close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

475.Судебно-медицинская экспертиза эксгумировванного трупа (О.Х. Поркшеян)

код для вставкиСкачать
ЛЕНИНГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОРДЕНА ЛЕНИНА
ИНСТИТУТ УСОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ВРАЧЕЙ
им. С.М. КИРОВА
КАФЕДРА СУДЕБНОЙ МЕДИЦИНЫ
Профессор
Овагим Христофорович Поркшеян
СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКАЯ
ЭКСПЕРТИЗА ЭКСГУМИРОВАННОГО ТРУПА
(лекция для врачей — курсантов)
ВЫПУСК ПЕРВЫЙ
ЭКСГУМАЦИЯ ТРУПОВ, ПОВОДЫ К НИМ.
КРАТКАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА.
ОРГАНИЗАЦИЯ И ПРОВЕДЕНИЕ ЭКСГУМАЦИИ.
ИЗМЕНЕНИЯ ТРУПА И ОДЕЖДЫ НА НЕМ В МОГИЛЕ
ЛЕНИНГРАД – 1971
ГЛАВА I.
ЭКСГУМАЦИИ ТРУПОВ, ПОВОДЫ К НИМ. КРАТКАЯ
ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА ОБ ЭКСГУМАЦИЯХ ТРУПОВ
С СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКИМИ ЦЕЛЯМИ. ОРГАНИЗАЦИЯ И
ПРОВЕДЕНИЕ ЭКСГУМАЦИИ.
Эксгумации трупов, поводы к ним.
Эксгумация (exhumatio; ex — из, humus—земля) — слово, перешедшее
в русский лексикон из латинского языка, означает— извлечение трупа из
земли. В следственной и судебно-медицинской практике, когда речь идет об
эксгумации, имеется в виду извлечение трупа из могилы (места захоронения)
вообще. Это не обязательно могила в земле, но и различные усыпальницы,
склепы, саркофаги и др. Кроме того, извлечение трупов, не только захороненных в соответствии с принятыми на этот счет официальными правилами,
но и в случаях, когда захоронение производилось с целью скрытия преступления.
Эксгумация трупов, чаще всего, производится с судебно-медицинскими
целями по предложению органов следствия и суда. В тех случаях, когда она
назначается после уже имевшего места судебно-медицинского исследования
трупа, то это, обычно, связано с некачественной работой эксперта, проводившего первичное исследование трупа (И.В. Слепышков, 1940; К.А. Пляскин,
1959; Д.А. Армеев и О.И. Маркарьян, 1961; О.X. Поркшеян, 1963; А.С. Шаровский, 1963; М.И. Морунов, 1965; Н.М. Долинин, 1968; И.В. Коляда, 1969;
К.А. Егоров и В.А. Сундуков, 1969 и др.).
Реже поводами к эксгумации трупов бывают другие причины, которые
не имеют следственного характера.
Необходимость эксгумаций возникает в связи с переносом кладбищ с
одного места на другое, в связи с переносом останков захороненного лица с
одного кладбища на другое внутри города, в границах страны или перевоза
их из одного государства в другое. Впервые был осуществлен перенос большого кладбища с одного места на другое во Франции. Речь идет о кладбище
Снятого Иннокентия в Париже. Перенос его осуществлялся с 1785 года по
1787 год. Из сравнительно недавних примеров переноса останков с одного
кладбища на другое может служить перезахоронение останков великого русского писателя А. П. Чехова с Ваганьковского кладбища на Ново-Девичье в
1933 году.
Примером переноса останков из одного государства в другое может
быть эксгумация 24 февраля I960 года на Шутерс-Хилл кладбище в Лондоне
останков великого русского писателя-демократа И.П. Огарева, похороненного там в 1877 году, и перезахоронение их после кремации на Ново-Девичьем
кладбище в Москве в марте 1966 года.
В тех случаях, когда эксгумации связаны с целью переноса останков с
одного кладбища на другое «или на территорию другого государства для по-
вторного захоронения, трупы, по попятным причинам, каким-либо судебномедицинским исследованиям не подвергаются. В то же самое время, при переносе кладбищ вполне оправданы и заслуживают всяческого поощрения исследования эксгумированных трупов с научными целями, в частности, для
накопления сведений, имеющих большое судебно-медицинское значение,
сведений о посмертные изменениях захороненных трупов.
Эксгумации трупов могут быть связаны с необходимостью произвести
опознание личности захороненного трупа (здесь не говорится о тех случаях,
когда установление личности связано с уголовно-следственным розыском
ее). Тут может иметь место производство опознания личности воинов, захороненных в братских могилах во время войн, когда в связи с условиями
фронта не всегда удавалось сохранить и донести до последующего времени
сведения о месте захоронения. Эксгумации могут быть связаны с историческими исследованиями, направленными, например, для установления обычаев, принятых при захоронении в различные исторические периоды, поисков
подтверждений имеющихся сведений об исторических личностях.
В 1969 году В.И. Прозоровский, В.И. Алисиевич, Э.И. Кантер, А.Ф.
Рубцов опубликовали материалы исследования останков Ивана IV Грозного,
его сыновей - Ивана и Федора и князя Михаила Скопина-Шуйского. Исследователи - судебные медики должны были выяснить наличие следов механических повреждений, их характер, механизм и каким орудием они были причинены. Другой исследователь - М.М. Герасимов восстановил облик Ивана
Грозного по его черепу. Останки были вновь уложены в их гробницы в Архангельском Соборе Московского Кремля.
В 1968 году археологическая экспедиция изучала за полярным кругом
первый русский город Мангазею, основанный в 1601 году на реке Таз в Западной Сибири. Археологи вскрыли склеп в главной церкви города и обнаружили хорошо сохранившиеся гробы, в которых были обнаружены трупы.
Труп девочки 14 лет, захороненный свыше 400 лет, хорошо сохранился, сохранилась и рубашка на трупе с вышивкой на ней (М. Белов, 1968). Этому,
конечно, способствовало то обстоятельство, что захоронение было произведено в районе вечной мерзлоты. Результаты работы археологов дали возможность установить много ценного для истории о городе Мангазее.
Зимой 1966-67 гг., в связи с решением об увековечивании памяти великого русского архитектора Джакомо Кваренги, умершего в 1817 году, были
предприняты меры по уточнению места его захоронения на Волковом Лютеранском Кладбище в Ленинграде. Могила была установлена со всей достоверностью, вскрыта, останки опознаны специальной комиссией.
Как видно, поводы эксгумаций могут носить разнообразный характер.
Ниже приводится классификация эксгумаций, предложенная нами еще в
1966 году.
Классификация эксгумаций трупов:
1. Официально разрешенные (правомерные) эксгумации трупов.
2. Случайные эксгумации трупов.
3. Преступные (неправомерные) эксгумации трупов.
В свою очередь, содержание каждого из приведенных параграфов классификации - эксгумаций трупов может и должно быть расшифровано.
1. Официально разрешенные (правомерные) эксгумации трупов:
1. Эксгумация трупа с судебно-медицинскими целями.
2. Эксгумация трупа в связи с переносом кладбища с одного места на другое.
3. Эксгумация трупа в связи с переносом его с одного кладбища на другое.
4. Эксгумация трупа с целью опознания личности захороненного (случаи, не
связанные с уголовно-следственным розыском личности).
5. Эксгумация трупа в связи с научно-историческими целями.
2. Случайные эксгумации трупов:
1. Случайное обнаружение захороненного трупа при землеройных работах,
при разборке старых зданий и др.
3. Преступные эксгумации трупов:
1. Эксгумация трупа с целью мародерства.
2. Эксгумация трупа женщины с целью совершения полового акта с ним
(некрофилия).
3. Эксгумация с целью надругательства над трупом.
Поскольку работа наша касается вопросов рассмотрения эксгумаций
трупов с судебно-медицинской точки зрения, мы считаем необходимым более подробно классифицировать поводы к эксгумации трупов с судебномедицинскими целями.
Поводы к производству эксгумации трупа с судебно-медицинскими целями:
1. Труп, который заведомо подлежал судебно-медицинскому исследованию, оказался захороненным без вскрытия.
2. Труп, хотя и подвергся судебно-медицинскому исследованию, но документы, составленные в процессе его производства, свидетельствуют о некачественном исследовании его.
3. Труп, хотя и подвергся судебно-медицинскому исследованию, однако, ряд констатирующих положений в судебно-медицинских документах и
выводы в них находятся в серьезном противоречии с материалами следствия,
вызывают сомнения,
4. Хотя судебно-медицинское исследование трупа и было произведено
достаточно тщательно, спустя некоторое время у следствия возникли некоторые вопросы, ответы на которые можно дать, только произведя дополнительные исследования трупа.
5. Труп или его части были тайно захоронены с целью скрытия следов
бывшего преступления.
6. Труп или его части обнаружены случайно при земляных работах и
т.п.
Краткая историческая справка об эксгумациях трупов с судебномедицинскими целями.
Исторические памятники об эксгумациях мало известны. Совсем нет
сведений об эксгумациях с судебно-медицинскими целями в древние времена. Исторические документы древности донесли до наших дней только некоторые сведения об эксгумациях в связи с переносом на родину тел знатных
военноначальников, погибших и захороненных вдали от нее.
В средние века эксгумации трупов с судебно-медицинскими целями
производились в Армении. В библиотеке древних рукописей Матенадаране в
Ереване хранятся материалы в этом отношении, они требуют внимания исследователей. Е.А. Макарян (1956) сообщает о случае эксгумации в X веке
тела царя Смбата 2-го в древней столице Армении Ани. Эксгумация была
связана с тем, что в стране распространился слух, будто царь умер не естественной смертью, а был отравлен. Наследник престола дал указание труп эксгумировать, что и было выполнено. Как исследовался труп царя Смбата II летописец не сообщил, однако сомнения в том, что смерть его была насильственной после этого рассеялись.
Известно, что литературы по судебной медицине до начала XIX столетия на русском языке не имелось, если не считать официальных документов
по вопросам производства экспертных исследований, начало изданий которым положил Петр I (артикул 154 Воинского устава, изданного в 1761 г.).
Отсутствие описаний в литературе эксгумаций трупов еще не означало,
впрочем, того, что в России эксгумации в нужных случаях не производились.
Е.А. Яковлева (1938), автор одного из немногочисленных исследований, посвященных вопросам эксгумаций, изучая материалы архива Синода
России, нашла дело о «кванерской ереси согласников, начатое в 1747 г. февраля 9 дня». Суть его такова: преосвященный Феофиликт Воронежский донес
Синоду о том, что в Московской губернии существует религиозная секта более чем в 400 человек. Феофиликт Воронежский сообщал: «Присланы были
из Шацкой канцелярии сысканные в лесах беглые крестьяне, которые на допросе показали о живущих в лесах раскольниках, о закопании ими незаконнорожденных младенцев, о спускании крови младенческой в бураки и употреблении оной в просфоры и причащении ими прочих согласников. Затем тела младенцев убиенных, завернутых в чистые тряпицы, схоронили под домами на кладбищах возле других могил».
Специально направленный Синодом для производства эксгумаций со
следственными целями поручик Обретин, после проведения ее, донес: «По
обыску кости нашлись под полом в земле и в сенях кельи, в погребе тела не
«нашел». Кости были направлены в медицинскую контору для осмотра — какие они». «Комиссия и составе лекарей Багния Севасто, Грегори, главного
лекаря Кланка и лекаря Поченкамфа возвратила кости в канцелярию и заявила, что кости оказались все зверские, а не человеческие, а какие зверские —
признать невозможно, ибо оные застарелые, и переломанные». Эксгумация
была повторена, однако, безуспешно. Приведенный пример эксгумации сви-
детельствует о том, что в России при производстве следствия отношение к
эксгумации было как к допустимому действию. Другой подход к этому вопросу существовал в западноевропейских странах. Эксгумации трупов считались мерой крайне нежелательной в силу якобы тех опасностей, которым
подвергались лица, производящие их. Опасность была связана, по утверждению врачей тех времен, в первую очередь с губительным действием гнилостных пион, могущих привести к мгновенной смерти. Не менее существенным
в негативном отношении к эксгумациям трупов была крайняя нетерпимость к
ним со стороны церкви. Известно, что последняя всячески препятствовала
исследованию трупов с научными целями вообще, а здесь речь шла о таком
«святотатство» как исследовании эксгумированных трупов. Впрочем, великие представители науки и искусства эпохи Возрождения, такие могучие натуры, как Леонардо-да-Винчи и Везалий, когда речь шла о науке, не останавливались ни перед чем. Для своих анатомических исследований они прибегали к похищению захороненных трупов с кладбищ. Везалий, кроме того, похищал трупы казненных с виселицы.
В судебно-медицинской литературе семнадцатого и начала восемнадцатого веков отношение к эксгумациям, как средству для решения вопросов
экспертного порядка, было более чем сдержанным. Эта сдержанность продолжалась и после еще многие годы. Туссен-Новье (1775) предупреждал, что
«мертвые тела животных испытывают последовательно различные степени
гнилостного брожения, долженствующего привести их к полному разрушению. Эти первоначальные стадии мало ощутимы, поскольку они выражаются
лишь в изменении жидкостей;- когда же распад происходит в более солидных тканях - в мышечных, нервных и сухожильных волокнах — образуются
невыносимо зловонные сочетания, которые смертоносно действуют на все
живые существа. Это — всепроникающие губительные яды, которых следует
чрезвычайно опасаться. Они особенно вредоносны потому, что являются
следствием конечных усилий процесса разложения, который бурно разрушает все, что природа с таким искусством соединила могучей десницей создателя. Если та чудовищная смесь, которая возникает вследствие гниения, поднимается в воздух в виде тлетворных испарений, она проникает вплоть до
внутренней субстанции нежных и хрупких органов живых тел и неизбежно
внесет в них разрушительные основы — всегда опасные и нередко смертельные» (цитируется по Б.Д. Левченкову, 1959).
Значительным подрывом отрицательного отношения к эксгумациям
трупов послужил перенос в Париже на новое место кладбища Святого Иннокентия, осуществлявшийся с 1785 года по 1787 год. В процессе массовой эксгумации трупов последние подвергались в какой-то мере научным исследованиям врачами Thouret (1789), Fourcroy (1789). Всего было исследовано
около 20 000 трупов. Исследованные трупы в разное время были захоронены
в гробах, часть без гробов, в могилах, склепах на разной глубине (от 8 до 10
футов). Большинство трупов превратилось в жировоск.
Е.А. Яковлева высказывает сомнения в серьезной научной ценности результатов этих исследований, полагая, что время, которое могло быть уделе-
но для исследования одного трупа не могло превышать 13 минут, что является крайне недостаточным для того, чтобы можно было бы сделать серьезные
научные выводы. Хотя замечания Е.А. Яковлевой в какой-то мере и справедливы, все же в те времена Thouret, Fourcroy и их помощники несомненно совершили научный подвиг. Они показали, что эксгумации не таят в себе тех
грозных опасностей, о которых говорили церковь и ряд ученых-медиков.
Хотя пример массовых эксгумаций трупов на кладбище Святого Иннокентия показал их полную допустимость, все же в судебно-медицинской литературе еще долгие годы продолжалось настойчивое утверждение о крайней
опасности смерти и «наказания небесной карой за святотатство производящих их». В 1837 году, спустя 50 лет после исследований Fourcroy и Thouret,
Mende утверждал о возможности мгновенной смерти в случаях вдыхания газов, исходящих из только что вскрытой брюшной полости гнилого трупа.
Особенно консервативным и отрицательном в отношении к эксгумациям
трупов был одни из виднейших представителей судебной медицины середины XIX века во Франции — Tardieu (1852). В работе «Свалки и кладбища» он
со всей серьезностью писал о том, что захороненные трупы испускают излучения над поверхностью могилы. Эти излучения в зависимости от глубины
захоронения трупа то направляются вверх, то, в случаях неглубокого захоронения, выходят на поверхность под острым углом, будучи способными поражать лиц, находящихся даже на значительном расстоянии от могилы..
Однако все же, наряду с отрицательным отношением к эксгумациям
трупов в XIX веке, в литературе, стали появляться публикации о случаях, когда проведение их давало ценные судебно-медицинские данные (Taylor,
1834; Henkc, 1859 и др.). В учебниках по судебной медицине начинают сообщаться некоторые сведения об отдельных исследованиях эксгумированных
трупов. Каких-либо обобщений накопленного опыта по исследованию эксгумированных трупов не сообщалось. В основном вопросом, который обсуждался в судебно-медицинской литературе, когда речь шла об исследованиях
эксгумированных трупов — это время, прошедшее с момента наступления
смерти до захоронения. Решение его ставилось обычно в зависимость от степени гнилостных изменений трупа.
Ряд авторов Orfila (I831), Brian (I860) и др.) утверждали, что захороненные трупы подвергаются гнилостному разложению в определенной последовательности. Е. А. Яковлева подвергла эти утверждения сомнениям. В
настоящее время мало кто из судебных медиков придерживается того мнения, что имеется действительно какая-то строгая последовательность в гниении органов. Однако то, что желудочно-кишечный тракт является исходным
местом развития гниения, сомнений ни у кого не вызывает. К сожалению, сегодня следует отметить, что концентрация всего внимании вокруг вопроса о
гнилостном изменении захороненных трупов заслонила внимание к другим
трупным изменениям, которым могут подвергаться захороненные трупы, например, жировоску, мумификации, засаливанию и др. Именно эта крайность,
с нашей точки зрения, привела к тому, что в судебно-медицинской литературе исследование эксгумированных трупов часто отождествляется с ис-
следованием гнилостно измененных трупов. Так, опубликованная в 1959 году
статья Б. Д. Левченко, посвященная истории экспертизы эксгумированных
трупов, даже озаглавлена так: «Судебно-медицинская экспертиза гнилостно
измененных трупов».
Немногочисленные литературные сведения об эксгумациях, публиковавшиеся со второй половины XIX столетия в периодической судебномедицинской литературе до недавнего времени, отмечались своей краткостью. Они касались сообщений об отдельных случаях эксгумаций, когда судебно-медицинские эксперты в результате проведенных исследований устанавливали болезненные изменения внутренних органов, повреждения, признаки отравлений и т. п.
В последнее время в советской судебно-медицинской литературе стали
публиковаться работы обобщающего характера, касающиеся вопросов экспертизы эксгумированных трупов (А.Ф. Рубежанский, 1962, 1964, 1966, 1969;
В.Г. Бурчинский, 1964, 1965, 1969; А.Ф. Рубежанский и В.С. Очаповский,
1965; С.П. Прибылева-Марченко, 1965 и др.), однако, вопрос этот требует
дальнейшего изучения.
Особое значение приобрели эксгумации с судебно-медицинскими целями в период Великой Отечественной войны, когда после освобождения
территорий, подвергшихся захвату разбойничьими ордами озверелых гитлеровских войск, вскрывались могилы сотен тысяч зверски убитых, ни в чем
неповинных советских граждан и граждан других государств. Трупы жертв
фашистских изуверов подвергались судебно-медицинской экспертизе. Данные этих экспертиз легли в основу ведущих доказательств чудовищных злодеяний, творимых немецко-фашистскими палачами, разоблачали перед всем
миром всё человеконенавистническое нутро гитлеризма.
Еще в наши дни периодически производятся раскопки могил расстрелянных, отравленных в душегубках, зверски замученных граждан как на территории СССР, так и на территориях других стран, в свое время подвергшихся опустошительному нашествию фашистских полчищ. Так, в газете «Известия» (1966) появилось сообщение об обнаружении в Польском городе Познани братской могилы. Погребенные в ней трупы молодых людей были обезглавлены. В этой могиле оказались захороненными гильотинированные военнопленные, главным образом, французы и англичане. Нет сомнений в том,
что еще многие годы будут вскрываться все новые и новые доказательства
чудовищных преступлений фашистских головорезов, значительная часть которых еще скрывается от справедливого возмездия. Среди способов ухода от
кары стал известен и такой, о котором сообщило 19 февраля 1964 года агентство Рейтер из Берлина: «Группа медицинских экспертов заявила, что она не
в состоянии ни подтвердить, ни опровергнуть предположение, что бывший
руководитель гестапо и генерал эсэсовских войск Генрих Мюллер похоронен
в Западном Берлине. В докладе говорится, что тщательная экспертиза костей,
извлеченных из могилы и сентябре прошлого года, показала, что они принадлежат по меньшей мере шести, а может быть, и десяти разным людям.
Единственные кости, которые могли бы принадлежать Мюллеру,— две
ступни и две берцовые кости, найденные захороненными в нормальном положении глубже, чем остальные кости.
С 17 мая 1945 года на могиле стоит памятник с надписью, гласящей:
«Нашему возлюбленному отцу, Генриху Мюллеру, родившемуся 28 апреля
1900 года, скончавшемуся в мае 1945г.».
Однако в течение многих лет у судебных органов имеется сомнение о
том, что Мюллер действительно умер». («Известия», 1964). В данном случае
эксгумация позволила с несомненностью установить, что матерый палач —
военный преступник где-то скрылся от возмездия.
Опытные работники следствия относительно нередко назначают исследование эксгумированных трупов, результаты которого часто выявляют ценные данные для установления обстоятёльств и причин смерти. В настоящее
время вряд ли найдется судебно-медицинский эксперт, который будет возражать против предложения следователя произвести эксгумацию трупа, мотивируя тем, что исследование эксгумированного трупа не дает ничего существенного для следствия из-за тех изменений, которым он подвергся после захоронения. Практика показывает обратное, и прав Berlhold Mueller (1953),
который рекомендует судебным медикам положительно относиться и необходимых случаях к предложению следствия эксгумировать труп. В то же самое время нужно ясно отдавать себе отчет и в том, что результаты эксгумации зависят от многих факторов и в первую очередь от сохранности трупа,
что определяется многими причинами, которые будут рассмотрены в следующей главе.
Организации и проведение эксгумаций трупа Эксгумации с судебномедицинскими целями могут производиться как трупов, захороненных на
кладбищах и соответствии с существующими на этот счет в Государстве правилами, так и тайно захороненных с целью скрытия преступления. В обоих
случаях эксгумации производятся с соблюдением соответствующих формальностей. Эксгумация трупов со следственными целями - действие, производящееся по постановлению следственных и судебных органов и, в частности, юридического представителя их — следователя или прокурора. Весь
процесс эксгумации и документации его осуществляются их именем. Однако
нужно полностью согласиться с рекомендациями С.П. ПрибылевойМарченко (1965) и Л.Л. Лукаша (I960) об абсолютной целесообразности участия судебно-медицинского эксперта в акте эксгумации. Материальные затраты но эксгумации, приглашение рабочих для извлечения трупа из могилы,
доставка трупа в морг и т. п. целиком и полностью лежат на обязанности
следствия.
Приняв решение о необходимости эксгумации трупа с судебномедицинскими целями, лицо, ведущее следствие, составляет постановление о
назначении эксгумации трупа и его судебно-медицинском исследовании (повторном или первичном).
В постановлении приводится: кратко фабула обстоятельств дела и подробно обстоятельства, послужившие поводом к проведению судебно-
медицинского исследования эксгумированного трупа. Далее излагаются вопросы, на которые путем исследования трупа должен дать ответы судебный
медик.
В постановлении указывается судебно-медицинский эксперт или эксперты, которым поручается судебно-медицинская экспертиза эксгумированного трупа.
Работник следствия уточняет по книгам регистрации захоронений на
кладбище место могилы, трупа, подлежащего эксгумации, уточняет эти же
данные с родными, близкими умершего и, окончательно убедившись в достоверности необходимых сведений, даёт указание начать эксгумацию трупа,
сам же приступает к составлению протокола эксгумации трупа. В этом протоколе указывается кладбище, участок его, лица, присутствующие при эксгумации трупа и принимавшие участие в опознании могилы, судебный медик
(судебные медики, если их несколько) и понятые. В протоколе указывается,
каким образом была установлена могила. Даётся описание места расположения могилы, поверхность почвы и растительности на ней. Вид и характер могильного холма, высота его. Если на могиле плита или памятник — охарактеризовывается материал, из которого он сделан, фотографируется могила,
фотография прилагается к протоколу эксгумации в виде фотодокумента. По
ходу разрытия могилы в протоколе указывается характер почвы (глина, песок, чернозем и т. п.), ее физические свойства (замороженная, сухая, влажная,
комья, зернистость и т. п.), изменения характера почвы на различной глубине
могилы.
По ходу разрытия могилы в тех случаях, когда эксгумации производятся с целью установления или исключения возможно имевших место отравлении, производится забор почвы для судебно-химического исследования. Это
следственное действие должно фиксироваться в протоколе эксгумации. О
взятии почвы для судебно-химического исследования говорится в главе об
исследовании эксгумированных трупов при подозрении на смерть от отравлений.
При обнажении крышки гроба необходимо указать глубину в сантиметрах, на которой произошло это. После извлечения гроба из могилы измеряется глубина могилы в целом, описывается дно могилы, наличие в ней
жидкости, если она имеется, количество ее и т.п.
Извлеченный из могилы гроб описывается в протоколе, причем обращается внимание на материал, из которого изготовлен гроб (дуб, сосна, осина, металл и т. п.), украшения на нем, если металлические, то из какого металла, какой краской выкрашены, материал, которым обит гроб и т. п. Необходимо отметить состояние целости гроба, изменений его, связанных со временем. После того, как все это будет зафиксировано, снимается крышка гроба и производится опознание трупа родными, близкими, знакомыми. Вполне
возможно, что трупные изменения могут значительно изменить труп и по
внешнему облику опознать его будет затруднительно, в таких случаях опознание производится по сохранившейся одежде, что также фиксируется в
протоколе работниками следствия. После того, как опознание произведено,
гроб закрывается и труп направляется в морг для судебно-медицинского исследования. На этом фактически заканчивается эксгумация трупа, когда она
производится на кладбище.
В тех случаях, когда эксгумации подвергаются трупы лиц, тайно захороненных, в протоколе эксгумации трупа указываются сведения, послужившие основанием к решению или подозрению на то, что именно в данном месте захоронен труп. В протоколе подробно описывается место и почва, в которую захоронен труп. По ходу разрытия могилы обращается внимание и отмечается в протоколе состояние почвы, соответственно тому, как это делается
при эксгумировании трупов, захороненных на кладбище. Измеряется глубина
могилы. Особое внимание должно придаваться описанию позы трупа на дне
могилы. В ряде случаев поза трупа на дне могилы может свидетельствовать
об обстоятельствах смерти: например, труп лежит спиной вверх, с наличием
признаков огнестрельных повреждений на спине, затылке. В таких случаях
возникают основания полагать, что жертва была уложена в заранее приготовленной могиле и расстреляна. В период совершения кровавых злодеяний
против человечества немецко-фашистскими захватчиками на временно оккупированных ими территориях такой способ убийств беззащитных жертв
применялся ими широко.
В тех случаях, когда производится судебно-медицинское исследование
эксгумированных трупов, принадлежащих неизвестным лицам, с целью последующего опознания применяется словесный портрет, фотографирование,
дактилоскопирование, «оживление» гнилостно измененных тканей лица, восстановление облика по черепу, фотосовмещение черепа с фотографиями лиц,
возможно которым принадлежит труп, опознание по татуировкам, особым
приметам, болезненным изменениям внутренних органов, рентгенограммам,
одежде и т. п. Подробно вопросы экспертизы трупов неизвестных лиц описаны Л.Г. Богуславским (1964); В.И. Добряком (1961); В.П. Петровым (1962,
1963, 1968) и др.
Исследование эксгумированного трупа необходимо начинать с тщательного изучения всех обстоятельств дела, в связи с которыми назначена
судебно-медицинская экспертиза эксгумированного трупа. Уже до того, как
приступить непосредственно к исследованию трупа, судебно-медицинский
эксперт, исходя из обстоятельств дела, вопросов, которые перед ним поставлены на разрешение, принимает ориентировочный план экспертизы эксгумированного трупа. Впрочем, при любых условиях исследование должно быть
предельно тщательным и настолько, чтобы по мере возникновения новых вопросов у следствия, ответы на них можно было бы дать, исходя из данных,
добытых при проведенном исследовании. Именно этим иногда определяется
высокая квалификация судебного медика, его талант, когда он, проявив внимание ко всему тому, что имеет значение непосредственно для ответов на поставленные перед ним вопросы, не упустит ничего другого, что в процессе
дальнейшего следствия сможет иметь существенное значение.
Несмотря на то, что гроб, в котором было захоронено лицо, труп которого подвергается эксгумации, описывается работником следствия, назна-
чившим эксгумацию и производящим ее, судебно-медицинский эксперт, со
своей стороны, должен самым тщательным образом исследовать гроб, произвести соответствующие записи в акте исследования эксгумированного трупа.
Примерный план описания гроба приводится ниже.
1. Материал, из которого изготовлен гроб (если дерево, то какое; если
металл, то какой; обит материей, оклеен обоями, выкрашен, указать по возможности какой краской; украшения, если металлические, то из какого металла).
2. Состояние гробу (без повреждений, имеются повреждения, какие);
3. Каким образом был закрыт гроб при погребении (заколачивался
гвоздями, завинчивался винтами, при помощи болтов и гаек, был запаян).
4. Состояние внутренней поверхности крышки гроба.
5. Ложе, на котором располагается труп (подушка, простыня, стружки).
Состояние ложа (цвет, пропитано продуктами распада трупа, покрыто плесенью и т. п.).
6. Состояние дна гроба.
Если при вскрытии могилы устанавливается, что гроб не сохранился,
что от него остались только отдельные части, то в акте судебно-медицинской
экспертизы указывается, какие части сохранились и в каком они состоянии.
По вскрытии гроба в морге судебно-медицинский эксперт устанавливает положение трупа и делает подробное описание его в гробу, обращая внимание на наличие плесени, ее локализацию, насекомых, их личинок, куколок
и т. п. После извлечения трупа из гроба начинается детальное исследование
его, включая одежду.
Следует считать обязательным применение широкого фотодокументирования по ходу всего процесса экспертизы трупа, оставление в
качестве вещественных доказательств поврежденной одежды, тканей, органов. Впрочем, многое в том, что оставлять зависит от каждого конкретного
случая. Так, например, когда речь идет об установлении времени наступления смерти, судебный медик возьмет для исследований обязательно насекомых, которых он обнаружил, для установления, на каком этапе цикла своего
развития они находятся. Учтя эти данные, можно решить вопрос о возможном времени смерти лица, труп которого эксгумирован. Если речь будет идти
о смерти от утопления эксперт возьмет трубчатую кость для исследования на
наличие в ней планктона и т. и. В отдельных случаях не исключена возможность того, что при вскрытии могилы могут обнаружиться останки, решение
вопроса о видовой принадлежности которых потребует специальных исследований. Это может быть в тех случаях, когда захоронению были подвергнуты отдельные части тела, когда после захоронения прошло очень много времени и сохранилась только часть костей.
Если среди эксгумированных костей имеются такие, анатомические
особенности которых не вызывают сомнений об их принадлежности человеку, их дальнейшие исследования на видовую принадлежность не обязательны. Все кости, находящиеся в состоянии, не дающем возможности по внешнему виду решить их видовую принадлежность, подлежат обязательному ис-
следованию в лаборатории по исследованию вещественных доказательств
для проведения реакции преципитации и гистологической лаборатории.
В ряде случаев при исследовании эксгумированных трупов возникает
необходимость установления группы крови. Если трупные изменения не достигли такой степени, когда можно получить кровь, эксперт направляет последнюю в судебно-медицинскую лабораторию. Если этого сделать нельзя,
следует направлять в лабораторию кожу, мышцы, волосы (В.Г. Бурчинский,
1966). Когда эксгумируются скелетированные трупы, исследуются кости
(эпифизы, грудина). Следует иметь в виду, что результаты исследований не
всегда могут позволить выявить группу агглютиногенов. Это зависит от состояния тканей в каждом конкретном случае направления материала для исследования в судебно-медицинскую лабораторию. Сказанное полностью относится не только к установлению групповых агглютиногенов, но и других
биологических исследований.
Основанные на личном опыте рекомендации по организации и проведению исследований эксгумированных трупов жертв гитлеровского террора
дает А.А. Лукаш (1966).
ГЛАВА II.
ТЕМП И ХАРАКТЕР ИЗМЕНЕНИЙ ТРУПА И
ОДЕЖДЫ НА НЕМ В МОГИЛЕ
Необходимость установления времени, прошедшего с момента наступления смерти человека и погребения его трупа, возникает перед судебным
медиком в тех случаях, когда органы следствия, по постановлению которых
производится исследование эксгумированного трупа, этими данными не располагают. Обычно, если эксгумируется труп известного лица, захороненного
на кладбище, эти сведения имеются. Их можно получить в книгах регистрации захоронения трупов на кладбище, сведения о времени смерти можно получить и соответствующем ЗАГСе, лечебных учреждениях.
Когда эксгумируются трупы, захороненные тайно, с целью сокрытия
преступления, следственные органы не всегда располагают точными данными о времени смерти и захоронения; и ряде случаев таких сведений они вовсе
не имеют и вопрос о времени смерти и захоронения трупа ставится перед судебным медиком. Точно также такой вопрос может возникать и в тех случаях, когда судебный медик приглашается археологами, антропологами для
участия в исследовании эксгумированных останков.
Решение вопроса о времени, прошедшем с момента смерти и захоронения, должно проводиться с учетом различных следственных или исторических версий о времени смерти и погребения трупов лиц, подвергающихся исследованию. В ряде случаев экспертиза по установлению времени смерти и
захоронения трупа сводится к решению вопроса о соответствии посмертных
изменений трупа предполагаемому времени, прошедшему с момента смерти,
которое устанавливается следственными данными; в случаях исследований,
производимых археологами, — данными истории.
Существующие сегодня представления о сроках полного исчезновения
мягких тканей захороненного в землю трупа большинством судебных медиков определяются с большими оговорками в 3-4-5 лет. Осторожность эта понятна, т. к. в каждом конкретном случае судебный медик должен учитывать
многие факторы, определяющие быстрое или замедленное разложение трупа,
Одно из самых больших исследований, посвященных посмертным изменениям захороненных трупов, принадлежит перу профессора В. А. Яковлевой. Пятнадцать лет (1922-1937 гг.) она исследовала эксгумированные трупы, обобщала данные этих исследований. Всего, как она сообщает, ею было
произведено 230 исследований эксгумированных трупов. Все эти трупы в
свое время захоранивались под наблюдением автора. 222 трупа перед захоронением были подвергнуты судебно-медицинским секциям. Исследования
эксгумированных трупов производились с широким применением, по тому
времени, патологических исследований кожи и внутренних органов. Е. А.
Яковлева в итоге своей многолетней работы пришла к выводу, что «трупное
разрушение в могиле явление строго индивидуальное и не укладывается по
постепенности гниения органов ни в какие схемы и таблицы». Придавая осо-
бое значение гистологической картине тканей и органов эксгумированных
трупов, Е.А. Яковлева отметила, что «Макроскопическая картина разрушения трупа в могиле как по наружному виду, так и по состоянию отдельных
органов, не всегда соответствует микроскопическим наблюдениям, и поэтому
вид гнилостно-измененного трупа не дает права судить о состоянии всех органов». Е.А. Яковлева обращает внимание на то, что «среди сплошного распада какого-либо органа отдельный его участок может сохранить как структуру ткани органа, так и окраску ядер».
Факторы, влияющие на темп и характер посмертных изменений трупа в
могиле, многочисленны. Наш многолетний опыт показывает, что их можно
подразделить на две группы:
I. Факторы, определяющие посмертные изменения трупа, зависящие
непосредственно от конкретных условий захоронения;
II. Факторы, определяющие посмертные изменения трупа, зависящие
от состояния его ко времени захоронения.
Естественно то, что как причины, зависящие от непосредственного состояния трупа ко времени его захоронения, так и зависящие от условий захоронения, взаимно влияют друг на друга и, в конечном итоге, определяют состояние трупа к моменту его эксгумации.
Задачей судебного медика является диалектическое осмысливание обнаруживаемых им изменений, правильное представление динамики их развития, тесной взаимосвязи многих факторов, определяющих, в конечном итоге,
конкретные условия течения посмертных изменений трупа. Здесь, как нигде,
недопустимы элементы метафизического, механистического подхода. К сожалению, этим часто грешат рекомендации по вопросам установления динамики развития посмертных процессов.
Каждый фактор, влияющий на течение посмертных изменений трупов,
должен хорошо быть знаком судебному медику.
Ниже проводится перечень конкретных факторов, определяющих посмертные изменения захороненных трупов.
I. Факторы, определяющие посмертные изменения трупов, зависящие
непосредственно от конкретных условий захоронения,
1. Время года, в которое производится захоронение;
2. Почва или склеп, в которые произведено захоронение;
3. Материал, из которого изготовлен гроб;
4. Одежда, в которую был одет труп при захоронении;
5. Флора трупа.
II. Факторы, определяющие посмертные из мене ни я трупа, зависящие
от состояния его к( времени захоронения.
1. Степень развития посмертных изменений до захоронения;
2. Бальзамация трупа. Применение лекарственных и других средств перед
смертью, задерживающих впоследствии гниение трупа;
3. Заболевания и степень их развития, повреждения и их осложнения, приведшие к смерти;
4. Фауна трупа.
Переходим к рассмотрению перечисленных факторов, влияющих на
темп посмертных процессов и состояние трупа в могиле.
I. Влияние на темп и характер трупных изменений факторов, определяющих посмертные изменения непосредственно конкретных условий
захоронения
1. Время года, в которое производилось захоронение трупа, - как фактор, влияющий на темп развития его посмертных изменений.
Имеется существенная зависимость темпа развития трупных изменений в
могиле от времени года, в которое производилось захоронение трупа. В судебно-медицинской литературе, к сожалению, этому вопросу уделяется явно
недостаточное внимание. Наш опыт исследования эксгумированных трупов
показывает, что при захоронении трупов в зимнее время в могиле, вырытой и
почве, промерзшей на глубину до 0,5-1,5 метров и более, они сохраняются
как в рефрижераторный холодильниках до того времени, когда почва начнет
оттаивать. Если, например, взять условия г. Златоуста, где в конце октября,
начале ноября почва подвергается промерзанию, трупы, захороненные в это
время обычно сохраняются хорошо до июня. В летнее же время трупные изменения развиваются в значительной мере заторможенно.
При захоронении трупов в летнее время процессы гнилостного разрушения их в какой-то мере затормаживаются, по сравнению с равитием их на незахороненных трупах, однако, разрушение трупа идет относительно быстро.
При захоронении трупов в осеннее время гнилостное разрушение их резко
затормаживается с наступлением холода, а с промерзанием почвы прекращается. При захоронении трупов в весеннее время гнилостные процессы начинают ускоряться в летнее время.
Сказанное выше, как нам кажется, должно учитываться при даче заключения о времени захоронения трупа. Например, при исследовании эксгумированного хорошо сохранившегося трупа в мае эксперт будет в праве предположить о возможности захоронения трупа в то время года, когда почва была
промерзшей, т. е. зимой.
Все сказанное о зависимости изменений трупа от времени года захоронения и о посмертных изменениях в могиле должно учитываться применительно к условиям конкретных географических широт, метеорологических условий, предшествовавших эксгумации.
2. Почва, склеп, в которые производится захоронение, как факторы,
влияющие на темп развития и характер трупных изменений.
Почва, в которую производится захоронение трупов, и ее состояние имеют очень существенное влияние на характер и темп развития трупных изменений.
Порядок захоронения трупов в СССР предусмотрен соответствующими
положениями и инструкциями. Имеются санитарные правила по устройству
и содержанию кладбищ, утвержденные Всесоюзной Государственной санитарной инспекцией 20.XII.1948 года.
Под кладбища должны отводиться такие земельные участки, почва которых обеспечила бы разрушение органических веществ трупа. Это разрушение может проходить относительно медленно или быстро. Не разрешается
под кладбище отводить земельные участки, при захоронении на которых
трупы подвергались бы естественной консервации. Речь идет об очень сухой
почве, в которой трупы подвергаются мумификации путем высыхания, или
об очень влажной почве, в которой трупы превращаются в жировоск.
Согласно наблюдениям гигиенистов (В. Горбов, 1959),если кладбище располагается на земельном участке, отвечающем гигиеническим требованиям,
через 10 лет после захоронения трупа в деревянном гробу органические вещества его оказываются полностью разрушенными, и земля могилы — очистившейся от них. Глубина могилы предусматривается 1,5 метра с надмогильным холмом не менее 0,5 метра. При захоронении трупов в братских могилах сроки минерализации трупов и самоочищения почвы удлиняются.
Казалось бы, учитывая изложенное, судебно-медицинские эксперты, исследуя эксгумированные трупы, захороненные в условиях, во всяком случае,
городских кладбищ, не должны встречаться со случаями естественной консервации. Однако следует иметь в виду, что несмотря на выбор мест для
кладбищ соответственно санитарным инструкциям, судебным медикам не так
уж редко приходится наблюдать случаи искусственной консервации или
крайней задержки в разрушении органических веществ трупа. Здесь следует
рекомендовать судебным медикам быть в курсе влияния на изменение тканей
трупа почвы кладбищ населенных пунктов, которые они обслуживают.
Кроме кладбищ, для которых подбираются специальные земельные участки, на которых захоронения производятся в соответствии с санитарными
нормами, возможны и бывают случаи тайного захоронения в самой различной почве, на различной глубине. В этих случаях изменения трупа могут значительно отличаться от известных, наблюдающихся при захоронении на
кладбище.
Разложение захороненных в землю трупов связано с впитыванием в почву
продуктов их распада. Химический состав земли меняется. Впрочем, нужно
заметить, что в свою очередь химический состав земли оказывает влияние на
химический состав тканей трупа. F. Dominici (1947) обратил внимание на
возрастание кислотности почвы могилы в течение первых двух лет после захоронения, доходящей до 6,2—6,8 рН. В последующие годы после захоронения рН почвы не меняется. Таким образом, по данным F. Dominici, имеется
возможность, определяя рН почвы, в какой-то мере, судить о сроке- захоронения трупа. Однако здесь вполне уместна большая осторожность, так как
быстрота разложения трупа и пропитывание продуктами распада почвы могилы зависят от многих факторов, зависящих от конкретных условий опреде-
ленной местности, где производится захоронение. Вопрос этот требует, несомненно, дальнейшего изучения.
Сегодня можно классифицировать влияние почвы, в которую захоронены
трупы, на их изменения таким образом:
1) почва, населенная гнилостными бактериями,— ускоренное гниение трупа
в теплое время года;
2) почва и склепы с повышенной влажностью — превращение трупа в жировоск;
3) почва и склепы с повышенной сухостью, вентилируемостью — превращение трупа в мумию;
4) почва, содержащая консервирующие вещества (соль, нефть, гумусовые
вещества, кислоты), — значительное затормаживание процессов разложения,
консервация;
5) почва в районах вечной мерзлоты — длительное (десятилетиями и более)
сохранение трупа.
Работники следствия, ставя вопрос перед судебным медиком о целесообразности эксгумации трупа, вправе в какой-то мере ожидать от него ответа
о возможном состоянии трупа к зависимости от характера почвы, в которую
он захоронен.
Рассмотрим влияние особенностей почвы на посмертные изменения захороненных в ней трупов соответственно приведенной выше классификации.
Почва, населенная гнилостными бактериями, является фактором, значительно способствующим ускоренному гнилостному разрушению трупов.
Говоря об исследовании эксгумированных трупов из подобной почвы, следует в первую очередь иметь Б виду захоронения в районе свалок, вблизи выгребных ям. Такие погребения всегда производятся тайно с целью сокрытия
преступления. Темп гнилостного разрушения трупов в зависимости от насыщения почвы гнилостными микроорганизмами не изучен. Однако судебный
медик, исследующий эксгумированные трупы, определяя сроки пребывания
его в могиле, в зависимости от выраженности гнилостных процессов, обязан
учитывать ускоряющее влияние на темп гниения трупа насыщенной гнилостными микробами почвы.
Почва и склепы с повышенной влажностью способствуют превращению трупа в жировоск. Именно влажность почвы могилы, влажная среда в
склепе определяют в первую очередь превращение трупа в жировоск. Судебный медик, исследующий эксгумированный труп, устанавливая время погребения при превращении трупа в жировоск, обязан высказать свое мнение о
тех сроках, которые понадобились для образования жировоска в той степени,
в какой он установлен при эксгумации.
Впервые описание трупов, превратившихся в жировоск, было сделано
Fourcroy и Thouret в 1787 году. Как известно, в конечной стадии развития
жировоска мягкие ткани его твердеют, приобретают беловато-желтоватый
оттенок, становятся похожими на «смесь жира с воском или извести и стеарина» (А.П. Курдюмов, 1938). Масса жировоска склонна к крошению; в тех
случаях, когда жировоск не достиг своего полного завершения, этого не происходит.
Известно, что образование жировоска — это сложный биохимический
процесс, складывающийся из превращения жира в глицерин и жирные кислоты (олеиновую, пальмитиновую, стеариновую). Именно пальмитиновая и
стеариновая кислоты, взаимодействуя с натрием, калием, кальцием, магнезией, определяют образование жировоска.
Какое время требуется для того, чтобы труп превратился в жировоск?
Ответить на этот вопрос довольно сложно, так как в процессе его образования самую существенную роль играют конкретные условия касательно каждого захоронения. Здесь следует иметь в виду содержание жира в трупе и пол
его. Установлено, что трупы женщин превращаются в жировоск во много раз
чаще, чем трупы мужчин. Так, по данным массовых эксгумаций, проведенных па кладбище в Нидерландах в 1963 году, среди трупов, подвергшихся
жировоску, трупов женщин было 70%, мужчин — 30%. Необходимо учитывать степень выраженности ведущего фактора, определяющего образование
жировоска,— влажности могилы. Кроме того, учитывается возможность поступления кислорода в могилу, время года, в которое было произведено захоронение, характер гроба (возможность проникновения в него влаги, степень его герметизации). Во всяком случае, следует иметь в виду, что процесс
образования жировоска—длительный процесс. Описания случаев быстрого
превращения трупов взрослых людей в жировоск вызывают, как правило,
сомнения. Здесь, видимо, следует иметь в виду возможность того, что авторы
не различают начальные признаки образования жировоска с его полным завершением. Кстати, следует заметить, что условия, которые способствуют
образованию жировоска, задерживают в то же самое время гнилостное разложение трупа. Этим объясняется, видимо, то, что в случаях эксгумаций трупов с начальными признаками превращения их в жировоск ткани трупов оказываются хорошо сохранившимися, что имело место в случаях, описанных
В.Л. Святощиком (1961).
Возвращаясь к вопросу о сроках, необходимых для превращения трупа
в жировоск, следует обратить внимание на то, что в литературе на этот счет
имеются самые различные указания. Мы полагаем, что среди них заслуживают наибольшего внимания сроки превращения трупов в жировоск, указанные В.М. Смольяниновым (1959) и М.И. Авдеевым (1959). Оба автора
считают, что в земле для превращения трупа взрослого человека в жировоск
требуется не менее одного года, при пребывании трупа в воде не менее шести
месяцев. Труп младенца в земле, по наблюдениям М. И. Авдеева, превращается в жировоск через 3—4 месяца.
Массовое превращение трупов в жировоск превратилось в серьезный
вопрос в малоземельной Голландии. Влажность почвы определила превращение захороненных на кладбище трупов в жировоск и последующее нахождение их в могилах в состоянии естественной консервации. Стал вопрос о
необходимых мероприятиях для того, чтобы при захоронении трупы подвергались разрушению. Специальная комиссия высказалась за необходимость
захоронения трупов в склепах с хорошей вентиляцией, что, по ее мнению,
будет способствовать быстрому посмертному разрушению их. В то же время,
как нам кажется, комиссия недооценила значения хорошей вентиляции, как
фактора, способствующего мумификации трупа.
Кроме захоронения трупов в гробах или без гробов в почве, возможно
захоронение трупов в склепах. В этих случаях, как правило, трупы захораниваются в гробах.
Захоронение в склепах известно с древних времен до наших дней.
Обычно в склепах производилось захоронение трупов лиц, занимавших высокое общественное положение, состоятельных людей-» В одних случаях
склепы представляют собой помещение в вырытой почве, обложенное камнем или кирпичом. В других случаях это каменное или кирпичное здание на
поверхности почвы. В древности для сооружения склепов применялась порода известняка, называвшаяся саркофагом. По существовавшему тогда мнению, камень этот уничтожал трупы (по-гречески «саркофаг» — пожиратель
мяса).
Изменение трупов в склепах, темп этих изменений во многом зависит
от микроклимата склепа, от гроба, от того, в каком состоянии был захоронен
труп (степень изменения до погребения, бальзамация, вскрытие, питание,
причина смерти и т. п.). В склепах с повышенной влажностью, сыростью,
создаются условия к превращению трупов в жировоск, способствует этому
тучность трупа. Такое превращение двух трупов было описано А. И. Шнбковым (1929). В склепах с повышенной вентилируемостью, сухим воздухом
создаются условия к мумификации трупов, способствует этому пониженное
содержание жира в трупе.
При (захоронении трупов в склепах в металлических запаянных гробах,
лишенных доступа воздуха, влаги — трупы подвергаются замедленному
гниению так же, как если бы они были захоронены в таких гробах в почну.
Захоронение трупов в сухую, хорошо вентилирующуюся почву, способную быстро поглощать влагу (песок), или же в песчаные пещеры, сухие
склепы, в которые проникает свободно воздух и особенно теплый — способствует естественной мумификации трупов. Известно, что процесс этот связан
с преобладанием процессов высыхания трупа над процессами гниения. Утверждения некоторых авторов, будто при образовании мумии гниение вовсе
не происходит, глубоко ошибочно.
В результате высыхания труп теряет значительную часть своего веса
(до 90%). Известно, что при этом могут хорошо сохраниться черты лица, повреждения на коже. Что касается внутренних органов, то они, высыхая,
склеиваются друг с другом, представляют как бы спрессованную связку сушеных грибов и практически их исследование непосредственно у секционного стола не может дать чего-либо существенного.
Какое количество времени требуется для образования мумии в могиле
и какова в сроках динамика их развития? Ответ на этот вопрос дать трудно.
Дело в том, что в каждом конкретном случае на быстроту образования мумий
самое существенное влияние оказывают условия, зависящие от факторов, оп-
ределяющих мумификацию. Здесь нужно иметь в виду зависимость мумификации от внешней среды и, кроме того, зависимость ее от состояния самого,
трупа. Нужно сказать, что вопрос этот до настоящего времени не изучен.
Кроме описаний отдельных наблюдений естественной мумификации, обобщающих работ на этот счет нет. Именно вопрос о том, когда начинают образовываться в могиле первые признаки мумификации, и когда процесс этот в
своей значительной мере может считаться завершенным, остается пока открытым и требует к себе внимания. Пока же следует согласиться с мнением
профессора Н. В. Поповым (1946) о том, что устанавливать точное время наступления смерти при исследовании мумифицированного трупа нельзя. Однако, всё же, исследуя эксгумированный мумифицированный труп, можно
говорить о том, что смерть наступила не менее 3-6 месяцев тому назад. В тех
случаях, когда после образования мумии проходит год и более, процесс
трансформации трупа не прекращается. Высохшие ткани делаются крайне
хрупкими, нестойкими и постепенно в условиях сухой могилы выкрашиваются, превращаясь в пыль, остается один скелет. На это уходит от 10—20 и
более лет. В этих случаях решение вопроса о времени, прошедшем от захоронения, решается не только исследованием трупа, но и могилы, флоры трупа, специальными исследованиями костей, земли могилы. Здесь возможно
применение непосредственной микроскопии, эмиссионного спектрального
анализа, использование ультразвука для декальцинации костей и др. Речь об
этих лабораторных исследованиях излагается в специальных работах, посвященных экспертизе костных останков человека.
Большой научный интерес представляют тысячи мумий, хранящихся в
подземельях Доминиканского собора Вильнюса. В начале XIX столетия в
подземелье сбрасывались трупы солдат Наполеона Бонапарта, бежавших после бесславного похода на Россию. Солдаты эти умирали от ран, холода и голода. После того, как мы имели возможность наблюдать мумии трупов наполеоновских солдат в подземелье, у нас не сложилось впечатления о консервации трупов исключительно в связи с высыханием. Высохшие, уменьшенные в объеме трупы были покрыты липкой, сероватой слизью, от них исходил запах плесени, сырости. Это обстоятельство заставляет высказать предположение о необычном типе мумификации в условиях собора Вильнюса,
который требует специального изучения. К сожалению, большие возможности в данном случае не нашли своего претворения в жизнь.
Говоря о мумификациях, нельзя не упомянуть о множестве мумий в
песчаных пещерах Киевской лавры. Церковники представляли их как чудо,
называя нетленными мощами — проявлением божьего внимания к умершим.
Широко известны мумии в катакомбах монастыря в Полермо.
Захоронение трупов в почву, содержащую в себе консервирующие вещества, в значительной мере может задержать распад трупа, привести к его
консервации и неопределенно длительному сохранению. К консервирующим
веществам, способным подвергнуть трупы консервации, можно отнести почву, богатую солью, пропитанную нефтью, гумусовыми кислотами. К сожалению, материалы о случаях естественной консервации трупов под действием
поваренной соли, нефти в литературе не получили должного освещения, и, в
частности, совершенно нет сообщений о времени, необходимом и этих случаях для консервации трупов, о динамике развития этого процесса. Несколько иначе обстоит вопрос, когда речь возникает о консервации гумусовыми
кислотами или, как чаше принято говорить, о торфяном дублении. Известно,
что процесс этот связан с декальцинацией костей, полным расплавлением
внутренних органов и отличным дублением кожи. Трупы сохраняются столетиями. Практически па территории СССР в случаях эксгумаций как случайных, так и предпринимаемых и связи со следственными или археологическими целями трупов, подвергшихся подобной консервации, не обнаруживалось
(во всяком случае в литературе описаний таких нет). Известные публикации
на этот счет касаются исторических находок на территории Западной Европы.
Трупы, захороненные в могиле и условиях вечной мерзлоты, сохраняются неопределенно длительное время. К большому сожалению, в литературе, кроме указаний на этот факт, подробных описаний трупов, подвергшихся
эксгумации, нет. А.А. Сартан (1962), делясь опытом работы в Магаданской
области и на Чукотке (районы вечной мерзлоты), обращал внимание на то,
что в случаях эксгумаций трупов, спустя год и более, каких-либо существенных признаков гниения им не устанавливалось.
Представляют интерес случаи погребений, в том числе и случайных, в
ледниках. Трупы обычно сохраняются неопределенно долгое время. Так, в
1965 году, как сообщало Венгерское телеграфное агентство (МТИ), о Швейцарских Альпах спасательная служба обнаружила в леднике труп венгра некого Лейош Мадьяра, который находился во льду в течение 40 лет. Личность
Лейоша Мадьяра была установлена по найденным при нем документам. Он
был туристом-одиночкой и погиб, видимо, провалившись в ледниковое ущелье.
В Чили в музее Сантьяго хранится труп мальчика индейца, погибшего
500 лет тому назад. По описаниям он выглядит «как живой». Он был обнаружен высоко в горах в глыбе льда, в которой и был доставлен в музей. В ней
он находится по настоящее время. Об этом у нас сообщил журнал «Знание и
сила» (1964).
3. Зависимость изменений трупов от гробов, в которых они захоранивались.
Инструкцией Главной санитарной инспекции СССР предусматривается
захоронение трупов в гробах из легкого дерева (ель, осина, тополь). Такие
гробы проницаемы для воздуха, они, хотя несколько затормаживают, но не
препятствуют разрушению органических веществ трупа, одновременно с ним
разрушаются сами. Иначе обстоит дело, когда захоронение трупов производится в свинцовых, цинковых и из другого металла гробах. Разрушение органических веществ трупа значительно затормаживается (это связано в первую
очередь с тем, что гниение трупа происходит без притока воздуха). По на-
блюдениям Taylor (1881), Д.П. Косоротова (1911) и др., спустя еще пять лет и
более процесс разрушения мягких тканей трупов, захороненных в металлических гробах, не завершается. Полагают, что в процессе замедленного гниения
гнилостные массы, вступая в реакцию с металлом, образуют соединения, которые в свою очередь, в какой-то мере, тормозят темп гниения. В то же самое
время следует обратить внимание на то, что в металлических гробах, в которых трупы запаиваются, гниение, протекающее без доступа воздуха, проходит по влажному типу. Трупы обнаруживаются в гробу «плавающими» в
зловонной жиже. Но так как обычно в металлических гробах захораниваются
трупы, подвергшиеся предварительно бальзамации, то в случае их эксгумации они обнаруживаются хорошо сохранившимися.
4. Зависимость изменений захороненных трупов от одежды на них
и изменение самой одежды.
Одежда, в которую одет труп, может оказывать определенное влияние
на процессы посмертных изменений, особенно на их динамику. Это должно
учитываться при определении времени, прошедшего с момента погребения
трупа. С другой стороны, сама одежда также подвергается изменениям в могиле в связи с процессами гнилостного характера, высыхания, длительного
увлажнения, разъедания едкими веществами и т.п. Степень этих изменений
тоже может быть показателем длительности времени, прошедшего с момента
захоронении. К сожалению, вопросы, связанные с изучением одежды в случаях вскрытия эксгумированных трупов, не изучены. Даже в специальной
монографии С.Д. Кустановича (1965), посвященной исследованию одежды
при проведении судебно-медицинской экспертизы, вопросы исследования ее
в случаях эксгумации трупов совершенно не освещаются. Вопрос этот, видимо, требует своего изучения.
Рассматривая известные сведения о влиянии одежды на посмертные
процессы, следует, прежде всего, отметить, что одежда может затормаживать
гнилостные изменения, приводящие к разрушению тканей трупа. Судебномедицинская экспертная практика показывает, что при осмотре трупов, ткани
которых стали подвергаться гнилостному окрашиванию, вздутию, части тела
их под одеждой оказываются менее подвергшимися гниению, чем не прикрытые одеждой. Особенно задерживают развитие гнилостных процессов
кожаная обувь, прорезиненные плащи, т. е. одежда из тканей, задерживающих проникновение воздуха.
Трупы могут захораниваться в одежде, в которой умерший был в момент происшествия, смерти. Это чаще всего бывает, когда труп закапывается
с целью сокрытия следов преступления. Как правило, захоронение производится не в той одежде, в которой человек умер, и эта одежда, по понятным
причинам, не может быть вещественным доказательством.
Если захоронение трупа было произведено в той одежде, в которой
умерший был в момент происшествия, то такую одежду на эксгумированных
трупах нужно рассматривать как объект, на котором могут быть выявлены
признаки и следы повреждений, доказательства причин смерти, механизма
возникновения повреждений, орудий, которыми они причинялись, обстоятельств их нанесения и многое другое, что может иметь следственное и
судебно-медицинское значение. Понятно, что чем лучше сохранится одежда,
тем проще судебный медик сможет выявить или исключить наличие всего,
что может иметь значение для экспертизы эксгумированного трупа.
Наш опыт исследования эксгумированных трупов показывает, что состояние одежды на эксгумированных трупах во многом зависит от конкретных условий, при которых захоронен труп, от степени и характера изменений, охвативших труп.
При эксгумации трупов спустя 3 года после их захоронения в условиях
любой почвы, в гробу или без гроба одежда в основном сохраняется независимо от того, было ли произведено захоронение в гробу или без гроба. Изменение одежды будет зависеть от изменений трупа, характера почвы. Она может быть покрытой плесенью, пропитаться продуктами разложения трупа,
местами разорваться гнилостно раздутым телом, подвергнуться высыханию,
как и труп в сухой могиле. В дальнейшем, в зависимости от темпа аутолизации трупа, подвергаются изменению, разрушению и полному исчезновению
различные части одежды. Этот процесс будет стоять в прямой связи с материалом, из которого сделана одежда. Однако определенное значение в этом
имеют, как уже говорилось, и особенности трупных изменений, почвы, в которую захоронен труп.
Практически во всех случаях эксгумаций трупов с судебномедицинскими целями (современный опыт показывает на такую возможность
спустя 30 лет после захоронения) в могилах обнаруживаются металлические,
пластмассовые предметы одежды (пряжки, шпильки, застежки, пуговицы и т.
п.). Устойчивой, независимо от характера почвы, является кожаная обувь,
особенно резиновые подошвы. Спустя 10—15 лет расходятся швы на обуви,
отходят подошвы, прибитые деревянными гвоздями.
На протяжении 30 лет хорошо сохраняется в могиле шелк. Так, М.
Марков (1962), исследовавший эксгумированные трупы жертв царского террора в Болгарии, зверски убитых в 1925 году, обнаружил сравнительно хорошо сохранившиеся предметы одежды из шелка. Шерстяная одежда сохранилась плохо — от нее остались отдельные обрывки, одежда из хлопчатобумажной ткани не сохранилась. В то же самое время данными эксгумации было установлено, что часть трупов была захоронена в мешках. Видимо,
грубая хлопчатобумажная ткань, из которой были изготовлены мешки, оказалась более стойкой. На шее погибших обнаруживались петли из ремней,
колючей проволоки. Данные эксгумации в этом случае показали еще раз те
нечеловеческие по своей жестокости методы, которыми расправлялись с
борцами за свободу в монархической Болгарии.
Длительно сохраняется одежда, по наблюдениям А.А. Лукаша, до 25 и
более лет, во влажной песчаной почве. В торфяных болотах (с повышенной
кислотностью) она сохраняется настолько хорошо, что может быть представлена для опознания, спустя столь длительный срок. Важно заметить, что это
относится в равной мере к шерстяной, хлопчатобумажной и др. одежде (рис.
1, 2). Многие годы в могилах сохраняются принадлежности одежды из парчи,
шитьё канителью. Так, в 1944 году была вскрыта могила выдающегося русского флотоводца адмирала Ф.Ф. Ушакова, захороненного в 1817 году.
Спустя 127 лет, по свидетельству М.М. Герасимова, сохранились остатки морского мундира, золотое шитье воротники, манжет и совершенно
сохранившимся оказался адмиральский погон с тремя черными орлами на золотом поле.
Многими десятилетиями и больше без изменений сохраняется одежда
на трупах, захороненных в районах печной мерзлоты. Так же долго могут сохраняться предметы одежды на мумифицированных трупах, однако, в условиях очень большой сухости воздуха она может подвергнуться полному разрушению, превратившись в пыль. В то же время на мумии индейца, обнаруженной несколько лет тому назад в Вайомингской пещере (США), была сохранившаяся одежда из овечьих шкур. Ученые определили дату захоронения
678 год нашей эры. Б пещере крайне сухой воздух («Наука и жизнь», 1969).
Одежда на трупах, превратившихся в жировоск, пропитавшись им, может сохраняться длительное время.
Одежда на трупах, подвергшихся специальным методам бальзамации и
захороненных в гробах (особенно в металлических), сохраняется столетиями
(Я.Л. Шрагер и Н.Г. Мухин, 1969).
5. Зависимость изменений захороненных трупов от флоры.
Трупы в могиле покрываются плесенью. Она обнаруживается как на
теле, так и на одежде. Плесень имеет вид округлых пятен, чаще белых, иногда желтоватых, очень редко с красноватым оттенком. Пятна эти пышные,
возвышающиеся. Нередко они сливаются. Однажды, исследуя труп мужчины, захороненный в начале лета в условиях влажной почвы, и эксгумированный в начале осени, сняв крышку гроба, мы увидели, что все пространство между трупом и крышкой гроба было занято белой пышной плесенью,
Только после того, как она была убрана, стал виден труп. Время появления
плесени на трупе во многом зависит от конкретных условий. Здесь следует
иметь в виду время года захоронения трупа, почву могилы. Мы ни разу не
наблюдали плесени на одежде и теле трупов лиц, захоронение которых производилось в зимнее время в условиях сильных морозов, в промерзлую землю, и эксгумированных той же зимой. В то же самое время, когда трупы захоранивались в летнее время и эксгумировались спустя несколько дней после
захоронения, плесень устанавливалась, как правило. Специальное исследование, посвященное вопросам характера грибков, определяющих появление
плесени на трупах в зависимости от времени, прошедшего после захоронения, принадлежит A. Dosa (1955). Хотя исследование всего ограничилось 20
трупами, оно представляет несомненный интерес. Трупы, которые он исследовал, были захоронены от нескольких дней до 11 лет к моменту их эксгумации; 31 вид плесневых грибков был им установлен на трупах. Характерно то,
что A. Dosa в определенной мере была выявлена закономерность в установлении или исключении определенных грибков в зависимости от времени,
прошедшего с момента захоронения трупов. Ниже приводится таблица характера плесневых грибков, которые устанавливались A. Dosa в зависимости
от времени, прошедшего с момента погребения трупов. Л. Dosa показал, что
в 37% на трупах одной и той же давности захоронения устанавливались идентичные грибки. Его данные в определенной мере могут приниматься во внимание при производстве экспертизы эксгумированных трупов, однако, здесь
требуется большая осторожность, определяющаяся необходимостью учета
конкретных условий захоронения и состоянием трупов и др.
В отличие от A. Dosa, который обнаруживал плесень на 11 году захоронения, Weimann (1940) считает, что после 2— 3 лет пребывания трупа в
земле плесень на нем исчезает. Это противоречие мы объясняем тем, что исследователи наблюдали различный материал, захоронения производились в
разной почве, разных климатических условиях. Weimann подразделяет трупную плесень на три группы: плесень гниющего трупа, плесень подсыхающего трупа, плесень трупов, подвергающихся превращению в жировоск. Видимо, такое деление видов плесени вполне целесообразно.
Среди признаков, по которым можно определять давности захоронения
трупов, заслуживает внимание прорастание их растениями, их корнями. Это
может быть в тех случаях, когда труп захоронен без гроба, неглубоко. Судя
по характеру растений, проросших труп, определив их возраст, можно высказать мнение о том, как долго он находился в могиле, подвергаясь прорастанию растениями. Weimann (1940) наблюдал однажды проращение травой
трупа, захороненного неглубоко в лесу. Участок травы, проросшей труп, соответствовал форме тела трупа. Прорастание тканей трупов растениями касается и костей. В одном из наблюдений Weimanna корень толщиной в палец
пророс по всему спиннопозвоночному каналу и проник и черепную полость.
Случаи прорастания трупов корнями молодых деревьев мы наблюдали на местах бывших боев. Это было во время войны па территории Польши. Решение вопросов, связанных со временем, необходимым для прорастания трупа
растениям», должно производиться совместно с ботаниками (А. П. Игнатенко, 1967).
II. ФАКТОРЫ, ОПРЕДЕЛЯЮЩИЕ ПОСМЕРТНЫЕ
ИЗМЕНЕНИЯ ТРУПА, ЗАВИСЯЩИЕ ОТ СОСТОЯНИЯ
ЕГО КО ВРЕМЕНИ ЗАХОРОНЕНИЯ
1. Степень развития посмертных изменений трупа до захоронения.
Степень развития посмертных изменений трупа до захоронения будет в
значительной мере определять темп и характер изменений его в могиле. В
первую очередь следует учитывать гниение трупа, которое имеет свои особенности. В настоящее время различают три типа гниения трупа: 1) газовый,
2) влажный, 3) сухой (В.М. Смольянинов).
Гниение трупа и связанные с ним изменения его изучены достаточно
хорошо. В то же самое время, когда возникает вопрос о темпе развития гнилостных процессов в трупе, данные различных авторов на этот счет оказываются в какой-то мере противоречивыми. Здесь, видимо, сказывается недостаточный учет внешних условий, в которых развивается гниение трупа. Они
бывают неодинаковыми. Многое зависит и от состояния трупа. Известно, что
в одних и тех же условиях разные трупы могут по разному подвергаться
гниению.
Одним из факторов, определяющих темп гниения трупа, является среда, в которой он оказывается (после наступления смерти человека). Casper
(1878) считал, что быстрее всего гнилостные изменения трупа развиваются
на воздухе, вдвое медленнее в воде и в 8 раз медленнее в земле. Он предложил соответствующую формулу темпа гниения трупа на воздухе, в воде и в
земле: 1:2:8. С этим можно согласиться только в определенной мере, так как
помимо того, оказался ли труп в воде или был захоронен в землю, на гнилостные процессы оказывают влияние многие другие факторы, например, температура, влажность, насыщенность почвы различными веществами, способствующими аутолизу или консервации, бактериями и т. п. Не случайно, видимо, A. Sehauenstein (1870), опираясь на свои наблюдения, отличные от
Casper'a, высказал мнение о том, что существенной разницы в быстроте
гниения трупа в воде, по сравнению с гниением на воздухе, нет. В то же самое время мы наблюдали случаи почти полного отсутствия признаков гниения трупа, пробывшего в течение 5 месяцев в воде замерзшего озера с ноября
по апрель. Здесь, как и всегда, все зависело от конкретных условий. В упомянутом случае озеро было неглубоким, температура воды была не свыше +2°,
+3°, т. е. соответствовала той, при которой гниение практически не развивается.
Практика исследований эксгумированных трупов показывает, что в
местах с условиями континентального климата, в конечном итоге, гнилостное разрушение мягких тканей трупа в сочетании с другими процессами, вызывающими разрушение его, заканчивается оскелечиванием в среднем через
3—5 лет, а полное исчезновение хрящей, связок и сухожилий происходит
спустя 5—10 лет (А.П. Курдюмов, М.И. Райский, 1953; Н.В. Попов, и др.).
Намного сложнее обстоит установление темпов развития гнилостных
изменений трупа, захороненного в период изменений его мягких тканей.
Многие судебные медики относятся весьма скептически к этой возможности
(Е.А. Яковлева, Ю.С. Сапожников, 1960; Е.М. Евгеньев-Тиш, 1963).
Действительно, после захоронения трупа гнилостные изменения мягких тканей его, их распад в силу конкретных причин протекают часто весьма
различно. В то же самое время некоторые особенности гниения являются вообще свойственными для захороненных трупов. Здесь, прежде всего, видимо,
следует заметить, что для захороненных трупов характерны преимущественно сухой или преимущественно влажный типы гниения. Так,
В.М. Смольянинов (1959) обращает внимание на то, что при исследовании
им эксгумированных трупов лиц, погибших от зверских злодеяний гитлеровцев в период временной оккупации советских территорий, преобладал сухой
тип гниения. В.М. Смольянинов высказывает мнение о причинах, определяющих сухой, влажный и газовый типы гниения. В первом случае обезвоженность тканей при истощениях, «потеря» I крови определяют, по его мнению, условия «сухого» гниения. К влажному типу гниения предрасполагает
наличие в тканях трупа большого количества влаги (отеки, транссудация). К
газовому типу гниения предрасполагает наличие септических бактерий в организме (смерть от сепсиса). Наши наблюдения показывают, что даже в тех
случаях, когда смерть наступает от сепсиса и до выраженного развития гнилостных изменений трупы захораниваются, то потенциальная склонность к
газовому типу гниения в могиле теряется. Это, видимо, зависит от температуры почвы могилы, не способствующей развитию гнилостных бактерий; от
значительного дефицита кислорода, условий, определяющих (наряду с развитием гниения) образование таких процессов, как высыхание тканей или ослизнение их, превращение в жировоск.
А.П. Курдюмов приводит схему посмертных гнилостных изменений
трупа; однако, к сожалению, без указания соответствующих сроков их развития и пояснений — идет ли речь о захороненных трупах или процессы эти
наблюдались им при пребывании трупов на воздухе.
2. Бальзамация трупа. Применение лекарственных и других
средств перед смертью, задерживающих впоследствии гниение трупа.
Для того чтобы труп не подвергался гнилостным изменениям в ряде
случаев прибегают к его бальзамации. Суть бальзамации заключается в пропитывании тканей тела веществами, предохраняющими его от разрушения и,
прежде всего, от разлагающего действия микроорганизмов и воздействия на
ферменты тканей, определяющих аутолитические процессы. Любое бальзамирующее средство должно обладать антисептическими свойствами.
Бальзамация трупов производится в тех случаях, когда тело умершего
необходимо сохранить в неизменном виде до погребения, перевезти в другой
город и т.п. При этих условиях бальзамация, как правило, не преследует целей сохранения трупов на длительное время — месяцы, годы. В исклю-
чительных случаях в наше время бальзамации подвергаются трупы выдающихся деятелей с целью сохранения их тела в неизмененном виде на века.
Бальзамация широко была развита в древнем Египте. Это было связано
с религиозными обычаями. Тела умерших не захоранивались, они сохранялись в саркофагах. Способы бальзамации, саркофаги определялись социальным и материальным положением умершего.
Геродот (484—425 до н.э.) и Диодор Сицилийский (80-29 до н. э.) приводят некоторые данные об ассирийских, персидских и египетских способах
бальзамации. Первый способ, наиболее дорогой, заключался в том, что через
разрез брюшной стенки извлекались полостные внутренности, через нос при
помощи металлического крючка пробивалось основание черепа и извлекался
головной мозг. Брюшная и черепная полости промывались пальмовым вином. Брюшная полость заполнялась благовониями: миррой и кассией, а черепная — расплавленной смолой. После шестидесяти — семидесятидневного
выдерживания трупа в соль-натроновом растворе его бинтовали тонкой
льняной материей, предварительно пропитанной камидин клеем. Два остальных способа бальзамации в древнем Египте отличались от предыдущего тем,
что внутренности не извлекались. Через прямую кишку вводили редечное
или кедровое масло, труп в течение семидесяти дней находился в сольнатроне (азотнокислый калий, углекислый, сернокислый и хлористый натрий).
Применявшиеся в древности методы бальзамации трупов полностью
еще не изучены. Так, например, нет данных о том, как бальзамировали трупы
древние скифы (раскопки в Горном Алтае), другие древние народы, населявшие в свое время территории СССР. Способ бальзамации трупов в древнем
Египте гарантировал их сохранность на тысячелетия. Естественно, что египетские мумии не бывают объектами судебно-медицинских исследований. В
то же самое время многие данные об исследованиях мумий могли бы обогатить представление судебных медиков об экспертных возможностях при исследовании трупов, захороненных тысячи лет тому назад и подвергшихся
предварительно бальзамации. Известно, что можно определять группу крови
мумий, что исследование костей мумий позволяет определять наличие болезненных изменений их. Заслуживает внимание нашумевший случай, когда в
1964 году при рентгеноскопии в Дарлингтонском музее мумии, обнаруженной при раскопках на берегах Нила, и захороненной три тысячи лет назад, вдруг было установлено, что у нее отсутствует одна рука, и вместо нее
имеется протез. Стало ясным, что протезирование применялось и в древние
времена.
Говоря о долговечности египетских мумий, нужно иметь в виду, что и
они подвержены разрушению, и, конечно, за те тысячелетия, которые прошли с момента их захоронения, они, за редким исключением, значительно
изменились. В ряде случаев, видимо, и их начинает касаться гниение. Так, в
историческом музее города Джексона (США, штат Миссисипи) хранившаяся
в нем египетская мумия стала очень быстро гнить. Это послужило поводом к
возникновению вопроса о необходимости ее захоронения. Интересно то, что
здесь не обошлось без курьезов, столь характерных для США, прославивших
себя еще в свое время «обезьяньим процессом». Произошло следующее: после того, как администрация музея приняла решение о захоронении мумии,
власть города запретила это сделать, мотивируя тем, что «закон разрешает
хоронить только чех граждан, причина смерти которых точно выяснена».
Споры между администрацией музея и «законниками» ни к чему не привела.
«Законники» говорили: «мы не собираемся хоронить у себя па кладбище всяких подозрительных иностранцев» («Ленинградская Правда», 1962).
Огромный научный интерес вызвала находка в Италии в Гротароссе,
близ Рима в 1964 году саркофага с телом девочки 7-8 лег, погребенном около
1800 лет назад. Очевидцы, присутствовавшие при покрытии саркофага, были
буквально ошеломлены исключительной сохранностью тел;] и красотой покойной. Правда, через несколько дней тело трупа девочки потемнело. Секрет
бальзамации этой мумии изучается итальянскими судебными медиками.
Комментируя находку этой мумии и ее удивительную сохранность, профессор Б.П. Токин (1904) большое значение придал фитонцидам. Дело в том,
что, как было установлено, труп девочки был покрыт луком. Кроме лука,
бактерицидное действие, по мнению Б.П. Токина, в этом случае оказывали,
по-видимому, экстракты эвкалипта.
Говоря об уникальных находках отлично сохранившихся захороненных
тел лиц, умерших тысячи лет и столетия назад, нельзя не упомянуть о представляющих большой интерес обнаружениях двух женских трупов на территории Москвы, захороненных несколько сот лет назад. Археолог Л. Никитин
(1964) в короткой заметке так описал эти две находки: «О «фанчулле» - девятилетней девочке, найденной около Рима через 1800 лет после смерти, говорил недавно весь мир. Исследование тела «фанчуллы», изучение предметов,
найденных вместе с нею, ласт много нового и исторической науке, и искусству, и медицине. Мало кто знает, что у нас в Москве тоже были подобные находки. В 1387 году Евдокия, жена князя Дмитрия Донского, основала
у Спасских (тогда Фроловских) ворот Московского Кремли Вознесенский
девичий монастырь. В его соборе, по традиции, совершали погребения великих княгинь, а потом и московских цариц. В конце ноября 1571 года здесь
похоронили знаменитую «царскую невесту» — Марфу Васильевну Собакину. Судьба ее была загадочна и трагична. План Грозный выбрал себе третью
жену из двух тысяч невест, привезенных в центр опричнины — Александрову слободу. Там же 28 октября 1571 года в Троицком соборе царя торжественно обвенчали с Марфой Собакиной, и в тот же день Марфа занемогла.
Вечером она слегла и больше не поднялась, а 13 ноября скончалась. Не сохранилось ни описания, ни портрета царской невесты. Но несколько человек
смогли снова увидеть Марфу Собакину в наше время, всего тридцать шесть
лет назад. Вот как это было. «В 1928 году при расчистке и перепланировке
Московского Кремля снесли Вознесенский монастырь. Усыпальницы цариц
были вскрыты, а их останки перенесены в подвал палаты, пристроенной в
1801 году к Архангельскому собору. Обычно под плитой гробницы находили
кости погребенных, остатки тканей, редкие украшения. Но когда вскрыли
усыпальницу Марфы Собакиной, присутствующим показалось, что свершилось чудо: в гробу лежала очаровательная девушка, правда, мертвенно бледная, но будто живая... Другой случай произошел в начале этого века. Между
Георгиевским переулком и проездом Художественного театра, близ Пушкинской улицы находился женский Георгиевский монастырь, основанный в XVI
веке. Однажды было замечено, что его угол несколько осел. Причиной этому
оказался склеп, и котором нашли молодую красавицу в скромном одеянии
прислужницы. Надпись на плите рассказывала, что здесь была погребена одна из сенных девушек Марины Мнишек, которая погибла во время московского восстания против поляков. Почему время и тление пощадили эти тела?
Почему они избежали общей участи? Это пока остается загадкой».
Загадка, конечно, в том, как была произведена бальзамации? Известно,
что в те времена в России работали врачи-иноземцы, которые могли знать и
применить способы бальзамаций трупов, разработанные учеными эпохи Возрождения. Обычно в тс времена трупы с целью бальзамации пропитывали
поваренной солью, квасцами, алоэ, скипидаром и ароматическими смолами.
Смазывались воском, камедью, в кожу втиралось кедровое масло. С начала и
почти до конца XIX века широкое распространение в качестве бальзамирующего средства приобрел винный спирт, он был главным бальзамирующим средством. Наряду с ним применяли сулему, мышьяк, квасцы, эфир,
хлористый цинк, уксуснокислый алюминий, карболовую кислоту, камфору,
борную и салициловую кислоты, уксуснокислый калин, тимол. Естественно,
что при эксгумации трупов, подвергшихся бальзамации, нужно всегда помнить о возможности обнаружения судебно-химическим исследованием ядовитых веществ, которые были применены в качестве бальзамирующего средства.
В 1859 году Л.М. Бутлеров открыл формальдегид. Сорокапроцентный
водный раствор его - формалин стал самым распространенным бальзамирующим средством. Он обладает очень большим антисептическим свойством, полностью блокирует аутолитическое действие тканевых ферментов. В
тех случаях, когда захоронению трупов предшествует бальзамация, и наше
время обычно она производится так: труп пропитывается водным раствором
формалина (10—15—20%). Лучший результат получается при пропитывании
смесью формалина с сулемой (100 мл формалина + 10 г сулемы + 900 мл воды), возможно применение других сочетаний. В тех случаях, когда бальзамацию можно произвести только после исследования трупа, а в судебномедицинской практике предварительная бальзамация трупа перед секцией
исключается, бальзамацию можно произвести после вскрытия трупа. Конечно, в этом случае, бальзамация будет значительно уступать произведенной на
невскрытом трупе. Для бальзамации вскрытого трупа используется 10—20%
раствор формалина. Вскрытая черепная полость тампонируется ватой или
материей, пропитанной формалином, под кожно-мышечные лоскуты головы
подкладывают тонкий слой ваты, также пропитанной формалином, после чего производится сшивание их. В ротовую полость вкладывается тампон, смоченный формалином; полость малого таза тампонируется материей, также
смоченной формалином. Внутренние органы подвергаются множественным
разрезам, после чего перемешиваются с древесными опилками, обильно политыми формалином. Под кожу груди кладется тонкий слой ваты, смоченной
формалином, труп зашивается. Лицо следует смазать глицерином, или сделать несколько инъекций его под кожу лица для предохранения её от высыхания. Опыт показывает, что труп, подвергшийся бальзамации описанным
способом, сохраняется относительно неплохо в течение 5—7 дней в условиях
жаркого летнего времени. Будучи захороненными, трупы, подвергшиеся
бальзамации подобным образом, трансформируются крайне медленно. Нам
пришлось исследовать такой эксгумированный труп через два года, он был
захоронен в деревянном гробу, в черноземной почве. Труп оказался отлично
сохранившимся, если не считать некоторых признаков высыхания и наличия
плесени на коже кистей рук, лица. Судебно-химическим исследованием в
тканях был установлен формалин.
В заключение следует обратить внимание на то, что на замедление развития гниения трупов в могилах может оказывать существенное влияние
принятие при жизни покойными антибиотиков, сульфаниламидов (Н.
Wagner, 1960). Известно и то, что трупы лиц, отравившихся сулемой, мышьяком, алкоголем, цианистым калием также гниют медленно.
3. Заболевания и степень их развития, повреждения и их осложнения, приведшие к смерти.
Заболевания, повреждения и их осложнения, приведшие к смерти, могут оказывать существенное влияние на темп и характер посмертных изменений трупа в могиле. Здесь опять-таки, в первую очередь, видимо, нужно обратить внимание на факторы, которые ускоряют или замедляют гнилостные
процессы трупа.
Хорошо известно (об этом уже говорилось), что быстрому гнилостному
разрушению подвергаются трупы лиц, умерших от болезней и повреждений,
осложнившихся сепсисом. Кроме того, быстро загнивают трупы лиц с открытыми повреждениями, являющимися отличной средой для быстрого развития
гнилостных бактерий. Быстро гниют трупы лиц, кровь которых после смерти
не подверглась свертыванию. Кровь оказывается хорошей средой для размножения бактерий. Тучность — один из благоприятствующих гниению
факторов; трупы тучных лиц, погибших от сепсиса, разлагаются очень быстро. Медленно гниют обескровленные трупы. При благоприятных условиях
они легко подвергаются мумификации, особенно трупы людей худых, истощенных.
Фауна трупа, как показатель времени, прошедшего с момента
смерти и захоронения.
После того как наступила смерть, трупы могут подвергнуться уничтожающему воздействию насекомых (жуков, двукрылых, чешуекрылых, клещей).
Само собой понятно, что это зависит от условий, в которых находится
труп. В летнее время на открытом воздухе уже в атональном периоде на теле
умирающего в ранах, поврежденных тканях мухи могут откладывать яйца
(Weimann). На трупе мухи появляются буквально через несколько минут после смерти. Другое дело, когда трупы оказываются в условиях низкой температуры. В этих случаях не может быть никакой речи о возможности воздействия насекомых на ткани трупа.
Сегодня есть основание со всей достоверностью утверждать, что энтомологические исследования фауны трупа могут оказать в ряде случаев неоценимую услугу в определении давности наступления смерти, когда труп
обнаруживается не захороненным. На трупе могут быть обнаружены различные насекомые, их яйца, личинки, куколки, а также признаки повреждений и
уничтожение ими тканей трупов. Berger (1855) установил время смерти новорожденного младенца, исследовав фауну его трупа, учтя сроки, необходимые для ее развития. В настоящее время такие экспертизы проводятся с успехом многими судебными медиками совместно со специалистами-биологами.
Материалы экспертизы трупа, когда по фауне его было установлено время
убийства, опубликованы A.М. Арутюновым (1963). Ценные рекомендации в
этом отношении даются В.H. Гарнаевым (1957), В.П. Петровым.
Впервые в 1894 году Megrim свел в таблицу данные о развитии фауны
на трупе в зависимости от времени, прошедшего с момента смерти. Впоследствии такие таблицы составлялись и другими авторами. Наиболее заслуживающая внимания среди них составлена Н. С. Бокариусом (1930), которая касается фауны захороненных трупов.
В каждом случае экспертизы эксгумированного трупа следует иметь в
виду, что фауна его может определяться временем, которое он находился в
незахороненном состоянии, в зависимости от которого па нем могли оказаться насекомые в различных стадиях своего развития. Кроме nого, следует
иметь в виду конкретные условия климата, условия захоронения трупа, сведения о развитии насекомых в условиях той местности и в том году, в котором производилась эксгумация.
Представляют интерес наблюдения Л.Ф. Рубежанского и B.С. Очаповского. Эти авторы исследовали кости эксгумированных останков спустя 2 -28
лет после захоронения и на них обнаружили наличие остатков насекомых,
«представляющих собой темно-коричневые пупарии размером от 3х1 см до
7х2 см, расположенные в виде скоплений (по 8—15) в естественных углублениях костных объектов». Энтомологические исследования показали, что пупарии эти являются куколками мух. Было уточнено куколками каких мух являются пупарии, далее появилась возможность высказать мнение о том, в ка-
кое время года было произведено захоронение и за какое время до захоронения были отложены мухами яйца на трупах. Эта экспертиза должна проводиться с обязательным участием биолога.
Случай повреждения мышами трупа, захороненного в глинистый чернозем на глубине 30 см, описал А. Ф. Рубежанский; при эксгумации трупа
спустя 2,5 месяца, были обнаружены характерные повреждения мягких тканей.
Установление времени, прошедшего от захоронения трупа, по состоянию костей.
Если в наши дни только в единичных случаях удается обнаруживать
трупы жителей далеких прошлых времен, сохранившиеся то ли в результате
искусственной бальзамации, то ли в результате действия холода или других,
способствующих этому факторов, то кости человека самых древних времен
обнаруживаются археологами — нашими современниками довольно часто. В
то же самое время это еще не означает, что кости человека во всех случаях
способны длительно сохраняться. Эта способность костей может проявиться
только в тех случаях, когда захоронение трупа производилось в могиле, особенности которой способствовали длительному сохранению скелета. Само
собой разумеется, что многое, несомненно, зависит и от прижизненного состояния костей. Здесь сказывается возраст, болезни и т.п.
В последние десятилетия обратили на себя внимание работы Г. Д. Рохлина (1965), устанавливавшего по рентгенологическим исследованиям костей
людей, живших в различные исторические эпохи, болезни, которыми они
страдали, повреждения, которые им наносились, и от которых они погибали.
С блеском Г. Д. Рохлин нарисовал обстоятельства гибели Андрея Боголюбского, его внешний облик. Широко известны работы М.М. Герасимова
(1949), восстановившего облик многих исторических личностей, живших в
далекие времена
Одним из существенных вопросов экспертизы эксгумированных трупов является установление времени, требующегося для оскелечивания его
после захоронения. В литературе на этот счет приводятся следующие данные:
1) S. Hajеk, 1959:
а) кости еще покрытые остатками хрящей и мягких тканей, содержащие
костный мозг — 5—10 лет;
б) на костях незначительные остатки хрящей, в костях сохраняется
жир— 10—15 лет;
в) трубчатые кости высохли, жира не содержат — 25— 50 лет;
г) кости хрупкие, ломкие, шершавые, совершенно высохшие—50—100
лет;
2) G. Hansen, 1957:
а) кости свободны от мягких тканей — 4-5 лет;
б) кости свободны от хрящей, сухожилий, связок — 5-7 лет;
и) кости тяжелые, в них жир — 5-10 лет;
г) кости свободны от жира, легкие, выветренньк —10-15 лет;
д) кости ломкие, порозные, продавленные — 50 лет и более.
Некоторые различия в сроках полного освобождения костей от мягких
тканей, связок, сухожилий, освобождения от жира, изменения упругости и
внешнего вида связаны, видимо, с конкретными условиями захоронения трупов, кости которых исследовались авторами. Кстати, нужно заметить, что
данные S. Hajck и О. Hansen совпадают в основном с данными многих авторов (Н.С. Бокариус, Minovici, Kеrnbach, 1931 и др.).
Кости трупа в подавляющем своем большинстве могут сохраняться
действительно очень долго. Однако бывает и T:IK, когда кости подвергаются
относительно быстрому разрушению. Многое здесь опять-таки зависит от
условий захоронения Orfila (I831) обращал внимание на то, что при захоронении трупов в сырой почве кости подвергаются полному разрушению в течение нескольких десятилетий.
Среди работ последних лет, посвященных установлению давности захоронения трупов, заслуживают внимания публикации А. Ф. Рубежанского.
Он исследовал кости трупов, захороненных в одной и той же почве в период
времени от 2 до 38 лет. Трупы лиц, которым принадлежали кости (исследовались бедренные кости), были в возрасте то 34 до 82 лет. Обращает внимание
то обстоятельство в наблюдениях А.Ф. Рубежанского, что даже трупы, время
пребывания которых в почве (чернозем) было не более двух лет, оказывались
полностью скелетированными (исследования производились в Краснодарском крае). Почва, видимо, создавала условия, обусловившие полное разложение мягких тканей через два года после захоронения трупа. Такой быстрый темп полного оскелечивания — явление не частое. Связки и хрящи исчезали через 5—6 лет.
А.Ф. Рубежанский установил, что «маслянистый оттенок» поверхности
кости слабеет на 7—8 год после захоронения и полностью исчезает на 15—17
году; компактный слой кости через 2—5 лет после захоронения своеобразно
«рыхлый».
В поздние сроки «рыхлость» сглаживается и полностью исчезает через
11—12 лет, когда кость делается, по выражению А.Ф. Рубежанского, «глазированной» или «полированной». Позднее на поверхности кости микроскопически устанавливаются «скарификации», вначале единичные, затем множественные, которым «сопутствуют продольные трещины компактного слоя».
Исследуя эпифизы бедренных костей, А. Ф. Рубежанский установил
появление на них трещин по прошествии 8 лет после захоронения. После 12
лет пребывания костей в земле на мыщелках наблюдалась некоторая стертость. Своеобразно изменялось компактное вещество кости. В первые 2—5
лет после захоронения компактное вещество «сходно с парафином». После 5
лет появляются «темно-сероватые оттенки». После 9 лет полупрозрачность
исчезает на глубине 1 мм, приобретается белесоватость, рыхлость. На 11 году
появляется розоватый оттенок, через 12—14 лет компактное вещество стано-
вится сухим, рыхлым, желтоватого оттенка. Спустя 20 лет, как пишет А.Ф.
Рубежанский, «компактное вещество на глубине до 1,5 мм от поверхности,
оставаясь крошащимся, рыхлым и сухим, приобретает желтоватый цвет. В
более глубоких слоях оно сохраняет тот же вид бесструктурной сероватобелесоватой полупрозрачной плотной массы, сходной с парафином». А.Ф.
Рубежанский этот признак назвал «феноменом парафина».
Л.И. Головинская (1967), изучавшая большеберцовые кости трупов
различной давности погребения, внесла некоторую детализацию в характер
изменений, описанных А.Ф. Рубежанским.
Попытки установить по состоянию гаверсовых каналов в костях время,
прошедшее от момента смерти, при экспертизе эксгумированных трупов оказались мало обнадеживающими. По наблюдениям Н. Dumitrescu и М. Tibera
(1957), гаверсовы каналы стойки и сохраняют свою структуру практически
неопределенно длительное время (до (100 лет). В то же самое время S. Bеrg и
W. Specht (I958) наблюдали разрушение их в костях, пролежавших в земле 20
лет. Изучение состояния гаверсовых систем костей в зависимости от времени, прошедшего с момента смерти, зависит or конкретных условий захоронения и требует своего дальнейшего изучения.
Существенную помощь в установлении времени пребывания трупа в
могиле может оказать исследование зубов.
П.Р. Сысоева (1958), занимаясь этим вопросом, произвела изучение зубов от 300 трупов людей, пролежавших в могилах от 6 месяцев до 70 лет. В
результате проведенной работы она установила, что эмаль и пульпа зубов
подвержены метаморфозе, интенсивность которой зависит от сроков, прошедших с момента захоронения. По ее наблюдениям, изменения эти выражаются так: а) через 8 лет после захоронения эмаль на отдельных участках
покрывается тусклыми пятнами бурого, желто-коричневого и коричневого
цвета; б) через 10 лет после захоронения отмечаются поверхностные трещины эмали; в) через 20—30 лет трещины эмали глубокие, окрашены в бурокоричневый цвет. Изредка П.Р. Сысоева находила пластинки эмали, отделившиеся от зубов. Это бывало в тех случаях, когда исследовались трупы
лиц, захороненных к моменту эксгумации 40—50 лет тому назад. Автор обращает внимание на то, что неповрежденная эмаль зубов сохраняет свой
блеск в течение 60—70 лет пребывания трупа в могиле.
Исследования прозрачности на свет корневой части зубов, в зависимости от давности захоронения, позволили сделать вывод о том, что через 50—
70 лет после погребения прозрачность эта исчезает.
Исследования состояния пульпы зубов эксгумированных трупов показало, что в первые пять лет после захоронения пульпа зубов в какой-то мере
сохраняется. Спустя десять лет, за очень редким исключением, пульпа уже не
обнаруживается. Через 65—70 лег после захоронения П.Р. Сысоева путем
рентгенологического исследования зубов устанавливала нарушение их плотности за счет исчезновения неорганических веществ.
Попытки установить время, прошедшее с момента наступления смерти,
захоронения трупа в зависимости от ультразвуковой проводимости их, были
предприняты Л. Ф. Рубежанским. Исследования этим методом показали правильность выводов П. Р. Сысоевой.
Н.Н. Гаража (1967) обращает внимание на то, что выпадение зубов в
зависимости от сроков захоронения спустя уже 2 года не может быть использовано для решения этого вопроса, так как выпадение их зависит от анатомического строения зубов и состояния альвеолярных отростков. В 1970 году мы
исследовали череп женщины 22 лет, захороненный 28 лет тому назад. Все зубы трупа были в альвеолах, ни один не шатался, все отлично сохранились.
Большие перспективы в установлении времени, прошедшего c момента
смерти и захоронения трупа, при исследовании костей имеет применение
ультразвука.
Впервые S. Berg и W. Specht установили, что скорость прохождения
через костную пластинку ультразвука частотой в 2,4 мегагерц находится в
обратной пропорции к давности захоронения трупа. Здесь сказывается нарушение компактности костной ткани, связанное с пребыванием трупа в почве.
Влияние пребывания трупа в почве, спустя десять лет, обусловливает скорость прохождения ультразвука 2100 м/сек. и больше, 1700 м/сек. — не менее 50 лет пребывания в почве. А. Ф. Рубежанский ]и С. X. Николов (1962), в
результате своих исследований по ультразвуковой декальцинации костей,
также пришли к выводу, чем длительнее время с момента захоронения трупа,
тем больше сокращается время на ультразвуковую декальцинацию.
Д.Ф. Рубежанский (1966) исследовал при помощи ультразвука кости
скелетов трупов лиц, захороненных в разное время в различной почве. Одновременно он производил и исследование костей от «свежих» трупов. Исследования эти заключались в следующем: кусочки костей помещались в 5%
НС1 и подвергались озвучиванию с помощью генератора ультразвука непрерывного излучения УЗ 2—-1,5 (выходная мощность 1,5 квт, рабочая частота
21,3 кгц, интенсивность излучения 10 вт/см). В результате была установлена
разница в сроках декальцинации от конкретных условий захоронения. Для
костей, которые принадлежали трупам, захороненным в почве с высоким содержанием свободных кислот и повышенной гидролитической кислотностью, характерно сокращение сроков декальцинации на 0,5—1 час. Автор
подтвердил несомненность влияния физико-химических свойств почвы на
характер изменений костной ткани. Он показал эту зависимость от количества Н 4О4, НСl, НСО3, образующихся в почве при гниении трупа.
Для установления времени, прошедшего с момента погребения, может
иметь значение способность костей к люминесценции при их облучении
ультрафиолетовыми лучами. У нас этот метод не получил распространения.
Сущность его заключается в том, что поперечные срезы кости освещаются
ультрафиолетовыми лучами; яркость свечения будет обратно пропорциональна давности захоронения.
Перспективным методом в установлении времени, прошедшего с момента захоронении, может оказаться эмиссионный спектральный анализ.
Основываясь на содержании в костях марганца, алюминия, кремния,
железа, стронция, в конечном итоге, как утверждает А.Ф. Рубежанский, можно ответить на этот вопрос с достоверностью от ±2 до ±4.
Кроме перечисленных рекомендаций для установления Давности наступления смерти при исследовании костей эксгумированных трупов, Л. Ф.
Рубежанский как надежный метод рекомендует окраску белкового вещества
костной ткани красителем сулема - бромфеноловым синим. Количество белкового вещества в кости обратно пропорционально срокам пребывания костей в могиле; кроме того, количество его зависит от характера почвы. Определяя степень оптической плотности окрашенной костной ткани и учитывая
характер почвы, Л. Ф. Рубежанский определял время пребывания трупа в могиле с достоверностью ±2. Оба рекомендуемых А.Ф. Рубежанским метода
еще не вошли широко в экспертную практику.
Изменения волос в зависимости от давности захоронения трупа.
Волосы головы меняются после захоронения, в то же самое время они
сохраняются довольно длительно и обнаруживаются при эксгумациях скелетированных трупов. Изменения волос во многом связаны е гнилостными
процессами, свойственными трупу.
М.А. Бронникова (1947), А.К. Туманов (1961), М.А. Бронникова и А.С.
Гаркави (1963) и др. обращают внимание на то, что волосы после погребения
трупа меняют свой цвет. Темные волосы становятся красно-каштановыми,
светлые — светло-каштановыми, каштановыми. Гниение волос может определить их серый цвет за счет вакуолей, образующихся в них. К сожалению,
сроки, необходимые для приведенных изменений волос со времени погребения, не изучены и поэтому изменение цвета волос не может пока быть признаком, определяющим время пребывания трупа в могиле.
Серьезное исследование, посвященное попыткам по состоянию волос
эксгумированных трупов решать вопросы о сроках, прошедших со времени
погребения, было проведено П.Р. Сысоевой. Ею было установлено, что волосы при длительном пребывании в могилах подвергаются гнилостным изменениям. П.Р. Сысоева устанавливала прочность (крепость) волос и удлинения
их в зависимости от времени, прошедшего с момента захоронения трупа. Для
этого она использовала прибор «Дефорден», применяющийся в текстильной
промышленности, для исследования волокон текстильных материалов. В результате комплекса проведенных исследований было установлено, что сроки
пребывания трупа в могиле сказываются на эластичности волос: если труп
пролежал в могиле свыше 45 лет, она утрачивается. Кроме того, исследования показали, что в пределах 10 лет после захоронения прочность волос
уменьшается и среднем в 2,5—3 раза, удлинение при разрыве уменьшается в
3—5 раз. Через 40 лет после захоронения прочность волос уменьшается в
10—40 раз, теряется способность удлинения.
Специальные исследования на многократный изгиб волос при помощи
прибора «Изгибатель» заключались в установлении при помощи вибрирую-
щей нагрузки «усталости» волокна и его разрыва. Учитывалось количество
изгибов па волокне, вес груза, натягивавшего его. В результате было установлено, что длительность пребывания трупа в могиле сказывается весьма
значительно на количестве изгибов. Чем длительнее пребывание трупа и могиле, тем меньше изгибов. Так, при пребывании в могиле 2—10 лет их от
6700 до 11350, а после захоронения через 30—35 лет их от 10 до 950.
Исследования П.Р. Сысоевой не вошли еще широко в практику лабораторий до исследованию вещественных доказательств; хотя их введение и
дальнейшие обобщения практики таких исследований значительно смогут,
видимо, обогатить возможности экспертизы эксгумированных трупов.
Б.П. Соколов и Д.Я. Шабельник (1965) на основании макроскопического и микроскопического исследований волос эксгумированных трупов, находившихся и могилах от 4 месяцев до 20 лет (и глиняной почве без гробов),
установили, что полосы оказывались ломкими, тусклыми, все они были одноцветными, оттенки их варьировали в пределах рыжих и коричневых топов.
Микроскопические исследования волос показали появление на волосах зазубрин на кутикуле спустя два года после захоронения трупа в могиле. Степень выраженности их возрастала с увеличением времени после погребения.
Спустя одиннадцать лет и больше после погребения наблюдалось полное отделение чешуек кутикулы. При изучении поперечных срезов волос отмечалась деструкция строения волос тем интенсивнее, чем больше времени прошло с момента погребения. Учитывая то, что опыт исследования волос эксгумированных трупов в смысле установления времени, прошедшего с момента смерти и захоронения, еще недостаточен, результаты таких исследований
следует накапливать и обобщать, однако, в настоящее время исследования
волос эксгумированных трупов не могут дать сколько-нибудь четких ориентиров о времени, прошедшем- с момента захоронения трупа — смерти лица,
которому он принадлежал. Это тем более, что изменения волос во многом
связаны с гниением трупа, а последнее, как известно, иногда может резко затормаживаться, в других случаях развиваться очень быстро.
Установление времени, прошедшего от наступления смерти до исследования эксгумированного трупа, производится не только по данным его исследования. Большое значение могут иметь данные исследования одежды (В.
И. Добряк, 1960), различных других предметов, обнаруженных с одеждой, в
могиле и, наконец, данные следствия, без учета последних эксперт не должен
давать своего заключения.
Выявление татуировок на эксгумированных трупах.
При исследовании эксгумированных трупов, пока сохраняется на них
кожа, на ней сохраняются и татуировки. Степень легкости выявления татуировок не всегда одинакова. На коже, подвергшейся резкому темно-зеленочерному окрашиванию при гниении, татуировки выявляются с трудом. Нелегко подчас обнаруживаются татуировки и в тех случаях, когда кожа трупа
оказывается покрытой белесоватой клейкой массой при конечной стадии жи-
ровоска. В этих случаях эту массу необходимо смыть с тела теплой водой.
Сложно увидеть татуировку на мумифицирующейся коже, подвергшейся
сморщиванию, затвердению и резко изменившей свой цвет. Для исключения
или подтверждения наличия татуировок на мумифицирующемся трупе кожа
с мест, подозреваемых на наличие татуировок, должна быть отделена и размочена в теплой воде, после чего растянута и подвергнута визуальному исследованию.
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
149
Размер файла
612 Кб
Теги
трупы, эксгумировванного, судебное, экспертиза, поркшеян, 475, медицинских
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа