close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Сумцов Н. Ф. Малорусский язык и воляпюк

код для вставкиСкачать
Сумцов Н. Ф. Малорусский язык и воляпюк / Н. Ф. Сумцов // Юж. край. – 1908. – 31 янв.
Сумцов Н. Ф. Малорусский язык и воляпюк / Н. Ф. Сумцов // Юж. край. –
1908. – 31 янв.
В огороді бузина, а в Києві дядько.
Нашему кузнецу двоюродный слесарь...
Договорились до синего пороха...
Народные пословицы
Известна древняя поговорка, что в жизни ничему не следует удивляться («nil
admirari» Горация), в особенности, применимая в современный разгар
всяческих экспроприаций, когда так легко отнимают имущество, жизнь и так
часто набрасываются на добрые и честные имена; но, как бы то ни было, и
древние мудрецы находили, что «est modus in rebus», что всему есть мера, и
есть ценности испытанной пробы.
Такой ценностью представляется всякий культурный язык, т. е. язык народа,
имевшего свою историю, имеющего свою литературу. В течение веков в язык
вкладывается огромное количество разнообразных оттенков мысли и чувства, и
не только присяжный ученый, но и всякий образованный человек должен
дорожить языком своего народа, как многовековым духовным наследством, и
стремиться к его изучению и усовершенствованию, как готового культурного
орудия непрестанно прогрессирующей мысли.
Малорусский язык не представляет в этом отношении исключение. Законное и
дорогое наследие многовекового прошлого, равноправный член великой
славянской семьи, этот язык временно, под влиянием политических событий,
попал в положение пасынка или, точнее, сказочкой сандрильоны, золушки,
писаной красавицы, вынужденной прятаться в темном углу родной хаты или
мыкаться по белу свету с отрубленными руками.
Язык ничего не теряет от порицаний, равно как ничего не выигрывает от
похвал. Ему тепло, когда его согревает художественное и научное творчество;
ему холодно, когда его обрезывают цензурными ножницами и лишают
гражданских прав, что глубоко чувствует всякий народ, так как в первом случае
вся его жизнедеятельность идет на повышение; во втором — идет всеобщее
принижение, падение нравственных устоев, огрубение нравов.
Обиды нет в названии малорусского языка воляпюком, но есть большое
смешение понятий и ребячество, вроде того, если финиковую пальму назвать
рахат-лукумом, или бьющий из глубоких недр земли нарзан назвать крюшоном.
Воляпюк — искусственное создание, язык же народа — создание естественное.
Попытки Шлейера, Заменгофа, Штирнера создать всемирный международный
язык (воляпюк, эсперанто и др.) имеют свое значение, свою ценность, и в
некоторых случаях могут иметь полезное применение, например, в
международных торговых сношениях. Но ни один народ не отдаст своего
живого языка за такой аптечный препарат, каким в сущности является воляпюк
или эсперанто, потому, что в живом языке переливаются тысячи красочных
оттенков, блестит местами яркая мысль, струится горячее чувство, вообще
живут миллионы творивших язык в прошлые времена, по зерну снашивавших в
него свои духовные прибыли.
Если бы малорусский язык был воляпюком, то и тогда он имел бы полное право
на внимание, например, в земствах таких губерний, большинство населения
которых им только и владеет и от колыбели до могилы пользуется его
умственными запасами, почти без влияния со стороны чуждой по языку и бедно
поставленной первоначальной народной школы.
Но малорусский язык не воляпюк, а совершенно самостоятельный и
равноправный живой славянский язык, идущий с незапамятных времен, ясно
пробивающийся в литературных памятниках домонгольской Руси, язык
величественных и художественных исторических песен и дум. На этом языке
говорили Петр Могила и Богдан Хмельницкий. Этому языку с любовью
посвящали свои труды академики Миклошич и Потебня. На нем изданы сотни
томов научных и художественных произведений. Ныне на нем говорит около
25 миллионов народа; в Австрии, в России, в Америке издаются журналы и
газеты. Наконец, это язык не «какого-либо стихотворца», а Тараса Шевченко, с
которым во всем славянстве по национально-художественному значению рядом
стоит один Пушкин и отчасти Мицкевич, говорю отчасти, потому, что
Мицкевич далеко не представляет собою такого крупного фактора польской
литературы, каким Шевченко оказывается в литературе украинской, и уступает
последнему по яркости и силе выражение характерных народных особенностей.
В стремлении низвести малорусский язык на воляпюк может скрываться плохо
понятая идея великорусской национализации. Но ни один живой язык нельзя
заменить другим, да и не следует, так как кроме вреда ничего не может быть от
навязывания языка. Как невыгодно и убыточно все чувства заменить одним,
хотя бы самым важным — зрением, так невыгодно и убыточно свести все языки
на один, хотя бы это был язык самой могущественной и культурной нации,
напр., немецкий или английский.
Никто не может задавить живую речь. Один из умнейших писателей в России
Чаадаев совершенно основательно писал в 30-х годах прошлого века: «Ни Петр
Великий, ни кто другой, никогда не был в состоянии похитить у народа его
личность; на свете нет и быть не может такой сатанической индивидуальности,
которая возмогла бы украсть у целого народа его физиономию, его характер и
унести их под полою платья». А что же такое язык народа, как не его
физиономия и характер, и разве в самом деле можно унести под полою
многовековое создание многомиллионного народа? Разумеется, невозможно.
Так,
Орися ж ти, моя ниво,
Долом та горою,
Та засійся, чорна ниво,
Волею ясною!
Орися ти, розвернися,
Полем розстелися,
Та посійся добрим житом,
Долею полійся!
Розвернися ж на всі боки,
Ниво—десятино!
Та посійся не словами,
А розумом, ниво!
Автор
468   документов Отправить письмо
Документ
Категория
Лингвистика
Просмотров
10
Размер файла
32 Кб
Теги
Сумцов Н. Ф., украинский язык
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа