close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Petr 1

код для вставкиСкачать
Петр I- государственный деятель и человек
Содержание
Введение
. Ранние годы
. Жизненные события, повлиявшие на становление Петра-реформатора
. Понимание Петра служению государству
. Планы, принципы и приемы управления
. Петр I - «homo novus»
. «Харизма» Петра I
. Личная вера Петра
. Державные заботы
. Значение личности Петра I в становлении Петербурга
. Оценка исторической роли Петра I
Заключение
Список использованных источников
Введение
петр царь реформатор
В российской истории было несколько переломных эпох, кардинально
изменявших судьбу нации. Каждая из них ассоциируется с той или иной
выдающейся личностью, оказавшей особое влияние на ход времен. Но в ряду
великих особо выделяется Петр Романов, «мореплаватель и плотник»,
преобразователь России.
Мощный импульс, заданный им, позволил Российской Империи полтора
века двигаться от одного триумфа к другому, раздвигая границы страны и
одолевая врагов - при том, не меняя основ своего общественного и
государственного устроения.
Уникальная личность Петра, соединившая в себе титанические ресурсы
интеллекта и целенаправленной воли, стала эталоном для оценки всех
последующих правителей России. К сожалению, ни один из них так и не сумел
подняться до уровня, заданного легендарным царем-плотником. Но этот
человек,
который
в
крупномасштабном
изображении
кажется
словно
выкованным из металла, при близком рассмотрении обнаруживает в себе массу
ординарных
свойств,
недостатков
и
слабостей.
Петр
Романов
был
представителем своего времени, плотью от плоти своего народа - того народа,
чью историческую судьбу он так круто повернул и направил по новому пути.
Современники Петра считали его одного причиной и двигателем той
новизны, какую вносили в жизнь его реформы. Эта новизна для одних была
приятна, потому что видели в ней осуществление своих желаний и симпатий,
для других она была ужасным делом, ибо, как им казалось, подрывались основы
старого быта, освященные старинным московским правоверием. Одни называли
Петра «земным богом», другие - антихристом.
1. Ранние годы
Петр Алексеевич Романов родился в Москве 30 мая 1672 года от брака
царя Алексея Михайловича со второй женой - Натальей Кирилловной
Нарышкиной. Маленького Петра, проживавшего фактически в ссылке со своей
матерью в подмосковном селе Преображенском, никто всерьез не рассматривал
как претендента на царский престол. Образ жизни в Преображенском был
сравнительно простым, поэтому мировосприятие Петра не было зажато в узких
рамках, установленных «царским обиходом». Петр жил непосредственными
впечатлениями, потребностями и стремлениями своей детской природы. В
мальчике
как
бы
воспроизвелась
личностная
конструкция,
заданная
замечательным генным наследием сильного, энергичного и талантливого рода
Кобылиных-Кошкиных-Романовых. К незаурядным природным данным Петра
присовокупилось еще и сравнительно неплохое, по меркам XVII века,
образование, которое потом постоянно дополнялось в процессе непрерывного
самообучения. Особую роль в интеллектуальном развитии юного Петра сыграли
частые контакты с иностранцами - обитателями Немецкой слободы, среди
которых было немало весьма интересных, хорошо образованных людей.
Петр рано женился на Евдокии Лопухиной, под давлением матери.
Браком она пыталась остепенить сына, надеясь, что молодая и красивая жена
отучит царя от сумасбродных забав и опасных военных игр. Почти
одновременно пришла первая настоящая любовь к Анне Монс, равнозначная
тяжкому греху по понятиям той эпохи.
В то же время условия жизни Петра в детстве и юности отнюдь не
благоприятствовали развитию гармонично-взвешенного характера. В возрасте
10 лет он оказался в эпицентре острейшего политического кризиса. Сначала
придворная партия Нарышкиных после смерти Федора Алексеевича добилась
провозглашения Петра государем всея Руси. Затем вспыхнул кровавый
стрелецкий бунт 1682 года, когда на глазах мальчика-царя несколько его
ближайших родственников были растерзаны озверевшей толпой. Далее - снова
семь лет жизни в Преображенском под властью ненавистной сестры Софьи,
объявленной правительницей государства при номинальном совместном
царствовании малолеток Ивана и Петра. Летом 1689 года благоприятные
обстоятельства способствовали свержению Софьи и практически бескровному
переходу власти к Петру.
Под влиянием целого комплекса обстоятельств у Петра смолоду
развивался тот холерический, взрывной темперамент, который впоследствии так
часто проявлялся всполохами гневной ярости - или наоборот, безудержного
веселья, вакхического разгула страстей.
Таким вырос Петр Алексеевич Романов - «человек очень хороший и
одновременно очень дурной», так охарактеризовала его одна умная немка,
общавшаяся с молодым русским царем в ходе его первого визита в Европу.
. Жизненные события, повлиявшие на становление Петра-реформатора
В биографии Петра можно выделить три важных события раннего
самодержавия, повлиявших на становление Петра-реформатора. Во-первых, это
поездка в Архангельск в 1693-1694 годах. Обыкновенное «потешное»
путешествие в город на Белом море, несомненно, стало крупным событием в
жизни молодого царя. Он впервые увидел настоящее море, настоящие корабли,
совершил первое плавание в неспокойной и опасной стихии, так непохожей на
гладь прудов Подмосковья и Плещеева озера. Это дало мощный толчок
фантазии, появилась мечта о море для России, возник подлинный культ
корабля, морской стихии.
Вторым важным событием тех лет стали Азовские походы 1695-1696
годов - война с Турцией за выход к Азовскому морю. Здесь, на южных рубежах,
произошла в эти годы генеральная репетиция тех событий, которые в других,
более грандиозных и драматических масштабах развернулись в начале XVIII
века уже на западных рубежах. Первоначальные неудачи со взятием Азова,
строительство флота в Воронеже, наконец, военная победа над серьезным
соперником, возведение на берегу Азовского моря нового города, отличного от
традиционных русских городов, - Таганрога - все это мы потом встречаем на
берегах Невы и Балтики. Для Петра Азовские походы были первой военной
школой, которая, хотя он и оценивал ее впоследствии скептически, все же
принесла ему несомненную пользу. Опыт управления большой армией, осады и
штурма сильной крепости не прошли даром для военного гения Петра. Не менее
важно и то, что здесь, под стенами Азова, в сознание Петра вошло
представление о своем месте, «должности», роли в жизни России. Именно с
Азовских походов, а не с момента воцарения, как справедливо заметил
советский историк Н. И. Павленко, Петр вел впоследствии отсчет своей
«службы» на троне. Именно идея служения России, как он это понимал, стала
главным стержнем его жизни, наполняла для него высшим смыслом все его
действия и поступки, даже самые неблаговидные и сомнительные с точки
зрения тогдашней морали.
Наконец, третьим событием, повлиявшим на становление личности
будущего преобразователя России, стала его длительная поездка за границу в
составе Великого посольства в 1696-1697 годах. Петр ехал не как член
делегации, а как сопровождающее лицо, среди других дворян и слуг. Это дало
ему значительную свободу, позволило детально познакомиться со многими
сторонами жизни Голландии, Англии и других стран. И дело было, конечно, не
только в обучении мастерству кораблестроителя на голландских и английских
верфях. Петр впервые увидел западноевропейскую цивилизацию во всем ее
военном и культурном могуществе, почувствовал ее дух, смысл и силу.
Он вывез из Европы не только знания, впечатления, трудовые мозоли, но
и идею, которую для себя формулировал предельно просто: чтобы сделать
Россию столь же сильной, как и великие державы Европы, необходимо как
можно быстрее перенять у Запада все необходимое. Именно тогда окончательно
оформилась ориентация Петра на западноевропейскую модель жизни, и это
означало автоматически отрицание жизни старой России, последовательное и
порой ожесточенное неприятие, разрушение старого, ненавистного, того, что
ассоциировалось с врагами: Софьей, стрельцами, боярством.
. Понимание Петра служению государству
Принципиально важно заметить, что Петр понимал службу не просто как
добросовестное исполнение обязанностей и подчинение вышестоящему, а как
служение государству. Именно в этом он видел смысл и главную цель своей
жизни и жизни своих подданных. О роли этого фактора при оценке личности
Петра, пожалуй, лучше других сказал Н.И. Павленко: «Пестрота черт характера
Петра тем не менее не противоречила представлениям современников и
потомков о цельности его натуры. Монолитность образу придавала идея
служения государству, в которую глубоко уверовал царь и которой он подчинил
свою деятельность, проявлялась ли она в форме необузданной деспотичности
или
безграничной
самоотверженности,
происходила
ли
она
в
сфере
военно-дипломатической или гражданской».
Это наблюдение позволяет дать объяснение тем поступкам и действиям
Петра, которые подчас, казалось бы, явно противоречат его характеру, как
человека импульсивного, живого, нетерпеливого. Особенно отчетливо это
проявлялось в дипломатической деятельности. Достаточно вспомнить историю
его отношений с неверными союзниками - датским королем Фредериком IV,
польским королем и курфюрстом Саксонии Августом II - историю, в которой
Петр, выдающийся дипломат, проявляя редкое терпение, такт, обуздывая свои
порывы, сумел достичь важнейшей цели - восстановить после 1706 года
Северный союз против Швеции.
Прибывший в 1709 году датский посланник Ю. Юль стремился добиться
для Дании помощи со стороны России, для чего вел неоднократно переговоры с
Петром.
Удивляться такому поведению импульсивного Петра, вероятно, не
следует: царь - весь внимание, так как дело касается интересов государства того, что было для него превыше всего.
Человек необычайно способный, трудолюбивый, он наслаждался работой,
особенно той, которая приносила реальные результаты, была видна всем. В
самых разных сферах деятельности он был заметен. Как писал англичанин на
русской службе Джон Перри, «о нем можно сказать, что он сам вполне солдат и
знает, что требуется от барабанщика, равно как и от генерала. Кроме того, он
инженер, пушкарь, делатель потешных огней, кораблестроитель, токарь,
боцман, оружейный мастер, кузнец и прочее; при всем этом он часто сам
работает собственноручно и сам наблюдает, чтобы в самых мелких вещах, как и
в более важных распоряжениях, все было исполнено согласно его мысли».
Несомненно, личный пример служения государству, который Петр
самозабвенно демонстрировал на глазах тысяч людей на стапелях верфи, лесах
стройки, мостике корабля или на поле боя, был необычайно эффективен,
заразителен для одних и обязывающ для других. Петр был искренне убежден,
что царствование - это его такая служба России, что, царствуя, он исполняет
свой долг перед государством. Своим примером он призывал и всех своих
подданных исполнять свои обязанности так же самоотверженно.
Очень четко обозначил Петр свои обязанности в речи 1719 года,
обращенной к дворянству после казни царевича Алексея: «...первые и главные
обязанности монарха, призванного богом к управлению целыми государствами
и народами, состоят в защите от внешних врагов и в сохранении внутреннего
мира между подданными посредством скорого и праведного воздания каждому
по справедливости. Долг монарха самому вести войска свои в бой и наказывать
зло в лице людей, наиболее высоко стоящих по рождению или по богатству,
совершенно так же, как и в лице последнего мужика».
. Планы, принципы и приемы управления
У Петра ежедневно зарождались новые планы. Об их изобилии
свидетельствуют мнемонические приемы, к которым ему приходилось
прибегать, чтобы не подвергать риску случайной забывчивости ежедневный
результат такой мозговой плодовитости. Петр всегда носил при себе и
постоянно вынимал из кармана записную книжку, куда заносил быстрые
заметки. В записных книжках места не хватало; он пользовался первым
попавшимся клочком бумаги, малейшим пустым промежутком в деловых
бумагах, находившихся у него под рукой, хотя бы содержание их не имело
никакого отношения к предмету, озабочивавшему его в данную минуту. Таким
образом на полях донесения, касающегося предполагаемого основания
С.-Петербургской Академии, дополняя собой заметки, относящиеся к этому
учреждению, находятся следующие строки, начертанные так же рукой Петра:
«Надо послать Румянцеву, на Украину, приказ обменять быков, каких можно
вывести из этой местности, на овец и баранов и отправить кого-либо за границу,
чтобы научиться уходу за этой породой животных, как их стригут и как
обрабатывать их шерсть».
Эти соображения, если их хорошенько рассмотреть, скорее простые
заимствования извне, почти не подвергнувшиеся внутренней мыслительной
переработке, и качество их не соответствует количеству. Петр думал, как и
видел, останавливаясь главным образом на подробностях, и ум его по
преимуществу - превосходнейший рефлектор. Но при том зеркало его кажется
состоящим из чересчур многосложных и причудливо расположенных граней:
часть окружающих предметов не захватывается его полем зрения, и часто эти
предметы наиболее близкие. Живя рядом с Посошковым, Петр не подозревал о
существовании этого своеобразного и глубокого мыслителя. Вероятно, неудача
бедного философа заключалась в том, что он не родился англичанином или
немцем. Напрасно он посылал государю некоторые из своих сочинений:
«Рассуждение
о
богатстве
и
бедности»,
обширную
и
поразительную
политическую энциклопедию; даже старался привлечь внимание царя в области
практических применений, столь им ценимой. Не он ли был основателем
первого в России производства селитры? Князь Борис Голицын заплатил ему
четырнадцать рублей за изобретение, и тем ограничилась вся его награда. Когда
наконец, уже после смерти Петра, его сочинения были прочитаны, то автора их
засадили в тюрьму, где он и Умер. Издатель же для них нашелся только
полстолетия спустя, в 1799 г. Петру не нужны были его знания и таланты: во
время своего пребывания в Гааге он обратился к государственному секретарю
Штатов, Фажелю, с просьбой указать человека, способного учредить и
управлять у него государственной канцелярией, т.е. лишнего голландского
подмастерья, который мог бы установить и пустить в ход новую машину. Затем
в Лондоне он по тому же поводу советовался с протестантским священником. В
«Аполейпомена» Франциска Ли находим следы такого совещания, и наряду с
глубокомысленными рассуждениями о плане Ноева ковчега, там находим
принцип будущих административных коллегий, положенных великим мужем в
основу правительства. Фокус его зеркала неизменно обращен был к Западу.
Действие у этого человека, находящегося в постоянном движении, часто
предшествовало мысли или по крайней мере непосредственно за ней следовало;
у него было больше самостоятельных поступков, чем мнений. При этом
наблюдается полнейшее отсутствие некоторых основных понятий, например, в
области правосудия. В 1715 г. несколько голландских кораблей были сожжены
его моряками, принявшими их за шведские суда. Он заявил, что убытки должна
заплатить Швеция, потому что событие произошло близ Гельсингфорса, а
Гельсингфорс принадлежит Швеции. И считал себя безусловно правым. Чтобы
получить нужную сумму, он заставил канцлера Пиппера, своего пленника с
времен Полтавской битвы, подписать вексель на Стокгольм, а когда шведское
правительство отказалось от уплаты, приказал посадить Пиппера в тюрьму, где семидесятилетний, больной старец умер в следующем году.
Петр пел на клиросе в церквах, и каждая его победа сопровождалась
богослужением, длившимся не менее пяти часов. После Полтавской битвы
служба продолжалась семь часов, чтобы возблагодарить в достаточной степени
Бога-воителя. В церквах, обыкновенно посещаемых Петром, были выставлены
кружки, куда опускались пожертвования, в виде штрафа, налагаемого им на
присутствующих, уличенных в неподобающем поведении, болтливости или
дремоте, а в Александро-Невской лавре сохраняется железный ошейник,
предназначавшийся суровым государем для рецидивистов. В следующее
воскресенье им приходилось выстаивать обедню прикованными за шею к стене
храма.
А иногда его слова и даже поступки обнаруживали в нем склонность к
протестантизму. Он окружал себя лютеранами и кальвинистами, затевал с ними
догматические диспуты, где его православие сильно хромало, и благоговейно
выслушивал проповеди заведомо еретические. Указ, изданный в 1706 г. по его
повелению, разрешал всем протестантам свободу богослужения.
Прежде всего и во всем Петр «материалист», и благодаря этому в
вопросах нравственности его мнения, как и общее направление поступков,
граничат обыкновенно с практическим цинизмом. Детоубийство наказуется
смертью в его законодательстве, но законодатель удивляется, что Карл V
применял ту же кару за прелюбодеяние: «Разве у него было слишком много
подданных?» Прибыв однажды в Вышний Волочек, Новгородской губернии,
Для наблюдения за прорытием каналов, он заметил в толпе молодую девушку,
сразу бросившуюся ему в глаза своей красотой и смущенным видом. Он
подозвал ее к себе; она подошла, но сгорая стыдом и закрыв лицо руками. Царь
выразил
намерение
выдать
ее
замуж;
остальные
молодые
девушки,
присутствующие при этом, разразились смехом. В чем же дело? Ему объяснили,
что бедняжка забылась с немецким офицером, покинувшим ее с Ребенком на
руках. Большая беда! Он строго отчитал насмешниц.
Как уже было сказано, Петр имел общее представление о своей роли и
обязанностях, а также о сопряженных с ними правах; но совершенно
бессознательно он совмещал при том, нисколько об этом не беспокоясь и даже
того не подозревая, два принципа, положительно непримиримые. Исходя из
полнейшего отрицания личности ради общественных интересов, он кончает
положительным поглощением общественности неограниченным я. Оставив
далеко позади Людовика XIV, он желал отождествлять собой не только
«Государство» с «государем», но всю народную жизнь, прошлую, настоящую и
будущую. Он твердо верил, что умственное и экономическое возрождение,
которыми он руководил, но которые зависели от причин предшествовавших и
отчасти находились вне сферы его влияния, - всецело его личное дело, его
создание, творение его рук, лишенное без него всякого смысла и даже
возможности осуществления. Без сомнения он верил также в продолжение этого
дела за пределами своего вероятного земного существования; он даже работал
исключительно для этого будущего, но в глубине души не представлял себе его
без собственного участия. Отсюда проистекало его равнодушие к вопросу
престолонаследия. Не потоп видел он после себя, а почти небытие.
Его права и обязанности, как он их понимал, являлись для России
новостью. Весь уклад государства, не исключая и политической жизни,
покоился до него на семейных устоях. Царь Алексей Михайлович, его отец, был
только главой народа и семьи. Никакого общества; ни малейшего намека на
права и взаимные обязанности. Это нравы и обычаи востока. Петр вернулся
из-за границы с усвоенным им новым принципом «общественности», который
стал проводить в жизнь, впадая по обыкновению в крайности. Объявляя себя
первым слугой родины, он доводил эту мысль до странных, уродливых
преувеличений. В 1709 г. он писал фельдмаршалу Шереметьеву, прося его
поддержки у «государя», т.е. Ромодановского, ходатайствуя о получении чина
контр-адмирала, приниженно излагая свою просьбу и перечисляя свои заслуги
перед отечеством. В 1714 г. он получил и безропотно принял отрицательный
ответ адмиралтейства, к которому обращался с ходатайством о повышении в
чине. В 1723 году во время стоянки в Ревеле с своим флотом, он заручился
докторским свидетельством, чтобы получить от генерал-адмирала разрешение
ночевать в городе. Выстроив себе дачу близ Ревеля, Екатериненталь, Петр
удивился при первом своем посещении, не видя никого в парке. Не для себя же
одного он заставлял работать столько народу и потратил столько денег? На
следующий день глашатай возвестил жителям Ревеля, что парк находится в их
распоряжении и что они могут разгуливать там без стеснений. Сейчас же после
восшествия на престол, царь разделил на две части весьма значительные
богатства, накопленные его отцом и дедом. Благодаря привилегиям и
монополиям, присвоенным государю, царь Алексей владел 10,734 десятинами
пахотной земли и 5000 домами с доходом в двести тысяч. Петр не пожелал
ничего оставить себе; он предоставил в государственное пользование все эти
поместья и сохранил за собой только скромное наследие Романовых: восемьсот
душ в Новгородской губернии. К доходам со своего имения он прибавлял
только
обычное
жалованье,
соответствовавшее
чинам,
постепенно
им
проходимым в армии или во флоте.
Посетив однажды завод в Истьи, Рязанской губернии, он смешался с
рабочими, трудился несколько часов, с молотом в руках, потом сделал подсчет:
оказалось, что он заработал восемнадцать алтын (алтын - 3 коп.) за такое же
количество пудов чугуна, над которыми упражнял силу своих мускулов.
Получив деньги, он с гордостью заявил, что по возвращении в Москву
отправится в ряды и употребит свой заработок на покупку новых башмаков,
потому что бывшие на нем совершенно развалились.
В этом много трогательного так же, как и величавого; но у медали была и
своя обратная сторона. Прежде всего тут была большая доля причуд, что
хорошо сознавал сам великий муж. В 1713 г., он писал из Гельсингфорса
Екатерине: «6-го месяца адмирал возвел меня в генеральский чин, с чем
поздравляю и генеральшу. Странное дело! чин контр-адмирала я получил во
время кампании в степях, а вот теперь сделался генералом, плавая по морю». Но
вот что гораздо важнее: все это ложное унижение и действительное
самоотречение, тут проявлявшиеся, не мешали тому же самому человеку быть
относительно народа, которому он, по своему заявлению, служил, ради
которого отказывался от всего, которому посвящал всю свою жизнь, быть,
повторяем, не только самым требовательным, - чему еще можно бы найти
оправдание, - но и самым безграничным деспотом. Очевидно, служба и жертвы
приурочивались им к этому высшему идеалу, бесконечно требовательному,
обязательному для всех; между тем как ему следовало бы считаться с
отсутствием способностей, со слабостями, личным недостатком развития. Но у
Петра не было ни для кого снисхождения. Кто не занимал в общем ряду
указанного места, не исполнял возложенных на него обязанностей, был
изменником, отступником, и как таковой лишался защиты закона.
Петра нельзя назвать совершенно чуждым милосердия. В 1708 г. он
предлагал Долгорукому относиться снисходительно к участникам Булавинского
бунта, изъявившим покорность. Долгорукий был поражен, царь продолжал
настаивать: необходимо отличать случай, где суровость необходима, от случая,
когда можно обойтись без нее. Но изумление Долгорукого доказывает,
насколько суровые меры составляли неотъемлемую принадлежность режима.
5. Петр I - «homo novus»
Петр был как личность, как человек по своему мироощущению, фигурой
Нового времени («homo novus»). В нем очень хорошо прослеживается
усвоенный
им
от
его
западных
учителей
практицизм,
любопытство.
Любопытство - одна из самых характерных черт личности Петра, но эта черта
абсолютно несвойственна традиционному сознанию. Он был чрезвычайно
чувствителен ко всему новому и чрезвычайно любопытен ко всему новому. У
него было очень характерное рациональное мышление. Он проявлял огромный
интерес к тому, к чему проявляли в то время интерес на Западе. То есть, то, что
было связано с развитием естественно-научного знания - как устроен человек,
например. Почему он с таким удовольствием наблюдал в анатомических
театрах в Голландии как режут трупы, почему он любил это делать в России,
вот его любовь ко всяким уродам заспиртованным и так далее. Вот это этот
естественнонаучный интерес. Тут проявление уже его личности, черт,
характерных для человека нового времени, с европейским складом мышления.
При Петре появляются новые люди. Казалось бы, когда историки изучают
состав лиц, непосредственно окружавших Петра, обнаруживается, что больше
90% - это представители старой аристократии. Когда мы смотрим, кто,
собственно, внешне изображал новизну петровских реформ - да это те же самые
представители старой аристократии. Пожалуйста: боярин Шереметьев едет в
Италию, заезжает в Венецию, где уже живет, задержавшись там с местной
куртизанкой, его собственный брат. И князь Куракин имел там же в Венеции
свою метрессу. Едет наш Шереметьев дальше на Мальту, получает алмазный
мальтийский крест, потрясает всех своими полководческими способностями,
возвращается, становится главнокомандующим, фельдмаршалом, выигрывает
Северную войну. Вот он новый человек. Именно когда Шереметьев появился в
черном кафтане с алмазным мальтийским крестом, со шпагой и в шляпе, Петр и
указывал боярам, что вот образец, вот новый человек.
Указы, связанные с ношением немецкого платья, с бородами и так далее,
эти все указы распространялись только на определенную часть населения, они
не
распространялись
на
крестьянство.
Крестьянству
было
разрешено
продолжать ходить в русской одежде, носить бороды и так далее. А вот если ты
горожанин, если ты купец, например, и хочешь ходить в русском платье и
носить бороду, тогда изволь платить за это специальный налог. То есть, Петр
как бы сознательно с самого начала разделил своих подданых на две категории.
Одни, для которых европейская культура, для которых реформы, для которых
нововведения. И другая часть, гораздо более многочисленная, которая остаются
в своем прежнем состоянии.
Петр сознательно шел на культурный раскол в обществе. Понятно почему,
потому что каким образом можно получить всевластие, откуда? Для этого
нужно, чтобы были разделены люди на своих и чужих, на верных и неверных, с
тем, чтобы всякая нелояльность, потенциальная нелояльность могла быть
предметом наказания и изничтожения. Этим Петр и занимается. Он
провоцирует нелояльность и эту нелояльность уничтожает.
Петр был 2 метров 7 сантиметров ростом, с прекрасным лицом,
обезображенным тиком. На картинах и в книгах мы видим его бегущим вперед,
свита отстает. В руке у Петра палка, ею он бьет тех, кем недоволен. Глаза его
были красны от недосыпания: он ложился в 4-5 часов утра, но вскоре вставал и
принимался трудиться, он любил физическую работу. («Рожденный к скипетру
простер в работу руки», - писал о Петре Ломоносов.) На ночных ассамблеях с
попойками и танцами до утра Петр, по воспоминаниям современников, часто
сидел задумчив и печален. Многих восхищала о его феноменальная память, но
пугала вспыльчивость и неуравновешенность, переход от милости к немилости
был мгновенным. Петр отменил патриаршество, низвел церковь до одного из
своих министерств, но при этом был верующим человеком. Ему было 54 года
(как Ленину), когда он умер, оставив жуткую память о шутовских маскарадах, о
глумлениях и кощунствах.
Ходят легенды о петровской палке. Действительно палкой он вколачивал
просвещение в русских людей. Но было трудно. Ведь Петр был человек,
который в общем-то в одиночку, в окружении небольшого круга героев, их
по-другому назвать и нельзя, русских героев, типа Александра Меншикова,
Румянцева и других, совершал колоссальный поворот страны, которая не
привыкла ни работать по-европейски, ни учиться по-европейски. У нас говорят
- почему Петр начал с введения академии, а не с начальных школ? А кто бы в
этих начальных школах преподавал? Начал Петр введение европеизации с
крыши. А с чего он мог начать? Где был фундамент? Он строил крышу, была
Академия, потом при Елизавете Университет и только потом появляются
начальные заведения типа гимназий, и только потом школы. Потому что
вначале надо создать людей, которые могут это делать. Да, он был жесток, но
вместе с тем впервые при Петре вводится действительный принцип, что
родственники не отвечают за преступников. Когда казнили человека, которого
Петр считал преступником, ему, естественно, приближенные сказали, что надо
бы и семью прибрать, Петр сказал - на каком основании? Невинные за
виновного не отвечают! И сохранил им и их богатства, и их дома, и никого не
тронул. Это было впервые после Ивана Грозного - расправ, когда тот уничтожал
родами своих бояр, совершенно новый принцип, который предполагал
достоинство. Дворяне, когда пошли на Сенатскую площадь, они знали, что их
семьи не пострадают. Человеку не страшно умереть самому, страшно за
близких. И вот тогда он теряет свое достоинство, когда ему говорят, что на
твоих глазах сейчас будем близких убивать и мучить, и человек теряет себя.
Петр от этого принципа отказался.
Христианское летоисчисление началось с Петра I, до этого Россия вела
летоисчисление от сотворения мира. С Петром I она вдруг помолодела почти на
пять тысяч лет. Это абсолютный акт введения России в христианскую систему
ценностей, европейскую, если угодно, мы стали жить одним ритмом с Европой.
Мы называем нашу азбуку принадлежащей Кириллу и Мефодию. Какая
неблагодарность по отношению к Петру, который и придумал, и ввел ту азбуку,
которой мы пользуемся, стал переводить книги, стал печатать газету. Как
говорил Лихачев, пусть кто-нибудь из тех, кто прославляет Кирилла и Мефодия,
попробует прочесть что-нибудь написанное кирилицей, они не прочтут, они
пользуются алфавитом, введенным Петром. Вот с ним возникают действительно
эти
новые
люди.
«Птенцы
гнезда
Петрова»,
которые
стали
потом
екатерининскими орлами. Новая порода людей, независимых. Да, Петру они
подчинялись. Да, Петр мог бить Алексашку Меншикова палкой, но не отрезал
ему язык. Алексашка был великий, наверное, деятель, но ворюга, каких мало, за
воровство его, собственно, Петр и учил палкой.
Петру самым важным было провозгласить себя первым. Необыкновенно
важное значение уделяется каждому событию. То есть, изменяется сам статус
истории, она более не представляется циклом повторяющихся дат, которых все
ожидают, а она начинает выстраиваться как прямая, состоящая из новых,
первых и в каком-то смысле по идее неповторимых событий. Будь то какая-то
значительная военная победа, день рождения императрицы или ее отважная
прививка от оспы, как это было сделано Екатериной в 1768-м году и, как мы
знаем, этому событию были посвящены чрезвычайно пышные торжества,
аллегорические спектакли и оды были написаны. Петру чрезвычайно
импонировало сочетание разных смыслов и соотнесение каждого события
новой российской истории с чем-то уже бывшим в истории реальной или
мифологической, или аллегорической. Неслучайно аллегорическое изображение
выбито на медали в честь Полтавской битвы, там был изображен Самсон,
раздирающий пасть льву. Этот всем известный библейский образ здесь как бы
расслаивался. С одной стороны, лев был всем известным символом Швеции, и
Россия, победившая в Полтавской битве Швецию, и Россия воплощенная,
безусловно, в лице своего первого императора, таким образом, отождествлялась
с Самсоном. С другой стороны, известно, что Полтавская победа состоялась в
день святого православного пантеона Самсона, который, по идее, ничего
общего с тем самым исходным библейским Самсоном не имел. И Петру было
очень важно именно сочетание этих двух разных культурных кодов. Сам факт
того, что все эти разные смыслы слились в одном событии.
А вот что касается политического устройства, социального устройства,
здесь взгляд Петра был совершенно иным. Он совершенно ясно понимал, и это
было его убеждение, что социальный строй в России должен остаться таким,
какой есть, он и не помышлял, конечно же, о ликвидации крепостничества.
Здесь есть некий парадокс, потому что он был в Голландии, он был в Англии,
он был в каких-то других странах, и в общем-то это простая мысль, которая
вроде бы была на поверхности, что, может быть, эти страны могущества своего
технического и торгового достигли как раз потому, что там - свободный труд?
Нет, эта мысль Петру или не приходила в голову или, наоборот, он полагал, что
совершить тот переворот, который он замысливал, можно только опираясь на
труд крепостных, и что это есть для него средство, возможность осуществить
то, что он задумал.
. «Харизма» Петра I
Представление о монархе, президенте, ином правителе как об «отце»
своих подданных, сограждан - явление, широко распространенное у разных
народов и в разное время; М. Вебер в своих исследованиях о власти ввел
понятие «харизматический лидер» как промежуточный между традиционным и
демократическим. Термин «харизма», заимствованный из раннехристианской
литературы и применяемый по отношению к Христу - божьему избраннику,
позволяет выделить ряд элементов и особенностей власти такого деятеля.
Харизматический лидер - это государственный деятель, обладающий рядом
качеств, благодаря которым он выделяется из среды обыкновенных людей и
«считается наделенным сверхъестественными, сверхчеловеческими или, по
меньшей
мере,
исключительными
способностями
и
качествами.
Они
недоступны обыкновенному человеку, рассматриваются как исходящие от
божества или образцовые, и на их основании данный индивид считается
лидером».
Важны и другие особенности харизматического лидера. Он, как правило,
пренебрегает (по крайней мере, вначале) материальными интересами, он
окружен сподвижниками, поддерживающими харизму лидера и, как правило,
извлекающими из этого вполне реальные преимущества, власть и богатства. «В
сфере своих претензий харизматический лидер отвергает прошлое и в этом
смысле является специфической революционной силой». Наконец, титул «Отца
Отечества», «Отца нации» строго индивидуален, лидерство харизматического
типа не передается по наследству, как трон.
Петру, несомненно, присущи многие черты харизматического лидера. Его
власть основана не столько на традиционной богоданности, но, главным
образом,
на
признании
исключительности
его
качеств,
их
демонстративно-педагогической «обрасцовости» в исполнении «должности».
Вместе с тем Петр был неприхотлив, прост в быту, живя в скромном
домике, затем - в тогдашних, весьма непритязательных, Летнем и Зимнем
дворцах. Получая жалованье генерала и корабельного мастера, он не ел дома с
золотой и даже серебряной посуды, а его коронованная супруга прилежно
штопала ему чулки. Передает стиль жизни Петра и в то же время исполнение
усвоенной им роли рассказ Штеллина о том, как царь, проработав целый день в
кузнице, получил за выкованные им железные полосы 18 алтын (не взяв 18
золоторый в таких делах до его государствования отчасти мало, отчасти же и
ничего не был искусен, не токмо обучил, но и прославил». Уже при жизни
Петра сравнивали с выдающимися деятелями русской и мировой истории:
Александром Невским, Александром Македонским, Цезарем и т.д.
Трудно
возвеличить
личность,
которая
уже
и
так
поднята
на
недосягаемую высоту короной. И мысли идеологов обращаются к опыту
Римской империи. В день празднования Ништадтского мира 30 октября 1721
года Сенат подает прошение, в котором подчеркивает особую роль царя в
«произведении» России и просит принять новый, невиданный в России титул:
«Всемилостивейший
государь!
Понеже
труды
Вашего
Величества
в
произведении нашего отечества и подданного вашего всероссийского народа
всему свету известны, того ради, хотя мы ведаем, что в. в., яко самодержцу, вся
[власть] принадлежит, однакож в показание и знак нашего истинного
признания, что весь подданной ваш народ ничем иным, кроме единых ваших
неусыпных попечений и трудов об оном, и со ущербом дражайшего здравия
вашего положенных, на такую степень благополучия и славы произведен есть,
помыслили мы, с прикладу древних, особливо ж римского и греческого
народов, дерзновение восприять, в день торжества и объявления заключенного
оными в. в. трудами всей России толь славного и благополучного мира, по
прочтении трактата онаго в церкви, по нашем всеподданнейшем благодарении
за исходотайствование оного мира, принесть свое прошение к Вам публично,
дабы изволили принять от нас, яко от верных своих подданных, во
благодарение титул Отца Отечествия, Императора Всероссийского, Петра
Великого, как обыкновенно от Римского Сената за знатные дела императоров их
такие титулы публично им в дар приношены и на статуах для памяти в вечные
годы подписываны».
Обращение к опыту Рима не случайно. Ориентация на императорский
Рим, на Рим - столицу мира вообще, прослеживается в символике
императорской России, да и на более раннем этапе. Это проявляется, как
отмечал в своих работах Г.В. Виллинбахов, и в названии новой столицы по
имени святого Петра - Санкт-Петербург, и в названии патронального собора, и в
гербе города, повторяющем перекрещенные ключи с государственного флага
Ватикана.
Важно при этом заметить, что в соответствии с принципами харизмы
титул «Отца Отечества» был привилегией только Петра, не являлся
обязательным атрибутом российских императоров. И хотя впоследствии
преемники первого императора восхвалялись за несуществующие личные
достоинства и «щедроты» к российскому народу, официально они не имели его.
Правда, уподобляясь своему великому отцу, Елизавета называлась «Матерью
Отечествия», но никаких возвышающих душу образов и сравнений у
современников ее это не вызывало.
. Личная вера Петра
Первые представления о сути христианской веры Петр получил в период
первоначального образования, с пятилетнего до десятилетнего возраста.
Грамотный и добронравный дьяк Никита Зотов, служивший в приказе,
ведавшем финансами, был приставлен к пятилетнему Петру, чтобы обучать его
грамоте. После освоения азбуки, они прочли Часослов, Псалтирь и Евангелие и
тем самым как бы выполнили то, что требовалось на начальной ступени
образования в древнерусском царском обиходе.
Что же касается настоящего, полноценного религиозного, христианского
воспитания,
то
его
Петр
не
получил.
Собственная
же,
внутренняя,
прирожденная религиозность его души была незначительной и слабо
проявлялась в его повседневном внешнем поведении. Лишь в особые,
критические моменты личной или общегосударственной жизни, религиозное
сознание Петра как бы просыпалось, выходило из дремотного состояния.
Русские историки нередко преувеличивали религиозность Петра. Так,
С.М. Соловьев, например писал: «Сознание обязанностей своих к Богу,
глубокое религиозное чувство высказывалось постоянно у Петра, поднимало
дух в его бедах и не давало заноситься в счастье». Исследователь приводит
слова Петра из программы к празднованию Ништадтского мира: «Сие поистине
чудо Божие; тут возможно видеть, что все умы человеческие ничто есть против
воли Божией». Или вот еще одно высказывание, принадлежащее Петру и
кочующее по книгам о нем: «Кто забывает Бога и Его не хранит, тот при всей
своей работе не будет иметь успеха и мало пользы получит»
Думается, что репризы такого рода вряд ли следует считать выражением
личной веры Петра. Как умный правитель, радеющий о благе государства и
признающий
дисциплинарную
эффективность
христианства,
Петр
периодически изрекал глубокомысленные сентенции религиозно-нравственного
характера. Этого требовали обстоятельства времени и места.
Жажда небесного покровительства в значимых морских предприятиях
заставила Петра давать своим первым судам, строившимся в Архангельске,
характерные названия: «Святой Павел», «Святой Петр», «Святое Пророчество».
О склонности Петра обращаться к Богу при экстраординарных событиях
свидетельствует случай его спасения от гибели во время шторма в Белом море.
В июне 1694 г. царь решил отправиться на «Святом Петре» из Архангельска в
Соловецкий монастырь. Во время плавания разыгрался сильный шторм.
Команда и пассажиры уже готовились к смерти. И хотя архиепископ причастил
Петра, тот не сложил руки, а, взяв на себя роль рулевого, продолжал упорно
править судном. Вдвоем с лоцманом они, борясь с рулем и штормом, направили
судно в узкий проход Унской губы. Вскоре им удалось войти в бухту, что было
равнозначно спасению.
На следующий день Петр самолично сколотил огромный деревянный
крест, сам отнес его на берег и установил в том месте, куда ступила его нога
после спасения. На кресте он сделал надпись по-голландски: «Сей крест
сооружен капитаном Питером летом 1694 года».
Примечательно, что когда царь задумал отправиться в Европу, то одна из
версий, с помощью которой приближенные пытались объяснить мотивы,
движущие им, заключалась в предположении, будто Петр намеревался
исполнить обет посещения в Риме гробницы Святого апостола Петра и что этот
обет был дан им во время памятного шторма в Белом море.
В личной жизни Петра, как и любого человека, периодически
происходили драматические события, связанные с утратами, страданиями,
болезнями. Когда в январе 1716 г. Петр получил от жены, царицы Екатерины,
известие о смерти царевича Павла, то ответ его был: «Но что ж могу на то
ответство дать? токмо с многострадальным Иевом: Господь даде, Господь i
взъят; якоже же годе ему, тако i бысть. Бужи имя Господне благословенно
отныне i до века».
И все же, если говорить о степени религиозности души Петра, то следует
признать, что она была не велика. Об этом свидетельствует характер кончины
императора. Как правило, преддверие смерти всегда отчетливее, чем что-либо,
свидетельствует о глубине и силе индивидуальной религиозности. Однако, то,
что происходило с Петром перед смертью, говорит, скорее, о слабости его
личной вере, чем об ее силе. Тяжело заболев и оказавшись на смертном одре,
он, хотя и выказал искреннее раскаяние в совершенных прегрешениях, все же
пал духом и страшно боялся смерти. В его поведении в последние дни и часы не
было истинно христианского смирения и готовности принять жребий,
ниспосланный Богом. Не просматривалось в нем и глубокой убежденности в
том, что он находится в преддверии вечной жизни.
. Державные заботы
Уже самые первые преобразования Петра I отличают особенности,
характерные
для
его
реформ
последующего
времени:
масштабность,
распространение новшеств на разные сферы жизни и одновременно очевидная
бессистемность, отсутствие какого-либо плана, представлений о необходимой
последовательности действий. Многие решения принимались под влиянием
момента, конкретных обстоятельств. Как уже неоднократно отмечалось в
исторической литературе, каждая из петровских реформ начиналась от
необходимости решить ту или иную практическую задачу.
Однако результатом деятельности царя-реформатора стала целостная
система
преобразований,
охватывающая
все
элементы
общественно-государственного уклада России. Далеко не все замыслы были
реализованы им в полной мере; многое пришлось доделывать в последующие
эпохи, некоторые идеи великого реформатора были со временем отвергнуты
или искажены. И мнения, сформировавшиеся в исторической науке о
петровских реформах, методах их осуществления и достигнутых результатах,
весьма разноречивы.
Царь Петр по ментальности и по стилю управления был, безусловно,
авторитарен,
он
ориентированные
всемерно
на
укреплял
подчинение
государственные
подданных
закону
механизмы,
и
порядку,
устанавливаемому волей верховной власти. Но ему чужды были проявления
бессмысленной тирании, стремление подавлять окружающих ради личного
самоутверждения. У него был слишком большой потенциал внутренней
уверенности в своих силах и в своих монарших правах. Более того, во многих
аспектах деятельности царя-реформатора заметно понимание ценности личной
инициативы
естественно,
подданных,
в
стремление расширять
границах,
определяемых
их
права
и
необходимостью
свободы,
соблюдать
государственный интерес и поддерживать государственный порядок.
Важнейшим завоеванием раннебуржуазного уклада, утвердившегося к
началу XVIII века в наиболее развитых странах Западной Европы, был принцип
свободы совести. Петр I также был весьма веротерпим, и не только к
представителям традиционных конфессий, оказавшихся под его скипетром. В
России существовало массовое и пестрое раскольническое движение, жестоко
подавлявшееся при царе Алексее, которого раскольники, тем не менее, чтили.
Петр, чьи реформы особенно раздражали адептов древнеправославного учения,
нередко сравнивавших царя с Антихристом, отказался от политики повальных
репрессий по отношению к этой неудобной категории подданных. Исповедание
старой веры само по себе перестали считать уголовным преступлением, многие
старообрядческие общины получили возможность более или менее спокойного
существования, если исправно платили подати, не нарушали действующие
законы и не вели антигосударственную пропаганду.
Другой фундаментальный европейский принцип, усвоенный Петром, свобода торговли и предпринимательской деятельности. В Московском
государстве исстари деятельность торгово-промышленного сословия страдала
от произвола властей разного уровня, от варварских налогов и несовершенства
соответствующих правовых норм. Петр I уже в начале своего царствования
попытался упорядочить взаимоотношения государства с купечеством. В Москве
и других городах были созданы бурмистрские палаты - корпоративные органы,
наделенные правами структур сословного самоуправления. Для торговых людей
были установлены твердые ставки налогообложения, находящиеся в прямой
зависимости
от
их
капиталов.
Кроме
того,
многие
представители
торгово-промышленного сословия получали личные льготы и привилегии за
успехи в своем деле. Все это стимулировало торгово-предпринимательскую
деятельность, развитие которой, тем не менее, продолжало тормозиться из-за
общей неразвитости социально-экономического уклада.
Овладев выходами на Балтику, Россия вошла в круг северных экспортеров
сырья,
железа,
транзитных
товаров
Востока
и
изделий
собственной
промышленности. Число предприятий при Петре выросло с 21 до 221.
Петербург стал ведущим центром внешней торговли, вывозившим до половины
объема
экспорта.
Экономические
преобразования
отвечали
коренным,
глубинным потребностям страны, небывалый рост национального богатства
служил мощи и процветанию России.
Важнейшие социальные преобразования петровского времени коснулись
почти исключительно высших сословий России. Петр уничтожил разницу
между боярскими «вотчинами» и дворянскими «поместьями», все они
превратились в наследственные имения, но обязательной при этом для
владельцев становилась пожизненная государственная служба. Начиналась она
с пятнадцати лет, а служебное продвижение регулировала, независимо от
родовитости, «Табель о рангах». «Служилое сословие» при этом постепенно и
неуклонно становилось и образованным сословием, прежний произвол
боярского и дьячьего управления сменили регламентированные, требовавшие
определенной и проверяемой квалификации служебные обязанности, жестко
прописанные как в армии и на флоте, так и в гражданской сфере.
Уравнение прав вотчинных и поместных землевладельцев избавило
многочисленное мелкое и среднее дворянство от чиновного произвола при так
называемых «переверстках», когда дворяне должны были являться на смотры
для закрепления за ними поместий. В результате сформировалось единое
боярско-дворянское
сословие,
получившее
законодательно
оформленный
комплекс прав и обязанностей. То была основа будущего блестящего
дворянско-аристократического
класса,
ставшего
коллективным
творцом
триумфов Российской империи XVIII-XIX вв. Формированию аристократии
должно было способствовать и введение норм майоратного наследования
поместий, но это петровское новшество не прижилось и было впоследствии
отменено.
Масштаб преобразований России, требовавший напряжения сил всей
нации, создавал новый идеологический климат, новые потребности в
образовании, формы культуры и быта. В числе важнейших реформ Петра создание «гражданской азбуки», сменившей «церковнославянскую вязь» и
вырвавшей письменность из монопольного ведения церкви. С 1711 года
начинается издание первой российской газеты «Ведомости», в 1714 году
создаются «цифирные школы» для дворянских детей, в 1717 году - школы при
Адмиралтействе для «детей плотничьих, матросских, кузнечных и прочих
мастеров», школы при Артиллерийском ведомстве и другие. В 1716 году
построен Морской госпиталь на Выборгской стороне, с Госпитальной слободой,
в конце столетия преобразованной в Медико-хирургическую академию.
Превращение Санкт-Петербурга в ведущий научный и образовательный центр
страны завершилось учреждением в 1724 году Петербургской Академии наук.
Проект академии с университетом и гимназией при ней Петр вынашивал
более четверти века. Он неоднократно обсуждал его с великим философом,
математиком и историком Готфридом Вильгельмом Лейбницем, со своими
русскими сподвижниками - В.Н. Татищевым, Феофаном Прокоповичем, А.К.
Нартовым, Ф.С. Салтыковым. Открытая уже после смерти Петра, Академия
начала свою работу, стремясь следовать его предначертаниям. В отличие от
зарубежных, российская Академия наук была государственным учреждением, а
не общественным органом на добровольных началах. Она имела бюджет (25
тыс.
руб.
в
год),
что
позволяло
вести
довольно
большой
объем
исследовательской работы.
В
экономической
политике
Петр
придерживался
с
некоторыми
оговорками принципов меркантилизма. Данную концепцию можно считать
прообразом современных монетаристских теорий. Он неизменно стремился
соблюсти баланс государственных доходов и расходов, но из-за военных и иных
чрезвычайных обстоятельств более или менее правильную бюджетную
политику ему удалось наладить лишь в конце своего царствования.
Важнейшим направлением преобразовательной деятельности Петра стала
организация новых промышленных производств. Предприятия создавались в
основном на казенные деньги, но потом многие из них передавались частным
владельцам
с
-
тем,
чтобы
обеспечить
надлежащую
рентабельность
производства. Возникшие при этом проблемы с рабочей силой решались за счет
использования подневольного труда приписных крестьян и каторжников. Такой
подход обеспечил стремительный рост отечественной промышленности, но на
долгое время законсервировал в ней господство архаичного крепостнического
уклада.
В полной мере удачной была военная реформа Петра I, в результате
которой российская армия стала одной из сильнейших в Европе. Введенная в
России
система
рекрутских
наборов
обеспечивала
качественное
и
количественное превосходство боевого состава российских войск над войсками
всех европейских стран, комплектовавшихся из наемников.
Немало
своих
преобразование
державных
органов
трудов
царь-реформатор
государственного
управления.
направил
Была
на
создана
принципиально новая для российской практики административная система, с
четким территориальным и функциональным разделением структур власти.
Петр сформировал эффективную вертикаль исполнительной власти, разделив
страну на несколько крупных губерний. В свою очередь они делились на
провинции, провинции - на уезды.
Созданные
Петром
специализированных
коллегии
министерств
и
стали
ведомств.
прообразом
При
этом
нынешних
органом,
интегрирующим все системы и структуры высшей государственной власти, по
мысли Петра I, должен был стать Сенат («Правительствующий сенат», как его
именовали в официальных документах). Этому органу, возглавляемому самим
императором, были даны функции высшей законодательной и судебной
инстанции. Сенатские указы имели силу закона наравне с императорскими,
сенатские определения по судебным делам не подлежали пересмотру.
Петр даже пытался ввести в практику голосование по кандидатурам
президентов и вице-президентов коллегий, проводившееся на заседаниях
Сената, в которых участвовали некоторые высшие чиновники, военачальники и
выборные
представители
от
дворянства.
Возникал
как
бы
прообраз
полноценного парламента. Однако в полной мере отладить работу Сената не
удалось. Баллотировки по кандидатурам глав ведомств не вошли в традицию и
при преемниках Петра не проводились. Законодательные инициативы Сената
также сошли на нет. При Екатерине II численный состав Сената существенно
вырос, а полномочия сузились, и со временем Сенат стал просто высшим
судебным органом Империи.
Таким образом, в опыте реформ Петра Великого можно найти элементы,
пригодные для формирования самых различных концепций государственного
строительства,
поэтому
на
этот
уникальный
эксперимент
ссылались
приверженцы и либеральных и авторитарных моделей развития. Идейное
влияние Петра I можно заметить во всех реформаторских проектах и
начинаниях XVIII-XIX веков, особенно в реформах Петра Столыпина начала
XX века. Но и для проводившейся в XX веке большевиками ускоренной
индустриализации можно найти историческую аналогию в мероприятиях Петра
I по созданию отечественной промышленности, когда пот и кровь сограждан не
экономили в заботах об увеличении выпуска чугуна и стали для нужд
национальной обороны.
Нащупывая оптимальные пути национальной модернизации, российское
общество может и должно вспомнить собственный позитивный исторический
опыт,
неразрывно
связанный
с
именем
великого
царя-реформатора.
Переосмысленный в категориях нашего времени, он дает основания утверждать,
что эффективно осуществлять адекватные эпохе преобразования может лишь
сильная государственная власть, четко ориентированная на общенациональные
интересы…
9. Значение личности Петра I в становлении Петербурга
Незаурядная личность Петра I, его взгляды на историческую судьбу всей
страны и задуманной им новой столицы, на ее архитектуру сыграли очень
важную, определяющую роль в становлении города... Петр выбрал место для
строительства Петропавловской крепости и Адмиралтейства. Определил трассу
Невского проспекта. Ввел жесточайшую градостроительную дисциплину,
добиваясь разбивки улиц «по шнуру», или, как писалось в документах той поры,
«вплоть нити», протянутой между вехами. С нарушителями государь обходился
просто - построенный не по правилам дом отбирали у застройщика да еще
штрафовали его как следует. С такой же настойчивостью Петр добивался
регулярной застройки города по утвержденным им «образцовым проектам».
Конечно, со временем стандарты петровского времени (одноэтажные дома двух
типов - для «подлых» и зажиточных, двухэтажные - для именитых) канули в
прошлое, однако введенная изначально традиция регулярной застройки
сомнениям никогда не подвергалась.
Вместе с тем в своей безоговорочной приверженности к регулярным
планам Петр никогда не доходил до абсурда. Показательна история с
Генеральным планом Петербурга, составление которого было поручено
известному французскому планировщику Леблону. План Леблона был
составлен по всем правилам градостроительного искусства того времени и
представлял город в виде гигантского овала правильной формы, аккуратно
расчерченного прямоугольной сеткой улиц и каналов. Грандиозному плану
Леблона так и суждено было остаться на бумаге, несмотря на то, что в 1717 году
он был утвержден самим Петром. Трудно было не поддаться обаянию
широкомасштабного градостроительного замысла, воплощенного в проекте с
незаурядным мастерством профессионала-планировщика. Однако Петр, если не
сразу, то очень быстро, понял невозможность осуществления плана Леблона. По
сути дела, не нужны были внешние фортификационные укрепления - Россия и
без того прочно утвердилась на берегах Невы. Мало оправданным был и
предложенный Леблоном снос всей сложившейся к тому времени застройки, за
исключением Петропавловской крепости и Адмиралтейства. На Васильевском
острове, куда Леблон переносил главную часть города и его центр, уже была
прорыта сеть каналов - их надо было засыпать и спланировать по-новому. Петр
I сам, сверяясь с планом Леблона, промерил каналы Васильевского острова и
только затем вынес окончательное решение. Петербург стал строиться по ранее
намеченной лучевой планировочной системе, а Леблон получил престижные
заказы на строительство загородных дворцов, что, по сути дела, было вежливой
формой его устранения от участия в работах по планировке Петербурга.
При всем значении личности Петра I для судьбы Петербурга,
<http://rels.obninsk.com/rels/limited/um/archit/9-9.htm> его государственного
мышления, железной воли, немалой эрудиции, да и просто одаренности в
строительных делах нельзя сбрасывать со счетов и то, что, вырабатывая и
проводя в жизнь свою градостроительную политику, он опирался на
энергичных и знающих помощников.
. Оценка исторической роли Петра I
Петр I, он развернул Россию лицом к Западу для того, чтобы появилась
возможность повернуться к нему спиною.
«Петр не принуждал перестать самим собою своих поданных. Он
заставлял их знакомиться с Западом, учиться у него, перенимать у него
культурные его приобретения. Но какая при этом неотвратимая, повелительная
нужда стояла за плечами Петра, делая его своим орудием? Самосохранение.
Сделаться жертвою западной «агрессии», как мы сказали бы теперь, или
сопротивляться ей ее же оружием - дилемма, которая стояла пред Петром: не
случайно все реформы шли под знаком военной нужды.» .Не будь военных
реформ, Россия никогда бы не вышла к морям, не освободила бы
южнославянские народы от турецкого ига, а, скорее всего, сама была бы
завоевана Карлом XXII или Наполеоном, по крайней мере. Сохранение
православия в России тогда было бы под большим вопросом и вся европейская,
да и мировая история была бы иной. Россия тогда бы подверглась такому
насилию, что реформы Петра уже всем показались бы спасением для нее, чем
они и были на самом деле. Именно так надо оценивать историческую роль
Петра: если он и зло, то зло меньшее, чем монарх - католик. Именно
наднациональными задачами России в мировой истории и нужно объяснять
реформы Петра.
Конечно, под угрозой Запада, методично превращавшего тогда весь
неевропейский мир в свои колонии, Петр нарушил духовное единство
московской Руси, в котором вся жизнь: семья, общество, политика, искусство,
мысль - все пребывало в лоне Церкви. Однако в сердце имперской России
сохранялась Святая Русь. Что бы ни писали про личность Петра
многочисленная рать историков и писателей, мы смело можем судить о его
православности по описанию его смерти Александром Сергеевичем Пушкиным,
собственный масштаб личности которого не позволял ему допустить искажение
личности Петра.
Как говорят святые отцы, чтобы правильно оценить человека надо видеть
не столько его жизнь, сколько его смерть. Петр Великий - царь - бросился в
ноябрьское Балтийское море, чтобы спасти тонущего солдата. И спас жизнь
солдата, что стоило царю жизни. «Нет больше той любви, как если кто положит
душу свою за други своя» И как пишет Пушкин, на смертном одре
обездвиженный Петр все последние часы земной жизни слушал молитвы на
отход души, которые читали ему в ухо владыки, непрерывно сменявшие друг
друга.
Исторический выбор Петра в его противостоянии Западу по своей
отчаянности был близок выбору святого князя Александра Невского. Князь
пожертвовал внешней свободой, уступив татаро-монголам, захватывающих тело
Руси, но не трогавших ее душу - Церковь, чтобы все силы бросить на шведов и
немцев, победа которых над Русью неминуемо бы завершилась духовным
пленом. Ведь католики, как показала история, везде насаждали власть римского
папы. И свою преемственность в борьбе святого Александра Невского за
Православие Петр подтвердил перенесением мощей св. Александра в свою
новую столицу, которые стали тогда главной ее святыней.
Заключение
Петр Великий представляет совершенно своеобразную личность не
только в истории России, но и в истории всего человечества. Ему много
помогло в преобразованиях самодержавие; но его частная жизнь, его личность
несомненно отмечены печатью гениальности, а следовательно, оригинальны.
Сущность натуры Петра, - говорит Костомаров, - всего лучше выясняется, если
сопоставить с ним вечно резонирующего и нерешительного Гамлета. В Петре не
гений художника, понимающий смысл человеческой натуры, а сама натура
создала обратный тип человека с неудержимою и неутомимою волею, у
которого всякая мысль тотчас обращалась в дело. «Я так хочу, потому что так
считаю хорошим, а чего я хочу, то непременно должно быть» - таков девиз всей
жизни этого человека. Когда говорят об «эпохе преобразования», в
воображении потомства встает монументальная фигура Петра Великого среди
обломков московской старины. Москва, восприняв элементы культуры и
прогресса, создала техника Piter'a и императора Петра I. В них преобразился
царь московский. Исторический процесс сочетал самодержавную власть,
наследованную от предков, с потребностью обновления, вызванною
экономическим и политическим ростом России.
Личность и пороки Петра - продукт его времени, а его деятельность и
исторические заслуги - дело вечности.
Список использованных источников
Анисимов Е.В. Время петровских реформ. Л.: Лениздат, 1989. 496 с.
URL: <http://www.archipelag.ru> (08.11.2012)
Валишевский К. Петр Великий: Исторические очерки. М.: квадрат, 1993. 448 с.
Непомнящих И. Россия в современном мире. Православное осмысление
мира.CПб.: Просвящение, 2004.322с.
Павленко Н. Петр I. М.: Молодая гвардия, 2003. 428 с.
Платонов С.Ф. Лекции по русской истории. М : Летопись-М, 2000. 742 с.
Документ
Категория
Рефераты
Просмотров
28
Размер файла
410 Кб
Теги
trening2015
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа