close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

466.Экономическое развитие дореволюционной России в отечественной историографии Смирнова Ю Б

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Министерство образования и науки Российской Федерации
Ярославский государственный университет им. П. Г. Демидова
Ю. Б. Смирнова
Экономическое развитие
дореволюционной России
в отечественной историографии
Текст лекций
Рекомендовано
Научно-методическим советом университета
для студентов, обучающихся по направлению История
Ярославль
ЯрГУ
2012
1
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
УДК 338(47+57):94(47+57)(075.8)
ББК Т1(2)5я73
С 50
Рекомендовано
Редакционно-издательским советом университета
в качестве учебного издания. План 2012 года.
Рецензенты:
Т. В. Фролова, кандидат исторических наук, доцент;
кафедра отечественной истории ЯГПУ им. К. Д. Ушинского
С 50
Смирнова, Ю. Б. Экономическое развитие дореволюционной России в отечественной историографии: текст лекций / Ю. Б. Смирнова; Яросл. гос. ун-т
им. П. Г. Демидова. — Ярославль : ЯрГУ, 2012. — 72 с.
ISBN 978-5-8397-0914-0
В лекциях анализируются взгляды отечественных
историков на отдельные аспекты экономической истории дореволюционной России. Предметно-хронологические границы исследования охватывают период
с середины 1960-х до конца 1980-х гг.
Предназначены для студентов, обучающихся по направлению 030600.68 История (дисциплина «Экономическое развитие дореволюционной России в отечественной историографии», цикл М2), очной формы обучения.
ISBN 978-5-8397-0914-0
УДК 338(47+57):94(47+57)(075.8)
ББК Т1(2)5я73
© ЯрГУ, 2012
2
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Введение
Историография, являясь частью социальной и гуманитарной
культуры, отличается, независимо от своей предметно-тематической направленности, тремя функциональными свойствами.
Она одновременно является систематизированной совокупностью
представлений о прошлом, формой сознания людей и видом целенаправленной человеческой деятельности. Эти свойства сохраняют свою устойчивость и при этом имеют тенденцию к постепенному развитию на протяжении неограниченного хронологического периода и вне зависимости от пространственного контекста. Отечественная историография экономической истории России начала XX в. выступает значимым объектом изучения в совокупности трех обозначенных функциональных свойств.
В развитии отечественной историографии выделяются в качестве самостоятельных периодов середина 1960-х — вторая половина 1980-х гг. В это время происходило дальнейшее расширение
хронологических рамок и проблематики исторических исследований, связанных с государственно-монополистическим капитализмом. Среди историков постоянно выдвигалась проблема взаимодействия, выявления и исследования все большего количества связей изучаемого явления с другими. Качественный рост развития
науки проявился во все более активном применении сравнительно-исторического метода исследования. Между тем оставалось
обязательным использование марксистско-ленинской методологии для объяснения экономической ситуации в стране в конце XIX
— начале XX в., поскольку знания об экономической истории
России начала XX в. выстраивались в целостную систему убеждений об исторической закономерности Октябрьской революции
1917 г. В такой ситуации любой факт приращения сведений о хозяйственной жизни страны в рассматриваемый предреволюционный период воспринимался как признак научного прогресса, за
исключением тех ситуаций, когда получаемые данные могли поставить под сомнение канонические положения официально признанной и интерпретированной ленинской концепции. Изменения
в политической обстановке, вызванные перестройкой, определили
3
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зарождение радикально-демократической концепции российской
истории еще во второй половине 1980-х гг. Это отразилось на характеристике отдельных проблем, связанных с рассмотрением
экономических явлений в России начала XX в.
Количество историографических работ, рассматривающих
какие-либо процессы накопления знаний с середины 1960-х до
конца 1980-х гг. по истории российского государственно-монополистического капитализма, ограниченно. Среди советских исследований можно отметить монографию К. Н. Тарновского по
историографии российского империализма, где был дан глубокий
анализ исторической литературы по интересующей нас теме1.
Вместе с тем работа автора, с одной стороны, охватывала период
с 1917 г. до начала 1960-х гг., с другой, историк рассматривал
развитие исторической мысли, основываясь на марксистско-ленинском учении.
Отдельные аспекты темы были охарактеризованы в историографических обзорах Л. В. Ольховой, Н. Д. Овсянниковой,
А. П. Корелина. Они анализировали труды ученых, посвященные истории конкретных отраслей российской промышленности в начале ХХ в.2 В историографических работах Е. И. Демешиной, О. М. Хохонина, В. Г. Гранина была показана разработанность в исторической литературе вопросов, связанных с
индустриальным развитием отдельных районов дореволюционной России3. Наконец, были опубликованы монографии, пред1
Тарновский К. Н. Советская историография российского империализма. М., 1964.
2
Ольховая Л. В. Историография мелкой промышленности Урала в период империализма // Ученые записки Уральского государственного университета. 1967. № 10. С. 125–135; Овсянникова Н. Д. Советская историография истории золотопромышленности России периода империализма
// Вопросы источниковедения и вспомогательных дисциплин. Калинин,
1977. С. 107–127 и др.
3
Демешина Е. И. Советская историческая литература о развитии промышленности на Дону в период капитализма (1861–1917) // Дон и Северный Кавказ в советской исторической литературе. Ростов н/Д., 1972. С. 38–
50; Хохонин О. М. Социально-экономическая история Воронежской губернии периода капитализма в советской историографии // Советская историография аграрной истории СССР. Кишинев, 1978. С. 70–72 и др.
4
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ставлявшие общую характеристику состояния исторической
мысли за определенный период4. В этих работах вопросы, связанные с изучением в отечественной историографии социальноэкономической проблематики дореволюционной России, рассматривались достаточно кратко.
Особого внимания заслуживает современное историографическое исследование Г. Н. Ланского5. Автор охарактеризовал наиболее важные и авторитетные научно-исследовательские (во многих случаях одновременно научно-педагогические) школы начала
XX — начала XXI в., занимавшиеся экономической историей дореволюционной России. Исследователь представил основные,
имевшие наиболее существенное значение дискуссии отечественных авторов по наиболее значимым с их точки зрения проблемам развития российской экономики начала XX века.
Г. Н. Ланской определил специфику советского периода в изучении различных аспектов хозяйственной жизни России. Автор установил, что на протяжении всего периода, особенно начиная со
второй половины 1950-х гг., в науке последовательно расширялся
корпус изучаемых источников и совершенствовались методики
их исследования. Определяющее влияние на эти процессы оказывала сформированная на политико-идеологическом уровне концепция закономерности и прогрессивности Октябрьской революции 1917 года.
Таким образом, взгляды советских исследователей середины
1960-х — 1980-х гг. на развитие российской экономики в конце
XIX — начале XX в. частично изучались в исторической науке.
Между тем объем литературы по данной проблематике достаточно обширен и позволяет более подробно проанализировать проблемы, связанные с характеристикой промышленного развития
дореволюционной России.
4
Развитие советской исторической науки. 1970–1974 гг. М., 1975; Советская историческая наука в 1975–1979 гг. М., 1980.
5
Ланской Г. Н. Отечественная историография экономической истории
России начала XX века. М., 2010.
5
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ЛЕКЦИЯ 1
Освещение монополизации
российской промышленности
в отечественной литературе
середины 1960-х — середины 1980-х гг.
В советской историографии середины 1960-х — середины
1980-х гг. достаточно активно изучались вопросы, связанные с
процессом монополизации российской экономики в начале XX в.
Рассмотрение данной проблематики происходило по следующим
основным направлениям:
- общая характеристика состояния промышленности
в начале ХХ в.;
- возникновение и история российских монополий;
- специальные исследования, посвященные отдельным монополистическим объединениям;
- характеристика монополистических объединений по производствам;
- рассмотрение процесса монополизации в региональном аспекте;
- работы, анализирующие взаимодействие новейших форм
монополистического капитализма с отдельными социальноэкономическими укладами;
- источниковедческие работы по истории монополий.
В работах, посвященных развитию отечественной промышленности на рубеже веков, особое внимание уделялось вопросу о
концентрации промышленного производства в дореволюционной
России. В исторической литературе отмечалась высокая степень
концентрации промышленного производства в России в начале
ХХ в. Среди историков преобладало мнение, что, несмотря на
свойственные ей определенные конкретно-исторические черты,
она по своему происхождению, характеру и роли в становлении
монополий принципиально не отличалась от концентрации промышленного производства в других, более развитых капиталистических странах. Вместе с тем высказывалась и иная точка зрения. И. Ф. Гиндин, один из наиболее авторитетных исследовате6
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
лей экономической истории России, полагал, что концентрация
промышленного производства здесь иного происхождения, чем
на Западе. По его мнению, «высокая концентрация промышленности в России в домонополистический период и период империализма — это в значительной степени завышенная концентрация текстильной промышленности»6.
Эти представления легли в основу более широких обобщений о природе концентрации российской промышленности и
особенностях монополизации, содержащихся в последующих
работах И. Ф. Гиндина. По его мнению, монополии в России
возникали не в тех отраслях, которые «в большей мере» развивались «в условиях свободной конкуренции», а там, где в результате осуществлявшегося правительством «насаждения капитализма сверху» и перенесения с Запада новейших организационных форм фабричного производства существовало ограниченное число крупных предприятий.
Взгляды И. Ф. Гиндина получили поддержку в историографических работах К. Н. Тарновского. Положение «об известном
нарушении классической последовательности складывания системы крупнокапиталистического производства в России»
К. Н. Тарновский включил в «принципиально важные конкретно-исторические итоги проделанной исследователями работы».
Одобрив мнение И. Ф. Гиндина о специфическом характере
процесса концентрации текстильной промышленности в России,
он предложил пойти дальше: «Это положение справедливо не
только для текстильной промышленности. Своеобразной была
концентрация производства и в других отраслях российской
промышленности»7.
Следует отметить, что указанные представления о процессе
концентрации промышленного производства в России в конце
6
Гиндин И.Ф. Социально-экономические итоги развития российского
капитализма и предпосылки революции в нашей стране // Свержение самодержавия. М., 1970. С. 47.
7
Тарновский К. Н. Проблема взаимодействия социально-экономических укладов империалистической России на современном этапе развития исторической науки // Вопросы истории капиталистической России.
Проблема многоукладности. Свердловск, 1972. С. 17.
7
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ΧΙΧ — начале ХХ в. основывались не на систематическом его
изучении, а на выборочных расчетах удельного веса крупных
предприятий в общем объеме производства в отдельных отраслях
в конкретный промежуток времени. Это и открывало простор для
разного рода априорных суждений. Между тем работа, проделанная В. И. Бовыкиным, позволила выявить достаточно выразительную картину концентрации промышленного производства
в России в важнейшие моменты ее экономического развития. Она
показала как процесс концентрации производства, так и его результаты. Исследователь подчеркивал, что появление в 80-х гг.
ΧΙΧ в. первых монополистических объединений не устранило
свободной конкуренции. Отсюда понятен интерес автора к процессу концентрации производства в начале ХХ в. В. И. Бовыкин
выделил и определил специфические черты двух этапов в укрупнении российской промышленности. Первый он связывал с
1880-ми гг., когда небольшая группа крупнейших предприятий в
отдельных, хотя и важных отраслях промышленности резко возвышалась над общим весьма низким уровнем развития промышленности. Второй этап, по его мнению, относился к началу ХХ в.,
когда господство крупнейших фирм в большинстве отраслей российской промышленности было органическим результатом процесса концентрации производства, происходившего в условиях
громадного роста индустрии в 90-х гг. ΧΙΧ в. Автор справедливо
полагал, что только такого рода концентрация промышленного
производства могла послужить основой для складывания системы монополистического капитализма8.
В середине 1960-х — середине 1980-х гг. исследователи изучали историю промышленности в региональном разрезе. Появились монографии по истории промышленности начала ХХ в. в
Латвии и Западной Сибири9. В 1970 г. вышел сборник «Материалы по экономической истории Азербайджана», авторы которого
показали развитие шелкообрабатывающей и горной промышлен8
Бовыкин В. И. Концентрация промышленного производства в России
в конце XIX — начале XX в. // Исторические записки. 1984. Т. 110. С. 193.
9
Очерки экономической истории Латвии (1900–1914 гг.). Рига, 1968;
Бочанова А. Г. Обрабатывающая промышленность Западной Сибири (конец XIX — начало XX в.). Новосибирск, 1978.
8
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ности в конце ΧΙΧ — начале ΧΧ в. А. И. Гинзбург и Е. А. Деева
первые предприняли попытку определить степень развития капитализма в Туркестанском районе. Авторы показали динамику
развития предприятий, связанных с переработкой сельскохозяйственной продукции и добывающей промышленностью.
В этот период вышли также работы, посвященные возникновению таких отраслей, как гидроэнергетика и производство химических реактивов. Таким образом, наряду с освещением традиционных отраслей промышленности, исследователи раскрыли
историю развития новых для России начала ΧΧ в. производств.
Следующий цикл работ, вышедших в середине 1960-х — середине 1980-х гг., был посвящен возникновению и деятельности
монополистических объединений.
В. Я. Лаверычев исследовал проблему появления и эволюции
монополистических союзов в промышленности и на транспорте10.
Автор показал, что в текстильной промышленности зародыши
монополистических соглашений стали появляться еще в середине
ΧΙΧ в. Особенно активными оказались прядильные фабриканты,
среди которых ведущее положение занимал Л. Г. Кноп. Также
известные тенденции к монополизации обнаружились и на завершающей стадии хлопчатобумажного производства (т. е. приблизительно в середине 60-х гг. ΧΙΧ в.). Любопытно, что даже в
молодой каменноугольной промышленности уже в 80-е гг. ΧΙΧ в.
наблюдались попытки монополизировать сбыт продукции первых крупных шахт. Определенный интерес представляет также
создание «синдиката» машиностроительных заводов при инициативном участии Л. Э. Нобеля в середине 70-х гг. ΧΙΧ в.
В. Я. Лаверычев показал, что известные условия для монополизации в указанных отраслях (в частности, в машиностроении)
сложились уже к середине 70-х гг. ΧΙΧ в. Однако В. И. Бовыкин
более осторожно подошел к этому вопросу. Он считал, что лишь
в 80-е гг. ΧΙΧ в. в России произошло довольно интенсивное развитие картелей, объединявших более крупные металлообрабатывающие предприятия. В первую очередь оно наблюдалось среди
10
Лаверычев В. Я. К вопросу о возникновении монополистический
объединений в царской России // Вестник МГУ. Серия: История. 1974.
№ 5. С. 45–46.
9
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
предприятий, выполнявших железнодорожные заказы. С начала
80-х гг. ΧΙΧ в. один за другим возникли «Союз рельсовых фабрикантов», «Союз машиностроительных заводов» и другие родственные монополии.
Надо подчеркнуть, что в советской исторической литературе
рассматриваемого периода нет точных данных относительно заключенных соглашений между предпринимателями. Эти договоры были своеобразными предвестниками крупных монополистических объединений. В. И. Бовыкин перечислил 34 монополистических союза разной степени устойчивости, существовавшие в
80–90-е гг. ΧΙΧ в. в металлообрабатывающей, угольной, нефтяной, химической и пищевой отраслях промышленности.
В. Я. Лаверычев довольно критически относился к этим данным.
Он считал, что В. И. Бовыкин не учел неустойчивые соглашения
текстильных фабрикантов и уральских горнозаводчиков.
В. Я. Лаверычев был склонен считать, что количество соглашений было гораздо больше. Отсюда понятна его недоверчивость и
к подсчетам Т. Д. Крупининой. Исследовательница насчитала до
50 соглашений монопольного характера, зафиксированных в последней четверти XIX в.
Следует отметить, что В. И. Бовыкин специально исследовал структуру и характер зарождающихся монополий. Первичными формами монополий в 80-е гг. ΧΙΧ в. были так называемые «сбытовые объединения». Историк отмечал, что противоречие между негласным характером деятельности сбытовых
монополистических объединений и необходимостью публичноправовой ее организации породило своеобразную форму легализации этих объединений, а также их аппарата — «контор по
продаже». Последнее обстоятельство было важным шагом в
эволюции развивающихся монополистических объединений.
Заслуживает внимания вывод, к которому пришел В. И. Бовыкин, анализируя состояние монополий в 1880–1900-е гг.
Он полагал, что во время кризиса проявляются тенденции
к объединениям горизонтальным, узкоотраслевыми, а в период
подъема — к вертикальным, межотраслевым. При этом каждой
из них соответствовала своя организационная форма. Первая
получила воплощение в развитии картелей. Реализация второй
10
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
началась с возникновения комбинированных предприятий первоначально в рамках отдельных акционерных обществ.
В. И. Бовыкин не только дал характеристику первых монополий, но также впервые обобщил все данные о монополиях по отраслям промышленности. На основании приведенного автором
материала можно заключить, что в начале ΧΧ в. все основные отрасли промышленности в той или иной степени затронул процесс
монополизации. Историк установил, что уровень монополизации
зависел от конкретной отрасли, традиций, сложившихся в ней
(например, чрезвычайно трудно процесс создания монополий
происходил в текстильной промышленности)11.
Таким образом, советские исследователи середины 1960-х —
середины 1980-х гг. признавали, что в начале XX в. отраслевые
объединения, преследовавшие целью монополизацию сбыта определенных видов промышленной продукции, получили широкое
распространение в российской экономике. Однако процесс монополизации был в разной степени представлен в отдельных отраслях промышленности. В опубликованных монографиях и статьях
не упоминалось о существовании в это время сколько-нибудь устойчивых объединений в таких отраслях, как мукомольная, пивоваренная, кондитерская, винокуренная, лесопильная.
Заслуживает внимания положение советской историографии
по поводу уровня развития монополизации в России. Среди ученых общепринятым было положение о том, что по степени контроля монополистическими союзами важнейших отраслей промышленного производства Россия не отставала от наиболее развитых капиталистических стран. Однако в литературе отмечалось, что уровень развития монополистического капитализма в
стране был все же ниже по сравнению с Англией, Германией,
США, Францией. В. Я. Лаверычев объяснял это тем, что в стране
преобладала легкая промышленность с ее менее зрелыми монополистическими союзами картельного типа и велик был удельный вес сельского хозяйства в экономике.
11
Бовыкин В. И. Формирование финансового капитала в России (конец XIX–1908 г.). М., 1984. С. 267.
11
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В советской историко-экономической литературе факт выполнения отраслевыми представительными организациями капиталистов монополистических функций не отрицался. Авторы ряда значительных исследований по экономике России конца XIX
— начала XX в. ( К. А. Пажитнов, П. И. Лященко, П. А. Хромов и
др.) отмечали монополистический характер таких предпринимательских организаций, как Всероссийское общество сахарозаводчиков, Общество фабрикантов хлопчатобумажной промышленности и др. Вместе с тем исследователи не пытались охарактеризовать данные представительские организации с точки зрения
существующей классификации монополий.
Впервые В. Я. Лаверычев сопоставил все допустимые материалы и пришел к выводу, что под оболочкой таких организаций
скрывались в первую очередь простейшие объединения картельного типа. Историк акцентировал внимание на тщательном изучении картельных соглашений и предостерегал исследователей
от поспешности автоматически относить картельные соглашения
в рамках ряда российских предпринимательских обществ и союзов к числу монополистических объединений.
В советской историографии середины 1960-х — середины
1980-х гг. отдельно прорабатывался вопрос об организационных
формах монополистических объединений в дореволюционной
России. Данной проблематикой занимались такие ученые, как
В. Я. Лаверычев, В. И. Бовыкин и Г. Р. Наумова.
В российской промышленности сложились различные типы
монополистических объединений. Это сбытовые монополии типа
картелей и синдикатов и монополистические объединения —
тресты и концерны, возникновение которых обусловлено развитием процесса вертикального и горизонтального производства.
Г. Р. Наумова в монографии «Российские монополии» писала,
что для каждой отрасли была характерна определенная форма монополий12. Например, монополистические союзы в суконной,
льняной, джутовой, шелковой промышленности носили преимущественно картельный характер. Хотя, как отмечал В. Я. Лаверычев,
наряду с картельными сбытовыми монополистическими соглаше12
Наумова Г. Р. Российские монополии. М., 1984.
12
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ниями в текстильной промышленности складывались и союзы на
основе процесса горизонтального комбинирования производства.
Одним из проявлений этой тенденции В. Я. Лаверычев считал деятельность торгового дома Л. Г. Кнопа. По мнению автора, «Товарищество на паях для внутренней и вывозной торговли мануфактурными товарами» (1914 г.) явилось одной из разновидностей трестов. Таким образом, на примере текстильной промышленности
советские исследователи установили, что в рамках одной отрасли
существовали разные виды монополистических объединений, хотя
одна из форм являлась преобладающей.
Советская историография середины 1960-х — середины
1980-х гг. изучала проблемы возникновения и развития российских монополий на уровне отдельных отраслей производства.
В исторической науке середины 1960-х — середины 1980-х гг.
уделялось много внимания истории монополизации нефтяной
промышленности России. Начальным периодом монополизации
бакинской нефтяной промышленности занималась В. А. Нардова.
В ее работах рассматривался ранний период монополизации российской нефтяной промышленности13. В. А. Нардова пришла к
выводу, что переход от старого, домонополистического капитализма к новому, монополистическому на Западе и в России относился примерно к одному и тому же времени.
Проблемами образования монополий в нефтяной промышленности юга России занимался Б. Ю. Ахундов14. Известно, что в
России не получили широкого распространения высшие формы
монополистических организаций — тресты и концерны. Исследователь отмечал, что процесс концентрации, особенно централизации капитала для нефтепроизводства в Баку приобрел интенсивный характер, что привело к появлению высших форм монополистических объединений.
13
Нардова В. А. Начало монополизации нефтяной промышленности
России (1880–1890 гг.). М., 1974; еѐ же. Начало монополизации бакинской
нефтяной промышленности // Очерки по истории экономики и классовых
отношений в России конца XIX — начала XX вв. М.-Л., 1964. С. 3–53.
14
Ахундов Б.Ю. Образование монополий в нефтяной промышленности Азербайджана //Материалы по экономической истории Азербайджана.
Баку, 1970. С. 75–88.
13
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Монополизация бакинской нефтяной промышленности в
годы Первой мировой войны была охарактеризована также в
работах С. С. Алиярова15. Едва ли не впервые в советской историографии автор подверг столь подробному анализу структуру
нефтяных монополий, раскрыл их типы и формы, характер перегруппировки в годы Первой мировой войны. К сожалению,
исследование С. С. Алиярова доведено только до Февральской
революции 1917 года. Автор не проследил изменения в политике монополий после победы буржуазно-демократической революции в России.
Отечественными историками середины 1960-х — середины
1980-х гг. был также рассмотрен процесс монополизации нефтяной
промышленности Грозненского района. Необходимо отметить, что
грозненская нефтяная промышленность, развивающаяся в условиях становления монополистического капитализма, имела особенности, отсутствовавшие в других регионах. В этом и заключалась
научная значимость статьи Л. Н. Колосова, посвященной грозненской нефтяной промышленности16. Отличительной особенностью
нефтяной промышленности Грозненского района было образование крупных фирм, акционерных компаний, строительство больших нефтеперегонных заводов. Исследователь объяснял это тем,
что развитие нефтяного дела в Грозном требовало больших дополнительных средств, которые с таким трудом ( в обстановке кризиса
1893 г.) находили грозненские предприниматели.
Другой специфической чертой грозненской нефтяной промышленности было образование в 1902 г. Грозненского синдиката. В целом российская нефтяная промышленность почти не знала монополий синдикатского типа. Крупные фирмы располагали
достаточно сильными средствами для установления господства
без единой монополистической организации. В Грозном положение было иным. Л. Н. Колосов считал, что грозненский синдикат
15
Алияров С. С. Нефтяные монополии в Азербайджане в период первой мировой войны. Баку, 1974.
16
Колосов Л. Н. Грозненская нефтяная промышленность в период империализма // Известия Северо-Кавказского научного центра высшей школы. Серия: Общественные науки. 1979. № 3. С. 10–15.
14
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
был создан с целью нажима на Владикавказскую железную дорогу, а также против монополии Нобелей на керосиновом рынке.
Взаимоотношения между нефтепромышленниками и обществом Владикавказской железной дороги были специально проанализированы в статье В. В. Журавлева17. Исследователь выделил три
этапа конкурентной борьбы. Их последовательность свидетельствовала о монопольных устремлениях общества Владикавказской железной дороги, направленных на полное подчинение грозненской
нефтепромышленности своим интересам. В целом автор отрицательно оценивал конкурентную борьбу. По его мнению, она тормозила развитие нефтепромышленности Северного Кавказа.
Отметим, что монополизация грозненской промышленности,
как, впрочем, и других регионов Российской империи, рассматривалась советскими исследователями в свете складывания объективных экономических предпосылок социализма. Для советской исторической науки последнее обстоятельство было своеобразным стимулом изучения эволюции монополий, особенно в период Первой мировой войны.
В. И. Бовыкин посвятил формированию монополий в нефтяной промышленности одну из глав фундаментальной монографии
«Зарождение финансового капитала в России»18. Он связал первый этап в истории монополизации нефтяной промышленности с
возникновением и утверждением в Бакинском районе «Товарищества нефтяного производства братьев Нобель». Начало нового
этапа (конец 80-х гг. XIX в.) в истории монополизации нефтяной
промышленности России было связано с появлением на бакинском горизонте Ротшильдов. Автор относил эту организацию
к монополиям синдикатского типа.
Так, советская историография середины 1960-х — середины
1980-х гг. подробно охарактеризовала проблемы возникновения и
развития монополий в нефтяном производстве. В. И. Бовыкин,
В. А. Нардова проанализировали начальный этап в истории мо17
Журавлев В. В. Общество Владикавказской железной дороги и развитие нефтепромышленности на Северном Кавказе // Ученые записки Московского государственного пединститута им. В. И. Ленина. С. 226–247.
18
Бовыкин В. И. Зарождение финансового капитала в России. М.,
1967.
15
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нополизации в Бакинском нефтяном районе. Разработку данного
направления продолжил С. С. Алияров. Он проанализировал
структуру нефтяных монополий в годы Первой мировой войны.
Советские исследователи проследили, выделив отличительные
особенности, историю складывания нефтяных монополий в Азербайджанском и Грозненском районах.
Отечественные исследователи показали развитие монополий
в таких отраслях производства, как медеобрабатывающая, металлургическая, паровозостроительная, свеклосахарная, табачная.
Ю. Б. Живцов занимался вопросами формирования монополий в
медеобрабатывающей промышленности19. Он рассмотрел ключевые моменты, связанные с историей монополизации в данной отрасли: а) время возникновения первых монополистических союзов в отрасли; б) образование медеплавильного акционерного
общества «Медь»; в) роль торгового дома «Вогау и К0» на медном рынке; г) состояние медной промышленности в период Первой мировой войны. Приведенные автором материалы подтвердили один из тезисов, выдвинутых В. И. Бовыкиным в работе о
зарождении финансового капитала в России, а именно: «монополизацию важнейших отраслей российской промышленности»
подготовили ранние монополистические объединения. Более того, в медеобрабатывающей промышленности был как раз тот
случай, когда «монополистические объединения 80–90-х гг.
ΧΙΧ в. явились непосредственными предшественниками монополий ΧΧ в.». Важнейший этап в развитии монополизации медной
промышленности России Ю. Б. Живцов соотносил с договорами
синдикатского типа 1902 и 1903 гг. На их основе создавалась
мощная монополистическая организация, регулировавшая производство и сбыт изделий из латуни и меди. Надо учитывать, что
именно эти договоры побудили плавильные заводы образовать
в 1907 г. акционерное общество «Медь», организационной основой которого послужила своя система соглашений, подвергнутая
довольно детальному анализу А. Д. Брейтерманом еще в 1930 г.
19
Живцов Ю. Б. Из истории монополизации медеобрабатывающей
промышленности России // Вестник МГУ. Серия: История. 1976. № 5.
С. 65–80.
16
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Важным исследованием стала статья О. А. Кубицкой о паровозостроительных монополиях20. Именно эти монополистические
объединения явились наиболее мощными и развитыми отраслями
машиностроения. Тяжелой промышленности принадлежало лидирующее положение в монополистическом перерождении российской промышленности. В советской историографии нет единства в
определении типа монополий, к которым относился «Продпаровоз». И. Г. Старчевская причисляла «Продвагон» к синдикатам
высшего порядка, а «Продпаровоз» — к синдикатам низшего порядка, по-видимому имея в виду картель. Х. М. Уваров полагал,
что «по внешней форме объединение паровозостроительных заводов могло быть принято за объединение картельного типа». Автор
исходил из того, что в России «синдикаты в огромном числе не
приобрели своей классической формы», и определил «Продпаровоз» как «синдикатское объединение, хотя и своеобразное».
А. П. Корелин, рассмотрев функции советов «Продвагона» и
«Продпаровоза», пришел к выводу, что «по типу организации последние ближе всего подходят к синдикатам типа распределительных контор, для которых характерна организационная незавершенность». Он объяснил эту незавершенность тем, что свои важные
функции — распределение заказов и назначение цен — советы
обоих объединений осуществляли через государственный комитет
по распределению заказов, который придавал их решениям характер правительственных постановлений. Г. Р. Наумова также считала «Продпаровоз» синдикатом. О. А. Кубицкая выделила две стадии развития паровозостроительных монополий: с 1899 по 1902 г.
— период вызревания и возникновения монополистического объединения картельного типа, а затем, до 1906–1907 гг. — период переходный от картеля к синдикату. Таким образом, Г. Р. Наумова
разделяла взгляды тех исследователей, которые считали монополистические объединения данной отрасли синдикатами.
В исторической литературе были недостаточно исследованы ранние монополии. Тем примечательнее работа
И. М. Каменецкой о возникновении монополий в свеклосахар20
Кубицкая О. А. Становление паровозостроительной монополии
в России (1900–1907 гг.) // Самодержавие и крупный капитал в России
в конце XIX — начале XX вв. М., 1982. С. 134–159.
17
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ной промышленности21. В ней была рассмотрена деятельность
Союза сахарозаводчиков, возникшего в свеклосахарной промышленности в 1887 г. Одним из важнейших итогов деятельности этого объединения И. М. Каменецкая считала усиление
концентрации производства.
В середине 1960-х — середине 1980-х гг. впервые в советской исторической науке была сделана попытка изучить в целом
процесс концентрации и централизации капитала и создания монополий в судоходстве Сибири и Дальнего Востока. Г. Х. Рабинович выделил периоды в истории монополий данной отрасли.
Надо отметить, что приведенная периодизация совпадала с периодизацией промышленности и транспорта по всей стране. Ведущую роль в этом процессе первоначально, по мнению
Г. Х. Рабиновича, играл местный торгово-промышленный капитал22. В дальнейшем он стал вытесняться банковскими монополиями России, транспортными монополиями европейской части
страны, а в годы войны — иностранным капиталом.
Монополизация табачной промышленности рассматривалась
в работах А. А. Аракелова23. Оценивая развитие табачной промышленности в начале ΧΧ в., автор отметил, что и в этой отрасли
действовали общие закономерности процессов монополизации
экономики. Тем не менее история табачного производства имела
и ряд особенностей. В частности, процесс монополизации зависел, с одной стороны, от поставок сырья мелкими крестьянскими
хозяйствами; с другой — она выходила на широкий потребительский рынок, со спецификой которого не могли не считаться
предприниматели. Возникновение же в табачной промышленности объединений высшего типа свидетельствовало о достаточной
зрелости монополистического капитализма в России.
21
Каменецкая И. М. Возникновение монополий в свеклосахарной
промышленности // История СССР. 1965. № 6. С. 110–122.
22
Рабинович Г. Х. Монополизация речного судоходства в Сибири и на
Дальнем Востоке (конец XIX в. — 1917 г.) // Исторические записки. М.,
1971. Т. 91. С. 113–149.
23
Аракелов А. А. Монополизация табачной промышленности России
// Вопросы истории. 1981. № 9. С. 19–30.
18
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Следующий цикл исследований был посвящен характеристике определенного монополистического объединения. Деятельность нобелевской корпорации была проанализирована в трудах
И. А. Дьяконовой24. Она опубликовала ряд статей, где показала
новые моменты в истории одной из ведущих нефтяных монополий. К таким моментам относились: а) анализ складывания отношений «Бранобеля» со шведским капиталом; б) взаимоотношение
Нобелей с предпринимателями-аутсайдерами. И. А. Дьяконова
утверждала, что нобелевская корпорация в своей основе не была
иностранным предприятием. В работах исследовательницы показано, что, несмотря на нерусское происхождение Нобелей и их
связи с немецким и шведским капиталом, фирма создавалась
главным образом с привлечением отечественного капитала и была российским предприятием.
Кроме И. А. Дьяконовой, нефтяными монополиями занимался В. И. Бовыкин25. В одной из своих статей он проанализировал
деятельность в России парижского банкирского дома Ротшильдов. Любопытно, что в противовес И. А. Дьяконовой исследователь предостерегал объяснять решение Ротшильдов оставить
нефтяные дела в России в начале 1912 г. лишь ухудшением их
состояния. Против такого предположения говорили и условия соглашения Ротшильдов с Детердингом. В. И. Бовыкин отметил,
что «в ходе переговоров с Детердингом они пришли к выводу о
бесперспективности дальнейшего самостоятельного ведения ими
нефтяных дел».
Отечественная историография середины 1960-х — середины
1980-х гг. подробно рассмотрела условия возникновения и деятельность концерна Путилова–Стахеева–Батолина. Существенную
роль в этом сыграли работы Т. М. Китаниной. В 1964 г. она защитила кандидатскую диссертацию «Военно-промышленный концерн в России в годы первой мировой войны», а в 1969 г. опубли-
24
Дьяконова И. А. За кулисами нобелевской монополии // Вопросы
истории. 1975. № 9. С. 127–141; еѐ же. Нобелевская нефтяная монополия и
аутсайдеры // История СССР. 1975. № 6. С. 124–133.
25
Бовыкин В. И. Российская нефть и Ротшильды // Вопросы истории.
1978. № 4. С. 27–41.
19
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ковала монографию26. Ей удалось раскрыть механизм управления
входящих в концерн многочисленных предприятий, выяснить цели, преследуемые магнатами данного монополистического объединения. С нашей точки зрения, целесообразнее было бы рассмотреть эту монополию как промышленно-финансовый концерн Путилова–Стахеева–Батолина, а не выдвигать на первый план военно-инфляционные особенности, способствовавшие его становлению. Не случайно возникновение данного монополистического
объединения высшего типа было порождено высокой степенью
концентрации и централизации капитала и производства, развитием финансового капитала и государственно-монополистического
капитализма России в годы Первой мировой войны.
В указанный период появилась и серия статей, посвященных
синдикатам «Жесть» и «Продуголь», «Цементному синдикату
Юга России»27. Все эти работы существенно расширили представления о процессе монополизации в Росси в начале ΧΧ в.
Общую картину промышленного развития России периода
монополистического капитализма дополнили исследования по
экономике отдельных регионов. Среди них выделялись монографии о Прибалтике и Западной Сибири. В 1968 г. авторский
коллектив (Я. Крастынь, Ю. Нетесин, А. Бирон и др.) выпустил
монографию по экономической истории Латвии 28. Историки в
специальной главе отразили основные экономические изменения
в латвийской промышленности в начале ХХ в. По определению
Я. Крастыня, по объему валовой продукции и численности рабочих металлообработка, как и в начале века, занимала первое ме26
Китанина Т. М. Военно-промышленные концерны в России в годы
первой мировой войны. 1914–1917 гг. (концерн Путилова-СтахееваБатолина): автореферат дис… канд. ист. наук. М., 1964; еѐ же. Военоинфляционные концерны в России. 1914–1917. Концерн ПутиловаСтахеева-Батолина. Л., 1969.
27
Цукерник А. Л. Из истории цементного синдиката южной России
// Исторические записки. М., 1968. Т. 78. С. 87–105; Китанина Т. М. Из истории монополизации металлургической промышленности России (синдикат «Жесть») // Исторические записки. М., 1971. Т. 88. С. 91–113; Кушнирук С. В. О некоторых формах конкурентной борьбы вокруг синдиката
«Продуголь» // История СССР. 1984. № 4. С. 129–143.
28
Очерки экономической истории Латвии (1900–1914). Рига, 1968.
20
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сто в Латвии, второе — химическая промышленность, в том
числе и резиновая, далее шли пищевкусовая, текстильная, деревообрабатывающая, кожевенно-обувная и другие отрасли. Исследователи доказали, что промышленность Латвии не только по
признакам производственно-технической корпорации, но и по
источникам накопления была органической составной частью
российской системы капитала.
Ю. Нетесин отметил, что в силу ряда местных особенностей по
времени возникновения и темпам роста латвийская промышленность опередила общероссийские показатели. Именно этот исследователь конкретизировал исследования и дополнил их новыми
сведениями о вхождении латвийских предприятий как в местные
объединения, так и в международные союзы. Историю монополий
в промышленности Эстонии осветил Н. И. Торпан. Автор расширил и уточнил имеющиеся в литературе данные о степени монополизации бумажной, джутовой и цементной промышленностей;
объяснил медленную, несмотря на значительную концентрацию
производства, монополизацию текстильной промышленности.
Специальные исследования вышли в середине 1960-х — середине 1980-х гг. о Западной Сибири29. Зарождение капиталистических монополий в Сибири было рассмотрено в кандидатской диссертации С. В. Сергеевой. Она отмечала, что неравномерный характер экономической концентрации, сочетание ее с процессами
дробления заметно тормозили зарождение монополистических
объединений в Сибири. Активное участие российского капитала
в организации монополий определило специфику этого процесса.
С. В. Сергеева основное внимание сосредоточила на рассмотрении
усиления процесса концентрации капитала и производства в золотопромышленности. Г. А. Бочанова впервые в исторической литературе проанализировала обрабатывающую промышленность Западной Сибири конца ΧІΧ — начала ХХ в. во всем многообразии
ее форм. Она подчеркнула, что, «хотя в ряде отраслей наблюдались монополистические тенденции (в мукомольной, винокурен29
Сергеева С. В. Зарождение капиталистических монополий в Сибири
(политико-экономический анализ): автореферат дис… канд. ист. наук. Иркутск, 1970; Бочанова Г. А. Обрабатывающая промышленность Западной
Сибири (конец XIX в. — начало XX в.). Новосибирск, 1978.
21
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ной, пивоваренной, спичечной промышленности), объединения
капиталистов охватывали в основном сферу сбыта». Слабый уровень монополизации в обрабатывающей промышленности Западной Сибири Г. А. Бочанова объясняла во многом процессом формирования промышленной буржуазии не столько из среды потомственных промышленников, сколько за счет торговцев ростовщиков, а также разложения крестьянства, что обусловило в целом небольшой размер промышленного капитала.
Таким образом, важную роль в освещении процесса монополизации в России на рубеже веков играли региональные исследования, вышедшие в середине 1960-х — середине 1980-х гг. Отличительной чертой этих работ было то, что исследователи не всегда подчиняли изложение готовой общероссийской схеме, в которой раньше местный материал служил лишь иллюстрацией.
Во второй половине 1960-х гг. в советской исторической
науке появился цикл статей и монографий, посвященных многоукладности народного хозяйства дореволюционной России30.
Л. В. Ольховая, И. Ф. Гиндин, Л. М. Иванов, призывая к комплексному изучению социально-экономической тематики, подчеркивали, что основное внимание исследователей сосредоточивалось на характеристике новейших форм монополистического
капитализма. Между тем постановка и специальная разработка
проблемы взаимодействия различных хозяйственных укладов в
дореволюционной России было закономерным результатом исследования советской историографией вопросов, связанных с
экономическим развитием страны в начале ХХ в.
Работы В. В. Адамова, Л. В. Ольховой, Ю. А. Буранова,
В. В. Тимошенко, П. Г. Галузо отличались по своей проблематике, характеру источниковой базы и приемам исследования от ранее выполненных исторических трудов по социально-эконо30
Ольховая Л. В. Мелкая промышленность Урала в начале XX в.
(1905–1913 гг.): автореферат дис … канд. ист. наук. Свердловск, 1964; Буранов Ю. А. Промышленность и рабочие Урала в 1890–1917 гг. (по материалам Богословского горнозаводского округа): автореферат дис… канд.
ист. наук. Свердловск, 1967; Гиндин И. Ф., Иванов Л. М. О неравномерности развития российского капитализма в начале XX в. // Вопросы истории.
1965. № 9. С. 125–136 и др.
22
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
мической истории России конца ΧІΧ — начала ХХ в. В единый
цикл их объединяло несколько общих признаков, являющихся
показателями формирования нового направления в изучении российского монополистического капитализма.
Один из них состоял в том, что советская историография второй половины 1960-х гг. особое значение уделяла проблеме взаимодействия государственно-монополистического капитализма с
до- и раннекапиталистическими укладами экономики дореволюционной России. Эта общность сюжетов исследования позволила
историкам перечисленных работ заключить, что воздействие государственно-монополистического капитализма на до- и раннекапиталистические уклады приводило не только к разрушению,
но и к консервации последних.
Важную роль в образовании нового научного направления
сыграли работы ураловедов. Историки (В. В. Адамов, Ю. А. Буранов, Л. В. Ольховая) исходили из представления об Урале как
своеобразной модели России начала ХХ в., что позволило им
на базе местного материала организовать изучение некоторых
общих проблем социально-экономического развития страны.
Л. В. Ольховая рассмотрела экономические, социальные и политические условия развития мелкого производства Урала в 1905–
1913 гг., его количественный рост, конкретные разновидности и
характер эволюции, наконец — положение мелких производителей, наемных рабочих в мелкой промышленности Урала. Принципиальное значение имел вывод автора о дальнейшем развитии
мелкотоварного производства в начале ХХ в. — как известно, ранее в исторической литературе доминировало положение противоположного характера. Развитие мелкой промышленности
на Урале Л. В. Ольховая исследовала не изолированно, а в связи с
новыми явлениями социально-экономической жизни России начала ХХ в. Так, в центре внимания исследователя оказалась проблема взаимодействия новейшего капитализма с другими социально-экономическими укладами, представленными на Урале.
Ю. А. Буранов, изучая историю крупных горнозаводских округов, рассмотрел взаимодействие российского финансового капитала с полуфеодальной по своей организации уральской горнозаводской промышленностью. Не преобразование крупным капи23
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
талом отсталых горнозаводских округов по своему образу и подобию, а взаимное приспособление финансового капитала — к
полукрепостническому строю горнозаводских округов, — таковы, в представлении Ю. А. Буранова, результаты финансовокапиталистической «реорганизации» уральской промышленности, проводимой российскими банками и монополистическими
объединениями накануне и в годы Первой мировой войны.
Исследование экономического развития Урала начала ХХ в.
показало наличие и взаимосвязь не только разных укладов, но
всякого рода переходных форм и структур в российской промышленности. В работах В. В. Адамова, Ю. А. Буранова,
Л. В. Ольховой экономика страны рассматривалась не как сумма
общественных укладов, а как результат их взаимодействия
«в условиях сложившегося капиталистического империализма».
К аналогичным выводам пришли П. Г. Галузо, В. В. Тимошенко,
которые охарактеризовали особенности экономики Белоруссии и
Казахстана в начале ХХ в.
В советской исторической науке второй половины 1960-х гг.
вопросы социально-экономической структуры дореволюционной
России активно обсуждались на международных, всесоюзных,
региональных конференциях.
П. Н. Федосеев и П. В. Волобуев, выступавшие на международных конференциях, посвященных 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции отмечали, что в России
начала ХХ в. «причудливо переплетались различные социальноэкономические уклады (монополистический капитализм, частнохозяйственный капитализм, полукрепостнические землевладения,
мелкотоварное производство, натуральная и патриархальнофеодальная формы хозяйства) и связанные с ними формы социальных отношений и эксплуатации.
На всесоюзной научной сессии, посвященной 50-летию
свержения самодержавия в России, проблема взаимодействия
различных укладов рассматривалась как центральная значительным коллективом исследователей, представлявших различные
научные центры страны. И именно это обстоятельство позволило
участникам дискуссии на основании проработки конкретного материала сформулировать положения о том, что при государствен24
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
но-монополистическом капитализме «крупный капитал не только
разрушал докапиталистические отношения, но в то же время консервировал их, приобщаясь к самым грубым формам докапиталистической эксплуатации» ( В. В. Тимошенко), что «совокупностью экономических условий кануна Февральской революции
диктовалась необходимость объединения демократических сил
всех национальностей вокруг пролетариата» (П. Г. Галузо) и
«общедемократические задачи в эпоху империализма приобрели
антикапиталистическую направленность» (П. В. Волобуев).
Иными словами, изучение проблемы многоукладности российской экономики обусловило корректировку прежних представлений о предпосылках Октябрьской революции.
Исследователи (П. В. Волобуев, К. Н. Тарновский), в отличие от советских историков конца 1950-х — начала 1960-х гг.,
связывали Октябрьскую революцию с «обострением всех противоречий империалистической эпохи». Подобное утверждение видоизменяло прежнюю трактовку широты социальной базы пролетарской революции. Историки подчеркивали, что в ее победе
«были заинтересованы также и непролетарские массы».
М. Я. Гефтер, К. Н. Тарновский, В. В. Адамов, определяя
дальнейшие пути изучения специфики российской экономики,
характеризовали «многоукладность» как особый тип экономического строя, закономерности развития которого нельзя объяснить
«сугубо формационной схемой».
Таким образом, ученые, занимавшиеся вопросами взаимодействия различных хозяйственных укладов в народном хозяйстве
дореволюционной России, вышли на новый уровень понимания
социально-экономических, политических процессов, происходивших в стране в начале ХХ в. П. В. Волобуев, И. Ф. Гиндин и
другие, критикуя схему «чистого» перерастания одной революции в другую, отмечали, что октябрьские события 1917 г. — «явление сложное, разностороннее, многогранное».
Между тем на страницах советской научной печати в начале
1970-х гг. концепция многоукладности экономики дореволюционной России вызвала многочисленные возражения со стороны ряда
историков. «Многоукладность сама по себе не была особенностью
экономики России: она присуща экономике всех классовых об25
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ществ, — разъяснял В. П. Данилов, — механизм развития и взаимодействия социально-экономических укладов России в начале
ХХ в. определялся капитализмом. Дореволюционная российская
экономика отнюдь не представляла собой механическую сумму
различных укладов, замкнутых в себе и противостоящих друг другу. Это была капиталистическая экономика, в которой даже самые
отсталые уклады оказались включенными в общую систему капитализма, обслуживая его, становились его продолжением».
И. В. Кузнецов, анализируя отдельные статьи сборника «Вопросы истории капиталистической России. Проблема многоукладности», заключил, что «представления ряда авторов по вопросу об особенностях социально-экономического развития России в
конце ΧІΧ — начале ХХ в. ошибочны и таят в себе опасность
возрождения уже опровергнутых наукой теорий».
Советская историография первой половины 1970-х гг., критикуя вопросы, связанные с особенностями российской экономики начала ХХ в., признала недействительными выводы и положения, выработанные историками «нового направления».
Л. М. Иванова, И. Ф. Гиндина, П. В. Волобуева, М. Я. Гефтера и
других обвинили в том, что «теория многоукладности расходится
с марксистско-ленинским учением о законах общественноэкономических формаций, а значит ошибочна».
К. Н. Тарновский, П. В. Волобуев, М. Я. Гефтер, В. В. Адамов и другие, используя широкий архивный материал, сочли, что
российская промышленность располагала разнообразными взаимосвязанными формами и структурами. Разработка проблемы
взаимодействия различных хозяйственных укладов в народном
хозяйстве дореволюционной России ставила под сомнение тезис
о «высоком уровне развития капитализма в начале ХХ в., а следовательно, о наличии объективных экономических предпосылок
социалистической революции».
Советские историки «нового направления», оставаясь марксистами, выявили необходимость иного решения большого круга проблем, связанных с целостным осмыслением Октябрьской
революции. Между тем в середине 1960-х — середине 1980-х гг.
признание вариативности общественного развития считалось
противоречащим господствующим в исторической науке пред26
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ставлениям о наличии закономерностей общественно-исторического процесса. В результате реакции официальных властей идеи
представителей «нового поколения» оказались невостребованными исторической наукой.
Характеристика в советской литературе вопросов, связанных
с возникновением и развитием монополий, требовала внимательного изучения, расширения источниковой базы и поиска новых
возможностей для увеличения информативной отдачи уже известных материалов. Определенные шаги в этом направлении
были сделаны. Так, новой тенденцией в историографии российского монополистического капитализма стала специальная источниковедческая разработка документации по истории монополий. Источниковедческий анализ всегда был неотъемлемой частью исследовательской работы. Однако достигнутый уровень
проблемы потребовал анализа всей документации, порожденной
процессом монополизации российской экономики, и прежде всего — выяснения механизма документирования и распространения
информации, связанной с деятельностью монополий и банков.
От источниковедческого изучения документации отдельных монополий и государственно-монополистических органов историки
перешли к комплексному решению более широких задач.
Появились исследования, посвященные выяснению процессов формирования делопроизводственных комплексов акционерных торгово-промышленных компаний, их состава и местонахождения в архивах СССР, анализу всей совокупности делопроизводственной документации, порожденной деятельностью монополий и банков в России, выяснению особенностей документирования информации о функционировании в стране иностранного
капитала31. Такой подход к источниковедческим проблемам в
значительной мере находился еще в начальной стадии, когда за31
Наумова Г. Р. Делопроизводственные документы российских синдикатов // Вопросы истории. 1976. № 10. С. 139–150; Черников В. Н. Малоизученные источники по истории монополизации цементной промышленности // Научные труды кубанского университета. Краснодар, 1975.
С. 139–171; Лерман Л. Б. Основные источники по истории золотопромышленности Западной Сибири второй половины XIX — начала XX в.
// Некоторые вопросы истории Сибири. Томск, 1972. С. 212–227 и др.
27
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
дачи выявления, систематизации и первичного источниковедческого анализа материалов превалировали над вопросами о методах их обработки и использования именно как массовых источников. Но уже были подведены первые итоги и намечены перспективы дальнейшей работы в этом направлении.
Сделаны первые шаги и в разработке новых приемов анализа
массовых документальных данных, характеризующих важнейшие
параметры промышленного развития дореволюционной России.
В этом отношении большой интерес представили работы
С. В. Воронковой, в которых содержались как общий обзор и
анализ возможностей уже известных в основном массовых источников (фабрично-заводской статистики, ведомостей фабрик и
заводов, материалов обследований и переписей промышленности
и т. п.), так и некоторые новейшие методы обработки и исследования этих материалов32.
Таким образом, отечественная историография середины
1960-х — середины 1980-х гг. достаточно подробно рассмотрела
процесс монополизации в России в начале ХХ в. В. И. Бовыкин,
И. Ф. Гиндин, К. Н. Тарновский уделили внимание состоянию
российской промышленности на рубеже веков. Особо останавливаясь на проблеме концентрации производства, они выделили два
этапа в укрупнении промышленности. Только такого рода концентрация промышленного производства могла послужить, по
мнению В. И. Бовыкина, основой для складывания системы монополистического капитализма.
У историков не было единого мнения о времени возникновения первых монополистических объединений в России. Одни исследователи (В. Я. Лаверычев) относили образование первых монополистических союзов к 60-м гг. ΧІΧ в., другие (В. И. Бовыкин)
осторожнее подходили к этому вопросу и считали, что о появлении первых монополий можно говорить только в 80-е гг. ΧІΧ в.
На наш взгляд, соглашения предпринимателей середины ΧІΧ в.
32
Воронкова С. В. Статистика промышленного производства // Массовые источники по социально-экономической истории России периода
капитализма. М., 1979. С. 30–57; еѐ же. Материалы промышленной переписи 1900 г. (опыт дополнительной обработки данных) // Вестник МГУ.
Серия: История. 1977. № 1. С. 75–93.
28
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нельзя рассматривать в качестве первых монополистических объединений. Скорее это фундамент, который в дальнейшем способствовал возникновению и развитию процесса монополизации.
Исследователи единодушно признавали, что к началу ΧΧ в.
выявились основные тенденции и направления развития монополий в России и именно к этому времени определились отрасли
промышленности, которые стали очагами монополизации.
В 1984 г. вышла монография В. И. Бовыкина, в которой давалась
подробная характеристика монополизации промышленности по
отраслям, впервые объединившая наработанный учеными предшествующего периода материал.
Среди историков середины 1960-х — середины 1980-х гг. не
было серьезных расхождений по поводу уровня развития монополизации в России. Исследователи считали, что он был ниже по
сравнению с Англией, Германией, США, Францией.
Интересно, что в этот период появились работы, посвященные
организационным формам монополистических объединений в России. Советская историческая наука середины 1960-х — середины
1980-х гг. отмечала, что в стране существовали различные типы монополистических объединений. Например, были широко представлены сбытовые монополии (картели и синдикаты) и монополистические объединения (тресты и концерны). Исследователи
(Г. Р. Наумова, В. Я. Лаверычев) считали, что российская действительность располагала большим разнообразием в формах организации монополистических объединений, а характерной чертой монополизации промышленности в России было синдикатское движение.
Параллельно в науке продолжалось изучение отдельных отраслей производства на рубеже веков. В середине 1960-х — середине 1980-х гг. В. А. Нардова, Б. Ю. Ахундов, С. Я. Алияров и
другие детально проанализировали процесс монополизации в
нефтяной промышленности. Исследователи впервые уделили
внимание становлению монополии в медеобрабатывающей
(Ю. Б. Живцов); паровозостроительной (О. А. Кубицкая); свеклосахарной (И. М. Каменецкая); табачной (А. А. Аракелов) отраслях промышленности.
Советский исследователи рассмотрели историю монополий
не только в отраслевом, но и в региональном разрезе. Ю. Н. Не29
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тесин, А. Г. Бочанова, М. Ф. Болбас, А. И. Гинзбург и др. проанализировали состояние промышленности в начале ΧΧ в. в Прибалтике, Западной Сибири, Белоруссии, Туркестане, Казахстане,
Азербайджане.
Советская историческая литература содержала серию работ,
посвященную конкретным монополистическим объединениям.
Например, деятельность Нобелевского концерна была проанализирована в статьях И. А. Дьяконовой и В. И. Бовыкина. Деятельность концерна Путилова–Стахеева–Батолина — тема интересного исследования Т. М. Китаниной. Т. М. Китанина, С. В. Кушнирук показали возникновение и историю монополистических
объединений «Продуголь» и «Жесть».
В середине 1960-х — середине 1970-х гг. исследователи,
изучая историю монополизации российской промышленности,
особое внимание обратили на проблему взаимодействия различных социально-экономических укладов в народном хозяйстве
страны в начале ХХ в. П. В. Волобуев, К. Н. Тарновский,
В. А. Адамов, Ю. А. Буранов, рассматривая особенности экономики дореволюционной России, поставили под сомнение положение о высоком уровне развития капитализма. Развитие подобных положений в науке было неприемлемым, т. к. противоречило
доминирующим в советской литературе представлениям о наличии необходимых предпосылок Октябрьской революции.
Новой тенденцией в историографии российского монополистического капитализма стала специальная источниковедческая
разработка документации по истории монополий (работы
М. Ю. Лачаевой, Г. Р. Наумовой, В. Н. Черникова, С. В. Воронковой и др.). Это способствовало расширению источниковой базы и
поиска новых возможностей для увеличения информативной отдачи уже известных материалов. Источниковедческие работы исследователей середины 1960-х — середины 1980-х гг. позволили
историкам в дальнейшем использовать новые подходы и методы
в изучении процесса монополизации российской экономики.
30
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ЛЕКЦИЯ 2
Изучение роли иностранного капитала
в экономике дореволюционной России
В отечественной литературе активно обсуждался вопрос о
значении иностранных капиталовложений для промышленного
развития дореволюционной России. Советская историография
второй половины 1950-х — начала 1960-х гг. отказалась от тезиса
предшествующих десятилетий о колониальной или полуколониальной зависимости России от иностранного капитала и выявила
недостаточность статистико-экономического метода изучения
роли иностранного капитала. Ученые предлагали заменить количественные подсчеты удельного веса иностранных капиталовложений качественным анализом взаимоотношений между отечественным и зарубежными инвесторами, а также исследовать особенности функционирования иностранных капиталов, их воздействие на экономику страны.
Историки середины 1960-х — середины 1980-х гг., подняв огромные пласты нетронутых архивных документов, продолжили
изучение влияние иностранного капитала на экономику страны в
конце ΧІΧ — начале ХХ в. в соответствии с предложенными подходами. Все вышедшие в данный период научные работы можно
разделить на три группы. К первой относились статьи и монографии, которые давали общую картину иностранных инвестиций в
России. Другой цикл работ объединял исследования, посвященные
деятельности определенного зарубежного инвестора. Наконец,
третья группа состояла из научных публикаций, где вопрос об
иностранном капитале был составной частью конкретной проблемы по российскому монополистическому капитализму.
Перейдем к рассмотрению научных работ первой группы.
Одним из аспектов деятельности иностранного капитала в России
было его участие в акционерных обществах, созданных на иностранных уставах специально для России. Первым шагом в изучении иностранного предпринимательства в его «чистом» виде в
начале ХХ в. стала статья «Иностранные общества в России в на-
31
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
чале ХХ в.»33. Продолжением работы были результаты статистической обработки данных «Сборника сведений о действующих в
России акционерных обществах и товариществах на паях».
Н. Г. Абрамова, на основании опубликованных данных, отразила
изменение численности и капиталов английских, французских,
бельгийских обществ в 1905–1910 гг. и 1911–1913 гг. Автор показала «излюбленные» отрасли приложения иностранного капитала
в зависимости от страны. Например, английские инвестиции преимущественно направлялись в нефтяную промышленность. Привлекала их также добыча драгоценных металлов, причем здесь
возникали общества с самым большим капиталом. Характерно,
что у французских и бельгийских капиталов, как и у германских,
исследователь не выделила какой-то определенной отрасли, и если среди французских обществ есть несколько со значительным
капиталом, в частности в горнометаллургической промышленности, то бельгийские и германские предприятия не могли похвастаться крупными размерами своих капиталов.
В статье Н. Г. Абрамова привела таблицы, которые содержали
сведения о результатах деятельности английских, французских и
бельгийских обществ в России за 1905–1910 гг. и 1911–1913 гг.
На их основании можно было сделать следующие заключения:
первенство по удельному весу прибыльных предприятий по отношению ко всем предприятиям, о которых есть сведения, с начала
XX в. до 1914 г. сохранили французские предприятия. По числу
прибыльных предприятий ведущие позиции занимали бельгийские
общества, их же больше среди убыточных. Здесь «острую» конкуренцию им составили английские предприятия, особенно в 1911–
1913 гг., когда они опередили бельгийские общества по числу убыточных предприятий. Среди французских обществ убыточных было очень мало. Интересно, что в основной «английской» отрасли
нефтяной промышленности с начала XX в. и до 1911 г. промышленные заведения поровну делились на прибыльные и убыточные.
К 1914 г., по данным историка, прибыльные общества полностью
преобладали среди английских предприятий в нефтяной промыш33
Бовыкин В. И., Бабушкина Г. А., Крючкова С. А., Погребинская В. А. Иностранные общества в России в начале XX в. // Вестник МГУ.
Серия: История. 1968. Т. 2. С. 53–60.
32
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ленности, что являлось подтверждением тенденции к выживанию
иностранных предприятий, постоянно приносивших прибыль34.
В исторической науке середины 1960-х — середины
1980-х гг. был рассмотрен вопрос о выявлении иностранных капиталовложений в российские ценные бумаги в конце ΧІΧ — начале ХХ в. В литературе, посвященной социально-экономическим вопросам, неоднократно отмечалось, что одна из трудностей, с которой сталкиваются исследователи, изучающие влияние
иностранного капитала на экономическое развитие России на рубеже веков, состоит в отсутствии достаточно надежных сведений
о притоке иностранных капиталов. Для этой цели М. А. Свищев
привлек сведения о поступлении 5% сбора с доходов от денежных капиталов для определения суммы иностранных капиталовложений в русские ценные бумаги35. Это целесообразный метод,
так как 5% сбор с доходов от процентных бумаг, находившихся
за границей, не взимался.
Следует подчеркнуть, что доля 5% сбора, которая действительно поступала в Государственное казначейство, соответствовала той части бумаг, которая находилась внутри страны. Соответственно можно было определить и сумму иностранных капиталовложений в русские ценные бумаги. По данным М. А. Свищева,
иностранные капиталовложения в облигации русских государственных займов в среднем за 1909–1913 гг. составили приблизительно 55,2% от общего количества облигаций, находящихся в обращении. В акциях железнодорожных обществ, по мнению исследователя, иностранный капитал занимал около ¼ части основных
капиталов частных железнодорожных обществ.
Таким образом, историк впервые применил новую методику
для определения роли иностранных инвестиций в экономике России начале ХХ в. Иностранный капитал, по свидетельству
М. А. Свищева, составлял значительный процент в ценных бумагах акционерных обществ.
34
Абрамова А. Г. Из истории иностранных акционерных обществ в
России (1905–1914 гг.) // Вестник МГУ. Серия: История. 1982. № 3. С. 86.
35
Свищев М. А. О сумме иностранных капиталовложений в русские
ценные бумаги в конце XIX — начале XX в. //Вестник МГУ. Серия: История. 1983. № 4. С. 74.
33
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Отечественные историографы в указанный период проанализировали роль иностранного капитала в отраслевом и региональном разрезах. Уделяя большое значение иностранным инвестициям, которые по сути дела стали локомотивами российской
промышленности, авторы не считали, что это способствовало
развитию экономической и тем более политической зависимости
страны. Исследователи аргументированно доказали ошибочность
взглядов на Россию начала ХХ в. как на сырьевой придаток. Напротив, иностранные капиталовложения, по мнению ученых,
способствовали широкому развитию индустрии, что в конечном
счете с течением времени привело бы к экономической стабильности и самостоятельности России.
Как отмечалось ранее, следующий цикл исследований был посвящен анализу деятельности определенного иностранного капитала
в экономической жизни России в конце ΧІΧ — начале ХХ в.
Проникновение германского капитала в промышленность
России в нашей стране начали изучать с применением архивных материалов только в начале 1960-х гг. Отсюда понятная
научная значимость исследований, вышедших в середине
1960-х — середине 1980-х гг. Здесь выделялась монография
В. С. Дякина36. Работа была интересна уже самим подходом к
теме. Автор принадлежал к тем немногочисленным исследователям, которые подошли к проблеме не обычным путем изучения российской экономики, а в результате исследования международных концернов, в которых переплетались интересы различных, в том числе и русских, финансовых групп. Это позволило В. С. Дякину несколько шире взглянуть на роль иностранных капиталов в российской экономике в начале ХХ в. Что касается выбора объекта, то автор взял одну из самых молодых,
но в то же время и самых типичных «для новейших успехов
техники, для капитализма конца ΧІΧ — начала ХХ в.» отрасль.
Удельный вес иностранного капитала в электроиндустрии был
особенно велик, достигал в разные годы от 80% до 90% всех
капиталовложений.
36
Дякин В. С. Германские капиталы в России (электроиндустрия и
электрический транспорт). Л., 1971.
34
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В. С. Дякин считал, что германские капиталы ускоряли концентрацию и монополизацию российской электроиндустрии, которая проходила в современных и зрелых формах. Однако историк
рассмотрел и оборотную сторону деятельности этих капиталов:
«хищническое использование рабочих рук, природных ресурсов
страны и нерациональное географическое расположение предприятий». Делая акцент на указанных явлениях, В. С. Дякин вольно
или невольно встал на позиции тех исследователей, кто негативно
оценивал присутствие иностранных капиталовложений в российской экономике конца XIX — начала XX в. Действительно, названные исследователем факты имели место. Но не все они выявляли специфику деятельности именно иностранных капиталов.
Таким образом, противоречивый характер деятельности иностранных инвесторов вызывал необходимость всестороннего его
изучения, с учетом всех факторов, требовал более точной оценки
проявлений этой деятельности. К сожалению, автор ограничился
исследованием сугубо экономических явлений. Социально-экономический аспект проблемы им фактически не был затронут.
А между тем он имел важнейшее значение для характеристики
участия иностранных капиталов в России.
Историками была рассмотрена деятельность германского
капитала в Закавказье. На примере характеристики компании
«Сименс и Гальске» Н. Л. Наниташвили показала, какую роль в
становлении и укреплении этой фирмы сыграл южный регион
России37. Подсчитывая доходы фирмы «Сименс и Гальске» в различных отраслях промышленности Закавказья, анализируя противоречивые подчас документы, Н. Л. Наниташвили пришла к
выводу, что в целом за время деятельности в Закавказье прибыли
фирмы составили более 20 млн рублей. Эти огромные доходы и
превратили мелкую фирму, какой она была в начале, в крупную,
а затем, в период перехода к монополистическому капитализму,
— в крупнейшую германскую и международную компанию.
Причины такого достижения были односторонне рассмотрены
автором. Основной акцент Н. Л. Наниташвили сделала на жест37
Наниташвили Н. Л. Германский капитал в Закавказье (деятельность
фирмы «Сименс и Гальске». 1860–1917 гг.). Тбилиси, 1982.
35
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
кой эксплуатации местных рабочих и хищническом характере
деятельности иностранных капиталов в России. Несомненно, подобные факты имели место в экономике Закавказья в конце
ΧІΧ в. Но, наверное, были и другие обстоятельства, обеспечивавшие подобный взлет компании. Возможно, не последнюю
роль сыграла особая предприимчивость зарубежных инвесторов.
Закономерно, что высокие прибыли были результатом развития
различных производств на территории Закавказья. Все эти вопросы требовали глубокой проработки и изучения.
Германский капитал в России стал темой интересного исследования А. М. Рудченко38. В работе использовался материал
российских и германских архивов, что позволило автору не только увидеть одни и те же процессы в освещении обеих сторон, но
и до известной степени ликвидировать пробелы в сохранившейся
документации путем дополнения сведений, имеющихся в архивах
одной из этих стран, данными, извлеченными из архивов другой
страны. Все это позволило А.М. Рудченко подробно осветить вопрос о характере влияния германских капиталовложений на развитие российской экономики. По мнению автора, присутствие
германских капиталов с самого начала носило двойственный характер. С одной стороны, приток иностранных капиталов (в частности германского) в Россию, в особенности в середине ΧІΧ в.,
когда процесс накопления собственных капиталов в стране еще
только начинался, ускоряя промышленное развитие России, содействовал появлению новых отраслей индустрии. С другой —
обосновавшиеся в России германские фирмы после первоначального вложения сравнительно небольших капиталов не только начинали, как уже отмечалось, благодаря высокому уровню доходности, финансировать дальнейшее развитие своих российских
отделений за счет прибылей, получаемых внутри страны, но и
сами развивались за счет средств, выкачиваемых из России.
На примере электротехнических и химических предприятий
А. М. Рудченко выявил и еще одно следствие экспорта германских капиталов в российскую промышленность: создав свои от38
Рудченко А. М. Немецкие капиталы в России // Ученые записки.
Института международных отношений). М., 1969. Вып. 2. С. 80–98.
36
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
деления в России и подавив на многие годы находившиеся в зачаточном состоянии русские предприятия, германские фирмы
тормозили научные исследования в этих отраслях и подготовку
русских квалифицированных кадров.
Ученые середины 1960-х — середины 1980-х гг. определили
значение германского капитала для экономики России в начале
ХХ в. К сожалению, не все исследования содержали объективные
оценки роли иностранного капитала в жизни страны. Здесь еще
были сильны стереотипы, выработанные исторической литературой предшествующих десятилетий. Но в целом перспективы развития исторической науки по данной проблеме были намечены.
В советской историографии отдельно рассматривался вопрос,
связанный со взаимоотношениями между российским и французским капиталом. Анализируя деятельность Петербургского международного банка, Ю. Б. Соловьев писал, что «на протяжении
всех лет банк выступал не только как самостоятельная сила, но,
более того, он пытался навязать свою волю французской стороне»39. Так, активное субсидирование французским банком российской экономики не привело к парализации и экономическому
закабалению русской стороны.
Среди работ, посвященных деятельности английского капитала в России в конце ΧІΧ — начале ХХ в., выделялись статьи
М. Ю. Лачаевой40. Автор отмечала, что проникновение британского капитала началось позднее в сравнении с немецким и
французским. Вплоть до конца 1890-х гг. лишь единичные английские компании проявляли интерес к России.
Особенной активностью британского капитала в России был
отмечен 1906 г., когда было учреждено 12 компаний. Характерно,
что целенаправленные, постоянно возраставшие британские инвестиции сравнительно быстро оттеснили в российской экономике
германские капиталы и заняли второе место после французских.
Особенно быстро, по мнению исследователя, осуществлялось
39
Соловьев Ю. Б. Русские банки и французский капитал в конце
XIX в. // Французский ежегодник. 1976. С. 152.
40
Лачаева М. Ю. Английский капитал в меднорудной промышленности Урала и Сибири в начале XX в. // Исторические записки. М., 1982.
Т. 108. С. 67–92.
37
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
проникновение английского капитала в меднорудную промышленность Урала и Сибири. Надо отметить, что проблема финансирования британскими предпринимателями рассматривалась ранее
в советской историографии. А. Д. Брейтерман исходил из тезиса о
принципиальном отличии английского рынка капиталов и английской банковской системы от немецкой и французской. Это отличие, по его мнению, состояло в том, что германские и французские
банки занимались долгосрочным финансированием промышленности, тогда как английские обычно замыкались в рамках регулярных банковских операций. А. Д. Брейтерман рассматривал
английские «общества для финансирования» как особый финансовый институт, не имеющий связей с британскими банками.
В советской исторической литературе позиции А. Д. Брейтермана разделяли не все авторы. В частности, М. Я. Гефтер говорил о существовании теснейших связей между английскими
финансово-капиталистическими группировками и английскими
банками. М. Ю. Лачаева показала, что все английские компании,
которые были задействованы в горном деле России, были связаны с британскими банками, причем определенные финансово-капиталистические группировки поддерживали отношения с определенными банками.
В целом М. Ю. Лачаевой удалась попытка на конкретном
примере меднорудной промышленности Урала и Сибири в какойто мере восполнить пробел, который существовал в изучении организационных форм, структур и направлений вывоза британского капитала, их эволюции в процессе деятельности иностранных компаний, развитие интернационализации хозяйственных связей. Общим недостатком всех работ по истории проникновения иностранного капитала, в частности статьи
М. Ю. Лачаевой, являлась недооценка или вообще замалчивание
прогрессивного влияния на развитие российской промышленности от участия иностранного капитала.
Исследование роли иностранного капитала в середине 1960-х
— середине 1980-х гг. было параллельно продолжено в научных
трудах, посвященных различным аспектам истории российского
монополистического капитализма. Историки единодушно предостерегли от преувеличенных представлений о роли иностран38
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ного капитала в экономике различных регионов и отраслей промышленности Российского государства. Признавая его значительную роль, авторы отмечали достаточно интенсивную деятельность в экономике страны отечественных фирм.
Таким образом, советская историческая наука продолжала
развивать положения историографии второй половины 1950-х —
начала 1960-х гг. В частности, исследователи на основе фактического материала показали несостоятельность бытовавшей ранее
концепции, приписывающей иностранному капиталу в России
определяющую роль.
В рассматриваемый период в отечественной исторической
литературе впервые появились источниковедческие работы, посвященные деятельности иностранных капиталов в дореволюционной России41. Подобные публикации расширяли источниковую
базу исследования, вводили в научный оборот новые методы обработки источников. В дальнейшем это позволило историкам
адекватнее отразить влияние иностранных инвестиций на экономическую жизнь дореволюционной России.
Итак, в советской историографии середины 1960-х — середины 1980-х гг. вопрос о роли иностранных капиталовложений
в российскую экономику достаточно хорошо был проработан,
с учетом не только размеров, но и основных отраслей производства, куда направлялись иностранные инвестиции. Ученые показали динамику развития иностранных капиталов в акционерных
обществах, созданных за границей специально для России, с конца ΧІΧ в. до 1914 г., выделяя общие черты и отличия в тактике
проникновения в Россию, прослеживая устойчивость определенных тенденций и новые моменты в их деятельности.
О. Н. Разумов, Л. Б. Лерман, Ю. Б. Нетесин и другие изучили
участие иностранных капиталовложений в отраслевом и региональном разрезах. Особое внимание советская историческая нау41
Абрамова А. Г. Источниковая база исследований о роли иностранного капитала в России // Проблемы истории СССР. М., 1980. Вып. IV.
С. 170–184; Лачаева М. Ю. Источниковедческие проблемы изучения иностранного капитала в России (на примере английского капитала в меднорудной промышленности Урала и Сибири в начале XX в.): автореф. дис…
канд. ист. наук. М., 1977.
39
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ка уделяла проникновению германского капитала в Россию
(В. С. Дякин). Была рассмотрена и деятельность английских, американских и французских капиталов. В исторической литературе
появились новые источниковедческие разработки (труды
М. Ю. Лачаевой, А. Г. Абрамовой), связанные с присутствием
иностранного капитала в России на рубеже веков.
В целом, исследователи середины 1960-х — середины
1980-х гг. наглядно продемонстрировали несостоятельность тезиса о полуколониальном развитии страны в конце ΧІΧ — начале ХХ в. Уделяя большое значение зарубежным инвестициям,
которые способствовали экономическому подъему российской
промышленности, историки отмечали, что это не привело страну к экономической, а тем белее политической зависимости.
Напротив, иностранные капиталовложения способствовали
промышленному развитию страны, обеспечивая ее экономическую стабильность и самостоятельность. Между тем не во всех
работах это положение прозвучало ярко. Иногда исследователи
(Н. Л. Наниташвили) односторонне показывали деятельность
иностранных инвесторов в дореволюционной России, акцентируя внимание на негативных последствиях.
Таким образом, отечественная историческая наука, продолжая развивать положения историографии предшествующего десятилетия, охарактеризовала влияние и значение для российской экономики экспорта капитала. С одной стороны, историки, отказавшись от установки о полном подчинении России
в начале ХХ в. иностранным капиталом, рассматривали нарастание зависимости страны от зарубежных держав как общую
тенденцию, а не завершенный процесс. С другой, авторы, продолжая изучать проблемы монополистического капитализма на
основе марксистско-ленинского учения, не показали действительную роль иностранных капиталовложений в развитии российской экономики.
40
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ЛЕКЦИЯ 3
Изучение форм организации
предпринимателей
в советской исторической науке
В дореволюционной литературе проблемы, связанные с формами организации капитала, освещались исключительно в юридическом плане. В советской историографии предшествующих
десятилетий, в которой так много трудов было посвящено истории российского монополистического капитализма, акционерным
компаниям и торговым домам не уделялось особого внимания.
Изучался только один из видов акционерных компаний — коммерческие акционерные банки. Советская историография середины 1960-х — середины 1980-х гг. впервые приступила к разработке этой сложной проблемы.
Первая группа трудов была посвящена акционерным компаниям в России в конце ΧІΧ — начале ХХ в. Здесь выделялись работы
Л. Е. Шепелева42. Его монография посвящена истории «возникновения и развития акционерных предприятий, конъюнктуре фондового рынка и правительственной политике относительно компаний
и фондовой биржи». Л. Е. Шепелев впервые в исторической литературе представил полные статистические справки о возникновении и численности акционерных компаний, показал динамику этого процесса по годам и отдельным периодам экономической истории России. Правомерным являлся тезис исследователя о том, что
выделялись два основных периода в развитии акционерного учредительства — до 1909 г. включительно и с 1910 г., — совпадавших
с периодами развития биржевой конъюнктуры в целом.
Действительно, 1901 г. как бы завершил подъем акционерного учредительства конца ΧІΧ в. С 1902–1903 гг. в акционерном
учредительстве наметился спад: число вновь учрежденных ком42
Шепелев Л. Е. Акционерные компании в России. Л., 1973; его же.
Царизм и акционерное учредительство в 1870–1910 гг. // Проблемы крестьянского землевладения и внутренняя политика России. Л., 1972. С. 274–
318.
41
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
паний и сумма их капиталов сократилась более чем на треть. Затем, до 1909 г., темп учредительства оставался примерно на одном, сравнительно низком уровне, что объяснялось не только
экономическими, но и политическими причинами. На последние,
естественно, более чутко реагировал спрос на капитал. В 1904 г.
наметилась тенденция его роста. Однако уже в следующем году,
под влиянием известных событий, снова отмечался спад.
В 1907 г. наблюдался незначительный и кратковременный подъем, общий уровень учредительства достиг уровня 1901 г.
Всего за 1902–1909 гг., по подсчетам Л. Е. Шепелева, вновь
возникло 507 компаний с капиталом в 513 млн рублей. Уже действовавшие акционерные компании переживали в годы спада серьезные финансовые трудности, для устранения которых понадобилось увеличение их акционерных и облигационных капиталов.
А уже в 1910 г. вновь наблюдалась тенденция к увеличению
числа акционерных компаний, что, несомненно, связано с благоприятной экономической конъюнктурой данного периода. Любопытно, что, по свидетельству Л. Е. Шепелева, в 1911–1913 гг.
темп образования компаний даже опережал (особенно по сумме
капитала) темп их учреждения. Это можно объяснить временным
изменением акционерной политики царского правительства и
связанной с этим задержкой в утверждении многих уставов. В это
время уменьшалось число ликвидируемых акционерных компаний. Следует отметить, что Л. Е. Шепелев определил период с
1910 г. по 1914 г. самым эффективным в истории российского акционерного учредительства.
Наряду с динамикой акционерного учредительства на средства отечественного капитала, Л. Е. Шепелев охарактеризовал иностранные акционерные общества. Он показал, что основные тенденции развития имели много общего. В период спада акционерного учредительства, действовавшие, в России иностранные компании оказались менее конкурентоспособными, чем отечественные, и пострадали особенно сильно. К началу 1910 г. число этих
компаний сократилось до 162, а их капитал — до 361 млн рублей,
или по сравнению с концом 1901 г. на 26% и 10%. В 1910–
1913 гг. число иностранных обществ возросло до 230, а их капитал — до 587 млн рублей.
42
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Одним из первых Л. Е. Шепелев попытался исследовать распределение по отраслям деятельности существовавшие в России
русские и иностранные компании. По его данным, наибольшая
сумма капитала русских акционерных компаний сосредоточивалась в отрасли, связанной с обработкой волокнистых веществ.
Второе место у отечественного капитала занимала добыча и обработка металлов, третье — производство по обработке пищевых
и вкусовых веществ. У иностранных акционерных компаний значительный капитал был сконцентрирован в производстве по добыче и обработке полезных ископаемых; затем — добыча и обработка металлов и на третьем месте находилось машиностроение.
Следовательно, сферы заинтересованности русского и иностранного капитала отличались незначительно. Как видно, в обоих
случаях весомое место занимали отрасли, связанные с добычей,
обработкой металла, также машиностроение.
Л. Е. Шепелев, классифицируя акционерные компании, выделил три группы предпринимателей. К верхнему слою историк
относил компании, которые входили в финансово-капиталистические группы крупных банков, а также иностранные компании,
действовавшие в России. По подсчетам исследователя, они составляли приблизительно 20%. Нижний слой (как правило, это
были паевые товарищества) насчитывал около 43%. Третий, промежуточный слой, которому принадлежали акционерные общества, не финансируемые частными банками, объединял приблизительно 35% акционерных предприятий. В результате исследования структуры акционерных компаний Л. Е. Шепелев сделал
вывод об относительно высоких формах развития российского
капитализма. Такое заключение, на наш взгляд, спорно. На основании приведенной автором классификации можно было говорить лишь о высоком развитии финансового капитала в России.
В другой работе Л. Е. Шепелев проанализировал правительственную политику относительно акционерных компаний и фондовой биржи. Автор убедительно показал, как в правительственных кругах осознавалось экономическое значение компаний в качестве специфической формы организации капиталистических
предприятий. Были выявлены попытки правительства в конце
ΧІΧ в. содействовать промышленному развитию страны путем
43
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
насаждения крупных транспортных, торговых, промышленных и
других предприятий в акционерной форме.
Итак, исследования Л. Е. Шепелева, посвященные деятельности акционерных компаний в конце ΧІΧ — начале ХХ в., подтверждали положения, выработанные советской историографией
во второй половине 1950-х — начале 1960-х гг. относительно
оценки российского государственно-монополистического капитализма. На фоне изучения акционерного учредительства историк
акцентировал внимание на высоком уровне развития капитализма
в России, а также на участии государственной власти в насаждении капитализма «сверху».
Следует отметить, что выводы Л. Е. Шепелева о развитии акционерных предприятий к началу ХХ в. схожи с положениями
В. И. Бовыкина. Так, В. И. Бовыкин считал, что еще в начале
1890-х гг. явно выделялись своими позициями среди акционерных компаний в России текстильные, горнопромышленные и пищевкусовые предприятия. В последующие годы текстильные и
пищевкусовые предприятия сохранили свои позиции, а горнопромышленные и горнодобывающие как бы поменялись местами,
ибо первые заметно подрастеряли капиталы, а вторые продолжали наращивать производство.
Из расчетов В. И. Бовыкина, приведенных в монографии, получалось, что наибольшая сумма акционерного капитала на одно
предприятие в начале 1890-х гг. имела место в железнодорожных
обществах, земельных и коммерческих банках, а среди промышленных компаний — в горнопромышленных, металлургических,
текстильных. Именно в этих отраслях российской промышленности господствовали компании-гиганты43.
В. И. Бовыкин привел отраслевую группировку акционерных
промышленных предприятий, во многом дополняющую сведения
Л. Е. Шепелева. Данные, представленные В. И. Бовыкиным, подтвердили основной вывод: в российской промышленности в целом к началу ХХ в. утвердились акционерно-паевые предприятия. Они заняли доминирующие позиции в отраслях, на долю
43
Бовыкин В. И. Формирование финансового капитала в России (конец XIX в. — 1908 г.). М., 1984. С. 107.
44
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
которых приходилось две трети всей промышленной продукции,
в том числе в таких крупнейших, как хлопчатобумажное производство, металлургия, металлообработка, добыча и переработка
нефти, игравшие решающую роль в индустриальном развитии
страны. Вместе с тем эти данные свидетельствовали, что процесс
акционирования российской промышленности проявился поразному в отдельных ее отраслях и охватывал их в весьма неодинаковой степени.
В. И. Бовыкин затронул вопрос о роли личных уний акционерных предприятий в конце ΧІΧ — начале ХХ в. Основные результаты этого исследования были получены В. И. Бовыкиным
совместно с Л. И. Бородкиным и А. Н. Бохановым. Они сводились к следующему: уже по данным на 1896 г. личные унии среди
российских акционерных предприятий получили широкое распространение. Обращает на себя внимание чрезвычайно высокий
уровень охвата личными униями предприятий в сахарной промышленности. Сравнение данных о личных униях на 1896 г. и
1902 г. свидетельствовало о значительном росте как банковских,
так и локальных групп. Эти данные говорили о том, что вследствие интенсивно происходившего в 1890-е гг. процесса переплетения капитала его концентрация к началу ХХ в. была намного выше, чем это показывала акционерная статистика.
В. И. Бовыкин рассмотрел состояние акционерно-паевых
предприятий не только на рубеже ΧІΧ — ХХ вв., но и в первое
десятилетие ХХ в. Он уделил достаточное внимание влиянию на
акционерные компании кризиса 1900–1903 гг. Автор подчеркнул,
что динамика акционерного учредительства, отражающая процесс концентрации капитала, во многом сходна с динамикой роста промышленности, отражающей процесс концентрации производства. И в акционерном учредительстве 1890-е гг. оказались
периодом бурного количественного роста. В следующее восьмилетие этот рост продолжался, но замедленными темпами.
Для этого периода, по мнению В. И. Бовыкина, явно были характерны иные процессы, которые не раскрывали средние показатели, а именно: процессы дифференциации, усиления роли крупных и крупнейших капиталов предприятий в акционерной форме.
В характеристике положения акционерно-паевых предприятий в
45
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
России в годы кризиса и последовавшего за ним периода неустойчивой экономической конъюнктуры важны данные о результатах финансовой деятельности. Именно такой материал предоставила монография В. И. Бовыкина.
В советской литературе не раз обращали внимание на то, что
в официальных отчетах и балансах акционерных обществ и в
статьях, публикованных в российской печати, доходы предпринимателей приуменьшались. Вот почему представлялась интересной методика анализа финансового положения акционерных
предприятий в России, приведенная в работе В. И. Бовыкина.
Анализируя материалы финансовой отчетности акционерных
обществ за 1901–1905 гг., исследователь не ставил перед собой
задачу выявить уровень доходности, а разделил все акционерные
общества по результатам их деятельности за этот период на три
группы: группу предприятий постоянной доходности, тех, которые в отдельные годы имели убытки, а в другие — приносили
прибыль, и, наконец, группу постоянно убыточных предприятий.
По данным В. И. Бовыкина, большая часть акционерных обществ
не приносила постоянного дохода, а 184 из них с капиталом
в 282 млн рублей были устойчиво убыточными. Особое внимание
автор уделил составу двух крайних групп акционерных обществ:
постоянной доходности и устойчиво убыточных. Итак, среди
предприятий постоянной доходности выделялись такие отрасли,
как кредитная, нефтяная, производство по обработке шерсти и
цинка, торговые предприятия. Но к этому следует добавить, что в
ряде отраслей промышленности происходила резкая дифференциация: на одном полюсе оказывались высокодоходные предприятия, на другом — убыточные.
Таким образом, при рассмотрении статистических источников, характеризующих развитие акционерного предпринимательства в 1890-е гг., уже отмечалось, что на данном этапе это развитие проявилось не столько в общем количественном росте,
сколько в процессах внутренней перестройки, смысл которой заключался в более четкой дифференциации акционерных обществ
по сумме их капитала, в укреплении позиций наиболее крупных
из таких обществ. Об этом же свидетельствовали приведенные
В. И. Бовыкиным данные о доходности.
46
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Анализируя события, происходящие в акционерных компаниях в 1900–1908 гг., В. И. Бовыкин полагал, что четко вырисовывались две основные тенденции развития акционерного предпринимательства на этом этапе, выражавшие собой две формы
процесса централизации капитала. С одной стороны, кризис вызвал волну слияний торгово-промышленных, кредитных, других
коммерческих предприятий. Вторая тенденция в происходящей
под влиянием кризиса эволюции акционерного предпринимательства проявилась, как считал автор, в многочисленных попытках организации сбытовых объединений акционерных обществ.
Фактический материал, подтверждающий подобные проявления,
можно найти в работах Л. Е. Шепелева, но именно В. И. Бовыкин
четко назвал и определил их.
Отечественная историография середины 1960-х — середины
1980-х гг. уделяла достаточно внимания вопросу, связанному с акционерным учредительством на рубеже веков. В этот период в исторической науке были заложены новые направления в изучении
процесса акционирования в начале ХХ в. На страницах своих работ Л. Е. Шепелев, В. И. Бовыкин впервые подвергли анализу акционерные предприятия с точки зрения их доходности и рентабельности. Проблема становления и влияния личных уний акционерных предприятий детально разрабатывалась исследователями.
В советской исторической науке процесс акционирования
рассматривался также по отраслям и регионам. Ю. А. Буранов
последовательно проанализировал ход капиталистической перестройки горнозаводской промышленности Урала44. Он выделил
три этапа акционирования уральских предприятий: 1 этап —
1861–1900гг.; 2 этап — 1900–1909 гг.; 3 этап — 1910–1917 гг.
Ю. А. Буранов отмечал, что к осени 1917 г. из 22 действовавших
горнозаводских округов было акционировано 18. Надо отметить,
что характерной чертой последнего этапа было установление
контроля над уральскими фирмами со стороны крупнейших российских коммерческих банков.
44
Буранов Ю. А. Акционирование горнозаводской промышленности
Урала (1861–1917 гг.). М., 1982.
47
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Прослеживая ход перестройки горнозаводского хозяйства
Урала на материалах отдельных округов, исследователь обрисовал конкретный процесс их акционирования. Отсюда убедителен
вывод автора о том, что акционирование уральских горнозаводских хозяйств «по своей сути ничем не отличалось от аналогичных процессов в стране». Сформулированное заключение о единстве тенденций развития общероссийского и уральского регионального процессов акционирования промышленности имело
принципиальное значение. Ю. А. Буранов обратил внимание на
то, что Урал так же, как Юг, Центр, Северо-Запад, развивался по
капиталистическому пути в рамках единой экономической системы. Повсеместно происходило акционирование предприятий
как средство привлечения капиталов, недоступных единоличным
владельцам, образовывались монополии как следствие концентрации производства и слияния банковского и промышленного
капитала. Изучение горнозаводской промышленности Урала,
возникшей в докапиталистическую эпоху и сохранившей на протяжении всего периода капитализма ряд феодальных пережитков
и привилегий, показало, что местные особенности влияли на темп
и формы преобразований, но не на существо процесса.
Советская историография подробно охарактеризовала процесс
создания акционерных компаний в тяжелой промышленности.
Процессы, протекающие в пищевкусовой промышленности, которая играла активную роль в экономике дореволюционной России,
были слабо освещены в литературе. В связи с этим особый интерес вызывают работы О. Н. Мордвинцевой, в которых был проанализирован процесс акционирования винокуренной промышленности в конце ΧІΧ — начале ХХ в45. Исследовательница показала динамику развития акционерного дела в данной отрасли.
По мнению, О. Н. Мордвинцевой процесс акционирования в винокуренной промышленности начался в последней четверти ΧІΧ в.
Создаваемые акционерные общества имели значительный основной капитал. Наибольшее число акционерных обществ было утверждено в последние десятилетия ΧІΧ в. Помимо того, что про45
Мордвинцева О. Н. Развитие акционерного дела в России в конце
XIX — начале XX в. (на примере винокуренной промышленности)
// Вестник МГУ. Серия: История. 1982. № 6. С. 45–55.
48
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
цесс концентрации был обусловлен объективными закономерностями капитализма, О. Н. Мордвинцева для винокуренной промышленности выделила и субъективные причины роста акционерных капиталов. Введение казенной винной монополии подталкивало акционерные общества увеличивать собственное производство. Из приведенных исследователем данных видно, что концентрация капитала в винокуренной промышленности была высока: почти четверть от общего числа акционерных компаний в ней
составляли общества-миллионеры и им принадлежала почти половина всего вложенного в винокурение акционерного капитала.
Таким образом, несмотря на экономическую политику государства, искусственно задерживавшую концентрацию производства в винокурении, процесс концентрации капитала в этой отрасли
шел интенсивно. О. Н. Мордвинцева отмечала, что изменения в винокуренном производстве на рубеже веков были идентичны изменениям в экономике тяжелой и текстильной промышленности.
Итак, вопрос о масштабах и уровне капиталистической перестройки экономики дореволюционной России, о соотношении в
этом процессе общего и особенного, общероссийского и регионального был одним из центральных в советской историографии
середины 1960-х — середины 1980-х гг. Принципиально важен
вывод исследователей о том, что развитие акционерного дела в
России в конце ΧІΧ — начале ХХ в. шло в общем направлении.
Вместе с тем историки на конкретном материале показали, что
процесс акционирования предприятий имел специфические черты, связанные с районом или отраслью.
В советской исторической литературе рассматривался также
вопрос о прибылях крупной промышленной буржуазии в акционерных обществах России на рубеже веков. А. М. Соловьева в
своей работе проиллюстрировала прибыли крупных акционерных
обществ обрабатывающей промышленности России с середины
1880-х гг. до 1914 г46. Хронологические рамки исследования были выбраны вполне закономерно. Именно в этот период происходил интенсивный процесс накопления капитала. По мнению
46
Соловьева А. М. Прибыли крупной промышленной буржуазии в акционерных обществах России в конце XIX — начале XX вв. // История
СССР. 1984. № 3. С. 34–49.
49
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
А. М. Соловьевой, в конце ΧІΧ в. наиболее прибыльные акционерные общества были сосредоточены в Петербургской и Московской губерниях. Автор считала, что самыми прибыльными отраслями российской промышленности были хлопчатобумажная и
химическая (в последнюю входили высокодоходные резиновые
фабрики). А. М. Соловьева отмечала, что в 1890-е гг. хлопчатобумажные предприятия являлись одними из самых доходных в
капиталистическом мире. Так, в 1896–1897 гг. из 92 хлопчатобумажных фабрик России более 1/3 получали от 10% до 30% прибыли на капитал. В США за эти годы из 37 фабрик этой отрасли
лишь 2 получали прибыль свыше 10%.
Проанализировав прибыльность различных акционерных обществ в конце ΧІΧ — начале ХХ в., А. М. Соловьева обратила
внимание на значительные прибыли мощных капиталистических
фирм в тяжелой индустрии южного горнопромышленного района
России. Особенно велики были доходы Новороссийского общества, достигавшие в 1902 г. свыше 118% на основной капитал.
Особое значение А. М. Соловьева уделяла проблеме, связанной с накоплением капиталов промышленной буржуазии. Кроме
дивидендов, важным источником доходов управляющих акционерных обществ были тантьемы, солидные оклады и различные
«наградные». Лишь в 1898 г., по свидетельству автора, финансовое ведомство решило ограничить безналоговую сумму вознаграждений управляющим акционерными обществами.
Оценивая состояние доходов промышленной буржуазии, советские ученые середины 1960-х — середины 1980-х гг. утверждали, что на предприятиях российской монополистической
буржуазии была в сравнении с другими странами высокая норма
прибыли. Основным источником являлась чрезвычайно дешевая
в условиях самодержавного режима рабочая сила. К этому надо
добавить экономическую привилегию российской буржуазии —
собственность на капитал, приносившую в России в 2–3 раза
больше прибыли, чем в Европе.
Другой формой организации финансового капитала были торговые дома. О. Е. Бондаренко изучила эту наиболее раннюю орга-
50
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
низационную форму капитала в лесной промышленности Севера47.
На основе договоров об образовании торговых домов она насчитала в Коми крае приблизительно 11 таких объединений. Все эти торговые дома по характеру деятельности были торгово-промышленными. Лишь небольшая часть из них принадлежала к так
называемым «родственным» торговым домам. Организаторами
торговых домов в лесной промышленности Севера, согласно исследованию О. Е. Бондаренко, являлись купцы и зажиточные крестьяне. Только при организации торгового дома «Ульсен, Стампе и
К0» организаторами и участниками были представители иностранного капитала. Характеристика деятельности торговых домов на
Севере России в конце ΧІΧ — начале ХХ в. показала, что данные
капиталистические объединения возникали как соглашения предпринимателей прежде всего для торговли, а затем включали в свою
деятельность лесозаготовительные и лесопильные операции. Таким
образом, наряду с общими закономерностями возникновения и
деятельности торговых домов в России на рубеже веков, историки
выделили региональные особенности этого процесса.
Появились научные труды, посвященные деятельности и
влиянию русских коммерческих банков в России на рубеже веков48. М. И. Вексельман проследил процесс проникновения русских частных коммерческих банков в Среднюю Азию, показал
их роль в превращении Средней Азии в рынок сырья и сбыта
промышленных изделий российской промышленности. Историком были проанализированы вопросы влияния русских банков
на формирование местной торгово-ростовщической и промышленной буржуазии. Особую роль М. И. Вексельман отводил в
данном процессе Русско-Азиатскому банку, который не только
47
Бондаренко О. Е. Торговые дома как форма капиталистических объединений в лесной промышленности Севера, действовавших на территории Коми Края (конец XIX — начале XX вв.) // Вестник МГУ. Серия: История. 1979. № 2. С. 114–118.
48
Райский Ю. А. Акционерные земельные банки в России во второй
половине XIX — начале XX в.: автореф. дис… канд. ист. наук. Л., 1983;
Вексельман М. И. Деятельность русских коммерческих банков в Средней
Азии и их роль в развитии местной буржуазии // История СССР. 1979. № 4.
С. 150–164.
51
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
проводил кредитование местной буржуазии, но и имел большое
влияние на усиление торгово-комиссионных операций.
М. И. Вексельман отмечал, что до начала ХХ в. сеть частных
коммерческих банков в Средней Азии развивалась слабо, поскольку царское правительство опасалось проникновения в экономику этого региона иностранного капитала, имевшего сильные
позиции в русских коммерческих банках. Автор связывал резкий
скачок в развитии банковского дела в Средней Азии с началом нового промышленного подъема в экономике дореволюционной
России. К концу этого периода, по подсчетам исследователя, число отделений в Средней Азии увеличилось в 3,5 раза. Сложно понять на основании статьи, как М. И. Вексельман оценивал процесс
проникновения частных коммерческих банков в азиатский регион.
С одной стороны, он считал, что это способствовало экономическому развитию данного района, а с другой стороны, историк акцентировал внимание на высоком кредитном проценте, который
должна была выплачивать местная буржуазия. Естественно, что
последнее обстоятельство, по мнению М. И. Вексельмана, вело к
экономическому закабалению Средней Азии.
На наш взгляд, деятельность коммерческих банков носила более
позитивный характер. Именно с их помощью преодолевалась экономическая замкнутость отдельных областей, интенсивнее развивались капиталистические отношения. Широкий банковский кредит
способствовал, с одной стороны, формированию и усилению местной буржуазии и, с другой стороны, привязанности ее к банкам и
усилению процесса поляризации разлагающихся феодальных обществ в Средней Азии. Надо отметить, что русские коммерческие
банки не ограничивались в Средней Азии ведением лишь учетноссудных операций. В начале ХХ в. они стали на путь учредительства
и финансирования хлопковых, маслобойных, оросительных и железнодорожных предприятий, а также самостоятельной торговли
сельскохозяйственным сырьем, главным образом хлопком.
Любопытно, что спустя несколько лет в своей следующей работе, посвященной складыванию национальной буржуазии в
Средней Азии на рубеже веков, М. И. Вексельман более объективно охарактеризовал деятельность коммерческих банков в этом
районе. Автор уже менее акцентировал внимание читателей на
52
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
проблеме экономической зависимости местной буржуазии от
российских капиталовложений. Напротив, М. И. Вексельман полагал, что среди местной буржуазии в Средней Азии, в основном
оставшейся торговой, в конце ΧІΧ — начале ХХ в. выделялась
группа крупных промышленников, обладавшая значительными
капиталами и недвижимым имуществом. По его мнению, эта
часть местной буржуазии в регионе стала партнером, а иногда и
конкурентом российского монополистического капитала.
Итак, несмотря на некоторые спорные положения в исследованиях М. И. Вексельмана, это была первая попытка в отечественной
историографии показать влияние русских коммерческих банков на
развитие отдельных областей России. В частности, в отдельной работе историк проследил воздействие российского капитала на
складывание и утверждение местной буржуазии. Подобное региональное рассмотрение проблемы обозначило перспективные вопросы, связанные с изучением деятельности российских коммерческих банков в районах Прибалтики и Дальнего Востока, с учетом
специфики формирования местной промышленной буржуазии.
В середине 1960-х — середине 1980-х гг. в советской исторической литературе заметно повысился интерес к источниковедческому исследованию комплексов делопроизводственных документов, характеризующих важные процессы социально-экономической истории России в конце ΧІΧ — начале ХХ в. Ряд работ
был посвящен специальному изучению комплексов документов
частнокапиталистических предприятий, действовавших в форме
акционерных компаний49.
49
Голиков А. Г., Наумова Г. Р. Источники по истории акционирования
промышленности // Массовые источники по социально-экономической истории периода капитализма. М., 1979. С. 87–120; Бовыкин В. И., Наумова Г. Р. Источники по истории монополий и финансового капитала
// Массовые источники по социально-экономической истории периода капитализма. М., 1979. С. 120–160; Шепелев Л. Е. Законодательные акты акционерного учредительства // Источниковедение отечественной истории.
М., 1973. С. 59–75; Гиндин И. Ф. Балансы акционерных предприятий как
исторический источник // Малоисследованные источники по истории
СССР XIX–XX вв. М., 1964. С. 74–121.
53
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Одна группа исследователей (В. И. Бовыкин, Г. Р. Наумова,
С. В. Воронкова, А. Г. Голиков) занималась общей характеристикой регламентации делопроизводства акционерных компаний и
особенностями его ведения в ряде обществ. Историки рассмотрели также исторические судьбы архивов акционерных компаний и
их современное состояние. Другая группа специалистов
(Л. Е. Шепелев, И. Ф. Гиндин и другие) посвятила свои научные
труды конкретному источнику по истории акционирования российской промышленности. В результате в научный оборот были
введены ранее не использованные исследователями исторические
источники. Так, И. Ф. Гиндин считал, что балансы акционерных
предприятий содержали исключительные сведения о капиталах и
доходах промышленных и других предприятий. Действительно,
именно по балансам семейных предприятий можно было изучать
накопление капиталов русской промышленной буржуазии. Расширение источниковой базы по данной теме позволило историкам подвергнуть сомнению бытовавшее в исторической литературе утверждение о баснословной прибыли монополистов в
1909–1913 гг. И. Ф. Гиндин и другие отмечали, что «только нефтяные монополии и меньшинство предприятий, входивших в
синдикат Продамет , единичные машиностроительные предприятия и немногие в России меднопрокатные заводы имели отчетливо выделяющийся монопольно-высокий уровень прибыли».
Источниковедческие работы середины 1960-х — середины
1980-х гг. расширили источниковую базу исследований, посвященных основным формам организации российского капитала на
рубеже веков. Историки ввели в научный оборот ранее малоиспользованные делопроизводственные документы, которые содержали интересную информацию о состоянии экономики в России в конце ΧІΧ — начале ХХ в. Новые данные способствовали
корректировке некоторых положений по истории монополий и
финансового капитала, существовавших в исторической науке
предшествовавшего периода.
Итак, отечественная историография середины 1960-х — середины 1980-х гг. серьезно проанализировала состояние основных форм организации финансового капитала. Ученые подробно
рассмотрели проблемы, связанные с акционерным делом. В част54
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ности, детально были проработаны вопросы по акционерному
учредительству на рубеже веков. Данные, приведенные различными исследователями, мало отличались друг от друга.
В указанный период в исторической науке были заложены
новые направления в исследовании процесса акционирования в
начале ХХ в. Историки впервые подвергли анализу акционерные
предприятия с точки зрения их доходности и рентабельности.
Особое внимание было уделено изучению становления и влияния
личных уний акционерных предприятий. Отечественные исследователи расширили представления о генезисе крупнокапиталистической промышленности дореволюционной России, о соотношении новейших тенденций и пережиточных явлений в исследованиях, рассматривавших процесс акционирования в отраслевом и региональном разрезе.
В середине 1960-х — середине 1980-х гг. примечательным был
цикл источниковедческих работ. Историки разработали методы
анализа и обработки делопроизводственных документов, обозначили более эффективные способы извлечения информации. Постановка и решение этих задач, способствуя изучению более общих
проблем исторического познания, в конечном счете воздействовала
на совершенствование их уровня. Благодаря проведенным исследованиям существенно расширилась источниковая база научных работ по социально-экономической истории начала ХХ в.
Таким образом, историческая наука, анализируя формы организации предпринимателей, расширила проблематику конкретноисторических исследований, посвященных российскому монополистическому капитализму. Историки на примере изучения торгово-промышленных заведений продолжили развивать основные
положения советской историографии предшествующего периода,
связанные с экономическим развитием страны в конце ΧІΧ —
начале ХХ в. Подобная преемственность, основанная на использовании марксистско-ленинской методологии в исторических
трудах, отразилась прежде всего на оценке уровня развития монополистического капитализма дореволюционной России.
55
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ЛЕКЦИЯ 4
Проблема взаимоотношений
государственной власти с монополиями
в работах второй половины 1980-х гг.
Особый интерес у историков второй половины 1980-х гг. вызывала проблема развития государственно-монополистического
капитализма в стране, уровень взаимодействия государственного
аппарата с промышленным и банковским капиталом. Отличительной особенностью исторической науки данного периода было расширение хронологических рамок и проблематики конкретно-исторических исследований, посвященных связям государственной власти с капиталистическими монополиями.
Научные работы второй половины 1980-х гг. были связаны с
положением советской исторической науки предыдущего периода.
Исследователи, продолжая критику концепции подчинения самодержавия монополистическими объединениями, утверждали, что
русский капитализм в общем достиг «весьма высокого уровня развития» и создал к Октябрю 1917 г. необходимые «материальные и
культурные предпосылки», «оптимальное сочетание» «исключительно благоприятных условий» для перехода к социализму. Такие
выводы способствовали обоснованию в советской исторической
литературе не всегда адекватной оценки экономического уровня
развития России в начале ХХ в. В результате, как и в предшествующие годы, роль и влияние государства в экономике страны не
получали должного отражения в трудах отечественных историков.
Влияние подобных установок проявилось в серии работ, посвященных характеристике экономической политики правительства в предреволюционные годы. Анализ взаимоотношений правительства и буржуазии во время Первой мировой войны был задачей исследования В. Я. Лаверычева50. Автор рассмотрел возрастающее значение монополистических союзов в промышленности, непосредственно занятой выполнением военных заказов,
50
Лаверычев В. Я. Военный государственно-монополистический капитализм в России. М., 1988.
56
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
акцентируя внимание на усилении позиций финансового капитала и банковских монополий. В работе было показано, что складывание и развитие государственно-монополистического регулирования было отражением силы и влияния существовавших монополий. Корректируя свои прежние оценки, историк пришел к
выводу, что в годы Первой мировой войны в России сложилась
система государственно-монополистических органов.
В. Я. Лаверычев, сосредоточив основное внимание на вопросах, связанных с активизацией деятельности монополистических объединений в 1914–1917 гг., оставил за рамками научной работы характеристику государственного воздействия на
экономику страны. В результате ключевые позиции в социально-экономической жизни России начала ХХ в., согласно отечественной историографии второй половины 1980-х — начала
1990-х гг., занимали монополии.
Следует подчеркнуть, что изучение государственномонополистического капитализма рассматривалось советскими
историками как составная часть исследования общей проблемы
исторических предпосылок Октябрьской революции. Закрепившиеся тезисы о «высокоразвитом российском капитализме»,
«неизбежности социалистической революции» препятствовали
объективному отражению роли государства в процессе стабилизации экономики. Между тем исследователи частично проанализировали инициативу государственной власти в хозяйственно-экономических мероприятиях на рубеже веков. В статье
В. Я. Лаверычева было показано влияние самодержавия в вопросах использования аппарата капиталистических монополий
в общегосударственном регулировании 51. Историк писал, что
«царское правительство, опасавшееся дальнейшего усиления
монополистической буржуазии и финансового капитала», выработало ряд проектов для усиления государственной власти.
В. В. Поликарпов привел данные о расширении казенного предпринимательства в начале ХХ в. По свидетельству автора, Совет Министров в 1916 г. выделил 12,6 млн рублей на устройст51
Лаверычев В. Я. Российская буржуазия и принудительное синдицирование // История СССР. 1988. № 6. С. 144–154.
57
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
во казенного вагоностроительного завода, связанного производственно с казенным металлургическим предприятием52.
Широкая программа санкций против предпринимательских
объединений (в том числе рост казенной промышленности) расценивалась в исторической литературе второй половины 1980-х гг., с
одной стороны, «как общая линия экономической политики», а с
другой — как «чиновничье прожектерство». По словам
В. Я. Лаверычева, на самом деле монополистам ничто не мешало
«достаточно эффективно препятствовать казенному предпринимательству… Магнатам финансового капитала, — продолжал он, —
имевшим прочные связи в правительственных сферах, все же удавалось добиваться замедления этих нежелательных процессов»53.
Анализируя степень активности монополистического капитализма и госаппарата в российской экономике, историки рассмотрели структуру аппарата центрального военно-промышленного
комплекса (ЦВПК). М. Ф. Юрий указывал на то, что организационное устройство ЦВПК «напоминало любое бюрократическое
учреждение России»54.
Таким образом, отечественная историческая наука второй
половины 1980-х гг., используя разнообразные источники по государственно-политическому регулированию экономики России
в условиях военного времени, продолжила разрабатывать проблему взаимоотношений между государством и монополиями с
марксистско-ленинских теоретико-методологических позиций.
В научных работах отмечалось возрастание влияния монополистического капитала на политику правительства. Оставляя приоритетное положение в экономике страны за капиталистическими
монополиями, историки опубликовали фактический материал
52
Поликарпов В. В. О коммерческом управлении государственной
промышленностью в России начала XX в. // Вестник МГУ. Серия: История. 1988. № 4. С. 51.
53
Лаверычев В. Я. Военный государственно-монополистический капитализм в России. С. 133–135.
54
Юрий М. Ф. Организационное устройство центрального военнопромышленного комплекса (1915 — февраль 1917 гг.) // Государственные
учреждения и общественные организации СССР. История и современность. М., 1986. С. 140–146 .
58
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
о развертывании казенного заводостроительства. Приведенный
исторической материал свидетельствовал о необходимости дальнейшего изучения размеров и значения государственного сектора
для промышленного развития страны на рубеже веков.
Следующий цикл трудов был посвящен характеристике торгово-промышленной политики правительства в конце ΧІΧ в. —
1914 г. В отечественной исторической литературе было показано
влияние государства на состояние кредитной системы в стране.
В. В. Ананьич подчеркивал, что проведенная С. Ю. Витте реформа Государственного банка превратила его «в один из важнейших
органов контроля над денежным обращением и всей кредитной
системы» России. Автор считал, что в начале ХХ в. существовал
паритет между банковским капиталом и государственной властью55. В отличие от В. Я. Лаверычева, И. Я. Дьяконовой и
Ю. А. Петрова, Б. В. Ананьич отмечал, что «русская буржуазия
была еще недостаточно сильна для того, чтобы существенным
образом влиять на государственную политику». В другой своей
работе исследователь утверждал, что накануне Первой мировой
войны владельцы банкирских домов чувствовали себя увереннее,
чем прежде, «требуя от правительства считаться с тем, что в России есть свои достойные представители банкирского мира, подобные Мендельсонам, Ротшильдам»56.
Другим аспектом темы являлся вопрос об экономической политике самодержавия в конце ΧІΧ в. — 1914 г. Этой проблемой
занимался Л. Е. Шепелев57. Достоинством монографии автора было исследование торгово-промышленной политики правительства,
с одной стороны, и предпринимательской буржуазии — с другой.
Новую интерпретацию у историка получил факт создания
в 1905 г. Министерства торговли и промышленности. По мнению
55
Ананьич Б. В. Правовое положение банкирских заведений в России
(1880–1914 гг.) // Социально-экономическое развитие России. М., 1986.
С. 209.
56
Ананьич Б. В. Банкирские дома в России 1900–1914 гг. Очерки истории частного предпринимательства. Л., 1991.
57
Шепелев Л. Е. Проблема промышленного развития России в финансовой политике царизма начала XX в. // Монополии и экономическая политика царизма в конце XIX — начале XX в. Л., 1987. С. 163–182.
59
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Л. Е. Шепелева, таким образом реализовался новый подход правительства к нуждам хозяйственно-политического развития страны.
Новым явлением в историографии была попытка охарактеризовать основные моменты, связанные с осуществлением торговопромышленной политики: промышленность и рабочий вопрос, государственное предпринимательство и казенные заказы. В работе
показано, что в 1912–1914 гг. «возникает целый ряд проектов
расширения сферы казенного предпринимательства».
Итак, приведенные Л. Е. Шепелевым источники отразили
общую тенденцию возрастания государственного воздействия на
экономику России начала XX в. Между тем выводы автора относительно уровня связей между буржуазией и госаппаратом основывались на положениях марксистско-ленинской методологии.
Достаточно отметить, что общим итогом развития промышленности в 1904–1914 гг. исследователь считал «существенный процесс в вызревании экономических предпосылок Февральской
1917 г. и Великой Октябрьской революций».
Историки второй половины 1980-х гг. изучили попытки государства заменить обычные административные методы хозяйствования «коммерческими». В. В. Поликарпов полагал, что практика
«коммерческого» управления казенными предприятиями в начале
ХХ в. не отличалась от обычной административной58. В целом
авторы не признавали действенности принимаемых государством
решений. Приведенные положения вызывали сомнения и нуждались в дальнейшей разработке.
В рамках проблемы взаимоотношений буржуазии и правительства в конце ΧІΧ — начале ΧΧ в. был рассмотрен вопрос
о введении подоходного налога в России59. Исследователи считали, что предпринимательская деятельность торгово-промышленного класса облагалась государственными налогами в незначительной степени. Историки, оценивая характер связей монополистического капитала с госаппаратом, показали заинтересован58
Поликарпов В. В. О коммерческом управлении государственной
промышленностью в России начала XX в. С. 48–62.
59
Боханов А. Н. Вопрос о подоходном налоге в России и крупная
буржуазия (конец XIX — начало XX в.) // Исторические записки. М., 1986.
Т. 114. С. 129.
60
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ность государственной власти в развитии хозяйственно-экономической деятельности буржуазии. Вместе с тем ученые считали,
что исторически сложившуюся систему государственного вмешательства в интересах крупного капитала легче было поставить на
службу монополиям, приспособить к их интересам.
Вопросы взаимодействия царизма и буржуазии в конце ΧІΧ в.
в исторической науке освещались с точки зрения правового положения промышленников. В. Я. Лаверычев писал, что по всем важным вопросам министерства регулярно запрашивали мнения
предпринимательских организаций и внимательно к ним относились. Но определяющую роль в экономическом управлении страной в конце ΧІΧ в. исследователь оставил за государством60.
Так, отечественная историография на примере изучения участия буржуазии в общественной жизни, ее места в политическом
строе отмечала двойственное отношение госаппарата царизма к
торгово-промышленному капиталу. С одной стороны, чиновники
защищали интересы буржуазии, с другой, требовали за это верноподданнического поведения, предполагающего отказ от какихлибо посягательств на права верховной власти.
Расширение источниковой базы исследования способствовало появлению научных работ, связанных с систематизацией и
анализом новых архивных материалов61. И. А. Дьяконовой была
опубликована и прокомментирована переписка директоров Петербургского Международного коммерческого банка. Характер
документов позволил автору убедиться в непрерывно возрастающей роли банков в финансах, промышленности, железнодорожном транспорте России на протяжении конца ΧІΧ в.
И. А. Дьяконова, используя переписку А. Ю. Ротшильда с
С. Ю. Витте, пришла к выводу, что между финансовыми магнатами и представителями государственной власти были «хорошо
налаженные личные связи». На основании введенных в научный
60
Лаверычев В. Я. Самодержавие и крупная буржуазия после 1861 г.
// Социально-экономическое развитие России. М., 1986. С. 187.
61
Воронкова С. В. Проблемы источниковедения истории России периода капитализма. М., 1985; Дьяконова И. А. Из конфиденциальной переписки А. Ю. Ротштейна // Исторические записки. М., 1987. Т. 115. С. 221–
242.
61
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
оборот новых источников историография второй половины
1980-х гг. заключила, что на рубеже веков сотрудничество госаппарата самодержавия с ведущими банками страны было активным. Анализ отечественной исторической литературы подтверждал влияние марксистско-ленинской методологии на изучение
вопросов, связанных с характеристикой российского государственно-монополистического капитализма. Вместе с тем историографический плюрализм, зародившийся в рамках формационного
подхода, способствовал публикации фактического материала
о расширении государственного вмешательства в экономику дореволюционной России.
Нарастание новых явлений в современной историографии на
рубеже 1980-х — 1990-х гг. продемонстрировала конференция по
методологии, истории, историографии и источниковедению62.
Принципиальное, ориентирующее значение имел доклад И. Д. Ковальченко «Актуальные вопросы методологии исторического исследования». Автор обратил внимание на проблему изучения альтернативных ситуаций на основе преодоления историками привычки к догматическому мышлению. Впервые в отечественной
историографии на конференции был поставлен вопрос
о существовании опосредованной российским государством фундаментальной преемственности между дореволюционными и послереволюционными периодами истории промышленной администрации. Историки современного периода должны были решить:
изменила ли революция 1917 г. и ее политические программы
роль государства, или поведение государственных организаций
было сохранено и послужило основой послереволюционных процессов? Подобная постановка проблемы стимулировала исследование связей между госаппаратом и монополиями, привлекая различные, ранее не вводимые в научный оборот источники.
Изменения, происходившие во второй половине 1980-х —
начале 1990-х гг. в обществе, активизировали в исторической
науке методологические поиски для характеристики промышленного развития России на рубеже веков. Социальная потребность
62
Материалы научной конференции «История и перестройка»
// История СССР. 1989. № 3. С. 208–215.
62
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
выдвинула перед исследователями задачу — заполнить вакуум в
социально-экономической истории страны в конце ΧІΧ — начале
ΧΧ в. научными трудами, объективно отражающими, во-первых,
роль государственной власти в экономике, во-вторых, проблемы,
связанные с государственно-монополистическим капитализмом.
Во второй половине 1980-х — 1991 гг. ученые продолжили
изучение взаимоотношений госаппарата с монополиями. Исследователи (В. Я. Лаверычев, М. Ф. Юрий и другие), занимающиеся
историей дореволюционной России, рассматривали государственно-монополистический капитализм, основываясь на идее подчинения экономической политики царизма интересам монополий.
Вслед за историками 1960-х — 1980-х гг. авторы отмечали высокий уровень развития капитализма в стране, наличие необходимых
материальных предпосылок для Октября 1917 г. Вместе с тем
В. В. Поликарпов опубликовал фактический материал о расширении казенного заводостроительства в годы Первой мировой войны.
В работах Л. Е. Шепелева, Б. В. Ананьича и А. Н. Боханова,
посвященных анализу отношений буржуазии с государственной
властью в конце ΧІΧ в. — 1914 г., появились новые данные о паритете между банковским капиталом и госаппаратом, а также о
возрастании государственного воздействия на экономическую
жизнь страны. Исследователи (В. Я. Лаверычев, Б. В. Ананьич),
анализируя характеристику правового положения буржуазии, показали влияние монополистического капитала на социальноэкономические процессы в конце ΧІΧ — начале ΧΧ в.
Изменения, которые произошли в обществе в конце 1980-х гг.,
способствовали переосмыслению положений, связанных с «неизбежностью» социалистической революции в России. В исторической науке приобрели актуальность проблемы изучения альтернативных ситуаций и казавшаяся ранее крамольной мысль о преемственности методов государственного управления промышленностью до и после революции. Подобная постановка вопросов стимулировала дальнейшее исследование роли и места государственного регулирования российской экономики начала ХХ в.
Между тем в отечественной историографии скорее была заметна декларация новых подходов к характеристике сюжетов,
связанных с экономическим положением дореволюционной Рос63
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сии, нежели реальная новизна. Работы второй половины
1980-х гг. по-прежнему создавались на основе марксистско-ленинской методологии. В то же время наметился постепенный отход от наиболее догматических положений. Историки стали обращаться к новым методам при анализе уровня связей правительства с монополиями, роли монополистических объединений в социально-экономической жизни дореволюционной России.
64
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Заключение
Проблема социально-экономического развития России
в начале XX в., как показывает ее историографическое исследование, была и остается в ряду тех, к которым постоянно привлекалось внимание историков. В ее разработке получили достаточно
отчетливое выражение общие черты развития отечественной исторической науки, а одновременно и обстоятельства, налагавшие
свою печать на изучение отдельных сюжетов истории. В основе
историографического процесса переплетались две тенденции: зависимость частного от общего, т. е. зависимость изучения проблемы от общих методологических и методических принципов, и
от характера политического интереса к самой проблеме.
Анализ развития отечественной науки середины 1960-х —
второй половины 1980-х гг. позволяет сделать вывод не только об
обусловленности ее административно-управленческим фактором,
но и о проявлении в ней известных закономерностей научного
познания. В советской литературе отчетливо были видны свои
внутренние грани, которые, однако, подчинялись связующему
звену: постепенному выделению методологических, источниковедческих исследований в области социально-экономической истории дореволюционной России, стремлению к совершенствованию методики.
Особенности историографической разработки темы в заявленный период заключались, во-первых, в неуклонном расширении
сферы наблюдений и увеличении темпов развития науки. Вовторых, историки использовали некоторые элементы новых подходов и новых знаний, рассматривали ранее неизученные проблемы.
В. И. Бовыкин, В. Я. Лаверычев, В. А. Нардова, С. С. Алияров и другие продолжили изучение основных тенденций и направлений процесса монополизации экономики дореволюционной России. Дискуссионным для этого периода остался вопрос о
65
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
времени возникновения первых монополистических объединений. Расхождения были связаны с различными положениями по
этому вопросу В. Я. Лаверычева и В. И. Бовыкина. Первый относил возникновение монополий к 60–70-м гг. XIX в., второй полагал, что о первых монополистических объединениях можно говорить лишь в 80-е гг. XIX в. Представляется, что группа ученых,
разделявших точку зрения В. И. Бовыкина ближе стояла к разрешению проблемы.
В. Я. Лаверычев и Г. Р. Наумова показали, что экономика
России конца XIX — начала XX в. располагала большим разнообразием в формах организации монополий. Исследователи считали, что характерной чертой монополизации российской промышленности было синдикатское движение.
Во второй половине 1960-х — начале 1970-х гг. ученые, рассматривая историю монополистического капитализма, особое
внимание обратили на проблему взаимодействия различных социально-экономических укладов в экономике страны в начале
XX в. П. В. Волобуев, К. Н. Тарновский, Ю. А. Буранов и другие,
отмечая многоукладность российской экономики, поставили под
сомнение положение о высоком уровне развития капитализма.
В понимании конкретно-исторической ситуации подобная формулировка была неприемлема, т. к. она противоречила доминирующим в советской науке представлениям о наличии высокой
степени зрелости предпосылок Октябрьской революции.
Развивая положения историографии второй половины 1950-х
— начала 1960-х гг., Н. Г. Абрамова, В. С. Дякин, М. Ю. Лачаева
и другие разрабатывали вопросы, касающиеся экспорта иностранного капитала в промышленное производство страны. В середине 1960-х — середине 1980-х гг. роль иностранных капиталовложений в российской экономике была проанализирована в
отраслевом и региональном разрезе. Расширение проблематики
конкретно-исторических исследований отразилось также в рабо-
66
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тах, посвященных монополистическому капитализму. Впервые
деятельность торгово-промышленных заведений конца XIX —
начала XX в. стала объектом изучения историков.
Между тем использование марксистско-ленинской методологии заметно повлияло на характеристику экономических процессов, происходивших в дореволюционной России. Например, аспекты, связанные с монополизацией экономики, а также с основными формами организации предпринимателей, рассматривались
в свете складывания материально-организационных предпосылок
Октябрьской революции. Советские исследователи, изучая влияние иностранных инвестиций на экономическую жизнь страны на
рубеже веков, уже не акцентировали внимание на прямой зависимости промышленного развития страны от притока зарубежного капитала. Однако исследователи по-прежнему в полной мере
не определили значение иностранных капиталовложений для
промышленного развития дореволюционной России.
Изменение политической обстановки в стране с середины
1980-х гг. способствовало утверждению в науке историографического плюрализма. Развитие исторической мысли о проблемах
экономической истории России начала XX в. во второй половине
1980-х гг. было достаточно сложным и противоречивым. Особенно это заметно на примере изучения историками участия государственной власти в хозяйственной жизни страны. С одной стороны, в научной литературе предпринимались попытки отказаться от стереотипов в освещении исторического прошлого России
конца XIX — начала XX в., были опубликованы новые исторические источники, наблюдалась попытка по-новому подойти к уже
известному фактическому материалу. С другой стороны, в науке
доминировала скорее декларация новых подходов к анализу вопросов, связанных с экономическим положением дореволюционной России, нежели реальная новизна.
67
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Алияров, С. С. Нефтяные монополии в Азербайджане в период первой мировой войны / С. С. Алияров. — Баку, 1974.
2. Бовыкин, В. И. Формирование финансового капитала
в России (конец XIX — 1908 г.) / В. И. Бовыкин. — М., 1984.
3. Бовыкин, В.И. Зарождение финансового капитала в России
/ В. И. Бовыкин. — М., 1967.
4. Бочанова, А. Г. Обрабатывающая промышленность Западной Сибири (конец XIX — начало XX вв.) / А. Г. Бочанова.
— Новосибирск, 1978.
5. Буранов, Ю. А. Акционирование горнозаводской промышленности Урала (1861–1917 гг.) / Ю. А. Буранов. — М., 1982.
6. Воронкова, С. В. Проблемы источниковедения истории
России периода капитализма / С. В. Воронкова. — М., 1985.
7. Голиков, А. Г. Источники по истории акционирования
промышленности / А. Г. Голиков, Г. Р. Наумова // Массовые источники по социально-экономической истории периода капитализма. — М., 1979. — С. 87–120.
8. Дякин, В. С. Германские капиталы в России (электроиндустрия и электрический транспорт) / В. С. Дякин. — Л., 1971.
9. Китанина, Т. М. Военно-инфляционные концерны в России
1914–1917. Концерн Путилова–Стахеева–Батолина / Т. М. Китанина. — Л., 1969.
10. Ковальченко, И. Д. Методы исторического исследования
/ И. Д. Ковальченко. — М., 1987.
11. Лаверычев, В. Я. Военной государственно-монополистический капитализм в России / В. Я. Лаверычев. — М., 1988.
12. Лаверычев, В. Я. Государство и монополии в дореволюционной России: проблемы вмешательства абсолютистского государства в экономическую жизнь и воздействие капиталистических монополий на государственный аппарат / В. Я. Лаверычев.
— М., 1982.
13. Лаверычев, В. Я. Крупная буржуазия в пореформенной
России. 1861–1900 гг. / В. Я. Лаверычев. — М., 1974.
68
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
14. Ланской, Г. Н. Отечественная историография экономической истории России начала XX века / Г. Н. Ланской. — М., 2010.
15. Лачаева, М. Ю. Источниковедческие проблемы изучения
иностранного капитала в России (на примере английского капитала
в меднорудной промышленности Урала и Сибири в начале XX в.):
автореф. дис… канд. ист. наук / М. Ю. Лачаева. — М., 1977.
16. Нардова, В. А. Начало монополизации нефтяной промышленности России (1880–1890-е гг.) / В. А. Нардова. — М., 1974.
17. Наумова, Г. Р. Российские монополии / Г. Р. Наумова.
— М., 1984.
18. Овсянникова, Н. Д. Советская историография истории золотопромышленности России периода империализма / Н. Д. Овсянникова // Вопросы источниковедения и вспомогательных дисциплин. — Калинин. 1977. — С. 107–127.
19. Развитие советской исторической науки. 1970–1974 гг. —
М., 1975.
20. Тарновский, К. Н. Советская историография российского
империализма / К. Н. Тарновский. — М., 1964.
21. Шепелев, Л. Е. Акционерные компании в России
/ Л. Е. Шепелев. — Л., 1973.
22. Шепелев, Л. Е. Царизм и буржуазия в 1904–1914 гг.
/ Л. Е. Шепелев. — Л., 1987.
69
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение ....................................................................................... 3
ЛЕКЦИЯ 1. Освещение монополизации
российской промышленности в отечественной литературе
середины 1960-х — середины 1980-х гг........................................... 6
ЛЕКЦИЯ 2. Изучение роли иностранного капитала
в экономике дореволюционной России .......................................... 31
ЛЕКЦИЯ 3. Изучение форм организации предпринимателей
в советской исторической науке ..................................................... 41
ЛЕКЦИЯ 4. Проблема взаимоотношений
государственной власти с монополиями
в работах второй половины 1980-х гг............................................. 56
Заключение ................................................................................ 65
Список литературы ................................................................... 68
70
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Учебное издание
Смирнова Юлия Борисовна
Экономическое развитие
дореволюционной России
в отечественной историографии
Текст лекций
Редактор, корректор М. Э. Левакова
Верстка М. Э. Леваковой
Подписано в печать 25.01.13. Формат 60×84 1/16.
Усл. печ. л. 4,18. Уч.-изд. л. 3,3.
Тираж 40 экз. Заказ
Оригинал-макет подготовлен
в редакционно-издательском отделе ЯрГУ.
Ярославский государственный университет
им. П. Г. Демидова.
150000, Ярославль, ул. Советская, 14.
71
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
72
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
22
Размер файла
526 Кб
Теги
отечественная, экономическая, историография, смирнова, дореволюционной, развития, россии, 466
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа