close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

3461

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Экономика, управление, инновации
Заметки полупостороннего
Может ли Россия лишиться
креативных специалистов?
Олег Фиговский
член Европейской академии наук,
президент Израильской ассоциации изобретателей,
автор более 500 изобретений
ЭКОЛОГИЯ И ЖИЗНЬ · 4(113)’2011
В
42
ыступая на заседании правительства РФ в
январе премьер-министр В.В. Путин поставил задачу выработать конкретный план действий и определить базовые проекты на долгосрочную перспективу, чтобы обеспечить устойчивое развитие и повышение конкурентоспособности России в посткризисном мире. В.В. Путин
убежден, что необходимо и дальше последовательно развивать рынок интеллектуальной собственности, создавать условия для эффективной коммерциализации научных разработок. «Мы вкладываем бюджетные деньги — и немалые — в исследования и разработки, чтобы получить экономический
и социальный эффект, чтобы обеспечить налоговые поступления, новые продукты, услуги, создать
новые высококлассные и хорошо оплачиваемые
рабочие места».
И здесь со всей остротой встает кадровый
вопрос.
В российском инновационном секторе складывается достаточно критическая ситуация, связанная с большим оттоком на работу за рубеж наиболее талантливых молодых ученых, научных специалистов и разработчиков. Только в прошлом году
в рамках профессиональной эмиграции в США
уехали 56 тыс. человек, в Израиль — около 13 тыс.,
в Австралию — 12 тыс., в Германию — 9 тыс. и
в Канаду — 8 тыс. человек. Да и уезжают, как правило, ученые, способные к созидательной научной
работе, носители идей, являющихся основой инновационного и технологического развития.
С целью привлечения научных и инженерных
талантов в таких странах, как США, Великобритания, Германия, Франция, Израиль, Австралия,
Китай, Южная Корея, Япония, Канада, приняты
и реализуются специальные государственные про-
граммы, которые включают в себя создание большого числа высокооплачиваемых рабочих мест
непосредственно для иностранных специалистов,
предложение льготных условий ассимиляции и получения гражданства, предоставление широкого
комплекса социальной поддержки. Аналогичные
программы есть и в таких странах, как Португалия,
Сингапур, Малайзия. Результатом реализации подобных программ стало то, что сегодня более
90 тыс. молодых российских ученых и специалистов на постоянной основе работают в США,
40 тыс. — в Германии, 20 тыс. — в Великобритании,
около 4 тыс. — в Японии и около 25 тыс. — в Китае.
Результат: наши бывшие соотечественники, дуэт
Гейм — Новоселов, стали лауреатами Нобелевской
премии уже как английские ученые. На прессконференции в Москве Константина Новоселова
спросили, есть ли у науки национальная специфика, и он ответил: «…Разница в мышлении гораздо
заметнее на уровне лабораторий, на уровне отдельных исследователей и школ. Между черноголовской и питерской школами теоретической физики,
например, можно найти гораздо больше различий,
чем между российской и британской. У лаборатории Андрея Гейма своя специфика: она, как я уже
говорил, позволяет свободу исследования. Мы
должны приходить на работу и делать что-то действительно интересное. Такой принцип».
Всем ясно, что давно пора возвращать соотечественников, уже обретших свободу исследований,
в Россию. Вот поэтому (или еще по каким-то неведомым причинам) Минобрнауки предложило
новую программу: прошедшим летом очень быстро
организовали и провели конкурс проектов за право
получить грант в размере 150 млн руб. Победителей
объявили 29 октября, их оказалось всего 40 — вдвое
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
меньше запланированного. И этот факт обратил
внимание научного сообщества на роль совета по
грантам, чья оценка была решающей. Основной
список российских экспертов формировался из
экспертов РФФИ, но ведь РФФИ не по всем разделам науки располагает экспертами, и на этом
этапе возникли определенные проблемы. Оказалось, что по некоторым темам эксперты отсутствуют. И, как результат, многие сильнейшие зарубежные ученые, бывшие наши соотечественники, например, академик Сагдеев, оказались за бортом
конкурса. Не странно ли, что в таких решающих
областях, как нанотехнологии или строительные
науки, не оказалось ни одного получателя гранта?
При дальнейшей реализации проектов возникает ряд проблем. К примеру, возьмем срок пребывания ведущего ученого в соответствующем университете: не каждый может приезжать ежегодно на
четыре месяца. А один из победителей конкурса,
Павел Певзнер, заметил в интервью, что при реализации проектов главной проблемой, на его
взгляд, будет недостаточная квалификация научного менеджмента в российских вузах. Он даже
предложил посылать российских менеджеров на
стажировку к сингапурским секретаршам.
Минэкономразвития подготовило проект стратегии «Инновационная Россия — 2020». В ней,
в частности, предлагается ликвидировать слабые
институты и вузы, увеличить финансирование
науки до 2,5% ВВП, поднять зарплату ведущего
ученого до мирового уровня, ввести возрастной
ценз для руководителей науки и образования.
«У нашей науки одна беда: ее плохо «кормят».
Дайте такие же деньги, какие имеют ученые на Западе, и страна получит результаты мирового уровня» — этот тезис отстаивают многие российские
академики в спорах, которые ведутся вокруг нашей
науки. С подобным мнением не согласны авторы
стратегии. Они считают, что отечественная наука
работает неэффективно, используя выделяемые ей
средства с КПД паровоза. Вот цифры. Хотя за последние 10 лет затраты на исследования и разработки увеличились вдесятеро (с 48 млрд руб. в
1999 г. до 485,8 млрд в 2009 г.), Россия все ниже
опускается в мировом научном рейтинге. Так, уже
в 2008 г. на долю России приходилось всего 2,48%
статей в престижных научных журналах, тогда как,
скажем, на Францию — 5,5%, Германию — 7,5,
Китай — 9,7%. Сегодня наше место между Бразилией (2,59%) и Нидерландами (2,46%).
Авторы стратегии ставят точку в затянувшемся
споре о состоянии нашей науки и предлагают ле-
карство для ее лечения: система организации науки
должна вращаться вокруг таланта. Все остальное,
в том числе администрация и институтов, и академий — это «обслуга». И денежные потоки должны
попадать к сильным ученым и коллективам, перетекая от слабых. Пока же они распределяются у
нас по принципу «всем сестрам по серьгам».
Но обратимся к опыту других стран, например,
Индии. Страна с ограниченными природными и
финансовыми ресурсами около 20 лет назад сделала ставку на единственное свое конкурентное преимущество — людей. Подготовке высококвалифицированных кадров в стране уделяется повышенное внимание. Создана эффективная система квот,
дающая шанс широким слоям населения получить
высшее образование. Только в Бангалоре сконцентрированы 5 технических университетов, около
20 профильных техникумов и полсотни своего
рода IT-ПТУ. И эта своеобразная «кузница кадров
индийского чуда» не только обеспечивает специалистами внутренний рынок, но еще и с завидной
регулярностью экспортирует их в США, Канаду и
Европу. Казалось бы, утечка мозгов. Однако не все
так просто. Закрепившись в признанных мекках
мировых информационных технологий, «утекшие»
выполняют главную функцию — рекламу бренда
«индийский программист». Саджан Джиндал, сотрудник одного из старейших в Индии университетов — Бангалорского (создан в 1886 г.) рассказывает: «Научный и производственный потенциал
Бангалора создавался не на пустом месте. Жители
штата Карнатака исторически считались людьми,
склонными к исследовательской и научной деятельности. Можно сказать, что люди всегда были
основной нашей ценностью. Уверен, что именно
общеизвестность этого факта предопределила решение руководства республики превратить наш
город в своеобразный национальный центр исследований и инноваций. На начальном этапе для
преподавания новых для нас дисциплин мы активно привлекали специалистов из-за рубежа. Уговаривали лучших из выпускников после работы в
США и Европе вернуться и хотя бы прочитать курс
лекций, провести семинары. Сейчас же мы способны сами обеспечить себя преподавательским
составом, уровень которого не хуже, а то и лучше
американского».
Иная, но тоже поучительная, ситуация в Болгарии. Если оборотная сторона автономии Российской академии наук — ее непрозрачность, застой,
да и произвол начальства, то в Болгарской академии наук впервые решились провести независи-
http://www.ecolife.ru
Экономика, управление, инновации
43
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ЭКОЛОГИЯ И ЖИЗНЬ · 4(113)’2011
Экономика, управление, инновации
44
мый аудит институтов. Формально инициатива исходила лично от президента академии Николы Саботинова, который обратился с просьбой об экспертизе к двум организациям — European Science
Foundation (ESF) и All Europeal Academies (ALLEA).
Это объединения европейских научных обществ, в
которые входят организации уровня Max-PlanckGesellschaft, а также постсоветские академии наук.
Аудит прошел в 2009 г., его результаты были выложены в Интернете. Использовались три сводных
критерия: качество и продуктивность исследований (основной), общественно-экономическое
значение и перспективы развития. Институтам
присваивались категории от A (мировой уровень)
до С (национальная значимость) и D. Международные эксперты пришли к выводу, что «большинство институтов БАН проводят исследования, значимые по международным стандартам. В ряде
случаев обнаружены исследовательские группы,
работающие на передовом крае мировой науки.
В целом такой результат представляет собой впечатляющее достижение, учитывая особенно сложные условия для проведения исследований, однако
такая сравнительно хорошая работа основывается
преимущественно на инвестициях прошлых лет:
ныне академия существует «в режиме выживания»,
при котором генерация дополнительного дохода
на уровне институтов и исследовательских групп
довлеет над развитием и воплощением долгосрочных стратегий». В нескольких НИИ была обнаружена «ориентация вовнутрь», тенденция публиковаться в собственных институтских журналах.
Преобладание публикаций на болгарском языке
сильно затруднило выработку оценки иностранными экспертами, причем это касалось естественных и технических наук. Также указывалось, что
абсолютное большинство болгарских НИИ не способно предложить достаточно привлекательную
карьеру талантливой молодежи.
Какие выводы сделает болгарское правительство, пока неясно, но важнее сам факт проведения
полномасштабного независимого международного
аудита. Болгарская академия наук продемонстрировала, что такой аудит возможен и полезен, а провести его можно всего за год — хороший пример
для подражания!
О системном упадке российской науки свидетельствует обращение новосибирцев Егора Савина
и Булата Барантаева, появившееся в январском
номере электронного издания «Курьер российской
академической науки и высшей школы». В этом
обращении в частности говорится, что расплодив-
шиеся «народные академики» и их покровители
пытаются уничтожить и образование, и культуру, и
науку. Под видом открытий торсионных полей или
чудо-фильтров представляются бредовые откровения бесноватых алхимиков, которые с необыкновенной наглостью изображают знатоков строения Вселенной и общества. Отвергаются фундаментальные естественнонаучные теории в угоду
личным счетам в нужных банках. Храм науки превращается в стойло по написанию диссертаций для
безграмотных чиновников. Диссертаций, написанных за недоучившихся студентов — генералов и
министерских работников, — уже больше, чем самостоятельных работ. Фундаментальная причина
катастрофического положения в науке — не отсутствие талантов, а невозможность реализации своих
возможностей в России. Молодежь выталкивается
за пределы страны.
А вот как оценивает состояние инноваций в
России Дмитрий Цейтлин, член РоссийскоИзраильского делового совета: «Существует мнение, что российская наука отстала от жизни и все
передовые разработки ведутся на Западе. Опровергнуть эту позицию довольно просто. Вспомним
хотя бы Международный научно-технический
центр (МНТЦ) с его опытом продвижения научных результатов двойного применения в гражданские области экономики. В течение 15 лет государственные учреждения и частные фирмы Евросоюза, США, Японии охотно финансировали исследования МНТЦ, получая взамен международные
права на российские инновации. Вся система была
прозрачной, удобной с точки зрения налогов, таможни и т. д. Иными словами, в рамках МНТЦ
создавались качественные, востребованные объекты интеллектуальной собственности. Но куда
уходила основная добавленная стоимость технологий? Она утекала за рубеж».
По сути, МНТЦ представлял собой некий минианалог Сколково. Но работал он при этом не на
развитие российской инновационной экосистемы,
а на благо других государств. В недавно утвержденном мандате фонда «Сколково» основная задача
звучит как «создание и поддержание глобально
конкурентоспособных условий и среды для передовых исследований и разработок с последующей
коммерциализацией их результатов». С этой целью
здесь создается центр интеллектуальной собственности, и даже представительство российского патентного ведомства. Но разве может все это эффективно работать без единого действующего механизма трансфера технологий? Важным критери-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ем успешного технологического развития служит
количество международных патентных заявок по
процедуре PCT (Patent Cooperation Treaty). Всего в
2009 г. было подано 155 900 заявок: 46 079 (29,6%)
поступило из США, 29 807 (19,1%) — из Японии и
16 732 (10,7%) — из Германии. Из России было подано всего 662 заявки, что ниже показателей Индии
(835) и значительно ниже показателей Китая
(7906). Сравните 662 российские заявки на патенты с 11 499, поданными в России иностранными
заявителями. Их в 16 раз меньше! То есть российский рынок инноваций обложен красными флажками иностранных фирм, и на него трудно пробиться собственно россиянам.
Интеллектуальная собственность мало что значит без эффективного собственника. Тридцатилетний опыт США и других стран показал, что наибольший эффект в масштабе государства достигается, если собственниками патентов и технологий
являются:
малые инновационные фирмы;
стартапы, финансируемые венчурным капиталом;
крупные фирмы, заинтересованные в инновациях, действующие на конкурентных рынках
и инвестирующие значительный процент от своего
оборота в НИОКР;
центры трансфера технологий при университетах, аккумулирующие и передающие интеллектуальную собственность на определенных рыночных
условиях в гражданско-правовой оборот.
Сегодня для всех этих потенциальных собственников в России, в рамках Сколково, создаются
особые условия работы. Вместе с тем условий для
оборота интеллектуальной собственности у нас
пока не существует, как не существовало их в свое
время в США, Израиле, Германии и других, ныне
технологически развитых странах.
Из пяти определенных приоритетных направлений модернизации России (энергетика, IT, телекоммуникации, биомедицинские и ядерные технологии) у российских компаний по размеру и
уровню развития есть шанс закрепления в критических «архитектурных» сегментах на глобальном
рынке, пожалуй, лишь в секторе ядерной энергетики, и то с оговорками. По остальным направлениям — даже если России удастся утроить инновационные инвестиции — их доля в глобальном
объеме составит не более 5%.
Последние десятилетия характеризуются резким ростом интенсивности инновационных процессов в ведущих странах мира, превращением
технологических инноваций в главный фактор
экономического роста и социального развития.
Этот феномен находит отражение в концепции национальной инновационной системы (НИС) —
системы отношений между элементами национального экономического комплекса, обеспечивающих хозяйственное развитие и рост качества
жизни на базе нововведений и заключающихся в
обмене деятельностью, связанной с генерированием, распространением и практическим использованием инноваций.
Параллельно с формированием НИС в промышленно развитых странах наблюдается резкое увеличение масштабов регистрации и оборота интеллектуальной собственности, что закономерно, поскольку механизмы ИС структурно пронизывают
инновационную систему на всех уровнях. Производство, приобретение и реализация ИС становятся одним из ключевых аспектов деятельности предприятий и организаций научно-инновационной
сферы. Посредством отношений ИС в значительной степени обслуживаются механизмы генерации,
трансфера и диффузии технологий в рамках научноинновационного цикла. Институт ИС позволяет
органично встраивать интеллектуальную и инновационную деятельность в общеэкономическую систему, адаптировать интеллектуально-информационный продукт к реалиям рынка, обеспечивать
баланс интересов между обществом и создателем
интеллектуального продукта.
В настоящее время права ИС могут составлять
до половины финансовых активов высокотехнологичных фирм. Они являются ведущим фактором
высокого уровня капитализации инновационных
формирований (превышение рыночной стоимости
над стоимостью материальных активов). Зачастую
портфель прав ИС играет для субъектов НИС роль
стабилизатора, амортизирующего неблагоприятные циклические колебания общеэкономической
конъюнктуры. На общегосударственном уровне
совокупная стоимость объектов ИС позволяет оценить масштабы интеллектуальной продукции и ее
место в структуре национального богатства, динамику национального инновационного потенциала
и эффективность его использования.
Повторюсь, что успех национальной инновационной системы во многом зависит от качества и
количества креативных специалистов, которых
Россия не только должна удержать, но и постараться пригласить частично из-за рубежа. Вот почему так актуален вопрос, может ли Россия лишиться креативных специалистов.
http://www.ecolife.ru
Экономика, управление, инновации
45
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
4
Размер файла
78 Кб
Теги
3461
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа