close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

1077.История и теория культуры России

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Министерство образования и науки Российской Федерации
Федеральное агентство по образованию
Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова
История и теория
культуры России
Хрестоматия
Рекомендовано
Научно-методическим советом университета для студентов,
обучающихся по специальности Музеология
Ярославль 2007
1
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
УДК 930.85(075)
ББК Т3(0)–7я73+Ч111я73
И 90
Рекомендовано
Редакционно-издательским советом университета
в качестве учебного издания. План 2007 года
Рецензенты:
О.А. Кострикина, кандидат исторических наук;
кафедра гуманитарных дисциплин ЯГТИ
Составители: А.Е. Оторочкина, Ю.Г. Салова, Н.В. Страхова
История и теория культуры России: хрестоматия
/ сост. А.Е. Оторочкина, Ю.Г. Салова, Н.В. Страхова;
И 90
Яросл. гос. ун-т. – Ярославль : ЯрГУ, 2007. – 144 с.
ISBN 978-5-8397-0564-7
В хрестоматию включены источники по истории и теории культуры, на основании которых студенты смогут осваивать наиболее сложные темы курсов «Теория и история
отечественной культуры», «История отечественного искусства», включенных в блок ОПД специальности Музеология.
Хрестоматия может служить дополнительным пособием
для самостоятельной работы студентов, обучающихся по
специальностям История, Социально-культурный сервис и
туризм, изучающих курсы «История мировой культуры»,
«Мировая культура и искусство».
УДК 930.85(075)
ББК Т3(0)–7я73+Ч111я73
© Ярославский государственный
университет им. П.Г. Демидова,
2007
© А.Е. Оторочкина, Ю.Г. Салова,
ISBN 978-5-8397-0564-7
Н.В. Страхова, 2007
2
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ОТ СОСТАВИТЕЛЕЙ
В настоящее время одним из важных принципов изучения
гуманитарных дисциплин является установление межпредметных и междисциплинарных связей. Основная образовательная программа по специальности Музеология содержит
целый ряд дисциплин, которые позволяют студентам получить фундаментальные знания и навыки как в области теории, так и в области практической профессиональной подготовки. Требования к обязательному минимуму содержания
основной образовательной программы определяются государственным образовательным стандартом, в котором, в частности, подчеркивается, что музеолог должен владеть междисциплинарными методами исследований и уметь их применять в анализе современной историко-культурной
проблематики. Содержательная близость курсов “Культурология”, “История и теория культуры”, “История искусства”
позволяет продемонстрировать студентам принципы междисциплинарных связей. История и теория культуры является
составной частью науки культурологии, одним из ее важнейших блоков, основные целеполагающие установки данных
дисциплин схожи: введение студентов в систему современного социокультурного знания через формирование представлений о современных теориях культуры, истории культуры и
истории искусства как неотъемлемой части культурного процесса. С точки зрения преемственности и межпредметности
важно подготовить студента к восприятию ключевых поня3
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тий и терминов, таких как культура, цивилизация, субъект
культуры, культурогенез, динамика культуры, межкультурные коммуникации, культурные традиции, культурная модернизация и т. п. Согласовав эти понятия, определив их
спектр, преподаватели, читающие курсы по культуре и искусству, имеют возможность не останавливаться на объяснении
специальных культурологических дефиниций. Студент, свободно ориентирующийся в понятийном поле данных дисциплин, сформировавший представление об основных направлениях развития культуры, позволяет иначе строить лекционную работу: преподаватель может сосредоточить свое
внимание на отдельных конкретных проблемах и их проявлениях. В то же время при чтении этих курсов несколько иначе
можно выстраивать самостоятельную работу студентов.
В процессе профессиональной подготовки студентымузеологи обязательно должны получить практические навыки работы с различными видами источников. В рамках освоения курсов «Культурология», «История и теория культуры»
на первый план выходит работа с письменными источниками.
В таких условиях именно хрестоматия позволяет снять проблему недоступности некоторых видов материалов.
Изучение специально подобранного комплекса документов по истории отечественной культуры позволяет равномерно переходить от освоения культурологической теории к изучению особенностей отечественной культуры как цельного
культурно-исторического процесса в разные периоды российской истории. Вместе с тем специфику отечественной культуры важно выделять на фоне общемировых культурных
процессов, говоря о роли и месте российской культуры в мировой, что и позволяет сделать обладание культурологическим знанием. Кроме того, опора на культурологический метод дает возможность показать равноценность всех типов
культуры, в том числе и российской, вывести закономерности
динамики и селективности российской культуры.
4
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Культурологическая база приводит к осознанию того, что
отечественная культура, как правило, заимствовала только
внешние формы и проявления, сохраняя свои внутренние основы. Также использование культурологического метода при
изучении истории культуры позволяет отказаться от простого
фактологического изложения в пользу построения модели
культуры, характерной для каждой культурно-исторической
эпохи, и выявить внутренние механизмы саморазвития культуры. Курс “История искусства” читается в тех же семестрах,
и необходимость проработки межпредметных связей становится очевидной. Во многом этот курс опирается на материал
курса по истории культуры, поскольку главная его цель –
раскрыть роль искусства в истории отечественной культуры.
Кроме того, оба этих курса имеют общую проблематику, общий понятийный аппарат, схожую источниковую базу.
В целом курс “История отечественного искусства” можно
обозначить как курс “Истории отечественной художественной культуры”, что говорит о нем как о составной части курса “История и теория культуры” и позволяет применять все
культурологические методы.
Реализация подобного междисциплинарного подхода необходима не только в рамках лекционных занятий, но и на
семинарах. Наличие межпредметных связей, близости источникового материала делает возможной подготовку общей
хрестоматии по данным дисциплинам.
5
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ПРОКОПИЙ КЕСАРИЙСКИЙ
О СЛАВЯНАХ И АНТАХ
Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии), и поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается делом общим. И
во всем остальном у обоих этих варварских племен вся жизнь и
узаконения одинаковы. Они считают, что один только бог, творец
молний, является владыкой над всеми, и ему приносят в жертву
быков и совершают другие священные обряды. Судьбы они не
знают и вообще не признают, что она по отношению к людям
имеет какую-либо силу, и когда им вот-вот грозит смерть, охваченным ли болезнью, или на войне попавшим в опасное положение, то они дают обещание, если спасутся, тотчас же принести
богу жертву за свою душу, и, избегнув смерти, они приносят в
жертву то, что обещали, и думают, что спасение ими куплено ценой этой жертвы. Они почитают реки, и нимф, и всякие другие
божества, приносят жертвы всем им и при помощи этих жертв
производят и гадания. Живут они в жалких хижинах, на большом
расстоянии друг от друга, и все они часто меняют места жительства. Вступая в битву, большинство из них идет на врагов со щитами и дротиками в руках, панцирей же они никогда не надевают:
иные не носят ни рубашек (хитонов), ни плащей, а одни только
штаны, подтянутые широким поясом на бедрах, и в таком виде
идут на сражение с врагами. У тех и других один и тот же язык,
достаточно варварский. И по внешнему виду они не отличаются
друг от друга. Они очень высокого роста и огромной силы. Цвет
кожи и волос у них очень белый… Образ жизни у них, как и у
массагетов, грубый, безо всяких удобств, вечно они покрыты грязью, но по существу они неплохие люди и совсем не злобные, но
во всей чистоте сохраняют гуннские нравы. И некогда даже имя у
славян и антов было одно и то же. В древности оба эти племени
называли спорами («рассеянными»), думаю потому, что они жили, занимая страну «спораден», «рассеянно», отдельными посел6
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ками. Поэтому-то им и земли надо занимать много. Они живут,
занимая большую часть берега Истра, по ту сторону реки.
Хрестоматия по истории СССР. Т. I / Сост. В. Лебедев и др.
М., 1940.
СЛОВО О ЗАКОНЕ И БЛАГОДАТИ
МИТРОПОЛИТА ИЛАРИОНА
И подобало Благодати и Истине над новыми народами воссиять. Ибо не вливают, по словам Господним, вина учения нового,
благодатного в мехи ветхие, обветшавшие в иудействе: прорываются мехи, и вино вытекает. Не сумевшие удержать тени Закона, столько раз поклонявшиеся идолам, как удержат учение истинной Благодати! Но новое учение – в новые мехи, новые народы: и сберегается то и другое. Так и есть. Ибо вера благодатная
по всей земле распространилась и до нашего народа русского
дошла. И законническое озеро высохло, евангельский же источник наполнился вод и всю землю покрыл, и до нас разлился. Ведь
вот уже и мы со всеми христианами славим Святую Троицу… [...]
Сей славный, рожденный от славных, благородный – от благородных, князь наш Владимир возрос, окреп от детской младости, паче же возмужал, крепостью и силой совершенствуясь, мужеством же и умом преуспевая, и единодержцем стал земли своей, покорив себе соседние народы, иных – миром, а непокорных –
мечом. И вот на него, во дни свои живущего и землю свою пасущего правдою, мужеством и умом, сошло на него посещение
Вышнего, призрело на него Всемилостивое Око Благого Бога. И
воссиял разум в сердце его, чтобы уразуметь суету идольской
лжи, взыскать же Бога Единого, создавшего всю тварь, видимую
и невидимую. К тому же всегда он слышал о благоверной земле
греческой, христолюбивой и сильной верою: как (там) Бога Единого в Троице почитают и поклоняются (Ему), как у них являются силы, и чудеса, и знамения, как церкви людьми наполнены, как
веси и города благоверны, все в молитвах предстоят, все Богу
служат. И услышав это, возжелал сердцем, возгорелся духом,
чтобы быть ему христианином и земле его также быть (христиан7
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ской), что и произошло по изволению Божию о естестве человеческом. Ибо совлекся князь наш, и с ризами ветхого человека
сложил тленнее, отряхнул прах неверия и вошел в святую купель,
и возродился от Духа и воды, во Христа крестившись, во Христа
облекшись. И вышел из купели убеленным, став сыном нетления,
сыном Воскресения, имя приняв вечное, именитое в поколениях
и поколениях – Василий, коим вписан он в Книге Жизни, в вышнем граде, в нетленном Иерусалиме. После того, как это произошло, не оставил он подвига благоверия, не этим только явил
сущую в нем к Богу любовь, но подвигнулся дальше, повелев по
всей земле своей креститься во Имя Отца и Сына и Святаго Духа
и ясно и велегласно во всех городах славить Святую Троицу, и
всем стать христианами: малым и великим, рабам и свободным,
юным и старым, боярам и простолюдинам, богатым и бедным.
И не было ни одного, противящегося благочестивому его повелению. Да если кто и не любовью, то из страха (перед) повелевшим крестился – ибо было благоверие его с властью сопряжено. И в одно время вся земля наша восславила Христа с Отцом и
со Святым Духом.
Тогда начал мрак идольский от нас отходить, и заря благоверия явилась. Тогда тьма бесослужения сгинула, и слово евангельское землю нашу осияло.
Капища разрушались, а церкви поставлялись, идолы сокрушались, а иконы святых являлись, бесы бежали – Крест города
освящал. [...]
Мумриков, А. Иларион, Митрополит Киевский. Слово о законе и благодати // Богословские труды. Вып. 28. М.: Совет Русской Православной Церкви, 1987 (Издательство Московской
Патриархии).
ИЗ КНИГИ «ПЧЕЛА»
ОБ УЧЕНИИ И О БЕСЕДЕ
Богослов. Безмолвное дело лучше бесполезного слова.
8
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Лучше на себе узду носить и другим искусным наездникам
подчиняться, чем взнуздать других и самим стать наездниками.
Делай сказанное и не говори о сделанном.
Плутарх. Этот рассказывал, что Клеанфа и Ксенократа, самых бездарных из учеников, осуждали. Те же отвечали: «Мы подобны сосудам узкогорлым, которые, с трудом принимая вливаемое, стойко и хорошо его хранят».
Филипп – царь. Когда музыкант настраивал гусли свои, Филипп, сидя, сказал: «Неверно делаешь, было иначе». И музыкант
отвечал: «Да не обрушит на тебя бог свой гнев, о царь, за то, что
и в музыке ты лучше меня разбираешься!»
Как коню ржание, и псу лай, и волу рев, и барсу рычанье дано, и это их признак, так и человеку слово, и это признак его, и
сила его, и оружье, оплот и ограда; это боголюбивое живое существо из всех прочих животных этим отмечено.
Мосхион. Когда беседуешь с другими, посмотри, лучше тебя
собеседник, или хуже, или равен тебе. Если увидишь, что лучше – покорись ему, если же хуже – его покори, если же равен тебе – то будь с ним в согласье.
Солон. Этот говорил, что слово – вид дела. [...]
О ПОУЧЕНИИ
Еврипид. Все мы искусны поучать, а сами не ведаем, что творим.
Эзоп. Этот сказал: «Каждый из нас два мешка носит: один
перед собою, другой – за собой. В передний складываем чужие
ошибки, в задний же – свои».
О ФИЛОСОФИИ И ОБ УЧЕНИИ ДЕТЕЙ
Невозможны обширные знанья при редком ученье.
Златоуст. Скажи мне, кто из вас, домой возвратясь, книги
взял христианские в руки, и прочел, и обдумал написанное? Никто не может этого сказать. Вот карты и шахматы у многих из вас
можно найти, а книг ни у кого, разве что у немногих, но и те таковы же, как и не имущие книг: закрывши, кладут их в лари – вот
и вся забота о книжной мудрости и письменной красоте, а о чте9
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нии и не заботятся. Не душевной пользы ради приобретают книги, но желая явить богатство свое и гордыню. Так преумножилось среди них тщеславие, и нет никого, кто сказал бы: «Знаю
силу книги!» [...]
Земледельцы, видя колосья, к земле склоняющиеся, радуются, зная, что наполнены зернами; если же колосья прямо стоят,
тревожатся земледельцы, зная, что пусты они. Так же и юноши,
тягости от отсутствия знаний не ощущая, живут в колебанье, и
даже походка и лица их заносчивы, и вражды исполнены, и никого не щадят они. Начав же осматриваться и плоды собирать от
ученья, от суровых попреков они избавляются. Как сосуд пустой,
воздухом наполненный, наливаясь водою или вином, или иным
чем наполняясь, воздух изгоняет, так же и люди, исполнившись
истинного блага, изгоняют тщеславие. [...]
Что человеку умному тяжелее всего делать? Ответ. А тяжелее
всего человеку умному глупого и упрямого учить человека.
Антология педагогической мысли Древней Руси и Русского
государства XIV – XVII вв. М., 1985. С. 223.
ПОУЧЕНИЕ ВЛАДИМИРА МОНОМАХА
Я, худой, дедом своим Ярославом, благословенным, славным, нареченный в крещении Василием, русским именем Владимир, отцом возлюбленным и матерью своею из рода Мономахов... и христианских ради людей, ибо сколько их соблюл по милости своей и по отцовской молитве от всех бед! Сидя на санях,
помыслил я в душе своей и воздал хвалу Богу, который меня до
этих дней, грешного, сохранил. Дети мои или иной кто, слушая
эту грамотку, не посмейтесь, но кому из детей моих она будет
люба, пусть примет ее в сердце свое и не станет лениться, а будет
трудиться.
Прежде всего, Бога ради и души своей, страх имейте Божий в
сердце своем и милостыню подавайте нескудную, это ведь начало всякого добра. Если же кому не люба грамотка эта, то пусть не
посмеются, а так скажут: на дальнем пути, да на санях сидя, безлепицу молвил.
10
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Ибо встретили меня послы от братьев моих на Волге и сказали: «Поспеши к нам, и выгоним Ростиславичей и волость их отнимем; если же не пойдешь с нами, то мы – сами по себе будем, а
ты – сам по себе». И ответил я: «Хоть вы и гневаетесь, не могу я
ни с вами пойти, ни крестоцелование преступить».
И, отпустив их, взял Псалтырь, в печали разогнул ее, и вот
что мне вынулось: «О чем печалишься, душа моя? Зачем смущаешь меня?» и прочее. И потом собрал я эти полюбившиеся слова
и расположил их по порядку и написал. Если вам последние не
понравятся, начальные хоть возьмите.
«Зачем печалишься, душа моя? Зачем смущаешь меня? Уповай на Бога, ибо верю в него». «Не соревнуйся с лукавыми, не завидуй творящим беззаконие, ибо лукавые будут истреблены, послушные же Господу будут владеть землей». И еще немного: «И
не будет грешника; посмотришь на место его и не найдешь его.
Кроткие же унаследуют землю и насладятся миром. Злоумышляет
грешный против праведного и скрежещет на него зубами своими;
Господь же посмеется над ним, ибо видит, что настанет день его.
Оружие извлекли грешники, натягивают лук свой, чтобы пронзить
нищего и убогого, заклать правых сердцем. Оружие их пронзит
сердца их, и луки их сокрушатся. Лучше праведнику малое, нежели многие богатства грешным. Ибо сила грешных сокрушится,
праведных же укрепляет Господь. Как грешники погибнут, – праведных же милует и одаривает. Ибо благословляющие Его наследуют землю, клянущие же Его истребятся. Господом стопы человека направляются. Когда он упадет, то не разобьется, ибо Господь поддерживает руку его. Молод был и состарился, и не видел
праведника покинутым, ни потомков его просящими хлеба. Всякий день милостыню творит праведник и взаймы дает, и племя его
благословенно будет. Уклонись от зла, сотвори добро, найди мир
и отгони зло, и живи во веки веков». [...]
Поистине, дети мои, разумейте, что человеколюбец Бог милостив и премилостив. Мы, люди, грешны и смертны, и если кто
нам сотворит зло, то мы хотим его поглотить и поскорее пролить
его кровь. А Господь наш, владея и жизнью и смертью, согрешения наши превыше голов наших терпит всю нашу жизнь. Как
отец, чадо свое любя, бьет его и опять привлекает к себе, так же и
11
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Господь наш показал нам победу над врагами, как тремя делами
добрыми избавляться от них и побеждать их: покаянием, слезами
и милостынею. И это вам, дети мои, не тяжкая заповедь Божия,
как теми делами тремя избавиться от грехов своих и царствия небесного не лишиться.
Бога ради, не ленитесь, молю вас, не забывайте трех дел тех,
не тяжки ведь они. Ни затворничеством, ни монашеством, ни голоданием, которые иные добродетельные претерпевают, но малым делом можно получить милость Божию. [...]
Изборник. Повести Древней Руси. М., 1987. С. 59–61.
СЛОВО О ПОГИБЕЛИ РУССКОЙ ЗЕМЛИ
ПОСЛЕ СМЕРТИ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ
ЯРОСЛАВА (1238 – 1246)
О, светло светлая и прекрасно украшенная, земля Русская!
Многими красотами прославлена ты: озерами многими славишься, реками и источниками местночтимыми, горами, крутыми
холмами, высокими дубравами, чистыми полями, дивными зверями, разнообразными птицами, бесчисленными городами великими, селениями славными, садами монастырскими, храмами
божьими и князьями грозными, боярами честными, вельможами
многими. Всем ты преисполнена, земля Русская, о правоверная
вера христианская!
Отсюда до угров и до ляхов, до чехов, от чехов до ятвягов, от
ятвягов до литовцев, до немцев, от немцев до карелов, от карелов
до Устюга, где обитают поганые тоймичи, и за Дышащее море; от
моря до болгар, от болгар до буртасов, от буртасов до черемисов,
от черемисов до мордвы – то все с помощью божьем покорено
было христианским народом, поганые эти страны повиновались
великому князю Всеволоду, отцу его Юрию, князю киевскому,
деду его Владимиру Мономаху, которым половцы своих малых
детей пугали. А литовцы из болот своих на свет не показывались,
а венгры укрепляли каменные стены своих городов железными
воротами, чтобы их великий Владимир не покорил, а немцы радовались, что они далеко – за Синим морем. Буртасы, черемисы,
12
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вяда и мордва бортничали на великого князя Владимира. А император царьградский Мануил от страха великие дары посылал к
нему, чтобы великий князь Владимир Царьград у него не взял. И
в те дни, – от великого Ярослава, и до Владимира, и до нынешнего Ярослава, и до брата его Юрия, князя владимирского, – обрушилась беда на христиан. [...]
Памятники литературы Древней Руси. XIII век. М., 1981.
С. 130 – 131.
ДЖИОВАННИ ДЕЛЬ ПЛАНО КАРПИНИ
ИСТОРИЯ МОНГАЛОВ
Всем верным Христовому учению, до коих может дойти настоящее писание, Иоанн де Плано Карпини, брат ордена миноритов, легат апостольского Престола, посланец к Татарам и иным
народам востока, [желает] милости Божией в настоящем, славы в
будущем и торжествующей победы над врагами Бога и Господа
нашего Иисуса Христа. [...]
Когда направлялись мы, по поручению апостольского Престола, к Татарам и к иным народам востока и знали волю [на то]
Господина Папы и досточтимых кардиналов, мы прежде избрали
путешествие к Татарам. Именно мы опасались, что от них вскоре
будет грозить опасность Церкви Божией. И хотя мы опасались,
что Татары или другие народы могут нас убить или подвергнуть
вечному пленению, или голоду, жажде, холоду, зною, чрезмерным поношениям и трудам и, так сказать, мучить сверх сил [...],
однако мы не щадили себя самих, чтобы иметь возможность исполнить волю Божию согласно поручению Господина Папы и
чтобы принести чем-нибудь пользу христианам [...], дабы Татары
своим случайным и внезапным вторжением не застигли их врасплох, как это и случилось однажды по грехам людским, и не произвели большого кровопролития среди христианского народа.
13
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
О богопочитании, о том, что они признают грехами,
о гаданиях и очищениях и погребальном обряде.
[...] Они веруют в единого Бога, которого признают творцом
всего видимого и невидимого, а также и признают его творцом
как блаженства в этом мире, так и мучений, однако они не чтут
его молитвами или похвалами, или каким-либо обрядом. [...]
Прежде всего, также они делают идол для императора и с почетом ставят его на повозке перед ставкой, как мы видели при
дворе настоящего императора, и приносят ему много даров. [...]
В полдень также они поклоняются ему как Богу и заставляют
поклоняться некоторых знатных лиц, которые им подчинены. Отсюда недавно случилось, что Михаила, который был одним из
великих князей Русских, когда он отправился на поклон к Бату,
они заставили раньше пройти между двух огней; после они сказали ему, чтобы он поклонился на полдень Чингис-хану. Тот ответил, что охотно поклонится Бату и даже его рабам, но не поклонится изображению мертвого человека, так как христианам
этого делать не подобает. И, после неоднократного указания ему
поклониться и его нежелания, вышеупомянутый князь передал
ему через сына Ярослава, что он будет убит, если не поклонится.
Тот ответил, что лучше желает умереть, чем сделать то, чего не
подобает. И Бату послал одного телохранителя, который бил его
пяткой в живот против сердца так долго, пока тот не скончался.
Тогда один из его воинов, который стоял тут же, ободрял его, говоря: «Будь тверд, так как эта мука недолго для тебя продолжится, и тотчас воспоследует вечное веселие». После этого ему отрезали голову ножом, и у вышеупомянутого воина голова была
также отнята ножом.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
О нравах Татар, хороших и дурных,
их пище и обычаях
[...] Они весьма горды по сравнению с другими людьми и
всех презирают, мало того, считают их, так сказать, ни за что,
будь ли то знатные или незнатные. Именно мы видели при дворе
14
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
императора, как знатный муж Ярослав, великий князь Руссии, а
также сын царя и царицы Грузинской, и много великих султанов,
а также князь Солангов не получали среди них никакого должного почета, но приставленные к ним Татары, какого бы то низкого
звания они ни были, шли впереди их и занимали всегда первое и
главное место, а, наоборот, часто тем надлежало сидеть сзади зада их. По сравнению с другими людьми они очень вспыльчивы и
раздражительного нрава. [...]
ГЛАВА ПЯТАЯ
О начале державы Татар, об их князьях,
о власти императора и его князей
…они вступили затем в землю Турков, которые суть язычники, победив ее, они пошли против Руссии и произвели великое
избиение в земле Руссии, разрушили города и крепости и убили
людей, осадили Киев, который был столицей Руссии, и после
долгой осады они взяли его и убили жителей города; отсюда, когда мы ехали через их землю, мы находили бесчисленные головы
и кости мертвых людей, лежавшие на поле; ибо этот город был
весьма большой и очень многолюдный, а теперь он сведен почти
ни на что: едва существует там двести домов, а людей тех держат
они в самом тяжелом рабстве. Подвигаясь отсюда, они сражениями опустошили всю Руссию. Из Руссии же и из Комании вышеназванные вожди подвинулись вперед и сразились с Венграми
и Поляками… [...]
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Как они заключают мир с людьми;
о названиях земель, которые они покорили;
о землях, которые оказали им сопротивление,
и о жестокости, которую они проявляют
к своим подданным
[...] Например, в бытность нашу в Руссии, был прислан туда
один Саррацин, как говорили, из партии Куйюк-кана и Бату, и
этот наместник у всякого человека, имевшего трех сыновей, брал
одного, как нам говорили впоследствии; вместе с тем он уводил
15
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
всех мужчин, не имевших жен, и точно так же поступал с женщинами, не имевшими законных мужей, а равным образом выселял он и бедных, которые снискивали себе пропитание нищенством. Остальных же, согласно своему обычаю, пересчитал, приказывая, чтобы каждый, как малый, так и большой, даже
однодневный младенец, или бедный, или богатый, платил такую
дань, именно, чтобы он давал одну шкуру белого медведя, одного
черного бобра, одного черного соболя, одну черную шкуру некоего животного, имеющего пристанище в той земле, название
которого мы не умеем передать по-латыни, и по-немецки оно называется ильтис (iltis), поляки же и русские называют этого зверя
дохорь (dochori), и одну черную лисью шкуру. И всякий, кто не
даст этого, должен быть отведен к Татарам и обращен в их раба.
Они посылают также за государями земель, чтобы те являлись к ним без замедления; а когда они придут туда, то не получают никакого должного почета, а считаются наряду с другими
презренными личностями, и им надлежит подносить великие дары как вождям, так и их женам, и чиновникам, тысячникам и
сотникам; мало того, все вообще, даже и сами рабы, просят у них
даров с великою надоедливостью, и не только у них, а даже и у
их послов, когда тех посылают к ним. Для некоторых также они
находят случай, чтобы их убить, как было сделано с Михаилом и
с другими; иным же они позволяют вернуться, чтобы привлечь
других; некоторых они губят также напитками или ядом. Ибо их
замысел заключается в том, чтобы им одним господствовать на
земле, поэтому они выискивают случаи против знатных лиц, чтобы убить их. У других же, которым они позволяют вернуться,
они требуют их сыновей или братьев, которых больше никогда не
отпускают, как было сделано с сыном Ярослава, некиим вождем
Аланов, и весьма многими другими. И если отец или брат умирает без наследника, то они никогда не отпускают сына или брата;
мало того, они забирают себе всецело его государство…
16
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ГЛАВА ПОСЛЕДНЯЯ
О тех областях, через которые мы проехали,
и об их положении, о дворе императора Татар
и его князей и о свидетелях, которые нас там нашли
…мы прибыли к другому месту, где был раскинут изумительный шатер, весь из пламенно-красного пурпура, который подарили Китаи. Туда нас ввели также внутрь. [...] Был также воздвигнут высокий помост из досок, где был поставлен трон императора. Трон же был из слоновой кости, изумительно
вырезанный; было там также золото, дорогие камни, если мы хорошо помним, и перлы; и на трон, который сзади был круглым,
взбирались по ступеням. [...]
И, если бы Господь не предуготовил нам некоего Русского по
имени Косму, бывшего золотых дел мастером у императора и
очень им любимого, который оказал нам кое в чем поддержку,
мы, как полагаем, умерли бы, если бы Господь не оказал нам помощи через кого-нибудь другого. Косма показал нам и трон императора, который сделан был им раньше, чем тот воссел на престоле, и печать его, изготовленную им, а также разъяснил нам
надпись на этой печати. И также много других тайн вышеупомянутого императора мы узнали через тех, кто прибыл с другими
вождями, через многих Русских и Венгров, знающих по-латыни и
по-французски, через русских клириков и других, бывших с ними, причем некоторые пребывали тридцать лет на войне и при
других деяниях Татар и знали все их деяния, так как знали язык и
неотлучно пребывали с ними некоторые двадцать, некоторые десять лет, некоторые больше, некоторые меньше; от них мы могли
все разведать, и они сами излагали нам все охотно, иногда даже
без вопросов, так как знали наше желание.
И, чтобы не возникло у кого-нибудь сомнения, что мы были в
земле Татар, мы записываем имена тех, кто нас там нашел. Король Даниил Русский со всеми воинами и людьми, именно с теми, которые прибыли с ним, нашел нас вблизи ставок Картана,
женатого на сестре Бату [...]. У Бату мы нашли сына князя Ярослава, который имел при себе одного воина из Руссии, по имени
Сангора; он родом Коман, но теперь христианин, как и другой
Русский, бывший нашим толмачом у Бату, из земли Суздальской.
17
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
У императора Татар мы нашли князя Ярослава, там умершего, и
его воина, по имени Темера, бывшего нашим толмачом у Куйюккана, то есть императора Татар, как по переводу грамоты императора к Господину Папе, так и при произнесении речей и ответе на
них; там был также Дубарлай, клирик вышеупомянутого князя, и
служители его Яков, Михаил и другой Яков. При возвращении в
землю Бесерминов, в городе Лемфинк, мы нашли Угнея, который, по приказу жены Ярослава и Бату, ехал к вышеупомянутому
Ярославу, а также Коктелеба и всех его товарищей. Все они вернулись в землю Суздальскую в Руссии; у них можно будет, если
потребуется, отыскать истину. У Мауци нашли наших товарищей, которые оставались там, князь Ярослав и его товарищи, а
также некто из Руссии по имени Святополк (Santopolicus) и его
товарищи. И при выезде из Комании мы нашли князя Романа, который въезжал в землю Татар, и его товарищей и живущего поныне князя Алогу (Aloha) и его товарищей. С нами из Комании
выехал также посол князя Черниговского и долго ехал с нами по
Руссии. И все это Русские князья.
Джиованни Дель Плано Карпини. История Монгалов / Пер.
А.И. Малеина. М., 1957.
ЗАДОНЩИНА.
СЛОВО О ВЕЛИКОМ КНЯЗЕ ДМИТРИИ ИВАНОВИЧЕ И О
БРАТЕ ЕГО КНЯЗЕ ВЛАДИМИРЕ АНДРЕЕВИЧЕ, КАК
ПОБЕДИЛИ СУПОСТАТА СВОЕГО МАМАЯ
Князь великий Дмитрий Иванович со своим братом, князем
Владимиром Андреевичем, и со своими воеводами был на пиру у
Микулы Васильевича, и сказал он: "Пришла к нам весть, братья,
что царь Мамай стоит у быстрого Дона, пришел он на Русь и хочет идти на нас в Залесскую землю".[...]
Братья и друзья, сыновья земли Русской! Соберемся вместе,
составим слово к слову, возвеселим Русскую землю, отбросим печать в восточные страны – в удел Симов, и восхвалим победу над
поганым Мамаем, а великого князя Дмитрия Ивановича и брата
18
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
его, князя Владимира Андреевича, прославим! И скажем так: лучше ведь, братья, возвышенными словами вести нам этот рассказ
про поход великого князя Дмитрия Ивановича и брата его, князя
Владимира Андреевича, потомков святого великого князя Владимира Киевского. Начнем рассказывать о их деяниях по делам и по
былям... Вспомнив давние времена, восхвалим вещего Бояна, искусного гусляра в Киеве. Тот ведь вещий Боян, перебирая быстрыми своими перстами живые струны, пел русским князьям славы [...]
И вот князь великий Дмитрий Иванович и брат его, князь
Владимир Андреевич, помолившись Богу и Пречистой его Матери, укрепив ум свой силой, закалив сердца свои мужеством, преисполнившись ратного духа, урядили свои храбрые полки в Русской земле и помянули прадеда своего, великого князя Владимира Киевского.
О жаворонок, летняя птица, радостных дней утеха, взлети к
синим небесам, взгляни на могучий город Москву, воспой славу
великому князю Дмитрию Ивановичу и брату его, князю Владимиру Андреевичу! Словно бурей занесло соколов из земли Залесской в поле Половецкое! Звенит слава по всей земле Русской: в
Москве кони ржут, трубы трубят в Коломне, бубны бьют в Серпухове, стоят знамена русские у Дона великого на берегу. [...]
Звонят колокола вечевые в Великом Новгороде, собрались
мужи новгородские у храма святой Софии и говорят так: "Неужто нам, братья, не поспеть на подмогу к великому князю Дмитрию Ивановичу?" И как только слова эти промолвили, уже как
орлы слетелись. Нет, то не орлы слетелись – выехали посадники
из Великого Новгорода и с ними семь тысяч войска к великому
князю Дмитрию Ивановичу и брату его, князю Владимиру Андреевичу, на помощь.
К славному городу Москве съехались все князья русские и
говорили таково слово: "У Дона стоят татары поганые, Мамайцарь у реки Мечи, между Чуровым и Михайловым, хотят реку
перейти и с жизнью своей расстаться нам во славу".
И сказал князь великий Дмитрий Иванович: "Брат, князь
Владимир Андреевич, пойдем туда, прославим жизнь свою, удивим земли, чтобы старые рассказывали, а молодые помнили! Ис19
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
пытаем храбрецов своих и реку Дон кровью наполним за землю
Русскую и за веру христианскую!" [...]
О соловей, летняя птица, вот бы тебе, соловей, пеньем своим
прославить великого князя Дмитрия Ивановича и брата его князя
Владимира Андреевича, и из земли Литовской двух братьев Ольгердовичей, Андрея и брата его Дмитрия, да Дмитрия Волынского! Те ведь – сыновья Литвы храбрые, кречеты в ратное время и
полководцы прославленные, под звуки труб их пеленали, под
шлемами лелеяли, с конца копья они вскормлены, с острого меча
вспоены, в Литовской земле. [...]
Вот уже заскрипели телеги меж Доном и Днепром, идут хинове на Русскую землю! Набежали серые волки с устьев Дона и
Днепра, воют, притаившись на Мече, хотят ринуться на Русскую
землю. То не серые волки были – пришли поганые татары, хотят
пройти войной всю Русскую землю.
Тогда гуси загоготали и лебеди крыльями заплескали. Нет, то
не гуси загоготали и не лебеди крыльями заплескали: то поганый
Мамай пришел на Русскую землю и воинов своих привел. А уже
гибель их подстерегают крылатые птицы, паря под облаками, вороны неумолчно грают, а галки по-своему говорят, орлы клекочут, волки грозно воют, а лисицы брешут, кости чуя. [...]
Тогда князь великий – Дмитрий Иванович вступил в золотое
свое стремя, сел на своего борзого коня, и взял свой меч в правую
руку, и помолился Богу и Пречистой его Матери. Солнце ему ясно на востоке сияет и путь указует, а Борис и Глеб молитву возносят за сродников своих.
Что шумит, что гремит рано пред рассветом? То князь Владимир Андреевич полки устанавливает и ведет их к великому
Дону. И молвил он брату своему, великому князю Дмитрию Ивановичу: "Не поддавайся, брат, поганым татарам – ведь поганые
уже поля русские топчут и вотчину нашу отнимают!" [...]
Уже ведь те соколы и кречеты и белозерские ястребы за Дон
скоро перелетели и ударили по несметным стадам гусиным и лебединым. То ведь были не соколы и не кречеты,- то обрушились
русские князья на силу татарскую. И ударили копья каленые о
доспехи татарские, загремели мечи булатные о шлемы хиновские
на поле Куликовом, на речке Непрядве.
20
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Черна земля под копытами, костями татарскими поля усеяны,
а кровью их земля залита. Это сильные рати сошлись вместе и
растоптали холмы и луга, а реки, потоки и озера замутились.
Кликнул Див в Русской земле, велит послушать грозным землям.
Понеслась слава к Железным Воротам, и к Орначу, к Риму, и к
Кафе по морю, и к Тырнову, а оттуда к Царьграду на похвалу
русским князьям: Русь великая одолела рать татарскую на поле
Куликовом, на речке Непрядве. [...]
Изборник. Повести Древней Руси. М., 1987. С. 191–194.
СКАЗАНИЕ О МАМАЕВОМ ПОБОИЩЕ
НАЧАЛО ПОВЕСТИ О ТОМ, КАК ДАРОВАЛ БОГ ПОБЕДУ
ГОСУДАРЮ ВЕЛИКОМУ КНЯЗЮ ДМИТРИЮ
ИВАНОВИЧУ
ЗА ДОНОМ НАД ПОГАНЫМ МАМАЕМ
И КАК МОЛИТВАМИ ПРЕЧИСТОЙ БОГОРОДИЦЫ
И РУССКИХ ЧУДОТВОРЦЕВ ПРАВОСЛАВНОЕ
ХРИСТИАНСТВО – РУССКУЮ ЗЕМЛЮ БОГ ВОЗВЫСИЛ,
А БЕЗБОЖНЫХ АГАРЯН ПОСРАМИЛ
Хочу вам, братья, поведать о брани недавней войны, как случилась битва на Дону великого князя Дмитрия Ивановича и всех
православных христиан с поганым Мамаем и с безбожными агарянами. И возвысил бог род христианский, а поганых унизил и
посрамил их дикость, как и в старые времена помог Гедеону над
мадиамами и преславному Моисею над фараоном. Надлежит нам
поведать о величии и милости божьей, как исполнил господь пожелание верных ему, как помог великому князю Дмитрию Ивановичу и брату его князю Владимиру Андреевичу над безбожными половцами и агарянами.
Попущением божьим, за грехи наши, по наваждению дьявола
поднялся князь восточной страны, по имени Мамай, язычник верой, идолопоклонник и иконоборец, злой преследователь христиан. И начал подстрекать его дьявол, и вошло в сердце его искушение против мира христианского… [...]
21
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
И через несколько дней перешел он великую реку Волгу со
всеми силами, и другие многие орды к великому воинству своему
присоединил и сказал им: "Пойдем на Русскую землю и разбогатеем от русского золота!" Пошел же безбожный на Русь, будто
лев, ревущий ярясь, будто неутолимая гадюка злобой дыша. И
дошел уже до устья реки Воронежа, и распустил всю силу свою,
и наказал всем татарам своим так: "Пусть не пашет ни один из
вас хлеба, будьте готовы на русские хлеба!"
Прознал же о том князь Олег Рязанский, что Мамай кочует
на Воронеже и хочет идти на Русь, на великого князя Дмитрия
Ивановича Московского. Скудость ума была в голове его, послал
сына своего к безбожному Мамаю с великою честью и с многими
дарами и писал грамоты свои к нему так: "Восточному великому
и свободному, царям царю Мамаю – радоваться! Твой ставленник, тебе присягавший Олег, князь рязанский, много тебя молит.
Слышал я, господин, что хочешь идти на Русскую землю, на своего слугу князя Димитрия Ивановича Московского, устрашить
его хочешь. Теперь же, господин и пресветлый царь, настало твое
время: золотом, и серебром, и богатством многим переполнилась
земля Московская, и всякими драгоценностями твоему владению
на потребу. А князь Димитрий Московский – человек христианский – как услышит слово ярости твоей, "то отбежит в дальние
пределы свои: либо в Новгород Великий, или на Белоозеро, или
на Двину, а великое богатство московское и золото – все в твоих
руках будет и твоему войску на потребу. Меня же, раба твоего,
Олега Рязанского, власть твоя пощадит, о царь: ведь ради тебя я
крепко устрашаю Русь и князя Димитрия. И еще просим тебя, о
царь, оба раба твои, Олег Рязанский и Ольгерд Литовский: обиду
приняли мы великую от этого великого князя Димитрия Ивановича, и как бы мы в своей обиде твоим именем царским ни грозили ему, а он о том не тревожится. И еще, господин наш царь, город мой Коломну он себе захватил – и о всем том, о царь, жалобу
воссылаем тебе".
И другого послал скоро своего вестника князь Олег Рязанский со своим письмом, написано же в грамоте было так: "К великому князю Ольгерду Литовскому – радоваться великою радостию! Известно ведь, что издавна ты замышлял на великого князя
22
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Димитрия Ивановича Московского, с тем чтобы изгнать его из
Москвы и самому завладеть Москвою. Ныне же, княже, настало
наше время, ибо великий царь Мамай грядет на него и на землю
его. И сейчас, княже, присоединимся мы оба к царю Мамаю, ибо
знаю я, что царь даст тебе город Москву, да и другие города, что
поближе к твоему княжеству, а мне отдаст он город Коломну, да
Владимир, да Муром, которые к моему княжеству поближе стоят.
Я же послал своего гонца к царю Мамаю с великою честью и со
многими дарами, так же и ты пошли своего гонца, и что у тебя
есть из даров, то пошли ты к нему, грамоты свои написав, а как –
сам знаешь, ибо больше меня понимаешь в том".
Князь же Ольгерд Литовский, прознав про все это, очень рад
был великой похвале друга своего князя Олега Рязанского и отправляет быстро посла к царю Мамаю с великими дарами и подарками для царских забав. А пишет свои грамоты так: "Восточному великому царю Мамаю! Князь Ольгерд Литовский, присягавший тебе, много тебя молит. Слышал я, господин, что хочешь
наказать свой удел, своего слугу, московского князя Димитрия,
потому и молю тебя, свободный царь, раб твой: великую обиду
наносит князь Димитрий Московский улуснику твоему князю
Олегу Рязанскому, да и мне также большой вред чинит. Господин
царь, свободный Мамай! Пусть придет власть твоего правления
теперь и в наши места, пусть обратится, о царь, твое внимание на
наши страдания от московского князя Димитрия Ивановича…
[...]
Князь же Олег Рязанский стал торопиться отправлять к Мамаю послов, говоря: "Выступай, царь, скорее на Русь!" Ибо говорит великая мудрость: "Путь нечестивых погибнет, ибо собирают
на себя досаду и поношение". Ныне же этого Олега окаянного
новым Святополком назову.
И прослышал князь великий Дмитрий Иванович, что надвигается на него безбожный царь Мамай со многими ордами и со
всеми силами, неустанно ярясь на христиан и на Христову веру и
завидуя безголовому Батыю, и сильно опечалился князь великий
Дмитрий Иванович из-за нашествия безбожных. И, став пред святою иконою господня образа, что в изголовье его стояла, и, упав
на колени свои, стал молиться и сказал: "Господи! Я, грешный,
23
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
смею ли молиться тебе, смиренный раб твой? Но к кому обращу
печаль мою? Лишь на тебя надеясь, господи, и вознесу печаль
мою. [...] Поклонился и сказал: "На господа уповал – и не погибну". И послал за братом своим, за князем Владимиром Андреевичем в Боровск, и за всеми князьями русскими скорых гонцов разослал, и за всеми воеводами на местах, и за детьми боярскими, и
за всеми служилыми людьми. И повелел им скоро быть у себя в
Москве.
Князь же Владимир Андреевич прибыл быстро в Москву, и
все князья и воеводы. [...]
Князь же великий Дмитрий Иванович послал к нечестивому
царю Мамаю избранного своего юношу, по имени Захарий Тютчев, испытанного разумом и смыслом, дав ему много золота и
двух переводчиков, знающих татарский язык. Захарий же, дойдя
до земли Рязанской и узнав, что Олег Рязанский и Ольгерд Литовский присоединились к поганому царю Мамаю, послал быстро
вестника скрытно к великому князю. [...]
И пришли к нему князья Белозерские, готов они к бою, и
прекрасно снаряжено войско князь Федор Семенович, князь Семен Михайлович, князь Андрей Кемский, князь Глеб Каргопольский и андомские князья; пришли и ярославские князья со своими полками: князь Андрей Ярославский, князь Роман Прозоровский князь Лев Курбский, князь Дмитрий Ростовский и прочие
многие князья.
Тут же, братья, стук стучит и будто гром гремит в славном
городе Москве – то идет сильная рать великого князя Дмитрия
Ивановича и гремят русские сыны своими золочеными доспехами.
Князь же великий Дмитрий Иванович, взял с собою брата
своего, князя Владимира Андреевича, и всех князей русских, поехал к живоначальной Троице на поклон к отцу своему духовному, преподобному старцу Сергию, благословение получить от
святой той обители. [...] Сергий окропил его священной водою и
все христолюбивое его войско и осенил великого князя крестом
Христовым – знамением на челе. И сказал: "Пойди, господин, на
поганых половцев, призывая бога, и господь бог будет тебе помощником и заступником", и добавил ему тихо: "Победишь, гос24
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
подин, супостатов своих, как подобает тебе, государь наш". Князь
же великий сказал: "Дай мне, отче, двух воинов из своей братии –
Пересвета Александра и брата его Андрея Ослябу, тем ты и сам
нам поможешь". Старец же преподобный велел тем обоим быстро готовиться идти с великим князем, ибо были известными в
сражениях ратниками, не одно нападение встретили. Они же тот
час послушались преподобного старца и не отказались от его повеления. И дал он им вместо оружия тленного нетленное – крест
Христов, нашитый на схимах, и повелел им вместо шлемов золоченых возлагать его на себя. И передал их в руки великого князя,
и сказал: "Вот тебе мои воины, а твои избранники",- и сказал им:
"Мир вам, братья мои, твердо сражайтесь, как славные воины за
веру Христову и за все православное христианство с погаными
половцами". И осенил Христовым знамением все войско великого князя – мир и благословение. [...]
Когда же наступил четверг 27 августа, день памяти святого
отца Пимена Отшельника, в тот день решил князь великий выйти
навстречу безбожным татарам. [...]
Солнце ему на востоке ясно сияет, путь ему показывает. Тогда ведь как соколы сорвались с золотых колодок из каменного
града Москвы, и взлетели под синие небеса, и возгремели своими
золотыми колокольцами, захотели ударить на большие стада лебединые и гусиные: то, братья, не соколы вылетели из каменного
града Москвы, то выехали русские удальцы со своим государем,
с великим князем Дмитрием Ивановичем, а наехать захотели на
великую силу татарскую. [...]
Сыновья же русские вступили в обширные поля коломенские, но и тут не вместиться огромному войску, и невозможно
было никому очами окинуть рати великого князя. Князь же великий, въехав на возвышенное место с братом своим, с князем Владимиром Андреевичем, видя такое множество людей снаряженных, возрадовался и назначил каждому полку воеводу. [...]
Сказал же князь великий брату своему князю Владимиру:
"Поспешим, брате, навстречу безбожным язычникам, поганым
татарам, и не отвернем лица своего от наглости их, а если, брате,
и смерть нам суждена, то не без пользы, не без замысла для нас
эта смерть, но в жизнь вечную!" А сам государь князь великий, в
25
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
пути будучи, призывал родственников своих на помощь – святых
страстотерпцев Бориса и Глеба. [...]
Сказание о Мамаевом побоище // Памятники литературы
Древней Руси. XIV – середина XV века. М., 1981. С. 132-189.
ПОВЕСТЬ О НОВГОРОДСКОМ
БЕЛОМ КЛОБУКЕ
ПОСЛАНИЕ ДМИТРИЯ ГРЕКА ТОЛМАЧА
НОВГОРОДСКОМУ АРХИЕПИСКОПУ ГЕННАДИЮ
Настоятелю пречестной и великой, святой соборной и апостольской церкви Софии, премудрости божьей, господину преосвященному архиепископу великого Новгорода и Пскова, владыке
Геннадию слуга твоего святейшества Митя Малый челом бьет.
По твоему святейшему благословению и по молитвам твоим достиг я великого города Рима в полном здравии и по твоему святейшему повелению в римских летописных книгах с трудом смог
найти сказание о белом клобуке, потому что, боясь позора, там
его очень скрывают. И вот поведаю тебе, как я нашел сказание об
этом.
Прежде всего подольстился я к книгохранителю церкви римской по имени Яков и многими дарами его одарил. Книгохранитель же тот, видя любезное мое отношение, большое гостеприимство оказал мне многим угощеньем и питием. [...] И тогда я ужинал с ним, расхваливая ему нашу греческую веру, а еще говорил
ему о Российской земле, о вере и о благосостоянии и о чудотворцах, которые в Русской земле воссияли многочисленными пророчествами и чудесами. А потом и поведал ему рассказ весьма удивительный о том белом клобуке, который ты, святитель великого
Новгорода, на главе своей носишь. И книгохранитель, как только
услышал от меня все это, горько вздохнул и сказал: "От древнейших и самых надежных мужей у нас такая же повесть ходила
об этом когда-то, будто клобук этот белый честной, о котором ты
говоришь, создан был в этом великом городе Риме царем Константином и в знак почета римскому папе Селивестру дан был
носить на главе. Но за многие наши грехи, сотворенные в Риме,
26
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
этот клобук переслали в Константинополь к патриарху. Патриарх
же послал его в Русскую землю в великий Новгород".
Я спросил: "Записано ли все это?" Он же ответил: "Есть изложение новое, а древнего нет". И я в подробностях, но осторожно начал его расспрашивать, чтобы сказал он мне истину всю, об
этом белом клобуке известную. [...]
"Многие из нас, – так он начал, – разные слышали рассказы
об этом в городе, но одни говорят одно, а другие – другое, истины же не знал никто, поскольку из зависти к православным
прежние властители города все об этом написанное уничтожили.
Однако много лет спустя, после того как турки овладели царствующим градом, некие благочестивые мужи из Царьграда взяли
множество греческих книг, желая греческую веру сохранить от
безбожных турок, и отправились в Рим морем. Наши же католики, люди суетные и очень усердные в философской науке, долгое
время хотели ознакомиться с писаниями восточных учителей, но
раньше греческие цари не позволяли им этого из-за их отступничества от православия. А тут воспользовались случаем и привезенные из Греции книги на свой латинский язык переведя, сами
же греческие книги сожгли в огне. И о белом клобуке, о котором
ты вопрошаешь, также рассказ из греческих книг в латинские
книги заново был переписан, потому что прежде того из-за позора в латинских книгах не было сказания о белом клобуке. Да и
теперь очень его скрывают". [...]
Повесть о Белом клобуке // Памятники литературы Древней
Руси. Середина XVI в. М., 1985. С. 168–233.
ПИСЬМО ЕПИФАНИЯ ПРЕМУДРОГО
К КИРИЛЛУ ТВЕРСКОМУ.
ВЫПИСАНО ИЗ ПОСЛАНИЯ ИЕРОМОНАХА ЕПИФАНИЯ,
ПИСАВШЕГО К НЕКОМУ ДРУГУ СВОЕМУ КИРИЛЛУ
Ты видел некогда церковь Софийскую царьградскую, представленную в моей книге – Евангелии, именуемом по-гречески
Тетроевангелием, на нашем же русском языке – Четвероблаговестием. Город же этот был написан в нашей книге вот каким обра27
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зом. Когда я был в Москве, жил там и преславный мудрец, философ зело искусный, Феофан Грек, книги изограф опытный и среди иконописцев отменный живописец, который собственною рукой расписал более сорока различных церквей каменных в разных городах: в Константинополе, и в Халкидоне, и в Галате, и в
Кафе, и в Великом Новгороде, и в Нижнем. В Москве же им расписаны три церкви: Благовещения святой богородицы, святого
Михаила и еще одна. В церкви святого Михаила он изобразил на
стене город, написав его подробно и красочно; у князя Владимира Андреевича он изобразил на каменной стене также самую Москву; терем у великого князя расписан им неведомою и необычайною росписью, а в каменной церкви святого Благовещения он
также написал «Корень Иессеев» и «Апокалипсис». Когда он все
это рисовал или писал, никто не видел, чтобы он когда-либо
смотрел на образцы, как делают это некоторые наши иконописцы, которые от непонятливости постоянно в них всматриваются,
переводя взгляд оттуда – сюда, и не столько пишут красками,
сколько смотрят на образцы. Он же, кажется, руками пишет изображение, а сам на ногах, в движении, беседует с приходящими, а
умом обдумывает высокое и мудрое, острыми же очами разумными разумную видит доброту. Сей Дивный и знаменитый муж
питал любовь к моему ничтожеству; и я, ничтожный и неразумный, возымев большую смелость, часто ходил на беседу к нему,
ибо любил с ним говорить. Сколько бы с ним кто ни беседовал –
много ли, или мало, – не мог не подивиться его разуму, его притчам и его искусному изложению. Когда я увидел, что он меня
любит и мною не пренебрегает, то я к дерзости присоединил бесстыдство и попросил его: «Прошу у твоего мудролюбия, чтобы
ты красками написал мне изображение великой этой церкви, святой Софии в Царьграде, которую воздвиг великий царь Юстиниан, в своем старании уподобившись премудрому Соломону. Некоторые говорили, что достоинство и величина ее подобны московскому Кремлю, – таковы ее окружность и основание, когда
обходишь вокруг. Если странник войдет в нее и пожелает ходить
без проводника, то заблудится и не сможет выйти, сколь бы мудрым ни казался он, из-за множества столпов и околостолпий,
спусков и подъемов, проходов и переходов, и различных палат и
28
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
церквей, лестниц и хранилищ, гробниц, многоразличных преград
и приделов, окон, проходов и дверей, входов и выходов, и столпов каменных. Упомянутого Юстиниана напиши мне сидящего
на коне и держащего в правой своей руке медное яблоко, которое, как говорят, такой величины и размера, что в него можно
влить два с половиной ведра воды. И это все вышесказанное изобрази на книжном листе, чтобы я положил это в начале книги и,
вспоминая твое творение и на такой храм взирая, мнил бы себя в
Царьграде стоящим».
Он же, мудрец, мудро и ответил мне. «Невозможно, – молвил
он, – ни тебе того получить, ни мне написать, но, впрочем, по
твоему настоянию, я малую часть ее напишу тебе, и это не часть,
а сотая доля, от множества малость; но и по этому малому изображению, нами написанному, остальное ты представишь и уразумеешь». Сказав это, он смело взял кисть и лист и быстро написал изображение храма, наподобие церкви, находящейся в Царьграде, и дал его мне. От того листа была великая польза и прочим
московским иконописцам, ибо многие перерисовали его себе, соревнуясь друг с другом и перенимая друг у друга. После всех решился и я, как изограф, написать его в четырех видах и поместил
этот храм в своей книге в четырех местах: 1) в начале книги, в
Евангелии от Матфея, – где столп Юстиниана и образ евангелиста Матфея; 2) храм в начале Евангелия от Марка; 3) перед началом Евангелия от Луки и 4) перед началом Евангелия от Иоанна;
четыре храма и четырех евангелистов написал. Их-то ты и видел,
когда я, устрашась более всех, бежал от Едигея в Тверь, у тебя
нашел покой и тебе поведал мою печаль и показал все книги, которые остались у меня от бегства и разорения. Тогда ты и видел
изображение храма этого и через шесть лет в прошлую зиму напомнил мне о нем по своей доброте. Об этом довольно. Аминь.
Изборник. [Сборник произведений литературы Древней Руси]. М.: Худож. лит., 1969. С. 398–403.
29
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ПОСЛАНИЕ СТАРЦА ФИЛОФЕЯ
К ВЕЛИКОМУ КНЯЗЮ ВАСИЛИЮ ИВАНОВИЧУ
Обращаюсь от всевышней и всемогущей десницы Божия. От
нее же цари царствуют и великие величаются, сильные пишут
правду, тебе пресветлейшему и высокостолпнейшему государю и
великому князю, православному христианскому царю и владыке
всех, браздодержателю святых Божественных престолов, Святой
Вселенской Соборной Апостольской церкви Пресвятой Богородицы честного и славного ее Успения, царство которой вместо
римского и константинопольского просияло. Старого Рима церкви пали в результате распространения аполлинариевой ереси, а
второго Рима – града Константинополя церкви погубили турки,
которые секирами и аскордами посекли двери храмов. В Твоем
же державном царстве – нового третьего Рима, Святая, Соборная
Апостольская церковь во всех концах вселенной в православной
христианской вере во всей поднебесной паче солнца светится.
И да будет известно, что в твоей державе, благочестивый наш
царь, все церкви православной христианской веры соединились,
ибо один ты во всей поднебесной христианский царь. И подобает
тебе править со страхом Божьим. Бойся Бога, давшего тебе все
это, и не надейся на золото, богатство и славу, ибо все это земное
и все здесь на земле и останется. Вспомни, царь, того умного и
блаженного, который, имея скипетр в руке и венец на голове, говорил: «Богатство не постоянно, не прилагайте к нему сердца».
Премудрый же Соломон говорит: «Богатство и злато не в сокровищах известно, а когда помогает нуждающимся». И ему апостол
Павел вторил: «Корень всему злому сребролюбие». Апостол не
запрещает иметь, но советует не прикипать сердцем к богатству,
а надеяться только на всемогущего Бога, и всю чистую веру и
любовь иметь к Богу, и святым Божьим церквам. [...]
Я грешный и грубый и невежа в премудростях, подобно валаамовой ослице бессловесной поучавшей и наставлявшей словесного пророка. Да не упрекни меня в этом, благочестивый царь,
поскольку дерзнул написать твоему величеству. И ныне молю тебя, помни о том, что все христианские церкви соединились в твоем царстве и посему нет ему конца. Я же писал тебе, любя, взы30
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вая и моля, чтобы переменил ты скупость на щедрость и немилосердие на милость, утешал бы плачущих и вопиющих день и
ночь, избавлял обиженных из рук обидчиков, ибо сказал Господь
Иисус Христос: ангелы всех меньших, верующих в меня, всегда
видят лик отца моего на небесах. Блажен помогающий нищему и
убогому, ото дня лютого избавит его Господь. Господь хранит и
живит его и ублажит на земле. И не предаст в руки врагов. Господь будет тебе в помощь. Если же добром устроишь свое царство, то будешь сыном света и гражданином горного Иерусалима,
как уже писал я тебе, так и ныне говорю: блюди и помни, благочестивый царь; о том, что все христианские царства соединились
в твоем одном, поскольку два Рима пали, а третий стоит, а четвертому не быть. Твое христианское царство иным не станет по
предсказанию Великого Богослова. [...] Миром, долголетием и
здравием, молитвами Пречистой Богородицы и святых чудотворцев исполнит Бог твое державное царство.
Послание старца Филофея к великому князю Василию Ивановичу // Памятники литературы Древней Руси: Конец XV – первая
половина XVI века. М., 1984. С. 440–441.
ФРАНЧЕСКО ДА КОЛО
ДОНОШЕНИЕ О МОСКОВИИ (XVI В.)
Престол сего великого Господина Василия, императора и Государя всея Руси и великого Князя находится в городе Московии,
окружность которого – три с половиной лиги, и который по
большей части расположен в болотах, так что значительную
часть приходится проходить по деревянным настилам, в коем городе имеется каменный кремль, построенный тому уже лет пятьдесят некоторыми итальянцами, присланными в угоду сему Князю сиятельнейшим Лодовико, герцогом Миланским, или построен по образцу Кастелло – Рокка в городе Милане. Он весьма
укреплен и надежен, а внутри его есть дворец, тоже каменный,
жильё и местопребывание Князя. Там есть также каменная церковь, в коей совершаются богослужения. Во всем государстве,
31
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
при том что оно столь обширно, найдется разве что еще одна каменная церковь, да четыре-пять домов [каменных], все теми же
итальянцами построенных. Есть в этом городе река судоходная,
называемая Московия, которая его омывает, как и значительную
часть страны, много большей, чем Италия, – от коей получает
Князь титул Великого Князя, в отличие от многих других князей,
его вассалов, которые находятся под его властью. [Город] имеет
стены не каменные, но из дерева, столь хорошо спаянные между
собою, что их поистине можно назвать укреплениями; разделен
на районы со своими разгородками: так что войти из одного в
другой вовсе нелегко для всех; и еще того менее разрешено кому
бы то ни было переходить из одного города в другой, или с одного места на другое без разрешения Князя или его служителей.
Покидать страну запрещено кому бы то ни было и в особенности
чужеземцам, поскольку все выходы строжайше охраняются, и
нарушителей подвергают суровейшим наказаниям. Чужеземцам
из любой страны свободно разрешено въезжать в страну, и того
более – их не только принимают, но и осыпают милостями; Князь
немедленно повелевает одеть их в лучшие одежды и благоустроить их; если это ремесленники, им надлежит заниматься соответственным искусством, если же солдаты – эти особенно дороги;
итальянцев же прежде всех уважают и любят. Нет здесь никакого
писаного закона, но Князь старательно следует собственным
обычаям. Его воля, однако, единственно почитается за закон, и
настолько ему все подчинены, что если он прикажет кому пойти
и повеситься, бедняга не усомнится немедленно подвергнуть себя
таковому наказанию. Не видно ни у кого и такой смелости, чтобы
кто-то решился сказать – это имущество мое; но говорит – по милости великого Государя приобрел я сие имущество. И, если сказать правду, все имущество, не только общественное, но и частное, каково бы оно ни было, – принадлежит сему Князю, и он сегодня дает одному и отнимает от другого завтра, и крайне часто в
одно мгновение возвышает одного до самых высших степеней и
положения и опускает другого до самого низа и нищенских условий. И тот, кто низложен или от коего отнято что-то, не только не
жалуется или печалится, но, простершись ниц, бьет челом о землю и возносит хвалу Государю, что тот его низложил или же от32
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нял у него то имущество, коим он владел столько времени по его
милости. Дела духовные отправляются и для Князя и для народа
его Епископами, Священниками и Монахами согласно порядку и
обряду Греческому; высшее священство избирается Князем, рукоположение же и воздвижение в сан принимают от Патриарха
Константинопольского, или же от его наместников в этой стране.
Отказываются подчиняться Папе Римскому, не потому что не почитают его за Наместника Христова и преемника Петра, но потому – говорят – что отклонился от порядка Христова и обычаев
Петра.
Франческо да Коло. Доношение о Московии. Итальянец в
России XVI века. М., 1996.
ПЕРВОЕ ПОСЛАНИЕ КУРБСКОГО
ИВАНУ ГРОЗНОМУ.
(ГРАМОТА КУРБСКОГО ЦАРЮ ГОСУДАРЮ ИЗ ЛИТВЫ)
Царю, Богом препрославленному и среди православных всех
светлее являвшемуся, ныне же – за грехи наши – ставшему супротивным (пусть разумеет разумеющий), совесть имеющему
прокаженную, какой не встретишь и у народов безбожных. И более сказанного говорить обо всем по порядку запретил я языку
моему, но, из-за притеснений тягчайших от власти твоей и от великого горя сердечного решусь сказать тебе, царь, хотя бы немногое.
Зачем, царь, сильных во Израиле истребил, и воевод, дарованных тебе богом для борьбы с врагами, различным казням предал, и святую кровь их победоносную в церквах божьих пролил,
и кровью мученическою обагрил церковные пороги, и на доброхотов твоих, душу свою за тебя положивших, неслыханные от
начала мира муки, и смерти, и притеснения измыслил, обвиняя
невинных православных в изменах, и чародействе, и в ином непотребстве и с усердием тщась свет во тьму обратить и сладкое
назвать горьким? В чем же провинились перед тобой и чем прогневали тебя христиане – соратники твои? Не они ли разгромили
прегордые царства и обратили их в покорные тебе во всем, а у
33
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
них же прежде в рабстве были предки наши? Не сдались ли тебе
крепости немецкие благодаря мудрости их? За это ли нам, несчастным, воздал, истребляя нас и со всеми близкими нашими? Или
ты, царь, мнишь, что бессмертен, и впал в невиданную ересь,
словно не боишься предстать перед неподкупным судьей – надеждой христианской, богоначальным Иисусом, который придет
вершить справедливый суд над вселенной и уж тем более не помилует гордых притеснителей и взыщет за все и мельчайшие прегрешения их... [...]
Не думай, царь, и не помышляй в заблуждении своем, что мы
уже погибли и истреблены тобою без вины, и заточены, и изгнаны несправедливо, и не радуйся этому, словно легкой победой
похваляясь: казненные тобой, у престола господня стоя, взывают
об отмщении тебе, заточенные же и несправедливо изгнанные
тобой из страны взываем день и ночь к богу, обличая тебя. Хотя и
похваляешься ты постоянно в гордыне своей, в этой временной и
скоропреходящей жизни, измышляя на людей христианских мучительнейшие казни, к тому же надругаясь над ангельским образом и попирая его, вместе со вторящими тебе льстецами и товарищами твоих пиров бесовских, единомышленниками твоими
боярами, губящими душу твою и тело, которые детьми своими
жертвуют, превзойдя в этом жрецов Крона. И обо всем этом здесь
кончаю.
Московское государство: История Отечества в романах,
повестях, документах. Век XVI. М., 1986. С. 350.
34
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ПЕРВОЕ ПОСЛАНИЕ ИВАНА ГРОЗНОГО
КУРБСКОМУ
(БЛАГОЧЕСТИВОГО ВЕЛИКОГО ГОСУДАРЯ ЦАРЯ
И ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ВСЕЯ РУСИ ИОАННА
ВАСИЛЬЕВИЧА ПОСЛАНИЕ ВО ВСЕ ЕГО ВЕЛИКОЙ
РОССИИ ГОСУДАРСТВО
ПРОТИВ КРЕСТОПРЕСТУПНИКОВ,
КНЯЗЯ АНДРЕЯ МИХАЙЛОВИЧА КУРБСКОГО
С ТОВАРИЩАМИ, ОБ ИХ ИЗМЕНЕ)
Писание твое принято и прочитано внимательно. А так как
змеиный яд таишь ты под языком своим, то хотя письмо твое по
хитрости твоей наполнено медом и сотами, но на вкус оно горше
полыни; как сказал пророк: «Слова их мягче елея, но подобны
они стрелам». Так ли привык ты, будучи христианином, служить
христианскому государю? Так ли следует воздавать честь владыке, от бога данному, как делаешь ты, изрыгая яд по обычаю бесовскому? Начало своего письма ты написал, размышляя о наватской ереси, думая не о покаянии, а – подобно Навату – о том, что
выше человеческой природы. А когда ты про нас написал: «среди
православных и среди пресветлых явившемуся», – то это так и
есть: как в прошлом, так и сейчас веруем верой истинной в истинного и живого бога. А что до слов «сопротивным, разумеющий совесть прокаженную имея», то тут ты по-наватски рассуждаешь и не думаешь об евангельских словах. [...]
Разве это и есть «совесть прокаженная» – держать свое царство в своих руках, а своим рабам не давать господствовать? Это
ли «против разума» – не хотеть быть под властью своих рабов? И
это ли «православие пресветлое» – быть под властью и в повиновении у рабов?
Это все о мирском; в духовном же и церковном если и есть
некий небольшой грех, то только из-за вашего же соблазна и измены, кроме того, и я человек: нет ведь человека без греха, один
бог безгрешен; а не так как ты – считаешь себя выше людей и
равным ангелам. А о безбожных народах что и говорить! Там
ведь у них цари своими царствами не владеют, а как им укажут
их подданные, так и управляют. Русские же самодержцы изнача35
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ла сами владеют своим государством, а не их бояре и вельможи!
И этого в своей озлобленности не смог ты понять, считая благочестием, чтобы самодержавие подпало под власть известного тебе попа и под ваше злодейское управление. А это по твоему рассуждению "нечестие", когда мы сами обладаем властью, данной
нам от бога, и не хотим быть под властью попа и вашего злодейства? Это ли мыслится «супротивно», что вашему злобесному
умыслу тогда – божьей милостью, и заступничеством пречистой
богородицы, и молитвами всех святых, и родительским благословением, – не дал погубить себя? Сколько зла я тогда от вас претерпел, обо всем это подробнее дальнейшие слова известят. [...]
Московское государство: История Отечества в романах,
повестях, документах. Век XVI. М., 1986. С. 357–358.
ИЗ «АЗБУКИ» (1574 Г.)
ИВАНА ФЕДОРОВА
Сыну мой, приклони ухо твое
и послушай словес мудрых,
И приложи сердце твое к научениям моим,
Понеже украсит тебя.
Понеже сохранишися в памяти твоеи
И размножися во устех твоих,
Да будет в бозе надежда твоя.
Не сотвори насилие убогому,
Понеж убог есть,
И не стирай нищего во вратех,
Яко судити будет господь кривду его.
Не дотыкайся межей чужих
И на поле сироти невступиу,
понеже мститель их силен есть.
Иже судити будет
противу тебе кривду их.
Да выйдет к научению сердце твое
и уши к словесам разума. [...]
36
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Антология педагогической мысли Древней Руси и Русского
государства XIV – XVII вв. М., 1985. С. 252.
СИЛЬВЕСТР
ДОМОСТРОЙ (XVI В.)
Как царя или князя чтить и во всем им повиноваться,
и всякой власти покоряться, и правдой служить им во всем,
в большом и в малом, а также больным и немощным – любому
человеку, кто бы он ни был; и самому все это обдумать.
Бойся царя и служи ему верно, всегда о нем Бога моли. И
лживо никогда не говори с ним, но с почтением правду ему отвечай, как самому Богу, во всем ему повинуясь. Если земному царю
с правдою служишь и боишься его, научишься и небесного царя
страшиться: этот – временен, а небесный вечен, он – судья нелицемерный, каждому воздаст по делам его. Также и князьям покоряйтесь, воздавая им должную почесть, ибо посланы Богом карать злодеев и награждать добродетельных. Князя своего прими и
власти свои, не помысли на них зла. [...]
Как воспитать своих детей в поучениях разных
и в страхе божьем
Да пошлет Бог кому детей, сыновей и дочерей, то заботиться
отцу и матери о чадах своих; обеспечить их и воспитать в доброй
науке: учить страху божию и вежливости, и всякому порядку. А
со временем, по детям смотря и по возрасту, учить их рукоделию,
отец – сыновей, а мать – дочерей, кто чего достоин, какие кому
Бог способности даст. Любить и хранить их, но и страхом спасать, наказывая и поучая, а не то, разобравшись, и поколотить.
Наказывай детей в юности – упокоят тебя в старости твоей. И
хранить, и блюсти чистоту телесную и от всякого греха отцам чад
своих как зеницу ока и как свою душу. Если же дети согрешают
по отцовскому или материнскому небрежению, о таковых грехах
и ответ им держать в день Страшного суда. Так что если дети,
лишенные наставлений отца и матери, в чем согрешат или зло со37
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
творят, то и отцу и матери с детьми их от Бога грех, а от людей
укор и насмешка, дому убыток, а себе самим скорбь, от судей же
позор и пеня. [...]
Наказ мужу и жене, и детям, и слугам о том,
как следует им жить
Следует тебе самому, господину, жену и детей, и домочадцев
учить не красть, не блудить, не лгать, не клеветать, не завидовать,
не обижать, не наушничать, на чужое не посягать, не осуждать,
не бражничать, не высмеивать, не помнить зла, ни на кого не гневаться, к старшим быть послушным и покорным, к средним –
дружелюбным, к младшим и убогим – приветливым и милостивым. Всякое дело править без волокиты и особенно в оплате не
обижать работника, всякую же обиду с благодарностью претерпеть Бога ради: и поношение, и укоризну. Если поделом поносят
и укоряют – соглашаться и новых безрассудств избегать, а в ответ
не мстить. [...]
Как мужу воспитывать свою жену в том, чтобы сумела
и Богу угодить и к мужу своему приноровиться
Следует мужьям воспитывать жен своих с любовью примерным наставлением: жены мужей своих вопрошают о всяком порядке, о том, как душу спасти. Богу и мужу угодить и дом свой
подобру устроить, и во всем покоряться мужу; а что муж накажет, с любовью и страхом внимать и исполнять по его наставлению и согласно тому что здесь писано.
И прежде всего – иметь страх божий и пребывать в телесной
чистоте, как выше уже указано было. Поднявшись с постели,
умывшись и помолясь, слугам работу на весь день указать, каждому – свое: кому еду на день готовить, а кому хлебы печь ситные или решетные, – да и сама бы хозяйка знала, как сеять муку,
как квашню затворить-замесить, и хлебы скатать да испечь, и
кислые, и пышные, и выпечные, а также калачи и пироги; да знала бы, сколько при том муки возьмут, и сколько испекут, и
сколько чего получится из четверти, из осьмины, из целого решета и сколько высевков отойдет, и сколько чего испекут, – меру и
счет знать во всем. [...]
38
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Да и сама хозяйка ни в коем случае и никогда, разве что занедужит или по просьбе мужа, без дела бы не сидела, так что и
слугам, на нее глядя, повадно было трудиться. Муж ли придет,
простая ли гостья – всегда и сама за делом сидела: за то ей честь
и слава, а мужу хвала. И никогда бы слуги не будили хозяйку, но
сама хозяйка будила бы слуг и, спать ложась после всех трудов,
всегда бы молилась, тому же уча и слуг.
[...]
Как хранить в полном порядке посуду всякую
и вести домашнее хозяйство, все комнаты содержать
хорошо в чистоте; как хозяйке в том слуг наставлять,
а мужу – проверять жену, поучать и страхом спасать
Стол и блюда, и поставцы, и ложки, сосуды всякие, ковши и
братины, избу затопив с утра и воды согрев, перемыть и вытереть, и высушить. После обеда и вечером также. А ведра и ночвы,
и квашни, и корыта, и сита, и решета, и горшки, и кувшины, и
корчаги также вымыть и выскресть, и вытереть, и высушить, и
положить в чистом месте, где пригоже. Всегда бы сосуды всякие
и посуда чиста бы была и сосчитана, а на лавке и по двору, и по
комнатам посуда бы не валялась, поставцы и блюда, и ложки, и
ковши, и братины на лавке и по избе не валялись бы, но там, где
положено, в чистом месте лежали бы, опрокинуты вниз. А в какой посудине что лежит из еды или питья, так то покрыто бы было для чистоты, и вся посуда с едой и с питьем, и с водою (чтобы
квашню творить), – всегда бы все было покрыто, а в избе и завязано – от сверчков и от всякой нечисти. [...]
Вот потому-то у добрых людей, у хозяйственной жены всегда
дом и прибран и чист, – во дворе и перед воротами на улице слуги всегда подметают мусор и выгребают грязь, а зимою и снег
разгребают. [...]
За всем тем и за всем порядком жена бы следила да наставляла слуг и добром и лихом: не понимает слова – поколотить. А
увидит муж, что у жены непорядок и у слуг, или не так все, как в
книге этой изложено, сумел бы свою жену наставлять да учить
полезным советом; если она понимает, тогда уж пусть так все и
делает, и уважить ее, да жаловать, но если жена науке такой, наставлению не последует и того всего не исполняет (о чем в этой
39
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
книге сказано), и сама ничего из того не знает, и слуг не учит,
должен муж жену свою наказывать, вразумлять ее страхом наедине, а наказав, простить и попенять, и нежно наставить, и поучить, но при том ни мужу на жену не обижаться, ни жене на мужа – жить всегда в любви и в согласии.
А слуг также, смотря по вине и по делу, наказать и посечь, а
наказав, пожалеть; госпоже же за слуг заступаться при разбирательстве, тогда и слугам спокойней. Но если слову жены или сына, или дочери слуга не внимает, наставление отвергает, не слушается и не боится их, и не делает того, чему муж, отец или мать
его учат, то плетью постегать, по вине смотря, да не перед людьми, наедине поучить, приговаривать и попенять, и простить, но
никогда не обижаться друг на друга. [...]
Домострой / Сост. В.В. Колесов. М.: Сов. Россия, 1990.
С. 117–118, 134, 139, 146, 149, 154–155.
ЖИТИЕ ПРОТОПОПА АВВАКУМА,
ИМ САМИМ НАПИСАННОЕ
По благословению отца моего старца Епифания писано моею
рукою грешною протопопа Аввакума, и аще что реченно просто,
и вы, господа ради, чтущии и слышащии, не позазрите просторечию нашему, понеже люблю свой русской природной язык, виршами философскими не обык речи красить, понеже не словес
красных бог слушает, но дел наших хощет. И Павел пишет: «аще
языки человеческими глаголю и ангельскими, любви же не
имам, – ничто же есмь». Вот что много рассуждать: не латинским
языком, ни греческим, ни еврейским, ниже иным коим ищет от
нас говоры господь, но любви с прочими добродетельми хощет;
того ради я и не брегу о красноречии и не уничижаю своего языка
русскаго, но простите же меня, грешнаго, а вас всех, рабов Христовых, бог простит и благословит. Аминь. [...]
Таже в Москве приехал, и, яко ангела божия, прияша мя государь и бояря, – все мне ради. К Федору Ртищеву зашел: он сам
из полатки выскочил ко мне, благословился от меня, и учали говорить много-много, – три дни и три нощи домой меня не отпус40
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тил и потом царю обо мне известил. Государь меня тотчас к руке
поставить велел и слова милостивые говорил: “здорово ли-де,
протопоп, живешь? еще-де видатца бог велел!” И я сопротив руку
ево поцеловал и пожал, а сам говорю: жив господь, и жива душа
моя, царь-государь; а впредь что изволит бог!” Он же, миленькой,
вздохнул, да и пошел, куды надобе ему. И иное кое-что было, да
што много говорить? Прошло уже то! Велел меня поставить на
монастырском подворье в Кремли и, в походы мимо двора моево
ходя, кланялся часто со мною низенько-таки, а сам говорит: “благослови-де меня и помолися о мне!” И шапку в ыную пору, мурманку, снимаючи с головы, уронил, едучи верхом. А из кореты
высунется, бывало, ко мне. Таже и вся бояря после ево челом да
челом: “протопоп, благослови и молися о нас!” Как-су мне царя
тово и бояр тех не жалеть? Жаль, о-су! видишь, каковы были добры! Да и ныне оне не лихи до меня; дьявол лих до меня, а человеки все до меня добры. Давали мне место, где бы я захотел, и в
духовники звали, чтоб я с ними соединился в вере; аз же вся сии
яко уметы вменил, да Христа приобрящу, и смерть поминая, яко
вся сия мимо идет.
А се мне в Тобольске в тонце сне страшно возвещено (блюдися, от меня да не полма растесан будеши). Я вскочил и пал
пред иконою во ужасе велице, а сам говорю: “господи, не стану
ходить, где по-новому поют, боже мой!” Был я у завтрени в соборной церкви на царевнины имянины, – шаловал с ними в церкве той при воеводах; да с приезду смотрил у них просвиромисания дважды или трожды, в олтаре у жертвенника стоя, а сам им
ругался; а как привык ходить, так и ругатца не стал, – что жалом,
духом антихристовым и ужалило было. Так меня Христос-свет
попужал и рече ми: “по толиком страдании погубнуть хощешь?
блюдися, да не полма рассеку тя!” Я и к обедне не пошел и обедать ко князю пришел и вся подробну им возвестил. Боярин, миленькой князь Иван Андреевич Хилков, плакать стал. И мне, окаянному, много столько божия благодеяния забыть? [...]
Паки реку московское бытие. Видят оне, что я не соединяюся
с ними, приказал государь уговаривать меня Родиону Стрешневу,
чтоб я молчал. И я потешил ево: царь то есть от бога учинен, а се
добренек до меня, – чаял, либо помаленьку исправится. А се по41
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сулили мне Симеонова дни сесть на Печатном дворе книги править, и я рад сильно, – мне то надобно лутче и духовничества.
Пожаловал, ко мне прислал десеть рублев денег, царица десеть
рублев же денег, Лукьян духовник десеть рублев же, Родион
Стрешнев десеть рублев же, а дружище наше старое Феодор
Ртищев, тот и шестьдесят рублев казначею своему велел в шапку
мне сунуть; а про иных и нечева и сказывать: всяк тащит да несет
всячиною! У света моей, у Федосьи Прокопьевны Морозовы, не
выходя жил во дворе, понеже дочь мне духовная, и сестра ее,
княгиня Евдокея Прокопьевна, дочь же моя. Светы мои, мученицы Христовы! И у Анны Петровны Милославские покойницы
всегда же в дому был. А к Федору Ртищеву бранитца со отступниками ходил. Да так-то с полгода жил, да вижу, яко церковное
ничто же успевает, но паче молва бывает, – паки заворчал, написав царю многонько-таки, чтоб он старое благочестие взыскал и
мати нашу, общую святую церковь, от ересей оборонил и на престол бы патриаршеский пастыря православнова учинил вместо
волка и отступника Никона, злодея и еретика. [...]
До Никона отступника в нашей России у благочестивых князей и царей все было православие чисто и непорочно и церковь
немятежна. Никон волк со дьяволом предали тремя персты креститца; а первые наши пастыри, яко же сами пятью персты крестились, такожде пятью персты и благословляли по преданию
святых отцов наших: Мелетия антиохийскаго и Феодора Блаженнаго, епископа киринейскаго, Петра Дамаскина и Максима Грека.
Еще же и московский поместный бывый собор при царе Иване
так же слагая персты креститися и благословляти повелевает, яко
ж прежнии святии отцы, Мелетий и прочии, научиша. Тогда при
царе Иване быша на соборе знаменоносцы Гурий и Варсонофий,
казанские чюдотворцы, и Филипп, соловецкий игумен, от святых
русских”. И патриарси задумалися; а наши, что волчонки, вскоча,
завыли и блевать стали на отцев своих, говоря: “глупы-де были и
не смыслили наши русские святыя, не ученые-де люди были, –
чему им верить? Они-де грамоте не умели!»
Житие протопопа Аввакума, им самим написанное, и другие
его сочинения / Под ред. Н.К. Гудзия. М.; Л., 1934.
42
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
СИМОН УШАКОВ
СЛОВО К ЛЮБОТЩАТЕЛЯМ
ИКОННОГО ПИСАНИЯ.
ОБ ОСНОВАХ ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОГО ИСКУССТВА
Премудрый художник всех умных тварей и вещей, сотворивший человека по образу и подобию своему, дал ему душевную способность начертать образы всех этих тварей, что называется фантазией, и отдельным лицам от природы дал дарование с
различным совершенством создавать эти образы и посредством
различных художеств делать замысленное легко видимым.
Среди многих и различных существующих на земле художеств только семь являются свободными; в их числе издревле у
греков стоит, по свидетельству Плиния, иконотворение [...], которое имеет большую похвалу во всех веках, странах и сословиях,
так как везде было в большом употреблении вследствие своей великой пользы; ведь образы живут в памяти, напоминают о прожитом, являются свидетельством прошедших времен, говорят о
добродетели, свидетельствуют о могуществе, оживляют мертвых,
делают бессмертной славу, возбуждают в настоящее время живущих к подражанию, напоминают о прошедших делах.
[...] Не только Господь Бог является художником иконописания, но и все существующее, благодаря чувству зрения может получить эту силу вследствие тайной и удивительной хитрости;
всякая вещь, представшая перед зеркалом, в нем свой образ напишет по дивной Божьей премудрости. Разве не чудо этот удивительный образ? Если человек движется, и он движется; перед
стоящим стоит, перед смеющимся смеется, перед плачущим плачет, или иное что человек делает, и он делает, является всегда
живым, хотя ни тела, ни души не имеет человеческих. [...]
Но по нерадению нашему, ища земной прибыли более, чем
Божественной славы, мы делаем это дело небрежно. Многие из
нас, будучи мало искусны в художестве, пишут скорее достойное
смеха, нежели благоговения и умиления, чем возбуждают гнев
Божий и обрекают себя на поругание чужестранцам с великой
43
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
срамотой перед честными людьми, о чем я, грешный, сожалею,
заботясь о доме и любя благолепие его святого храма. Имея от
Господа Бога талант иконописательства, врученный моему ничтожеству, не хотел я его скрыть в землю, чтобы не принять за то
осуждение, но попытался в своем старании перед Богом выполнить искусным иконописательством ту азбуку искусства, которая
заключает в себе все члены человеческого тела, которые в разных
случаях требуются в нашем художестве, и решил их вырезать на
медных досках, чтобы искусно напечатанные образцы пошли на
пользу всем любителям этого достойного искусства, я надеюсь,
что все с благодарностью воспользуются этим залогом моей любви, когда увидят, как может много это помочь им в том, чтобы
хорошо писать честные иконы. [...]
Хрестоматия по истории СССР. XVI – XVII вв. / Под ред.
А.А. Зимина. М., 1962. С. 578–581.
«ПРИВИЛЕГИЯ»
СЛАВЯНО-ГРЕКО-ЛАТИНСКОМУ УЧИЛИЩУ
(1682 – 1685 Г.)
И благоволим в царствующем нашем и богоспасаемом граде
Москве при монастрые премудрости и смыла подателя Всемилостиваго Спаса, иже в Китае на песках, нарицаемом Старый, на
взыскание юных свободных учений мудрости, и собрания общаго
ради от благочестивых и в писании божественном благоискусных
дискалов, изощерения разумов, храмы чином Академии устроити; и в оных хощем семена мудрости, то есть науки гражданския
и духовныя, наченше от грамматики, пиитики, риторики, диалектики, философии разумительной, естественной и нравной, даже
до богословии учащей вещей божественных, и совести очищения
постановити.
При том же и учению правосудия духовного и мирского, и
прочим всем свободным наукам, ими же целость Академии, сиречь училищ, составляется бытии. [...]
Хрестоматия по истории СССР. XVI – XVII вв. / Под ред.
А.А. Зимина. М., 1962. С. 585–586.
44
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
СИМЕОН ПОЛОЦКИЙ
ВИРШИ НА ВСЕЛЕНИЕ
ЦАРЯ АЛЕКСЕЯ МИХАЙЛОВИЧА
В НОВЫЙ ДВОРЕЦ В КОЛОМЕНСКОМ
Видя в дом новый ваше вселение,
В дом, иже миру есть удивление,
В дом зело красный, прехитро созданный,
Честности царской лепо сготованный.
Красоту его можно есть равняти
Соломоновой прекрасной полате...
А злато везде пресветло блистает,
Царский дом быти лепота являет.
Написания егда возглядаю,
Много историй чудных познаваю...
Окна, яко звезд лик в небе сияет,
Драгая слюдва, что сребро, блистает.
Множество жилищ, градови равнится, Все же прекрасны, – кто не удивится!..
Единым словом, дом есть совершенный,
Царю велику достойно строенный;
По царской чести и дом зело честный,
Несть лучше его, разве дом небесный.
Седмь дивных вещей древний мир читаше,
Осьмый див сей дом время имат наше.
Симеон Полоцкий. Избранные сочинения / Подгот. текста,
ст. и коммент. И.П. Еремина. М.; Л., 1953.
О НОШЕНИИ ПЛАТЬЯ
НА МАНЕР ВЕНГЕРСКАГО
Указ 4 января 1700 года
45
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
На Москве и в городех, носить платья, Венгерские кафтаны,
верхние длиною по подвязку, а исподние короче верхних, тем же
подобием...
О НОШЕНИИ ПЛАТЬЯ ВСЯКАГО ЧИНА
ЛЮДЯМ САКСОНСКАГО И НЕМЕЦКАГО,
О НЕДЕЛАНИИ МАСТЕРАМ РУССКАГО
ПЛАТЬЯ...
Указ 22 декабря 1704 года
Носить платья Генваря с 1 числа 1705 года, по Светлое Христово Воскресение, верхнее Саксонския, а исподнее, камзолы и
штаны и сапоги и башмаки Немецкия. А буде кто похочет зимою
носить Саксонския или Французския: и им носить из тех кафтанов, кто какие похочет; а летом носить одно Французское. А женска пола всех чинов... носить платье Немецкое, против прежних
образцов, шапки и кунтоши, а исподния бостроги и юбки и башмаки Немецкия ж...
О НЕТОРГОВАНИИ РУССКИМ ПЛАТЬЕМ
И САПОГАМИ И О НЕНОШЕНИИ
ТАКОВАГО ПЛАТЬЯ И БОРОД
Указ 29 декабря 1714 года
Чтоб Русским никаким платьем и сапогами не торговали... а
ежели кто учнет Русским каким платьем и сапогами торговать,
или как Русское платье и бороды носить, и за такое их преступление учинено им будет жестокое наказанье и сосланы будут на
катаргу, а имение их движимое и недвижимое взяты будут на Великаго Государя без всякия пощады. Понеже за теми Его Великаго Государя указы, презирая их, при Санктпетербурге торговые
46
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
люди таким Русским платьем и сапогами торговали, за то им...
учинено наказанье, биты кнутом и сосланы на катаргу.
О ОБУЧЕНИИ ДВОРЯН, ПРИКАЗНОГО ЧИНА,
ДЬЯЧИХ И ПОДЬЯЧЕСКИХ ДЕТЕЙ
АРИФМЕТИКЕ И ГЕОМЕТРИИ,
О ПОСЫЛКЕ ДЛЯ ТОГО В ГУБЕРНИИ
УЧЕНИКОВ ИЗ МАТЕМАТИЧЕСКИХ ШКОЛ И
ОБ УЧРЕЖДЕНИИ УЧИЛИЩ
ПРИ АРХИЕРЕЙСКИХ ДОМАХ
И МОНАСТЫРЯХ
Указ 28 февраля 1714 г.
Великий государь указал: во всех губерниях дворянских и
приказного чина, дьяческих и подьяческих детей от 10 до 15 лет,
опричь однодворцев, учить цыфири и некоторую часть геометрии
и для того учения послать математических школ учеников по несколько человек в губернию к архиереям и в знатные монастыри
и архиерейских домах и в монастырях отвесть им школы, и во
время того учения тем учителям давать кормовых по 3 алтына и
по 2 деньги на день, из губернских доходов, которые по именному его царского величества указу отставлены; а с тех учеников
им себе отнюдь ничего не имать; а как ту науку те их ученики
выучат совершенно: и в то время давать им свидетельствованные
письма за своею рукою и во время того отпуску с тех учеников за
то учение имать им себе по рублю с человека, а без таких свидетельствованных писем жениться их не допускать и венечных памятей не давать.
47
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О ПОСЫЛКЕ В ГУБЕРНИИ
ПО ДВА УЧИТЕЛЯ ДЛЯ ОБУЧЕНИЯ ДЕТЕЙ
АРИФМЕТИКЕ И ГЕОМЕТРИИ
Указ 18 января 1716 г.
Великий государь указал: [...] в губерниях дьячьих и подьяческих и всякаго чина людей, детей, по прежним его царского величества именным указам 1714 г. февраля 28, 1715 декабря
28 чисел, окроме дворянских детей, учить цыфири и некоторую
часть геометрии, и для того учения взять из школы от адмирала
графа Апраксина таких, которые географию и геометрию выучили, и послать во всякую губернию по два человека, а в губерниях
оным при той науке быть, как в том в прежнем его царского величества указе назначен и о том к нему адмиралу и в губернии к
губернаторам посланы его царского величества указы. А в указе к
адмиралу объявлено, чтоб оных учителей на Москве из адмиралтейской канцелярии отослать в канцелярию сенатского правления, а из сенатской канцелярии разослать их по губерниям.
О ПОСЫЛКЕ В ВЕНЕЦИЮ, ФРАНЦИЮ
И АНГЛИЮ ДВОРЯНСКИХ ДЕТЕЙ
ДЛЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ В МОРСКУЮ СЛУЖБУ
Указ 2 марта 1716 г.
Понеже получили Мы ведомость из Италии, что наших в Венеции в морскую службу принять хотят, также ныне из Франции
отозвались, что и там их примут же: того для велите как наискорее в Петербург отобрать еще из школьников лучших дворянских
детей и привезть в Ревель и посадить на кораблях с первыми вместе, чтобы их всех было 60 человек, а именно во все три места в
Венецию, во Францию и в Англию по 20 человек; ежели же они в
Ревель скоро поспеть не могут и корабли прежде уйдут, то отправьте их от Ревеля морем на шнявах…
48
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О ПОРЯДКЕ ВЫДАЧИ НАГРАЖДЕНИЯ
ЗА РЕДКОСТНЫЕ ПРЕДМЕТЫ
Указ 18 февраля 1718 г.
Когда кто принесет какой монструм или урода человечья,
тому дав деньги по указу, отпускать не мешкав, отнюдь не спрашивая: чье, под потерянием чина и жестокого штрафа; а буде животное какое, или вещь какая, записывать: чье, а денег не давать
прежде, пока то отослано будет в указанное место, и оттоль получить отповедь сколько дать: и тогда немедленно дать деньги,
которые давать из наличных, какие в ту пору найдутся, [...] считая на кабинетный счет, которым выдано будут, вместо их, [...]
куда оные монстры отсылать, две аптеки, московская и петербургская.
О ПРИСЫЛКЕ ИЗ МОНАСТЫРЕЙ
РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА
ЖАЛОВАННЫХ ГРАМОТ
Указ 20 декабря 1720 г.
Великий государь указал: во всех монастырях, обретающихся
в Российском государстве, осмотреть и забрать древние жалованныя грамоты и другие куриозные письма оригинальныя, также
книги исторические, рукописныя и печатныя, какие где потребныя к известию найдутся. И по тому его великого государя именному указу, правительствующий Сенат приказали: во всех епархиях и монастырях и соборах прежния жалованныя грамоты и
другия куриозные письма оригинальныя, такжде и историческия
и рукописныя и печатныя книги пересмотреть, и переписать губернаторам и вице-губернаторам и воеводам и те переписныя
книги прислать в Сенат. [...]
49
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О ПРИСЫЛКЕ ИЗ ВСЕХ ЕПАРХИЙ И
МОНАСТЫРЕЙ ДРЕВНИХ РУКОПИСНЫХ
ЛЕТОПИСЕЙ И ПОДОБНЫХ КНИГ В
МОСКВУ – В СИНОД
Указ 16 февраля 1722 г.
Его императорское величество, будучи в Преображенском на
генеральном дворе генваря 10 дня указал:
Из всех епархий и монастырей, где о чем по описям куриозныя, то есть древних лет рукописанные на хартиях и на бумаге
церковные и гражданские летописцы степенныя, хронографы и
прочие сим подобные, что где таковых обретается взять в Москву
в Синод, и для известия оные описать и те списки оставить в библиотеках, а подлинныя разослать в те места, откуда взяты будут,
по прежнему, а тех епархий и монастырей властям при том объявить, дабы они те куриозныя книги объявили без всякой утайки,
понеже те книги токмо списаны, а подлинныя возвращены будут
к ним по прежнему; и для осмотра и забрания таковых книг послать из Синода нарочных.
ОБ УЧЕНИИ ПОПОВСКИХ
И ЦЕРКОВНО-ПРИЧЕТНИЧЕСКИХ ДЕТЕЙ
В АРХИЕРЕЙСКИХ ШКОЛАХ
Указ 8 октября 1722 г.
По Его императорского величества указу, каков подписан
собственною его императорского величества рукою на докладных пунктах святейшего правительствующего Синода прошлого
1721 г. ноября 19 дня, правительствующий сенат приказали: детей действительно служащих попов и церковных причетников,
годных в школу по духовному регламенту, учить в архиерейских
школах, а в арифметические школы и к прочим светским наукам
не спрашивать.
Полное собрание законов Российской империи. Т. V.
50
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ЮНОСТИ ЧЕСТНОЕ ЗЕРЦАЛО,
ИЛИ ПОКАЗАНИЕ
К ЖИТЕЙСКОМУ ОБХОЖДЕНИЮ
1. В первых, наипаче всего должны дети отца и матерь в великой чести содержать. И когда от родителей, что им приказано
бывает, всегда шляпу в руках держать, а пред ними не вздевать, и
возле их не садиться, не с ними в ряд, но немного уступя позади
оных с стороне стоять, подобно яко паж или слуга. В доме ничего
своим именем не повелевать но именем отца или матери, разве
что у кого особливые слуги, для того, что обычно челядинцы не
двум господам, но токмо одному господину охотно служат.
2. Дети не имеют без именного приказу родительского никого бранить или поносительными словами порекать. А ежели то
надобно, и оное они должны учинить вежливо и учтиво.
3. У родителей речей перебивать не надлежит, и ниже прекословить, и других их сверстников в речи не впадать, но ожидать,
пока они выговорят. Часто одного дела не повторять, на стол, на
скамью или на что иное не опираться и не быть подобным деревенскому мужику, который на солнце валяется, но стоять должно
прямо.
4. Без спросу не говорить, а когда говорить им случится, то
должны они благоприятно, а не криком или с задору говорить, не
якобы сумасбродны. Но все, что им говорить, имеет быть правда
истинная, не прибавляя и не убавляя ничего. Нужду свою благообразно в приятных и учтивых словах предлагать, подобно якобы
с каким иностранным высоким лицом говорить случилось, дабы
они в том тако и обыкли.
5. Не прилично им руками или ногами по столу везде колобродить, но смирно ести. А вилками и ножиком по тарелкам, по
скатерти или по блюду не чертить, не колоть и не стучать, но
должны тихо и смирно, прямо, а не избоченясь сидеть.
6. Когда родители или кто другой их спросят, то должны они
к ним отозваться и отвечать тотчас, как голос услышат. А потом
сказать: что изволите, государь батюшко или государыня матуш51
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ка. Или что мне прикажете, государь; а не так, – что, чего, как ты
говоришь, чего хочешь. И не дерзостно отвечать. [...]
13. Младой отрок должен быть бодр, трудолюбив, прилежен
и беспокоен, подобно как в часах маятник.
18. Младой шляхтич, или дворянин, ежели в экзерциции (в
обучении) совершен, а наипаче в языках, в конной езде, танцовании, в шпажной битве, и может добрый разговор учинить и в
книгах научен, оный может прямым придворным человеком
быть.
19. Придворный человек имеет быть смел, отважен и не робок. Возможет о своем деле сам предъявлять, а на других не имеет надеяться. Ибо где можно такого найти, который бы мог кому
так верен быть, как сам себе. Кто при дворе стыдлив бывает,
оный с порожними руками от двора отходит, ибо когда кто господину верно служит, то надобна ему и надёжная награда.
20. Умный придворный человек намерения своего и воли никому не объявляет, дабы не упредил его другой, который иногда
к тому ж охоту имеет. [...]
23. Отрок имеет быть трезв и воздержан, а в чужие дела не
вступать. Разве что когда чести его кто коснётся, то в таком случае уступки не бывает, но по нужде применение закону даётся.
[...]
27. Младые отроки должны между собою говорить иностранными языки: дабы тем навыкнуть могли, а особливо когда
им что тайное говорить случится, чтоб слуги дознаться не могли
и чтоб можно их от других незнающих болванов распознать. [...]
31. Которые в иностранных землях не бывали, а либо из школы или из другого какого места ко двору приняты бывают, имеют
пред всяким себя унижать и смирять, желая от всякого научиться.
44. Отрок да служит с охотою и радением, ибо как кто служит, так ему и платят, по тому и счастие себе получает.
45. В церкви имеет очи свои и сердце к Богу обратить, а не на
женский пол. [...]
47. Никто не имеет, повеся голову и потупя вниз, по улице
ходить или на люди косо взглядывать, но прямо, а не согнувшись
ступать и голову держать прямо ж, а на людей глядеть весело. [...]
52
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
55. Когде в беседе или в компании случится в кругу стоять,
или сидя при столе, или между собой разговаривая, или с кем
танцуя, не надлежит никому неприличным образом в круг плевать, но на сторону, а ежели где много людей, то прийми харкотины в платок, а так невежливым образом не мечи на пол или
отъиди для того, дабы никто не видал, и подотри ногами так чисто, как можно. [...]
57. Рыгать, кашлять и подобные такие грубые действия в лице другого не чини, но всегда либо рукой закрой, или отворотя
рот на сторону, или скатертью, или полотенцем прикрой, чтоб
никого не коснуться, тем сгадить.
58. И сия есть немалая гнусность, когда кто сморкает, якобы
в трубу трубит, или громко чихает и тем других людей или детей
малых пужает.
59. Ещё же зело непристойно, когда кто платком или перстом
в носу чистит, а особливо при других честных людях. [...]
62. Когда прилучится с другими за столом сидеть, то содержи
себя в порядке по сему правилу: в первых, обрежь свои ногти, да
не явится якобы оные бархатом обшиты, умой руки, сиди прямо и
не хватай первый в блюде, не жри, как свинья, и не дуй, чтоб везде брызгало, не сопи, будь воздержан и бегай пьянства, в блюде
будь последний, когда тебе предложат, то возьми часть из того,
прочее отдай другому, не утирай губ рукою, но полотенцем, не
облизывай перстов и не грызи костей, но обрежь ножом, зубов
ножом не чисти, но зубочисткою и одной рукой прикрой рот, когда зубы чистишь, ешь, что пред тобой лежит, а инде не хватай.
Не чавкай, как свинья, и головы не чеши, не проглотя куска, не
говори, ибо так делают крестьяне. Не замарай скатерти и не облизывай перстов. Около своей тарелки не делай забора из костей
и протчего. [...]
Юности честное зерцало, или Показание к житейскому обхождению, собранное от разных авторов. М., 1976.
53
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ИЗ «ДНЕВНИКА» ФРИДРИХА-ВИЛЬГЕЛЬМА
БЕРХГОЛЬЦА (1721 Г.)
[...] Апрель, 15-го, перед обедом, осматривал я Кунсткамеру
и Оружейную Палату. Первую показывал мне один надворный
советник, состоящий при ней инспектором. Она помещается в
новом великолепном, но не совсем еще отделанном дворце и наполнена многими прекрасными вещами и редкостями, между которыми находятся чрезвычайно похожие восковые статуи покойного короля и некоторых маленьких принцев. Король изображен
в натуральную величину и сидит на стуле, одетый в один из собственных его парадных мундиров. Оружейную Палату я осмотрел под руководством одного из приставленных там людей. Внизу у крыльца стоит подаренная царем шлюпка собственноручной
его работы, а вверху, на том же крыльце, чучело белого медведя,
также подарок царя. В передней комнате на стене красуется
Прусский герб, чудесно вышитый по бархату золотом, серебром
и жемчугом; тут же стоит несколько великолепных саней, которые до сих пор иногда употребляются для зимней езды. Отсюда
меня ввели в галерею, состоящую из трех отделений, где прежде
всего показывали великолепную каретную и санную упряжь, надетую на несколько лошадиных чучел; но большая часть ее хранится в находящемся тут же сундуке. Дальше стояло еще около
двенадцати превосходных лошадиных чучел, украшенных богатыми седлами, чепраками и уздечками. За ними лежали в большом количестве роскошные покрывала и другие принадлежности. Во втором и третьем отделениях галереи помещено бесчисленное множество всякого рода превосходного и редкого оружия.
Я должен признаться, что никогда не видал такой полной и так
хорошо устроенной Оружейной Палаты. В среднем отделении
галереи между прочими вещами находится одежда для 12 матросов, подаренная царем вместе с шлюпкою и сделанная вся на русских фабриках. Она из зеленого бархата, с золотыми галунами и
на вид очень красива. Мои вожатые с восторгом рассказывали, с
каким тщанием его величество царь, в бытность свою здесь, рассматривал все вещи и как подробно обо всем расспрашивал, и
уверяли, что не помнят, чтобы когда-нибудь видели человека до
54
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
такой степени любознательного и терпеливого. Осмотрев все это,
я в то же утро ездил с Платеном к его двоюродному брату, шведскому министру графу Поссе, и остался там обедать. После обеда
мы с Платеном были у русского министра, графа Головкина, который говорил, что очень желает поручить мне посылку к царице.
Но я был так несчастлив, что ни в этот раз, ни вечером, ни на
следующее утро не застал его дома. Он сам, наконец, прислал к
полковнику Платену оба пакета, которые я должен был взять с
собою и из которых один был к царице, с орденом под адресом
Толстого, а другой к генерал-майору Ягужинскому. За день до
моего отъезда граф прислал ко мне одного из своих людей поблагодарить меня и изъявить сожаление, что не мог сам вручить мне
пакетов, пожелать счастливого пути и просить, чтоб я, в случае
иного предписания относительно моего путешествия или вообще
какого-нибудь препятствия, отправил их по назначению при первой возможности, потому что они очень важны и ее величество
уже давно их ожидает. [...]
[...] Август 7-го, в 12 часов утра, все мы, оставшиеся дома, целым обществом всходили на колокольню в крепости, чтобы послушать игру курантов, положенную в это время, и посмотреть на
панораму Петербурга. Колокольня эта самая высокая в городе. [...]
Когда мы взошли на самый верх, под колокола, музыкант дал
нам большую зрительную трубку, с помощью которой можно
было видеть оттуда Петергоф, Кронслот и Ораниенбаум. Петербург имеет вид овала и занимает огромное пространство. Во многих местах он еще неплотно застроен; но эти промежутки не замедлят пополниться, если царь еще долго будет жив.
Крепость С.-Петербург, где находится колокольня, построена у
самой Невы и имеет несколько толстых и высоких каменных бастионов, уставленных большим числом пушек. Говорят, что сооружение ее, которым очень спешили, стоило множества народа, что
при тогдашней необыкновенной дороговизне съестных припасов и
недостатке в одежде люди как мухи умирали от голода и холода и
там же хоронились. Со стороны твердой земли она не так красива и
далеко не так укреплена, как со стороны реки, потому что обнесена
только валом и рвом; однако ж защищаться может довольно долго.
Она есть в то же время род парижской Бастилии, в ней содержатся
55
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
все государственные преступники и нередко исполняются тайные
пытки. Многие пленные шведские офицеры содержались там в казармах, находящихся под валом. Покойный царевич, впавший в
немилость у государя и судебным порядком приговоренный к
смерти, под конец также заключен был в эту крепость и в ней умер.
Она имеет своего особенного коменданта, и туда ежедневно назначается большой караул от здешних полков. Васильевский остров,
где находится дом князя Меншикова и выстроено уже много других больших зданий, составит собственно город и, как говорят, со
временем будет укреплен. Он очень обширен, но застроен только
по берегу и опоясывается Невою, которая перед крепостью разделяется на два рукава. Вся левая сторона реки, где стоит крепость,
составляет одну сплошную массу, так что там можно пройти сухим
путем от одного конца до другого. Но город по правую сторону реки, где Адмиралтейство, прорезан многими каналами, через которые наведены мосты (исключая, впрочем, канал, протекающий возле царского летнего дворца), так что если нужно отправиться из
этого дворца, или из Почтового дома (близ которого живет его высочество), или из царского зимнего дворца, находящегося на третьем канале, на противоположную сторону, где стоят дома вдовствующей царицы, генерал-фельдцейхмейстера Брюса и многих других вельмож, то чтоб попасть туда, надобно ехать к Адмиралтейству и далее, через длинный проспект, вымощенный пленными
шведами и усаженный с обеих сторон деревьями; поэтому в таких
случаях берут обыкновенно барки и верейки, потому что водою туда недалеко. С колокольни еще прекрасный вид на совершенно
прямую аллею. В крепости ежедневно, в полдень, играют гобоисты, а на башне Адмиралтейства, в то же время, особые трубачи. Из
крепости мы пошли на площадь, где совершаются казни….
Неистовый реформатор. М.: Фонд Сергея Дубова, 2000.
ИВАН ИВАНОВИЧ НЕПЛЮЕВ
ЗАПИСКИ
Родился я, Иван Неплюев, в 1693 году, ноября 5 числа, в воскресенье поутру, пополуночи в 7 часов, в Новгородском уезде, в
усадище Наволоке.
56
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
По неудачном под Нарву приступе отец мой, Иван Никитич,
был при одном случае на службе и, возвратясь в дом, занемог, от
которой болезни в 1709 июля 10-го умер, в среду поутру, на 38
году от рождения своего, оставя по себе одного меня, сына 16
лет, и недвижимого имения 80 душ. Женился я по воле матери
моей 1711 года сентября 9 дня, в воскресенье, на племяннице
родной новгородского наместника Ивана Юрьевича Татищева,
девице Федосье Федоровне Татищевой, получа за нею в приданое
с небольшим 20 душ. [...]
[...] 1715-го, марта в первых числах, возвратился я в дом свой
и в том же марте месяце взят на службу и, быв на смотре марта в
24 день у князя Меншикова, написан в число назначенных обучаться в Новгороде начальных оснований математики. Того ж года, июня в 29 день, присланным в Новгород указом повелено:
выбрав 84 человека из тех начавших обучаться, отправить в
Нарвскую школу, в которой учителем был навигатор Митрофан
Михайлов, сын Кашинцов, а директорами над оной были оберкомендант Кирила Алексеевич Нарышкин, комендант Василий
Григорьевич Титов.
Того же года, октября 1 дня, по присланному указу перевели
нас всех в школу в Санкт-Петербург, которой школы был содержателем француз Баро; оная была под ведением адмирала Федора
Матвеевича Апраксина и генерал-майора и обер-штер-кригскомиссара Григорья Петровича Чернышева; потом она поручена
была Андрею Артамоновичу Матвееву. В той школе было нас
обучающихся 300 человек. [...]
[...] 1716-го, по указу царского величества, велено выбрать из
той школы 20 человек и отослать в Ревель ко флоту, в числе коих
был и я, Неплюев. На дорогу каждому из нас дано по 30 рублей.
По прибытии нашем в Ревель, марта 31 дня, определены мы адмиралом во флот гардемаринами, при чем выданы нам из казны
парусинные бостроки, а жалованья определено на месяц по 2
рубля по 40 копеек; порция ж производилась нам: сухарей по 2
пуда по 10 фунтов каждому, гороху по 15 фунтов, круп по 15
фунтов, соли 2 фунта с четвертью, муки ржаной на квас один
четверик, вина 25 чарок, уксусу полторы кружки, рыбы вялой по
6 фунтов, ветчины по 19 фунтов.
57
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
[...] 28 числа того ж месяца его царское величество, будучи
на корабле Ингермоландии, изволил смотреть всех нас, гардемаринов, и выбрал для посылки в Венецию (в числе коих находился
и я, Неплюев) 30 человек для обучения мореплаванию на галерах
да во Францию для обучения мореплаванию на кораблях 20 человек, туда ж для обучения архитектуры 4 человека. 29 числа перевезли всех нас, выбранных с кораблей, в Копенгаген, где его величество повелел послу своему, князю Василию Лукичу Долгорукому, выдать нам на дорогу по 6 ефимков сверх прежнего
жалованья и отправить в Амстердам, а сам изволил отбыть, и с ее
величеством государыней царицей, в Голландию. [...]
1717 февраля 8 числа послано нас в Венецию 27 человек, и
двух изволил оставить в Амстердаме, а третий, Иван Воробьев, в
Амстердаме умер. На дорогу дано нам по 25 червонных каждому;
с нами послан указ к агенту в Венецию, за рукою Шафирова, и
паспорт, за рукою агента Фандебурга. В Венецию прибыли мы 23
числа, издержав в пути каждый на все расходы и на пищу по 24
червонных, – где явились у господина агента Петра Ивановича
Беклемишева. А в то же время в Венеции находился его царского
величества тайный советник Савва Владиславович Рагузинский.
[...] 1718-го генваря 10-го князь Михаила княж Андреев сын
Прозоровский бежал от нас с иеромонахом Филиппом, монастыря Святого Павла, бывшим в Корфу для собирания милостыни, в
Афонскую гору. [...]
Записки И.И. Неплюева //Империя после Петра. М., 1998.
С. 419.
ИЗ «ЗАПИСОК» Ф.-Х. ВЕБЕРА
Мне пришлось бы говорить чересчур много, если б я захотел
привести здесь все относящиеся сюда заботливые распоряжения
по части порядка, полиции, заведения машинистов, архитекторов
и всякого рода художников, всевозможных профессий, какие
только можно придумать; поэтому я удовольствуюсь подтверждением еще раз того, что при всем этом царь умеет соединить
полезное с приятным. Ибо кроме того что он завел превосходные
дачи или увеселительные загородные дома, сады с оранжереями,
58
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зверинцами, каскадами, гротами, водомётами и проч., устроил
машину на главной церкви с колокольной игрой, изготовленную
в Голландии, завёл зимние ассамблеи или собрания, кроме того,
что приказал составить план постройки здания для оперы и концертов и разных других увеселений, служащих для забавы и привлечения иностранцев, он принял также все меры и к тому, чтобы
сделать свою столицу приятною и для ученого мира.
Если будет продолжаться постоянно приращение и теперь уже
драгоценной библиотеки, то в немного лет она станет на ряду с
важнейшими Европейскими, не по числу, но по достоинству находящихся в ней книг. Превосходные картины, которыми обладает
царь, нельзя купить ни за какие деньги. Вещи, перешедшие к нему
от предков его и полученные им изо всех Азиатских областей,
тщательно хранимые в Петербурге, составляют превосходнейший
кабинет редкостей. Древности, которые найдены были у Каспийского моря в разных развалинах языческих капищ и молелен, в
1716 и 1718 годах, и которые состоят из всякого рода жертвенной
утвари и ветхих, но разборчивых еще рукописей на пергаменте
(они были у меня в руках), могут образовать прелюбопытное собрание идолов, и ученый, сведущий в древних восточных языках, в
древностях и в мифической теологии, будучи допущен к изучению
этих сокровищ, может многое разъяснить для всего ученого мира.
Химические и другие редкости из царства растительного и
минерального, множество уродов, Готторпская сфера, представляющая систему Коперника, математические инструменты и множество других вещей, состоявших прежде под наблюдением
умершего царского лейб-медика Арескина, по справедливости заставляют удивляться, каким образом такое громадное, драгоценное собрание могло быть составлено здесь в столь короткое время.
Зверинец диких животных и в особенности красивый лев и
львица его, которых два года назад прислал из Персии царский
посланник Волынский, также заслуживают того, чтобы полюбоваться ими.
Об ассамблеях я должен упомянуть здесь только то, что они
начались с 1719 года, собирались трижды в неделю и что его царское величество приказал напечатать составленные для них правила, которые мною переведены и заключаются в следующем:
59
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Объявление
Каким образом асамблеи отправлять надлежит.
Асамблеи – слово Францужское, которого на Руском языке
одним словом выразить невозможно, но обстоятельно сказать,
волное, в котором доме, собрание или съезд делаетца не для толко забавы, но и для дела. Ибо тут может друг друга видеть, и о
всякой нужде переговорить, также слышать что где делаетца, при
том же и забава. А каким образом оные Ассамблеи отправлять, то
определяется ниже сего пунктами, покамест в обычеи воидет.
1) В котором дому имеет Асамблея быть, то надлежит писмом, или иным знаком объявить людем, куды всякому вольно
притить, как мужскому полу, так и женскому.
2) Ранее пяти или четырех часов не начинается, а далее десяти по полудни не продолжается.
3) Хозяин не повинен гостеи ни встречать, ни провожать, ни
потчивать, и не точию вышеписанное не повинен чинить, но хотя
и дома не случится оного, нет ничего, но токмо повинен нескольско покоев очистить, столы, свечи, питье употребляемое в жажду
кто попросит, игры на столах употребляемые.
4) Часы не определяютца в котором быть, но кто в которои
хочет, лише б не ранее и не позжее положенного времени. Также
тут быть сколько кто хочет, и отехать волен когда хочет.
5) Во время бытия в Асамблее волно сидеть, ходить, играть и
в том никто другому прешкодить, или унимать, также церемонии
делать вставаньем, провожаньем и прочим, отнюдь да не дерзает,
под штрафом великого Орла, но только при приезде и отъезде
поклоном почтить должно.
6) Определяетца, каким чинам на оные асамблеи ходить, а
именно, с вышних чинов до обор офицеров и дворян, также знатным купцам и началным мастеровым людем, также и знатным
приказным; тож разумеетца и о женском полу, их жен и детей.
7) Лакеям или служителем в те апартаменты не входить, но
быть в сенях, или где хозяин определит, также когда в Австерии,
и в прочих местах будут балы, или бонкет, также не волно вышеписанным служителем в те апартаменты входить, кроме вышеозначенных мест.
60
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
На этих асамблеях одна комната назначена для танцев, другая для всякого рода карточной игры и особенно для шахматной
(в которой отличаются самые простые Русские люди), в третьей
комнате курят и ведут беседы, а в четвертой женщины играют в
фанты и другие забавные игры.
Хотя на асамблеях никому не предлагается вина или водки
больше того, сколько кто сам пожелает, кроме случаев (которые
нередко повторяются) когда кто поступит в противность установленным правилам; тем не менее иной Русский порядочно напивается и смотрит на учреждение асамблей, как на одно из лучших
нововведений в России.
Обязанность дать у себя асамблею выпадает на долю каждого
знатного придворного, по крайней мере однажды в зиму, и полицей-мейстер объявляет каждому, у кого она должна справляться,
по усмотрению царя.
В тоже время заведены оперы и комедии и изысканы денежные на них средства, хотя сам царь так же мало находит удовольствия в этих зрелищах, как и в охоте.
Хотя Русские сами пытались завести у себя театральные зрелища, но без надлежащего руководительства попытки эти до сих
пор были очень плохи.
Царевна Наталья, еще до отъезда царя, устроила представление одной трагедии, на которое дозволялось приходить всякому.
Для этой цели она приказала приготовить большой пустой дом и
разделить его на ложи и партер. Десять актеров и актрис были все
природные Русские, никогда не бывавшие за границей, и потому
легко себе представить, каково было их искусство. Сама царевна
написала драму и комедию на Русском языке, взяв содержание их
частию из Библии, частию из светских происшествий. В забавной
пьесе появлялись вперемешку то арлекин, то обер-офицер, а под
конец вышел оратор, объяснивший историю представленного
действия и обрисовавший в заключении гнусность возмущения и
бедственный всегда исход оного. Как уверяли меня, во всем этом
драматическом представлении, под вымышленными именами,
представлялось одно из последних возмущений в России. Шестнадцать музыкантов, состоявшие при этом зрелище, были все
чисто Русские и играли, как и все другие артисты, без всякого ис61
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
кусства. Несколько офицеров заверяли меня и ежедневные наблюдения подтвердили мне эти уверения, что Русским, как науки,
так и музыку, нужно вбивать и преподавать батогами (при чем
провинившийся должен лечь на землю, и его бьют шпицрутенами), без чего они ничего усвоить себе не могут. Если у генерала
остался какой-нибудь молодой парень, или уже и пожилой, которого нужно обучить полковой музыке, то такого, хотя бы он никогда не слыхивал никакой музыки и не имел к ней ни малейшей
способности, отдают на известное время учителю, для первоначального обучения Евангельскому пенью, которое составляет их
обычное пенье, менуэтам (Menuet) и проч.; если же учащийся в
это время ничего не успел, то его бьют батогами, ради исправления, до тех пор и так часто, пока он не научится и не станет играть. Также поступают они и во всех других делах своих и даже в
военных упражнениях. Отсюда и происходит, что в Русском народе, при такой строгой дисциплине, существует такое слепое
повиновение старшим, в особенности у солдат, которые оказывают всевозможную верность и выносливость в войне, и при своем грубом невежестве обнаруживают знание и исполнение всего
того, что необходимо каждому доброму воину.
Говоря о нововведениях, которыми стараются украшать Петербург и сделать его приятным, я вспомнил слова князя Меншикова, говорившего, что Петербург другая Венеция и что иностранцам заманчиво поэтому приезжать в Россию. Это со временем может будет и справедливо (за исключением, разумеется,
климата), если только Русские наиболее приспособятся к воле и
намерениям царя и радушнее будут встречать заезжих гостей
своих, а равно, когда каждому предоставлена будет большая, чем
до сих пор, свобода приезда в Петербург и выезда из оного, и когда уменьшится страшная дороговизна на все предметы.
Русский архив. 1872 г. № 7–8.
62
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ОСНОВАНИЕ СУХОПУТНОГО
ШЛЯХЕТСКОГО КОРПУСА (1731 Г.)
Хотя вечнодостойной памяти дядя наш, государь Петр Великий, император, неусыпными своими трудами воинское дело в
такое уже совершенное состояние привел, что оружие российское
действия свои всему свету храбростию и искусством показало, а
для проивождения определено было указом е. в. все младое шляхетство в гвардию с начала писать и тем путем, яко школою, далее дослуживаться, також и в гражданских и политических делах
не меньше старания прилагать изволил посылкою для обучения в
чужие край и потом в государстве указом определил во всех коллегиях из шляхетства быть коллегии юнкерам, дабы из них, по
примеру других европейских государств, чрез секретарство до
вышних градусов происходить могли, и напоследок Академию
наук учредил. А понеже воинское дело поныне еще в настоящем
добром порядке содержитца, однакож, дабы такое славное и государству зело потребное дело наивящше в искусстве производилось, весьма нужно, дабы шляхетство от младых лет к тому в
теории обучены, а потом и в практику годны были. Того ради
указали мы учредить корпус кадетов, состоящий из 200 человек
шляхетских детей от тринадцати до семнадцати лет, как российских, так и эстляндских и лифлянских провинций, которых обучать арифметике, геометрии, рисованию, фортификации, артиллерии, шпажному действу, на лошадях ездить и прочим к воинскому искусству потребным наукам. А понеже не каждого
человека природа к одному воинскому склонна, також и в государстве не меньше нужно политическое и гражданское обучение:
того ради иметь при том учителей чужестранных языков, истории, географии, юриспруденции, танцеванию, музыки и прочих
полезных наук, дабы, видя природную склонность, потому б и к
учению определять. [...]
Полное собрание законов Российской империи. Т. VIII.
63
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ПИСЬМО М.В. ЛОМОНОСОВА
И.И. ШУВАЛОВУ
июнь – июль 1754 г.
Милостивый государь Иван Иванович! Полученным от вашего превосходительства черновым доношением Правительствующему Сенату к великой моей радости я уверился, что объявленное мне словесно предприятие подлинно в действо произвести
намерились к приращению наук, следовательно, к истинной
пользе и славе отечества. При сем случае довольно я ведаю, сколь
много природное ваше несравненное дарование служить может и
многих книг чтение способствовать. Однако и тех совет вашему
превосходительству небесполезен будет, которые сверх того университеты не токмо видали, но и в них несколько лет обучались,
так что их учреждения, узаконения, обряды и обыкновения в уме
их ясно и живо, как на картине, представляются. Того ради, ежели Московский университет по примеру иностранных учредить
намереваетесь, что весьма справедливо, то желал бы я видеть
план, вами сочиненный. Но ежели ради краткости времени или
ради других каких причин того не удостоюсь, то, уповая на отеческую вашего превосходительства ко мне милость и великодушие, принимаю смелость предложить мое мнение о учреждении
Московского университета кратко вообще.
1) Главное мое основание, сообщенное вашему превосходительству, весьма помнить должно, чтобы план Университета
служил во все будущие роды. Того ради, несмотря на то, что у
нас ныне нет довольства людей ученых, положить в плане профессоров и жалованных (находящихся на содержании государства. – Сост.) студентов довольное число. Сначала можно проняться теми, сколько найдутся. Со временем комплет наберется. Остальную с порожних мест сумму полезнее употребить на
собрание университетской библиотеки, нежели, сделав ныне
скудный и узкий план по скудости ученых, после, как размножатся, оный снова переделывать и просить о прибавке суммы.
2) Профессоров в полном университете меньше двенадцати
быть не может в трех факультетах
В Юридическом три
64
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
1. Профессор всей юриспруденции вообще, который учить
должен натуральные и народные права, также и узаконения Римской древней и новой империи.
II. Профессор юриспруденции российской, который, кроме
вышеписанных, должен знать и преподавать внутренние государственные права.
III. Профессор политики, который должен показывать взаимные поведения, союзы и поступки государств и государей между
собою, как были в прошедшие веки и как состоят в нынешнее
время.
В Медицинском 3 же
I. Доктор и профессор химии.
II. Доктор и профессор натуральной истории (изучала минералы, травы, животных. – Сост.)
III. Доктор и профессор анатомии.
В Философском шесть
I. Профессор философии.
II. – физики.
III. – оратории.
IV. – поэзии.
V. – истории.
VI. – древностей и критики.
3) При Университете необходимо должна быть Гимназия, без
которой Университет, как пашня без семян. О ее учреждении хотел бы я кратко здесь вообще предложить, но времени краткость
возбраняет.
Не в указ вашему превосходительству советую не торопиться, чтобы после не переделывать. Ежели дней полдесятка обождать можно, то я целый полный план предложить могу, непременно с глубоким высокопочитанием пребывая вашего превосходительства всепокорнейший слуга
М.В. Ломоносов.
Ломоносов М.В. Полное собрание сочинений. М.; Л, 1957.
Т. 10. С. 508–514.
65
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ПРОЕКТ О УЧРЕЖДЕНИИ
МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
§ 1. На содержание сего университета и при оном гимназии
довольно десяти тысяч рублев в год.
§ 2. [...] 2) Чтоб сей корпус, кроме Правительствующего сената, не подчинен был никакому иному присутственному месту и
ни от кого бы иного повеления принимать не был обязан.
3) Чтоб как профессоры и учители, так и прочие под Университетского протекциею состоящие без ведома и позволения Университетских кураторов и директора неповинны были ни перед
каким иным судом стать кроме Университетского.
4) Чтоб все принадлежащие к Университету чины в собственных их домах свободны были от постоев и всяких полицейских тягостей, тако ж и от вычетов из жалования и всяких других
сборов. [...]
§ 4. Хотя во всяком Университете кроме философских наук и
юриспруденции должно такожде предлагаемы быть богословские
знания, однако попечение о богословии справедливо оставляется
святейшему Синоду.
§ 5. Профессоров в Университете будет в трех факультетах
десять.
В Юридическом:
1) Профессор всей юриспруденции, который учить должен
натуральные и народные права и узаконения Римской древней и
новой империи.
2) Профессор юриспруденции российской, который сверх
вышеписанных должен знать и обучать особливо внутренние государственные права.
3) Профессор политики, который должен показывать взаимные поведения, союзы и поступки государств и государей между
собою, как были в прошедшие века и как состоят в нынешнее
время.
В Медицинском:
1) Доктор и профессор химии должен обучать химии физической, особливо и аптекарьской.
66
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2) Доктор и профессор натуральной истории должен на лекциях показывать разные роды минералов, трав и животных.
3) Доктор и профессор анатомии обучать должен и показывать практикою строение тела человеческого на анатомическом
театре и приучать студентов в медицинской практике.
В Философском:
1) Профессор философии обучать должен логике, метафизике
и нравоучению.
2) Профессор физики обучать должен физике экспериментальной и теоретической.
3) Профессор красноречия для обучения оратории и стихотворства.
4) Профессор истории для показания истории универсальной
и российской, також древности и геральдики.
§ 6. Каждый профессор должен по крайней мере два часа в
день, выключая воскресные и в табели предписанные праздничные дни, также и субботу, в университетском доме публично и не
требуя за то от слушателей особливой платы о своей науке лекции давать, кроме того, вольно ему за умеренную плату кого хочет приватно обучать, только чтоб оттого в его публичных лекциях никакой остановки и препятствия не происходило. [...]
§ 11. О предлагаемых в каждую половину года новых лекциях объявлять выставляемым в Университетском доме листом или
каталогом лекций.
§ 12. Большим ваканциям в Университете быть два раза в году, а именно: зимою от 18 декабря по 6 генваря, а летом от
10 июня по 1 число июля.
§ 13. По окончании каждого месяца выбрать день субботный,
в который профессорам, согласясь между собою, заставлять студентов приватно диспутоваться и задавать им для того тезисы,
которые за три дни наперед прибивать к дверям большой аудитории, дабы желающие то предприять заблаговременно приготовить могли.
§ 14. Пред наступлением каждой ваканции иметь публичные
диспуты, приглася ко оным всех любителей наук, притом одному
из студентов до начатия диспутов говорить краткую латинскую, а
67
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
другому по окончании оных на русском языке речь, выбрав к тому удобную материю.
§ 15. И дабы не оставить ничего, что бы могло молодых людей поощрять к наукам, то по однажды в году, а имянно 26 апреля, роздавать им публичные награждения, которые состоять могут в небольшой золотой или серебреной медале с изображением
е. и. в. к наукам милосердия, которой приличную идею по установлении зделать. [...]
§ 21. Которые студенты в Университете науки свои порядочно окончали, и через свое искусство и прилежание заслужили себе порядочные награждения, а притом в своих поступках всегда
были добропорядочны, оным давать от Университета аттестаты
за подписанием директора и всех профессоров; по которым аттестатам определять желающих в гражданскую службу по приличеству их природы и знания, и делать им протекцию ко ободрению протчих учащихся.
§ 22. Каждый студент должен три года учиться в Университете, в которое время все предлагаемые во оном науки, или по
крайней мере те, которые могут ему служить к будущим его намерениям, способно окончать может, а прежде того сроку никого
против его воли и желания от наук не отлучать и к службе не
принуждать; сверх того, не соизволено ль будет содержать студентов двадцать человек записанных на жалование, чтоб из них в
гимназию определять в нижние классы учителями.
§ 23. Всяк желающий в Университете вышним наукам учиться, должен явиться у директора, который прикажет профессорам
его экзаменовать, и ежели явится способен к слушанию профессорских лекций, то, записав его в число университетских студентов и показав ему порядок учения, приличный его склонности и
будущему состоянию, отослать при письменном виде к тем профессорам, у кого какия лекции слушать имеет; и во ободрение
позволено ль иметь шпагу, как и в протчих местах водится.
§ 24. Учащиеся в Университете студенты не должны ни в каком другом суде ведомы быть, кроме университетского; и ежели
приличатся в каких-либо непорядочных поступках, то не касаясь
до них никаким образом приводить их немедленно в университетский дом к директору, который, смотря по вине, учинит им
68
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
надлежащий штраф или отошлет к тому суду, до которого такия
дела надлежат. [...]
§ 26. Понеже науки не терпят принуждения и между благороднейшими упражнениями человеческими справедливо счисляются, того ради как в Университет, так и в гимназию, не принимать никаких крепостных и помещиковых людей. Однако ежели
который дворянин, имея у себя крепостного человека сына, в котором усмотрит особливую остроту, пожелает ево обучить свободным наукам, оный должен наперед того молодого человека
объявить вольным и, отказавшись от всего права и власти, которую он прежде над ним имел, дать ему увольнительное письмо за
своею рукою и за приписанием свидетелей; притом же повинен
он за себя и за наследников своих обязаться давать оному ученику пристойное содержание, доколе он при Университете счислятся будет и до совершенного окончания наук ни под каким видом
его не отлучать.
§ 27. При допущении в Университет и в гимназию такого
студента или ученика, принять от него и хранить в Университете
данное ему от бывшаго его господина письменное увольнение, и
когда он науки свои порядочно окончает и от университета с аттестатом отпущен будет для определения в службу государеву
или на вольное пропитание, тогда вручить ему паки помянутое
письмо прежняго его господина и дать волю, чтоб никаким образом никто его в холопство привести не мог. Ежели же имев волю
и пользуясь одним тем, будет в худых поступках, то такого выписать вон и отдать как его, так и увольнительное письмо его помещику. [...]
§ 28. Всяк желающий в Университете слушать профессорских лекций, должен наперед научиться языкам и первым основаниям наук. Но понеже в Москве таких порядочно учрежденных
вольных школ не находится, где бы к вышним наукам молодые
люди надлежащим образом приготовлены и способными учинены быть могли; того ради е. и. в. всемилостивейше не соизволит
ли указать, чтоб при Московском университете и под его ведомством учредить две гимназии: одну для дворян, а другую для разночинцов, кроме крепостных людей.
69
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
§ 29. В обеих гимназиях учредить по четыре школы, в каждой по три класса. Первая школа Российская, в ней обучать: в
нижнем классе грамматики и чистоте штиля, в среднем – стихотворства, в вышнем – оратории. Вторая школа Латинская, в ней
обучать: в нижнем классе первые основания латинского языка,
вокабулы и разговоры, в среднем толковать нетрудных латинских
авторов, и обучать переводам с латинского на российский и с
российского на латинский язык, в верьхнем толковать высоких
авторов, и обучать сочинениям в прозе и в стихах. Третья школа
первых оснований наук: в нижнем класса обучать Арифметике, в
среднем Геометрии и Географии, в вышнем сокращению философии. Четвертая школа знатнейших европейских языков. В двух
нижних классах обучать первые основания и разговоры с вокабулами немецкого и французского языков, в двух верхних классах
обучать чистоте штиля помянутых языков. [...]
§ 36. Всякой родитель, желающий отдать сына своего для
обучения в гимназию, должен его представить директору и объявя о намерении, какое имеет он при обучении того своего сына,
почему директор прикажет инспектору гимназии экзаминовать
оного ученика, и по его знанию определить в надлежащий класс.
§ 37. Никакой ученик в гимназии, так и никакой студент в
Университете не должен собою отставать от учения, не уведомя о
том письменно директора Университета и инспектора гимназии,
и не учиня должного благодарения тем профессорами и учителям, у кого обучался. Ежели кто пропустя целой месяц, того не
учинит, и о себе знать не даст, такого почитать яко беглого. [...]
Антология педагогической мысли России XVIII в. М., 1985.
ПРЕДСТАВЛЕНИЕ В СЕНАТ И.И. ШУВАЛОВА
ОБ УЧРЕЖДЕНИИ АКАДЕМИИ ХУДОЖЕСТВ.
6 ноября 1757 г.
Но как науки не могут быть без художества, будучи столь
между собой связаны, столь и польза и слава от их быть может.
Мы здесь художеств почти не имеем, ибо нет почти ни одного
национального искусного художника. Причина та, что молодые
70
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
обучающиеся люди приступают к сему учению, не имев никакого
начала как в иностранных языках, так и в основании некоторых
наук, необходимых к художествам, и так, теряя одно время, только одной практикой делают то, что выучат, не могут ничего приобрести сами или совершенным сделать, не имея ничего того,
чтобы могло способствовать к их врожденному дарованию.
Многие, на большом иждивении содержащиеся здесь искусные художники, но токмо кого выучили, но ни порядочного начала не дали, извиняясь сами на неспособность учащихся.
Теперь в Московском университете находясь, много молодых
людей, иных склонности более к художествам нежели к наукам,
может некоторая часть уволена быть для сего учения, уча притом
языки и другие нужные к тому знания. Если Правительствующий
сенат сие представление заблагорассудит пожаловать на то в год
6 тысяч рублей, то можно здесь, в Петербурге, Академию художеств завести, которая, можно себя льстить, успехи окажет и будет тем ответствовать Правительствующего сената попечению и
благоволению.
Хрестоматия по истории СССР. XYIII век. М., 1963.
С. 570-571.
ГЕНЕРАЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
О ВОСПИТАНИИ ОБОЕГО ПОЛА
ЮНОШЕСТВА (1764 Г.)
С давнего уже времени имеет Россия Академию и разные
училища, и много употреблено иждивения на посылку российского юношества для обучения наукам и художествам; но мало,
буде не совсем ничего, существительных от того плодов собрано.
Разбирая прямые тому причины, не можем мы жаловаться на
провидение и малую в российском народе к наукам и художествам способность; но можно неоспоримо доказать, что к достижению того непрямые токмо пути избраны были, а чего совсем не
доставало, о том совсем и помышляемо не было. [...]
Искусство доказало, что один только украшенной или просвещенной науками разум не делает еще доброго и прямого гра71
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
жданина; но во многих случаях паче во вред бывает, есть ли кто
от самых нежных юности своей лет воспитан не в добродетелях,
и твердо оные в сердце его не вкоренены; а небрежением того и
ежедневными дурными примерами привыкает он к мотовству,
своевольству, бесчестному лакомству и непослушанию. При таком недостатке смело утвердить можно, что прямого в науках и
художествах успеха и третьего чина людей в государстве ожидать, всуе себя и ласкать.
По сему ясно, что корень всему злу и добру воспитание: достигнуть же последнего с успехом и с твердым исполнением не
инако можно, как избрать средства к тому прямые и основательные.
Держась сего неоспоримого правила, единое токмо средство
остается, то есть: произвести сперва способом воспитания, так
сказать, новую породу или новых отцов и матерей, кои бы детям
своим те же прямые и основательные воспитания правила в сердце вселить могли, какие получили они сами, и от них дети передали б паки своим детям; и так следуя из родов в роды в будущие
веки.
Великое сие намерение исполнить нет совсем иного способа,
как завести воспитательные училища для обоего пола детей, которых принимать отнюдь не старее, как по пятому и по шестому
году. Излишне было бы доказывать, что в те самые годы начинает дитя приходить в познание из неведения, а еще нерассудительнее верить, яко бы по прошествии сих лет еще можно поправить в человеке худой нрав, чем он уже заразился, и, поправляя
его, те правила добродетелей твердо в сердце его вкоренять, кои
ему иметь было потребно.
И так о воспитании юношества пещися должно неусыпными
трудами, начиная, как выше показано, от пятого и шестого до восемнадцати и двадцати лет безвыходного в училищах пребывания. Во все же то время не иметь им ни малейшего с другими сообщения, так что и самые ближние сродники, хотя и могут их видеть в назначенные дни, но не инако, как в самом училище, и то в
присутствии их начальников. Ибо неоспоримо, что частое с
людьми без разбору обхождение вне и внутри онаго весьма вредительно, а наипаче во время воспитания такого юношества, ко72
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
торое долженствует непрестанно взирать на подаваемые ему
примеры и образцы добродетелей. [...]
[...] Просвещая притом их разум науками и художествами, по
природе, полу и склонности каждого, обучаемы быть должны с
примечанием таким, что прежде нежели отрока обучать какому
художеству, ремеслу или науке, подлежит рассмотреть его
склонности и охоту и выбор оных оставить ему самому. Душевные его склонности всемерно долженствуют в том над всеми
прочими уважениями преимуществовать; ибо давно доказано, что
не предуспеет он ни в чем том, чему будет прилежать по неволе,
а не по своему желанию.
От сих первых учреждений зависит все воспитание, какое дано будет первому от оных новой породы происхождению. Почему собою понятно, какая потребно осторожность и благоразумие
в выборе учителей и учительниц, а особенно главных над воспитательными училищами директоров и правителей. В последних
сих вся важность и затруднение состоит: им надобно быть всем
известной и доказанной честности и праводушия, а поведение их
и нравы долженствуют быть наперед ведомы и непорочны; особенно же надлежит им быть терпеливым, рассмотрительным,
твердым и правосудным, и одним словом, таковым, чтоб воспитывающееся юношество любило их и почитало и во всем добрый
от них пример получало.
Сего ради остается в дополнении изъяснить, что все сие
единственно зависит от особенного учреждения и даваемых наставлений, кои надлежит сочинить с великим размышлением и
осторожностью, дабы все соображено было ясно, внятно и точно
и чтоб ничего того пропущшено не было, что надлежит до учителей, учеников, до поведения тех и других и до общего в сих училищах наблюдаемого порядка. Ибо, при начинании сего, надобно
сперва за точное принять правило: или делать, и делать целое и
совершенное, или так оставить и не начинать.
Полное собрание законов Российской империи. Т. XVI.
73
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
УСТАВ НАРОДНЫМ УЧИЛИЩАМ
В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ (1786 Г.)
Воспитание юношества было у всех просвещенных народов
толико уважаемо, что почитали оное единым средством утвердить благо общества гражданского; да сие и неоспоримо, ибо
предметы воспитания, заключающие в себе чистое и разумное
понятие о Творце и его святом законе и основательные правила
непоколебимой верности к государю и истинной любви к отечеству и своим согражданам, суть главные подпоры общего государственного благосостояния. Воспитание, просвещая разум человека различными другими познаниями, украшает его душу;
склоняя же волю к деланию добра, руководствует в жизни добродетельной и наполняет, наконец, человека такими понятиями, которые ему в общежитии необходимо нужны. Из сего следует, что
семена таковых нужных и полезных знаний сеять еще должно с
малолетства в сердцах отроческих, дабы они в юношеских летах
возрастали, а в мужских, созревши, обществу плод приносили.
Но как плоды сии не иначе размножить можно как распространением самого наставления, то для сего и учреждаются ныне такие
заведения, где на основании общих предписаний преподавать будет оное юношеству на языке природном. Таковые заведения существовать должны во всех губерниях и наместничествах Российской империи, под именем народных училищ, кои разделяются на главные и на малые.
О классах главных народных училищ
§ 1. В каждом губернском городе быть одному Главному народному училищу, состоящему из 4 разрядов, или классов, в коих
обучать юношество следующим учебным предметам и наукам на
языке природном, а именно;
§ 2. В I классе обучать чтению, письму, первоначальным основаниям христианского закона и добронравию. Начиная с познания букв, обучать складывать и потом читать букварь, правила
для учащихся, сокращенный катехизис и священную историю.
Обучающихся таким образом чтению заставлять при наступле74
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нии второй половины первого года писать с прописей, выговаривать и писать цифры, церковные и римские числа, и притом обучать их первоначальным правилам грамматики, содержащимся в
таблице о познании букв, которая находится в книге под заглавием «Руководство учителям I и II классов».
§ 3. Книги, по которым надлежит учить юношество вышесказанным сего класса предметам, суть следующие: 1. Таблица азбучная. 2. Таблица для складов. 3. Российский букварь,
4. Правила
для
учащихся.
5. Сокращенный
катехизис,
6. Священная история. 7. Прописи и 8. Руководство к чистописанию.
§ 4. Во II классе или разряде, наблюдая те же предметы христианского закона и добронравия, начинать читать пространный
катехизис без доказательств из Священного писания, Книгу о
должностях человека и гражданина и первую часть арифметики;
повторять священную историю, продолжать чистописание и учение грамматических правил, содержащихся в таблицах о правильном разделении складов, о чтении и о правописании, находящихся в вышеупомянутом "Руководстве учителям I и II классов". В сем разряде начинать также обучать юношество и
рисованию.
§ 5. Книги, по которым учить в сем классе юношество, суть
следующие: 1. Пространный катехизис. 2. Священная история.
3. Книга о должностях человека и гражданина. 4. Руководство к
чистописанию. 5. Прописи и 6. Первая часть арифметики.
§ 6. В III классе следует продолжать рисовальное искусство,
чтение изъяснений Евангелий, повторение пространного катехизиса с доказательствами из Священного писания, учение второй
части арифметики и первой части всеобщей истории, введение во
всеобщую европейскую географию, а потом начинается землеописание Российского государства и российская грамматика с
упражнениями в правописании.
§ 7. Книги, по которым учить в сем разряде, суть следующие:
1. Пространный катехизис. 2. Изъяснения Евангелий. 3. Вторая
часть арифметики. 4. Истории всеобщей первая часть. 5. География всеобщая и Российского государства. 6 Общие чертежи зем75
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ного шара, Европы, Азии, Африки, Америки и Российского государства. 7. Земной шар, или глобус, и 8. Российская грамматика.
§ 8. В IV разряде повторять российскую географию, продолжать рисование, историю всеобщую, российскую грамматику,
упражняя притом юношество в письменных в общежитии употребительных сочинениях, как-то: в письмах, счетах, расписках и
т.п. Преподавать российскую историю, географию всеобщую и
математическую, с задачами на глобусе; также основания геометрии, механики, физики, естественной истории и гражданской архитектуры; полагая из наук математических на первый год геометрию и архитектуру, а на второй- механику и физику с продолжением архитектуры, при которой чертить и планы.
§ 9. Книги, по которым следует учить юношество в сем классе, суть следующие: 1. Грамматика российская. 2. География российская. 3. География всеобщая, в которой заключается введение
к познанию математическому земного шара. 4. История российская. 5. Истории всеобщей вторая часть. 6. Общие чертежи земного шара, Европы, Азии, Африки, Америки и России. 7. Земной
шар или глобус. 8. Геометрия. 9. Архитектура. 10. Механика.
11. Физика и 12. Начертание естественной истории. [...]
Глава II. О малых народных училищах
§ 24. Малые училища суть те учреждения, в коих обучается
юношество на природном языке учебным предметам, преподаваемым в I и II классах Главного народного училища, выключая учение иностранных языков, и с тою притом отменою, что во II классе
малых сих училищ, по окончании первой части арифметики, предприемлется и оканчивается вторая. Сии училища должны существовать как в губернских городах, где одного главного не довольно,
так и в уездных городах и где еще по усмотрению Приказа общественного призрения на первый случай быть могут надобны.
Антология педагогической мысли России XVIII в. М., 1985.
С. 235–240.
76
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
М. ЩЕРБАТОВ
О ПОВРЕЖДЕНИИ НРАВОВ В РОССИИ
(1786 – 1787)
Взирая на нынешнее состояние отечества моего с таковым
оком, каковое может иметь человек, воспитанный по строгим
древним правилам, у коего страсти уже летами в ослабление
пришли, а довольное испытание подало потребное просвещение,
дабы судить о вещах, не могу я не удивиться, в коль краткое время повредилиса повсюдно нравы в России. Воистину могу я сказать, что естли, вступя позже других народов в путь просвещения, и нам ничего не оставалось более, как благоразумно последовать стезям прежде просвещенных народов; мы подлинно в
людскости и в некоторых других вещах, можно сказать, удивительные имели успехи и исполинскими шегами шествовали к поправлению наших внешностей, но тогда же гораздо с вящей скоростию бежали к повреждению наших нравов и достигли даже до
того, что вера и божественный закон в сердцах наших истребились, тайны божественные в презрение впали. Гражданские узаконении презираемы стали. Судии во всяких делах нетоль стали
стараться объясняя дело, учинить свои заключении на основании
узаконеней, как о том, чтобы, лихоимственно продавая правосудие, получить себе прибыток или, угождая какому вельможе, стараются проникать, какое есть его хотение; другие же, не зная и не
стараяса познавать узаконении, в суждениях своих, как безумные
бредят, и ни жизнь, ни честь, ни имения гражданския не суть
безопасны от таковых неправосудей. Несть ни почтения от чад к
родителям, которые не стыдятся открытно их воли противуборствовать и осмеивать их старого века поступок. Несть ни родительской любви к их исчадию, которые, яко иго с плеч слагая, с
радостию отдают воспитывать чуждым детей своих; часто жертвуют их своим прибытком, и многие учинились для честолюбия и
пышности продавцами чести дочерей своих. Несть искренней
любви между супругов, которые часто друг другу, хладно терпя
взаимственныя прелюбодеяния, или другия за малое что разру77
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
шают собою церковью заключенный брак, и не токмо стыдятся,
но паче яко хвалятся сим поступком. Несть родственнические
связи, ибо имя родов своих ни за что почитают, но каждый живет
для себя. Несть дружбы, ибо каждый жертвует другом для пользы
своя; несть верности к государю, ибо главное стремление почта
всех обманывать своего государя, дабы от него получать чины и
прибыточные награждения; несть любви к отечеству, ибо почти
все служат более для пользы своей, нежели для пользы отечества;
и наконец несть твердости духу, дабы не токмо истину пред монархом сказать, но ниже временщику в беззаконном и зловредном его намерении попротивиться. [...]
Щербатов, М.М. О повреждении нравов в России / М.М. Щербатов // О повреждении нравов в России князя М. Щербатова и
Путешествие А. Радищева: [Факсимильное издание]. М., 1976.
С. 1–2.
Н.И. НОВИКОВ
ПУБЛИКАЦИИ В ЖУРНАЛЕ «ЖИВОПИСЕЦ».
1772. Ч. II. ЛЕЧЕБНИК
Для его превосходительства г. Недоума
Сей вельможа ежедневно имеет горячку величаться своею
породою. Он производит своё поколение от начала вселенной,
презирает всех тех, кои дворянства своего по крайней мере за
пятьсот лет доказать не могут... Тотчас начинает его трясти лихорадка, если кто пред ним упомянет о мещанах или крестьянах...
Он желает, чтобы на всём земном шаре не было других тварей,
кроме благородных, и чтоб простой народ совсем был истреблён;
о чём неоднократно подавал он проекты, которые многими ради
хороших и отменных мыслей были опорчены для того, что изобретатель для произведения в действо своей выдумки требовал
наперед трёхсот миллионов рублей. Вельможа наш ненавидит и
презирает все науки и художества и почитает оные безчестием
для всякой благородной головы. По его мнению, всякий шляхтич
может всё знать ничему не учася; философия, математика, фиси78
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ка и прочие науки суть безделицы, не стоящие внимания дворянского... Для излечения г. Недоума от горячки
Рецепт
Надлежит больному довольную меру здравого привить рассудка и человеколюбия, что истребит из него пустую кичливость
и высокомерное презрение к другим людям; ибо знатная порода
есть весьма хорошее преимущество: но она всегда будет обесчещена, когда не подкрепится достоинством и знатными к отечеству заслугами. Мнится, что похвальнее бедным быть дворянином
или мещанином и полезным государству членом, нежели знатной
породы тунеядцем, известным только по глупости, дому, экипажам и ливрее.
Новиков Н.И. Избранные произведения. М.; Л., 1951.
С. 136-137, 139–140, 184–187.
ИЗ «ЗАПИСОК» Ф.Ф. ВИГЕЛЯ (1790-Е ГГ.)
[...] Когда брат бывал мною доволен, что случалось весьма
редко, то брал с собою во французский театр. Так как кресел было тогда не более двух рядов, то обыкновенно все ходили в партер, куда за вход платили только по одному рублю. Всего удалось
мне видеть спектакль три раза, и, следственно, награды мне за
хорошее поведение стоили не более трех рублей медью. В первый раз играли комедию «Le Vieux Celibataire» [«Старый холостяк»), как бы в предзнаменование моей будущей судьбы. Я не в
состоянии был судить об искусстве, и потому-то, вероятно, чудесная игра г-жи Вальвиль не могла примирить меня с ее безобразием; старый Офpeн играл старого холостяка и для этой роли
мне показался слишком стар; он был знаменитый трагический актер: комедия была не его дело. Несмотря на все это, я не дышал
во время представления, боялся проронить слово; новое удовольствие, которое ощутил я тогда, было столь сильно, что в этот вечер дал я себе слово не пропускать спектакля, коль скоро позволено мне будет располагать собою и своим карманом.
От второго представления, которое я видел, я было совсем сошел с ума. Давали оперу Гретри «Прекрасная Арсена», коей музы79
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ка и тогда была не весьма новая, но всех еще восхищала. Оркестр,
богатые костюмы, декорации, превращения, все меня очаровало, но
более всего мадам Шевалье – красавица, столь же славная певица,
как и актриса. Когда она запела: et je regnerai dans les cieux [и я буду
царствовать на небесах), мне казалось, что она меня туда за собою
увлекла. В последний раз видел я вторично эту сирену в маленькой
опере «Le Prisonnier» («Пленник»); ничего не могло быть милее, и
ни одна актриса меня с тех пор так не пленяла. После оперы был
балет или дивертисмент, утвердительно сказать не могу; помню,
что были пастухи и пастушки, гирлянды и амуры. Были две молодые танцовщицы, которые в то время друг у друга оспаривали
пальму первенства и на которых смотрел я с большим удовольствием, даже тотчас после Шевалье. Одна из них, француженка, Роза
Колинет, вышла потом замуж за известного балетмейстера Дидло
и, кажется, еще и поныне находится в живых; другая – русская, Берилова, более известная под простым, нежным названием Настеньки, воплощенная грация, которая через год или два после того увяла цветком. Я никогда не был великий охотник до балетов и всегда
полагал, что лишь язык может говорить уму и сердцу, а одни
прыжки и телодвижения говорят только чувственности, и сего рода
наслаждения я никогда не искал на сцене. [...]
В эту зиму я увидел и московские балы; два раза был я в Благородном собрании. Здание его построено близ Кремля, в центре
Москвы, которая сама почитается средоточием нашего отечества.
Не одно московское дворянство, но и дворяне всех почти великороссийских губерний стекались сюда каждую зиму, чтобы повеселить в нем жен и дочерей. В огромной его зале, как в величественном храме, как в сердце России, поставлен был кумир Екатерины, и
никакая зависть к ее памяти не могла его исторгнуть. Чертог в три
яруса, весь белый, весь в колоннах, от яркого освещения весь как в
огне горящий, тысячи толпящихся в нем посетителей и посетительниц, в лучших нарядах, гремящие в нем хоры музыки и к конце
его, на некотором возвышении, улыбающийся всеобщему веселью
мраморный лик Екатерины, как во дни ее жизни и нашего блаженства! Сим чудесным зрелищем я был поражен, очарован. Когда
первое удивление прошло, я начал пристальнее рассматривать бесчисленное общество, в коем находился; сколько прекрасных лиц,
80
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сколько важных фигур и сколько блестящих нарядов! Но еще более, сколько странных рож и одеяний!
Помещики соседственных губерний почитали обязанностию
каждый год, в декабре, со всем семейством отправляться из деревни, на собственных лошадях, и приезжать в Москву около Рождества, а на первой неделе поста возвращаться опять в деревню. Сии
поездки им недорого стоили. Им предшествовали обыкновенно на
крестьянских лошадях длинные обозы с замороженными поросятами, гусями и курами, с крупою, мукою и маслом, со всеми жизненными припасами. Каждого ожидал собственный деревянный
дом, неприхотливо убранный, с широким двором и садом без дорожек, заглохшим крапивой, но где можно было, однако же, найти
дюжину диких яблонь и сотню кустов малины и смородины.
Все Замоскворечье было застроено сими помещичьими домами. В короткое время их пребывания в Москве они не успевали
делать новых знакомств и жили между собою в обществе приезжих, деревенских соседей: каждая губерния имела свой особый
круг. Но по четвергам все они соединялись в большом кругу Благородного собрания; тут увидят они статс-дам с портретами,
фрейлин с вензелями, а сколько лент, сколько крестов, сколько
богатых одежд и алмазов! Есть про что целые девять месяцев
рассказывать в уезде, и все это с удивлением, без зависти: недосягаемою для них высотою знати они любовались, как путешественник блестящею вершиной Эльбруса.
Не одно маленькое тщеславие проводить вечера вместе с
высшими представителями российского дворянства привлекало
их в собрание. Нет почти русской семьи, в которой бы не было
полдюжины дочерей: авось ли Дунюшка или Параша приглянутся какому-нибудь хорошему человеку! [...] Для любопытных наблюдателей было много пиши в сих собраниях; они могли легко
заметить озабоченных матерей, идущих об руку с дочерьми, и
прочитать в глазах их беспокойную мысль, что, может быть, в
сию минуту решается их участь; по веселому добродушию на лицах провинциалов легко можно было отличить их от постоянных
жителей Москвы. [...]
Вигель, Ф.Ф. Записки / Под ред. С.Я. Штрайха. М.: Захаров,
2000.
81
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ЖЕНСКИЕ МОДЫ
АЛЕКСАНДРОВСКОГО ВРЕМЕНИ
Внешние проявления общественной жизни редко укладываются в такие случайные периоды, как периоды царствований; тем
реже вмещаются в их условные рамки изменчивые вкусы „непостижимого пола". – Не представляет в этом смысле исключения и
александровская эпоха. Моды, свойственной именно этой эпохе,
и только ей одной, существовать, очевидно, не могло, отчасти по
самой продолжительности александровского царствования, отчасти вследствие рабского заимствования вкусов, господствовавших во Франции. В этом последнем отношении, александровское время ничем не отличается от некоторых ему предшествовавших и всех, безусловно, ему последовавших исторических
эпох. Наше высшее общество, подражавшее французам еще при
Елизавете, начало, как известно, при Екатерине II воспринимать
особенно усердно французские нравы и читать французские книги, завершая свое воспитание во французских салонах. При Павле
и Александре, русские высших слоев, продолжая считать Францию отечеством вкуса, светскости, искусства, изящных наслаждений и любезности, стали смотреть на нее и «как на убежище
свободы и разума, как на очаг священного огня, где они зажгут
светильник, долженствующий осветить их сумрачное отечество».
Так, между прочим, характеризует современное ему направление
русского общества один из иностранцев, поселившийся в России,
в начале 1800-х годов. Это подавляющее у нас влияние французской культуры не могло не отразиться наиболее наглядно на той
стороне нашей общественной жизни, в которой французы не
только для России, но и для всего мира всегда являлись самодержавными и бесспорными законодателями – во всей области вкуса
и эстетики женского туалета. В этой области решительно ничто
не могло поколебать их несокрушимого авторитета, – ни сатиры
на Екатерининских «петиметров», ни последовавшие в царствование Павла запрещения ненавистных ему со времен революции
французских костюмов и причесок, ни злобные выходки Державина, говорившего, что все приближенные Александра набиты
французским духом. Не поколебала его и разгоревшаяся после
82
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
наших первых военных неудач национальная вражда против «исчадия революции», находившая себе исход в литературном обличении Шишкова и Ростопчина, которые, яростно нападая на галломанию и французские обычаи, видели в них язву, «подкапывающую все наши добродетели». [...]
Несмотря на все эти нападки и стеснения, несмотря на значительное по временам, вследствие политических событий, охлаждение русских симпатий к французам, вызывавшее даже мнимое
возвращение к народности, – „богини", „нимфы" и „гурии" александровского времени продолжали слепо следовать всем бесчисленным прихотям парижской моды. И как это ни обидно для нашего национального самолюбия, но приходится признать, что даже в светлое время наивысшего подъема народного чувства, наряд
русской женщины наиболее просвещенного круга не представлял
из себя ничего самостоятельного и национального, служа лишь
неосмысленным отражением общественной и политической жизни
совершенно чуждой нам страны и ни в чем не соответствуя нашим
бытовым и климатическим условиям. О необычайном и повсеместном у нас тогда распространении французских вкусов и мод
красноречиво свидетельствуют не только все повременные модные издания и дошедшие до нас женские портреты, но и немногие
литературные очерки бытовой жизни того времени. Вот что, например, сообщает один из приезжавших тогда в Россию иностранцев о жизни в Москве в начале столетия. „Во время моего
пребывания в Москве, тамошнее высшее общество следовало господствующей моде и притом с таким вкусом и изяществом, что в
этом отношении уступало разве только одним парижанам. Даже
женщины среднего сословия одеваются богаче и с большим вкусом, чем во многих других европейских странах. Материи для
платьев обыкновенно отличной доброты и большею частью выписаны из Франции и Англии; впрочем, в большом ходу прекрасные
шелковые материи, выделываемые в Москве. В покрое платья
следуют французской моде и одеваются вообще очень узко и тесно.... На то же пристрастие ко всему французскому указывают и
следующие очерки провинциальной и московской светской жизни
александровского царствования, изложенные своеобразным и типичным языком того времени и, уже по одному этому, заслужи83
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вающие внимания. «С утра до вечера гулял я по ярмонке, один
или с обществом своим», – пишет в 1803 году какой-то досужий
турист о ярмарке в г. Ромнах, Полтавской губернии. «В каждое
новое лицо, разумеется, женское, вглядывался с любопытством, и
каждое казалось мне прекрасным: отчего это? От жажды видеть
нимф здешних, которых я так мало видел, и которые в самом деле,
вообще, прекрасны». Оказывается, однако, что далеко не все
«нимфы» были одеты по моде. «Из красавиц, – продолжал он, – я
на некоторых заметил платье нынешнего вкуса; это редкость
здесь. А что еще реже в женском мире, здешние нимфы не очень
перенимают моду в одежде: кокетство их с этой стороны весьма
спокойно – жаль!.. Готическое платье как-то затмевает наружные
прелести». Однажды, гуляя по ярмарке, автор встретился «совсем
с новою дамою», причем ее «нерадиво со вкусом накинутая шаль,
соломенная большая шляпа, приятная походка, лорнет и все по
последнему костуму» возбудили его любопытство. [...]
[...]Великая французская революция, порвав с прежними
предрассудками и традициями, резко изменила и эстетические
взгляды возрождаемого ею человечества на одежду и украшения.
Под влиянием господствующих идей – ненависти к королевскому
режиму, стремлению к всеобщему равенству и возвращению
классицизма в искусстве, наряды последних лет ХVIII века значительно упростились и, вдохновляясь классическими образцами
языческой древности, начали искать приближения к природе.
Моды того времени стремились освободить формы, яснее определить контуры человеческой фигуры и сделать костюм более
свободным, более соответствующим незыблемым принципам
греческой красоты. А эти принципы учат, что всякая изящная
одежда должна прежде всего давать чувствовать прекрасную
гармонию человеческого тела и что эстетика костюма предписывает строгое единство тона, придающее ему величавую простоту.
Этим двум эстетическим основам классической одежды и начали
усердно подражать как во Франции, так, конечно, и у нас, у которых, по образному выражению одного из современников, «картинки парижских костумов всегда одушевлялись подобно Пигмальйновой Галатеи».
84
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
[...] «В нынешнем костуме, – говорит неизвестный хроникер
Московского Меркурия 1803 года, – главным почитается обрисование тела. Есть ли у женщины не видно сложения ног от башмаков до туловища, то говорят, что она не умеет одеваться или хочет отличиться странностью. Когда Нимфа идет, платье искусно
подобранное и позади гладко обтянутое показывает всю игру
мускулов ее при каждом шаге». Чтобы производить такое эстетическое впечатление, платья делались узкими из легких, полупрозрачных материй: мусселина, батиста, крепа, перкаля или кисеи,
плотно охватывавших стан и наглядно обрисовывавших формы.
Такие платья, иногда только снизу обшитые каймами из лент или
гирляндами из листьев, иногда же со сплошь на них вышитыми
мелкими узорами, бывали всегда однотонные и чаще всего белые,
что именно и придавало им желаемый характер простоты и величия. Они делались спереди короткими, а сзади длинными, с треном и надевались на одну рубашку без юбки.
По мнению женщин того времени, «самая тонкая юбка отнимала у самого тонкого платья всю прозрачность и обратила бы их
в ханжей, которые хотят быть умнее других и безмолвно порочить всех кроме себя». Климатические условия так мало, однако,
соответствовали этой легкомысленной моде, что современные
щеголихи, отказавшись от ненавистной им юбки, принуждены
были волей неволей заменить ее «исподним платьем мужского
покроя из трико телесного цвета». Но материи наружного платья
продолжали оставаться прозрачными, что по прежнему давало
«богине» возможность «торжествовать над стихиями, не страшась ни морозов, ни лучей солнечных и щеголять такими прелестями, которые прежде укрывали от любопытного взора Профанов, как священные Египетские таинства»! [...]
[...] Но самою типичною и неотъемлемою принадлежностью
женского туалета того времени была шаль, привезенная во Францию после Египетского похода и настолько с тех пор везде в Европе привившаяся, что даже наши современники, из старших по
возрасту, конечно, должны и до сих пор еще хорошо помнить ее
преобладающее господство, продолжавшееся до конца пятидесятых годов прошлого столетия. Шали «кашемирские», стоившие в
начале века чуть ли не целое состояние, а потом шелковые, шер85
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
стяные, батистовые или газовые, окаймленные изящными бордюрами, делались самых различных форм и размеров: длинные, углом или квадратные, – и окрашивались в самые разнообразные,
преимущественно однотонные цвета.
Другою, почти столь же типичною, принадлежностью женского туалета был головной убор в виде чалмы или тюрбана, в
первый раз надетый парижанками в подражание чалме приехавшего в Париж в начале столетия турецкого посланника, а быть
может и в подражание головному убору мамелюков после Египетского похода. Тюрбаны, подобно шали, также пережили всю
александровскую эпоху, хотя не могли пользоваться одинаковым
распространением, уже благодаря тому, что надевались реже, – в
более торжественных случаях. Делались тюрбаны из «мериносовой» и «кашемирской» шали, из бархата, парчи, тонкой индейской кисеи с золотыми полосами и белого и розового крепа, и носились или сложенными в складки, или в виде витой полосы с
украшениями из жемчугов и драгоценных каменьев или с султанами из перьев. [...]
Все сложные уборы конца XVIII столетия, все «адмиральские
шляпы» – корабли со снастями и снарядами, пушками и батареями,
«шляпы-пуфы», с разложенными впереди знаменами и литаврами,
«Минервины шишаки», «чепцы-победы», шляпы с громадными
полями – все затейливые и причудливые постройки, возвышавшиеся на женских головках и носившие, по недоразумению, названия
шляп, уступили вдруг место самым простым и непритязательным
уборам. Это были плоскодонные «корнеты» и «капоты» с козырьками или завернутыми спереди полями, – убранные цветами и лентами соломенные шляпы, перевязанные косынкой «á la marmotte», – скромные золотые сетки с золотыми желудями на концах и
токи с перьями и складками спереди «en gueule de loup». Носились
даже, взамен шляп, кружевные, длинные косынки и прозрачные
чепчики и наколки из цветных материй или кружев, иногда окаймленные спереди «барбой».
Такую же простоту преследовали и женские прически, впавшие даже в непонятную, в этом отношении, и уродливую крайность. За несколько лет перед тем ни у одной женщины не было
достаточно волос для прически; теперь у всех, – их оказалось
86
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
слишком много. Вместо воздвигавшихся на головах щеголих высоких гор, холмов, усыпанных цветами, лугов, пенистых потоков из
искусственных прядей кос и локонов, вместо сложнейших и громоздких причесок, вроде «прелестной простоты» или «расцветающей приятности» – появились вдруг гладко остриженные головы
или «половинная» стрижка голов, с бритыми или коротко подстриженными на затылке волосами, в подражание последнему туалету осужденного на казнь. Такие прически назывались сначала «à
la victime» или «à la guillotine», а, впоследствии, когда волосы начали завивать мелкими кудрями по всей голове, – «à 1а Titus».
Мода на стриженые головы и затылки, строго запрещенная во
времена Павла, снова вернулась в первые годы царствования Александра, но, уже благодаря одному тому, что она лишала женщину
одного из существенных ее украшений, долго продержаться не
могла. Вскоре волосы были снова отпущены и начали зачесываться
кверху, так, что затылок оставался открытым, причем их иногда заплетали в косы, которые обвивали вокруг головы или завивали
спереди мелкими буклями, спуская их вдоль щек короткими локонами – «фаворитками» или «бандо». Причесывались также «à
1'antique», или с большими гребнями, украшенными каменьями,
или вплетая в волосы гирлянды цветов, сеточки из мелкого жемчуга и повязки, украшенные мозаиками, а особенно камеями.
Камеи, привезенные императрицею Жозефиною из Италии в
Париж, а оттуда перешедшие к нам, были излюбленным украшением женщин той эпохи. Их носили не только на гребнях, но и в
ожерельях, браслетах и кольцах, оправленными в бриллианты.
[...]Блестящим метеором промелькнула воздушная «богиня»
начала XIX века. Приблизительно с 1806 года, в ущерб общей
стильности наряда, женщины начали прикрывать свои чары. Исчезли легкие, полупрозрачные ткани, утратилась их благородная
простота. Платья начали носить из более плотных материй, гладких: гро-муара, гро-де-тура, гро-гро, гро-д'ориана, сатен-тюрка,
бомба, и затканных: пети-броше, пети-семе, гран-рамаж (или
«большая ромашка», как называли торговцы), материй, вышитых
золотом и серебром, и бархата. Отказались также от однотонного
белого цвета, заменив его разными другими цветами, которые,
особенно к 20-м годам, окрестили самыми странными и неверо87
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ятными названиями: упавшей в обморок лягушки (grenouiue
évanouie), испуганной мыши, (souris éffrayée), влюбленной жабы
(crapaud amoureux), мечтательной блохи (puce rêveuse), и даже
паука, замышляющего преступление (araignée méditant un crime).
Все эти плотные и цветные ткани окончательно уничтожили
воздушность прежнего наряда. Но этой цели больше и не преследовали. Даже в тех случаях, когда юбки носились из гладкой материи, их отделывали по низу громоздкою орнаментациею из
прошв, вышивок, рюшей и оборок. Сложные их узоры не могли
производить прежнего впечатления легкости, единства и цельности, уже благодаря тому, что положенные, хотя бы и на однотонный фон, рисунки не были достаточно мелки, чтобы составлять
как бы оттенок этого фона.
Бесследно, и конечно тоже в ущерб стильности, исчез затем
трен, так изящно завершавший женский туалет и оставлявший такой широкий простор всякому личному творчеству в умении грациозно поднять его на руку или изящно откинуть и расположить.
Платья все более укорачивали и суживали; в 1808 году из-под них
видны были ноги, в 1810-ом – они уже доходили только до щиколотки и лишь к началу 1830-х годов их опустили снова до полу.
Вообще, в наряде того времени утрачена была «милая простота», которая по словам хроникера Литературных Листков, «с
1816 года приметно исчезает». «Все же у нас менее мотовства,
чем в других государствах, – наивно прибавляет тот же хроникер, – от того, что между прекрасным полом более нравственности, а нравственности более, потому, что у нас существуют
Смольный и другие институты в виде рассадников семейного
счастья, где даже иностранцы должны почерпать образцы нравственного образования».
На самом деле «милая простота» исчезает ранее 1816 года, а
именно – около 1806 – 1807 годов. С этих пор женский туалет начинает носить характер скорее фантастический и жанровый, отвечавший гораздо менее прежнего – идеалу одежды всякой женщины: тщательно скрывать недостатки и наиболее выгодно выказать красоту пропорций. Эта особенность и служит, быть может,
наиболее характерным признаком…
88
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Верещагин В.А. Памяти прошлого: Статьи и заметки. СПб.:
Тип. Сириус, 1914. С. 46–68.
П.Я. ЧААДАЕВ
ФИЛОСОФИЧЕСКИЕ ПИСЬМА
ПИСЬМО ПЕРВОЕ
[...] У каждого народа бывает период бурного волнения, страстного беспокойства, деятельности необдуманной и бесцельной.
В это время люди становятся скитальцами в мире, физически и
духовно. Это – эпоха сильных ощущений, широких замыслов, великих страстей народных. Народы мечутся тогда возбужденно,
без видимой причины, но не без пользы для грядущих поколений.
Через такой период прошли все общества. Ему обязаны они самыми яркими своими воспоминаниями, героическим элементом
своей истории, своей поэзией, всеми наиболее сильными и плодотворными своими идеями; это – необходимая основа всякого
общества. Иначе в памяти народов не было бы ничего, чем они
могли бы дорожить, что могли бы любить; они были бы привязаны лишь к праху земли, на которой живут. Этот увлекательный
фазис в истории народов есть их юность, эпоха, в которую их
способности развиваются всего сильнее и память о которой составляет радость и поучение их зрелого возраста. У нас ничего
этого нет. Сначала – дикое варварство, потом грубое невежество,
затем свирепое и унизительное чужеземное владычество, дух которого позднее унаследовала наша национальная власть, – такова
печальная история нашей юности. Этого периода бурной деятельности, кипучей игры духовных сил народных, у нас не было
совсем. Эпоха нашей социальной жизни, соответствующая этому
возрасту, была заполнена тусклым и мрачным существованием,
лишенным силы и энергии, которое ничто не оживляло, кроме
злодеяний, ничто не смягчало, кроме рабства. Ни пленительных
воспоминаний, ни грациозных образов в памяти народа, ни мощных поучений в его предании. Окиньте взглядом все прожитые
89
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нами века, все занимаемое нами пространство, – вы не найдете ни
одного привлекательного воспоминания, ни одного почтенного
памятника, который властно говорил бы вам о прошлом, который
воссоздавал бы его пред вами живо и картинно. Мы живем одним
настоящим в самых тесных его пределах, без прошедшего и будущего, среди мертвого застоя. И если мы иногда волнуемся, то
отнюдь не в надежде или расчете на какое-нибудь общее благо, а
из детского легкомыслия, с каким ребенок силится встать и протягивает руки к погремушке, которую показывает ему няня.
[...] Годы ранней юности, проведенные нами в тупой неподвижности, не оставили никакого следа в нашей душе, и у нас нет
ничего индивидуального, на что могла бы опереться наша мысль;
но, обособленные странной судьбой от всемирного движения человечества, мы также ничего не восприняли и из преемственных
идей человеческого рода. Между тем именно на этих идеях основывается жизнь народов; из этих идей вытекает их будущее, исходит их нравственное развитие. Если мы хотим занять положение, подобное положению других цивилизованных народов, мы
должны некоторым образом повторить у себя все воспитание человеческого рода. Для этого к нашим услугам история народов и
перед нами плоды движения веков. Конечно, эта задача трудна и,
быть может, в пределах одной человеческой жизни не исчерпать
этот обширный предмет; но прежде всего надо узнать, в чем дело,
что представляет собою это воспитание человеческого рода и каково место, которое мы занимаем в общем строе.
[...] Мы же, придя в мир, подобно незаконным детям, без наследства, без связи с людьми, жившими на земле раньше нас, мы
не храним в наших сердцах ничего из тех уроков, которые предшествовали нашему собственному существованию. Каждому из
нас приходится самому связывать порванную нить родства. Что у
других народов обратилось в привычку, в инстинкт, то нам приходится вбивать в головы ударами молота. Наши воспоминания
не идут далее вчерашнего дня; мы, так сказать, чужды самим себе. Мы так странно движемся во времени, что с каждым нашим
шагом вперед прошедший миг исчезает для нас безвозвратно.
Это – естественный результат культуры, всецело основанной на
заимствовании и подражании. У нас совершенно нет внутреннего
90
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
развития, естественного прогресса; каждая новая идея бесследно
вытесняет старые, потому что она не вытекает из них, а является
к нам бог весть откуда. Так как мы воспринимаем всегда лишь
готовые идеи, то в нашем мозгу не образуются те неизгладимые
борозды, которые последовательное развитие проводит в умах и
которые составляют их силу. [...]
Народы – в такой же мере существа нравственные, как и отдельные личности. Их воспитывают века, как отдельных людей
воспитывают годы. Но мы, можно сказать, некоторым образом –
народ исключительный. Мы принадлежим к числу тех наций, которые как бы не входят в состав человечества, а существуют
лишь для того, чтобы дать миру какой-нибудь важный урок. Наставление, которое мы призваны преподать, конечно, не будет
потеряно; но кто может сказать, когда мы обретем себя среди человечества и сколько бед суждено нам испытать, прежде чем исполнится наше предназначение?
Все народы Европы имеют общую физиономию, некоторое
семейное сходство. Вопреки огульному разделению их на латинскую и тевтонскую расы, на южан и северян – все же есть общая связь, соединяющая их всех в одно целое и хорошо видимая
всякому, кто поглубже вник в их общую историю. Вы знаете, что
еще сравнительно недавно вся Европа называлась христианским
миром, и это выражение употреблялось в публичном праве. Кроме общего характера, у каждого из этих народов есть еще свой
частный характер, но и тот, и другой всецело сотканы из истории
и традиции. Они составляют преемственное идейное наследие
этих народов. Каждый отдельный человек пользуется там своею
долей этого наследства, без труда и чрезмерных усилий он набирает себе в жизни запас этих знаний и навыков и извлекает из них
свою пользу. Сравните сами и скажите, много ли мы находим у
себя в повседневном обиходе элементарных идей, которыми могли бы с грехом пополам руководствоваться в жизни? [...] Это –
идеи долга, справедливости, права, порядка. Они родились из самых событий, образовавших там общество, они входят необходимым элементом в социальный уклад этих стран.
91
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Это и составляет атмосферу Запада; это – больше, нежели история, больше, чем психология: это – физиология европейского
человека. Чем вы замените это у нас? [...]
Вследствие этого вы найдете, что всем нам недостает известной уверенности, умственной методичности, логики. Западный
силлогизм нам незнаком. [...] В наших головах нет решительно
ничего общего; все в них индивидуально и все шатко и неполно.
Мне кажется даже, что в нашем взгляде есть какая-то странная
неопределенность, что-то холодное и неуверенное, напоминающее отчасти физиономию тех народов, которые стоят на низших
ступенях социальной лестницы. В чужих странах, особенно на
юге, где физиономии так выразительны и так оживленны, не раз,
сравнивая лица моих соотечественников с лицами туземцев, я
поражался этой немотой наших лиц.
Иностранцы ставят нам в достоинство своего рода бесшабашную отвагу, встречаемую особенно в низших слоях народа;
но, имея возможность наблюдать лишь отдельные проявления
национального характера, они не в состоянии судить о целом.
Они не видят, что то же самое начало, благодаря которому мы
иногда бываем так отважны, делает нас всегда неспособными к
углублению и настойчивости; они не видят, что этому равнодушию к житейским опасностям соответствует в нас такое же полное равнодушие к добру и злу, к истине и ко лжи и что именно
это лишает нас всех могущественных стимулов, которые толкают
людей по пути совершенствования; они не видят, что именно
благодаря этой беспечной отваге даже высшие классы у нас, к
прискорбию, несвободны от тех пороков, которые в других странах свойственны лишь самым низшим слоям общества; они не
видят, наконец, что, если нам присущи кое-какие добродетели
молодых и малоразвитых народов, мы не обладаем зато ни одним
из достоинств, отличающих народы зрелые и высококультурные.
Я не хочу сказать, конечно, что у нас одни пороки, а у европейских народов одни добродетели; избави бог! Но я говорю,
что для правильного суждения о народах следует изучать общий
дух, составляющий их жизненное начало, ибо только он, а не та
или иная черта их характера, может вывести их на путь нравственного совершенства и бесконечного развития.
92
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Народные массы подчинены известным силам, стоящим
вверху общества. Они не думают сами; среди них есть известное
число мыслителей, которые думают за них, сообщают им пульс
коллективному разуму народа и двигают его вперед. [...]
И вот я спрашиваю вас, где наши мудрецы, наши мыслители?
Кто когда-либо мыслил за нас, кто теперь за нас мыслит? А ведь,
стоя между двумя главными частями мира, Востоком и Западом,
упираясь одним локтем в Китай, другим, в Германию, мы должны были бы соединить в себе оба великих начала духовной природы: воображение и рассудок, и совмещать в нашей цивилизации историю всего земного шара. Но не такова роль, определенная нам провидением. Больше того: оно как бы совсем не было
озабочено нашей судьбой. Исключив нас из своего благодетельного действия на человеческий разум, оно всецело предоставило
нас самим себе, отказалось как бы то ни было вмешиваться в наши дела, не пожелало ничему нас научить. Исторический опыт
для нас не существует; поколения и века протекли без пользы для
нас. Глядя на нас, можно было бы сказать, что общий закон человечества отменен по отношению к нам. Одинокие в мире, мы ничего не дали миру, ничему не научили его; мы не внесли ни одной идеи в массу идей человеческих, ничем не содействовали
прогрессу человеческого разума, и все, что нам досталось от этого прогресса, мы исказили. С первой минуты нашего общественного существования мы ничего не сделали для общего блага людей; ни одна полезная мысль не родилась на бесплодной почве
нашей родины; ни одна великая истина не вышла из нашей среды; мы не дали себе труда ничего выдумать сами, а из того, что
выдумали другие, мы перенимали только обманчивую внешность
и бесполезную роскошь.
Странное дело: даже в мире науки, обнимающем все, наша
история ни к чему не примыкает, ничего не уясняет, ничего не
доказывает. Если бы дикие орды, возмутившие мир, не прошли
по стране, в которой мы живем, прежде чем устремиться на Запад, нам едва ли была бы отведена страница во всемирной истории. Если бы мы не раскинулись от Берингова пролива до Одера,
нас и не заметили бы. [...] В нашей крови есть нечто, враждебное
всякому истинному прогрессу. И, в общем, мы жили и продолжа93
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ем жить лишь для того, чтобы послужить каким-то важным уроком для отдаленных поколений, которые сумеют его понять; ныне же мы, во всяком случае, составляем пробел в нравственном
миропорядке. [...]
Повинуясь нашей злой судьбе, мы обратились к жалкой, глубоко презираемой этими народами Византии за тем нравственным уставом, который должен был лечь в основу нашего воспитания. [...] В Европе все одушевлял тогда животворный принцип
единства. Все исходило из него и все сводилось к нему. Все умственное движение той эпохи было направлено на объединение
человеческого мышления; все побуждения коренились в той властной потребности отыскать всемирную идею, которая является
гением-вдохновителем нового времени. Непричастные этому чудотворному началу, мы сделались жертвою завоевания.
[...] Мы же замкнулись в нашем религиозном обособлении, и
ничто из происходившего в Европе не достигало до нас. Нам не
было никакого дела до великой мировой работы. [...] Весь мир
перестраивался заново, а у нас ничего не созидалось; мы попрежнему прозябали, забившись в свои лачуги, сложенные из
бревен и соломы. Словом, новые судьбы человеческого рода совершались помимо нас. Хотя мы и назывались христианами, плод
христианства для нас не созревал. [...]
[...] Вся история новейшего общества совершается на почве
мнений; таким образом, она представляет собою настоящее воспитание. Утвержденное изначала на этой основе, общество шло
вперед лишь силою мысли. Интересы всегда следовали там за
идеями, а не предшествовали им; убеждения никогда не возникали там из интересов, а всегда интересы рождались из убеждений.
Все политические революции были там, в сущности, духовными
революциями: люди искали истину и попутно нашли свободу и
благосостояние. Этим объясняется характер современного общества и его цивилизации; иначе его совершенно нельзя было бы
понять.
[...] Таким образом, главный и, можно сказать, единственный
интерес новых народов всегда заключался в идее. Все положительные, материальные, личные интересы поглощались ею.
94
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
[...] Еще раз говорю: конечно, не все в европейских странах
проникнуто разумом, добродетелью и религией, – далеко нет. Но
все в них таинственно повинуется той силе, которая властно царит там уже столько веков, все порождено той долгой последовательностью фактов и идей, которая обусловила современное состояние общества. [...]
[...] Поэтому, несмотря на всю неполноту, несовершенство и
порочность, присущие европейскому миру в его современной
форме, нельзя отрицать, что царство божие до известной степени
осуществлено в нем, ибо он содержит в себе начало бесконечного
развития и обладает в зародышах и элементах всем, что необходимо для его окончательного водворения на земле.
[...] Но еще более удивительно влияние христианства на общество в целом. Разверните вполне картину эволюции нового
общества, и вы увидите, как христианство претворяет все интересы людей в свои собственные, заменяя всюду материальную потребность потребностью нравственной и возбуждая в области
мысли те великие споры, каких до него не знало ни одно время,
ни одно общество, те страшные столкновения мнений, когда вся
жизнь народов превращалась в одну великую идею, одно безграничное чувство; вы увидите, как все становится им, и только
им, – частная жизнь и общественная, семья и родина, наука и поэзия, разум и воображение, воспоминания и надежды, радости и
печали. [...]
Чаадаев П.Я. Статьи и письма. М., 1989. С. 38–55.
А.С. ХОМЯКОВ
О СТАРОМ И НОВОМ
Говорят, в старые годы лучше было все в земле русской. Была грамотность в селах, порядок в городах, в судах правда, в жизни довольство. Земля русская шла вперед, развивала все силы
свои, нравственные, умственные и вещественные, Ее хранили и
укрепляли два начала, чуждые остальному миру: власть правительства, дружного с народом, и свобода церкви, чистой и просвещенной.
95
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
[...] Власть дружная с народом! Не только в отдаленных краях, но в Рязани, в Калуге и в самой Москве бунты народные и
стрелецкие были происшествием довольно обыкновенным, и
власть царская частехонько сокрушалась о препоны, противопоставленные ей какой-нибудь жалкою толпою стрельцов или делала
уступки какой-нибудь подлой дворянской крамоле. Несколько
олигархов вертели делами и судьбою России и растягивали или
обрезывали права сословий для своих личных выгод. – Церковь
просвещенная и свободная! Но назначение патриарха всегда зависело от власти светской, как скоро только власть светская хотела вмешиваться в дело избрания; [...] указы против разбоя архиерейских слуг показывают нам нравственность духовенства в
виде самом низком и отвратительном. Что же было в золотое старое время? Взгрустнется поневоле. Искать ли нам добра и счастья
прежде Романовых? [...] Ничего доброго, ничего благородного,
ничего достойного уважения или подражания не было в России.
Везде и всегда были безграмотность, неправосудие, разбой, крамолы, личности, угнетение, бедность, неустройство, непросвещение и разврат. Взгляд не останавливается ни на одной светлой
минуте в жизни народной, ни на одной эпохе утешительной и,
обращаясь к настоящему времени, радуется пышной картине,
представляемой нашим отечеством. [...]
[...] Нам непозволительно было бы оставить вопрос неразрешенным тогда, когда настоящее так ясно представляется нам
[...]когда направление будущего почти вполне зависит от понятия
нашего о прошедшем. Если ничего доброго и плодотворного не
существовало в прежней жизни России, то нам приходится все
черпать из жизни других народов, из собственных теорий [...]
[...] Что лучше, старая или новая Россия? Много ли поступило чуждых стихий в ее теперешнюю организацию? Приличны ли
ей эти стихии? Много ли она утратила своих коренных начал и
таковы ли были эти начала, чтобы нам о них сожалеть и стараться их воскресить?
Современную Россию мы видим: она нас и радует, и теснит;
об ней мы можем говорить с гордостью иностранцам, а иногда
совестимся говорить даже с своими; но старую Русь надобно –
угадать.[...]
96
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Конечно, никто из нас не может вспомнить без горя о том,
что закон согласился принять на себя ответственность за мерзость рабства, введенного уже обычаем, что закон освятил и укоренил давно вкрадывавшееся злоупотребление аристократии, что
он видимо ограничил свободу церкви; но вспомним также, что
дворянство слабеет ежедневно, расширяется, отворяет свои ворота почти для всех желающих и до того тяготится собою, что готово само проситься в отставку из дворян; а церковь в земле самодержавной более ограждена равнодушием правительства к ней,
чем сановитым, но всегда зависимым лицом полупридворного
патриарха. Бесконечные неустройства России доромановской не
позволяют сравнивать ее с нынешнею, и потому я всегда говорю
об той России, которую застал Петр и которая была естественным развитием прежней. Я знаю, что в ней хранилось много прекрасных инстинктов, которые ежечасно искажаются, что когданибудь придется нам поплатиться за то, что мы попрали святые
истины равенства, свободы и чистоты церковной; но нельзя не
признаться, что все лучшие начала не только не были развиты, но
еще были совершенно затемнены и испорчены в жизни народной, прежде чем закон коснулся их мнимой жизни.
По мере того, как царство русское образовывалось и крепло,
изглаживались мало-помалу следы первого, чистого и патриархального состава общества. [...]
Иоанн Третий утягощает свободу северных городов и утверждает обряды местничества, чтобы все уделы притянуть в Москву общею нумерацией боярских родов; Иоанн Четвертый выдумывает опричнину; Феодор воздвигает в Москве патриаршеский
престол; Годунов укрепляет людей к земле; Алексей Михайлович
заводит армию на лад западный; Феодор уничтожает местничество, сделавшееся бесполезным для власти и вредным для России,
и, наконец, является окончатель их подвига, воля железная, ум
необычайный, но обращенный только в одну сторону, человек,
для которого мы не находим ни достаточно похвал, ни достаточно упреков, но о котором потомство вспомнит только с благодарностью, – является Петр. [...]
Если сравнить состояние России в XIX веке с состоянием ее в
XVII, мы придем, кажется, к следующему заключению. Государ97
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ство стало крепче и получило возможность сознания и постепенного улучшения без внутренней борьбы; несколько прекрасных
начал, прежде утраченных и забытых, освящено законом и поставлено на твердом основании: такова отмена смертной казни,
человеколюбие в праве уголовном и возможность низшим сословиям восходить до высших степеней государственных на условиях известных и правильных. Наконец, закон осветил несколько
злоупотреблений, введенных обычаем в жизнь народную, и через
это видимо укоренил их. [...]
[...] Нам стыдно бы было не перегнать Запада. Англичане,
французы, немцы не имеют ничего хорошего за собою. Чем
дальше они оглядываются, тем хуже и безнравственнее представляется им общество. Наша древность представляет нам пример и
начала всего доброго в жизни частной, в судопроизводстве, в отношении людей между собою; [...]. Надежда наша велика на будущее. [...]
Мы видели, что первый период истории русской представляет федерацию областей независимых, охваченных одною цепью охранной стражи. Эгоизм городов нисколько не был изменен
случайностью варяжского войска и варяжских военачальников,
которых мы называем князьями, не представляя себе ясного
смысла в этом слове. Единство языка было бесплодно, как и везде: этому нас учит древний мир Эллады. Единство веры не связывало людей, потому что она пришла к нам из земли, от которой
вера сама отступилась, почувствовав невозможность ее пересоздать. Когда же гроза монгольская и властолюбие органически
созданного княжества Московского разрушили границы племен,
когда Русь срослась в одно целое, – жизнь частей исчезла; но люди, отступившись от своей мятежной и ограниченной деятельности в уделах и областях, не могли еще перенести к новосозданному целому теплого чувства любви, с которым они стремились к
знаменам родного города при криках: «За Новгород и святую
Софию» или: «За Владимир и Боголюбскую Богородицу». России
еще никто не любил в самой России, ибо, понимая необходимость государства, никто не понимал его святости. Таким образом, даже в 1612 году, которым может несколько похвалиться
наша история, желание иметь веру свободную сильнее действо98
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вало, чем патриотизм, а подвиги ограничились победою всей
России над какою-то горстью поляков.
[...] Явился Петр, и, по какому-то странному инстинкту души
высокой, обняв одним взглядом все болезни отечества, постигнув
все прекрасное и святое значение слова государство, он ударил
по России, как страшная, но благодетельная гроза. Удар по сословию судей-воров; удар по боярам, думающим о родах своих и
забывающим родину; удар по монахам, ищущим душеспасения в
келиях и поборов по городам, а забывающим церковь, и человечество, и братство христианское. За кого из них заступится история?
Много ошибок помрачают славу преобразователя России, но
ему остается честь пробуждения ее к силе и к сознанию силы.
Средства, им употребленные, были грубые и вещественные; но не
забудем, что силы духовные принадлежат народу и церкви, а не
правительству; правительству же предоставлено только пробуждать или убивать их деятельность каким-то насилием, более или
менее суровым. Но грустно подумать, что тот, кто так живо и
сильно понял смысл государства, кто поработил вполне ему свою
личность, так же как и личность всех подданных, не вспомнил в
то же время, что там только сила, где любовь, а любовь только
там, где личная свобода.
Быть может, я строго судил о старине; но виноват ли я, когда
она сама себя осудила? Если ни прежние обычаи, ни церковь не
создали никакого видимого образа, в котором воплотилась бы
старая Россия, не должны ли мы признаться, что в них недоставало одной какой-нибудь или даже нескольких стихий? Так и было.
Общество, которое вне себя ищет сил для самохранения, уже находится в состоянии болезненном. [...] Грубость России, когда
она приняла христианство, не позволила ей проникнуть в сокровенную глубину этого святого учения, а ее наставники утратили
уже чувство первоначальной красоты его. Оттого-то народ следовал за князьями, когда их междоусобицы губили землю русскую;
а духовенство, стараясь удалить людей от преступлений частных,
как будто бы и не ведало, что есть преступления общественные.
При всем том перед Западом мы имеем выгоды неисчислимые. На нашей первоначальной истории не лежит пятно завоева99
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ния. Кровь и вражда не служили основанием государству русскому, и деды не завещали внукам преданий ненависти и мщения. Церковь, ограничив круг своего действия, никогда не утрачивала чистоты своей жизни внутренней и не проповедовала детям своим уроков неправосудия и насилия. Простота
дотатарского устройства областного не чужда была истины человеческой, и закон справедливости и любви взаимной служил основанием этого быта, почти патриархального. Теперь, когда эпоха создания государственного кончилась, когда связались колоссальные массы в одно целое, несокрушимое для внешней
вражды, настало для нас время понимать, что человек достигает
своей нравственной цели только в обществе, где силы каждого
принадлежат всем и силы всех каждому. [...]
Хомяков А.С. О старом и новом. М., 1988. С. 41–54
Б. Н. ЧИЧЕРИН
РАЗЛИЧНЫЕ ВИДЫ ЛИБЕРАЛИЗМА
[...] Нет сомнения, что в настоящую минуту общественное
мнение в России решительно либерально. Это не случайное направление вытекло из жизненной необходимости; оно порождено
силою вещей. Отрицание старого порядка явилось как прямое последствие его несостоятельности. Для всех стало очевидным, что
без известной доли свободы в благоустроенном государстве нельзя обойтись.
[...] Свобода – лучший дар, данный в удел человеку, она возвышает его над остальным творением, она делает из него существо разумное, она полагает на него нравственную печать. [...]
Идея свободы сосредоточивает в себе все, что дает цену жизни, все, что дорого человеку. Отсюда то обаяние, которое она
имеет для возвышенных душ, отсюда та неудержимая сила, с которой она охватывает в особенности молодые сердца, в которых
пылает еще весь идеальный жар, отделяющий человека от земли.
Глубоко несчастлив тот, чье сердце в молодости никогда не билось за свободу, кто не чувствовал в себе готовности с радостью
за нее умереть. [...]
100
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В зрелом возрасте идея свободы очищается от легкомыслия,
от самонадеянного отрицания, от своеволия, не признающего над
собой закона, она сдерживается пониманием жизни, приноравливается к ее условиям, но она не исчезнет из сердца, а напротив,
глубже и глубже пускает в нем корни, становясь твердым началом, которое не подлежит колебаниям и спокойно управляет
жизнью человека.
Целые народы чувствуют на себе это могущественное влияние идеи, как показывает история. [...]
Мы, давнишние либералы, вскормленные на любви к свободе, радуемся новому либеральному движению в России. Но мы
далеки от сочувствия всему, что говорится и делается во имя свободы. Часто ее и не узнаешь в лице самых рьяных ее обожателей.
Слишком часто насилие, нетерпимость и безумие прикрываются
именем обаятельной идеи, как подземные силы, надевшие на себя
доспехи олимпийской богини. [...]
Обозначим главные направления либерализма, которые выражаются в общественном мнении.
Низшую ступень занимает либерализм «уличный; это скорее
извращение, нежели проявление свободы. Уличный либерал не
хочет знать ничего, кроме собственного своеволия. Он прежде
всего любит шум; ему нужно волнение для волнения. Это он называет жизнью, а спокойствие и порядок кажутся ему смертью.
Где слышны яростные крики, неразборчивые и неистощимые ругательства, там, наверное, колышется и негодует уличный либерализм. Он жадно сторожит каждое буйство, он хлопает всякому
беззаконию, ибо самое слово «закон» ему ненавистно. [...] Он готов стереть с лица земли всякого, кто не разделяет его необузданных порывов. Он даже не предполагает, что чужое мнение
могло явиться плодом свободной мысли, благородного чувства.
Отличительные черты уличного либерала те, что он всех своих
противников считает подлецами. Низкие души понимают одни
лишь подлые побуждения. Поэтому он и на средства не разборчив. Он ратует во имя свободы, но здесь не мысль, которая выступает против мысли в благородном бою, ломая копья за истину,
за идею. Все вертится на личных выходках, на ругательствах;
употребляются в дело бессовестные толкования, ядовитые наме101
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ки, ложь и клевета. [...] Опьяненный и бездумный, он хватается за
все, кидает чем попало, забывая всякий стыд, потерявши чувство
приличия. Уличный я не терпит условий, налагаемых гостиными;
он чувствует себя дома только в кабаке, в грязи, которой он старается закидать всякого, кто носит чистое платье. Все должны
подойти под один уровень, одинаково низкий и подлый. Уличный либералист питает непримиримую ненависть ко всему, что
возвышается над толпой, ко всякому авторитету. Ему никогда не
приходило на ум, что уважение к авторитету есть уважение к
мысли, к труду, к таланту, ко всему, что дает высшее значение
человеку, а может быть, он именно потому и не терпит авторитета, что видит в нем те преобразовательные силы, которые составляют гордость народа и украшение человека. Уличному либералу
наука кажется насилием, нанесенным жизни, искусство – плодом
аристократической праздности. [...]
[...] Свобода обитает в области правды и света, и когда люди
изгоняют ее из своих жилищ, она не прячется в подземные норы,
но удаляется в сердце избранников, которые хранят для лучших
дней драгоценный завет, добытый страданием и любовью.
Второй вид либерализма можно назвать либерализм оппозиционный. Но, Боже мой! Какая тут представляется смесь людей!
Самые разнородные побуждения, самые разнородные типы – от
Собакевича, который уверяет, что один прокурор – порядочный
человек, да и тот свинья, до помещика, негодующего за отнятие
крепостного права, до вельможи, впавшего в немилость и потому
кинувшегося в оппозицию, пока не воссияет над ним улыбка,
которая снова обратит его к власти! Кому не знакомо это критическое настроение русского общества, этот избыток оппозиционных излияний, которые являются в столь многообразных формах,
в виде бранчливого неудовольствия с патриархальным и невинным характером; в виде презрительной иронии и ядовитой
усмешки, которая показывает, что критик стоит где-то далеко
впереди, бесконечно выше окружающих в мире; в виде глумления и анекдотцев, обличающих темные козни бюрократов; в виде
неистовых нападок, при которых в одно и то же время с одинаковой яростью требуются совершенно противоположные вещи; в
виде поэтической любви к выборному началу, к самоуправлению,
102
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
к гласности; в виде ораторских эффектов, сопровождаемых величественными позами; в виде лирических жалоб, прикрывающих
лень и пустоту; в виде бесконечного стремления говорить и суетиться, в котором так и проглядывает огорченное самолюбие, желание придать себе важность; в виде злорадства при всякой дурной мере властей, при всяком зле, постигающем отечество; в виде
вольнолюбия, всегда готового к деспотизму, и подавленности,
всегда готовой ползать и поклоняться. Не перечтешь тех бесчисленных оттенков оппозиции, которыми изумляет нас русская
земля. Но мы хотим говорить не об этих жизненных проявлениях
разнообразных наклонностей человека; для нас важен оппозиционный либерализм как общее начало, как известное направление,
которое коренится в свойствах человеческого духа и выражает
одну из сторон или первоначальную степень свободы.
Самое умеренное и серьезное либеральное направление не
может не стоять в оппозиции к тому, что нелиберально. Всякий
мыслящий человек критикует те действия или меры, которые не
согласны с его мнением. Иначе он отказывается от свободы суждения и становится присяжным служителем власти. Но не эту законную критику, вызванную тем или другим фактом, разумеем
мы под именем оппозиционного либерализма, а то либеральное
направление, которое систематически становится в оппозицию,
которое не ищет достижения каких-либо политических требований, а наслаждается самим блеском оппозиционного положения.
[...] Критиковать несравненно удобнее и приятнее, нежели понимать. Тут не нужно напряженной работы мысли, альтернативного и отчетливого изучения существующего, разумного постижения общих жизненных начал и общественного устройства; не
нужно даже действовать: достаточно говорить с увлечением и позировать с некоторым эффектом.
Оппозиционный либерализм понимает свободу с чисто отрицательной стороны. Он отрешился от данного порядка и остался
при этом отрешении. Отменить, разрешить, уничтожить – вот вся
его система. Дальше он не идет, да и не имеет надобности идти.
Ему верхом благополучия представляется освобождение от всяких законов, от всяких стеснений. Этот идеал, неосуществимый в
настоящем, он переносит в будущее или в давно прошедшее. [...]
103
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Отрицая современность, он по этому самому отрицает и то прошедшее, которое ее произвело. Он в истории видит только игру
произвола, случайности, а пожалуй, и человеческое безумие. [...]
Держась отрицательного направления, оппозиционный либерализм довольствуется весьма немногосложным боевым снарядом. [...] Вся общественная жизнь разбивается на два противоположных полюса, между которыми проводится непроходимая и
неизменная черта. Похвалу означают ярлычки: община, мир, народ, выборное начало, самоуправление, гласность, общественное
мнение и т. п. Какие положительные факты и учреждения под
этим разумеются, ведает один Бог, да и то вряд ли. Известно, что
все идет как нельзя лучше, когда люди все делают сами. [...] У
большей части наших оппозиционных либералов весь запас мыслей и умственных сил истощается этой игрой в ярлычки.
В практической жизни оппозиционный либерализм держится
тех же отрицательных правил. Первое и необходимое условие –
не иметь ни малейшего соприкосновения с властью, держаться
как можно дальше от нее. Это не значит, однако, что следует отказываться от доходных мест и чинов. Для природы русского человека такое требование было бы слишком тяжело. Многие и
многие оппозиционные либералы сидят на теплых местечках, надевают придворный мундир, делают отличную карьеру, и тем не
менее считают долгом, при всяком удобном случае, бранить то
правительство, которому они служат, и тот порядок, которым они
наслаждаются.
Оппозиция более серьезная, нежели та, которая является у
нас, нередко впадает в рутину оппозиционных действий и тем
подрывает свои кредиты и заграждает себе возможность влияния
на общественные дела. [...] Постоянная оппозиция неизбежно делает человека узким и ограниченным. [...]
Когда либеральное направление не хочет ограничиваться
пустословием, если оно желает получить действительное влияние
на общественные дела, оно должно начать с иных начал, начал
зиждущих, положительных, оно должно приноравливаться к
жизни, но черпать уроки из истории; оно должно действовать,
понимая условия власти, не становясь к ней в систематически
враждебное отношение, не предъявляя безрассудных требований,
104
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
но, сохраняя беспристрастную независимость, побуждая и задерживая, где нужно, и стараясь исследовать истину хладнокровным
обсуждением вопросов. Это и есть либерализм охранительный.
Свобода не состоит в одном приобретении и расширении
прав. Человек потому только имеет права, что он несет на себе
обязанность, и наоборот, от него можно требовать исполнения
обязанностей единственно потому, что он имеет права. Эти два
начала неразрывные. [...]
[...] Личная его свобода, будучи неразрывно связана со свободой других, может жить только под сенью гражданского закона, повинуясь власти, его охраняющей. Власть и свобода точно
так же нераздельны, как нераздельны свобода и нравственный закон. А если так, то всякий гражданин, не преклоняясь, безусловно, перед властью, какова бы она ни была, во имя собственной
свободы обязан уважать существо самой власти.
[...] Человек в себе самом видит центр Вселенной и исполнен
безграничного доверия к своим силам. Но когда чувство свободы
возмужало и глубоко укоренилось в сердце, когда оно утвердилось в нем незыблемо, тогда человеку нечего опасаться за свою
независимость. [...]
[...] Сущность охранительного либерализма состоит в примирении начала свободы с началами власти и закона. В политической жизни лозунг его: либеральные меры и сильная власть – либеральные меры, представляющие обществу самостоятельную
деятельность, обеспечивающие права и личность граждан, охраняющие свободу мысли и свободу совести, дающие возможность
высказаться всем законным желаниям, – сильная власть, блюстительница государственного единства, связующая и сдерживающая общество, охраняющая порядок, строго надзирающая за исполнением закона, пресекающая всякое его нарушение.
Опыт русского либерализма : Антология. М., 1997. С. 40–50.
105
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В.Г. БЕЛИНСКИЙ
ВЗГЛЯД НА РУССКУЮ ЛИТЕРАТУРУ 1847 Г.
[...] Слово «прогресс» естественно должно было встретить
особенную неприязнь к нему со стороны пуристов русского языка, которые возмущаются всяким иностранным словом, как ересью или расколом в ортодоксии родного языка. [...] Некоторые из
старых писателей, не любя современной русской литературы (потому что она их далеко обошла, а они от нее далеко отстали и таким образом лишились всякой возможности играть в ней сколько-нибудь значительную роль), прикрываются пуризмом и твердят беспрестанно, что в наше время прекрасный русский язык
всячески искажается и уродуется, особенно введением в него
иностранных слов. [...] Если бы употребление в русском языке
иностранных слов и было злом, – оно зло необходимое, корень
которого глубоко лежит в реформе Петра Великого, познакомившей нас со множеством до того совершенно чуждых нам понятий, для выражения которых у нас не было своих слов. Поэтому необходимо было чужие понятия и выражать чужими готовыми словами. [...] Простолюдины не понимают многих чисто
русских слов, которых смысл вне тесного круга их обычных житейских понятий, например: «событие», «современность», «возникновение» и т. п., и хорошо понимают иностранные слова, выражающие относящиеся к их быту или не чуждые его понятия,
например: «пачпорт», «билет», «ассигнация», «квитанция» и т. п.
Что же касается до людей образованных, то «инстинкт» для них –
воля ваша – яснее и понятнее «побудки», «эгоизм» – «ячества»,
«факты» – «бытей». Но если одни иностранные слова удержались
и получили в русском языке право гражданства, зато другие с течением времени были удачно заменены русскими, большею частию вновь составленными. [...] Каждая эпоха русской литературы
ознаменовалась наплывом иностранных слов; наша, разумеется,
не избегла его. И это еще не скоро кончится: знакомство с новыми идеями, выработавшимися на чуждой нам почве, всегда будет
приводить к нам и новые слова. Но чем дальше, тем менее это
будет заметно, потому что до сих пор мы вдруг знакомились с
106
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
целым кругом дотоле чуждых нам понятий. По мере наших успехов в сближении с Европою, запасы чуждых нам понятий будут
все более и более истощаться, и новым для нас будет только то,
что ново и для самой Европы. Тогда естественно и заимствования
пойдут ровнее, тише, потому что мы будем уже не догонять Европу, а идти с нею рядом, не говоря уже о том, что и язык русский с течением времени будет все более и более вырабатываться, развиваться, становиться гибче и определеннее.
[...] Судьба языка не может зависеть от произвола того или
другого лица. У языка есть хранитель надежный и верный: это –
его же собственный дух, гений. Вот почему из множества вводимых иностранных слов удерживаются только немногие, а остальные сами собою исчезают. Тому же самому закону подлежат и
новосоставляемые русские слова: одни из них удерживаются,
другие исчезают, неудачно придуманное русское слово для выражения чуждого понятия не только не лучше, но решительно
хуже иностранного слова. [...] Бывают в жизни народов и человечества эпохи несчастные, в которые целые поколения как бы
приносятся в жертву следующим поколениям. Проходит тяжелая
година – из зла рождается добро. Слово «прогресс» отличается
всею определенностию и точностию научного термина, а в последнее время оно сделалось ходячим словом, его употребляют
все – даже те, которые нападают на его употребление. Потому,
пока не явится русского слова, которое бы вполне заменило его
собою, мы будем употреблять слово «прогресс».
[...] Натуральная школа стоит теперь на первом плане русской литературы. С одной стороны, нисколько не преувеличивая
дела по каким-нибудь пристрастным увлечениям, мы можем сказать, что публика, то есть большинство читателей, за нее: это
факт, а не предположение. [...] Партии, ничего не имеющие между собою общего, в нападках на натуральную школу действуют
согласно, единодушно, приписывают ей мнения, которых она
чуждается, намерения, которых у ней никогда не было, ложно
перетолковывают каждое ее слово, каждый ее шаг, то бранят ее с
запальчивостию, забывая иногда приличие, то жалуются на нее
чуть не со слезами. Что общего между заклятыми врагами Гоголя, представителями побежденного риторического направления,
107
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
и между так называемыми славянофилами? – Ничего! [...] К этому должно прибавить, что школы, неприязненные натуральной,
не в состоянии представить ни одного сколько-нибудь замечательного произведения, которое доказало бы делом, что можно
писать хорошо, руководствуясь правилами, противоположными
тем, которых держится натуральная школа. Все попытки их в
этом роде послужили к торжеству натурализма и падению риторизма. [...]
Литература наша была плодом сознательной мысли, [...] постоянно стремилась к самобытности, народности, из риторической стремилась сделаться естественною, натуральною. Это
стремление, ознаменованное заметными и постоянными успехами, и составляет смысл и душу истории нашей литературы. И мы
… скажем, что ни в одном русском писателе это стремление не
достигло такого успеха, как в Гоголе. Это могло совершиться
только через исключительное обращение искусства к действительности, помимо всяких идеалов. Для этого нужно было обратить все внимание на толпу, на массу, изображать людей обыкновенных, а не приятные только исключения из общего правила,
которые всегда соблазняют поэтов на идеализирование и носят на
себе чужой отпечаток. [...]
В чем же обвиняют ее? Обвинений не много, и они всегда
одни и те же. Сперва нападали на нее за ее будто бы постоянные
нападки на чиновников. В ее изображениях быта этого сословия
одни искренно, другие умышленно видели злонамеренные карикатуры. С некоторого времени эти обвинения замолкли. Теперь
обвиняют писателей натуральной школы за то, что они любят
изображать людей низкого звания, делают героями своих повестей мужиков, дворников, извозчиков, описывают углы, убежища
голодной нищеты и часто всяческой безнравственности.
[...] В сущности, их жалобы состоят в том, зачем поэзия перестала бесстыдно лгать, из детской сказки превратилась в быль, не
всегда приятную, зачем отказалась она быть гремушкою, под которую детям приятно и прыгать и засыпать. Странные люди! счастливые люди! им удалось на всю жизнь остаться детьми и даже
в старости быть несовершеннолетними, недорослями, – и вот они
требуют, чтобы и все походили на них! Да читайте свои старые
108
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сказки – никто вам не мешает; а другим оставьте занятия, свойственные совершеннолетию. Вам ложь – нам истина: разделимся
без спору, благо вам не нужно нашего пая, а мы даром не возьмем вашего. [...]
Есть особенный род читателей, который, по чувству аристократизма, не любит встречаться даже в книгах с людьми низших
классов, обыкновенно не знающими приличия и хорошего тона,
не любят грязи и нищеты по их противоположности с роскошными салонами, будуарами и кабинетами. Эти отзываются о натуральной школе не иначе, как с высокомерным презрением, ироническою улыбкою. [...]
«Что за охота наводнять литературу мужиками?» – восклицают аристократы известного разряда. В их глазах писатель – ремесленник, которому как что закажут, так он и делает. [...] Природа – вечный образец искусства, а величайший и благороднейший предмет в природе – человек. А разве мужик – не человек? –
Но что может быть интересного в грубом, необразованном человеке? – Как что? – Его душа, ум, сердце, страсти, склонности, –
словом, все то же, что и в образованном человеке. [...] Образование только развивает нравственные силы человека, но не дает
их; дает их человеку природа [...] Конечно, отвернуться с презрением от человека падшего гораздо легче, нежели протянуть
ему руку на утешение и помощь, так же как осудить его строго,
во имя нравственности, гораздо легче, нежели с участием и любовью войти в его положение, исследовать до глубины причину
его падения и пожалеть о нем, как о человеке, даже и тогда, когда
он сам окажется много виноватым в споем падении. [...]
Остается упомянуть еще о нападках на современную литературу и на натурализм вообще с эстетической точки зрения во имя
чистого искусства, которое само себе цель и вне себя не признает
никаких целей. В этой мысли есть основание, но ее преувеличенность заметна с первого взгляда. Мысль эта чисто немецкого
происхождения; она могла родиться только у народа созерцательного, мыслящего и мечтающего и никак не могла бы явиться
у народа практического, общественность которого для всех и каждого представляет широкое поле для живой деятельности. Что
такое чистое искусство, – этого хорошо не знают сами поборники
109
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
его, и оттого оно является у них каким-то идеалом, но не существует фактически. [...] Когда в романе или повести нет образов и
лиц, нет характеров нет ничего типического, – как бы верно и
тщательно не было писано с натуры все, что в нем рассказывается читатель не найдет тут никакой натуральности, не заметит ничего верно подмеченного, ловко схваченного. Лица будут перемешиваться между собою в его глазах; в рассказе он увидит путаницу непонятных происшествий. Невозможно безнаказанно
нарушать законы искусства. Чтобы списывать верно с натуры,
мало уметь писать, то есть владеть искусством писца или писаря;
надобно уметь явления действительности провести через свою
фантазию, дать им новую жизнь. [...]
[...] В лице писателей натуральной школы русская литература
пошла по пути истинному и настоящему, обратилась к самобытным источникам вдохновения и идеалов и через это сделалась и
современною и русскою. С этого пути она, кажется, уже не сойдет, потому что это прямой путь к самобытности, к освобождению от всяких чуждых и посторонних влияний. [...]
Публицисты “Современника”. М., 1985. С. 45–58.
А.В. ДРУЖИНИН
КРИТИКА ГОГОЛЕВСКОГО ПЕРИОДА
РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
И НАШИ К НЕЙ ОТНОШЕНИЯ
[...] Надо отдать одну великую справедливость нашей критике. Она явилась русскою, чисто русскою критикою, не взирая на
свои теории, заимствованные от германского мыслителя. Она не
удалялась на туманные вершины трансцендентализма, вершины
слишком часто посещаемые самим Гегелем; она не увлекалась
желанием пощеголять туманностью фразы, не копировала, дагерротипным манером, манер своего учителя. [...]
Таким образом, положивши, по мере сил и возможности, широкое основание своим художественным воззрениям, критика го110
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
голевского периода начала применять воззрения эти ко всем
главным явлениям текущей русской литературы. [...]
Все критические системы, тезисы и воззрения, когда-либо
волновавшие собою мир старой и новой поэзии, могут быть подведены под две, вечно одна другой противодействующие теории,
из которых одну мы назовем артистическою, то есть имеющею
лозунгом чистое искусство для искусства, и дидактическую, то
есть стремящуюся действовать на нравы, быт и понятия человека
через прямое его поучение.
Постараемся в кратких и по возможности общедоступных
выражениях изложить цель и значение той и другой теории, заранее извиняясь в неизбежных неполнотах нашего объяснения.
Журнальная статья имеет свои пределы, и предстоящее отступление, как ни важно оно для предмета этюда нашего, не должно
переходить в многословие.
Теория артистическая, проповедующая нам, что искусство
служит и должно служить само себе целью, опирается на умозрения, по нашему убеждению, неопровержимые, руководясь ею,
поэт, подобно поэту, воспетому Пушкиным, узнает себя созданным не для житейского волнения, но для молитв, сладких звуков
и вдохновения. Твердо веруя, то интересы минуты скоропреходящи, что человечество, изменяясь непрестанно, не изменяется
только в одних идеях вечной красоты, добра и правды, он, в бескорыстном служении этим идеям, видит свой вечный якорь.
Песнь его не имеет в себе преднамеренной житейской морали и
каких-либо других выводов, применимых к выгодам его современников, она служит сама себе наградой, целью и значением.
Он изображает людей, какими их видит, не предписывая им исправляться, он не дает уроков обществу, или, если дает их, то дает бессознательно. Он живет среди своего возвышенного мира и
сходит на землю, как когда-то сходили на нее олимпийцы, твердо
помня, что у него есть свой дом на высоком Олимпе. Мы нарочно
изображаем поэта, проникнутого крайней артистической теорией
искусства, так, как привыкли его изображать противники этой
теории.
На первый взгляд, положение дидактического поэта кажется
несравненно блистательнейшим и завиднейшим. [...] Он смело
111
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
примешивает свое дарование к интересам своих сограждан в данную минуту, служит политическим, нравственным и научным целям первостепенной важности, меняет роль спокойного певца на
роль сурового наставника, и идет со своей лирой в толпе волнующихся современников не как гость мира и житель Олимпа, а
как труженик и работник на общую пользу. Здравомыслящий и
практически развитый поэт, отдавшись дидактике, может произвести много полезного для современников – этого мы отвергать
не будем. Кстати скажем здесь, что, по всей вероятности, прилагательное дидактический покажется крайне оскорбительным
всем противникам идеи «искусство для искусства». [...]
В нашем подразделении все дидактики равны по своему поэтическому значению, ибо следуют одной и той же теории, приносящей одни и те же результаты. Каждый из них желает прямо
действовать на современный быт, современные нравы и современного человека. Они хотят петь, поучая, и часто достигают
своей цели, но песнь их, выигрывая в поучительном отношении,
не может не терять многого в отношении вечного искусства. [...]
Изложив, по возможности, сущность обеих теорий, перейдем
к их историческому значению. [...] Дидактики-моралисты, несмотря на сатиры и насмешки, возбуждаемые их трудами, еще
играют некоторую роль в словесности, благодаря вечному нравственно-философскому элементу в их деятельности, но дидактики, приносящие свой поэтический талант в жертву интересам так называемой современности, вянут и отцветают вместе с
современностью, которой служили.
[...] Горе поэту, променявшему вечную цель на цель временную; горе мореходцу, доверчиво бросившему свой единственный
якорь не в твердое дно, а в наносную отмель без устойчивости и
крепости! И странное дело – и странная сила чистого гения—поэты-олимпийцы, поэты, так невозмутимые, поэты, удалявшиеся от житейских тревог и не мыслящие поучать человека, делаются его вожатаями, его наставниками, его учителями, его прорицателями в то самое время, когда жрецы современности теряют
все свое значение! К ним народы приходят за духовной пищею и
отходят от них, просветлев духом, подвинувшись на пути про112
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
свещения. Их чтит потомство, давно позабывшее возгласы поэтов-дидактиков, служителей элемента преходящего. [...]
[...]. Добро, красота и правда, вдохновлявшие этих поэтов,
отражались во всех их произведениях. И произведения эти, пропетые в минуту вдохновения, набросанные для одного наслаждения, без всякой поучительной цели, стали зерном общего поучения, основанием наших познаний, наших добрых помыслов, наших великих деяний!
[...] Без малейшего стремления поучать кого бы то ни было
Гомер есть учитель всего рода человеческого, Александр Македонский возил «Илиаду» во все свои походы, и через тысячу лет
великие люди следующего тысячелетия станут плакать над
«Илиадою», учиться из «Илиады». [...]
Дружинин А.В. Литературная критика. М., 1983. С. 122-151.
А. БЕЛЫЙ
СИМВОЛИЗМ
[...] На поверхности литературной жизни переоценка ценностей недавнего прошлого выразилась в бунте против узкого материализма и натурализма; вернее, она выразилась в бунте против ограниченной догматики натуралистических школ. Но вовсе
не к рационализму, ни даже к идеализму призывала новая литературная школа. [...] Новое течение в искусстве, в отличие от
прежних течений, определяли как символизм.
Были попытки вывести символизм из классиков; наоборот:
были попытки отыскать символизм в романтизме; новое искусство определяли то как неоклассицизм, то как неоромантизм, то как
неореализм. Правда, черты реализма, классицизма и романтизма
мы встречаем у иных представителей символизма; правда и то,
что лучшие произведения современных художников верны лучшим традициям старого доброго времени. Но если бы мы это
признали, мы стерли бы грань, отделяющую современное искусство от прошлого; будучи преемственно все тем же искусством,
оно одушевлено сознанием какого-то непереступаемого рубежа
между нами и недавней эпохой; оно – символ кризиса в миросо113
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зерцании; этот кризис глубок; и мы смутно предчувствуем, что
стоим на границе двух больших периодов развития человечества.
Современное искусство обращено к будущему, но это будущее в нас таится; мы подслушиваем в себе трепет нового человека; и мы подслушиваем в себе смерть и разложение; мы – мертвецы, разлагающие старую жизнь, но мы же – еще не рожденные
к новой жизни; наша душа чревата будущим: вырождение и возрождение в ней борются.
[...] Мы живем в мире сумерек, ни свет, ни тьма – серый полумрак; бессолнечный день или не вовсе черная ночь. Образ победной жизни, как и образ гибели, одинаково не содержится в содержании нашего сознания.
Воссоздавая полноту жизни или полноту смерти, современный художник создает символ; то, что заставляет сгущать краски,
создавать небывалые жизненные комбинации, и есть категорический императив борьбы за будущее (смерть или жизнь). Людям
серединных переживаний такое отношение к действительности
кажется нереальным; они не ощущают, что вопрос о том, "быть
или не быть человечеству", реален. Внутренний реализм в отношении к жизни у них отсутствует; не способны они в душе своей
подслушать голоса будущего. Они – иллюзионисты.
[...] Вот почему не способны подчас они осознать иллюзионизм своего представления о реальности. Вот почему они упрекают символистов в оторванности от жизни: под жизнью они разумеют не мрак, не свет, а тусклые сумерки.
Вот почему символизм не противоречит подлинному реализму: и вместе с тем реализм окружающей видимости символисты
рассматривают как отражение некоей возможной полноты. Окружающая жизнь есть бледное отражение борьбы жизненных сил
человеческих с роком. Символизм углубляет либо мрак, либо
свет: возможности превращает он в подлинности: наделяет их
бытием. Вместе с тем в символизме художник превращается в
определенного борца (за жизнь либо смерть). Возможность полноты не реальна только от причин, противоборствующих ее воплощению. Художник воплощает в образе полноту жизни или
смерти; художник не может не видоизменить самый образ види114
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
мости; ведь в образе том жизнь и смерть соединены; видоизмененный образ есть символ. [...]
Момент реализма всегда присутствует в символизме; романтика и культ формы всегда присутствуют в нем. И оттого-то символизм отпечатлелся в литературе тремя существенными лозунгами: 1) символ всегда отражает действительность; 2) символ
есть образ, видоизмененный переживанием; 3) форма художественного образа неотделима от содержания.
[...] Нечего говорить, что реализм символисты не отрицают.
А поскольку символ есть образ, претворенный переживанием, постольку символисты указывают на тройственное начало
символа; всякий символ есть триада "abc", где "а" – неделимое
творческое единство, в котором сочетаются два слагаемые
("b" образ природы, воплощенный в звуке, краске, слове, и "с"
переживание, свободно располагающее материал звуков, красок и
слов, чтобы этот материал всецело выразил переживание); здесь
свобода – не произвол, а подчинение лишь той норме творчества,
которая, не будучи данной извне никакими законами, осуществляет свои цели; творчеству предписывают иногда быть идейным,
выражать те или иные тенденции, или обратно: не выражать никаких тенденций. Тенденция "искусство для искусства", как и
тенденция "искусство, как средство партийной борьбы", равно
стеснительны для художника-символиста. И потому-то представители партийного искусства так же, как представители "искусства для искусства", равно враждебно встретили проповедь символизма. [...]
Наконец, тезис "форма художественного творчества неотделима от содержания" – означает следующее: поскольку творческий образ есть символ, постольку в форме его уже отражается
содержание: содержанием служит переживаемая полнота уничтожения или жизни; предпосылки всякого художника-символиста
есть переживаемое сознание, что человечество стоит на роковом
рубеже, что раздвоенность между жизнью и словом, сознательным и бессознательным доведена до конца [...]
Исходя из этих переживаний, он стремится запечатлеть их в
форме; формой является материал звуков, красок, слов; самый
художественный образ, изваянный в слове, есть мост между ми115
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ром мертвого материала и красноречиво отразившейся полнотой;
материал, получивший форму, есть образ. [...]
И потому-то художники-символисты выдвинули вопросы
формы на первый план; тут сказался не мертвый академизм, а
стремление к еще более глубокому воплощению содержания образа в самый материал, из которого он построен.
Таковы три основания формулы символизма: символизм современного искусства не отрицает реализма, как не отрицает он
ни романтизма, ни классицизма. Он только подчеркивает, что
реализм, романтизм и классицизм – тройственное проявление
единого принципа творчества. В этом смысле всякое произведение искусства символично. [...]
Символическое течение современности еще отличается от
символизма всякого искусства тем, что оно действует на границе
двух эпох: его мертвит вечерняя заря аналитического периода,
его животворит заря нового дня. [...]
Белый А. Символизм как миропонимание. М., 1994.
С. 255-259.
ЛИТЕРАТУРНЫЙ МАНИФЕСТ ФУТУРИСТОВ
ПОЩЕЧИНА ОБЩЕСТВЕННОМУ ВКУСУ
Читающим наше Новое Первое Неожиданное. Только мы –
лицо нашего Времени. Рог времени трубит нами в словесном искусстве. Прошлое тесно. Академия и Пушкин – непонятнее гиероглифов. Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч., и
проч., с парохода современности. Кто не забудет своей первой
любви, не узнает последней. Кто же, доверчивый, обратит последнюю Любовь к парфюмерному блуду Бальмонта? В ней ли
отражения мужественной души сегодняшнего дня? Кто же, трусливый, устрашится стащить бумажные латы с черного фрака воина Брюсова? Или на них зори неведомых красот? Вымойте ваши
руки, прикасавшиеся к грязной слизи книг, написанных этими
бесчисленными Леонидами Андреевыми. Всем этим Максимам
Горьким, Куприным, Блокам, Сологубам, Ремизовым, Аверченко,
116
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Черным, Кузьминым, Буниным и проч., и проч. – нужна лишь дача на реке. Такую награду дает судьба портным. С высоты небоскребов мы взираем на их ничтожество!.. Мы приказываем чтить
права поэтов:
1. – На увеличение словаря поэта в его объеме произвольными и производными словами (слово – новшество).
2. – Непреодолимую ненависть к существовавшему до них
языку.
3. – С ужасом отстранять от гордого чела своего, из банных
веников сделанный вами, Венок грошевой славы.
4. – Стоять на глыбе слова “мы” среди моря свиста и негодования.
И если пока еще и в наших строках остались грязные клейма
ваших “Здравого смысла" и “хорошего вкуса”, то все же на них
уже трепещут впервые Зарницы Новой Грядущей Красоты Самоценного (самовитого) Слова.
Москва. 1912 г. Декабрь.
Д. Бурлюк. Александр Крученых. В. Маяковский. Виктор
Хлебников.
Пощечина общественному вкусу, изд. Кузьмина.
Соколов А.Г., Михайлова М.В. Русская литературная критика конца XIX – начала XX века: [Хрестоматия]. М.: Высшая
школа, 1982. С. 347–348.
В. МАЯКОВСКИЙ
ШТАТСКАЯ ШРАПНЕЛЬ
Искусство умерло
Да здравствует искусство!
Художники, поэты, артисты!
Искусство умерло.
Два месяца плакали газеты о новых и новых ранах, наносимых телу красоты.
Поломана последняя тонкая рука, вознесенная к небу Роймским собором, жирные, налитые пивом пальцы прусских улан
117
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
украшены кольцами хранилищ Лувена, и сдобные булочницы
юбки брюссельских кружев треплют по улицам Берлина…
Не знаю, плакала ли бедная красота; не слышно слабого дамского голоса за убедительными нотами Крупповского баса.
А на могильном камне – уверенно округленная немецким писателем фраза: «Самый маленький холмик, защищающий тело
немецкого солдата, дороже всех сокровищ искусства».
Умерло искусство.
Хорошо быть лавочником!
Сейчас так дешево скупить награбленное и спустить жадной
до каждого сегодняшнего слуха толпе.
Можно издеваться над героическими, обреченными смерти
народами, инсценируя танцы воюющих держав.
Художники могут сбыть залежавшиеся картинки на бинты
для раненых.
Ах, как легко прослыть национальным бардом, выкрикивая
самолюбие героев!
Искусство сделали лазаретом, питательным пунктом, маркитанткой для театра войны.
Вандалы-враги ограбили искусство чужого народа.
Вандалы-друзья обокрали Россию.
А мне не жалко искусства!..
Жалеть эту добрую заграничную кухарку?
Ведь в то время как мы, строители жизни, вознесли дома из
железобетона и к жестокосердию и силе приучили себя в обмане
и борьбе городов, она, раздобревшая от кухонного угара, сентиментально любила парикмахера соседнего переулка. В то время
как мы, гордые и самолюбивые, приучились любить себя и свое
лицо, грубое и скуластое, она загранично жеманилась, готовя
блюда гурманам.
Умерло искусство потому, что оказалось в хвосте жизни: дебелое не могло защищаться.
Жизнь идет вперед, осмыслив новую красоту.
Как венчаться с любимой девушкой никто не пойдет под печаль похоронного марша, так и на смерть войны не пойдет под
звуки танго и пупсика.
Сегодня нужны гимны, а гимны писать трудно.
118
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вот почему деятели всероссийской вампуки так славословят
смерть. [...]
Хорошо, если их дряхлые рамена выдержат доспехи. Может
быть, кому-нибудь из них посчастливится узнать, что мертвые
сраму не имут. [...]
ШТАТСКАЯ ШРАПНЕЛЬ
ВРАВШИМ КИСТЬЮ
Теперь время!
Репины, Коровины, Васнецовы, доставьте последнее удовольствие: пожертвуйте ваши кисти на зубочистки для противоубойных вегетарианцев. Уголь дорог. Ваши изумительно промасленные картины отлично разожгли бы самовары. Выберите с вашей палитры крап-лак и киноварь и последними широкими
мазками напишите красные вывески лазаретов. Будет прямая
польза.
Торопитесь!
Еще два-три месяца, и вас зарегистрируют как людей без определенных занятий.
Тем из вас, кто долголетней талантливой продажей не скопил
«дачу на реке», придется заняться музыкой (худ. Пастернак, кажется, хорошо играет на виолончели ?) или другим каким-нибудь
ремеслом.
Вчера еще на выставках вы брюзжали около наших картин,
картин крайне левых: «Сюжетца нет, надо с натуры писать, господа, вы правды не ищете, это учебник геометрии, а не картина».
Сегодня же попробуйте в лаптях вашей правды подойти к
красоте. Даже в жизни сегодняшней нет ничего правдашнего.
Разве это не воплощение наших идей: называется «война»: люди
жмутся в кошмарах, приезжают безногие, безрукие, а на самом
деле нет ничего, только от Токио до Лондона какое-то небо, каждый день наново перечерчиваемое разящей геометрией снарядов.
Эй вы, списыватели, муромским трудом изучившие натуру, сосчитайте, сколько ног у несущейся в атаку кавалерии, нарисуйте
119
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
похожей яичницу блиндерванного поезда, расцарапанную секундой бризантного снаряда.
Ведь это вчера еще вы, подходя к бунтующим картинам моим и моих товарищей, ругались: «Все это пустое, бессодержательное, одно красочное ржание какое-то. Должна быть идея в
произведении, ведь мы тем и отличаемся от скотов, что мыслим.
В сердце должно быть негодование, благородные порывы….»
А ну-ка возьмите вашу самую гордящуюся идею, самую любимую идею вас, ваших Верещагиных, Толстых – не убивай человека, – выйдите с ней на улицу к сегодняшней России, и толпа,
великолепная толпа, о камни мостовой истреплет ваши седые бороденки.
Это же вы, проходя мимо наших орущих красками полотен,
мямлили: «Какие сумасшедшие цвета, в природе так не бывает, в
природе все спокойнее, берите цвета ближе к натуре».
А теперь попробуйте-ка вашей серой могильной палитрой,
годной только для писания портретов мокриц и улиток, написать
краснорожую красавицу войну в платье кроваво-ярком, как желание побить немцев, с солнцами глаз прожекторов.
Конечно, на перчатку, брошенную мною, вы ответите: «Да
зачем нам писать, мы не драчуны вовсе, мы принимаем войну,
как неизбежное зло, ведь война самое большее на год, она в стороне, ведь можно же писать и совсем другое».
Нет, теперь – все война.
Г-н Переплетчиков, я никогда не был в Олонецкой губернии,
но я достоверно знаю – сегодня ее пейзаж изменился до неузнаваемости оттого, что под Антверпеном ревели сорокадвухсантиметровые пушки. Не уезжайте в Олонецкую губернию – у вас ничего не выйдет.
Тот не художник, кто на блестящем яблоке, поставленном
для натюрморта, не увидит повешенных в Калише.
Можно не писать о войне, но надо писать войною!
Вчерашние учители. Хотите, мы вас почетно похороним по
первому разряду? Для своего времени вы все-таки были большие.
Но сегодня секунда навсегда обломила старое. Не беритесь
больше за кисть – все равно налжете. Да и как иначе! Ведь вы
120
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
давно перешли за те 56 лет, до которых можете гордиться званием способного носить оружие, а следовательно, и видеть жизнь.
Но вы, молодые, с негодованием отвергнете потную руку
примирения, протянутую стариками. Ведь не затем же выстроились под пулями наши Якулов, Кончаловский. Ведь не затем же
чуть без ног контуженный лежит дорогой Ларионов, чтоб отсрочить наше господство хотя бы минутой примирения!
Сейчас на ощетинившихся штыками границах решается вопрос и о нашем существовании – война не только изменит географические границы государств, но и новые черты положит на
лицо человеческой психологии.
ВЫСТУПЛЕНИЕ НА МИТИНГЕ
ОБ ИСКУССТВЕ
24 ноября 1918 года
Нам нужно не мертвый храм искусства, где томятся мертвые
произведения, а живой завод человеческого духа. Нам нужно
ржаное искусство, ржаные слова, ржаные дела. Искусство нынешнего дня никуда не годно. Все старые предметы и пейзажи
говорят только о сплетнях богачей и буржуа.
Жалко, что на такие ненужные вещи художники тратят свой
талант. Искусство должно быть сосредоточено не в мертвых храмах-музеях, а повсюду: на улицах, в трамваях, на фабриках, в
мастерских и в рабочих кварталах.
ВЫСТУПЛЕНИЯ НА ДИСКУССИИ
«ПРОЛЕТАРИАТ И ИСКУССТВО»
22 и 29 декабря 1918 года
….Выступил поэт Маяковский. Высказав сомнение в целесообразности выступления пред такой – почти сплошь интелли121
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
гентской аудиторией, минуя этих «завсегдатаев Ампира», он обратился к рабочей части собрания. Тов. Маяковский сказал:
«Мы приветствуем призыв докладчика к созданию пролетарского искусства. Но разве можно привлекать к этому делу огульно всех людей искусства, как это делается сейчас? Вы говорите:
«добро пожаловать». Мы говорим: предъявите ваши мандаты.
Кем вы посланы – сердцем, бьющимся с пролетарской революцией, или жаждой заказов нового хозяина? Сейчас все, кто вчера
дебатировал вопрос о неподаче нам руки, наскоро усвоили новые
идеи, – но нас этим не проведешь. О новом надо говорить и новыми словами. Нужна новая форма искусства. Поставить памятник металлисту мало, надо еще, чтобы он отличался от памятника
печатнику, поставленного царем. Революция, разделившая на два
лагеря всю Россию, провела границу и между правым и левым
искусством. Налево – мы, изобретатели нового; направо – они,
смотрящие на искусство, как способ всяческих приобретений.
Это великолепно понимают рабочие, радостно принимающие
наши выступления. Внеклассового искусства нет. Новое создаст
только пролетариат, и только у нас, у футуристов, общая с пролетариатом дорога».
[...] Поэт Маяковский далее указал, что футуристы сами отвергают сегодня то, что ими было сделано вчера. С таким же пафосом футуристы выступают против своего же искусства, если
оно становится мертвым и старым.
Поэт Маяковский отбрасывает обвинение, что левые будто
бы призывают к насилию над старым искусством. Он сам готов
возложить хризантемы на могилу Пушкина. Но если из гробов
выйдут покойники и захотят влиять на творчество наших дней, то
им нужно заявить, что им не может быть места среди живых.
Оратор затем подчеркнул, что Анцелиович в вопросе о новом
искусстве сплел свои руки с разными буржуазными критиками.
Поэт далее отметил, что футуристы не плетутся в хвосте революции. Еще за два года до революции они предсказывали ее наступление. Для обновления искусства нужна новая политическая организация творческих сил. Разве футуристам по дороге со старыми представителями в искусстве? И в искусстве нужна мощная
революционная политика. Руководящая роль должна поэтому ос122
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
таться за новыми людьми в искусстве. Единственными носителями революционных идей останутся левые. [...]
Маяковский В.В. Полное собрание сочинений / Ред. и примеч.
В. Катаняна. Т. 12: Статьи, заметки, стенограммы выступлений 1917 – 1930. М.: Гослитиздат, 1937.
П.Н. САВИЦКИЙ
ЕВРАЗИЙСТВО
I.
Евразийцы – это представители нового начала в мышлении и
жизни, это группа деятелей, работающих на основе нового отношения к коренным, определяющим жизнь вопросам, отношения, вытекающего из всего, что пережито за последнее десятилетие над
радикальным преобразованием господствовавших доселе мировоззрения и жизненного строя. В то же время евразийцы дают новое
географическое и историческое понимание России и всего того мира, который они именуют российским, или "евразийским".[...]
По мнению евразийцев, в чисто географическом смысле понятие "Европы", как совокупности Европы, западной и восточной, бессодержательно и нелепо. На Западе – в смысле географических очертаний – богатейшее развитие побережий, истончение
континента в полуострова, острова; на востоке – сплошной материковый массив, имеющий только разъединенные касанья к морским побережьям; географически – на западе сложнейшее сочетание гор, холмов, низин; на востоке – огромная равнина, только
на окраинах окаймленная горами; климатически – на западе приморский климат с относительно небольшим различием между
зимой и летом; на востоке это различие выражено резко: жаркое
лето, суровая зима и т.д., и т.д. [...]
Россия занимает основное пространство земель "Евразии".
Тот вывод, что земли ее не распадаются между двумя материками, но оставляют скорее некоторый третий и самостоятельный
материк, имеет не только географическое значение. [...] Влияния
Юга, Востока и Запада, перемежаясь, последовательно главенствовали в мире русской культуры. Юг в этих процессах явлен по
преимуществу в образе византийской культуры; ее влияние на
Россию было длительным и основоположным; как на эпоху осо123
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
бой напряженности этого влияния можно указать на период примерно с X по XIII в. Восток в данном случае выступает главным
образом в облике "степной" цивилизации, обычно рассматриваемой в качестве одной из характерно "азиатских" ("азийских", в
указанном выше смысле). [...] Корневой основой слов "Евразия",
"евразийский", "евразийцы" служит первое, более древнее обозначение; однако не потому, чтобы "азийство" в этом случае возводилось исключительно к римским провинции и диоцезу; наоборот, евразийцы обращаются в данном случае к гораздо более
широкому историческому и географическому миру. Но слово
"азиатский" в силу ряда недоразумений приобрело в устах европейцев огульно одиозный оттенок. [...]
Определяя русскую культуру как "евразийскую", евразийцы
выступают как осознаватели русского культурного своеобразия.
В этом отношении они имеют еще больше предшественников,
чем в своих чисто-географических определениях. Таковыми, в
данном случае, нужно признать всех мыслителей славянофильского направления, в том числе Гоголя и Достоевского (как философов-публицистов). [...]
[...] Перспективы, раскрывающиеся перед евразийством, обусловлены, с одной стороны, размерами совершившейся катастрофы, а с другой – появлением и проявлением совершенно новых
культурно-исторических и социальных факторов, которые, естественно, не участвовали в построениях славянофильского миросозерцания. [...].
II.
Таково, в самом кратком определении, место "евразийцев"
как осознавателей культурно-исторического своеобразия России;
но таким осознанием не ограничивается содержание их учения.
Это осознание они обосновывают некоторой общей концепцией
культуры и делают из этой концепции конкретные выводы для
истолкования ныне происходящего. [...]
Евразийская концепция знаменует собою решительный отказ
от культурно-исторического "европоцентризма"; отказ, проистекающий не из каких-либо эмоциональных переживаний, но из
определенных научных и философских предпосылок. [...] Следует признать, что в культурной эволюции мира мы встречаемся с
124
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
"культурными средами" или "культурами", одни из которых достигали большего, другие – меньшего. Но точно определить, чего
достигла каждая культурная среда, возможно только при помощи
расчлененного по отраслям рассмотрения культуры. [...]
III.
Евразийцы примыкают к тем мыслителям, которые отрицают
существование универсального "прогресса". [...]
Не вдаваясь в рассмотрение вопроса об "исторической ответственности" за происшедшее в России и ни с кого не желая снимать этой ответственности, евразийцы в то же время понимают,
что сущность, которая Россией в силу восприимчивости и возбужденности ее духовного бытия была воспринята и последовательно проведена в жизнь в своем истоке, духовном происхождении не есть сущность русская. Коммунистический шабаш наступил в России как завершение более чем двухсотлетнего
периода "европеизации". Признать, что духовная сущность государственно-господствующего в России коммунизма есть особым
образом отраженная идеологическая сущность европейских "новых веков" – это значит сделать констатирование, эмпирически
обоснованное в высокой мере. [...]
Но, увидав идеологическую сущность европейских "новых
веков" в подобном, доведенном до логического завершения виде,
русские, не принявшие коммунизма и в то же время не утратившие способности мыслить последовательно, не могут вернуться к
основам новейшей "европейской" идеологии.
Из опыта коммунистической революции вытекает для сознания евразийцев некоторая истина, одновременно старая и новая:
здоровое социальное общежитие может быть основано только на
неразрывной связи человека с Богом, религией; безрелигиозное
общежитие, безрелигиозная государственность должны быть отвергнуты; это отвержение ничего не предрешает относительно
конкретных конституционно-правовых форм; в качестве такой
формы в представлении евразийцев может существовать безвредно в известных условиях, например, и "отделение церкви от
государства". [...]
Россия осуществила торжество исторического материализма
и атеизма; но те закономерности, которые проявились на ходе ее
125
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
революции, касаются далеко не ее одной. [...] Разрушительные
силы, накопляющиеся в этих условиях, рано или поздно одолеют
и здесь силу социального созидания. Проблему нужно ставить во
всей ее глубине и ширине. Напору материалистических и атеистических воззрений нужно противопоставить идейную сущность, преисполненную драгоценного полновесного содержания... Здесь не может быть колебаний. С еще неслыханной прямотой и непреклонной решимостью на широчайшем фронте и
везде необходимо начать и вести борьбу со всем, что хотя бы в
малейшей степени связано с материализмом и атеизмом. Зло
нужно прослеживать до корней; нужно в буквальном смысле искоренять его. [...]
Православная Церковь есть осуществление высшей свободы;
ее начало – согласие; в противоположность началу власти, господствующему в отделившиейся от Нее Римской Церкви. [...]
IV.
Евразийство есть не только система историософских или
иных теоретических учений. Оно стремится сочетать мысль с
действием и в своем пределе приводит к утверждению, наряду с
системой теоретических воззрений, определенной методологии
действия. Основная проблема, которая в этом отношении стоит
перед евразийством, есть проблема сочетания религиозного отношения к жизни и миру с величайшей, эмпирически обоснованной практичностью. [...]
[...] Трагизм этой задачи неизбывен; и единственно, к чему
стремятся евразийцы, это – в ладе своих мыслей и действий быть
на высоте этого трагизма. [...]
В практической области для евразийцев снята самая проблема "правых" и "левых" политических и социальных решений. [...]
Не таково отношение к практическим решениям евразийца. Для
него существенен религиозный упор, который обретается вне
сферы политической и экономической эмпирики. [...] В практических решениях требования жизни – вне всякой предубежденности – являются для евразийца руководящим началом. И потому в
одних решениях евразиец может быть радикальнее самых радикальных, будучи в других консервативнее самых консервативных. Евразийцу органически присуще историческое восприятие;
126
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
и неотъемлемой частью его мировоззрения является чувство продолжения исторической традиции. Но это чувство не перерождается в шаблон. Никакой шаблон не связывает евразийца; и одно
лишь существо дела при полном понимании исторической природы явлений просвечивает ему из глубины каждой проблемы...
[...] С точки зрения евразийцев, задача заключается в том,
чтобы мерзость и преступление искупить и преобразить созданием новой религиозной эпохи, которая греховное, темное и страшное переплавила бы в источающее свет. [...]
Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн: Антология. М., 1993. С. 100–113.
Н.А. БЕРДЯЕВ
ЕВРАЗИЙЦЫ
Евразийцы выступили шумно и самоуверенно, с большими
претензиями на оригинальность и на открытие новых материков.
Недостатки, обычные для молодых и боевых направлений, – они
не могут произрастать в скромности. Идеи евразийцев нужно
оценивать не столько по существу, сколько по симптоматическому их значению. Сами по себе идеи эти мало оригинальны, они
являются воспроизведением мыслей старых славянофилов. [...]
Но у евразийцев современных есть новая настроенность, есть молодой задор, есть не подавленность революцией, а пореволюционная бодрость, и им нельзя отказать в талантливости.
Они улавливают какое-то широко распространенное настроение
русской молодежи, пережившей войну и революцию, идеологически облагораживают "правые" инстинкты. Их идеология соответствует душевному укладу нового поколения, в котором стихийное национальное и религиозное чувство не связано со сложной культурой, с проблематикой духа. Евразийство есть прежде
всего направление эмоциональное, а не интеллектуальное, и эмоциональность его является реакцией творческих национальных и
религиозных инстинктов на происшедшую катастрофу. Такого
рода душевная формация может обернуться русским фашизмом.
Хотелось бы прежде всего отметить положительные стороны
евразийства. Евразийцы – не вульгарные реставраторы, которые
127
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
думают, что ничего особенного не произошло и все скоро вернется на свое прежнее место. Евразийцы чувствуют, что происходит
серьезный мировой кризис, что начинается новая историческая
эпоха. Характер этого кризиса они не совсем верно себе представляют, полагая, что существо его заключается в разложении и
конце романо-германской, европейской цивилизации (старый,
традиционный мотив славянофильствующей мысли). Но заслуга
их в том, что они остро чувствуют размеры происшедшего переворота и невозможность возврата к тому, что было до войны и
революции. Евразийцы решительно провозглашают примат культуры над политикой. Они понимают, что русский вопрос сейчас
есть прежде всего вопрос духовно-культурный, а не политический вопрос. Утверждать это сознание в русской эмигрантской
среде есть очень важная и насущная задача. Отношение евразийцев к Западной Европе превратно и ложно, и подобное отношение заслуживает наименования азиатства, а не евразийства. [...]
Евразийцы стихийно, эмоционально защищают достоинство России и русского народа против того поругания, которому он предается ныне и русскими людьми и людьми Запада. Верхний слой
русского общества, пораженный революцией, согласен денационализоваться и перестать считать себя русским. Такой реакционно-интернационалистической настроенностью слой этот доказывает свою давнюю оторванность от русской почвы и от духовных
основ жизни русского народа. Наибольшего сочувствия заслуживают политические взгляды и настроения евразийцев. Это –
единственное пореволюционное идейное направление, возникшее
в эмигрантской среде, и направление очень активное. Все остальные направления, "правые" и "левые", носят дореволюционный
характер и потому безнадежно лишены творческой жизни и значения в будущем. [...] Они не связывают православие и русский
национальный дух с определенной государственной формой, например, с самодержавной монархией, и согласны и на республику, если она будет православной и национальной и президент
будет "посадником". Евразийцы не демократического, но народного направления и учитывают значение народных масс в будущем строе России. Они видят в отличие от "правых", что новый
народный слой выдвинулся в первые ряды жизни и что его нельзя
128
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
будет вытеснить. Евразийцы признают, что революция произошла и что с ней нужно считаться. Пора перестать себе закрывать
глаза на совершившееся. Ничто дореволюционное невозможно
уже, возможно лишь пореволюционное. Евразийство по-своему
пытается быть пореволюционным направлением, и в этом его несомненная заслуга и преимущество перед другими направлениями. Они реалистичнее других политических направлений и могут
сыграть политическую роль. Да и нужно признать, что значение в
политической жизни России будет иметь главным образом молодежь.
Но в евразийстве есть также элементы зловредные и ядовитые, которым необходимо противодействовать. Многие старые
русские грехи перешли в евразийство в утрированной форме. Евразийцы чувствуют мировой кризис. Но они не понимают, что
окончание новой истории, при котором мы присутствуем, есть
вместе с тем возникновение новой универсалистической эпохи,
подобной эпохе эллинистической. Национализм есть порождение
новой истории. Ныне кончаются времена замкнутых национальных существований. Все национальные организмы ввергнуты в
мировой круговорот и в мировую ширь. Происходит взаимопроникновение культурных типов Востока и Запада. Прекращается
автаркия Запада, как прекращается и автаркия Востока. [...] Евразийство остается лишь географическим термином и не приобретает культурно-исторического смысла, противоположного всякому замыканию, самодовольству и самоудовлетворенности. Задача, которая теперь стоит перед Россией, ничего общего не имеет с
той задачей, которая стояла перед допетровской, старой Россией.
Это есть задача не замыкания, а выхода в мировую ширь. И размыкание, выход в мировую ширь вовсе не означает европеизации
России, подчинения ее западным началам, а означает мировое
духовное влияние России, раскрытие Западу своих духовных богатств. Так должен образоваться в мире единый духовный космос, в который русский народ должен сделать свой большой
вклад. Русская идея, которая вырабатывалась русской мыслью
XIX века, всегда была такой идеей. И евразийцы неверны русской идее, они порывают с лучшими традициями нашей религиозно-национальной мысли. Они делают шаг назад по сравнению с
129
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Хомяковым и Достоевским, и в этом они духовные реакционеры.
Они партикуляристы, противники русской всечеловечности и
всемирности, противники духа Достоевского. [...] Отношение евразийцев к Западу и западному христианству в корне ложное и
нехристианское. Культивирование нелюбви и отвращения к другим народам есть грех, в котором следует каяться. Народы, расы,
культурные миры не могут быть исключительными носителями
зла и лжи. Это совсем не христианская точка зрения. [...]
[...] Евразийцы правы, когда они говорят, что западноевропейская культура не есть универсальная и единственная культура, что она есть лишь культура романо-германская, носящая черты ограниченности. И внутри европейской культуры существует
ведь огромное различие между типом культуры романской и германской [...] Остается впечатление, что для евразийцев православие есть прежде всего этнографический факт, фольклор, центральный факт национальной культуры. Они берут православие
извне, исторически, а не изнутри, не как факт духовной жизни,
вселенский по своему значению. Поэтому они прежде всего дорожат бытовым православием, его статическими пластическими
образами. [...] Говорю, конечно, не о личном религиозном опыте
отдельных евразийцев, а об их мышлении.
[...] Между тем как у евразийцев исчезает своеобразие и
единственность русского духовного типа, русской идеи, русской
вселенской христианской идеи.
[...] Есть два образа России: статический и динамический,
бытовой и духовный. Русского странничества, русского искания
правды Божией, Града Китежа евразийцы не хотят видеть и
знать. Им больше нравится бытовая устроенность и статичность
ислама. И это есть испуг и реакция против революции. Евразийцы не понимают, как понимал Достоевский, что русская интеллигенция была национально-русским явлением, отражавшим и русские грехи, и болезни, и русское искание правды. Современная
молодежь не любит образа русского скитальца. Она предпочитает
Николая Ростова Князю Андрею и Пьеру Безухову. Но нужно
помнить, что стиль православия меняется – интеллигенция возвращается в церковь и возвратившийся блудный сын будет в ней
играть преобладающую роль. Православие не прикреплено к сти130
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
лю мужицкому, мещански-купеческому или дворянскому. Впрочем, нужно сказать, что евразийцы меняются, и у них начинает
усиливаться чувство исторической динамики.
[...] Поколение евразийское, выросшее во время войны и революции, не чувствует себя родственным нашему религиозному
поколению и не хочет продолжать его заветов. Оно склонно отказаться от всего, что связано с постановкой проблем нового религиозного сознания. Воля его направлена к упрощению, к элементаризации, к бытовым формам православия, к традиционализму,
боязливому и подозрительному ко всякому религиозному творчеству. Духовный уклад нового религиозного поколения очень неблагоприятен для оценки по существу сложной проблематики
предшествующего религиозного поколения. В силу пережитого
опыта современная молодежь боится сложности и проблематичности, тяготеет к элементарности и простоте, направляет свою
волю на осуществление практических задач. В известной ее части
есть реакция против мистики и романтики, против усложненного
гнозиса, против эсхатологических настроений. Поколение начала
XX века вынесло на своих плечах трудную работу преодоления
старого интеллигентского миросозерцания, прошло длинный духовный путь, вернулось в отчий дом, как блудный сын, и внесло в
свое христианство всю сложность своей духовной культуры, поставило с большой остротой проблемы, которые имеют значение
для далекого будущего и для вечности. Наше религиознофилософское течение обращено к поколениям более далекого будущего, и если проблемы, им выдвинутые, не интересуют поколение современное, то этим нисколько не определяется еще
оценка этих проблем по существу. Мы защищали аристократизм
духовной культуры, аристократизм мысли, защищали то, что
представлялось бесполезным и ненужным. [...] Отрицание духовного аристократизма, отрицание сложности мысли, бескорыстного созерцания и творческой проблематики есть большевизм, и
большевизм этот есть повсюду, он есть у "правых", есть и у некоторых евразийцев. Этим я нисколько не отрицаю, что отдельные
представители евразийства являются высоко культурными и духовно тонкими людьми.
131
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Неуважение к человеческой мысли, к человеческому творчеству, неблагодарность к духовной работе предшествующих поколений, нежелание почитать даже великих своих людей есть русский грех, есть неблагородная черта в русском характере. Нигилизм остается в русской крови, он так же проявляется "справа",
как и "слева", так же возможен на религиозной почве, как и на
почве материалистической. [...]
Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн: Антология. М., 1993. С. 292–300.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП(Б)
"О ПЕРЕСТРОЙКЕ ЛИТЕРАТУРНОХУДОЖЕСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ"
23 апреля 1932 г.
1. ЦК констатирует, что за последние годы на основе значительных успехов социалистического строительства достигнут
большой как количественный, так и качественный рост литературы и искусства.
Несколько лет тому назад, когда в литературе налицо было
еще значительное влияние чуждых элементов, особенно оживившихся в первые годы нэпа, а кадры пролетарской литературы были еще слабы, партия всемерно помогала созданию и укреплению
особых пролетарских организаций в области литературы и [других видов] искусства в целях укрепления позиций пролетарских
писателей и работников искусства и содействия росту кадров
пролетарских писателей и художников.
В настоящее время, когда успели уже вырасти кадры пролетарской литературы и искусства, выдвинулись новые писатели и художники с заводов, фабрик, колхозов, рамки существующих пролетарских литературно-художественных организаций (ВОАПП,
РАПП, РАМП и др.) становятся уже узкими и тормозят серьезный
размах [литературного и] художественного творчества.
Это обстоятельство создает опасность превращения этих организаций из средства наибольшей мобилизации [действительно]
132
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
советских писателей и художников вокруг задач социалистического строительства в средство культивирования кружковой
замкнутости, отрыва [иногда] от политических задач современности и от значительных групп писателей и художников, сочувствующих социалистическому строительству [и готовых его поддержать].
Отсюда необходимость соответствующей перестройки литературно-художественных организаций и расширения базы их работы.
Исходя из этого, ЦК ВКП(б) постановляет:
1) ликвидировать ассоциацию пролетарских писателей
(ВОАПП, РАПП);
2) объединить всех писателей, поддерживающих платформу
Советской [стоящих за политику советской] власти и стремящихся участвовать в социалистическом строительстве, в единый союз
советских писателей с коммунистической фракцией в нем;
3) провести аналогичное изменение по линии других видов
искусства [объединение музыкантов, композиторов, художников,
архитекторов и т.п. организаций];
4) поручить Оргбюро разработать практические меры по
проведению этого решения.
Власть и художественная интеллигенция: Документы ЦК
РКП(б) – ВКП (б), ВЧК – ОГПУ – НКВД о культурной политике.
1917-1953 / Под ред. А.Н. Яковлева; сост. А.Н. Артизов,
О.В. Наумов. М.: Международный фонд «Демократия», 1999.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
ОРГБЮРО ЦК ВКП(Б) О ЖУРНАЛАХ
«ЗВЕЗДА» И «ЛЕНИНГРАД»
14 августа 1946 г.
ЦК ВКП(б) отмечает, что издающиеся в Ленинграде литературно-художественные журналы "Звезда" и "Ленинград" ведутся
совершенно неудовлетворительно.
В журнале "Звезда" за последнее время, наряду со значительными и удачными произведениями советских писателей, появи133
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
лось много безыдейных, идеологически вредных произведений.
Грубой ошибкой "Звезды" является предоставление литературной
трибуны писателю Зощенко, произведения которого чужды советской литературе. Редакции "Звезды" известно, что Зощенко
давно специализировался на писании пустых, бессодержательных
и пошлых вещей, на проповеди гнилой безыдейности, пошлости
и аполитичности, рассчитанных на то, чтобы дезориентировать
нашу молодежь и отравить ее сознание. Последний из опубликованных рассказов Зощенко "Приключения обезьяны" ("Звезда",
№ 5-6 за 1946 г.) представляет пошлый пасквиль на советский
быт и на советских людей. Зощенко изображает советские порядки и советских людей в уродливо карикатурной форме, клеветнически представляя советских людей примитивными, малокультурными, глупыми, с обывательскими вкусами и нравами. Злостно хулиганское изображение Зощенко нашей действительности
сопровождается антисоветскими выпадами.
Предоставление страниц "Звезды" таким пошлякам и подонкам литературы, как Зощенко, тем более недопустимо, что редакции "Звезда" хорошо известна физиономия Зощенко и недостойное поведение его во время войны, когда Зощенко, ничем не помогая советскому народу в его борьбе против немецких
захватчиков, написал такую омерзительную вещь как "Перед
восходом солнца", оценка которой, как и оценка всего литературного "творчества" Зощенко, была дана на страницах журнала
"Большевик".
Журнал "Звезда" всячески популяризирует также произведения писательницы Ахматовой, литературная и общественнополитическая физиономия которой давным-давно известна советской общественности. Ахматова является типичной представительницей чуждой нашему народу пустой безыдейной поэзии. Ее
стихотворения, пропитанные духом пессимизма и упадочничества, выражающие вкусы старой салонной поэзии, застывшей на
позициях буржуазно-аристократического эстетства и декадентства, "искусстве для искусства", не желающей идти в ногу со своим
народом наносят вред делу воспитания нашей молодежи и не могут быть терпимы в советской литературе.
134
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Предоставление Зощенко и Ахматовой активной роли в журнале, несомненно, внесло элементы идейного разброда и дезорганизации в среде ленинградских писателей. В журнале стали появляться произведения, культивирующие несвойственный советским людям дух низкопоклонства перед современной буржуазной
культурой Запада. Стали публиковаться произведения, проникнутые тоской, пессимизмом и разочарованием в жизни (стихи Садофьева и Комиссаровой в № 1 за 1946 г. и т.д.). Помещая эти
произведения, редакция усугубила свои ошибки и еще более
принизила идейный уровень журнала.
Допустив проникновение в журнал чуждых в идейном отношении произведений, редакция понизила также требовательность
к художественным качествам печатаемого литературного материала. Журнал стал заполняться малохудожественными пьесами
и рассказами ("Дорога времени" Ягдфельдта, "Лебединое озеро"
Штейна и т.д.).
Такая неразборчивость в отборе материалов для печатания
привела к снижению художественного уровня журнала.
ЦК отмечает, что особенно плохо ведется журнал "Ленинград", который постоянно предоставлял свои страницы для пошлых и клеветнических выступлений Зощенко, для пустых и
аполитичных стихотворении Ахматовой. Как и редакция "Звезды", редакция журнала "Ленинград" допустила крупные ошибки,
опубликовав ряд произведений, проникнутых духом низкопоклонства по отношению ко всему иностранному. Журнал напечатал ряд ошибочных произведений ("Случай над Берлином" Варшавского и Реста, "На заставе" Слонимского). В стихах Хазина
"Возвращение Онегина" под видом литературной пародии дана
клевета на современный Ленинград. В журнале "Ленинград" помещаются преимущественно бессодержательные низкопробные
литературные материалы.
Как могло случиться, что журналы "Звезда" и "Ленинград",
издающиеся в Ленинграде, городе-герое, известном своими передовыми революционными традициями, городе, всегда являвшемся рассадником передовых идей и передовой культуры, допустили протаскивание в журналы чуждой советской литературе безыдейности и аполитичности? В чем смысл ошибок редакций
135
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
"Звезды" и "Ленинграда"? Руководящие работники журналов и, в
первую очередь, их редакторы тт. Саянов и Лихарев, забыли то
положение ленинизма, что наши журналы, являются ли они научными или художественными, не могут быть аполитичными.
Они забыли, что наши журналы являются могучим средством советского государства в деле воспитания советских людей и в особенности молодежи и поэтому должны руководствоваться тем,
что составляет жизненную основу советского строя, – его политикой. Советский строй не может терпеть воспитания молодежи в
духе безразличия к советской политике, в духе наплевизма и безыдейности.
Сила советской литературы, самой передовой литературы в
мире, состоит в том, что она является литературой, у которой нет
и не может быть других интересов, кроме интересов народа, интересов государства. Задача советской литературы состоит в том,
чтобы помочь государству правильно воспитать молодежь, ответить на ее запросы, воспитать новое поколение бодрым, верящим
в свое дело, не боящимся препятствий, готовым преодолеть всякие препятствия.
Поэтому всякая проповедь безыдейности, аполитичности,
"искусства для искусства" чужда советской литературе, вредна
для интересов советского народа и государства и не должна
иметь места в наших журналах.
Недостаток идейности у руководящих работников "Звезды" и
"Ленинграда" привел также к тому, что эти работники поставили
в основу своих отношений с литераторами не интересы правильного воспитания советских людей и политического направления
деятельности литераторов, а интересы личные, приятельские. Изза нежелания портить приятельских отношений притуплялась
критика. Из-за боязни обидеть приятелей пропускались в печать
явно негодные произведения. Такого рода либерализм, при котором интересы народа и государства, интересы правильного воспитания нашей молодежи приносятся в жертву приятельским отношениям и при котором заглушается критика, приводит к тому,
что писатели перестают совершенствоваться, утрачивают сознание своей ответственности перед народом, перед государством,
перед партией, перестают двигаться вперед.
136
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Все вышеизложенное свидетельствует о том, что редакции
журналов "Звезда" и "Ленинград" не справились с возложенным
делом и допустили серьезные политические ошибки в руководстве журналами.
ЦК устанавливает, что Правление Союза советских писателей и, в частности, его председатель т. Тихонов, не приняли никаких мер к улучшению журналов "Звезда" и "Ленинград" и не
только не вели борьбы с вредными влияниями Зощенко, Ахматовой и им подобных несоветских писателей на советскую литературу, но даже попустительствовали проникновению в журналы
чуждых советской литературе тенденций и нравов. [...]
ЦК ВКП(б) постановляет:
1. Обязать редакцию журнала "Звезда", Правление Союза советских писателей и Управление пропаганды ЦК ВКП(б) принять
меры к безусловному устранению указанных в настоящем постановлении ошибок и недостатков журнала, выправить линию журнала и обеспечить высокий идейный и художественный уровень
журнала, прекратив доступ в журнал произведений Зощенко, Ахматовой и им подобных.
2. Ввиду того, что для издания двух литературнохудожественных журналов в Ленинграде в настоящее время не
имеется надлежащих условий, прекратить издание журнала "Ленинград", сосредоточив литературные силы Ленинграда вокруг
журнала "Звезда".
3. В целях наведения надлежащего порядка в работе редакции журнала "Звезда" и серьезного улучшения содержания журнала, иметь в журнале главного редактора и при нем редколлегию. Установить, что главный редактор журнала несет полную
ответственность за идейно-политическое направление журнала и
качество публикуемых в нем произведений.
4. Утвердить главным редактором журнала "Звезда" тов. Еголина А.М. с сохранением за ним должности заместителя начальника Управления пропаганды ЦК ВКП(б).
5. Поручить Секретариату ЦК рассмотреть и утвердить состав редакторов отделов и редколлегии. [...]
Власть и художественная интеллигенция: Документы ЦК
РКП(б) – ВКП (б), ВЧК – ОГПУ – НКВД о культурной политике.
137
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
1917 – 1953 / Под ред. А.Н. Яковлева; сост. А.Н. Артизов,
О.В. Наумов. М.: Международный фонд «Демократия», 1999.
ПИСЬМО Б.Л. ПАСТЕРНАКА
Н.С. ХРУЩЕВУ
31 октября 1958 г.
Уважаемый Никита Сергеевич,
Я обращаюсь к Вам лично, ЦК КПСС и Советскому Правительству.
Из доклада т. Семичастного мне стало известно о том, что
правительство «не чинило бы никаких препятствий моему выезду
из СССР».
Для меня это невозможно. Я связан с Россией рождением,
жизнью, работой.
Я не мыслю своей судьбы отдельно и вне ее. Каковы бы ни
были мои ошибки и заблуждения, я не мог себе представить, что
окажусь в центре такой политической кампании, которую стали
раздувать вокруг моего имени на Западе.
Осознав это, я поставил в известность Шведскую Академию
о своем добровольном отказе от Нобелевской премии.
Выезд за пределы моей Родины для меня равносилен смерти,
и поэтому я прошу не принимать по отношению ко мне этой
крайней меры.
Положа руку на сердце, я кое-что сделал для советской литературы и могу еще быть ей полезен.
Б. Пастернак
1 ноября 1958 г.
К письму приложена записка: «Разослать членам Президиума
ЦК КПСС и кандидатам в члены Президиума ЦК КПСС. 31.X.58.
В. Малин».
Источник. 1993. № 4. С. 103–104.
138
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ПИСЬМО Б.Л. ПАСТЕРНАКА
В ПРЕЗИДИУМ ПРАВЛЕНИЯ СОЮЗА
ПИСАТЕЛЕЙ СССР В СВЯЗИ
С ОБЩЕМОСКОВСКИМ СОБРАНИЕМ
ПИСАТЕЛЕЙ
27 октября 1958 г.
1. Я искренне хотел прийти на заседание и для этого приехал
в город, но неожиданно почувствовал себя плохо. Пусть товарищи не считают моего отсутствия знаком невнимания. Записку эту
пишу второпях и наверное не так гладко и убедительно, как хотел
бы.
2. Я еще и сейчас, после всего поднятого шума и статей, продолжаю думать, что можно быть советским человеком и писать
книги, подобные «Доктору Живаго». Я только шире понимаю
права и возможности советского писателя и этим представлением
не унижаю его звания.
3. Я совсем не надеюсь, чтобы правда была восстановлена и
соблюдена справедливость, но все же напомню, что в истории
передачи рукописи нарушена последовательность событий. Роман был отдан в наши редакции в период печатания произведения Дудинцева и общего смягчения литературных условий.
Можно было надеяться, что он будет напечатан. Только спустя
полгода рукопись попала в руки итальянского коммунистического издателя. Лишь когда это стало известно, было написано
письмо редакции «Нового мира», приводимое «Литературной газетой». Умалчивают о договоре с Гослитиздатом, отношения по
которому тянулись полтора года. Умалчивают об отсрочках, которые я испрашивал у итальянского издателя и которые он давал,
чтобы Гослитиздат ими воспользовался для выпуска цензурованного издания как основы итальянского перевода. Ничем этим не
воспользовались.
Теперь огромным газетным тиражом напечатаны исключительно одни неприемлемые его места, препятствовавшие его изданию и которые я соглашался выпустить, и ничего, кроме гро139
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зящих мне лично бедствий, не произошло. Отчего же нельзя было
его напечатать три года тому назад, с соответствующими изъятиями.
4. Дармоедом в литературе я себя не считаю. Кое-что я для
нее, положа руку на сердце, сделал.
5. Самомнение никогда не было моим грехом. Это подтвердят те, кто меня знает. Наоборот, я личным письмом Сталину
просил его о праве трудиться в тишине и незаметности.
6. Я думал, что радость моя по поводу присуждения мне Нобелевской премии не останется одинокой, что она коснется общества, часть которого я составляю. В моих глазах честь, оказанная
мне, современному писателю, живущему в России и, следовательно, советскому, оказана вместе с тем и всей советской литературе. Я огорчен, что был так слеп и заблуждался.
7. По поводу существа самой премии ничто не может меня
заставить признать эту почесть позором и оказанную мне честь
отблагодарить ответной грубостью. Что же касается денежной
стороны дела, я могу попросить Шведскую Академию внести
деньги в фонд Совета Мира, не ездить в Стокгольм за ее получением или вообще оставить ее в распоряжении шведских властей.
Об этом я хотел бы переговорить с кем-нибудь из наших ответственных лиц, быть может с Д.А. Поликарповым, спустя недели
полторы-две, в течение которых я приду в себя от уже полученных и еще ожидаемых потрясений.
8. Я жду для себя всего, товарищи, и вас не обвиняю. Обстоятельства могут вас заставить в расправе со мной зайти очень далеко, чтобы вновь под давлением таких же обстоятельств меня
реабилитировать, когда будет уже поздно. Но этого в прошлом
уже было так много! Не торопитесь, прошу вас. Славы и счастья
вам это не прибавит.
Б. Пастернак
Континент. 1995. № 1. С. 196–197.
140
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Содержание
ОТ СОСТАВИТЕЛЕЙ ...................................................................................... 3
ПРОКОПИЙ КЕСАРИЙСКИЙ. О СЛАВЯНАХ И АНТАХ ......................... 6
СЛОВО О ЗАКОНЕ И БЛАГОДАТИ
МИТРОПОЛИТА ИЛАРИОНА ............................................................. 7
ИЗ КНИГИ «ПЧЕЛА» ...................................................................................... 8
ПОУЧЕНИЕ ВЛАДИМИРА МОНОМАХА ............................................... 10
СЛОВО О ПОГИБЕЛИ РУССКОЙ ЗЕМЛИ ПОСЛЕ СМЕРТИ
ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ЯРОСЛАВА (1238 – 1246) ............................... 12
ДЖИОВАННИ ДЕЛЬ ПЛАНО КАРПИНИ. ИСТОРИЯ МОНГАЛОВ...... 13
ЗАДОНЩИНА ................................................................................................ 18
СКАЗАНИЕ О МАМАЕВОМ ПОБОИЩЕ. ............................................... 21
ПОВЕСТЬ О НОВГОРОДСКОМ БЕЛОМ КЛОБУКЕ. ......................... 26
ПИСЬМО ЕПИФАНИЯ ПРЕМУДРОГО
К КИРИЛЛУ ТВЕРСКОМУ. ............................................................... 27
ПОСЛАНИЕ СТАРЦА ФИЛОФЕЯ К ВЕЛИКОМУ КНЯЗЮ
ВАСИЛИЮ ИВАНОВИЧУ ................................................................... 30
ФРАНЧЕСКО ДА КОЛО. ДОНОШЕНИЕ О МОСКОВИИ (XVI В.) ...... 31
ПЕРВОЕ ПОСЛАНИЕ КУРБСКОГО ИВАНУ ГРОЗНОМУ.) ............. 33
ПЕРВОЕ ПОСЛАНИЕ ИВАНА ГРОЗНОГО КУРБСКОМУ ............... 35
ИЗ «АЗБУКИ» (1574 Г.) ИВАНА ФЕДОРОВА .......................................... 36
СИЛЬВЕСТР. ДОМОСТРОЙ (XVI в.) .......................................................... 37
ЖИТИЕ ПРОТОПОПА АВВАКУМА,
ИМ САМИМ НАПИСАННОЕ ............................................................. 40
СИМОН УШАКОВ. СЛОВО К ЛЮБОТЩАТЕЛЯМ ИКОННОГО
ПИСАНИЯ. ОБ ОСНОВАХ ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОГО
ИСКУССТВА ........................................................................................... 43
141
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«ПРИВИЛЕГИЯ» СЛАВЯНО-ГРЕКО-ЛАТИНСКОМУ
УЧИЛИЩУ (1682 – 1685 г.) ................................................................... 44
СИМЕОН ПОЛОЦКИЙ. ВИРШИ НА ВСЕЛЕНИЕ ЦАРЯ АЛЕКСЕЯ
МИХАЙЛОВИЧА В НОВЫЙ ДВОРЕЦ В КОЛОМЕНСКОМ .... 45
О НОШЕНИИ ПЛАТЬЯ НА МАНЕР ВЕНГЕРСКАГО ........................ 45
О НОШЕНИИ ПЛАТЬЯ ВСЯКАГО ЧИНА ЛЮДЯМ
САКСОНСКАГО И НЕМЕЦКАГО,
О НЕДЕЛАНИИ МАСТЕРАМ РУССКАГО ПЛАТЬЯ... ................ 46
О НЕТОРГОВАНИИ РУССКИМ ПЛАТЬЕМ И САПОГАМИ
И О НЕНОШЕНИИ ТАКОВАГО ПЛАТЬЯ И БОРОД .................. 46
О ОБУЧЕНИИ ДВОРЯН, ПРИКАЗНОГО ЧИНА, ДЬЯЧИХ
И ПОДЬЯЧЕСКИХ ДЕТЕЙ АРИФМЕТИКЕ И ГЕОМЕТРИИ,
О ПОСЫЛКЕ ДЛЯ ТОГО В ГУБЕРНИИ УЧЕНИКОВ
ИЗ МАТЕМАТИЧЕСКИХ ШКОЛ И ОБ УЧРЕЖДЕНИИ
УЧИЛИЩ ПРИ АРХИЕРЕЙСКИХ ДОМАХ
И МОНАСТЫРЯХ .................................................................................. 47
О ПОСЫЛКЕ В ГУБЕРНИИ ПО ДВА УЧИТЕЛЯ ДЛЯ ОБУЧЕНИЯ
ДЕТЕЙ АРИФМЕТИКЕ И ГЕОМЕТРИИ ......................................... 48
О ПОСЫЛКЕ В ВЕНЕЦИЮ, ФРАНЦИЮ
И АНГЛИЮ ДВОРЯНСКИХ ДЕТЕЙ
ДЛЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ В МОРСКУЮ СЛУЖБУ ............................. 48
О ПОРЯДКЕ ВЫДАЧИ НАГРАЖДЕНИЯ
ЗА РЕДКОСТНЫЕ ПРЕДМЕТЫ ........................................................ 49
О ПРИСЫЛКЕ ИЗ МОНАСТЫРЕЙ РОССИЙСКОГО
ГОСУДАРСТВА ЖАЛОВАННЫХ ГРАМОТ ................................... 49
О ПРИСЫЛКЕ ИЗ ВСЕХ ЕПАРХИЙ И МОНАСТЫРЕЙ ДРЕВНИХ
РУКОПИСНЫХ ЛЕТОПИСЕЙ И ПОДОБНЫХ КНИГ В
МОСКВУ – В СИНОД ............................................................................ 50
ОБ УЧЕНИИ ПОПОВСКИХ И ЦЕРКОВНО-ПРИЧЕТНИЧЕСКИХ
ДЕТЕЙ В АРХИЕРЕЙСКИХ ШКОЛАХ ........................................... 50
ЮНОСТИ ЧЕСТНОЕ ЗЕРЦАЛО, ИЛИ ПОКАЗАНИЕ К
ЖИТЕЙСКОМУ ОБХОЖДЕНИЮ ..................................................... 51
142
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ИЗ «ДНЕВНИКА» ФРИДРИХА-ВИЛЬГЕЛЬМА
БЕРХГОЛЬЦА (1721 Г.) ......................................................................... 54
ИВАН ИВАНОВИЧ НЕПЛЮЕВ. ЗАПИСКИ ................................................ 56
ИЗ «ЗАПИСОК» Ф.-Х. ВЕБЕРА ................................................................... 58
ОСНОВАНИЕ СУХОПУТНОГО ШЛЯХЕТСКОГО
КОРПУСА (1731 Г.) ................................................................................. 63
ПИСЬМО М.В. ЛОМОНОСОВА И.И. ШУВАЛОВУ .............................. 64
ПРОЕКТ О УЧРЕЖДЕНИИ МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА ... 66
ПРЕДСТАВЛЕНИЕ В СЕНАТ И.И. ШУВАЛОВА
ОБ УЧРЕЖДЕНИИ АКАДЕМИИ ХУДОЖЕСТВ .......................... 70
ГЕНЕРАЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ О ВОСПИТАНИИ
ОБОЕГО ПОЛА ЮНОШЕСТВА (1764 Г.) ......................................... 71
УСТАВ НАРОДНЫМ УЧИЛИЩАМ
В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ (1786 Г.) ............................................. 74
М. ЩЕРБАТОВ. О ПОВРЕЖДЕНИИ НРАВОВ
В РОССИИ (1786 – 1787) ....................................................................... 77
Н.И. НОВИКОВ. ПУБЛИКАЦИИ В ЖУРНАЛЕ «ЖИВОПИСЕЦ».
1772. Ч. II. ЛЕЧЕБНИК .......................................................................... 78
ИЗ «ЗАПИСОК» Ф.Ф. ВИГЕЛЯ (1790-Е ГГ.) ............................................ 79
ЖЕНСКИЕ МОДЫ АЛЕКСАНДРОВСКОГО ВРЕМЕНИ ................... 82
П.Я. ЧААДАЕВ. ФИЛОСОФИЧЕСКИЕ ПИСЬМА.
ПИСЬМО ПЕРВОЕ ........................................................... 89
А.С. ХОМЯКОВ. О СТАРОМ И НОВОМ..................................................... 95
Б. Н. ЧИЧЕРИН. РАЗЛИЧНЫЕ ВИДЫ ЛИБЕРАЛИЗМА .................... 100
В.Г. БЕЛИНСКИЙ. ВЗГЛЯД НА РУССКУЮ ЛИТЕРАТУРУ 1847 Г. . 106
А.В. ДРУЖИНИН. КРИТИКА ГОГОЛЕВСКОГО ПЕРИОДА
РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ И НАШИ К НЕЙ ОТНОШЕНИЯ ... 110
А. БЕЛЫЙ. СИМВОЛИЗМ ........................................................................... 113
143
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ЛИТЕРАТУРНЫЙ МАНИФЕСТ ФУТУРИСТОВ.
ПОЩЕЧИНА ОБЩЕСТВЕННОМУ ВКУСУ ................................. 116
В. МАЯКОВСКИЙ.
ШТАТСКАЯ ШРАПНЕЛЬ ........................................................ 117
ШТАТСКАЯ ШРАПНЕЛЬ. ВРАВШИМ КИСТЬЮ ............ 119
ВЫСТУПЛЕНИЕ НА МИТИНГЕ ОБ ИСКУССТВЕ ......... 121
ВЫСТУПЛЕНИЯ НА ДИСКУССИИ
«ПРОЛЕТАРИАТ И ИСКУССТВО» ...................................... 121
П.Н. САВИЦКИЙ. ЕВРАЗИЙСТВО ............................................................ 123
Н.А. БЕРДЯЕВ. ЕВРАЗИЙЦЫ ..................................................................... 127
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП(Б)
"О ПЕРЕСТРОЙКЕ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫХ
ОРГАНИЗАЦИЙ" ................................................................................. 132
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ОРГБЮРО ЦК ВКП(Б)
О ЖУРНАЛАХ «ЗВЕЗДА» И «ЛЕНИНГРАД» . ............................. 133
ПИСЬМО Б.Л. ПАСТЕРНАКА Н.С. ХРУЩЕВУ ................................. 138
ПИСЬМО Б.Л. ПАСТЕРНАКА В ПРЕЗИДИУМ ПРАВЛЕНИЯ
СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ СССР В СВЯЗИ С
ОБЩЕМОСКОВСКИМ СОБРАНИЕМ ПИСАТЕЛЕЙ ................ 139
144
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Учебное издание
История и теория культуры России
Хрестоматия
Составители:
Оторочкина Александра Евгеньевна
Салова Юлия Геннадьевна
Страхова Наталья Вячеславовна
Корректор А.А. Аладьева
Компьютерная верстка И.Н. Ивановой
Подписано в печать 25.09.2007 г. Формат 60×84/16.
Бумага тип. Усл. печ. л. 8,37. Уч.-изд. л. 6,62.
Тираж 100 экз. Заказ
.
Оригинал-макет подготовлен
в редакционно-издательском отделе ЯрГУ.
Ярославский государственный университет.
150 000 Ярославль, ул. Советская, 14.
Отпечатано
ООО «Ремдер» ЛР ИД № 06151 от 26.10.2001.
г. Ярославль, пр. Октября, 94, оф. 37
тел. (4852) 73-35-03, 58-03-48, факс 58-03-49.
145
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
22
Размер файла
1 008 Кб
Теги
культура, 1077, история, россии, теория
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа