close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

1184.Институционализация социальной работы в современной России теория и практика Албегова

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Министерство образования и науки Российской Федерации
Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова
И.Ф. Албегова
Институционализация
социальной работы
в современной России:
теория и практика
Ярославль 2004
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ББК
УДК
У9(2)272.3
А 45
37:36
Рецензенты:
кафедра политологии и социологии Ярославского государственного педагогического университета им. К.Д. Ушинского;
М.С. Комаров, доктор философских наук, профессор
Албегова И.Ф.
Институционализация социальной работы в современной России: теория и практика / Албегова И.Ф.; Яросл. гос. ун-т. – Ярославль, 2004. – 163 с.
ISBN 5-8397-0326-5
В монографии впервые в отечественной литературе предпринята попытка
теоретико-методологического анализа институционализации социальной работы в современном российском обществе. Потребность в таком исследовании
вызвана объективными социальными изменениями, происходящими в обществе, и, в частности, развитием социальной работы как вида профессиональной
деятельности, области научного познания и системы подготовки специалистов
по социальной работе.
Монография адресована исследователям, преподавателям, студентам и аспирантам, специализирующимся в области социальной философии, социологии, социальной психологии и социальной работы.
ISBN 5-8397-0326-5
© Ярославский
государственный
университет, 2004
© И.Ф. Албегова, 2004
2
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Н
Введение
аблюдаемые с 1990-х гг. ХХ в. по настоящее время макросоциальные институциональные изменения в российском обществе
потребовали адекватного теоретического объяснения этих процессов. Интенсивный характер изменений, их деструктивные
формы, разноплановые последствия привели к сосуществованию различных
теорий общественных изменений и их инструментальному использованию. К
числу таковых относятся теории модернизации, глобализации, виртуализации,
циклическая концепция, активистско-деятельностная парадигма, теория самоорганизации. Независимо от теоретической трактовки институциональных изменений, они сами по себе создали принципиально новые поля для исследователей. В качестве одного из них, несомненно актуального для российского общества, выступает проблема институционализации социальной работы. Ее решение усложняется тем, что в различных теориях социальных изменений поразному определяется само понятие институциональных изменений в современной России. Просматривается разноплановость определения траектории
развития российского общества, существует множество характеристик состояния социальных институтов, своеобразно описывается способ их регулирования
и механизм взаимодействия.
Инновационность социальной работы как вида профессиональной деятельности и соответствующего ей социального института объективно требует
проведения теоретико-методологического исследования основных аспектов ее
возникновения, существования и функционирования. В современной социологической науке усиливается разнообразие интерпретаций, объясняющих процессы институционализации общества. Мультипарадигмальность социологической науки предоставляет возможность следовать комплексным подходам и логике, лежащим в системно-структурном направлении по отношению к определению сути понятия "социальный институт".
Именно комплексная, широкая, но при этом социологически операциональная и методологически строгая трактовка понятия "социальный институт"
позволяет анализировать институциональные аспекты бытия того или иного
социального образования. Социальная работа в этом плане не является исключением и вполне может быть исследована с точки зрения данного подхода.
Изучение социальной работы с точки зрения институционального подхода
объективно требует обозначения принципиальной целевой установки, определяющейся условиями функционирования современного российского общества.
Эти условия социально детерминируют процесс становления социальной работы как инновационного института, активно влияют на его динамику и механизмы существования, развитие ее форм и степень технологизации. В данном случае цель состоит именно в том, чтобы обосновать возможность институциональной трактовки социальной работы, показать, что в современном россий3
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ском обществе этот институт существует, активно развивается и сам начинает
влиять на изменение условий функционирования конкретного общества.
Следующий этап обоснования институциональной трактовки социальной
работы – это анализ способов ее включения в различные сферы социальной
жизни и взаимодействия с другими социальными институтами, доказательство
того, что она является неотъемлемым элементом социальной сферы общества.
Эту логическую операцию целесообразно проделать по той причине, что институциональный подход к анализу социальной работы основывается на представлении о том, что данный социальный институт является, с одной стороны,
продуктом развития всей социальной системы, а с другой стороны, специфика
основных механизмов его функционирования зависит от внутренних закономерностей развития соответствующего вида деятельности. В связи с этим рассмотрение института социальной работы невозможно без соотнесения его деятельности с деятельностью других институтов, а также систем более общего
порядка.
Этап, следующий за функциональным и структурным обоснованием, должен носить наиболее важный, с нашей точки зрения, характер. Именно на этом
этапе определяется сущность изучаемого института. Здесь формулируется соответствующая дефиниция, на базе анализа основных институциональных признаков показывается правомерность его институционального представления.
Затем выявляется его специфика, тип и место в системе институтов общества,
анализируются условия возникновения и институционализации.
На заключительном этапе выявляется структура института, даются характеристики основных его элементов, обозначаются закономерности функционирования.
Проблема институционализации социальной работы является достаточно
новой, что связано с процессом активного развития социальной работы в России с середины 90-х гг. XX в. Конечно, основные этапы и направления институционализации социальной работы подчиняются общим социологическим закономерностям развития социальных процессов. Несмотря на то, что институционализация как процесс является достаточно изученным в социологии явлением, тем не менее применительно к социальной работе, на наш взгляд, социологический анализ еще не был осуществлен. Сложность данного образования,
незаконченность оформления его различных организационных структур и системы в целом делает постановку проблемы именно в этом ракурсе весьма актуальной.
Особенности институционализации социальной работы в ХХ в. прежде
всего проявлялись в том, что три взаимосвязанных процесса: практика, область
познания и образовательная деятельность – идентифицировались как социальная работа. Однако механизмы реализации и существования этих процессов
имели не только разные предпосылки, но и разные социально-структурные характеристики.
Несомненный интерес представляет институционализация как теории, так
и практики социальной работы в период с 1990 г. по настоящее время. Она
осуществляется в условиях современного российского общества, развитие ко4
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
торого детерминируется (или инициируется) противоречивыми, но взаимосвязанными процессами глобализации, модернизации и регионализации.
В настоящее время, с одной стороны, социальные отношения обретают глобальную протяженность, а с другой – растет потребность в локальной автономии
и региональной культурной идентичности. Формирование идентичности в современной России, в том числе региональной, приобретает особое значение как в
связи с кризисом общенациональной идентичности (хотя это явление носит глобальный характер), так и в связи с изменением региональных границ. Идет географическое уточнение и реорганизация округов, ярко представлены элементы
административного реформирования, нарастает тенденция количественного и
качественного изменения состава органов на всех уровнях иерархической структуры государственной власти.
Как общественное явление и соответствующий ему вид деятельности социальная работа всегда присутствовала в обществе и при всем многообразии
философско-идеологических основ ее существования, доминировавших в те
или иные конкретные временные отрезки в отдельно взятой стране, строилась
на принципах и традициях помощи, любви, сострадания, милосердия, стремлениях разделить горе и беду другого.
Основные этапы развития социальной работы, ее история в той или иной
стране непосредственно связаны с социокультурными и национальными традициями, экономическими и политическими условиями, конкретными событиями
и именами. Как правило, они отличаются друг от друга организационными
формами и методами социальной помощи и защиты, субъектами и объектами
социальной работы.
В связи с этим теоретическими основами изучения генезиса, динамики и
особенностей развития социальной работы как в отдельной стране, так и в мире
в целом могут служить социальная философия и история, социология и психология, социальная антропология, этнология и культура. Оформление, стабилизация и легализация социальной работы как вида профессиональной деятельности потребовали признания профессии "Социальный работник" и создания системы подготовки по специальности "Социальная работа".
Мировая практика показывает, что данный процесс происходит в периоды
кризисов общественного развития, тогда, когда наблюдается пересмотр философских основ жизнедеятельности общества, переоценка целей, задач и перспектив его развития. В целом эти исторические отрезки характеризуются сменой парадигм общественного развития, плюрализмом методологий, сосуществованием "старых" и "новых" концепций, активным поиском инновационных
взглядов на природу вещей, сущность человека и его роль в обществе. Так было
в США, странах Запада и постсоциалистических обществах. Условия современной России способствуют сосуществованию марксистских теорий, переставших доминировать и насаждаться сверху, и западных, как наиболее распространенных и проходящих определенные стадии ассимиляции, адаптации и
трансформации.
Практика профессиональной социальной работы объективно поставила вопрос о науке как ее обобщении и о системе подготовки специалистов с обяза5
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тельным преподаванием социальной работы, ее теории и технологии как учебной дисциплины.
Наука как определенная исследовательская деятельность, направленная на
производство новых знаний, осуществляется при наличии ученых с их знаниями и способностями, квалификацией и опытом; учреждений с соответствующей
материальной базой; методов, отражающих специфику изучаемого объекта.
Конечно, процесс становления социальной работы как науки еще далек от завершения: методологические и базовые закономерности социальной работы находятся в стадии разработки, многие методы носят междисциплинарный характер, а то и просто заимствованы из других наук (социологии, психологии, педагогики).
Институционализация социальной работы как процесс постоянно требует
изучения и анализа всех условий и факторов, способствующих или препятствующих ее осуществлению. Одним из таких условий является все углубляющаяся дифференциация российского общества, постоянное возникновение новых социальных групп и слоев, усложнение их социальных проблем. Именно
эта динамика лежит в основе возникновения и развития субъектов и объектов
социальной работы, определяет их количественные и качественные характеристики, дает возможность прогнозирования, моделирования и планирования
перспективных направлений деятельности по оказанию поддержки населению,
позволяет найти новые методы и технологии работы с ним.
В настоящее время социальная работа выполняет функции помощи лицам,
оказавшимся в сложных жизненных ситуациях. К таковым можно отнести достаточно много различных социально-демографических групп российского общества. Как правило, все они имеют определенные сходные характеристики:
низкий социально-экономический статус, сложные взаимоотношения с социумом, особые психологические характеристики, слабый уровень адаптации и интеграции, ярко выраженные потребности в помощи и поддержке, реабилитации.
Такая ситуация является следствием экономических и политических реформ,
наличия социальных и социально-психологических проблем в российском обществе. Нехватка всех видов ресурсов не позволяет сегодня социальной работе
выполнять ее истинные функции, реализовать в полной мере основополагающие принципы и ценности.
Социальная работа как определенный вид человеческой деятельности воспроизвела в российском обществе свою уникальную систему, куда вошли социальные работники, государственные, частные и общественные организации,
осуществляющие социальную политику основного субъекта социальной работы
– государства; образовательные учреждения, готовящие специалистов по социальной работе (колледжи, лицеи, училища, высшие учебные заведения). В эту же
систему входят объекты социальной работы (клиенты, подопечные, благополучатели, или бенефициары), к которым можно отнести пенсионеров, безработных,
"людей улицы", инвалидов, детей и подростков-девиантов и деликвентов и т.д.
Процесс институционализации социальной работы, т.е. правовое и организационное закрепление общественных отношений, возникающих в ходе ее осуществления, учреждение новых общественных институтов, так или иначе связанных с
6
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ее функционированием, реализация ее основных принципов и технологий, внедрение общечеловеческих ценностей и гуманистических традиций в настоящее
время идет достаточно интенсивно и противоречиво.
Тем не менее уже сейчас четко просматривается прямая зависимость количественного и качественного состава субъектов и объектов социальной работы,
наличия тех или иных организационных форм ее существования и реализации
от стратификационной системы российского общества.
Процесс институционализации социальной работы является частным случаем институциональных изменений в современном российском обществе,
происходящих в условиях модернизации последнего. При этом рассмотрение и
изучение социальной работы как особого вида профессиональной деятельности
вполне допускает применение распространенного в социологической теории
деятельностно-активистского подхода.
Любой вид социальной практики осуществляется на трех уровнях: микро-,
мезо- и макро-. Макропрактика – это профессиональная деятельность социальных работников по организации и управлению, предпринимаемая с целью изменений структурного или институционального характера. Этот вид деятельности охватывает все стороны жизнедеятельности общества и включает социальное планирование, разработку социальной политики, реализацию и анализ ее
результатов, административное управление текущей работой, разработку программ, сотрудничество с другими организациями. На данном уровне субъектами выступают государство, его различные органы (от местных до федеральных), общественные организации и объединения, службы социальной защиты
населения, образовательные и воспитательные учреждения (как государственные, так и негосударственные).
Мезопрактика – это осуществление социальной работы на региональном
уровне (областном, городском, районном), где основными субъектами выступают администрации разного уровня, их различные департаменты и отделы
(здравоохранения, образования, занятости населения, социальной защиты и
др.); государственные, негосударственные и коммерческие организации, занимающиеся решением социальных проблем населения на местах, например центры, агентства, некоммерческие организации, бизнесс-клубы и т.д.
Микропрактика – это социальная работа на индивидуальном уровне или
уровне малой группы. Здесь субъектами данной деятельности являются конкретные социальные работники – профессионалы. Основными направлениями
социальной работы в данном случае являются помощь людям в получении
ощутимых социальных услуг; поддержка в трудные кризисные периоды жизни;
обучение техникам выживания и выхода из экстремальных и кризисных ситуаций; помощь в процессах социальной адаптации, реадаптации, реабилитации и
интеграции; консультирование и информирование.
Говоря об объектах социальной работы как вида профессиональной деятельности, прежде всего необходимо отметить первый уровень, на котором ее
обобщенным клиентом выступает человек как биопсихосоциальное существо
(индивид, индивидуальность, личность). На индивидуальном уровне это может
быть конкретный ребенок, студент, пенсионер, бомж, безработный и т.д. Пер7
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
воначально социальная работа велась именно как работа с индивидами. Позднее стало ясно, что попытки изменить ситуацию и поведение индивидуального
клиента редко оказываются эффективными, если не воздействовать на его непосредственное окружение, на ближайшую социальную сеть, в которую он вовлечен. Это привело к становлению семейной и групповой социальной работы.
Воздействие на семью невозможно без воздействия на каждого ее члена. Изменения в поведении и самочувствии отдельных членов семьи ведут за собой изменение внутрисемейных взаимоотношений, трансформацию семейных коммуникаций и т.д.
Отсюда следует, что второй уровень объектов социальной работы – это
различные социальные группы. Критерии их выделения в обществе могут быть
самыми разнообразными: например, принадлежность к определенной социально-демографической группе – люди пожилого и старческого возраста, дети,
женщины, молодежь и т.д. Однако среди них в тот или иной исторический период всегда выделяются наиболее нуждающиеся в помощи. В современной
России к таковым официально относят пенсионеров, безработных, мигрантов,
детей, молодежь, лиц без определенного места жительства, женщин, представителей групп риска. Выделяют также людей с особыми проблемами, например
инвалидов или людей с ограниченными возможностями, безработных, участвовавших в различных боевых действиях, детей из многодетных семей.
Третий уровень объектов составляют более крупные образования – конкретные общества, например, большинство постсоциалистических стран сегодня находится в кризисе и требует реализации конкретных социальных программ. Российское общество не является исключением. Более того, кроме общих, интернациональных проблем, каждое общество имеет свои, специфические, связанные с особенностями его исторического развития, социокультурными традициями и характером переживаемого периода.
Все человечество как обобщенный клиент социальной работы и, в частности, его наиболее слабая часть составляет четвертый уровень объектов социальной работы. Разумеется, приведенная классификация объектов социальной
работы является весьма упрощенной. На практике, в реальной жизни каждый
уровень дифференцируется по многим, весьма разнообразным основаниям.
Процессы институализции социальной работы как вида профессиональной
деятельности объективно зависят от разнообразных условий, одним из которых,
несомненно, является активное использование социальных технологий.
Социальные технологии шире понятия и явления "социальная работа". В
свою очередь, социальная работа как профессиональная деятельность, смысл
которой состоит в регуляции социальных отношений, в приведении их в соответствие с требованиями современного цивилизованного общества, в повышении их разумности, гуманности, субъектности, укреплении связей отдельных
личностей, групп, этносов, семьи с государством и обществом, является видом
социальных технологий. Еще предстоит колоссальная работа в плане разработки форм, направлений, целей и задач современной социальной работы как вида
социальной технологии.
8
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Можно отметить и еще один аспект соотношения социальной работы и социальных технологий: сама социальная работа осуществляется, реализуется при
помощи отдельных методик или техник (общения с клиентами, трудоустройства, поведения в экстремальных условиях, реадаптации, реабилитации, психотехник и т.д.).
Одним из условий реализации этих требований является институционализация системы высшего образования в области подготовки социальных работников-профессионалов. Возникла необходимость становления новой образовательной системы, отвечающей требованиям инновационной для современного
российского общества профессии, и преодоления противоречия между обращенностью содержания учебной деятельности (и самого обучающегося) в прошлое, определенное в знаковых системах «основ наук», и ориентацией субъекта
обучения на будущее содержание профессиональной деятельности. Сюда же
можно отнести двойственность учебной информации, которая, с одной стороны, выступает как часть общечеловеческой культуры, а с другой – является для
студента лишь средством ее освоения и развития собственной личности. Названные противоречия возможно разрешить при внедрении новых дидактических моделей и новых моделей образовательных учреждений.
9
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
1. Теоретические основы изучения
социальной работы
1.1. Социологическое обоснование применения
институционального подхода к исследованию
социальной работы
В
настоящее время существует немало теорий, объясняющих суть
происходящих трансформаций в российском обществе: модернизации и постмодернизации, глобализации и виртуализации, вестернизации, циклическая концепция, активистско-деятельностная парадигма, теория самоорганизации. На наш взгляд, для исследования процессов
институционализации современной социальной работы можно использовать
теорию модернизации, а также активистско-деятельностную парадигму. Прежде всего это связано с тем, что теории модернизации и постмодернизации относятся к типу современных теорий общественных изменений: они современны с
точки зрения их логической структуры, воспроизводящей принципы уникализма, парадигматизма, индуктивности. Безусловно, их применение необходимо
сочетать с новыми взглядами на процессы социальных изменений и учитывать
специфику состояния российского общества в данный конкретный исторический период.
В свое время С. Блэк в работе "Динамика модернизации" (1960 – 1966 гг.)
определял модернизацию как процесс, посредством которого исторически эволюционировавшие институты адаптируются к быстро меняющимся функциям,
которые отражают беспрецедентный рост человеческого знания, делающего
возможным сопровождающий научную революцию контроль над окружающей
человека средой. Блэк выделяет пять аспектов модернизации: интеллектуальный, политический, экономический, социальный и психологический. На наш
взгляд, процесс институционализации социальной работы в российском обществе, его тенденции, специфика, особенности и динамика полностью отражают
основное содержание процессов модернизации. В то же время анализ институционализации социальной работы невозможен без применения активистскодеятельностного подхода, в котором важная роль отводится субъектам социальной работы, тем акторам, которые определяют ее динамику и направления.
В любом случае институционализация социальной работы есть частный
случай функционирования социума, процессов его институционализации в целом. Необходимо отметить, что институциональный аспект функционирования
социума является традиционной областью интересов социологической науки,
поэтому он не мог не попасть в поле зрения мыслителей, с именами которых
связывается становление ее как научной дисциплины, имеющей свои особые
10
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
предмет и методы исследования. Речь прежде всего идет об О. Конте и
Г. Спенсере, а затем Э. Дюркгейме и М. Вебере.
Институциональный подход О. Конта к изучению социальных явлений вытекал из самой философии позитивного метода, когда в качестве одного из основных объектов анализа социолога принимался механизм обеспечения солидарности и согласия. "Для новой философии порядок всегда составляет условие
прогресса и, обратно, прогресс является необходимой целью порядка" 1. О. Конт
рассматривал основные социальные институты – семью (семья, по его образному выражению, "школа традиции и повиновения"), государство, религию с позиций их включения в процессы социальной интеграции и выполняемых при
этом функций. Противопоставив по функциональным характеристикам и природе связей семейную ассоциацию и политическую организацию, он выступил
теоретическим предшественником концепций дихотомизации социальной
структуры Ф. Тенниса (Gemeinschaft и Gesselschaft) 2 и Э. Дюркгейма ("механический" и "органический" типы солидарности).
Социальная статика О. Конта опиралась на то, что институты, верования и
моральные ценности общества функционально взаимосвязаны и объяснение
любого социального явления в этой целостности подразумевает нахождение и
описание закономерностей его взаимодействия с другими явлениями. Сам положительный метод О. Конта, его обращение к анализу важнейших социальных
институтов, их функций, собственно структуры общества оказали значительное
влияние на дальнейшее развитие социологической мысли в целом и в частности
в рассматриваемой предметной сфере.
Г. Спенсер продолжил и углубил институциональный подход к исследованию общественных явлений, именно он впервые в социологической науке в явном виде употребил понятие "социальный институт" 3. Определяющими факторами в развитии институтов общества Г. Спенсер считал борьбу за существование с соседними обществами (войну) и с окружающей природной средой. Организмически-эволюционный подход дополнялся у него структурнофункциональным.
Задача выживания общественного организма в условиях его эволюции, усложнение структуры порождает, по Спенсеру, необходимость формирования
согласующей и координирующей общественной подсистемы – особого рода регулятивного института: "В государстве, как и в живом теле, неизбежно возникает регулирующая система... При формировании более прочного сообщества
появляются высшие центры регулирования и подчиненные центры" 4. Соответственно, социальный организм состоит из трех главных систем: "регулятивной", "производящей средства для жизни" и "распределительной".
Г. Спенсер различал следующие виды социальных институтов: институты
родства (брак, семья); экономические (распределительные) институты; регулиКонт О. Курс положительной философии. СПб., 1899. С. 4.
Tonnis F. Gemeinschaft und Gesellschaft. Berlin, 1920.
3
Spencer H. First principles. N.Y., 1898. С. 6.
4
Spencer H. First principles. С. 46.
1
2
11
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
рующие институты (религия, политические организации). При этом многое в
его рассуждениях об институтах выражено в функциональных терминах: "Чтобы понять, как организация возникла и развивается, следует понять необходимость, проявляющуюся вначале и в дальнейшем"5. Следовательно, всякий социальный институт складывается как выполняющая определенные функции устойчивая структура социальных действий, которые, по Спенсеру, составляют
первичный материал для социологических исследований.
Одним из важнейших методологических положений Г. Спенсера применительно к познанию социальных институтов, не потерявших своей актуальности
до настоящего времени, является вывод о необходимости двойственного подхода к институциональным образованиям, опирающегося, с одной стороны, на
понимание характера эволюционного этапа развития последних и, с другой – на
выявление их функций на данной стадии.
Э. Дюркгейм продолжил рассмотрение социальных институтов в функциональном ключе. В центр своего анализа он поставил изучение "структурного прошлого социальных институтов при определении области возможных
структурных вариантов в будущем" 6. В "Элементарных формах религиозной
жизни" Дюркгейм отмечает, что в отличие от распространенных в литературе
взглядов на общество как на нечто чуждое человеческой природе он придерживается идей о позитивности общественных институтов, которые выступают
важнейшим средством самореализации человека 7.
Интересной и важной в плане понимания институциональных концепций
Э. Дюркгейма является его идея создания особых институтов поддержания органической солидарности в условиях разделения труда – профессиональных
корпораций. В предисловии по второму изданию работы "О разделении общественного труда"8 он рассуждает о них как об институтах, неоправданно считающихся анахронизмом, но на самом деле полезных и современных. Корпорациями Э. Дюркгейм называет институты типа профессиональных организаций,
включающих работодателей и работников, стоящих достаточно близко к индивидам, чтобы быть для каждого школой дисциплины и началом, обладающим
престижем и властью.
Заметное внимание рассмотрению ряда социальных институтов уделил К.
Маркс. Несмотря на то, что он не занимался специальным анализом характеристик и областей применения этого понятия или рассмотрением его места в системе социологических терминов и категорий, из его детализированного и скрупулезного анализа института майората9, разделения труда, институтов родового
строя10, частной собственности и т.п. четко просматриваются концептуальные
5
Spencer H. The principles of ethic. N.Y., 1904. Vol. 1. P. 3.
Durkheim E. Les formes elementaires de la vie religieuese. Le systeme totemique en Australie. Paris. 1960. С. 7.
7
Ibid. С. 343-359.
8
Арон Р. Эмиль Дюркгейм // Этапы развития социологической мысли. М., 1993.
С. 315 – 400.
9
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 12. С. 294.
10
Там же. Т. 18. С. 130.
6
12
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
подходы. К. Маркс понимает их (институты) как исторически сложившиеся,
обусловленные социальными, прежде всего производственными, отношениями
формы организации и регулирования социальной деятельности.
М. Вебер считал, что социальные институты (государство, религия, право
и т.п.) должны "изучаться социологией в той форме, в какой они становятся
значимыми для отдельных индивидов, в какой последние реально ориентируются на них в своих действиях" 11. Так, обсуждая вопрос возникновения рациональности общества промышленного капитализма, он на институциональном
уровне рассмотрел ее как продукт отделения индивида от средств производства 12. Органическим институциональным элементом такой социальной системы
выступает капиталистическое предприятие, рассматриваемое Вебером как гарант экономических возможностей индивида и превращающееся тем самым в
структурный компонент рационально организованного общества.
Классическим примером является веберовский анализ института бюрократии как типа легального господства, обусловленного прежде всего целерациональными соображениями 13. Бюрократический механизм управления предстает
при этом в качестве современного типа администрации, выступающего социальным эквивалентом индустриальных форм труда, и "так относится к предшествующим формам администрации, как машинное производство к домашинному" 14.
Представитель психологического эволюционизма американский социолог
начала ХХ в. Л. Уорд считал социальные институты продуктом скорее психических, чем каких-либо других сил 15. "Социальные силы, – писал он, – это те же
психические силы, действующие в коллективном состоянии человека" 16.
Логическим продолжением и развитием позитивистских и функционалистских построений О. Конта, Г. Спенсера, Э. Дюркгейма стал структурнофункциональный анализ Т. Парсонса и его последователей. В школе структурнофункционального анализа понятию "социальный институт" принадлежит одна из
ведущих ролей. Т. Парсонс строит концептуальную модель общества, понимая
его как систему социальных отношений и социальных институтов, причем последние трактуются как особым образом организованные "узлы", "связки" социальных отношений. В общей теории действия социальные институты выступают
и в качестве особых ценностно-нормативных комплексов, регулирующих поведение индивидов, и в качестве устойчивых конфигураций, образующих статусно-ролевую структуру общества. Институциональной структуре социума здесь
придается важнейшая роль, поскольку именно она призвана обеспечить социИстория социологии в Западной Европе и США. М., 1993. С. 180.
Вебер М. Протестантская этика и дух капитализм // Вебер М. Избранные произведения. М., 1995.
13
Вебер М. Хозяйство и общество // Вебер М. Избранные произведения. М., 1990.
14
Weber M. Essays in sociology. N.Y., 1964. С. 214.
15
Психологический эволюционизм // История социологии в Западной Европе и США.
М., 1993.
16
Ward L.F. The physic factors of civilization. Boston, 1893. С. 123.
11
12
13
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
альный порядок в обществе, его стабильность и интеграцию17. Существенный
вклад в развитие теории социальных институтов, в частности применительно к
институту науки, сделал Р. Мертон18. В целом следует отметить, что нормативно-ролевое представление о социальных институтах в разных его интерпретациях, изложенное в структурно-функциональном анализе, является наиболее распространенным не только в западной, но и в отечественной социологической литературе.
В институционализме (институциональной социологии) как одном из направлений современной западной социологической теории социальное поведение людей изучается в тесной связи с существующей системой социальных
нормативных актов и институтов, необходимость возникновения которых приравнена к естественноисторической закономерности 19. К представителям этого
направления можно отнести С. Липсета, Дж. Ландберга, П. Блау, Ч. Миллса и
др. Социальные институты с точки зрения институциональной социологии
предполагают "сознательно регулируемую и организованную форму деятельности массы людей, воспроизведение повторяющихся и наиболее устойчивых образцов поведения, привычек, традиций, передаваемых из поколения в поколение. Каждый институт, входящий в определенную социальную структуру, организуется для выполнения тех или иных общественно значимых целей и
функций" 20.
Т. Веблен, представитель экономической ветви институционального направления, определяет институты как "различные обычаи, преобладающие стереотипы мышления, способы и методы деятельности, укоренившиеся в сознании людей"21. По Веблену, институтами являлись и такие образования, как "денежная конкуренция", "показное потребление" и т.п.
Наиболее часто встречающиеся в научной литературе структурнофункционалистские и институционалистские трактовки понятия "социальный
институт" не исчерпывают представленных в современной социологии подходов к его определению. Имеют место и концепции, опирающиеся на другие методологические основания феноменологического или бихевиористского плана.
Так, например, У. Гамильтон пишет: "Институты – это словесный символ для
лучшего описания группы общественных обычаев. Они означают постоянный
способ мышления или действия, который стал привычкой для группы или обычаем для народа. Мир обычаев и привычек, к которому мы приспособляем нашу жизнь, представляет собой сплетение и непрерывную ткань социальных институтов" 22.
Психологическую традицию продолжили интересные идеи работающего в
русле бихевиоризма Дж. Хоманса. Жестко критикуя в своей теории социальноParsons T. Essays on sociological theory. N.Y., 1964. С. 231 – 232.
Merton R.K. Sociology of science. N.Y., 1973.
19
Осипов Г.В., Кравченко А.И. Институциональная социология // Современная западная социология. Словарь. М., 1990. С. 118 – 119.
20
Осипов Г.В., Кравченко А.И. Указ. соч. С. 118.
21
Veblen T. The theory of leisure class. N.Y., 1924. С. 193.
22
Hamilton W. Institution // Encyclopedia of social sciences. Vol. 8. С. 84.
17
18
14
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
го обмена Т. Парсонса и в целом структурно-функционалистские концепции
социальных институтов, Хоманс дает им свое определение: "Социальные институты – это относительно устойчивые модели социального поведения, на
поддержание которых направлены действия многих людей"23. По существу, он
строит свою социологическую интерпретацию понятия института, опираясь на
чисто психологический фундамент.
Таким образом, в современной социологической теории накоплен большой
опыт пользования категорией "социальный институт". Имеет место и значительный массив трактовок и дефиниций этого понятия. Многие из них не совпадают между собой, отличаясь в понимании как природы, так и функций институтов. Различаются взгляды на этот предмет у Т. Парсонса, Т. Веблена,
Дж. Хоманса, С. Липсета, Р. Мертона и т.д.
Считаем, что методологически бесперспективно искать ответ на вопрос,
какие из концепций правильные, а какие ошибочные. Социология, как подчеркивал Дж. Ритцер, мультипарадигмальная наука 24. Следовательно, в пределах
каждой из парадигм возможно построение своего самосогласованного, непротиворечивого, подчиняющегося внутренней логике понятийного аппарата. И
дело исследователя, работающего в рамках теории среднего уровня, определиться с выбором парадигмы, в пределах которой он намерен искать ответы на
поставленные теоретические вопросы. В этом плане импонируют подходы и
логика, лежащие в достаточно широком русле системно-структурных построений. Из этого будет вытекать и принимаемая за основу концепция социального
института.
Анализ зарубежной и отечественной научной литературы показывает, что
и в рамках выбранной парадигмы в понимании социального института существует достаточно широкий набор версий и подходов. Так, довольно большое количество авторов считают возможным дать рассматриваемой категории жесткую однозначную дефиницию, опирающуюся на одно (реже несколько) ключевое слово (выражение).
Так, Л. Седов определяет социальный институт как "устойчивый комплекс
формальных и неформальных правил, принципов, установок, регулирующих
различные сферы человеческой деятельности и организующих их в систему ролей и статусов, образующих социальную систему" 25. К такому понимаю социального института близок и В. Тамбовцев, который рассматривает его как комплекс взаимосвязанных поступков, жестко закрепленных норм, правил, народных взглядов, стереотипов поведения людей и санкций по отношению к нарушителям этих правил 26.
23
Homans G.S. The sociological relevance of behaviorism // Behavioral sociology / Ed.
R. Burgess, D. Bushell. N.Y., 1969. С. 6.
24
Цит. по: Осипов Г.В., Кравченко А.И. Указ. соч. С. 45.
25
Седов Л.А. Институт социальный // Современная западная социология. М., 1990.
С. 117.
26
Тамбовцев В.Л. Введение в институциональный анализ. М., 1996. С. 35 – 37.
15
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Н. Коржевская пишет: "Социальный институт представляет собой общность людей, выполняющих определенные роли на основе их объективного положения (статуса) и организованных посредством социальных норм и целей"27.
Указав на возможность разных подходов к пониманию института,
Я. Щепаньский дает такое его интегральное определение: "Социальные институты являются системами учреждений, в которых определенные люди, избранные членами групп, получают полномочия для выполнения общественных и
безличных функций ради удовлетворения существенных индивидуальных и
общественных потребностей и ради регулирования поведения других членов
групп"28.
Есть и другие попытки дать однозначную дефиницию, исходя, например,
из категорий норм и ценностей, ролей и статусов, обычаев и традиций и т.д. и
т.п. С нашей точки зрения, подобного рода подходы не являются достаточно
плодотворными, поскольку излишне упрощают понимание такого комплексного явления, каким выступает социальный институт, фиксируя внимание только
на одной, представляющейся тому или иному автору важнейшей его стороне.
Более содержательным считаем концепции, опирающиеся на комплексную
характеристику социального института и содержащие указания на различные
аспекты его многосторонней сущности. Современные концепции такого рода,
развиваемые в рамках избранной парадигмы, содержатся в работах
Н. Смелзера 29, Г. Осипова30, М. Комарова31 и др.
Под социальным институтом вслед за Н. Смелзером и М. Комаровым мы
будем понимать комплекс, охватывающий, с одной стороны, совокупность
нормативно-ценностно обусловленных ролей и статусов, предназначенных для
удовлетворения определенных социальных потребностей, и, с другой стороны,
социальное образование, созданное для использования ресурсов общества в
форме интеракции для удовлетворения этой потребности 32.
Понимаемые в широком плане институты – это специфические социальные образования, обеспечивающие относительную устойчивость связей и отношений в рамках социальной организации общества, некоторые исторически
обусловленные формы организации и регулирования общественной жизни. Институты возникают в ходе развития человеческого общества, появления новых
и дифференциации традиционных видов деятельности, разделения труда, формирования специфических видов общественных отношений. Их формирование
обусловлено объективными потребностями социума в регулировании общественно значимых сфер деятельности и социальных отношений. В зарождающемся институте, по существу, опредмечивается определенный вид общественных
Коржевская Н. Социальный институт как общественное явление (социологический
аспект). Свердловск, 1983. С. 11.
28
Щепаньский Я. Элементарные понятия социологии. М., 1969. С. 96 – 97.
29
Смелзер Н. Социология. М., 1994. С. 79 – 90.
30
Осипов Г.В. Социальные институты // Социология. М., 1990.
31
Комаров М.С. О понятии социального института // Введение в социологию. М., 1994.
С. 194 – 203.
32
Смелзер Н. Указ. соч. С. 79 – 81.
27
16
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
отношений. В этом плане определенный эвристический и объяснительный потенциал содержится в рассуждениях Н. Коржевской по поводу категориального
ряда "деятельность – общественные отношения – социальный институт". По ее
мнению, он представляет собой логическую последовательность и логически
сопряжен и, соответственно, в теоретической постановке социальный институт
может пониматься как форма опредмечивания и средство осуществления человеческой деятельности и общественных отношений33.
К числу самых общих признаков социального института, на наш взгляд,
можно отнести 34:
- выделение определенного круга субъектов, вступающих в процессе деятельности в отношения, приобретающие устойчивый характер;
- определенную (более или менее формализованную) организацию;
- наличие специфических социальных норм и предписаний, регулирующих
поведение людей в рамках социального института;
- наличие социально значимых функций института, интегрирующих его в
социальную систему и обеспечивающих его участие в процессе интеграции последней.
Эти признаки не являются строго нормативно закрепленными. Они скорее
вытекают из обобщения аналитических материалов о различных институтах современного общества. У одних из них, прежде всего формальных (таких, как
армия, суд и т.п.), признаки могут фиксироваться четко и в полном объеме, у
других – неформальных либо только возникших (например, социальная работа)
и становящихся – менее отчетливо. Но тем не менее они являются удобным инструментом для анализа процессов институционализации социальных образований различного характера.
Социологический подход особое внимание фиксирует на социальных
функциях института и его нормативной структуре. Так, М. Комаров пишет:
"Реализация им (институтом) социально значимых функций обеспечивается наличием в рамках социального института целостной системы стандартизированных образцов поведения, т.е. ценностно-нормативной структуры" 35. К числу
важнейших функций, которые социальные институты выполняют в обществе,
относятся:
- создание возможностей для удовлетворения потребностей членов общества;
- регулирование деятельности членов общества в рамках социальных отношений;
- обеспечение социальной интеграции, устойчивости общественной жизни;
- социализация индивидов.
Коржевская Н. Указ. соч. С. 7 – 8.
См., например: Комаров М.С. Указ. соч.; Young K. Handbook of Social Psychology.
N.Y., 1947. Прилепко Е.М. Социальный институт // Социологический словарь. М., 1991.
С. 213.
35
Комаров М.С. Указ. соч. С. 190 – 195.
33
34
17
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Если говорить о структурах социальных институтов, то они чаще всего обладают определенным набором составных элементов, выступающих в более
или менее оформленном виде в зависимости от типа института. Я. Щепаньский,
например, выделяет следующие структурные элементы социального института 36:
- цель и сферу деятельности института;
- нормативно обусловленные социальные роли и статусы, представленные
в структуре института;
- функции, предусмотренные для достижения цели;
- средства и учреждения достижения цели и реализации функций (материальные, символические и идеальные), включая соответствующие санкции.
Возможны различные подходы к классификации представленных в обществе социальных институтов. Так, например, можно использовать два основных
критерия их выделения: предметный (содержательный) и формализованный.
На основании предметного критерия, т.е. характера содержательных задач,
выполняемых институтами, выделяются политические институты (государство,
партии, армия); экономические институты (разделение труда, собственность,
налоги и т.п.); институты родства, брака и семьи; институты, действующие в
духовной сфере (образование, культура, массовые коммуникации и т.п.) и др.
На основании второго критерия (критерия характера организации) институты делятся на формальные и неформальные. Деятельность первых основана
на строгих нормативно и, возможно, юридически закрепленных предписаниях,
правилах, инструкциях и т.п. Это государство, армия, суд и т.п. В неформальных институтах такая регламентация социальных ролей, функций, средств и
методов деятельности и санкций за ненормативное поведение отсутствует. Она
заменяется неформальным регулированием через традиции, обычаи, социальные нормы и т.п. От этого неформальный институт не перестает быть институтом и выполнять соответствующие регулятивные функции.
Таким образом, анализ теоретических подходов к явлению процесса институционализации позволил выявить разнообразные, порой достаточно разноплановые точки зрения на его сущность. Более того, исследование понятия
"институт" (от лат. institutum – установление, учреждение) дало возможность
обобщить все предложенные наиболее яркие взгляды и выделить его основные
признаки, функции, структуру, опираясь при этом на историю мировой социологической мысли. В результате проведенной работы считаем возможным остановиться на комплексном подходе к пониманию социальных институтов, использование которого имеет достаточно развитую традицию в рамках системно-структурной парадигмы в социологии. М. Комаров пишет: "Понятию социального института принадлежит центральное место в системно-структурном
анализе общественной жизни. Оно предполагает возможность обобщения,
идеализации и абстрагирования из многообразных действий людей наиболее
36
Щепаньский Я. Указ. соч. С. 98.
18
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
существенных типов социальных отношений путем соотнесения их с фундаментальными целями и потребностями социальных систем"37.
Именно комплексная, широкая, но при этом социологически операциональная и методологически строгая трактовка понятия "социальный институт"
позволяет анализировать институциональные аспекты бытия того или иного
социального образования.
Применение институционального подхода к изучению каких-либо социальных феноменов достаточно обосновано и научно аргументировано. Социальная
работа в этом плане не является исключением и вполне может быть исследована
с точки зрения данного подхода.
Изучение социальной работы с точки зрения институционального подхода
объективно требует обозначения принципиальной целевой установки, определяющейся условиями функционирования современного российского общества.
Эти условия социально детерминируют процесс становления социальной работы как инновационного института, активно влияют на его динамику, механизмы функционирования и закономерностей существования, развитие ее форм и
степень технологизации. В данном случае цель состоит именно в том, чтобы
обосновать возможность институциональной трактовки социальной работы,
показать, что в современном российском обществе данный институт существует, активно развивается и сам начинает влиять на изменение условий функционирования данного конкретного общества.
Согласно теории Дж. Хоманса, в социологии существует четыре типа объяснения и обоснования социальных институтов 38. Первый – это психологический тип, на котором настаивает сам Хоманс, исходящий из того, что любой
социальный институт есть психологическое по своему генезису образование,
устойчивый продукт обмена деятельностью. Второй тип – исторический, рассматривающий институты как конечный продукт исторического развития определенной сферы деятельности. Еще два типа объяснений существования институтов, которые преимущественно применяются в структурно-функциональном
анализе, Хоманс объявляет неубедительными и даже ошибочными. Третий
тип – структурный, когда доказывается, что "каждый институт существует как
следствие своих отношений с другими институтами в социальной системе" 39, и
четвертый тип – функциональный, опирающийся на аргументацию, что институты существуют, поскольку выполняют определенные функции в обществе,
способствуя его интеграции и достижению гомеостазиса. Считая эти подходы
вполне убедительными и работающими при анализе современных обществ, мы
в своем исследовании намерены воспользоваться и функциональным, и структурным, и историческим типами обоснования существования социальной работы как института современного российского общества.
Если будут выявлены функции изучаемого феномена и показано, что они
являются общественно значимыми, что их структура и номенклатура близки к
Комаров М.С. Указ. соч. С. 194.
Homans G.S. Op. cit. С. 6.
39
Homans G.S. Op. cit. С. 6.
37
38
19
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
структуре и номенклатуре функций, которые выполняют в обществе социальные институты, то это будет важным шагом в обосновании его институциональной природы. Такой вывод основан, с одной стороны, на включении функционального признака в число важнейших признаков социального института и,
с другой стороны, на понимании того, что именно социальные институты образуют главный элемент структурного механизма, посредством которого общество регулирует социальный гомеостазис и в случае необходимости осуществляет
социальные изменения.
Можно согласиться с подходом М. Фирсова, который, исследуя методологические проблемы институционализации социальной работы с позиции исторической реконструкции, дает достаточно глубокий анализ практики социальной работы, системы образования, описывает проблемное поле институционализации социальной работы в рамках теории и практики, а также затрагивает
процесс институционализации знания (оформления когнитивных структур) социальной работы.
На первый взгляд, применение традиционного подхода к анализу процессов институционализации социальной работы является тривиальным, однако
сложность данного социального феномена, незаконченность оформления его
различных организационных структур и системы в целом делает постановку
проблемы именно в этом ракурсе весьма актуальной.
Социальная работа, институализируясь, прошла свои специфические формы институций: от спонтанных акций как ответа на стихийные бедствия через
милостыню, призрение до государственной системы социальной помощи и обслуживания населения. На начальном этапе институты социальной работы
лишь решали конкретные задачи текущего момента (пауперизм, профессиональное нищенство, работа с мигрантами и т.д.). Затем появляется необходимость передачи накопленного эмпирического опыта решения конкретных задач
и формируется потребность в оформлении первичных теоретических представлений на оформившуюся практику социальной работы. Несомненное значение
на этом этапе играли дискуссии, проходившие в рамках различных конференций и съездов и приведшие к оформлению разнообразных школ. Таким образом
сформировалось специфическое образовательное пространство и были заложены основы элементарных теоретических обобщений практики социальной работы.
Во второй половине ХХ в. процесс развития практики социальной работы
значительно активизировался, начался новый этап институционализации социальной работы в западной цивилизации (50-е гг.), который характеризовался
формированием новых практических подходов к данному виду социальной деятельности. При этом в каждой стране особенности национальных социальных
проблем внесли определенную корректировку как в образовательные модели,
так и в практическую детальность социальных работников. Именно в этот период начинают формироваться национальные научные школы и, как ни парадоксально, наблюдается процесс глобальной институционализации социальной
работы на основе единой профессиональной идеологии, базу которой составили
гуманистические ценности. Все это происходит в контексте оформления моде20
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
лей государственных подходов по обеспечению солидарности и защиты индивидуальных и коллективных интересов и ценностей различных групп населения.
Институционализация практики включала в себя интегративные институты
помощи в ситуации общественных трансформаций и воспроизводила общепринятые, исторически себя оправдавшие и проверенные формы и связи поддержки. К их числу относятся нормы и ценности солидарности (механизм их возникновения – сохранение кровно-родственных связей, с одной стороны, и традиционные страхи одиночества, потери этнической и социокультурной идентичности – с другой). Оформление новых ценностей и новых видов солидарности в разные исторические периоды конкретного общества объективно требовало изменения институтов помощи и выполнения ими функций по сохранению
или стабилизации оформляющихся социальных связей и общественных отношений. Вот почему существует достаточно много зарубежных моделей социальной помощи: модель филантропической помощи, модель общественной благотворительности, модель социального обеспечения, социальных служб и т.д.
Россия, в отличие от других стран, богата интересным опытом развития
социальной деятельности. В своем историческом развитии благотворительность
приобретала различные формы и виды. Так, например, милостыня как подаяние
в виде денег или иных материальных средств нуждающимся гражданам, которая не поддается никакой организации и имеет две стороны: тот, кто дает, и тот,
кто ее получает. Общественное призрение было одной из наиболее цивилизованных, по сравнению с милостыней, форм благотворительности, осуществлявшихся государством, церковью, обществом или частными лицами и выражавшихся прежде всего в предоставлении нуждающимся приюта, пропитания.
Она отличалась организацией (создание различных заведений в зависимости от
категорий нуждающихся в призрении: интернаты, больницы и т.д.), оказывать ее
могли государственные и ведомственные учреждения, общественные объединения. Эта форма благотворительности распространялась на тех, кто действительно нуждался в помощи и не делал из своей нужды промысла, т.е. не эксплуатировал свое бедственное положение с целью злоупотребления человеческим состраданием во имя получения необоснованной помощи как основного источника
своего существования. Мотивами общественного призрения являлись гражданская солидарность и забота о благе нуждающихся. Организованная государственная система социальной защиты, сочетающаяся с различными видами общественной и частной благотворительной деятельности, возникает в истории российского общества значительно позже.
Так, например, в истории российской социальной деятельности можно выделить шесть основных этапов становления моделей или систем социальной
деятельности. Основаниями для их выделения могут быть коренные различия в
их содержании, принципах и методах реализации.
I – этап формирования и реализации идеи государственного призрения (с
1551 по 1725 г.);
II – этап формирования системы (модели) общественного призрения (с
1725 по 1796 г.);
21
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
III – этап совершенствования системы (модели) общественного призрения
и частной благотворительности (с 1796 по 1917 г.);
IV – этап возврата к модели государственного призрения (с 1917 по 1918
г.);
V – этап становления и реализации советской модели социальной деятельности) (с 1918 по 1991 г.);
VI – этап формирования современной российской модели социальной деятельности (с 1991 г. и по настоящее время) 40.
Говоря об отечественных моделях социальной помощи, необходимо отметить следующие, наиболее значимые из них: модель княжеского и церковномонастырского попечения; модель государственно-законодательного регламентирования; модель общественного призрения, модель общественнотерриториального распределения; модель социального обеспечения и модель
переходного периода. Анализ представленных моделей показывает, что в основе их создания, развития и функционирования лежали особенности исторического периода, переживаемого российским обществом, а также идеологические
концепты "общественного благосостояния", которые были связаны с реальным
возможным (или декларируемым) в данных условиях справедливым распределением и перераспределением материальных и духовных благ, с практикой
поддержки нуждающихся, особенностями способа производства, а также с конкретными институтами власти и общественным мнением.
Развитие практики социальной работы объективно способствовало институционализации области ее познания. При этом, несмотря на разнообразие и
специфику различных стран, в этом процессе можно выделить общие тенденции. Первоначально, на стадии формирования и оформления базовых концептов теоретических построений, предметного языка, область познания институализируется в направлении междисциплинарности. Она выступает как некий
синтез представлений, включающий в себя совокупность знаний, связанных с
первичными представлениями, формирующимися на основе эмпирических
данных. Определяющим условием в этом процессе выступает непосредственный субъект предметного языка и, в частности, его умение (или неумение) интерпретировать, анализировать, экстраполировать, обобщать и анализировать
сложившиеся теоретические подходы к новым реалиям объективной действительности.
Данный процесс проходит несколько этапов, которые характеризуются
разным содержанием вырабатываемых подходов и отвечают потребностям тех
видов практик социальной работы, которые существуют в различные исторические периоды конкретных обществ. Первый этап датируется началом ХХ в., когда М. Ричмонд формирует теоретические подходы, связанные с идеологией
индивидуальной работы со случаем. В эти же годы в практику социальной работы активно внедряются идеи З. Фрейда.
Второй этап (20 – 30-е гг. ХХ в.) характеризуется актуализацией и интерпретацией таких феноменов, как наследственность, физиологическое развитие
40
Фирсов М.В. История социальной работы в России. М., 2003. С. 10 – 11.
22
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
индивида, развитость/неразвитость интеллекта. Объяснительной базой ситуаций жизненного мира клиента становятся психология и психиатрия. В этот же
период получают распространение и разнообразные концепции "интервенций".
На третьем этапе (30 – 50-е гг. XX в.) разворачивается полемика между диагностической и функциональной школами по вопросу приоритетов методов
поддержки. Диагностическая школа в центр теоретических изысканий поставила не клиента, а социального работника и ряд процедур: диагностику проблемы,
предписания, план лечения. Функциональная школа базировалась на психологии развития и философии экзистенциализма. С точки зрения их теорий предшествующие события не играли важной роли для клиента, а социальный работник выступал как его помощник и фасилитатор, презентирующий взаимоотношения, повышающий и развивающий скрытый потенциал нуждающегося человека.
В 50 – 70-х гг. ХХ в. были предприняты попытки аккумулировать теории
социальной работы, наблюдался рост теорий в практике индивидуальной работы со случаем, а также значительно расширился спектр теорий социальной работы с группой и в микросоциальной среде.
Период 70 – 90-х гг. характеризуется оформлением тенденции к унификации теорий социальной работы. В основном концепции формируются вокруг
процесса социального функционирования, доминируют термины и понятия,
связанные с теорией систем. Однако в этот период унифицировать все многообразие теоретических подходов к социальной работе и составить системную
классификацию ее методов так и не удалось.
Современный период (с 90-х гг. по настоящее время) отличается методологическим плюрализмом в подходах к социальной работе как общественному
явлению, виду человеческой деятельности, и профессиональной в том числе, ее
основным субъектам и объектам, их проблемам и практическим методам их
решения. Достаточно актуальными в этот период стали разработка теоретических основ современной социальной работы, ее соотношение с социальными
технологиями, их демаркация и обоснование важнейших направлений технологизации социальной работы.
В системе образования доминируют модернистские подходы, которые
формируются на основе переосмысления социальных и медицинских моделей
социальной работы. Постмодернизм отрицает универсальные модели объяснения и описания реальности, выдвигая в качеств тезиса принципиальный плюрализм в подходах и ценностях. Относительность понятий, ценностей связывается
с субъектностью, так как процесс интерпретации социальной работы напрямую
связан с конкретным индивидом, неповторим и субъективен. Именно для постмодернизма характерно отрицание авторитетов, универсальных принципов,
абсолютных истин. Таким образом, процесс формирования теорий социальной
работы как социально-научной общественной и прикладной науки, содержание
и перспективы которой формируются в контексте развития практики социальной работы, в тесной связи с государственным социальным обеспечением и как
выражение общественно-исторических структур и тенденций развития, еще далек от завершения: нет четкого определения ее предмета, основных понятий и
23
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
категорий, ее методологические и теоретические основы находятся в стадии
разработки, многие методы носят междисциплинарный характер или просто заимствованы из других наук.
Институционализация образования в области социальной работы исторически была связана с появлением потребности в воспроизводстве "добровольных благотворителей", для которых характерны определенные навыки, умения
и знания, отличающие их на рынке труда от других профессионалов. Завершение фазы спонтанной помощи в новых социально-экономических условиях
оформляется как потребность в профессионализации. Для рубежа XIX – XX вв.
были характерны накопление и систематизация знаний о человеке, его поведении в социуме. Материалом для социальной работы была конкретная практика,
а ее интерпретационной базой являлись знания из смежных дисциплин: социологии, медицины, психологии и др. Расширение практической деятельности,
включение в область рассматриваемых проблем не только социальных, но и
экономических вопросов индивидов позволило расширить сферу знаний. При
этом, независимо от исторических условий и национальных образовательных
традиций, институционализация социальной работы как системы образования
характеризовалась стандартизацией знаний, унификацией навыков, усложнением процесса обучения.
По мнению М. Фирсова, можно выделить следующие периоды развития
системы образования социальной работы в мировой практике. В первый период
(1900 – 1940 гг.) социальная работа оформляется как профессиональная деятельность, открываются различные агентства и учреждения образования для
социальных работников. Профессиональные знания формируются на основе
этноцентризма, идеологии социального обслуживания, социального контроля
малоимущих слоев населения. Сильны традиции филантропии, патернализма и
социальной благотворительности.
В 1940 – 1970 гг. наблюдается экспансия американской модели социальной
работы, в результате которой в Европу "экспортируется" идеология обучения,
связанная с внедрением индивидуальной работы со случаем, социальной групповой работы и работы в микросоциуме. Положительным звеном в этом процессе явилась единая идеологическая парадигма, позволившая сформировать
профессиональную модель социального образования. Ее недостатки заключались в том, что не учитывались национальные традиции, а идеология благосостояния мало соотносилась с политическими реалиями той или иной страны.
При этом абсолютизация медицинской модели социальной работы сдерживала
поиски других моделей поддержки и защиты.
Период 1970 – 1990 гг. характеризуется экспортом западных моделей социальной работы, активно развивается система образования социальной работы
на Южно-Американском континенте, в Африке и на Ближнем Востоке, т.е. там,
где проблемы бедности, социального развития не укладывались в стандарты западного общества. Именно в этот период признается, что профессиональная
идентичность социальной работы зависит от страны, где она осуществляется, и
это, в свою очередь, не может не влиять на состояние и тенденции развития социального образования.
24
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Обобщая характер социального образования, можно выделить наличие
следующих обязательных детерминант: этиология социальных проблем клиента в контексте экономических, социально-политических, культурных и географических факторов; расширение "набора" умений и полномочий клиента, необходимых и достаточных для решения индивидуальных проблем; связь обучения
с проблемами общества и потребностями групп и индивидов, основанного на
принципе социальной справедливости.
Российское социальное образование, несомненно, испытало на себе влияние тенденций мирового образовательного процесса и пережило несколько этапов своего становления и развития. Так, первый этап, датируемый началом 90-х
гг., характеризуется дискуссиями по проблемам научности и профессиональной
идентичности социальной работы, ее соотношения с устоявшимися научными
формами познания и образовательной практики. При этом основной спектр решаемых задач был связан с выяснением принадлежности социальной работы к
социальной педагогике. Именно в этот период наметились подходы к определению предмета и объекта социальной работы, предлагались разнообразные
концепции и отечественные эквиваленты понятий, соотносимые с понятием
"социальная работа". В этот же период сформировались основания социальной
работы, где социология, психология и педагогика сыграли свою системообразующую роль, определили своеобразие теоретической и образовательной национальной модели социальной работы.
Второй этап развития социального образования характеризуется доминированием "государственных стандартов" при недостаточном опыте практической поддержки и защиты нуждающихся во всех сферах жизнедеятельности человека, а также неадекватности принципов, техник, видения и решения проблем
во времени и пространстве с еще не устоявшимися научными школами и направлениями практической социальной работы.
Учитывая хронологические рамки нашего исследования, наибольший интерес для нас представляет институционализация социальной работы (как теории, так и практики) в период с 1990 г. по настоящее время. На наш взгляд, она
осуществляется в условиях развития современного российского общества, которое инициируется противоречивыми, но взаимосвязанными процессами глобализации, модернизации и регионализации.
Э. Гидденс отмечает, что, с одной стороны, социальные отношения обретают глобальную протяженность, а с другой – растет потребность в локальной автономии и региональной культурной идентичности. Формирование идентичности в современной России, в том числе региональной, приобретает особое значение как в связи с кризисом общенациональной идентичности (хотя это явление
носит глобальный характер), так и в связи с изменением региональных границ.
Идет географическое уточнение и реорганизация округов, ярко представлены
элементы административного реформирования, нарастает тенденция количественного и качественного изменения состава органов на всех уровнях иерархической структуры государственной власти.
Активизация региональной идеи в Европе нашла свое выражение в декларации о регионализме, которая была принята в декабре 1996 г. В ней указано,
25
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
что регион представляет собой выражение политической самобытности определенной общности, которая может принимать самые различные формы, отражающие демократическую волю конкретного регионального социума. Тем не
менее, какими бы принципами и критериями ни пользовались исследователи
при выделении региона, в любом из них происходят процессы институционализации .
По мнению исследователя Н. Мироновой, наиболее активно процесс институционализации общественных структур в российском обществе протекал в период с 1993 по 1996 г.41 Данная тенденция, на наш взгляд, характерна и для
структур и организаций социальной работы.
Таким образом, после исследования теоретических и хронологических основ институционализации социальной работы с точки зрения ретроспективного социологического анализа было выявлено, что в России в основном проявляются общие мировые тенденции, характерные для процесса институционализации любых общественных явлений. Институционализация как теория имеет
достаточно длительный период своего существования: развиваясь в рамках социологического знания, она стала отдельным научным направлением. Процесс
генезиса, становления и развития социальной работы вполне обоснованно может быть рассмотрен с точки зрения институциональной теории. При этом особое значение имеет выявление национальных особенностей этого процесса, а
также социально-экономических условий, характерных для отдельных регионов
и российского общества в целом в данный исторический период его развития.
1.2. Современное состояние теории
социальной работы как области научного познания
и основные направления ее институционализации
Как область научного познания социальная работа изначально оформилась
в виде концепции милосердия. Обосновывая бедность и нищенство как общественную необходимость, она прочно укрепилась в традиционной религиозной
доктрине.
В XIX в. социальная работа как область научного познания в своей еще допарадигмальной стадии начинает осмысливаться в различных областях знания.
Особенно интенсивно она рассматривается в ранних социально-политических,
реформистских и правовых доктринах Э. Мюнстесберга, Г. Спенсера,
Г. Шмоллера, А. Вагнера, в правовой доктрине А. Принса, а также в марксистских разработках, посвященных социальной справедливости 42. Однако уровень
логических построений и абстракций требовал своего научного обоснования не
только на основе дедуктивных и индуктивных рассуждений.
Миронова Н.И. Динамика общественного развития в условиях экологического кризиса // Управление социальными процессами в регионах: Третья Всероссийская научн.-практ.
конф. Ч. 1. Екатеринбург, 2003. С. 108.
42
Энциклопедия социальной работы: В 3 т.: Пер. с англ. М., 1993. С. 112.
41
26
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Дальнейшая ревизия устоявшихся традиционных подходов была проведена
в связи с пониманием процессов зависимости уровней бедности от уровня развития экономических основ общества 43. В связи с этим социальная работа обращается к социологии: в практике общественной поддержки впервые начинают использоваться методы социологического исследования с целью получения
адекватной картины пауперизма. Количество эмпирических данных нуждалось
в определенной систематизации и описании согласно логике исследовательского инструментария. Так социология становится основой будущих теоретических построений социальной работы44.
В начале и середине XX в., когда практика общественной поддержки в основном связывалась с проблемами социальной патологии, доминируют модели
превентивного и оперативного характера. На этом этапе происходит интенсивное сближение практической социальной работы с эмпирическими психологией
(бихевиоризмом и психоанализом) и социологией (исследование в малых группах, социометрия), прикладной педагогикой и психиатрией. Именно на этом этапе возникает потребность теоретического осмысления социальной работы, пополнение ее знаниями из разных областей гуманитарных наук.
Среди многочисленных теорий обоснования социальной работы (социологических, политологических, экономических, культурологических, психиатрических и др.) психологические знания стали занимать довольно видное место.
Среди них можно выделить психоанализ, поведенческие теории, когнитивные,
психодинамические, психологические теории личности и др.
Психологические концепции помогают объяснить модели отклоняющегося
поведения субъектов, что связано с основной проблематикой социальной работы, направленной на социальную патологию. Интерпретации девиантного поведения личности представлены в моделях предрасположенности, внутренней
мотивации и психосоциальной модели Линга. Каждая модель по-своему описывает и интерпретирует рискованное поведение субъекта, приводящее его к асоциальному поведению 45.
Интенсивное развитие социальной работы в России создало для представителей научного социума принципиально новое поле исследований. По сути,
потребовалось изучение всех основ и аспектов функционирования данного общественного явления. Особую актуальность приобрела проблема методологии
социальной работы как особого вида технологии реализации социальной политики.
Полиморфизм термина "социальная работа", незавершенность процесса
определения его сути, а также относительная инновационность социальной работы для России (как теории, так и практики) усложняют решение поставленной проблемы46. Сегодня под социальной работой понимают и общественное
явление, и вид деятельности (как профессиональной, так и непрофессиональТам же.
Там же. С. 115.
45
Энциклопедия социальной работы: В 3 т. С. 118.
46
Там же. С. 120.
43
44
27
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ной), и специальность, и учебную дисциплину, и науку, и формирующийся социокультурный институт.
Наука – это определенная исследовательская деятельность, направленная
на производство новых знаний. Эта деятельность осуществляется при наличии:
ученых с их знаниями и способностями, квалификацией и опытом; учреждений
с соответствующей материальной базой; методов, отражающих специфику изучаемого объекта.
Конечно, процесс становления социальной работы как науки еще далек от
завершения. На сегодняшний день методологические и теоретические основы
(базовые закономерности) социальной работы находятся в стадии разработки,
многие методы носят междисциплинарный характер, а то и просто заимствованы
из других наук (социологии, психологии, педагогики). Тем не менее каждая наука в соответствии со своей спецификой явно или неявно стоит либо на материалистических, либо на идеалистических позициях и использует диалектический
или метафизический метод познания действительности. Эти моменты определяются конкретными философскими учениями и концепциями, выполняющими
методологическую функцию для данной науки и подчас полярно отличающимися друг от друга своей сутью, взглядами на процессы развития общества и роль
человека в нем.
Сами философские учения и концепции также не есть догма: под воздействием новых фактов и явлений они постоянно развиваются и уточняются. По сути, идет непрерывный процесс определенной трансформации методологических основ всех существующих наук, в том числе и социальной работы. Примером может служить активное использование в качестве методологической
основы изучения любой науки синергетической парадигмы.
Многообразие методологических подходов к социальной работе привело к
тому, что сложилось несколько вариантов ее определения как науки. Например,
М. Фирсов определяет ее как область научного знания о процессе помощи и
трудностях, возникающих в жизненном сценарии личности в результате различных биосоциальных и социопсихологических факторов. П. Павленок считает, что это сфера человеческой деятельности, функция которой состоит в выработке и теоретической систематизации объективных знаний о профессиональной и общественной деятельности государственных и частных организаций,
специалистов и активистов, направленной на решение социальных проблем индивидов, семей, групп и слоев в обществе. И. Зайнышев трактует социальную
работу как научное знание о наиболее существенных связях и отношениях, возникающих под влиянием деятельности социальных служб и органов социальной защиты населения. Весьма интересно предложение И. Зимней определить
науку о социальной работе как "социоэкологию личности". Она пишет, что социальная работа по своей природе – это междисциплинарная наука в самом
строгом и полном смысле этого слова, ибо в ней объединены психологические,
социологические, медицинские, культурологические, педагогические, юридические и другие знания, центром приложения которых является преодоление
человеком личностных и социальных трудностей (проблем) самостоятельно
28
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
при облегчающей (а также коррекционной, реабилитационной) помощи другого
человека – социального работника.
Следовательно, социальная работа как научная дисциплина относится к
междисциплинарной области познания. Для нее характерны предметная неопределенность, доминирование понятий из других областей познания, отсутствие специфических методов исследования реальности и феноменов (человека,
общества, процессов и т.п.), преобладание описательных подходов и т.д. Соглашаясь с М. Фирсовым, считаем, что исследование проблем междисциплинарности социальной работы можно решить в следующих основных направлениях.
Первым направлением является развитие социальной работы в логике становления норм науки. Институционализация научной области проходит ряд
обязательных стадий, где ее междисциплинарный статус – один из начальных
этапов становления. Отсюда плюрализм мнений, взглядов на ее предметную
область и систему подходов к ней – стадия допрофессионального отношения к
ее научному статусу. Для примера можно взять историю развитии социологии.
М. Бакунин на начальных этапах развития социологии определял ее как науку о
человечестве в мире, включая сюда антропологию, психологию, логику, мораль, социальную экономику, политику, эстетику, теологию с метафизикой. Как
междисциплинарная область познания социология была определена на международном конгрессе в Риме в 1912 г. как дисциплина, синтезирующая в себе
знание, "добытое разными общественными науками". Сегодня социология –
специфическая область познания, которая требует компетентности, специализации в научном разделении труда. Система знаний, накопленных за столетие,
определяет ее как самостоятельную дисциплину, которая имеет свои предметно-объектные связи, систему исследований, специфические феномены и процессы, изучаемые и открываемые. Следовательно, если социальная работа как
область познания проходит в наши дни определенный этап своей институционализации , характерный для гуманитарных наук, то стадия междисциплинарности – начальный этап ее научного становления. С этих позиций можно объяснить то разнообразие определений социальной работы, которое имеется в настоящее время в России, то направление мысли, где осуществляются поиски закономерностей области ее познания вместо поисков закономерностей феноменов, ею изучаемых, то стремление найти основания области познания в других
научных дисциплинах, предлагая различные вариации социальной работы: педагогику социальной работы, социологию социальной работы, психологию социальной работы, философию социальной работы и т.д. Здесь также просматриваются исторические принципы определения формирующейся науки: так,
К. Линней ботанику первоначально определял как "философию ботаники",
А. Кетле называл социологию "социальной физикой", О. Конт до введения понятийной номинации "социология" – "социальной наукой", "социальной философией", "социальной физиологией" и т.д.
Второе направление исследования социальной работы как области познания включает ее в ряд таких областей, как социальная политика, социальная
экономика, социальная педагогика, социальная история, социальная экология и
29
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
т.д. Эти области познания возникают на рубеже веков вокруг феномена «социального» как системно-образующего компонента познания. «Социальное» – это
не только семантическая и понятийная определенность, это знаковое явление,
которое лежит на грани иррационального и рационального познания и определяет особую область систематизации реальных явлений и познавательных парадигм в XX в. Не случайно Э. Дюркгейм вкладывал в этот термин нечто большее, чем просто представления о совокупности или свойствах общественных
отношений, осмысляя его не иначе как "божественное социальное".
Можно говорить о том, что к началу XX в. "социальное" становится новой
парадигмой рациональности, предопределившей закат картезиансконьютоновской парадигмы науки с ее многовековой традицией деления областей
познания на "физику" и "метафизику". "Социальное" выступало тем "магическим кристаллом", позволившим на рубеже веков М. Веберу предложить новое
деление науки, где в основе лежала не предметная определенность, "фактические связи вещей", "а мысленные связи проблем", "там, где с помощью нового
метода исследуется новая проблема и тем самым обнаруживаются истины, открывающие новые точки зрения".
Данное обстоятельство поставило вопрос о специфике институционализации социальных наук, для которых характерна не предметная и феноменологическая определенность, наличие предмета и объекта исследования, которые
проясняются в процессе академизации и институционализации научного познания, а формирование специфического понятийного поля на основе уточнения границ понятийного пространства, характерного для данной области. В
этой связи анализ зарубежной научной парадигмы социальной работы, социальной политики, социальной педагогики показывает, что, несмотря на то что
эти области познания существуют более ста лет, как и академическая социология, тем не менее ученое сообщество говорит только о границах существования
данных областей познания.
Вот почему решение проблем специфики междисциплинарности социальной работы есть решение проблем институционализации ее как области познания и как одного из сегментов социальных наук.
В настоящее время для теории социальной работы как полифункциональной междисциплинарной науки характерен, с одной стороны, чрезвычайно
большой разброс различных теорий, а с другой – полное отсутствие собственных фундаментальных теорий и лишь разработка "небольших" концепций. Например, идеи когнитивизма смыкаются с ролево-коммуникативным подходом,
сочетающим в себе и психологическую, и социологическую направленность.
Анализ и дискурс современного состояния теоретических поисков в области социальной работы представляют несомненный интерес по нескольким причинам: во-первых, новая научная саморефлексия неизбежно ведет к пересмотру
тематики и содержания "старых эпистемологических парадигм" в теоретическом осмыслении социальной работы; во-вторых, появляются "новые эпистемологические парадигмы" в социальных науках, полезные и для социальной
работы. В этой связи тем более важно ознакомиться с теми теоретическими
подходами, которые и содержат элементы комплексности, и отражают совре30
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
менный уровень теоретических осмыслений социальной работы, и показательны для социальной реальности в целом, и, главное, могут наметить те пути к
поиску новых теорий или их комбинаций, которые наиболее полно охватывали
бы и интерпретировали все феномены социальной работы.
Так, в когнитивном (познавательном) подходе фактором, непосредственно
сказывающимся на поведении и действиях индивида, становится мир познания,
т.е. мир, преломленный через призму внутренних механизмов и структур сознания, – так называемая ментальная репрезентация объективного мира. Социальный работник, ориентирующийся в своей работе с клиентом на идеи когнитивизма, должен отчетливо представлять их: человек может быть лучше всего
понят, когда он ищет определенную цель или стремится к ней, преодолевая
препятствия в личной и общественной жизни; человек создает свои собственные модели действительности в соответствии с тем, что узнал и понял; человек
приобретает уверенность в жизни посредством адаптации к социальным реальностям, в процессе которой он изменяет эту реальность, изменяясь сам. Однако
концептуальные рамки когнитивизма создают круг неразрешимых эпистемологических проблем, таких, как сведение социальных фактов к когнитивным конструктам, чреватое исчезновением из социального поля зрения и социального
работника, и клиента; отсутствие объяснительных моделей, раскрывающих механизм построения когнитивных структур у клиента в процессе социального
опыта; дефицит теоретических интерпретаций индивидуальных действий клиента как детерминированных или опосредованных когнитивными структурами;
неспособность преодолеть классический дуализм субъект-объектных отношений.
К когнитивной концепции осмысления социальной работы тесно примыкает
и ролево-коммуникативный подход 47, который, являясь по своему содержанию
теорией психолого-социологической ориентации, занимает в теории и практике
социальной работы важное место. Согласно этому подходу, человек строит свое
поведение, общение в соответствии с моделями, схемами, воспроизводящимися
индивидуально-личностным сознанием, т.е. формирует свои представления о
собственной роли в жизни, использует свои средства коммуникации в различных
схемах общения и социального поведения. Социальный работник в этой связи
должен отчетливо знать и различать установки и практику всех стилей общения,
особенности коммуникации людей в соответствии с представлениями об их определенной роли в жизни; методы освоения известных образцов поведения людей, известных моделей их общения в процессе исполнения ими различных или
идентичных ролей; причины возникновения экстра- и интроролевых конфликтов
и способы их разрешения. Главным для социального работника, использующего
этот подход для разрешения конкретной проблемы в конкретной ситуации клиента, является тщательный анализ хода следования клиента определенным ролям
и отклонениям от него в различных и сходных социально-психологических ситуациях, выявление коммуникативного потенциала личности и выяснение усло-
47
Энциклопедия социальной работы: В 3 т.: Пер. с англ. М., 1993.
31
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вий реализации коммуникации, на основе которых и осуществляется разработка
оптимальной для данного клиента технологии помощи.
Тем не менее только ролево-коммуникативная модель в ее когнитивной интерпретации не разрешит проблем клиента. Следует обратить внимание на социально-конструкционистскую теорию48, где, во-первых, философская дихотомия
субъекта – объекта трансформируется в эпистемологическую триаду: индивидуальный субъект – социальный субъект, опосредующий отношения индивида к
третьему элементу аналитической ситуации – природному или социальному объекту; конституируются устойчивые образцы "социальной связанности" индивидов, вступающих в коммуникативные связи посредством в основном естественного языка как инструмента социальной практики; знание о мире у человека является совокупностью конвенциональных дискурсивных артефактов или продуктов исторически локализированных взаимных отношений между членами социума; постулируется ключевая роль конвенциональных форм интерпретации
опыта.
Социальный работник, учитывая изменчивость коммуникативных, конвенциональных, конфликтных процессов, в ходе лингвистической коммуникации с
клиентом и в ходе совместных действий с ним создает в его представлениях устойчивые социальные конструкции позитивного плана, укрепляя их позиции
как истинные, конституирует образцы социальных действий клиента, поощряя
развитие одних и препятствуя распространению других. Такая взаимосвязь
представлений, понятий и действий, возникшая в ходе интеракции между социальным работником и клиентом, оказывается более полезной для реализации
задач локальной социальной координации клиента в социуме.
Дискуссия в начале 90-х гг. в России о соотношении социальной работы и
социальной педагогики, их сходстве и различиях воплотилась в так называемый
социально-педагогический подход 49, главным содержанием которого являются
социализация и ресоциализация личности; педагогизация окружающей среды,
необходимость компенсации ее негативного влияния путем создания альтернативных институтов; оценка влияния возникающих институтов социализации с
целью их педагогической коррекции, укрепления и повышения социального
здоровья человека.
В аспекте педагогизации социальной работы небезынтересен также эвохомологический подход50, или, иными словами, рационализированная теория оздоровления жизнедеятельности личности, подразумевающая комплекс инструментов или средств и приемов организации личности для творческой, здоровой, наЯкимова Е.В. Социальное объяснение психологического поведения: дискуссионные
проблемы // Теория и история экономических и социальных институтов и систем. М., 1993.
Т. 1. Вып. 2.
49
Басов А.В. К вопросу о предмете социальной педагогики // Теория и практика социальной работы: отечественный и зарубежный опыт / Под ред. Т.Ф. Яркиной, В.Г. Богаровой.
М.; Тула, 1993. Т. 1. С. 72 – 74.
50
Вало А. Эвохомология как научная система рационализации жизни человека
// Теория и практика социальной работы: отечественный и зарубежный опыт. М.; Тула, 1993.
Т. 2. С. 57 – 62.
48
32
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
учно обоснованной жизнедеятельности. Речь идет о воспитании человека, а точнее его самовоспитании, опирающемся на самоответственность, самоконтроль,
самоуправление, предполагающее его саморазвитие и самосовершенствование
без внешнего воздействия или принуждения. Социальный работник, имеющий в
своем арсенале знания и умения, положения, постулаты, приемы вышеназванной
социальной педагогико-эвохомологической модели, естественно, способен оказать клиенту эффективную помощь, быть более действенным как на уровне личности, так и на уровне социума в осуществлении социального порядка.
Новым научным направлением стала витально-ориентированная теория 51,
имеющая в своей истории давнюю традицию сосуществования различных
школ52 витализма (их борьбу, достижения и неудачи), узловыми понятиями которой являются "концепция жизненных сил", "индивидуальная субъектность",
"социальная субъектность" и "генетический подход к жизнеосуществлению человека как биосоциального существа". В этой модели можно выделить ряд положений. Прежде всего констатируется важность трактовки человека как биосоциального существа, обладающего способностью творчески отражать объективную реальность и творить ее в соответствии с идеальными моделями, а также в определенной мере использующего различные системы социокультурных
символов, информации (науки, морали, искусства, религии, права и т.д.), при
этом всегда сохраняют свое фундаментальное значение биофизиологические
основы жизни человека. Далее отмечается, что формирование и реализация
жизненных сил человека осуществляются в процессе удовлетворения потребностей поддержания и жизнеобеспечения и длительного сосуществования, развитие которых происходит от поколения к поколению в конкретной социальноисторической среде обитания человека. В названной модели акцент делается на
процессе постоянного сосуществования и взаимодействия определенного жизненного пространства и жизненных сил человека, живущего в конкретных исторических условиях. Имеется в виду сосуществование различных уровней организации жизненного пространства и жизненных сил человека – от индивидуального, семейного, группового до регионально-государственного и международного. В этой модели также учитывается сосуществование и взаимодействие
духовных и материальных сил, которыми располагает человек, материальная,
предметно-вещественная и духовно-культурная среда обитания, а также способность человека к экстрасенсорике, его включенность в биоэнергетический
обмен, осуществляющийся в природе.
Практическая деятельность социального работника в рамках данной витально-ориентированной концепции связана с необходимостью преодоления
обостренной реакции клиента на негативные оценки своих возможностей по
снятию трудностей, обеспечения способности клиента к практическому решеСм., например: Григорьев С.И. Социальная работа в России в 90-е годы: содействие
формированию, осуществлению и реабилитации жизненных сил населения // Проблемы семьи и детства в современной России / Под ред. О.И. Волжиной и др. М., 1992. Ч. 1, 2.
52
См., например: Витализм // Философская энциклопедия. М., 1960; Дриш Г. Витализм,
его история и система. М., 1975.
51
33
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нию своих проблем; решения задач локализации и упразднения блоков торможения позитивного развития ситуации клиента; усиления поддержки успешного решения его проблем, необходимостью повышения информированности, осведомленности клиента по поводу возможностей решения его проблем, прежде
всего о правах, создающих основу для этого, а также поддержания в клиенте
мнения о высоких способностях социального работника оказывать нуждающимся реальную помощь. Важным является и оценка развитости умений клиента удовлетворять и развивать свои интересы и потребности индивидуальноличностными и социальными средствами, а также определять свою стратегию
деятельности, соответствующую этим потребностям.
По содержанию к витально-ориентированной теории близко примыкает
разрешающая модель социологической ориентации 53, в рамках которой социальный работник осуществляет консультации по ресурсам, "привязку" клиента
к ресурсам оказания помощи, создание условий улучшения самооценки клиентом своих способностей по решению своих проблем; помощь клиентам в приобретении знаний о себе, о социальном устройстве окружающей среды. Таким
образом, социальный работник становится для клиента и учителем, и воспитателем, и наставником, способным обучить клиента определенным навыкам, определенной практической деятельности.
Наиболее близкой к витально-ориентированной теории является теория
экологических систем 54, центральное понятие которой – "модель жизни". С одной стороны, она рассматривает людей как системно организованных субъектов жизнедеятельности, постоянно приспосабливающихся в их взаимодействии
к многообразию условий бытия, с другой – она предполагает, что человек может развиваться через изменения и его в этом поддерживают среда, окружение,
что существует их взаимная адаптация, в свою очередь изменяющаяся вследствие действия различных социальных факторов и условий бытия человека. Тем
не менее жизненные системы (человек, объединения людей), согласно теории
экосистем, должны пытаться поддерживать равновесие со своим окружением.
Суть социальной работы с точки зрения теории экологических систем – это
усиление адаптивных способностей человека, влияние на его среду обитания и
окружение с целью гармонизации их взаимодействий.
В структуре социальной работы системно-экологический подход проявляется в организации работы системы социального обеспечения населения, и ориентирован он как на группы индивидов, пользующихся спланированной официально централизованной поддержкой, так и на массовую или индивидуальную
неформальную помощь всем нуждающимся.
На основе витально-ориентированной модели как наиболее эффективной
из представленных интегративных теоретических концепций разрабатываются
стратегические направления социальной работы, корректируется взаимодейст-
Теория и методология социальной работы: Учеб. пособие / Под ред. С.И. Григорьева,
Л.Г. Гусляковой, В.А. Ельчанинова и др. М., 1994.
54
Энциклопедия социальной работы: В 3 т.: Пер. с англ. М., 1993.
53
34
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вие ее различных технологий, формируются новые практико-ориентированные
подходы в социальной защите жизненных сил человека и его благополучия.
Концепция жизненных сил предполагает способность человека к воспроизводству и осуществлению жизни как биосоциального существа, способность
к эффективному удовлетворению потребностей поддержания жизнеобеспечения и деятельного существования во всех сферах жизни общества, на всех
уровнях его организации. При этом вводятся два понятия – "индивидуальная
субъектность" и "социальная субъектность". Первое означает способность человека удовлетворять и развивать свои многообразные потребности индивидуально-личностными средствами, а второе – способность человека удовлетворять и развивать свои интересы и потребности с помощью социальных институтов, учреждений и организаций общества. При этом индивидуальную и социальную субъектность можно рассматривать и в контексте разной мотивации человека к достижению индивидуальных и общественно значимых целей, определенных смысложизненными ориентациями.
Можно констатировать, что любой теоретический подход (когнитивный,
виталистский, педагогический и др.) может быть применен в теории и практике
социальной работы по отдельности, он дает определенное эпистемологическое
представление и сам предоставляет в распоряжение социального работника
специфические дискурсивные средства, которыми тот может изобразить социальную жизнь клиента, выработать стратегию помощи ему. В то же время каждая из теоретических моделей, взятая в отдельности для осмысления социальных явлений или для решения каких-либо социальных проблем клиента, оказывается крайне ограниченной и несовершенной.
Вот почему в области теории и практики социальной работы важно не рассматривать отдельные концепции, даже интегративные по своей сути, как изолированные, полярные, индифферентные к методологическим установкам друг
друга, а, наоборот, ориентироваться при их практическом и теоретическом
применении на их взаимодополняемость и взаимосоприкасаемость. Подтверждением тому является их эффективное (по отдельности и в комплексе) использование в самых различных сферах практической деятельности социального работника: консультировании; психотерапии, самосовершенствовании личности; интегральном обучении; оказании помощи личности в решении внутриличностных, межличностных и межгрупповых конфликтов; профилактики различных противоречий; адаптивной социализации и ресоциализации личности;
технологии социального обеспечения, социальной защиты, социального контроля личности и различных социальных групп.
Итак, синтез различных методологических, теоретических и технологических воззрений в целом, их плюралистичность, заполнение концептуальных
пробелов и в результате новая модель, новая концепция для каждого клиента в
отдельности – это основа координированной, гармонизированной и перспективной деятельности в социальной работе, эпистемологическое совершенствование ее теоретического и методологического осмысления.
На наш взгляд, необходимо отметить, что развитие теории социальной работы в условиях современной России проходит на фоне таких процессов, как
35
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
глобализация, модернизация, виртуализация и регионализация. При этом глобализация вносит в теорию и практику социальной работы элементы вестернизации (американские теоретические конструкты и модели социальной практики),
модернизация способствует развитию и укреплению институтов социальной работы, а процессы регионализации придают им яркую неповторимость, самобытность, уникальность. Более того, регионализация позволяет находить инновационные, связанные в своей основе исторические, экономические, социальнопсихологические и этнополитические особые формы, методы и технологии социальной работы.
Одновременно с развитием теории социальной работы идет активный процесс институционализации научного социума: формируются сообщества профессионалов (теоретиков, преподавателей), оформляются разного рода образовательные организации и учреждения (университеты, институты, факультеты,
кафедры). Среди них особое место занимают общественные негосударственные
некоммерческие организации, созданные представителями этого научного социума, например Академия социального образования, Всероссийская Ассоциация преподавателей социальной работы высшей школы, Общероссийская общественная организация "Союз социальных педагогов и социальных работников" и др. Все они имеют разветвленные структуры, состоящие из региональных, областных и местных отделений.
Показателем институционализации социальной работы как теории является выпуск различных научных и научно-популярных журналов, учебников,
учебно-методических пособий, сборников научных трудов, а также проведение
конференций, семинаров, ″круглых столов″ по проблемам развития теории социальной работы. Активный процесс подготовки специалистов высшей квалификации по социальной работе в аспирантуре и докторантуре также выступает
составной частью институционализации социальной работы как науки, способствует расширению ее социальной базы.
Тем не менее процесс становления социальной работы как науки, определение ее объекта и предмета, выведение общих и частных закономерностей, создание когнитивных структур, определение дефиниций, выявление места и роли
теории социальной работы среди других общественных наук, ее взаимосвязей и
взаимодействий с ними еще далек от своего завершения. В частности, соглашаясь с Е. Холостовой, можно отметить, что "теоретическое обоснование социальной работы в настоящее время идет как бы в трех направлениях. Во-первых, определяется место социальной работы как науки среди других дисциплин, таких
как социальная философия, социальная история, политология, социальная психология, культурология. Во-вторых, ведется поиск собственной теоретической
константы социальной работы как специфического объекта исследования и, втретьих, выявляется ее взаимодействие с другими науками о человеке и обществе".
36
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В контексте проблемы выявления взаимосвязей социальной работы с другими науками четко прослеживаются ее связи с социологией, философией, социальной психологией и культурологией 55.
В качестве примера сделаем попытку выявления определенных линий демаркации социальной психологии и социальной работы, анализ их взаимосвязей, взаимозависимостей и взаимодействий. Решению поставленной задачи
способствует тот факт, что в основе возникновения и развития социальной работы как вида помощи и социальной психологии как феномена проявления
психологических особенностей социально-демографических групп лежит биологическое (естественное), психологическое и социальное неравенство людей.
Именно оно послужило главной причиной дифференциации общества на группы, его институционализации и стратификации.
Общим у социальной психологии и социальной работы является и факт их
возникновения на стыке наук. Так, Г. Андреева по этому поводу пишет: «Возникнув на стыке наук психологии и социологии, социальная психология до сих
пор сохраняет свой особый статус. Это приводит к тому, что каждая из "родительских" дисциплин довольно охотно включает ее в себя в качестве составной
части.
Междисциплинарный характер социальной психологии и социальной работы создает немалые трудности в выявлении их предметов и выделении круга
изучаемых ими проблем. Подтверждением этого являются дискуссии о предмете социальной психологии, проходившие в России в 20-е годы и 50 – 60-е годы»56. Толчком для первой из них послужили два обстоятельства: состояние
послереволюционного общества и идейная борьба, развернувшаяся между материалистической и идеалистической психологиями, а основанием второй стало
интенсивное развитие общественной жизни, необходимость решения возникших экономических, социальных и политических проблем.
То же самое мы наблюдаем сегодня при попытках определения предмета
социальной работы как науки: те же самые причины лежат в основе разворачивающихся дискуссий по поводу определения его сути, категориальный и понятийный аппарат науки находится в стадии разработки и постоянного уточнения,
имеет место чрезвычайно широкий полиморфизм теоретических и методологических подходов.
По-видимому, столь обширные дискуссии по поводу предметов социальной работы и социальной психологии есть проявление общих закономерностей
развития большинства наук, возникающих на стыке различных дисциплин. Более того, история науки показывает необходимость всех дискуссий, "потому
что они, во-первых, помогают очертить круг задач, решаемых этой наукой, и,
во-вторых, ставят нерешенные проблемы более четко, заставляя попутно осознавать свои собственные возможности и средства" 57.
Теория социальной работы: Учебник / Под ред. проф. Е.И. Холостовой. М., 1998.
С. 79 – 146.
56
Андреева Г.М. Социальная психология. М., 1997. С. 182.
57
Франкл В. Человек в поисках смысла. М., 1990. С. 22.
55
37
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В частности, Г. Андреева, продолжая эту мысль, пишет: «Так, дискуссия о
предмете социальной психологии не может считаться вполне законченной, хотя
база достигнутого согласия вполне достаточна, чтобы проводить исследования.
Вместе с тем остается несомненным, что не все точки над "i" поставлены. Как
известный компромисс сложилось такое положение, что практически в нашей
стране сейчас существуют две социальные психологии: одна, связанная преимущественно с более "социологической", другая преимущественно с "психологической" проблематикой»58. Особая взаимосвязь социальной работы и социальной
психологии прослеживается и в том, что обе научные области знаний имеют
прикладной практический характер.
Более того, у обеих наук имеется и общий объект воздействия – человек.
Любой человек выступает не только как объект социальных отношений, но и
как субъект. При этом у него могут формироваться разные жизненные стратегии. Выступая объектом социального действия, человек занимает пассивные
общественную и личностную позиции. Психологически это проявляется как
стремление к детерминированности своей жизненной стратегии, исполнительности, отказу от самостоятельного принятия решений, преобладанию поведенческих стереотипов, ригидности мышления, монопараметричности существования, экстернальности. Подлинную активность, тенденции к саморазвитию,
самоактуализации, интернальности и целенаправленности может проявить личность, лишь будучи субъектом социальной деятельности.
Ослабление личности, индивидуальной субъектности ставит человека в определенного рода зависимость и лишает его способности самозащиты, самосовершенствования. Возникает ряд проблем, связанных с ограниченной возможностью реализации своей субъектности. Поэтому одна из главных целей и социальной работы, и социальной психологии состоит в создании условий для проявления жизненных сил и социальной субъектности, в оказании помощи человеку,
желающему измениться, решить проблемы, тормозящие ее развитие.
Наличие общих (одинаковых) уровней объектов социальной психологии и
социальной работы (конкретный человек, различные социальные группы, конкретное общество, все человечество), также позволяет говорить о тесной взаимосвязи теоретико-прикладных аспектов выделенных направлений человеческого знания.
Конечно, ориентация социальной работы на человека "нуждающегося", на
менее слабые в статусном отношении группы и общества, находящиеся в хаотичном, кризисном состоянии, делает ее в настоящее время более востребованной. Ради справедливости надо отметить, что большинство практических социальных психологов также работают с этими же клиентами, т.е. с теми, кто находится в самой тяжелой, безвыходной, кризисной ситуации. Таким образом,
происходит формирование общего поля деятельности для социальных работников и социальных психологов, что напрямую связано с состоянием российского
общества.
58
Андреева Г.М. Указ. соч. С. 182.
38
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В связи с этим становится очень трудно ответить на вопрос о том, что важнее: социально-психологическая или психосоциальная работа с населением как
одно из направлений социальной работы? Скорее всего, ответ должен носить
двойственный характер: и то и другое в современных условиях чрезвычайно
важно, оба эти направления дополняют и обогащают друг друга.
Так, социальная психология дает социальной работе возможность лучше
узнать психологию и особенности поведения отдельных социальных групп, их
ценностные ориентации и установки и, следовательно, помогает выработать
оптимальные и эффективные формы и методы работы с ними. Психологическая
информация может значительно упростить социальную работу с социально
дискриминированными группами, считающими себя несправедливо ущемленными (людьми с инвалидностью, правонарушителями, наркоманами и т.д.).
Обычно данные группы населения ведут себя довольно стереотипно и проявляют две линии поведения. Первая из них характеризуется усилением конфликтности в межличностных отношениях, ослаблением внутригрупповых
ценностей, общей неудовлетворенностью группой, стремлением ее покинуть.
Вторая линия поведения связана с усилением внутригрупповой солидарности и
сплоченности, укреплением межличностных связей, повышением удовлетворенности принадлежностью к группе, стремлением возвыситься над другими
группами и людьми.
Специалисту по социальной работе, работающему с данными группами,
надо помнить, что обе линии поведения носят деструктивный характер, и быть
готовым к неизбежному проявлению вышеописанного комплекса деструктивных социально-психологических особенностей. При этом ему необходимо понять, почему возникают столь противоречивые последствия социальной несправедливости.
Анализ всех возможных стратегий активности социально депривированных групп для достижения позитивной социальной идентичности дает следующие возможные типы стратегии: индивидуальная мобильность, социальное соперничество (конкурентность).
Первая группа стратегий характерна для людей, пытающихся повысить
социальный престиж благодаря своим личным возможностям (способностям,
случайностям, обману и т.д.). Вторая связана с изменением критериев социальной оценки и включает как мирные, демократичные, так и агрессивные формы
соперничества, нередко приводящие к социальным катаклизмам. При этом все
типы поведения могут не сопровождаться активными действиями до тех пор,
пока не появится и не окрепнет ощущение несправедливости, возникшее в результате проявления явной незаконности статусных различий.
На основании данных социальной психологии в социальной работе может
быть выбран путь снятия напряженности, предварительного устранения объективной несправедливости в отношении притесняемых групп или придания неизбежно возникающим статусным различиям законного правового характера.
Значимость социальной психологии для социальной работы усиливается в
связи с необходимостью организации работ превентивного характера: с подростками, отличающимися асоциальным и делинквентным поведением; с суици39
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
доопасными людьми; лицами, склонными к частым кризисным психическим
состояниям и т.д. В этих случаях социальная работа в свою очередь открывает
для социальной психологии новые проблемы и объекты, требующие изучения и
воздействия.
Например, для общественных организаций как инновационного субъекта и
формы современной социальной работы уже традицией стало выявление, вербализация и констатация на региональном и местном уровнях принципиально новых социальных проблем, их субъектов и объектов, разработка, апробация и использование уникальных высокоэффективных технологий их разрешения. Выполняя таким образом диагностическую работу, они расширяют поле деятельности как для социальных психологов, так и для социальных работников.
Можно сказать, что социальная психология и социальная работа в своей основе имеют общие причины возникновения и развития; исторически обусловленную ориентацию со схожими объектами воздействия, число которых в условиях российского общества неизбежно возрастает. Социальная психология и социальная работа возникли на стыке наук и имеют междисциплинарный характер.
По-прежнему продолжаются дискуссии об их месте в системе наук, уточняются
объект и предмет исследования, формируются категориальные аппараты.
Тем не менее значение теории и практики социальной работы, как и социальной психологии, в условиях современного модернизирующегося российского общества трудно переоценить. Теория выполняет основополагающую методологическую функцию, определяет принципы деятельности специалистов по
социальной работе, обозначает стратегические и тактические направления развития практики. Поэтому изучение теории социальной работы в учебных заведениях является составной частью формирования личности социального работника, определения его ценностных ориентаций, жизненных кредо и методик
работы с объектами.
В высшей школе теория социальной работы представлена соответствующим курсом, основными целями которого являются: усвоение понятий и терминов в области теории социальной работы, понимание междисциплинарного
характера социальной работы, выявление ее связей с различными дисциплинами (и в первую очередь социологией, психологией и философией).
Таким образом, исследование основных направлений институционализации социальной работы как области научного знания позволило выявить их
следование общим закономерностям становления любой социальногуманитарной науки.
В настоящее время социальная работа характеризуется как полифункциональная и междисциплинарная наука. У нее нет собственных фундаментальных
теорий, объект и предмет исследования находятся в стадии становления, идет
непрерывный процесс уточнения ее категориального аппарата, принципов и
методов, методологических основ изучения. Данные обстоятельства нашли свое
отражение в многообразии определений социальной работы как науки, совокупности используемых теорий, тесной взаимосвязи с социологией, социальной
психологией и философией.
40
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2. Влияние изменений
стратификационной системы
на социальную работу
2.1. Социальная дифференциация общества
И
сследование институционализации социальной работы в современной России объективно поставило вопрос о социальной базе этого
процесса, необходимости анализа стратификационных изменений в
обществе и их влияния на динамику субъектов и объектов социальной деятельности, определение ее основных направлений.
В основе возникновения и развития социальной работы лежит естественное и социальное неравенство индивидов, что признается всеми социологами.
Например, Н. Смелзер пишет, что "неравенство существует во всех обществах,
даже в самых примитивных и живущих при общинном строе". Далее автор отмечает, что "в более крупных и сложных обществах неравенство проявляется
отчетливее" 59.
В свое время Г. Ленски предпринял весьма удачную попытку сравнения
обществ с точки зрения существующего неравенства. Считая неравенство (в частности, дифференциацию материального благосостояния) функцией от богатства и механизма политической власти, он на большом практическом материале
показал, что чем выше технологическая продуктивность, тем выше потенциальное неравенство: чем больше производится, тем больше господствующая
элита может получать, позволяя в то же время основной массе населения также
иметь средства для поддержания своей жизни. Так, Ленски пишет, что в обществах охотников и собирателей растений неравенство существует в наименьшей
мере. Наиболее ярко оно проявляется в аграрных обществах. В промышленных
обществах, по мнению Ленски, на деле существует меньшее неравенство, чем в
аграрных, несмотря на то, что они сложнее. Он объясняет это тем, что в первых
несколько меньше концентрация власти. В промышленных обществах, стремящихся иметь демократические правительства, может происходить борьба за
влияние между политическими группами (например, между профсоюзами и
объединениями фермеров).
В индустриальных странах, несмотря на явную тенденцию к значительному возрастанию равенства на более высоких уровнях экономического развития,
неравенство (особенно в отношении доходов) процветает. Главная причина этого лежит в сфере политики. Урбанизация, концентрация населения на фабриках
и в учреждениях ведет к тому, что и политические ресурсы концентрируются
59
Смелзер Н. Дж. Социология // Социс. 1992. № 4. С. 80.
41
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
внизу социальной иерархии. Результатом является массовая политика (в демократической или тоталитарной форме), и элита вынуждена делать материальные уступки массам.
На уровне организаций технологически сложные процессы, существование
многочисленных зон неопределенности ведут к делегированию части власти
сверху вниз, к большему распределению ее среди рабочей силы, особенно на
среднем уровне. Следствием этого является и перераспределение богатства.
Перераспределение богатства – это результат процессов, протекающих на
двух уровнях. Во-первых, господствующая элита идет на политические уступки
на уровне целого общества: поворот в налогообложении, социальное обеспечение, защита профсоюзов и т.д. Во-вторых, на уровне организаций господствующая элита вынуждена идти на изменение внутренней политики в сторону
перераспределения доходов, чтобы поддерживать контроль над рабочей силой.
Определенная система неравенства между людьми имеется в любом обществе. Для ее описания в социологии широко используется понятие социальной
стратификации. Так, А. Гидденс пишет, что стратификация может быть определена как структурное неравенство между разными группами людей. В английском социологическом словаре отмечается, что социальная дифференциация
становится социальной стратификацией, когда люди выстраиваются в иерархически организованный ряд по какому-либо измерению неравенства.
По мнению Б. Барбера, социальная стратификация представляет собой
структурно регулируемое неравенство, в котором люди ранжируются "выше"
или "ниже" в соответствии с той социальной значимостью, которой обладают
социальные роли и различные виды деятельности. Австралийский социолог
Ф.Л. Джонс отмечает, что стратификацию можно рассматривать как структуру
неравных социальных позиций (неравенств) и как процесс распределения индивидов в рамках этой структуры, ведущей к образованию социальных групп (социальных страт) с соответствующим набором жизненных ожиданий.
Исследуя проблему неравенства и признавая ее широкое распространение
в любом обществе, ученые по-разному определяют его сущность и причины и,
исходя из этого, предлагают различные подходы к пониманию стратификационной системы общества.
Одно из первых объяснений неравенства дал в 1893 г. Э. Дюркгейм. В своей работе "О разделении общественного труда" он сделал вывод, что во всех
обществах некоторые виды деятельности считаются более важными, чем другие. На основе этого и строится их иерархия в обществе. С другой стороны,
Дюркгейм отмечал, что люди в разной мере талантливы: некоторые из них одарены больше, чем другие. При обучении эти различия усиливаются. Автор считал, что в процветающем обществе самые талантливые должны выполнять самые важные функции. Для привлечения самых лучших и одаренных общество
должно способствовать их доступу к социальному вознаграждению60.
Дюркгейм Э. О разделении общественного труда // Западноевропейская социология
XIX – начала XX в. / Под ред. В.И. Добренькова. М., 1996. С. 256 – 308.
60
42
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В 1954 г. К. Дэвис и У. Мур опубликовали теорию, разработанную на основе концепции Дюркгейма. Как и он, они считали, что неравенство помогает
обществу обеспечить ситуацию, когда самые важные виды деятельности выполнялись наиболее умелыми людьми. Например, в примитивных обществах
обычно воины и целители имеют самый высокий статус; в более сложных обществах, как правило, высоко ценятся инженеры и врачи.
Смелзер отмечает, что самые важные виды деятельности различаются в
соответствии с особенностями социальной системы в целом. При этом некоторые функции являются основными для всех обществ. К ним относятся религия,
управление и в более сложных обществах – технология61.
К. Дэвис и У. Мур считали религиозную деятельность ключевой для всех
обществ, так как для нормального развития любого общества необходимы разделяемые его членами убеждения и ценности. «В социалистических обществах
(атеизированных) вытеснение традиционных религий проводилось во имя насаждения "марксизма-ленинизма", имеющего все черты религиозной доктрины,
то есть вытеснение религии обернулось насаждением псевдорелигии.
Общим для всех обществ является управление. Люди, осуществляющие
эту функцию, вознаграждаются не только властью, но и повышенной долей богатства и престижем. Технические специалисты в современном обществе выполняют важные функции, требующие длительного и сложного обучения. Чтобы стимулировать людей на такую подготовку, общество должно предлагать им
повышенное вознаграждение»62.
Как видим, все приведенные авторы считают неравенство естественным
способом выживания общества и полагают, что оно является следствием его
функционирования. Такая трактовка неравенства легла в основу функционального понимания стратификационной системы. «С точки зрения функциональной
методологии, стратификационная система общества, представляющая собой
дифференциацию социальных ролей и позиций в нем, является "эволюционной
универсалией", т.е. объективной потребностью любого развитого общества. С
одной стороны, она обусловлена разделением труда и социальной дифференциацией различных групп, а с другой – есть результат действия господствующей в
обществе системы ценностей и культурных стандартов, определяющих значимость той или иной деятельности, узаконивающих складывающееся социальное
неравенство, возникающее в силу неравномерного распределения наград и поощрения»63.
Т. Парсонс, который фактически заложил основы теоретического анализа
социальной стратификации, в своей теории социального действия предпринял
попытку разработать универсальные критерии стратификационной системы. В
качестве таковых он предложил следующие: "качество", т.е. предписание индивиду определенной характеристики, например ответственности, компетентности и др.; "исполнение", т.е. оценка деятельности индивида в сравнении с дея61
Smelser N.J. Social Change in the Industrial Revolution. L., 1959.
Ильин В.И. Социальная стратификация. Сыктывкар, 1991. С. 17.
63
Современная западная социология: Словарь. М., 1997. С. 333.
62
43
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
тельностью других людей; ''обладание" материальными ценностями, талантом,
мастерством, культурными ресурсами. Оценка этих трех универсальных объектов ранжирования осуществляется в соответствии с господствующим в обществе ценностным образцом64.
Надо отметить, что в первую очередь представители функциональной методологии подчеркивали значение стратификационной системы для социальной
интеграции общества. "Инструментальная роль стратификационной системы
заключается в том, что она призвана обеспечить адекватное восприятие и выполнение социальных ролей посредством санкционированной системы поощрений, призванных быть стимулом различных типов деятельности" 65.
Такое понимание основ, сути и роли стратификационной системы общества было не принято рядом критиков функционализма. В качестве недостатков
функциональной точки зрения на стратификационную систему ими были названы следующие: "чрезмерно абстрактный уровень определений и понятий,
игнорирование классового характера господствующей политической власти, в
значительной мере определяющей существующую систему социальной стратификации, игнорирование конфликтов между классами и стратами, ведущими
между собой борьбу за власть, престиж, материальные ценности" 66.
Как правило, среди критиков функционального понимания основ стратификационной системы были представители теории конфликта, которые придерживались следующих взглядов на социальное неравенство. Например,
Дж. Тьюмин считал, что оно является результатом такого положения, когда
люди, под чьим контролем находятся общественные ценности (главным образом богатство и власть), имеют возможность извлекать для себя выгоды 67.
Существенный вклад в понимание неравенства внес К. Маркс. Именно его
концепция стратификации и класса явилась исходной для теоретиков конфликта. В основу деления истории на этапы он положил способ производства, который определяет экономическую организацию каждого этапа. Экономическую
организацию, включающую технологию, разделение труда и, самое главное,
отношения, складывающиеся между людьми в системе производства, он считал
основным аспектом жизни общества.
Маркс утверждал, что при любом типе экономической организации есть
господствующий класс, который владеет средствами производства и осуществляет над ними контроль. Сущность взаимосвязи между господствующими и подчиненными классами заключается в том, что правящий класс эксплуатирует
класс рабочих. Эта эксплуатация формируется способом производства и является
исходной предпосылкой для существования социального неравенства в обществе.
Парсонс Т. Система координат действия и общая теория систем действия: культура,
личность и место социальных систем // Американская социологическая мысль: Тексты / Под
ред. В.И. Добренькова. М., 1996.
65
Там же.
66
Современная западная социология: Словарь. М., 1997.
67
Смелзер Н. Дж. Социология // Социс. 1992. № 4. С. 83.
64
44
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В дальнейшем Р. Михельс, принимая марксистскую модель за базовую,
поставил под сомнение идею об экономической организации как главной причине конфликта между классами. В своей теории ("железный закон олигархии")
он доказывал, что тенденция к концентрации власти обусловлена главным образом структурой организации. Это проявляется в том, что огромное число людей не может обсуждать вопрос или начать действовать. Они возлагают ответственность за это на нескольких лидеров, власть которых возрастает.
М. Вебер также не считал организацию экономики основой стратификации. Он выделил три основных компонента неравенства и считал их взаимосвязанными и в то же время в существенных отношениях – независимыми.
Первый компонент – имущественное неравенство. Богатство означает нечто большее, чем зарплата или жалованье (доходы, не работая). Вебер указывал, что люди в каждом социальном классе имеют неодинаковые возможности
для получения доходов и приобретения товаров.
Как видим, до этого момента теория М. Вебера аналогична теории
К. Маркса. Однако Вебер выявил и второй компонент неравенства, который заключается в том, что группы людей в разной мере пользуются почетом, уважением и имеют неодинаковый престиж. В связи с этим Вебер ввел понятие статусных групп и отметил их особенности (образ жизни, сходство в манере говорить, стиле одежды и т.д.). Более того, Вебер отмечал, что статусные группы не
обязательно состоят из богатых: в них могут входить люди самого различного
достатка.
Помимо богатства и престижа, он отметил и третий компонент неравенства – власть. Вебер имел в виду способность человека или группы проводить в
жизнь планы, принимать меры или вести определенную политику даже вопреки
возражениям со стороны других людей или групп.
Наиболее крупный представитель современного конфликтного направления
Р. Дарендорф в основу стратификации положил неравенство в распределении
власти. В частности, он писал, что "стратификация – это просто следствие
структуры власти" 68. Основу его теории составили три категории: нормы, санкции, власть. В обществе нормы регулируют поведение людей, это регулирование
гарантируется поощрением и угрозой наказания (санкциями): "...возможность
применения санкций является абстрактным ядром любой власти"69. Наиболее
благоприятные позиции в обществе занимает личность, больше других преуспевшая в приспособлении к правящим нормам. Отсюда следует, что господствующие в обществе ценности можно изучать, наблюдая высший класс. Каждое
общество поддерживает конформизм, укрепляющий его, т.е. поддерживающий
правящие группы.
Дарендорф в принципе исключает общество абсолютно равных, характеризуя его как сферу поэтического воображения. Неравенство всегда предполагает приобретения одной группы за счет других. Поэтому каждая система стратификации порождает протест против своих принципов и "несет семена их соб68
69
Цит. по: Ильин В.И. Указ. соч. С. 54.
Там же. С. 104.
45
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ственного подавления" 70. Таким образом, Дарендорф рассматривает социальное
неравенство как атрибут нормального общества, придающий ему динамизм.
Анализ приведенных точек зрения на неравенство показывает, что все исследователи при признании факта его существования по-разному трактуют его
происхождение и сущность и, как следствие, по-разному объясняют явление
социальной стратификации, рассматривая ее в качестве результата конкретных
экономических и социальных условий.
Противоположная точка зрения на основы и суть стратификации изложена
в теории У. Лойда Уорнера71. В 30 и 40-е гг. Уорнер провел подробное исследование классовой системы в общности, которую назвал "город Янки".
Анализ осуществлялся на основе высказываний членов общности друг о
друге, т.е. люди сами определяли классовую принадлежность тех или иных жителей. Поскольку Уорнер определял классовую принадлежность людей на основе оценки их статуса другими членами общности, т.е. их репутации, то теорию назвали теорией "репутаций". В "городе Янки" исследователь выявил
шесть различных классов. В первый класс вошли наиболее высокопоставленные люди. Главным признаком было "знатное" происхождение.
Во второй класс входили менее высокопоставленные люди высокого достатка, но они не были выходцами из аристократических семей (многие из них
разбогатели недавно). Высший слой третьего, среднего, класса состоял из высокообразованных людей интеллектуального труда и деловых людей, имеющих
высокие доходы – врачей, юристов, владельцев капитала. Нижний слой среднего класса представляли главным образом канцелярские работники и другие "белые воротнички" (секретари, банковские кассиры, делопроизводители).
Высший слой низшего класса составляли "синие воротнички" – заводские
рабочие и простые работники физического труда. Низший слой низшего класса
включал самых бедных и отверженных членов общности, весьма сходных с
люмпен-пролетариатом, о которых писал К. Маркс.
Надо отметить не только значение исследования Уорнера для выяснения
основ и сути стратификационной системы, но и ту роль, которую он сыграл в
разработке и применении метода "оценки репутации", до настоящего времени
применяемого в эмпирической социологии при изучении социальной стратификации.
Помимо Уорнера, другие исследователи стратификации сосредоточили свое
внимание на анализе оценок престижа. При этом сам престиж они характеризовали на основе отношения людей к определенным профессиям. Так, Д.
Дж. Трейман, проанализировав 85 научных работ ученых из 53 стран о профессиональном престиже, в 1977 г. сделал вывод, что оценки престижа очень похожи во всем мире. На основе этого анализа он разработал теорию, объясняющую,
почему оценки профессионального престижа так сходны в различных странах.
Теория Треймана состоит из четырех главных положений. Первое связано
с тем, что основные потребности людей (в еде, одежде и крове) одинаковы во
70
71
Смелзер Н. Дж. Социология. С. 86 – 96.
Там же. С. 94.
46
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
всех обществах. Кроме того, для жизни в современных обществах необходимы
орудия труда, оружие, политические и военные организации. Во всем мире
проблемы, связанные с производством этих вещей, довольно сходны. В результате во всех обществах существует примерно одинаковое разделение труда.
Второе положение теории Треймана заключается в том, что в условиях
специализированного разделения труда некоторые люди в большей мере владеют материальными ресурсами и контролируют их использование, чем другие.
Иначе говоря, в результате специализированного разделения труда складываются различные степени власти: врачи имеют более высокую квалификацию и
обладают большей властью, чем рабочие на сборочном конвейере; кроме того,
они получают более высокую зарплату и владеют большей собственностью.
Третье положение теории предусматривает привилегии для тех, кто имеет
власть в любом обществе. Люди, занимающие высокое положение, часто имеют
политическое влияние, которое они могут использовать.
Четвертое и последнее положение теории Треймана является следствием
трех предыдущих. Поскольку власть и привилегии всюду ценятся, то и связанные с ними профессии во всех обществах считаются престижными.
Как видим, в данной теории сочетаются элементы нескольких изложенных
ранее теорий. Так же, как и в теориях Дэвиса и Мура, в ней сделан упор на различные степени важности разных профессий: здесь же нашла отражение и точка зрения К. Маркса, подчеркивавшего роль разделения труда. Исследуя соотношение между властью, привилегиями и престижем, Трейман использует и
некоторые аспекты теории "репутации" Уорнера.
Единственный элемент основ стратификации, который Трейману не удалось объяснить, – это вопрос о том, каким образом группы, имеющие власть,
способны сохранять свои преимущества.
Оценивая роль данных теорий в выяснении основ стратификации, отмечая
их единую отправную точку – социальное неравенство и подчеркивая его различное толкование, Н. Смелзер делает вывод о том, что эти теории не являются
взаимоисключающими и в любом данном обществе система стратификации
вполне может складываться на основе сочетания этих разных социальных сил 72.
При этом, говоря о неравенстве и стратификации, проводя между ними взаимозависимости, Смелзер пишет, что неравенство – это условия, при которых люди
имеют неравный доступ к таким социальным благам, как деньги, власть и престиж.
Стратификация связана со способами, на основе которых неравенство очевидно передается от одного поколения к другому, при этом формируются различные слои общества. Исходя из такого понимания неравенства и основ стратификации, Н. Смелзер объясняет происхождение, существование и функционирование классов. В частности, он отмечает, что класс обусловлен существованием социальных групп, имеющих неравный доступ к богатству, власти и неодинаковый престиж; на основе занимаемого положения в обществе иногда они
становятся влиятельными политическими группами.
72
Смелзер Н. Дж. Социология // Социс. 1992. № 4. С. 88.
47
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Другой попыткой совмещения функционального и конфликтного направлений в объяснении основ социальной стратификации была теория
Р. Коллинза73. Он, несмотря на то, что являлся представителем конфликтного
направления, постарался увидеть в функционализме положительные моменты,
которые отражают реальный социальный механизм и могут плодотворно дополнить социологию конфликта. В результате основу его стратификации составляет переплетение рынка (атрибута функциональных моделей) и власти
(атрибута конфликтных моделей).
В структурно-функциональном анализе социальные отношения уподобляются рыночным. Индивиды предлагают социально полезные услуги. Те услуги,
которые наиболее значимы для общества и требуют наибольшей квалификации,
соответственно высоко награждаются. Однако на практике это происходит не
всегда. С целью преодоления слабостей рыночной модели Р. Коллинз дополняет ее существенными элементами социологии конфликта. Он отмечает, что у
функционалистов все в конечном счете упирается в ценности: функции, наиболее нужные для общества. Дело же состоит в том, что на рынке, имеющем тенденцию к выравниванию доходов, действуют противоположные факторы, ведущие к неравенству.
Жизнь конфликтна по своей природе. Люди, которые борются упорнее,
получают больше благ. Усилия в борьбе направлены отнюдь не обязательно на
удовлетворение потребностей других людей. Главное усилие, подчеркивает
Р. Коллинз, обычно направлено на то, чтобы не дать оппонентам возможности
конкурировать на равных. Одним из средств достижения этой цели является
мобилизация. В результате таких коррективов Коллинз проводит интеграцию
функциональной теории в социологию конфликта и делает вывод о том, что
"рыночная модель может теперь рассматриваться как специальный случай более общей конфликтной модели" 74.
Распределение богатства выступает как функция объема богатства и организации власти в этом обществе. Власть прямо или косвенно влияет на процесс
распределения. В первом случае это происходит в результате присвоения товаров и услуг, во втором - посредством лимитирования доступа к рынку.
В доиндустриальных, а также индустриальных обществах социалистического типа распределение дохода и богатства тесно коррелируется с распределением политической власти. Чем больше централизация государственного аппарата, тем больше концентрация организации власти, тем больше концентрация богатства и доходов. В то же время чем больше людей задействовано в государственных структурах, тем больше распыление богатства.
Внутри организаций действует другая схема причинности: наибольший
доход идет к тому, у кого наибольшая политическая власть; происходит борьба
за власть, важнейшим следствием которой является получаемое жалованье. Как
только создается организация, ее члены делятся организаторами на две группы:
группа, которой уступается часть власти, чтобы иметь союзников в контроле
73
74
Ильин В.И. Указ. соч. С. 111 – 113.
Там же. С. 113.
48
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
над другими, и группа, которую организаторы стремятся держать как можно
более безвластной, чтобы они пребывали в чистой рыночной ситуации и несли
все ее издержки.
Как совершенно верно отмечает Р. Коллинз, различия между теми, кто получает зарплату, отражают это деление. Группы, которые получают максимальный доход, – это те, кто устраняет себя с рынка и ставит своих подчиненных, конкурирующих в борьбе за долю общего дохода организации, в максимальной степени в рыночную ситуацию.
Стратификация и, следовательно, конфликт, отмечает Р. Коллинз, изменяют место не только по линии "административный класс" – рабочий класс, но и
внутри каждого из них. Среди служащих происходит размежевание и конфликт
между специалистами и управленцами в рабочем классе – между этническими
и расовыми группами. Расовая сегрегация и контроль над иммиграцией выступают как тактика рабочих, пытающихся в своих интересах контролировать рыночную ситуацию.
По мнению многих авторов, в современных промышленных обществах социальное неравенство выражается через профессиональную структуру, так как
вид (тип) работы человека определяет в широком смысле его "стоимостные ресурсы", такие, как богатство, престиж и власть. Отсюда – соответствующие
подходы к стратификационной системе общества. Так, Ф.Л. Джонс пишет, что
профессиональная занятость – точка опоры этих стратификационных систем. В
связи с этим автор подчеркивает, что изучение системы профессиональной занятости – важная предпосылка понимания природы стратификации в промышленном обществе.
Занимаясь проблемой неравенства и его социальным следствием – социальной дифференциацией общества, П. Сорокин ввел в научный оборот несколько понятий, необходимых для объяснения основ стратификационной системы. В частности, он говорит об "элементарных группах": "Под элементарными группами или простым коллективным единством я понимаю реальную, а не
мнимую совокупность лиц, объединенных в одно взаимодействующее целое
каким-либо одним признаком, достаточно ясным и определенным, не сводимым на другие признаки. Такова, например, группа лиц, объединенных в одно
целое сходными религиозными верованиями, или сходной профессией, или
принадлежностью к одному полу, или к одному возрасту, или к одному государству, или к одному языку. Каждая такая взаимодействующая группа, составленная из лиц, сходных в одном каком-либо отношении, в силу этого сходства считающих себя сродными, имеющими общие интересы в данном отношении, составит элементарное коллективное единство или элементарную социальную группировку: религиозную (единоверующие), профессиональную (профессиональная группа), однополовую, одновозрастную, одногосударственную
и т.д." 75. Иными словами, элементарная группа – это совокупность взаимодействующих лиц, сходных в одном каком-либо отношении.
75
Сорокин П.А. Система социологии. М., 1993. Т. 2. С. 65.
49
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Далее П. Сорокин, раскрывая смысл и значение элементарности сходного
признака, делает вывод, что одни из элементарных признаков сходства нейтральны и не вызывают образования из сходных в этом отношении человеческих единиц социальной группы; другие, напротив, не нейтральны, а действенны: сходство в отношении их вызывает группировку индивидов в одно реальное целое.
Путем наблюдения подлинной картины социального расслоения Сорокин
определяет 13 признаков, на основе которых выводит элементарные группы. "...
к числу важнейших (т.е. наиболее могущественных) элементарных групп, на
которые расслаивается современное население "культурных стран", относятся
следующие группировки: расовая, половая, возрастная, по семейной принадлежности, по государственной принадлежности, языковая, профессиональная,
имущественная, объемно-правовая, территориальная, религиозная, партийная,
психоидеологическая" 76. При этом П. Сорокин отмечает, что «указанный перечень основных элементарных групп или линий социального расслоения такой, а
не иной потому, что такова социальная действительность, потому что таковы
реальные, а не мнимые, не "методологические" группировки людей в обусловливающие их поведение коллективы» 77.
Среди выделенных элементарных социальных групп Сорокин различает закрытые, открытые и промежуточные. Под закрытыми группами автор понимает
такие, принадлежность к которым не зависит от воли индивида. Замкнутость, закрытость группы может быть вызвана как биологическими условиями, так и социальными отношениями. Все эти закрытые и полузакрытые группы характеризуются тем, что свободная диффузия и циркуляция индивидов не в пространственном смысле, а в смысле перемены принадлежности к ним и вытекающих отсюда взаимоотношений из одной закрытой группы в другую аналогичную или
невозможно или затруднено до чрезвычайности.
Далее П. Сорокин пишет: «Под открытыми группами я разумею те, принадлежность к которым зависит от воли индивидов, вход и выход из которых
свободны". "Примером таких групп могут служить многие "общества любителей" (научные, художественные, филантропические, спортсменские и т.п.), политические партии и т.д. Участие в них – дело желания»78. Между закрытыми и
открытыми группами размещается множество промежуточных форм, одни из
которых приближаются к закрытым, другие – к открытым. При этом автор подчеркивает, что принадлежность различных конкретных группировок к тому или
иному типу – явление исторически изменчивое.
Данный критерий позволил автору распределить элементарные группы
следующим образом. К числу закрытых из выделенных элементарных групп
современного населения "культурных" стран он отнес расовую, половую и возрастную. Относительно открытые группы составляют партийная и ряд группи-
Там же. С. 88.
Там же. С. 91.
78
Сорокин П.А. Указ. соч. С. 93.
76
77
50
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ровок психического (идеологического, чувственно-эмоционального и волевого)
характера.
В промежуточные группы с приближением то к закрытым, то к открытым
входят семейная, государственная, языковая, профессиональная, имущественная, территориальная, религиозная и объемно-правовая группировки.
В ходе своего исследования П. Сорокин на большом историческом материале показал, "что эти группировки действительно удовлетворяют очерченным критериям могущественных групп, что они действительно оказывают давление на ход общественных процессов и влияют на судьбу населения вообще,
что они не совпадают друг с другом, что они представляют важнейшие координаты, определяющие поведение и социальную физиономию индивида; что они
действительно достаточно четки и определенны..." 79.
Далее Сорокин говорит о кумулятивных социальных группах, под которыми он понимает совокупность взаимодействующих сил, связанных в одно взаимодействующее целое не одним, а двумя, тремя или рядом сходных элементарных признаков. Приводя пример кумулятивной группы, П. Сорокин пишет: "Так,
одна и та же группа лиц может принадлежать не только к одной религии, но и к
одному государству, и к одной профессии. Следовательно, такая группа лиц
представляет из себя кумулятивную, религиозно-+государственно+профессиональную группировку (например, рабочие одной профессии+православные+русские). Она объединена не одной, а тремя скумулировавшимися
связями, поэтому она не элементарная, а сложная социальная группа"80.
История развития человеческого общества знает достаточно много примеров кумулятивных социальных групп: сословия и касты, классы, неклассные
многомерные социальные общности (слои, социально-территориальные общности и т.д.). П. Сорокин классифицирует кумулятивные группы "в зависимости
от свойств образующих их элементарных группировок, а именно: 1) в зависимости от числа последних (кумуляции: двойные, тройные и т.д.), 2) в зависимости от их характера: государственно+религиозная; партийно+профессиональная; обделенно+половая и другие кумулятивные группы: открытые и закрытые, нормальные-сродственные, ненормальные-несродственные, антагонистические и солидаристические, типичные и нетипичные, могущественные и
немогущественные" 81.
Кумуляция элементарных группировок может быть или солидарная, или
антагонистическая, или нейтральная. Под солидарной П. Сорокин понимает такую кумуляцию элементарных группировок, в которой все они дают своим
членам императивы поведения, согласные друг с другом, толкающие их в одном и том же направлении. Во второй группировке императивы поведения кумулирующихся группировок друг другу противоречат. Третью составляют такие императивы поведения, которые нейтральны: и не солидарны, и не антагонистичны.
Там же. С. 92, 104 – 296.
Сорокин П.А. Указ. соч. С. 65.
81
Там же. С. 298.
79
80
51
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Таким образом, изучение теоретических основ исследования стратификационной системы общества позволит выявить общую исходную точку ее анализа – существование естественного и социального неравенства между людьми.
Различное толкование неравенства, его сути и происхождения привело к построению разных теорий социальной стратификации.
В истории социологической мысли в основном сформировались два подхода к исследуемой системе: функционалистский и конфликтный. Социальная
практика, усложнение социальной дифференциации с необходимостью требуют
совмещения данных подходов при исследовании стратификационных систем
современных обществ.
Более того, изучение стратификационной системы как основы для развития системы социальной работы требует единой методологии ее рассмотрения,
унификации базовых понятий. С нашей точки зрения, решению данной теоретической задачи как раз и способствует учение П. Сорокина об элементарных и
кумулятивных социальных группах.
Многообразие теоретических трактовок неравенства как основы социальной дифференциации общества с неизбежностью приводит к обоснованию, построению и существованию различных типов, видов и моделей стратификационных систем. В связи с этим необходимо рассмотреть принципы их построения, описать наиболее распространенные, произвести отбор более значимых с
точки зрения целей и задач нашего исследования.
Самыми распространенными типами являются одномерная и многомерная
стратификационные системы. Одномерная стратификация строится на основе
какого-либо одного признака неравенства. Этим признаком может быть пол,
возраст, национальность и т.д. Примером одномерной стратификации является
классификация населения, предложенная еще в 1900 г. Майо-Смитом. В частности, он пишет: "Само по себе понятие населения слишком общее и не далеко
уведет нас в описании социальной организации. Необходимо сразу приступить
к его классификации"82.
Майо-Смит предлагает различать: 1) демографические классы. Индивидуумы, из которых состоит население, которые различаются по полу, возрасту,
семейному положению и физическому здоровью; 2) социальные классы. Они
могут быть дифференцированы сообразно религиозному исповеданию, экономическому положению (пауперы), степени образования (безграмотные), этическому поведению (преступники), занятию (профессиональные классы) или общественному положению (высшие и низшие классы); 3) этнографические классы. Люди различаются по расе, крови и национальности.
Таким образом, Майо-Смит различает группировки по 13 признакам: по
полу, возрасту, семейной принадлежности, степени здоровья, религиозную, по
богатству, образованию, моральности, профессии, правовой привилегированности и обделенности, расе, крови, национальности. Другой исследователь, Майер, в эти же годы группирует население по полу, возрасту, по продолжительности жизни, по физическим недостаткам, семейному состоянию, вероисповеда82
Цит. по: Сорокин П.А. Указ. соч. С. 28.
52
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нию, национальным и племенным различиям, по месту рождения, оседлости,
грамотности, по профессии, по преступности.
Примеров одномерных стратификаций можно привести немало. Для нас
здесь важно не их количество и качество критериев, а общий принцип построения. Значение (как теоретическое, так и практическое) построения одномерных
стратификационных систем весьма велико. По мнению В. Ильина, "именно одномерная стратификация позволяет увидеть объективную основу рациональнопротиворечивого поведения людей, преследующих одновременно свои интересы
в качестве членов разных групп (профессиональных, возрастных и т.д.)"83. Одномерная стратификация при всей своей объемности позволяет воспроизвести
систему реальных социальных отношений, при которой человек одновременно
входит в разные элементарные группы и, соответственно, имеет набор достаточно противоречивых интересов.
Таким образом, если рассматривать общество с позиций одного вида социального неравенства, то можно прийти к унитарной модели стратификации.
Однако в сложном, достаточно индустриализированном обществе, как правило,
существует несколько хорошо скоординированных стратификационных субсистем, основанных на различных критериях (например, стратификация по
принадлежности к экономическому классу может сосуществовать со стратификацией по полу, возрасту, социальному происхождению и т.д.).
В связи с этим одномерная стратификация – это лишь первый шаг в исследовании структуры общества. Следующим шагом является построение многомерной стратификации, позволяющей выделить устойчивые общности людей,
имеющих целый набор общих признаков. Традиционно основой стратификационного деления современного общества выступают класс, статус и власть. В
соответствии с этим различают следующие виды многомерных стратификаций:
классовую, статусную и властную.
Для раскрытия сути названных видов необходимо определить содержание
всех трех названных категорий. Понятие "класс" генетически является самым
древним. Однако этот факт отнюдь не умаляет его места и роли в современной
мировой социологии. Наоборот, разнообразие содержания данного понятия,
частое функциональное использование скорее говорят о возрастании его значимости.
Анализ понятия "класс" осуществлен многими учеными: экономистами,
социологами, политологами. Интересен подход, который отмечает разнообразие критериев выделения классов в теории мировой науки, отсутствие его точного определения, включение в категорию "класс" самых разнородных по своему составу и строению групп.
П. Сорокин предлагает определить класс как кумулятивную, нормальную,
солидарную, полузакрытую, но с приближением к открытой, типичную для нашего времени группу, составленную из кумуляции трех основных группировок:
1) профессиональной, 2) имущественной и 3) объемно-правовой 84. "Совокуп83
84
Ильин В.И. Указ. соч. С. 43.
Сорокин П.А. Указ. соч. С. 51.
53
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ность лиц, сходных по профессии, по имущественному положению, по объему
прав, а следовательно, имеющих тождественные непрофессионально + социально-правовые интересы, составит класс" 85, - считает он.
При этом Сорокин отмечает влияние исторической действительности как
на само явление "класс", так и на его определение, что позволяет вычленить его
конкретные, типичные, социальные виды. К фундаментальным скумулировавшимся группировкам обычно присоединяется ряд других (не необходимых и
без первых недостаточных) для образования класса. Сходство профессии, обеспеченности и прав влечет за собой обычно сходство образовательного уровня,
вкусов, интересов, убеждений, симпатий, поведения и всего образа жизни одноклассовых лиц.
В соответствии с точкой зрения П. Сорокина на сущность класса, в конкретном обществе можно выделить большое количество классов, а можно всего
два-три основных класса и затем делить их на подклассы, семейства, роды, виды и подвиды. При этом существенно важным будет учет всех трех признаков
группировки. Отсюда вопрос о числе классов для различных стран и эпох может получить разные решения.
Таким образом, использование в качестве основы многомерной стратификации понятия "класс" позволяет выделить самые разнообразные ее модели, отличающиеся друг от друга прежде всего количеством классов, реально существующих в данных обществах.
В истории социологической науки традиционно использовались двух- и
трехклассовые модели. Начиная с Платона и практически до последнего времени выделялись богатые и бедные, угнетаемые и угнетающие, буржуазия и народ, владеющие и невладеющие, капиталисты и рабочие и т.д.
Аналогично общество делилось на классы собственников, предпринимателей и рабочих; привилегированных, буржуазию и народную массу (низших);
землевладельцев, капиталистов и рабочих; высший, средний и рабочий классы
и т.д.
П. Сорокин, анализируя социальную стратификацию России в начале
XX в., использовал четырехклассовую модель. В частности, он выделял: 1)
класс трудовых крестьян (профессия – обработка земли физическим трудом,
объем прав – обделенный, имущественное положение - относительно бедное);
2) класс пролетариата (профессия – наемные рабочие, работающие в торговопромышленных предприятиях, существующие продажей физического труда,
объем прав – обделенный, но иной, чем у крестьян, имущественное положение – бедное, но эта бедность и количественно, и качественно отлична от крестьянской); 3) класс землевладельцев (профессия – помещики, живущие земельной рентой, выполняющие главным образом интеллектуальноправительственные функции, или праздные люди, объем прав – привилегированный, имущественное положение – богатые по сравнению с пролетариатом и
крестьянами); 4) класс капиталистов (профессия – представители промышлен-
85
Там же. С. 57.
54
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ного, торгового и финансового капитала, объем прав – привилегированный, но
иной, чем у землевладельцев, имущественное положение – богатые).
Австралийский ученый К. Чемберлен, также используя четырехклассовую
модель, выделяет верхний класс (крупные фермеры и предприниматели), верхний средний класс (высшее и среднее звено управленческого персонала, специалисты высокой квалификации, в том числе и преподаватели университетов и институтов); средний класс (низшее звено управленческого персонала, торговоконторские работники, индивидуальные предприниматели); рабочий класс (квалифицированные и неквалифицированные рабочие, а также низшие категории
"белых воротничков" – портье, операторы, почтальоны и т.п.)86.
В свое время М. Вебер при описании капиталистического общества использовал пятиклассовую модель стратификации. В частности, он выделял: 1)
рабочий класс, лишенный собственности, который предлагает на рынке свои
услуги и дифференцируется по уровню классификации; 2) мелкую буржуазию –
класс мелких бизнесменов и торговцев; 3) лишенные собственности "белые воротнички" – технических специалистов и интеллигенцию; 4) администраторов и
менеджеров; 5) собственников, стремящихся через образование к тем преимуществам, которыми владеют интеллектуалы. Среди собственников Вебер выделяет два субкласса: а) "класс собственников", т.е. тех, кто получает ренту от
владения землей, шахтами и т.п.; б) "коммерческий класс", т.е. предпринимателей.
М. Веберу принадлежит идея "среднего класса", которая в настоящее время получила широкое распространение в социологии. В соответствии с его теорией, собственники – это "позитивно привилегированный" класс. На другом
полюсе – "негативно привилегированный" класс; в него он включает тех, кто не
имеет ни собственности, ни квалификации, которые можно предложить на
рынке. Это люмпен-пролетариат. Между двумя полюсами находится целый
спектр так называемых "средних классов", которые состоят как из мелких собственников, так и из людей, способных предложить на рынке свои навыки и
умения (чиновники, ремесленники, крестьяне).
Отождествление классовой ситуации с рыночной ведет к тому, что возникает столько классовых граней, сколько имеется оттенков экономических позиций. Исходя из этого мы видим, что использование веберовского понятия
"средний класс" приводит к построению огромного числа классовых моделей
стратификационных систем. В современной американской социологии широко
распространены пяти- и шестиклассовые модели.
Так, Д. Россидес в книге "Американская классовая система" выделяет пять
классов. Первый он называет "стабильной вершиной" (1 – 3% населения). Для
его представителей характерны собственность и контроль за предприятиями,
воспроизводство богатства. "Второй класс" (10 – 15%) – "высший средний" –
составляют управляющие и специалисты, их побудительные мотивы – бизнес и
карьера. Далее идет "низший средний класс" (30 – 35%) – масса самых разнообТерехова О.В. "Счастливая страна" в поисках социального самопознания. М., 1991.
С. 8 – 10.
86
55
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
разных по объективным социальным критериям лиц: мелкие бизнесмены, "полупрофессионалы" (учителя, медсестры), мелкие чиновники, торговые и конторские служащие, средние управляющие в частных фирмах и государственных
учреждениях. Следующий, "четвертый класс" – рабочий (40 – 45%). Автор
отождествляет его с "синими воротничками", состоящими из высоко-, полу- и
неквалифицированных работников физического рутинного труда. И наконец,
пятый – "низший класс" – постоянные безработные, бедняки пожилого возраста, хронические больные. По оценке Д. Россидеса, "низший" класс весьма многочислен – 20 – 25% населения.
Другой американский ученый, Р. Ротмэн, в своей монографии "Неравенство и стратификация в Соединенных Штатах" делит общество на шесть классов:
"высший" – 1 – 2% в населении страны; "высший средний" – 5 – 10%; "предприниматели" – 5 – 10%; "низший средний" – 20 – 25%: "рабочий класс" – 50 –
60%; "низший класс" – 10 – 15%. Он подробно описывает каждый из названных
классов (их состав, особенности жизненного стиля и т.д.), а также показывает
специфику политического поведения 87.
Австралийский социолог С. Энцель, тяготея к американской школе, а также учитывая особенности своей страны, дифференцирует общество на верхний
средний класс (управляющие, администраторы, собственники предприятий и
ферм средних размеров); низший средний класс (большинство "белых воротничков", мелкие торговцы, учителя, мелкие фермеры, техники, некоторые квалифицированные рабочие); верхний рабочий класс (квалифицированные рабочие, некоторые техники, "белые воротнички"); низший рабочий класс (неквалифицированные рабочие, сезонные сельскохозяйственные рабочие, прислуга);
угнетенный класс (аборигены, люмпен-пролетариат, хронические больные, безработные, пенсионеры)88.
С нашей точки зрения, стратификационных моделей, основой которых является количество классов, может быть достаточно много. Это может быть обусловлено как уровнем развития конкретного общества, так и пониманием автором содержания понятия "класс", авторским использованием критериев классового деления, целями и задачами исследования.
Вероятно, прав С. Энцель, отмечая, что различные классовые схемы, как
описанные, так и неописанные, указывают на широкое различие концептуальных схем социальной дифференциации.
Использование классового критерия позволяет построить и другую разновидность моделей стратификации. Их основу будет составлять не количество, а
соотношение классов и особенности их взаимодействия. Так, например, в австралийской социологии широкое распространение получили стратификационные модели: конфликтная, композиционная и иерархическая.
Конфликтная модель, наиболее распространенная, исходит из наличия
верхнего, среднего и рабочего классов. Иногда она дополняется "люмпенМельников А.Н. Американцы: социальный портрет: новые явления в классовой
структуре США. М., 1987. С. 18 – 19.
88
Терехова О.В. Указ. соч. С. 34.
87
56
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
пролетариатом". Иерархическая модель включает в себя богатых, средних, бедных, каждый из которых, в свою очередь, делится на "верхний, средний и нижний" классы.
Для оценки социальной дифференциации современного общества используются все три модели (как в отдельности, так и в совокупности). При этом дополнительно вводятся такие модификации моделей, как престижноиерархическая и комплексно-композиционная.
Следующей основой многомерных стратификационных систем выступает
понятие "статус". "Статус, – пишет Н. Смелзер, – это позиция человека в обществе с определенными правами и обязанностями. Люди могут иметь несколько
статусов, но лишь один из них, известный как главный (основной) статус, определяет положение человека в обществе. Статус, полученный от рождения, называется предписанным; статус, основанный на том, что человек сделал сам,
называется достигнутым статусом"89.
Особенно сильное влияние на развитие теории социальной стратификации
оказала концепция статуса М. Вебера. Понятие статуса и статусной группы
М. Вебер ввел в противовес чисто классовому анализу, в особенности тезису
К. Маркса о классовой поляризации. В частности, он писал: "Классы выделяются в соответствии с их отношением к производству и приобретению товаров, в
то время как статусные группы выделяются в соответствии с их принципами
потребления товаров, представленных в особых стилях жизни" 90. Показателем
статуса является социальный престиж, вытекающий из стиля жизни. Особое
значение для статуса имеет образование, определяющее поведение в сфере
культуры.
Статусные группы относительно независимы от классов: собственники и
люди, не имеющие собственности, могут находиться в одной статусной группе.
Конечно, корреляция между ними есть: стиль жизни зависит от материального
благосостояния, образование определяется доходами семьи и т.д.
М. Вебер выделял статусные группы двоякого рода: внутри социальных
классов и включающие представителей различных классов. Статусные группы
первого типа практически связаны с внутриклассовыми слоями, которые довольно широко анализировались в классическом марксизме (рабочая аристократия, люмпен-пролетариат, мелкая, средняя и крупная буржуазия). Статусные
группы второго типа не связаны с разделением труда и классообразуюшими
признаками. Это своего рода моральные, коммунальные общности. Отсюда –
иные принципы построения статусной иерархии. Одними из важнейших критериев выделения статусных групп являются: почет, стиль жизни. Статусных
групп в любом обществе можно выделить немало. Как правило, они объединены общим стилем жизни и принятыми формами, знаками, символами (такими,
как, например, одежда, совместное поведение и т.д.). Символы, качество и достоинство, которые конституируют социальный статус, согласуются с честностью и престижем. Результирующая иерархия формирует статусную систему. В
89
90
Смелзер Н. Дж. Социология. С. 120.
Ильин В.И. Указ. соч. С. 47.
57
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
противоположность классу статусные группы – это обычно небольшие сообщества.
В процессе формирования статусных групп выделяют социальные или физические атрибуты в качестве критериев избранности. Вебер отмечал, что почти
любая характеристика может служить цели идентификации своих и исключения чужих. Наиболее радикальное средство - определенное происхождение,
трактуемое как благородная родословная. Наиболее утонченным инструментом
для контроля за доступом в избранные круги Вебер считал систему образования. Диплом и аттестат являются весьма эффективным средством для сохранения социальных перегородок.
В современной социологии также получили распространение многомерные
слоевые модели стратификационных систем, основанные на диаде "статус –
власть". Первую попытку применить такую модель к советскому обществу сделал в 1968 г. Р. Вартанов91. Слоевые аспекты социальной структуры исследовались также в работах О. Шкаратана92. В 1984 г. Т. Келеши для венгерского общества предложил стратификационную модель, включающую 13 иерархически
расположенных слоев. Правда, позднее он стал считать, что на практике возможно и необходимо сочетать классовый анализ с иными моделями. В частности, он писал, что "разнообразные классовые модели не смогут удовлетворительно объяснить разницу в жизненном уровне, а любые модели стратификации
окажутся малопригодными для выяснения механизма функционирования общества".
В свое время ряд зарубежных исследователей также пытались при помощи
слоевых моделей описать советское общество. Так, известный английский советолог Д. Лэйн выделил девять слоев: руководящие политические деятели;
высшая творческая интеллигенция; техническая и академическая интеллигенция; инженерно-технический, управленческий персонал; квалифицированные
работники умственного труда; неквалифицированные работники умственного
труда; квалифицированные сельскохозяйственные работники: неквалифицированные работники физического труда; колхозники 93.
Другой социолог, А. Инкельс, нарисовал картину социальной стратификации тотализированного российского общества 94. У него первый слой составляла
правящая элита (руководители партии и правительства, верхушка военных,
высшие чиновники). Второй слой – это интеллигенция (выдающиеся ученые,
деятели литературы и искусства). По материальному уровню и привилегиям
они примыкают к первому слою, хотя между ними существовала значительная
дистанция по шкале власти. Третий слой представлен аристократией рабочего
Вартанов Р.Г. Классы или основные слои? // Проблемы изменения социальной структуры советского общества. М., 1968. С. 59 – 63.
92
Этносоциальные проблемы города. М., 1968. С. 23 – 29.
93
Региональные проблемы социальной мобильности / Отв. ред. Ф.Р. Филиппов. М.,
1992. С. 103 – 119.
94
Комаров М.С. Социальная стратификация и социальная структура // Социс. 1992.
№ 7. С. 7 – 24.
91
58
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
класса – ударниками труда, получавшими большую зарплату, имевшими особые условия труда и быта, пользовавшимися высоким престижем в обществе.
Четвертый слой – интеллигенция, в которую Инкельс включил управление
среднего звена и руководителей небольших предприятий, а также работников
высшей школы, дипломированных специалистов и офицеров. Пятый слой – это
"белые воротнички": мелкие управленцы, бухгалтеры, рядовые канцелярские работники и служащие. Уровень престижа данного слоя объяснялся тем, что занятие подобных должностей требовало значительной степени грамотности и образования.
По терминологии А. Инкельса, шестой слой составили "преуспевающие
крестьяне" – работники передовых колхозов и совхозов. Седьмой слой состоял
из самого многочисленного отряда средне- и малоквалифицированных рабочих,
условия жизни и уровень материального благосостояния которых были очень
скромными. Затем идет "средний слой крестьянства", уровень материального
обеспечения которого, однако, был весьма скромный. Одинаковый ранг с ним
имели малоквалифицированные городские рабочие с минимальным образованием, занимавшиеся тяжелым физическим трудом и получавшие мизерную
зарплату. Последнее место в своей стратификации Инкельс отвел тем, кто находился в трудовых лагерях.
Как видим, в данной модели автор отразил две основные характеристики
развития конкретного общества: его индустриализацию и характер идеологии и
политической власти. По сути, господствующая идеология и олицетворяющие
ее властные структуры акцентировали внимание на деятельности тех социальных трупп, которые в наибольшей мере выражали официальные ценности. В то
же время они выполняли лидирующую идеологическую и экономическую роль.
Представители элитных групп не только получали максимальный объем привилегий, относились к материально обеспеченным слоям, но и имели наиболее
высокий уровень престижа.
Свой подход к властной стратификации в системе советского типа предложил В. Радаев. В частности, автор отмечал, что основным критерием социальной дифференциации данного общества является распределение власти 95. В
обществе советского типа, считает он, где собственность и право подавлены
властью, экономические законы не действуют как таковые. Власть осуществляется "в чистом виде" как прямой контроль над всеми ресурсами общества. Исходя из этого автор представляет данное общество как систему властных иерархий, место социального субъекта в которой в значительной мере определяют
условия труда, доступ к информации, возможность контроля над государственной собственностью и уровень материального благосостояния.
В данной системе В. Радаев выделяет три типа властных иерархий: иерархию социальных слоев (не реальные, а номинальные группы, общность положения членов); иерархию социальных институтов (как коллективные субъекты)
и иерархию внутри корпораций. Первый тип властной иерархии формируется
Радаев В.В. Властная стратификация в системе советского типа // Рубеж: Альманах
социологических исследований. 1991. № 1. С. 117 – 147.
95
59
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
как иерархия социально-профессиональных групп. В условиях государственного социума он представлен правящими слоями (номенклатурой высшего и
среднего звена, политическим руководством, управленцами, хозяйственными
руководителями, рядовыми исполнителями).
Второй тип представлен иерархией корпоративных институтов., в которой
соблюдается принцип вертикального подчинения, т.е. высшие по рангу институты выступают по отношению к нижестоящим в качестве монопольных распорядителей. По мнению автора, данную иерархию составляли четыре основных
компонента: а) иерархия партийных органов: от Политбюро ЦК КПСС и самого
ЦК до обкомов и райкомов и далее до первичных парторганизаций; б) иерархия
административных и хозяйственных структур: от правительства, отраслевых
министерств и госкомитетов до производственных объединений и предприятий;
в) иерархия Советов народных депутатов и их исполкомов; г) иерархия официально утвержденных общественных организаций: профсоюзы, комсомол, творческие союзы и т.д.96 Все перечисленные иерархии корпоративных институтов,
их наложение друг на друга обеспечивали тотальный контроль в обществе.
Третий тип властных структур был представлен иерархией внутри корпораций, основными компонентами которой являлись: управляющий слой; полноправные исполнители и депривилегированные исполнители. При этом автор
подчеркивает, что данная властная иерархия характерна для любой корпорации.
Наряду с описанными, в современной социологии имеют место и так называемые макромодели социальной стратификации, в которых используются все
три понятия и критерия (класс, статус и власть), что обусловлено их тесным переплетением в современном обществе. По сути, это те, кто имеет власть, развивает систему идеологических ценностей, обеспечивающую поддержку их позиции в таких статусных характеристиках, как профессия, доход, образование,
даже деторождение. Они, как правило, навязывают свои идеалы представителям других статусных групп, подтверждая тем самым мысль К. Маркса о том,
что "идеи правящего класса – правящие идеи" 97.
Особенно тесно взаимосвязаны класс, статус и власть в профессиях. Имеет
место высокая степень корреляции с доходом, образованием и профессиональным престижем. Здесь же отмечается различная значимость признаков социальной дифференциации (профессия, собственность и контроль, образование и
религия, социальная роль, национальность, семья, пол, возраст). В современных
обществах достаточно сложно и неясно происходит взаимодействие класса,
статуса и власти. Отсюда вытекает задача анализа их характерных признаков, в
той или иной мере присущих всем трем критериям стратификационного деления.
Многообразие существующих типов, видов и моделей стратификационных
систем приводит к построению ее различных форм. Традиционно в социологическом анализе стратификационных систем использовались аналогии с такими
геометрическими фигурами, как конус, пирамида, трапеция. При этом, при рас96
97
Радаев В.В. Указ. соч. С. 117 – 147.
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 23.
60
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
смотрении стратификации конкретных обществ, говорилось о различных модификациях и структурных изменениях названных фигур (усеченный или вытянутый конус, пирамида с широким основанием и т.д.).
Примером другого, на наш взгляд классического, подхода к данному вопросу является теория П. Сорокина, который все многообразие стратификационных систем свел к трем основным формам: экономической, политической и
профессиональной. Выделяя названные формы исследуемой системы,
П. Сорокин говорит о необходимости их количественного и качественного анализа. Под количественным анализом социальной стратификации он понимает
высоту и профиль всего "социального здания". Предметом качественного анализа является его внутренняя структура, его целостность 98. При этом автор использует следующие понятия: пирамида, флуктуация (подъем или падение
группы, рост или сокращение стратификации внутри самой группы).
Основываясь на таком подходе к анализу любой формы стратификационной системы, Сорокин делает заключение о валидности теории ненаправленного колебания и циклов, независимых от периодичности или случайности самих
колебаний в функционировании указанных систем.
Таким образом, теоретическое исследование стратификационной системы
показывает, что причиной выделения и существования различных ее типов, видов, моделей, а также форм является многообразие трактовок неравенства как
основы социальной дифференциации общества.
В условиях современной России стратификационная система представляет
собой достаточно сложное, дифференцированное образование. На наш взгляд,
именно она служит основой для возникновения и развития субъектов и объектов социальной работы, ее институционализации как системы.
2.2. Диалектика взаимосвязи,
взаимозависимости и взаимообусловленности
стратификационной системы
и системы социальной работы
Институционализация социальной работы как процесс постоянно требует
изучения и анализа всех условий и факторов, способствующих или препятствующих ее осуществлению. Одним из таких условий является все углубляющаяся дифференциация российского общества, постоянное возникновение новых социальных групп и слоев, усложнение их социальных проблем. Именно
эта динамика лежит в основе возникновения и развития субъектов и объектов
социальной работы, определяет их количественные и качественные характеристики, дает возможность прогнозирования, моделирования и планирования
перспективных направлений деятельности по оказанию поддержки населению,
позволяет найти новые методы и технологии работы с ним.
98
Сорокин П.А. Указ. соч. С. 43.
61
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В настоящее время социальная работа выполняет функции помощи лицам,
оказавшимся в сложных жизненных ситуациях. К таковым можно отнести немало различных социально-демографических групп российского общества. Как
правило, все они имеют определенные сходные характеристики: низкий социально-экономический статус, сложные взаимоотношения с социумом, особые
психологические характеристики, слабый уровень адаптации и интеграции, ярко выраженные потребности в помощи и поддержке, реабилитации. Такая ситуация является следствием экономических и политических реформ, наличия
социальных и социально-психологических проблем в российском обществе.
Нехватка всех видов ресурсов не позволяет сегодня социальной работе выполнять ее истинные функции, реализовать в полной мере основополагающие
принципы и ценности.
В идеале социальная работа в обществе призвана не только решать сиюминутные задачи и помогать людям в конкретных сложившихся негативных
ситуациях, но и должна гармонизировать взаимоотношения людей (личностей
друг с другом, личности с группой, личности с обществом и т.д.); а также стимулировать развитие субъектности у индивидов, их социального мышления;
способствовать саморазвитию, самореализации и самоактуализации; помогать
технологизировать процесс жизнедеятельности всех и каждого; оказывать помощь в процессах социальной адаптации и интеграции.
Продвижение социальной работы к своим перспективным целям и задачам
невозможно без учета состава российского общества, его стратификационной
системы и возможных путей ее развития. Данная проблема приобретает еще
большую актуальность в связи с резко возросшим динамизмом и непредсказуемостью социальных процессов, их изменениями и последствиями, происходящими в современном обществе. В этих условиях значительно активизируются
взаимодействия, взаимосвязи и взаимовлияния всех систем общества и их созидателей, акторов или деятельностных субъектов.
Такой подход объективно определяется принципом детерминизма, в основе которого лежит признание универсальной, объективной взаимосвязи и взаимодействия всех вещей и явлений окружающего мира. Причем чем сложнее
система, тем более возрастает вероятностно-статистический характер детерминируемого от детерминирующего. Когда речь идет об обществе, то говорят о
социальной детерминации, суть и особенности которой состоят в том, что в социуме действуют люди, наделенные сознанием и волей, которые в процессе
своей деятельности целесообразно и целенаправленно изменяют окружающий
их мир и себя.
Социальная детерминация осуществляется определенным способом, имеет
свои виды, типы и формы. Так, например, к способам и формам относят конкретные процессы, посредством которых детерминация осуществляется. Исходя из этого, она может быть однозначной и неоднозначной, физической и информационной, материальной и идеальной, внутренней и внешней. Ее виды определяются характером связей, например, причинно-следственные, причиннообусловленные, функциональные, временные, корреляционные, пространственно-географические и др. Виды социальной детерминации могут быть сгруп62
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
пированы в типы: в зависимости от временных отношений выделяются детерминация прошлым, настоящим и будущим.
Специфика социальной детерминации определяет ее сложный, неоднозначный, многовариантный и вероятностный характер. При этом особую роль
играют различные, относительно независимые факторы и условия протекания
данного вида детерминации, которые в каждом конкретном случае сочетаются
по-разному. Они усложняют реальную картину бытия, способствуют диалектике необходимого и случайного, стихийного и сознательного, неоднозначно
влияют на соотношение возможного (желаемого) и действительного. Именно
социальная детерминация объективно требует рассмотрения взаимосвязи,
взаимодействия и взаимовлияния отдельных систем современного российского
общества.
Другое свойство любой системы общества, и системы социальной работы
в том числе, – ее делимость на подсистемы, которые в свою очередь обладают
системными свойствами. Например, можно выделить систему социальной защиты населения, систему пенсионного обеспечения, систему правового обеспечения социальной работы, систему трудоустройства безработных, систему
адаптации и реадаптации бывших военнослужащих, заключенных, жертв экологических катастроф и террористических актов и т.д.
Выделенные два свойства системы социальной работы (целостность как
совокупность конкретных элементов и делимость) интегрируются в ее структурности. Именно структурность позволяет познать всю систему, так как она
выражает способ, закон существования элементов систем. Познать структуру –
значит выявить ее элементы и связать их некоторой закономерной связью.
Надо отметить, что внутренняя структура системы социальной работы постоянно находится в стадии становления: одновременно идет непрерывный
процесс возникновения новых и исчезновения старых структурных образований.
Таким образом, система социальной работы относится к классу открытых,
самоорганизующихся, развивающихся по нелинейным законам сложных систем. Открытая система – это такая система, которая способна постоянно обмениваться веществом (энергией, информацией) и обладает как "источниками" –
зонами подпитки ее энергией окружающей среды, действие которых способствует наращиванию структурной неоднородности данной системы, так и "стоками" – зонами рассеяния, "сброса" энергии, в результате действия которых происходит сглаживание структурных неоднородностей в системе 99.
Нелинейность в синергетике означает многовариантность или альтернативность путей развития и вытекающую отсюда необратимость процессов. Речь
идет о том, что в каждый момент система находится в состоянии развития, или,
по-другому, в точке бифуркации.
Идея самоорганизации в синергетике раскрывается через механизм самопроизвольного возникновения, относительно устойчивого существования и са-
99
Мельников А.Н. Указ. соч. С. 18 – 19.
63
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
моразрушения макроскопических структур, механизм перехода от хаоса к порядку и наоборот100.
Развитие системы социальной работы социально детерминировано, зависит от конкретных условий ее функционирования в обществе. Именно эти условия определяют основные направления социальной работы, диктуют приоритетность решаемых проблем и задач, формируют организационные структуры,
влияют на специфику методов и технологий, ускоряют или замедляют процессы ее институционализации . По сути, социальная детерминация данного вида
системы российского общества определяет характер динамики ее изменений,
скорость обмена информацией с другими системами и уровни их взаимосвязей,
взаимодействия и взаимовлияния.
Однако уже сейчас четко просматривается прямая зависимость количественного и качественного состава субъектов и объектов социальной работы, наличия тех или иных организационных форм ее существования и реализации от
стратификационной системы российского общества.
Система социальной работы социально детерминирована стратификационной, в основе развития которой лежат экономическая и политическая системы,
и напрямую от нее зависит. Тем не менее каждая из систем общества представляет собой целостное образование, обладающее относительной автономией и
собственными уровнями структурной дифференциации. Это открытые сложноорганизованные системы, способные к самоорганизации и саморазвитию. Это
означает, что развитие таких систем обусловлено своими собственными сущностью и законами: факторы изменений находятся внутри них.
Основным источником и принципом развития любой системы является
деятельность, исходящая из самой себя, т.е. деятельность в форме саморазвития. Дальнейшая дифференциация системы, вычленение элементарных, далее
неделимых составляющих приводит к выявлению основных субъектов деятельности, связанных общественными отношениями и использующими материальные и духовные средства деятельности.
Совокупность всех социальных субъектов деятельности можно определить
как стратификационную систему общества. Иначе говоря, ее образуют люди,
социальная деятельность которых обусловливает их определенный социальный
статус, социальные функции (роли) и детерминирована социальными нормами
и ценностями, принятыми в данном обществе, а также индивидуальными качествами личности (потребностями, интересами и ценностными ориентациями,
составляющими мотивационное ядро личности).
Можно утверждать, что стратификация и социальная работа как системы
общества, исходя из принципа социальной детерминации, имеют немало разнообразных видов связей: причинно-следственных, функциональных, связей обусловленности, корреляции, состояний, времени, пространства и т.д.
Во-первых, стратификационная система как система-причина является источником возникновения системы социальной работы, ее объектов и субъектов.
Заславская Т.И. Социальная трансформация российского общества: деятельностноструктурная концепция. М., 2002.
100
64
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Любые изменения в стратификационной системе объективно вызывают трансформации системы социальной работы, качественно изменяют совокупность ее
субъектов и объектов, вносят существенные перемены в их социальную дифференциацию и углубляют ее.
Во-вторых, стратификационная система, выступая в качестве причины, определяет сущность социальной работы как системы-следствия, а также априори
задает ее основные качественные характеристики. Система-следствие (социальная работа) возникает как своего рода отпочкование от системы-причины.
В-третьих, преобразования в системе-причине обусловливают коренные
образования в системе-следствии. Так, изменения в стратификационной системе, ее дифференциация, усложнение состава меняют институты социальной работы, способствуют появлению ее новых объектов (клиентов), увеличивают
число субъектов.
В этих трех моментах и проявляется специфическая ведущая роль системы-причины по отношению к системе-следствию, ее детерминационная активность.
Причинно-следственные взаимосвязи основных систем общественной
жизни обычно представляют собой некоторую устойчивую совокупность зависимостей, имеющую свою качественную завершенность, свой внутренний
ритм, определенную направленность. Они образуют свою специфическую общественную подсистему, своего рода причинно-следственную цепь каких-либо
систем общественной жизни. Эта цепь имеет свое определенное начало, свой
результат и свой упорядоченный механизм внутренних переходов. Более того,
проявление причинно-следственных связей систем в разные исторические периоды характеризуется своими особенностями. Например, система социальной
помощи в России имеет тысячелетнею историю, которая неотделима от экономического состояния производительных сил и производственных отношений на
разных этапах развития общества. Этот процесс постоянно изменялся в культурно-исторической перспективе.
Так, в XIX – XX вв. социальная помощь оказывалась только определенным
социальным группам, существование и возникновение которых отражали происходящие в стране различные социально-исторические процессы и трансформации (миграция, урбанизация, разрушение геополитического пространства и
т.п.). Проблемы социальной помощи рассматривались как результат и следствие истории нравов, поведения, ценностных ориентацией, мотивов, условий
жизни различных групп, в том числе и девиантных.
В первые годы советской власти необходимость социальной помощи и защиты интерпретировалась как результат классового деления общества, последствие классовой борьбы. В условиях социализма вопросы социальной поддержки трактовались исходя из двухклассовой модели общества (рабочий класс и
крестьянство), а также наличия прослойки – интеллигенции. При этом в качестве эталона социального благополучия и защищенности был рабочий класс, а
остальные (крестьянство, интеллигенция и прочие) должны были ориентироваться на него, что составляло суть политики выравнивания заработанной платы, сближения образов жизни и т.д.
65
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В начале 90-х гг. в российском обществе возникла новая профессия – социальный работник и начался активный процесс институционализации социальной работы как системы, основой которого стали существенные изменения в
социальной структуре общества. В стране появились принципиально новые социальные группы населения: безработные, вынужденные мигранты, "профессиональные" нищие, бомжи. Обострились "старые", традиционные социальные
проблемы, возникли новые, ранее неизвестные. Резко снизился уровень жизни
населения в России, особенно сельского. Начался распад института семьи и
брака, упала рождаемость, выросло число преступлений, возникли проблемы
защиты и поддержки наиболее уязвимых слоев населения, необходимость выделения приоритетных слоев населения, которым в первую очередь должна
оказываться поддержка. К их числу были отнесены дети, пенсионеры, инвалиды, беженцы, малоимущие, военнослужащие (уволенные в запас).
В декабре 1991 г. президентским указом "О дополнительных мерах по социальной поддержке населения" органам исполнительной власти предоставлялось право самостоятельно определять формы социальной поддержки населения (талонно-купонная, карточная, целевая денежная компенсация и др.), которые смогли бы защитить население в условиях либерализации цен. Всего с 1991
по 1992 г. было принято 25 законов, направленных на защиту граждан. Институту материнства и детства к 1995 г. было предоставлено более 46 гарантий и
льгот по материальному обеспечению. Правительство приняло решения об оказании помощи беженцам, инвалидам, военнослужащим, уволенным в запас, утвердило федеральную программу "Дети России", включаювшую серию целевых
программ, затрагивающих интересы одаренных детей-сирот и детей-инвалидов,
их семей, беженцев, вынужденных переселенцев и т.д.
В мае 1995 г. выходят федеральные законы "О социальном обслуживании
граждан пожилого возраста и инвалидов", а в ноябре – "Об основах социального обслуживания населения Российской Федерации". Эти законы стали основой
законодательной базы в сфере социальной защиты населения. Постановлением
Правительства РФ от 25 ноября 1995 г. утверждался перечень гарантированных
государством социальных услуг, которые предоставлялись гражданам пожилого возраста и инвалидам государственными и муниципальными учреждениями
социального обслуживания (например, материально-бытовые, санитарногигиенические, социально-медицинские, консультативные и др.). Таким образом государство определилось в объектах социальной помощи в этот период
времени.
Безусловно, стратификационная система российского общества начала
XXI в. – очень сложное дифференцированное образование, в которое входят
(кроме уже перечисленных) и рантье, и предприниматели, и банкиры, и менеджеры, и работники профессиональных общественных организаций и т.д. Каждая из этих групп имеет свои интересы и потребности, в большей или меньшей
степени нуждается в услугах социальной работы, тем самым значительно расширяя ее функции в обществе.
Учитывая, что в российском обществе существуют разные типы социальной стратификации (территориальный, демографический, этносоциальный, со66
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
циально-экономический, социально-психологический и позиционный), социальная работа как система вынуждена воспроизводить достаточное количество
разнообразных субъектов, институтов, методик и технологий, отвечающих требованиям представителей (объектов, клиентов) всех перечисленных страт. Тенденция дальнейшей дифференциации социальной стратификации объективно
требует повышения адаптивных способностей социальной работы как системы.
Более того, каждый последующий этап развития социальной помощи и защиты
в России позволяет говорить о принципиальных отличиях от предыдущего определенными трансформациями субъектов и объектов социальной работы (они
увеличиваются или уменьшаются количественно, изменяются качественно); организационными формами ее осуществления; идеологией помощи и поддержки; наличием региональных, национальных и социокультурных различий.
Наряду с причинно-следственными взаимосвязями, между стратификационной системой и системой социальной работы существуют и функциональные
связи, которые тоже имеют свои характерные черты. Прежде всего речь идет о
том, что данный тип связи не определяет ни сущность рассматриваемых систем, ни основные закономерности их возникновения и развития.
Следующая черта функциональных связей заключается в том, что они развертываются и действуют в рамках жизнедеятельности сложившегося (хотя и
нестабильного) общественного организма. Именно функциональные связи между системами позволяют обществу непрерывно воспроизводиться и сохраняться.
Другой характерной чертой функциональных связей между стратификационной системой и системой социальной работы (как, впрочем, и между другими) является их специфическое направление. Если причинно-следственным
связям свойственна строго направленная активность от системы-причины к
системе-следствию, то функциональная направленность систем универсальна.
Более того, функциональное воздействие по преимуществу развертывается в
сторону от системы-следствия к системе-причине. Так, например, активизация
социальной работы в России объективно потребовала усиленной и целенаправленной подготовки социальных работников-профессионалов. В настоящее время этим вопросом занимается ряд учебных заведений: училища, техникумы,
колледжи, вузы. За более чем десять лет в стране сформировалась новая социально-профессиональная группа социальных работников – специалисты по социальной работе. Она заняла в стратификационной системе свое определенное
место, усилив тем самым социальную дифференциацию общества. Дальнейшее
развитие социальной работы как вида профессиональной деятельности на макро-, мезо- и микроуровнях, изменение условий, содержания и характера труда
социальных работников, его технологизация неизбежно увеличивают численно
группу социальных работников, требуют изучения ее внутреннего состава, усиливают ее роль в процессах модернизации российского общества и поднимают
ее статус в социальной структуре.
Разнообразие групп социальных работников способствует возникновению
инновационных для России организационных структур (различных агентств,
центров, департаментов). Продолжающиеся социальные изменения в обществе
67
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
инициируют рост числа объектов (клиентов) и их проблем, что неизбежно приводит к социальной дифференциации профессиональной группы социальных
работников, усилению их специализации и дает возможность выделять внутри
нее отдельные подгруппы.
Таким образом, можно утверждать, что функциональные взаимозависимости стратификационной системы и системы социальной работы весьма разнообразны: каждая из систем может быть функционально активной по отношению к другой, либо это функциональное воздействие может быть большим или
меньшим, прямым или опосредованным. Тем не менее именно функциональный тип связей систем является важным фактором сохранения качественного
состояния и устойчивости существования общества, его внутренней структуры.
Разнообразие причинно-следственных и функциональных связей отрицает
линейность во взаимозависимостях и взаимовлияниях систем, придает им специфический характер (опосредованный или непосредственный). В связи с этим
зависимые системы не только обратно влияют на определяющие, но и являются
необходимыми для существования и развития последних. Например, система
социальной работы, являясь зависимой от социальной дифференциации, в свою
очередь создает необходимые условия для сохранения и определенного развития стратификационной системы.
В целом причинные и функциональные связи систем – это две стороны
единого процесса развития. Их диалектика такова: первые являются исходной
точкой для возникновения и действия вторых, в свою очередь функциональные
связи способствуют дальнейшему развитию связей причины. Недооценка или
абсолютизация значения и роли того или иного вида связей систем ведет к неадекватности в понимании процессов развития общества.
Наряду с причинными и функциональными связями названных систем между ними наблюдаются и временные, которые обусловлены не только физическими параметрами, но и сменой политических режимов, трансформацией политических институтов и ценностей, характером политического лидерства, расстановкой сил в парламенте, временем и характером реализации тех или иных
партийных программ, изменением социальных приоритетов и т.д. Исторический ход событий не всегда доминирует над характером взаимосвязи стратификационной системы и системы социальной работы. Часто неожиданная смена
правительства влечет за собой принципиальные изменения в системе социальной работы, основных ее направлениях и приоритетах.
Другим видом взаимосвязей данных систем являются пространственногеографические. Исторические и социально-экономические особенности развития регионов неизбежно приводят к возникновению специфики их стратификационных систем, характеризующихся определенным набором социальных
групп. Учитывая причинно-следственный характер взаимодействия всех систем, можно говорить и о специфике региональных систем социальной работы.
В число специфических черт входит количество и качество субъектов и объектов, своеобразный набор организационных структур, образовательных учреждений, учреждений социальной помощи и поддержки населения, а также совокупность методов, способов и технологий осуществления социальной работы.
68
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Региональные различия всегда были характерны для российского государства, особенно ярко они стали видны в 1990-е гг. ХХ в. Прежде всего это проявлялось в желании отдельных ведомств внедрить свои "идеальные" модели помощи определенным группам нуждающихся, что в итоге привело к созданию на
местах соответствующих, совершенно автономных структур и институтов.
Удовлетворяя свои ведомственные интересы, эти организации постоянно пересекались в своей деятельности по отношению, например, к семье, молодежи, детям и т.д. Данные группы курировали как департаменты Министерства социальной защиты, Министерства здравоохранения, так и Министерства народного образования, Министерства молодежной политики.
К концу 1996 г. Министерство социальной защиты обладало самой разветвленной и разнопрофильной системой социальной помощи, куда входили
учреждения социального обслуживания семьи, престарелых и инвалидов всех
типов, отделения социальной помощи на дому, территориальные центры, службы социальной срочной помощи. Особенностью данных институтов поддержки
было то, что они представляли собой модели нормативного программного характера на основе типовых положений, разработанных Министерством социальной защиты и его департаментами, на основе законодательства РФ, концепции развития социальных служб.
В 1995 г. Министерством была утверждена типовая региональная программа социальной защиты населения, согласно которой основными видами
помощи являлись материальная, натуральная, обеспечение занятости, гуманитарная. Однако в регионах, наряду с данными, складывались и свои модели помощи и поддержки, что хорошо было видно на примере таких административных единиц, как край, область, областной центр, город, поселок, район. Например, в Ярославской области как одной из наиболее промышленно развитых областей России наблюдался интенсивный рост безработицы, что послужило причиной активного развития службы занятости, приобретения колоссального
опыта работы с безработными гражданами, что явилось основой для институционализации социальной работы в этом направлении. Повсеместно в районах
области создавались центры занятости, открывались клубы ищущих работу, апробировались и внедрялись инновационные технологии трудоустройства, профессионального консультирования и психодиагностики безработных граждан.
Другой специфической социальной проблемой Ярославской области традиционно считается высокий процент хронически больных бронхо-легочными
и раковыми заболеваниями, что связано с интенсивным развитием в регионе
нефтехимического производства. Данное обстоятельство способствовало развитию соответствующих медико-социальных служб и организаций, например
хосписов, домов временного пребывания, социальных коек, санаториев и т.д.
Открытость местных органов власти к инновационным идеям в области
развития социальной сферы привела к тому, что Ярославская область стала лидером по разработке и внедрению долгосрочных многоцелевых социальных
программ ("Молодежь", "Семья", "Школьный автобус", "Забота", "От выживания к благополучию" и т.д.). В настоящее время Ярославская область, одна из
крупнейших в Центральном регионе России, является по всем социально69
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
экономическим показателям относительно благополучной. Основу для определения внутренней структуры системы социальной работы и выработки ее основных стратегических направлений развития составила региональная социальная стратификация, совокупность экономических, политических и социальных показателей.
Социальная сфера области развивается достаточно стабильно и успешно.
Это же можно сказать и про социальную работу. В области функционируют
Департамент социальной защиты населения, который по состоянию на 1 января
2004 г. включал 24 управления социальной защиты населения и труда; 21 центр
социального обслуживания, из них 9 являются комплексными, т.е. оказывающими социальную, психологическую и педагогическую помощь не только пожилым гражданам, но и детям; 33 отделения дневного пребывания, отделения
срочной социальной помощи, отделения временного проживания;
136 отделений надомного обслуживания; 11 специализированных учреждений
для несовершеннолетних; 17 домов-интернатов для престарелых и инвалидов;
1 дом-интернат для умственно-отсталых детей; 22 бюро медико-социальной
экспертизы в составе ГУ "Учреждение государственной службы медикосоциальной экспертизы" осуществляют экспертизу нетрудоспособных граждан;
7 специализированных домов для ветеранов, в которых проживают и получают
комплекс социально-бытовых услуг 308 ветеранов; служба "Социальное такси" 101.
Наряду с этими уже сформировавшимися и эффективно действующими государственными организациями, в области активно создаются и функционируют учреждения нового типа: центры развития, помощи семье и детям, социальной
адаптации
и
реабилитации,
хосписы, медико-социальные, психологические консультации и т.д. При этом
они могут быть как государственными, так и негосударственными, коммерческими и некоммерческими, могут привлекать для работы волонтеров.
Таким образом, в условиях современной России наблюдается интенсивный
процесс социальной дифференциации общества. Социальная стратификация
детерминирует систему социальной работы, представляющую собой открытую,
самоорганизующуюся, развивающуюся по нелинейным законам систему.
Социальная работа как система общества имеет сложную внутреннюю
структуру, состоящую из ее субъектов и объектов, образовательных учреждений, основных принципов и норм ее реализации.
Между стратификацией и системой социальной работы имеются причинно-следственые, функциональные, пространственно-географические и другие
связи. Эти связи в разные исторические периоды развития российского общества отличаются своеобразием, характер которого напрямую зависит от специфики политического и социально-экономического развития региона.
Данные Департамента социальной защиты населения Ярославской области. Аналитический отчет за 2003 год. Т. 1. Д. 1. С. 1 – 2.
101
70
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
3. Социальная работа
как вид профессиональной
деятельности
3.1. Основные субъекты и объекты
современной социальной работы
П
роцесс институционализации социальной работы является частным
случаем институциональных изменений в современном российском
обществе, происходящих в условиях модернизации последнего. При
этом рассмотрение и изучение социальной работы как особого вида
профессиональной деятельности вполне допускает применение распространенного в социологической теории деятельностно-активистского подхода. В частности, он позволяет анализировать институциональные изменения в социальной работе как "морфогенез", как "деятельностное становление", "структурацию", т.е. как непрерывный процесс преобразования социальных структур деятельностными субъектами (агентами, акторами). В рамках данной теории институционализация социальной работы рассматривается как результат социальной практики, в ходе которой непрерывно осуществляется конструирование
различных типовых форм поведения, фиксируемых в общественном сознании и
приобретающих статус нормы. Говоря о структурации социальной работы,
можно отметить процесс воспроизводства социальных практик и их оформление как инновационной социальной системы. При этом данный процесс тесно
связан с соответствующими формальными составляющими: конкретными институтами социальной работы, социальной структурой, социальными действиями и фоновыми практиками как "точками артикуляции" между субъектами
социальной работы и ее формами (или организационными структурами).
Термином "морфогенез" можно обозначить инновационные социальные
процессы, которые способствуют возникновению принципиально новых социальных условий, институтов и социальных групп. Особенность российского института социальной работы с точки зрения активистско-деятельностного подхода состоит в том, что он находится в начальной стадии формирования, что
обусловлено неразвитостью механизма взаимодействия и влияния субъектов
социальной деятельности и социальных структур или систем. Несмотря на легитимацию института социальной работы, в целом процесс ее институционализации является длительным, многоуровневым, многофакторным, чрезвычайно
сложным и весьма разноплановым.
Институт современной социальной работы в России возник как результат
деятельности определенных социальных групп, элементы которых представля71
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ют собой достаточно активных субъектов, обладающих социальным мышлением и ответственностью. Несомненно, данный институт имеет свою социальную
базу, основу возникновения которой заложили естественное и социальное неравенство, социальная дифференциация общества в целом.
Используя деятельностно-активистский подход, мы понимаем, что деятельность не есть единственно возможный, универсальный способ бытия человека. Однако можно утверждать, что только благодаря определенным видам
деятельности в обществе формируются и функционируют определенные социальные системы.
В научной литературе проблема деятельности занимает одно из видных
мест, что связано с современной ситуацией общественного развития, конкретной
спецификой российского общества, объективными потребностями социальной
практики. В связи с этим возникает необходимость новых подходов к анализу
деятельности. Речь идет прежде всего о разработке и применении соответствующей методологии, основой которой, по-видимому, должно быть соединение
философского, социологического и психологического анализов. Такой прием позволяет выйти за рамки традиционных методологических ограничений каждой
из этих дисциплин в данной области исследования.
Деятельность является универсальным способом взаимодействия человека
с окружающим миром. Специфические черты деятельности весьма многообразны. Одной из таких черт является ее целенаправленный характер. По сути, деятельность – это такая активность, которая направлена на достижение сознательно поставленной цели. Эта черта базируется на классическом принципе
единства сознания и деятельности, сформулированном С.Л. Рубинштейном102.
С его точки зрения, позитивное содержание этого принципа заключается в утверждении взаимосвязи и взаимообусловленности сознания (вообще психического) и деятельности: деятельность человека обусловливает формирование его
сознания, его психических связей, процессов и свойств, а эти последние, осуществляя регуляцию человеческой деятельности, являются условием ее адекватного выполнения. Осознанность деятельности говорит о том, что она осуществляется при помощи сознания, причем речь идет не только об осознанности,
но и о планировании и предвидении возможного результата, о наличии определенной схемы действий.
Эта черта человеческой деятельности предполагает возможность свободного целеполагания. Смысл этой идеи состоит в рассмотрении деятельности как
такого типа отношения к миру, который позволяет преодолевать давление любых заранее заданных внешних факторов и условий путем преобразования налично данного бытия. Другой важной чертой деятельности является ее предварительная продуманность. Любой человек, после того как он поставил цель, начинает анализировать ситуацию, в которой ему предстоит действовать. Затем
он начинает выбирать способы и средства достижения цели, намечает последовательность своих будущих действий, причем выбор средств (методов, способов действий) производится только на основании оценки их эффективности для
102
Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. Человек и мир. СПб., 2003. С. 132.
72
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
достижения цели, т.е. происходит процесс инструментального подчинения
средств цели. Средства весьма автономны и содержательно независимы от цели
и не имеют с ней внутреннего сходства. Как правило, характер средств определяется не столько целью, сколько условиями, обстоятельствами, возможностями, социальным опытом и т.д.
В итоге создается идеальная схема деятельности, которая определяется, с
одной стороны, целью, с другой – ситуацией, в которой находится субъект, и
теми условиями, в которых приходится действовать. В этом аспекте деятельности важное место отводится знанию ситуации субъектом, его способности рассуждать, его жизненному опыту и т.д.
Любая деятельность характеризуется определенным набором действий и
последовательностью их осуществления. Последовательность действий и их
характер во многом зависят от объективных условий деятельности: в разных
условиях достижение одной и той же цели может складываться из разных действий.
Следующей важной чертой деятельности является ее безличный характер.
В данном случае речь идет о том, что деятельность не зависит от того, кто
именно ее совершает. Последовательность операций и используемые средства
детерминируются целью и объективными условиями, а не особенностями субъекта. В структуру деятельности наряду с действиями субъекта всегда включены
еще и объективные естественные процессы. Свое логическое завершение любая
деятельность находит в каком-то результате. Отсюда видно, что цель и результат есть разные вещи: они отнюдь не всегда совпадают.
Учитывая это, можно сделать вывод, что определение деятельности как
"целеобразной", т.е. сообразующейся с целью, не совсем верно. На наш взгляд,
лучше говорить о деятельности как о целенаправленной активности, так как не
всегда деятельность приводит к той цели, которая ставилась априори.
Если конечный результат или один из результатов в какой-то мере совпадает с поставленной целью, то такую деятельность называют рациональной.
Совпадение результата с целью свидетельствует о том, что действия были "целесообразными", а это означает, что анализ ситуации и выработанная схема
достижения цели были истинными. Если результат деятельности не совпадает с
целью, то ее называют нерациональной.
Таким образом, любая деятельность связана с целью (к чему стремится
субъект), с мотивами (почему он это делает), со способами (как он это делает),
с формой и способом организации (при помощи какого принципа действий и
набора каких техник, приемов он обеспечивает достижение цели).
Человеческая деятельность всегда существует как действие или цепь действий, источником которых выступают потребности и интересы отдельно взятых
субъектов. Потребности порождаются объективными условиями жизни людей и
выражают объективную зависимость человека от внешнего мира. Поэтому вся
практическая деятельность людей может рассматриваться в качестве формы и
способа удовлетворения потребностей, возникающих как отражение объективных условий и осознание возможностей удовлетворения человеком.
73
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Любая деятельность протекает в определенных объективных условиях, которые представляют собой результаты прошлой деятельности, не зависящие от
сознания субъектов. Тем не менее характер деятельности и ее содержание напрямую зависят от осознанных действий людей. Анализ основных характеристик
детальности позволяет рассматривать ее как единство двух сторон: внутренней,
субъективной, т.е. идеальной (выбор цели и средств, анализ условий, схема действий), и внешней, объективной, т.е. физической активности субъекта (взаимодействие средств с объектом, объективные процессы, результат).
Существует огромное количество разнообразных типов и видов деятельности. Изменение социальных условий приводит к возникновению новых ее видов и модификации уже известных. Так, наряду с традиционными "старыми"
видами деятельности (политической, экономической, культурной, религиозной,
экологической и т.д.) в российском обществе существуют и достаточно инновационные: социальная работа, менеджмент, маркетинг, государственное администрирование, социальное проектирование, прогнозирование и моделирование
и т.д.
Несмотря на признание социальной работы как особого вида деятельности,
среди специалистов нет единого мнения в определении ее сущности и назначения. В частности, социальная работа рассматривается как область профессиональной практики по содействию людям в решении их личностных проблем 103.
П. Павленок предлагает определять ее как область активной деятельности человека, направленной на создание системы мер социальной защиты населения от
различного рода социальных отклонений104. Л. Демидова утверждает, что социальная работа – это многогранная целенаправленная деятельность государственных общественных организаций, отдельных лиц по оказанию помощи человеку в реализации его творческих, интеллектуальных способностей и созданию
для этого необходимых условий 105. В словаре по психологии, социологии и социальной работе можно найти следующую трактовку: социальная работа есть
"разновидность социальной деятельности, имеющей своей целью оптимизировать осуществление субъектной роли людей во всех сферах жизни общества в
процессе совместного удовлетворения потребностей, поддержания жизнеобеспечения и деятельностного существования личности"106.
Обобщая основные подходы к социальной работе как виду деятельности,
можно сказать, что в обществе она существует и как профессиональная, и как
непрофессиональная. Когда речь идет о профессиональной социальной работе,
то можно выделить следующие ее отличительные черты. Прежде всего она
осуществляется специально подготовленными людьми и их добровольными
помощниками, направлена на оказание индивидуальной помощи человеку, семье или группе лиц, попавших в трудную для них жизненную ситуацию, через
Данакин Н.С. Теория и методика социальной работы М., 1991. С. 112.
Основы социальной работы: Учебник / Отв. ред. П.Д. Павленок. М., 1997. С. 141.
105
Демидова Л. Д. Община: актуальные проблемы теории и социальной практики
(сравнительный анализ зарубежного и отечественного опыта): Автореф. ... дис. канд. филос.
наук. М., 1992.
106
Общедоступный словарь по психологии, социологии, социальной работе. М., 1993.
103
104
74
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
информирование, диагностику, консультирование, прямую натуральную и финансовую помощь, уход и обслуживание больных и одиноких, педагогическую
и психологическую поддержку, ориентирующую нуждающихся в помощи на
собственную активность по преодолению сложных ситуаций и способствующих им в этом; направлена на активизацию потенциала собственных возможностей личности при решении сложных жизненных проблем; носит по преимуществу превентивный характер; в итоге направлена на гармонизацию социальных отношений в обществе 107.
По мнению ряда специалистов, социальная работа является только методом, средством достижения целей и решения задач в реализации потребностей
и нужд различных категорий населения. Основой подобной работы как практической деятельности, таким образом, выступают отношения: «социальный работник – клиент», причем «клиентом» может выступать и общество, и социальная группа, и индивид. Реализация этих отношений может идти по двум направлениям: социальное проектирование, прогнозирование (структурная социальная работа) и непосредственная работа с индивидом или группой (психосоциальная работа).
Социальная работа как вид деятельности также предполагает наличие субъекта (того, кто ее осуществляет), мотива (почему он это делает), цели (к чему он
стремится), способов (при помощи каких принципов и приемов она реализуется)
и методов (при помощи каких техник достигается ее цель или результаты), а
также объектов (на что направлена данная деятельность). При этом в качестве
объектов выступают конкретные индивиды, социальные группы и общество в
целом.
Субъекты, осуществляющие деятельность, создают ее социальную основу
и формируют определенную социальную систему. Так, например, субъекты
экономической деятельности формируют экономическую систему, носители
политической – политическую. Субъекты социальной работы как деятельности,
смысл которой состоит в выявлении проблем отдельных групп и личностей и
оказании помощи в их решении разными способами, также сформировали
принципиально новую систему. Она, как и другие системы общества, является
целостным образованием, состоящим из совокупности конкретных элементов с
присущими только им свойствами и характером взаимосвязи. При этом вопрос
о составляющих систему социальной работы элементах является принципиальным.
А. Пригожин, рассматривая закономерности взаимодействия типа и формы
системы с ее элементным составом, сформулировал некоторые общие посылки 108. Первая посылка следующая: "Не из любого элементного состава можно
сформировать тот или иной тип системы, конкретную ее форму". Из этой посылки следует тот факт, что в социальных системах (и в системе социальной
107
С. 323.
Словарь-справочник по социальной работе / Под ред. Е.И. Холостовой. М., 1997.
Пригожин А.И. Проблема субъекта в центре процесса приватизации // Социс. 1992.
№ 4. С. 14 – 17.
108
75
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
работы также) возникает противоречие между инновационными, авангардным
формами их структурной организации и социально-психологическими особенностями индивида. Если первые меняются быстрее вторых и не в соответствии
с ними, то дисфункциональность неизбежна.
Вторая посылка автора заключается в признании примата элементного состава системы по отношению к ее типу и форме в ситуации коренных преобразований. Это означает, что именно элементы системы при соответствующих
условиях способны сформулировать адекватные тип и форму системы, а не наоборот. Третья посылка состоит в том, что в социальных системах носителями
системо-творчества являются индивиды, обладающие свойствами субъекта.
Главное из этих свойств – деятельное самосознание, т.е. понимание своей личной инициативы как субъективно возможной и общественно значимой основы
собственного существования.
В социальном смысле субъект – это автор выбора. В организационном
смысле субъектность можно представить как единство целеполагания и целесуществования в одном лице. Субъект есть лицо, способное к выбору типа деятельности, конкретной роли для себя среди других субъектов и выработке собственных целей и средств для их достижения. Его отличает суверенность, т.е.
возможность и желание самому определять свою судьбу, образ жизни, стремление развивать рамки реальной независимости и компетенции. Одновременно
субъект – носитель и автор вклада в какую-либо совместную деятельность, например, в межсубъектные отношения, где он воспринимается с точки зрения
своей полезности. Суверенность и функциональность – главные признаки субъекта.
Субъектность – свойство приобретаемое и развиваемое. Всеобщим оно
быть не может, ибо является производным от общественных условий и личных
особенностей. При одинаковых первых вариативность вторых бесконечна. Если
учесть, что элементы системы социальной работы представлены ее субъектами
(теми, кто непосредственно осуществляет ее как вид деятельности) и объектами
(теми, на кого направлено ее действие), то проблема субъектности в социальной работе имеет два аспекта.
Первый непосредственно связан с личностью социального работника –
профессионала. Ясно, что не все социальные работники могут иметь такое
свойство, как субъектность. Оно может быть развито, во-первых, через внедрение как можно большего числа разнообразных организационных форм реализации социальной работы (государственных, негосударственных и коммерческих). Во-вторых, через процесс освоения социальными работниками уже известных социальных технологий и их активного применения, а на более высоком уровне – их разработки, апробации и внедрения. Технологизация деятельности социального работника значительно повышает уровень ее эффективности, активно развивает адаптивные способности личности, улучшает процессы
коммуникации и, как следствие, инициирует возникновение такого свойства,
как субъектность.
По-видимому, в сфере социальных технологий берет свое начало и процесс
развития субъектности у объектов социальной работы. Детальное изучение их
76
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
разнообразия, общих черт и характеристик (дезадаптированность, девиантность, наличие личностных проблем и т.п.) позволяет определиться в характере
помощи им более адекватно. Социальная работа относится к профессиям типа
"субъект-субъект", вследствие чего ресурсы специалиста по социальной работе
способствуют реадаптации объектов, а обучение последних социальным технологиям (техникам трудоустроства, выживания, карьерного роста, быстрого снятия стресса, саморазвития, самоорганизации и т.п.) прямо направлено на их самоусиление, а в перспективе и на формирование у некоторых такого свойства,
как субъектность 109.
Основными субъектами социальной работы, т.е. теми, кто ее осуществляет,
выступают: конкретные социальные работники – профессионалы; учреждения
социальной службы; государственные организации; судебные органы, привлекающие к исполнению приговоров или иных решений учреждения и работников социальных служб; некоммерческие общественные организации и т.д.
Развитие социальной работы как вида профессиональной деятельности,
увеличение числа ее направлений, появление все новых социальных проблем и
обострение "традиционно старых" обусловливает дальнейшую дифференциацию ее объектов, а следовательно, и субъектов. Возникает насущная необходимость увеличения числа последних, что значительно способствует институционализации образования в области социальной работы. Вот почему к числу
субъектов социальной работы необходимо отнести и тех, кто учит теории социальной работы и знакомит с ее практикой. В эту группу входят преподаватели
всех образовательных учреждений, готовящих специалистов по социальной работе. Субъектами являются и исследователи социальной работы – люди, которые занимаются анализом практики социальной работы, систематизацией и
обобщением накопленного материала и прогнозированием дальнейшего ее развития.
Выделение различных уровней осуществления социальной работы как вида
профессиональной деятельности, обозначение ее субъектов и объектов позволяет
утверждать, что наиболее трудоемким является ее осуществление на микроуровне. Данное обстоятельство задает определенный набор требований к личности
социального работника, заставляет формировать определенные ценностные ориентации и установки. Суть социальной работы как профессии, относящейся к
типу "человек – человек", состоит в оказании помощи людям, оказавшимся в
сложной жизненной ситуации, и объективно поддается социальнопсихологическому анализу. Можно утверждать, что в отечественной психологии
формируется новое направление – психология социальной работы, которая концептуально включает в себя изучение психологии деятельности социального работника, психологии его личности и психологии объектов (клиентов) социальной работы. Например, изучение психологии клиентов социальной работы показывает, что при всем их разнообразии и непрерывном процессе появления новых
Албегова И.Ф., Руденко Л.Д. Социальная технология: Учебно-методическое пособие. Ярославль, 2003. С. 32.
109
77
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сохраняются общие черты и специфика их психологии: дезадаптированность,
девиантность, наличие личностных проблем и т.д.
Изучение личности социального работника включает исследование специальных способностей, необходимых для эффективного осуществления деятельности по оказанию помощи. Именно их наличие определяет профессиональную
пригодность тех или иных претендентов на социальную работу и уже практикующих специалистов.
К числу наиболее значимых специальных способностей можно отнести
эмпатию, терпение, настойчивость, высокий уровень интеллекта, хорошую саморегуляцию и самодисциплину, коммуникативность, способность помогать
людям в трудных ситуациях и т.д. Конечно, набор специальных способностей
"идеального социального работника" априори задается спецификой объектов,
характером их проблем, выбором методов и технологий их решения, а также
особенностями социально-экономических условий, в которых осуществляет
свою деятельность социальный работник. Данные обстоятельства обусловливают тот факт, что до настоящего времени вопрос о модели профессиональной
пригодности социального работника до конца не решен. По сути, данная модель должна отвечать на следующие вопросы: какие из социальнопсихологических способностей необходимы для тех или иных практических
достижений; какая из способностей выступает в качестве доминирующей, какой набор способностей является оптимальным и т.д.
Наиболее известные и популярные следующие четыре группы моделей
специальных социально-психологических способностей: компонентные, структурные, системные и прогностические. Первая группа моделей отличается от
остальных тем, что их авторы на основе своей интуиции или опыта определяют
список профессионально значимых специальных способностей, тех качеств, которые необходимы для эффективной деятельности социального работника. В
зависимости от теоретических пристрастий или вкусов исследователей их количество может варьироваться от трех до одиннадцати и более. К числу наиболее часто повторяющихся способностей в моделях этой группы относятся:
спонтанная любознательность, способность длительное время заниматься решением одной и той же проблемы, сравнительно высокая степень научной одаренности (сюда включаются память, творческое мышление, фантазия, наблюдательность) и отдельные черты личности (энтузиазм, прилежание, способность к
критике и самокритике, дисциплинированность, беспристрастие, умение ладить
с людьми).
Вторая группа моделей состоит из основных (главных) специальных способностей, выведенных из более сложных интер- и интраподструктур индивидуальности, гипотетически влияющих на эффективность работы социального
работника. Среди таковых выделяют и физическую конституцию, и темперамент, и характер, и стиль коммуникаций, и характер социальных отношений.
Именно на этом типе модели построили свою профессиограмму
Н. Бачманова и Н. Стафурина. Они выделили пять уровней организации деятельности социального работника и соответствующих им психических свойств.
На первом уровне важны свойства, связанные с умением полно и правильно вос78
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
принимать объект. На втором уровне выделяются свойства, связанные с умением
понимать внутренние свойства и особенности объекта. На третьем – свойства,
связанные с умением сопереживать. Четвертый уровень приоритетными делает
свойства, связанные с умением анализировать свое поведение. На пятом уровне
важными становятся свойства, связанные с умением управлять самим собой и
процессом общения. Из данной гипотетической структурной организации авторы выводят главные составляющие специальных способностей: когнитивные
(наблюдательность, быстрая ориентация в ситуации), аффективные (эмпатия, сочувствие, доброта и уважение к человеку), волютивные (рефлексия, самоконтроль).
Третья группа объединяет системные модели специальных способностей,
главные составляющие которых выводят из их характеристик более сложных
динамических систем, в которых деятельность социального работника рассматривается как элемент инфра- или суперсистемы. В качестве примера такого рода моделей можно привести достаточно авторитетную в психологической литературе модель, предложенную Дж. Холландом. Он, в соответствии с теорией
интересов Гилфорда, выделил шесть основных типов профессий: реалистичные, интеллектуальные, социальные, конвенциональные, предпринимательские,
артистические. Каждый тип профессий имеет свою интерперсональную среду и
привлекает людей сходных интересов, с одинаковыми реакциями на ситуации,
ценностями, близостью позиций. Чем выше степень сходства личностной направленности члена профессиональной группы с групповыми интересами, тем
выше шансы этого члена достичь высокой результативности и продвижения.
Каждая профессия (интерперсональная среда) привлекает к себе людей с определенными личностными установками, поэтому в соответствии со своей моделью Дж. Холланд предположил существование шести типов личности, предрасполагающих к наиболее быстрому "вхождению" в свою профессиональную
среду: реалистичный, интеллектуальный, социальный, конвенциональный,
предпринимательский и артистический.
Профессия "социальный работник", несомненно, соответствует социальному типу личности. Возникающие у клиентов ситуации и проблемы предполагают наличие как у претендентов на эту профессию, так и у специалистов по
социальной работе социальной ответственности, потребности во взаимодействии, вербальных и невербальных способностей, эмоциональности и активности
в решении социально-психологических проблем клиентов.
Четвертую группу моделей представляют прогностические модели специальных способностей: их главные составляющие выводятся из "матриц корреляций", с одной стороны, показателей выраженности базисных свойств личности, а с другой – критериев эффективности социально-психологического воздействия. В настоящее время существует несколько таких моделей.
Одна из моделей предполагает выявление базисных свойств личности при
помощи шестнадцатифакторного опросника личности Р. Кеттелла и их корреляцию с тремя свойствами, особенно важными для личности социального работника: готовность к контактам, умение налаживать и поддерживать контакты,
общая интеллектуальность. Практическое применение данного вида модели по79
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зволяет сделать следующий прогноз: лучший кандидат на профессию "социальный работник" тот, кто получает более высокие оценки по следующим факторам: потребность в общении, чувство дистанции, общий уровень вербального
интеллекта, нечувствительность к социальной угрозе.
Обобщенный анализ всех четырех моделей специальных способностей, исследование теоретического и эмпирического материала, полученного в ходе их
практического применения, позволили выделить первичные, или основные,
компоненты профессиональной успешности социального работника: его намерения (интенция), его настойчивость (профессиональное стремление к достижению им реализации целей), собственно социально-психологические способности (сопротивляемость развитию синдрома эмоционального сгорания), высокий уровень специальной академической и методологической подготовки, а
также "везение" (обнаружение своей интерперсональной среды).
Все пять основных компонентов профессиональной успешности в деятельности социального работника могут быть организованы на трех уровнях: интрапсихическом (индивидном), интерпсихическом (межперсональном) и групповом (социальном).
На первом уровне первичные компоненты группируются по параметру направленности контроля (внутреннего или внешнего) на параметры эффективных возможностей: а) претендента (намерение, настойчивость, способности) и
б) профессиональной среды (уровень академической и методологической подготовленности; везение в "обнаружении" своей среды).
На втором уровне индивидуальные различия в скорости овладения специальными знаниями и навыками в процессе профессионального обучения предопределяются характером профессиональной мотивации (т.е. намерением и настойчивостью) и уровнем развития социально-психологического умения (т.е.
разницей между вкладом в результативность профессионального обучения социально-профессиональных способностей и уровнем академической подготовленности).
На межгрупповом уровне эффективность социально-психологического
воздействия социального работника на клиента (или клиентов) задается специфическим отношением ведущей мотивации и умениями, т.е. мастерством социального работника. Оно же определяет и степень социально-психологического
воздействия с целью достижения желаемых результатов терапии (направленность, силу и устойчивость решения клиентом своих проблем).
Выделение базисных компонентов, в совокупности определяющих профессиональный успех в социально-психологической деятельности, уровни их
организации, а также возможные формы их сочетания на каждом из трех представленных уровней могут служить основанием для построения программ по
психодиагностике социально-психологических способностей в самом широком
смысле этого слова. Эта программа может состоять из нескольких блоков, которые позволяют определить:
- выраженность первичных компонентов социально-психологической успешности: намерения, стремления, собственно способности, знания о требова80
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ниях профессии, уровень идентификации кандидата со своей профессиональной социально-психологической средой;
- выраженность вторичных (производных) параметров, предопределяющих
успешность профессионального обучения (мотивы власти и альтруизм как ведущие мотивации деятельности социального работника и сформированность
социально-психологических умений);
- выраженность третичных (производных) характеристик социальнопсихологических воздействий и их последствий (социальных умений, устойчивости в процессе общения, социального интеллекта, вербальной и невербальной
компетенции социального работника, прямых и косвенных социальнопсихологических воздействий).
Проведенный анализ позволяет утверждать, что среди названных первичных компонентов, предопределяющих потенциальные возможности кандидата,
особое место в прогнозе социально-психологической деятельности занимают
факторы мотивационного порядка и социально-психологических способностей.
Данные теоретические выводы позволяют сделать ряд практических рекомендаций. Прежде всего необходима развернутая система профориентационных мероприятий в молодежной среде, раскрывающая суть, содержание и основные направления социальной работы в современной России. При отборе
кандидатов на обучение в колледжи, профессиональные училища и вузы по
специальности "социальная работа" необходимо учитывать наличие или отсутствие у абитуриентов специальных социально-психологических способностей,
являющихся важным фактором их профессиональной пригодности, а в перспективе – успешной деятельности в должности социального работника.
Помимо выделенных специальных психологических способностей социальный работник должен обладать отличным физическим здоровьем, что послужит успехом в выполнении данной деятельности. Кроме того, профессия
"социальный работник" относится к классу профессий "субъект-субъект", которые наиболее подвержены синдромам психического (эмоционального) выгорания, хронической усталости и "лишения любви", что предопределяет необходимость психического здоровья социального работника.
Анализ большого количества зарубежных работ и единичных исследований отечественных ученых показал, что, несмотря на теоретическую и практическую значимость перечисленных синдромов, до сих пор не существует единых точек зрения в понимании их сути, причин и механизмов их возникновения, протекания, а также профилактики. Более того, в отечественной науке
практически отсутствует диагностический инструмент для оценки выраженности перечисленных синдромов, не решен вопрос о роли внешних и внутренних
факторов в их формировании и развитии.
В настоящее время под выгоранием понимается синдром эмоционального
истощения, деперсонализации и уменьшения личностных достижений, которое
возникает у индивидов, работающих с людьми. При этом он обнаруживается
только среди профессионалов, чья работа прямо связана с тесными и интенсивными контактами с другими людьми в эмоционально насыщенной атмосфере.
Основными симптомами эмоционального истощения являются: появление чув81
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ства эмоциональной изнуренности (неспособность дальше "отдавать" себя другим); усиление негативной установки к клиентам (их дегуманизация и деперсонализация); снижение самооценки своей профессиональной компетенции; возникновение чувств деморализации, цинизма, пустоты, исчерпания эмоциональных и физических сил.
Все симптомы выгорания могут быть расквалифицированы на три класса:
симптомы физического утомления (усталости, скуки, истощения); симптомы
эмоциональной усталости (депрессии, безнадежность, чувство тупика); симптомы ментальной слабости (чувство своей никчемности, разочарованности и
обиды).
Синдрому хронической усталости сегодня подвержено большинство населения России. Социальные работники в этом плане не исключение. Его причинами являются дефицит времени, ускоренный темп жизни, физические и умственные перегрузки за счет подработок и т.д. Данный синдром выражается в физической усталости, тяжести и сложности передвижения, нервном истощении,
отсутствии интереса к жизни, новым людям, явлениям, событиям, в апатии,
раздражительности и т.п.
Еще один синдром, который также может возникнуть у социальных работников, – это синдром "лишения любви". Он ведет к болезни, у которой нет пока
научного названия, но психиатры и терапевты называют ее причину так: больных "лишили любви" или на них просто перестали обращать внимание. Путем
наблюдения психоаналитики пришли к выводу, что "лишение любви" вызывает
большой стресс. Перегрузки, которые испытывает спортсмен во время состязаний, – ничто по сравнению с чувствами человека, которого разлюбили. Гормоны
стресса – адреналин, норадреналин и кортизол – вырабатываются в организме
"лишенных любви" гораздо интенсивнее. Иммунная система "распознает" адреналин и сразу же уменьшает производство белых кровяных телец, помогающих
человеку бороться с инфекциями.
Признаки болезни: головные боли, учащенный пульс, повышенное давление, панический страх, экземы, дерматиты, нейродермиты, различные аллергические реакции, ухудшение слуха в результате сужения кровеносных сосудов в
ушной раковине, остеохондроз, воспаление слизистой оболочки желудка, тошнота и рвота, ожирение. Данному синдрому и серьезным нарушениям психики
со всеми вытекающими из этого последствиями в первую очередь подвержены
те люди, чье чувство собственного достоинства питается только из одного источника. Например, для политиков или спортсменов – это их достижения. Для
артистов или манекенщиц – их собственная внешность. Наряду с этим есть
профессии, представителям которых лишение внимания и любви близких и
клиентов угрожает чаще всего (учителя, полицейские, врачи "скорой помощи",
поэты, психологи, социальные работники).
Возникновение всех трех синдромов связано с рядом объективных и субъективных причин. Прежде всего речь идет об индивидуальных характеристиках
социальных работников – профессионалов, степени соответствия или несоответствия личности человека профессиональным требованиям, наличие или отсутствие у него специальных социально-психологических способностей. Среди
82
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
индивидуальных факторов выделяют социально-демографические характеристики (возраст, пол, уровень образования, страх работы и т.д.).
Следующей причиной возникновения синдромов являются особенности
профессиональной деятельности социального работника (ее новизна, социальная
значимость, многоплановость, многообразие методов работы, большое количество клиентов, условия социально-психологической напряженности, ее альтруистическое содержание и т.д.).
И наконец, еще одной причиной развития синдромов выступают социально-психологические характеристики клиентов социальной работы (их дезадаптированность, дезорганизованность, психологическая травмированность, наличие потребности в помощи, сострадании и реабилитации).
Говоря об объектах социальной работы как вида профессиональной деятельности, прежде всего необходимо отметить, что ее обобщенным клиентом
выступает человек как биопсихосоциальное существо (индивид, индивидуальность, личность). Первый уровень объектов составляют индивиды. На индивидуальном уровне это может быть конкретный ребенок, студент, пенсионер,
бомж, безработный и т.д. Первоначально социальная работа велась именно как
работа с индивидами. Однако позднее стало ясно, что попытки изменить ситуацию и поведение индивидуального клиента редко оказываются эффективными,
если не воздействовать на его непосредственное окружение, на ближайшую социальную сеть, в которую он вовлечен. Это привело к становлению семейной и
групповой социальной работы. Воздействие на семью невозможно без воздействия на каждого ее члена. Изменения в поведении и самочувствии отдельных
членов семьи ведут за собой изменение внутрисемейных взаимоотношений,
трансформацию семейных коммуникаций и т.д.
Отсюда следует, что второй уровень объектов социальной работы – это
различные социальные группы. Критерии их выделения в обществе могут быть
самыми разнообразными, например: принадлежность к определенной социально-демографической группе – люди пожилого и старческого возраста, дети,
женщины, молодежь и т.д. Однако среди них в тот или иной исторический период всегда выделяются наиболее нуждающиеся в помощи. В современной
России к таковым официально относят пенсионеров, безработных, мигрантов,
детей, молодежь, лиц без определенного места жительства, женщин, представителей групп риска. Выделяют также людей с особыми проблемами: например,
инвалидов или людей с ограниченными возможностями, безработных, участвовавших в различных боевых действиях, детей из многодетных семей.
Третий уровень объектов составляют более крупные образования – конкретные общества: например, большинство постсоциалистических стран сегодня находятся в кризисе и требуют реализации конкретных социальных программ; российское общество не является исключением. Более того, кроме общих, интернациональных проблем, каждое общество имеет свои, специфические, связанные с особенностями его исторического развития, социокультурными традициями и характером переживаемого периода.
Все человечество как обобщенный клиент социальной работы, его наиболее слабая часть составляет четвертый уровень объектов социальной работы.
83
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Разумеется, приведенная классификация объектов социальной работы является
весьма упрощенной. На практике, в реальной жизни каждый уровень дифференцируется по многим основаниям.
Термин "объект" применяется при анализе конкретной двусторонней связи,
описывающей единичное отношение познания и деятельности. В этом конкретном
отношении сторона, осуществляющая познание или деятельность, называется
субъектом, а сторона, на которую направлено познание или деятельность, – объектом. Считается, что субъект-объектные отношения подвижны: то, что в одном
отношении было объектом, в другом акте познания или деятельности может стать
субъектом, и наоборот. Кроме того, в сфере коммуникативной деятельности целый ряд отношений может пониматься как субъект-субъектные, в которых обе
стороны являются активными продуцентами деятельности и познания, влияют
друг на друга. Социальная работа относится к числу именно таких сфер социальной деятельности.
Поскольку социальный работник любого ранга всегда активная сторона,
можно говорить о том, на что направлена его деятельность, вне зависимости от
того, встречает ли она активный ответ или только пассивно принимается людьми. В этом смысле объектом социальной работы являются индивиды, семьи,
группы, общности, находящиеся в трудной жизненной ситуации.
В условиях современной России в число объектов социальной работы может попасть любой человек, семья или группа людей, которые находятся или
потенциально могут оказаться в «слабой» позиции, и в силу этого объективно
нуждаются в понимании связанных с этой позицией трудностей, проблем, в получении реальной помощи для их преодоления. Существуют мнения о том, что
многие из тех, кто субъективно считает себя нуждающимся в помощи, к таковым могут быть отнесены только условно, и, наоборот, те, кому действительно
необходимо социальное внимание, милосердное отношение, профессиональная
помощь, не осознают своей потребности или, если осознают, то стыдятся обращаться за содействием.
Совокупность проблем, их состояние изначально задают направления,
формы и методы социальной работы в конкретном обществе. Основное, стратегическое направление социальной работы, характерное для любой страны, – это
создание и практическое обеспечение системы социальной помощи и защиты
населения. Конкретные направления, а именно они составляют основное содержание деятельности субъектов социальной работы, дифференцируются по
разным основаниям, уровням и объектам. Например, на уровне макропрактики
такими направлениями будут: формирование адекватной возможностям общества социальной политики; создание мобильной, разумной и действенной социальной помощи и защиты населения; охрана и реализация прав человека; создание условий жизни (экономических, политических, юридических, духовных,
нравственных, психологических), достойных человека.
На уровне микропрактики направления социальной работы отвечают специфике ее объектов (личности, группы) и включают помощь людям в получении ощутимых социальных услуг; поддержку в трудные, кризисные периоды
жизни; обучение техникам выживания и выхода из экстремальных и кризисных
84
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ситуаций; помощь в процессах социальной адаптации, реадаптации, реабилитации и интеграции. Для каждого конкретного объекта существуют свои направления социальной работы. Например, для подростков "группы риска" они заключаются в следующем:
- создание для подростков с отклоняющимся (девиантным) поведением
центров реабилитации, включающих в себя приюты (убежища), службы медико-психолого-педагогической коррекции;
- организация служб социальной поддержки;
- открытие кабинетов доверия и семейных консультаций;
- ″телефон доверия″;
- изучение социального окружения такого подростка и воздействие на него;
- проведение работы по охране прав ребенка через взаимодействие с органами опеки и попечительства;
- создание служб реабилитации и адаптации подростков, подверженных
наркомании и токсикомании, табакокурению, алкоголизму;
- создание кризисных стационаров для подростков-суицидентов и т.д.
Таким же образом можно обозначить основные направления социальной
работы с другими ее объектами (клиентами). Одним из наиболее актуальных и
перспективных направлений современной социальной работы, приемлемым для
любого ее объекта, является разработка инновационных социальных технологий, их апробация, внедрение и обучение им нуждающихся граждан.
Особенности объектов социальной работы, их психологические характеристики априори задают принципы осуществления данного конкретного вида деятельности. К числу основных можно отнести следующие: соучастие и понимание, открытость и конфиденциальность, своевременность социальной помощи и
поддержки, приоритетность профилактики социальных проблем, признание ценности личности клиента и значимости его проблем, творческое сочетание специализации и комплексности в социальной работе, профессионализм.
Не подлежит сомнению, что социальная работа как вид профессиональной
деятельности в современном российском обществе выполняет определенные
функции. Среди них можно выделить:
- организаторскую (создание и организация деятельности социальных
служб, привлечение к их работе широкой общественности, направление их деятельности на оказание различных видов помощи и социальных услуг населению);
- диагностическую (при помощи ее изучаются особенности объектов социальной работы, степень и направленность влияния на них микро-, мезо- и макросреды, ставится "социальный диагноз");
- правозащитную (используются законы и правовые акты, направленные на
оказание помощи и поддержки населению, его защиту);
- профилактическую (приводятся в действие различные механизмы (юридические, медицинские, психологические, педагогические и другие) с целью
предупреждения и преодоления негативных явлений, организации помощи нуждающимся);
85
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
- социально-медицинскую (организуется работа по профилактике заболеваний и сохранению здоровья, овладению основами оказания первой медицинской помощи, содействию в подготовке молодежи к семейной жизни, развитию
трудотерапии и т. д.);
- социально-педагогическую (выявляются интересы людей в культурнодосуговой, спортивно-оздоровительной, художественной и т.д. деятельности,
привлекаются к работе с ними различные учреждения, общества и творческие
союзы и т. п.);
- психологическую (осуществляются различные виды консультирования и
коррекции межличностных отношений с целью социальной адаптации, реадаптации и реабилитации);
- социально-бытовую (оказание необходимой помощи и поддержки различным категориям населения: инвалидам, пожилым, молодым семьям, одиноким гражданам и т.д. в улучшении их быта и жилищных условий);
- коммуникативную (устанавливается контакт с нуждающимися, организуется обмен информацией, вырабатывается единая стратегия взаимодействия,
восприятия и понимания другого человека и групп).
Социальная работа выполняет функцию связующего звена между теми, кто
нуждается в помощи, и теми, кто ее реально может оказать (государство, благотворительные и коммерческие организации, конкретные люди). Характер деятельности социального работника на микроуровне позволяет ему самостоятельно оказать эту помощь нуждающимся (консультативную, обучающую, информационную и т.п.). Реализуя свою деятельность, социальный работник ведет
воспитательную работу (выступает в роли учителя, консультанта, эксперта, дает советы, обучает умениям, моделированию поведения, устанавливает обратную связь, применяет ролевые игры). Осуществляя фасилитативную функцию,
он играет роль пособника или помощника, сторонника или посредника при решении проблемы клиента, интерпретирует поведение, обсуждает альтернативные направления деятельности и действий, объясняет ситуацию, подбадривает
и нацеливает на мобилизацию внутренних ресурсов клиента. Его адвокативная
функция заключается в подборе документально обоснованных фактов для усиления аргументации с целью защиты клиента.
Основные направления и функции социальной работы в обществе осуществляются ее субъектами через организационно-управленческую, исследовательскую, аналитическую и научно-педагогическую деятельность.
Таким образом, использование деятельностно-активистского подхода к
изучению состояния и функционирования социальной работы как одной из систем российского общества позволяет обозначить ее как совокупность субъектов
и объектов деятельности. Осуществление социальной работы на трех уровнях
объективно дифференцирует субъекты и объекты данного вида деятельности,
априори задает им специфические признаки и характеристики, определяет основные направления, функции и принципы современной социальной работы в
России.
Одним из условий дальнейшего совершенствования социальной работы
как вида профессиональной деятельности, повышения ее эффективности и ус86
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
пешной институционализации является применение традиционных, уже известных, а также разработка, апробация и внедрение инновационных социальных технологий.
3.2. Технологизация социальной работы
как одно из условий ее институционализации
Процессы институционализации социальной работы как вида профессиональной деятельности объективно зависят от разнообразных условий и факторов. Одним из таких условий несомненно является активное использование социальных технологий.
Словосочетание "социальная технология" достаточно прочно укоренилось
как в бытовом, так и в научном языках. Более того, все, что понимается под социальными технологиями, стало объектом для изучения многих наук. Вопросы
о сути данного понятия, истории его появления, сферах применения, а также
перспективах развития легли в основу разработки нового направления в научных исследованиях – теории социальных технологий. Некоторые виды современной деятельности практически невозможны без использования социальных
технологий. Все это вызвало необходимость более детального рассмотрения
самого понятия "социальная технология".
Традиционно слово "технология" применялось к неодушевленным предметам материального мира и означало "совокупность производственных процессов в определенной отрасли производства" 110. По сути, это методы "обработки,
изготовления, изменения состояния, свойств, формы сырья, материала или полуфабриката в процессе производства" 111. Технологией называется и научная
дисциплина, разрабатывающая такие методы, приемы и способы.
Сложнее обстоит дело с термином "социальный". Первоначально он представлялся достаточно простым и трактовался как "общественный, связанный с
жизнью и отношениями людей в обществе". Сегодня проблема и понятие "социального" вызывает особый интерес по ряду причин. Прежде всего, суть "социального" значительно расширилась и перестала быть связанной только с отношениями собственности на средства производства.
Вслед за повышением роли социальной сферы, социальных аспектов экономической, политической и духовной жизни общества под "социальным" стали понимать специфические для человека и общества, в отличие от животного
мира, условия, процессы и продукты их жизнедеятельности, их функционирование, изменение и развитие. Это и взаимоотношения, и характер социальной
деятельности, и специфика поведения, и состояние самих социальных субъектов как в определенных исторических условиях, так и в конкретных ситуациях.
Способы и средства преобразования окружающей действительности, степень их совершенства на всех этапах развития человечества служили важней110
111
Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М., 1986. С. 597.
Словарь иностранных слов. М., 1990. С. 124.
87
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
шей характеристикой уровня развития общества. Данный вид технологий социальной практике известен довольно давно. Еще в первобытных племенах применялись особые способы воздействия на психику человека с целью создания
подходящего настроения для начала охоты, военных действий, совета или
празднества. Конечно, достигалось это за счет стихийно сложившейся и передаваемой от поколения к поколению системы традиционных обрядов и церемоний. Как правило, такие "социальные технологии" носили массовый характер,
так как в играх, пении, плясках и других ритуальных действиях участвовали все
члены племени.
Более осознанно эмпирически найденные методы воздействия применялись в практике ораторского искусства, в приемах и технике риторики, которым столь большое значение придавали политические деятели Древней Греции
и Рима. Ораторское искусство в основном строилось на двух "технологиях":
одни ораторы влияли на чувства, другие воздействовали на слушателей путем
логических рассуждений.
Особенно тщательно и целеустремленно на протяжении ряда столетий систему эмоционально насыщенных обрядов и культовых действий, способных
оказать огромное влияние на психику и поведение человека, формировала и использовала церковь. Методы ее воздействия базировались как на впечатляющей
силе комбинированного эстетического воздействия (красочность икон, роспись
храмов, устремленный к небу купол, полусвет, мерцание свечей, хоровое пение
и т.д.), так и на умелом использовании народных обычаев, традиций и норм морали.
Далее процесс развития технологий осуществляется в сфере управленческой деятельности. В частности, вся история возникновения и развития менеджмента является ярким примером развития социальных технологий. Уже в
древних обществах – Шумере, Египте и Аккаде – жрецы старательно вели деловую документацию, проверяли бухгалтерские расчеты, осуществляли снабженческие, контрольные и прочие функции, управляли движением средств.
В дальнейшем менеджмент сформировался как инструмент коммерческой
и религиозной деятельности, постепенно превратился в особую социальную
технологию. Несомненный вклад в ее развитие внесли вавилонский царь Хаммурапи (1792 – 1750 гг. до н.э.), царь Навуходоносор II (605 – 652 гг. до н.э.) и
представители Древнего Рима (например, Диоклетиан).
Следующий этап развития социальных технологий связан с зарождением
капитализма и началом индустриального развития европейской цивилизации.
Его главными характеристиками явились отделение технологии менеджмента
от собственности (капитала) и зарождение профессионального управления, которое стало трактоваться как администрирование.
В эпоху развития научно-технического прогресса функции менеджмента
значительно расширились и стали объединять планирование, делопроизводство, сбыт, закупки, совершенствование организации, статистический анализ
производства. Появилась и развилась система формирования и исполнения
бюджета предприятия – бюджетирование.
88
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Буржуазная революция стала началом нового этапа в развитии социальных
технологий. Прежде всего это связано с личностью предпринимателя, его уровнем овладения профессиональным управлением, т.е. формированием нового
типа "управленца" – наемного управляющего – менеджера.
В конце XIX – начале XX в. наступил очередной этап, который получил
название "бюрократический". Его теоретической базой стала концепция "рациональной бюрократии" М. Вебера, для которой характерны формирование
крупных иерархических структур, разделение управленческого труда, внедрение норм и стандартов, формализация должностных обязанностей и ответственности менеджеров.
Далее можно выделить важнейшие концепции, на основе которых шел
процесс развития теории и практики социальных технологий в рамках менеджмента. Это концепции научного управления (1885 – 1920 гг.), административного управления (1920 – 1950 гг.), управления с позиций человеческих отношений (с 1930 г. – по настоящее время), управление с точки зрения количественных методов (1950 г. – по настоящее время).
Вместе с тем достижения научно-технического прогресса всегда благотворно влияли на состояние, развитие и совершенствование социальной технологии. Являясь по существу важнейшей характеристикой способа сознательного освоения и преобразования природы, способа материализации, опредмечивания в природном материале знаний, информации, трудовых функций и опыта
человека, качественное состояние технологии представляет собой важнейший
интегральный показатель достигнутого в обществе уровня цивилизации.
Если в сфере материального производства понятие "технология" утвердилось прочно, а ее многовековые традиции не вызывали никаких сомнений в среде теоретиков и практиков, то понятия "технологизация социальной сферы" и
"социальная технология" утвердились не сразу. Еще в середине 70-х гг. ХХ в.
подвергалась сомнению сама возможность технологизации социальной сферы.
Длительное время дискуссионным оставалось предметное пространство социальных технологий, несмотря на то, что приоритет в разработке вопросов социальной инженерии и технологии принадлежит российским ученым Центрального
института труда (ЦИТ), созданного в 1920 г. А. Гастевым. Социальная инженерия, трудовая технология сводились цитовцами к технической деятельности по
совершенствованию и соединению организации производства и социальных
факторов в целях повышения производительности труда, облегчения и улучшения его условий112.
Особенно ярко технологизация социальных процессов стала проявляться в
связи с развитием научно-технического прогресса и производственной деятельности. Под социальной технологией в этот период стала по аналогии с промышленной пониматься совокупность приемов, методов и воздействий, применяемых для достижения поставленных целей в процессе социального планирования и развития, решения разного рода социальных проблем (повышение производительности труда; совершенствование организации управления; целена112
Уткин Э.А. История менеджмента. М., 1997. С. 24 – 26.
89
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
правленное воздействие на общественное мнение через средства массовой
коммуникации и т.п.) 113.
Учитывая сложность и неоднозначность человеческого фактора, люди
вольно или невольно разрабатывали определенные методы, способы и приемы
воздействия как на отдельных личностей, так и на группы, изменяли характер
их взаимодействия (особенно в производственном процессе), искали оптимальные пути решения тех или иных проблем и конкретных задач.
Естественные изменения в различных сферах жизнедеятельности общества
также приводили к возникновению новых социальных технологий. Конечно,
все они складывались достаточно спонтанно, развивались длительное время и
фактически являлись результатом эмпирического опыта, массового творчества
и закономерностей, открытых социальными науками.
Условия современного, быстро изменяющегося общества выдвинули новые вопросы, связанные с социальными технологиями. Технотронный этап
НТР, информационный взрыв, инновации социальной практики, экологические
катаклизмы и т.д. поставили человека в крайне сложное положение. Следствием этого положения явилось обострение социальных проблем как в целом, так и
личных (неудовлетворенность жизнью, депрессии, неврозы, психопатии, суициды и т.д.). Значительно выросло число кризисных ситуаций, в которых и после которых человеку нужна помощь специалистов. При этом следует отметить
интернациональный характер проблем, хотя степень их выраженности в разных
странах может варьироваться.
Все современные социальные технологии представляют так называемую
активную социологию, т.е. социологию реальных изменений. Ее сторонники, в
отличие от классических социологов, не только собирают и анализируют информацию, они вырабатывают решения по своим исследованиям, дают реальные, конкретные рекомендации, отвечающие на вопрос, что теперь делать.
Краткий экскурс в историю социальных технологий позволил выделить
основные этапы их развития. На первом этапе характер технологий определялся
результатом функционирования практики людей. Затем их создание диктовалось потребностями конкретного вида данной практики (особенно в системе
производства). Современные социальные технологии носят превентивный характер, антиципируют последствия социальной практики для объектов, разрабатываются искусственно и целенаправленно, имеют авторство, создаются намеренно для конкретных задач, являются инструментарием реальных изменений.
Начиная со второй половины 70-х гг. и фактически по настоящее время идет
интенсивная научная разработка проблем, связанных с социальными технологиями. Сложность и многогранность содержания социальных технологий, разнообразие подходов к их анализу не могли не породить множества определений
Албегова И.Ф. Социально-психологические аспекты технологизации социальной работы в современной России // Проблемы психологии и эргономики. 2001. № 4. С. 17 – 18.
113
90
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
социальных технологий114. Среди них наиболее характерными являются предложения понимать социальную технологию как «способ управления, регулирования, планирования социальных процессов», как «конечный продукт социального
проектирования, необходимый для обеспечения процессов воспроизводства и
совершенствования деятельности», как «совокупность приемов, методов и воздействий, применяемых для достижения поставленных целей», как социологическую категорию, обозначающую и характеризующую способ целенаправленного
решения общественной проблемы в виде определенного набора процедур и операций и как средство практического достижения поставленных целей.
Наиболее плодотворной стала попытка изучения социальных технологий,
осуществленная болгарскими философами и социологами М. Марковым и
Н. Стефановым115. Так, М. Марков рассматривает их в двух аспектах: как знание об организации технологической деятельности и как деятельность, построенную в виде этапов, операций, методов, соответствующих определенным специфическим социальным структурам. Н. Стефанов определяет социальные технологии как деятельность, в результате которой достигается поставленная цель
и изменяется объект деятельности. Другими словами, социальные технологии –
это предварительно определенный ряд операций, направленных на достижение
некоторой цели и задачи. В предложенном Стефановым определении можно
выделить по меньшей мере три признака, которые могут быть отнесены к социотехнологическим: достижение посредством социотехнологических воздействий определенной цели и решение какой-либо задачи; ряд операций и элементов, на которые может быть расчленена любая социальная технология, и
определенная последовательность, в которую соединены элементы и операции.
В монографии Н. Стефанова "Общественные науки и социальная технология" отмечается, что "возможность технологизировать социальные процессы
обусловлена структурой человеческой деятельности, что смысл социальных
технологий сводится к преобразованию знаний, опыта и навыков человека в
практические действия по преобразованию социальных отношений и социальных процессов" 116.
Системный анализ понятия "социальные технологии" в отечественной философии осуществила Г. Иконникова, еще ранее в своих трудах по управлению
этим понятием оперировал В. Афанасьев. В своей книге "Человек в управлении
обществом" В. Афанасьев отмечает, что "социальная технология характеризуется как важный элемент механизма управления, а ее сущность рассматривается как перевод требований объективных законов на язык практики социального
См., например: Дикарева А.А., Мирская М.И. Социология труда. М., 1989. С. 28;
Марксистско-ленинская социология. М., 1989. С. 153; Современная западная социология:
Словарь. М., 1990. С. 345; Современные социальные технологии: сущность, многообразие
форм и внедрение: Материалы Международной научно-практической конференции, 18 - 20
апреля 1991 года. Ч. 2. Белгород, 1991. С 177 – 178; Российская социологическая энциклопедия / Под общ. ред. Г.В. Осипова. М., 1999. С. 574.
115
Марков М. Технология и эффективность социального управления. М., 1982. С. 23 –
36.
116
Технология социальной работы / Под общ. ред. И.Г. Зайнышева. М., 1998. С. 7 – 8.
114
91
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
управления. Это перевод абстрактного языка науки, отражающей объективные
закономерности развития общества, на конкретный язык решений, нормативов,
предписаний, регламентирующих, стимулирующих людей, каждого конкретного человека на достижение поставленных целей"117.
Социальные технологии - это и "система знаний об оптимальных способах
преобразования и регулирования социальных отношений и процессов в жизнедеятельности людей, а также сама практика алгоритмического применения оптимальных способов преобразования и регулирования социальных отношений
и процессов"118.
В. Нечаев считает, что социальные технологии своим объектом имеют разнообразные занятия людей, они создают ситуации их оптимального благоприятного проведения. В качестве объекта он выдвигает социальную деятельность.
Согласно Е. Руденскому, "под технологией обычно понимают совокупность
средств организации и упорядочивания целесообразной практической деятельности в соответствии с целью и логикой процесса преобразования того или
иного объекта" 119.
А. Пригожин под социальными технологиями в широком смысле понимает
"деятельность по организации, изменению другой деятельности. Для этого разрабатывается комплекс методов, процедур, правил, предлагаемых конкретным
людям с целью улучшения их труда"120. Более того, все социальные субъекты
находятся во взаимодействии и взаимовлиянии. Следовательно, социальные
технологии – это и изменение характера этого взаимодействия, повышения их
разумности и согласованности, усиления их субъектности, т.е. приведение этих
взаимоотношений в соответствие с требованиями современного цивилизованного общества121.
Российская социологическая энциклопедия определяет социальную технологию как "специфическое и стандартное оперативное средство деятельности
социолога-практика в сфере управления" 122. В ней же отмечается, что термин
"технология социальная" используется в социально-инженерной деятельности и
социологической ветви управленческого консультирования. Она представляет
собой способ организации и упорядочения целесообразной практической деятельности, совокупность приемов, направленных на определение или преобразование (изменение состояния) социального объекта, достижение заданного результата. При этом речь идет о специфических, собственно социологических
средствах. Специфика технологии в том, что она алгоритмизирует деятельность
и поэтому может быть многократно использована, тиражирована для решения
Технология социальной работы. С. 8.
Там же. С. 9.
119
Руденский Е.В. Феноменология и социальная технология праздничного общения:
Дис. ... д-ра социол. наук. М., 1991. С. 4.
120
Пригожин А.И. Современная социология организаций. М., 1995. С. 229.
121
Албегова И.Ф. Социально-психологические аспекты технологизации социальной работы в современной России // Проблемы психологии и эргономики. 2001. № 4. С. 20.
122
Российская социологическая энциклопедия. М., 1999. С. 574.
117
118
92
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
сходных задач, достижения заданных результатов посредством трансляции
профессиональной, в данном случае социологической, культуры.
Идея принадлежности социальных технологий к числу социологических
средств, направленных на обеспечение управленческой деятельности, разделяется большинством российских социологов, однако это не определяет социологической специфики, поскольку в сфере управления могут быть использованы
(и используются) технологии и средства различных предметных сфер (технических, экономических, психологических и др.).
В словаре "Современная западная социология" отмечается, что социальные
технологии – это совокупность приемов, методов и воздействий, применяемых
для достижения поставленных целей в процессе социального планирования и
развития, решения разного рода социальных проблем 123.
К. Поппер в своей концепции открытого общества, легко изменяющегося и
приспосабливающегося к обстоятельствам внешней среды, под социальными
технологиями понимает способ применения различных видов теорий развития
общества.
В толковом словаре "Социальные технологии" авторы рассматривают социальную технологию как специально организованную область знаний о способах и процедурах оптимизации жизнедеятельности человека в условиях нарастающей взаимозависимости, динамики и обновления общественных процессов; способ осуществления деятельности на основе ее рационального расчленения на процедуры и операции с их последующей координацией и синхронизацией и выбора оптимальных средств, методов их выполнения; метод управления социальными процессами, обеспечивающий систему их воспроизводства в
определенных параметрах – качества, свойства, объемы, целостности деятельности и т.п. 124
В настоящее время существует множество подходов к определению сути
социальной технологии125: определенный способ достижения общественных целей, состоящий в пооперационном осуществлении деятельности; операции разрабатываются предварительно, сознательно и планомерно; разработка проводится на основе и с использованием научных знаний; при этом учитывается специфика области, в которой осуществляется деятельность; социальная технология
выступает в двух формах: как проект, содержащий процедуры и операции, и как
сама деятельность, построенная в соответствии с этим проектом, и, наконец, социальная технология – элемент человеческой культуры, она возникает двумя путями: «вырастает» в культуре эволюционно либо строится по ее законам как искусственное образование, главная функция которого сегодня – соединение науки
и практики.
Как явление социальной практики, социальная технология представляет
собой комплекс приемов достижения социально полезной цели в обеспечении
Современная западная социология. М., 1999. С. 225.
Социальные технологии: Толковый словарь / Отв. ред. В.Н. Иванов. М.; Белгород,
1995. С. 17.
125
Социальные технологии. С. 18.
123
124
93
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
благоприятных условий жизни людей, их организованности, в той или иной
степени соответствующий требованиям времени.
На наш взгляд, вполне уместно под социальными технологиями понимать
методы воздействия на социальные субъекты и объекты с целью изменения их
состояния, формирования определенных установок, ценностных ориентаций,
новых социальных потребностей, усиления их способностей к социальной
адаптации и интеграции в современное общество.
Более того, все социальные субъекты и объекты влияют друг на друга, постоянно находятся во взаимосвязи и взаимозависимости. Следовательно, социальные
технологии – это и изменение характера этих взаимодействий, повышение их разумности и согласованности, усиление их субъектности, т.е. приведение этих
взаимоотношений в соответствие с требованиями современного цивилизованного
общества.
Эти определения и подходы к сути социальных технологий лишний раз
подтверждают мысль о том, что любая попытка дать точное и полное определение сущности такого сложного социального феномена будет неполной, носит
относительный характер. Основой такого утверждения является факт неравномерности социальных отношений и процессов в обществе, их чрезвычайно высокие динамизм и взаимозависимость. В связи с этим все приведенные подходы к
определению социальных технологий отражают лишь ее отдельные аспекты,
имеющие важное значение для социальной практики. Однако полиморфизм подходов лишний раз подтверждает, что проблема определения сути и специфики
социальных технологий, определение их как научного понятия до сих пор до
конца не решена.
Разнообразие современных социальных технологий, их актуальность для
практики объективно ставит вопрос об их типах и видах. Инновационность данного научного понятия и явления позволяет в качестве основы выделения типов
социальных технологий положить различные показатели и критерии, а также их
базовые характеристики.
В отечественной социологии в качестве основы, позволяющей идентифицировать социальные технологии с собственно социологическими средствами,
выдвигаются: специфика социального объекта (процесса) – человек, общность,
организация и т.д.; специфика социальных отношений; предметная специфика
(например, применительно к организации – социальная организация).
Если за основу выделения берется объект воздействия социальных технологий, то можно выделить три их типа: субъектные, деятельностные, средовые.
В свою очередь субъектные технологии дифференцируются на индивидуальные (саморазвития, самозащиты, самосохранения и т.п.), групповые (технологии трудоустройства, реадаптации, трудотерапии и т.п.) и технологии на
уровне всего общества (реформы, революции и т.д.).
Деятельностные технологии соответствуют существующим видам деятельности и отражают их многообразие. Они имеют принципиальное значение
для функционирования как всего общества в целом, так и его отдельных членов
и групп. В социальной работе как профессиональной деятельности можно выделить следующие технологии данного вида: социальные технологии, направ94
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ленные на совершенствование социальной работы как вида деятельности; социальные технологии, направленные на улучшение деятельности организационных структур социальной работы (техники управления, прогнозирования, моделирования, проектирования); социальные технологии, оптимизирующие деятельность социального работника (интервьюирование, консультирование, корректировка, установление проблемы и т.д.); социальные технологии, улучшающие деятельность клиента (установка на успех, снятие комплексов, улучшение
коммуникативных навыков и т.д.).
Следующий тип социальных технологий, выделенных нами, – средовые. К
ним относятся методы оздоровления окружающей среды обитания человека
(как природной, так и социальной). Применительно к социальной работе можно
выделить технологии, которые направлены на создание благоприятной социоэкологической среды. Прежде всего такие технологии помогают субъектам
найти свой социум, в котором они чувствуют себя комфортно (выбор профессии, организации, создание семьи). По сути, это достижение определенного социального статуса в обществе со всеми его характеристиками. Далее речь идет
о совершенствовании уже имеющейся среды обитания человека (коррекция
процессов общения, техники профилактики и разрешения конфликтных ситуаций, развития стрессоустойчивости, превентивные меры по преодолению болезней адаптации и т.д.).
Рассматривая субъектные социальные технологии на уровне всего общества и его отдельных сфер, К. Поппер предложил способ применения теоретических выводов социологов в практических целях. Отсюда два вида технологий –
"частичные" и "холистские" (или "утопические"). Их отличия заключаются в
следующем. "Холистские" социальные технологии стремятся перепланировать
и, соответственно, преобразовать общество в целом за один прием революционным путем. Они не в состоянии вовремя учесть и предотвратить нежелательные последствия предпринятых преобразований. "Частичные" технологии отличаются не столько масштабом целей и дел, сколько реальностью их постановки и осуществления, осторожностью и постепенностью преобразований, постоянным контролем за их осуществлением. Таким образом, Поппер, отдавая
предпочтение "частичным" социальным технологиям, отмечает следующие их
положительные стороны: контроль, дающий возможность пересмотра и корректировки в случае необходимости как заданных целей, так и теоретических
принципов, их обосновывающих, и ликвидация непредвиденных последствий
преобразований. Говоря о "частичных" социальных технологиях, Поппер разработал методологию социально-реформистского преобразования общества.
По мнению А. Пригожина, социальные технологии можно разделить на
три группы 126. К первой автор относит «кабинетные» технологии (в этом случае
социолог анализирует информацию о деятельности я-объектов (партий, предприятий, центров, служб и т.д.) и вырабатывает для них собственные предложения по улучшению этой деятельности, как бы перенося их из кабинета в социальную реальность). Вторую группу составляют «лабораторные» технологии,
126
Пригожин А.И. Современная социология организаций. С. 230.
95
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
т.е. искусственно создаваемые временные условия воздействия на людей с целью получения нового знания, выявления и решения их проблем (это исследование действием, практические, деловые игры и т.д.). Третью группу образуют
«полевые» технологии, с которыми социолог входит в реальную среду для
взаимодействия с респондентами, клиентами с целью получения информации,
поиска решений их проблем (диагностическое интервью, беседы, групповые
дискуссии и т.п.).
Одновременно А. Пригожин предлагает разделить социальные технологии
на операционные, которые вводятся в социальную среду на некоторое время,
чтобы инициировать там необходимые процессы, а затем как бы «выводятся»
из этой среды назад, прекращают там свое действие (социальнопсихологический тренинг, игровые методы), и передаваемые, которые можно
продемонстрировать людям, и они потом сами станут ими пользоваться уже без
социолога (мозговая атака, сценарный метод и т.д.).
Наибольший интерес представляет классификация с позиции отношения
технологий к управленческим решениям. По этому основанию социотехнологии делят на два типа: направленные на подготовку управленческих решений в
рамках социологической проблематики (по-другому их называют технологиями
социологической диагностики) и технологии, направленные на реализацию
управленческих решений (социальные технологии реализации).
Все социальные технологии имеют разную степень новизны, поэтому это
также может послужить основанием для их классификации. В зависимости от
степени инновационности можно различать радикальные (базовые, принципиально новые) социальные технологии и комбинаторные (т.е. доработанные,
адаптированные к новым условиям).
Критерием деления социальных технологий могут служить и время их
внедрения и время действия: те, которые действуют на протяжении небольшого
отрезка времени, и те, которые действуют десятилетиями. Основой видовых
различий социальных технологий выступает и характер их воздействия (мягкий, принципиальный, корректирующий, реабилитирующий и т.д.). По степени
внедрения выделяют разработанные, адаптированные, внедренные и полностью
используемые; внедренные, но используемые слабо; невнедренные. Разные социальные технологии имеют разные социальные последствия, что также может
служить критерием видовых различий (с негативными, с положительными или
с нейтральными последствиями). Можно также выделить две следующие группы: разработанные технологии, имеющие методику обучения этим технологиям, и разработанные, но не имеющие такой методики.
Одним из условий развития любого общества является социальная адаптация его членов, которая обеспечивает готовность к активной жизнедеятельности, служит профилактикой разного рода заболеваний и девиантного поведения. Вот почему независимо от своего социального положения люди из потока
информации отбирают конкретные советы, практические рекомендации относительно того, как выжить, как добиться успеха в жизни. Они пытаются овладеть социальными технологиями, которые позволяют изменить их психоэмоциональное и физическое состояние, улучшить отношения с окружающими,
96
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
получить новый статус в обществе и, как следствие, повысить свой уровень социальной адаптации. Поэтому среди современных социальных технологий особое место занимают методы саморазвития, самозащиты, самосохранения, самообеспечения, самообучения, самоорганизации и т.д. Все их можно определить
одним термином – персональный менеджмент. В данном случае задачей социального работника будет являться ознакомление и обучение клиента данным
техникам.
Групповые технологии могут быть разделены и в зависимости от половозрастных, статусных, профессиональных и других признаков. Например, для
безработных это технологии трудоустройства, для бывших военных, заключенных, бомжей – технологии реадаптации, для подростков – технологии адаптации к условиям современного общества, для одиноких женщин – технологии
устройства личной жизни, для лиц с ограниченными физическими возможностями - трудотерапия, для семей – семейная психотерапия и т.д. Число социальных групп и слоев, требующих социальной помощи, все время возрастает,
усложняются их проблемы, следовательно, растет и число социальных групповых технологий.
По масштабности реализации можно говорить о технологиях, действующих в пределах всего общества, отдельного региона, области, района и т.д.
Любая социальная технология имеет цель, определенные задачи, этапы и
принципы реализации. Все эти моменты также могут выступать критериями их
дифференциации.
Как видим, многообразие современных социальных технологий позволяет
определить их типы и виды. Критерии при этом могут быть самыми разными.
Мы не ставим себе цель представить полную их типологию. Смысл нашей работы состоит в определении возможных подходов к составлению классификации современных социальных технологий.
Исходя из предложенных определений социальных технологий видно, что
социальные технологии шире понятия и явления "социальная работа". Основным аргументом в пользу этого утверждения может служить факт разнопланового воздействия социальных технологий на социальные объекты и субъекты.
Это может быть и агрессия, и разрушение, и летальный исход. Примеры такого
манипулирования как индивидуальным, так и общественным сознанием, поведением, потребностями и жизнью людей известны давно. Вполне понятно, что
данный аспект воздействия социальных технологий в корне противоречит
смыслу социальной работы, суть которой состоит в оказании разнообразных
видов помощи и имеет гуманный, альтруистический характер.
Далее мы можем утверждать, что социальная работа как профессиональная
деятельность, смысл которой состоит в регуляции социальных отношений, в
приведении их в соответствие с требованиями современного цивилизованного
общества, в повышении их разумности, гуманности, субъектности, укреплении
связей отдельных личностей, групп, этносов, семьи с государством и обществом, является видом социальных технологий. Еще предстоит колоссальная работа в плане разработки форм, направлений, целей и задач современной социальной работы как вида социальной технологии.
97
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Можно отметить и еще один аспект соотношения социальной работы и социальных технологий: сама социальная работа осуществляется, реализуется при
помощи отдельных методик или техник (общения с клиентами, трудоустройства,
поведения в экстремальных условиях, реадаптации, реабилитации, психотехник
и т.д.). Так, любая организационная структура социальной работы (служба занятости, служба социальной помощи или защиты, реабилитационный центр и т.д.)
также имеет свои технологии и методы работы.
Все сказанное позволяет обосновать необходимость создания и существования специальных условий технологизации практической деятельности в социальной сфере. К их числу можно отнести следующие:
- объект воздействия должен обладать определенной степенью сложности,
т. е. иметь признаки социальной системы;
- должны быть выделены элементы системы объекта социального воздействия, особенности его строения (структура) и функционирования;
- возможность формализации реально происходящих процессов и представления их в виде определенных операций, процедур, показателей;
- возможность воспроизводства и повторяемость операций, процедур или
показателей в новых условиях.
Социальная работа как специфическая профессиональная деятельность и
как самостоятельная система научных знаний с собственным предметом исследования по всем параметрам отвечает указанным основным условиям процесса
технологизации. Следовательно, проблема заключается не столько в возможности технологического подхода к социальной работе, сколько в разработке и совершенствовании ее технологий, методологии, инструментария и в усвоении
опыта их применения на практике.
Стратегия и тактика современной социальной работы строятся на новом
характере взаимоотношений, суть которых состоит в переходе от субъектобъектных отношений к парадигме соучастия. Согласно ей, знания, умения, навыки и личностные особенности социального работника как бы составляют
своего рода ресурсы деятельности клиента, ресурсы его самоорганизации, построения его собственной деятельности. Чем лучше, техничнее ведет себя социальный работник, тем быстрее осуществляется процесс изменения мотивации
жизнедеятельности клиента.
Видов социальных технологий, применяемых в практике социальной работы, существует немало. Наиболее востребованными из них являются методы
экспертного оценивания (например, техники интервьюирования клиентов); методы вмешательства (службы знакомств); методы психологической помощи,
реадаптации и реабилитации, консультирования и т.д.127
Обращенность социальной работы к конкретной личности ставит социального работника перед проблемой постоянного поиска наиболее эффективных
приемов, методов, техник, направленных на восстановление нарушенных связей между личностью и обществом. В связи с этим априори ставятся три задачи: создание новых социальных технологий социальной работы; овладение
127
Энциклопедия социальной работы: В 3 т. М., 1994. Т. 1.
98
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
этими технологиями социальными работниками; обучение данным техникам
клиентов социальной работы. Этот процесс носит непрерывный и длительный
характер, что связано с постоянным увеличением числа клиентов социальной
работы, возникновением принципиально новых проблем, совершенствованием
процесса помощи.
Все уровни социальной работы требуют принципиально разных технологий, разной степени их освоения и применения. В связи с этим также можно
выделять социальные технологии макро-, мезо- и микроуровней социальной
работы. Разработка технологии социальной работы любого уровня включает
три основных этапа: теоретический, методический и процедурный. Их совокупность представляет собой систему.
Теоретический этап связан с формулированием целевой установки, определением предмета технологизации, выделением структурных элементов и выявлением причинно-следственных связей и отношений, в которые включен
объект социальной политики или клиент социальной работы.
Методический этап характеризуется решением задач выбора источников,
путей и способов получения информации о состоянии объекта социальной политики или клиента социальной работы, определения приемов и средств обработки
и анализа этой информации и принципов трансформации выводов в конкретные
рекомендации для преобразующей деятельности.
Процедурный этап предполагает решение задач, связанных с организацией
практической деятельности по апробации и устранению недостатков рекомендаций и с составлением алгоритма действий.
Содержание технологии социальной работы заключается в обосновании
проекта, программы деятельности, определенного алгоритма и логической последовательности действий в процессе решения поставленных задач, стандарта
или норматива предписанных процедурных действий, объективных критериев
оценки организации, хода и результатов деятельности. В общем виде ей присущи следующие характеристики:
- динамичность, состоящая в постоянной смене содержания и форм работы
специалиста с клиентом и в эвристическом характере деятельности;
- непрерывность, обусловленная необходимостью постоянно поддерживать
непосредственную или опосредованную связь с клиентом и оказывать на него
влияние;
- цикличность, проявляющаяся в стереотипном, устойчивом повторении
этапов, стадий и процедур при работе с клиентами;
- дискретность технологического процесса, которая заключается в неравномерности воздействия на клиентов с момента определения цели до исполнения решения.
Таким образом, среди многообразия факторов и условий, влияющих на институционализацию социальной работы, особенно выделяется процесс ее технологизации. В отличие от традиционных видов деятельности (игра, обучение,
труд), социальная работа является менее технологизированной, что обусловлено рядом объективных и субъективных причин. Одним из направлений технологизации социальной работы как условия ее институционализации является
99
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
разработка, апробация и активное внедрение инновационных социальных технологий.
При этом важный момент – обучение этим технологиям прежде всего самих социальных работников в образовательных учреждениях разного уровня,
их интериоризация и передача объектам (клиентам) социальной работы.
100
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
4. Система образования
специалистов по социальной работе
4.1. Высшее профессиональное образование:
состояние и основные проблемы
институционализации
Р
оссийское образование развивается в условиях глобализации, которая
является характеристикой процессов изменения всего мирового сообщества. В глобализации можно выделить две составляющие: техногенную и социальную. Социальная глобализация предполагает
возможность передачи социокультурного опыта в мировом сообществе, использование мировых достижений на благо человека и его развития. В основе
социальной глобализации лежат единые устойчивые ценности, на которые ориентируется мировое сообщество. Одним из приоритетов социальной глобализации является образование.
Изменения в социокультурных процессах приводят к изменению цели образовательной деятельности. Сегодня обществу нужен не столько человек
знающий, сколько подготовленный к жизни, ориентирующийся в сложных проблемах развития современного социума и культуры, способный осмыслить свое
место в мире. На наш взгляд, изменение антропологического основания образования состоит в переносе акцента с «человека знающего» на «человека, подготовленного к жизни» в современном, быстро меняющемся мире. Из этой цели
вытекают и новые ценности, отвечающие новым потребностям общества в образовании. Прежде всего, это гуманизация, которая может быть определена как
сознательная ориентация на коренные интересы человека, связанная с осознанием цены их достижения и ответственности перед собой как человеком.
Важной составляющей гуманизации является экологизация образования,
т.е. такие изменения в нем, которые связаны с осознанием необходимости
включения экологических ограничений в решение проблемы реализации интересов. Гуманизация системы образования, по нашему мнению, состоит в переориентации ее деятельности с внешних по отношению к данной конкретной
индивидуальности целей на выявление и развитие талантов и способностей
конкретной личности. При таком понимании в образовании принципиальным
оказывается уже не конкретный результат (знания, умения, навыки), а сам процесс, непрерывное творение человеком самого себя. Все результаты этого процесса выступают как продукт собственных усилий. Ответственность за раскрытие своего глубинного личностного потенциала, своей самости лежит на самом
человеке. Образование приобретает свой изначальный смысл – самообразование. Тактическим средством обеспечения гуманизации выступает гуманитари101
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зация. Гуманитаризация предполагает включение в учебные программы дисциплин гуманитарного цикла в связи с необходимостью преодоления технократизма.
К ценностям современного образования следует отнести и фундаментализацию, которая признана сегодня на Западе одним из главных направлений изменения содержания образования в связи с осознанием того, что узкая специализация – «порок», так как она делает человека уязвимым в условиях быстро
меняющейся информации. Фундаментализация предполагает организацию самого знания таким образом, чтобы выделить в нем фундаментальную составляющую, т.е. то знание, которое не меняется в зависимости от конъюнктуры.
Специфика информационного общества как самообучающегося общества обусловила необходимость непрерывного образования. Система непрерывного образования должна охватывать все стадии жизни человека, создавая условия для
быстрого освоения научно-технических достижений, реализации новаторских
идей. Для достижения лидирующего положения в той или иной области необходимо воспитание и поощрение работника нового типа: более образованного,
настроенного на обучение в течение всей своей жизни.
Система образования относится к числу важнейших социальных институтов, который с функциональной точки зрения включен в число институциональных структур, обеспечивающих социализацию индивида. В то же время образование имеет решающее значение для любого общества, обеспечивая выполнение
важнейших задач практического и символического характера. Система образования вносит существенный вклад в интеграцию общества, что проявляется в
формировании чувства общности исторической судьбы у представителей различных социально-этнических, расовых, религиозных и других групп, принадлежности к данному единому обществу при сохранении национальных особенностей, в выработке общих ценностей, предпочтений, идеалов и устремлений в
рамках культурной интеграции.
Институционализация образования в области социальной работы исторически была инициирована потребностью, по выражению М. Ричмонд, в воспроизводстве "добровольных благотворителей", которых на рынке труда от других
профессионалов отличали бы определенные знания, навыки и умения. Обычно
это происходит на этапе завершения спонтанной помощи, в новых социальноэкономических условиях и оформляется как потребность в профессионализме.
Российское социальное образование не могло не испытать на себе тенденций и влияния мирового образовательного процесса. В начале 90-х гг. активно
дискутировались проблемы научной и профессиональной идентичности социальной работы, которую соотносили с устоявшимися формами познания и образовательной практики, в основном с социальной педагогикой. Несомненно, в
этот период весьма полезных дискуссий обозначились подходы к определению
предмета и объекта социальной работы, стимулировалось формирование имплицитных концепций и велись поиски отечественных эквивалентов понятий,
соотносимых с понятием "социальная работа". Именно в этот период осмысление западных моделей социальной работы помогло наметить перспективы научного познания и образовательной практики. Тогда же сформировались осно102
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вания социальной работы, где педагогика, психология и социология сыграли
свою системнообразующую роль, определив тем самым своеобразие теоретической и образовательной модели социальной работы. В конце 90-х гг. образовательное пространство социальной работы вступило в новый этап своего развития и институционализации .
Институализационное признание социальной работы в России связано с
включением в 1991 г. в квалификационный справочник специальности с соответствующей характеристикой: "специалист по социальной работе", что юридически закрепило социальную работу как вид профессиональной деятельности
и инициировало развитие сети соответствующих образовательных учреждений
разного уровня.
В настоящее время в России сложилась многоуровневая система подготовки специалистов по социальной работе, которая состоит из совокупности образовательных учреждений различного профиля и специализации. Среди них
можно выделить профессиональные училища, колледжи, гимназии, техникумы,
вузы, различные центры. Исторически сложилось так, что в основном подготовкой специалистов по социальной работе занимаются государственные учреждения.
7 августа 1991 г. заместителем Председателя Госкомобразования
В. Шадриковым было подписано Постановление о введении в систему образования обучения по специальности «Социальная работа». В нем четко были определены 20 вузов, включая Ярославский государственный университет им.
П.Г. Демидова, которые начали подготовку и переподготовку специалистов по
социальной работе. В этом же году подготовку социальных работников начали
8 вузов.
Приказом Госкомобразования СССР от 7.08.91 г. № 376 (2) был утвержден
учебный план специальности 03.12 – «Социальная работа», предусматривающий
четырехлетний срок обучения с присвоением квалификации «социальный работник». Учебный план включал в себя общегуманитарные дисциплины (философия, политология, теория и история мировой и отечественной культуры, основы
экономической теории и др.) и дисциплины, непосредственно связанные со специальностью: теорию и методику социальной работы (методологические основы
социальной работы; содержание, направление и технология социальной работы;
организация социальной работы; практическая психология в социальной работе;
медико-социальные аспекты социальной работы), социологию (общая социология, общая социальная технология, социология семьи), психологию (введение в
психологию, дифференцированная психология; возрастная психология; социальная психология); педагогику (социальная педагогика; общая педагогика для социальных работников; семейная педагогика), правоведение (теория государства
и права; гражданское право; семейное право; жилищное право; трудовое право;
право социального обеспечения; уголовное право и криминалистика), медикосоциальные основы здоровья (организация здравоохранения; социальная гигиена; реабилитация как медико-социальная проблема; основы здорового образа
жизни с вопросами профилактики наркомании, защиты ребенка в социально неблагополучной среде; анатомо-физиологические особенности организма челове103
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ка, доврачебная помощь при неотложных состояниях; введение в педиатрию;
физиологию и патологию репродукции, планирование семьи; введение в геронтологию; вопросы эпидемиологии и профилактики инфекционных заболеваний).
На период утверждения учебного плана по специальности "Социальная работа" предусматривалось пять специализаций: организация социальной помощи
населению; социальная работа в трудовых коллективах; медико-социальная
помощь населению; социальная работа с семьями и детьми группы риска; социальная работа с молодежью. В тот период силами временного научного коллектива под руководством профессора С. Беличевой было разработано свыше
100 программ по дисциплинам базового курса и специализаций.
В середине 90-х гг. в России подготовку специалистов по социальной работе осуществляли более 70 вузов. К этому моменту был решен принципиально
важный вопрос о переходе на подготовку по социальной работе на трех уровнях высшего профессионального образования: студентам была предоставлена
возможность получить диплом бакалавра (4 года обучения), специалиста (5
лет), магистра (6 лет), обучаться в аспирантуре. В этот же период по предложению Министерства и учебно-методического объединения вузов РФ, готовящих
специалистов в области социальной работы, в образовательных учреждениях
стали вводиться специализации, которых к тому времени насчитывалось 23
(например, "организация социальной защиты населения", "медико-социальная
работа с населением", "социальная реабилитация взрослых с ограниченными
возможностями", "социальная работа с молодежью", "психосоциальная работа с
населением" и др.). Надо отметить, что вузам давалось право не только выбрать
специализацию из числа предложенных, но и ввести свою, аргументированную
потребностями регионов.
В конце 1990-х гг. подготовкой специалистов по социальной работе занимались более 120 вузов, значительно выросло число филиалов столичных вузов
(например, у Московского государственного социального университета их насчитывалось более 40) и специализаций. Некоторые вузы предоставляли и предоставляют возможность студентам пройти обучение по двум специализациям.
В 2000 г. специалистов по социальной работе выпускали 180 вузов, а в настоящее время их уже более 200 (университетов, институтов, академий). Благодаря
интенсивному внутрироссийскому и международному обмену, значительному
росту научного и методического потенциала преподавателей, созданию выпускающих кафедр, научно-исследовательских лабораторий стало возможным
поднять уровень качества образования и заложить фундамент для процесса институционализации высшего образования в области социальной работы. В связи с этим перед системой образования в этой области стоят два типа задач как
содержательного, так и структурно-организационного характера. С содержательной точки зрения необходимо формировать новый ценностный фундамент,
свободный от моноидеологии; восстановить и развить базовые основы гуманитарных знаний, сочетающие в себе лучшие образцы общечеловеческих идеалов
и принципов с национальным историко-культурным наследием, гуманизировать весь учебно-воспитательный процесс в высшей школе. К числу организационных относится решение задачи сочетания государственных учебных заве104
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
дений, бесплатного образования с развивающимися образовательными учреждениями негосударственного, платного образования (хотя термин "бесплатное
образование" не вполне точен, так как оно оплачивается через государственный
бюджет налогоплательщиками и населением в целом, а бесплатным является
только для учащихся). Социальная важность такого образования очевидна, гарантирована Конституцией РФ, его поддержание и развитие напрямую зависят
от размера государственного бюджета и его доли, выделяемой для этой цели.
А.М. Яковлев отмечает, что в условиях рыночной экономки правомерность параллельного развития системы платного, негосударственного образования очевидна, его доступность напрямую зависит от уровня доходов граждан, позволяет укрепить материальную базу таких учреждений, обеспечить повышенную
оплату труда преподавателей, улучшить на конкурсной основе их состав, претендовать на повышенный ("элитный") уровень обучения, гибко реагировать на
возникающие новые потребности в специализации 128.
Под институционализацией системы высшего образования в области социальной работы мы понимаем процесс формирования установления и легитимации определенных социальных групп (преподавателей, аспирантов, студентов),
образовательных организаций и учреждений (университетов, институтов), специализирующихся на подготовке специалистов по социальной работе и удовлетворяющих таким образом потребности общества в специалистах высшей квалификации. В ходе институционализации осуществляется взаимодействие всех
названных социальных групп и развивается новое социальное знание. Институционализация системы образования означает прежде всего ее упорядочение на
основе общепризнанных норм и правил, благодаря которым могут быть решены
актуальные задачи развития системы образования в условиях рыночной экономики. К их числу относятся установление обоснованного соотношения прямого
государственного управления и рыночных механизмов в системе подготовки
специалистов по социальной работе высшей квалификации, обеспечение доступа к ней различных слоев населения.
Инновационность специальности "Социальная работа" и современные социально-экономические условия России определили специфику и структуру
системы учебных заведений, занимающихся подготовкой специалистов данного
профиля. Например, в Ярославской области на 1.01.2004 г. функционировали
38 высших учебных заведений, из которых лишь 7 являлись государственными.
При этом только Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова
занимается образованием специалистов в области социальной работы, а Ярославский государственный педагогический университет им. К.Д. Ушинского –
специалистов в области социальной педагогики. Данная ситуация характерна
как для отдельных регионов, так и для России в целом. В этих условиях государственный контроль за качеством образования по-прежнему сохраняется и
требует своего дальнейшего совершенствования.
Механизм институционализации формируется на основе соответствующих статей Конституции РФ и Закона РФ об образовании. В этом процессе
128
Яковлев А.М. Социальная структура общества. М., 2003. С. 173 – 174.
105
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
важное место принадлежит образовательным стандартам и государственным
заказам на специалистов с высшим профессиональным образованием.
Образовательный стандарт представляет собой норму, в которой педагогическое содержание тесно связано с социально-экономической характеристикой.
С педагогической стороны определяется тот обязательный образовательный
уровень, который гарантируется каждому. С этой точки зрения проблема состоит в рациональном распределении количества часов между учебными предметами в пределах общей суммы учебного времени, формировании образовательных программ, распространении наиболее продвинутых образовательных
технологий, повышении квалификации преподавателей, в частности, на базе
центров Интернет-образования.
С точки зрения экономики образовательным стандартом определяется минимум бесплатного для населения объема образовательных услуг. При достижении относительной стабильности образовательного стандарта в его педагогическом содержании возможные увеличения бюджетных расходов могут направляться на улучшение материально-технического обеспечения качества образования, обновление оборудования, оснащение высшей школы компьютерами, повышение заработной платы преподавателей.
Таким образом, норма, определяющая необходимый уровень высшего образования, взаимодействует с нормой бюджетного финансирования, институционально гармонизируя этот процесс. Бюджетное финансирование высшего
профессионального образования в перспективе переходит к системе государственных заказов на подготовку специалистов различного профиля. Такая система, как институциональное решение, способна, во-первых, более четко связать
перспективные потребности в специалистах с планами приема студентов в вузы; во-вторых, снять с государственного бюджета нагрузку избыточных для него расходов, оставляя пространство для коммерческих форм высшего образования; в-третьих, создать условия конкуренции между вузами за получение государственного заказа и соответствующего бюджетного финансирования.
Чтобы эта конкуренция была честной, открытой и свободной от произвольных решений чиновников, требуются критерии оценки качества подготовки специалистов, хотя и при их наличии остаются достаточно сложные проблемы. Главная из них – место и роль провинциальных высших учебных заведений, которым вряд ли доступен уровень материально-технического и кадрового
состояния столичных вузов. Но, с другой стороны, провинциальные вузы, ориентированные на нужды конкретного региона, делают все более доступным
высшее образование для местного населения, выступают научнообразовательными центрами данных регионов, поддерживая и совершенствуя
таким образом социально-экономическое, научно-техническое и культурное
развитие страны в целом. В связи с этим возникает институциональная по своему характеру проблема разработки норм и правил, определяющих распределение государственного заказа на подготовку специалистов с высшим образованием.
Другая сторона государственного регулирования системы образования как
части ее институционального инструментария – содержание государственных
106
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
образовательных стандартов, типовых учебных планов и образовательных программ, практика аккредитации и лицензирования учебных заведений.
Обычно обозначаются два основных уровня в решении проблем институционального развития образования. На уровне отдельного учебного заведения
особую роль играет организация порядка приема и зачисления учащихся и
внутривузовский контроль за учебным процессом. Другой уровень – институционализация, охватывающая всю систему образования в целом, например институт единого государственного экзамена, начало развитию которого уже положено.
В настоящее время в системе образования наблюдается противоречие социально-экономических интересов, которые дифференцируются и группируются на
сторонах спроса и предложения образовательных услуг. На стороне спроса существуют противоречия между спросом рынка труда на специалистов в области
социальной работы и интересами отдельных индивидов в получении образования по этой специальности, которые не могут предвидеть структуру спроса в пятилетней перспективе. Это предвидение возможно лишь в структуре общего
прогнозирования социально-экономического развития страны и занятости населения. Процесс институционализации , способный разрешать эти противоречия,
обязательно включает в себя информационную составляющую: сведения о перспективном спросе на специалистов по социальной работе и данные о количестве учащихся по этой профессии, что и будет служить ориентиром для людей, определяющихся в выборе образования. Институционализация также включает в
себя механизмы гласности, доступности соответствующей информации для конкретных социальных групп, осуществляющих свой выбор в сфере образования.
Противоречия социально-экономических интересов в сфере образования возникают также при решении проблем равенства возможностей, доступности образования для различных слоев населения. В основе этих проблем лежит, во-первых,
фактическое неравенство в возможностях получения качественного образования
для жителей крупных и малых городов, сельской местности и, во-вторых, недоступность платного образования для бедных и малообеспеченных.
В связи с этим процесс институционализации системы образования включает в себя уточнение статуса провинциальных учебных заведений, а также механизмы стимулирования всякого рода спонсорства, грантовой и стипендиальной поддержки одаренных детей из малообеспеченных семей для получения
ими образования.
Несмотря на усилия государства, научного сообщества, включающего исследователей и преподавателей социальной работы, на процесс обучения негативно влияет ряд объективных и субъективных факторов.
Относительно недавнее признание социальной работы в России объективно поставило проблему преподавательских кадров и определения стандартных
требований к их подготовке. В настоящее время подготовку специалистов по
социальной работе в основном ведут преподаватели, чья научная квалификация
была сформирована в рамках других научных дисциплин. По сути, все они стали заложниками концептов "модернизма" и "принципиального плюрализма".
Их понимание и интерпретация социальной работы (а следовательно, и ее пре107
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
подавание как учебной дисциплины) весьма индивидуально-парадигмально и
субъективно окрашено. Как ни парадоксально, данное обстоятельство несет и
позитивную тенденцию: привлечение знаний из разных сегментов образовательного пространства инициирует отечественную модель подготовки специалистов по социальной работе. Например, в настоящее время активно разрабатывается теория личности профессионала как субъекта изменения "трудной
жизненной ситуации" клиента. Данное направление получило название личностно-ориетированного компонента подготовки профессионалов и стало ее методологическим обоснованием.
Говоря об определении и содержании стандартных требований к подготовке специалистов по социальной работе, в том числе и преподавателей, все исследователи института образования отмечают его чересчур затеоретизированный характер. Так, Н. Полуэктова и О. Бородкина подчеркивают: "Действующая система государственных образовательных стандартов, являясь, безусловно, позитивным фактором, гарантирующим определенный качественный уровень подготовки, тем не менее во многом ограничивает инновационные возможности обучения и ориентирует учебный процесс преимущественно на теоретический подход, предлагая студентам недостаточное количество практических занятий"129.
Необходимо отметить и тот факт, что в системе вузовской и послевузовской подготовки в настоящее время особенно остро ощущается отсутствие единой концепции обучения и повышения квалификации специалистов, работающих с людьми. Прежние стратегии образования с их ориентацией на академичность работы специалиста явно исчерпали себя. Разработка новых образовательных стратегий затруднена из-за неопределенности государственных приоритетов в отношении образовательной подготовки специалистов для социальной сферы страны и отсутствия общей концепции социальной работы с населением. Отсюда частые смены государственных образовательных стандартов (например, по специальности 35.05.00. – «Социальная работа» новый, уже третий
стандарт был принят 02.03.2000 г.) или открытие и достаточно быстрое закрытие специальностей (например, менеджмент в социальной сфере).
Сложно решается проблема специализации в подготовке социальных работников, особенно в провинциальных высших учебных заведениях. Несмотря на
утвержденный перечень специализаций и право их выбора вузами, реальные образовательные возможности любого учебного заведения ограничены, что явно
негативно влияет на выпуск специалистов и не отвечает потребностям региональных социумов.
Сегодня проблемой стала и содержательная сторона учебного процесса.
Полученные специалистами знания и технологии работы с разными социальными группами оказываются зачастую непригодными в реальных условиях
профессиональной деятельности. Вузовские знания не гарантируют успешной
Полуэктова Н.М., Бородкина О.И. Подготовка социальных работников: проблемы и
перспективы // Новые подходы к социальной работе и возможности непрерывного образования. СПб., 2002. С. 157.
129
108
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
деятельности в реальной социальной действительности и практическом разрешении возникающих сложнейших социальных ситуаций.
Условия конкуренции на рынке труда объективно ставят перед вузами вопрос о повышении профессионализма будущих социальных работников. Конечно, решить данный вопрос только в стенах учебного заведения невозможно,
так как профессионализация социальной работы тормозится некими параллельными процессами, или дисфункциями, ее внутреннего и внешнего контекстов.
Е. Ярская-Смирнова отмечает, что, во-первых, профессионализация социальной
работы затрудняется неадекватными финансовыми ресурсами на федеральном
и местном уровнях, негативно влияющими на качество услуг и мотивацию сотрудников. Низкая зарплата работников социальных служб снижает престижность социальной работы как профессиональной занятости и снижает мотивацию к обучению у студентов. Несмотря на высокий спрос на специалистов социальной работы, статус этой профессии остается чрезвычайно низким.
Во-вторых, несмотря на то, что число социальных служб растет, они предлагают качество услуг разного уровня, что определяет характер восприятия социальной работы. Вместе с тем к концу 90-х гг. в социальной сфере происходят
значительные качественные изменения: накапливаются знания, аккумулируется
опыт, повышается интерес к профессиональному образованию и исследованиям, формируются межведомственные и межсекторные связи. Во многих случаях программы дополнительного образования и повышения квалификации работников социальных служб ведут к успешному обмену и установлению плодотворных партнерских отношений между практиками и университетскими учеными.
В-третьих, не только организационная, но и более широкая культурная
среда воспроизводит дискриминирующее отношение к социальным проблемам
и может негативно влиять на качество профессиональной деятельности социальных работников. Такие установки проявляются в повседневной жизни, в
масс-медиа, в специальной литературе, в образовании 130.
Положение усугубляется еще и тем, что общее социальное самочувствие,
уровень материальной обеспеченности специалистов по социальной работе оставляет желать лучшего и отнюдь не способствует эффективному выполнению
профессиональных обязанностей по укреплению психологического здоровья и
развитию адаптационных возможностей российских граждан. Переживания
собственных личностных и межличностных проблем обусловливают такой способ образовательной подготовки социальных работников, который бы обеспечивал им самостоятельное постоянное восполнение личностных и профессиональных ресурсов как залога их успешной деятельности.
Качественно иная стратегия образовательной работы по подготовке и повышению квалификации кадров для социальной работы может быть основана
на базовых положениях формирующейся в отечественной психологии гуманитарной традиции.
Ярская-Смирнова Е.Р. Профессионализация социальной работы в России // Сборник
материалов и тезисов Второго конгресса социологов. М., 2003. С. 372 – 384.
130
109
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
В центре такого образования находится личность как субъект своей жизнедеятельности, предметной и коммуникативной деятельности и своего самосознания. В процессе получения образования формируется идейность и исполнительность, не знания и не профессиональные умения, а сам человек как субъект своего познания и опыта, готовый содействовать поддержанию адаптивных
устремлений другого человека. Стратегия подготовки кадров для работы с
людьми главным образом заключается в позитивной интерпретации мира и себя в мире как субъекта познания и деятельности. Механизмом развития личности становится синтезирующая рефлексия, а основным процессом личностного
развития – трансляция смысловых образований личности.
Практическая реализация такого подхода начинается с психологической
поддержки специалиста по социальной работе как способа передачи ему психологического знания о человеке и мире.
Основной линией гуманитарной стратегии образования становится психологическая поддержка субъекта деятельности в социальной сфере, реализуемая
в формах содействия восстановлению и укреплению адаптивных связей с социальным окружением.
В реальной практике отличие гуманитарного подхода от других состоит в
том, что после завершения образования и передачи отношения к другому человеку как субъекту своего интеллектуального, профессионального и личностного развития не требуется мониторинга практической деятельности, неизменно
сопровождающего реализацию других образовательных стратегий. Специалист
гуманитарной ориентации личностно слит со своей профессией, для него это
способ и образ жизни, а не просто способ добывания себе на хлеб. Сформированное профессионально-личностное отношение специалиста к другому человеку выступает залогом того, что он сам будет успешно справляться с производственными и личностными проблемами, с самим собой, с определением
перспектив и темпов своего развития.
Идея психологической поддержки заложена в явлении события – общности
совместного бытия, которое становится диалогическим пространством духовного развития специалиста вместе с другим человеком и совместного проживания
ими общих человеческих смыслов.
Структура события включает три компонента, отражающие различные
стороны совместной бытийной общности. Каждая из сторон события – сознание, сопереживание и содействие – предполагает своим результатом различные
виды нового креативного знания. Оно выражается в обретении иного отношения к жизненным событиям. Содержание полученного знания отвечает потребности в реинтерпретации жизненных явлений, в освоении опыта разрешения
проблемно-конфликтных ситуаций, в преобразовании окружающего мира и самого себя.
Психологическая поддержка рассматривается как практический коррелят
события – сопереживания неопределенного, неблагоприятного или трудного периода в жизни организации или отдельного ее члена. Назначение поддержки состоит в психологической помощи в сохранении и укреплении позитивной направленности личности специалиста; усилении их общественно ориентирован110
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ных целей, ценностей и субъективных отношений с другими; создании условий
для личностного роста и повышения социальной компетентности в целом.
Существенную роль в этом процессе играют социальные гуманитарные
технологии, т.е. способы позитивных межличностных отношений, обеспечивающих сохранение и укрепление психологического здоровья и личностной целостности человека, выражающихся в продуктивности и принятии ответственности за свою жизнь. Внедрение технологий в учебный процесс и занятия вне
его сопровождаются информационной, интеллектуальной, эмоциональной и организационной поддержкой. Осуществление гуманитарного подхода в системе
классического (академического) обучения чрезвычайно затруднено, каждый из
вузов решает эту проблему по-своему.
Например, при кафедре социальных технологий факультета социальнополитических наук ЯрГУ им. П.Г. Демидова создан и эффективно развивается
учебно-методический научно-исследовательский комплекс, объединяющий кафедру социальных технологий, лабораторию с одноименным названием, общественную организацию Ярославской области "Социум" и Центр поддержки неполитических объединений. Основными направлениями деятельности комплекса являются: организация и проведение учебно-научно-исследовательской работы студентов; разработка, апробация и внедрение инновационных социальных технологий; формирование их банка и обучения им студентов; издательская деятельность; проведение конференций, семинаров, "круглых столов", разработка и реализация социально значимых проектов.
Другой проблемой, объективно вставшей перед российскими вузами, в том
числе и теми, которые готовят специалистов по социальной работе, является
вхождение в европейское образовательное пространство, или так называемый
Болонский процесс131. Присоединение России к Болонскому процессу соответствует задачам модернизации отечественного образования, интеграции его в
мировое образовательное пространство, политическому и цивилизационному
выбору России, что в полной мере отвечает интересам образования в области
социальной работы. На наш взгляд, стоит отметить, что процесс интеграции
российского образования в мировое образовательное пространство содействует
поддержанию высокого статуса отечественного образования и науки, повышению их конкурентоспособности и соответствия временным мировым стандартам.
Стратегия дальнейшего реформирования российской системы образования
исходит из рекомендаций ЮНЕСКО относительно общей платформы модернизации профессионального образования во всемирном масштабе – соответствия
требованиям современности, качества и интернационализации образования, перехода от существующей модели выборочного и концентрированного образоваСм., например: Демидова И.Д., Меньшикова Г.А., Смирнова Е.Э. Болонский процесс
и возможные преобразования российской высшей школы // Журнал социологии и социальной антропологии. 2003. № 4. С. 157 – 168; Михайленко В.И., Вершинина Т.С. Опыт международного сотрудничества российских университетов: Болонский процесс и концепция модернизации образования // Журнал социологии и социальной антропологии. 2003. № 4.
С. 201 – 210.
131
111
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ния и обучения в течение ограниченного времени к системе непрерывного образования для всех, достаточно диверсифицированной и гибкой, соответствующей
быстро меняющемуся спросу на рынке труда. В этой связи необходимо отметить
инновационный опыт создания центров непрерывного образования для работников социальной сферы. Так, на базе Санкт-Петербургского университета создан
и активно функционирует Международный центр непрерывного образования работников социальной сферы. В Ярославской области силами общественной организации "Союз социальных педагогов и социальных работников" при поддержке различных зарубежных фондов и участии ученых вузов города создан и
уже три года работает региональный Центр профессионального развития работников социальной сферы. Эти же функции выполняет городской научнометодический Центр социальной политики. Аналогичные центры созданы и в
ряде других регионов РФ.
Разработка нового поколения государственных стандартов высшего профессионального образования по социальной работе должна учесть положительный опыт европейских вузов по выработке государственных требований к качеству специалистов в соответствии с принципами и положениями Болонской
декларации. Для повышения студенческой мобильности важно обеспечить возможность совместимости российских стандартов профессионального образования с европейскими требованиями. При этом надо расширить возможности вариативности учебных планов профессионального образования и увеличить количество часов в блоке дисциплин национально-регионального компонента и в
блоке дисциплин по выбору студентов. На наш взгляд, необходимо позволить
вузам самим решать вопрос о возможности перезачета дисциплин названных
блоков (приведенных к системе зачетных единиц) при переходе студента из одного вуза в другой.
Методика расчета системы зачетных единиц не должна быть директивной.
Необходимо выработать общие подходы, при этом каждый вуз должен иметь
право на введение собственных методик расчета кредитов, в том числе и по сопоставимости учебных планов по родственным дисциплинам как российских
вузов, так и зарубежных (европейских, стран Тихоокеанского региона, стран
СНГ и др.). Также не стоит включать в систему переводных зачетных единиц
общие гуманитарные социально-экономические, математические и естественнонаучные дисциплины из российских государственных стандартов. В настоящее время активно обсуждается вопрос о формировании системы кредитов, что
позволит четко сформулировать цель данной системы и ее характер (накопительная или переводная система зачетных единиц).
При введении системы зачетных единиц для студентов, увеличении объема
их самостоятельной работы необходимо пересмотреть и методики расчета нагрузки преподавателей – не исключена возможность введения системы кредитов учета нагрузки преподавателей, куда войдет аудиторная нагрузка, разработка новых курсов, внедрение новых педагогических и информационных технологий в образовательный процесс, проверка письменных и других видов работ,
обеспечивающих контроль за самостоятельной работой студентов и промежуточный контроль знаний.
112
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
С целью обеспечения диверсифицированной и гибкой системы непрерывного профессионального образования, соответствующей меняющемуся спросу на
рынке труда, необходимо предусмотреть в стандартах нового поколения расширение перечня направлений (возможно, и снятие каких-либо ограничений) для
перехода с бакалавриата на магистерскую ступень, расширить номенклатуру
мастерских программ, упростить систему их открытия, оставив право утверждения стандартов и наименований новых мастерских программ за УМО с последующим утверждением в Министерстве образования и науки РФ.
На наш взгляд, в Болонском процессе, как и в любом другом социальном
процессе, можно выделить и положительные, и отрицательные стороны. К числу положительных относятся: формирование единого социально-культурного
пространства Европы; мобильность преподавателей и студентов; автономизация университетов; полная открытость деятельности вузов, особенно их бюджетной деятельности; реализация принципа "образование через всю жизнь", согласно которому в получении образования не будет никаких ограничений по
возрасту.
Вместе с тем не могут не настораживать последствия, которых следует
ожидать в связи с вступлением России в Болонский процесс и которые можно
охарактеризовать как отрицательные. Так, к 2007 г. вузы РФ должны перейти
на новые образовательные стандарты, в которых изменен статус блока гуманитарных и социально-экономических дисциплин (ГСЭ): все дисциплины этого
блока будут изучаться как курсы по выбору. После 2010 г. должен быть решен
вопрос об изменении существующей в РФ двухступенчатой модели научной
степени. На наш взгляд, вопрос следует поставить таким образом: "Что делать с
ученой степенью кандидата наук?". У ответа на данный вопрос существует следующая альтернатива: кандидатская степень может быть отнесена либо к степени доктора наук, либо к степени магистра, что вероятнее.
Кроме этого, следует ожидать существенного сокращения бюджетного
финансирования российского образования в связи с тем, что перед Министерством образования и науки РФ стоит задача минимизировать государственные
затраты на образование. Государство будет обеспечивать финансирование
40 ведущих вузов страны согласно рейтингу. Остальные государственные высшие учебные заведения фактически оказываются обреченными на выживание
посредством собственных усилий.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что институциональные процессы, происходящие в системе образования по социальной работе, соответствуют процессам модернизации всего российского высшего профессионального
образования, отвечают требованиям современной социальной практики и учитывают мировые тенденции развития образовательного пространства.
113
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
4.2. Современные технологии подготовки
социальных работников – профессионалов
Условия современной России, усложнение социальных проблем и необходимость их оперативного разрешения предъявляют высокие требования к личности социального работника и уровню его образования. Одним из условий
реализации этих требований является институционализация системы высшего
образования в области подготовки социальных работников – профессионалов.
На практике создалась ситуация, когда возникла необходимость становления новой образовательной системы, отвечающей требованиям инновационной
для современного российского общества профессии, и в то же время проблема
преодоления противоречий между доминирующими традиционными подходами к образованию и новыми социально-экономическими условиями ее практической реализации. К числу последних относятся противоречие между обращенностью содержания учебной деятельности (и самого обучающегося) в прошлое, определенное в знаковых системах "основ наук", и ориентацией субъекта
обучения на будущее содержание профессиональной деятельности. Сюда же
можно отнести двойственность учебной информации, которая, с одной стороны, выступает как часть общечеловеческой культуры, а с другой – является для
студента лишь средством ее освоения и развития собственной личности. Названные противоречия возможно разрешить при внедрении новых дидактических моделей и новых моделей образовательных учреждений.
Современная подготовка социальных работников излишне теоретизирована, страдает от частого изменения государственных стандартов, недостатка высококвалифицированных кадров преподавателей, острого дефицита учебнометодического обеспечения, что негативно сказывается на эффективности их
практической профессиональной деятельности. В настоящее время большинство первокурсников не имеет практического опыта социальной работы, в ходе
обучения они не всегда проходят качественную практику и отнюдь не приобретают необходимые навыки и умения. Тем не менее возможности и условия современной высшей школы позволяют активизировать процесс обучения и воспитания студентов, будущих социальных работников.
Проблема повышения активности студентов, их мотивации к обучению по
данной специальности предполагает использование наряду с традиционными
методами разработку, апробирование и внедрение инновационных технологий
обучения и воспитания. Их сочетание необходимо применять на каждом уровне
системы социального образования: при подготовке бакалавров, магистров и
специалистов по социальной работе.
Конечно, внедрение инновационных форм, методов и технологий обучения
и воспитания зависит от социально-экономических возможностей вузов и от
социальной ситуации, которая сложилась в конкретном регионе. Немаловажную роль при этом играет наличие внутренней мотивации у преподавателей вузов к разработке и внедрению данного вида технологий, желание активизиро114
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вать студентов в приобретении знаний и практических навыков, необходимых
для выполнения профессиональных функций социального работника.
Несомненной задачей процесса внедрения инновационных технологий является их логичное включение в существующие модели подготовки социальных
работников. Например, модель, предложенная И. Зимней, предполагает многоуровневую подготовку специалиста в области социальной работы, на каждом из
которых последовательно решаются задачи введения студента в обучение, обеспечения программ самообучения и саморазвития. При этом подготовка специалиста рассматривается как сложная многоаспектная деятельность, совокупным
субъектом реализации которой выступает учебно-методический и административный состав вуза совместно с кафедрами, преподавателями, аспирантами, сотрудниками и самими студентами.
В соответствии с данной моделью подготовка специалистов в области социальной работы предполагает ориентировочно-исследовательский уровень, на
котором осуществляется знакомство с субъектами и объектами, средствами,
способами и условиями будущей профессиональной деятельности. На следующем уровне происходит исполнение самой деятельности в форме обучения, что
предполагает определение подходов, соответствующую организацию учебного
процесса и его обеспечение. Сюда входят соотношение теоретического и практического обучения, взаимодействие субъектов учебной деятельности, учебные
планы и программы, контроль и аттестация. На последнем уровне осуществляется саморазвитие и самосовершенствование специалиста.
Подготовка специалиста по социальной работе требует от него ознакомления с определенными этическими нормами, их интериоризации и воплощения в
профессиональной деятельности, а также формирования определенных личностных (индивидуально-психологических) качеств, таких, например, как гуманистическая направленность, эмпатичность, альтруизм и др. Задачей подготовки по специальности «Социальная работа» является и приобретение студентами
практических умений оказывать эффективно квалифицированную помощь клиенту в решении его личностных проблем и преодолении трудностей во взаимоотношениях с социумом.
В настоящее время система подготовки социальных работников основана
на принципах гуманизма, толерантности, практической направленности и представляет собой сложное образование, состоящее из трех уровней, каждый из
которых (ориентировочный, исполнительный, практический) имеет свои субъект, цель, задачи, способы и средства реализации. При этом системообразующим фактором является относительное соответствие личностных качеств студентов целям, условиям работы и задачам практической деятельности будущего
специалиста.
Отечественная высшая школа накопила богатый опыт применения разнообразных методов обучения и воспитания студентов, использование которых
при подготовке специалистов по социальной работе не теряет своей актуальности. К числу таковых относятся проблемные лекции, работа в группах, ролевые
игры, разбор и решение различных конкретных реальных ситуаций, использование ТСО и т.д.
115
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Все методы обучения и воспитания в высшей школе можно разделить на
активные имитационные и активные неимитационные. К первой группе относится совокупность способов организации и управления учебно-познавательной
деятельностью, ориентированных на конструирование педагогических ситуаций, характеризующихся активизацией мышления и поведения обучаемых. С
их помощью осуществляется воспроизведение основного контекста профессиональной деятельности, что весьма важно для будущих социальных работников.
Само название «имитационные методы» предусматривает имитацию индивидуальной и коллективной деятельности в выбранной сфере, наличие имитационной модели ее объекта, субъекта, процесса их взаимодействий. Имитационные
методы в свою очередь делятся на игровые и неигровые. К игровым относятся
разного рода игры (деловые, управленческие, организационно-деятельностные,
инновационные, ролевые, педагогические и т.д.), моделирование ситуаций, игровое проектирование. Неигровыми являются ситуационный анализ, решение
конкретных ситуаций, мозговая атака, учебно-тренировочная группа, групповая
психотерапия и т.д.
При проведении неимитационных занятий активизация студентов обеспечивается системой действующих прямых и обратных связей между обучаемыми и преподавателями. К неимитационным методам относятся проблемный семинар, дискуссия, коллективная творческая деятельность, групповое консультирование.
На наш взгляд, все активные методы обучения можно распределить, исходя из поставленных преподавателем целей, на следующие группы: развитие
психических процессов у студентов (мышление, память, внимание, восприятие
и т.д.), развитие их личности, профессиональная подготовка.
Специфика данных методов обучения заключается в высокой степени вовлеченности студентов в учебно-воспитательный процесс, а также в наличии
предпосылок для поэтапной оценки успешности и полноты усвоения изучаемого материала. Потенциал активных методов обучения заключается в творческом характере занятий, в ярко выраженной направленности на развитие или
приобретение профессиональных, интеллектуальных, поведенческих навыков и
умений в сжатые сроки. На наш взгляд, эти методы обеспечивают развитие и
реализацию субъектности каждого студента, что является принципиально важным при подготовке социальных работников.
Активные методы обучения прежде всего помогают сократить путь от получения теоретических знаний до их практического применения, позволяют узнать, как поступать в тех или иных случаях, и сформировать индивидуальную
стратегию поведения и собственный стиль в профессиональной деятельности. В
условиях применения данного вида методов у студентов совершенствуются такие профессионально важные качества, как умение оперативно принимать и
эффективно реализовать оптимальные решения в проблемных, а порой и экстремальных ситуациях. Преимущество данных методов заключается в том, что
они переводят студента из объекта учебного процесса в его субъект, что является принципиально важным для будущих социальных работников как представителей профессий "субъект-субъектного" типа.
116
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
К числу характерных особенностей или черт активных методов относятся
следующие: обучение проводится в ситуациях, максимально приближенных к
реальным; происходит не только сообщение информации, но и обучение умениям ее практического использования; формируется новая установка на обучение в условиях повышенного положительного эмоционального микроклимата;
возникают высокая мотивация обучения и чувство коллективной ответственности за свою деятельность.
Цель активизации обучения состоит в поднятии уровня усвоения понятий
и обучения системе умственных действий для решения задач инновационного
типа. Эта активность заключатся в том, чтобы обучаемый, анализируя, сравнивая, синтезируя, обобщая, конкретизируя фактический материал, сам получал
из него новую информацию. В результате этого происходит расширение и углубление знаний, так как активизация студентов характеризуется поиском путей решения конкретных, насущных проблем. Умелое использование активных
форм имеет принципиальное значение для активизации мотивации к обучению
у студентов, будущих социальных работников, повышения качества и результативности их учебной деятельности, стимулирует развитие социального интеллекта.
При внедрении активных форм обучения обычно проявляется негативное
влияние ряда объективных и субъективных факторов. К числу первых относятся организационные, материальные, нормативные, методические, кадровые и
т.д. Субъективными факторами выступают социально-психологические характеристики обучаемых и преподавателей, например, отсутствие склонности к
импровизации, гибкости и оригинальности мышления, гиперактивность.
Не вызывает сомнения и тот факт, что результат обучения определяется не
столько его методами, сколько преподавателем, его позицией, профессионализмом, тем социально-психологическим климатом, который создается в аудитории, характером взаимоотношений преподавателя и студентов. Несомненно,
знание самих активных методов, их целей, задач далеко не гарантирует их внедрение в учебный процесс, напрямую зависящий от личностных качеств преподавателя.
Наряду с рассмотренными и достаточно широко распространенными активными методами обучения в высшей школе при подготовке специалистов по социальной работе необходимо использовать инновационные образовательные
технологии. К их числу можно отнести дистантные формы обучения, т.е. те, которые осуществляются на расстоянии при помощи Интернет-технологий. Можно
предположить, что по мере улучшения материальной базы вузов, совершенствования системы коммуникации (особенно в регионах) и разработки вузами специального методического инструментария эти формы обучения будут расширяться
и внедряться более активно. При этом необходимо отметить важность повышения уровня компьютерной грамотности как преподавателей, так и студентов. В
этих условиях перед библиотеками вузов, учебно-методическими кабинетами и
их сотрудниками встают принципиально новые проблемы и задачи, связанные с
применением компьютерных форм хранения и передачи информации, использованием электронных учебников и характером взаимодействия участников обра117
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
зовательного процесса, осуществляемого на расстоянии в режиме реального
времени.
По-прежнему актуальным является использование технических средств
обучения, что объективно связано с интенсивным процессом их совершенствования, модернизации и появления принципиально новых ТСО. Одной из удачных и наиболее распространенных методик, связанных с ТСО, является использование видеомагнитофона, диктофона, лингафонных кабинетов. Трудность
развития данного направления состоит в том, что создание профессиональной
видеопродукции является дорогостоящим и, как правило, недоступно образовательным учреждениям. Тем не менее в современных вузах достаточно активно
применяют самодеятельные видеофильмы.
Не требует больших средств или сложного технического оформления, но
обещает большую отдачу технология государственного заказа создания учебных планов и реализации образовательных программ по специализациям, которые заказчики в лице федеральных или региональных органов социальной защиты считают особенно нужными и актуальными.
Современный учебный процесс характеризуется многократным увеличением не только объема необходимой студенту информации, но и ее сложности
за счет выявления новых закономерностей в науке и развития междисциплинарного подхода к обучению. Особенно ярко это проявляется при изучении
дисциплин социальной работы. В результате растет роль планомерной каждодневной учебной работы студента в течение семестра, в связи с чем необходимо создать благоприятные условия для проявления и стимулирования личностного потенциала всех участников образовательного взаимодействия.
В связи с этим в последнее время при подготовке социальных работников
в российских вузах большое внимание уделяется использованию рейтинговой
системы оценки знаний студентов, суть которой состоит в выведении итоговых
экзаменационных оценок обучающимся за семестр по результатам текущей успеваемости. За выполнение разнообразных творческих заданий студенты получают определенные баллы по шкале, разработанной преподавателем. При этом
учебный материал, усвоенный студентом на 91 – 100%, соответствует экзаменационной оценке "отлично", 81 – 90% – "хорошо", 71 – 80% – "удовлетворительно". Усвоившие менее 71% информации в обязательном порядке проходят
через строгий экзамен по всему курсу. Кроме того, студенты, желающие повысить свою оценку, полученную по рейтинговой системе, тоже могут сдать экзамен.
Стоит отметить, что в "мягкой" форме рейтинг применяется в высшей
школе достаточно давно: при выставлении экзаменационной оценки преподаватель учитывает все промежуточные результаты обучения студента (активность
на семинарах, тестовый контроль, участие в "круглых столах" и т.д.).
В настоящее время повышенный интерес проявляется и к другому варианту рейтинга – модульно-рейтинговой системе обучения, которая предполагает
априорное деление студентов на классы. Это метод в различных вариациях
особенно популярен в некоторых европейских странах (Англии, Уэльсе) и
США. Данная система включает в себя несколько последовательных этапов:
118
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
рубежный рейтинг (оценка объема и уровня усвоения студентом учебного материала одного модуля дисциплины); итоговый рейтинг (оценка знаний, умений и навыков студента по всему объему учебной дисциплины, изученному в
семестре); суммарный рейтинг (комплексный накапливаемый показатель, определяющий успеваемость студента за определенный период обучения (семестр,
курс, весь период обучения).
Чаще всего при применении модульно-рейтинговой системы студенты
практикуют следующие формы деятельности: проблемный вопрос (имеются в
виду вопросы, задаваемые студентами по теме занятия) – 1 – 2 балла; ответ на
вопрос (в зависимости от его содержательности и полноты) – 2 - 4 балла; дополнение, уточнение – 1 – 3 балла; реферирование (конспект) статьи – 5 баллов;
участие в деловой игре – 1 – 5 баллов; составление кроссворда (не менее 30
грамотно подобранных понятий. За каждую ошибку, грамматическую или смысловую, вычитается 0,3 балла; ответ на кроссворд – за каждое верно определенное понятие – 0,3 балла); ведение конспекта лекций – 2 балла; написание реферата – до 10 баллов; выступление с сообщением на студенческой конференции – 10 баллов; ведение социологического словаря (за каждую тему) – 3 балла;
помощь отстающему (по результатам успешно сданной совместно темы, работы, пропущенного занятия и т.п.) – 11 баллов; самостоятельная творческая поисково-аналитическая работа (например, составление генеалогического дерева,
различных сравнительных таблиц, обоснование программы и инструментария
простейших социологических опросов и т.п.) – в среднем 10 баллов.
Каждый преподаватель может дополнить эту шкалу по своему усмотрению
исходя из основных задач своего предмета, знания студенческой аудитории и
собственного педагогического таланта. Однако необходимо помнить и о тех условиях, которые при шкалировании должны неукоснительно соблюдаться.
Шкала, во-первых, должна создаваться с учетом возрастных особенностей студентов, во-вторых, соответствовать уровню подготовки аудитории, в-третьих,
быть достаточно гибкой и личностно ориентированной, позволяющей учитывать индивидуальные особенности студентов. И наконец, при пользовании
шкалирования ни в коем случае не должен нарушаться принцип пропорциональности устных и письменных видов работы.
Как правило, на одном занятии студент при желании может проявить себя
в самых разных формах работы, например: несколько раз задать интересующие
его вопросы, ответить на вопросы других студентов или преподавателя, предъявить для оценки свой конспект, глоссарий и т.д. Разумеется, самостоятельная
творческая, аналитическая деятельность оценивается при этом более высоко,
поощряется и желание студентов оказать помощь в учебе своим товарищам.
Поэтому в шкале эти виды работы должны быть оценены выше других. Опыт
использования рейтинговой системы в академических группах численностью
не более 20 человек показывает, что студенты редко набирают более 16 – 20
баллов за занятие. Поэтому можно рекомендовать в таких группах считать
высшим баллом, соответствующим оценке "5", – 18. Сумма от 12 до 17 баллов
включительно считается оценкой "4", а от 7 до 11 баллов – "3". При этом в малочисленных учебных группах есть смысл предусмотреть более высокий сум119
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
марный балл. Семестровый (итоговый) балл высчитывается с учетом этих цифр
и количества проведенных в семестре занятий.
Модульно-рейтинговая система обладает рядом достоинств и в то же время рядом недостатков. Ее основные "плюсы" заключаются в следующем: она
позволяет организовать ритмичную систематическую работу студентов в течение всего семестра, что способствует повышению эффективности учебного и
воспитательного процессов; во многом снимается проблема посещаемости и
дисциплины на занятиях, так как студентам «выгодно» посещать занятия и интенсивно на них работать; с развитием интереса к изучаемому предмету в системе ценностей студентов повышается престиж учебы; предсказуемость итоговой оценки и сознательный подход к ее достижению определяют особую привлекательность этой системы для студентов. Кроме того, она дает студенту относительную свободу в расчете времени, в течение которого он заработает свои
итоговые баллы. Одновременно рейтинг формирует у студентов достиженческую мотивацию в учебной деятельности и повышает в системе ценностей статус научного знания. Во многом это достигается за счет придания процессу
обучения состязательного характера и использования морального и материального стимулирования успехов студента в учебном процессе. Кроме того, рейтинговая система оценки знаний повышает конкурентоспособность студентов,
что в дальнейшем оказывает положительное влияние на формирование их профессиональных качеств и поведение на рынке труда.
В некоторых вузах основным фактором морального стимулирования является гласная информация в виде ранжирных списков, которые для корректности
сравнения составляются отдельно в рамках каждой специальности. Для материального стимулирования эффективно работающих студентов может использоваться назначение именных и повышенных стипендий, а также спонсорских и
государственных дотаций в зависимости от величины семестрового рейтинга
или рейтинга нарастающего итога.
Однако у модульно-рейтинговой системы есть и недостатки. Так, например, А. Куликов отмечает, что "рейтинг будет тормозить активность студентов
среднего звена. Многие из них сразу поймут, что высший балл для них просто
недостижим. Кроме того, вузы в настоящее время не обладают хорошей организацией студентов. В университетах тех стран, где внедрена рейтинговая система, существует институт, который позволяет студентам влиять на учебный
процесс, чаще всего это педагогический совет факультета, в работе которого
принимают участие представители студентов. На этих заседаниях обсуждаются
проблемы студентов. В наших же вузах такой обратной связи со студентами
нет".
Проблемным вопросом в реализации рейтинговой системы остается шкала
оценок. В системе не просматривается явная новизна оценивания: коэффициент
оценки все равно высчитывается по пятибалльной системе. Хотя сегодня некоторые вузы (например, Волгоградский государственный технический университет, Мордовский государственный университет, Ивановский государственный
химико-технологический университет и т.д.) используют 100-балльную шкалу
оценки знаний студентов. Присутствуют мнения и о введении рейтинговой сис120
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
темы без отметок в их цифровом обозначении по примеру Англии и Уэльса (АG) или США (A-F).
К недостаткам рейтинга можно отнести не всегда хорошо продуманную
шкалу оценок. Так, при недостаточно гибкой и личностно ориентированной
шкале у студентов может снизиться успеваемость в силу каких-то индивидуальных психофизиологических особенностей: слабая нервная система, снижение моторики, быстрая утомляемость, хронические заболевания, повышенная
тревожность, боязнь всякого рода испытаний, комплекс неполноценности и т.д.
Негативное влияние оказывает и неадаптированность к условиям обучения в
высшей школе (характеру образовательного процесса, требованиям преподавателей и т.д.).
К числу недостатков можно отнести сложность и громоздкость вычисления рейтинговой системы, что затрудняет их одновременное введение в вузах
России. Минусами данной системы являются также большой объем необходимой документации, а также психологический дискомфорт для студентов, находящихся в нижней части рейтинговой таблицы и ведущий к дегуманизации образования. Кроме того, рейтинг невозможно применить в некоторых дисциплинах, например философии и истории.
Таким образом, можно сделать вывод, что внедрение модульнорейтинговой системы без проведения длительного эксперимента в рамках отдельных кафедр, факультетов, вузов, готовящих специалистов в области социальной работы и «слепое» заимствование мирового опыта может негативным
образом отразиться на всем учебном процессе в высшей школе.
Социальная работа как профессиональный вид деятельности объективно
требует применения в процессе обучения ряда особых, специфических методов.
К их числу можно отнести составление социальных паспортов и разработку социальных проектов. Учитывая, что информационное обеспечение функционирования института социальной работы в регионах в настоящее время имеет
принципиальное значение, считаем необходимым включение в практические
занятия методику разработки и составления социальных паспортов. При этом
сами паспорта и процесс их разработки приобретают статус социальных технологий как на уровне социологических исследований, так и в практической деятельности.
Социальная информация характеризует в качественном и количественном
отношении все происходящие в обществе процессы и включает в себя показатели экономического, политического, культурного, нравственного и т.д. развития. Социальные показатели – это обобщенная количественно-качественная характеристика определенных социальных процессов, а социальный индикатор
отражает количественное состояние того или иного социального показателя.
Например, одним из показателей решения любой социальной проблемы может
быть добровольное участие граждан, индикатором при этом будет являться
число лиц, принимающих участие в этой работе.
Роль социальных показателей заключается не только в составлении характеристик, раскрывающих те или иные аспекты жизни, но и в отражении изме121
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
нений, происходящих в обществе, а для этого необходимо обобщение частных
показателей, их интеграция в целостные модели социального развития.
Социальный показатель, взятый отдельно, не раскрывает внутренний механизм общественного процесса, а лишь свидетельствует, что и в какую сторону изменяется, но не дает возможности определить, как и каким образом происходят изменение. Механизм развития процесса можно раскрыть только с помощью системы социальных показателей, которая и является социальным паспортом.
Модель социального паспорта может включить в себя следующие группы
показателей: социально-демократические, социально-экономические, социально-политические, социального обеспечения, производственные, внепроизводственной деятельности, морально-правовые, личностные. При разработке модели
социального паспорта малой группы, различных категорий населения или человека (социальная характеристика) можно выделить следующие группы показателей: все основные аспекты жизнедеятельности человека – социальное положение, возраст, семейное положение, состояние здоровья, образование, регионально-этнические особенности.
Данные подходы не противоречили друг другу: они в целом носят системный характер и представляют показатели и индикаторы, характеризующие целостную систему общественных отношений личности, группы, различных категорий населения, например, социально-демографические (численность, состав,
размещение и движение населения, рождаемость, смертность). В сфере материального и социального обеспечения таковыми будут: источники существования, прожиточный минимум и его обеспечение, заработная плата и ее уровни,
пособия по безработице и др. В политической сфере можно выделить участие в
различных партиях, общественных организациях и движениях, в предвыборных
кампаниях, законодательных, исполнительных и судебных органах и др. В производстве важно учесть содержание и характер труда, квалификацию, профессиональное разделение труда, организацию труда и т.д.
Показателями внепроизводственной деятельности будут общественные
инициативы, повышение культурно-технического уровня, домашний труд и самообслуживание, благотворительность, досуг, восстановление физических и
моральных сил и др. Говоря о личностных характеристиках и социальнодемографических особенностях, необходимо учитывать такие показатели, как
пол, возраст, национальность, семейное положение, вероисповедание, социальное происхождение, способности, потребности, интересы, социальные перемещения, изменение места работы, образование, состояние здоровья. Характеризуя морально-психологический климат, необходимо обозначить следующие характеристики: конфликтные ситуации, их количество, уровни и формы, а также
девиантное поведение (как легитимное, так и нелегитимное).
Разработанный социальный паспорт представляет собой всестороннюю
систему показателей и индикаторов. Он дает возможность стандартизации социальной информации, социальных показателей и индикаторов, обусловливает
необходимость проведения социологических исследований для получения других дополнительных показателей, учета динамики процессов. При помощи со122
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
циального паспорта можно составлять социальные модели, конкретизировать
планирование и проектирование, оценивать эффективность планов социального
развития и соответствие социального паспорта реальным процессам в регионе,
районе, коллективе. Каждый паспорт способствует обеспечению социальной
защиты и оказанию социальной помощи в конкретной ситуации и социуме.
Для студентов, будущих социальных работников, важно осознать, что составление паспортов может осуществляться на различных уровнях: макро-, мезо- и микросоциума. Обучаясь в высшей школе, они могут подготовить социальные паспорта на уровне микросоциума. Например, это может быть социальный паспорт конкретной семьи, жителей конкретного дома и микрорайона.
Социальные паспорта дают возможность целенаправленно осуществлять
социальное планирование и социальную политику в регионе. Они являются основой для определения направлений социальной работы и определения задач
центров социального обслуживания населения. При этом они дают возможность выявлять людей, нуждающихся в социальной поддержке, определять виды и формы требуемой помощи, обосновывать необходимость и периодичность
ее предоставления. При их помощи проводится анализ уровня социальнобытового обслуживания, разрабатываются перспективные планы развития
форм социальной помощи и поддержки, организуется обеспечение комплексного социально-бытового обслуживания нетрудоспособного населения.
Социальный паспорт дает возможность составлять рекомендации административным органам по социальному проектированию и созданию социальной
инфраструктуры. Важной функцией паспортизации является инициирование
государственных и негосударственных структур для оказания гуманитарной и
срочной социальной помощи в создавшихся экстремальных условиях. Она помогает вести дифференцированную работу с семьями группы риска: молодыми,
многодетными, неполными, малообеспеченными, бездетными, конфликтными
и отличающимися жестоким обращением с детьми и т.д.
Паспортизация способствует развертыванию дифференцированной работы
как со взрослыми, так и с детьми, имеющими отклонения в психическом и физическом развитии, а также с беспризорниками, допускающими асоциальное
поведение, сиротами, нуждающимися в устройстве в связи с признанием недействительными усыновления и опеки.
Таким образом, освоение методики составления социальных паспортов
студентами прямо способствует развитию их профессиональных навыков и является необходимым условием для эффективного выполнения функция социального работника в обществе. Она позволяет охватить и осознать различные
уровни взаимосвязей и взаимоотношений между индивидом, группой и обществом, всех составляющих его систем, прямо способствует решению социальных проблем и задач.
Другой специфической методикой, используемой при обучении студентов,
будущих социальных работников, является освоение технологии разработки и
составления социальных проектов. Социальные проекты, разрабатываемые студентами, являются элементом социального проектирования, прогнозирования и
моделирования, стимулируют и развивают социальное мышление и ответствен123
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ность, являются полем для реализации их гражданских инициатив, прохождения социальной практики и школы волонтерства. В ходе разработки проектов
студенты применяют полученные теоретические знания и приобретают необходимые для социального работника профессиональные навыки.
Разработка конкретного проекта начинается с обозначения традиционной
или диагностирования принципиально новой социальной проблемы, характерной для данного региона. В качестве региона может выступать область, город,
район. После формулирования или артикулирования проблема выносится на
коллективное обсуждение в группе, где рассматривается ее актуальность и
принимается (или не принимается) решение о разработке проекта. После этого
студент начинает прорабатывать способы ее разрешения. В частности, проект
предусматривает цель, конкретные измеряемые задачи, набор определенных
мероприятий, участников проекта, его субъекты и объекты, источники финансирования, временные сроки реализации, а также взаимодействие с местными
органами власти, бизнесом, СМИ. Разрабатываются планы по управлению проектной деятельностью, механизм социального партнерства и социальный эффект.
Данный метод работы со студентами, будущими социальными работниками, получил широкое распространение в связи со следующими обстоятельствами. Прежде всего это открытость молодежи ко всякого рода социальным инновациям, их более высокая социальная адаптивность и способность оперативно
использовать любую информацию при решении нестандартных ситуаций. Студентов отличает хорошее знание местных политических лидеров, представителей государственной власти на местах, ситуации, сложившейся в конкретных
муниципальных округах, они имеют представление и об объеме наличных ресурсов (финансовых, человеческих, информационных, властных и т.д.).
Как правило, студенты стараются разрешать проблемы с наименьшими затратами ресурсов и с наибольшим социальным эффектом, они разрабатывают,
апробируют, а в дальнейшем активно применяют инновационные социальные
технологии. Разработка социальных проектов, их защита, выдвижение на конкурсной основе с целью финансирования местными органами власти, непосредственное участие в их реализации помогают студентам быстрее приобрести профессиональные навыки, адаптироваться к сложностям профессии, стать очевидцами и участниками событий объективной реальности.
Обучение будущих социальных работников невозможно без применения
новых методов воздействия на их личность, социальные установки и ориентации в целом на процесс социализации. Практически на всех факультетах вузов
РФ, где обучаются по данной специальности, проблемы воспитания студентов
находятся в центре внимания. На наш взгляд, содержание образования по специальности "Социальная работа" уже является мощной составляющей процессов воспитания и социализации молодых людей. В связи с этим воспитательная
работа активно осуществляется в учебном процессе в ходе реализации воспитательного потенциала дисциплин ГСЭ и ОПД. Так, изучение дисциплины "История социальной работы в России" может сопровождаться экскурсиями в местные музеи, где студенты имеют возможность познакомиться с документами и
124
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
фотографиями благотворительных учреждений, увидеть портреты меценатов. В
свете патриотического и гражданского воспитания при изучении истории социальной работы тема "Социальная работа в годы Великой Отечественной войны"
может быть подкреплена встречами с участниками войны, возложением цветов
к памятникам погибшим воинам и "Вечному огню", что оказывает воздействие
на эмоциональную и духовную сферу молодых людей. Практически в каждой
лекции можно затрагивать и нравственные, и патриотические, и гражданские, и
экологические, и социальные вопросы бытия человека.
Каждый преподаватель во время учебных занятий (лекции, семинары) реализует определенные виды психологических воздействий на студента (вербальные и невербальные, эмоциональные и логические) с целью привития им определенных положительных личностных свойств и качеств. Воспитательная работа во внеучебное время имеет более разнообразные формы: групповые и индивидуальные беседы, консультации, тематические встречи со студентами и особенно с первокурсниками; разбор конкретных социальных ситуаций; праздничные вечера, посвященные Дню социального работника, Дню защиты детей,
Дню инвалида, Дню защитника Отечества, Дню Победы, Международному
женскому дню, Дню первокурсника, Дню знаний, различным фестивалям и т.д.
Как правило, на факультетах систематически выходят стенные газеты, в подготовке которых активное участие принимают студенты, будущие социальные
работники. Они собирают материал, подбирают фотографии, проводят регулярное тематическое интервьюирование учащихся, преподавателей и выпускников.
В рамках воспитательной работы хорошо зарекомендовала себя практика
приглашения на факультеты специалистов – руководителей организаций социальной сферы, которые передают основы профессионального опыта, устанавливают деловые контакты со студентами, рассказывают о возможностях их
трудоустройства. Это могут быть начальники отделов Департамента социальной защиты населения, начальники районных и городских отделов Департамента занятости населения и т.д.
Особенно распространена на факультетах индивидуальная работа со студентами, что связано со следующими обстоятельствами. Многие из них являются иногородними, живут на квартирах или в общежитии. Отсюда возникают
сложности адаптации к социуму, к самостоятельной жизни (без родителей), к
условиям нового для них города, что объективно ведет к возникновению принципиально новых ситуаций, в которых крайне необходим совет или конкретная,
реальная помощь взрослых (кураторов, преподавателей, заместителей декана и
самого декана).
Общей тенденцией для факультетов, готовящих специалистов по социальной работе, стало увеличение числа студентов, являющихся инвалидами по
разным видам ограничений и имеющих особые проблемы, нужды и потребности. Они требуют к себе особого, повышенного внимания, так как в результате
общения преподавателей и студентов со студентами-инвалидами могут возникать довольно сложные ситуации, а порой и конфликты, разрешение которых
требует вмешательства третьего лица.
125
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Особую роль в воспитании студентов играет учебно-производственная
практика. Так, например, знакомство с работой различных социальных служб,
направлениями их деятельности, ее содержанием и особенностями клиентов
расширяет у студентов представления о государственной системе социальной
помощи и поддержки российских граждан. В рамках практики студенты знакомятся с обязанностями, правами и ответственностью специалистов по социальной работе различных уровней и профилей, что во многом способствует их
профессиональному самоопределению и формированию социальной ответственности.
Стажировка студентов в различных подразделениях социальных служб,
организациях, изучение ими методов социальной работы, овладение методиками социологических и психологических исследований в области социального
обеспечения и защиты населения значительно облегчает процесс формирования
специалиста-исследователя, диагноста социальных проблем и задач.
Таким образом, в настоящее время в высшей школе сложилась многоуровневая, разветвленная, современная система учебной и воспитательной работы
со студентами, будущими специалистами по социальной работе. Она носит гуманный характер, в полной мере отвечает требованиям "субъект-субъектных"
отношений и является проекцией сути самой социальной работы как вида профессиональной деятельности. Активное использование и сочетание традиционных и инновационных методов и форм обучения не только способствует повышению уровня мотивации учащихся, но и отвечает требованиям профессии, а
также соответствует потребностям социальной практики.
126
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Заключение
П
роведенное теоретико-методологическое исследование проблемы
институционализации социальной работы в современной России
позволяет сделать ряд обоснованных выводов.
Социальная работа – явление многомерное и представляет собой достаточно сложный объект для изучения. Данное обстоятельство обусловливает необходимость применения для анализа процессов ее институционализации как макросоциологических теорий, так и теорий среднего уровня. Такой
прием априори определяет современное состояние социологии как монотеоретической науки, характеризующейся сосуществованием теорий разного уровня.
Источником процессов институционализации социальной работы было
появление принципиально новой общественной потребности в особом виде социальной деятельности по оказанию помощи, которая возникла в соответствующих исторических, социально-экономических и политических условиях.
Данный вид деятельности вызвал процесс развития необходимых организационных структур и связанных с ними социальных норм и регуляторов поведения. Далее произошел процесс интериоризации индивидами новых социальных
норм и ценностей, на основе которых сформировалась система соответствующих потребностей личности, ее установок и ориентаций.
В настоящее время происходит интенсивный процесс интеграции данного
вида деятельности в существующую структуру всех социально-экономических
и политических отношений, формируется определенный набор формальных и
неформальных санкций, с помощью которых осуществляется социальный контроль за соответствующими типами поведения.
Являясь частным случаем институционализации российского общества,
институционализация социальной работы проявилась как процесс, в результате
которого сформировалась уникальная, принципиально новая система общества,
состоящая из определенных социальных групп (субъектов и объектов социальной работы как вида профессиональной деятельности), организаций и учреждений, выполняющих функции социальной работы и удовлетворяющих конкретные общественные потребности.
Сложная внутренняя структура, разнообразие составляющих элементов
позволяет системе социальной работы развиваться по нелинейным законам самоорганизации и взаимодействовать с другими системами российского общества.
Исследование показало, что в основе генезиса и развития социальной работы в современной России лежит естественное и социальное неравенство,
воспроизводящее соответствующую ему систему социальной стратификации.
Данная система детерминирует систему социальной работы, является источником ее субъектов и объектов, обусловливает ее основные принципы, функции и
направления в обществе. К числу важнейших связей стратификационной сис127
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
темы и системы социальной работы относятся причинно-следственные, функциональные, пространственно-географические и другие связи. Их характер во
многом определяется спецификой социально-экономического и политического
развития как всего российского общества, так и его отдельных регионов.
Институционализация социальной работы в условиях современной России
идет в трех направлениях по-разному. Так, в практике наблюдается отход от
классических форм организации социальной работы и резкий переход к инновационным, например, некоммерческие общественные организации, центры,
хосписы и т.д. В области познания социальную работу обозначили как междисциплинарную, но так и не осуществили ее комплексного анализа, доказательством чего служит отсутствие собственных фундаментальных теорий, сосуществование и разработка частных концепций. В области образования специалистов
принципиально нового типа в основном готовят в традиционных рамках института высшей школы.
Социальная работа как вид деятельности осуществляется на макро-, мезои микроуровнях, имеет свои цель, задачи, мотивацию, субъекты и объекты. Непрерывный процесс ее развития способствует расширению спектра субъектов и
объектов.
Одним из условий дальнейшего развития процессов институционализации
социальной работы выступает ее технологизация, под которой мы понимаем
интенсивную разработку, апробацию и внедрение инновационных социальных
технологий в практику социальной работы. В отличие от традиционных видов
деятельности (игры, обучение, труд), социальная работа в настоящее время является менее технологизированной, что связано с рядом объективных и субъективных обстоятельств. Прежде всего речь идет о слабой разработанности теории социальных технологий, отсутствии адекватной практики их типологии и
механизмов внедрения. Весьма актуален вопрос о соотношении социальной работы и социальных технологий: социальная работа, одновременно являясь видом технологии, использует в ходе своей реализации множество прикладных
социальных технологий. Другим моментом является факт непрерывности процесса разработки инновационных социальных технологий, связанный с возникновением новых социальных проблем и необходимостью их оперативного решения.
Активное развитие системы социальной работы и процессы ее институционализации способствуют инициированию потребности в большом количестве специалистов, имеющих соответствующее образование. В настоящее время в России сложилась многоуровневая система подготовки специалистов по
социальной работе, куда входят образовательные учреждения разного уровня и
профиля. Особое место среди них занимают высшие учебные заведения, готовящие специалистов высшей квалификации.
Российская система образования, которая относится к числу важнейших
социальных институтов, обеспечивающих социализацию индивидов, в настоящее время находится на стадии модернизации, обусловленной процессами глобализации. Система подготовки специалистов по социальной работе высшей
квалификации испытывает те же проблемы, что и образование в целом. Инно128
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
вационность специальности «Социальная работа» и современные социальноэкономические условия общества определили специфику подготовки, которая в
основном ведется в рамках государственных образовательных учреждений. Инструментарий институционализации системы образования в области социальной работы формируется на основе Конституции РФ и Закона РФ об образовании. В этом процессе ярко прослеживается противоречие между государственным заказом на специалистов принципиально нового типа и традициями института высшей школы.
В связи с этим весьма остро стоят вопросы, касающиеся содержательной
стороны учебного процесса, его гуманизации, гуманитаризации и профессионализации. С целью повышения мотивации студентов, будущих социальных работников, необходимо сочетать традиционные и инновационные методы их активизации, использовать практику составления социальных паспортов и разработки социальных проектов.
На наш взгляд, необходимо отметить, что развитие теории социальной работы в условиях современной России проходит на фоне таких процессов, как
глобализация, модернизация, виртуализация и регионализация. При этом глобализация вносит в теорию и практику социальной работы элементы вестернизации (американские теоретические конструкты и модели социальной практики), модернизация способствует развитию и укреплению институтов социальной работы, а процессы регионализации придают им яркую неповторимость,
самобытность, уникальность. Более того, регионализация позволяет находить
инновационные, связанные в своей основе исторические, экономические, социально-психологические и этнополитические особые формы, методы и технологии социальной работы.
Таким образом, в условиях современного российского общества институционализация социальной работы идет в трех направлениях достаточно противоречиво, что позволяет утверждать, что тема исследования далеко не исчерпана. Это связано с тем, что, несмотря на легитимацию института социальной работы, в целом процесс ее институционализации является длительным, многоуровневым, многофакторным, чрезвычайно сложным и весьма противоречивым. Высокий динамизм процессов институционализации социальной работы,
неоднозначность ее интерпретации, отсутствие комплексных междисциплинарных подходов к ее изучению также говорят о необходимости дальнейших исследований.
В теоретико-методологическом отношении необходимы дальнейшие исследования социальной работы как области научного познания, использование
интегративных подходов к определению ее объекта, предмета и основных закономерностей. Принципиальным является вопрос разработки методологии, методики и частных научных методов социальной работы.
Важным представляется и дальнейший анализ влияния социальной дифференциации российского общества на систему социальной работы и ее составляющие элементы. Возникновение принципиально новых социальных проблем
способствует увеличению количества объектов социальной работы, формированию новых направлений социальной работы как вида деятельности и соот129
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ветствующих ей субъектов. С онтологической и гносеологической точек зрения
принципиальными становятся вопросы прогнозирования, планирования и моделирования социальной работы и ее соотношения с социальной политикой.
Недостаточно изученным является вопрос об активности объектов социальной работы, формирования техник самопомощи, самоорганизации, самоусиления, самозащиты и т.д. Интересным представляется и изучение процессов
формирования социального мышления и ответственности.
Остаются и другие задачи (как методологического, так и прикладного характера) по развитию научной социологии, психологии и антропологии социальной работы, которые могут быть решены только совместными усилиями
представителей разных направлений гуманитарного знания.
130
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Литература
1. Абрамова Г.С. Введение в практическую психологию. М., 1994. – 237 с.
2. Актуальные проблемы истории, теории и технологии социальной работы: Сб. статей. Вып. 1 / Под ред. проф. П.Я. Циткилова. Новочеркасск; Ростов
н/Д, 1998. – 46 с.
3. Актуальные проблемы состояния и перспектив социальной работы в
России. Социальная работа. Вып. 1. М., 1992. – 208 с.
4. Актуальные вопросы психологии и педагогики: студенты в научном поиске: Материалы межрегиональной науч.-практ. конференции: В 2 ч. Ч. 2. Киров, 2003. – 108 с.
5. Актуальные проблемы совершенствования подготовки специалистов в
вузе: Тезисы докладов VII областной научно-методической конференции / Отв.
ред. И.М. Лоханина. Ярославль, 2003. – 272 с.
6. Албегова И.Ф. Введение в специальность "Социальная работа": Учеб.
пособие. Ярославль, 2002. – 80 с.
7. Албегова И.Ф. Диалектика взаимосвязи стратификационной системы
российского общества и системы социальной работы // Социальный психолог.
2003. № 1(5). С. 54 – 57.
8. Албегова И.Ф. Теоретико-методологические подходы к изучению современного общества и его систем. Ярославль, 2000. – 100 с.
9. Албегова И.Ф. Теория деятельности как одна из методологических основ изучения современной социальной работы в России // Вестн. Костром. гос.
ун-та им. Н.А. Некрасова. 2000. № 3. С. 78 – 80.
10. Албегова И.Ф. Теория самоорганизации как методологическая основа
изучения современной социальной работы // Методологические и технологические основы современной социальной работы в России: Сб. докладов рег. конф.
Ярославль, 1997. С. 3 – 8.
11. Албегова И.Ф., Руденко Л.Д. Социальная технология: Учеб.-метод. пособие. Ярославль, 2003. – 52 с.
12. Албегова И.Ф. Актуальные проблемы подготовки специалистов по социальной работе // Вестник социально-политических наук / Под ред. Е.Я. Слепцова. Ярославль, 2001. С. 15 – 21.
13. Албегова И.Ф. Гуманитарная стратегия образования при подготовке
специалистов по социальной работе: опыт и проблемы // Гуманитарные исследования и гуманитарное образование на Европейском Севере: Сборник материалов международной конференции / Отв. ред. В.И. Голдин. Архангельск,
2002 год. С. 290 – 293.
14. Албегова И.Ф. Диалектика взаимосвязи стратификационной системы
современного российского общества и системы социальной работы
// Социальный психолог. Вып. 1(5). Ярославль, 2003. – 4 с.
131
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
15. Албегова И.Ф. Значение знаний по профессиональным заболеваниям
для практики социальной работы // Актуальные проблемы совершенствования
подготовки специалистов в вузе: Тезисы докладов VII областной научнометодической конференции / Отв. ред. И.М. Лоханина. Ярославль, 2003. С. 63 –
65.
16. Албегова И.Ф. Исследовательская подготовка социальных работников:
проблемно-организационный аспект // Социальная работа: опыт и проблемы
подготовки специалистов. М., 1997. С. 3 – 5.
17. Албегова И.Ф. К вопросу о методике преподавания курса "Социальная
технология" у студентов, будущих социальных работников // Вестник социально-политических наук. Вып. 3 / Под ред. Ю.А. Головина. Ярославль, 2003. С. 6
– 8.
18. Албегова И.Ф. К вопросу о соотношении социальной работы и социальных технологий // Вестник социально-политических наук. Вып. 2 / Под ред.
Ю.А. Головина. Ярославль, 2002. С. 3 – 5.
19. Албегова И.Ф. К проблеме мотивации социальной работы как вида
профессиональной деятельности // Социальная психология. Теория. Эксперимент. Практика. Т. 1 / Под ред. В.В. Козлова. Ярославль, 2000. С. 36 – 43.
20. Албегова И.Ф. Методическое руководство по организации учебнопроизводственной практики для студентов специальности "Социальная работа".
Ярославль, 2000. – 48 с.
21. Албегова И.Ф. Моделирование теоретических концепций и подходов к
решению ситуационных задач в социальной работе // Образование в области
социальной работы: состояние и перспективы: Сборник докладов. М., 1996. С.
12 – 15.
22. Албегова И.Ф. Опыт кафедры социальных технологий факультета социально-политических наук ЯрГУ им. П.Г. Демидова в области подготовки
специалистов по социальной работе // Вестник социально-политических наук
/ Под ред. Е.Я. Слепцова. Ярославль, 2001. С. 9 – 14.
23. Албегова И.Ф. Организация учебно-исследовательской работы студентов по гуманитарным дисциплинам: Метод. рекомендации по написанию рефератов. Ярославль, 1997. – 28 с.
24. Албегова И.Ф. Особенности подготовки работников социальной сферы
// Вестник социальной работы (Ярославль). 2001. № 1 – 2. С. 36 – 42.
25. Албегова И.Ф. Руководство по организации учебно-производственной
практики для студентов специальности "Социальная работа". Ярославль, 1996.
– 64 с.
26. Албегова И.Ф. Современная социальная работа. Основные понятия и
термины: Словарь. Ярославль, 1997. – 150 с.
27. Социальная работа: история, теория и технологии / Под общ. ред.
И.Ф. Албеговой, В.В. Козлова. Ярославль, 1997. – 140 с.
28. Албегова И.Ф. Специальные социально-психологические особенности
личности как фактор успешной деятельности социального работника
// Социальный психолог. 2003. № 2(6). С. 110 – 113.
132
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
29. Албегова И.Ф. Специфика повышения профессионального мастерства в
ходе получения второго высшего образования по специальности "Социальная
работа" // Профессиональное мастерство работников социальных служб. М.,
1999. – 7 с.
30. Албегова И.Ф. Стратификационные основы современной социальной
работы в России. Деп. в ИНИОН РАН 10.07.2003 № 58122. 55 с.
31. Албегова И.Ф. Теоретико-методологические основы выделения стратификационных систем в современном обществе // Социальный психолог. 2003.
№ 2(6). С. 14 – 27.
32. Албегова И.Ф. Теоретико-методологические подходы к изучению современного общества и его систем. Ярославль, 2000. – 100 с.
33. Албегова И.Ф. Технологизация современной социальной работы в России: миф или реальность? // Психотехнологии в социальной работе: Сб. науч.
статей / Под ред. В.В. Козлова. Ярославль, 1999. С. 7 – 13.
34. Албегова И.Ф. Социально-психологические проблемы подготовки социальных работников // Проблемы формирования специалиста в системе высшего гуманитарного образования: Сб. докладов. СПб., 1996. С. 13 – 15.
35. Албегова И.Ф. Специфика социальной работы как инновационного института в Ярославском регионе // Управление социальными процессами в регионах. Ч. 1: Регион как социум: Сб. статей. Екатеринбург, 2003. С. 8 – 11.
36. Алексеева Л.С., Меновщиков В.Ю. Семейная психотерапия в центре
психолого-педагогической помощи. М., 1998. – 112 с.
37. Американская социологическая мысль:
Тексты / Под ред.
В.И. Добренькова. М., 1994. – 496 с.
38. Аминов Н.А., Морозова Н.А., Смятских А.Л. Психодиагностика специальных способностей социальных работников // Социальная работа. Вып. 2. М.,
1992. С. 45 – 58.
39. Андреева Г.М. Социальная психология. М., 2000. – 320 с.
40. Арон Р. Эмиль Дюркгейм // Этапы развития социологической мысли.
М., 1993. С. 315 – 400.
41. Басов А.В. К вопросу о предмете социальной педагогики. Теория и
практика социальной работы: отечественный и зарубежный опыт / Под ред.
Т.Ф. Яркиной, В.Г. Богаровой. М.; Тула, 1993. Т. 1. С. 72 – 74.
42. Бочарова В.Г. Педагогика социальной работы. М., 1994. – 208 с.
43. Будон Р. Место беспорядка. Критика теорий социального изменения
/ Науч. ред М.Ф. Черныш. М., 1998. – 284 с.
44. Вало А. Эвохомология как научная система рационализации жизни человека. Теория и практика социальной работы: отечественный и зарубежный
опыт. М.; Тула, 1993. Т. 2. С. 57 – 62.
45. Василькова В.В. Порядок и хаос в развитии социальных систем (Синергетика и теория социальной самоорганизации). Серия: "Мир культуры, истории и философии". СПб., 1999. – 480 с.
46. Введение в социальную работу: Теоретические и прикладные аспекты
/ Под общ. ред. Н.Г. Стойко. Красноярск, 1998. – 151 с.
133
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
47. Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма // Вебер М. Избранные произведения. М., 1995.
48. Вебер М. Хозяйство и общество // Вебер М. Избранные произведения.
М., 1990.
49. Вестник социальной работы. Вып. 2 (4) / Под общей ред. В.И. Жукова.
М., 1994. – 112 с.
50. Вестник социальной работы. Вып. 3 (4) / Под общей ред. С.В. Зуевой.
Ярославль, 2002. – 84 с.
51. Вестник социальной работы. Вып. 3 – 4 (2) / Под общей ред.
С.В. Зуевой. Ярославль, 2001. – 112 с.
52. Вестник психосоциальной и коррекционно-реабилитационной работы.
Вып. 4 / Под ред. С.А. Беличевой. М., 1996. – 96 с.
53. Взаимосвязь социальной работы и социальной политики / Под ред.
Ш. Рамон. М., 1997. – 256 с.
54. Виртуальные реальности // Труды лаборатории виртуалистики. Вып. 4.
М., 1998. – 212 с.
55. Витализм // Философская энциклопедия. М., 1960. – 362 с.
56. Влияние общественных организаций на развитие взаимодействия личности и общества / Под ред. И.Ф. Албеговой. Ярославль, 2000. – 128 с.
57. Возведение "мостов" сотрудничества между Россией и ЕС в развитии
социальных служб накануне нового тысячелетия: Материалы научнопрактической конференции / Под ред. А.Н. Дашкиной. М.; Пенза; Самара, 1999.
– 236 с.
58. Гавра Д.П. Социальные институты // Социально-политический журнал.
1998. № 2. С. 123 – 132.
59. Григорьев С.И. Социальная работа в России в 90-е годы: содействие
формированию, осуществлению и реабилитации жизненных сил населения
// Проблемы семьи и детства в современной России / Под ред. О.И. Волжиной и
др. М., 1992. Ч. 1, 2.
60. Григорьева И.А. Модели человека в теории социальной работы.: Учеб.
пособие. СПб., 2001. – 88 с.
61. Данакин Н.С. Теория и методика социальной работы. М., 1991. – 170 с.
62. Девятко И.Ф. Модели объяснения и логика социологического исследования. М., 1996. – 174 с.
63. Дементьева Н.Ф., Устинова Э.В. Роль и место социальных работников
в обслуживании инвалидов и пожилых людей. М., 1995. – 109 с.
64. Демидова Л.Д. Община: актуальные проблемы теории и социальной
практики (сравнительный анализ зарубежного и отечественного опыта): Автореф. дис. ... канд. филос. наук. М., 1992.
65. Долгушин А.К. Введение в социальную реабилитологию. М., 1996. – 52
с.
66. Доэл М., Шардлоу С. Практика социальной работы. М., 1995. – 237 с.
67. Дриш Г. Витализм, его история и система. М., 1975. – 108 с.
68. Дыскин А.А., Танюхина Э.И. Социально-бытовая и трудовая реабилитация инвалидов и пожилых граждан. М., 1996. – 224 с.
134
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
69. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда // Западноевропейская
социология XIX – начала XX века / Под ред. В.И. Доббренькова. М., 1996. –
380 с.
70. Ершов А.А. Взгляд психолога на активность человека. М., 1991. –
159 с.
71. Жуков В.И. Социальное образование как фактор развития цивилизации.
М., 1996. – 20 с.
72. Жуков В.И. На пороге третьего тысячелетия: социально-экономическое
состояние и перспективы развития России. М., 1994. – 96 с.
73. Журнал практического психолога. Вып. 3. М., 1997. – 132 с.
74. Занятость в России: Материалы Всероссийской научно-практической
конференции (август 1995 г.) / Под ред. Т.И. Гусевой. Саратов, 1996. – 100 с.
75. Западноевропейская социология XIX века: Тексты / Под ред.
В.И. Добренькова. М., 1996. – 352 с.
76. Заславская Т.И. Социальная трансформация российского общества:
деятельностно-структурная концепция. М., 2002. – 568 с.
77. Иванов Д.В. Императив виртуализации: Современные теории общественных изменений. СПб., 2002. – 212 с.
78. Иванов О.И. Введение в социологию социальных проблем: Учеб.метод. пособие. СПб., 2003. – 80 с.
79. Иващенко Г.М., Ким Е.Н. Об опыте работы по социальной реабилитации детей с ограниченными возможностями в Московском городском клубе
"Контакты-1". М., 1997. – 72 с.
80. Ильин В.И. Путь к очевидности. М., 1993. – 431 с.
81. Ильин В.И. Социальная стратификация. Сыктывкар, 1991. – 187 с.
82. История социологии в Западной Европе и США. М., 1993. – 420 с.
83. История теоретической социологии: В 5 т. Т. 1: От Платона до Канта
(Предыстория социологии и первые программы науки об обществе). М., 1995. –
270 с.
84. История теоретической социологии: В 5 т. Т. 2: Социология XIX века
(Профессионализация социально-научного знания). М., 1997. – 448 с.
85. Карицкий И.Н. Теоретико-методологическое исследование социальнопсихологических практик. Челябинск, 2002. – 258 с.
86. Кафедра истории социальной работы: Учеб.-метод. материалы по курсу
"История социальной работы в России". М., 1995. – 84 с.
87. Козлов В.В. Социальная работа с кризисной личностью: Метод. пособие. Ярославль, 1999. – 303 с.
88. Колков В.В. Программа и методические материалы по курсу "Теория и
методы социальной работы". М., 1997. – 68 с.
89. Колков В.В., Лавриненко И.М. Методические рекомендации для студентов факультета социальной работы по подготовке выпускной квалификационной работы. М., 1997. – 39 с.
90. Комаров М.С. Социология. М., 2003. – 460 с.
91. Конецкая В.П. Социология коммуникации: Учебник. М., 1997. – 304 с.
92. Конт О. Курс положительной философии. СПб., 1899. – 87 с.
135
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
93. Коржевская Н. Социальный институт как общественное явление (социологический аспект). Свердловск, 1983. – 254 с.
94. Корсунцев И.Г. Субъект и виртуальная реальность. М., 1998. – 172 с.
95. Краснова О.В., Лидерс А.Г. Социальная психология старения. М.,
2002. – 288 с.
96. Краткий словарь терминов социальной работы / Сост. Т.И. Большова,
М.Э. Елютина, В.Т. Кривошеев, Н.И. Ловцова и др. / Под общ. ред.
В.Н. Ярской. Саратов, 1996. – 101 с.
97. Лабейкин А.А. Социальная защита населения Орловской области: состояние и перспективы. Орел, 1996. – 160 с.
98. Лекции по технологии социальной работы. Ч. 2 / Под ред.
Е.И. Холостовой. М., 2000. – 138 с.
99. Лукин-Григорьев В.В. Интенсивная эмпирическая психотерапия в клинике пограничных состояний. Методология и основные психотерапевтические
стратегии. М., 1999. – 109 с.
100. Мазилов В.А. Психология на пороге XXI века: Методологические
проблемы. Ярославль, 2001. – 112 с.
101. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 23.
102. Там же. Т. 12.
103. Там же. Т. 16.
104. Там же. Т. 18.
105. Медведева Г.П. Этика социальной работы. М., 1999. – 208 с.
106. Менеджмент социальной работы / Под ред. Е.И. Комарова,
А.И. Войтенко. М., 1998. – 386 с.
107. Менеджмент социальной работы. Т. 3. М., 1999. – 288 с.
108. Мостовая И.В. Социальное расслоение: символический мир метаигры:
Учеб. пособие. М., 1997. – 208 с.
109. Настольная книга специалиста службы занятости: Профориентационная и психологическая работа с населением. М., 1998. – 162 с.
110. Некрасов А.Я. Международный опыт социальной работы. М., 1994. –
98 с.
111. Новые подходы в социальной работе и возможности непрерывного
образования: Материалы международной конференции. СПб., 2002. – 296 с.
112. Обучение практике социальной работы: международные взгляды и
перспективы / Под ред. М. Доэла и С. Шардлоу. М., 1995. – 237 с.
113. Обучение социальной работе: преемственность и инновации / Под
ред. Ш. Рамон, Р. Сарри. М., 1996. – 157 с.
114. Общедоступный словарь по психологии, социологии, социальной работе. М., 1993. – 108 с.
115. Организация летнего отдыха детей с ограниченными возможностями
здоровья в условиях загородного лагеря: Из опыта деятельности оздоровительных учреждений Алтайского края / Под ред. С.И. Григорьева, Я.Г. Гусляковой.
2-е изд. М., 1998. – 120 с.
116. Осипов Г.В. Социальные институты // Социология. М., 1990. С. 26 –
48.
136
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
117. Осипов Г.В.,
Кравченко А.И.
Институциональная
социология
// Современная западная социология: Словарь. М., 1990. С. 275.
118. Основы социальной работы / Отв. ред. П.Д. Павленок. М., 1997. –
368 с.
119. Павленок П.Д. Введение в профессию "Социальная работа". М.,
1998. – 174 с.
120. Парсонс Т. Система координат действия и общая теория систем действия: культура, личность и место социальных систем // Американская социологическая мысль: Тексты / Под ред. В.И. Добренькова. М., 1996. С. 56 – 72.
121. Пинкус А., Манахан А. Практика социальной работы (формы и методы). М., 1996. – 223 с.
122. Поппер К.Р. Открытое общество и его враги. Т. 1: Чары Платона: Пер.
с англ. М., 1992. – 448 с.
123. Поппер К.Р. Открытое общество и его враги. Т. 2: Время лжепророков: Гегель, Маркс и другие оракулы: Пер. с англ. М., 1992. – 528 с.
124. Право социального обеспечения (конспект лекций). М., 1999. – 144 с.
125. Пригожин А.И. Проблема субъекта в центре процесса приватизации
// Социс. 1992. № 4.
126. Принцип активизации в социальной работе / Под ред. Ф. Парслоу. М.,
1997. – 223 с.
127. Проблемы социальной работы: Сб. статей / Под ред. В.Н. Келасьева,
П. Салустовича. СПб., 2003. – 212 с.
128. Психологический эволюционизм // История социологии в Западной
Европе и США. М., 1993. – С. 118 – 128.
129. Психология в медицине: Комплексная самохарактеристика (контрольная работа). Вып. 11 / Под ред. В.А. Урываева. Ярославль, 1997. – 24 с.
130. Психология в медицине: Социализация личности. Инстанции личности. Поло-ролевое поведение. Вып. 9 / Под ред. В.А. Урываева,
Т.В. Большаковой. Ярославль, 1997. – 28 с.
131. Психология и практика. Ежегодник Российского психологического
общества. Т. 4, вып. 5 / Под ред. А.В. Карпова, В.А. Мазилова. Ярославль,
1998. – 450 с.
132. Психология и практика. Ежегодник Российского психологического
общества. Т. 4, вып. 4 (5) / Под ред. А.В. Карпова, В.А. Мазилова. Ярославль,
1998. – 418 с.
133. Психология социальной работы: Содержание и методы психосоциальной практики: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. М., 2002. – 252 с.
134. Работник социальной службы. Вып. 1 – 2 (5 – 6) / Под общей ред.
А.М. Панова. М., 1999. – 160 с.
135. Работник социальной службы. Вып. 2 (2) / Под общей ред.
А.М. Панова. М., 1997. – 181 с.
136. Работник социальной службы. Вып. 2 (4) / Под общей ред.
А.М. Панова. М., 1998. – 182 с.
137. Радаев В.В. Властная стратификация в системе советского типа
// Рубеж: Альманах социологических исследований. 1991. № 1. С. 117 – 147.
137
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
138. Развитие социальной реабилитации в России / Под ред.
А.Н. Дашкиной. М., 2000. – 176 с.
139. Региональные проблемы социальной мобильности / Отв. ред.
Ф.Р. Филиппов. М., 1992. –191 с.
140. Регионоведение: Учебник для вузов / Под ред. проф. Т.Г. Морозовой.
М., 1999. – 424 с.
141. Рогов Е.И. Настольная книга практического психолога в образовании.
М., 1996. – 529 с.
142. Российский менталитет и учет его особенностей в социальной работе.
Социальная работа. Вып. 10. М., 1994. – 155 с.
143. Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. Человек и мир. СПб., 2003. –
508 с.
144. Сафронова В.М. Прогнозирование и моделирование в социальной работе. М., 2002. – 192 с.
145. Седов Л.А. Институт социальный // Современная западная социология. М., 1990. С. 276.
146. Синергетика и психология. Тексты. Хрестоматия. Вып. 1. Методологические вопросы. М., 1997. – 361 с.
147. Синютин М.В. Институциональный подход в экономической социологии / Под науч. ред. проф. А.А. Галактионова. СПб., 2002. – 313 с.
148. Словарь-справочник
по
социальной
работе
/ Под.
ред.
Е.И. Холостовой. М., 1997. С. 323.
149. Смелзер Н.Дж. Социология // Социс. 1992. № 4. С. 120.
150. Смелзер Н. Социология. М., 1994. – 688 с.
151. Современная социальная работа. Основные понятия и термины / Под
общей ред. И.Ф. Албеговой, М.Ф. Ковшикова, В.В. Козлова. Ярославль, 1998. –
124 с.
152. Современная западная социология: Словарь. М., 1997. – 280 с.
153. Сорокин П.А. Система социологии. Т. 1. М., 1993. – 447 с.
154. Сорокин П.А. Система социологии. Т. 2. М., 1993. – 688 с.
155. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество: Пер с англ. М.,
1992. – 543 с.
156. Состояние сельской школы России и перспективы ее развития: Метод.
пособие / Под ред. М.П. Гурьяновой, Г.В. Пичугиной. М., 2000. – 256 с.
157. Социальная защита человека: регион модели / Под ред.
В.Г. Бочаровой, М.П. Гурьяновой. М., 1995. – 185 с.
158. Социальная защита: проблемы и пути их разрешения: Сб. статей.
1996. Т. 1. М., 1996. – 113 с.
159. Социальная инновация: Программа курса. М., 1997. – 16 с.
160. Социальная история России. Век XIX. Курс лекций. Т. 2. / Под общей
ред. В.И. Жукова. М., 1998. – 225 с.
161. Социальная история России. Т. 1 / Под общей ред. В.И. Жукова. М.,
1997. – 239 с.
162. Социальная история России. Т. 3 / Под общей ред. В.И. Жукова. М.,
1998. – 391 с.
138
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
163. Социальная политика России: история и современность: Сб. докладов.
Новочеркасск, 1999. – 164 с.
164. Социальная работа: Российский энциклопедический словарь / Под
ред. В.И. Жукова. М., 1997. – 360 с.
165. Социальная реабилитация безнадзорных детей и несовершеннолетних
с девиантным поведением: Учеб.-метод. пособие / Под ред. М.А. Новиковой.
М., 1999. – 90 с.
166. Социальная реабилитация детей с ограниченными возможностями
/ Под ред. А.Г. Пашкова, Н.С. Степанова. Курск, 1996. – 207 с.
167. Социальная работа: методология, теория, технологии. Ч. 2, вып. 2
/ Ред. коллегия И.Н. Иванова, В.Т. Кривошеев, Д.В. Петров и др. Саратов,
1998. – 184 с.
168. Социально-педагогические колледжи / Под ред. М.П. Гурьяновой. М.,
1995. – 590 с.
169. Социальное обслуживание населения: современное состояние, проблемы, перспективы: Материалы III Национальной конференции Ассоциации
работников социальных служб / Сост. и отв. ред. А.М. Панов, Л.В. Тончий,
Э.А. Манукян. М., 1998. – 224 с.
170. Социальные проблемы развития человеческих ресурсов: Сб. науч. тр.
Саратов, 1997. – 212 с.
171. Социология в России XIX – начала XX века. История социологии. Социологическое образование. Тексты / Под ред. В.И. Добренькова. М., 1997. –
496 с.
172. Социо-логос: Пер. с англ., нем., франц. / Под общ. ред. и предисл.
В.В. Винокурова, А.Ф. Филиппова. М., 1991. – 480 с.
173. Степанов С.С. Диагностика интеллекта методом рисуночного теста. 3е изд., доп. М., 1994. – 237 с.
174. Сулимова Т.С. Социальная работа и конструктивное разрешение конфликтов. М., 1999. – 171 с.
175. Тамбовцев В.Л. Введение в институциональный анализ. М., 1996. –
124 с.
176. Теория и методика социальной работы. Вып. 2 / Под ред.
П.Д. Павленка. М., 1995. – 233 с.
177. Теория и методика социальной работы. Краткий курс / Под общей ред.
В.И. Жукова. М., 1994. – 192 с.
178. Теория и практика социальной работы: отечественный и зарубежный
опыт. Т. 2 / Под ред. Т.Ф. Яркиной, В.Г. Бочаровой. М.; Тула, 1993. – 392 с.
179. Теория и методология социальной работы: Учеб. пособие. / Под ред.
С.И. Григорьева, Л.Г. Гусляковой, В.А. Ельчанинова и др. М., 1994. – 191 с.
180. Теория и практика социальной работы / Под общей ред. В.Н. Ярской.
1995. – 133 с.
181. Теория и практика социальной работы: отечественный и зарубежный
опыт / Под ред. Т.Ф. Яркиной, В.Г. Бочаровой. М.; Тула, 1993. – 463 с.
182. Теория социальной работы: Учебник / Под. ред. проф.
Е.И. Холостовой. М., 1998. – 334 с.
139
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
183. Терехова О.В. "Счастливая страна" в поисках социального самопознания. М., 1991. – 234 с.
184. Тетерский С.В. Введение в социальную работу: Учеб. пособие. М.,
2001. – 496 с. (Gaudeamus).
185. Трудотерапия в Великобритании и Франции / Под ред.
А.Н. Дашкиной. М., 2000. – 178 с.
186. Управление образовательной деятельностью в вузе: Отраслевые и
внутривузовские регламенты / Отв. за выпуск доц. И.М. Лоханина. Ярославль,
2003. – 224 с.
187. Учитель – социальный педагог – социальный работник и их практическая деятельность: Сб. науч. статей. Тамбов, 1997. – 113 с.
188. Фирсов М.В. История социальной работы в России. М., 2000. – 256 с.
189. Фирсов М.В. Методологические основы институционализации социальной работы. М., 2000. – 36 с.
190. Фирсов М.В., Студенова Е.Г. Теория социальной работы. М., 2000. –
432 с.
191. Франкл В. Человек в поисках смысла. М., 1990. – 88 с.
192. Фролов М.В., Субаева О.Н. Социальная политика. М., 1998. – 28 с.
193. Цикличность в социальных системах ("круглый стол") // Социс. 1992.
№ 6. С. 36 – 46.
194. Цуканова Е.В. Психология социальных коммуникаций: Учебная программа курса. М., 1998. – 44 с.
195. Чепляев В.Л., Федотова Н.Н., Попова З.Н. Профориентация в службе
занятости: Метод. пособие. Саратов, 1995. – 45 с.
196. Шаповаленко И.В. Геронтопсихология. М., 1998. – 16 с.
197. Щепаньский Я. Элементарные понятия социологии. М., 1969. – 197 с.
198. Энциклопедия социальной работы: В 3 т. / Пер. с англ. М., 1993.
199. Этика социальной работы: Учебно-методические материалы и программа общепрофессиональной дисциплины. М., 1995. – 28 с.
200. Этносоциальные проблемы города. М., 1968. – 186 с.
201. Юридическая психология. М., 1998. – 16 с.
202 Якимова Е.В. Социальное объяснение психологического поведения:
дискуссионные проблемы // Теория и история экономических и социальных институтов и систем. М., 1993. Т. 1, вып. 2. С. 56.
203. Ярославские НКО: Справочник. Ярославль, 2002. – 97 с.
204. Яцемирская Р.С., Беленькая И.Г. Социальная геронтология. М.,
1999. – 224 с.
205. Durkheim E. Les formes elementaires de la vie religieuese. Le systeme totemique en Australie. P., 1960.
206. Homans G.S. The sociological relevance of behaviorism // Behavioral sociology / Ed. R. Burgess, D. Bushell. N.Y., 1969.
207. Merton R.K. Sociology of science. N.Y., 1973.
208. Parsons T. Essays on sociological theory. N.Y., 1964.
209. Smelser N.J. Social Change in the Industrial Revolution. L., 1959.
210. Spencer H. First principles. N.Y., 1898.
140
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
211. Spencer H. The principles of ethic. N.Y., 1904, Vol. 1.
212. Tonnis F. Gemeinschaft und Gesellschaft. Berlin, 1920.
213. Veblen T. The theory of leisure class. N.Y., 1924.
214. Ward L.F. The physic factors of civilization. Boston, 1893.
215. Weber M. Essays in sociology. N.Y., 1964.
216. Young K. Handbook of Social Psychology. N.Y., 1947.
141
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Оглавление
Введение ...................................................................................................................... 3
1. Теоретические основы изучения социальной работы ................................. 10
1.1. Социологическое обоснование применения институционального подхода
к исследованию социальной работы .......................................................... 10
1.2. Современное состояние теории социальной работы
как области научного познания и основные направления
ее институционализации ............................................................................. 26
2. Влияние изменений стратификационной системы на социальную работу
................................................................................................................................ 41
2.1. Социальная дифференциация общества ..................................................... 41
2.2. Диалектика взаимосвязи, взаимозависимости и взаимообусловленности
стратификационной системы
и системы социальной работы .................................................................... 61
3. Социальная работа как вид профессиональной деятельности ................. 71
3.1. Основные субъекты и объекты современной социальной работы........... 71
3.2. Технологизация социальной работы как одно
из условий ее институционализации ......................................................... 87
4. Система образования специалистов по социальной работе ..................... 101
4.1. Высшее профессиональное образование: состояние
и основные проблемы институционализации ....................................... 101
4.2. Современные технологии подготовки
социальных работников – профессионалов............................................. 114
Заключение ............................................................................................................. 127
Литература .............................................................................................................. 131
142
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Научное издание
Албегова Ирина Федоровна
Институционализация социальной работы
в современной России:
теория и практика
Редактор, корректор В.Н. Чулкова
Компьютерная верстка И.Н. Ивановой
Подписано в печать 18.06.2004 г. Формат 60×84/16.
Бумага тип. Усл. печ. л. 12,78. Уч.-изд. л. 10,1.
Тираж 300 экз. Заказ
.
Оригинал-макет подготовлен
в редакционно-издательском отделе ЯрГУ.
Ярославский государственный университет.
150000 г. Ярославль, ул. Советская, 14.
ООО "Феникс".
Ярославская область, г. Переславль-Залесский,
ул. Кардовского, 62.
143
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
144
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
121
Размер файла
1 154 Кб
Теги
современные, социальная, практике, институционализация, работа, россии, теория, 1184, албегова
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа