и современен» Вопр. лит. —
1989. — № 7. — С. 167).
Коржавин — ярый сторонник простоты в поэзии: «Я даже, честно
говоря, не понимаю стремления к сложности (при этом я совсем не отрицаю
сложности бытия). Но, как мне кажется, художественное творчество как раз
и состоит в преодолении этой сложности, этого хаоса. Иногда — по причинам
личным или историческим — простоты можно достигнуть, только жертвуя
правдой. Тогда лучше сложное (оно лучше, чем ложное). Но всё же
сложность всегда происходит от невозможности достичь простоты, гармонии, ясности» (там же. — С. 179). О себе поэт скромно и в то же
время с достоинством говорит:
Я не был никогда аскетом
И не мечтал сгореть в огне.
Я просто русским был поэтом
В года, доставшиеся мне.
Я не был сроду слишком смелым
Или орудьем высших сил,
Я просто знал, что делать. Делал.
А было трудно — выносил.
ЛИТЕРАТУРА
Коржавин Н. Стихи. Тарусские страницы. Литературнохудожественный сборник.— Калуга, 1981. — С. 131 — 137.
Коржавин Н. Годы. — М.: Сов. писатель, 1963. — 1 1 4 с . Коржавин
Н. Верность себе самому: Стихи //Октябрь. — 1988. — № 8. Коржавин
Н. Простые вещи: Стихи //Огонёк. — 1988. — № 41. Коржавин Н.
Стихи разных лет //Дружба народов. — 1988. — ЛЬ 12. Коржавин Н.
Танька: Поэма //Знамя. — 1988. — № 12.
Коржавин Н. О себе. — Ответы на вопросы анкеты //Иностр. лит.
— 1989. — № 2.
Коржавин'Н. То свет, то тень: Беседа на вечере поэта Наума
Коржавина // Сов. Россия. — 1989. — 16 фев.
Коржавин Н. Трудные банальные истины: Интервью с поэтом
//Лит. газета—1989.— 22 марта.
Коржавин Н. Жизнь под диктовку стихов //Сов. Эстония. — 1989.
— 3 марта, г)
Кор ж а в и н Н. У нас нет права на пессимизм //Моск. новости. —
1989. — № 7.
Коржавин Н. Сегодня надо думать не о том, как «пробивать»
рукописи, а о том, как писать //Кн. обозрение. — 1989. — № 21.
Коржавин Н. Пять стихотворений //Новый мир. — 1989. — № 3.
Коржавин Н. Анна Ахматова и «серебряный век» //Новый мир. — 1989.
— № 7.
Коржавин Н. Не приемлю экстремизма //Новое время. — 1989. —
№ 18.
Коржавин Н. Гармония против безвременья. Беседу вела Татьяна
Бек //Копр. лит.— 1989. — № 7.
Берестов В. Предисловие к подбор, стихов Н. Коржавина «Простые
вещи» //Огонёк. — 1988. — № 41.
Лазарев Л. Годы /Рецензия //Юность. — 1964. — № 2.
Михайлов И. Годы /Рецензия //Звезда. — 1964. — № 4.
С а р н о в Б. Верность себе самому //Предисл. к подбор, стихов Н.
Коржавина //Октябрь. — 1988. — № 8.
Солоухин Вл. Годы и судьбы //Новый мир. — 1964. — № 1.
Тендряков В. Охота //Знамя. — 1988. — № 9.
Урбан А. Чтоб просила правда твоя //Лит. газета. — 1988. — 23
нояб.
Автор
mukhrimma
Документ
Категория
Образование
Просмотров
15
Размер файла
167 Кб
Теги
наум
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа