close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

ДАНТЕ, БОЖЕСТВЕННАЯ КОМЕДИЯ, ЧИСТИЛИЩЕ В ПЕРЕВОДЕ МИНАЕВА

код для вставки
В рекомендациях не нуждается. С иллюстрациями Гюстава Доре
ДАНТЕ АЛИГІЕРИ,
ЧИСТИЛИЩЕ.
Печатано въ типографіи М. О. Вольфа (Саб., Вас. Остр., іб л4.
№ 5).
,го
ИМПЕРАТОРСКОМУ
'ВЫСОЧЕСТВУ
ГОСУДАРЮ НАСЛѢДНИКУ ЦЕСАРЕВИЧУ
ВЕЛИКОМУ
КНЯЗІО
АЛЕКСАНДРУ АЛЕКСАНДРОВИЧУ
В С Е П Р Е Д А Н Н Ы
II
Н Е
посвящаетъ
ИЗ'ДАТЕЛЬ МАВРИКІЙ ВОЛЬФЪ.
ЧИСТИЛИЩЕ.
V
•.«Jfcol'.', .
ч
ПЪСНЯ ПЕРВАЯ.
Въ этой первой пѣспѣ поэтъ разсказыізаетъ, какъ опъ встретился съ тЬпъю Катопа Старшаго (Утическаго),
отъ котораго узпалъ,
что елгу пуокпо было дѣлатъ, и затѣ.пъ въ сопровоэкдепіи Виргиліп направился къ люрско.пу берегу. Когда они подошли ко взморью, Вчргилііі у.пылъ лицо своего спутника росою и уиіпчалъ
его голову скролтылт
тростпико.пъ,
по совЬту
Катопа.
ч і
О. '.! '/О
.люй духовный челнъ! Теперь впередъ,
Поднявши парусь, лѵчись ты безъ кручины
По зеркалу отрадныхъ ясныхъ водъ:
з
Остались сзади адскія пучины!
Я буду пѣть о новой сторонѣ,
Гдѣ для скорбей и горя нѣтъ причины;
г>
Гдѣ духъ людской, очищенный вполнѣ,
На небеса достоинъ возноситься . . .
О, полюги ты, вдохновенье, лшѣ!
Ко лѵнѣ долішы, о, лѵузы, вы спуститься!
Пусть выше Калліопа воспарить,
Х
ІТООЪ ЛІОГЪ Я ВЪ пъснопѣньѣ вдохновиться
g
,2
Той .музыкой, что бѣдныхъ Пізридъ l )
Заставила въ безсиліи слшриться . . .
Я просіялъ и принялъ бодрый видъ,
,з
') Девять дочерей Піэра (Піэриды) вызвали л у з ъ на состязаніе въ пѣніи, но noo"b/kденныя въ этомъ спорѣ, были обращены въ сорокъ.
/ДАНТЕ.
II.
Когда увидѣлъ чудный блескъ сапфира
Въ сіяніи небеснаго эѳира,
Сверкавшаго въ то врелія надо .мной . . .
і8
Всѣ радости покинутаго лѵіра
Созналъ я вновь, вступивши въ кругъ иной,
И кинувъ адъ съ его лѵертвящей сферой,
21
Гдѣ я бродилъ излѵученный, больной . . .
Прекрасной, лучезарною Венерой ')
Былъ освѣщенъ алѣющій востокъ
24
И свѣточъ Рыбъ, ее сопровождавшій,
Въ сіяніи поспорить бы не лѵогъ
Съ Венерою, улыбкою сіявшей.
'
2?
Тогда я взглядъ направо устреліилъ
И увидалъ у полюса другаго
Блескъ четырехъ невѣдожыхъ свѣтилъ.
зс
Е щ е никто средь неба голубаго
Не созерцалъ ихъ, кролѣ той четы,
Которая въ величьи чистоты
33
Жила въ раю 2 ). Все небо, -лшѣ казалось,
Сіяніеліъ свѣтилъ тѣхъ восхищалось.
Полночный край ! О какъ лшѣ Жалокъ ты,
Зб
"Что надъ тобой въ выси не появлялось
Такихъ свѣтилъ ! И вновь я бросилъ взглядъ
Тогда къ друголу полюсу назадъ,
з9
Гдѣ уЖе колесница исчезала,
И стари,а я увидѣлъ предъ собой,
Котораго наружность вызывала
42
') Самый ниЖній небесный кругъ и слѣдовательно первый отъ земли есть кругъ луны.
) По географіи того времени, Африка и Азія не переходили за экваторъ. Следовательно
прародители наши изъ земнаго рая, помѢщ,аьшагося въ юЖномъ полушаріи, вид'Ьли это созвѣздіе, близкое къ юішому полюсу. Съ тѣхъ поръ оно сдѣлалось невидимымъ.
2
Сыновнее почтенье '). Съ бородой
Онъ длинной , былъ, въ ней сѣдина сверкала
И волосы съ такой Же сѣдиной
4s
На грудь его двойной волной спадали . . .
Тогда лучи тѣхъ четырехъ свѣтилъ
Его лицо такъ ярко озаряли,
48
Что для .меня онъ видѣнъ такЖе былъ,
Какъ свѣтлылѵь дне.мъ при солнечнолѵь сіяньи.
— «Кто вы? тогда старикъ заговорилъ,
5і
Кудрялш потрясая, въ оЖиданьи
Отвѣта: «какъ сюда .могли пройдти
Вы изъ телшицы вѣчнаго страданья ?'
54
Кто фонарелѵъ слуЖилъ валѵъ на пути,
Когда вы шли долиной адской тою,
Гдѣ скрыто все подъ пеленой густою
57
Зловѣіцей тьлѵы ? Иль, наконецъ, для васъ
Нарушены законы бездны вѣчной ?
Иль въ небѣ из.мѣнилъ на этотъ разъ
бо
Рѣшеніе свое Творецъ Предвѣчный,
Что вы сюда, вы, грѣшники зелыи,
Къ обители .моей одни пришли?»
бз
Тогда .мой воЖдь съ любовью безконечной
*
Меня схватилъ и знаки дѣлать сталъ,
Чтобъ старца я почтительно встрѣчалъ,
Привѣтствовалъ pykajvvu и глаза.ми,
А салѵъ еліу покорно отвѣчалъ
Такилѵи откровенньши словалш:
бб
'
69
') Виргилій представляетъ Катона Утическаго на щитѣ, подаренномъ Венерою Энею, какъ
страна добродѣтельныхъ усопиіихъ людей. Въ другихъ произведеніяхъ того Же поэта Катонъ
такЖе выставленъ символомъ истинной свободы, въ противоположность осуЖденнымъ въ
адъ, которые разстались съ Жизнію, отягощенные большими грѣхами.
— «Не собственная воля привела
Меня сюда. Ко „\шѣ съ небесъ неЖданно
Одна святая Женщина сошла,
72
Такъ у.люляла, чтобы постоянно,
Я человѣка этого берегъ,
Что отказать ей въ просьбѣ я не .люгъ.
75
И такъ какъ ты, что виЖу я, Желаешь
Подробнее о дѣлѣ толѵъ узнать,
То отъ .меня всю истину узнаешь.
7g
Я правды не хочу теперь скрывать.
Тотъ смертный, что стоитъ передъ тобою,
Е щ е не дулѵалъ въ _иірѣ у ли рать,
Но такъ не дороЖилъ своей судьбою,
Что въ безразсудствѣ къ с.мерти близокъ былъ.
Тебѣ о толѵъ уЖе я говорилъ,
84
Что посланъ былъ къ нелѵу я для спасенья.
Единый путь тогда лѵнѣ предстоялъ
Для вѣрнаго той и,ѣли достиЖенья,
87
И этотъ путь уЖе я лѵиновалъ.
Теперь Же показать е.му налѵѣренъ, —
А ты полюЖешь лѵнѣ, я въ толѵъ увѣренъ, —
до
И сонлѵъ тѣхъ душъ, котор ыя долЖн ы
Подъ властію твоею очищаться . . .
Пришлось бы слишколѵъ лѵнѣ распространяться
9з
О то.мъ, какъ .мы изъ царства сатаны
Пришли сюда. Сходила свыше сила,
Которая .меня руководила
об
Его вести, чтобъ видѣть и внилѵать
Тебѣ, лѵудреи,ъ! Такъ встрѣть Же благосклонно
Т ы сч.ертнаго, который шелъ искать
4
99
Въ пути одной свободы непреклонно,
Которая такъ дорога, порой,
х
Іто за нее, какъ истинный герой,
102
Нерѣдко сдѵертный съ Жизнью разстается.
Не ты-ли са.иъ изъ-за свободы палъ
PI въ Утикѣ погибъ, гдѣ остается
ю5
Твоя одеЖда: если-бы насталъ
Великій день, когда весь лѵіръ возстанетъ,
То ярко бы хитонъ твой засіялъ . . .
ю8
И знай притолгь: никто не нарушаетъ
Изъ насъ законъ Предвѣчнаго. Вотъ онъ,
Мой спутникъ, что чело свое склоняетъ,
ГІІ
Е щ е не зналъ, что значитъ сліерти сонъ,
А я . . . .могу еще не подчиняться
Я Миносу, по сліерти осуЖденъ
и4
Въ кругу т'Ьхъ блѣдныхъ призраковъ скитаться,
Гдѣ блещутъ очи Мариіи твоей,
Которая готова преклоняться
и7
Передъ тобой и ради прошлыхъ дней
Признать ее своею улюляетъ . . . 2 )
О, чистая душа среди тѣней !
І20
Во иля той, которая пылаетъ
Къ тебѣ святой любовью, обрати
Свой взглядъ святой на насъ и по пути
І2 з
Сели твоихъ обителей пройти
На.мъ разреши, и тадгь, гдѣ обитаетъ,
Тѣнь Мариіи, благоговѣйно талгь
г
t26
; Катонтэ уліертеи.пэ себя посл'Ь побѣды Цезаря при Tanc'b въ '46 году до РоЖдества
Христова.
2
) Адъ, IV, 128. По смерти Гортензія, которому Мариія была уступлена Катономъ,
Марція просила послѣдняго опять признать ее своею, на что Катонъ и согласился.
о
Когда на то ты дашь лшѣ разрѣшенье.»
Я ей привѣтъ твой добрый передалгь,
И онъ отвѣтилъ въ видѣ поученья:
«Въ былые дни я Марцію любилъ,
И исполнялъ всегда ея Желанья,
Которыя я дорого цѣнилъ.
Теперь Же безполезны всѣ старанья
Меня ея вліянью подчинять,
Пока она долЖна еіце блуЖдать
Тажъ за волналѵи грознаго потока,
И то, что преЖде трогало глубоко,
Святылѵъ законо-лгь было для лѵеня,
Теперь .лшѣ чуЖдо стало и далеко;
Е я Желаній больше не цѣня,
Я сталъ къ нилѵъ глухъ. Молчаніе храня
О Марціи, ты, лести избѣгая,
О толіъ лишь люгь бы только .лшѣ сказать,
О челіъ просила Женщина святая . . .
Къ челіу Же было къ лести прибегать,
Когда и этихъ словъ вполнѣ довольно ?
Иди Жь теперь и увѣнчай привольно
Безлиственнылѵъ и гибкижь тростнико^ъ
Чело пѣвца; его лии,о потожъ,
Улѵой водой: глаза его невольно
Успѣлъ тул\анъ нечистый омрачить
И былъ бы онъ достоинъ порицанья,
Осл\ѣлившись въ нечистотѣ вступить
Въ тотъ кругь, гдѣ долЖенъ голову склонить
Передъ однижъ изъ первыхъ духовъ рая.
Вкругъ острова—ты лшЖешь прослѣдить—
Гдѣ плеіцутъ волны, въ берегь ударяя,
На низкой салюй ліѣстности ростетъ
Теперь тростникъ, на ліягкій илъ склоняя
Свои верхушки. Тажъ не проЖиветъ
Растеніе, покрытое листалш
Иль съ крѣпкилш, недвиЖнылш стволаліи,
ібг
М ѣ ш а я бѣгу быстрому тѣхъ водъ ').
Затѣлѵъ сюда обратно не ходите:
Когда свѣтило дня вполнѣ взойдетъ,
іб5
Вы за его теченіеліъ слѣдите
И солнце валіъ укаЖетъ путь съ небесъ,
И на гору тогда вы поспѣшите» . . .
іб8
Такъ онъ сказалъ и въ тотъ Же жигъ исчезъ.
Испуганный, невольно я поднялся
И къ спутнику въ безлюлвіи приЖался.
І7І
Онъ, какъ бы отвѣчая на люй взглядъ,
Сказалъ: «Теперь иди, JMOU сынъ, за лѵною!
Мы повернуть долЖны съ тобой назадъ:
J74
Равнина эта длинной пеленою
Спускается отсюда и покатъ
Склонъ берега ея» . . Передъ зарею
,77
УЖь утреннія сулѵерки съ зеліли
БѢЖали прочь и вкругь разсѣевались,
Такъ что я люгъ увидѣть, какъ вдали
,g0
Морскія волны тихо колыхались.
Пустынною равниною ліы шли,
Впередъ неторопливо подвигались
') Гибкій тростникъ,
покаянія.
повинуюіуіися
183
ударамъ волнъ, слуЖитъ символомъ смиреннаго
7
Подобно людя.нъ, сбившиеся съ пути,
УЖе не предающиеся надеЖдѢ,
Что еоЖно илъ дорогу ту найдти,
Которая была знакоеа преЖде.
Мы шли и очутились скоро т а е ъ ,
Гдѣ солниа лучъ играетъ по листаеъ
Травы, росой перловой окропленной,
Но испаренья къ верху не бѣгутъ
Надъ влаЖною зелѵлею благовонной.
Путеводитель еой тихонько тутъ
Рукой къ травѣ росистой прикоснулся,
И я при тоеъ двиЖеньи встрепенулся;
Я понялъ, что Желаетъ сдізлать онъ,
И щеки, оеоченныя слезали,
Къ н е е у тогда, колѣнопреклоненъ,
Я обратилъ. Виргилій сеылъ рукаеи
Съ еоихъ очей проклятый ада слѣдъ
И возвратилъ лииу обычный ивѣтъ.
Потоеъ д ы передъ взеорьееъ оч_утились:
Е щ е никто по глади этихъ волнъ,
Которыя печально такъ струились,
Плыть не посеѣлъ, надеЖды слабой полнъ,
Чтобъ послѣ еогъ назадъ онъ возвратиться.
И здѣсь спѣшилъ пѣвеиль остановиться,
Онъ тростникоеъ чело еніз увѣнчалъ,
Какъ стареиъ повелѣлъ е е у и—чудо !
Глазаеъ едва я вѣрить еогъ—покуда
Онъ изъ воды растенье вырывалъ,
Прекрасное и нѢЖное растенье,
Какъ передъ наеи снова выросталъ
Другой тростникъ въ то-Жь саеое егновенье.
П Ѣ С Н Я ВТОРАЯ.
Данте и Виргилій увидали приблшкающгйся корабль съ душами, которыхъ апгелъ везъ для
очшиеиія.
Данте былъ узпапъ
находивишліся лгеокду ними своилгъ друголіъ Казеллою, и
въ то врелія, когда Казелла сталъ развлекать /Jaume пѣпіемъ, является тЪпъ Катопа,
укоряющая
дуиіи въ нерадивости.
адъ горизонтолгь солни,е показалось,
с
—
г
д
ѣ
стоялъ святой [ерусали.иъ ').
«VJ
І^ІІІЖ^) А изъ-за Ганга дальняго являлась -),
Росла надъ полушаріелгь свои.мъ
Въ тотъ салѵый часъ Ночь телѵная съ ВЬсали.
Когда-укь повсюду лязкетъ лѵракъ вокругъ
3
б
Такъ какъ Іерусалимъ и гора Чистилища представляется расположенными одна противъ другой, то около земли моЖно провести вообраЖаемый кругъ, въ каЖдой своей точк'Ь
одинаково отстоящій какъ и отъ горы Чистилища, такъ отъ Іерусалима. Кругъ этотъ
слуЖитъ для обѣихъ возвышенностей общимъ горизонтомъ. Высочайшая точка поднимающегося надъ нимъ небеснаго полушарія и вм'Ьст"Ь съ т ѣ м ъ высочайшая точка его меридіана
находится съ одной стороны надъ Іерусалимомъ, а съ другой надъ земнымъ раемъ. Когда
солнце находится на меридіанѣ Іерусалима, то во всемъ томъ полушаріи наступаетъ день,
тогда какъ во всемъ полушаріи Чистилища — ночь.
2
) Въ полночь наибольшей высоты на небѣ достигаетъ то созвѣздіе зодіака, которое
леЖитъ противъ другаго созвѣздія, гдѣ находится солнце. Вмѣстѣ съ восхоЖденіемъ солнца
первое созвѣздіе понижается и наоборотъ. Во время весенняго равноденствія, когда солнце
находится въ знакѣ Овна, противъ него приходится созвѣздіе В'Ьсовъ.
Вмѣстѣ съ географіей того времени Данте принималъ, разумеется, произвольно, что
горизонтъ Іерусалима касается съ востока Индіи (Ганга), а съ запада — сто.іповъ Герку.іесовыхъ Гибралтарскаго пролива или другими словами, что Азія по всей ширин'Ь состав.іяетъ одну
четверть земнаго круга, а Средиземное море по всему протяЖенію — другую четверть. Въ
9
ДАНТЕ.
II.
2
И свѣтъ дневной простится съ небесалш,
Тогда Вѣсы роняетъ Ночь изъ рукъ,
И розалш пылавшая Аврора
48
Теряя свой рулянеиъ, блекнетъ скоро . . .
Талѵъ, гдѣ въ тотъ часъ стояли оба ліы,
УЖе разсвѣтъ слѣнялъ покровы тьлы . . . ')
>2
Е щ е передъ налѵи взморье находилось,
И я тогда стоялъ на берегу
Съ солшѣніе.мъ: л\огу, иль не люгу
і5
Путь продолЖать; а въ сердцѣ шевелилось
Желаніе скор'Ьй идти впередъ,
Что на пути бы дальнелъ ни случилось.
>8
На западѣ надъ телѵнылѵъ лонолъ водъ,
Какъ бы застигнутъ утренней зарею,
Марсъ сквозь пары заЖегся тою порою
И вдругъ вдали—о, если бы опять
Т о зрѣлище пришлось лшѣ увидать ! —
Передъ .мной свѣтъ дивный показался.
24
Такъ по лѵорю свѣтъ этотъ быстро .мчался,
Что никакой, по моему, полетъ
По быстрот'Ь своей съ нилгь не равнялся.
27
На лѵигъ одинъ я взглядъ отвелъ отъ водъ,
Чтобы спросить учителя о свѣтѣ,
Потолъ на лоре вновь взглянулъ и вотъ —
Зо
противоположность разливающему свѣтъ солниу, ночь представлена здѣсь владычицею мрака ^подобно солнцу, но въ діаметрально противополоЖнолѵъ направленіи, она проходитъ чрезъ знакъ
зодіака. Когда день равенъ ночи, а солнце находится въ созвѣздіи Овна, тогда ночь, говоря
аллегорически, дерЖитъ В'Ьсы въ своей рукѣ. Какъ только одинаковая продолжительность
дня и ночи нарушается, ночь переходитъ дал'Ье впередъ по зодіаку, т. е. преЖде всего въ
созвѣздіе Скорпіона, и Вѣсы выпадаютъ изъ ея рукъ.
*) Блѣднорозовая заря утра при приблиЖеніи солнца болѣе и болѣе принилаетъ золотисто-Желтый цвѣтъ или отливъ.
10
Я увидалъ, что чудный свѣтъ растетъ
И ярче сталъ еще въ „мгновенья эти . . .
Потолгь,—еще быстрѣй его сталъ ходъ,—
зз
Съ его сторонъ обѣихъ показалось
Другое что-то бѣлое '). ГІодъ нилгь
Бѣлѣло тоЖе что-то, но являлось
зб
Е щ е неяснылъ. Зрителе.мъ нѣліы.мъ
Стоялъ люй воЖдь . . . Сіянье приближалось . . .
Когда-Жь изъ пятенъ блѣдныхъ, словно дььиъ,
Обозначаться крылья стали ясно,
Въ чемъ со-мнѣваться было бы напрасно,
И видѣнъ сталъ наставнико-мъ лѵоиліъ
42
Блестящій корлѵчій,—крикнулъ лшіз учитель:
«Скорѣй склонись, персты слоЖивши рукъ—
Передъ тобою ангелъ, небоЖитель.
45
Теперь еліу подобныхъ только слугъ
Мы встрѣтилгь на пути свое.мъ. С.иотри-Же,
Когда въ него вглядѣться .моЖеиль блиЖе:
48
Еліу людей орудья не нуЖны,
Елѵу не нуЖно паруса и вёселъ,
Чтобы бороться съ прихотью волны:
5і
БоЖественньши крылья.ми онъ взбросилъ
И—полетѣлъ, пространства не боясь.
С.иотри Же ты на ангела, дивясь,
з4
Какъ къ небеса.мъ онъ крылья поднилѵаетъ;
Захватывая воздухъ съ двухъ сторонъ
Своихъ онъ вѣчныхъ перьевъ не теряетъ
Б'Ьлая оде;кда ангела.
іі
з7
И вида ихъ ничто не изжѣняетъ:
Они безслѵеотны
такъ ice,' какъ салѵъ онъ.»
X
И вотъ чѣлѵь блиЖе духъ къ на.лѵъ подплываетъ,
бо
Тѣлѵъ каЖется свѣтлѣе, озаренъ
Сіяніеліъ такиліъ, что невозлюЖно
Вблизи илѵъ любоваться и, слѵущенъ,
63
Глаза я опустилъ свои трезоЖно.
А ангелъ въ лодкѣ къ берегу присталъ
И челнъ его скользилъ такъ остороЖно
бб
И такъ легко, что словно пролеталъ
Поверхъ воды, въ нее не погружаясь . . .
Небесный лоиліанъ, кротко улыбаясь,
6э
Саліъ на корлѵѣ въ сіяніи стоялъ;
Прекрасенъ такъ, что даЖе описанье
Его лѵнѣ доставляетъ обаянье
БлаЖенства необъятнаго . . . Въ челнѣ,
Приставшелѵъ тихо къ берегу, сидізли
Таинственные призраки, и лшѣ
1-
і
7=
Вдругъ стало слышно, какъ они пропѣли
Псало.мъ единылѵъ голосо.м.ъ: «Когда
Евреи изъ Египта навсегда
78
Ушли!.. Когда окончилось ихъ пѣнье,
Надъ ни.ѵш совершилъ благословенье
Небесный проводникъ ихъ, и тогда
8і
Сон.иъ душъ изъ лодки на берегъ спустился,
А духъ исчезъ такъ быстро, какъ явился,
И лѵетеоролѵъ скрылся безъ слізда.
84
Толпа тѣней не вѣдала, казалось,
Той -местности, гдѣ очутилась вдругъ,
И съ любопытстволѵъ лѵолча озиралась,
87
12
Какъ человѣкъ, которой)'- вокругъ
Все незнако-мььмъ, чуЖды.мъ представлялось . . .
А лѵеЖду тѣ-мъ блестяшДй солниа кругъ
90
Со всѣхъ сторонъ луча.ми разсыпался,
II Іѵозерогъ илѵъ съ неба изгнанъ былъ . . .
Тогда близъ насъ сон.мъ призраковъ собрался,
дз
На насъ обоихъ взоры устре.милъ,
Такъ говоря: «Путь на гору,скаЖите,
Извізстенъ ва.мъ? Такъ путь на.иъ ука'Жите» . . .
9в
Виргилій отвѣчалъ u-мъ: «МоЖетъ быть,
Ва.мъ каЖется, что съ эти.дш .мѣсталш
Знаколѵы л\ы, но на.мъ ихъ посѣтить
99
Случилося, лишь только передъ валш.
Здіэсь чуЖдо все для насъ какъ и для васъ.
Сюда пришли другилш мы путялш;
юг
II такъ наіиъ путь уісасенъ былъ не разъ,
Что на гору дальнѣйшая дорога
У Же. теперь насъ не пугаетъ .много,
ю5
И каЖется дорогой легкой всходъ
На верхъ горы. . .» Я въ это вре.мя встрѣти.іъ
Въ глазахъ тѣней со.мнѣніе: за.міѵти.пь
Ихъ сон.мъ .мое дыханіе, и вотъ
Всѣ души поблѣднѣли, сознавая,
Что я не лѵертвъ и что душа Живая
11 j
Теперь стоитъ передъ ни.дѵи во плоти.
Какъ вѣстника несущаго съ собою
Вѣтвь .масличную, люди на пути
Встрѣчаютъ часто пестрою гурьбою
II отъ него Ждутъ слуховъ и вѣстеи,
Такъ вкругъ .меня тѣ снился рядъ тѣнеи
іЗ
И4
„7
Съ невольнылѵь любопытство-мъ въ то .мгновенье,
Стараясь разслютрѣть л\ои черты,
О собственнолѵъ забывши очиш,еньи.
И видѣлъ я средь обшей тѣсноты,
Что духъ одинъ впередъ другихъ пробрался,
И съ чувстволѵъ полнылѵъ діьтскои чистоты
И радости обнять „меня старался.
Свои поднявши руки и впередъ
Я са.мъ кіз неліу рванулся въ свои чередъ,
Чтобы обнять его по-братски тоЖе . . .
Но все-Жь обнять не лѵогъ его . . . О, БоЖе!
О, тѣни безтѣлесныя ! Всѣхъ васъ,
Безплотныхъ, видѣть „моЖетъ только глазъ,
Но осязать jvvbi васъ не въ состояньи ! . .
Напрасно я рука„ми до трехъ разъ
Хотѣлъ его обвить, но то Желанье
Желаньеліъ и осталось: обнилалъ
Одинъ я только воздухъ и сЖи.малъ
На собственной груди своей я руки . . ,
Какъ .мысль, неуловимый, или звуки,
Безплотный духъ передо „мной стоялъ . . .
Тогда отъ удивленья, „моЖетъ статься,
Я сталъ блѣднѣть, въ лицѣ своелѵь .меняться,
И на лѵеня бросая добрый взглядъ
Тѣнь начала безлѵолвно улыбаться
И тихо отодвинулась назадъ,
Но я не пересталъ къ ней подвигаться,
Желая дальше слѣдовать за ней.
Но тутт> она .меня остановила,
И кротко надо лшой проговорила,
Чтобъ далѣе не шелъ я. Звукъ рѣчей
Открылъ лшѣ иля тѣни той прекрасной
СЬкивиіей снова въ палѵяти люей.
ібо
Я улѵолялъ, чтобъ этотъ призракъ ясный
Не уходилъ, просилъ позволить лѵнѣ
Поговорить съ нилѵъ влѵѣстѣ ВЪ тишиніі.
153
И тѣнь тогда лшѣ тихо отвечала:
«Тебя люблю я нынче, какъ тогда,
Когда .мой духъ плоть сліертныхъ облекала,
об
А потолѵу лѵогу я безъ труда
На краткій срокъ съ тобой остановиться.
Но ты, ты салѵъ, скаіси — идешь куда?»
<5д
— «Я, .лѵой Козелла х ), долісенъ возвратиться
Туда, откуда я пришелъ сюда.
Но какъ ты здѣсь? Могу ли не дивиться,
Что ты до этихъ поръ не впуш,енъ былъ
Въ Желанную обитель очи именья ?»
И призрака отвѣтъ я уловилъ:
1(35
— «Еиіе въ то.д\ъ нѣтъ большаго оскорбленья,
"Что тотъ, который люЖетъ всѣхъ впускать
И не пускать, лшѣ не далъ разрѣшенья
«68
На пропускъ 2 ), поЖелавши отказать
Въ .дѵоей .мольбѣ . . и было бы безбоЖно
Корить его за то, что невозлюЖно:
171
Не каЖдолѵу дается благодать.
Три ліѣсяиа онъ пропускалъ свободно
Всѣхъ тѣхъ, кто люгъ сюда вступить
>74
*) Извѣстный ітЬвецъ и колѵпозиторь Козелла, пользовавиіійся особенной друЖбои и
располо./кеніем.ъ поэта.
2
) Богомольные странники, скончавиііеся съ начала іЗоо года и еоспользовавшіеся дуиіеспасительнылѵъ юбилеем/ъ, оЗъявленнымъ папою Бонифаиіе.иъ VIII, не лѵогли быть осуждены
на адскія лѵуки.
і5
Съ душевньшъ лшролѵъ . . . Такъ ему угодно.
Такъ, наконеиъ, и я былъ принятъ илгь,
Когда пришелъ къ тѣ.мъ берегалѵъ .ѵюрскижь,
1
Гдѣ воды Тибра солоны бываютъ.
Теперь къ толіу онъ устью полетѣлъ,
И талѵъ-то лшогихъ призраковъ сбираютъ,
і8о
Которые не сходятъ въ Ахеронъ . . . »
И я сказалъ: «Когда небесъ законъ,
Тебя восполѵинаніи не лишаетъ
і83
И пѣсни невозвратныхъ уісь вре.иенъ
Тебѣ до нынѣ пѣть не запреиіаетъ,—
Ихъ нѣкогда, забывши трудъ и сонъ,
і8б
Я слушалъ, всѣ невзгоды забывая,—
Молю тебя, о, спои одну изъ нихъ,
Мое страданье пѣсней услшряя:
189
Вѣдь и теперь, въ лиръ тишины вступая,
Во .мнѣ страданья голосъ не утихъ».
И пѣсню друга слушать сталъ тогда я:
Г92
«Любовь со мной въ тідЪныі говорить» . . .')
Такъ онъ запѣлъ и звукъ той пѣсни дивной
Е щ е до нынѣ сладостно дроЖитъ
ig5
Въ люихъ ушахъ люлитвою призывной. . .
Мой воЖдь, и я, и призраки толпой
Внилѵали звукалѵъ пѣсни той святой . . .
198
Толпа восторго.иъ новылѵъ упивалась
И въ ту .минуту только отдавалась
Напѣвалѵъ сладко гласной пѣсни той,
201
' ) Начало одной канцоны Данте Ал.іигіери.
-ліб
77
Какъ будто бы всѣ души позабыли,
Подъ обояньеліъ звуковъ незелшыхъ,
Все то, что занижало преЖде ихъ . . .
пѣніелѵъ увлечены Л І Ы были,
Какъ вдругъ .маститый стареи,ъ закричалъ
«Что виЖу предъ собою? Это вы-ли,
ТѢЛІЪ
Вы, души нерадивыя ? . . Насталъ
Давно вашъ часъ ! Бѣгите Же, бѣгите
Вы на гору и тал\ъ съ себя снилѵите
Скорѣе ту ненуЖную кору,
Которую валѵь Богъ не позволяешь
Теперь носить» . . . Какъ по утру
Станица голубей свой коржь сбираетъ,
И близкое присутствие людей
Ихъ въ этотъ часъ нисколько не пугаетъ
И лишь потожь та стая голубей,
Неторопливо дальше улетаетъ,
Такъ точно въ этотъ часъ толпа тііней
Отхлынула отъ насъ, забывши пѣнье,
И путь къ горѣ направила впередъ.
За нилш въ тоЖе са.иое .мгновенье
Мы подвигаться стали въ свой чередъ.
•7
ГГВСНЯ Т Р Е Т Ь Я .
Оба поэта пошли далѣе, чтобы подняться па гору и найдя предпріятіе это
трудпымъ
сверхъ ьсякаго оокидапія, глубоко призадумались. _Въ это претя нѣкоторыя души сообіи,или
итъ, что потзериуъъ пазадъ, они найдутъ болѣе удобный подъетъ. Спутники
послѣдовали
этому совѣту, послѣ чего Данте ведетъ бесѣду съ Манфредомъ.
оть бѣгство и разсѣяло тѣней
По ліѣстности идущей прялю въ гору,
Гдѣ за грѣхи лѵинувшихъ нашихъ дней
e/flVo
Караетъ Высшій Разулгь, — въ эту пору
Вслѣдъ за воЖделіъ я оыстро ииелъ впередъ:
Вѣдь безъ него какъ люгъ я до высотъ
б
Святой горы достигнуть ? Кто бы взялся
Меня дорогой трудною вести ?
Въ .минуту ту учитель лѵнѣ казался
g
Растеряныылгъ, какъ будто бы пути
Дальнѣйшаго теперь онъ испугался,
Раскаялся, что долЖенъ былъ идти.
О, ты, ліуЖъ добродетельный, въ которолъ
Такая благородная душа!
Т ы не выносишь съ тягостныліъ укоро-мъ
і8
і5
Малѣйшаго проступка! . . Не спѣіиа,
Залѵедля шагь, впередъ онъ подвигался;
Я въ это врел\я внутренно старался
Напоръ печальныхъ дулѵъ въ себѣ унять
И новыя отрадныя картины
Вокругъ себя сталъ .молча созерцать.
2І
Не отводилъ я взгляда отъ вершины
Горы, всходившей пря.мо къ небесалѵъ
Изъ теліной глубины .морской пучины . . .
24
А сзади красныліъ солнечнылгь лучалѵь
СлуЖилъ поліѣхой я ') и предо .мною
БѣЖала тѣнь широкой полосою.
27
И въ страхѣ отвернулся я въ тотъ лшгъ,
Въ волненіи уЖаснолѵъ сознавая,
"Что я одинъ остался; созерцая
з0
Мракъ предъ собой, — .мой уЖасъ былъ великъ.
Но воЖдь .мой, отъ .меня не отставая,
Мнѣ люлвилъ такъ: «Зачѣлѵъ ты не привыкъ
33
Мнѣ довѣрять?» Тутъ подошелъ онъ блиЖе:
«В1здь я тебя въ пути не оставлялъ,
Вѣдь я съ тобою, сынъ лѵой, о, пойл\и-Же . . .
зб
УЖе теперь вечерній часъ насталъ
Талѵъ, гдѣ лѵеня когда-то схоронили,
Гдѣ отъ себя я такЖе тѣнь бросалъ.
Зд
Въ Неаполѣ .мои останки были
Погребены, хотя скончался я
Въ Брундузіи 2 ) и если отъ .меня
42
*) Тѣнъ, бросаемая Данте на освѣщенную солнцемъ гору Чистилища слуЖитъ здѣсь,
какъ въ аду дыханіе, для отличія его, Живаго человѣка, отъ безтѣлесныхъ духовъ.
2
) Когда Виргилій скончался въ Брундузіи, тѣло его было перевезено въ Неаполь и,
сохл
даніемъ, погребено по приказанію Августа у входа въ подземелье близь Путеол
Posilipo).
Тѣнь по землѣ уЖь больше не лоЖится,
Т о это не долЖно тебя дивить;
Да и тому не долЖенъ ты дивиться,
Что небеса не люгугь заслонить
Лучей другихъ небесъ . . . Чтобъ выносить
Жаръ или холодъ, муки иль страданья,
Людей природа строгая творить,
Но постоянно вѣчное молчанье
О тайнѣ ихъ созданія хранить . . .
Безуменъ тотъ, кто думаетъ, что разумъ
Простыхъ людей проникнуть моЖетъ разомъ
Святыя тайны неба: БоЖество
Въ трехъ лицахъ совмѣстилось, составляя
Великое въ единствѣ существо . . .
О, смертные ! Склонитесь, не дерзая
Постигнуть смыслъ святаго «почему?»
Безсилье вашей лѵысли сознавая,
Не довѣряйтесь вашему уму.
Когда-бъ могли, не вѣдая сомнѣнья,
Вы все непостиЖимое понять,
Тогда бы для людскаго искупленья
Едва-ли нуЖно было бы роЖдать
Спасителя Маріи Благодатной . . .
Вы видите безумиевъ: все узнать
Они стремились съ страстью непонятной
Они Желали тайны разгадать
И въ пытку обратились ихъ стремленья:
Таковъ былъ Аристотель и Платонъ
И многіе другіе» . . Въ размышленьи
Поэтъ умолкъ и, въ думу углубленъ,
20
Свое чело склонилъ онъ въ то лігновенье. . .
А .меЖду тѣліъ ліы оба подошли
Къ подноЖію горы той и нашли
Дорогу въ эту гору столь крутою,
Что голова круЖиться начала:
Отвѣсна, не приступна такъ была
Она для насъ. Едва-ль дорогой тою
И путникъ са.мый слѵѣлый люгъ пройдти
Пути такого даЖе не найдти
МеЖь Леричи и Турбіей. Въ сравненьи
Съ подъелюжь тѣлѵъ онъ лѣстницею былъ,
Которую пройдешь безъ затрудненья.
И спутникъ .мой тогда проговорилъ,
Шаги свои невольно залѵедляя:
«О, еслибъ я другой проходъ открылъ,
«7
Гдѣ крутизна была бы не такая,
И гдѣ свободно шествовать люгъ тотъ,
Кто крыльевъ не іиѵѣетъ». И Желая
до
Путь ослютрѣть, исполненный заботь,
Онъ надъ дорогой тихо наклонился,
А я лицо не отводилъ съ высотъ
93
Большой горы, и снова удивился
Увидѣвши, что съ лѣвой стороны
Толпа тѣней шла возлѣ крутизны.
На встрѣчу къ налѵъ тѣ души подвигались,
Но тихо такъ, что издали онѣ
Едва-едва заліѣтньиѵи казались.
«Наставникъ мой, я закричалъ, взгляни:
Когда дальнѣйшій путь тебя тревоЖитъ —
Вотъ кто налѵъ указать дорогу люЖетъ.»
21
I
И на меня бросая взглядъ, тогда
Съ рѣшимостью сказалъ онъ: «Торопливо,
ДолЖны свои путь направить мы туда,
ю5
Гдѣ эти тѣни двиЖутся лѣниво,
А ты, мой сынъ, надеЖдою твердъ будь. »
Мы снова продолЖали трудный путь.
ю8
Толпа тѣней была еще далеко,
На разстояньи нашихъ сто шаговъ,
Такъ что съ трудомъ могло замѣтить око
111
Въ туманѣ ихъ, но вотъ толпа духовъ
По крутизнѣ вдругъ начала тѣсниться,
Решившись, наконецъ, остановиться;
114
И къ нимъ съ мольбой такихъ призывныхъ словъ
Спѣшилъ тогда лшй спутникъ обратиться:
«Узнавшія блаЖенство вѣчныхъ сновъ,
117
Вы, души Богомъ избранныя ! Дайте
Двумъ одинокимъ странникамъ совѣтъ
И въ благодатномъ мирѣ пребывайте,
і
120
Намъ указавъ возмоЖно-вѣрный слѣдъ
Пути, которымъ моЖно бы подняться
На самый верхъ горы. Вѣдь хуЖе нѣтъ
12З
Обиды намъ, въ чемъ долЖенъ я сознаться,
Какъ наше время попусту терять
Въ блуЖданьи безполезномъ. . . » ОЖидать
126
Я сталъ тогда душъ чистыхъ приблиЖенья.
Какъ изъ загона ови,ы иногда
Идутъ по-одиночкѣ-, безъ смятенья,
129
Другія Же недвиЖно въ отдаленьи
Стоятъ и кротко смотрятъ всѣ туда,
Гдѣ первая овца идетъ, всегда,
1З2
22
Стараясь подраЖать ея двиЖеньямъ,
Покорно,—простодушны и смирны.
Такъ точно, не с л у ш а я тишины,
і35
Т а рать блаЖенныхъ тихо подымалась
Въ слѣдъ за душей что впереди всѣхъ шла
И гордо-иѣломудренной казалась.
і38
Когда Же различить она могла
Тѣнь отъ меня бѣЖавиіую на право,
Туда, гдѣ возвышалася скала,
і 4і
Т о этотъ призракъ свѣтлыи величаво
Въ пути остановился и назадъ
Сталъ пятиться и всѣ другіе въ рядъ
-
і 44
Его двиЖенью тоЖе подраЖали,
Хотя едва-ли сами понимали
Причину остановки той. И вотъ
і47
Безсмѣнный вождь мой выступилъ впередъ:
— « Я Ждать вопроса вашего не стану
И, прибѣгать не думая къ обману,
^о
Всю истину скаЖу вамъ. Въ этотъ часъ
Вы человѣка видите Живаго,
А потому отъ одного изъ насъ
і53
Тѣнь падаетъ на землю. Это слово
Да не смутитъ васъ. Тамъ, на небесахъ
Есть сила, и она его готова
і5б
Въ безвѣстныхъ и таинственныхъ мѣстахъ
Взвести на эту гору безопасно.. . »
Такъ съ полною рѣшимостью въ словахъ
,sg
Проговорилъ учитель мой безстрастно,
И отвѣчали души всѣ согласно,
Намъ сдѣлавъ знакъ: «Идите вы впередъ,
,б2
23
Гдѣ повернувъ, увидите проходъ.»
А тѣнь одна со мной заговорила:
«Иди, иди куда тебя ведетъ
Твои проводникъ и неземная сила,
Но поверни глаза и погляди:
Ахъ каЖется тебѣ знакомо было
ібв
іѴІое лиио, когда въ .моей груди
Мое земное сердце тихо билось. . . »
Тѣнь блѣдная передо мной явилась;
171
На призрака я пристально слютрѣлъ. . .
Прекрасный, величаво онъ глядѣлъ
Былъ б'Ьлокуръ, лишь только илрамъ широкій
174
Надъ бровью онъ раздвоенной илгЬлъ;
Когда Же я, бросая взглядъ глубокой,
Сказалъ ему, что на землѣ далекой
177
Его не зналъ, не видѣлъ никогда,
Онъ рану на груди мнѣ открывая,
ІІроговорилъ: «Такъ посмотри сюда!»
ІІотомъ лицо улыбкой оЖивляя,
Онъ продолЖалъ чуть слышно:» Я — М а н ф р е д ъ
Констаниди былъ внукомъ я. . . Въ тотъ свѣтъ
180
')
і83
Когда еще ты моЖешь возвратиться,
Прошу тебя, молю тебя явиться
Къ моей прелестной дочери: ей н'Ьтъ
18в
Другаго въ мірѣ имени, какъ «слава
Сицильи съ Аррагоніей» 2 ), и ей,
Прекрасной, лѵилой дочери моей
189
'} Король Манфредъ называетъ себя внуко.иъ Консганиіи, дочери нор.ианскаго завоевателя, такъ какъ брать ея съ императоролѵъ Генрихомъ VI передалъ корону Об'Ьихъ Сициліи
Гогеі іштауфеналіъ.
2
) Дочь Манфреда, Констаниія была залѵуЖе.иъ за ІІетролѵъ Аррагонскилѵъ, которому
Генрихъ фонъ-Труэзесъ передалъ перчатку, брошенную Конрадиномъ на эшафотѣ для
отлмценія узурпатору Карлу АнЖуисколѵу.
24
Всю правду передай ты нелукаво;
Когда двойной ударъ сразилъ меня '),
Т о , въ смертномъ снѣ чело свое склоня,
192
Свой духъ Т о м у я предалъ, Кто прошаетъ
Намъ всѣ грѣхи. . . Я грѣшенъ, грѣшенъ былъ,
Но Тотъ, Кто въ милосердіи сіяетъ,
.95
Щадитъ того, который приходилъ
Къ нему съ нелицемѣрнымъ покаяньемъ.
Когда бъ Козенцы пастырь а) сохранилъ
Въ своей душѣ хоть каплю состраданья,
Натравленный Климентомъ на меня,
Когда бъ слова Спасителя цѣня,
Страницу изъ свяииеннаго писанья
Онъ прочиталъ, чтобы умѣть прощать,
Т о прахъ бы мой до нынѣ могъ леЖать
Близъ Беневента съ миромъ на погостѣ,
МеЖду гробницъ и камней гробовыхъ,
А нынѣ гд'Ь леЖатъ Манфреда кости? 4)
3
)
204
207
ІІодъ «славою Аррагоніи и Сици.ііи» зд'Ьсь обыкновенно прини.иаютъ двухъ младшихъ
сыновей Констаниіи—Іакова Аррагонскаго и Фридриха, насл'Ьдника Сициліи, хотя было бы
основательнее подразумевать зд'Ьсь старшаго сына Констанціи Альфонса Благодетеля, такъ
какъ порицаніе, высказываемое на счетъ младшихъ сыновей ея въ одной изъ слѣдуюш,ихъ
п
'Ьсенъ ( с м . VII. 117), решительно не вяЖется съ лестнымъ эпитетомъ, высказаннымъ Манфредомъ. Но въ 1291 году Альфонса уЖе не было въ Живыхъ. Манфредъ| поручаетъ Данте разуверить Констанцію въ той лЖи, будто онъ, какъ отлученный отъ церкви, находился
меЖду осужденными.
г
> После битвы при Беневенгѣ тѣло короля Манфреда было найдено только н а третій
день (28 февр.). Подробности о смертныхъ ранахъ Манфреда не известны историкамъ того
времени, и Данте, вѣроятно, заимствовалъ ихъ изъ устнаго преданія.
2
) Папскій легатъ Бартоломео ІІиньятелли. ІІапою былъ тогда К ш м е н т ъ IV.
3
) Не смотря на просьбы французскихъ бароновъ, уваЖавшихъ храбраго противника,
Карлъ АнЖуйскій отказалъ Манфреду въ почетномъ христіанскомъ погребеніи на томъ основаніи, что онъ }'меръ въ раздоре съ церковью. Такимъ образомь тѣло Манфреда было
похоронено возле .моста на рѣкѣ Калоре.
4
) Пиньягелли, архіепископъ Козенцы и личный врагъ убитаго короля, не давъ ему
25
ДАНТЕ.
II.
4
Ихъ люетъ доЖдь, разносить вЪтеръ ихъ.
Близь Верде, по ту сторону границы
Ихъ занесли, оставивъ безъ гробницы. . .
2 ІО
Но месть людей не такъ еще страшна,
Людское не уЖаспо такъ проклятье,
Когда могу надеЖды не терять я
2[ з
На милость и прощенье, и сильна
Моя душа высокиліъ упованьелѵъ,
Хотя душа преоупная долЖна
2Іб
'Душа того, кто чистымъ покаяньемъ
Предъ смертію очиститься не могъ)
Здѣсь у горы томиться долгій срокъ,
2І9
За мигъ грѣха раскаянья годами
Молитвою упорной отвѣчать. . .
Когда моими тронутъ ты мольбами,
222
То моЖешь самъ, о смертный, ты понять,
Какое мнѣ доставишь наслаЖденье,
Когда ты обѣщаешь разсказать
225
Констаниди моей о нашей встрѣчѣ,
О томъ, что говорилъ я, и, всѣ рѣчи
Ей передашь. . . Молю о томъ опять:
228
ДолЖны Живые мертвымъ помогать.
покоя и въ этой могилѣ, вѣроягно, насыпанпой народною любовью. Кости отлученнаго отъ
церкви не долЖны были почивать на неаполитанской почвѣ.
Поэтом}7' архіепископъ приказалъ опять выкопать ихъ изъ земли и со всѣми церемоніями, сопровождающими церковное проклятіе. разсѣять по ту стороны границы. Верде, по
стариннымъ свидѣгельствамъ, былъ пригокъ Тронто, впадающій въ эту р'Ьку б.іизъ Асколи
и на нѣкоторомъ протяЖеніи образующій границу меЖду Неаполитанскимъ королевствомъ и
Анконскою мархіею. ВпослЬдствіи онъ былъ названъ Марино, а теперь різчка эта носить
названіе Кастеллано. J p v r i e , безъ достаточныхъ оспованій, принимаютъ за Верде ньпгЬшній
Гарильяно.
ПЪСНЯ Ч Е Т В Е Р Т А Я .
Въ этой nhcnk Данте разсказываетъ, какъ онъ съ Виргиліе.пъ оставилъ толпу дуіиъ, меэісду
которыми находился отлученный Манфредъ, и какъ они продрались сквозь указанный и.пъ
узкій
проходь,
гдѣ задерживались тЬ, которые при окизни пренебрегали
покаяпіемъ.
Меэісду ни.пи находился
Велъяква.
огда среди восторговъ иль печали
Всѣмъ существолгь мы отдаемся имъ,
Въ минуты тѣ .мы сознаемъ едва-ли
Способности другія; не хотимъ
Чему нибудь другому отдаваться
И не владѣемъ помысломъ своимъ. . .
А потому неправыми казаться
ДолЖны намъ тѣ, которые давно
Не могутъ съ заблуЖденіемъ разстаться
И говорятъ, что въ насъ душа одна
Живетъ съ душею рядомъ '). . . Есть мгновенья,
Когда мысль наша такъ увлечена,
') IІослѣдователи Платона приписывали человѣку три самостояте.іьныя д у ш и — р а с т и тельную, Животную и наконец^—разумную.
Что ей одной до полнаго забвенья,
Одною ей душа людей полна.
Тогда она и времени теченья
Не въ состояньи больше замѣчать.
Одна способность въ насъ — все наблюдаетъ,
Другая — углубляться заставляетъ
Въ самихъ себя, и первую назвать
Могу вполнѣ свободной, а другая,
Душей людей всегда овладевая,
Себѣ умѣетъ душу подчинять.
Все это мнѣ вполнѣ понятно стало,
Когда я началъ призраку внимать.
А меЖду тѣмъ, все выше выплывало
На иебѣ солнце яркое, но мн1з
Мое волненье видѣть помѣшало,
Какъ высоко въ лазурной вышинѣ
Сіяло лучезарное свѣтило:
Я словно былъ въ какомъ-то смутномъ снѣ,
Не замѣчалъ, что вкругь происходило.
Тогда-то закричали духи намъ:
«Сюда, сюда! Вы подошли къ мѣстамъ,
Гдѣ есть проходъ, который вы искали. . . »
Когда въ садахъ созрѣетъ виноградъ,
Т о узкая лазейка въ пышный садъ,
Гдѣ частоколомъ острымъ закрывали
Работники отверстіе, на видь
Не столько узкимъ, моЖетъ быть, глядитъ,
Какь тотъ проходъ, который вдругъ открылся
Передо мной и передъ моимъ во>кдемъ,
Когда отъ насъ сонмъ призраковъ сокрылся.
28
Не разъ впередъ, хотя съ большимъ трудомъ,
И спотыкаясь путникъ поднимался
Къ Санъ-Лео '), или въ Ноли 2) опускался,
Безстрашно на однѣхъ своихъ ногахъ,
На самый верхъ Бистанто 3) онъ взбирался
Но по пути, гдѣ шли мы—на крылахъ
45
4§
НадеЖды или сильнаго Желанья,
Казалось намъ, возмоЖно лишь парить.
Одна надеЖда только окрылить
Могла тогда меня; всѣ упованья
На спутника пришлось мнѣ возлоЖить.
Не нарушая строгаго молчанья,
Мы подвигались .медленно впередъ,
Работая ногами и руками
Черезъ скалистый, сЖавшійся проходъ,
')
2
)
3
)
щей въ
4
)
°7
Со всѣхъ сторонъ заваленный камнями.
Когда мы на окраину пришли
Обрывистаго мѣста 4 ), гдѣ нашли
бо
ГІлоиіадку небольшую, обратился
Съ вопросомъ я къ учителю: «Куда
Теперь нашъ путь направить ты рѣіиился?»
63
И отвѣчалъ учитель мнѣ тогда:
«Теперь, мой сынъ, ты долЖенъ постараться,
Для довершенья нашего труда,
бб
Назадъ на шагъ одинъ не оступаться
И по горѣ за л\ною вверхъ иди.
Еіліе мы повстрѣчаемъ, моЖетъ статься,
69
Названіе Санъ-Лео принадлеЖитъ горной крѣпостцѣ близъ Санъ-Марино.
Ноли располоісенъ въ узкой глубокой долинѣ къ юго-западу отъ Савоны.
Гора Бистанто отдѣляетъ, повыше Кастельново, долину рѣки Секкіи, протекаюнаправленіи къ Моденѣ, отъ лоЖбины р"Ьки Энцы.
Гора поднималась круче, чѣлѵъ подъ угломъ въ 45°.
29
Мы по дорог'Ь нашей впереди
Кого нибудь, кто знаетъ эту мѣстность
И тягостную нашу неизвѣстность
Разсѣетъ скоро, давши намъ совѣтъ . . . »
Путь на гору такъ круто поднимался,
Что я при первомъ взглядѣ потерялся.
Казалось мнѣ, что человеку нѣтъ
Возможности по той горѣ отвѣсной
Идти впередъ безъ помощи чудесной.
Въ безсиліи, я чувствовалгт, что свѣтъ
Послѣдней утѣшительной надеЖды
Я сталъ терять; полузакрываю вѣЖды
И подъ собой не сознавая ногъ,
Въ усталости сказать я только могъ:
«ВоЖдь ! окаЖи услугу мнѣ такую,
Остановись, отеи,ъ . . . я изнемогъ . . .
Вѣдь я одинъ остаться здѣсь рискую,
Когда теперь хоть на короткій срокъ
Т ы не захочешь здѣсь остановиться . . . »
И мнѣ отвѣтилъ добрый проводникъ«Отчаяваться, сынъ мой, не годится.
Еіце одно усиліе—и въ мигъ
Т ы будешь внѣ опасности . . . Смотри Же,
Подходимъ мы къ тому уступу блиЖе,
Гдѣ> отдыхъ Ждетъ тебя . . . Смотри сюда !
И указалъ рукою онъ тогда,
Туда, гдѣ открыва.іась мнѣ площадка.
Я ободренъ п'Ьвцомъ былъ, какъ всегда,
И рѣчь его мнѣ слушать было сладко.
Я не щадилъ усилій и труда,
Зо
Поползъ за нимъ и наконецъ взобрался
На тотъ уступъ, вдыхая воздухъ въ грудь.
Тамъ мы рѣшились оба отдохнуть.
Путь пройденный предъ налш извивался,
И поспѣшилъ я на востокъ взглянуть,
Откуда .мы пришли: всегда являлся
Отраднылѵъ путь, который мы прошли.
Я опустилъ глаза свои сначала
На темный берегъ низменной зеліли,
Потомъ ихъ поднялъ къ солнцу и не ліало
Былъ удивленъ, что съ лѣвой стороны
Оно на насъ лучи свои бросало.
Виргилію замѣтно скоро стало,
Съ какимъ я удивленіемъ взиралъ
На солнца бѣгь, и что оно сіяло
МеЖь с1ьверол\ъ и нами, и сказалъ
Виргилій мнѣ: «Когда бы солние стали
Сопровождать среди небесной дали
Касторъ и Полуксъ, ты бы увидалъ
Сверкавшій зодіакъ передъ тобою,
КруЖаиіійся надъ твердью голубою
(Когда бы преЖній путь онъ не бросалъ),
Гораздо блиЖе къ сѣверу. Чтобъ это
Вполнѣ понять, послушайся совѣта:
Вообрази теперь ты, что Сіонъ
И та гора, что видишь предъ глазалш,
Другъ противъ друга, съ разныхъ лишь сторонъ
Находятся; Сіонъ стоить подъ нами,
Но общій горизонтъ имѣетъ онь
Съ горою этой, хоть и отдѣленъ
Отъ той горы онъ полушарьемъ цѣлымъ.
А потому, прибавлю я, путь тотъ,
Котораго въ своемъ полетѣ смѣломъ
Въ пространств^ нескончаемыхъ высотъ
Самъ Фаэтонъ не въ силахъ былъ дерЖаться,
Двумя кругами разными идетъ:
Одинъ вверху, другой внизу. Прекрасно
Т ы въ состояньи это самъ понять,
Когда твой умъ способенъ вид'Ьть ясно. »
«Ты правъ, спѣидилъ пѣви,у я отвѣчать
Все то, что преЖде темнымъ мнѣ казалось,
Мой умъ теперь способенъ разгадать,
Во мнѣ сомнѣнья больше не осталось:
Я ясно совершенно понялъ вдругъ,
Что тотъ незримый вовсе нами кругъ,
Тотъ поперечникъ вѣчнаго двиЖенья,
Что назвать былъ одною изъ наукъ 1 )
Экваторомъ, всегда безъ измѣненья
ЛеЖитъ меЖъ тьмой и солниемъ и на югъ,
Какъ думали Евреи, не стремится,
Но къ сѣверу идетъ отсюда . . . Другъ,
Наставникъ мой, но я бъ узналъ съ охотой,
Когда ты поЖелаешь дать отвѣтъ:
Идти еще намъ долго-ли? Съ заботой
Смотрю я вверхъ—конца дороги нѣтъ:
Смотрю—и глазу нѣтъ отдохновенья,
Такъ что слуЖить мнѣ> отказалось зрѣнье. »
Въ астроію.иіи.
И онъ сказалъ: «Узнать тебѣ пора,
Что при подъелѵѣ на гору, сначала
Всегда крутою каЖется гора,
48
Но выше ч'Ьмъ взбираемся, то лѵало
ІІо малу путь удобнѣе идетъ:
Тѣлгъ легче онъ, чѣмъ б.іиЖе до высотъ,—
IG2
Когда Жъ дорога будетъ намъ казаться
Столь легкою, какъ бы по лону водъ
Несемся мы, спѣіиивъ вполнѣ отдаться
іСо
ІІопутноліу двиЖеныо вѣтерка,
Тогда ты смѣло люЖешь догадаться,
Что та минута самая близка,
іб8
Когда долЖна окончиться дорога,
И что ты мирно люЖеиіь отдохнуть,
Забывъ о томъ, какъ былъ тяЖелъ твой путь.
1 1
Тебѣ терпѣть осталося не много.
Я замолчу, но все, что я сказалъ,
Тому ты долЖенъ вѣрить. . . »Замолчалъ
, 7+
Наставникъ люй; во лѵнѣ уЖь не боролось
Сомнѣніе, но произнесъ едва
Онъ утЬіиенья этого слова,
7
'
, 77
Какъ вдругъ вблизи раздался чей-то голосъ:
«Тебѣ, быть моЖетъ, отдыха опять
Придется даЖе преЖде поискать. . .»
і8о
Мы разомъ оглянулись въ то мгновенье,
Услыша чьи-то громкія слова,
И увидали влѣво, въ отдаленьи
>83
Уступъ скалы, котораго сперва
Ни я, ни спутникъ мой не залѵѣчали.—
И вотъ къ нему мы приближаться стали.
10
ДАНТЕ.
II.
,86
Подъ тѣнью притаились молча
тамъ
Невѣдомыя души, предаваясь
Безпечному покою и къ камнямъ
'
189
Уступа одинокаго склоняясь.
Тогда замѣтилъ я, что тѣнь одна
Особенно оыла утомлена. . .
192
Она лицо меЖду колѣнъ склонила,
Руками охвативши слабо ихъ. . .
«Смотри, пѣвеиъ, какъ тѣнь сидитъ уныло!»
і9з
Воскликнулъ я. . . «Смотри какъ духъ притихъ!
Съ безпечностью такою онъ склонился,
Какъ будто бъ для бездѣйствія родился
і98
И праздность называлъ своей сестрой.»
И призракъ насъ замѣтилъ той порой
И приподнявъ лиио, къ намъ обратился,
201
И мнѣ сказалъ: «На верхъ ползи Же ты
Когда еще ты силы не лишился. »
Едва я разглядѣлъ его черты,
204
Какъ я узналъ его въ одну минуту
И подниматься сталъ на крутизну ту,
Гдѣ онъ сидѣлъ, хотя еще я самъ
207
Едва переводилъ свое дыханье.
Усталый, пробираясь по камнямъ,
Близъ призрака, перенося страданье,
2ІО
Остановился я; тогда чуть-чуть.
Онъ голову приподнялъ, чтобъ взглянуть
II произнесъ:» Т ы видѣлъ, безъ сомнѣнья,
2І з
Что въ небѣ солние сх^ лѣвой стороны,
Направило теперь свое теченье?»
Мою улыбку вызвать бы долЖны
2іб
34
Его слова и вялыя двиЖенья.
И призраку тогда я отвѣчалъ:
«Тебя, Бельаква, я теперь узналъ;
2ig
Мнѣ за тебя нѣтъ нуЖды опасаться,
Но для чего, скаЖи, ты здѣсь сидишь?
Иль спутниковъ ты вздулшлъ дожидаться ?
222
Или обычной лѣни только лишь,
Какъ на зелиѣ, здѣсь хочешь предаваться?»
«О братъ ! Зачѣлѵъ я буду подниматься?
22З
Куда ?» онъ отвѣчалъ: «На верхъ меня
Для покаянья ангелъ не пускаетъ,
Который тамъ у входа обитаетъ.
228
Вѣдь въ Жизни только праздность оцѣня,
До сліерти я не вѣдалъ покаянья,
А потоліу и долго испытанье
2З1
Не кончится. . . И если мнѣ сперва
Сердечная молитва не полѵоЖетъ,
Т о , салѵъ суди, какой мольбы слова
2з4
ІІрепятствія къ прошенью уничтоЖатъ?
Когда молитва въ небѣ не слышна,
То принесетъ ли пользу мнѣ она ?»
2з7
Но спутникъ мой Ждать дольше не рѣшался:
«ГІойделѵъ! УЖе дискъ солниа, мнѣ повѣрь,
Почти съ меридіаномъ поровнялся
24о
А надъ Марокко ночь •) легла теперь».
24,
') Марокко представляется ле/кашимъ почти подь однилгь градусом^ долготы сь
Гибралтарскимь проливомь. Для того западпаго конца древняго міра солнце именно заходитъ
вч) это время.
35
П'БСНЯ П Я Т А Я .
Данте продолэкаетъ говорить о перадивыхъ, по yoke о тѣхъ изъ нихъ, которые,
медля
покаяніемъ и будучи застигнуты насильственною смертію, имѣли время покаяться и были
спасены. Меокду ними поэтъ называешь пѣкоторыхъ по имепамъ.
3
Воть этотъ странникъ задній — не видѣнье!
6
Мы видимъ тѣнь, бѣгущую за нимъ,
Мы видимъ человѣка въ немъ Живаго;
Онъ солнце тѣломъ собственнымъ своимъ,
CJ
Какъ смертный, заслоняетъ . . . » Это слово
Услышавши, я посмотрѣлъ назадъ,
Замѣтивши тѣней смуиг.енныхъ взглядъ:
І2
Всѣ на меня, всѣ на меня глядізли
Они тогда дивясь, что солнца свѣтъ
У ногъ моихъ терялся . . . «НеуЖели»,
,5
36
Тогда сказалъ мои дорогой поэтъ,
«За тѣмъ свои шаги ты замедляешь,
Что изумленье въ ихъ глазахъ встрѣчаеіиъ ?
Пусть меЖъ собою шепчутся они,
Иди за мной, необращай вниманья,
На ихъ слова, и бодрость сохрани,
Не зная никакого колебанья,
Какъ башня, для которой не страшна
Гроза ночей, и вѣтра завыванье
Готова выносить всегда она.
Тотъ человѣкъ далекъ всегда отъ и,ѣли,
Когда въ немъ постоянно мысль одна
Смѣняетъ мысль другую, и на дѣлѣ
Выходитъ то, что станутъ ослаблять
Онѣ другъ друга . . . »
Что я могъ сказать?
Одно—что я иду за нимъ. Зардѣлось
Той краскою лии,о мое тогда,
Какъ у людей, которыхъ бы хотѣлось
Простить за ихъ сознаніе стыда,
Иль за проступокъ, сдѣланный невольно . . .
МеЖъ тѣмъ по скату той горы, довольно
Надъ нами высоко, шли тѣни въ рядъ
И пѣли Miserere, въ то мгновенье;
Когда Жъ онѣ замѣтили, свой взглядъ
Бросая миѣ, что за собою тѣнь я
Съ собой веду, что я совсѣмъ не духъ,
Ихъ стройное, торжественное пѣнье
Въ хрипѣнье перешло, смутивъ мой слухъ.
Тогда я въ сонмѣ дуидъ замѣтиіъ двухъ,
'Гѣней, что отъ собратьевъ отделились.
Онѣ сошли къ намъ въ качествѣ пословъ
И насъ двоихъ разспрашивать пустились,
Какъ л\ы достигли этихъ береговъ
48
И для чего придти туда рѣшились.
Тогда наставникъ люй илѵъ отвѣчалъ:
«Идите къ тѣлѵъ, кто васъ сюда послалъ,
5і
И сообщите имъ, что носитъ тѣло
Вотъ этотъ слѵертныи, слѵертный во плоти. . .
Когда о толіъ хотѣли знать вы смѣло,
s4
То моЖете къ пославшилѵъ васъ идти.
Когда они затѣлѵъ остановились,
Что тѣнь его узрѣли на пути
57
И этому явленью удивились,
Т о лѵои отвѣтъ вполніз имъ разъяснить
Всю истину . . . Пусть каЖдый духъ почтитъ
бо
Вотъ этого пришельиа. МоЖетъ статься,
Илѵъ пользу принесетъ его приходъ . . . »
Едваль быстрѣе л\огутъ заЖигаться
сз
Зелшыя испаренья средь высотъ ')
И на неб'Ь полуночи являться,
Какъ полетѣли призраки впередъ
ос
Къ другимъ тѣнялѵъ, что выше насъ стояли.
КогдаЖъ они къ нилѵъ близко подбѣЖали,
То влѵѣстѣ СЪ нилш бросились ОПЯТЬ
БС)
На встрѣчу къ налѵь, другъ друга обгоняя.
Тогда поэтъ, меня предупреждая,
При видѣ ихъ, мнѣ поспѣшилъ сказать:
10
') Метеорологія среднихь вѣковъ принилѵала какъ мо.ініи, такъ и лѵегеоры
нувшіе пары.
72
за вспых-
«Толпа тѣней сбѣгаюіцихъ огромна,
Онѣ съ тобой Желаютъ говорить.
Ихъ слушая, впередъ иди ты скромно
И если хочешь, моЖешь заводить
Рѣчь съ ними на ходу лишь . . . » Въ это время
Душъ восклицанья могь я уловить:
«О, смертный, не стряхнувшій Жизни бремя,
Идуидій смѣло, радостно впередъ,
Умѣрь твои шаги въ виду высотъ
Святой горы, услышь тѣней моленье. . .
Взгляни на насъ хотя одно мгновенье
И, моЖетъ быть, средь насъ твой взглядъ найдетъ
Знакомыя черты тебѣ: тогда-то
Отъ насъ ты вѣсть на землю отнесешь,
Куда для душъ нѣтъ болѣе возврата . . .
Но, отвѣчай, куда Же ты идешь ?
Зачѣмъ не остановишься немного?
Во всѣхъ ты насъ самоубійиъ найдешь,
Умершихъ въ мірѣ—страшная дорога! —
Насильственною смертью . . . До конца,
Грѣшили мы, на Жизнь смотря нестрого,
Но чистый свѣтъ небеснаго Творца
Насъ озарилъ, и съ Жизнью разставаясь,
Мы укрѣпили грѣшныя сердца
Раскаяньемъ и, съ Богомъ примиряясь,
Молитвы стали къ небу возсылать,
Съ Желаньемъ чистымъ—Бога созерцать.»
И отвѣчалъ я призракамъ: «Напрасно,
О, души, я присматриваюсь къ вамъ,
Но среди васъ,—мнѣ это стало ясно,
39
Знаколіыхъ лииъ не виЖу я; словаліъ
Моимъ долЖны вы вѣрить; но поклясться
Готовъ я валіъ, ступая по стопа л\ъ
Учителя, люгу я всѣлѵъ ручаться,
Что валгь полючь я, чѣлѵь люгу, берусь . . .
Тѣлѵъ лшролгь благо датныхъ я клянусь,
Котораго иду искать повсюду,
Исполню все, что въ состояньи буду
Для васъ, для вашей пользы совершить . . .
СкаЖите лѵнѣ, о души ! МоЖетъ быть,
Могу исполнить ваши я Желанья. . .»
И духъ одинъ со лшой сталъ говорить:
«Тебѣ лѵы вѣриліъ и безъ заклинанья
И если есть возлюЖность, то всегда
Готовъ ты оказать благодѣянье.
Такъ выслушай Же просьбу ты одну,
Пойлш и удивляться перестань ей:
Проіиу—когда увидишь ты страну,
Которая леЖитъ ліеЖду Ролѵаньей
И королевстволгъ Карла, ') обо лшѣ
Залюлви ты словечко въ той странѣ:
Пусть въ Фано станутъ граЖдане люлиться
За отпушеніе грѣховъ лѵоихъ . . . Да, таліъ
Мнѣ нѣкогда пришлось на свѣтъ родиться,
Я не чуЖой родилѵыліъ тѣлѵъ ліізсталѵъ,
Но кровь лѵоя,—я не пошлю укоровъ
Родной странѣ, — изъ ранъ не талгь текла,
') МеЖду Роліаньей и неаполитанскою границей находится Анконская мархія.
40
Нѣтъ, пролита потомъ она была
Въ Падуѣ, въ этомъ ^лопѣ Антенорогзъ,»
Хоть думалъ я, что тамъ меня Ждала
!
)
,з2
Иная Жизнь . . . Преслѣдовалъ Жестоко
Меня Эсте, вездѣ лѵеня искалъ,
Скрывая въ серди,ѣ ненависть глубоко.
і35
Но еслибы я въ Миру 2 ) убѣЖалъ,
Когда бы удалился въ Оріоко, 3 )
Т о , моЖеть быть, могилы вѣчной мрака
ізз
До ныніз бы еще я не узналъ.
Какъ бѣглый, по болотамъ я скитался,
И, наконецъ, въ трясинѣ потерялся,
i4t
Гдѣ двухъ шаговъ впередъ не сдѣлалъ вновь,
Тамъ я упалъ и видѣлъ, какъ ручьями
Вокругъ меня текла моя Же кровь. . .»
144
Тутъ обратилась съ новыми мольбами
Другая тѣнь: «Когда вверху горы,
Твердынею встающей передъ нами,
147
О, смертный, ты получишь т'Ь дары,
Которыми полны твои Желанья,
Тогда ты обрати свое вниманье
^о
И на мое Желанье, и меня
Теперь узнай: самъ Буонконте—я
Изъ Монтефельтро: 4) вѣрно, перестали
,53
') «Лономъ Антеноровъ» здѣсь называется городъ Падуя, основанный, по преданію,
изгнанникомъ Антеноро.иъ.
2
) Мира леЖитъ на БрентЬ, ниЖе Дол о.
3
) Оріоко еще нѣсколько далѣе къ Лагун'Ь, по направленію къ Физину.
4
) Буонконте, сынъ Гвидо ди Монтефельтро (Адъ, X X V I I , 67), былъ одинъ изъ т ѣ х ъ
гибеллинскихъ предводителей, которые поспѣшили на помощь Арентинскимъ гибеллинамъ
въ ихъ войнѣ съ фдорентійскилѵи гвельфами, п-го іюня дЬло дошло до сраЖенія, въ которомъ принималъ участіе и Данте въ войн'Ь за независимость своей родины. Арентиниы были
разбиты на голову.
4'
ДАНТЕ.
II.
6
Заботиться объ участи моей
ДЖованно и другіе, и въ печали
Теперь иду я посреди тѣней.»
156
И я въ отвѣтъ: «СкаЖи, какая сила
Тебя изъ Каліпальдино удалила,
Такъ, что никто узнать еш,е не лѵогъ,
І59
Гдѣ ты погибъ и гдѣ твоя могила?»
Онъ отвѣчалъ: «Есть небольшой потокъ
ГТониЖе Козентино (я не могъ
162
Забыть его названье — Аркіано),
Изъ Аппеннинъ сбѣгаетъ онъ, роЖденъ
Въ выси, среди нагорнаго тулѵана . . .
165
Въ толѵъ мѣстѣ, гдѣ теряетъ уЖе онъ
Свое названье, разъ я очутился
Съ пробитылѵь горлолгь. Тихо опустился
і68
На зелілю я и кровью исходилъ. . .
Въ глазахъ лѵоихъ свѣтъ скоро помутился
II умирая, я произносилъ
171
Одной Маріи илія. . . Одиноко
Такъ улѵеръ я, и трупъ люй не найдетъ
Теперь никто у быстраго потока.
Языкъ люй не лукавить и не лЖетъ;
Я все скаЖу и всѣ лѵои отвѣты
ГІерескаЖи Живущилѵъ на землѣ ты:
177
СлуЖитель рая взялъ ліеня съ собой,
Но вдругъ явился мрачный стороЖъ ада,
Съ добролѵъ всегда вступить готовый въ бой.
180
— «Зачѣлѵъ тебѣ душонку эту надо?»
Онъ закричалъ:«она люя давно!
УЖель небесъ прощеніе дано
183
4-
Е м у за то, что онъ срони.іъ съ рѣснииы
Одну слезу ? Онъ долЖенъ въ адъ попасть,
А ты его божественную часть
Рвешь у меня ! . . О, что за небылицы !
Но плоть его тебѣ я не отдамъ. . . »
'Гы знаешь, разумеется, и самъ,
Какъ начинаетъ въ воздухѣ сбираться
Тотъ влаЖный паръ и падаетъ водой,
Когда начнеть отъ холода сгущаться. . .
И вотъ злой духъ, Живущій лишь бѣдои
Н злою силой, взятой у природы,
Сталъ вѣтеръ гнать и вихремъ непогоды
На землю опрокинулся въ тотъ часъ,
Когда въ лучахъ послѣднихъ день угасъ.
Долину ІІатроманьо до ущелья
Бѣсъ, не скрывая адскаго веселья,
ІІокрылъ туманомъ, небо заволокъ
УЖасной тьмой, и доЖдевой потокъ
Неумолимымъ ливнемъ разразился.
Канавы, рвы наполнились водой,
ДоЖдь лилъ и лилъ несмѣнной чередой;
Когда Жъ ручей бурливо закрутился
И бѣсъ надъ нимъ потѣшился, тогда
Къ рѣкѣ помчалась бѣшено вода,
Преграды всѣ отбрасывая смѣло.
И Bon-, мое безЖизненное тѣло,
Вблизи ручья остывшее давно,
Умчали волны буйныя въ Арно;
Въ последнюю минуту страшной муки,
Крестообразно слоЖенныя руки,
43
Потокъ въ своемъ круЖеньи разметалъ,
Мой трупъ по берегаліъ крутымъ таскал'ь,
Влачилъ по дну и наконецъ волнами
2іб
Я былъ покрытъ и темными песками,
И тамъ теперь исчезъ мой самый слѣдъ. . . »
—«О, если ты вернешься снова въ свѣтъ,
219
И отдохнешь,»—такъ новое видѣнье
Сказало мнѣ,— «то вспомни про меня.
Сіены дочь, зовуся ГІіей я,
222
Меня Же, совершивши преступленье,
Маремма умертвила, и о томъ,
Е щ е до нынѣ помнитъ, безъ сомнѣнья,
225
Кто обрученъ со мною былъ кольи,омъ,
Гдѣ были драгоцѣнные каменья,
Сверкавшіе на томъ кольи,ѣ кругомъ.
228
44
ПЪСНЯ ШЕСТАЯ.
Поэтъ продолэкаетъ говорить о тѣхъ перадивыхъ, которые медлили покаяніемъ до своей
насильственной
смерти. Маконецъ,
онъ ьстрѣчаетъ мапутапи,а Сорделло и обращаешь
Флоренціи.
полную укоризиы рѣчъ противъ ъсей Италіи, и особенно противъ
|||]
1'
огда игра окончена, игрокъ
Все проигравшій, пасмурный отъ злости,
Сидитъ въ углу, и грустно одинокъ,
з
Рукою перебрас ываетъ кости,
А тотъ, кто обыгралъ его, идетъ,
И вслѣдъ за нимъ толпой уходятъ гости;
б
Счастливцу льститъ завистливый народъ:
Одинъ торчитъ всегда передъ глазами,
Другой теребитъ сзади, пристаетъ
g
Съ вопросомъ третій, сердитъ пустяками,
Такъ что счастливецъ руки только Жметъ,
Чтобъ поскорѣе выбраться впередъ.
12
Такъ точно поступалъ меЖду тѣнями
И я въ толпѣ, стараясь отвѣчать
На просьбы всѣхъ, решившись обѣщать
і5
45
Исполнить точно каЖдаго Желанья,
Спасаясь отъ докучливыхъ. . . Т а м ъ былъ
Духъ Аретино, Жертвы злодѣянья:
Его Гина ди-Такко умертвилъ.
Тамъ былъ во время бѣгства утонувіиіи
Е щ е другой; къ намъ тоЖе подходилъ,
Свои печально руки протянувшій,
Новелло Федерего; повстрѣчалъ
Того пизаниа я, что случай далъ
Добрѣйшему Мариукко отличиться.
Тѣнь графа Орсо видѣлъ я; потолѵъ
И дуиіу, поспѣшившую излиться
Въ признаніяхъ, повѣдавъ мнѣ о томъ,
Что съ плотью ей случилось разлучиться
Лишь потому, что видѣла кругомъ
И ненависть и зависть. . . Говорю я
О Пьетро делла Броччія. . . О, пусть,
Объ участи послѣдняго горюя,
ГІодумаетъ — полезна эта грусть —
Сеньора изъ Брабанта. Вѣдь, кто знаетъ,
Что въ будущ.емъ далекомъ оЖидаетъ
Т у Женщину и, очень моЖетъ быть,
Что ей похуЖе общество придется
Себѣ избрать. . .Обязанный спѣишть —
Туда съ воЖде.иъ, гдѣ свѣтъ отрадный льется,
Оставить торопился я тѣней,
Наслушавшись довольно ихъ рѣчей
И просьбъ о томъ, чтобы за нихъ молились
Живые люди, чтобы поскорѣй
Чрезъ тѣ мольбы пути для нихъ открылись
4
6
Къ блаженству. Я учителю сказалъ:
«Ты, каЖется, наставникъ, отвергалъ,
Что моЖетъ измѣнять небесъ рѣшеніве
Молитва человѣка. Это мнѣнье
Я у тебя когда-то самъ читалъ,
А меЖду тѣмъ ты слышалъ самъ .моленья
Всіэхъ этихъ душъ. . . НадеЖду затая,
УЖель онѣ напрасно Ждутъ прощенья ?
Иль словъ твоихъ не понялъ преЖде я ?»
«Слова .мои написаны понятно,»
Отвѣтилъ мнѣ Виргилій: «не обманъ —
НадеЖда ихъ; и милость невозвратна
Лишь для того, кому на свѣтѣ данъ
Удѣлъ грѣха, безъ слезъ и покаянья.
Раскаянье и чистое сознанье
Закона и рѣшенія небесъ
Не наруіиаютъ, .милость призывая:
Гдѣ покаянье есть, тамъ грѣхъ исчезъ
И грѣшнику доступны двери рая.
Но тамъ, гдѣ я объ этомъ говорилъ,
Была сокрыта мысль совсѣмъ другая.
Я говорилъ—въ молитвѣ той нѣтъ силъ,
Которая до Бога не доходитъ.
Но для чего сомнѣніе приходить
Тебѣ на умъ ? Пока оно пусть спитъ,
На немъ не останавливайся много,
Пока тебя, мой сынъ, не вразумить
Т ы дивная заступница, что строго,
Какъ чистый свѣточъ, ярко заблеститъ
МеЖъ разумомъ и истиною Бога.
47
Т ы понялъ говорю о комъ я? Да,
О Беатриче говорю я. На вершинѣ
Святой горы, когда взойдемъ туда,
78
Съ ней приготовься встрѣтиться ты нынѣ,
Съ сіяющей и счастливой всегда. »
И я воскликнулъ: «Смѣло, безъ труда
81
Могу впередъ я подниматься снова. . .
Идемъ скорѣй, учитель мой, идемъ
Къ преддверію пристанища святаго. . .
84
Опять я бодръ, намъ въ путь скорѣй пора!
Но посмотри — великая гора
Тѣнь сверху уЖь на насъ теперь бросаетъ. . . »
87
—«Нѣтъ, день еще въ выси не потухаетъ,
Сказалъ поэтъ, и будетъ намъ свѣтить,
Пока мы станемъ на гору всходить. . .
до
Не такъ здѣсь происходить вовсе дѣло,
Какъ каЖется тебѣ. . . Пока наверхъ мы смѣло
Идемъ съ тобой, свѣтило вновь взойдетъ
93
Изъ-за горы, хотя теперь стемнѣло
И солнца не видать изъ-за высотъ. . .
Но посмотри на эту тѣнь ты; вотъ
дб
Она стоить безмолвна, одинока
И молча въ нашу сторону глядитъ.
Узнаемъ отъ нея мы, какъ далеко
99
Идти еще намъ нуЖно и леЖитъ
Гдѣ лучшій путь. «И подошли мы къ тѣни. . .
Какъ гордо и недвиЖно въ то мгновенье
І02
Стояла ты, ломбардская душа! . .
Въ спокойствіи своемъ какъ хороша
Она была! . . Достоинство сверкало
ю5
48
/
Въ двиЖеніи ел прекрасныхъ глазъ. . .
И устъ не раскрывал, не спускала
Она очей своихъ глубокихъ съ насъ. . .
Такъ слютритъ левъ, когда онъ отдыхаетъ.
Виргилій р'Ьчь свою къ ней обращаетъ,
И сталъ просить почтительно о толѵъ,
Чтобъ удобнѣй на гору подъемъ
Она намъ, если моЖетъ, указала. . .
Тѣнь ничего на то не отвѣчала,
Но только знать—откуда мы идемъ,
Кто мы, какъ нашу родину зовемъ
Она въ лѵинуту эту поЖелала. . .
И ей отвѣтъ учитель люй даетъ:
«Въ Мантуѣ л родилсл. . .» Призракъ тотъ,
Въ себя до той минуты погруженный,
Вдругъ словно оЖилъ, вѣстью пораЖенный,
И покидая мѣсто гдѣ стоялъ,
Къ учителю спустился, восхииленный:
«О мантуанецъ милый ! онъ сказалъ:
« Я твой землякъ—Сорделло. . .» И какъ братья
Они другъ друга приняли въ объятья.
И съ грустью я на нихъ тогда взиралъ. . . .
—Италія ! несчастная рабыня,
Долѵь скорби, безотрадная пустыня,
Безъ кормчаго корабль, и безъ руля. . .
О, ты, порабощенная зелия,
ДЛЯ .чуЖдыхъ странъ теперь ты не царица,
Вертепъ ты непотребный, ты блудница. . .
(Я видѣлъ, какъ при звукѣ словъ родныхъ
Тотъ призракъ благородный улшлился
49
И окалъ пѣвид въ объятіяхъ своихъ).
Италія! весь край твой развратился,
Грызетъ враЖда всѣхъ Жителей твоихъ:
,38
Тамъ нѣтъ угла, нѣтъ города такого,
Гдѣ-бъ граЖданъ не терзалъ теперь раздоръ. . .
Взгляни кругомъ, несчастная, сурово
І4І
И чтобъ понять свой собственный позоръ,
Въ грудь собственную послѣ загляни ты !
Въ тебѣ давно надеЖды всѣ убиты. . .
і 44
Что пользы въ томъ, что ты за удила
Взята была рукою Юстиніана,
Когда теперь для твоего сѣдла
І47
Нѣтъ ѣздока ? Позоръ и стыдъ обмана
Теперь бы меньше былъ безъ тѣхъ удилъ. . .
Зачѣмъ Же, о народъ, не посадилъ
і5о
На то с'Ьдло ты Цезаря ? Конь дикій,
Не чувствуя Желѣзныхъ крізпкихъ шпоръ,
Разнузданный и въ слѵізлости великій,
і53
Смотрите, какъ коваренъ сталъ съ тѣхъ поръ,
Какъ за узду схватилъ его рукою
О ты, Альбрехтъ нѣмецкій ! . . Нашъ укоръ
15G
Тебѣ за то, что съ вялостью такою
Коня того ты укротить не могъ,
Не обузда.гь его въ короткій срокъ
і59
И на сѣдлѣ его сидѣть боялся.
Да упадетъ небесъ правдивый судъ,
Судъ новый на тебя, чтобъ испугался
ібз
Не только ты, взявъ не подъ силу трудъ,
Но и преемникъ даЖе твой сковался
Невольнымъ тайнымъ страхомъ. Для причудъ
і65
5о
Своихъ корыстныхъ цѣлей какъ р'Ьшился
Съ своимъ отцомъ безславно ты терпѣть,
Чтобъ дивный край въ пустыню обратился ?
Приди Жъ теперь, блѣднѣя, посмотрѣть
На распри возмутителы-іыя эти,
Гдѣ ссорятся Монгекки съ Капулетти,
Мональди съ Фиссиппески—и на всѣхъ,
Дошедшихъ до презрѣннаго паденья.
Одни изъ нихъ—повсюду чуютъ грѣхъ,
Молчать другіе въ страхіі угнетенья. . .
Приди, приди, Жестокій и взгляни
На ихъ позоръ, и стыдъ, и притѣсненья
И облегчи ихъ тяЖкой Жизни дни.
Приди взглянуть, чтобъ убѣдиться вскорѣ,
Какъ Жалокъ сталь народъ въ Сантафіоре;
Приди взглянуть на твой несчастный Римъ,
Что плачетъ, какъ вдовица, одинока,
Томимая Желаніемъ однимъ:
Зачѣмъ тебя по страшной волѣ рока,
Зачѣмъ тебя, мой Цезарь, нѣтъ со .мной ? . .
Чтобъ скорбь понять страны моей родной,
ІІриди взглянуть какъ любять здѣсь другь друга
Вс1з граЖдане плѣнительнаго юга,
И коль въ тебѣ къ намъ соЖалѣнья н'Ьтъ,
Т о устыдись хоть ради своей славы ! . . .
О, Повелитель распятый за свѣтъ,
Дезну-ль спросить Тебя: иль такъ не правы
Мы предъ Тобой, что очи отвратилъ
Т ы отъ всѣхъ насъ въ своемъ негодованьи,
Иль въ благости своей Т ы порѣшилъ
На время дать намъ только испытанье,
"Чтобъ скорымъ благомъ муки замѣнить ? . .
Италія—достойна состраданья:
i9s
Въ ней не найдется нынѣ, моЖетъ быть,
И уголка, гдѣ бъ не было тирана.
Въ угоду разныхъ партій, хочетъ слыть
;оі
Марцелломъ селянинъ любаго стана.
Флоренція! Лишь ты теперь одна
Моихъ упрековъ слышать не долЖна,
204
На свой ихъ счетъ никакъ не принимая.
Иные правду на сердцѣ таятъ,
Высказывать той правды не Желая,
2о7
Но флорентинцы вѣчно говорятъ
Про справедливость. Часто не хотятъ
Общественныхъ обязанностей бремя
2ю
Нести иные люди, только лишь,
Флоренція, во всякое ты время
На всякій трудъ назойливо спѣшиіиь,
И громко флорентинскіе граЖдане
Вездѣ кричатъ: давайте ихъ сюда! . .
И хвастаютъ успѣхами заранѣ.
Такъ радуйся Же громко ты, когда
Имѣешь чѣмъ предъ всѣми похвалиться,
Богатствами и мудростью горда. . .
2іЗ
2іб
219
Такъ радуйся и наслаЖдайся смѣло
Спокойствіемъ и миромъ. Вѣренъ взглядъ
Мой, или нѣтъ—показываетъ дѣло.
222
Аѳины съ Спартой дали, говорятъ,
Законы, нравы граЖданъ возвышая,
Но польза тѣхъ законовъ не большая
225
52
Въ сравненіи, ФлорениДя, съ тобой,
Которая законы измышляешь
Съ печальною и странною судьбой:
22 в
Все то, что въ октябрѣ узаконяешь
Ты для страны, толпѣ благотворя,
То доЖиветъ, сама ты это знаешь,
23і
Не дальше половины ноября.
О, сколько разъ,—припомнить я не въ силахъ —
Мѣняла ты, безплодно такъ хитря—
2З4
Обычаи на дѣдовскихъ жогилахъ,
Чеканъ монеты, должности, законъ;
Гнала людей, тебѣ слуЖившихъ, вонъ,
2з7
Себѣ самой какъ часто измѣняла. . .
Припомни все ты на единый мигъ
И согласись, что ты походка стала,—
240
Сравненье то пришло мнѣ на языкъ,—
На ту больную Женщину, которой
Противенъ сталъ и мягкій пуховикъ,
24З
Въ предчувствіи кончины очень скорой.
244
53
П'ВСНЯ СЕДЬМАЯ.
Въ этой пЬспи идепгъ рѣчъ о тѣхъ людяхъ, которые откладывали покаяиіе, заботясь 5оліе о .пірско.пъ господствѣ и владѣпіяхъ; эти души очищаютъ свой грѣхъ па зелепомъ и
цвЪтущелгь лугу. Здісъ поэтъ находить Карла и мпо ихъ другихъ.
•^гРН^ЙВ^
(Йн)
сУі|Ѵд
ог4а
привѣтствій ласков ыхъ обмѣнъ
Былъ соверіиенъ въ минуту нѣЖной встрѣчи,
(Не много я видалъ подобныхъ сцеиъ),
Тогда Сорделло, послѣ краткой р'Ьчи,
Отъ насъ назадъ немного отступилъ
И «кто вы, кто вы?» тихо вопросилъ.
— «Еще въ тѣ дни далекіе, когда
Къ горѣ свяил,енной души не сходились
По волѣ ВседерЖителя сюда,
Въ землѣ Октавіаномъ схоронились
Мои земныя кости. Я зовусь —
Виргиліемъ. Увы, не отворились
Врата въ Эдемъ передо мной—клянусь—
Лишь потому, что не имѣлъ я вѣры;
За то и былъ лишенъ я райской сферы.»
54
Такъ отвѣчалъ мои спутникъ на вопросъ.
Какъ человѣкъ, которому пришлось
Выслушивать что либо съ удивленьемъ—
Т о съ вѣрою, то съ роковымъ сомнѣньемъ,
Сорделло этотъ выслуилалъ разсказъ,
Е щ е съ земли не поднимая глазъ;
Потомъ къ нему смиренно обратился
И, какъ проситель робкій, онъ, смутясь,
Виргилія обнять тогда рѣшился
И молвилъ такъ: «О, слава всѣхъ римлянъ!
Черезъ тебя языкъ нашъ, полный силы,
Великижъ сталъ для всѣхъ вѣковъ и странъ!
Хвала м'Ьстамъ, гдѣ былъ я до могилы! . .
СкаЖи, за что такъ осчастливленъ я,
Что люгь взглянуть, Виргилій, на тебя?
О если я достоинъ слышать звуки
Твоихъ рѣчей, то дай ты мн'Ь отвѣтъ:
Т ы не былъ ли въ вертепахъ адской муки?
Гдѣ именно въ аду ты былъ, поэтъ?»
— Я перешелъ чрезъ вс'Ь вертепы ада,
Сказалъ п'Ьвецъ, — чрезъ всѣ пучины бѣдъ,
Руководимъ, чего скрывать не надо,
Той силою небесной, что была
Моей звѣздой и насъ сюда вела.
Не за д'Ьла,—мнѣ чуЖды всѣ дѣянья
Безчестныя,—лишенъ я созерианья
БоЖественнаго свѣта, что влечетъ
Теперь тебя: свѣтъ благодатный тотъ
Узналъ я слишкомъ поздно; наказанье
Загробное за то меня гнететъ.
Внизу тамъ есть одна обитель мрака,
Гдѣ адскаго мученья нѣтъ однако,
Гдѣ Жалобы не воплями звучатъ,
4
Но словно, вздохи въ воздухѣ скользятъ. . .
Т а м ъ , посреди дѣтей въ грѣхѣ роЖденныхъ
До очищенья смертью пораЖенныхъ,
51
Я нахоЖусь. Тамъ обитаю я
Среди тѣней, которыя не знали
Святыхъ трехъ добродѣтелей и стали,
54
Хотя души грѣхомъ не загрязня,
БлуЖдать во тьмѣ, какъ Жертвы заблуЖденья.
Когда услугу сдѣлать для меня
5?
Желаешь ты, чтобъ мы безъ замедленья
Могли скорѣй къ Чистилищу придти,
То укаЖи дорогу намъ: съ пути
бо
Здѣсь моЖно сбиться каЖдое мгновенье. »
Онъ отвѣчалъ: «Готовъ тебѣ слуЖить:
Здѣсь странствовать дано мнѣ разрѣшенье,
63
И мнѣ тебя возмоЖно проводить.
Но—посмотри—день быстро потухаетъ,
А ночью невозможно намъ всходить,
66
8
А потому подумать не мѣшаетъ
Объ отдыхѣ. Вблизи, недалеко
Здѣсь кругъ тѣнеи безмолвныхъ обитаетъ;
69
Я къ тѣмъ тѣнямъ сведу тебя легко,
Чѣмъ ты доволенъ будешь, вѣроятно.»
«Но мнѣ, сказалъ Виргилій, непонятно
7
Одно, кто моЖетъ ночью помѣшать
Идти впередъ? Иль силы потерять
Такой см Ьльчакъ здѣсь долЖенъ, если смѣло—
56
2
Направить путь къ гор'Ь?» Тогда Сорделло
Рукою на землѣ провелъ черту
И молвилъ: «Вѣрь, что говорю я дѣло:
Когда заходитъ солнце черезъ ту
Границу перейти никто не моЖетъ,
Невидя ничего сквозь темноту:
Единый мракъ предѣлъ ему полоЖитъ
И самое Желаніе убьетъ.
Однако есть еще другой обходъ
По берегу внизу.» И, удивляясь,
Сказалъ ему учитель въ свои чередъ,
Желанію Сорделло покоряясь:
«Веди Же насъ въ то мѣсто, гдѣ въ тиши
Мы моЖемъ отдохнуть въ часы ночные,
Гдѣ столько сладокъ отдыхъ. . . ПоспѢши!»
Мы двинулись и скоро съ крутизны я
Замѣтилъ, какъ понизилась гора
И увидалъ картины я иныя.
«"Чтобъ отдохнуть до ранняго утра,
Сказала тѣнь, отлогость мы отыщемъ,
И мѣсто то намъ временнымъ Жилищемъ
ПослуЖитъ. . » Разбѣгашсь предо мной
МеЖъ скатами и мрачной крутизной
Тропинки, надъ лоЖбиной извиваясь,
Являясь вдругъ, иль быстро вновь теряясь.
Все то, что увидалъ я меЖъ цвѣтовъ
Долины той, ненахоЖу я словъ
Ни съ чемъ сравнить: блескъ серебра и злата,
Лѣсовъ индійскихъ роскошь, красота,
Когда бъ перенести ихъ въ тѣ мѣста
66
Въ пріютъ чудесь, цвѣтовъ и арожата,
To выдержать сравненья не логли
Они бы съ красоталш той зежли:
Ю8
Такъ слабый передъ сіиьньілѵь отступаетъ
И первенство счастливиа признаетъ. . .
Тѣхъ лѵѣстъ природа глазъ наіиъ пораісаетъ,
111
И въ тоЖе вреля всюду таліъ течетъ
Невѣдолѵый потокъ благоуханій
И волны аро.діата воздухъ льетъ.
114
Среди ивѣтовъ, не вѣдая страданій,
Сонлѵъ душъ скрывался талгь, и скоро лш'Ь
Сталъ слышенъ гилшъ ихъ въ обш,ей тишинѣ:
117
—«Sah>e 'Reg-ina!» Духи эти пѣли.
Долина та была такъ глубока.
Что призраковъ не лѵогь издалека
120
Я разлютрѣть. «Мы уЖь достигли цѣли
И далѣе не поведу я васъ.
Пока еіііе нѣтъ ночи и изъ глазъ
12З
Пока совсѣлгь не скроется свѣтило,
Къ Т Ѣ Л І Ъ призрака.иъ сходить .мы не долЖны. . .
(Такъ налш тѣнь тогда руководила)
126
На нихъ глядѣть д ы л о і с е л ъ съ крутизны,
Ихъ оцѣнивъ поступки и дѣянья.
Вонъ тотъ, что выше всѣхъ сидитъ въ лшлчаньи,
129
Пренебрегая обиіество.мъ тѣней,
И не поетъ, когда поютъ другіе:
Онъ назывался прежде .меЖъ людей
1З2
Рудольфо-лгь илтераторолѵъ. Въ иные
Дни преЖніе онъ могъ бы залечить
Италіи всѣ язвы, лѵо>кетъ быть,
I35
58
Которыя теперь неизи,ѣлимы, . .
За нимъ другой: онъ словно утѣшалъ
Тѣнь первую, что разглядѣть могли мы.
і38
Онъ той страной когда-то управлялъ,
Гдѣ съ Эльбою сливается Молдава,
И дальше въ море мчится величаво.
і4і
Онъ—Оттокаръ. Е щ е въ пеленкахъ онъ
Достойнѣе былъ сына Вени,еслава,
Который былъ лѣнивъ и развратенъ
144
И утопалъ въ забавахъ сладострастья.
А вотъ другой -),—примите въ нихъ уча.стье,—
Что задушевно рѣчь свою ведетъ
47
Съ другимъ лицомъ. . . Припомните тотъ годъ,
Когда онъ умеръ въ бѣгствѣ, ощипавши
Всю лилію. . . Теперь Же стыдъ узнавши,
і5о
Смотрите, какъ себя онъ въ грудь разить. . .
Другой Же клонитъ голову и видъ
Его печаленъ такъ. . . Узнать въ нихъ моЖно
і53
Отиа и тестя деспота того, 3)
Котораго правленье такъ ничтоЖно,
Который гордость трона своего
,56
Позоромъ и порокомъ осквернилъ.
Вотъ почему ихъ скорбь не исчезаетъ. . .
А
ЭТОТЪ, ЧТО и з б ы т к о М Ъ ЮНЫХЪ СиЛЪ 4)
j5 g
Къ себѣ .манить и голосъ свой сливаетъ
Съ тѣмъ длинноносымъ, нѣкогда онъ былъ
Исполненъ многихъ доблестей. Кто знаетъ,
ібз
1
) Р ѣ ч ь идетъ зд'Ьсь о Багелііи.
) <1>илипіі'ь ІП король французскій.
Филиппа IV, Красиваго.
4
) Петръ III, король аррагонскій.
2
59
8*
Что было бы, когда бъ по слѵерти онъ
Мопь передать наслѣдственный свой тронъ
Вонъ юношѣ
тому, что засѣдаетъ
Вблизи его: всѣ доблести отиа
НавѢрно отразились бы и въ сынѣ,
При переходѣ иарскаго вѣниа,
Чего никакъ нельзя сказать намъ нынѣ
О болыиинствѣ наслѣдниковъ. Пусть Жакъ
И Фредерикъ имѣютъ царства, такъ,
Но лучидаго наслѣдья не дано имъ.
Мы въ родословныхъ лѣстниидхъ откроемъ
Примѣровъ мало честности людской:
Отецъ былъ мудръ, наслѣдникъ—не такой.
Рѣчь эта такЖе моЖетъ относиться
Къ тебѣ, король носатый 2 ; и годится,
И для Петра, что рядомъ съ нимъ поетъ,
По милости котораго рыдаетъ
Апулія съ Провансомъ. Всякій знаетъ,
Что породило Жалкій тошій плодъ
Хорошее растеніе. . . Недеромъ
Констаниія гордится съ бодьшимъ Жаромъ,
Своимъ супругомъ часто илѵъ хвалясь,
Чѣмъ Беатриче вмѣстѣ съ Маргаритой! . .
Но вотъ король, смотрите: какъ забытый,
Сидитъ онъ тамъ, отъ прочихъ удалясь. .
Предъ вами Гѳнрихъ Англійскій «Когда-то
Онъ просто Жилъ, и моЖетъ, не стыдясь
') Петръ, не наслѣдовавшій в-ь владіініяхъ своего отца.
) Карлъ I, король Сициліи.
2
do
Своихъ потомковъ встретить. . . На собрата
Его теперь взгляните, что леЖитъ
Среди тѣней и люлча вверхъ глядитъ
igj
Маркизъ Вильгельлѵъ—тѣнь эта. Монферрата
Съ Канавезе черезъ свою вину
Заставилъ онъ,—печальная утрата!—
Скорбѣть въ Александріи за войну.
JVWVVVAAA/V/V^--
6і
і95
П'БСНЯ ВОСЬМАЯ.
Спутники увидЬли
впереди двухъ ангеловъ, соиіедшихъ для охраненія
долины съ двулгя
огнепнылги течами. Въ долипЪ Данте и его воэкатый узнали
призракъ Нина, а потомъ
видѣли зліѣю, противъ которой выступили оба ангела. Наконецъ поэтъ говоритъ съ Коррадо
Маласпина, который предсказываетъ ему будущее
изгнаніе.
s^r
is^' асталъ тотъ часъ, когда у моряка
с _ Д у ш а
просвѣтлена благоговѣньемъ
И по роднымъ смиряется тоска,
Тотъ часъ, когда любовью и смиреньемъ
Усталый каЖдый путникь умиленъ,
Услыша колокольный тихій звонъ,
Который словно всѣмъ напоминаетъ,
Что въ сумеркахъ день лѣтній умираетъ
И покидаетъ ясный небосклонъ.
Тогда, рѣчей не слушая, вниманье
На тѣнь одну я обрати, іъ. Она
Вдругь поднялась въ тол пѣ тѣней одна,
Рукою сдѣлавъ знакъ среди молчанья,
Какъ бы Желая всѣхъ къ себѣ привлечь,
Воздѣла руки къ небу, словно рѣчь
6*2
Произнося: «Лишь о тебѣ единолъ,
О Господи, я ду.иаю!» IІотомъ
Сталъ слыіиенъ чудный голосъ издали наліъ:
Те lucis ante. Въ гимн"& стройно-мъ толѵъ,
Изъ устъ поюш,ей тѣни вылетавшилѵъ
И ліузыкои небеснаго звучавиіилѵъ,
Такая сила новая была,
Такое неземное обаянье,
Что потерялъ я всякое сознанье
Того, гдѣ я: душа .моя Аила
Лишь звуками, и въ благодатномъ гимнѣ
Міръ новыхъ чувствъ повѣдали они мнѣ.
Другія тѣни вторили словамъ
Молитвы той и набоЖно и стройно,
И устремляли очи къ небесамъ.
Чтобъ оцѣнить картину ту достойно,
Чтобы постигнуть истину вполнѣ,
Смотри, читатель, зорко и спокойно:
Завѣса, открывавшаяся мнѣ,
Прозрачною и тонкою казалась
И сквозь нее смотрѣть не представлялось
Труда большаго. Сталъ я различать .
Тогда передъ собою эту рать
Всѣхъ благородныхъ призраковъ. Безмолвно
С.мотрѣли вверхъ тѣ призраки и словно
Чего-то стали .молча оЖидать.
Тогда, стоять не въ силахъ хладнокровно,
Двухъ ангеловъ вверху я увидалъ,
Сходившихъ внизъ. У нихъ въ рукахъ блисталъ
Мечъ огненный, тупой, не заостренный.
63
Надъ складками одеЖды ихъ зеленой
Замѣтилъ я зеленыхъ два крыла.
Одинъ изъ нихъ, сіяньемъ окруЖенный,
Спустился блиЖе къ намъ, такъ что была
Фигу а духа видима мнѣ ясно.
Другой Же ангелъ тихо и безстрастно
Ступилъ ногой на берегу другомъ,
И тѣни очутились по 'срединѣ
МеЖъ ими. Все мнѣ вкругъ казалось сномъ,
Въ той новой неизвѣстной мнѣ долинѣ
Двухъ бѣлокурыхъ ангеловъ вполнѣ
Я различалъ. Лишь трудно было мнѣ
Ихъ свѣтлыхъ лии,ъ замѣтить очертанья. . .
Такъ сильно было ангеловъ сіянье,
Что образъ ихъ глаза мнѣ ослѣплялъ.
— «Они сошли, Сорделло намъ сказалъ,
Изъ лона Богоматери, что бъ нынѣ
Защитниками въ этой быть долинѣ,
Куда явиться скоро долЖенъ змѣй.»
Въ тревогѣ нескрываемой своей,
Я сталъ кругомъ съ испугомъ озираться,
Боясь съ змѣей уЖасной повстрѣчаться,
И къ спутнику приЖался какъ всегда,
Когда въ пути я начиналъ пугаться/
И вновь Сорделло молвилъ намъ тогда:
«Теперь сойдемъ мы ниЖе, чтобъ съ тѣнями
Поговорить; для нихъ бесѣда съ вами
Отрадою большою моЖетъ быть.»
И трехъ шаговъ не сдѣладъ я ступая,
Какъ бьиъ внизу, и удивленья скрыть
64
Не люгъ при томъ, невольно замѣчая,
Что кто-то не спускаетъ глазъ съ .меня,
Какъ будто говорить со мной Желая.
Хотя тускнѣлъ свѣтъ угасавшіи дня,
Но не на столько, чтобъ не разсмотрѣли
Другъ друга мы. . . Кого Же виЖу я?
Ты-ль это, добрый мой, ДЖудиче Нино?
Узнавъ тебя, какъ много былъ я радъ,
Что не попа.гь ты съ грѣшниками въ адъ,
Гдѣ мукъ уЖасна віьчная картина! . .
ІІривѣтствій всѣхъ нѣтъ нуЖды повторять,
Которыя мы стали расточать
При встрѣчѣ той. . . Но тізнь меня спросила:
«Давно-ль сюда къ подноЖію горы
Явился ты? И гдіэ твоя могила?»
Я отвѣчалъ: « Е щ е до той поры
Не доЖилъ я, чтобъ смертиымъ сномъ забыться
Хоть къ этому душа моя стремится:
Я Живъ еще и черезъ адъ сюда
Иришелъ я нынче утромъ. . .» И когда
Я замолчалъ, не могъ не удивиться
Сорделло вмѣстѣ съ Нино—и назадъ
Они невольно оба отступили,
На мнѣ остановивши странный взглядъ:
Мои слова" ихъ сильно поразили.
Одинъ изъ нихъ къ Виргилію спѣшилъ,
Другой ко мнѣ и вдругъ заговорилъ,
Сидѣвшій призракъ громко призывая:
«Вставай, вставай, Коррадо, поскорѣй!
Взгляни, что сдѣлалъ Богъ, насъ награЖдая
65
По безконечной милости своей!»
Затѣмъ ко мнѣ тотъ призракь обратился:
«Позволь тебя, о смертный, умолять.
ю8
Той силой, чрезъ которую явился
Ты къ намъ сюда, какъ БоЖья благодать,
Молю тебя: когда на свѣтъ опять
ГІІ
Т ы выйдешь, миновавъ препятствій грани,
Т а м ъ посреди Живыхъ еиле людей.
СкаЖи моей печальной Дуованнѣ,
п4
Чтобъ за меня молилась горячѣй:
Въ мольбѣ невинныхъ—чудная есть сила. . .
Я думаю, меня уЖе забыла
ГІ7
Мать Дуованны милой и сняла
Съ себя одеЖды бѣлыя. Невольно
При мысли той мнѣ дѣлается больно:
0
Та Жениіина доказываетъ вновь,
Какъ коротка та Женская любовь,
Которая поддерЖки не имѣетъ
И постепенно тухнетъ и слабѣетъ.
З м ѣ я , которой стали украшать
Миланскія знамена, не съумѣетъ
2з
І26
Роскошно такъ ей гроба увѣнчать,
Какъ преЖній гербъ, гербъ съ пѣтухомъ Галлуры. »
Онъ ревности не въ силахъ былъ скрывать,
Черты его лииа казались хмуры,
Но тотъ огонь, что въ немъ тогда пыла.гь,
Онъ кротостью душевной умѣряЛъ.
1
) Т . е. перестала быть вдовою, выйдя за-ліуЖъ.
бб
J2CJ
МеЖъ тѣмъ съ неоесъ не отводилъ я взгляда,
Гдѣ медленно являлся рядъ свѣтилъ,
Ночнаго свода лучшая отрада.
13 5
Тогда мой воЖдь со мной заговорилъ:
«Что смотришь вверхъ?» И я ему отвѣтилъ:
«Ищу трехъ звѣздъ, которыхъ не замѣтилъ,
138
Что осв'Ьщаютъ полюсъ зтотъ весь. . . »
—«ТѢ звѣзды, дорогой мой сынъ, не здѣсь;
Онѣ сегодня утромъ намъ свѣтили,
і4і
И новыя теперь свѣтила всплыли
На ихъ мѣста, а тѣ спустились внизъ. . . »
Когда слова поэта раздались,
144
Виргилія позвалъ къ себ'Ь Сорделло
И, пальцемъ указавъ ему впередъ,
Сказалъ: «Смотри, ты видѣть моЖеіиь смѣ.ю
'47
Врага, который насъ здѣсь стереЖетъ. »
Съ той стороны, гдѣ менѣе имѣла
Прикрытія долина наша, вотъ
і5о
Змѣя на плоскомъ мѣстѣ показалась,
Ехидная такая Жъ, моЖетъ быть,
Какъ та змѣя, что къ Евѣ разъ подкралась,
153
Чтобъ соблазнить и тайно искусить. . .
Среди ивѣтовъ и сочныхъ травъ скользила
З м ѣ я , тѣней готовая язвить.
156
То голову къ спинѣ она клонила,
То начинала медленно лизать
Сама себя. За нею наблюдать
159
Я самъ не могъ, не замѣчалъ двиЖеній
Двухъ лучезарныхъ ангельскихъ видѣній,
И только лишь замѣтилъ ихъ полетъ,
162
67
Когда они .мечами засверкали
И разсѣкать крылами воздухъ стали,
Грозя змѣѣ испуганной съ высотъ.
Тогда змѣя изъ наш ихъ глазъ сокрылась,
Спасаясь отъ карающихъ мечей,
Чета Же свѣтлыхъ ангеловъ явилась
Обратно къ намъ и снова поместилась
На преЖнемъ мѣстѣ. Та Же изъ тѣней,
Что къ Нино подошла, своихъ очей
Съ меня все это время не сводила.
И наконецъ сказала тихо мнѣ:
«О, если то небесное свѣтило,
Которое, сіяя въ вышинѣ,
Тебя ведетъ на верхъ и согрѣваетъ,
Найдетъ въ твоей сердечной глубинѣ
Т у мягкость чувствъ, что душу возвыиіаетъ,
То я прошу тебя мнѣ разсказать
Все то, что только память сохраняетъ,
Все то, что на землѣ ты могь узнать
О Вальдимагрѣ, иль странахъ сосѣднихъ,
Гд'Ь нѣкогда,—увы! зачѣмъ скрывать? —
Я властелиномъ былъ не изъ послѣднихъ.
Коррадо Маласпина я зовусь
И здѣсь для очиш,енья нахоЖусь
За то лишь, что любилъ я слишкомъ много
Своихъ друзей и блиЖнихъ. . . Ради Бога,
Отвѣть Же мнѣ. » И я сказалъ тогда:
—«Въ твоихъ странахъ я не былъ никогда:
Но всякій, кто въ Европѣ обитаетъ,
Не позабудетъ ихъ во всѣ года. .
68
Такая слава домъ вашъ окруЖаетъ,
Такъ громко говорить молва о немъ,
Что даЖе тотъ о тѣхъ владѣньяхъ знаетъ,
Кто не былъ никогда за рубеЖомъ
Т ѣ х ъ славныхъ мѣстъ, и я готовъ поклясться
Желаніемъ—минуты той доЖдаться,
Когда къ кониу мой долгій путь придетъ,
Что и до нынѣ вашъ великій родъ
Богатствомъ, славой моЖетъ упиваться,
На мечъ свой опираясь. И судьба
Стоить за васъ, какъ самая природа. . .
Пусть и,ѣлый свѣтъ съ безсиліемъ раба
Гордится лишь безславіемъ народа,
Со славою всегда идетъ впередъ
Твой честный, незапятнанный твой родъ.»
И тѣнь тогда сказала въ заключенье:
«Теперь иди: семи лѣтъ не пройдетъ,
Когда твое о нашемъ родѣ мнѣнье
Вдвойнѣ прочнѣй ты будешь сознавать,
Сильнѣйшее узнавши подтвержденье,
Помимо всѣхъ разсказовъ; ихъ значенье
ДолЖно предъ самой правдой изчезать.
9
ПЪСНЯ ДЕВЯТАЯ.
Дстте объясняешь, что опъ по cut достигалъ до врать Чистилища и описываешь дорогу,
которой опъ туда шелъ. Апгелъ, съ течомъ въ рукѣ, отворяешь передъ нимъ дверь.
одруга баснословнаго Тифона, ')
Покинувши супруЖеское лоно,
Гдѣ сонъ ея супруга былъ глубокъ,
У Же позолотила весь востокъ
И въ сонлѵѣ звѣздъ тускнкюцулхъ блистала,
Сіяніе которыхъ обливало
Животнаго убіиственнаго знакъ,
Животнаго, u.wbiOLLtaro Жало,
Которымъ онъ язвилъ уЖасно такъ
2
).
') Тифонъ, муЖъ Авроры и отеиъ Мемнона, былъ по греческой миѳологіи сынъ Лаомедона. Аврора, плѣнившись красотой Тифона, похитила его на своей колесницѣ и выхлопотала у Юпитера ему безсмертіе, но забыла при этомъ выпросить для него вѣчную молодость, и онъ достигъ такой дряхлости, что были принуждены пеленать его.— По видимому
въ фразѣ текста есть некоторое противорѣчіе: Аврора встала съ одной стороны, а Ночь
проб'ЬЖала до половины съ другой. Дѣло въ томъ однако, что поэтъ говоритъ сперва о востоке другаго полушарія, а потомъ упоминаетъ о мѣстѣ, гдѣ онъ находится.
2
) Знакъ Скорпіона.
7°
Двѣ половины ночь переступила
И уЖе къ третьей подходила,
Въ томъ мѣстѣ, гдѣ стояли мы въ тотъ часъ,
І2
Какъ человіькъ, дорогой утомясь,
Не моЖетъ отъ дремоты удержаться
И начинаютъ в'ЬЖди вдругъ смыкаться,
і5
Что завѣіцалъ намъ праотеиъ Адамъ,— 2 )
Такъ сна преодолеть не могъ я самъ,
И сталъ къ травѣ съ дремотаю склоняться,
і8
Къ травѣ, гдѣ мы сидѣли впятеромъ. 3 )
Въ часъ утренній, когда, взмахнувъ крыломъ,
ГГЬть ласточка печально начинаетъ 4)
2І
И о своемъ проиіедшемъ вспоминаетъ,
Въ часъ утренній, когда смолкаетъ въ насъ
Все то, что плоть и умъ людской смуиіаетъ,
24
И голосъ нуЖдъ, терзавшихъ насъ не разъ
Въ заботахъ дня,—въ тотъ самый ранній часъ
Доходятъ всѣ людскія сновидѣнья
27
До ясности святаго откровенья. . .
И вотъ въ моемъ непобѣдимомъ снѣ
Летаюиий оре.іъ приснился мнѣ,
з0
Орелъ, весь золотой: взмахнувъ крылами,
Въ лазури онъ парилъ подъ небесами
И, наконеиъ, ко мнѣ спускаться сталъ.
зз
і) У древнихъ народовъ ночь была раздѣлена на четыре иавечерія, которыя назывались:
sera, media пох, galli cantus, mane. КаЖдая четвертая часть ночи продолжалась три часа.
3
3
) Намекъ на то, что безъ гр'Ьха Адама люди не чувствовали бы потребности въ снѣ.
) Виргилій, Данте, Сорделло, Нино и Коррадо Маласпино.
4
) Намекъ на басню,' о которой упоминается дальше, въ XVII пѣснѣ.
7'
/
\!
Я въ ту минуту будто сознавалъ,
Что нахожусь на той горѣ священной •)
Гдѣ Ганимедъ родню свою бросалъ,
зб
На высшій пиръ богами вознесенный.
И про себя я словно размышлялъ:
«Быть моЖетъ здѣсь изъ сферы отдаленной
Зд
Добычу для себя нашелъ орелъ,
Пренебрегая лучшими мѣстами. »
И, вотъ во снѣ слѣдя за нимъ глазами,
42
Увидѣлъ я,—единый миль прошелъ,—
Что онъ быстрѣе молніи спустился
Ко м н ѣ С Ъ В Ы С О Т Ъ , и С Ъ н и м ъ Я очутился,
45
Съ земли приподнятъ, въ вихрѣ огневомъ.
2
)
Мнѣ чудилось, что пламенемъ охваченъ
Я былъ, какъ и орелъ, тогда кругомъ.
48
Огонь, какъ самый воздухъ былъ прозраченъ,
И хоть не Жегь, но все Же такъ силенъ,
Что далѣе не могъ вкушать я сонъ:
5і
Проснулся я, сномъ дивнымъ озадаченъ.
Т о пробуЖденье я бъ теперь сравнилъ
Съ минутой самой той, когда Ахиллъ
54
Отъ сновиденья долгаго очнулся,
Глаза свои усталые открылъ
3
)
И съ изумленьемъ страннымъ оглянулся:
57
*) Гора Ила.
) Древніе философы предполагали, что сфера, которую они называли «сферой огня»,
находится выше воздушной сферы, т. е. приблизительно около луны.
3
) Ахиллъ, похищенный у своего наставника Харона Тезеемъ и перенесенный матерью
своею Ѳетидой во дворецъ Ликомеда, которая переодѣла его въ Женское платье. Ахиллъ однако былъ открытъ Улисомъ и вмѣстѣ съ нимъ отправился подъ Трою. (См. Адъ, п. ХХУІ).
2
Не видѣлъ онъ, что жать во время сна
Похитила Ахилла у Харона
И сына отнести была долЖна
Туда, гдѣ найденъ былъ во время оно
Онъ Греками. Т о было и со мной,
Когда проснувшись, уЖасъ ледяной
Я испыталъ, дрока и ц'1зпенѣя.
Смотрю: со мною былъ въ тотъ самый часъ
Одинъ мой вѣрный спутникъ, что не разъ
Меня спасалъ въ дорогѣ. Пламенея,
УЖь два часа, какъ солнце поднялось
И огненное море не лилось
Вокругъ меня.» Иди ты не робѣя»,
ІІроговорилъ мои добрый проводникъ:
На вЬрный путь мы ступимъ въ этотъ мигъ,
F
И духомъ, милый'.фэшъ мой, ты не падай
И вѣрой и отвагоі? будь великъ:
Находимся теперь мы предъ оградой
Чистилища, которою оно
Со всѣхъ своихъ сторонъ окруЖено,
А тамъ, гдѣ та ограда,—посмотри ты —
Разорвана, ты видишь самый входъ,
Но не для всѣхъ пути въ него открыты.
Е щ е небесъ далекихъ темный сводъ
Румяная заря не освѣщала
И нѣЖный свѣтъ, свѣтъ утра золотой
Явленіемъ своимъ не предвѣщала,
Когда въ цвѣтахъ ты находилъ покой
И въ сновидѣньяхъ мысль твоя блуЖдала,
Не вѣдая печали никакой,
Сюда неЖданно Женщина явилась
И надъ гобою тихо наклонилась
И молвила: «Я—Люиія '). За нимъ,
90
Пока во снѣ леЖитъ онъ недвиЖимъ,
Пришла я и его вести рѣшилась
Впередъ, .его Желая охранять. . .
дз
Позволь Же мнѣ его съ собою взять. . .
Тогда не могъ я ей сопротивляться,
Не могъ ей въ этой просьбѣ отказать.
,
дв
V
На мѣстѣ долЖенъ былъ тогда остаться
Сорделло посреди другихъ тѣней,
Она Жъ съ тобою стала удаляться.
99
Когда Же теплый свѣтъ дневныхъ лучей
ІІроникъ сюда, она явилась снова
И я тогда послѣдовалъ за ней,
І02
Единаго не проронивши слова.
Вотъ мѣсто то, куда тебя она
Безмолвно полоЖила и, вѣрна
Іо5
Своимъ словамъ, глазами показала
Та Женщина въ Чистилище проходъ.
Она ушла и сонъ твой въ свой чередъ
Іо8
Тогда изчезъ: минута та настала
Когда глаза въ испугѣ ты раскрылъ.
Не зная самъ, что видѣлъ, гдѣ ты былъ»,
Какъ человѣкъ, котораго сначала
Сомнѣніе смутило, но потомъ
Изчезла передъ нимъ летучимъ сномъ
>
ІІ+
*) -Іюціл или Яючія (отъ lux—свѣтъ), какъ христіанская мученица является въ поэм'Ь
олицетвореніемъ «БоЛсественнаго свѣта» или «БоЖествениаго милосердія». О ней упоминается во 2-й пѣснѣ «Ала».
74
И въ счастьіз онъ неЖдаиномъ уб'Ьдился
Такъ точно я смотрѣлъ тогда кругомъ
И спутника словами умилился.
Когда Же сталъ Виргилій уб'ЬЖденъ,
Что я освободился отъ волненья,
Тогда пошелъ спокойно въ гору онъ
і.
И я за нимъ идти сталъ безъ смущенья
Читатель мой замѣтитъ, моЖетъ быть,
Что стану я въ дальнѣйіиемъ пѣснопѣнь
Возвышеннымъ тѣмъ тономъ говорить,
Которымъ мы хотимъ благоговѣнье
Своей дуиіи въ стихахъ своихъ излить.
Тонъ этотъ къ моему повествованью
Теперь идетъ, и пусть послуЖитъ лѵиѣ
Въ пути дальнѣйшемъ въ новой сторонѣ
Тдѣ все насъ возбуЖдало ко вниманью.
Мы шли и приблиЖались къ той стѣнѣ,
Которая казалось по Желанью
Незримой силы сдвинута была,
Разщелину большую представляя.
Въ проходѣ этомъ двери замѣчая,
Которая въ Чистилище вела,
У двери той, гдѣ ходятъ только тѣни,
Я увидалъ три разныя ступени,
(У каЖдой былъ особенный свой цвѣтъ)
И на ступени верхней я замѣтилъ
Заснувшаго привратника, но онъ
Казался мнѣ такъ лучезарно-свѣтелъ,
Что я едва имъ не былъ ослѣп.іенъ,
При чемъ закрыть невольно принуЖденъ
75
Свои глаза. Въ рукіз его при этомъ
Мечъ обнаЖенный ярко такъ сверкалъ
Такимъ невероятно Жгучимъ свѣтомъ,
Что я его ни какъ не различалъ.
И съ словомъ къ намъ страЖъ свѣтлый обрати
«Зачѣмъ сюда пришли вы? онъ сказалъ:
«Кто въ этотъ край васъ привести рѣшился?
Нѣтъ, преЖде чѣмъ откроется вашъ входъ,
На мой вопросъ ответьте вы впередъ,
Чтобъ духъ вашъ безнадежно не смутился
Раскаяньемъ! . . Кто васъ привелъ сюда?»
И отвѣчаль мой проводникъ тогда:
«На небесахъ есть Женщина святая.
Законы этихъ мѣстъ извѣстны ей,
И, къ намъ блестящей тѣнью прилетая,
ІІовѣдала она: «У тѣхъ дверей
Проходъ для васъ доступенъ. Проходите! . .»
—«Когда одна изъ тѣхъ святыхъ тѣней,
Руководила васъ, какъ говорите,
Намъ отвѣчалъ сіявшій ярко страЖъ,
«То не могу путь благодатный вашъ
Вамъ пресѣкать. Когда того хотите,
То на ступени моЖете вступить».
И стали на ступени мы всходить.
И первая, сверкая бізлизною
Изъ мрамора столь чистаго была,
Казалась мніз прозрачною такою,
Что съ ней какъ въ бѣломъ зеркалѣ могла
Вполнѣ моя фигура отражаться. . .
Вторая,—продолЖалъ я изумляться,—
Была совсѣмъ, какъ ночь сама, черна.
Лишь отливала пурпуромъ она
И вся плита въ различныхъ направленьяхъ
177
Узорами кругомъ испещрена
Ступень Же третья—л"1зстнии,ы козалась,
Порфирной мн'Ь, какъ бы обагрена
і8о
Венозной кровью
СтраЖа тѣнь являлась
Сидящей на порогѣ и порогъ
Былъ изъ алмазовъ яркихъ сдѣланъ. Ногъ
івз
Я подъ собой не чувствовалъ. Объята
Какимъ то новы.дѵъ чувствомъ вся душа
Моя была. За спутникомъ тогда-то
івб
ІІослѣдовалъ безмолвно я , спѣша
Переступить три роковые шага,
И рѣчь его услышалъ: «Жизни благо,
,89
Чтобы вполнѣ узнать тебѣ теперь,
Т ы ангела проси, мой сынъ, смиренно,
Чтобъ отворилъ въ Чистилище онъ дверь. . . »
Г92
Я на колѣна бросился мгновенно
Предъ ангеломъ и сталъ его просить
Во имя Бога дверь намъ отворить
І95
И въ грудь свою руками ударяя,
Я оЖидалъ, что скаЖетъ Житель рая.
Предъ ангеломъ едва я кончилъ рѣчь,
j9s
Какъ надо мной онъ приподнялъ свой мечъ,
Обрядъ мнѣ непонятный совершая,
И начерталъ блестящимъ остріемъ
2оі
Первая ступень, по объясненію коментаторовъ есть симводъ откровенности, чистосердечія и исповЪди; вторая символъ дѣйствія, которое производите раскапніе; — третья Же
ступень — символъ удовлетворен!».
77
Семь разть тогда на вселъ челѣ жоемъ
Онъ букву Г '), лінѣ сдѣлавъ наставленье:
«Когда черезъ посредство очищенья
204
Въ себѣ грѣхи всѣ эти ты убьешь,
Тогда ты безъ препятствія взойдешь
Въ священную обитель искупленья».
207
И разглядеть я въ ту „минуту могъ,
Чего не въ силахъ былъ увидѣть преЖде,
Что ангелъ былъ въ сверкающей одеЖдѢ,
210
Такъ Желтовато-бѣлой, какъ песокъ.
За страЖежъ лучезарньшъ наблюдая,
Въ его рукахъ залѵѣтилъ вдругь тогда я
2іЗ
Два разные ключа 2 ). Былъ золотой
Одинъ изъ нихъ, серебряный—другой.
По-очередно ихъ въ залѵокъ вставляя,
21q
Онъ произнесъ:» Узнайте, всякій разъ
Когда изъ двухъ ключей лѵоихъ единый
Не входитъ плотно въ дверь, завѣрю васъ,
2і9
Что эта дверь съ таинственной пру>киной,
Не люЖетъ быть доступною тогда;
Изъ двухъ ключей послуиінѣе всегда
222
Одинъ,—другой Же слушается мало.
Мнѣ тѣ ключи рука Петра вручала:
И Петръ сказалъ, что лучше иногда
2гЗ
') Семь буквъ Г, которыя ані с.гъ начертилъ на лбу Данте есть выра>кеиіе семи смертныхъ гр'Ьховъ. ІТо мѣрѣ прохоэкденіи Дантомъ разцыхъ отдѣлеиій Чистилища, стра>къ ка>кдаго огдѣла будетъ стирать ему по одной буквѣ.
2
) Oaves, говоритъ одинъ коментатор-ь Св. Матфея, (гл. 16) sunt discernendi scientia
et potentia gna dignos .r'ceipere, indignos excludere debet a regno coclorum. «Ключи суть
средство къ распознанію и сила, которой впускаются достойные въ иарство небесное, а недостойные изгоняются».
Ошибкою раскрыть могу я двери,
Чізмъ запертой предъ страипикомъ дерЖать,
Чтобъ грѣшники люгііі въ священной сферѣ
22$
Съ раскаяньемъ у ногъ моихъ леЖать. »
Тогда онъ дверь предъ нами отворяя,
«Войдите! молвилъ, только я сказать
23і
Одно обязанъ, васъ предупреждая,
Что всякій кто оглянется назадъ,
Идти не моЖетъ дальше, нарушая
Святой завѣтъ» 1 ). Онъ произнесъ, и вдругъ
Свяиленныя ворота заскрипѣли,—
И какъ, порой, металла слышенъ звук ъ,
\
Такъ двери, отворяясь, зазвенѣли. . .
Когда дверь Капитолія долЖна
Была открыться настеЖъ, то она
2 З7
240
Въ часъ грознаго изгнанія Метелла 2)
Едва ли такъ пронзительно скрипѣла,
Какъ ворота / впустившія насъ двухъ.
24З
Внимательно настороЖилъ я слухъ
Услышавши торжественное пѣнье.
Ловилъ я звуковъ плавное теченье;
246
Гимнъ раздавался въ общей тишинѣ:
Те Deum laitdamus. Въ то мгновенье
Низримый чей-то хоръ, казалось мнѣ,
249
Органу вторилъ, полный вдохновенья.
') Въ свяш,енно.\іъ писаніи читаеліъ «Богъ лѵилостивъ, зачѣ.мъ Лее его сіуЖителъ будетъ страшенъ? Талѵъ, гд'Ь хозяинъ щедръ, раздаватель не дол;кенъ быть скѵпьшъ».
2
) В ь 3-й книгЬ Форсала приказаніе Цезаря, посягнувшаго на народное достояніе, не
слотря на заступничество Метелла, объясняется такъ:
"Гит rupes taspeja sonat, magnogue reclusas
Tistatur stridore fores и т. д.
79
ПѢСНЯ ДЕСЯТАЯ.
Поэты пходятъ въ первый кругъ, гдѣ очищается гордость. Они видятъ много при.пѣровъ
безропотной покорности. Эпизодъ о Троянѣ и вдовѣ.
^ сталась дверь раскрытая за нами,
Т а дверь, что закрывается подчасъ
Для всѣхъ, обуреваемыхъ грѣхами.
m
Раздался звукъ протяжный сзади насъ
И по тому я звуку догадался
Что дверь за нами тотчасъ заперлась. . .
О, еслибъ я тогда не удерЖался
Взглянуть назадъ, что было бы со мной?
Извилистой тропинкой продолжался
Наилъ путь тогда. Какъ волны за волной
Въ прилива часъ то мягко наступаютъ,
То съ колебаньемъ снова отбѣгаютъ,
Такъ подвигались долго мы впередъ
То вправо, то налѣво уклоняясь. . .
Тогда мой воЖдь, мой менторъ, мой оплотъ,
80
15
Сказалъ мнѣ, съ опасеньемъ озираясь:
«Намъ нуЖно осмотрительнее быть»
И далѣе онъ двинулся, стараясь
Къ горѣ все блшке, блиЖе подступить.
Мы шли шаги невольно земедляя,
И хоть луна долЖна была свѣтить.
Но. та лампада ночи золотая
Дорогу освѣщать намъ не могла.
Пока мы поднимались, уставая
Въ томъ мѣстѣ, гдѣ отвѣсная скала
Препятствія повсюду представляла:
Такъ та скала обрывиста была.
Когда Жъ опасность эта миновала
И мы достигли мѣста, гдѣ назадъ
Склоняться сталъ горы высокой скатъ,
Лишившись силъ и полный утомленья
Я потерялъ способность на двиЖенья.
Мы видѣли, кругомъ бросая взглядъ,
Что очутились оба въ то мгновенье
На каменной площадкѣ и она
Напоминала мнѣ уединенье
Нѣмыхъ пустынь, гдѣ даЖе ни одна
Среди песковъ былинка не видна.
Подъ нами бездна темная зіала
И узкій путь вился по сторонамъ
На право и налѣво: здѣсь и тамъ,
Пока мнѣ видѣть зрѣнье позволяло,
Что путь вездѣ былъ очень не іиирокъ.
Е щ е мы въ этотъ кругъ и не вступали
Невольно я замѣтить уЖе могъ,
8і
Что внутреннія стѣны глазъ пугали
Своею не приступной крутизной
И салшлгь чистымъ ліралюролѵъ сверкали,
4s
И салю и непорочной бѣлизнои;
А л\раморъ тотъ украшенъ былъ повсюду
Святылш барельефалш, такой
5і
Работы нѣЖной тонкой, что какъ чуду
Я дол>1сенъ былъ дивиться илѵъ. О, нѣтъ,
Своиліъ рѣзиол\ъ великій Поликлетъ ')
s4
Поспорить съ ниліи вѣрно бъ не рѣшился. . . .
Вотъ предхт картиной я остановился:
ГІослаиникъ неба, свѣтлый Гавріилъ,
57
Явившійся съ той вѣстью благодатной,
Которою міръ цѣлый обновилъ
И предъ Эделюлѵъ пологь необъятный
бо
•
Рукой для человѣчества открылъ, 2)
Такъ вылѣпленъ на барельефѣ былъ,
Что на него слютрѣлъ не безъ смущенья,
бз
Какъ на >кивое я изобраісенье:
Казалось, онъ дышалъ и говорилъ:
. И ту, кому велѣнье
«ІІривѣтъ теб'Ы.
бб
Святыхъ небесъ въ тотъ лшгъ передавалъ,
Съ Архангелолѵъ я рядоліъ увидалъ.
Такія кротость и благо говѣнье
б9
Прекрасный Д БВ ы образъ выраісалъ,
Такое безконечное слшренье,
Какъ будто всей фигурой онъ шепталъ:
') Поликлетъ, за.и'Ьчательный скульпторъ изъ Сидіона, города пелопонезскаго.
) Архангелъ Гавріилъ сказалъ Д'Ьв'Ь Маріи: A v e , на что она отвѣчала: Ессе an cilia
Domini.
2
82
« Я какъ раба, покорна волѣ Бога.!..» .
Мадонны ликъ исполненъ бы.іъ такъ строго,
Какъ самый вѣрный с.іѣпокъ восковой. ,
75
Тогда проговори,іъ наставникъ мой,
Который не отлучно былъ со мною:
Я чувствовалъ его той стороною
78
Гдѣ сердца неустанный слышенъ бой
И онъ сказаль: «Достойно здѣсь вниманья
Не это лишь. Такъ овладізй собой».
8і
Тогда услыша это замѣчанье,
Отвороти лъ глаза я отъ стѣны
И увидалъ съ той самой стороны,
84
Гдѣ мой путеводитель находился,
Другой прекрасный слѣпокъ на скалѣ,
Которому я втайнѣ подивился.
87
И съ Жгучимъ любопытствомъ на чел'Ь
Опередилъ пѣвца, чтобъ поскорѣе
Картину ту могъ видѣть на скалѣ я.
до
Въ картинѣ той явилась предо мной
Большая колесница дорогая,
Быками запряЖенная, и въ ней,
•ч.
Въ той колеснииѣ, золотомъ сверкая,
Въ хранилииі,ѣ леЖалъ «святой завѣтъ»,
ГІередъ которымъ падаетъ весь свѣтъ
9з
Cje
И грѣшники котораго боятся,
Когда ихъ Жизнь есть безконечный слѣдъ
Преступныхъ дѣлъ, и въ ихъ грядуш,емъ нѣть
Т . е. С-Ъ л'Ьвой стороны. Этотть оборота не разъ встречается у Данте въ «Аду».
83
99
НадеЖды на пощаду и спасенье
А впереди толпы изображенье
Увидѣлъ я, которая была
Разставлена семью кругами хоровъ.
Отъ лицъ толпы не отводилъ я взоровъ:
Она, казалось, словно оЖила
ю5
Такъ что во мнѣ, въ обманѣ впечатлѣнья,
Слухъ зрѣнію вполнѣ не довѣрялъ,
И слуху не могло повѣрить зрѣнье:
Г08
Глазами оЖидалъ я слышать пѣнье
Лѣпныхъ фигуръ, но ухомъ не слыхалъ
Ихъ голосовъ. И ладана куренье
,tI
Обманывало такъ смущенный взглядъ
Что я невольно думалъ ароматъ
Того куренья чувствовать. . . . Смиренный
ц4
Творецъ псалмовъ ') предъ хорами плясалъ
И въ пѣснѣ восхвалялъ ковчегъ священный,
Но все-таки царя напоминалъ.
ц7
А изъ дворца на самомъ первомъ планѣ
Смотрѣлъ на зтотъ праздникъ властелинъ
Съ презрѣніемъ и грустью; онъ одинъ
120
Не отдавалъ ему смиренной дани.
Чтобъ не забыть еще другихъ картинъ,
(О нихъ пѣвецъ мнѣ намекнулъ заранѣ)
!2 3
Я не теряя времени впередъ
Подвинулся, шагъ сдѣлавши и вотъ
Картиною инаго содерЖанья
[2б
РЬчіэ идетъ о царѣ Давидѣ.
84
Былъ пораЖенъ: то дивное ваянье
Понятіе давало, какъ великъ
Былъ императоръ римскій. Обаянье
12Q
Его неотразимое постигь
Григоріи самъ 1 ) и, духъ его спасая,
Побѣду совершилъ, благословляя
і32
Законъ небесъ. Тотъ Цезарь былъ Траянъ
Одна вдова, слезами обливаясь,
Пришла къ царю въ его военный станъ,
2
).
і35
И отъ глубокой горести теряясь,
Схватила подъ узцы его коня,
А Цезарь самъ, надъ всЬми возвышаясь,
гзд
Съ величіемъ, при полномъ блескѣ дня,
Сидѣлъ блестящей свитой окруЖенный,
Знаменами побѣды осѣненный,
141
Гдѣ золотились римскіе орлы.
Подъ общіи шумъ восторговъ и хвалы,
Одна вдова предъ Цезаремъ вопила:
144
«О, властелинъ! Ты долЖенъ отомстить
За сына моего; его могила
Меня сведетъ въ могилу моЖетъ быть. .
47
И Цезаря лицо ей говорило:
«Ты Жди меня, когда вернусь назадъ.»
Вдова Же отъ него не отходила
*) Для лучшаго пониманія этого лѵЬста «Божественной Комедіи», необходимо припомнить
легенду. Когда папа Григорій Великій, читая однаЖды исторію Траяна, такъ былъ пораЖенъ
личными достоинствами этого великаго императора, что не смотря на то, что Траянъ былъ
язычникъ и для него невозможно спасеніе, папа, войдя во храмъ, сталъ такъ усердно молиться
за душу Т р а я н а / что молитва папы была услышана: Траяну было обѣщано спасеніе, съ
уговоромъ, чтобъ папа никогда больше не просилъ о прощеніи кого-либо изъ язычниковъ.
2
) Некоторые колѵентаторы относятъ это событіе къ царствоізанію императора Адріана.
Но такое объясненіе едва ли справедливо: всего вѣрнѣе, что дѣло идетъ о Траян-fe.
85
И лился слезъ неистощимый градъ:
«Но если, повелитель мой, обратно
Не возвратишься ты?» — «Такъ, вѣроятно,
Наслѣдникъ мой,» отвѣтилъ Цезарь ей,
«Заботиться объ участи твоей
Начнетъ тогда. . .» Вдова не умолкала:
«Когда въ тебѣ я нахоЖу такъ мало
Участія, то какъ Же моЖно мнѣ
Довѣриться въ родимой сторонѣ
Кому нибудь другому?»—«Будь покойна!»
Сказалъ тогда ей императоръ далъ отвѣтъ:
« Т ы , моего вниманія достойна!
Долгъ требуетъ, чтобъ отвѣчалъ я «нѣтъ!»
И продолЖа.іъ свой путь безъ колебанья,
И въ тоЖе время чувство состраданья
Остаться для тебя даетъ совѣтъ. . . . »
Замѣчу здѣсь я многимъ въ назиданье:
Вс'Ь тѣ, которые подобно мнѣ,
Быть не могли въ той дивной сторонѣ,
Не могутъ даЖе мысленно представить
Всего того, что будто, какъ во сн'Ь
Тамъ видѣлъ я. . . МеЖъ тѣмъ, какъ оторваться
Отъ тѣхъ картинъ глазами я не могъ,
Въ которыхъ такъ пріятно любоваться
Примѣрами смиренія; въ тотъ срокъ
Услышалъ я рѣчь тихую поэта:
«Вниманье обрати теперь на это
Собранье душъ: впередъ за іиагомъ шагъ
Опѣ идуть и если мы ихъ спросимъ,
Какъ намъ пройти въ Жилище вѣчныхъ благъ
86
Т о вѣрно бы сомнѣнье удалось имъ
Прогнать въ одно мгновеніе отъ насъ. . .»
Тогда зрачки своихъ смущенныхъ глазъ
Я обратиль! забывъ на время камни,
Въ ту сторону, указывалъ куда мнѣ
Мои дорогой и кроткій проводникъ.
Читатели! Я бы главой поникъ,
Когда бъ узна.іъ, что впали вы въ смущенье
Узнавши, какъ былъ труденъ и великъ
Для призраковъ путь горькій очищенья,
Какъ многое долЖны они сносить,
Исполнены безмолвнаго смиренья,
Чтобы грізхи былые искупить.
Забудьте ice теперь про ихъ мученья,
Не думайте, чѣмъ могутъ заслужить
Впослѣдствіи они свое прощенье,
Но думайте о томъ, что гнетъ скорбей
БлаЖенства оЖидающихъ тѣней
Теряется передъ благомъ безконечнымъ,
Которое, быть моЖеть, впереди
Теперь ихъ оЖидаетъ въ царствѣ вѣчномъ
—«О, добрый мой наставникъ, погоди!»
Такъ началъ я: прошу я объясненья:
Всѣ эти непонятныя видѣнья
УЖели существами были? Ихъ
Я виЖу проходящими предъ нами,
Своихъ очей я не спускаю съ нихъ,
Но все, что пораЖенными глазами
Я уловилъ, не объяснило мнѣ:
УЖель тѣ души были существами? . .
87
Я не пойму, что дѣлаютъ онѣ! . .»
—«Таковъ характеръ временныхъ мученій,
Отвѣтилъ онъ,—у зтихъ привидѣній,
21З
Склоняющихъ ихъ низко такъ къ землѣ,
Что даЖе я съ трудомъ ихъ различаю
И—кто они—съ усильемъ постигаю.
216
Ты моЖешь разглядѣть на ихъ челѣ,
Когда ихъ скорбь тебя такъ занимаетъ,
Т у тяЖесть, что гнететъ ихъ и сгибаетъ. . .
219
Смотри теперь внимательно впередъ
И для тебя ясна ихъ кара станётъ. . . . »
О, христіанъ погибшій слабый родъ! . .
222
Несчастный родъ, гордынею смущенный
Т ы создалъ самъ себѣ уЖасный гнетъ,
Съ пути прямаго въ Жизни совращенный! . .
225
Т ы думаешь, что люди велики ?
Т ы позабылъ, что всѣ мы червяки,
Которые родятся, умирая,
228
Чтобъ превращеннымъ послѣ быть опять
Въ тізхъ бабочекъ боЖественнаго рая
Что могутъ беззаботно тамъ порхать.
2З1
Зачѣмъ Же васъ та гордость обуяла,
Которая достойна пѣтуха ?
Подъ торЖество безумнаго грѣха,
2з4
') На пьедесталѣ известной статуи Кановы «Психея, дерЖаіцая въ рукѣ бчбочку», знаменитый скульпторъ ведѣдъ написать слѣдующіе стихи Данте:
Non v'accorgete voi che noi siam
Wermi:
Nati a formar l'angelica farfalla.
88
Значенье ваше все-таки такъ мало,
Какъ прозябанье мелкихъ червяковъ
И насѣкомыхъ крошечныхъ безъ укала ! . . .
Передо мной свершали тѣни путь,
Но крыша такъ къ земліз ихъ пригибала,
Что до земли почти склонялась грудь.
Т ѣ х ъ призраковъ Жестокое мученье
Невольно возбуЖдало соЖалѣнье:
На мигь они не смѣли отдохнуть,
НедвиЖные всегда отъ утом.іенья. . . .
Та крыша, придавившая тѣла
Всѣхъ тѣхъ существъ, такъ тяЖела была,
Что тізни никогда не разгибались.
Лишь тѣ изъ нихъ, которыя казались
Съ терпѣньемъ болыиимъ, плакали на взрыдъ,
И былъ невыносимъ ихъ Жалкій видъ.
•ллаллл/W-VN.
89
І Г В С Н Я ОДИННАДЦАТАЯ.
Меокду тЪпями, одерЫси.пыми гордостью, Дапте узпаетъ Одериоки да-Губіо,
опъ ізступаетъ ъъ долгую бесѣду. ІТровепапио Салъвапи.
съ которытъ
^ , нашъ отеиъ, Живушдй въ небесахъ!
Не потому, что вѣчно обитаешь
На небѣ ты въ невѣдомыхъ краяхъ,
Не за любовь, которую питаешь
Къ созданіямъ твоимъ, Т ы возбуждаешь
Мольбы, благословеиія людей,
Но славенъ Т ы премудростью своей
И чтимъ за безконечное терпѣнье! . .
Т ы посылаешь въ міръ земныхъ скорбеи
Небесной благодати исуѣленье! . .
Какъ славословятъ ангелы Тебя
И громко восклииаютъ въ пѣснопѣньи:
«Осанна!»—принося тебѣ любя
ВосторЖенныя Жертвы, такъ и люди
Изъ ихъ больной, измученной груди
9°
і5
Къ Тебѣ возносятъ стоны и мольбы! . .
Небесный царь! мы всѣ твои рабы,
Поетъ нашъ сонмъ—всегда тебѣ послушный!
Такъ дай Же налѵь, о БоЖе, хлѣбъ насущны
Чтобъ безъ него въ пустынѣ этой намъ
Безсліздно не погибнуть. Какъ врагамъ,
Мы всѣ ихъ беззаконія прощаемъ,
Такъ и тебя, отецъ нашъ, умоляемъ
Прости намъ наши преЖнія дѣла,
И прош.іаго не вспоминай намъ зла.
Отецъ зелии и неба величавый!
Не позволяй, чтобъ врагъ людей лукавый
Вступалъ съ душой въ неравный, страшный
Гдѣ духъ нашъ, истомленный той борьбой,
Лукаволѵу соблазну поддается
И, чувствуя его уЖасный гнетъ,
Въ безсиліи, напрасно только рвется
И разорвать не моЖетъ уЖь тенетъ.
О, лѵилосердый БоЖе! За себя-бы
Не стали лѵы въ слезахъ Тебя молить,
Мы молимся за тѣхъ, чьи силы слабы,
За всѣхъ, не переставшихъ въ лѵірѣ Жить
И не познавшихъ въ этотъ край дорогу,
Гдѣ наліъ теперь приходится бродить».
Такъ съ гилінолѵъ обращались тѣни къ Богу,
Молясь съ благоговѣніемъ за насъ,
Забывъ свои мученья и тревогу;
Въ томъ самолѵъ перволіъ кругѣ находясь,
Гдѣ отъ грѣховъ прошедшихъ очищаясь,
Онѣ брели, впередъ чуть подвигаясь,
91
Неровными шагами, и едва
Всю тяЖесть ноши страшной выносили:
Ихъ долгихъ мукль не выразятъ слова
4»
Такою тяЖестью давимы люди были,
Порой во снѣ. . . . О, если такъ за насъ
На той горѣ Создателя .молили
5і
ТѢ призраки великіе то мы-ли
Того Жъ не станемъ дѣлать каЖдый разъ
При случаѣ на землю возвратясь? . .
54
За нихъ и мы пошлемъ свои моленья
Къ боЖественнымъ, лазурнымъ небесамъ,
Чтобъ были ихъ земныя прегрѣшенья
5?
Имъ прощены, отпущены имъ тамъ,
И въ высшія священныя селенья
ДоСТуПНЫМЪ
СТаЛЪ
ВХОДЪ
ДООрЫМЪ
ВСѢМЪ
ТІэНЯМЪ.
бо
И вотъ, мой воЖдь къ нимъ съ словомъ обратился:
—«Во имя предстоящихъ, вѣчныхъ благъ,
Къ которымъ каЖдый призракъ устремился,
вз
Я васъ молю: когда пустыни мракъ
На вѣчный свѣтъ вы промѣнять хотите,
Когда въ себѣ надеЖду вы таите
Скорѣй въ обитель мира перейдти,
Т о наліъ вы путь, о духи, укаЖите
Къ святой горѣ. Своихъ уЖасныхъ мукъ.
69
Мой спутникъ не выноситъ. . . Посмотрите:
Тотъ, для кого вступилъ я въ этотъ кругъ,
Такъ утомленъ путемъ, что моЖемъ вдругъ
у2
Упасть, остатокъ силъ своихъ теряя.
Онъ носить на себѣ Адама плоть
И изнуренъ поэтому онъ, хоть,
7з
92
Какъ смертный и великъ онъ». . . И тогда я
Отвѣтъ какой-то тѣни услыхфіъ:
Кто именно изъ душъ намъ отвѣчалъ,
7g
Замѣтить я не могъ тогда. »—Идите
Теперь за нами съ правой стороны,
Гдѣ отыскать дорогу вы долЖны
sг
Удобную для смертнаго. Спѣшите! . .
Когда бы мнѣ тотъ камень не мѣиіалъ,
Что гордое чело мое приЖалъ, ')
84
Такъ что давно уЖь я не разгибался,
То я теперь узнать бы постарался
Того, кѣмъ руководишь ты меЖъ скалъ:
87
Кто онъ такой, сказать ты не рѣилался.
Въ Италіи родился я. Отиомъ
(Умалчивать не буду я о томъ)
до
Моимъ звался Гильомъ Альдобрандечи 2 ).
Онъ былъ тоскани,емъ кровнымъ, что по рѣчи
Узнать легко. Въ отечествѣ моемъ
9з
Вы, моЖетъ быть, то имя и слыхали.
Былъ знатенъ и богатъ мой древній родъ,
Его дѣянья въ пѣсняхъ воспѣвали,
9б
Его .молва прославила, и вотъ
Дізлами предковъ такъ я возгордился,
Что отъ отчизны .милой отрѣшился.
99
Всѣхъ презиралъ, забывши всякій стыдъ,
И наконецъ за это былъ убитъ:
Судъ правый надо мною совершился,
') Чистилище состоитъ изъ ce.wu круговъ, идущихъ одинъ надъ другижъ по ropb. В ъ
кадкдомъ кругѣ очищаются отъ одного изъ слѵертныхъ грѣховъ. Въ перволѵь kpyrb наказывается гордость.
2
) Т ѣ и ь эта—Гумбертъ, изъ графовъ Санта-Фіора, сынъ Гильолѵа Альдобрандечи, богатаго владЬльца Сіены. Гул\.бертъ былъ такъ высоколѵѣренъ, что сіенцы его убили.
93
И гордость, мой чудовищный порокъ,
Не только одного меня сгубила,
Но грѣхъ мой всѣ несчастія навлекъ
юз
На голову родныхъ моихъ. Могила
Взяла меня,—и здѣсь-то я томлюсь
Подъ тяЖестью Жестокой и молюсь,
Ю8
Чтобъ заслуЖить небесное прощенье.
Теперь—такъ поЖелало превидѣнье—
Среди тѣней сносить я принуЖденъ
111
Мнѣ чуЖдыя на свѣтЬ томъ мученья».
Когда умолкъ передо мною онъ,
Его разсказомъ искреннимъ смущенъ,
114
Свои глаза я опустилъ невольно:
Его признанья слушать было больно. . .
Вдругъ тізнь одна, стоявшая спиной,
n7
Лицомъ къ лицу предстала предо мной,
Меня узнала тотчасъ, называя
По имени. Проговорилъ тогда я:
120
— Я ОдериЖи ') виЖу предъ собой?
О, Губіо, не ты-ли? Говори-Же!
Прославился искусствомъ ты въ ПариЖѢ:
123
Твои миніатюры стали тамъ
Извѣстны всѣмъ давно и знамениты.—
—«О добрый братъ, сказалъ онъ, погоди ты
126
Меня хвалить: Францъ 2 ) по своимъ трудамъ,
Болонскій Францъ сталъ больше прославляться,
Чѣмъ я, и съ нимъ мнѣ не легко тягаться.
129
к
*) О дери Леи родился въ Губбіо, въ графствѣ Урбинсколѵъ; изв'Ьстный зкивописецъ лшніатюровъ.
2
) Францъ болонскій, называемый такъ по лгЬсту своего ро;кденія, пользовался известностью больше ОдериЖи.
94
1
Завоевалъ онъ славу иѣликомъ
Передъ собой склоняться всѣхъ заставилъ,
А мнѣ частицу только предоставилъ
,з2
Известности. Не умолчу о томъ:
Я не былъ разсудителенъ при Жизни,
Искусству отдавался всѣмъ умомъ
,35
И чувствами, чтобъ славнымъ быть въ отчизнѣ.
И, Жалкій, неудавшіися творецъ,
За гордости я наказанъ наконецъ.»
138
О, быстро улетающая слава!
Т ы Жалкая, непрочная трава,
Минутная, ничтоЖная забава:
И'
Т ы отъ земли подымешься едва,
И быстро опускаясь, увядаешь,
И полнаго безсмертія не знаешь.
14 4
Какъ новой школы гордая глава,
Давно-ли, Симабье, ты поднимался
И громко мимолетная молва
1
Возвысила тебя, но краткій срокъ гіромчался,
Прославленный худоЖникъ сталъ згібытъ
И сдѣлался ДЖіото знаменитъ.
і5о
'ѣтораго Гвидо ') слава породила,
Свои стихи онъ думалъ передать
Столѣтіямъ въ наследство. . . Гдѣ Жъ та сила,
і53
47
Гдѣ генія могучаго полетъ?
Его смѣнилъ другой, и въ свой чередъ
И этого Ждетъ ввчная могила,
,56
*) Гвидо ДЖиницелли изъ" Болоньи, знаменитый поэтъ. Второй Гвидо, сынъ Кавальканти, былъ зам'Ь чате льнѣе перваго по своелѵу таланту.
95
Гдѣ позабытый всЬми, онъ заснетъ.
Такъ что>къ такое слава? Дуновенье
Измѣнчиваго вѣтра, что съ высотъ
Спускаясь къ намъ, мѣняетъ направленье,
Толкая то назадъ насъ, то впередъ!
Такъ что такое слава? Это трепеть
Минутнаго восторга, дѣтскій лепетъ
И старика предсмертный, смутный бредъ. . .
Кто моЖетъ, покидая этотъ свѣтъ,
ізд
^
,65
Увѣренъ быть предъ собственной могилой,
Что въ памяти на много, много лѣтъ
Онъ будетъ Жить съ неотразимой силой?
,68
Вотъ, напримѣръ, несчастный призракъ тотъ,
Печальный, истомленный и унылый,
Который съ униЖеніемъ по.ізеть,
171
Извѣстенъ былъ когда-то всей Тосканѣ.
Гдѣ ни являлся онъ, ему заранѣ
Былъ приготовленъ царственный почетъ,
'74
Предъ нимъ склонялись люди на колѣни.
И чтоЖъ теперь? Гдѣ преішій блескъ побѣдъ?
О немъ, увы теперь во всей Сіенѣ
•77
У Же давнымъ-давно помину нѣтъ! . .
Онъ управлялъ Сіеною въ тѣ годы,
Когда позоръ и тяЖкія невзгоды
і So
Флоренція узнала, а тогда
Она еще казалась такъ горда,
Какъ нынче и безсильна и развратна.
ізз
О, слава! Какъ цвѣтокъ ты ароматна,
Но тотъ кто разивѣсти ему помогъ,
Тотъ моЖетъ безъ усилья, невозвратно,
і8б
96
. _sf•
Сгубить благоухаюіиій ивѣтокъ!»
—Но кто Же тотъ, спросилъ я, кто въ Тосканѣ,
Былъ знаменитъ ? Я разгадать не могъ
Чей это духъ ?—«Передъ тобой Сальвани.
О ІТровенанио ') вѣрно ты слыхалъ.
Онъ потому теперь то .питься сталъ,
Что разорилъ Сіену совершенно
Своимъ высокомѣрьемъ. ПринуЖденъ
Безъ отдыха ходить здѣсь неизмѣнно
ГІодъ тяЖестью своей великой онъ».
Тутъ я къ воЖдю съ вопросомъ обратился:
—Но если здѣсь уЖе таковъ законъ,
Чтобъ каЖдый призракъ только находился,
Внизу недосягаемой горы,
И доЖидаться долЖенъ той поры,
201
Когда конеи.ъ придеть его томленью,
И если такова его судьба,
Что никакая долгая мольба,
204
Не приведетъ сюда его до срока,
Т о какъ Же онъ явился въ этотъ кругъ ?
Иль такъ его раскаянье глубоко ?
') Этотъ властитель пользовался больиіимъ могуществомъ въ СіенЬ и при немъ флорентинцы потерп'Ьли сильное пораЖеніе при Monte-aperto. Этотъ Же ГІровенанцо Сальвани,
узнавъ, что другъ его въ пл'Ьну у Карла I, короля Обѣихъ Сицилій, который просилъ за
его свободу ю,ооо флориновъ, всталъ на площади на колѣна, прося Сіенцевъ бросать деньги
на разостланный передъ нимъ коверъ. Поэтъ объявляетъ, что Провенанцо дроЖалъ при этомъ
вс'Ьми членами. Коментаторы предполагаютъ, что эта вставка сдѣлана для объясненія слѣдующихъ словъ тѣни: «Больше говорить не стану: я знаю, что слова мои темны, но скоро
твои сограждане заставятъ тебя лучше понять слова мои» и т. д. (Поэтъ говоритъ въ іЗоо г.)
Коментаторы, продолЖая объясненіе, говорятъ что тЬнь налѵекаетъ на приблиЖеніе того
времени, когда поэта осудятъ на соЖЖеніе и когда онъ пойметъ дроЖаніе членовъ человека,
принуЖденнаго просить пощады.
97
ДАНТЕ.
II.
Пѣвецъ сказалъ: Узнай, мой добрый другъ,
Причину исключенія такого:
Въ былые дни, когда еще вокругь
2І0
Сальвани блескъ величія земнаго
Сіялъ вполнѣ,—по доброй волѣ онъ
На площади колѣнопреклоненъ
2іЗ
Стоялъ дроЖа и отъ стыда сгорая
И помощи просилъ онъ, умоляя,
Чтобъ другъ его свободы не терялъ
2,б
И тягостнаго плѣна не знавалъ
Въ темницѣ Карла. . . Слово прекращая,
Умолкну я. Т ы ясности искалъ
2ід
Въ моихъ рѣчахъ, они Же темны были.
Но въ зтомъ не моя пока вина.
Узнаешь ты въ иныя времена
222
Смыслъ словъ моихъ. . . Вотъ почему впустили
Сальвани призракъ къ зтимъ воротамъ
И доЖидаться кротко разрешили
Рѣшенія, извѣстнаго лишь
98
тамъ.
225
пъсня
ДВЕНАДЦАТАЯ.
Путники оставляютъ Одериэки да Гуоіо и продолокаютъ путь. Они видятъ по стѣпамъ
много скулъптурныхъ
изодраэкеній человѣческой гордости. Данте начинаешь
описывать
второй кругъ Чистилища, гдѣ наказывается зависть — другой смертный грЬхъ.
акъ два вола, давимые ярмомъ, ')
Я съ призракомъ усталььмъ подвигался,
Который, при молчаньи гробовомъ,
Своею тяЖкой ношей подавлялся.
Когда Жъ сказалъ Виргилій мнѣ потомъ,
Чтобъ съ тѣнью угнетенной я разстался
И шелъ впередъ, я принялъ тотъ совѣтъ.
«Здѣсь каЖдый долЖенъ, молвилъ лѵнѣ поэтъ,
Безъ помощи другаго обходиться,
Отыскивая зорко вѣрный слѣдъ.»
Тогда пришлось мнѣ быстро распрямиться
И голову склоненную поднять,
') Поэтъ хочетъ сказать, что ОдериЖи и Данте продолжали свой путь, опустивъ голову: ОдериЖи подъ тяЖестью ноши, а поэтъ наклонялся потому, чтобы лучше моЖно было
слышать его слова.
99
іЗ*
Чтобъ отъ пѣвиа въ пути не отставать:
Я понялъ, что лш'Ь нуЖно торопиться,
Но тайнаго волненія унять
^
Въ себѣ не могь, подавленъ думой новой.
Повсюду за своимъ проводникомъ
Покорно, слѣпо слѣдовать готовый,
,8
Я озирался съ трепетомъ кругомъ.
Когда прошли мы быстрыми шагами
Не малое пространство, то словами
Виргилія я остановленъ былъ.
Онъ мнѣ сказалъ, чуть поводя глазами:
—«Смотри ты внизъ. » Какъ рядъ могилъ
24
Намъ надписей не .мало завѣщаетъ,
Гдѣ человѣкъ съ уныніемъ читаетъ
Жизнь мертвецовъ, давно лишенныхъ силъ,
27
И подъ плитой могильной погребенныхъ,
Давно чудкими ставшихъ для земли,
Такъ точно вся дорога, гдѣ мы шли,
зо
Въ мѣстахъ совсѣмъ глухихъ, уединенныхъ,
Украшена была со всѣхъ сторонъ
Скульптурными фигура.ми. (Смущенныхъ
Очей съ нихъ не сводилъ я.) Тамъ былъ онъ,
Тотъ гордый духъ въ прекрасномъ изваяньи
Который былъ еще до мірозданья
3G
Прекрасней всѣхъ и чище сотворенъ г )
И свергнуть послѣ—гордое созданье!
Съ святыхъ небесъ, когда весь небосклонъ
з9
') Зд'Ьсь говорится о сатанѣ,
ангеловъ.
щ
зз
который
былъ
юо
когда-то совершен нѣйшимъ изъ сон.ма
Грозою наказанья разразился
И страшній громъ по небу прокатился.
Я увидалъ Бріаре '), что сраЖенъ
(
42
Когда-то былъ божественной стрѣлою.
Я увидалъ Тиморе я 2 ) подъ скалою,
Я увидалъ Паллады силуэтъ
45
И Марса самого изобраЖенье
Стоявшаго во всемъ вооруЖеньи
Вблизи отиа, согбеннаго отъ лѣтъ.
4g
Я увидалъ въ немаломъ удивленьи
Немврода 3) наконеиъ, и созериалъ
Какъ у безумной башни онъ стоялъ,
5,
Гдѣ гнѣва своего и нетерпѣнья
Безумеи,ъ предъ рабами не скрывалъ,
Которымъ онъ свое столпотворенье
54
Велѣлъ взводить. . . О, какъ печальна ты
Несчастная, нѣмая Ніобея 4].
Грусть матери таятъ твои черты
57
И ты стоишь, отъ горя цѣпенѣя
Въ кругу дѣтей убитыхъ. . . О, Саулъ! . .
На счастіе надеЖды не имѣя,
бо
На Жизнь свою съ презрѣньемъ ты взглянулъ
И взявши въ руки мечъ свой благородный,
Имъ самъ себя безъ Жалости проткнулъ
63
') Бріаре — сынъ Титана и земли у него было іоо рукъ и 5о головъ.
) Тибре—прозваніе Аполлона.
3
) Немвродъ — одинъ изъ безумныхъ строителей Вавилонскаго столпотворенія въдолинѣ
Сенаарской.
4
) Нгобея, дочь Тантала и ісена Амфіона. Поэтъ представляетъ ее окруженной своими убитылш дѣтьлш.
2
IQI
На той горѣ, куда не упадаютъ
Роса зарей и лѣтніе доЖди,
Гельбейскою—ту гору называютъ ' ) .
бб
Игривая Арахна, 2) подоЖди!
Тебя я узнаю не безъ причины:
Т ы стала паукомъ до половины,
б9
Наказана Минервой. Равоамъ!
Тебя я виЖу тоЖе, царь несчастный! 3 )
Но по твоимъ недвиЖимымль чертамъ
72
Теперь не пробѣгаетъ страхъ уЖасный,
Которой ты когда-то ошуиіалъ,
Когда ты бѣгствомъ Жизнь свою спасалъ
75
Отъ ярости народной. МоЖетъ статься,
Въ лицѣ твоелѵъ спокойнолѵъ и глазахъ
Теперь навѣки залѵеръ этотъ страхъ. . .
78
Вотъ и съ тобой пришлось лн'Ь увидаться,
Убившій мать свою родную, Алклѵеонъ, 4)
Мстя за отца, погибшаго на свЬтѣ.
8і
А вотъ они, Сенахериба дѣти, 5 )
Убившія во храмѣ, меЖъ колоннъ,
Родителя. Вотъ предо мною онъ,
s4
') Гора Гельбейская, на которой не бываетъ пи росы ни доЖдя по пророчеству Давида:
Montes Gelboe, перие ros, перие pluvia veniant super vos.
2
) Apaxna, вышивальщица ковровъ, думала состязаться съ Минервой, за что та превратила ее въ паука.
3
) Равоамъ, сынъ Соломона. Противъ него возмутилось одиннадцать трибъ.
4
) Алктёонъ, сынъ Амфіара. Извѣстно, что Амфіаръ, храбростью не отличавшійся,
спрятался, не Желая участвовать въ Ѳивской войнѣ, но былъ выданъ своей Женой Ерифиліей,
получившей за это предательство богатое платье въ награду. Алкмеонъ, Желая отомстить за
отца, убилъ мать свою и ея Же кровью заплатилъ ей за богатое платье.
5
) Сепахерибъ,
царь Ассирійскій, который собственными сыновьями былъ удушенъ
въ храмѣ во время Жертвоприношеній.
102
Могучій Киръ: то самое мгновенье
Я въ каменномъ постигъ изобраЖеньи,
Когда предъ Томирисои ') онъ стоялъ.
87
— « Т ы ЖаЖдалъ крови, крови ты алкалъ!»
Е м у она какъ будто говорила:
«Такъ упивайся кровью» и кинЖалъ
до
Въ грудь Кира эта Женщина вонзила. . .
Вотъ далѣе—толпа Ассиріанъ,
Покинувшая свой военный станъ
9з
По смерти Олоферна: выраЖали
Всѣ Лііца страшный уЖасъ безъ печали.
Вотъ Троя, наконецъ, передо мной
9б
Въ развалинахъ, гдѣ стѣны надъ стѣной
ЛеЖатъ въ обломкахъ. . . всюду разрушенье. . .
О, Иліонъ! Какъ много вдохновенья
9д
Въ себѣ худоЖникъ чудный тотъ хранилъ,
Который вѣрно такъ изобразилъ
Развашны и стѣнъ твоихъ паденье:
І02
Онъ тѣни, группы такъ располоЖилъ,
Что той картинѣ грозной и печальной
ХудоЖникъ даЖе самый геніальныи
ю5
Могъ втайнѣ позавидовать вполнѣ:
Живые люди въ этомъ изваяньи
Дышали словно, чудилось такъ мнѣ,
ю8
А мертвые въ своемъ посмертномъ снѣ
Дѣйствительно казались мертвецами. . .
Тотъ, кто смотрѣлъ, какъ кровь лилась ручьями
') Томириса,
скиѳская царица. Киръ былъ убитъ въ одножъ сраЖеніи со скиеалѵи.
юЗ
і,
і'
Подъ этими разбитыми стѣнами,
Событія того свидѣтель былъ,
Едва ли тотъ вѣрнѣе оцѣнилъ
Его весь смыслъ и весь урокъ кровавый,
Вѣрнѣи меня, стоявшаго предъ той
Картиною, такъ Живо величавой.
О, дѣти Евы! Горькою слезой
Вы щекъ своихъ пока не обливайте,
Не торопитесь никнуть головой,
Присутствія вы духа не теряйте:
О, Евы родъ! увидишь,—погоди —
Картинъ не мало новыхъ впереди,
Примѣровъ много наглости и злобы. . . .
МеЖъ тѣмъ намъ удалось уЖе пройти
Большую часть далекаго пути,
Что мнѣ замѣтло очень быть могло-бы
Въ другое время. Солнце уЖъ зашло
И такъ какъ время къ ночи уЖе шло,
И гуще, гуще сумерки спускались,
Т о далѣе смотрѣть мы не рѣшались
На новые скульптурные труды. . .
—«Теперь намъ медлить вовсе нѣтъ нуЖды,»
Сказалъ путеводитель мой маститый:
«Такъ голову повыше подними ты,
И изъ картинъ прекрасныхъ ни одна
Дорогу замедлять намъ не долЖна.
Для насъ другіе образы открыты.
Смотри, Господній ангелъ къ намъ идетъ,
Освободясь отъ всѣхъ дневныхъ заботъ.
Такъ пусть лицо и всѣ двиЖенья
104
Теперь иное примутъ выраЖенье.
Насъ ангелъ въ путь дальнѣйиіій поведетъ.
Исполненный предъ нилѵъ благоговѣнья,
)44
Теперь, лѵои сынъ, взгляни не небосводъ:
Потухшій день уЖь больше не вернется,
Намъ времени не много остается.»
, 47
Я понялъ, что намъ нуЖно поспѣшать
И путнику, какъ сынъ покорный словно,
Я •С"-ничего
не могъ въ отвЬтъ сказать
- -
і5о
И слушать былъ готовъ безпрекословно.
И БоЖій страЖъ къ намъ подошелъ тогда,
Мерцавшій, какъ въ часъ утренній, звѣзда,
і53
Въ своей одеЖдѣ легкой, бѣлоснѣЖной.
Я ангела услышалъ голосъ н'ЬЖный:
«Теперь за мной идите безъ труда!
.
і5б
Ступени здѣсь удобны и отлоги. . .
Но знайте вы: законы здѣсь такъ строги,
Что здѣсь одни избранники земли
159
Со мною быть и говорить могли. . .
О, слѵертные! . . Вашъ слѵѣлый духъ Желаетъ
Что бъ васъ на небеса перенесли,
162
А васъ самихъ малѣйшій вѣтръ качаетъ.»
Мы съ нимъ къ обрыву скоро подошли,
Гдѣ лѣстнііид вздыматься начинаешь.
Тутъ до чела коснулся лѵнѣ крылолѵъ
ібз
')
Путеводитель новый и потолѵъ
Сокрылся, путь счастливый намъ Желая.
,68
') Аыгел-Ь стеръ одну букву Г., написанную на челѣ поэта, который входит-ъ во второй
кругъ "Чистилища, гд'Ь очищаютъ ©тг> зависти.
ю5
14
Какъ на горѣ гдѣ церковь небольшая
Близь Рубикона древняго стоитъ ')
Есть лѣстница изъ старыхъ мшистыхъ плитъ
Такъ ко второму кругу склонъ идуціій,
Какъ лізстница, удобенъ и отлогъ. . .
Мы тихо шли и я разсльииать могъ
1
74
Хоръ голосовъ издалека поющій: 2 )
«БлаЖенны духом > нииие!» Тотъ хоръ
Ласкаю іиій и стройно такъ плывуіиіи,
Еиіе не позабылъ я до сихъ поръ.
'Чистилища картины созерцая,
И впечатленья Ада вспоминая,
і8о
Какъ я могу ихъ сравнивать? Сюда
Едва войдешь—какъ ты услышишь пѣнье,
А тамъ—стенанья, вопли и враЖда
i S3
Слышна въ слезахъ и въ крикахъ иступленья. . .
По лѣстницѣ я шелъ и сознавалъ,
Что преЖняго не вѣдалъ утомленья,
,86
1.'
Которое въ пустынѣ испыталъ,
Готовый падать, падать безпрестанно.
Виргилію невольно я сказалъ:
«Учитель! это чувство очень странно:
Какъ будто бы теперь съ меня снята
ТяЖелая, давившая плита:
189
w
ICJ2
*) Церковь Св. Маніата во Флорениіи, по соседству съ люстом'ь чрезъ Арно. Т у т ъ
Же Рубиконъ (отъ Рубиконте де Манде.ыо) подесты Флорениіи, который соорудили его въ
І2?7 1".
2
) К а к ъ передъ одерЖимьши гордостью поютъ гилшъ о «нищихъ> лухоліъ», такъ
и въ каЖдомъ кругіз «Чистилища» восп'Ьвается добродѣтель, противуполоЖная тому гр'Ьху
который наказывается въ томъ отд'Ьленіи.
юб
Усталость я свою позабываю,
II сила у лен я уЖе не та».
Онъ отвѣчалъ: « Я это понимаю.
Одна изъ буквъ, что посреди чела
Тебѣ внизу начертана была,
У Же снята; когда Жъ всѣ оста.іьныя
Сотрутся буквы страшныя, тогда
Познаешь наслаЖденья ты иныя
И будетъ для тебя совсѣмъ чуЖда
Усталость человѣка. » До чела я
Дотронулся рукой своей слегка
Въ той истинѣ увѣриться Желая,
И лишь шесть буквъ нашла .моя рука,
Шесть буквъ изъ тѣхъ, что страЖъ святой
ОдеЖдою блестящею покрытый,
На лобъ мой молчаливо налоЖилъ.
Минуту я въ раздумьѣ оставался,
А спутникъ мой тогда за мной слѣдилъ
И кроткою улыбкой улыбался.
07
П Ъ С Н Я ТРИНАДЦАТАЯ.
Данте вступаешь -во второй кругъ Чистилища, гдѣ очищаются отъ зависти, и въ этотъ
кругу встрѣчаетъ призраковъ, покрытыхъ власяницами и съ глазами, скрытыми подъ програжданку.
волочной сѣткой. Меоісду нити Данте находить Сапію, Сіенскую
ffe
Тропинка та, которою мы шли,
Окончилась и оба перешли мы
Втораго круга грань, гдѣ отъ грѣха земли,
Отъ зависти—несутъ родъ новой схимы
Живушде въ немъ призраки. Тотъ кругь,
Когда я озираться сталъ вокругъ,
Такимъ Же, какъ и первый, мнѣ казался,
Хотя не такъ, однако, былъ ширэкъ.
За спутникомъ я быстро подвигался,
Но изваяній каменныхъ не могъ
Найти нигдѣ, какъ въ первомъ отдѣленьи,
И лишь замѣтилъ только въ отдаленьи
Багровый и,вѣтъ суровыхъ, мрачныхъ скалъ. ')
Тогда путеводитель мой сказа іъ:
«Теперь намъ не помоЖетъ замедленье,
') Цвѣтъ,
означающей скупость.
Одно изъ жученіи призраковъ втораго круга
ю8
«а
15
закдю-
И если л\ы напрасно буде.нъ Ждать,
Что бъ кто нибудь намъ указалъ дорогу,
Т о мы, поЖалуй, моЖемъ запоздать,
Но позабудь напрасную тревогу,»
И повернувшись вправо, ясный взоръ
На солнце обратилъ онъ, въ разговоръ
3t
Вступая съ нимъ: «Великое свѣтило!
Надъ нами ты сіяешь съ давнихъ поръ,
Въ смущеніе ты насъ не приводило,
24
Указывая намъ правдивый путь;
Тепло и свѣтъ ты въ БоЖій міръ вносило
И я молю: для насъ, какъ преЖде, будь
Ты вновь руководителемъ безцѣннылѵь.
Когда того достойны мы!» Впередь
Я шелъ въ слѣдъ за поэтомъ вдохновеннылѵъ,
з0
И такъ былъ скоръ нетерпѣливый ходъ,
Что перешли, того не замѣчая,
Не малое пространство мы, старая
33
Желаніемъ все видѣть и узнать
Е щ е передъ собою не видали
. .
Мы никого, но все Жъ могли понять,
зб
Что милю насъ тЬ души пролетали,
Которыя здѣсь БоЖью благодать
ИзвЬдали. Мы голосъ услыхали:
39
«У нихъ вина нѣтъ!» г) Это восклицанье
Вблизи лѵеня лишь раздалось едва,
Какъ въ тотъ Же мигъ тѣ самыя слова
42
чается въ то.мъ, что они постоянно слышатъ крѵголѵъ себя пѣсни и слова, противоположн а я по своему характеру, ихъ пороку.
*) « J r пихъ пѣтъ тта!і> Слова Маріи, сказанныя Христу при брак'Ь въ К а н ѣ . Г а лилейской.
109
Далеко повторились, какъ роптанье
Невѣдомаго духа этихъ мізстъ.
Едва я перевелъ свое дыханье,
4з
Какъ новый крикъ услышалъ: «Я Орестъ»! ')
—О, мой огеиъ! сказалъ я, я теряюсь:
Я не могу понять, хоть и стараюсь,
48
Чьи это голоса? А въ этотъ мигъ
Когда умолкъ я, гдіь-то близко, снова
Я распозналъ довольно ясный кликъ:
5і
«Любите, зло творящихъ вамъ!» И слово
Поэта раздалось тогда въ отвѣтъ:
«Находимся въ томъ кругіз мы, гдЬ тізни,
s4
Отъ одного изъ смертныхъ прегрѣшеній
Оть зависти—порока преЖнихъ лѣтъ
ДолЖны здѣсь очищаться. Больше нѣтъ
з7
Для нихъ другихь терзающихъ мученій,
Какъ голоса карающихъ духовъ!
Смыслъ тізхъ неумолимо-страшныхъ словъ
во
Для зависти имѣетъ смыслъ обратный.
Но къ новымъ наблюденьямъ будь готовъ»,
ІТрибавилъ тихо воЖдь мой благодатный:
сз
«Смотри сюда и ты увидишь рядъ
Душъ, иль тѣней, на той скалѣ сидящихъ. . .»
Я обратиль въ ту сторону свой взглядъ
оо
И призраковъ увидѣлъ тамъ, носящихъ,
Подъ ивѣтъ камней по той гор'Ь леЖащихъ,
Багровый съ головы до пять нарядъ.
<з9
«Я Оргстъ» воспоминаніе или вѣрнЬе намекъ на друАбу Пиладп къ Орссгу.
HQ
Мы подходя ихъ пѣнье услыхали:
«Мать Господа, молись, молись за насъ!
За наши согрѣшенья и печали,
72
Молитесь всѣ святые! «Въ зтотъ часъ,
Когда ихъ гимнъ молящій разносился
Отъ словъ его навѣрно бъ прослезился,
7s
И самый черствый, грубый человѣкъ,
Слезы не проронивіиій цѣлый вѣкъ. . .
Т ѣ м ъ зрѣлиихемъ я сильно умилился.
у8
Когда Же къ нимъ мы блиЖе подошли
И различать яснѣе ихъ могли,
Заплакалъ я и влаЖныя рѣснииы
Отъ слезъ отяЖелѣли. Власяницы
Я на тѣняхъ печальныхъ различалъ
И каЖдый призракъ голову склонялъ
Къ плечу другаго. Такъ, полны смиренья,
Стоятъ слізпцы у входа въ «храмъ прощенья» ')
И подаянья, милостыни Ждутъ.
:g7
Чтобъ выразить свое имъ соЖал'Ьнье,
Заговорить я не різшался тутъ,
Но действовать старался на ихъ зрѣнье,
,до
Чтобъ по лицу и по моимъ черта иъ
Понятно имъ мое волненье было,
Но призраковъ, подобно всізмъ слізпцамъ,
^з
Судьба,—я видізлъ,—зрѣнія лишила
II не могли смотрѣть они на насъ:
Орбиты ихъ невидимыхъ на.\ѵъ глазъ—
') Эго зр'Ь.шихе люішо наблюдать и до сихъ
проіиенія» — иерковь.
«ДОЛІЪ
ш
поръ при входЬ въ храмъ
9в
въ ІІта.ии.
Желѣзной были сізткою покрыты:
Такъ коршуна глаза порой зашиты,
Затѣмъ, чтобъ онъ спокоенъ былъ всегда.
г
)
9д
Обиднымъ показалось мнѣ тогда,
Что видя ихъ, я вое Же былъ не въ силахъ
Вниманье пробудить въ тѣняхъ унылыхъ.
102
И къ спутнику, туманные отъ слезь
Я обратилъ глаза, но мой вопросъ
Онъ угадалъ, хотя предъ нимъ ни слова
ю5
Я въ этоть мигъ еще не произнесъ,
И молвилъ мнѣ: « Т ы съ ними побесѣдуй
Но моему совѣту только слѣдуй:
ю8
Будь кратко-выразителенъ въ словахъ.»
Виргилій въ это время возвышался
Надъ пропастью глубокой въ двухъ шагахъ,
1М
Такъ что казалось, мнЬ, онъ подвергался
Опасности—въ ту бездну соскользнуть,
А далѣе рядъ призраковъ являлся
1І4
И я не могъ безъ горести взглянуть
На ихъ глаза, закрытые повязкой,—
И слезы ихъ, подъ этой тяЖкой маской
Іі?
Лились ручьемъ. И я воскликнулъ такъ:
«О, призраки, поверЖенные въ мракъ,
И ЖаЖдущ,іе свѣта и прозрѣнья,
Вы, призраки, которыхъ помышленья
Направлены къ Познанью высшихъ благъ,—
Чтобъ поскорѣй достигнуть искупленья,
120
12
з
Коршунамъ и соколалѵь, которыхъ хоіятъ пріѵчитъ къ охот'Ь, зашивають глаза шелкол\т-. Во Франціи, гл'Ь подобная охота была въ лѵодЬ, поэтъ наблюдалъ ее.
112
Чтобъ каЖдый смутный помыселъ вашъ сталъ
Прозраченъ, чистъ, какъ дѣвственный кр и сталъ,
Когда прощенья скораго хотите,
Во илѵя Бога намъ вы объясните:
Здѣсь нѣтъ-ли итальянца среди васъ?»
—«О, милый братъ! Отечество для насъ—
Теперь одна небесная обитель;
Но, моЖетъ быть, Желаешь ты узнать
Кто былъ изъ насъ, какъ проходящій зритель,
Въ Италіи?» Я только могъ понять,
Что изъ толпы слова тѣ прозвучали,
Но кто произносилъ ихъ, угадать
Я въ силахъ былъ въ минуту ту едва-ли,
И только лишь единой тѣни видъ
И общая фигура мнѣ> сказали,
Что призракъ тотъ со мною говорить.
Откуда Жъ та догадка появилась?
Вы спросите. Она во мнѣ родилась,
Когда тотъ призракъ приподнялъ чело,
Что дѣлаютх-) слѣпые постоянно,
Когда услышать рѣчь они неЖданно:
Мнѣ только это знанье помогло.
И я сказалъ тогда: «О, привидѣнье!
Пусть для тебя срокъ долгій очищенья
Скорѣй пройдетъ, когда ты скаЖешь мнѣ,
Кто ты и родилось въ какой странѣ:
Я знать хочу твое происхоЖденье. »
И отвѣчалъ мнѣ призракъ не тая:
—«Узнай ты все: Сіенитянка я,
И зд'Ьсь прошедшій грѣхъ свой искупаю.
пЗ
Преступною была вся Жизнь моя.
Я Сапіей ') звалась и не скрываю,
Что съ злобою всегда родному краю,
^
Желала я возмоЖныхъ смутъ и бѣдъ.
Чтобъ не подумалъ ты, что я лукавлю,
Событіе одно минувшихъ лѣтъ
,sg
Теперь тебя прослушать я заставлю.
Послушай Же, какъ я преступно-зла:
УЖь на землѣ я много проЖила,
іб2
Когда мои сограЖдане при Іѵоллѣ
ПринуЖдены собраться были въ полѣ,
Передъ врагомъ, я небеса кляла,
іб5
Звала я Бога, грома пораЖенье
Въ какомъ-то непонятномъ изступленьи
На голову друзей своихъ звала.
Сбылось мое презрѣнное стремленье:
Сіениевъ станъ разбить былъ и бѣЖалъ,
А я. . . меня одну тогда сЖигалъ
171
Огонь какой-то радости уЖасной,
И изъ груди преступницы несчастной
Лишь вырвался одинъ безумный крикъ:
і 74
«Богъ, не боюсь тебя, хоть ты великъ!»
Не вѣдуя сама, что говорила,
На глупаго дрозда я походила,
, 77
Что въ первый день проснувшейся весны
УЖь думаетъ, что лѣто наступило.
Весь смыслъ, весь уЖасъ собственной вины
^о
*) Сапія—знатная Сіенская гражданка была заключена своими соотечественниками въ
КоллЬ. Когда Сіениы были разбиты и обращены въ бѣгство флорентинцами, Сапія безразсудно и преступно насм'Ьхалась надъ согражданами.
114
Лишь передъ смертью я сообразила,
Но помириться съ небомъ не могла,
Хоть у Творца просценія просила,
183
И даЖе здѣсь я, вѣрно-бъ, не была
Когда бы Петиногно
какъ на счастье,
Во мнѣ не принялъ полнаго участья
186
И за меня бы небо не молилъ.
Но кто Же ты, который говорилъ
Теперь со мной? Всю истину скаЖи ты! . .
,89
Я виЖу, что глаза твои открыты,
Что моЖешь ты, какъ смертные дышать. . .»
—«Мои глаза, спѣшилъ я отвѣчать,
192
Здѣсь будутъ такЖе сѣткою зашиты,
Но не теперь, въ другія времена. . .
Не завистью душа моя грѣшна
,95
Но тѣмъ гр'Ьхомъ, что въ первомъ отдѣленьи
Теперь находить муки очииценья:
Страдаетъ только гордостью она. »
г98
—«СкаЖи Же мнѣ, какъ могъ придти сюда ты?
Сказала тѣнь: кто могъ на эти скаты
Угрюмыхъ скалъ ввести тебя?»—«Онъ тотъ,
20 і
Который и теперь не покидаетъ
Меня, чтобъ вмѣстѣ шествовать впередъ. . .
Онъ говорить лишь только не Желаетъ;
204
Что Жъ до меня, во мнѣ еіце Живетъ
Духъ человѣка. . . Призракъ просвѣтленныи! . .
Когда въ тотъ міръ, міръ смертныхъ отдаленный,
207
') Петр-ь Петиногно, флорентинскіи пустынникъ, который молился за Сапію и безъ
его молитвъ она была бы только еще въ равнинахъ передъ Чистилиіцемъ.
П5
Я возвращусь, что долісенъ разсказать
Я о тебѣ? . .» Тѣнь молвила тогда мнѣ:
«Когда своей ногой на эти камни
2ІО
По волѣ Бога могъ ты наступать,
Т о ясно, что любимъ ты небесами,
И я о томъ могу лишь умолять:
2і3
Не позабудь меня, когда съ мольбами
Т ы обращаться къ Господу начнешь.
Е щ е прошу тебя, когда придешь
21 в
На землю ты и будешь Жить въ Тосканѣ,
То поклонись, напомни обо мнѣ
Моей семьѣ, знакомымъ и роднѣ:
21д
Они Живутъ въ народѣ, гдѣ граждане
Тщеславны съ незапамятныхъ времена:
Ихъ тѣшитъ Саламинскій Таломопъ, J)
222
Но будетъ стоить это обладанье
Имъ дорого, дорожке всѣхъ трудовъ
Потребныхъ въ наши дни для изысканья
225
Русла и неизвѣстныхъ береговъ
Діаны, перешедшей уЖь въ преданье. . .
Тамъ большее готово наказанье
22$
Для гордыхъ и тщеславныхт> моряковъ. »
') Сіениы съ большимъ трудомъ пріобрізли портъ Саламинскій въ Средиземномъ морѣ
и вообразили себя морской націей. Корабли венеціанъ, пизанъ, генуэзцевъ грезились имъ во
сн'Ь. Ихъ вельмоЖи вообраЖали себя адмиралами и мечтали, что ихъ флотъ достигнетъ береговъ Африки и даЖе Босфора. Поэтъ намекаетъ на то, что эта тщеславная нація потеряетъ болѣе времени и издерЖекъ на поддерЖаніе своей морской славы, неЖели на отысканіе
Діаны. Діана рѣка, которая когда-то текла у г. Сіены, Жители котораго очень долго и безполезно ее отыскивали.
С^У^^И^ь^
пб
ГГВСНЯ Ч Е Т Ы Р Н А Д Ц А Т А Я .
ПродолЫсенге круга, гдѣ наказывается зависть. Данте встречается съ Гвидо дглъ
де Бритинаро и съ Ринъеро.пъ да Гальболи
Романскитъ.
уИ
>Р
Дюкл
то тотъ, кто съ налш двиЖется впередъ
И въ гору поднимается за налѵи,
Хотя онъ дышитъ, слютритъ и Живетъ,
з
Какъ всякій сліертный?»—«Съ тѣми Же словами
Къ тебѣ я обратиться самъ готовъ:
Не вѣдую я салѵъ, кто онъ таковъ,
б
Но виЖу я, что въ зтотъ кругъ явился
Онъ не одинъ. СкаЖи, чтобъ онъ рѣшился
Къ намъ подойти, попробуй попросить,
Чтобъ съ налѵи люгь онъ въ разговоръ вступить,
Но попроси объ этолѵь остороЖно,
И онъ налгь не откаЖетъ, если люЖно. . .»
9
12
Такъ говорили тѣни меЖъ собой,
Одна къ другой по-друЖески склоняясь.
Интересуясь странника судьбой,
П7
is
Тѣнь первая сказала, распрямляясь:
—«О, ты, душа, не кинувшая плоть,
Идущая туда, гд'Ь самъ Господь,
Въ величіи небесномъ засѣдаетъ,
Сказки — кто ты? Насъ много удивляетъ
Высокая та милость, что ведетъ
Тебя на верхъ: изъ насъ никто не знаетъ
Подобнаго примѣра. » Я сказалъ:
—«Среди Тосканы рѣчка протекаетъ,
Которая изъ Фальтеронскихъ
скалъ
Беретъ свое начало. Родился я
Близь тоід рѣки. Напрасно бы вамъ сталъ
Разсказывать, кто я таковъ. Земная
Моя извѣстность въ мірѣ неваЖна:
Славнѣишія найдутся имена
И съ ними я не думаю равняться.»
Но снова тѣнь мнѣ задала вопросъ,
Къ намъ блиЖе начиная подвигаться:
«Когда тебя понять мнѣ удалось:
Т ы объ Арно сказалъ намъ безъ сомнѣнья?»
Замѣтило другое тутъ видѣнье:
—«Зачѣмъ рѣки названье онъ скрывалъ?
Лишь только то скрываютъ, вѣроятно,
О чемъ воспоминанье непріятно. »
Но первый призракъ снова отвѣчалъ:
« Я этого не знаю; есть причина,
Однако, думать мнѣ, что та долина,
!
) Здѣсь нуЖно собственно разуметь одну гору (Фалътерона) въ Аппенинахъ во Ф
ренціи, отъ которой оторвался Пелоро, ліысъ Сициліи. Поэтъ слѣдуетъ толіу лшѣнію др
нихъ, что Сицилія съ ІІталіей составляли одинъ континентъ.
іі8
Гдѣ эта рѣчка быстрая бѣЖитъ,
Всегда достойна полнаго забвенья:
Отъ самаго истока, гдѣ леЖитъ
45
Е я русла широкое теченье,
Отъ той горы, гдѣ моремъ сорванъ былъ
ГІелора мысъ, до мѣстополоЖенья
4g
Гдѣ Солнца Жаръ всѣ воды изсушилъ,
Въ густыя обнаЖивъ ихъ испаренья
И гдѣ рѣкой вновь зелию затопилъ,
5,
Въ той мѣстности всѣ Жители бѣгутъ
Отъ добрыхъ дѣлъ, какъ отъ змѣи зловредной,
И добродѣтель самую клянутъ.
54
Одинъ порокъ, одинъ развратъ побѣдный
Тамъ властвуетъ. Какъ гадины Живутъ
Долины той граЖдане, словно тутъ
<
5?
Сама Цирцея ') зельемъ отравленнымъ
Испортила ихъ соки и ихъ кровь.
Т а м ъ , далѣе, гдѣ рѣчка мчится вновь,
бо
ГІо берегамъ роскошнымъ и зеленымъ
Жилиш,а непотребныя стоятъ
Развратныхъ сластолюбце въ 2 ). . . О, сто кратъ
б3
Имъ лучше бы Животными раЖдаться,
Которымъ въ пи илу Желуди нуЖны,
Ч ѣ м ъ тѣломъ человѣческимъ питаться,
бб
*) Цирцея, дочь Дня и Ночи, отравивъ своего лѵуЖа короля сарматскаго, основала своз
лѣстопребываніе на островѣ Оси, куда попалъ Улиссъ, и она, чтобъ задгрЖать его, превратила всю его свиту въ волковъ и ліедвѣдей чрезъ посредство своего волшебнаго зелья.
2
) Обитатели Казентины. Предполагаютъ, что Данте налѵекаетъ на графэзъ Гюиди, людей
сластолюбигыхъ и развратныхъ.
119
Что дѣлаютъ къ позору всей страны
Они давно. . . Теченье продолЖая,
БѢЖитъ рѣка, но на пути встрѣчая
б9
Озлобленныхъ и бѣшеныхъ собакъ,
На нихъ она разгнѣвалася такъ,
Что, направленье разолѵъ измѣняя,
72
Отъ нихъ скорѣй уносится она;
Но далѣе, гдѣ рѣчки ширина
Становится замѣтною, тамъ прямо
7ъ
Та грязная, помойная та яма
Встрѣчаетъ псовъ, принявшихъ видъ волковъ. . .
Пробивъ ущелья горныя упрямо,
МеЖду крутыхъ скалистыхъ береговъ
Рѣка потомъ встречается съ такими
Лисицами, что хитростію съ ними
8і
Соперничать едва-ли бы кто могъ.
О т'Ьхъ мѣстахъ проклятыхъ не устану
Я говорить, преслѣдуя порокъ;
84
Е щ е донынѣ гнѣвъ мой такъ Жестокъ,
Что противъ нихъ, пока позволить Рокъ,
Я рѣчи возвышать не перестану,
87
И если здѣсь найдется хоть одинъ
Вблизи Арно Живущій обитатель,
То пусть узнаетъ этотъ граЖданинъ,
Все то, что духъ, какъ высшій прорицатель,
Повѣдалъ мнѣ. . . Я виЖу, какъ твой сынъ, ')
Волковъ неутомимѣйіиій каратель
9з
') Псы или шапки, Жители Ареццо. Собаки превратившееся въ
волковъ—флорентинцы,
названные такъ за Жадность и Жестокость. Хгітрыя лисицы — Пизанцы. Говорящая тѣнь —
Гвидо дель Дюкъ ди Бретиноро. Она обращается къ призраку Рипьеро ди Гальболи ди Фоали.
120
Ихъ стадо смізло на берегъ согналъ
И, обративши въ бѣгство, убивалъ,
Ихъ какъ Животныхъ старыхъ продавая. ')
9б
Не мало Жертвъ и Жизней истребляя,
Онъ благородный подвигъ совериіалъ,
И кровью лѣсъ печальный обагряя, 2 )
д9
Такой ударъ нанесъ ему, что онъ
Въ тысячелѣтье цѣлое едва-ли
Поправится, печалью отягченъ. »
І02
Какъ человѣкъ, котораго пугали,
НеЖданн ыя опасности въ пути,
Другая тѣнь стояла и почти
ю5
Съ слезами за разсказомъ тѣмъ сліздила.
Пророчества той тѣни и печаль
Другой души, все это такъ смутило
I0g
Тогда меня, что было-бы мнѣ Жаль,
Когда бъ узнать я былъ не въ состояньи
Ихъ имена. Невольное Желанье
,,,
Двумъ призракамъ спізшилъ я передать,
И призракъ, говорившій предсказанья,
хМнѣ далъ отв'Ьтъ: « Т ы хочешь то узнать,
1І4
О чемъ ты самъ хранишь теперь молчанье.
Но такъ какъ неба свѣтъ и благодать
Сошли къ тебѣ, не буду я скрывать,
ІІ?
Говоря: «твои сынъ выгналъ волковъ на берегъ рѣки», тЬнъ разум'Ьетъ Фульціери ди Галъболи, сына Риньеро, который, сделавшись подестой Флоренціи въ 1З02 году, благодаря подкупамъ партіи Черныхъ, вел'Ьлъ умертвить главныхъ представителей партіи БѢльіхъ.
') Разъясненіе этой фразы см. въ X V пѣснѣ «Чистилища», гдѣ Данте спрашиваетъ о
ней спутника и тотъ ему разъясняетъ свои сюва.—Намекъ поэта, что Фульціери поступилъ
съ партіей Бѣлъгхъ, какъ поступаютъ съ старыми быками.
2
) Печальпьій лЬсъ — Флорениія.
121
ДАНТЕ.
II.
6
Не стану на отвѣты я скупиться.
Передъ тобой стоитъ Гвидо дель Дюкъ.
Я завистью успѣлъ такъ заразиться,
"Что всякій разъ, когда случайно вдругь
Я узнавалъ про благосостоянье
Другаго, то впадалъ въ негодованье,
|20
*
12 з
И приходилъ въ неистовство. И вотъ
Посѣянныхъ сѣлѵянъ достойный плодъ! . .
О, люди! . . Для чего вездѣ, всегда вы,
І2б
\
Т о въ Жизни начинаете любить,
Что вредно и для чести и для славы,
Что на зелѵлѣ мѣшаетъ мирно Жить. . .
12д
Другой Же духъ Риньворо, и его-ли
Не восхвалятъ фамиліи Гальболи:
Фамилія та Жалкая всегда
і32
ДолЖна его величьемъ быть горда.
МеЖь рѣчкой По и той горой высокой,
Гдѣ поселился нынче зтотъ родъ,
,35
Во тьлѵѣ такихъ пороковъ онъ Живетъ,
Что только съ корнемъ вырвать стало моЖно
То древо родословное, и Ждетъ
^8
Его погибель. . . Лючіо. . . х) О, гдѣ ты?
Гдѣ вы теперь, давайте мнѣ отвѣты
Монарди, Траверсаро? Наконецъ,
І4І
*) Лючіо ди Вадьбони—честный гразкданинъ того времени.—Арриго Монарди—тоЖе.—
ІІетръ Траверсаро, владѣтелъ Равенны, дочь котораго была замуЖелѵь за Этьеномъ, королемъ Венгріи.—Гвидо ди Карпинго, изъ Монтефельтро.— Кузнецъ, здѣсь поэтъ налѵекаегь
на Лалібертачіо, который изъ кузнеи,а сдѣдался вельмоЖей. Остальныя знатныя фамиліи въ
Равеннѣ.
Гдѣ Гвидо де Карпинго? . . Вся Романья
Обращена, какъ. будто въ наказанье
Въ орду рабовъ съ тѣхъ поръ, когда кузнеиъ
І44
Достигъ въ Болоньѣ почестей и званья
ВельмоЖи первокласснаго, — когда
Прославился безъ всякаго труда,
, 47
Т ы , Бернардинъ ди Фоско! . . Я рыдаю,—
Не удивляйся ты моимъ слезамъ,—
Когда я о Тосканѣ вспоминаю,
tso
И мысленно перено шуся къ вамъ —
Гвидо ди Прачъ и Уголино Аззо;
Къ вамъ, битвъ не проигравшіе ни разу,
^з
Разбивіиіе весь Травезарскій родъ
И Фридриха Тигнозо. . . Эти расы,
Увы, теперь полны другихъ заботъ
(5б
И храбрость предковъ древнихъ потеряли.
Я плачу за гра>кданокъ и гра>кданъ,
Которые все время отдавали
:59
Любовнымъ похоЖденіямъ: былъ данъ
Имъ всѣмъ удѣлъ любви и наслаісденья
И послѣ всѣхъ заботъ—отдохновенье.
, б2
О, Бретиноро!
Какъ ты не упалъ,
Въ развалины какъ ты не обратился,
Когда владѣлеиъ знатный твой бѣЖалъ. . .
юз
1
) Бретиноро — дворецъ въ Роліаньи. Поэтъ обращается къ не.иу въ слѵысдѣ соЖалѣнія: зачѣлѵъ ты не разрушился, когда твои владѣтели погибли. — Багнаковалло и Кастрокаро—замки въ Романь'Ь.— Коніо тоЖе замокъ.— Пагани—фамилія въ Иліолѣ. Одинъ изъ
членовъ этой фажиліи за свою злобу былъ называем ъ дьяво.юмъ.— Уголино ди Фантоли,
благороднѣйшій изъ фаэнцевъ (Vellutello).
12З
16*
Багнаковалло! Стоишь ты похвалъ,
Что изъ развалинъ вновь не возродился
И никому пріюта не давалъ.
168
Приблизиться лишь стоитъ къ Кастрокаро,
Чтобъ всѣхъ пороковъ тамъ не сосчитать,
Достойныхъ, чтобъ на нихъ спустилась кара;
i7t
А къ Коніо когда ты подойдешь,
Т о тамъ пороковъ болѣе найдешь. . .
Когда падутъ отъ одного удара
г 74
Всѣ эти гнѣзда, только лишь тогда
Поднимется фамилія Пагани,
Но и ея блестящая звѣзда
177
Меридетъ передъ нами, какъ въ туманѣ,
И никогда запятнанный уЖь родъ
Съ себя кровавыхъ пятенъ не сотретъ.
і8о
А ты, ты, Уголино ди Фонтолли!
Тебя пусть страхъ напрасный не гнететъ:
Не униЖался ты до низкой роли,
,83
И ничего мы не могли узнать,
Что въ состояньи честь твою марать. . .
Такъ Жалкое влачитъ существованье
,86
Тоскана вся, и бѣдствія страны
Родитъ во мнѣ такое состраданье,
Что горькихъ слезъ глаза мои полны,
r8g
И увлеченный силою рыданья,
Я болѣе способенъ слезы лить,
Ч ѣ м ъ о странѣ несчастной говорить. »
192
Мы оба въ это время сознавали,
Что призраки уходъ нашъ замѣчали,
Когда Жъ остановились мы, тогда
IQ5
124
Насъ увѣрять видѣнья эти стали,
Что далѣе пройдемъ мы безъ труда.
Дорогою, которую искали,
УЖе впередъ направили мы шагъ,
Какъ услыхали голосъ чей-то; такъ
Онъ громокъ былъ, что мнѣ тогда казался,
Что это громъ небесный раздавался:
«Пусть тотъ, кто, наконеиъ, меня найдетъ,
Пусть тотъ меня безъ Жалости убьетъ. . . J )
И голосъ смолкъ. Но вслѣдъ за крикомъ снова
Я вздрогнулъ вдругъ оть голоса другаго,
Онъ тоЖе былъ силенъ, какъ БоЖій громъ.
Тотъ грозный крикъ насъ повѣстилъ о томъ:
«Взгляните на меня: теперь скала я,
А преЖде было имя мнѣ: «Аглая.» 2 )
Къ пѣвцу я подошелъ тогда, и онъ
Сказалъ мнѣ, въ размышленье погруЖенъ,
И на меня серьезный взглядъ бросая:
«Судъ совѣсти, суровый какъ законъ,
Міръ долЖенъ охранять безъ затрудненья
Отъ всякаго грѣха и заблуЖденья,
А человѣкъ къ соблазнамъ склоненъ такъ,
Что рвется прямо въ бездну преступленья,
Гдѣ демонъ, человѣка вѣчный врагъ,
'} Эта фраза, произнесенная Каиномъ послѣ убіиства:—Omnis qui invenerit me, occidet me (Genese, IV, v. 14).
2
) Аглая, дочь Kekponca. Она обѣщала покровительствовать любви Меркурія къ своей
сестрѣ Герзеѣ, но Паллада наполнила ее сердце такою ревностью къ Герзеѣ, что она поссорила ихъ.
137
Погибель человѣку разставляетъ. . .
Людей къ наградѣ небо призываетъ,
Сокровища готовя вѣчныхъ благь,
А вы съ земли—обители порока,
Не сводите своихъ несчастныхъ глазъ,
И вотъ за то, безумиы, такъ Жестоко
Себѣ вы казнь готовили не разъ.»
пб
ПЪСНЯ
ПЯТНАДЦАТАЯ.
Данте раз сказываешь, какъ апгелъ показалъ ему дорогу ъъ третьи кругъ, гдѣ наказывается
злоба.
Тамъ поэты были удивлены дымомъ, который мѣіиалъ имъ смогпрѣтъ.
Восхитительное видѣніе Данте.
уѵ>кь солнце то пространство пробѣЖало, ')
Которое къ тому его вело,
Чтобы оно въ ту сферу перешло,
Гдѣ все въ двиЖеньи вѣчномль трепетало.
Чистилище Венера освѣщала
II полночь на землѣ была въ тотъ часъ.
.Мы шли къ закату; солнце такъ сверкало,
Что не могли не закрывать мы глазъ. . .
Тогда въ выси замѣтилъ я, дивясь.
Какое-то чудесное сіянье,
Котораго постичь я не умѣлъ,
И глядя на него лишь цѣпенѣлъ
И весь я превратился въ оішданье;
Рукою я лицо свое закрылъ,
Чтобъ зтотъ свѣтъ не такъ меня палилъ.
') Солнце еще три часа долЖно было оставаться надъ горизонтомъ.
127
Какъ солнца лучъ, иль въ морѣ отраженный,
Иль въ зеркалѣ, сіяетъ и блеститъ,
И въ самомъ отраЖеніи горитъ
jg
Какъ въ небесахъ, изъ тучи отдаленной,
Такъ тотъ необъяснимый, странный свѣтъ
Былъ ярокъ. Лишь учителя отв'Ьтъ
2І
Могъ вывести меня изъ затрудненья:
— «О, мой отецъ! воскликнулъ я тогда:
Что значить это странное явленье,
24
Навиданное мною никогда?
Оно, невыносимое для взора,
Я виЖу, приближается къ намъ скоро.
27
И отвѣчалъ мой спутникъ: «Не дивись
Т о м у , мой сынъ, что ты не въ состояньи
Постичь вполніз небеснаго посланья,
3о
И предъ его величьемь преклонись.
Сюда слуЖитель Бога благодатный
Спускается, покинувъ неба высь,
33
И подарить насъ вѣстью онъ пріятной,
Дорогу указавъ обоимъ намъ
Къ священнымъ и боЖественнымъ мѣстамъ.
Зб
Настанетъ скоро чудное мгновенье,
Когда его ты моЖеиль созерцать,
И даЖе въ состояньи вопрошать.
Зд
Такое счастье рѣдко, безъ сомнѣнья,
На долю смертныхъ моЖетъ выпадать. .»
Когда Же лучезарное видѣнье
42
Приблизилось, то обратилось къ намъ:
«Идите оба вы въ то отдѣленье,
И странствовать вамъ легче будетъ тамъ,
4ь
128
Чѣмъ въ отдѣленьяхъ первыхъ. » Мы взошли
И голоса поюшде вдали
До насъ въ минуту эту долетізли:
48
«БлаЖенны милосердные всѣ>», пѣли,
И «Радуйся, о ты, кто поб'Ьдиль!»
Мы шли одни; за нами не сл'Ьдилъ
51
Изъ призраковъ никто. Въ минуту эту
Я поЖелалъ вопросъ задать поэту,
Чтобъ онъ мое сомнѣнье разрѣшилъ,
54
Которое тогда меня смутило,
Когда мы проходили кругъ второй.
Къ п'&виу я обратился той порой:
57
«Значеніе, сказки, какое было
Въ словахъ души, что нѣкогда ісила
Въ Романьи 2 ): эта тѣнь намекъ дала
бо
О тѣхъ помѣхахъ къ зкизни безконечной,
Которыя находимъ на землѣ. . .
Такъ о какомъ она сказала злѣ?»
63
Тогда мой спутникъ, въ правдіз безупречный,
Отвѣтилъ мніз: «Теперь вполнѣ постигъ
Тотъ призракъ, какъ узкасенъ и великъ
бб
Грѣхъ, нѣкогда имъ овладѣвшій ісадно. . .
О счастьѣ мысль всегда для васъ отрадна,
А меісду тѣмъ, чѣмъ болѣе людей
б9
Его извѣдать зкаісдетъ и зкелаетъ,
То тізмъ труднѣй до иѣли достигаетъ,
Подъ игомъ тяготя ш,ихъ ихъ страстей,
72
*) «Бла;кенны милостивые!» эти слова произносили ангелы.—«Радуйся тотъ, кто поб'Ьдилъ!» слова Іисуса Христа (Мате. гл. V.)
2
) Духъ изъ Родѵаньи—Гвидо дель Дюкъ. (См. пѣснь XIV «Чистилищ,а».)
129
ДАНТЕ.
II.
Т ѣ м ъ меньше, незначительнее доля
Ихъ счастія. Грѣхи—вотъ ихъ неволя,
Ихъ зависть—заЖигаетъ въ Жилахъ кровь. . .
75
Когда бы въ васъ сильна была любовь
Къ небесному блаженству, то едва-ли
Тому грѣху вы душу бъ отдавали
78
И плоть свою,—и въ БоЖьемъ мірѣ тотъ,
Который къ счастью этому стремится,
Тотъ непременно въ лучшій міръ взойдетъ,
8і
Чтобы блаЖенствомъ райскимъ насладиться. »
Но спутника спросилъ я въ свои чередъ:
—«Учитель мой, но какъ Же то случится:
84
Вѣдь доля счастья моЖетъ уменьшиться
Скорѣе тѣмъ, чѣмъ болѣе людей,
Великихъ добродѣтелыо своей,
87
Его достойны будутъ!» Не безъ страха
Я спутника отвѣта оЖидалъ.
И онъ сказалъ тогда мнѣ: «Ты сынъ праха!
90
Понятьями земными зараЖенъ
Т ы судишь по земному и законъ,
Святыхъ небесъ еще не постигаешь.
93
Моимъ словамъ правдивымъ ты внимаешь,
И хоть ихъ смыслъ яснѣе, чѣмъ кристалъ,
Но все Же ты въ недоумѣнье впалъ
9б
И что понятно—ты не понимаешь.
СкаЖу одно—такъ продолЖалъ поэтъ:
Т о счастье—безконечно, какъ и свѣтъ,
99
Границъ небесному блаЖенству нѣтъ.
* Какъ солнца лучъ, когда оно проглянетъ,
И освѣщаетъ больше и Живитъ
102
іЗо
Все то, что на поверхности леЖитъ,
Такъ счастіе небесное стремится
Скорѣе къ тѣмъ, кто болѣе молиться
И порываться къ счастію привыкъ.
Т а м ъ , выше, есть счастливыя видѣнья:
Ч ѣ м ъ больше просвѣтляется ихъ ликъ
БлаЖенствомъ тѣмъ, тѣмъ больше благодать
Они въ себѣ способны отраЖать
Какъ въ зеркалахъ и грѣютъ этимъ свѣтомъ
Е щ е другихъ. Но если и теперь
Не успокоенъ ты моимъ отвѣтомъ,
То убедишься скоро ты, повѣрь,
Увидѣвъ Беатриче
Всѣ сомнѣнья
Она въ тебѣ разсѣетъ и смиритъ
При первомъ благодатномъ появленьи.
Теперь идемъ мы дальше. Предстоитъ
Е щ е тебѣ небесное прощенье
Въ пяти грѣхахъ: двухъ буквъ изобраЖенья
УЖь на твоемъ лицѣ не виЖу я. . .»
Виргилія за то благословляя,
Что просвѣтить старался онъ меня,
2
)
Вступилъ я въ новый кругь, гдѣ, умолкая,
Сталъ впечатлѣніи новыхъ оЖидать.
И чудное видѣнье созерцая,
Умѣрилъ шагъ: я началъ различать
Храмъ предъ собой, гдѣ люди находились. . .
Во храмѣ двери тихо отворились:
*) Поэтъ упоминаетъ о Беатриче, которая явится въ концѣ поэмы.
) На чедѣ поэта уЖе были стерты двѣ символическія буквы Г.
2
ІЗІ
И Женщина, какъ любящая мать,
Съ волненіемъ и нѣЖностыо сказала:
«Мои милый сынъ, съ отиомъ тебя искала
і3а
УЖь я давно, скрывая мой испугъ. » г)
Когда Же мать во храмѣ замолчала —
Храмъ и о н а — в с е скрылось разомъ вдругъ,
, 35
И Женщина другая тамъ явилась,
Какъ бы Жестокой скорбью смущена,
Съ печалью затаенною склонилась
l3g
И, наконеиъ, сказала такъ она:
«О, если наш имъ городомъ ты правишь,
Просить себя ты долго не заставишь:
, 4І
Наіиъ городъ силы высшія хранятъ,
Искусства въ немъ, науки проивіьтаютъ,
И ты обязанъ, долЖенъ, Пизистратъ, 2 )
Быть мстителемъ: пусть граЖдане узнаютъ,
Что ты тому пощады не давалъ,
Кто нашу дочь публично иѣловалъ:
Своими задуши его руками.»
И тотъ, который рядомъ съ ней стоялъ,
Съ такими обратился къ ней словами:
Х50
«Когда долЖны карать мы тѣхъ подчасъ,
Которые всегда любили насъ,
То какъ Же съ тѣми будемъ обращаться,
,53
') Слова Богоматери, когда Она нашла Сына въ храмѣ, приведены, какъ примѣръ смиренія. Здѣсь эти примѣры являются не въ вид'Ь изваянныхъ въ скалахъ фигуръ и группъ,
но проходятъ передъ Данте въ видЬніяхъ, которыя видны только ему одному.
2
) Жена Пизистрата уговаривала му^ка отмстить за безчестье, нанесенное ихъ дочери
однимъ молодымъ аѳиняниномъ, который поцѣловалъ ее публично.
1З2
Которые всю Жизнь свою стремятся
Намъ дѣ.іать зло?» ') Я дальше разсмотрѣлъ
Видѣніе другое: сотни стрѣлъ
Въ грудь юноши съ проклятьемъ направляя,
Толпа людей б'ЬЖала, восклицая:
«Смерть, смерть ему!» Тогда я увидалъ,
Какъ, на смерть пораженный, онъ упалъ,
Свои глаза на небо устремляя,
И небеса съ любовью умолялъ,
Чтобы убійцы не были казнимы. . .
И далѣе и далізе пошли мы,
Но такъ какъ я въ то время походилъ
На соннаго, который лишь открылъ
Свои глаза, то мнѣ сказалъ Виргилій:
«О, что съ тобой? Иль безъ большихъ усилій
УЖе не моЖешь ты идти впередъ?
Ты съ полверсты съ закрытыми глазами
Шатаясь шелъ, какъ пьяный лишь идетъ. »
«О, если,—я воскликнулъ,—небесами
Разрѣшено о томъ мнѣ говорить,
Что видѣлъ я, усталыми ногами
Едва владѣя, радъ я объяснить
Тебѣ все то, что, полонъ удивленья,
Я созерцалъ какъ будто въ сновидізньѣ.»
И отвѣчалъ мой спутникъ въ тотъ Же мигъ:
«Такъ затемненъ былъ твой открытый ликъ,
Такою пеленою закрывался,
') Св. Этьен-ь.
іЗЗ
Что я, мой сынъ, возможности лишался
Въ твоемъ лицѣ всѣ помыслы читать
И отъ меня ты долЖенъ все скрывать,
,8з
Что видѣть одному тебѣ случилось.
Когда тебѣ видѣніе явилось—
Обязанъ ты о видѣнномъ молчать,
^б
Отъ свѣтлыхъ водъ мысль каЖдую скрывая,
Отъ свѣтлыхъ водъ сбѣгаюиіихъ изъ рая.
Вотъ почему я не Желалъ узнать,
,89
Какія переЖилъ ты ои±уименья:
Такъ поступило-бъ каЖдое видѣнье,
Которое той плоти лишено,
і 92
Что носятъ въ мірѣ смертные давно:
Всѣ призраки имѣютъ только зрѣнье.
Съ тобой Же рѣчь я потому завелъ,
jg5
Чтобъ ты бодрѣй, походкой твердой шелъ.»
Такъ до ночи мы дальше подвигались
И мѣстность разглядѣть кругомъ старались,
Когда склонялось солнце на закатъ. . .
Вдругь черный дымъ столбами сталъ взиваться,
Распространя мракъ одинъ и смрадъ,
Ід8
2оі
И началъ къ намъ все блиЖе подвигаться,
Сталъ ѣсть глаза, дыханье затруднилъ
И чистый воздухъ тьмою затопилъ:
Невольный страхъ во мнѣ сталъ пробуЖдаться.
1З4
204
П Е С Н Я ШЕСТНАДЦАТАЯ.
Данте встречается въ третъемъ кругу съ тѣнями, преданными грѣху злобы. Маркъ Аомбардъ, благородный вепеиіапеі£ь. Онъ объясняешь, что тѣ грубо ошибаются, которые предполагаютъ, что всѣми нашими дѣйствіями руководило
небо.
>^|^ьма тартара съ его бездонной бездной,
ѵ*!!^ Таинственный и непроглядный мракъ
Безмолвной ночи темной и беззвѣздной
Быть не могли темны узкасно такъ,
Какъ теменъ сталъ кругъ новый передъ нами.
Дымъ поднимался черными волнами
И ничего я разглядѣть не могь,
Что было въ двухъ шагахъ передъ глазами.
Мой спутникъ, подойдя ко мнѣ, извлекъ
Меня изъ тьмы нахлынувшихъ сомнѣній,
И предлоЖилъ мой путеводный геній,
Чтобъ на его плечо я, какъ слѣпецъ,
Довѣрчиво тогда облокотился,
Затѣмъ чтобы въ пути не заблудился,
Иль не наткнулся въ тьмѣ той, наконеи,ъ,
і35
15
На что нибудь, препятствіе встрѣчая.
Я слѣдовалъ за нимъ въ глубокой тьмѣ,
Рѣчамъ путеводителя внимая,
,8
И какъ кругомъ, такъ и въ моемъ у м ѣ ,
Царила тьма. Учитель обратился
Тогда ко мнѣ: «Чтобъ ты съ пути не сбился,
2[
Т ы отъ .пеня не долзкенъ отставать». . .
И голоса я началъ различать:
БоЫсестгзепнаго Агнца ') умоляли,
24
Чтобъ Онъ имъ миръ и милость даровалъ,
И отъ грѣховъ земныхъ ихъ очиш,алъ.
Одной мольбой тѣ голоса звучали,
27
И тихо я Виргилію сказалъ:
«Не души ли поютъ тамъ, въ отдаленьи?»
— « Т ы правъ,— путеводитель отвѣчалъ:
Зо
«Земнымъ грѣхомъ ихъ было озлобленье,
И отъ него они теперь долзкны
Очиститься». Въ то самое мгновенье
зз
Раздался чей-то голосъ съ крутизны:
и Сказки кто ты, о насъ такъ говорящей,
Какъ будто ты пришелъ изъ той страны,
зо
Гдѣ міръ зкивыхъ, могилы не познавшій,
Все время на календы діьлитъ 2 )». . . Мнѣ
Сказалъ мой возкдь, меня не покидавшій:
з9
«Спроси его: по этой крутизнѣ
Возмозкно ли намъ на гору пробраться.
Спроси его: онъ знаетъ, мозкетъ статься. . .»
42
') «Ессе agnus Dei» (Іоаннъ, і, 29).
) Римляне дѣлили время на календы.
какъ Житель земли».
2
Въ этомъ случаЪ смыслъ тотъ: « Т ы говоришь,
ізб
И началъ такъ: «Безвѣстный духъ? . . Когда
Сошелъ для очищенья ты сюда,
Чтобъ полнаго прощенія доЖдаться
4з
И стать у трона ВЬчнаго Твориа,
Т о пусть твои исполнятся стремленья,
Всѣ сбудутся Желанья до конца,
4s
Лишь блиЖе подойди ко мнѣ, видѣнье». . .
Духъ отвѣчалъ: «Могу я подойти,
Насколько позволяетъ разрѣшенье
5і
Мнѣ приближаться къ смертнымъ на пути,
И если дымъ, который начинаетъ
Все болѣе густѣть, намъ помѣшаетъ
з4
Другъ друга разсмотрѣть на этотъ разъ,
То наши рѣчи сблизить могутъ насъ». . .
Отвѣтилъ я: «Такъ пусть Же тѣнь узнаетъ,
57
Что я подъ оболочкою земной,
Которая отъ смерти исчезаетъ,
Сюда пришелъ чрезъ страшный міръ иной,
бо
Міръ скреЖета и плача и печали. . .
Когда самъ Богъ мой путь благословилъ
И небеса мнѣ разрѣшенье дали,
бз
Чтобъ я, какъ исключеніе, вступилъ
Въ великія, свяиленныя селенья,
Гдѣ идрствуютъ законы вѣчныхъ силъ,
бб
Т о отъ меня, блаЖенное видѣнье,
Теперь скрываться нечего тебѣ.
Повѣдай Же теперь ты безъ смущенья
в9
Объ имени своемъ и о судьбѣ
Твоей земной: я знать о томъ Желаю.»
Духъ отвѣчалъ: «Того я не скрываю.
72
,3;
Я — Маркль Ломбардъ и въ мірѣ занимал!
Общественную должность. Я до страсти
Суровую ту честность обоЖалъ,
Которую преслѣдуютъ напасти,
Гдѣ человѣкъ ту честность заявлялъ,
Везд'Ь вра>кда людей его встрѣчаетъ:
Міръ эту честность всюду презираетъ. . .
За т ѣ м ъ , — идешь ты по тому пути,
Которымъ мозкно на гору взойти»
И духъ еще прибавилъ въ заключенье:
«Когда достигнешь ты до высоты,
То не забудь меня въ своемъ моленьѣ,
Въ мольбіз своей меня прппомни ты».
— «Клянусь тебѣ исполнить это свято,
Но знай, теперь еще сильнѣй объята
Душа моя сомн'Ьньемъ. Мозкетъ быть,
Ты мнѣ его помозкешь удалить.
Давно знакомо это мнѣ> сомнѣнье,
Но ты его усилилъ и въ смущенье
Меня еще въ сильнѣйшее привелъ.
Міръ, ты сказалъ, такъ полонъ всякихлз зо
Что добродетель давить онъ и гонитъ
II предъ порокомъ голову лишь клонить,
И я объ этолпз рѣчь съ тобой завелъ,
Чтобъ ясное ты далт-. мнѣ объясненье,
Неясному такую ясность далъ,
Чтобъ я постигъ твое нравоученье
И послѣ просвѣщать другихъ бы сталл^.
Причину зла — я слышалъ это мнѣнье —
На небѣ видятъ; такЖе я слыхалъ,
38
Что зло—зелии есть только порожденье ».
Тогда, вздохнувши, лѵолвила душа:
«О, лшлый братъ, весь лѵіръ зелѵной, грѣша,
Страдаетъ постоянной слѣнотою,
И одерзкилгъ ты салѵъ болѣзнью тою.
Все разрешать и объяснять спѣиіа,
Вы на зелѵлѣ далекой обитая,
Пришли къ толіу, что небо наблюдая
За ка>кдылгъ вашилѵъ шаголѵъ, управлять
Привыкло вс'Ьлш вашилш дізлаліи,
Двизкеньялш и вашилѵи сердцалѵи;
Въ теченьи звѣздъ вы дулѵали читать
Свою судьбу. Когда бы, въ салюліъ дѣліз,
Долісны планеты васъ руководить,
То вы свободной воли не илѵѣли,
Которая дана валѵъ. . . НеуЖели
Тогда безвинныхъ стали бы казнить,
Которые не .иогутъ отвратить
Того, что илѵъ назначено судьбою?
Всѣ люди — властелины надъ собою
И счастье ихъ въ ихъ собственныхъ рукахъ.
Отвѣта не ищите въ небесахъ:
Добро и зло идетъ рука съ рукою,
Но силой вы одарены такою,
Той силою, которая лѵогла
Всю разницу понять добра и зла:
II эта сила разулюліъ зовется.
Свободной волей сердце ваше бьется.
Съ свободной волей люзкно избегать
Соблазновъ всѣхъ, и если полюгать
i3q
Она начнетъ разсудку постоянно,
Т о всѣ соблазны будутъ не страшны. . .
Но все зкъ при томъ вы понимать до.окны,
Что царствуетъ надъ всѣми неустанно
Т а воля Всемогущаго Твориа,
Могуществу которой нѣтъ кониа,
Которая міръ вѣчно охраняла,
И только эта воля отстраняла
Отъ всѣхъ людей вліяніе планетъ,
А если сталъ пороченъ иѣлый свѣтъ
Т о былъ толѵу единственной причиной
Самъ человѣкъ: онъ самъ — источникъ бѣдъ,
Своихъ скорбей источникъ онъ единый.
Вотъ все, что могъ тебѣ я передать. . .
Въ душѣ людей природа возрозкдать
Всегда свой отблескъ царственный хотѣла
Давая ей ребенка чистоту,
Веселую наивность, прелесть тѵ,
Которая тамъ радовалась смѣло,
Гдѣ плачутъ всѣ съ уныніемъ лииа. . .
Душа, какъ плодъ, созданіе Твориа,
Покинувъ плоть, перенестись готова
Къ источнику всѣхъ благъ небесныхъ снова,
Чтобъ наслаждаться счастьемъ безъ кониа.
Когда-Жъ во время поприща земнаго,
Соблазнами земными смущена,
Имъ слѣпо подчиняется она,
Т о будетъ длиться это ослѣпленье
Пока ей не укаЖетъ кто нибудь
Путь истинный, къ спасенью вѣрный путь.
4
0
Чтобъ сдергивать безумныя стре.ѵ\ленья
ДолЖна законовъ слушаться зелия,
И воли подчиняться короля
, І65
Такого лишь, который управляетъ
Во имя справедливости одной ').
Вамъ данъ законъ, но кто Же наблюдаетъ
, б8
За тѣмъ, чтобъ исполнялся всей страной
Законъ ненарушимо? КаЖдый знаетъ
Что вѣчный врагъ его никто иной,
Какъ произволъ. Ч ѣ м ъ паства виновата,
Что пастырь не стриЖетъ своихъ когтей
2
)
И позабывъ объ участи дѣтей,
І74
Тупѣетъ отъ бездѣлья и разврата?
Когда замѣтятъ овиы всѣ едва,
Что пастырю по вкусу та трава,
lJ7
Которой имъ такъ хочется питаться,
Т о овиы начинаютъ разбѣгаться
II новой пищи больше не хотятъ. . .
, 8о
Ты видишь самъ кто въ этомъ виноватъ:
Самъ человѣкъ невиненъ отъ роЖденья 3 ),
Всему виной дурное направленье. . .
ізз
') Переводя слово въ слово, нуЖно бы сказать такъ: «надо выбирать короля, который
бы по крайней мѣрѣ могъ отличить «башню настоящей области» (или города). Смыслъ
иносказательный. Данге въ своемъ сочиненіи Convito раздѣляетъ Жизнь на двѣ области: на
область добрую или настоящую и область злую.
2
) Эта мысль взята изъ книги Левитовъ (гл. XI). Понимать ее
тыри духовные очень любили земныя блага.
3
нѵЖно такъ, что пас-
) Мысль эта высказана Спаситедемъ (Матѳ. VII, ѵ. 20.) E x fluctibus eorum cognosce tis eos.
'4'
Изъ Рима свѣтъ на цѣлый міръ лился,
Но Римъ задачей смѣлой задался:
Въ своихъ рукахъ два солнца онъ им'Ьлъ
И путь на небо ими захотѣлъ
Онъ освѣіцать: къ несчастью такъ случилось:
Однимъ изъ нихъ другое затемнилось.
И въ той рукѣ, гд'Ь скипетръ былъ, не могъ
Достойно посохъ пастыря дерЖаться:
Повсюду не могло согласоваться
Одно съ друг имъ безъ бурь и безъ тревогъ.
Въ странѣ, гдѣ По долины орошаетъ,
Молва еш,е донынѣ продолЖаетъ
О временахъ тѣхъ славныхъ поминать,
Когда умѣли Жить и умирать
До распрей, Фридерикомъ возбуЖденныхъ
Пускай Же тотъ несчастный нелюдимъ,
Которому давно невыносимъ
Видъ честныхъ граЖданъ, .мало развраоіенныхъ,
Пусть онъ въ страну ту Жалкую идетъ,
Гд1з честности ни въ комъ онъ не найдетъ..
Три честныхъ старца только тамъ осталось:
Для позднихъ дней они — Живой укоръ
И участи — какъ мнѣ всегда казалось —
Они достойны лучшей съ давнихъ поръ,
И лучшихъ благь долЖны они доЖдаться:
Одинъ изъ нихъ Конрадомъ ди Паллацо
Изъ Бресчіи зовется, а другой
') Ііліператоръ Фридрихъ, сынъ Генриха V.
ДЖерардо ди Каминно дорогой.
За ними Гвидо Косте (называемъ
Французами вездѣ —Ло.поардъ простои)
2І з
Трехъ стариковъ мы только отличаемъ. . .
А ты, ты иерковь римская! Взяла
Дв1э власти ты, и быстро начала
2іб
Къ бездонной, страшной пропасти склоняться,
УниЖена, слаба, развращена,
И стала такъ теперь развращена,
2і9
Какъ туфель, на который опираться
Привыкла ты.» Я тѣни отвізчалъ:
«Я вѣрю, Маркъ, что правду ты сказалъ
222
II разгадать теперь могу я смѣло
За что не допустили до раздѣла
Дѣтей Левія '). Кто Же, — дай отвѣтъ,—
225
ДЖерардо? Про него ты отозвался
Такъ хорошо и, въ томъ сомнѣнья нѣтъ,—
Едва ли въ наши годы попадался
228
Е м у подобный. . .» —КаЖется ты лЖеіиь»
Сказала тѣнь мн'Ь: «Это-ли не лоЖь:
Я виЖу — по-тоскански безупречно
23і
Ты говоришь и долЖенъ знать, конечно,
Почтеннаго ДЖерардо. Наконеиъ,
Е м у другаго нѣтъ еще названья,
2З4
Какъ Гайи 2 ) благороднѣйшій отецъ.
Прощайте, ухоЖу я. . . Пусть Желанья
Всѣ ваши исполняются. . . Твореи.ъ
2з7
') Слѵ. Белларлшна (Bellarmin).
) Дочь ДЖерарда, красивѣииіая Женщина своего времени.
2
155
Да будетъ съ вами. . . Видите сійнье,
Которое такъ разгоняетъ дымъ:
Сюда слетаетъ БоЖій херувимъ
2+0
И до его прихода удалиться
Обязанъ я сеичасъ Же. . . Больше съ нимъ
Не удалося мнѣ разговориться.
24з
144
ггвсня
СЕМНАДЦАТАЯ.
ГГпэты выходятъ изъ мѣста, о.праченнаго ды.по.пъ, и •возвращаются къ свѣту. Вообраэісепіс
Даптч рисуетъ е.пу различпыя картины злобы. Наконецъ, апгелъ выводить его па дорогу,
ведущую въ 4 круы, гдѣ наказывается лЬностъ.
«г , если ты, читатель, испыталъ
Туманы альпъ, въ то самое мгновенье,
Когда сквозь нихъ твой глазъ не различалъ
Блшкайшаго предмета и въ смущеньи
Кругомъ ты озирался, словно кротъ,
Котораго глаза со дня роЖденья
Закрыты перепонкою •), и вотъ,
Припомнивши, какъ постепенно стала
Тумановъ мгла отъ солнца исчезать,
И наконецъ совс'Ьмъ изъ глазъ пропала,
То моЖеидь ты хоть нѣсколько понять
Какое чувство въ сердце мнѣ запало,
') Древніе предполагали, что у крота глаза закрыты перепонкой (Слѵ. Аристотеля. ІІстор.
/кивогп. кн. і. гл. 9).
І45
ДАНТЕ.
II.
'9
Когда я началъ въ небѣ созерцать
Блескъ солнца заходящаго. Въ ту пору
Съ неутомимымъ спутникомъ своимъ
,5
Я снова подниматься началъ въ гору. . .
Разсѣялся туманъ, какъ легкій дымъ,
Но солнце уЖь не видно было взору
і8
И скрылось за скалою. НедвиЖимъ
Остановился я отъ размышленья.
»
—О, ты, .могучее воображенье!
2І
Способности лишаешь ты всіьхъ насъ —
Владѣть своими чувствами, двшкенья
Тѣхъ самыхъ чувствъ смиряя каЖдый разъ
24
На столько, что не моЖемъ звуковъ даЖе
И сотни трубъ, раздавшихся вокругъ,
Мы услыхать! За то ты моЖешь вдругъ
2у
Невѣдомою силой, какъ въ мираЖѢ,
Для насъ рядъ чудныхъ образовх-> создать,
Неуловимыхъ чувствомъ. Какъ понять —
3о
Кто ты, какъ звать тебя, вообраЖенье?
Ты есть небесъ далекихъ пороЖденье,
Тотъ свЬтъ, который или самъ собой,
зз
Или по візчнои волѣ ГІровидѣнья
Горитъ на небесахъ и намъ судьбой,
Іѵакъ высшій даръ, дается въ утѣшенье.
Зб
Вдругъ Женщина явилась предо мной,
Въ ту птицу, обращенная когда-то,
Которая за сладкій голосъ свой
3
Всѣмъ нравится '). Душа моя объята
Была очарованьемъ неземнымъ,
И я тогда всѣмъ существомъ своимъ
42
') Филомела, дочь ІТандіона, аѳинскаго властителя, была заключена въ теліницу Терееліъ (Тегёе), который, наконецъ, отрѣзалъ ей языкъ. Филомела написала на полотн'Ь все
і+б
Къ тому видѣнью блѣдному стремился,
Глазъ отъ него не въ силахъ оторвать.
Потомъ, не помню самъ я, какъ опять
45
Въ моемъ вообраЖеньи возродился
Печальный призракъ: то былъ человѣкъ,
Который зломъ и гордостью кичился,
4н
Который былъ пороченъ и,ѣлый вѣкъ,
И предо мной тотъ страшный мигъ явился,
Мигъ казни. . . Онъ той казни не избѣгъ
5і
И умеръ на крестѣ. ') Съ печальнымъ взглядомъ
Стоялъ Ассиръ съ видѣньемъ этимъ рядомъ
Съ Женой своей Эсфирью, вмѣстѣ съ ней
54
Явился предо мной и Мардохей,
Который Жилъ и говорилъ правдиво
И былъ великодуіинымъ изъ людей.
57
Когда Жъ видізнья т*Ь исчезли Живо,
Какъ бѣлыя снѣЖинки на рѣкѣ,
Увидѣлъ я передъ собой—въ тоскѣ
бо
Рыдающую дѣвушку. —«Царииа! »
Такъ говорила юная дѣвии,а:
«Зачѣмъ въ такой ты страшный гнѣвъ пришла,
бз
Что на себя ты руку подняла?
Т ы потому убить себя рѣіиилась,
Чтобъ дочери своей не потерять,
бб
что с-ъ ней сдѣлали, и отослала ПрогнЬ (Progne), своей сестрЬ, ЖенЬ Терея. Прогна съ толпой Женщинъ освободила Филомелу и приготовила обѣдъ Терею изъ его собственнаго сына
Утиса. Когда Терей окончилъ свой обѣдъ, она принесла ему голову ребенка. Терей, преследуя Жену, былъ обращенъ въ коршуна, Прогпа въ ласточку, Филомела въ соловья, а Утисъ,
въ фазана. (Diet, de la Fable). По Страбону, въ соловья была обращена не Филомела, а Прогпа,
и того Же мнѣнія придерЖивается и Дантъ, такъ какъ онъ ведетъ. въ этомъ мѣстѣ рѣчь о
ПрогнЬ.
') Казнь Амана.
4-7
19*
Но все-таки Лавиніи лишилась.
О, матушка! могу ль я не рыдать,
Когда я въ страшной таинѣ убѣдилась.
Когда известно мнѣ, что смерть одна,
Другую смерть навѣрно предвѣщаетъ! ')
Какъ иногда, еще въ объятьяхъ сна,
Внезапный свѣтъ глаза намъ раскрываетъ
И сонъ отъ насъ мгновенно прогоняетъ,
Такъ отъ меня и призракъ вдругъ исчезъ,
Испуганный внезапнымъ, чуднымъ свѣтомъ,
Который снизошелъ какъ бы съ небесъ.
Назадъ взглянулъ поспѣіино я при этомъ,
Чтобъ знать, гдѣ нахожусь я въ этотъ часъ,
Но услыхалъ вдругъ голосъ неизвѣстный
И нить мыслей моихъ оборвалась.
—«За мной», раздался голосъ тотъ чудесный:
«Теперь иди.)- Хотѣлось сильно мнѣ
Скорѣй узнать, кто въ этой тишинѣ
Въ словахъ мнѣ посылаетъ утѣшенье,
Но я тотчасъ глаза свои закрылъ
И мнѣ служить отказывалось зрѣнье.
Такъ солнца блескъ всегда людей слѣпилъ,
Когда они на солние обращали
Свои глаза. Но тутъ загбворилъ
Пѣвеиъ, сгонявшій всѣ дои печали:
«Тебя посланникъ Бога самъ зоветъ.
Мольбы отъ насъ не требуя, онъ далѣ
*) Лавинія, 40чь короля Латинуса. Она сказала своей матери Амагѣ, что ея смерть
предвѣщаегь другую смерть, т. е. Турнуса (Turnus) (Eneide, кн, XII, стих, боі и слѣд.).
148
Дорогой къ небесамъ насъ поведеть.
И тамъ за насъ ходатайствовать будетъ,
Какъ всякій за себя ходатайствуете •) Вотъ
9б
Кто предъ тобой. Иди за нимъ. Пробудитъ
Въ тебѣ онъ силы новыя опять.
Путь до ночи долЖны мы продолжать,
99
Пока свѣтло и тьма еще дороги
Не преградила намъ». Я шелъ впередъ,
Когда >къ увидѣлъ лѣстницы пороги
І02
И, чувствуя съ лии,а бѣгуицій потъ,
На первую ступень я приподнялся,
Т о услыхалъ, что кто-то прикасался
І05
До плечъ люихъ трепешущимъ крыломъ
И въ то Же время голосъ вдругъ раздался:
«БлаЖенны миротворцы! всѣ потомъ
Они сынами Бога нарекутся». . . 2 )
А меЖду тѣмъ, свѣтъ дня блѣднѣлъ кругомъ,
Казалось, скоро на небѣ заЖгутся
10ч
ш
Повсюду звѣзды. . . Думалъ я, меЖъ тѣмъ:
О, моя бодрость преЖняя! зачѣмъ
Меня ты оставляешь понемногу? . .
ы4
Передвигалъ чуть за ногой я ногу,
И сознавалъ, что скоро не могу,
Не въ силахъ продолЖать свою дорогу.
І1?
') Иначе: онъ показъшаетъ такую любовь къ другим/ь, какою чедовѣкъ любитъ самъ
себя. Человѣкъ не посылаетъ самъ себѣ молитвъ, но стремится исполнятъ всѣ свои
Желашя.
2
) Ангелъ стеръ еще одну букву Г , говоря: «Beati pacifici, quoniam filii Dei vocabuntur
(Мате.) Въ перевод'Ь этихъ строкъ я старался дер>каться славянскаго текста.
149
Послѣднія я силы берегу,
Но вотъ къ такому мѣсту подошли мы
Гдѣ лѣстниид окончилась. Томимы
Усталостью, мы отдохнуть могли,
Какъ въ гавани спокойной корабли
Я чутко сталъ прослушиваться, Жадно
Какой нибудь Желая слышать звукъ,
И такъ сказалъ учителю: «Отрадно
Мн'Ь было бъ знать въ какой вошли мы кругъ
И грѣхъ какой здѣсь долЖенъ очищаться ?»
И былъ отвѣтъ: «Тотъ нравственный недугъ —
Есть праздность. Кто не думалъ подчиняться
Труду, здѣсь наказуется за то.
Греби,овъ лѣнивыхъ Ждетъ здѣсь очищенье;
Котораго не избѢЖитъ никто.
Чтобъ не было въ дуигЬ твоей сомнѣнья,
Когда ты хочешь истину извлечь
Изо всего, что видишь здѣсь, то рѣчь
Мою ты долЖенъ выслушать съ терпѣньемъ.
На свѣтѣ безъ любви существовать
Не моЖетъ самъ Творецъ и всіз творенья.
Въ любви, однако, долЖно различать
ВроЖдениую отъ той любви случайной,
Которую въ насъ могутъ заЖигать
Желанья, или страсти, помыслъ тайный.
ВроЖденная любовь грѣха чуЖда;
Другая Же любовь гр'Ьшна тогда,
Когда она направлена, стремится
Къ предметамъ недостойнымъ, иль она
Всѣлѵъ преходящи.мъ благамъ такъ вѣрна,
і5о
"Что ихъ для вѣчныхъ благъ забыла: снится
Ей наслажденье плотское одно.
Когда любовь направлена давно
Для высшихъ иѣлей попри ила земнаго,
Когда въ страстяхъ полоЖенъ ей предѣлъ,
Она не доростетъ до чувства злаго.
Когда Же смертный избралъ лишь удѣлъ,
Достойный и хулы и осуЖденья,
Онъ этимъ оскорбляетъ Провидѣнье,
Идетъ противъ природы и Твориа.
Любовь людей—послушна ихъ стремленью,
Она—раба ихъ чувства до кониа:
Всегда присушке каЖдому творенью
Желаніе—подальше быть отъ зла.
Земной любви есть три происхоЖденья,
Три выхода она себѣ нашла:
Одинъ—о возвышеніи хлопочетъ
И видѣвши, что слабъ его сосѣдъ,
Онъ властвовать надъ тѣмъ сосѣдомъ хочетъ.
Другой сулитъ не мало разныхъ бѣдъ
Сопернику, за то его порочитъ,
Что онъ въ довольствѣ, въ счастіи Живетъ,
А третій, наконеиъ, за оскорбленье,
Скрывая гнѣвъ, лишь той минуты Ждетъ,
Когда врагу мстить моЖетъ онъ, и мид,енье
Единственное чувство въ немъ тогда,
Единственная цізль въ немъ—преступленье.
За эти-то три рода зла сюда
Всіз грѣшники идутъ для очиіиенья.
Но есть еще, еще любовь одна:
і5і
Всегда стремится къ счастію о;;а.
Во всякомъ есть безм&рное Желанье
Достигнуть благъ завѣтныхъ, но дана
Не всѣмъ любовь такая; наказанья
Ей нѣтъ въ кругу, въ которомъ мы стоимъ,
Когда она чиста. . . Сказку для назиданья,
Что есть другое благо на землѣ,
Которое намъ счастья не приносить.
То счастіе не истинное; въ злѣ
Источника добра не будетъ, и кто просить
Отъ Жизни этихъ благъ, въ которыхъ нѣтъ
Стремленья къ боЖеству, тотъ переносить
Казнь въ другомъ мѣстѣ.—Вотъ отвѣтъ
На твой вопросъ, но какъ расположились
Три эти рода чувства по кругамъ,
Объ этомъ умолчать придется наѵѵь,
Пока въ тебѣ самомъ не пробудились
Догадки, гдѣ они гнѣздятся тамъ.
Г І Ъ С Н Я ВОСЕМНАДЦАТАЯ.
Виргилій объясняешь въ этой пѣснѣ, что такое именно .иобовь. Данте представляешь пото.пъ
мпогге при.пѣры быстроты, противоположные грѣху праздности, и затѣмъ предается сну.
читель мой, окончивъ разсуЖиенье,
Въ моемъ лицѣ старался прочитать,
Понятны ли его мнѣ объясненья.
3
Томимый новой Жазкдою все знать,
Одной я только мыслію ему ILL а лея,
Что спутника я началъ утомлять
6
Вопросами и сильно колебался
Разспраіиивать его, но мой отецъ,
За мной слѣдящій зорко, догадался,
9
Какъ вѣиии, проницательный пѣвецъ,
Что я въ своемъ зкеланіи робѣю,
ДАНТЕ.
II.
II самъ меня утѣшилъ, наконецъ;
12
Съ обычной нѣЖной кротостью своею,
Далъ смѣлость мнѣ свободно говорить,
Все высказать, что высказать не смѣю.
і5
20
И мысль свою не въ силахъ утаить,
Къ учителю я съ рѣчью обратился:
«Наставникъ! Ты свѣтъ яркій моЖеиль лить
Въ разсудокъ мои; съ тобой я просвѣтился.
Я ясно сознаю, что ты сказалъ,
Но все Же умолять тебя р'Ьшился,
Чтобъ ты мнѣ объяснилъ тотъ идеалъ
Любви вполнѣ достойной и прекрасной,
И той любви, которая похвалъ
24
Не моЖетъ заслужить. . . Дай безпристрастный
Отвѣтъ на то. » И мнѣ отв'Ьтилъ онъ:
«Возвысь ты до меня разсудокъ ясный ')
2?
И ты поймешь, познаньемъ озаренъ,
Къ чему ведетъ слѣпцовъ тѣхъ заблу>кденья,
Которые (ихъ разумъ омраченъ)
з0
Другими руководятъ безъ смущенья
Сердиа людей, способныя любить,
2
).
Стремятся сильно, каЖдое .мгновенье
33
Къ тому, что имъ пріятно, и забыть
Приманки новой имъ уЖь невозможно.
ВообраЖенье моЖетъ раси,вѣтить,
зб
Украсить то, что мило намъ, тревоЖно
Всѣ прелести земныя находя
Въ любимомъ существѣ своемъ нелоЖно,
з9
За нимъ съ упорной нѣЖностью слѣдя,
Тогда и духъ плѣняться начинаетъ
Т ѣ м ъ существомъ, за сердиемъ вслѣдъ идя. . .
42
') Виргилій продолЖаетъ прерванное объясненіе, которое доказываетъ, что онъ знаетъ
основательно ученіе ІЪіатона о любви.
2
) L'error de'ciechi che si fanno duci (т. е. ошибка слѣпыхъ, которые дѣлаются путеводителями. — Св. Матвей X V , ст. 14, говоритъ еще лучше: Ссесі sunt et duces coecorum
(оставьте ихъ: они слѣпые во;кди сл-ѣпыхъ).
15 5
Вотъ это чувство — кто его не знаетъ? —
И есть та непонятная любовь;
Второй натурой лѵіръ ее считаетъ,
Любовью той себѣ волнуя кровь. . .
Но какъ огонь всегда наверхъ стремится,
Сильнѣе разгораясь вновь и вновь,
Съ матеріей такой Желая слиться,
Которая сливаться моЖетъ съ нимъ,
Такъ и любовь сама не усмирится,
Когда съ предметомъ избраннымъ своимъ,
Въ борьбѣ неутолимаго Желанья,
Горя съ нимъ вмѣстѣ пламенемъ однимъ,
Она не доЖиветъ до обладанья.
Но ты теперь оиіибку тѣхъ поймешь,
Которые дошли до пониманья
Столь лоЖнаго,— ты знаешь эту лоЖь,—
Что всякая любовь всегда похвальна,
Какую только въ мірѣ не найдешь.
Такое заблуЖденіе печально
ГІо существу любовь всегда чиста,
Прекрасна, высока и идеальна,
Но той любви святая красота
Въ своемъ пути свой первый блескъ теряетъ,
И въ примѣненьяхъ Жизненныхъ не та,
Какъ въ первобытномъ образѣ бываетъ '),
Хотя въ ней есть всЬ свойства, чтобъ сберечь
Всю дѣвственность, какой она плѣняетъ.»
Тогда прервалъ учителя я рѣчь.
«Твои слова и разумъ мой, вникавшій
Въ ихъ смыслъ, меня могли предостеречь,
15 5
Но я теперь вполнѣ любовь понявилій,
Въ сомнѣніяхъ запутался опять,
Какъ бы въ лѣсу, путь правды потерявіиій.
7s
Меня та мысль не устаетъ смущать,
Что если чувства наши возбуЖдаютъ
Всѣ внѣшніе предметы, какъ понять
78
Тебя я могъ, и духъ воспринимаетъ
Мгновенно ихъ, то всякая любовь
Достоинства въ себ'Ь не заключаетъ
8і
И похвалы — ты разъясни мнѣ вновь —
Ждать не долЖна за всѣ свои двиЖенья.»
И былъ отвѣтъ учителя таковъ:
§4
«Могу я дать тебѣ всѣ объясненья.
Какія только разумъ моЖетъ дать,
Но чтобъ дойти до высшаго прозрѣнья,
§7
Ты долЖенъ той минуты подоЖдать,
Когда мы будемъ въ той высокой сферѣ,
Гд'Ь Беатриче моЖемъ увидать '),
до
Которая дастъ свѣтъ неясной вѣрѣ:
Она сама есть высшей вѣры свіьтъ:
Я Жъ обхіясню одно, по крайней мѣрѣ.
Любовь есть только чувство, и въ немъ нѣтъ,
Или вѣрнѣй, оно всегда различно
Съ матеріей, когда Жъ любви предметъ,
Какъ это совершается обычно,
Сродняется съ тѣмъ чувствомъ, то родитъ
Особенное свойство, но различно
99
Есть своего рода ловкость, съ которою (въ этолѵъ м'ЬстЬ) выставляется на сиену
Беатриче, которая играетъ такую важную роль въ послѣднихъ пЪсняхъ поэл\ы.
і5б
То свойство проявляться въ насъ спѣшитъ,
Въ послѣдствіях ь лишь моЖетъ выраЖаться,
Когда земной, послѣдній приметь видъ.
Такъ каЖдое растенье познаваться
Лишь моЖетъ по зеленымъ лепесткамъ. . .
Такъ человѣкъ не моЖетъ догадаться,
Кто первы.мъ научи ль его страстя.ѵѵь,
Какъ первыя пришли къ нему познанья;
Такъ и пчелѣ невѣдомо, какъ намъ,
Кто возбудилъ въ ней первое Желанье
Изъ чашечекъ ивѣтовъ сбирать свой медъ.
А потому похвалъ, иль пориианья
Отъ насъ не требуетъ, не Ждетъ
Естественная воля, что Живетъ
И Жизнь даетъ для каЖдаго созданья.
Но чтобы въ Жизни нашей управлять
Той волею невинно-первобытной,
Природа умъ спѣшила людямь дать,
Чтобъ всѣ Желанья воли ненасытной
Онъ могъ, какъ страЖъ безсонный, умѣрять,
Руководить во всемъ и охранять.
И этотъ умъ, намъ для охраны данный,
Быть моЖетъ родникомъ возмоЖныхъ благъ,
Иль горестью, или бѣдой неЖданной,
Когда онъ или другъ нашъ, или врагъ:
У м ъ этотъ въ перволѵъ случаѣ стремится
Насъ охранять, слѣдить нашъ каЖдый шагъ,
Съ порочнымь чувствомъ встретиться боится,
Иль отъ любви зловредной не спѣшитъ
Насъ оградить, готовый помириться
57
Со всякимъ зломъ, которое грозить.
На свѣтѣ мудреиы когда-то Жили,
Которыхъ трудъ донынѣ не забытъ,
1З2
И сущность всѣхъ вещей они открыли
Въ глубокихъ размышленіяхъ своихъ
И такъ с во имъ потомкамъ объяснили
.35
Свободу прирожденною. Всѣ ихъ
Открытья, изысканія и мнѣнья
Остались намъ въ словахъ великихъ книгъ.
138
ПолоЖимъ ice, что чувство вдохновенья,
Любовь, въ насъ неожиданно заЖглась,
Что ново намъ сам имъ ея явленье;
,4і
Но сила есть особая у насъ,
Которая долЖна сопротивляться
И подавлять любовь ту каЖдый разъ.
144
ДолЖна та сила нами называться
Свободной волей. Свойство это такъ
Зовется Беатриче. . . МоЖетъ статься,
, 47
Т ы съ Беатриче станешь говорить,
Тогда мои припомни наставленья,
Чтобъ всѣ свои сомнѣнія забыть. . .»
г50
МеЖъ тѣмъ луна вставала въ отдаленьи
И звіздъ мерцанье сдѣлалось блѣднѣй
При восходящемъ лунномъ освіьщеньи.
^з
Дискъ лунный становился все яснѣй,
Горящее ведро изобраЖая ')•
Луна плыла, часть неба освѣщая,
т5б
') Данте изобраЖенъ здЬсь въ пятую ночь своего таинсгвеннаго путешествія: луна
долЖна тогда вставать пять часовъ спустя посл'Ь захоЖденія солнца, немного раньше полночи. Поэтъ говоритъ, что луна показалась ему подобной мѣдному раскаленному ведру. Это
сравненіе почерпнуто изъ наблюденія за ведрами, употребляемыми въ Рим'Ь.
Гдѣ видитъ солнце римлянинъ, когда
Оно къ закату клонится, пылая,
МеЖъ Корейкой съ Сардиніеи всегда.
із9
О, призракъ благодетельный, горда
Тобой долЖна быть вѣкъ свой Піетола '),
А ей завидовать долЖны всѣ города
іб2
Манту и. . • Ихъ ты всѣхъ преоборола,
О, родина поэта . . Добрый духъ!
Я снова бодръ, ко всѣмъ сомнѣньямъ глухъ,
Съ моей души ты тяЖесть сбросилъ словно,
Освободилъ отъ бремени мой умъ,
Который съ дѣтской робостью, неровно,
іб8
Брод илъ въ глубокомъ мракѣ наобумъ.
Какъ человѣкъ, котораго сонливость
Вдругъ разогналъ неЖданный странный шумъ,
ІуІ
Такъ и во мнѣ проснулась снова Живость,
Услыша голосъ чей-то сзади насъ. . .
И я взглянулъ назадъ пріозодрясь.
, 74
Какъ берега Асона и Йемены 2)
Ѳивянъ бѣгуицихъ видізли не разъ,
Желающихъ скорѣй достичь арены,
І?7
Гдѣ праздникъ Вакха Ждетъ ихъ, точно такъ
Толпу т'Ьней увидѣлъ издали я,
Которыя свой ускоряли шагъ:
і8о
') Піетола — маленькій городокъ близъ Мантуи, въ которолѵь родился Виргилій; древніе
называли его Андесъ (Andes).
2
) Йемена, рѣка Беотіи, получившая названіе отъ Йемена, сына Пелазга. Асонъ, сынъ
Океана и Ѳетиды, обращенъ Юпитеромъ въ р'Ьку, за то что тотъ хотѣлъ воевать съ нимъ,
чтобъ 'отомстить за честь своей дочери Егины, оскорбленной этимъ богомъ. Асонъ — называется еще другая р'Ька въ Ахаіи по имени другаго Асона, сына Нептуна.
Впередъ влекли ихъ помыслы благіе —
Съ благоразумной волею любовь. . .
Толпа ихъ прибывала вновь и вновь
і83
И двигалась къ намъ блиЖе все и блшке.' . .
Ряды ихъ колыхались, впереди >ке
Два призрака неслись, и ихъ слова
,86
Подъ обш,ій гулъ я уловилъ едва. . .
«Марія, быстро въ горы уб'Ысала! ')
А тѣнь другаго громко восклицала:
і8э
Марсейлъ оставленъ Цезаремъ, и онъ
Улгчался, сжѣлъгмъ духомъ окриленъ,
Въ Испанію, чтобъ осадить Лериду. . . »
ід2
Двухъ призраковъ я потерялъ изъ виду,
Но вся толпа кричала въ свои чередъ:
«Скорѣй, скорѣй! Направимся впередъ!
І9з
Не будемъ тратить времени напрасно,
Любви лѣнивой, праздной подчинясь. . .
Пусть долгъ свой исиолняя еЖечасно,
198
И къ высшимъ благамъ мысленно стремясь,
У видимъ мы ивѣтущую сѣнь рая. . .»
— «О, вы, которыхъ рвенье, каЖдый часъ,
2<м
Всю праздность прошлой Жизни искупая,
Къ блаЖенству безконечному ведетъ,
Прошу я васъ, мольбу къ вамъ обращая:
204
') Ііримѣръ быстраго г.ередвиЖенія съ м'Ьста на мѣсто. Марія съ большою посп'Ьшносгью б'ЬЖала, чтобъ посѣтить св. Елизавету, а потомъ так;ке скоро 6'ЬЖа.іа съ Іосифомь
въ Египетъ. Юлій Цезарь, какъ самъ онъ говоритъ въ комментаріяхъ, оставилъ Римъ и
устремился къ Марсейлю, который объявилъ себя противъ его, но скоро оставивъ подъ городомъ Брута съ частью арміи, полетѣлъ въ ІІспанію, разбилъ Афранія, Петрея и сына
ІІомпея и взялъ Илерду, нмнѣшн. Лериду. Эти примЬры слуЖатъ постояннымъ упрекомъ
дія душъ празднолюбиевъ, обитающихъ въ этомъ кругу.
ібо
Я , призракъ, и вотъ смертный тотъ,
Котораго вы видите со мною,
Когда настанетъ солнечный восходъ,
20?
Желаемъ благодатною стезею
Достигнуть высшей сферы. Указать
Прошу васъ т'Ь ступени намъ, что тьмою
2ІО
Сокрыты отъ очей. Могу-ль услуги Ждать? •
Такъ говорилъ учитель мой. Видѣнье
Намъ тотчасъ поспѣшило отвечать:
2£з
«Впередъ за налш слѣдуй безъ смущенья,
И мы теб'Ь укаЖемъ вѣрньш путь. . .
Идемъ впередъ мы всѣ безъ промедленья
2,б
И не хотимъ, не моЖемъ отдохнуть. . .
Не сѣтуй Же, что мы остановиться
Не въ состояніи. . . МоЖетъ прогнѣвиться
2і9
За это Провидѣніе на насъ
И свізтъ небесъ надъ нами помутится.
А о себѣ скаЖу на этотъ разъ:
222
Я самъ аббатъ,— признаюсь не таясь —
Монастыря безгрѣшнаго Зенона,
(Съ его судьбой имѣетъ связь Верона). •)
22з
Подъ властью Барбаруссы добраго я Жилъ, —
О немъ Миланъ еще груститъ донынѣ;
А призракъ тотъ, что посреди могилъ
228
') Т ѣ н ь , которая отвѣчаетъ Вирги.іію, называется долі-Жераръ Второй. Онъ былъ настоятелемъ въ аббатств'Ь св. Зенона въ Веронѣ подъ вдадычестволѵъ добраго (въ ироническоліъ сжыслѣ) Барбаруссы. Барбарусса приказалъ срыть городъ Миланъ въ 1162 году. —
Тотъ, кто стоялъ одной ногой въ ліОгилЪ, былъ Альбертъ делла Скола, сеньоръ Вероны,
который принудилъ мирныхъ лшнаховъ этого лѵонастыря выбрать настоятелелъ своего побочнаго сына, злаго и безобразнаго.
ібі
ДАНТЕ.
II.
Одной ногой въ гробу стоитъ — онъ въ сынѣ
Нашелъ свой стыдъ, и вѣчно плачетъ онъ
За монастырь, за то, что облеченъ
23 1
Такою властью бьиъ, что въ то аббатство
Онъ сына настоятелемъ послалъ,
Способнаго всегда на святотатство,—
2з4
УЖаснаго и тѣломъ и душой. . .
И онъ скорбитъ за прошлый грѣхъ большой. . >•
Что говорила дальше т ѣ н ь — н е знаю,
2з7
Но все, что выше сказано намъ ей,
Въ своемъ умѣ теперь я повторяю
И сохраняю въ памяти своей.
24С)
Тогда мой проводникъ неутомимый,
Который былъ всегда готовъ подать
Мн1з руку для опоры, во>кдь любимый,
24з
Сказалъ: «Не долЖенъ ты позабывать
Двухт> голосовъ, что за толпою, сзади,
Не устаютъ грізхъ праздности карать ').
24б
Послушай ихъ, великой правды ради!
Они гласятъ: «Народа грозный станъ,
Передъ которымъ море разступилось,
240
Исчезъ съ лица земли, и Іорданъ
Его дѣтей не видѣлъ — совершилось! —
Которыхъ Богъ послалъ къ его водамъ.»
2
)
252
') Данте употребляетъ здѣсь средство, которое было ѵЖе имъ употреблено. Это съ нимъ
случается р'Ьдко, — но развѣ нельзя въ поэзіи, какъ въ музыкѣ, представлять иногда тѣ Же
мотивы съ легкими измѣненіями. ГТазіэлло обязанъ частью своей славы этому способу.
2
) Евреи умерли, не достигнѵвъ Іордана, потому что Богъ хотѣлъ наказать ихъ за лѣность и трусость. Онъ сохранилъ только Іисуса Навина и Калеба.— Трояне, которые остались въ Сиииліи, сами себя обрекли на безславіе и не им'Ьли храбрости сопровождать Энея,
котораго потолѵки подъ именемъ римлянъ пріобрѣли столько славы въ Италіи и во всемъ
мірЬ, тогда извѣстномъ.
ібг
Другой народъ, еще извѣстенъ намъ:
Онъ не дѣлилъ опасностей съ Энеемъ
И обреченъ безславью. Не имѣемъ
Къ нему лѵы соЖалѣнія. . .» Когда
Отъ насъ въ туманѣ призраки сокрылись,
Такъ что не видно было ихъ, тогда
Во мнѣ за мыслью мысли зароились,
И въ размышленья эти погрузкенъ,
Я задремалъ, глаза вдругъ опустились.
И думы перешли въ спокойный сонъ.
ібЗ
П Ъ С Н Я ДЕВЯТНАДЦАТАЯ.
Данте
восходить въ пятый кругъ Чистилища. Опъ встречаешь
который говорить ему, что онъ очищается отъ грѣха
тамъ папу Адріапа
корыстолюоія.
V,
ъ тотъ часъ, когда паляшдй Жаръ дневной,
|f-.- Который воды рѣчекъ изсушаетъ,
У Же остылъ отъ свѣЖести ночной,
r
Когда луна свой яркій блескъ теряетъ, ')
Въ тотъ часъ, когда безсонный звізздочетъ
Теченье звѣздъ на небѣ наблюдаетъ
2
)
И устремляя взглядъ на неба сводъ,
Угадываетъ тайны Провидѣнья,
Я увидалъ передъ собой видѣнье,
') Несколько раньше разсвѣта.
) Буквально переводя, нуЖно было сказать такты «въ тотъ часъ когда последователи
геоманиди» и т. д. Во времена Данте последователи геоманціи (искусства гадать посредствомъ
точекъ, которыя ставятъ наугадъ на земле или бумаге, изъ нихъ образуютъ линіи и наблюдаютъ ихъ число и полоЖеніе, чтобъ вывести известныя заключенія) называли высшимъ
счастіемъ (maggior fortuna) такое р&сполоЖеніе точекъ, которое подобно порядку, въ которомъ расположены звезды, составляющая конецъ знака «Водолей» и начало знака «Рыбъ».
Поэтъ Же, вместо того, чтобъ сказать, что солнце было въ знаке «Овна», и что весь «Водолей» и часть «Рыбъ» поднялись на горизонте, говоритъ, что часъ, въ который геоманты
видятъ высшее счастіе, наступилъ для места, въ которомъ онъ находился въ то время.
2
164
Передъ зарей, взглянувши на востокъ,
Который у Жь алѣлъ передъ явленьемъ
Свѣтила дня. Смотрѣлъ я съ удивленьемъ,
Котораго и въ грезѣ скрыть не могъ,
На Женщину. . . Какъ страшное видѣнье,
Какъ въ образѣ явившійся порокъ,
Представилась она мнѣ въ сновидѣньѣ,
Хромая, однорукая, съ лииомъ
Могильно-блѣднымъ, полнымъ истощенья,
(Она мнѣ показалась мертвецомъ),
Съ косыми, непріятными глазалѵи,
Безмолвная и съ искривленнымъ ртомъ.
Какъ раннимъ утромъ теплыми лупами
Свѣтила дня согрѣтые, всѣ мы
Становимся бодр'Ье послѣ тьмы
И холода ночнаго, такъ и это
Видѣніе, почувствовавъ мой взоръ,
Какъ будто было взглядомъ тѣмъ согрѣто,
Съ нимъ сталъ возмоЖенъ даЖе разговоръ
У Женщины фигура изменилась,
Она сама совс'Ьмъ преобразилась,
И вспыхнула въ лицѣ румяниемъ кровь;
Та красота въ чертахъ ея явилась,
Которая родитъ въ сердидхъ любовь.
Она передо мною распрямилась
И получивъ способность говорить,
пІчоторой преЖде будто бы лишилась,
Запѣла предо мною. Слухъ плѣнить
Той чудной пѣснью такъ она умѣла,
Что я Желалъ звукъ каЖдый уловить,
іб5
И все бы слушалъ голосъ милый. . . Пѣла
Она мнѣ такъ: «Сиреной я зовусь,
Я моряковъ съ пути сбиваю смѣло,
Ихъ пѣньемъ завлекаю и смѣюсь:
Есть въ голосѣ моемъ очарованье
Всесильное. Когда-то я, клянусь,
Улисса увлекла безъ состраданья,
И пѣснью околдованный моей
Онъ въ море заблудился — есть преданье.
Сирены голосъ каЖдый изъ людей,
Услыша разъ, уЖе не забываетъ
И отъ моихъ плѣнительныхъ сѣтей
Избавиться не моЖетъ, не Желаетъ.
Вотъ какова волшебныхъ звуковъ власть,
Которою сирена обладаетъ. . .
Чтобъ возбуЖдать губительную страсть. . .
Е щ е сирена пѣсню продолЖала,
Какъ вдругъ тогда передо мной предстала
Жена святая, гордо говоря
Виргилію: «СкаЖи мнѣ, кто такая
Вотъ эта Женщина?» Стыдомъ горя,
Сирена замолчала. Не спуская
Съ святой Жены своихъ глубокихъ глазъ,
Стоялъ Виргилій молча въ этотъ часъ.
Тогда мгновенно Женщина святая
Съ груди сирены платье сорвала,
Мое 'вниманье сильно возбуЖдая,
И въ сторону тотчасъ Же отошла.
Сирены-Жъ грудь, зловонья испуская,
На столько отвратительна была,
ібб
Что я въ лшнуту ту ice пробудился 1
Отъ уісаса и сталъ смотрѣть кругомъ.
Тогда ко мнѣ Виргилій обратился
1
j
у2
Съ своей улыбкой доброю: «Пойдемъ!
Тебя уЖь въ третій разъ я призываю.
Встань и иди. Подумаемъ о томъ
?5
Куда идти,— я самъ того не знаю,—
Намъ нуісно отыскать теперь проходъ,
Ведуш,ій выше. . .» Путь я продолжаю,
7g
Съ вниманіемъ взглянувъ на небосводъ.
День освЬщалъ всю гору предо мною.
Я за поэтомъ двинулся впередъ,
8і
А свѣточъ дня за нашею спиною
Тогда остался. Съ думой на челѣ
Согбенный, съ наклоненной головою,
Склоняемый, какъ тяЖестью, къ земліз,
За спутникомъ своимъ я подвигался,
Вдругъ чей-то голосъ сзади насъ раздался:
87
«Вотъ путь, которымъ вы долзкны идти.»
По голосу я тотчасъ догадался,
Что на землѣ такого не найдти
„о
*) ГранЖье ошибается зд'Ьсь, говоря, что двѣ Женщины приснились Данте. Онъ думаетъ, что вторая святая заставила Виргилія бить первую. Но мантуанскій поэтъ не бьетъ
Женщину заику съ косыми глазами (сирену), но святая Женщина сама ее схватываетъ, разрывает'ъ платье и пр. Ломбарди думаетъ, что первая Женщина — лоЖь, вторая — истина.
Эмблема энергическая, говоритъ г. ЖенЖени, но моЖетъ быть выраЖенная съ излишнею
наготою трехъ пороковъ, искупаемыхъ въ трехъ верхнихъ кругахъ (Hist. lit. 1 1 , 163). Этотъ
взглядъ поэта, который развязываетъ языкъ сирены, выпрямляетъ ея кривой станъ и расцв'Ьчаетъ ея блѣдное лицо румянцемъ, есть образъ того увлекающаго удовольствія, которое
мы иногда испытываемъ, извиняя и удовлетворяя самыя прбступныя наши страсти. Зд"ѣсь
Вентури высказываетъ свой восторгъ и соЖадѣетъ только, что такое прекрасное поэтическое
мѣсто было мало развито въ поэмѣ.
іб 7
г
И только развѣ ангеламъ небеснымъ
Т ѣ м ъ голосомъ возможно говорить,
Ласкаюшимъ, пріятнымъ и чудеснымъ.
9з
Чтобъ намъ дорогу вѣрную открыть,
Духъ неба распростеръ надъ нами крылья,
Которыя по бѣлизнѣ сравнить
9б
Съ лебязкьими могу я безъ усилья,
И насъ повелъ въ разрѣзъ горы крутой,
Крылами тихо вѣя надо мной ')
99
И тихо говоря среди паренья:
«Блазкенны въ мірѣ. плачушДе: ихъ
Ждетъ въ будуш,емъ святое утѣиденье. » 2 )
ю2
Когда зке легкокрылый ангелъ стихъ,
И крыльями взмахнувъ куда-то скрылся,
Ко мнѣ пѣвецъ съ вопросомъ обратился:
ю5
«Сказки, зачѣмъ ты голову склонить?»
Я отв'Ьчалъ: «Узкасное видѣнье
Явилось мнѣ; тотъ призракъ возбудилъ
ю8
Въ моемъ умѣ тязкелыя сомнѣнья,
И мнѣ они покоя не даютъ
И шевелятъ заснувидія мученья. »
Прервалъ меня путеводитель тутъ:
«Передъ тобой колдунья появлялась,
Изъ-за которой много проливалось
114
На свѣтѣ слезъ; не мало разныхъ бѣдъ
Изъ-за нее когда-то совершалось;
Она сама стара, какъ иѣлый свѣтъ;
lI7
') Ангелъ, о которомъ говорится здѣсь, стеръ въ то Же время со лба поэта букву
I , потолѵу что онъ совсѣмъ вышелъ изъ круга праздности. Вотъ 4 Г (грѣха) смертные:
гордости, зависти, гнѣва и праздности.
2
) Смотри Ев. Матѳ. 5.
іб8
Но ей не всѣ зке могутъ покоряться,
И этого свидетель ты былъ самъ,
А потому не долзкенъ ты смущаться.
12 0
Идти впередъ скорѣе нузкно намъ,
Сосредоточь теперь твое вниманье
На томъ, что ты подходишь къ тѣмъ мѣстамъ,
і2з
Гдѣ пребываетъ Высшее Созданье,
Великій Духъ, который сонмъ свізтилъ
Среди небесъ на вѣки засвѣтилъ
126
И далъ имъ постоянное двизкенье.»
Повиновался въ то зке я мгновенье:
Такъ соколъ, расправляя пару крылъ,
129
Глядитъ сперва — отъ путъ свободны-ль ноги,
И голосу охотника спѣшитъ
Покорнымъ быть и съ быстротой, въ тревогѣ,
із2
За птицею испуганной летитъ,
Чтобъ птицу получить за то въ награду. . .
Такъ точно я, принявши бодрый видъ,
135
Перешагнуть спѣшилъ черезъ ограду,
По лѣстницѣ вступая въ высшій кругъ,
И миновалъ ступеней много къ ряду.
і38
Въ кругъ пятый ') перешелъ едва я, вдругъ
Увидѣлъ я, что предо мной лезкали,
Лицомъ къ землѣ, душъ образы вокругъ
І4І
И землю всю слезами обливали.
Они не уставали восклицать,
Но вздохи ихъ глубокіе мѣшали
144
') Кругъ, гдѣ наказывается корысто.іюбіе. Поэтъ постави.іъ въ своихъ стихахъ: Adhoesit
pavimento апітэе теэе. Это собственныя слова псалма и8, которыя выраЖаютъ привязанность тѣней къ земнымъ сокровищалгь.
169
JAHTE.
II.
^
Сперва ихъ восклицанье понимать,
Потомъ я ихъ слова разслышалъ ясно:
«Съ землей нельзя намъ связи разорвать!
Нашъ духъ къ землѣ стремится еЖечасно. .
Тогда сказалъ тѣмъ призракамъ поэтъ:
«Мученье ваше было бы уЖасно,
Когда бъ святой надеЖды высшій свѣтъ
И вѣра въ правосудье не смиряли
Всю горечь ваш ихъ мукъ и тяЖкихъ бѣдъ.
Желалъ бы я, чтобъ вы теперь мн1з дали,
О, БоЖіи избранники, отвѣтъ,
И въ высшій кругъ дорогу указали.»
И тѣнь одна отвѣтила тогда,
Нарушивши недолгое молчанье:
«О, тѣни! если вы пришли сюда
И, нашего избавлены страданья,
Хотите знать священный путь туда,
Гдѣ нѣтъ ни нашихъ слезъ, ни наказанья,
Т о все направо моЖете всходить. . .»
По тѣмъ словамъ я тотчасъ догадался,
Что призракъ не узналъ меня, хоть скрыть
Что я не тѣнь, я вовсе не старался.
Взглянулъ я на учителя въ тотъ мигъ.
Онъ сдѣлалъ знакъ, которымъ одобрялся
Имъ мой вопросъ, и я тогда постигъ,
Что онъ благословилъ мое Желанье,
И это развязало мой языкъ.
Я къ тѣни подошелъ безъ колебанья,
Невѣдѣнье ея понявши, и сказалъ:
— «О, бѣдный духъ, чьи горькія рыданья
Я слушаю и виЖу, что позналъ
Т ы прошлые грѣхи и заблужденья
И по сознанью искреннему сталъ
, 77
Ты близке къ небесамъ, хоть на мгновенье
Свои мольбы, прошу тебя, прерви,
Сказки мнѣ — кто ты, скорбное видѣнье,
і8о
Свое земное имя назови,
И почему леЖите распростерты
Вы всѣ? Воспоминанье обнови
і83
Своимъ разсказомъ. . . Здѣсь съ которыхъ поръ ты?
Прошу тебя, сказки мнѣ: мозкетъ быть,
Я чѣмъ нибудь могу тебѣ слуЖить
186
Въ томъ свѣтѣ, гдѣ еіие Живу я нынѣ.»
И призракъ отвѣчалъ: « Я разскаЖу тебѣ,
Зачѣмъ леЖимъ недвиЖно мы въ пустынѣ,
і«9
Но преЖде о моей узнать судьбѣ
Т ы долЖенъ. Я на свѣтѣ назывался
Намѣстникомъ Петра. ') Ты догадался
192
Кто я такой? Есть -быстрая рѣка
МеЖду Сестри и градомъ Кіавари;
Та рѣчка, моЖетъ быть, невелика,
195
Но наше имя сходно. Я въ тіарѣ
Не много больше мѣсяид ходилъ,
Но въ эти дни впервые оцѣнилъ,
1
*
] 8
9
) Познай, что я былъ папой. Поэтъ заставляетъ говорить эту тѣнь no-латыни: Scias
quod ego fui successor Petri. — Рѣка Лаваньо впадаетъ меЖду Сестри и Кіавари, городол\ъ
генуэзской республики. Здѣсь выведенъ на сцену папа Адріанъ V , который былъ изъ фалѵиліи Фіески, и родственники его носили титулъ графовъ Лаваньо. Адріанъ V былъ первосвященниколіъ лѵѣсяцъ и девять дней.
71
Какъ тяЖела тѣмъ мантія владыки,
Кто не Желалъ бы мантіи влачить
Въ грязи. . . ГІовѣрь, не могутъ такъ давить
20І
Другія одѣянія. . . Велики
Мои сомнѣнья были в'ь эти дни. . .
Увы] явились поздно уЖь они!
2 04
Но вовремя раскаянье явилось! . .
Когда Же римскимъ пастыремъ я сталъ,
Мнѣ истина печальная открылась,
207
Всю тяЖесть Жизни новой я узналъ,
Я понялъ какъ опасно возвышенье,
Съ которымъ сонъ и свой покой терялъ,
2 10
Испытывая сильное томленье.
Я понялъ, какъ тяЖка бываетъ власть,
И прошлыя постигши заблуЖденья,
2I3
Передъ Твори,омъ въ раскаяньѣ упасть
Рѣшился вдругъ. Съ душой, забытой Богомъ,
Корыстолюбья бѣшеную страсть
2 іб
Я испыталъ, и небо въ гнѣвѣ строгомъ
Теперь, какъ видишь ты, меня казнить.
За грѣхъ земной къ раскаянью, къ тревогамъ
2 ig
ОсуЖдены мы здѣсь, сознавшіе свой стыдъ:
На всей горѣ нѣтъ горше наказанья.
Какъ на землѣ былъ нами позабыть
2 22
Законъ небесъ и высшихъ благъ даянье,
Такъ здѣсь къ землѣ прикованъ сталъ нашъ взглядъ.
Какъ въ Жизни презирали мы познанье
225
Небесной благодати и наградъ,
Которое намъ душу очиш,аетъ,
Такъ высшій судъ во прахъ насъ повертеть,
172
228
Связав ь насъ по рукамъ u no ногамъ.
И долго неподвижно такъ придется
Въ раскаяньи здѣсь пролеЖать всѣмъ намъ,
2з<
Пока ликъ Бога къ намъ не повернется
И насъ Благой Создатель не простить:
Здѣсь каЖдый за корысть свою гнетется. . . »
2з4
Въ минуту ту печаленъ былъ мой видъ.
Я передъ тѣнью скорбною склонился,
И съ ней заговорить уЖе рѣшился,
2з7
Но только началъ рѣчь свою едва,
Тѣнь бѣдная меня остановила
И я услышалъ тихія слова:
240
«Меня твоя покорность удивила.
Зачѣмъ себя ты хочешь униЖать?»
Я отвЬчалъ: «Меня къ тому склонило
243
Сознаніе твоихъ достоинствъ. . .» «Встать
Т ы долЖенъ, брать,» вновь тѣнь проговорила:
«Ты истины не долЖенъ избѣгать.
24G
И ты, и я, всѣ слуЖимъ мы на свѣтѣ
Одной и той Же власти. . . Не забудь
Того что въ Новомъ сказано Завѣтѣ.
249
Припомни: «Neque пи bent,» ') и свой путь
Вновь продолЖай, колѣнъ не преклоняя.
Да, удались, мнѣ плакать не мѣшая:
') Neque nubent. Слова Іисуса Христа садудкеялѵъ, чтобы показать илѵъ ошибку, еъ
которой находились они, полагая, что въ загробной Жизни есть браки (Марк. XII, V. 2.5).
ІІоэтъ, предполагая, что на зелілѣ первосвяіценникъ есть супругъ церкви (такъ какъ онъ
доходитъ до того, что, говоря о МартынЬ IV (Чистил, пѣс. XXIV), восклицаетъ: E b b e Іа
santa chiesa in le sue braccia, распространяет!?, (конечно, не высказываясь) слова Іисуса
Христа къ саддукеямъ на Адріана V , давая тѣмъ понять, что союзъ церкви и папы рушится
въ той Жизни.
Т ы самъ сказалъ, что слезъ моихъ потокъ
Мнѣ въ буду иле мъ готовить искупленье
За мой земной, презрѣнный мой порокъ.
255
Слезами лишь я заслузку прощенье. . .
Т а м ъ на землѣ еще теперь зкиветъ моя
Племянница. ') Ей имя при крещеньѣ
a5s
Алядзкіо дано. Былъ въ томъ увѣренъ я,
Что честное всегда въ ней сердце билось;
Дай Богъ, чтобъ сердце это сохранилось
261
Отъ всѣхъ дурныхъ примѣровъ, и дай Богъ
Ей до могилы чистою остаться:
Въ томъ мірѣ зла, пороковъ и тревогъ
264
Она одна близка мнѣ, мозкетъ статься. »
*) Племянница Адріана У , супруга Марсиліо Ма.іаспино. ГІоэтъ ловко вводитъ похвалу
этой принцессѣ въ уста дяди. ГранЖье два раза говоритъ въ своихъ коліентаріяхъ, что рѣчь
идетъ объ Адріанѣ IV, но онъ ошибается, потому что здѣсь несомненно говорится объ
АдріанЬ V , изъ фамиліи Фіески, графовъ Лаваньо.
74
ПЪСНЯ ДВАДЦАТАЯ.
Данте раз сказываешь, какъ, слѣдуя иѣсколъко времени тою оке дорогою, опъ встретился съ
Гуго Капетомъ, какъ потомъ опъ чувствовалъ колебаніе горы и услъииалъ пЪсни тѣпей,
которыя пѣли: Слава въ вышнихъ Богу! . .
з
Такт> точно я, какъ возкдь мой дорогой,
Желанье духа слѣпо исполняя,
Пошелъ впередъ, волненія скрывая,
б
И созкалѣлъ, что мнѣ не удалось
Подробнѣе поговорить съ видѣньемъ.
Вдоль скалъ обоимъ намъ идти пришлось,
g
Чтобъ миновать съ немалымъ затрудненьемъ
Толпу тѣней, которой занята
Была дорога. Съ горькимъ сокрушеньемъ
<2
Рыдая, занимали всѣ мѣста
Равнины той недвиішмыя тѣни
И только съ краю узкія ступени
і5
Свободными явились на пути
Вотъ почему тропинкой боковою
Я долЖенъ былъ въ смущеніи идти
Безмолвный и съ поникшей головою.
О, сколько слезъ, невысыхавшихъ слезъ
Увидѣть въ это время предъ собою
Мн'Ь на пути печальномъ привелось! . .
Будь проклята ты вѣчно, безпощадно,
О, древняя волчица! ') Гнусно-Жадно,
24
Т ы насытить свой голодъ не могла
И столько Жертвъ на свѣтѣ поЖрала,
Что ни съ какимъ Животнымъ не сравнишься! . .
27
О, небо! Т ы когда Же разразишься
Надъ этою всесильной язвой зла?
Земля давно у Же къ себѣ Ждала
з0
Того, ктобъ звѣря злобы уничтоЖилъ,
Который цѣлый лѵіръ давно тревоЖилъ
И поЖиралъ! . . Мы тихо шли впередъ,
зз
~
'
> л за тѣнями,
Которыя Jprti — ночи напролетъ
Стонали обливаяся слезами.
36
И вдругъ он1з воскликнули: «О, ты,
2
)
Марія благодатная! Т ы знала
Всѣ бѣдствія тяЖелой нищеты!
Зс,
') Оігь порицаетъ корыстолюбіе и называетъ его волчицей. О той Же волчиц'Ь говорится въ «Ад'Ь» (п'Ьс. і).
2
) Марія (мать Іисуса Христа) приведена здѣсь въ примѣръ по своей б'Ьдности.—Фабрицій, римскій полководецъ, отказавшійся принять деньги, которыя присладъ Пирръ, чтобы
подкупить его.—Николай св. епископъ лшрскій, но не барскій, (хотя это одно и то Же,
потому что мощи его перенесены в-ъ послѣдній городъ). Этотъ достопочтенный архипастырь,
узнавъ, что одинъ презрѣнный граЖданинъ, р'Бшился трехъ дочерей своихъ предать проституціи потому что не могъ выдать ихъ замуЖъ за неимѣніемъ приданаго, велѣлъ ночыо под-
f
J
Тогда ты эту бѣдность испытала,
Когда, младенца въ ясли полоЖивъ
И въ нихъ святую ношу охраняла. »
42
И кто-то вновь сказалъ: «Ты былъ не лЖивъ,
О, добрый .мои Фабри цій! добродѣтель
Предпочиталъ, какъ говорить .молва,
45
Богатству и пороку. . . Ри,мъ свидѣтель
Твоихъ дѣяніи добрыхъ». . . Т ѣ слова
Меня очаровали; ихъ едва
48
Услышалъ я, то вдругъ остановился;
Чтобъ душу говорившаго узнать,
Его признанье выслушать рѣшился;
5i
А призракъ меЖду тѣмъ сталъ продолжать
И говорилъ про щедрость Николая,
Который, трехъ невѣстъ спасти Желая
54
Отъ всѣхъ дурныхъ соблазновъ, тайно дать
Рѣшился имъ приданое. Тогда-то
Я вопросилъ невѣдомаго брата:
57
«О, тѣнь, такъ говорящая умно!
Повѣдай мнѣ — кѣ.мъ ты была когда-то. . .
Я слушаю тебя уЖе давно. . .
60
О, почему лишь ты здѣсь начинаешь
Высказывать такія похвалы?
Когда ты только этого Желаешь,
63
Т ы , мало такъ способный на хулы,
Т о за свои слова ты Жди награды,
Лишь только всѣ священныя ограды
бб
бросить черезъ его окошко въ дом/ь столько денегъ, что онъ былъ въ состояніи прилично
устроить дочерей своихъ. (См. Іоанна JiakOHa.)
47
JAHTE.
II.
Миную я и возвращусь въ тотъ свѣтъ,
Чтобъ кончить краткіи путь существованья,
Котораго такъ мимолетенъ слѣдъ.»
6g
Духъ отвѣчалъ: «Нарушу я молчанье
Не потому, что Жду себѣ наградъ,
Но потому, что твои глубокіи взглядъ
72
Небесной благодатію сверкаетъ
Е щ е до смерти. Слушай Же меня:
Былъ вреднаго растенья корнемъ я, ')
7ъ
Растенія, которое бросаеть
Тѣнь гибели на христіанскій свѣтъ. . .
II вредные плоды произрастаетъ,
.
7$
') Луша которая говорить здѣсь, есть душа Гуго Капета, не того, какъ справедливо
зам'Ьчаетъ Женгене, который былъ первымъ королемъ изъ династіи Капетинговъ, но его отца
Гуго Великаго, герцога французскаго, графа париЖскаго, который ран'Ье своего сына назывался Cappatus, К а п е т ь , по причипамъ, въ которыхъ историки не сходятся меЖду собою.
« Я былъ корнемъ пагубнаго растенія» и пр.
Здѣсь ненависть поэта проявляется безъ лѵѣры. Изъ примѣчанія къ п Ьснѣ VII «Чистилища» видно, что флорентинцы только съ помощью французскаго принца Карла Валѵа получили возможность изгнать безъ возврата гиббелинскѵю партію, къ которой принадлеЖалъ
тогда Данте, хотя самъ онъ и происходил!-. отъ родителей гвельфовъ.
Еслибъ Дуэ, Гентъ, Лилль и ІЗригге, покоренные въ то время Филиппомъ Красивымъ,
илѵѣли довольно энергіи, они презрЬли бы его могущество. Французы потеряли Фландрію въ
март'Ь 1З02, но поэтъ, показывая видъ, что пиіиетъ поэму въ і?оо, задумадъ представить эти
военныя событія, какъ предсказаніе или выраЖеніе своего пророческаго негодованія.
«Это отъ меня родились (произошли) Филиппы и Людовики)!.
Большинство королей изъ династіи Капетинговъ назывались Филиппами или Людовиками.
Figliouol fui d'un beccaio di Parigi» (былъ сынъ париЖскаго мясника). Мы приводима
зд'Ьсь въ объяснение этой фразы мніініе ГранЖье, французскаго комментатора, который въ
этомъ случаѣ становится авторитетомь, по крайней м ѣ р ѣ для некоторой части фактовъ:
«Въ буквальному
смысл'Ь эта фраза едва ли моЖетъ пониматься, потомѵ что Гуго
Капетг> им'Ьлъ отцомъ Гуго Великаго, графа париЖскаго, который былъ сынъ Роберта,
герцога аквитанскаго. Этотъ Гуго Великій былъ принцъ, который весьма любилъ наказывать
злыхъ и подвергалъ безъ соЖалѣнія справедливой карЪ т ѣ х ъ , которые заслуживали смерть.»
Итакъ, сл іідѵя ГранЖье, l'igl:onoI fui значитъ сынъ Гуго Великаго, графа и судьи париЖскаго.
Многіе однако думаютъ, что ГранЖье ошибался, когда ѵтверЖдалъ, что тіьнь, которая
говоритъ, есть Гуго, сынъ Гуго Великаго. ВЪрн'Ье, что это самъ Гуго Великій.
Здоровыхъ Же плодовъ почти что нѣтъ. ,
Когда бы въ Брюгге, Гентѣ, или въ ЛиллЪ
Или въ Дуэ нашелся силы слѣдъ,
Тогда они наверно бы отмстили. .
И этого я непременно Жду;
Я обращаюсь къ высшему суду
И требую небеснаго отмщенья.
Передъ тобой стоить Гуго Іѵапетъ,
А отъ .меня явилось поколѣнье
Филипповъ и Людовиковъ на свѣтъ,
И началось потомъ ихъ управленье
Надъ Франиіей спустя немного лѣтъ.
Сынъ мясника париЖскаго по роду,
Я управлялъ всей наиіеи потомъ,
Когда всѣ короли угасли, и народу
Одинъ моііархъ извѣстенъ былъ при томъ,
Укрывшійся подъ рясою монаха.
Я сдѣлался всей Франиіи иаремъ,
Кормило царства въ руки взялъ безъ страха,
И властью столь обширной обладалъ,
Что сыну своему я завѣщалъ
Корону съ головы своей, а далѣ
Его потомки власти не теряли,
И сыну тронъ отецъ передавать.
$
Пока Провансъ огромнѣйшимъ приданы.\ѵъ
Стыда съ моих7з потомковъ не снималъ,
До этихъ поръ (то ну Л но знать всегда намъ)
Имѣлъ значенья мало весь нашъ родъ;
Не дороЖа ни совестью, ни саномъ,
Онъ предаваться началъ, въ свои чередъ,
Насилью, лЖи, постыднымъ грабеЖамъ;
Гасконію съ Норман діей ограбилъ;
Когда Же Карлъ, явившись ко брегамъ
Италіи, не только вдругъ ослабилъ
Власть Конрадина, даЖе отравилъ
Оому и въ небеса его отправилъ, —
Я въ будущемъ ту истину открылъ,
Что явится изъ Франиди Карлъ новый,
Чтобъ каЖдый передъ нимъ страхъ ощути лъ
Появится оттуда онъ, суровый,
Но безъ оруЖья, лишь вооруЖенъ
Той силою постыдной будетъ онъ,
Которую мы видѣли въ Іудѣ.
Флоренцию онъ нагло разорить,
Разграбить по безсмысленной причудѣ,
Себѣ пріобрѣтая только стыдъ,
Или позорь, но только не владѣнья,
Да совѣсти, быть моЖетъ, угрызенье
И тізмъ си.іьнѣе муки ощутить,
Ч ѣ м ъ онъ смѣлѣе будетъ въ преступленьѣ.
Другой Же Карлъ дошелъ до униЖенья
УЖе теперь. На флотѣ онъ сидитъ,
Онъ плѣнниісъ, дочь родную продающій,
И на нее онъ какъ корсаръ глядитъ,
Рабынями презрѣнный торгъ ведущій.
О, ты, корыстолюбье! Худшихъ бѣдь
Е щ е не люгъ донынѣ видѣть свѣтъ,
Какими ты весь родъ мой заклейм'ило:
Мое потомство ты лишь научило.
Своихъ дѣтей и внуковъ презирать! . ,
180
Но въ будущемъ я ви>ку преступленья,
Которыя долЖны всѣхъ пораЖать
Е щ е сильнѣй, чѣмъ прошлыя. Въ смятеньіь
Могу теперь въ грядущемъ созерцать
Намѣстника Петра въ его плѣненьѣ:
Судьбу Христа онъ долЖенъ испытать.
Е щ е теперь я виЖу поруганье
Надъ нимъ, и предо мной проходитъ вновь,
ОЖившее священное преданье
И сиена Желчи съ уксусомъ — и кровь. . .
Я виЖу какъ страдалеиъ уліираетъ
МеЖъ двухъ Живыхъ разбойниковъ. . . Мелькаетъ
Передо мной еще другой Пилатъ,
Котораго страданье забавляетъ,
Который изъ корыстныхъ цѣлей радъ
') V e g g i o . . .
Е nel vicario suo Cristo esser cotto
Veggiolo un'altra volta esser deriso,
V e g g i o rinnoveltar l'aceto el fale.
Здѣсь д'Ьло идетъ о Бонифаціи VIII, который былъ арестована въ Ананьи Ногаре и
Эгьенномъ Колонна, начальниками арміи Филиппа Красиваго, котораго называютъ новымъ
Пилатомъ. Бонифацій умеръ несколько времени спустя послѣ этого оскорбленія; Ногаре и
Колонна, какъ разбойники, переЖили его. Эти три стиха были прилЬплены въ вид'Ь прокламаціи въ Римѣ на дзеряхъ н'Ькоторыхъ церквей въ 1809 году, въ самый день похищенія
Пія VII. Невозможно найти болѣе поразительнаго намека на происшествие, которое огорчило этотъ городъ.
Листки эти, сорванные людьми, которымъ платило тогдашнее правительство, были
принесены къ одной изъ полицейскихъ властей, которая поняла ихъ весьма хорошо, но не
сочла нуЖнымъ донести объ этомъ. Многія лица только чрезъ посредство этого національнаго
заявленія, столь энергичнаго, узнали о плѣнѣ папы. Опасаясь нескромности во время пути,
генералъ, конвоировавшій папу, запретидъ подъ страхомъ смерти почтальонамъ, везшимъ карету на блиЖайшую станцію Старту, произнести даЖе одно слово. Но одинъ изъ почтальоновъ, понявшій тотчасъ причину такого приказанія, не захотѣлъ скрывать столь ваЖной тайны, приблизился къ своему товарищу, который долЖенъ былъ провоЖать карету до следующей станціи, и опираясь локтемъ на грудь сдѣлалъ рукой Жестъ папскаго благословенія. Всѣ
почта'ри въ Тосканѣ и въ ГенуЬ повторяли тотъ-Же знакъ и везд'Ь, гд"Ь генералъ проЬзЖалъ
съ своей Жертвой, онъ съ удивленіемъ видѣлъ, что его секретъ былъ извѣстенъ.
181
Насилье сд'Ьлать въ Тамплѣ. . . ') О, Владыка
Верховный мой! . . Въ тотъ самый часъ
Мое блаЖенство будетъ такъ велико,
156
Когда могу увидѣть я хоть разъ
Великое боЖественное мш,енье,
Которое воздать за преступленье
Х59
*
Ты долЖенъ всѣмъ, презр'Ьвшимъ БоЖій гнѣвъ. . .
Когда къ тебѣ я съ словомъ обратился
О Дѣвѣ той божественной изъ д'Ьвъ,
,б2
Спаситель отъ которой возродился,
Въ минуту ту, припомни ты, на мніз
Внимательный твой взоръ остановился,
,65
Чтобъ угадать смыслъ словъ моихъ вполнѣ:
Узнай Же: таковы у насъ моленья
Во время дня; а ночью въ тишинѣ
,68
Мы вспоминаемъ, полны сокрушенья,
Печальные примѣры дѣлъ земныхъ
II по ночамъ въ своемъ уединеньи
,7,
Мы, призраки, бесѣдуемъ о нихъ.
Мы вспоминаемъ то о Пигмаліонѣ, -)
Не вѣдавшаго въ Жизни благъ иныхъ,
174
') Поддали думаетъ: что поэтъ д'Ьлаетъ здѣсь намекъ на уничтоЖеніе ордена Т а м пліеровъ, предписанное Филиппомъ Красивымъ въ іЗо-j году (Слѵ. Флери, церковная исторія,
год. іЗо-.) Это обгіясненіе каЖется очень удовлетворительными Гуго Великій могъ говорить
въ іЗоо году объ этихъ происшествіяхъ, потому что онъ въ этотъ моментъ предсказывалъ
будущее.
2
) Всякому извѣстна исторія Пигмаліона, сына Бела, который измѣннически убилъ
Сихея, своего дядю и муЖа Дидоны.
Мидасъ, царь лидійскій, который получилъ отъ Вакха даръ обращать въ золото все,
къ чему ни прикоснется.
Ахамъ былъ побитъ камнями за то, что утаилъ въ свою пользу часть іерихонской
добычи.
182
Какъ золото и вдругъ, во время оно,
Изъ-за него попавшаго въ число
Отиеубійиъ и татей,— ремесло
41
Постыдное избравъ; то вспоминаемъ
Мидаса мы, презрѣннаго скупиа,
Которого, какъ это всѣ мы знаемъ,
180
Желанье глупое сбылось, и безъ конца
Надъ скрягою потомство все смѣялось.
Исторія Ахама вспоминалась,
t83
Порой, меЖь насъ, который утаилъ
Добычу пепріятеля и, вѣрно,
По смерти даЖе онъ не позабылъ
,8б
Гн'Ьвъ Іисуса Навина. Безмерно
Сафиру и Ананія коримъ,
И славословимъ часто здѣсь и чтимх>
is<»
Мы всадника, что могъ Геліодора
Ногами лошадиными убить. . .
Полимнесторъ, убійиа Полидора,
192
На всей горѣ успѣлъ лишь заслуЖить
За свои поступокъ обш,ее презрѣнье,
И мы не моЖемъ Красса позабыть,
,95
Геліодорь, посланный Селевкомъ, королемъ Сиріи, чгобъ похитить сокровища Іерусалима, былъ попранъ копытами лошади, на которой сид'Ьлг> вооруженный всадникъ, внезапно появившійся передъ нимъ.
Полимнесторъ былъ король Оракіи; ІІріамъ заклиналг-i его сохранять Полидора, его
сына, и часть троянскихъ сокровищъ: но ІІолилшесторъ убилъ Полидора, чгобъ овлад'Ьть
этимъ оогатствомъ.
Маркъ Крассъ былъ разбить парнянами, которые растопленнымъ золотомъ залили емѵ
ротъ за его корыстолюбіе.
Сафира и Ананія, которые, давъ обЬтъ бедности. утаили часть своихъ денегъ, пали
мертвые при первыхъ словахъ Св. Петра.
і83
Вкусъ золота познавшаго въ мученьи.
Т о громко мы, то тихо говоримъ
Me Жду собой, смотря по впечатлЬныо
198
Постыдныхъ дѣлъ, которыя хранимъ
Мы въ памяти. О славныхь Же дѣяньяхъ
Во время дня мы тоЖе не молчимъ
20т
И поминаемъ ихъ въ своихъ сказаньяхъ.
Когда Же милю насъ ты проходилъ,
Лишь я одинъ въ то время говорилъ. . .»
204
Мы съ этимъ грустнымъ призракомъ разста.шсь,
И оба, не Жалѣя нашихъ силъ,
Идти впередъ съ поспешностью старались.
207
Вдругъ вся гора такъ сильно потряслась,
Какъ будто въ это самое мгновенье
Скала съ уЖаснымъ трескомъ сорвалась,
210
И вся земля пришла кругомъ въ двиЖенье.
Отъ страха я оледенѣ.ть тогда,
Какъ будто совериіивіиій преступленье
21З
Предъ казнью въ день послѣдняго суда.
Подобнаго, конечно, сотрясенья
Не испыталъ и Делосъ '). никогда
216
Въ т'Ь дни, когда на островъ тотъ Латона
Въ виду родовъ своихъ не прибыла
И чтобъ родить съ Діаной Апполона
219
(Иль иначе: «два ока небосклона»)
Т а м ъ для себя одра не избрала. . .
Е щ е одна минута не прошла,
222
') Островъ Делосъ бь:лъ волнуемъ постоянными землетрясеніями, которыя прекратились, когда прибыла Латона родить Апполона и Діану. Поэтъ говоритъ о нихъ: «два ока
неба». Это напоминаетъ вырагкеніе Оттоманской ГІорты, которая называла Молдавію и Валахію двумя глазами Турціи въ Европѣ.
84
Когда такой уЖасный крикъ раздался,
Что мнѣ поэтъ сказалъ: «Не позабудь:
Я не хочу, мой сынъ, чтобъ опасался
22з
Т ы близъ меня, хотя чего нибудь.»
И слыіиалъ я, оправясь понемногу,
Какъ тѣни пѣли: «Слава въ вышнихъ Богу. . . » 1 )
228
Слова того я гимна уловилъ,
Прислушавшись къ тѣнямъ, стоявіиимъ блиЖе,
Ы неподвижно голову склон илъ
2 зі
Тогда въ своемъ недоумѣньи ниЖе. . .
Молитвы той священные стихи
Мы слушали вдвоемъ, какъ пастухи,
Зз4
Которые впервые услыхали
Тотъ самый.гимнъ, а меЖду т ѣ м ъ вкругъ насъ
ДроЖать земля и скалы перестали.
2з7
II вновь впередъ пошли м ы въ этотъ часъ
МеЖь призраковъ, которые леЖали
Тииомъ къ землѣ, чтобъ вѣчно лить изъ глазъ
2
Потоки слезъ, какъ небо повелѣло. . .
Когда не измѣнила память мнѣ,
"Тогда одно Желаніе кипѣло
24з
Въ моей груди: узнать, постичь вполнѣ
Событія послѣдняго причину
2
),
Но шелъ впередъ съ стремнины на стремнину
24б
') Gloria in excelsis, начало гимна ангеловъ по случаю Ро;клества I. Христа.
') Онъ Аедаетъ именно знать причину колебанія земли, которое почувствовалъ, но
обт> этомъ онт> узнаетъ только въ следующей пЪснѣ. Въ самомъ текстѣ X X пѣсни Желаніе
выра;кено болѣе чѣмъ не ясно и трудно понять—что его занимаетъ: молитва тѣней или
І85
JAHTE.
II.
-4
И спутника боялся вопрошать,
Который торопливо подвигался,
А самъ я ничего не могъ понять,
И быстро шелъ и въ думу углублялся.
землетрясеніе. Впрочемъ, подооныхъ неясностей довольцд: много въ «Божественной Комедіи»,
что совершенно понятно по самому ея фантастическому фону.
і8б
П Ъ С Н Я ДВАДЦАТЬ П Е Р В А Я .
/Janme, продолэкая свою дорогу, встрѣчаетъ поэта Стаи,гя, который, искупивъ грѣхи очищеніемъ, возносится въ рай. Поэтъ узпаетъ отъ пего причину неооыкповенпаго іиулга, который передъ тѣ.пъ слыиіалъ въ ЧистилищЪ.
3
f>
И меЖду распростертыми тѣнями,
Съ участіемъ за скорбью ихъ слѣдя,
Хотя не могъ утѣшить ихъ словами,
Не отставалъ отъ добраго во>кдя.
Вдругь, точно такъ, какъ вспрянувъ изъ гробницы,
Христосъ къ Іерусалиму проходя,
') Эта ненатуральная ЖаЖда, по мнѣнію коментаторовъ-богословов-ь, есть /келаніе постигнуть тайны БоЖіи. Іисусь Христосъ сказалъ Самаритянк'Ь: «А кто будетъ пить воду, которую Я дамъ ему, не будетъ гкаЖдать во вѣкъ». (Іоан. гл. 4, 14).
187
г
Двумъ путникамъ попался (такъ страницы
Луки евангелиста намъ гласятъ), ')
Лишь только оглянулись мы назадъ,
,5
Какъ сзади чей-то призракъ появился,
Склонивъ къ землѣ таинственный свой взглядъ,
И словно горемъ искреннимъ томился
18
За участь въ прахт-> низвергнутыхъ тѣней,
Которыя кругомъ его леЖали
И проливали слезы изъ очей.
Оооихъ насъ онъ замѣчалъ едва-ли,
Когда Жъ потомъ залѵѣтиль, сзади насъ
Его слова съ любовью прозвучали:
24
— «Приветствую обоихъ, братья, васъ!
Да снидетъ въ ваши души миръ небесный.
Остановились оба мы тотчасъ,
27
Лишь слово молвилъ призракъ неизвѣстный.
Своей рукой пославъ ему привѣтъ,
Тогда сказалъ мой проводникъ чудесный:
3о
— а Пусть Вѣчнаго Судилища Совѣтъ,
Меня пославшій въ вѣчное изгнанье,
Божественный тебѣ даруетъ свѣтъ
33
PI чистыя исполнить упованья. »
Намъ призракъ не замедлилъ отвечать
«О, братья! У меня одно Желанье:
3<5
Какъ моЖете,— хотѣлось бы мнѣ знать,—
Въ своемъ пути такъ быстро подвигаться?
Какъ я могу васъ за тѣней считать,
з9
Еванг. Луки, 24.
188
4
Которыхъ Богъ къ себѣ не допускаетъ!
Кто васъ провелъ такъ далеко впередъ
По ступенямъ, которыхъ достигаетъ
Духъ избранныхъ?» Виргилій, въ свои передъ,
Отвѣтствовалъ: «Когда на знаки взглянешь,
Которые на лбу своемъ несетъ ')
Мой спутникъ молчалив_ый, и не станешь
Въ томъ сомнѣваться, что ихъ начерталъ
Самъ ангелъ, въ ту минуту ты познаешь,
Что Богъ ему возможность даровалъ
МеЖду тѣней блаЖенныхъ появиться.
Но такъ какъ онъ еиие не умиралъ,
И не успѣла Парка -) утомиться
За пряЖью той, что Клото ей вручилъ,
Т о смертный тотъ, который не смеЖилъ
Своихъ очей, (онъ намъ по духу сроденъ,)
Не могь одинъ чрезъ вс'Ь круги пройдти:
Хоть по заслугамъ небу онъ угоденъ,
Но нашихъ правъ лиіиенъ въ своемъ пути.
Вотъ почему я вызванъ былъ изъ ада,
Чтобъ смертнаго вслѣдъ за собой вести,
И мнѣ свой долгъ теперь исполнить надо
ГІо мѣрѣ силъ и всѣхъ своихъ заслугь. . .
Теперь скаЖи, мнѣ неизвѣстный другъ,
Причину — почему затрепетала
До основанья эта вся гора,
Передъ твоимъ приходомъ, и дроЖала,
2
Буквъі начертанныя на лбу Данте.
) Парка Лахеза.
189
Какъ бы стихіи подземная игра
До взморья всколыхнула всѣ твердыни
Святой Горы, а призраки въ долинѣ
69
При этомъ колебаніи слились
Въ единый крикъ.» Я понялъ, что Виргилій
И я — въ одномъ Желаніи сошлись,
72
И въ этотъ самый мигъ не безъ усилій
Я любопытство Жгучее скрывалъ.
На это такъ намъ призракъ отвѣчалъ;
75
«Святой горы случилось колебанье
И было, знайте вы, возбуЖдено
Лишь по Желанью Промысла оно:
78
Другаго вы не Ждите толкованья.
Мѣста, гдѣ вы проходите, давно
Избавлены отъ всякаго вліянья
81
Физическихъ законовъ: не страшны
Для нихъ стихіи грозныя волненья. . .
Тотъ шумъ и колебаніе долЖны
84
Вы понимать какъ волю Провиденья. .
Здѣсь, за тремя ступенями горы,
Е щ е никто не вѣдалъ той поры,
87
Чтобъ доЖдикъ шелъ иль зимній снѣгъ спускался,
Здѣсь нѣтъ густыхъ тумановъ и паровъ,
Здѣсь вѣтеръ никогда не появлялся
90
И нѣтъ нигдѣ растеній и ивѣтовъ
Твоихъ, о дочь Ѳомаса!. 1 ) Только ни Же,
Т а м ъ , за тремя ступенями, не блиЖе,
93
') Ѳолѵасъ, сынъ Зелии и отецъ Ирисы (pajyru).
190
«
Т а м ъ , гдіз есть ангелъ, посланный Петромъ
Растутъ и,вѣты, гремитъ, порою, громъ,
И моЖетъ воздухъ самый тамъ струиться.
Но здѣсь, гдѣ мы находимся втроемъ,
Ничто, ничто не моЖетъ совершиться
По прихоти стихійной, но кругомъ
ДроЖать гора тогда лишь начинаетъ,
Когда душа, пройдя искуса путь,
Въ небесные предѣлы улетаетъ,
2
1
),
9б
99
)
IО 2
Чтобы въ блаЖенствѣ віьчномъ отдохнуть,
И всякій разъ при этомъ потрясеньи
Очищенной души преобраЖенье
ю5
Крикъ общій вызываетъ у тѣней:
Такой Же крикъ и нынче вы слыхали.»
И далѣе мы призраку внимали:
ю8
«Когда есть сила воли у людей,
Т о съ волею возмоЖно очищенье.
Той волею свободною своей
м,
Душа стремится въ высшія селенья
И милость неба моЖетъ заслуЖить.
Душа готова каЖдое мгновенье
'
[t4
Раскаяньемъ прощенье заслуЖить,
Но небеса до срока умѣряютъ
Желанія, которыхъ утолить
J
І[7
) При вратахъ Чистилища, гд'Ь стоитъ ангелъ, которому Св. Петр'ъ ввѣрилъ ключи
(см. Чист., п'Ьс. IX).
2
) Гора колеблется всякій разъ, какъ душа возносится къ небу, окончивъ время покаянія, а не при всякомъ переходѣ изъ одного круга въ другой, какъ полагаютъ некоторые коментаторы.
Крикъ, который слышалъ поэтъ—это гилшъ «Слава въ выгипихъ Богу,» который сопровождает всякое колебаніе горы. На Э Т О Т Ъ разъ гора колебалась для тѣни Стація.
191
Не моЖемъ произвольно мы. Бываютъ
Такъ люди отъ грѣховъ защищены
Смущеніемъ ихъ совѣсти. ДолЖны
r2o
Мы всѣ на ГІровидѣнье полагаться.
Я пять вѣковъ 6лизъ этой крутизны
ГТовергнутъ въ прахъ, силъ не им'Ьлъ подняться;
12З
Я пять вѣковъ рыдая здѣсь леЖалъ,
И лишь сейчасъ во мнѣ заговорило
Сознаніе, что часъ тотъ уЖь насталъ,
І2
б
Когда небесъ таинственная сила
Въ счастливой, благодатной сторонѣ
ДбЗВОЛиТЪ
ОТДОХНуТЬ МНІЗ
ВЪ
ЛѴирНОй ТІІШинѢ.
129
Т ы слышалъ какъ земля заколебалась,
Какъ духи славословили Твориа,
И ихъ мольба о то.дѵь лишь раздавалась,
1З2
Чтобъ отдохнуть въ блаЖенствѣ до кониа
Въ обители небесной. . . » Перестала
Тѣнь говорить. На сердиѣ легче стало
і35
Отъ этихъ словъ. Такъ чистая вода
Въ насъ утоляетъ ЖаЖду постоянно
И мы глядимъ спокойнѣе тогда.
Т38
Заговорилъ учитель мой неЖданно:
«Теперь я понимаю, что за сѣть
Опутываетъ здѣсь васъ безпрестанно;
г4і
Мнѣ удалось, о тѣнь, уразумѣть
Всю тяЖесть вашихъ мукъ и искупленья
И, наконецъ, причину сотрясенья
144
Горы святой я понялъ, какъ и крикъ,
Которымъ этотъ гулъ сопровождался. . .
Хоть намъ и страшенъ былъ онъ въ первый мигъ.
т47
192
Но ты еще намъ, призракъ, не признался:
СкаЖи, какъ мы долЖны тебя назвать
И почему, отвѣть, здѣсь оставался
,50
Т ы пять вѣковъ?» Тѣнь стала отвечать:
«На свѣтѣ Жилъ во времена я Тита '),
Который въ міръ явился отомщать
За смерть Того, чья кровь была пролита
При помощи Іуды. Въ тѣ года
Я Жилъ, и было очень знаменито
,5(
Т о имя, что носилъ я, безъ труда
Завоевавъ любовь и уваЖенье,
Которыя везд'Ь встрѣчалъ тогдаВсеобщее встречая поклоненье,
Я только вѣрой не былъ просвѣтленъ,
Язычниковъ дѣливіии заблуЖденья.
,б2
Въ поэзіи я столько былъ силенъ,
Такъ были сладки звуки моей музы,
Что былъ я въ Римъ народомъ приглашенъ,
,6
*) Когда Титъ взялъ Іерусалимъ и отомстилъ смерть Іисуса Христа, проданнаго Іудою,
я носилъ на землѣ званіе, которое наиболѣе почетно и продолжительно. Мои звуки были
такъ увлекательны и сладки, что меня изъ Тулузы призвали въ Римъ. Ювеналъ въ своей
сатирѣ (VII) хвалитъ Стація.
Что касается до предполоЖенія Данте, что Стацій родился въ Тулузѣ, то онъ ошибается.
Было два СтаиДя, говоритъ Портирелли: поэтъ Стацій Папингусъ изъ Неаполя и Стацій
Суркулусъ или Урсолусъ изъ Тулузы, который обучалъ грамматикѣ. Здѣсь рѣчъ идетъ о
первомъ, потому что говорится о Ѳиваидѣ и Ахиллеид'Ь. МоЖетъ показаться страннымъ,
что Данте назвалъ Тулузу м'Ьстомъ роЖденія поэта, который родился въ Неаполѣ, но надо
знать, что подобная ошибка была сдѣлана Плацидомъ Лактаниіемъ, который въ концЪ
своихъ коментаторовъ на двѣ вышеозначенныя поэмы см'Ьшиваетъ обоихъ Стаціевъ, Ломбарди нашелъ истинную причину, которая извиняетъ Данте. Обширная эрудиція поэта оказывается недостаточною, потому что Selve Стація единственное сочиненіе, гдѣ онъ называетъ себя неаполитанцемъ, было долгое время неизвестно (См. Лиліо ДЖиральди de L o t .
poet, dialog.) и открыто только сто лѣтъ спустя посл'Ь смерти Данте.
iq3
ДАНТЕ.
II.
25
Куда переселился изъ Тулузы,
И оылъ увѣнчанъ миртовымъ вѣнкомъ.
Любой изъ римлянъ съ СтаиДемъ знакомъ,
нзз
Со Стаиіемъ знакомо ваше время;
Въ своихъ я пѣсняхъ Ѳивы воспѣвалъ,
Ахилла Жизнь
но этотъ трудъ какъ бремя
Іуі
ТяЖелое, сломилъ меня: я палъ.
Въ моей груди горѣло вдохновенье:
Его пѣвеиъ великій возбуЖдалъ,
І74
Котораго слова и пізснопѣнье
Всегда являлись дивнымъ родникомъ
Для геніевъ, искавшихъ наслаЖденья
, 77
Въ его стихахъ. Я говорю о томъ
Великомъ, замѣчагельномъ твореньи,
Съ которымъ каЖдый юноша знакомъ.
,s0
Я говорю теперь объ Энеидѣ 2 ),
Въ ней находя кормилицу и мать,
ГІоэзіи источникъ вѣчный видя
і83
Въ ея стихахъ. Я ничего писать
Безъ помощи ея не принимался,
Не смѣлъ двухъ словъ, не справясь съ ней, сказать.
i8G
') В ь поэмахъ «ѲиваидЦ» и «АхиллеидЬ», но я не окончилъ этой 'последней поэмы.
Стацій окончи ль «Ѳиваиду», но умеръ неусп'Ьвъ окончить второй поэмы. «ЗдѢсьФранческо Бѵти, говоритъ Ломоарди, привязывается къ Данте и утверЖдаетъ, что «Ахиллеида»
Стація, твореніе дод'Ьланное и законченное; но я думаю, что предполо>кеніе Бути чисто
его фантазія.»
2
) Велутелло думаетъ, что Данте заставляете Стація говорить, припоминая слѣдующіе
стихи изъ Ѳиваиды:
Theba:...
Vive, precor, пес tu divinam Aeneida tanta,
Sed longe sequere, et vestigia semper adora.
94
Я съ радостью бъ на цѣлый годъ остался
Въ изгнаніи меЖъ плачущихъ тѣней,
Когда бъ такого счастія доЖдался,
і8э
Чтобъ вмѣстѣ съ т ѣ м ъ , кѣмъ созданъ былъ Эней,
Въ одно и тоЖе время Жить на свѣтѣ.»
Лишь только услыхалъ слова я эти,
, д2
Такъ на меня взглянулъ мой проводникъ,
Какъ будто мнѣ совѣтовалъ молчанье.
Но я владѣть собою не привыкъ:
ід5
Насъ оставляетъ самообладанье,
Рыданье, смѣхъ насъ часто выдаютъ,
Когда черты лица у насъ не лгутъ,
ig s
И сердцу лоЖь съ притворствомъ непонятна.
Вотъ почему и я не могъ въ тотъ часъ
Улыбки скрыть: такъ было мнѣ
ПріЯТНО
2оі
Признанье то услышать, умилясь.
При этомъ тізнь мгновенно замолчала,
Но съ глазъ моихъ не отводила глазъ,
204
И въ нихъ, какъ будто въ зеркалѣ, искала
ДвиЖенья тайной мысли, и потомъ
Вновь говорить она со мною стала:
20?
«Будь счастливъ ты, стремясь своимъ путемъ,
Чтобы достичь великой, славной цѣли. . .
Но я спросить Желалъ бы объ одномъ:
2ІО
Твои уста улыбки не у.ѵѵѣ.іи
Передо мной въ минуту эту скрыть.
Не моЖешь ли теперь мнѣ объяснить
2і3
Ея причину? . .» Былъ я въ затрудненьи,
Одинъ—не позволялъ мнѣ говорить,
Другой Же отъ меня Ждалъ объясненья.
2)б
І95
25*
И вздоха я не могъ при этомъ скрыть,
И утаить не лѵогь я мысли тайной.
Заметивши мой трепетъ чрезвычайный,
Виргилій торопливо произнесъ:
«Все говори ему и не смущайся,
И смѣло на настойчивый вопросъ
Е м у теперь отвѣтить постарайся. . .»
И я сказалъ: «О, благородный духъ! . .
Моей улыбкѣ ты не удивляйся:
Сейчасъ я удивлю твой чуткій слухъ
Ещ,е сильнѣи. Онъ, мой путеводитель,
Меня ведущій въ лучшую обитель,
Онъ—самъ Виргилій, знай ты, тотъ поэтъ,
Въ тебѣ будившій преЖде вдохновенье,
Чтобъ пѣть боговъ, людей и иѣлый свѣтъ.
Когда тебя въ невольное сомнѣнье
Ввела моя улыбка, то теперь
Пойми ея причину и явленье
И моему признанію повЬрь.
Твои слова улыбку породили
Невольную: уста мн'Ь изменили. . .»
УЖь Стаиій наклонился, чтобъ обнять
Учителя колѣна, но Виргилій
Поторопился призраку сказать:
«Мой милый братъ!. Склоняться для чего Же?
Не забывай, что если призракъ—ты,
Т о и я самъ, туманный призракъ тоЖе,
Безплотный духъ, лишенный красоты
И формъ земныхъ. . .» Тутъ Стаиій отозвался
« Т ы видишь самъ, что я не притворялся:
ідб
Такъ велика къ тебѣ моя любовь,
"Что я тш,еславье наше забываю,
И предъ тобой колѣна преклоняю,
249
Какъ будто бы ты оЖилъ вновь
Иль вовсе не слоЖилъ ещ,е въ .могилу
Земной свой прахъ и Жизненную силу. »
252
/
97
ПІЗСНЯ ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ.
Поэты входятъ въ шестой кругъ, гд'Ь наказывается грѣхъ ооЖорства. Они паходятъ дерево,
покрытое сочными плодами и орошаемое прозрачной водой, падающей съ горы.
ангелъ тотъ остался сзади насъ,
||ЖР Который указалъ къ шестому кругу
6.J4 Прямой намъ путь, и мезкду глазь
На лбу моемъ стеръ букву ') (ту услугу
Я оцЪнилъ), а высіиій хоръ духовъ
Запѣлъ согласный гимнъ Твориу міровъ
з
б
«Блазкенны зкаукдуіиіе. . .» 2 ) Хоръ прервался
И не окончилъ слѣдующихъ словъ.
Свободнѣе впередъ я подвигался
Стремясь къ другимъ невѣдомымъ кругамъ,
Отъ двухъ тѣней въ пути не отставая 3)
И слову моего возкдя внимая.
1
) Онъ выходитъ изъ
стираетъ съ него одну изъ
2
) Beati qui sitiunt et
правды.
3
) Стація и Виргилія.
Чистилищу.
пятаго круга—корыстолюэія, и ангелъ-хранитель шесгаго круга
бѵквъ Г.
esuriunt justitiam. Матѳ. V, б. БлаЖенны алчѵщіе и ;ка>кдуииіе
Первый не оставлялъ болѣе поэта до конца его путешествія къ
igS
Онъ говорилъ: «) «Всегда доступна намъ
Любовь во имя истины и свѣта:
Къ намъ переходитъ скоро чувство это
Изъ глубины другой, чуЖой дуіии,
Въ которой пріютилась добродѣтель.
Когда вотъ здЬсь, въ ЧистилиигЬ, въ тиши
і8
Явился Ювеналъ (тому свидетель
Я былъ) 2 ), который такъ любилъ
Тебя, то въ серди/Ь ощутилъ
2І
Къ тебіз я самъ привязанность такую,
Которую еще не ощущалъ
Я никогда—сказать то не рискую—
24
Къ тому, кого я никогда не зналъ.
А потому съ тобою путь свершая,
Покажется короткою меЖду скалъ
2у
Дорога мн'Ь. . . Но просьба есть большая:
Какъ другъ, меня теперь ты не кори
За откровенность ту, и не скрывая,
з0
Какъ другу мн'Ь всю правду говори.
Во мнѣ одно сомнЬніе родилось.
СкаЖи Же мн'Ь: какъ это поселилось
33
Въ теб'Ь корыстолюбье? Какъ могло
Въ такой душЬ то чувство пріютиться,
Въ которой все разумно и св'Ьтло? . .
зъ
Какъ разумъ твой, стремившійся учиться,
Подобному гр'Ьху отдаться могъ? . .
Всегда я стану этому дивиться. . .»
з9
1
) Оораш,еніе къ Стацію.
j Онъ съ на.ѵѵ'Ьреніел\ъ говоритъ ооъ Ювена.іЬ,
«Ѳиваиду».
2
і9Э
потому- что
этотъ
поэтъ
хвалитъ
Едва улыбку призракъ превозмогъ
И отвѣчалъ безъ всякаго смущенья:
«Въ твоихъ словахъ я ви>ку выраЖенье
42
Твоей прекрасной друЖбы, но повѣрь,
Не всѣ предметы въ сущности такіе,
Какими ихъ считаемъ мы теперь,
4
На первый взглядъ. Узнай: дѣла иныя
Въ сомнѣнье могутъ часто привести,
Когда причины дѣйствій потайныя
4«
Безвѣстны намъ и къ нимъ ключа найти
Не моЖемъ мы, порою. . . МоЖетъ статься,
Со мною повстрѣчавшись на пути
5[
5
Въ кругу скупи,овъ, готовъ ты былъ ручаться,
Что я когда-то тоЖе скрягой былъ,
Но ты не правъ, я долЖенъ въ томъ сознаться:
Ч
Я скупости не только не любилъ,
Но одерЖимъ былъ страстью ей противной
И за нее-то казнь переносилъ
57
Я много тяЖкихъ л'Ьтъ, пѣвеи,ъ мой дивный.
Низвергнутымъ я былъ бы въ темный адъ,
Туда, гдѣ расточители сидятъ,
бо
Подъ тяЖестью уЖасною склоняясь,—
И выносилъ бы тяЖесть долгихъ мукъ,
Въ кругу другихъ преступниковъ вращаясь,
63
Когда бы не опомнился я вдругъ
И не почтилъ бы правилъ тѣхъ глубокихъ,
Которыми, о, всѣхъ несчастныхъ другъ,
бб
Очистилъ ты меня, въ стихахъ высокихъ
Такъ говоря: «О, алчность! сколько бѣдъ
Приносишь ты въ толпу людей на свѣтъ!
6с,
200
4
О, золото! какъ часто и какъ .иного
Сердецъ ты погубило на землѣ,
Которыя въ тебѣ искали—бога ')».
72
При Жизни долго я бродилъ во мглѣ,
Не зная, что такое воздерЖанье,
И лишь пото.ѵѵъ, съ печалью на челѣ
7s
Прозрѣлъ отъ постепеннаго сознанья,
Раскаялся во всѣхъ св"ихъ грѣхахъ,
Ниспосланныхъ намъ въ видЪ испытанья.
78
Невольный я испытываю страхъ,
Лишь вспомню, что на Страшный судъ явиться
2
)
ДолЖно людей не мало, и не .мнится
8і
Всѣмъ ил\ъ, что расточенья страшный грѣхъ
Ихъ покаяньемъ моЖетъ искупиться,
И что небесъ Твореи,ъ проститъ ихъ всѣхъ,
84
При ихъ сознаньи чистомъ. . . НепрелоЖный
У Провидѣнья есть такой законъ:
Очистить здѣсь равно всесиленъ онъ
g7
Скупцовъ и расточителей, не лоЖный
Замѣтя ихъ передъ порокомъ стыдъ,
Для духа обновленнаго возмоЖный.
go
Когда Жъ тебя тотъ случай удивитъ,
Что я съ корыстолюбцами блуЖдаю,
То знай, что съ ними грѣхъ я искупаю,
9г
Обратный ихъ rpbxy.» И былъ ему отвѣтъ
Виргилія: «Когда ты вдохновлялся
И, Кліо поощряемъ и согрѣтъ,
9б
') Стихъ Виргиіія:
Quid поп mortalia pectora cogis auri sacro fames! (Энеида, III ст. 56).
2
) С.иотри «Адъ», nbc. VII, 2.
201
26*
Изобразить въ стихахъ своихъ старался
Двухъ приниевъ, увлекавшихся войной,
(Тотъ и другой изъ двухъ враговъ являлся
99
Для Іокасты ') горестью двойной)
Т о , каЖется, та вѣра, безъ которойДуши прозреть не моЖетъ HU О Д І Ю и ,
іо2
Т а вѣра не была твоей опорой.
О, милый призракъ! Если это такъ,
Какой Же свѣть таинственный и скорый
ю5
Твоей души ра?сѣялъ вѣчный мракъ?
Какое благодатное свѣтило
Твой разумъ и стремленья освѣтило?»
,08
И Стаиій отвѣчалъ ему: «Сперва
іМнѣ указали лучшую дорогу
Къ Парнасу лишь одни твои слова;
щ
Я просвѣщался ими понемногу,
И, наконецъ, направилъ ты меня
На вѣрный путь, ведущій прямо къ Богу. . .
и4
ГІоэтъ! уподоблялся ты тому,
Что за собою свѣтъ свой оставляеть,
Самъ шествуетъ безъ свѣточа сквозь тьму,
117
Но путь другому ярко осв'Ьщаетъ.
Т ы говорилъ, припомни это самъ:
«ВЬкъ Правосудья снова наступаетъ,
120
*) Въ «ѲиваидЬ» Стація читаютхт (і, 4):
Ouam prius herorum Clio dabis?
Князья, которые представляли двойной предл\етъ горести для Іокасты,
и ГІолинникъ (XI кн. «Ѳиваиды»).
202
были Этеоклъ
«Другая раса съ неба сходить къ на.иъ. . .» ')
Черезъ тебя я сделался поэтодѵъ,
Черезъ тебя, твоилгь согрѣтый свѣтоліъ,
123
Христіаниноліь вдругъ я дазке сталъ.
Чтобъ лучше понялі) ты _\ѵое признанье
И правду всю въ словахъ лоихъ читалъ,
Теперь иное выслушай сказанье.
Въ тѣ дни, когда лѵіръ иѣлый полонъ былъ
Той вѣрой христіанскаго познанья,
и9
Которую въ народахъ разносилъ
Блазкенный сон.дѵъ лѵузкей благочестивыхъ,
Когда ты салѵъ въ стихахъ своихъ не лзкивыхъ
1З2
Предтечею явился тѣхъ святыхъ,
Которые упорно и сурово
Среди людей, язычниковъ глухихъ,
,35
') Почти буквальный переводъ слѣдующихъ стиховъ IV эклоги:
Ultima Cumoei venit j a m carminis aetas;
Magnus ab integro sceclorum nascitur ordo.
Iam rcdit ct V i r g o , redeunt Saturnia regna,
lam nova progenies coelo demittitur alto.
Много разъ коментировали эту часть отвііта Стація Биргилію, но Данте не изобр'Ьлъ
этой мысли. Виргилій, слѣдуя свидетельству Сервія, одного изъ старыхъ и знаменитыхъ
коментаторовъ, разум'Ьегъ въ этомъ пророчеств'^ роЖденіе сына у Азинія Полліона; ме&ду
т ѣ м ъ , нѣкоторые христіанскіе писатели нашли здѣсь воплощеніе Іисуса Христа (сл\. Not.
Alexandre, Hist, eccles. scecul. I. diss. I.)
Св. Авгѵстинъ видитъ так/ке воплсіценіе, когда говоритъ (проклявъ евреевъ):
Nonne quando poeta іlie facundissimus inter sua carmina jam
nova progenies
dicebat
Christi testimonium perhibebat?
Чтобъ заставить такъ говорить Стація, довольно было, чтобы Данте прочиталъ это
м'Ьсто св. Августина.
Наконецъ, чгобь облегчить пониманіе этой части р'Ьчи, я приведу примѣчаніе Ж е н гене, который достаточно объясняетъ все, что поэтъ Желаетъ сказать объ участи Стація
послѣ его смерти.
«Съ 96 года нашей эры до іЗоо г., въ который Данте выводитъ свое видѣніе, прошло
двенадцать вѣковъ и 4 года. Стацій выше сказалъ (п. X X I ) , что онъ прове.іъ пять в'Ьковъ
слишкомъ въ кругу корыстолюбцевъ; онъ былъ так&е болѣе 400 лѣтъ въ k p y r b праздности,
что составляетъ около юоо лѣтъ. Остальные ;ке два вѣка онъ провелъ, по мнѣнію Ломбарди, въ м ѣ с т а х ъ , которыя предшествуютъ кругамъ Чистилища. (Hist. lit. II t.)
20З
26*
Распространяли всюду БоЖье слово,
Равно-какъ для своихъ, такъ и чуЖихъ.
Встречаться съ ними было мн'Ь не ново; —
Я видѣлъ въ нихъ столь праведный народъ,
Что самъ на нихъ смотрѣлъ съ благоговѣньелѵъ,
Когда Домииданъ—то былъ деспотъ —
IІреслѣдовалъ и гналъ ихъ къ лѵѣсту казни.
Я не скры.валъ изъ глазъ б'Ьгущихъ слезъ
' И провоЖалъ на казнь ихъ безъ боязни.
Пока мн'Ь Жить на свѣтѣ привелось,
Ч'Ьмъ мопь, я по,мо г ал ъ имъ постоянно;
Ихъ нравы наблюдая неустанно,
Въ ученье ихъ сталъ вѣровать я такъ,
Что, вс'Ь другія секты презирая,
Я бросилъ навсегда ихъ в'Ьчный мракъ.
Крестился, наконецъ, въ т'Ь времена я,
Когда въ твореньяхъ грековъ не водилъ
Я противъ Ѳивъ. Но въ то Же время былъ
Въ т'Ь времена я робокъ чрезвычайно,
Язычниковъ обряды исполнялъ,
А христіанству поклонялся тайно.
Вотъ почему въ четвертый кругъ я палъ.
И здѣсь четыре в'Ька я враи±ался
За то, что этой робости подпалъ. . .
О, ты, съ кѣмъ говорить я не стЬснялся,
О ты, который съ истины сорвалъ
Завѣсу,—я бъ хотЬлъ, чтобъ ты мн'Ь далъ
Отвѣтъ, пока у насъ еще осталось
На это время: гдѣ теперь, скаЖи,
Теренцій, Плавтъ, и что съ Варрономъ сталось?
204
Въ какомъ они кругу, мнѣ указки,
Несутъ они какое наказанье?. . .» ')
Учитель перервалъ свое .молчанье:
f 68
« Т ѣ , о которыхъ ты сказалъ сеичасъ,
Я , Персіи, и еще не мало насъ,
Мы вс'Ь въ томъ первомъ кругѣ обитаемъ
і?[
Своей тюрьмы, гдѣ свѣта мы не знаемъ,
Въ зкилищѣ томъ, гдѣ скрытъ великій грекъ,
Которому вс'Ь музы и,ѣлый вѣкъ
Іу4
Услуги и заботы расточали. . .
Толкуя тамъ о прозкитой порѣ,
Въ вертепѣ томъ не разъ мы вспоминали
і 77
О дорогой священной намъ горѣ,
Жилищѣ милыхъ музъ во время оно. . .
Мезкъ насъ ты видѣть могъ Анакреона,
Съ нимъ Эврипидъ, а такзке Симонидъ
И Агаоонъ, и грековъ славныхъ лѵного,
Которыхъ лобъ весь лаврами обвитъ
') Теренцій — комическій поэтъ.
Цецилій— то>ке комическій поэтъ, котораго комедіи (по словамъ ГранЖье) потеряны.
О Вароннѣ Квинтилдіанъ говоритъ такъ: Guam multa ima репе omnia tradidit Varron.
(Hist. orat. lib. XII.)
Персій—сатирическій поэтъ.
Грекъ, которому музы расточали самыя трогательныя заботы—Гомеръ.
Гора, гд'Ь обитаютъ наши н'ЬЖныя кормилицы—ІІарнась.
Эврипидъ—трагическій поэтъ.
Анакреонъ—знаменитый теосскій поэтъ.
Симонидъ—одинъ изъ извѣстнѣйиіихъ греческихъ лириковъ.
Агаоонъ—древній поэтъ, о баснЪ котораго «Антосъ или цв'Ьтокъ» упоминаетъ Аристотель въ своей теоріи поэзіи.
Антигона, дочь Эдипа, царя Ѳивъ.
Денфила—дочь Адреанна, царя аргосскаго.
Аргія—другая дочь его, /кена Полинника.
Поэтъ говоритъ, что Йемена огорчена такЖе, какъ на землѣ, потому что, будучи
обѣіцана въ замуЖество Сиррею, она имѣла несчастіе потерять его до брака въ битвѣ съ
Тоддеемъ.
205
И выра>кенье ліщъ покойныхъ строго.
Тамъ такЖе тѣ, которыхъ ты воспѣлъ:
Дейфила, и Йемена, свой удѣлъ
Земной еще не позабывшая въ печали—
Т а м ъ Антигону, съ Аргіей встрѣчали;
Тамъ среди ихъ ты такЖе бы узрѣлъ
,8д
Т у Женщину, что преЖде пострадала,
Когда фонтанъ ЛандЖіо указала; ')
Ѳетиду, дочь Тирезія; среди
і 02
Своихъ сестеръ—Деидамію. . .» Скоро
Всю лѣстнииу оставивъ назади,
Пѣвцы среди такого разговора
jg 5
Достигли до кониа всѣхъ ступеней,
Но бол be пути не продолЖая
Въ молчаніи стояли меЖъ камней,
ig s
') Т а , которая указала фонтанъ ЛандЖіо, называется Гипсипида, дочь Ѳоаса, короля
Лемноса. Она была изгнана изъ этого острова, за то, что безъ в'Ьдома Женіцинъ Лемноса
спасла своего отца, тогда какъ он Ь поклялись перерѣзать всЬхъ муЖей и его въ томъ числ'Ь.
Гипсипила попалась въ руки пиратовъ, которые продали ее Ликургу, иарю Немея. Онъ
обходился съ ней весьма человеколюбиво и поручилъ воспитать сына своего Архемора. Но
однажды когда она была за городомъ съ своимъ питомцемъ, Абрастъ и бывиііе при немъ,
которые искали воды для утоленія ЖаЖды, попросили ее указать имъ какой-нибудь фонтанъ. Неосторожная принцесса, положивши молодаго принца на траву (на дикую петрушку),
нашла его по возврашеніи укушеннымъ змѣей. Въ память этого происшествія были учреждены Немейскія игры, которыя праздновались черезъ каЖдые три года. Победители облачались въ трауръ и вѣнчались дикой петрушкой.
Дочь Терезія. Вентури предполагаетъ, что поэтъ ошибся и помѣстилъ въ преддверіе
Манто, которая была уЖе помѣщ,ена въ «Аду» (п. XX). Ломбарди Же думаетъ, что поэтъ
подъ именемъ дочери Терезія хочетъ означить не Манто, а Дафну, извѣстную такЖе подъ
именемъ Артемисы, или дельфійской сивиллы, которая предсказанія свои выраЖала въ
стихахъ столь звѵчныхъ, что Гомеръ включи.іъ многіе изъ нихъ въ свои поэмы. Діодоръ
Сици.іійскій говоритъ объ этой сивил.іѣ (кн. IV, гл. б). Академики della Crusca первые
оправдали поэта отъ этой предполагаемой ошибки.
Ѳетида—мать Ахилла.
Деидамія, дочь Ликомеда, царя Скироса.
і8б
Лишь только взоры вкругь себя бросая.
УЖе прошли четыре Жрииы дня, ')
И пятая, по небу пробѣгая,
20Х
Впередъ спѣшила, полная огня,
У дышла лучезарной колесницы
Къ меридіану пламенной деннииы.
204
И вымол в и ль мой проводи икъ тогда:
» Я думаю, идти намъ вправо нуЖно,
Чтобъ гору обойти; такъ уЖь всегда
207
Мы дѣлали.» Мы продолжали друЖно
Идти впередъ, пока сіяетъ день,
Когда другая доблестная тѣнь
2ІО
Согласіе дала на предлоЖенье.
Поэты шли немного впереди,
А я, всѣ наблюдая ихъ двиЖенья,
2 ,з
ІІІелъ нѣсколько поодаль, назади,
И мудрыя ловилъ ихъ разсуЖденья,
Которыя въ моей земной груди
2іб
Родили истинъ новое познанье.
Но двухъ пѣвцовъ бесѣда прервалась,
Вт> которой было столько обаянья,
219
Когда явилось дерево близъ насъ:
Его мы на дорогѣ повстрѣчали,
И отъ плодовъ не отводилъ я глазъ
222
Древесные плоды благоухали
Особымъ ароматомъ и кругомъ
Пріятный чудный запахъ изливали.
1
) Первый, второй, третій и четвертый часъ.
207
22з
Т о дерево—мы убѣЖдались въ томъ —
Росло не такъ, какъ всѣ деревья въ мірѣ,
Отъ корня разростаяся все шире,
Все шире поднимаясь къ небесамъ,
Не сходное съ растущею сосною,
Которая остроконечна тамъ,
23I
Гдѣ сгволъ ея кончается. Иною
Причиной объяснить мы не могли,
Что вѣтви древа этого росли
2З4
За тізмъ лишь странно такъ и чудно,
Чтобы на вѣтви дерева съ земли
Забраться было болѣе чѣмъ трудно.
2З7
Затѣмъ передъ собой мы на пути
Родникъ воды чистѣйшей увидали,
Струи которой корни освѣісали
Таинственнаго дерева. Идти
Мы не могли, когда въ листвѣ зеленой
Услышали къ намъ прямо обращенный
24з
II громкій голосъ: «Вамъ здѣсь никогда
Нельзя сорвать единаго плода. . .
Для васъ здѣсь каЖдый плодъ — есть запрещенный!»
24б
Умолкъ и снова голосъ прозвучалъ:
«Марію, что за насъ теперь печется, ')
Духъ сластолюбья вовсе не смущалъ,
') Этотъ голосъ обязанъ напоминать примѣры воздерЖанія. Марія хотізла, чтобъ
свадьба была вполн'Ь хороша, чтобъ бракъ въ Канѣ Галилейской былъ отпразднованъ прилично, и сказала своему Сыну: «вина не им'Ьемъ.» Но она Желала вина только для супруговъ, какъ увѣряетъ Ломбарди, чтобъ не нанести имъ безчестія, поп пе avessero disonore.
Древніе римляне довольствовались одной водой для питья.
Ѵіпі usus olim romanis faminis ignotus fuit ne scilicet in aliquod dedecus prolaberentur.
(Val. Maxim, кн. ILL, г. I). Даніидъ презиралъ роскошныя трапезы и чуЖдался изысканныхъ
блюдъ со стола Навуходоносора.
Іоаннъ Же... ѣлъ акриды и дикій медъ (Марк, і, б).
208
Когда она,—пусть вами то поймется,—
Когда на свадьбѣ думала она,
Чтобъ трапеза была обильна и сочна. . .
Одной водой римлянамъ мозкно было
Въ полдневный зкаръ ихъ зкэзкду утолять. . .
Изысканныхъ трапезъ для Даніила
Не нузкно было. . . Голодъ мозкетъ дать
Вкусъ языку, и не одназкды
Иной простой родникъ въ минуту зказкды
Для человѣка нектаръ замѣнялъ;
Акридами и только дикимъ медомъ
Пророкъ въ пустынѣ голодъ утолялъ
И потому великъ онъ предъ народомъ
II славою безсмертной окру зке нъ
Въ преданіяхъ и въ Бозкьихъ книгахъ онъ,
Хоть пусть идутъ вѣка, какъ годъ за годомъ.
год
П Ъ С Н Я ДВАДЦАТЬ Т Р Е Т Ь Я .
Множество тѣней присоединяется кь поэталгъ. Данте встрѣчаетъ лгезкду тихи ората
Корсо Допати,
флорентинца Форезе, который упрекаетъ
флорептипскихъ
дать за ихъ
пескролтыя
платья.
Ш
^ М і щ і ь ,
^ІШІІМ^
человѣкъ безпечный иногда
^ В*ь своей лѣнивой праздности теряеть
Часы необходилѵаго труда,
И по дорогѣ праздно наблюдаетъ
За птицами, порхающими вкругь,
Такъ точно я смотрѣлъ, какъ расцвѣтаетъ
Т о дерево прекрасное, но вдругъ
Неутомимый мой путеводитель,
Который наблюдалъ за мной, какъ другъ
И самый нѣзкный любяіцій родитель,
Проговорилъ: «Теперь сп'Ьиди, мой сынъ;
Намъ на пути въ священную обитель
Часы терять напрасно нѣтъ причинъ,
И съ большей пользой время тратить надо. »
Разсѣянность забывши въ мигъ одинъ,
210
Я двинулся, не отрывая взгляда
Отъ двухъ пѣвиовь, которыхъ разговоръ
МнІь дорогъ былъ, какъ лучшая награда:
і8
ТяЖелый путь мнѣ легокъ сталъ съ тѣхъ поръ,
Какъ я пѣвиовъ бесѣдои наслаждался. . . .
Я шелъ и услыхалъ протяЖный хоръ
2і
И громкій плачъ, съ которымъ онъ сливался
«Господь! уста .пои отверзешь Ты!». . ')
Когда тотъ хоръ рыдаюш,іи раздался,
24
Исполненный духовной чистоты,
Т о ошутилъ и радость я и горе,
Воскликнувъ предъ учителемъ: «О, ты, .
27
Наставникъ мой, въ твоемъ глубокомъ взорѣ
Хочу теперь я прочитать отв'&тъ:
Чьи голоса слились въ свяіи,енномъ хорѣ?
зо
Иль это тѣни, посд'Ь долгихъ лЬтъ
Слезами заслуЖившія прошенье
И милость неба? Правъ-ли я, поэтъ?»
33
Какъ пилигримы вь тихомъ размышленьи
Задумчиво свой продолЖаютъ путь,
Объ отдыхѣ забывъ и утомленьи,
зб
И на людей встрѣчаемыхъ взглянуть
Охоты не имѣютъ, такъ передъ нами,
Склонивши грустно головы на грудь,
з9
Скользили тихо тѣни за тѣнями
И молча опереЖивали насъ.
На лииахъ истомленныхъ подъ бровями
42
*) Псалолѵь 5о, стихъ 17.
211
27*
Лишь видны были впадины ихъ глазъ;
Всѣ призраки такъ страшно были тохии,
Что предо мной, казалось, въ этотъ часъ
Едва-едва передвигались .мощи:
Такъ не былъ тощъ и самъ Ересихтонъ '),
Я думаю, за истребленье рощи,
Который былъ на голодъ осуЖденъ
И всѣ его испытывалъ терзанья. . .
И думалъ я, ихъ видомъ угнетенъ,
4§
і
5,
Что былъ таковъ въ дни долгаго страданья
Іерусалима древняго народъ,
Когда, забывши къ сыну состраданье,
5+
Марія сына Жадно съѣла 2 ). Тотъ,
Кто поЖелалъ бы въ лииахъ утомленныхъ
Двухъ буквъ найти сліянье, то найдетъ
s7
Въ чертахъ людей, худыхъ и измоЖенныхъ,
Мелькавшихъ съ грустью тайною вокругъ,
Дв'Ь буквы О въ М буквѣ заключенныхъ:
3
)
бо
*) Ересихтонъ или Грисихтонъ, одинъ изъ ваЖнЬйшихъ Жителей Ѳессаліи, сынъ Тріопіуса. Церера, чтобъ наказать его за то, что онъ вырубилъ л'Ьсъ, ей посвященный, наслала
на него столь уЖасный голодъ, что онъ проѣлъ все свое имущество. Доведенный до послѣдней крайности, онъ продалъ свою родную дочь, Метру. Но Нептунъ, который любилъ ее,
далъ ей власть превращаться во что угодно, и она убѢЖала отъ своего господина подъ видомъ рыбака. Какъ только она принимала настоящій свой видъ, отецъ продавалъ ее последовательно нѣсколькимъ хозяевамъ. Какъ только деньги были отданы и едва она была вручена покупщикамъ, какъ она всякій разъ убегала отъ нихъ, превращаясь то въ быка, то
въ оленя, то въ птицу или вола. Несмотря на это средство пріобрѣтать деньги, отецъ ея
никогда не могъ пресытиться и умеръ бедственно, поЖирая собственные члены.
Марія, дочь еврея Елеазара, которая, во время осады Іерусалима Титомъ, убила
собственнаго ребенка для утоленія голода. (Іосифъ. D e bello judaio lib. VII, cap. i5.)
3
) Некоторые физіономисты предполагаютъ, что въ лице наше.ѵѵь находится сочетаніе
буквы М съ буквой О (по латинской азбуке); такимъ образомъ, читаютъ слово ОМО въ
следующей фигуре |о[о|. Два О и буква М образуются изъ носа, бровей и щекъ до ушей.
Поэтом}' поэтъ думаетъ, что подобные физіономисты легко узнали бы букву М на
лицахъ этихъ измученныхъ и тощихъ призраковъ.
212
Такъ вмѣсто глазъ двойной я видѣ.іъ кругъ;
Глаза тѣнеи оправою казались,
Оправою, гдѣ камни потерялись.
63
О, всякіи, кто увидѣлъ бы тогда
Т ѣ х ъ призраковъ измученныхъ двиЖенье,
ІІодумалъ бы, что ароматъ плода 1 ),
еб
Ихъ соблазнявшіи каЖдое мгновенье,
И ручейка прозрачнаго вода
Поддерживали вѣчное мученье
69
Въ голодныхъ, вѣчно ЖаЖдуихихъ тѣняхъ.
Испытывалъ я самъ недоумѣнье
И думалъ, оилушая тайный страхъ:
72
Что ихъ могло обезобразить такъ?
Вотъ тѣнь одна уныло обратила
Свой взоръ ко мнѣ—рукою сдЬлавъ знакъ,
?5
И громогласно такъ заговорила:
«Дарована какая милость мнѣ?»
ИскаЖено лицо ея -такъ было,
73
И потеряло преЖній видъ вполнѣ,
Что тѣнь узнать я былъ въ несостояньи
Когда Жъ заговорила въ тишиніз
Она передо мной, прервавъ молчанье,
По голосу я тотчасъ угадалъ
Того, кто измѣнился такъ въ страданьи.
84
Въ моемъ у м ѣ знакомый образъ всталъ
И въ призракѣ, теперь преобраЖенномъ,
Форезе 2) въ тоЖь мгновеніе узналъ.
87
*) Здѣсь вопросъ идетъ о деревѣ, о которомъ поэтъ говоритъ въ пѣснѣ XXII.
) Форезе—братъ Карла Донато и ГТинкарды, прекрасной флорентинки, о которой
упоминается въ «Раю» (nbc. III). Этотъ Форезе, говоритъ ДЖакобо дело Лана, былъ слишкомъ преданъ грѣху обЖорства.
2
2із
И онъ сказалъ мн'Ь съ видомъ озкивленнымъ:
«На эти исказкенныя' черты
И на глаза со взглядомъ утомленнымъ
до
Не обращай теперь вниманья ты,
Но у тебя прошу лишь одного я:
По правдѣ мнѣ сказки: кто эти двое,
дЗ
Которые съ тобой идутъ теперь?
Не отказки зке мнѣ въ моемъ зкеланьи. . .
И буду благодаренъ я, повѣрь.»
0в
Я отвѣчалъ: «О, бѣдное созданье!
Оплакивалъ я смерть твою давно,
Теперь зке, не скрывая состраданья,
gfJ
Смотрѣть съ печалью сильной сузкдено
На блѣдный ликъ твой, казнью исказкенный,
Но я тебѣ въ отвѣтъ сказку одно:
І02
Во илѵя Бога, призракъ истомленный,
Не спрашивай теперь меня о томъ. . .
И говори о чемъ нибудь другомъ. . .»
Іо5
И мнѣ сказалъ Форезе въ то мгновенье:
«Вотъ эта ароматная вода
И это столь прекрасное растенье
loi j
Им'Ьютъ свойство тайное всегда:
Одинъ ихъ видъ худѣть насъ заставляетъ
Въ пустынѣ этой многіе года.
,,,
Здѣсь веренииа призраковъ блузкдаетъ,
Которые при зкизни на землѣ
Въ обзкорствѣ и въ обѣденномъ столѣ
114
Лишь только наслазкденье находили.
Они поютъ, рыдая на пути,
Кляня тотъ грѣхъ, которому слузкили,
117
214
Они долЖны прощенье обрѣсти
Среди мученій голода и ЖаЖды.
Къ сеоіз ихъ привлекало не однаЖды
J20
Благоуханье дивное плодовъ
И рѴіки серебристое Журчанье:
Духъ каЖдый былъ бы съ радостью готовъ
,2з
Здѣсь ими утолить свои Желанья,
Но этой благодати лишены,
Мы терпимъ только голода терзанья, •
-^б
Намъ муки безконечныя даны.
Нѣтъ, муками я назвалъ ихъ напрасно,
Казаться муки эти намъ долЖны
129
Быть утѣшеньемъ только еЖечасно
Среди пустынныхъ, голыхъ зтихъ скалъ.
И валѵъ туда, гдѣ разрослось прекрасно
,3г
Т о дерево,—его ты созериалъ,—
Влекла всѣхъ насъ невѣдомая сила,
Которая когда-то побудила
ізз
ІІередъ своей кончиною, съ креста
Ели, Ели! •) проговорить Христа,
Который для всеобщаго спасенья
із.ч
Копьемъ себѣ пронзить позволилъ бокъ »
Я выразилъ тогда свое сомнѣнье:
•«Съ тѣхь поръ какъ ты оставилъ міръ тревогь,
і+і
Чтобъ обрѣсти въ Чистилищѣ прощенье,
Едва проіиелъ и пятилѣтній срокъ,
Т о какъ Же ты здѣсь очутиться могъ,
Ела лама савахѳани! БэЖе,
почему ты оставилъ меня!
крестѣ.
2І5
'
Слова
Іисѵса
,44
Христа
на
Не знавши передъ смертью покаянья,
Грѣша до гробовой своей доски?
Я думалъ, что несешь ты наказанье
147
Въ томъ м'Ьст'Ь вѣчной скорби и тоски,
Гд'Ь человѣкъ тѣмъ дольше пребываетъ,
Ч ѣ м ъ меньше къ покаянью прибѣгаетт> . »
15о
И отвѣчалъ Форезе мн'Ь тогда:
«Въ томъ помогла мн'Ь дорогая Нелла '),
Которая, мн'Ь близкая всегда,
,55
Слезами и молитвами усп'Ьла
Меня отъ ада мрачнаго спасти,
И, Женщиной спасенный, могъ я см'Ьло
Тогда БЪ круги другіе перейти.
Моя вдова у>кь Богу тѣ>мъ пріятна,
Что равной ей на свѣтЬ не найти
^
По чистот'Ь. Пов'Ьрь мн'Ь: вѣроятно
Въ БарбодЖіо Сардинской 2) меньше Женъ,
Стыдливость потерявшихъ невозвратно,
,б2
ЧЬмъ въ той странѣ, гд'Ь былъ я принуЖденъ
Теперь оставить милую супругу.
О, добрый братъ! Теб'Ь готовъ, какъ другу,
іб5
На всЬ твои вопросы отвѣчать.
Передо мной грядущее открыто
II въ немъ могу, какъ въ книгѣ я читать,
1
,68
) Нелла, Жена Форезе. Это имя безъ сомнѣнія уменьшительное отъ какого нибудь
другаго имени, напр. Аннелла, ДЖіованелла и т. п.
2
) БарбодЖіо, говоритъ Портаредли, гора во Флоренціи, гдѣ обитаетъ народа столь
сладострастный, что Женщины у него спѣшатъ за дешевую цѣну продаваться всякому, кто
ихъ ищетъ. Подъ именемъ БарбодЖіо, гд'Ь Форезе оставилъ Жену свою, нуЖно разумѣть
Флорениію.
2l6
Проникнувъ въ то, что для другихъ закрыто.
II потому .йогу я предсказать,
Что съ каѳедръ будутъ скоро запрещать
Безстыднымъ флорентинкамъ ихъ наряды,
Которые ихъ открываютъ грудь,
Такъ что стыдясь всѣ опускаютъ взгляды.
Я думаю, едва-ль когда нибудь
У сарацинъ и варваровъ ихъ Жены
Такъ нарушали скромности законы,
Чтобъ съ помощью поповъ, проповѣдеи
Или посредствомъ даЖе наказанья
Смирять развратъ сестеръ и матерей.
О, если бъ эти Жалкія созданья
Могли узнать грядущее впередъ,
II то, какія Ждутъ ихъ наказанья,
Онѣ раскрыли бъ съ уЖасомъ свой ротъ
И горькими слезами разразились.
Когда мое предчувствіе не лЖетъ,
Т о я сказку, обманывать не силясь:
Скорѣе чѣмъ ребенокъ возрастетъ
До возраста, когда уЖе явились
На подбородка волосы пушкомъ,
Постигнетъ этихъ Женщинъ наказанье. . .
Но, милый брать, прошу тебя о томъ,
Чтобы мое исполнилъ ты Желанье
II о себ'Ь всю правду разсказалъ.
Т ы вызвалъ, брать, всеобщее вниманье
Средь призраковъ: никто здѣсь не видалъ,
Чтобъ человѣкъ, имѣвшій кровь и тѣло
Своей ногой въ Чистилище вступалъ.»
И я отвѣтилъ этому видѣнью:
«Когда о томъ припомнилъ ты теперь,
Какъ нѣкогда, предавшись заблуЖденью,
2оі
Мы оба вмѣстѣ Жили, то повѣрь,
Что будетъ горько то воспоминанье.
Знай, тотъ, кто обратилъ твое вниманье,
204
Кто впереди меня теперь идетъ,
Передо мной однаЖды появился
И поЖелалъ, исполненный заботъ,
207
Чтобъ я отъ преЖнеи Жизни отрешился.
Да, то была счастливая пора:
Онъ спасъ меня тогда, когда сестра
но
Вотъ той звѣзды, блистая, разгоралась
(Рукою я на солни,е показалъ,
Которое на небіз поднималось) •),
2іЗ
Мнѣ воЖдь тогда такую силу далъ,
Что я за нимъ подъ кровомъ в'Ьчной ночи,
Г Д І І мракъ такой окрестъ меня сіялъ,
Что ничего не въ силахъ видѣть очи,
Вэшелъ въ Жилище проклятыхъ тізней.
Хоть плоти не лишился я своей,
ЛБ
219
Но трудный путь былъ смѣло мной осиленъ,
И вотъ средь горъ и узкихъ ихъ извилинъ
1
ІТриш&лъ съ проводникомъ своимъ сюда,
222
Гдѣ вы въ мученьяхъ ищете прощенья,
Въ надеЖдѣ, что придетъ Желанный мигъ,
Когда вашъ грѣхъ отпуститъ Провидѣнье.
225
) Авторъ не пропѵскаеть случая вездѣ выводить в.м'Ьшательство неба.
2.8
4
Меня >ке поведетъ мой проводникъ
Туда, гдѣ Беатриче
обитаетг>,
ГІ тамъ меня оставить поѵкеіаетъ.
Его зовѵтъ Виргиліемъ.» При томъ
Я указалъ на спутника перстомъ:
«А духъ другой, который съ нимъ ступаетъ>,
22S
2з,~
Есть призракъ, для котораго гора
Недавно потряслась до основанья,
Какъ въ знакъ того, что призраку пора
2з4
Искать другаго мѣстопребыванья.»
') Въ п'Ьсни X X I гора трепетала для Стація. В ъ этой пѣсни нѣгъ ангеловъ, поголѵу
что разговоры съ Форезе очень длинны, но .иы встретим ь одного въ конц'Ь следующей
пЬсни.
ГГВСНЯ ДВАДЦАТЬ Ч Е Т В Е Р Т А Я .
Поэты приходятъ ко второму дереву, откуда исходить голоса, которые
паполшнаютъ
разные печальные примеры оёэісорства. Ііаконеиъ они пстрѣчаютъ ангела, который посылаешь
ихъ къ ступепямъ седьмаго и послѣдпяго круга, гдѣ очищаются отъ гріха
сладострастгя.
^ е с ѣ д о й нашей путь не замедлялся,
?" И путь бесѣдѣ этой не мѣшалъ.
II!
Какъ мчатся корабли, когда поднялся
з
Попутный візтръ, такъ быстро поспѣіиалъ
Я за двумя почтенными п'Ьвиами.
А призраки, которыхъ бы назвалъ
в
По худобѣ я дваЖды мертвецами, ')
Смотрѣли съ удивлен ьемъ на меня,
Дивясь, что смертный шелъ меЖду тѣнями,
Плоть бренную, земную сохраня.
Къ Форезе меЖду тѣмъ я обратился:
«Тотъ призракъ, что, молчаніе храня,
') Въ подлинник'!} сказано несколько телш'Ье: «тѣхъ, которыхъ почли бы два раза лѵертиецал\и». Образъ выраЖающій ихъ худощавость.
220
Идеть, не потому ль теперь рѣшился
Свои шаги замедлить, что на насъ
Усталый взоръ его остановился,
.,5
И отвести своихъ глубокихъ глазъ
Не моЖетъ онъ? Тѣнь добрая, скаіси Же:
Кт> кому въ толп'Ь мелькающихъ д.уховъ
->s
Приблизиться теперь я долЖен'ь блиЖе?
Достойныхъ имя я узнать готовъ.
И гдѣ Пиккарда?» ') Былъ отвѣтъ таковъ:
«Моя сестра въ себѣ соединила
Всю прелесть красоты и доброты,
(И что преобладаешь въ ней — иль сила
і4
Святой души, иль чары красоты—
Ріниить я не могу, не въ состояньи)
Моя сестра въ величьи чистоты
г7
Живетъ на небесахь въ своемг-> сіяиьи. »
И далѣе Форезе говорилъ:
«Нѣтъ высшаго такого приказанья,
з0
Чтобъ имена духовъ я утаилъ:
Такъ голодомъ черты ихъ исказились,
Что угадать ихъ лииа—нѣту силъ,
зз
Въ Чистилищѣ они преобразились.
Вотъ тамъ БуонадЖунто s ). Видишь, тотъ,
(Глаза мои на духа устремились)
Е щ е страшнѣе тощъ и измоЖЖенъ,
Чѣмъ вс1з другія тѣни. Былъ когда-то
Онъ въ высокій санъ духовный посвященъ,
') ІТиккарда, сестра Форезе. (См. «Рай», п. III).
J
) БуонадЖунто де.іли Орбизани, изъ Лѵкки, хороилій поэтъ своего времени.
зд
Но исполняла свой долгъ не очень свято.
БуонадЖунто въ Тур'Ь ') родился;
ОбЖорствомъ увлекаясь до разврата,
4J
Одной онъ только страсти предался:
Къ столу варить въ вин'Ь угрей Больсено». . . 2 )
ЗатЬмъ Форезе внятно принялся
4s
(Мн'Ь не забыть до нын'Ь этой сиены)
По именамъ т'Ьней мн'Ь называть,
II въ нихъ я не зам'Ьтилъ перемѣны,
4s
Не могь досады въ лииахъ прочитать,
На то, что имя ихъ открыто было. . .
И вотъ, не уставая наблюдать,
si
Я вид'Ьлъ Убальдино делла Пила 3 ),
Который лишь зубами скреЖеталъ.
Я видѣлъ Бонифаиія: 4 ) дивило
54
Когда-то мотовство его народъ:
Тогда ходилъ онъ въ мантіи духовной. . .
Передо мной маркизъ явился тотъ,
57
Который въ Форли 5 ) сь ЖаЖдою упорной
Глоталъ вино, но ЖаЖды утолить
Не могъ онъ этой влагою злотворной.
q0
') Мартинъ IV изъ Т у р а , который приказывалъ готовить такимъ образомъ больсенскихъ угрей съ разными спеціями.
2
) Женгене говоритъ, что Больсено ма.іенькій городокъ въ ТосканЬ, но онъ ошибается.
Больсено находится въ Римской области. Онъ былъ н'Ькогда однимъ изъ 12 этрусскихъ городовъ.
3
) Одинъ изъ извѣстнѣйшихъ обЖоръ своего времени.
4
) Бонифацій, архіепископъ имольскій. Бенвенуто увѣряетъ, что Бонифацій былъ франиузъ.
5
) Messer Marchese, маркизъ де Ригольози, дворянинъ изъ Форли, большой пьяница.
За призракомъ друг имъ я стал'Ь слѣдить:
Тотъ призракъ былъ одинъ изъ граЖданъ Тукки. ')
На немъ остановился, моЖетъ быть,
63
Я болѣе чѣмъ надъ другими, въ мукк
Чело сізое склонившими; и онъ,
Меня узналъ, казалось, удивленъ
66
Той встрѣчею, и что-то о ДЖентуккѣ
Онъ тихо, чуть замѣтно бормоталъ,
2
)
Хотя среди священныхъ этихъ скалъ
од
Нѣть міьста для такихъ воспоминаній:
За нихъ караеть строго вѣчный Богь.
Не сдерЖивая тихихъ восклиианій,
73
Я умолчать предъ призракомъ не могъ:
«О призракъ! Если есть въ тебѣ Желанье
Бесѣдовать со мной лишь краткіи срокъ,
ГТрошу тебя, прерви свое молчанье
И мнѣ позволь услышать голосъ твои.
Столь непонятный въ тихомъ бормотаньи.
7s
Заговори Жъ яснѣе ты со мной,
Когда въ тебѣ охота не пропала.»
— «Есть Женщина,—сказалъ онъ,—подъ луной,
з,
Которая не носитъ покрывала.
Когда ты будешь въ городѣ моемъ,
Она пріятнымъ сдѣлаетъ не мало
з4
') Буона.икунто.
) Онъ говоритъ здЪсь о ДЖентук'Ь, красивой и привлекательной Женщинѣ, которою
онъ увлекался, бывши въ ЛуккЬ. Хотя путешествіе его туда нельзя отнести раньше, какъ
къ іЗоб или іЗоэ году, но такъ какъ сгранствіе по Чистилищу происходить въ іЗоо г., то
онъ заставляетъ предсказать себ'Ь по'Ьздку въ Лукку. Вѣроятно въ іЗоо г. ДЖенгука была
еще очень молода, такъ какъ не носила вуаля, который слуЖилъ признакомъ замуЖнихъ
Женщинъ и вдовъ.
2
22З
Тотъ го родъ для тебя, хотя потомъ
За то заслужишь обиліе упреки.
Впередъ я говорю теб'Ь о томъ.
s7
Въ иные дни или иные сроки
Когда нибудь припомни мои отвѣтъ
И вспомни, правъ ли былъ я, или нізтъ;
9°
Но отъ тебя отв'Ьта Жду я тоЖе:
Не ты ли самъ канцоны той п'Ьвецъ:
«Для Женщины любовь всего дороЖе»? •)
дЗ
Подумавъ, отвѣчалъ я наконецъ:
«Когда любовь пошлетъ мн'Ь вдохновенье,
Я отдаюся власти п'Ьсноп'Ьнья,
9б
Во мн'Ь порой волнующего кровь,
И вникнуть, углубиться въ то стараюсь,
Что мн'Ь диктуетъ н'ЬЖная любовь.»
gg
«О, милый брать! Я искренно сознаюсь,»
Сказала тѣнь, взирая на меня:
«Что, м а ю эту истину и'Ьня
І02
Я самъ, какъ и нотаріусъ Гвиттоне 2 ),
ІІоэзіи подобной былъ далекъ:
Писали мы совс'Ьмъ не въ этомъ тон'Ь,
ю5
И лишь теперь я уб'Ьдиться лѵогъ,
Что только та поэзія священна,
Которая бываетъ вдохновенна,
,08
Которая любовью роЖдена. . . 3 )
Вотъ почему стихи твои прекрасны,
И сила ихъ намъ въ мір'Ь не дана,
:,,
') Donne che avete I'intelletto d'amove. Первый стихъ канцоны, написанной Данте въ
честь Беатриче и включенный въ «Новую Жизнь» (Ѵгіа погіѵа.)
2
) Нотаріусь ДЖонато .Іептино, поэтъ того времени, называелѵый обыкновенно нотаріусолѵъ, потому что исполнялъ эту долЖность. Гвиттоне—братъ Гвиттона Ареццскаго.
3
) Тотъ кто диктуетъ такъ хорошо—Алѵуръ.
22_J.
«
Слова поэта холодны и не ясны,
Когда въ нихъ вдохновенья вовсе н'Ьтъ.»
БуонадЖунто, высказавъ отвѣтъ,
,, 4
Казался умиленнымъ и ни слова,
Въ молчанье погрузившись, не сказалъ. . .
Какъ птии,ы, улетающія снова,
І17
Пока морозъ зимы не миновалъ,
На берега тропическаго Нила,
Сперва летятъ, какъ часто я видалт>,
Огромными кругами и потомъ,
Полетъ свой быстрый въ небѣ изміьняя,
Путь продолЖають далѣе гуськомъ,
,, 0
23
Такъ точно тѣни, лица отвращая,
Свои шаги спѣшили ускорить;
Въ нихъ легкость замѣчалася такая
І2б
Отъ худобы уЖасной, моЖетъ быть,
Иль отъ давленья слишкомъ сильной воли. . .
Какъ человѣкъ, въ пути уставшій болѣ
,, g
Товарищей своихъ, спѣшитъ впередъ
Ихъ пропустить, свой замедляя ходъ,
Чтобъ съ духомъ или 'силами собраться,
і3,
Такъ и Форезе далъ впередъ пройдти
Всѣмъ призракамъ, чтобъ сзади изъ остаться,
И говорилъ со мною на пути:
,гь
— «Когда съ тобой могу я повстречаться?»
«Не знаю, отвізчалъя,
сколько лѣтъ
Е щ е я буду Жизнью наслаЖдаться,
J
) Поэтъ употреоляетъ почти то ;ке сравнеиіе въ XVIII п'Ьс. «Рая», ст. /3 .
22З
ДАНТЕ.
II.
,3s
Но думаю, что скоро брошу свіѵгъ,
Все описавъ, что видѣть мнѣ случилось
Въ мѣстахъ, гдѣ провозкаль меня поэтъ.
,4t
На родинѣ ') моей узке явилось
Зловѣщихъ много признаковъ: они
Намъ говорятъ про б.іизкіе т'Ь дни,
І44
Когда грозиіъ народу унизкенье. . . »
— «Того я визку», призракъ возразилъ,
Кого назвать .мы мозкемъ безъ сомнѣнья
,47
Виновникомъ тѣхъ біздствій. 2) Онъ безъ силъ,
Къ хвосту коня привязанъ, быстро мчится
Все близке къ иарству смерти и могилъ.
,50
Не хочетъ конь на мигъ остановиться
И ускоряетъ біішеиыи свои бѣгъ,
И въ мукахъ узкасаюилихъ томится
,53
Истерзанный на клочья человѣкъ.»
На небеса исполненный смиренья,
Тотъ духъ взглянуть, сказавъ мнѣ въ утѣшенье:
і5б
«Не долго будетъ въ небѣ совершать
Его свѣтило стройное двизкенье,
Когда тебѣ придется все понять,
l5g
Чего слова .мои не досказали.
Теперь, проіиай! Здіъсь казкдый часъ,
Въ обители страданья и печали,
') Флорениія.
) Мессиръ Корсо Донати, глава Гяельфовъ и партіи Черныхъ во Фдоренціи; оігь сдѣтакъ могущественъ, изгнавши Бѣлыхъ, что возбудилъ подозрѣнія въ народ'Ь. ІІреслѣдукаталанскилш солдатами, которыхъ не могъ склонить на свою сторону, онъ упалъ съ лошади
нога зацепилась въ стремени. Влекомый лошадью несколько времени по земл Ь, Корсо
настигнутъ солдаталш и убитъ ими.
2
лался
емый
и его
былъ
іб2
Бываетъ дорогъ ка>кдому изъ насъ.
Замедлилась и такъ мол дорога,
Я говорилъ, мой брать, уісь слишкомъ много. »
,65
Какъ всадникъ вылетаетъ иногда
Вонъ изъ рядовъ, чтобъ первому сразиться
Съ своимъ врагомъ скорѣе, такъ тогда,
JGS
Съ собратьями спѣша соединиться,
Въ одну минуту духъ исчезъ отъ насъ.
II снова я остался въ этотъ часъ
І7І
МеЖъ мудреи,овъ '), которые сіяли
Въ поэзіи, какъ звіьзды въ небесахт>,
Исчезла тѣнь, но все еще звучали
і74
Е я слова, звѣня въ моихъ ушахъ.
Вдругь дерево увидѣлъ я другое,
Съ душистыми плодами на візтвяхъ,
і 77
Которое, средь вѣчнаго покоя,
Вблизи того >ке дерева расло,
Которое мы видѣли; могло
iSo
Быть незамѣтнымъ новое растенье
Лишь потому, что поворотъ крутой
Его скрывалъ отъ глазъ, и въ тоЖъ мгновенье,
,83
Когда оно открылось предо мной,
Подъ деревомъ тѣней я встрѣтилъ снова,
Поднявшихъ руки кверху той порой
івб
И плакавшихъ. Такъ иногда готова
Толпа дѣтей безъ устали рыдать,
Когда того имъ не Желаютъ дать,
,89
') Два мудреца—Вирги.ііи и Стаиій.
007
26*
:
О челъ они такъ .много умоляютъ,
И только видятъ близко предъ собой,
Но, не смотря на плачъ, не получаютъ.
Утомлена слезами и .мольбой,
Обманута надеЖдою напрасной
Толпа ушла, и далѣе тропой
Мы подошли къ земліз, гдк росъ прекрасный
Стволъ дерева, котораго плода
Не могъ вкусить кругъ призраковъ несчастный
198
II голосъ мы услышали тогда
Изъ-за візтвей древесныхъ: «Проходите!
Не приблизкайтесь близко вы сюда,
II далѣе то дерево иидите,
Съ котораго вкусила Ева плодъ,
На это Же растеніе с.мотрите
Какъ на его отростокъ.»
И впередъ
Втроемъ мы шли задумчивы и нѣмы
По крутизн'В, гдѣ узокъ былъ проходъ.
И снова услыхали голосъ всѣ мы,
Хоть дерево осталось сзади насъ:
«Припомните вы въ этотъ самый часъ
О смѣльчакахъ безумныхъ, хоть могучихъ, -)
Которые родились въ темныхъ тучахъ
И собственною силою гордясь,
Осмѣлились въ борьбу вступить съ Тезеемъ.
Перенеситесь .мыслью въ тьму временъ
Къ презрѣннымъ, слабосильнымъ тѣмъ евреямъ,
2іС
Выше, на вершин'Ь горы, гдѣ находится земной рай, есть дерево, съ котораго Ева
сорвала яблоко и подала Адаму. Это дерево есть отрасль запрещеннаго плода.
2
) Центавры, народъ Жившій въ Оессаліи, сыновья ІІксіона и Тучи; они хот'Ьли похитить >кену ІІириѳоя, и Тезей съ ними сражался.
228
i
i
Которыхъ станъ кол'Ьнопреклоненъ
Стоялъ передъ фонтаномъ, чтобъ напиться;
Припомните, что даЖе Гедеонъ
2 19
Спѣшилъ отъ этихъ трусовъ отрѣшиться,
Когда съ своихъ холмовъ онъ выступалъ,
Чтобъ съ легіономъ враЖескимь сразиться.» ')
232
ДерЖась дороги узкой меЖду скалъ,
Разсказы о грѣхахъ разіичныхъ стали
Мы слушать по дорогѣ, и внимали,
2?5
Про бѣдствія и злую участь тѣхъ,
Которые на дѣлѣ испытали,
Какъ былъ тяЖелъ, невыноси.чъ ихъ грізхъ.
228
Мы вышли на свободную дорогу .
И сдѣлали до тысячи шаговъ,
Душъ созерцая в'Ьчную тревогу,
^Зі
Но къ нимъ не обращали нашихъ словъ.
Вдругь тѣнь одна воскликнула: «Куда Же
Идете вы?» Къ вопросу не готовъ,
2З4
Отъ этихъ словъ я сильно вздрогнулъ даЖе,
Какъ звѣрь лЬснои, застигнутый врасплохъ.
II вотъ я поднялъ голову, когда Же
2З7
Взглянулъ окрестъ, свой затаивши вздохъ,
Передо мной вдругъ призракъ появился.
Отъ духа яркій свѣтъ такой струился,
Что ни одинъ металлъ или кристаллъ
Сіянія такого не давалъ.
Къ намъ этотъ призракъ съ рѣчью обратился.
і40
24з
Когда Гедеон-ь хотѣлъ вести десять тысячъ противъ .иадіанитянъ, Богъ приказалъ ему
избрать т'Ьхъ, которые бѵдѵтъ пить изъ фонтана Арадъ, не становясь на колѣни, но стоя,
изъ руки, слегка нагнувшись.
229
«Щите вы туда, гдіз повороты
Туда пройти им'Ьетъ право тотъ,
Кто хочетъ зд'Ьсь найти успокоенье. »
246
Невыносимый блескъ того видѣнья
Такъ ярокъ, ослізпителенъ такъ былъ,
Что въ сторону пѣ>ви,овъ я въ тозкъ мгновенье
249
Закрытые глаза отворотилъ,
Покорный непонятному велѣнью.
Какъ раннею весною къ пробузкденью
252
Эола и Авроры чудный сынъ
Зоветъ природу нашу постоянно
II носится по зелени равнинъ,
255
И все подъ нимъ и,вѣтетъ благоуханно,
Такой зке точно нѣзкный вѣтерокъ
Я ощуилалъ, и чувствовать я могъ
^58
Чуть слышное пера прикосновенье, ')
Въ которомъ сохранялся ароматъ
Амброзіи. И услыхалъ я пѣнье
2бі
ГІріятное: «Блазкенны т'Б стократъ,
Которые умѣренны въ зкеланьяхъ,
Которые обзкорствомъ не спѣшатъ
2G4
Пресытиться. . . Есть разумъ въ тѣхъ созданьяхъ.»
' ) Тихое потираніе, которое чувствуете поэтъ, происходите отъ крыла ангела хранителя этого круга. Онъ стираетъ еще букву Г со лба Данте, такъ какъ онъ вышелъ изъ
круга обЖорства.
2З0
П Ъ С Н Я ДВАДЦАТЬ П Я Т А Я .
Данте, кстуттъ въ послѣдпіи кругъ, пстрЬчаетъ тѣхъ, которые очищаются ізъ огпѣ отъ
грѣха сладострастія.
Виргиліи и Стагіій объяспяютъ нікоторыя изъ его co.nnkniii, и всѣ
трое слуіиаютъ, какъ вокругъ ихъ иаполшпаютъ примеры цЬлолгудргя.
\Л
\ V
/
Же насталъ полуденный тотъ часъ,
Когда на небѣ вѣчное свѣтило
Сіяло высоко, лаская насъ, ')
Когда однилѵъ увѣчнылгь трудно было
Идти при освѣшеньи полнолгь дня.
Какъ человѣкъ, свой каЖдый часъ и,ѣня,
Дорогу торопливо продолЖаеть,
Глубокое люлчаніе храня,
И ни на что въ пути не обраидаетъ
Вниліанія; такъ шествуя впередъ,
На узкую тропинку л\ы вступили,
Гдѣ въ новый кругъ открылся на.иъ проходъ,
') Два часа пополудни. Въ подлинник'Ь это выраЖено гораздо телшѣе: «Наступилъ часъ,
когда солнце оставило полуденный кругъ Тельцу, а ночь—Скорпіонѵ.» Мысль сохранена
та Же са.мая.
Куда другія тѣни не входили.
Какъ лебедь, оперившійся едва,
Хотя крыла поднять еще не въ силіз,
і5
Спѣшитъ летѣть, но слабость такова,
Что снова онъ на мѣсто упадаетъ
II теплаго шіззда не покидаетъ,
^
Такъ точно я Желаніемъ горѣлъ
Съ вопросами къ поэту обратиться
И въ тоЖе время высказать не смізлъ
2і
Вс'Ьхь мыслей, что успѣли накопиться
Въ моемъ мозгу. Хотя мы быстро шли,
Чтобъ въ новый кругь скорѣе углубиться,
24
Но воЖдь сказалъ: «Скорѣе утоли
Т ы ЖаЖду любопытства и молчанье
Нарушь, мой сынъ.» Слова его текли
27
Привѣтливо, и тайное Желанье
Я поспѣшилъ словами передать,
И началъ такъ: «Желалъ бы я узнать,
зо
Какъ моЖно тамъ такъ похудѣть уЖасно,
Гдѣ въ пищѣ не нуЖдается никто?
Я этого не понимаю ясно. »
33
И отвѣчалъ наставникъ мой -на то:
«Тому ты перестанешь удивляться,
Когда теперь припомнишь, моЖетъ статься,
зб
Какъ Мелеагръ
т'Бмъ больше сохнуть сталъ,
ЧЬмъ ярче головешка разгаралась.
Припомни ты искусство всѣхъ зеркалъ,
з9
*) Поэтъ /келаетъ сказать, что подобно толіу, какъ Ме.іеагръ сохъ на л\'Ьст'Ь по ліѣріі
сгаранія роковой головешки, подобно тому БоЖье вселюгущество лшЖетъ повелѣть, чтобъ
призраки ощущали голодъ, хотя и не и.\\ѣютт-> надобности въ пищ'Ь.
2З2
4
Въ которыхъ постоянно отражались
ДвиЖенья наши, наши всѣ черты,
И многое признаешь гибкимъ ты,
лг
"Что признавалъ за твердое ты тѣло.
Но чтобы все ты могъ узнать вполнѣ,
Чтобъ навсегда сомнѣнье отлетѣло,
45
Т ы обратись съ вопросомъ не ко мнѣ,
А къ Стаиію. Его я заклинаю,
Чтобтз въ этой тихой, мирной сторонѣ,
Тебя онъ просвѣтилъ».—«Я не Желаю,
Такъ отв'Ьчалъ Виргилію пѣвецъ,
«Скрывать того отъ смертнаго, что знаю,
Но если я раскрою, наконеиъ,
Его глазамъ великія явленья
Священиыхъ этихъ мѣстъ, то, безъ сомнѣнья,
5^
Чтобы исполнить только твой приказъ.»
Затізмъ ко миѣ онъ прямо обратился:
— «Узнаешь ты, мой сынъ, на этотъ разъ
Т у истину, къ которой ты стремился..
Узнай Же ты, что чистая та кровь 2 ),
Которую — я въ этомъ убѣдился—
бо
Не принимаютъ вѣны (въ насъ она
Является лишь пищи результатомъ),
Принять у сердиа свойство то долЖна,
Сз
') Я его заклинаю объяснить тебѣ подробно все, что ты не понимаешь.
) Данте, занятый т'Ь.иъ, что вид'Ьлъ, хочетъ показать каки.чъ образомъ души, который не иллѣютъ никакой надобности въ пищ'Ь, лѵогутті испытывать худобу и голодъ.
Бад/кіоли по случаю этого отрывка говоритъ: поэтъ взя.іъ картиной вселенную, гдѣ появляются познанія, доброд'Ьтели, пороки и искусства.
2
233
ДАНТЕ.
II.
Зо
Что члены человека зароЖдаетъ;
Потомъ она процессъ свой продолЖаетъ:
Очищенная кровь переходить
•
•
бб
ДолЖна въ другую часть (но говорить
Объ этой части лучше мы не стапемъ)
И свой потокъ спѣшить соединить
бд
Съ чуЖою кровью. Далѣе узнае.иъ:
Вь природной чашѣ кровь соединясь,
II дізйствуетъ двояко каЖдый разъ:
72
Одна часть принимаетъ впечатлѣнья,
Другая Же готовитъ результатъ
И помогаетъ силѣ зароЖденья.
?ь
Затѣмъ та кровь, внимательный мой братъ,
Сгущается, вдругъ приводя въ двиЖенье
Т о , что долЖно оставить плодъ. Растенье
'
?8
Такой Же точно Жизнію Живетъ,
Но у травы есть только прозябанье,
А кровь, намъ зароЖдающая плодъ_,
8[
Е м у даетъ и чувство и сознанье,
Чтобъ послѣ черезъ многіе года
Преобразился въ высшее созданье
8<1
Зародыіиъ человека. Такъ всегда,
Мой сынъ, то свойство, что роЖдалось
Въ груди оти,овъ, вездѣ распространялось.
Лишь слѣпотой духовною гр'Ьида,
Разсудокъ твой кругомъ не замѣчаетъ,
Какъ съ чувствующей силою душа .
8?
QO
Другихъ людей такихъ Же зароЖдаетъ.
Не одному тебѣ уЖе пришлось
РЬшать такой таинственный вопросъ:
2З4
(j3
Поставить онъ въ большое затрудненье
Сильнѣйшаго, чѣмъ са.дѵъ ты, мудреца ').
Онъ развивалъ то лозкное ученье,
90
11ь которомъ убѣзкдалъ всѣхъ до конца,
Что у души нѣтъ силы пониманья,
Лишь потому, что органа познанья
99
Нѣтъ у души. Послушай зке меня
И собери ты все- свое вниманье,
Бозкественную истину цѣня:
102
Едва зародыіиъ мозгомъ запасется,
Какъ двигатель первоначальный тотъ,
Что духомъ иль душею въ насъ зовется,
Съ любовію глядитъ на милый плодъ,
Своимъ произведеніемъ гордится,
И передать зародышу стремится,
Способность чувства, мысли и ума,
Которою сильна она сама.
Чтобы тому ты меньше могъ дивиться,
ю5
'
ю8
ш
Припомни только, милый мой поэтъ,
Что солнца благодатный, зкаркій свізтъ
Едва успѣетъ лишь соединиться
114
Съ тѣмъ сокомъ, что вмѣшаетъ виноградъ,
Какъ и вино передъ тобой готово 2 ),
И ты глотаешь винный ароматъ.
117
Когда Лахеза 3) кончила сурово
Всю прязку, духъ, бросая нашу плоть,
Съ собой уносить — хочетъ такъ Господь —•
12<з
') Авероесь—колѵентаторъ Аристотеля.
) Это лмгЬніе ошибочно приписывают^ Галилею, потол\у что Данте илѣлъ его гораздо
раныие Галилея.
8
) Одна изъ трехъ паркъ. Клото дерЖитъ кудель, Лахеза прядетъ, Анероно перерімываетъ пить.
2
235
Зо*
БоЖественныя свойства и зедныя.
И первыя (могу я ихъ назвать:
Разсудокъ, память, воля), вновь Жизыя
И сильныя, не могутъ потерять
ДвиЖенья чувства, воли и разсулка,
Внѣ плоти даЖе могутъ заявлять
Себя вездѣ и откликаться чутко.
Другія Же способности молчатъ
И, словно очарованиыя, спятъ.
Такъ души по невольному влеченью
Стремятся къ тѣмт> далекилѵъ берегамъ,
Гдѣ. покоряясь высшему велѣныо,
остаться, и тѣнямъ
Загробное, иное назначенье
Вполнѣ извѣстнымъ дѣлается тамъ.
ОН"ІЗ ДОЛЖНЫ
И тамъ, когда ихъ легкія видѣнья
На берега священные придутъ,
Духовныя ихъ силы и двиЖонья
Вдругъ развиваться, действовать начнутъ,
Іѵакъ и въ тіз дни, когда они имѣли
Подъ сердиемъ человѣческимъ пріютъ
Среди Живыхъ, въ Живомъ еще ихъ тѣл Ь.
Какъ лѣтніи доЖдь способенъ отраЖать
Цвѣты и краски, такъ Же принимать
Способенъ воздухъ форму той души,
Которую собой онъ окруЖаетъ
Среди иной, таинственной тиши,
И наша тѣнь ту форму принимаетъ,
Которая назначена ему
Вт-) началѣ новой Жизни. Потому
236
Становится онъ видимымъ, какъ тѣло,
Хотя онъ только призракъ, или духъ,
Родившійся для луиіиаго удѣла.
:53
Затѣмъ мы получаемъ зрѣнье, слухъ,
Мы говори мъ, смѣемся и вздыхаемъ,
Неуловимо легкія, какъ пухъ,
, -J(J
Мы слезы, какъ и люди, проливаемъ,
Въ чемъ на горѣ ты убѣдиться могъ,
Гдѣ мы въ печали плачемъ и страдаемъ,
159
Исполнены Желаиій и тревогъ. . . .
Вотъ почему бесѣдуешь ты съ нами
И шествуешь и говоришь съ тѣнями.»
1G2
Едва умолкла только эта тѣнь,
Направо мы всѣ тотчасъ повернули,
ІТерешагнувъ послѣднюю ступень.
,GS
Когда зкъ на край горы мы всѣ взглянули,
Увидѣли, что пламень исходилъ
Изъ нѣдръ земли, но вѣтеръ относилъ
іб8
Его назадъ. Огня мы испугались,
Такіэ онъ былъ Жарокъ страшно и силенъ,—
И по неволѣ къ пропасти приісались,
,
іуІ
Чтобы до насъ не могъ достигнуть онъ.
Меісъ бездной и огнемъ мы очутились.
Я былъ невольнымъ страхомъ поразкенъ.
Пѣвеиъ сказалъ: «Чтобъ мы не оступились,
Здѣсь нузкно осторожно проходить
И полное спокоиствіе хранить. . .»
і 77
Вдругъ въ пламени услышали мы пѣнье:
«Ты, милосердый БоЖе!» ') И назадъ
Я посмотрізлъ невольно въ то мгновенье
Начало гимна, который поется в-ь субботу въ заутреню. Поэтъ заставляете
очищающихся отъ грѣха сладострастія, потому п'Ьть этотъ гилшъ, что въ немъ
2З7
і8о
т'Ьней,
испра-
И призраковъ увидѣлъ иѣлЫй рядъ,
Которые сквозь пламень проходили.
Я устремлялъ и на дорогу взглядъ,
івз
Боясь, чтобъ мнѣ шаги не изменили,
II на тізней, поюишхъ гимнъ въ огнѣ.
Когда гимнъ этотъ кончили онѣ,
івб
Въ огн'Ь Жестокихъ мукъ не обнаруЖа,
То крикнули: «не вѣдаю я муЖа» ')
II продолжали пѣніе опять.
Затѣмъ я услыхалъ ихъ восклицанье:
«Гелицію Діана стала гнать,
Когда коснулось первой обаянье
, д2
Любви. » 2 ) И снова сталъ внимать
Я пѣнію. Всѣ духи воспѣвали
Супруговъ цізломудріе. . . Понять
і95
Я могъ тогда, что души наказанье
Нашли за грізхъ въ свяшениомъ томъ огнѣ,
Гдіз, послѣ долгихъ мукъ, свое страданье
і9з
Искупятъ покаяніемъ онѣ.
шивается у Бога даръ чистоты, luto remoto possimo. Выше видно, что поэтъ вступилъ въ
седьмой и послѣдній кругъ.
') ГТоэтъ продо.іЖаетъ заставлять призраковъ прославлять примѣры добродЬтели,
противоположной пороку, за который они несутъ паказаніе. Здѣсь онъ застав.іяетъ ихъ
пѣть слова Пресв. дѣвы Маріи; когда она услышала, что ангелъ сказалъ ей: зачнеиіь во
чревѣ (Ессе concipies), она отвечала: какъ будетъ это, когда я,мѵЖа не знаю. Quomodo
fiet istud, quoniam virum non cognosco (Лук. i).
2
) Гелиція или Калисто, дочь Ликаона и нимфы Діаны. Юпитеръ, принявъ образъ Діаны,
соблазнилъ эту нимфу, и Діана прогнала ее.
238
ГГІЗСНЯ ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ.
Ль этой пѣспи поэтъ разсказываетъ, о чемъ
Болоньи, и съ Дапіиломъ
опъ бесѣдовллъ съ Гвидо
Арпо, провапсальцемь.
Гвипичелли,
изъ
огда впередъ мы двигались втроемъ,
Не разъ ко мн'Ь учитель обращался:
«Тебя предупреждаю я о томъ,
Чтобъ па дорогѣ ты остерегался,» ')
И видѣлъ я, что съ правой стороны
На западѣ шаръ солни,а поднимался,
И небеса, румяной мглы полны,
Свой ярко-голубой ивѣтъ потеряли
И скоро бліздно-палевыми стали.
Тѣнь длинная бѣзкала отъ меня
2
),
ГІ души, проходившія рядами,
Молчаніе глубокое храня,
') Поэты илѵЬли съ одной стороны плалѵя, въ которожь очищались
другой—оезднѵ.
2
) ѵ Іго поэтъ сказалъ о т'Ьняхъ, см. «Чистилище» п'Ьс. X X V .
-9
призраки, а съ
Смотрізли изумленными глазами
На эту тііпь, столь дивную для нихъ,
И наконеиъ шептали: «МеЖду нами
Есть человѣкъ: еще среди Живыхъ
Онъ на землѣ Живетъ еще до ныиѣ.»
И въ этомъ убѣЖдаль я больше ихъ,
Когда ко мніэ въ таинственной долин'Ь
Он "Б успѣли блиЖе подойти,
Не уклоняясь все-таки съ пути,
Гдѣ въ пламени долЖны онѣ томиться.
И духъ одинъ со мной заговорилъ:
«Ты, принужденный быстро такъ стремиться
Т ы , что впередъ двухъ спутниковъ пусти лъ
Не потому, что самъ пришелъ позднѣе
Въ Чистилище, а потому скорѣе,
Что имъ обоимъ хочешь оказать
Привязанность свою и ува>кеиье,
Молю тебя теперь мнѣ отвѣчагь,
Молю тебя во имя Провидѣнья
Не отказать въ единой просьбѣ мн'Ь,
Который за былыя заблуЖденья
Сгараетъ въ вѣчиой ЖаЖдѣ и огнѣ.
Не я одинъ Жду твоего отвѣта,
Но всѣ мы ЖаЖдемъ въ этой сторонѣ.
Теперь вполніз испытываю это
Мученіе, съ какимъ пустынь Жилеиъ
Томится ЖаЖдой въ огненное лѣто.
СкаЖи-Же мнѣ, прошу я, наконеиъ:
Тізнь отъ себя бросая постоянно,
Идешь ты. . . Это призракамъ всѣмъ страш
240
I Lib на зем.гЬ ты смерти не знавалъ?»
Такъ тѣнь одна со мною говорила.
Я призраку тотчасъ бы отвЬчалъ,
45
Когда бъ меня въ тотъ .мигъ не поразило
Явлепіе толпы другихъ тѣией,
Которая сквозь пламень проходила
К ь толпѣ. у Же страдавшей отъ огней.
Другъ друга тіэііи быстро иѣловали
Н, не скрывая радости своей,
5
Короткое свиданье прекращали. . .
Такъ муравьи, собравшися толпой.
Всегда одинъ другаго начинали
54
Обнюхивать, чтобъ и/Ізлою гурьбой
ІІотомъ враговъ врасплохъ застать неЖдашю.
Сонмъ душъ, въ огнѣ мельлавшій предо .мной,
ъ7
Затѣмъ кричать пустились безпрестаннэ:
«Содомъ съ Гоморрой!» 1 ; крикнули одни,
Другія Же: «Припомните тѣ дни,
бо
Когда телицы коЖу Пазифая
Съ Желаніемъ единственнымъ взяла,
Чтобъ, на себя ту коЖу надѣвая,
бз
ЕЙ вызвать сладострастіе вола. . .» 2 )
Какъ Журавли, которые стремятся
Летѣть туда, гдѣ льдины громоздятся,
бб
Гдѣ лютая зима иаритъ весь годъ
3
;,
I I іи къ песка.мъ ливійскимъ раскаленны.мъ,
Гд'Ь 'солнце нестерпимо "вѣчпо ЖЖетъ,
69
') Содолѵь и Голорра, города Палестины, изв'Ьстные всЬлѵъ по Биб.ііи.
) См. «Адь», пѣсня XII, гд'Ь поднять вопросъ объ искусственной телицѣ.
Довольно понятно почему первая толпа кричала: Содомъ!.. а вторая: Пазифая...
а
) Горы сѣверной Р^сс'.и (Уральскій хребет-ъ). Онтэ даегь объяспеніе, чтобь заставить
понять, что онь не илѵЪегъ воздушнаго тізла.
2
24л
ДАНТЕ.
II.
Такъ точно тѣни съ видомъ уми.іеппымъ
ІѴь двѣ стороны раз.іичііыя пошли,
Но голоса ихъ слышать мы могли
II пѣиье, на которое всѣ тѣни
Осуждены за прошлый грізхъ земной.
Затѣмъ опять въ то самое мгновенье
7Э
ТѢ души появились предо мной,
Которыя и преЖде подходили,
Томимы только думою одной,
78
(Чего ихъ лииа блѣдиыя не скрыли),
Чтобъ услыхать мой голосъ и отвѣтъ,
Котораго глаза ихъ такъ просили.
R,
Тогда тЬнямъ, свой выразивъ привЬтъ,
Я отвѣчалъ: «О 4.ухи, у которыхъ
Уверенность таился въ чистыхъ взорахъ
84
Когда нибудь грізхи всѣ искупить,
Чтобы въ раю блаЖенствомъ насладиться,
Я правды не хочу отъ васъ таить
s7
II вы долЖны, о тѣни, убѣдиться,
Что кости не леЖатъ мои въ землѣ,
Что смерти не усп'Ьлъ я покориться
9°
II съ думами Живыми на челѣ
Съ суставами и кровью въ этомъ тѣлѣ
Теперь стремлюсь къ своей высокой и,ѣли
9*
II на небо иду, чтобы не быть
Въ невѣдѣньи о томъ, что тамъ творится.
Не знаете вы, тѣни, моЖетъ быть,
Ф
Что выше насъ есть Женіиина '). Она-то
11 даровала эту милость мнѣ,
Которую цѣнить умѣю свято;
99
Беатриче.
242
Вотъ почему на этой круті.зпѣ
Могли со .мною здѣсь вы повстречаться,
II не до. і Ж п ы той тѣни удивляться,
Которая лоЖится отъ .меня.
Теперь, когда вы правду всю узнали
II въ серди'Ь уповапіе храня,
Стремитесь къ небесамъ обѣтованны.мъ,
Торопитесь приблизиться скорѣй
Къ обителямъ священнымъ и Желаш і ы м ъ , —
Не откаЖите просьбѣ и моей,
И дайте свой отвѣтъ, мнѣ въ поученье
II въ назиданье всѣхъ другихъ людей:
Кто сами вы, а такЖе тЬ видѣпья,
х
Іто шествуютъ толпою сзади васъ?»
II въ призракахъ замѣтилъ я смущенье,
Съ нихъ не сводя своихъ пытливыхъ глазъ.
Такъ дикари, Живущіе въ ущельѣ
Родимыхъ ска.іъ, теряются не разъ
Средь шумныхъ городовь, на новосельѣ,
И дико озираются кругомъ.
Сперва .молчали тѣни, но потомъ
Оправились немного' отъ смущенья,
И призракъ, обращавшейся ко" мнѣ,
Тогда воскликнулъ, съ видомъ умиленья:
<>Какъ счастливъ ты, что въ этой стороніі
Былъ наш ихъ мукъ свидѣтелемъ случай ны.мъ:
Тебѣ дадутъ благой урокъ оніз ,
И ты, имѣвшій доступъ къ высшимъ тай намъ,
Задачу Жизни истинной поймешь
И на землѣ прямымъ путемъ пойдешь.
243
Т ѣ души, что другое направленье
Избравши, отошли теперь отъ насъ,
То самое свершили преступленье,
Тотъ грізхъ, въ которомъ Цезарь самъ не разъ
Былъ уличень ') и получилъ названье
Царицы: такъ надъ Цезаремь смѣясь,
,з2
33
Его звала толпа для поруганья.
Ты ви іѣлъ удалившихся тѣнеи,
И различилъ слова среди ихъ хора:
і38
Для выразкепія ихъ собстоеииыхъ скорбей,
«•Содомъ», он Li твердили, «и Гоморра».
За тѣмъ, чтобъ возбудить въ ceo'U силыііиі
N,
Раскаянье въ грѣхіз своемъ узкаспомъ,
II дѣлаютъ ссб'Ь такой упрекъ,
Чтобъ помнить о прошедшемъ езкечасно,
ч4
•
Чтобы сильнѣи былъ пламени обзкогъ,
Чтобъ было оіцутительнѣй страданье.
ГІостыденъ былт> на свѣтѣ нашъ порокъ;
, 47
II въ мірѣ, мы, презрѣнныя созданья,
Различья половъ не хотѣли знать,
II нарушая такъ безъ колебанья
,50
Законъ природы, думали искать
Блазкенства въ сладострастіи зкивотномъ. . .
О немъ узкасно да зке вспоминать.
ізз
'} Сзетоиій говоритъ въ Жизни Цезаря: Octavius ctiam quidam valetudine mentis liberius
dicax conventu maximo, cum Pompeium regem salutassit ipsum (CaesarenV rcginam salutavit).
GalLico denique triumpho milites ejus inter cactera carmina, qualia curium proscquentcs
jocularitor canunt, ctiam vulgatissimum istid prjnuntiavcrunt, etc.. Ка>кется П І І Т Ъ надобности
приводить далънѣйішя подробности.
244
Приходится за это въ свои чередъ намъ
Припоминать той Женщины развратъ
Которая телицей, говорятъ,
і5С
Прикинулась за тѣмъ, чтобъ оскверненной
По-скотски быть, забывъ свои полъ и стыдъ,
Невѣдомыи для самки развраіиенной. . . »
, 5о
И помолчавъ мнѣ призракъ говорить:
«Теперь ты знаешь наше престзиленье,
Грѣхъ, за который насъ огонь палитъ,
i(j2
Но какъ зовутъ насъ, полный соЖалѣнья,
Объ этомъ я обязанъ умолчать,
ЧуЖое исполняя повелізнье.
Гг,5
J
Но еслі ты Желаешь очень знать,
Кто я таковъ, о, смертный, то тебѣ-ли
Могу я въ этой просьбѣ отказать?
n>s
Я назывался Гвидо Гвиничелли ')
И уЖе очищаюсь отъ грізховъ,
Покаявшись до смерти. Ты Же иѣли
,7і
Теперь достигь, узналъ кто я таковъ.»
Лишь я узналъ, что говорить со мной
Отецъ мой
2
\ для поэта дорогой,
і 74
Когда узналъ другія имена я
Великихъ, человѣческихъ свѣтилъ,
Которыхъ звуки часто повторяя,
і 77
') Объ этом/ь Гвидо говорится так>ке въ XI пѣснѣ «Чистилища». Онь былъ болонёи-ь
и одинъ изъ замѣчательнмхъ поэтовъ своего времени. Повидил\^лу, онъ заслужи лъ иакаяаніе въ этолѵъ kpvrli.
2
) Дайте пазываетъ его «отцомъ», т. е. отцэмъ поэзіи.
245
Я въ глубинѣ сердечной затаилъ,
Т о радости скрывать я былъ не въ силахъ;
Я точно ту Же радость ощутилъ,
180
Которая явилась въ д'Ьтяхъ ди.іыхъ,
Нашедіиихъ вновь свою родную мать,
Гонимую Ликѵргомъ г ). Созерцать
:83
Тѣнь эту дорогую продолЖая,
Ей клятву поспѣіиилъ я тотчасъ дать,
х
Іто до могилы самой радъ всегда я
і8й
Его Желанья въ мірѣ исполнять,
Ічакія бы то ни были Желанья.
И посп'Ьшилъ миѣ призракъ отвечать:
189
«Повѣрь, что о тебѣ воспоминанье
И ласковый и нѣЖный твой прив'Ьтъ,
И въ Летѣ самс й я не въ состояньи
192
Теперь забыть. Но если ты сказалъ
Мнѣ истину, ту клятву изрекая,
Т о отъ тебя узнать бы я Желалъ
,9s
ІІредъ нашею разлукою, какая
Причина этой нѣЖности твоей.»
И призраку отвЬтствовалъ тогда я:
І98
с Пока Живетъ на родинѣ моей
Е я языкъ, которымъ говоримъ мы,
Стихи твои народомъ будутъ чтимы,
20І
Въ которыхъ буква каЖдая для насъ
Останется на долго драгоценна, 2)
Какъ самый лучшій перлъ или алмазъ.» ^
204
') Ѳолсъ и Евменіусъ, розыскивая свою мать Гипсипилду, нашли ее вті то мгиовеніе,
когда Ликѵргъ, царь Нел\еи, хог'Ьлъ казнить ее за то, что она позволила змІУІЗ укусить
Архемора, сына Ликурга (слѵ. Чист. п. XXII).
2
) Т . е . рукописи, на которыхъ буду тг> переписаны твои стихи, будутъ весьма драгоценны.
246
II отвѣчалъ .wiiti Гвидо вдохновенно:
«О, братъ мои. Посмотри теперь сюда
(И тихо руку поднялъ онъ тогда)
:о?
На эту тѣнь: онъ лучіиимъ былъ поэтомъ ')
Въ своемъ краю — вь ромаиахъ и стихахъ.
II какъ Же могъ, прибавилъ онъ при этомъ,
2[0
Позволить ты глупцамъ въ своихъ словахъ
Предпочитать ему п'Ьвца другаго,
Поэта Лимузэна? 2 ) Безтолково
2і3
Глупцы того привыкли уваЖать,
Который больше шуму производить,
II истины не могутъ распознать,
2]б
И шарлатань скорѣи почетъ находить,
Ч ѣ м ъ истинный, талантливый позтъ.
Такого Жъ мнѣнья нѣкогда былъ свѣтъ
2І , )
II о пѣвиѣ Гвиттоне; 3 ) постоянно,
Его превозносили крикуны,
Но истина всплыла наверхъ неЖданно,
222
II мнізньямъ лучшимъ візрить мы долЖны:
Въ вопросахъ о явленіяхъ великихъ
Т ѣ мнѣнья не основаны на крикахъ.
22ь
О, смертный, если ты идешь туда,
Гдѣ вѣчное б.іаЖенство обитаетъ,
Гдѣ горе, слезы, всякая враЖда
22 s
II всякое сомнѣнье исчезаютъ,
Устрой, пускай молитву: Отче яагиь •+)
Тамъ за меня предъ Богомъ прочитаетъ
')
'-)
'•*)
4
)
потому
2з,
гірУ г а я луша—Арно, провансалъ.
Жиро и ш ' Ж и р а р ъ де Борнейль.
О немъ говорится въ пѣс. XXIV.
ПрикаЖи прочиіагь для меня молитву: Огче нашъ, кролѵѣ двухъ послѣднихъ членовъ,
что въ "ЧистилиицЬ не возмо/кно искушеніе.
2
47
Небесный духъ иль рая свѣтлый страЖъ.
Одно: а насъ не введи во искушенье.»
Мнѣ говорить не нуЖно, безъ со.мнѣиья:
Въ Чистилиш/Ь здѣсь искушенья нѣтъ. »
Чтобъ „м'Ьсто дать для новаго видѣнья,
Исчезъ въ огнѣ въ .минуту ту поэтъ,
2з7
Какъ рыба исчезаетъ вт> рѣчкіз. Въ то .мгновенье
Я съ призраколгъ другиліъ заговорилъ ')
И какъ особой .милости просилъ,
240
Чтобъ онъ сказалъ лшѣ илѵя. Поспѣшила
Тогда лѵнѣ тѣнь любезно отвечать: 2 )
«Въ твоихъ словахъ особая есть сила,
И и.мени я не хочу скрывать.
Меня зовутъ Арно, и я рыдая •
Съ толпою дуиіъ здѣсь осуЖдеиъ блуЖдать.
246
НедвиЖный воздухъ пѣнье.діъ оглашая,
Свои грѣхи оплакиваю я,
Одну надеЖду въ сердцѣ сохраняя,
2
49
Что доЖиву до радостнаго дня.
Тебя Же заклинаю я той силой,
Которая на верх'ъ тебя влечетъ,
4
) Дапіи.гь Арно. Поэтъ огвѣчаетъ провансальскими стихалш.
} Ваша в'ЬЖ.швость л\нѣ такъ нравится. Ломбарди полагаетъ, что Дан re, позволивъ
перервать себя Гвидо, который начинаеть хвалить Арно, хочетъ показать, что итальянские
поэты усовершенствовались, подра;кая провансальскилѵь. Подлинные стихи Арно сдЬдующіе:
Tan m'abellis voste cortes deman
Ch'ieu поп me puosc ni m'voil a vos cobrire
leu sui Arnaut che plor a vai cantan:
Consiros vei la passada follor,
E vei jauzen lo joi qu'esper denan.
A r a s vos prec, per aquella valor
Que us guida al som sens freich sens calma
Sovegna vos atemprar ma dolor.
2
248
Припомнить о дуіиіз моей унылой
Среди святыхъ, таинственныхъ высотъ.»
Звукъ этихъ словъ едва вблизи раздался,
Какъ блѣдный призракъ двинулся впередъ
И въ пламени мгновенно потерялся.
249
ГГВСНЯ ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ.
Дайте поднимается па болѣе возвышенную часть горы, и Виргилій оставляешь
па свооодѣ поступать какъ ему угодно, переставая оытъ руководшпелемъ
его одного
поэта.
•ХУ^
—
а сталъ тотъ част», когда свѣтило дня
Щ ^ ^ С ъ свои.мъ восходо.мъ первый лучъ бросало
Туда, гдіз, человѣчество храня,
I
з
Спаситель пролилъ кровь, и искупала
Т а кровь отъ заблуЖденіи грѣшныхъ насъ
И новый лііръ иародамъ открывала;
б
На небесахъ насталъ тотъ самый часъ,
Когда струится Эбро лишь подъ знакомъ
Вксовъ, на яркомъ солниѣ золотясь,
g
И катитъ Гангъ, подернувъ, словно лакомъ,
ІІолуденнымъ сіяньемъ массу водъ.
Для насъ Же день кончался полумракомъ,
І2
') Солнце готовилось осв'Ьтить Іерусалимъ, ю какъ этотъ городь есть ангиподъ мѣста,
гдЬ находится поэтъ, поэтому Данте и хочетъ сказать, что ночь начала распространять
свой покров-ь надг> Чистилищемъ. В ъ этотъ самый часъ р'Ька Эбро (въ ІІспаніи) катитъ
свои воспламененный волны подъ знако.иъ ВЬсовъ, а Гангъ, р'Ька въ ІІндіи, извергаетъ
раскаленныя зноемъ волны, потому что въ это время та.\\ъ полдень. Эга цитата доказываетъ, что сказано о Данте по случаю Ю>кнаго Креста (см. «Чистил.» пѣс. і}.
266
Когда предъ нами вдругъ изъ-за высотъ
Прекрасный ангелъ Бозкій показался
Сіяюиліи какъ солнечный восходъ.
)5
Внѣ пламени онъ тихо подвигался,
Той радости исполненъ неземной,
Передъ которой смертный умилялся.
Онъ громко пѣлъ, сильнѣй чѣмъ хоръ людской,
«Блазкенны серди,емъ чистые»... 2) Когда зке'
Онъ кончилъ пѣть, то съ рѣчью къ намъ такой
2і
Хранитель обратился и тогда зке
К ь намъ подошель: «До этого пути
Умѣвіиія съ усиліемъ дойти,
24
Святыя души, дальше не ходите,
Пока вы не очиститесь въ огніз,
И въ это пламя тотчасъ зке вступите;
27
Когда зке голосъ въ этой тиіиипіз
Услышите, къ нему не будьте глухи. . .
Безъ страха зке покорствуйте вы мніз». . .
Зо
Онъ замолча.іъ, и могъ быть слышенъ мухи
Тогда полетъ. . . Но отъ подобныхъ словъ
ОледенЬть, казалось, въ состояньи
зз
') Ангелъ, охранитель этого круга. J a u r e перешель вс'Ь круги, не испытывая ни м а лЬйиіаго сопротивления, но по всей вероятности онъ заслуЖилъ это очиш,еніе и именно въ
круг'Ь сладострастія. Ангелъ повел'Ьваетъ ему самому перейти черезъ пламя, такъ какъ онъ
не несъ никакого бремени въ первыхъ кругахъ: онъ не былъ облаченъ въ роковую мантію
въ темнииДз завистливыхъ; онъ не былъ принуЖдеиъ остановиться посреди густаго и 'Ьдкаго
дыма, которымъ омраченъ кругъ пгЬва, ни бѣгать съ >каромъ въ кругу праздности; наконецъ онъ не былъ поверЖенъ на землю въ кругу скупыхъ, ни принуЖденъ вращаться на
скалистой почвіз круга оо;коръ; но страстный любовникъ Беатриче, ДЖентуки и, моЖетъ
быть, многихъ другихъ, осуЖдаетъ здЬсь самъ себя.
2
) Beati munclo согсіе, quia ipsi Deum videbunt (Матѳ.).
Тогда я былъ, какъ тѣло мертвеца,
Котораго, свершивши отп'Ьванье,
Въ могилу опускаютъ. Близъ пѣвца,
зб
Я поднялъ руки, полный удивленья,
И съ узкасомъ на тотъ огонь глядѣлъ,
Припоминая страшныя мученья
?9
Страдальцевъ, обреченныхъ на удѣлъ —
Узкаснѣйшей изъ вскх'ь смертей— созкзкенья ').
Но я услышалъ слово утешенья
«
42
Вирги.іія, который мнѣ сказалъ:
«Мой милый сынъ! . . Оставь вс'Ь опасенья,
Не бойся ты, чего не испыталъ.
45
*
Здѣсь въ пламени ты муку испытаешь,
Но не умрешь отъ этого огня.
С) прошломъ скоро ты позабываешь:
'
4s
На плечахъ Геріона 2 ) близь меня
Остался ты Живы.лпэ и невредимымъ,
Т о какъ >ке здѣсь, близъ рая, уязвимымъ
5t
Т ы мозкешь быть?» И продолзкалъ поэтъ:
«Когда бъ въ огнѣ ты зтомъ находился
Хоть тысячу, полоіѵимъ, долгихъ лѣтъ,
54
Т о вт-) пламени подобномъ не лишился
Единаго бъ ты да>ке волоска,
И чтобы къ этомъ самъ ты убѣдился,
з7
') Дол>кно при этомъ вспомнить страшныя выраЖеиія приговора противъ него: idne
comlmratur sic quod moriatur. Этотъ приговоръ, цитированный Тиробесой, отм'Ьченъ ю марга
ю?і голу, по нашему стилю ю марта 1З02 г., потому что тогда для Флорениіи го.іъ начинался 25 марта.
"-) С м . «Адъ», п. XVII.
252
Иди къ огню и испытай слегка
Всю истину, раскрывши полу платья,
II подерЖи въ огнѣ ее: рука
со
И платье будутъ иѣлы. Сынъ мой, лгать я,
Повѣрь мнѣ, не ѵмѣю. Такъ оставь
Напрасный страхъ, стопы свои направь,
съ
Впередъ и проходи безъ опасенья.»
Хоть были убедительны слова,
Но я стоялъ безъ всякаго двизкенья:
ов
Такъ расходилась съ сердцемъ голова.
Тогда пѣвецъ, какъ будто бы смутился,
Когда въ моемъ упорствѣ убедился,
^
II молвилъ мнѣ: «Мой сынъ, ме>кду тобой
И Беатриче только лишь осталась
Одна сткна: она за той стѣной.»
_2
Какъ о>килъ вдругъ ІІирамъ полузкивой, 1 )
Лишь Тисбы имя близко прозвучало
II онъ раскрылъ глаза подъ пышною листвой,
75
Которая съ тѣхъ поръ произрастала
Одни кроваво-черные плоды,
Такъ точно я, утіыиенный не мало
„8
Учителя словами въ часъ бѣды,
Какъ будто бы отъ грезы пробудился,
И полный умиленья, обратился
Къ учителю, когда онъ произнесъ
Великое то имя дорогое,
Которое въ груди своей я несъ,
') СЛІ. о ІІира.\і1з и Тисб'Ь, Овидія, книга IV. Шелковичное дерево, которое
дило бѣльіе плоды, стало съ этихъ поръ производить ихъ кроваваго цв'Ьта.
253
s+
произво-
Къ нему питал чувство незелшое.
Тогда качал тихо головой,
Не нарушал строгаго покоя,
Проговоридъ путеводитель мой:
«Теперь ты здѣсь не хочешь оставаться?»
И улыбнулся кротко: надъ дитей,
Осилившемъ невольное Желанье
При видѣ благовоннаго плода,
Такъ люди улыбались иногда.
II далѣе пошли мы такъ: учитель
Поіиелъ впередъ, чтобъ первому въ огнѣ
Е м у горѣть, и быть примѣромъ мнѣ,
А Стаиіи, мои другой путеводитель,
Передо мною шедшій впереди,
Въ то время очутился назади.
Когда меня вдругъ обнялъ страшный пламень,
Который былъ Жестокъ такъ и силенъ,
Что лопнулъ бы отъ Жара даЖе камень,
Въ минуту ту, Жестоко опаленъ,
Я былъ готовъ скорѣе окунуться
Въ плавильный горнъ, чтобъ въ горнѣ освѣЖиться.
Чтобъ мнѣ въ то время муЖество придать,
Виргилій даЖе въ пламени со мною
О Беатриче началъ разсуЖдать
Съ обычною своею добротою,
И говорилъ, что видитъ блескъ очей
Свяиленной дѣвы. Насъ среди огней
Руководилъ поюииій чей-то голосъ,
Чтобъ въ путникахъ сомнѣнье не'боролось,'
Когда Же изъ огня .мы вышли вонъ,
254
Т о передъ нами всходъ опять открылся,
Но болѣе уЖь не было препонъ.
Вдругъ издали, гдѣ странный св'Ьтъ явился,
„7
Раздался голосъ; громко несся онъ:
«Отиомъ благословенные, придите» '),
И дальше раздавался онъ: «спѣіиите!
120
УЖь солние совершило путь дневной
И темный вечеръ уЖе наступает!-);
Такъ пусть Же каЖдый путь свой ускоряетъ:
12З
Пока еще не легъ на землю мракъ,
Пусть каЖдый за дорогой наблюдаетъ,
Чтобъ путника былъ вѣренъ каЖдый шагъ.»
12G
Дорога наша къ верху поднималась,
Я шелъ, и тѣнь моя передо мной
Шла впереди, по ступенямъ ломалась.
129
Но не прошло минуты и одной,
Какъ стали мы по лѣстнии/Ь взбираться,
Какъ всюду легъ глубокій мракъ ночной
1З2
И солнце скрылось съ страшной быстротой:
Повсюду тізни ночи опустились. . .
Тогда-то мы окончили путь свой
^з
И на ступеняхъ всіз расположились,
Не потому, что сильно утомились
Но бол'Ье по крутизнѣ горы,
і38
Куда мы восходить уЖь не решились
Во время темной сумрачной поры.
Какъ козы, -что на верхъ горы стремились,
Слова Гисуса Христа (Матеі. гл. XXV).
255
,4,
И начали пастись подъ тіьнью скалъ,
Верхи которыхъ солни,емъ раскалились,
А ихъ пастухъ и день и ночь не спалъ,
'44
Чтобъ охранять разсѣянное стадо
Отъ хищности проЖорливыхъ звѣрей,
Такъ точно .мы, склонясь у ступеней,
147
Высокими окруЖены стѣнами,
Являлись въ ту минуту, я козой,
А спутники — моими пастухами.
і5о
Съ усиліемъ большимъ сквозь мракъ ночной
Намъ небо разглядѣть было возмоЖно,
Но звѣзды, что сверкали надо мной,
і53
Когда я ихъ разсматривалъ тревоЖно,
Казались вдвое ярче мнѣ тогда
И даЖе блиЖе, если то не лоЖно,
і5б
Ч ѣ м ъ въ ночь иную, каЖдая звѣзда.
Пока я размышленьямъ предавался,
Разсматривая небо, я тогда
і5у
Все бо.гЬе и больше забывался
II наконеиъ уснулъ тѣмъ вѣщимъ сномъ,
Который
ГОВОріІТЪ
порой
О ТОМЪ,
Что не было, но что долЖно случиться.
Въ тотъ часъ, когда, горя любви ошемъ,
Какъ всякій въ этомъ моЖетъ убѣдиться,
162
тг>5
Венера надъ горою появиться
Усп'Ьла, то тогда казалось мн'Ь,
Что увидалъ въ своемъ я вЬщемъ сн'Ь
Т . с. на зарЪ.
256
,68
Красавицу, которая срывала
Цвѣты въ лугу и пѣла въ тишинѣ:
«Ни отъ кого еиде я не скрывала,
171
'Что Ліей ') называюсь я и рву
ЦвЬты, чтобъ нѣЖнььии рукали
Гирлянды вить. . . Во снѣ и на яву
174
Я украшаюсь дивныліи цвѣталѵи,
Любуяся всегда салѵа собой. . .
И потоліу не сходна я съ судьбой
'77
Своей сестры Рахили: постоянно
Въ свое глядится зеркало она,
И ду-маегь о челгь-то неустанно. . .
8о
Для дѣйствія на свѣтъ я роЖдена,
Она Же роЖдена для созерцанья
Глубокаго, всегда ему вѣрна.»
і83
На небесахъ заря уЖе явилась,
Которую такъ любитъ пилигрилѵъ,
Идуиуй къ берега^ъ своилѵъ родньимъ,
186
Когда лѵое видѣніе сокрылось:
И лѵракъ прошелъ и лшновалъ .пой сонъ,
И вновь, во лшѣ Желаніе родилось
189
Путь продолЖать, взглянувъ на небосклонъ,
Но спутники лѵеня предупредили:
Они уЖе стояли и слѣдили
192
За мной. Тогда Виргиліи лшѣ сказалъ:
*
« Е щ е никто до нынѣ не вкушалъ
Плода такого сладкаго на свЬтѣ,
4
) Лія, дочь Лавана, первая Лена патріарха Іакова. Рахиль, другая дочь Лавана,
рая Лена Іакова, представленная здѣсь какт> придѵЬрть Жизни созерцательной.
257
ДАНТЕ.
II.
195
8T0-
Къ которому всѣ тянутся, какъ дѣти.
Какь сладкій и боЖественный тотъ плодъ
Которылѵъ, продолжая путь впередъ,
Сегодня утолишь ты голодъ. . . *)» Безъ солшѣнья,
ДороЖе всѣхъ подарковъ оиѣнилъ
Слова пЬви,а я, полный улшленья.
И такъ впередъ я, все впередъ спѣшилъ,
Какъ будто бы и.иѣлъ я сзади крылья,
И все-таки путь очень ліедленъ былъ,
204
Казалось лшѣ, напрягши всіз усилья.
Когда Же ЛІЫ всю лѣстнииу прошли,
Свой взглядъ на лінѣ остановилъ Виргилій,
207
И такъ сказалъ: «О, с.дѵертньш, сынъ зелѵли!
Прошелъ ты чрезъ Чистилище и плал\я
И наконецъ, сопутствуе.иый налѵи,
Доиіелъ ты до предала. Тотъ предѣлъ
Переходить я не могу съ тобою,
Таковъ уЖе полоЖенъ лшѣ удѣлъ.
Тебя я велъ таинственной тропою
Сюда, .мой сынъ, всей силою у.лѵа
И знанія, лшѣ даннаго судьбою.
2 ,с
А далѣе—твоя судьба салш
Руководить долЖна тебя и воля,
Которая не въ состояньи бол'Ь
21(J
Облиінывать, или тебѣ лѵѣшать.
Прошелъ ты рядъ тяЖелыхъ испытаній
И лѵоЖешь са.мъ собою управлять.
Б.іага небесныя.
258
232
Слѵотри на лучезарное сіянье
Светила дня, и на ивѣты слѵотри,
Что льютъ вокругъ тебя благоуханье
2 ,5
При свѣтѣ вѣчно розовой зари.
Пока передъ тобою не предстанетъ
Прекрасный образъ скорби и любви,
228
Который приказа ль _ин'Ь — сынъ .мои знаетъ —
Къ тебѣ придти, ты .моЖеіиь отдыхать
Среди ивѣтовъ, иль въ зелени гулять,
2З1
Но болѣе услугъ .поихъ не требуй,
Моихъ совѣтовъ больше не иіи,и,
Живи своею волей и потребой
2З4
Разсудка своего: его лучи
Сіяютъ свѣтолъ истины отнын'Ь,
И ты не заблудишься и въ пустынѣ.
2З7
Иди Же! ІІросвѣтленх-> теперь твой у.мъ.
Чело твое высокое вѣнчаю
Короной я и .митрой высіиихъ ду.мъ,
240
Которыя въ _тебѣ я обрѣтаю.» ')
*) Яковъ де Лана утверЖдаетъ, что въ пос.гЬднихъ стихахъ в.м'Ьсто perch'io te sopro
, e corono et milro, надо читать: Perchio te sopro un corono e mitro.
259
277
ГГВСНЯ ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ.
Данте, находясь въ зетномъ раю, хочетъ приблизиться къ большому лѣсу; p'kka Лета лгѣгиаетъ ему туда проникнуть. На ея берегу опъ видитъ Матильду,
поющую и срывающую
гівѣты. Эта Ысепщипа, спрошенная поэтолгъ, разъясняешь пѣкоторыя изъ его соJ
мпЬпій.
£ елая отыскать свободный путь
Къ боЖественноліу лѣсу, гдѣ сплетались
Роскошныя растенья и вдохнуть,
Тянули аролѵатъ свой и являлись
Во вселіъ величьи райской красоты,
Я шелъ впередъ, но всюду замедлялись
Мои шаги при взглядѣ на цвѣты.
Я увидалъ плѣнительное поле
Съ благоуханьемъ вѣчньшъ. Травъ листы
Отъ вѣтра колебались, и все болѣ
Ихъ разливался сладкій ароліатъ,
Мнѣ никогда невѣдол\ый дотолѣ.
Таинственный какъ будто оЖилъ садъ
Отъ ласки тиховѣйнаго зефира,
Но тотъ зефиръ, не вѣдая преградъ,
260
і5
Л/Л
-
.
H^fsrS
.
-
„
•"
*
"
" " "
" •
•••
-
-'
-
• " - "
•
�л
•••
• . •'-ѴЦ-V--. - 1
<, a-.
' '" Y' ^ л•
' • " '
' • ' •
'
-•*^
•' '
•
;
'.„.
.Vt- ' .'••'«•
.• 7 .
! •^_
.• .
••
• •
.
- ' I, \ Ь
it'- l
'.V •
•
,
'
' к
і'
• v . -
t
.
: .
'
••
«,
"
•
' •
•Г
. . .
••
- .4 і
'г*?
•Л
* *
л
х-'
- • .
-
•
i f \ -'
-
- _. 'V.
-ІѴ.
•
. '
ll-'r.'-ifi
Г..
гѵ. '7Г-
с
•ч-,.,;
Ѣ
:
^
-
^
"
"
'""'V..
•
Л»'
«jr.!»1
-
.•
•
. л :.і
*- ---..'Ѵ.-ЛГ-:
1" ,
.vt
-л .
ШІ!>
3
Былъ нѣЖенъ такъ, что не наруша мира
И тишины, чело мое ласкалъ
И не смуіцалъ торЖественнаго клира,
Которому въ эдемѣ я внималъ:
Съ деревьевъ раздавалось птичекъ пѣнье,
Ихъ хоръ какъ бы молитву возсылалъ
Къ Творцу міровъ въ то самое мгновенье,
Благословляя въ звонкихъ голосахъ
Зари румяной раннее явленье,
Когда она зардѣлась въ небесахъ
И пѣнья птицъ заслушавшись дроЖали,
Зеленые листы на деревахъ
И словно имъ въ отвѣтъ благоухали.
Такой Же точно шумъ, порой идетъ,
Въ лѣсу Кіаси '), гдѣ мы всѣ слыхали
Эола гулъ, когда, летя съ высотъ,
Сирокко на свободу онъ пускаетъ,
Который мчится дальше и впередъ
И ропотъ свой вездѣ распространяете . .
Хотя я подвигался медленно въ пути,—
Въ дорогѣ удивленье утомляетъ,
Но къ лѣсу могь уЖь блиЖе подойти,
Хотя не зналъ, гдѣ мнѣ проникнуть моЖно
Въ свяіценный лѣсъ, и сталъ я остороЖно,
Съ сомнѣніемъ оглядываться вкругь,
Чтобъ выхода Желаннаго добиться.
И увидалъ передъ собой я вдругь
Расположено на берегу Адріатическаго моря, близи Колонны.
261
Дорогу; чрезъ нее перебѣгая,
Скользилъ чистѣйшій, искристый потокъ,
Который, лѣвый берегъ орошая,
Растеніе любое и цвѣтокъ
Лишь нѢЖилъ благодатными струями,
Какихъ на свѣтЬ видѣть я не могъ.
Всіз воды съ ихъ прозрачными волнами,
Какія лишь возмоЖны на землѣ,
По чистотѣ сравнились бы едва-ли
Съ потокомъ тѣмъ, гдѣ, словно въ хрусталѣ,
Дно видізть моЖно было постоянно,
Хоть тѣнь надъ нимъ носилась безпрестанно
И онъ снаруЖи теменъ вѣчно былъ,
Все подъ собою ясно отраЖая,
Но солнце и луну не допустилъ
Заглядывать на дно свое. . . БлуЖдая,
Я за потокъ вниманье перенесъ,
И увидалъ, что тамъ, благоухая
Куреньями эдемскихъ, чудныхъ розъ,
Зеленыя деревья возвышались,
Какихъ нигдѣ мнѣ видѣть не пришлось.
На берегу, гдѣ волны чуть касались
Душистыхъ травъ, въ тотъ мигъ я увидалъ
Тѣнь Женщины. Уныло раздавались
Напѣвы этой тѣни меЖду скалъ,
И Женщина свой гибкій' станъ склоняла
И съ муравы, гдѣ рой и.вѣтовъ блисталъ,
Ихъ стебельки роскошныя срывала.
Увидѣвши ту тѣнь передъ собой,
Уныніемъ ея смущенъ не .мало,
262
Я произнест? съ склоненной головой:
«Ты, дѣва, какъ сама любовь прекрасна,
И я смотря на чистый образъ твой,
75
Въ твоихъ чертахъ теперь читаю ясно
Всю д.Явственность души твоей святой.
Прошу тебя: на просьбу будь согласна
7»
И странника вниманья удостой,
И блиЖе стань на берегу потока,
Чтобъ слышать могъ я сладкій голосъ твой,
8і
Мнѣ въ душу проиикающій глубоко.
Напомнила ты Прозерпину мнѣ,
И мать ея, когда она, Жестоко
84
Напугана, оплакивала дочь
Пропавшую, а дочь ея лишилась,
Не въ силахъ больше горя превозмочь,
8у
Красы своей, которою гордилась. . .»
Я замолчалъ; тогда ко мнѣ она
Съ той граиіей особой обратилась,
9°
Съ которою таниовииииа долЖна
Предъ театральной публикой являться,
Легка, воздушна, дѣвственно-стройна. . ..
93
-
МеЖду цвѣтами стала подвигаться
Ко мнѣ та тѣ>нь, склонивь глаза къ землѣ,
И начала къ потоку приближаться,
9Г,
') См. превраіценія Овидія кн. V.
Прозерпина, дочь Юпитера и Цереры, рвала нарцисы въ сопровоЖденіи Венеры, Юноны,
Минервы, нимфъ и сиренъ, когда была вдругъ неожиданно похищена Плутономъ. Тогда,
слѣдуя словамъ Данте, Церера потеряла дочь, а Прозерпина, перенесенная въ адъ, потеряла время года, въ которое рвала цвѣты.
263
і
Съ печалью непонятной на челѣ.
Она была такъ близко, что свободно
Могъ слышать я все TJD, ЧТО ей угодно
99
Мнѣ отвѣчать. Когда на берегу,
Гдѣ воды зелень луга орошали,
Явилась тѣнь —то, право, я не лгу—
юг
Увидѣлъ какъ глаза ея блистали,
Я за подарокъ принялъ дивный взглядъ. . .
Глаза Венеры менѣе сверкали,
ю5
Когда лукавый сынъ ея былъ радъ
Венеру ранить мѣткою стрѣлою,
Которую безъ цѣли онъ наврядъ
ю8
Въ кого пускалъ.
Съ улыбкой неземною
Тѣнь съ берега смотрѣла на меня,
И продолжала рвать она рукою
ІХІ
Цвѣты: ихъ небо вѣчное храня,
Въ эдемѣ томъ родило безъ посѣва.
Хоть отъ меня таинственная дѣва,
„4
Не болѣе была, какъ въ трехъ шагахъ,
Но Геллеспонтъ, гдѣ преЖде Ксерксъ 2 ) являлся,
Ксерксъ, наводяиддй общій страхъ,
Не столь неодолимымъ показался
Для бѣднаго Леандра 3 ), что спѣшилъ
Въ волнахъ погибнуть, какъ мнѣ представлялся
.
1І?
і20
' ) См. превраш,. Овидія кн. X ст. іг5.
) Ксерксъ велѣлъ, какъ извѣстно изъ исторіи, устроить мостъ изъ судовъ черезъ
Геллеспонтъ.
3
) Леандръ Жилъ въ Абидосѣ въ Азіи, а Геро, которую онъ любилъ, обитала на европейской сторонѣ пролива.
2
264
"V
Непроходимымъ тотъ потокъ, что былъ
МеЖъ мною и т'Ьмъ призракомъ прекраснымъ,
Что за рЪкой къ себѣ меня мани.іъ.
Томимъ въ тотъ часъ Желаніемъ напраснымъ,
На Женишну смотрѣлъ я, и тогда
Она сказала тономъ сладкогласнымъ:
«Вы, путники, пришедшіе сюда,
Смотря на то, какъ я вамъ улыбаюсь,
Не думайте, прошу васъ, никогда,
Что я теперь надъ вами насмѣхаюсь. . .
Въ моей улыбкѣ—радость видізть васъ,
И я псаломъ припомню вамъ сей часъ,
128
ІЗІ
Гд1з сказано: «утѣшили меня вы.» ')
Сейчасъ спадетъ зав'Ьса съ ваш ихъ глазъ
И вы въ сомнѣньяхъ будете не правы.
Пусть тотъ изъ васъ, что рѣчь завелъ со мной,
Объявитъ мнѣ о томъ чего Желаетъ,
И не скрываетъ мысли ни одной. . .
,з7
Что хочетъ знать, онъ отъ меня узнаетъ.
Доволенъ будь пока и зтимъ ты. . . »
И дѣвѣ, полной дивной красоты,
Я отвѣчалъ: «Увидя эти воды,
Услыша шумъ, что по лѣсу идетх->,
Въ виду совсѣмъ безвѣстной мнѣ природы,
•43
Теряюсь я, исполненный заботъ,
И все, что предъ собою я увидѣлъ,
Мн'Ь странно, и того я не предвид'Ьлъ;
1ф
') Псадомъ 9і, 3:
Delectasti me Domine...
Прекрасная дѣва хочетъ выразить своими словами: текстъ этого псалма вполнѣ объясняете, почему здѣсь останавливаются и вкуиіаютъ неизъяснимыя радости.
263
ДАНТЕ.
II.
З4
Мнѣ говорили вовсе не о томъ. . .» *)
И д'Ьва въ ту минуту отвечала:
« Я виЖу, чуЖестранецъ, что умомъ
149
Твоимъ сомнѣнье править стало,
Но я разсѣю тотъ тяЖелый мракъ,
Который помѣшалъ тебѣ не мало
і5:
Въ познаньи свѣтлои истины. Такъ знай:
Верховное блаженство постоянно
Въ себѣ находитъ собственный свой рай,
1
И только съ тѣмъ мирится неустанно,
Что на него похоЖе. Человѣкъ
Имъ создашь такъ, чтобъ Жить могъ и,ѣлый вѣкъ
і5 7
Невиннымъ и блаЖеннымъ, и ему-то
Залогомъ мирной Жизни, безъ тревогъ,
Безъ горя, духъ терзающего люто,
ібо
Назначило вотъ этотъ уголокъ
Для вѣчнаго на свѣтѣ наслаЖденья,
Но человѣкъ остаться здѣсь не могъ,
ібЗ
Подъ тяЖестью земнаго заблуЖденья;
Онъ въ Жалобы и море горькихъ слезъ
Перемѣнилъ миръ счастья, умиленья. . . 2 )
ібб
Чтобъ въ этотъ садъ безсмертныхъ, чистыхъ розъ
Врываться не могли тѣ испаренья,
Которыя взлетали какъ куренья
іб9
') НуЖно при этомъ припомнить слова поэта Стація, который сказалъ, что отъ вратъ
"Чистилища до самой вершины священной горы воздухъ не испытываетъ никакихъ изменений отъ до/кдей, вѣтра и т. п.
2
) Мѣсто, гдѣ въ это время находится поэтъ, есть земной рай, гдѣ первобытный человѣкъ
оставался не долго. По мнѣнпо нѣкоторыхъ комментаторовъ прошло всего семь часовъ отъ
зари до полудня, какъ Ева была искушена, застави т Адама сорвать яблоко, вкусила его и
была изгнана изъ рая.
'256
Отъ зноя солниа,—эта вотъ гора
Воздвигнута по волѣ Провидѣнья
И атлѵосферъ различная игра
Q6
Не дѣйствуетъ въ свяш,енномъ этомъ мізстѣ,
До тѣхъ воротъ, куда ты самъ вошелъ
И не одинъ, а съ странниками вмѣстЬ.
99
Но воздухъ тотъ крылатый, тотъ эолъ,
Что въ высотѣ надъ всей горой летаетъ,
И гдѣ его ничто не измѣняетъ,
юг
Приводится въ двиЖенье силой той,
Которая была до мірозданья,
А потому, гдѣ иарствуетъ покой,
ю5
Т ы моЖеіиь видѣть лѣса колебанье.
Лѣсъ этотъ густъ; отъ трепета вѣтвей
Является и вѣтра здѣсь роптанье. . . ')
ю8
Здѣсь міръ другой. Тамъ на землѣ людей
Лѣса, и,вѣты, съ роскошными плодами,
Во всей красѣ плѣнительной своей,
ш
Не могутъ безъ сѣмянъ родиться сами.
Но здѣсь законъ иаритъ совсѣмъ другой,
И вамъ казаться моЖетъ чудесами,
1І+
Что этотъ садъ роскошно-дорогой
Плодами изобилуетъ такими,
Которые не сѣяны рукой.
п7
1
) Эга дѣва графиня Матильда, которая обогатила церковь своими приношеніями. Въ
п'Ьсн'Ь XXIII (Чистилища) поэтъ прямо называете ее по имени. Она хочетъ въ эгу минуту
сказать, что Стаціи сказалъ правду, и воздухъ въ этой части горы не приводится въ двиЖеніе вѣтрами, но онъ испытываетъ родъ колебанія, потому отъ вовлеченъ въ круговоротъ перваго двигателя, тяготѣющаго отъ востока повсюду со всѣми небесами, помещенными ни/ке.
«Воздухъ, увлекаемый первымъ двигателемъ, производитъ шуліъ или двиЖеніе, которое
до тебя доносится изъ лѣсу.»
i!
267
34*
Т ы долЖенъ знать теперь, любуясь или,
Что на равнинѣ этой круглый годъ
Изъ вѣка въ вѣкъ деревьевъ рядъ ростетъ,
І72
Но ихъ плодовъ ты на землѣ не встрѣтишь.
Рѣка, что возлѣ ногъ твоихъ бѣЖитъ,
Хоть свойствъ ея ты вовсе не замѣтиіиь,
Въ раю совсѣмъ иной имѣетъ видъ. . .
Она отъ испареній не зависитъ,
Въ парахъ искать поддерЖки не спѣшитъ,
Но вѣчное беретъ свое начало
Изъ вѣчнаго источника и, вдругъ,
Стремясь въ одномъ руслѣ своемъ сначала,
БѢЖитъ двумя потоками. Мой другъ,
Одинъ источникъ память отнимаетъ,
Чтобъ человѣкъ все позабылъ вокругъ,
184
И всѣхъ грѣховъ прошедіиихъ слѣдъ теряетъ,
Другой Же ключъ ту память возраіцаетъ,
Чтобъ помнить о достойныхъ всѣхъ дѣлахъ
187
Могли сюда попавшіе. Въ струяхъ
Они таятъ различіе такое,
И не забудь объ этихъ ты рѣкахъ:
190
Одна изъ нихъ есть Лета, ') и Евное
Рѣка другая. Дѣйсгвіе тѣхъ рѣкъ
Тогда познаетъ только человѣкъ,
іс.З
Когда изъ нихъ обізихъ водъ напьется.
Ихъ вкусъ я не могу ни съ чЪмъ сравнить,
Но въ немъ вся сладость рая познается.
ідй
') Лета, слово происходящее отъ греческаго, означаетъ—забвеніе.
Ееноё происходитъ тоЖе отъ греческаго слова, и Ломбарда истолковываетъ его, какъ
синонимъ хорошей памяти, а ГранЖье считаетъ его однозначащимъ съ правильнымъ пониманіемъ вещей, т. м. разумомъ.
268
Хотя я слишкомъ много, моЖетъ быть,
Съ тобою говорила, и мнѣ надо
Давно бесѣду нашу прекратить,
Но все Жъ еш,е одно сказать я рада,
Чтобъ оцѣнить ты, странникъ, могъ вполнѣ
Мои слова и, думаю, что мнѣ
Не сдѣлаешь за это ты упрека,
Что я была внимательна къ тебѣ.
Такъ слушай Же, не опуская ока:
Пѣвцы всѣхъ странъ, описывая намъ
В'Ькъ золотой, всегда предполагали,
Давъ лоЖный путь догадкамъ и у м а м ъ ,
\
Что эти р'Ьки мѣсто занимали
На той горѣ, которую зовутъ
ГІарнасомъ,—но поэты эти лгали:
Т ѣ рѣки благодатныя текутъ—
Здѣсь, въ этомъ мѣстѣ самомъ, гдѣ когда-то
Жилъ первый человѣкъ, познавшій тутъ
Жизнь безъ заботъ, безъ горя и разврата.
Здѣсь люди первобытные нашли
Весну, цвѣты и волны аромата
Съ плодами, о которыхъ не могли
И помышлять тамъ, на землѣ народы.
Знай наконеиъ, что видимыя воды
Есть нектаръ столь прославленный людьми. . .»
При тѣхъ словахъ къ пѣвиамъ я обратился
II увидалъ, что не могли они
Улыбки скрыть, чему я удивился,
И снова на плѣнительную тѣнь
Мой взглядъ съ болыиимъ вниманьемъ устремился.
269
П13СНЯ ДВАДЦАТЬ Д Е В Я Т А Я .
Дальнейшее
шестые поэта, который по берегу ptku адетъ въ сопровоэкденіи
призраковъ.
Тѣпъ Матильды просить его обратить внимапіе па новое видЬніе.
кончила торжественное пѣнье,
^ ^
И Женщины плѣнительной черты
'Имѣли неземное выраЖенье.
Исполнена высокой красоты,
Свой гимнъ она закончила словами:
«БлаЖенны всѣ, кому средь суеты
Проступки всѣ прощаются съ грѣхами. . .» ')
Какъ нимфы, что скрываются въ лѣсахъ,
Чтооъ солниа избѣЖать съ его лучами,
Такъ эта тѣнь, отраЖена въ волнахъ,
По берегу скользила, увлекая
Меня впередъ, и я, ей подраЖая,
') Слова псалма Зі.
270
Шелъ тих или шагами по другой
Береговой отлогости. И скоро
Т а Женщина, замедливши шагъ свой,
і5
Сказала мнѣ: «Не развлекая взора
Ничѣмъ другимъ, смотри впередъ, мой братъ. »
Внезапный свѣтъ прорѣзалъ чащу бора,
і8
И я рѣшилъ въ то время наугадъ,
Что предо мною молнія сверкнула,
Но эту мысль отбросилъ я назадъ:
2г
Будь молнія — она бы вдругь блеснула
И въ тотъ Же мигъ потухла, а меЖъ тѣмъ,
Сіянье продолжалось. Тихъ и н'Ьмъ,
24
Подумалъ я: что это за явленье?
Мелодія сладчайшая кругомъ
Неслась, Богъ вѣсть откуда, въ то .мгновенье,
27
И не подумать я не могъ о томъ,
Что Ева заслуЖила наказанье,
Искушена пл'Ьнительнымъ плодомъ. ')
з0
Въ томъ мѣстѣ, гдѣ съ начала мірозданья
Земля и небо слушались Твориа,
Т а Женщина, вѣнецъ Его созданья,
зз
Не уваЖала тайны до конца
И съ тайны той ея покровъ сорвала. . .
О, если бы она не измѣняла
зб
Веліэнія Создателя, я могь
Здѣсь дольше и покойнѣй наслаЖдаться
Вдали отъ всѣхъ волненій и тревогъ. . .
39
') Это мѣсто слѣдуетъ понилѵать такъ: потому что она заставила насъ потерять столь
восхитительное зрЬлище.
Ева хотѣла знать слишкомъ много и заставила Адама совершить тотъ Же грѣхъ.
271
Когда я снова началъ подвигаться,
Смущенный всѣмъ, что находилъ въ раю,
И душу потрясенную мою
Одной надеЖдой сладкою лелѣялъ,
Что наслаЖденье вѣчное вкусить
Мнѣ самому придется, моЖетъ быть,—
Казалось мнѣ, что воздухъ пламенѣетъ,
Который прорывался сквозь вѣтвей,
И словно вся природа рая млѣетъ.
Тутъ понялъ я, что надъ главой моей
Неслись одной священной пѣсни звуки. . .
О, дѣвы всеблагія! ') Если муки
И многія бѣды я перенесъ,
Чтобъ заслуЖить отъ васъ благоволенье,
Т о я теперь, роняя много слезъ,
Прошу у васъ, о дізвы, вдохновенья!
Пусть воды Геликона 2 ) упоятъ
Меня своей струею до прельщенья,
Пусть музы мніз на помощь поспѣшатъ
И мнѣ дадутъ ту силу пѣснопѣнья,
Которая позволить и,ѣлый рядъ
НеЖданныхъ и высокихъ впечатлѣній,
Въ безсмертные стихи перелоЖить,
Чтобъ послѣ люди многихъ поколѣній
Могли запомнить ихъ и заучить. . .
Благодаря такой могучей силѣ
Могу я послѣ смерти даЖе Жить.
1
2
) Онъ въ этомъ лѵЬстѣ взываетъ къ музалѵъ.
) Геликонъ—вершина Парнаса, гдѣ зарождается источнике, посвященный музам
На дальнемъ разстояньи мы слѣдили
За всѣмъ, что находилось впереди,
И думалъ я, когда мы подходили,
б9
Дыханье затаивъ въ своей груди,
Что предо мной деревья золотыя
ГІо счету семь—открылись, залитыя
72
Блестящимъ свѣтомъ. Блинке къ нимъ
Я подошелъ, и тишина открылась,
Едва глазамль внимательнымъ моимъ
Возможность ясно видѣть все явилось.
Светильники увидѣлъ я тогда,
. И голосовъ незримыхъ пѣсня длилась:
?8
Они «осанна» пізли '). Никогда
Такого я не созерцалъ сіянья:
Предъ нимъ тускнѣла яркая звѣзда,
8і
.И- свѣточей эдемскихъ трепетанье
Прекраснее казалось мнѣ, чѣмъ свѣтъ
Луны въ день полнолунья при молчаньи
8+
Безбурной ночи. . . Блескомъ ихъ согрѣтъ,
Исполненъ удивленья, обратился
Къ поэту я и видѣлъ, что поэтъ
Не менѣе чѣмъ самъ я удивился
И съ любопытствомъ вкругъ себя смотрѣлъ.
Тогда я вновь глазъ не спускать рѣшился
&7
2
)
go
Съ свѣтильниковъ, которые въ тотъ часъ
Къ намъ медленно и плавно подвигались
Подобно новобрачнымъ. Обратясь
9з
1
) Еврейское слово, означающее спаси насъ.
) Виргилій простился съ Данте, но ещ,е не покинулъ его, и поэтъ, каЖется, не догадывается, что ихъ оЖида-етъ скорая разлука.
2
ДАНТЕ.
II.
35
Тогда ко мнѣ, когда мы изумлялись,
Сказала дѣва: «Странно мнѣ, поэтъ,
Что обратилъ вниманье ты на свѣтъ
9б
Свѣтильниковъ, сіяюишхъ такъ ясно,
И посмотреть не думаешь туда,
Гдѣ зрѣлище эдемское прекрасно.
99
Смотри Же и увидишь безъ труда
Все то, что за сіяньемъ ихъ таится.»
И дѣвы я послушался тогда
І03
И увидалъ тѣней въ одеЖдѣ бѣлой:
Он1з вслѣдъ за огнями тихо шли,
Походкою не скорою, но смѣлои,
Какъ будто бы тѣ были их'ь воЖди.
И отраЖалъ въ себѣ потокъ зеркальный,
Т ѣ одѣянья бѣлыя тѣнеи,
.
Іо5
Іо8
И даЖе я взглянувъ въ потокъ печальный,
Въ немъ отраЖенье собственной моей
Фигуры увидалъ. Я находился
щ
Такъ близко отъ медькаюш,ихъ огней,
Что лишь однимъ потокомъ отделился
Рядъ свѣточей идущихъ отъ меня,
„4
И я въ минуту ту остановился.,
Чтобъ разгадать явленіе огня.
Тутъ только я замѣтилъ, что летали
„7
Огни и вкругъ лучи бросали
Такихъ ЦВІУГОВЪ различныхъ вкругъ себя,
Что поясъ нимфы ') мнѣ напоминали
') Нилѵфа Делоса—Луна или Діана.
2 74
І2С
И только одного не видѣлъ я,
Гдѣ именно лучи ихъ исчезали:
Въ томъ зрѣнье отказалось мнѣ служить
И очи въ напряЖеньи уставали,
Но объ одномъ я только могъ судить,
Что первый свѣточъ отъ другаго
СаЖени на четыре, моЖетъ быть,
Былъ удаленъ. . . Подъ сводомъ голубаго
Сіяющаго неба въ парахъ шли
Двадцать четыре старца издали,
Увѣнчанные лиліями, и пѣли
«МеЖъ дщерями Адама вѣчна будь
Благословенна ты!
и в'Ьчно пусть
Твоя краса благословенна будетъ. . .»
Когда прошли тѣ старцы черезъ лугь,
В ѣ щ а я такъ: «насъ Богъ одинъ разсудитъ,»
Я четырехъ Животныхъ увидалъ,
Которыя какъ звѣзды засверкали;
Кругомъ ихъ плющъ зеленый обвивалъ
И листья изумрудные дроЖали.
У шестикрылыхъ пламенныхъ звѣрей
Всѣ перья были съ яркими глазами,
Ч ѣ м ъ Аргуса они напоминали. . .
Читатель мой! Могу ль я описать
Тотъ чудный видъ, которымъ обладали
Животныя, иль долЖенъ я молчать,
Чтобъ промаха не сдѣлать въ описаньи.
Слова архангела Гавріила.
Пусть тотъ теперь, кто хочетъ вѣрно знать
Таинственныхъ тѣхъ тварей очертанья,
Пусть тотъ Іезекіиля развернетъ
Г50
И у него подробное найдетъ
Изображенье ихъ. Глазамъ Іезекіиля *)
Они явились нѣкогда изъ странъ
і5 з
Холодныхъ и суровыхъ, какъ могила,
Сквозь вихрь, огонь, и тучи, и туманъ,
И онъ потомъ въ пророчествахъ подробно
і5б
Ихъ описалъ такими, только данъ
Другой былъ цвѣтъ ихъ перьямъ. Мнѣ удобно
На счетъ цвѣтовъ дать въ мнѣньѣ перевѣсъ
,59
Пророку Іоанну: т'Ьхъ чудесъ
Свидѣтель, не совсѣмъ съ Іезекіилемъ
Онъ сходится. МеЖъ .четырехъ зв'Ьрей,
іб2
Которымъ ноша всякая по силамъ,
Тащилась колесница, только ей
Грифъ управлялъ, безъ всякаго усилья
іб5
Ее влача Надъ ней широко крылья
Грифъ широко и смѣло распустилъ;
Часть тѣла у могучаго грифона
^s
Была съ орлиной схоЖа и онъ былъ
Весь золотой, лишь съ отблескомъ виссона
И пурпура. Римъ древній не видалъ
,71
*) См. Іезекіидя, гл. і.
Было семь подсв'Ьчниковъ, оть которыхъ отделялось семь полосъ огня: крылья грифона, который влачитъ торжественную колесницу, простирались выше линіи средней и трехъ
справа ея и трехъ слѣеа.
2,-15
Такого кортеЖа во время оно,
Когда великіи Августъ удивлялъ
Римлянъ своею роскошью безумной *).
•74
И солнца колесница (размышлялъ
Въ то время я) не столько лучезарной
Казалась для Юпитера въ тѣ дни,
Когда на зло планетѣ всей коварной,
Онъ въ небесахъ Желалъ навѣкъ огни
Всѣ погасить и лишь изъ соЖалѣнья
Къ мольбамъ людей рѣшилъ онъ въ исполненье
Изъ милости свой планъ не приводить.
За колесницей чудною плясали
Три Женщины, какъ могъ я различить,
Одной ланиты заревомъ пылали,
Такъ что въ огнѣ была бы намъ она
Невидима совсѣмъ, и мы едвали
Въ томъ гіламенц/ее бы распознали.
Другая изумрудная была
А третья наконеиъ была бѣла,
Какъ первый снѣгъ едва упавшій въ полѣ.
Три дѣвы, соблюдая свой чередъ,
Плясали, увлекаясь болѣ, болѣ.
Предъ поѣздомъ то взадъ, а то впередъ. . .
Когда одна изъ нихъ пѣть начинала,
Другія танцовали безъ заботъ
И только ихъ одеЖда трепетала.
Отъ колесницы влѣво, въ свой чередъ,
РЪчь видимо идетъ о Сципіонѣ африканском^ и цесарѣ
тріумфаторомъ три дня сряду.
2 77
Августѣ,
который
былъ
i
!i
\
i
і
1
1
Еіце дѣвъ четырехъ я увидѣлъ; облекала
ОдеЖда ихъ изъ пурпура; онѣ
За дѣвой шли, которая блистала
201
(И это не почуди лося -\ш1з)
Во лбу съ тремя глазами,—что ни мало
Не показалось страннымъ мнѣ въ тотъ часъ,
204
Хоть никогда я трехъ не видѣлъ глазъ.
Затѣмъ двухъ стариковъ увидѣлъ я одѣтыхъ
Различно совершенно, и ихъ взоръ
207
(Они уЖе въ преклонныхъ были лѣтахъ)
Исполненъ былъ смиренья. Въ разговоръ
МеЖду собою старцы не вступали.
2
Одинъ изъ нихъ — мнѣ памятно съ тѣхъ поръ—
Одѣтъ былъ какъ когда-то облекали
Себя всѣ Гипократа мудреца
2I3
ІО
Ученики; другой Же былъ едвали
Съ нимъ сходенъ по одеЖдѣ и съ лица.
»
1
Въ его рукѣ я видѣлъ мечъ блестящіи,
2
іб
Чѣмъ былъ я перепуганъ безт? конца,
Хоть стареиъ, тѣ.ѵѵъ оруЖьемъ обладавшіи,
Былъ за рѣкои, на берегу иномъ.
2
19
Потомъ, на все вниманье обращавіиіи,
Замѣтилъ я, объятъ какъ будто сномъ,
Еи±е двѣ пары старцевъ, со смиреньемъ
222
Стоящихъ въ кортеЖѢ блестяицемъ томъ,
А сзади ихъ еш,е былъ съ утоліленьемъ
Склонившейся старикъ, который спалъ,
225
Но все лицо сверкало вдохновеньемъ
И свѣтлый умъ въ чертахъ его сіялъ.
Всѣ были тоЖе въ бѣлыхъ одѣяньяхъ,
228
278
Но только ихъ головъ не украіиалъ
Вѣнокъ изъ лилій чистыхъ, бѣлоснѣЖныхъ,
Но былъ надѣтъ на ихъ чело вѣнокъ
Изъ розъ цвѣтовъ столь красныхъ и столь нѣЖныхъ,
Что издали подумать каЖдый могъ,
Что вкругъ головъ ихъ пламенники вьются,
Или пылаетъ яркіи огонекъ. . .
Я самъ легко могъ въ зтомъ обмануться.
Когда Жъ къ намъ бли>ке поѣздъ подошелъ.
Не могъ я въ этотъ мигъ не содрогнуться:
Ударилъ громъ и въ страхъ меня привелъ,
И даЖе, не скрывая въ то мгновенье,
Смутились блѣдныхъ старцевъ привидѣнья. ')
1
) Зд'Ьсь необходимо представить общее объясненіе этой а.ілегоріи.
Колесница и весь поѣздъ, ее сопровоЖдающій, заимствованы у пророка Іезекіиля и
Апокалипсиса.
Колесница есгь —- церковь.
Семь св'Ьтильниковъ—семь благодатей Св. Духа: мудрость, пониманіе, сов'Ьтъ, сила,
знаніе, набожность и страхъ БоЖій. Лица, од'Ьтыя въ бѣлое, которыя сл'Ьдуютъ за светильниками—патріархи и всѣ вЬровавшіе въ Христа до Его пришествія.
Огни, которые оставляютъ въ воздухѣ слѣды своихъ яркихъ цвЬговъ—семь таинствъ
церкви.
Подъ 24 старцами поэтъ, вѣроятно, разумѣетъ 24 книги Вегхаго Завѣта.
Подъ четырьмя Животными, на которыхъ в'Ьнки изь зелени и цчЬгозъ, онъ понимаетъ
четырехъ евангелистовъ.
Грифонъ—полу-левъ, полу-орелъ—Ветхій и Новый завѣтъ.
Три Женщины, танцующія у праваго колеса колесницы—три добродѣтели: вѣра, надеЖда, любовь.
Красная Женщина—состраданіе.
Женщина съ ивумруднымъ тѣломъ—надеЖда.
Бізлая, какъ первый снѣгъ—вѣра.
Со стороны лЬваго колеса четыре Женщины вь пурпурѣ—улѵЬрзнносгь, сиіа, справедливость и блаторазуміе. Последняя им'Ьетъ три глаза.
Два старца, которые слѣдуютъ за колесницей: Св. Лука въ одеЖдЬ Гиппократа, такъ
какъ онъ былъ докторъ; другой Св. Павелъ.
Четыре старца скромнаго вида—апостолы Іаковъ, ІІетръ, Іоаннг> и Іѵда, братъ Іакова.
Пятый Же, единственный, который спитъ, Св. Іоаннъ, авторъ Апокалипсиса.
ПЪСНЯ ТРИДЦАТАЯ.
Передъ поэтомъ является призракъ Беатриче, которая соги.га съ пеба и обвиняешь
Дапте
за его пеблагоразу.піе, которое отвлекло его отъ той Жизни, къ которой она его готовила,
у
иліѣя въ виду спасепіе.
огда двиЖенье поѣзда смутилъ
УЖасный громъ, негаданно упавшій,
Предъ шествіемъ семи святыхъ свѣтилъ, ')
Рядъ стариевъ мудрый, мѣсто занимавшій
МеЖъ грифомъ и огнями, подошелъ
Къ свяиценной колесницѣ, разливавшей
Отрадный свѣтъ, и словно въ ней нашелъ
Душевный миръ, нарушенный случайно.
Одинъ изъ стариевъ очи вверхъ возвелъ
И громко, умиляясь чрезвычайно,
Пропѣлъ, сложивши руки на груди:
«Супруга, отъ Ливана ты приди. . . 2)
') Мы называема семизвѣздниколѵь—сель звѣздъ Большой Медведицы; поэтъ Же въ
вид'Ь сравненія селшзвѣздникомъ называетъ селѵь свѣти.іъников ь, о которыхъ сказано выше.
2
) П'Ьснь пѣсней, гл. 4.
280
И т'Ь слова другіе повторили. . .
Какъ въ будущемъ въ день обилаго суда
БлаЖенные, забывши сонъ въ могилѣ, ')
і5
Поднимутся изъ гроба безъ труда
И голосомъ, имъ снова возвращеннымъ
Аллилуя—вновь запоютъ тогда,
18
Такъ точно общимъ к лиромъ вдохновеннымъ
По мановенью старца въ этотъ мигь
Востали всѣ предъ поѣздомъ священнымъ
2I
И сотни голосовъ слилися въ кликъ
Одной мольбы: «грядущая блаЖенна!»
И вкругъ себя бросали постепенно
24
Душистые цв'Ьты и пѣли такъ:
«ЦвЬты бросайте полными руками
И осыпайте ими каЖдый шагъ. »
27
Случалось мнѣ въ часъ раншй любоваться
Природою, когда заря взойдетъ
На небесахъ; и солнце подниматься
Зо
На горизонтЬ розовомъ начнетъ
Не знойное еще, но золотое
И въ испареньяхъ утреннихъ не ЖЖетъ
33
Земли пространство свЬтомъ залитое. . .
Подобно солнцу этому въ тотъ часъ,
МеЖду цв'Ьтовъ бросаемыхъ, давно я
36
') Одно изъ двадцати четырехъ лицъ, представляющее въ Божественной комедіи
девятнадцатую книгу Ветхаго завета, П'Ьснь пѣсней. (См. П. п'Ьсней глав. IV, ст. 14).
Это мЪсто вообще возбуЖдаетъ много различныхъ толкований.
2
) Ангелы пѣлиіблагословенъ Т ы грядущіи (Лука ід, )8)—слова Евреевъ при вход'Ь Іисуса
Христа въ Іерусалимъ на ослиц'Ь. Ангелы прибавляли: «бросайте лиліи полными руками.»
ПодраЖаніе Энеид'Ь (nbc. VI, ст. 878).
281
Данте.
II.
36
Замѣтилъ дѣву: съ плечъ ея віясь ')
Зеленое спускалось покрывало,
Сама Жъ она въ одеЖду облеклась
39
Столь красную, что зрѣнью больно стало;
Вуаль на головѣ ея сверкалъ,
Чело Же благородное сіяло,
42
Увѣнчано изъ чудныхь травъ вѢнкомт->,
Гдѣ были таіоке масличные листья.
И въ первый мигъ при образѣ такомъ
4$
БоЖественномъ не могъ волненья скрыть я.
Сперва я весь почти оцѣпенѣлъ,
Но на меня потомъ сошло наитье:
4з
Я въ образіз той Женщины узрѣлъ
Моей любви старинной воплощенье,
Передъ которымъ нѣкогда я млѣлъ,
5,
Исполненъ неземнаго восхищенья.
Когда предъ этой чистой красотой
Я сталъ лицомъ къ лииу, и слѣдъ сомнѣнья
ъ4
Во мнѣ исчезъ, то въ тѣни милой той
Действительно тотъ образъ появился,
Передъ которымъ въ дѣтствѣ я молился
57
2
)
И млѣлъ предъ безконечной добротой:
Я съ трепетомъ невольнымъ обратился
Въ ту сторону, гд"Ь былъ учитель мо*й.
Go
Такъ къ матери своей подчасъ стремится
Ребенокъ, огорченный чѣмъ нибудь,
Или когда чего нибудь боится
вз
') Эта Женщина разумеется все таЖе Беатриче. Вѣнеиъ изъ масличныхъ листьевъ—
эмблема мудрости и ума.
Зеленая мантія, красная одеЖда и б'Ьлый вуаль символы надеЖды, візры и любви.
2
) Онъ любилъ Беатриче, когда ему было едва девять лѣтъ.
282
И падаетъ съ слезами къ ней на грудь.
Такъ точно обратился я къ поэту,
Не смѣя на прекрасную взглянуть
бб
И думая сказать въ минуту эту:
« Я весь теперь вь волненіи горю
И въ призраке блестяш,емъ узнаю
69
Т о дивное высокое созданье,
Которое любилъ я на землѣ!..»
Но тутъ Же, затаивъ свое дыханье,
Замѣтилъ я, что возлѣ нѣтъ пѣви,а,
72
*
Котораго ко мнѣ она послала,
Нѣтъ спутника и добра го отиа:
75
Вблизи меня Виргилія не стало! •)
И я того перенести не могъ:
Ничто меня уЖе не утѣиіало.
у8
Я позабылъ среди своихъ тревогъ,
Что нахоЖусь въ Жилиш,ѣ томъ священномъ,
Гдѣ поселилъ праматерь нашу Богъ,
8і
И зарыдалъ в'ь саду благословеннолѵъ,
Не въ силахъ удерЖать кипучихъ слезъ
Предъ образомъ, мнѣ столько драгои,ѣннымъ.
84
— «О, Данте,—тутъ услышать мнѣ пришлось,
Не плачь, не плачь напрасно о поэтѣ,
Оплакивай, поэтъ, въ минуты эти
з7
Другую рану.» Такъ передо .иной
Заговорила Женишна святая.
Какъ адмиралъ, стоя ими надъ кормой,
до
') Понимать ну;кно иносказательно: поэзія исчезаете переде богосдовіеме.
28З
303
Глядитъ, за кораблями наблюдая
И плаваніемъ ихъ руководя,—
У колесницы дѣва неземная
Стояла, на меня тогда глядя
Подъ облакомъ цвѣтовъ и подъ вуалью ,
Съ какою-то божественной печалью.
Насъ раздѣлялъ въ тотъ часъ одинъ потокъ,
На берегу другомъ она стояла,
И потому я разглядѣть ее не могъ:
Лицо ея скрывало покрывало,
Но все-таки я чувствовалъ не разъ,
Что Женіаина упорно не спускала
Съ меня своихтт невидимыхъ мной глазъ
И наконецъ со мной заговорила,
Съ величіемъ особымъ распрямясь:
«Поэтъ, къ тебѣ долЖна опять вернуться сила:
Взгляни Жъ теперь—съ тобой кто говоритъ?
Иль Данте память сильно измѣнила.
Т ы понялъ ли, что предъ тобой стоитъ
Никто другой, мой сынъ, какъ Беатриче?
Отвѣть Же мнѣ, принявши преЖній видъ,
Какъ до горы до этой ты добрался?
И зналъ ли ты, что на горѣ святой
Съ несчастіемъ никто не поселялся:
Здѣсь вѣчный миръ и радость и покой.»
При тѣхъ словахъ взглянулъ въ потокъ я прямо,
Но отраженный образъ видя свой,
Чтобъ скрыть свой стыдъ и проявленье срама,
Я сталъ смотрѣть на разноцвѣтный лугъ
И глазъ своихъ не поднималъ упрямо. 284
Та Женщина мнѣ показалась вдругъ
Корящей строгой матерью, но сыну
Познавшему всю горечь тяЖкихъ мукъ,
і2з
Пріятно было слышать сквозь кручину,
Е я укоры, Жалобы, упрекъ:
Я
ВидѢлЪ
ВЪ ЭТОМЪ
нѢЖнОСТи
причину.
Когда умолкла дѣва, въ этотъ срокъ
Архангеловъ раздалось пѣснопѣнье:
« Я на тебя надѣялся, мой Богь» ').
і2б
129
Какъ при холодномъ вѣтра дуновеньи
Снѣгъ мерзнетъ на вершинахъ нашихъ горъ
И вновь потомъ какъ воскъ, въ одно мгновенье,
,з2
Вдругъ таетъ отъ свѣтила юЖныхъ странъ,
Такъ точно я, отъ призрака далекій,
Въ душѣ не бередивши свѣЖихъ ранъ,
Сперва не могъ рыдать, и сонъ глубокій
Какъ будто бы мнѣ душу всю сковалъ,
Когда Же хоръ архангеловъ далекій
Словами гимна будто бы сказалъ:
«О, дѣва, для чего терзаешь такъ его ты»,—
Я словно ледъ мгновенно таять сталъ
І+І
Подъ чарами божественной той ноты
И горькими слезами залился
И вздохами на пѣснь отозвался,
t44
Которые мнѣ грудь всю истерзали,
Не находя исхода для печали,
И падали и падали съ лица,
') Начало VIII псаллѵа: In te, Domine, speravi.
285
і 47
Какъ лѣтній доЖдь, прорвавшіяся слезы
И облегчили душу мнѣ въ тотъ часъ,
Какъ лѣтніи зной вдругъ облегчаютъ грозы.
і5о
МеЖъ тѣмъ вь святыя думы погрузясь,
Стояла дѣва возлѣ колесницы
И къ старцамъ благороднымъ обратясь, 1 )
,53
Сказала имъ съ величіемъ царицы:
«Вы бодрствуете вѣчно, вёчныи свѣтъ
Въ Эдемѣ созерцая: тайны нѣтъ
і5б
Для васъ ни въ чемъ, и бѣгь столѣтій въ мірѣ
Для васъ не скрытъ и въ бдізньи и во снѣ,
И въ вашихъ мысляхъ ясно, какъ въ зѳирѣ,
i5g
А потому теперь придется мнѣ
Не съ вами говорить, а съ тѣмъ несчастнымъ,
ѵ
Іто за рѣкой, на лѣвой сторонѣ,
162
Рыдаетъ горько здѣсь подъ небомъ яснымъ.
Пусть отъ моихъ пророческихъ рѣчей
Терзается онъ горемъ не напраснымъ,
іб5
Пусть въ скорби возникающей своей
Сознаетъ онъ былыя заблужденья,
Какими отличался отъ людей.
168
Онъ, этотъ смертный, волей Провидѣнья,
Вліяніемъ небесныхъ тѣхъ свѣтилъ,
Которыя со дня его роЖденья
І7І
Къ нему благово.іили, въ Жизни былъ
Осыпанъ благодатными дарами,
II къ высшей роли избранъ небесами.
*) Святыя существа—ангелы, которые въ кодесниц'Ь.
286
І74
Всѣ качества высокаго ума
Е м у послала щедрая природа:
Казалось бы, что заблуЖденій тьма
177
Касаться не могла среди народа
Его души, боЖественнымъ перстомъ
Отмѣченной, и Жизнь инаго рода
і8о
Его Ждала въ круЖеніи мірскомъ.
Но почва невозделанная или
Засѣянная плохо, лишь кругомъ
і83
Неровно заростаетъ и при силѣ,
И дикою становится всегда,
Хотя бы въ ней съ избыткомъ соки были.
і86
Я нѣ когда, въ минувшіе года
За этимъ смертнымъ много наблюдала,
И дѣтскаго вниманья никогда
Къ нему я на землѣ не забывала.
Я истиннымъ путемъ его вела;
Когда сама переходить я стала
Изъ дѣтства въ новый возрастъ, ') перешла
Въ другую Жизнь, меня забылъ постыдно
Клятвопреступник!^ тотъ въ пучинѣ зла,
iq5
Отъ прошлаго отрекся вдругъ обидно
И новымъ впечатлѣньямъ предался:
И грустно за него мніз и обидно.
198
Когда мой духъ на небо поднялся,
Я оболочку сбросила земную,
Чтобъ Жизнь начать прекрасную, иную
') Буквально: «на порогѣ моего втораго Еозраста»: когда Беатриче,
(24 лѣтъ), промѣняла Жизнь земную на Жизнь вечную, въ 1290 голу.
еще
.молодая
И обновиться въ новой красотѣ,
Онъ отъ меня безжалостно отрекся
Онъ испыталъ привязанности тѣ,
Которыми въ пучину золъ увлекся,
И слѣдуя обманчивымъ мечтамъ,
Вступилъ на путь, ведущий лишь къ грѣхамъ.
Напрасно я, познавши вдохновенье,
Которое послали небеса,
И на яву и въ сладкомъ сновидѣ-^ьи
Раскрыть ему старалася глаза,
Напрасно я, какъ духъ его хранитель,
Его оберегала: онъ рвался
Туда, гдѣ грѣхъ, какъ демонъ искуситель,
Его въ соблазнахъ Жизненныхъ стерегъ
И скоро заразилъ его порокъ.
Онъ низко палъ, не зная пробуЖденья,
Но чтобы обезпечить впереди
Его покой и вѣчное спасенье,
Я , затаивши страхъ въ своей груди,
Ввела его въ вертепы наказанья.
Сама я даЖе, ради состраданья,
Сошла въ пріютъ наказанныхъ тѣней
И тамъ моля и горестно рыдая,
Я тронула пѣвца минувшихъ дней,
Который, мой совѣтъ не забывая,
Виновнаго въ пути сопровоЖдалъ
Отъ адскихъ вратъ и до предѣловъ рая.
кто его привелъ сюда—значить рЬчь идетъ о Виргиліи.
И вотъ предъ вали смертный этотъ сталъ,
Котораго я такъ корила строго.
Хоть онъ достигъ до саліыхъ этихъ скалъ,
23[
Но люгъ бы оскорбить уставы Бога,
Когда бы черезъ Лету переплылъ
Безъ малыхъ угрызеній и дорогой
2з4
Раскаянья слезы не уронилъ.
Безъ этого раскаянья едва-ли
Въ эдемскій садъ пѣвецъ допуид,енъ былъ.
2з7
289
ДАНТЕ.
II.
37
П Ъ С Н Я ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ.
Въ этой пѣснѣ поэтъ признается Беатриче въ своихъ увлечепіяхъ.
Bckopt за тѣмъ погруженный «божественной океной» въ рѣку забвенія, опъ испиваетъ отъ водъ ея.
ты, поэтъ, стояний за рѣкой»,
Ко мнѣ такъ Беатриче обратилась
Съ насмѣшкою замѣтной и тоской,
з
И ядъ т*Ьхъ словъ—душа моя смутилась—
Всю кровь во мнѣ мгновенно отравилъ,
Какъ будто остріе клинка въ меня вонзилось,
б
И я слова такія уловилъ:
«Отвѣть, поэтъ, я правду-ль говорила?
Желаю я, чтобъ самъ ты подтвердилъ
9
Мои слова, которыхъ не таила
Я отъ тебя...» Я тѣмъ былъ такъ смуиіенъ,
Что слова мысль моя не находила,
І2
И я молчалъ взволнованъ, пораЖенъ.
Языкъ совсѣмъ служить мн'Ь .отказался
И умъ мой точно въ сонъ былъ погруЖенъ
290
^
Отвѣта долго призракъ доЖидался,
Увидѣвъ Же, что все-таки молчать
Я продолЖалъ и съ мѣста не сдвигался,
18
Спѣшила Беатриче мн'Ь сказать:
«СкаЖи, о чемъ теперь ты размышляешь?
УЖель здема миръ и благодать
2I
Т ы на себя самомъ не о щ у щ а е ш ь
И не бросаешь преЖнюю печаль,
Скорбей земли въ раю не забываешь?»
24
Безсмысленно и тупо глядя въ даль,
Я все-таки не находилъ отвѣта,
Но, наконецъ, себя мнѣ стало Жаль,
27
И съ языка несчастнаго поэта
Вдругъ сорвалось беззвучно какъ-то «да»,
Но вырвалось такъ тихо слово это,
Зо
Что Беатриче, строгая тогда,
Отвѣтъ могла понять лишь по двиЖенію
Губъ блѣдныхъ, прошептавшихъ ей едва
33
Т о слово. Я стоялъ, какъ привидѣнье. . .
Какъ иногда въ усильи арбалетъ
Ломается въ рукахъ отъ напряЖенья
36
И рвется тетива, и лоЖныи слѣдъ
Стрѣла въ своемъ полетѣ принимаетъ,
Таковъ былъ я подавленъ тьмою бѣдъ
39
И только ощущалъ, что съ глазъ сбѣгаетъ
Двойной потокъ горячихъ, Жгучихъ слезъ,
И что въ груди все сердце изнываетъ —
42
А р'Ьчь моя—мнѣ сознавать пришлось —
На языкѣ какъ преЖде замираетъ. . .
И слово Беатриче раздалось:
45
291
311
«СкаЖи мнѣ, бѣдный грѣшникъ, безъ смущенья:
Какъ могъ ты такъ безславно скоро пасть,
Повергнутый въ пучину заблуЖденья?
48
Какая сокрушительная страсть
Могла тебя свести съ прямой дороги?
Здѣсь на тебѣ испытывая власть,
5t
Т ы долЖенъ знать, что я къ тебѣ явилась
Безъ оболочки бренной и земной,
Въ которой такъ тебѣ я полюбилась,
54
Лишь для того, чтобы на путь иной
Тебя направить, слабое творенье. . .
Своей земной, минутной красотой
5?
Тебѣ я доставляла наслаЖденье,
Какого ты нигдѣ не находилъ
Въ искусствѣ и въ природѣ, безъ сомнѣнья. . .
g0
Мои земныя формы ты любилъ,
Забывъ о томъ, что красота такая
Есть прахъ одинъ... Когда среди могилъ
бз
Исчезла я, у Жизни отнятая,
Когда мои слова, двиЖенья, видъ
Въ тебѣ любовь будили, соЖигая,
бб
То кто-Жъ теперь мнѣ ясно объяснить,
Какъ могь ты, схоронивъ меня въ могилѣ,
Оплакавши среди могильныхъ плитъ,
бд
Дать волю новой страсти, новой силѣ?
Какъ могъ ты увлекаться вдругъ опять,
И скоро такъ забыть меня. Не ты-ли
72
Любилъ меня такъ сильно? я понять
Поступка твоего не въ состояньи. . .
Когда меня пришлось похоронить,
у5
292
Т ы полный безконечнаго страданья
Былъ долЖенъ къ небу взоръ свои обратить
И въ небесахъ, исполненъ упованья,
?8
Слѣдить за мной, за мной одной опять
И помнить постоянно, постоянно,
Что видъ земной мы всѣ долЖны бросать,
Что смерть приходитъ къ каЖдому неЖданно.
Отдавшись созерцанью высшихъ благъ,
Я думаю, не могъ бы ты никакъ
g4
Какой нибудь дѣвчонкой увлекаться ')
И гибнуть въ вихрѣ шумной суеты.
Разставленныхъ сѣтей долЖны бояться
8у
Лишь птицы молодыя,—помни ты,—
Но стрѣлы и губительныя сѣти,
Которыхъ такъ всегда боятся дѣти,
90
Для старыхъ птицъ нестрашны никогда. . .»
Я какъ ребенокъ, шалость сознаюшДй
И полный безконечнаго стыда,
Стоялъ, свой сознавая грѣхъ гнетушдй,
И взора отъ земли не отрывалъ.
И снова гласъ раздался вопіюшдй:
(j6
£<Я виЖу, что ты къ правдѣ блиЖе сталъ
И что мои упреки возбудили
Въ тебѣ страданіе, но чтобъ ты зналъ
99
Двойныя муки въ двойственной ихъ силѣ,
Т о голову свою ты подними,
И на меня внимательно взгляни:
3
) Дѣвчонка (pargoletta). Рѣчь идетъ о ДЖентуккѣ. НуЖно предполагать, что это имя
Женщины, которою увлекался Данте въ дни своей молодости, въ чемъ и упрекаетъ его сурово
божественная Беатриче.
313
314
Желаю я двойнаго наказанья,
Которое, почувствовавъ вдвойнѣ,
Заслужишь ты, быть моЖетъ, состраданье.
Какъ могъ, поэтъ, забыть ты обо мнѣ?
Какія бездны встрѣтились тебѣ
И Жизни неприступные пороги,
Гдѣ ты на зло и счастью и судьбѣ
Отъ истины высокой отказался
И какъ безсильнои Жертвою въ борьбѣ,
Въ такія цѣпи быстро какъ попался,
Которыя твои затруднили ходъ
Къ толѵу, чего ты въ мірѣ добивался.
И наконеиъ, скаЖи мнѣ въ свои чередъ,
Какія увлеченья и соблазны,
Остановили шествіе впередъ
И были такъ постыдно-безобразны?
На это ты отвѣтить долЖенъ лшѣ,
Хотя-бъ слова казались и не связны.»
Улѵолкла Беатриче въ тишинѣ,
И я отъ горя сильнаго вздыхая,
И съ головой пылавшей, какъ въ огнѣ,
Въ волненьи слезы горькія глотая,
Чуть слышно началъ дѣвѣ отвѣчать,
Слова свои рыданьеліъ прерывая:
«О, дѣва несравненная! Тебя-ль
Ослушаться могу я? Все, что было,
Я разскаЖу, хотя моя печаль
Сковала мой языкъ и мысль лишила
Свободнаго двиЖенія и силъ.
Къ чему скрывать? Меня къ себѣ лѵанила
Жизнь лоЖная, которой я любилъ
Безумно, беззаботно отдаваться,
И преЖнія мечты свои забылъ.
135
Мнѣ весело казалось заблуЖдаться,
Вкушая сладость тайную грѣховъ,
И отъ соблазновъ міра отказаться
і38
Я не умѣлъ. Вотъ мой удѣлъ каковъ.»
На это Беатриче отвечала:
«Когда бы ты въ отвѣтъ мнѣ не далъ словъ,
141
Когда бы ты, чтсбъ правды я не знала,
Свои проступки началъ отрицать,
Т о лоЖь тебѣ не помогла бъ ни мало:
144
Отъ неба ничего нельзя скрывать,
Гдѣ мысль твоя и каЖдое двиЖенье
Въ зародышѣ умѣютъ понимать,
•47
Но если грѣшникъ самъ безъ промедленья
Сознается во всѣхъ своихъ грѣхахъ,
Т о отъ небесъ Ждать долЖенъ снисхоЖденья
і5о
И долЖенъ позабыть свой преЖній страхъ.
Т ы заслуЖилъ такую милость Бога,
Раскаянія слѣдъ въ твоихъ слезахъ,
г 53
А потому ты не волнуйся много,
Забудь соблазны всѣ минувшихъ дней,
И оцѣнивъ прошедшее все строго.
156
Напрасно слезъ своихъ теперь не лей
И слушай то, что я тебѣ рѣшилась
Сказать для утѣшенья всѣхъ скорбей.
i5g
Какъ нѣкогда, ставъ очень близкимъ мнѣ. . .»
И Беатриче смолкла въ то мгновенье,
А я, предъ ней раскаявшись вполнѣ,
162
295
•
Тотчасъ-Же поднялъ очи, чтобъ велѣнье
Исполнить этой Женщины святой,
И сознавалъ, исполненъ соЖалѣнья,
і65
Всю горечь слезъ подруги неземной,
Которая тогда мнѣ предлагала,
Чтобъ я стоялъ съ поднятой головой,
168
Но о глазахъ зачѣмъ-то умолчала.
Когда кругомъ себя я сталъ смотр ѣть,
Увидѣлъ, не заметивши сначала,
171
Что высшія созданія бросать
Цвѣты вокругь себя уЖь перестали.
Мои глаза въ то время созерцали
Т у дѣву, что стояла за р'Ькой:
Хотя ее скрывало покрывало,
Но дивной и небесной красотой
177
Я пораЖенъ былъ вдругь до восхищенья,
Котораго еще не испыталъ.
Е я земныя формы, безъ сомнѣнья,
180
Прекрасны были преЖде, но призналъ,
Взглянувъ на эту Женщину, тогда я,
Что на землѣ подобной не видалъ.
18З
И какъ змѣя безЖалостная, злая,
Раскаянье язвило сердце мнѣ,
И ненависть явилась вдругъ такая
186
Въ моей душѣ и къ людямъ, и къ себѣ,
За то, что я осмѣлился предаться
Безумнымъ увлеченьямъ и въ борьбѣ
189
Съ грѣхомъ, не въ силахъ былъ остаться
Ей вѣрнымъ.до моихъ послѣднихъ дней.
Свѣтъ началъ у меня въ глазахъ теряться,
192
296
И я, лишившись палѵяти своей,
Упалъ безъ чувствъ, безъ всякаго двиЖенья. . .
На сколько длилось это усыпленье
•95
И долго-ли я близъ рѣки леЖалъ,
Я этого не помню, но паденье
Мое, какъ послѣ я припоминалъ,
198
Замѣчено святой Женою было,
И та, что истерзала такъ меня
Упреками и сердце истомила,
За заблуЖденья прошлыя виня,
Ко мнѣ не оставалась равнодушна.
Хоть я леЖалъ недвиЖно и бездушно,
204
Но Беатриче чувствовалъ я взоръ
И словно точно видѣлъ мановенье
Е я руки въ послѣднее мгновенье,
207
Передъ потерей чувствъ своихъ... Съ тѣхъ поръ
Мнѣ совершенно память измѣнила,
И я не зналъ, что тамъ со мною было.
Когда отъ забытья очнулся я,
И въ головѣ явилось вновь сознанье,
Которое оставило меня,
Освободивъ на мигь отъ созерцанья
Всего, что могъ замѣтить я вокругъ,
Передъ собою въ близкомъ разстояньѣ
2
іб
Т у Женіцину я вновь увидѣлъ вдругъ,
Которая передо мной являлась, •)
Печальная, исполненная мукъ,
2,9
') Прямое указаніе на Магильду, хотя поэтъ не вездѣ почему-то называете ее по имени.
297
ДАНТЕ.
II.
^
И надъ зеленымъ лугомъ наклонялась,
Чтобы цвѣты душистые срывать.
Та Женщина приблизилась опять
272
Ко мнѣ, едва скользя по лугу, блиЖе
И тихо очень молвила: «Поэтъ,
Къ тебѣ на помощь я пришла: иди Же
225
За мной, впередъ, чтобъ видѣть лучшіи свѣтъ».
И этой грустной Женщины видѣнье
Къ рѣкѣ свой путь направило; во слѣдъ
228
Я шелъ за нимъ, безмолвно покоряясь
Велѣнію его. И эта тѣнь меня
Схватила, вмѣстѣ въ рѣку погружаясь,
2 г,
И съ головой въ рѣкЪ исчезнулъ я,
А тѣнь изъ рѣчки быстро выплывая,
Какъ легкая и быстрая ладья,
2з4
На берегу Ждала меня, сіяя.
Я быстро приблиЖался въ этотъ часъ
Къ обители святой земнаго рая,
2з?
И въ это время пѣсня раздалась:
«Очистишь ты меня» '), и эти звуки,
Впослѣдствіи припомнивши не разъ,
240
Исполненный какой-то сладкой муки,
Словами не могу я передать,
Чтобъ музыку небесную понять
Могли мои читатели въ поэмѣ. . .
Тѣнь Женщины тутъ руки подняла
Безъ словъ надъ головой моей и тѣми
') Слова 5о-го псалма.
298
24-1
24б
Руками эта дѣва начаіа
Меня въ рѣку такъ погружать глубоко,
Какъ будто бы минуты той Ждала,
Когда упьюсь я влагою потока.
И я воды целительной испилъ,
Преобразясь въ одно мгновенье ока,
И обновленье силъ вдругъ ощутивъ
Отъ этого священнаго купанья
И съ т'Ьломъ вмѣстѣ душу освѣЖивъ,
,55
Исполнилъ грустной Женщины ') Желанье.
Потомъ она на берегъ извлекла
Изъ чудныхъ струй и, все блюдя молчанье,
Меня неторопливо подвела
Къ плясуньямъ соблазнительно-прекраснымъ
(Двѣ пары было ихъ), и начала
258
2
)
Съ напѣвомъ музыкальными и согласнымъ
Плеяда ихъ передо мной плясать,
Зап'Ьвши такъ: «На небѣ вѣчно ясномъ,
2д£
2бі
Какъ звѣзды, моЖемъ мы всегда сіять,
А на землѣ мы нимфами зовемся,
Какъ насъ теперь ты моЖешь созерцать:
2б?
Поемъ, блестимъ и въ вѣчной пляскѣ вьемся.
Е щ е въ тѣни, когда, въ нашъ БоЖій свѣтъ,
Внося во все и счастье и привѣтъ,
270
') Грустная Женщина. Это не Беатриче, а опять-таки Матильда.
) Четыре пляшущія Женщины—четыре главныя добродетели. (См.. пѣснь V). «Здѣсь
мы нимфы—въ небѣ звЬзды». Ломбарди и другіе коментаторы думаютъ, что поэтъ хотЬдъ
сказать: въ этомъ священномъ л'Ьсу мы нимфы, Живущія въ немъ постоянно; въ небѣ Же
мы четыре блестящія звѣзды, которыя ты видѣлъ у антарктическаго полюса преЖде входа
въ Чистилище. (См. Чистилище. I, VII). Три Женщины, танцующія по правую сторону
колесницы—три богословскія добродѣтели: в'Ьра, надеЖда, любовь.
Далѣе авторъ снова будетъ говорить объ этихъ Же Женщинахъ, которыя приближались танцуя.
2
299
319
Святая Беатриче не являлась,
По воли и Желанію небесъ
Намъ быть ея рабами назначалось:
*
273
Таковъ ея надъ нами перевѣсъ,
"Что мы служить лишь только ей умѣемъ,
Въ саду эдемскихъ славы и чудесъ.
27б
Тебя Же мы представить тотчасъ смѣемъ
Прекрасной Беатриче, но чтобъ ты
Могъ вынести блескъ вѣчной красоты,
279
Которая въ глазахъ ея сіяетъ
И при единомъ взглядѣ всѣхъ людей,
Своимъ ихъ блескомъ тотчасъ ослѣпляетъ,
2 82
Тебя сведемъ мы преЖде въ кругъ тѣней,
Которыя стоятъ за колесницей,
И силу для твоихь очей
285
Онѣ дадутъ, чтобъ не смѣЖивъ рѣсницы
На дѣву безъ боязни ты смотрѣлъ. . . »
И вотъ въ кругу прекрасной вереницы,
288
Т ѣ х ъ милыхъ Женъ, я подойти посмѣлъ
Къ свяіценному и гордому гриффону,
Гдѣ Беатриче дивную узрѣлъ.
-91
Свои глаза поднявши къ небосклону,
Она потомъ взглядъ бросила на насъ,
И тѣни мнѣ замѣтили тотчасъ,
2 94
Исполнены того благоговѣнья,
Съ какимъ всегда на боЖество глядятъ
Всегда ему подвластныя видѣнья:
2
«Останови внимательный твой взглядъ
На этой чудной дѣвЬ лучезарной
И будь въ своей душѣ безмолвно радъ,
Зоо
Зоо
97
За это намъ однимъ лишь благодарный,
"Что увидалъ столь дивный изумрудъ,
Котораго лучи въ тебѣ заЖгутъ
Любви неотразимое сіянье:
Теперь передъ собой ты видишь ту,
Которая земное прозябанье
На райскую смѣнила красоту
И обновясь въ иной, эдемской Жизни
Пріобрѣло такую чистоту,
Какой не обладала и въ отчизнѣ,
Гдѣ ты когда-то дѣву полюбилъ.»
Свой взглядъ я на небесную вперилъ:
Мои глаза къ ней приковались словно
И тысячи Желаній къ ней влекли
НеудерЖимо сильно и любовно.
На гостью, улетѣвшую съ земли,
Не могъ совсѣмъ смотрѣть я хладнокровно,
А очи Беатриче точно Жгли,
Направленныя въ сторону гриффона.
Какъ солнце, отраженное въ стеклѣ,
Сіяетъ такЖе точно и на небосклонѣ,
Такъ грифа взглядъ сіять сталъ на челѣ
Небесной дѣвы. Ихъ двойнымъ сіяньемъ,
Котораго не зналъ я на землѣ,
Смущенъ, стоялъ съ нѣмымъ я обоЖаньемъ
И думалъ о давно минувшихъ дняхъ,
Когда съ однимъ прелестнѣйшимъ созданьемъ
Съ небесной, вѣчной кротостью въ глазахъ
Впервые на землѣ я повстрѣчался,
И вспыхнула любовь у насъ въ сердцахъ.
Зоі
МеЖъ тѣмъ какъ я видѣньемъ любовался,
Вкушая сладость чувствъ, безвѣстныхъ мнѣ,
И благостью небесной проникался
333
Въ таинственной и чудной сторонѣ,
Три Женш,ины передо .мной явилось,
Какъ бы сіяя въ трепетномъ огнѣ>
336
И объяснить загадочно решились,
Что къ высшему разряду меЖъ тЬней
Они принадлежать и обратились
339
Къ моей подруііз съ пѣснею своей,
Слова которой въ душу мнѣ запали,
И помнить буду ихъ до смерти я своей,
Для нихъ забывъ всѣ прошлыя печали
И всѣ бѣды на Жизненномъ пути.
Слова той пЬсни въ воздухѣ дроЖали:
342
«
з45
«О Беатриче, взоры обрати
На смертнаго! Онъ другъ нелииемѣрный.
Рѣшился онъ сквозь всѣ бѣды идти
348
Походкою и смѣлою и вѣрной,
Чтобъ только на лицо твое взглянуть.
Онъ избѣЖалъ опасности чрезмѣрной,
351
Не думая въ дорогѣ отдохнуть,
Препятствія уЖасныя встрѣчая,
Повсюду преграждаю ш,ія путь!
354
Взгляни Же на него ты, дѣва рая,
И милостью своею удостой
Того, кто шелъ путей не разбирая.
35 7
Раскрой Же ты уста свои, раскрой,
Чтобъ понялъ онъ ту красоту вторую,
Которая прекраснѣе земной
Збо
302
Твоей красы, что *) прошлою порою
Его такъ увлекала въ оны дни,
Когда предъ ниліъ являлась ты сестрою. . .
збз
На слѵертнаго пришедшаго взгляни!»
Такъ пѣли эти души въ тѣ .мгновенья
О, дивное, небесное видѣнье!
зьо
Гдѣ тотъ пѣвеиъ, всходившій на Парнасъ,
Въ его ручьѣ испившіи вдохновенья,
Который .могъ бы, силы не лишась,
ш}
Воспѣть тебя въ стихахъ своихъ такою,
Какою ты явилась предо лшой,
Со всей твоей небесной красотою,
з72
Невѣдо.моіо въ юдоли зелшой. . .
Все то, чѣлѵъ небо люЖетъ возгордиться,
Все то, чѣлѵъ блеилутъ звѣзды въ часъ ночной,
з7з
Въ тебѣ одной .могло соединиться. . .
*) Вторая красота обоЖествденной Беатриче, которую она пріобр-Ьла сг-> тѣхъ поръ, какъ
вознеслась на небеса. ГІоэтъ называете потомъ Беатриче тѣмъ именемъ, которое даютъ
въ Свяіценномъ писаніи божественной премудрости.
лЛАЛАЛАЛЛлл
ЗоЗ
ІГВСНЯ ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ.
/.Jannie
останавливается
передъ
свяиуеппымь деревомъ добра
сновидѣніе.
и зла, гдѣ погружается
въ
о тъ зрѣлишд столь дивнаго, я глазъ
Не въ силахъ оторвать былъ въ то мгновенье,
И всѣ другія чувства въ этотъ часъ
Во мнѣ какъ будто были въ усыпленьѣ
И я стоялъ недвиЖно, умиленъ,
Божественной улыбкою видѣнья
До райской благодати восхииленъ,
И мнилось мнѣ, что это было бдѣнье
И въ то Же время сладкіи, дивный сонъ.
')
Три тЬни Же, восторгъ мой замечая,
Меня спѣшили влѣво повернуть
И въ то Же время такъ остерегая:
' ) Желаніе увидѣть Беатриче, которое л\учи.ю поэта въ продол>кеніе десяти лѣтъ ; Беатриче умерла въ 1290 г., а загробное путешествіе, предполагается, совершено въ іЗоо голу.
З04
ID
—«Твоимъ глазамъ пора уЖь отдохнуть
Отъ блеска этой Женщины, иначе
Е л лучи, какъ солнца блескъ, горячи. . . »
Я понялъ самъ, что напряЖенный взглядъ
Минуту находился въ ослѣпленьѣ,
Когда Же осмотрѣлся я назадъ
И сталъ смотр Ізть, то скоро въ отдал ем ь Ь
Священный поѣздъ началъ различать,
Который удалялся въ пѣснопѣньѣ.
Святыя дѣвы заняли опять
Мізста у колесницы лучезарной,
И сталъ Гриффонъ путь дальше продолЖать.
А свѣть зари, прозрачный и янтарный,
На небесахъ торЖественно пылалъ.
Т а тѣнь, которой я обязанъ сталъ
За зрѣлище прекрасное, спізшила
Меня черезъ рѣку перевести
И за собой идти миѣ разрешила
За поѣздомъ священнымъ назади. . .
МеЖъ тѣмъ, какъ мы все дальше подвигались,
Гимнъ ангеловъ былъ слышенъ впереди,
Которыхъ звуки громко раздавались
Въ томъ дѣвственномъ лѣсу, гдѣ преЖде былъ
ГІріютъ людей: за грѣхъ Господь лишилъ
Ихъ этого прекраснаго Жилища,
За грѣхъ Жены, которая могла
Повѣрить слову змѣя. Солнца чище
Явилась Беатриче въ этотъ мигь,
И кругъ духовъ вкругъ дерева собрался.
Стволъ дерева былъ до того великъ,
Зо5
Что въ небесахъ, казалось, онъ терялся,
И я себѣ представить не могу,
Чтобъ лѣсъ такой высокій разрастался
45
і
На дальнемъ Индустанскомъ берегу.
Вокругъ того эдемскаго колосса
Среди тѣнеи въ боЖественномъ кругу
48
Торжественное пізнье началося,
Но словъ его не могъ я разобрать:
Мнѣ на землѣ нигдѣ не дове.юся,
51
Подобной пізсни сладостной слыхать.
Я слушалъ, слушалъ долго это пѣнье
И какъ случилось—не могу понять,
'
54
Но постепенно впалъ я въ сновид'Ьнье,
Его лишь объясняя только тѣмъ,
Что, чувствуя большое утомленье,
57
Взволнованный въ Жилищѣ свізтломъ всізлѵъ,
Я незамѣтно силъ своихъ лишился.
Не знаю, какъ и сколько сонъ мой длился,
Go
Не знаю даЖе, видѣлъ-ли во снѣ
Я что нибудь,—описывать не стану,
Но помню, что свѣтъ яркій скоро мнѣ
63
Раскрылъ глаза. Я услыхалъ неЖданно
Тогда слова: «Скорѣе встань, поэтъ!
Какъ моЖешь спать подъ обіиій гимнъ: осанна!»
бб
И вновь передъ собой чрезъ яркій свѣтъ
Я увидалъ ту дѣву молодую,
Что оказала мнЬ одинъ привѣтъ,
Со
Введя въ обитель эту дорогую.
Предъ тѣнью той я быстро встрепенулся,
И къ ней съ вопросомъ быстрымъ обернулся:
Зоб
72
— «Молю тебя, гдіз Беатриче, гдѣ?»
И Женщина мнѣ нѢЖно отвѣчала,
Какъ бы Желая выручить въ бѣдѣ:
!
- —«Смотри впередъ, гдѣ дерево стояло:
Подъ в'Ьтвями его найдешь ты ту
Нетлѣнную, святую красоту. . .»
7«
Что далѣе она мнѣ толковала,
Я болѣе не слушалъ и не могъ
Глазъ оторвать отъ той, что заседала
Si
Среди духовъ, составивіиихъ круЖокъ.
Близъ Беатриче нимфы ') предстояли,
И въ ихъ рукахъ светильники сверкали,
84
Которыхъ не могли бы потушить
Свирѣпые порывы Аквилона.
И Беатриче стала говорить
«7
Со мною средь святаго легіона:
— «Недолго будешь въ мірѣ ты блуЖдать,
Какъ чуЖеземеиъ. Новаго закона
9°
Т ы долЖенъ скоро истину узнать
И станешь граЖдан иномъ того Рима,
Гдѣ Іисуса всѣ долЖны считать
9^
Римляниномъ. 2) Меня неутомимо
Ты долЖенъ слушать, смертный, въ этотъ часъ. . .
Пусть ничего не пропускаетъ мимо
j
75
96
Твой зоркій, наблюдательный твой глазъ.
Смотри на золотую колесницу,
И все, что здѣсь увидишь въ этотъ часъ,
99
') Семь ни.ифъ—селіъ добродѣтелей, о которыхъ у>ке говорено.
'-) «Этотъ Ри.мъ, въ которо.мъ первый рил\лянинъ—Христосъ» Лолѵбарди толку г гъ это
лѵѣсто такилѵъ образомъ: граѵкданинъ того города, когораго Христосъ государь, т. е. рая.
Зо7
З9*
Т ы въ мірѣ передай при возвраіценьЬ
Къ своимъ земнымъ заботамъ и страстямъ.»
Я слЬдова.іъ спѣшить ея велѣньямъ.
Какъ молнія изъ тучи громовой
Порой на землю быстро упадаетъ,
Такъ въ этотъ мигъ орелъ, спустясь стр'Ьлой,
На дерево свяпленное спадаеть,
Рветъ сладкіе, душистые плоды
И вѣгви прямо на землю срываеть.
Отъ этой неожиданной б'Ьды,
Испуганный еще я не очнулся,
Какъ новый страхъ опять во мнѣ проснулся.
Я увидалъ лисицу предъ собой,
Которая отъ лисъ всѣхъ отличалась
УЖасной, невозможной худобой;
Она давно не ѣла уЖь, казалось,
И къ колесницѣ чистой подошла,
Но Беатриче руку подняла
На гнусное Животное съ упрекомъ
И хииуіицу назадъ отогнала
Единымъ сокруилительнымъ зарокомъ.
ІІотомъ опять увидѣлъ я орла:
Онъ въ колесницу самую ворвался,
И голосъ съ неба въ этотъ мигъ раздался:
—«О, ты, моя несчастная лодья,
Какой тяЖелый грузъ въ себѣ вмѣщаешь!
Какую кладь проклятую тая,
Для общаго несчастія скрываешь. . . »
Тогда мнѣ показалось, что земля
Разверзлась, но беззвучно; меЖъ двумя
Зо8
Колесами, и изъ земли явился,
Драконъ, который тотчасъ поразил ь
Хвостомъ ту колеснииу вдругъ и—скрылся,
,32
Какъ бы довольный тЬмъ, что совершилъ
Священной колесницы Ч разрушенье.
Замѣтилъ я въ то самое мгновенье
,
Три головы б.іизъ дышла; по угламъ —
По головѣ 2 ). Три первыя являлись
Рогатыми, подобныя быкамъ;
А остальныя только украшались
Единымъ рогомъ. Въ Жизни никогда
Мнѣ, признаюсь въ томъ, не попадались
,4І
Подобныя чудовища. Когда
Я бросилъ снова взглядъ на колеснииу,
То увидалъ на ней одну блуднииу,
, 44
*
3
До половины голую ). Ома,
ОдеЖдою не прикрывая стана,
Смотрѣла дерзко, наглости полна.
-
,4-
') Колесница — церковь. Орелъ—птица Юпитера—орелъ имперіи. Онъ нападаетъ на
церковь въ видѣ колесницы. Лисица—ересь. Беатриче, которая олицетворяетъ богословіе,
прогоняетъ лисицу. Орелъ, наполняющей колесницу своими перьями — намекъ на имущества, дарованныя церкви. Голосъ восклицавиіій: о, ты моя несчастная лодья! — хочегъ показать, что лодья (церковь) Св. Петра долЖна быть нагруЖена душами, ищущими только
однихъ небесныхъ благъ. Драконъ, выходящій изъ земли, по мнѣнію н'Ькоторыхъ толкователей — Магометъ, по мнЬнію Же Ломбарди — зм"Ьй, соблазнившій нашихъ прародителей.
2
) «Три головы близъ дышла; по угламъ — по головѣ.»
Даніели разум'Ьетъ здѣсь кардиналовъ, которые въ первоначальной церкви избирали
папу. Трое изъ нихъ назывались bicornuti—двурогими—по
двурогой формѣ митры. Вентѵри,
Портирели и другіе думаютъ, что эти семь головъ изобраЖаютъ семь смертныхъ грѣховъ;
первые три оскорбляютъ Бога и блиЖняго: гордость, зависть и гнѣвъ, а остальные четыре
оскорбляющіе только блиЖняго: праздность, корыстолюбіе, обЖорство и сладострастіе. Ландино и Ломбарди видятъ напротивъ въ этихъ эмблемахъ семь таинствъ и десять запов'Ьдей
БоЖьихъ. Одно мѣсто изъ «Ада» подтверЖдаетъ это мнѣніе. (См. Адъ, п'Ьс. XIX.)
3
) Блудница полунагая и ве.іиканъ, по мнѣнію нѣкоторыхъ кѳментаторовъ, представ.іяютъ
Бонифація VIII и Филиппа Красиваго.
З09
Съ ней рядомъ я зам'Ьтилъ великана,
Который ту блудницу охранялъ
И съ нею цѣловался безпрестанно;
Когда Же взглядъ блудницы онъ пойлѵалъ—
Мнѣ брошенный, взглядъ сладострастно-Жадный,
То грозно бичевать блудницу сталъ
Безъ Жалости тотъ великанъ громадный
И въ гніьвѣ колесницу отвязалъ,
Съ которой скрылся въ лѣсъ онъ непроглядный.
Обоихъ ихъ вь минуту слѣдъ пропалъ.
ю
ГГВСНЯ Т Р И Д Ц А Т Ь Т Р Е Т Ь Я .
Данте,
сопровождаемый все-таки Матильдою, вкушаешь воды рЬки Евпоэ, вслѣдствіе
становится очшиеппымъ и достойпымъ возвыситься въ jku.xuuie звѣздъ.
ель Женш>инъ говорили, чередуясь
Т о по три въ рядъ сперва, то вчетверо.ліъ,
И п'Ьли такъ: «пришли народы, Б о Же! »— ')
f
Сопровождая ги.инъ свои тихилъ плачелѵъ,
А кроткая, святая Беатриче
Ихъ слушала съ такилъ уныльшъ взглядолѵъ,
Съ такою скорбью въ дѣвственныхъ чертахъ,
Какъ . будто бы испытывала лѵуки
ЛІаріи у подноЖія креста,
Гдѣ распятъ былт> Христосъ, Спаситель ліра.
Когда Же перестали Жены пѣть,
ГТриподнялася ст> лѣста Беатриче,
г
) Пса.юмъ LXXVIII.
чего
Воспламеняясь внутреннимъ огнемъ,
II молвила: «О, дорогія сестры!
ІІройдетъ немного времени, и больше
,5
Меня вы не увидите, потомъ
Е щ е немного времени пройдетъ,
И вы опять увидитесь со мною!» ')
Затѣмъ рукою сдѣлавъ знакъ, она
Передь собой семь Женщинъ поместила,
А за собою дѣву, мудреиа, -)
2І
Которые меня не покидали;
И я быль вмѣстѣ съ ними неразлучно.
Въ такомъ порядкѣ мы впередъ пошли,
2+
Но десяти шаговъ не совершили,
Какъ встретился я взглядомъ съ Беатриче,
II голосомъ ласкающимъ и нѣЖнымъ
27
Она сказала мнѣ: «Со мною рядомъ
Иди теперь, чтобъ могъ ты на пути
Все слышать, что съ тобою поЖелаю
зс
Я говорить.» Благоговѣино къ ней
Я подошелъ, она Же продолжала:
— «Мой братъ, скаЖи, зачѣмъ, идя со мной,
зз
Т ы ни о чемъ спросить меня не хочешь?»
Какъ люди передъ высшими привыкли
Теряться и сквозь зубы говорить,
__
Такъ точно я волнуясь ей сказалъ:
«О, Женщина святая! Всѣ Желанья
Моей души тебѣ давно извѣстны;
') Поэтъ употребляетъ здЬсь латинскія выраЖенія. Слова I. Хр. (Іоаннъ, XVI).
) Т . е. Стацій, который без.иолвно слѣдуегь за поэтолѵь.
2
Зіз
зс
з<.
И знаешь ты, чѣмъ моЖно утолить ихъ.»
Сказала Беатриче: « Я хочу,
Чтобъ всякій страхъ и стыдъ ты позабылъ.
И не былъ такъ разе Ьянъ какъ теперь.
Такъ слушай Же: дно свѣтлой колесницы.
Разбитое дракономъ, преЖде было,
42
•
Но болѣе его не существует!-»; 1 )
Но тотъ, кто былъ причиной роковой
Погибели ея и разрушенья,
48
Знать долЖенъ, что небесное отмщенье
Е щ е отъ вѣка суповъ не боялось 2 ).
ПредвиЖу я и предскаЖу впередъ,
5[
Какъ близкое событіе земное,
Что скоро въ ясномъ небѣ возгорится
Счастливое созвѣздіе: тѣхъ звѣздъ
Вліянье на людей неотразимо
И имъ ему нельзя сопротивляться.
Узнай Же ты: три роковыхъ числа:
з4
' 57
ІІятьсотенъ, десять, пять 3) въ прахъ уничтоЖатъ
Блудницу съ великаномъ, отъ которыхъ
Явилось разрушающее зло.
<;0
') Bestia quam vidisti fuit et поп est. (Апокалип. loan.)
) «Не боится суповъ.»
Чтобъ понять это выраЖеніе, нуЖно знать флорентійскій среднев'Ьковый предразеудокъ,
на основаніи котораго вѣрили, что если убійца усіѵЬетъ въ теченіе дсяти дней поѣсть
супу на могил'Ь убитаго, то его уЖе не .могли наказать или умертвить въ отолѵщеніе за
это убійство.
3
) Большинство коментагоровъ «Божественной комедіи» такъ объясняют!) числа Зоо,
ю и Ъ, посланныя Богомъ ѵничтоЖить скоро гнусную блудницу и великана. Число 5оо выражается римскою буквою D, пять V, и десять X, что составитъ Dux—воЖдь. Некоторые
полагаютъ, что подъ ыменемъ этого воЖдя Дан re разум іілъ императора Генриха VII.
2
ЗіЗ
ДАНТЕ.
II.
40
«
Быть моЖетъ, ты теперь не понимаешь
Такого предсказанья, потому что,
Подобно предсказаніямъ Ѳемиды
63
И Сфинкса, предсказаніе мое
Покровомъ тайны скрыто отъ тебя.
Но скоро часъ настанетъ, и событья,
бб
Какъ новыя наяды '), объяснять
Т у темную и странную загадку.
Такъ сохрани Же въ памяти глубокой
б9
Мои слова, въ той формѣ какъ ихъ слышалъ,
И передай тѣмъ людямъ на землѣ,
Которые Живутъ, не вѣдая, что Жизнь ихъ
?2
Есть шествіе къ могилѣ и къ забвенью.
Когда Жъ о томъ, что видѣлъ здѣсь ты, станешь
Писать, мой братъ, то не забудь сказать
7з
О состояньѣ древа роковаго,
Которое передъ твоимъ лицомъ
Два раза потерпѣло пораЖенье.
Тотъ, кто цвѣты на деревѣ срываетъ,
Вредитъ его корѣ или вѣтвямъ,
, Тотъ святотатствомъ небо оскорбляетъ,
Т8
ві
Лишь потому, что древо создалъ Богъ
Для собственного сада и питанья.
Вкусившіе отъ этого плода
s4
При сотвореньѣ міра и вселенной,
Пять тысячъ лѣтъ трудившись и скорбя,
Спасителя прихода доЖидались,
1
8?
) Наяды присвоили себѣ право быть толковательницами ©ракуловъ богини Ѳемиды.
Эта богиня послала Жестокаго кабана, который опустошил-ь совершенно окрестности Ѳивъ.
Всѣмъ, вѣроятно, извѣстна загадка Сфинкса: какое Животное ходить сперва на четырехъ ногахъ, потомъ на двухъ и потомъ на трехъ. Эдипъ отгадалъ, что это чело^ѣкъ.
3,4
Который смертью собственной своей
Лишь искупилъ грѣхъ первый человѣка,
Нарушившаго данный имъ завѣтъ.
Пять тысячъ лѣтъ за грѣхъ Адама съ Евой
Міръ подвергался карамъ правосудья,
И только у подноЖія креста,
Гдѣ кровь за насъ пролилъ Богоподобный,
Открылись человѣчеству врата
Къ спасенію, къ забвенію всѣхъ бѣдъ
И помысловъ грѣховныхъ и стреліленій.
Лишенъ ты вовсе смысла, если только
Понять теперь не моЖешь—почему
Вотъ это древо райское высоко
И широко въ своей вершинѣ такъ.
Когда бы вѣчно-суетныя мысли
На рэзумъ твой вліянья не имѣли
И если бъ ты, къ несчастію, легко
Не запятналъ свой умъ пустымъ тщеславьемъ,
Любовью къ наслаЖденьялѵъ мимолетнымъ,
Какъ тутоваго дерева плоды
Пирата кровью алой запятнались,
Т о увидавши дерево былое,
Сообразивъ послѣднія событья,
Т ы понялъ бы, какъ правосудеиъ Тотъ,
Кто запретилъ вкусить плоды отъ древа;
Но такъ какъ умъ твой вдругъ окаменѣлъ
И до того грізхомъ ты осквернился,
Что блескъ моихъ высокихъ откровеній
Тебя лишь только моЖетъ ослѣплять,
То я хочу, по той причинѣ самой,
Зі5
Что пилигримовъ учитъ приносить
Свои посохъ, опоясанный кругомъ
Листами пальмъ,—чтобъ ты надолго
Не позабылъ лѵоихъ послізднихъ словъ;
Они хоть не написаны, но могутъ
Глубоко въ память врѣзаться въ твою.
Такъ помни Же, что я тебѣ сказала.»
И отвѣчалъ я Беатриче такъ:
«Твои слова въ моихъ воспоминаньяхъ
Начертанными будуть, какъ на воскѣ
Оставшіися надолго отпечатокъ.
Но скрыгь одной я мысли не могу,
12<J
Которая теперь меня печалитъ:
СкаЖи мнѣ, почему твои слова,
Для сердиа .моего столь дорогія,
1З2
Совсѣмъ темны для моего разсудка?
Чѣмъ болѣе Желаю ихъ понять,
Употребляя тяЖкія усилья,
35
Т ѣ м ъ менѣе они доступны мнѣ
И ускользаютъ всѣ отъ пониманья
ТОГО,
кто
иХЪ
ХОТѢЛЪ б ы
уЛОВиТЬ.
і38
Вот'ь что крушитъ меня, о Беатриче!»
И дѣва отвечала мнѣ тогда:
«Я говорю такъ темно для того,
141
Чтобъ я паль ты всю неправду школы,
Которой въ Жизни слѣдовалъ всегда;
Чтобъ зналъ ты, брать мой, какъ далеко
144
Ученіе твое отъ тѣхъ идей,
Которымъ я слуЖу за дверью гроба,
И наконецъ, за тѣмъ, чтобъ ты постигъ,
147
Зіб
Что вы отъ Бога такъ Же далеки,
Какъ отдаленъ весь шаръ земной отъ неба,
Что двиЖется съ такою быстротой,
і5о
Которая для .мысли недоступна.» ')
И я сказалъ: «Припомнить не .могу,
Чтобы когда нибзыь я удалялся
153
Оть мнѣніи раздѣляе.мыхъ тобой:
Порукой въ томъ душа моя и совѣсть.»
Тогда-то улыбаясь Беатриче
Сказала мнѣ: «Ты правъ, но не совсѣмъ.
Ты потому такъ смѣло говоришь
О правотѣ, что память потерялъ ты:
I ГН,
Припомни Же теперь—что воды Леты,
Рѣки забвенья, пилъ ты, почему
Тебѣ воспоминанья из.мѣняютъ.
I С>2
Какъ дымъ есть вѣстникъ пламени всегда,
Такъ точно и забвеніе твое
Является изобличеньемъ многихъ
1 ьЬ
Твоихъ гр*Ьховъ и суетныхъ Желаніи,
Которымъ ты на Жертву отдавался. . .
Чѣ.мъ больше заблуЖденіи у людей,
•Л) 8
Т ѣ м ъ менѣе они привыкли помнить
Объ этихъ заблуЖденіяхъ. Но, слушай:
Съ минуты этой вс'Ь мои слова
'7"
Такъ будутъ ясны, такъ понятны будутъ,
Что ты и при понятьяхъ грубыхъ даЖе
Способенъ будешь ихъ уразумѣть.»
'74
') МнЬніе ученыхь зел\.іи. 1 Іхъ доктрина удаляется отъ Бо>кьей на столько, насколько
зедѵля удалена оть перваго двигателя, который, будучи выше другихъ небесъ, долЖенъ стрел\иться съ большей быстротою.
3 г?
МеЖъ тѣмъ свѣтило неба, лучезарнѣй,
Чѣмъ въ часъ иной, меридіана кругъ,
Который въ разныхъ странахъ такъ различенъ,
УЖь пробегало медленно. Семь Женъ
Остановились тамъ, где тѣни лізса
Кончаются, подобно тѣлѵъ тЪнямъ,
Которыя встречаются намъ въ Альпахъ,
Въ прохладе ска.іъ или деревьевъ пышныхъ,
Гдѣ часто вѣтеръ сѣверный шумитъ
II листьями зелеными играетъ.
Семь Женъ остановились, какъ толпа,
Которой неожиданно явилось
Невиданное зрелище на встречу.
И показалось въ ту минуту мне,
Что впереди передо мной текли
Евфратъ и Тигръ и, тихо выбегая
Изъ одного источника, какъ будто
Лениво и съ какимъ-то соЖалІзньемъ
Въ томъ м е с т е меЖъ собою разставались.
И я воскликнулъ громко: «О, скаЖи
Т ы , свѣточъ человѣческаго рода
И слава міра иізлаго, скаЖи,
Что за река, которая исходить
Изъ одного источника святаго
И далее бѣЖитъ двумя ветвями
Въ различныхъ направленьяхъ?» Былъ отвѣтъ:
«Объ этомъ ты спроси теперь Матильду».
И Женщина прекрасная сказала:
«Объ этомъ и о многомъ постороннем!-»
Е м у я объяснение дала,
Зі8
И думаю я, волны сонной Леты
Заставить не могли его забыть
Мои совѣты, мысли и уроки.
Мнѣ каЖется, онъ долЖенъ помнить ихъ.
Матильдѣ отвечала Беатриче:
«Быть моЖетъ, очень ваЖныя заботы
И думы, возбуЖдаюииія у м ъ ,
Разсѣевали смертнаго, и онъ
Внимательно тогда тебя не слушалъ
И позабылъ слова твои. Веди Же
Его къ струямъ Евноэ, что несетъ
Вблизи всѣхъ ііасъ свои святыя волны,
И дѣлай тамъ, что дѣлать ты привыкла:
Дай Жизнь той добродѣтели, что въ немъ
Уснула такъ надолго. » Какъ особа,
Доетоинства нисколько не теряя,
Готова подчиняться иногда
Велѣнію друга го, точно такЖе,
Желанья Беатриче исполняя,
Матильда подошла ко мнѣ и тихо
И съ праиіозной Женственностью тутъ
Она сказала Стаидю: «Иди съ нимъ. . .»
Когда бы, о читатель, я рѣшился
Распространяться дальше, я бы радъ
Воспѣть отчасти сладкій тотъ напитокъ,
Которы.ѵѵъ я насытиться не могъ,
Уста едва отнять былъ въ состояньѣ,
Но такъ какъ здѣсь кончается вторая
Часть повізсти моей, и очень строго
Задуманнаго плана я дерЖусь,
3iq
Т о долЖенъ я теперь остановиться
Весь обновленный, полный свѣЖихъ силъ,
Какъ .молодое, гордое растенье
Вздымается отъ вешняго доЖдя,
Я вышелъ изъ святой воды други.иъ,
Очищенный, достойный, чтобъ подняться
Въ далекую обитель вѣчныхъ звѣздъ. ')
') Вс'Ь три поэмы оканчиваются словомъ
КОНЕЦЪ
Stcllc—звЬзды.
ЧИСТИЛИЩА.
і
і
320
Автор
vasilysergeev
Документ
Категория
Художественная литература
Просмотров
111
Размер файла
15 771 Кб
Теги
данте, комедия
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа