close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

634.Преступника назовет судмедэксперт. Повести и рассказы. Часть II

код для вставкиСкачать
У Д К 61:340.6+340.6
Фурман М.А., Хохлов В.В.
Преступника назовет судмедэксперт. Повести и рассказы. Часть II.
Смоленск, 2000. - 149 с.
I S B N 5-87349-068-6
© М.А. Фурман, В.В. Хохлов, 2000
От а в т о р о в *
О редкой
профессии
судебного
медика,
случаях
из
практики и своих коллег мы пишем уже много лет.
ные
очерки
«Огоньке»,
и рассказы
«Человеке и законе»,
«Медицинской газете»,
хах,
печатались
выходили
«Науке
отдельными
в ряде
«Неделе»,
и религии»,
изданиями у
нас
собственной
Наши судеб­
центральных
изданий -
«Российской юстиции»,
сборниках
и альмана­
в стране
и за рубе­
жом.
В
об
этой
книге
собраны
исключительных
традиций
очерков
ния
и
раздумья
нии
конкретных
новеллы-расследования
его
финала
Мы
попытались
подобного рода,
взяв
за
судебно-медицинского
изложены
книга
юристов
фессией
широкого
и
при
от
ощуще­
расследова­
в
от начального этапа следствия
свободной
повествовательной
случаи по
манере,
видам
су­
экспертиз.
дентов медицинских
ность
отойти
и
преступлений.
дебно-медицинских
чинающих
обычных,
основу личные
эксперта
при этом приведены наиболее показательные
Думается,
об
экспертизах.
Эпизоды труда судебного медика
до
и
будет полезной прежде всего
при
изучении
вузов,
круга
а
курса
для молодых на­
судебной медицины,
также удовлетворит
читателей,
интересующихся
сту­
любознатель­
нашей
про­
криминалистикой.
М. Фурман, В. Хохлов
* В части рассказов повествование ведется от имени одного лица
3
Судебная практика очень часто
заставляет прибегать к специальным
исследованиям, обращению к содей­
ствию сведущих людей, т. е. экспер­
тов по специальным отраслям зна­
ний, искусств и ремесел. Между экс­
пертами, которых мне приходилось
слышать на суде, первое и главное
место занимали судебные врачи, мне­
ние которых очень часто имело ре­
шающее значение для дела.
А. Ф. Копи
В наше время, когда пишутся книги, судебные очерки, хроникаль­
ные материалы, отражающие работу следователей, сотрудников уго­
ловного розыска, милиции, прокуратуры и суда, хотелось бы расска­
зать о людях моей профессии - судебных медиках, иной раз остаю­
щихся за кадром многих расследований, но без которых ни одно из
уголовных дел, связанных с посягательствами на жизнь и здоровье
человека, не перешагнет судебный барьер.
4
Судебная медицина изучает широкий круг вопросов медико-био­
логического характера, возникающих в следственной и судебной ра­
боте. Это очень редкая, но в какой-то мере необычная профессия. С
одной стороны, она широко использует знания из общемедицинских
дисциплин, таких, как травматология, токсикология, нормальная и
патологическая анатомии, гистология, нейрохирургия, гинекология,
с другой - тесно связана с юридическими специальностями, прежде
всего, криминалистикой.
Как-то в «Медицинской газете» и «Комсомольской правде» мне
встретились ответы редакций на вопросы молодых людей, пожелав­
ших избрать профессию судебно-медицинского эксперта. В них сооб-'
щалось, что вначале судебно-медицинскому эксперту необходимо
окончить высшее медицинское учреждение (институт, университет,
академия), а затем пройти специализацию в одном из институтов усо­
вершенствования врачей и получить сертификат специалиста. В прин­
ципе все верно: без солидного образования, общей врачебной подго­
товки стать экспертом невозможно. Статьи 180, 181 УПК РСФСР до­
пускают, что в случае отсутствия штатного эксперта освидетельство­
вание человека, получившего повреждения, может произвести врач
другой специальности. С учетом этого во всех без исключения меди­
цинских институтах на старших курсах введено преподавание такой,
казалось бы, сугубо специфичной и узкой науки, как судебная меди­
цина. Почти каждый из студентов-медиков, закончив институт, меч­
тает лечить больных, стать хирургом, невропатологом, педиатром, и
только единицы (не более 1 -2 человек на весь выпуск) по-настоящему
увлекаются судебной медициной.
Знания юного врача по судебной медицине после окончания ин­
ститута и интернатуры пока еще минимальны, теперь будущего экс­
перта ждет специализация. Это пять месяцев напряженной учебы.
Профессора, опытные преподаватели читают студентам лекции, ве­
дут семинарские занятия. Программой предусмотрена весьма солид­
ная подготовка, после специализации молодой эксперт готов для ра­
боты. К сожалению, многие на этом останавливаются. Полагая, что
знаний, полученных в институте усовершенствования врачей, хватит
на долгие годы, изо дня в день добросовестно выполняя текущую прак­
тическую работу, они этим ограничивают свою деятельность. Между
тем, судебно-медицинский эксперт должен постоянно учиться, вни­
мательно следить за специальной литературой, пополнять свой тео­
ретический опыт и практический багаж современными сведениями как
5
по общей, так и судебной медицине, юридическим наукам, кримина­
листике. Чувство нового, неизвестного, творческое освоение опыта
товарищей является тем Perpetum mobile, который направляет его де­
ятельность от первых профессиональных шагов до зрелых лет.
Эксперт («expertus») - латинское слово, оно в переводе означает
«опытный, компетентный, сведущий человек в определенной, хоро­
шо им изученной области науки, техники, биологии, лицо, произво­
дящее экспертизу». Доказательством того, что это действительно ред­
кая профессия, может служить хотя бы такой факт: из более чем мил­
лионной армии врачей судебных медиков, пожалуй, меньше всех около шести тысяч.
Истоки судебной медицины уходят в глубокую древность. Так,
до нас дошли сведения, что в Риме, Греции, Индии, Египте и других
странах врачей привлекали для осмотра людей, получивших повреж­
дения, и разрешения вопросов, необходимых правосудию. Извест­
но, что в Римской империи производился осмотр тела убитого Юлия
Цезаря (44 г. до н. э.), причем врач установил, что из множествен­
ных ножевых ран (всего 23) только одна оказалась смертельной. В
книге Е.В. Федоровой «Люди императорского Рима», основанной
на подлинных исторических данных, автор пишет: «...Народный
трибун Публий Каска первым нанес удар мечом в затылок; рана эта,
однако, оказалась неглубокой и не смертельной. Цезарь, обернув­
шись, схватил и удержал меч. Все заговорщики, готовые к убийству,
с обнаженными мечами обступили Цезаря: куда бы он ни обращал
взор, он, подобно дикому зверю, окруженному охотниками, встре­
чал удары мечей, направленные ему в лицо и в глаза, так как у заго­
ворщиков было условлено, что все они примут участие в убийстве.
Поэтому и Брут нанес Цезарю удар в пах. Отбиваясь от убийц, Це­
зарь метался и кричал, но, увидев Брута с обнаженным мечом, наки­
нул на голову тогу и подставил себя под удар... Цезарь получил двад­
цать три раны. Многие заговорщики переранили друг друга, направ­
ляя столько ударов в одну жертву».
Как наука судебная медицина берет начало со второй половины
XVI в. Впервые на ее значение обратил внимание Петр I, который в
Воинском уставе 1716 г. указал на значение осмотра тела покойного
врачом и представление им соответствующего заключения: «...Сколь
скоро кто умрет, который в драке был и бит, поколот или порублен
будет, лекарей определить, которые бы тело мертвое взрезали, что
какая причина к смерти его была, и о том имеют свидетельство в суде
па письме подать и оное присягою своей подтвердить».
6
Что ж, сказано весьма верно и точно. Любой судебно-медицин­
ский эксперт подтвердит, что строки Петровского указа не устарели и
в наше время. И все же наиболее крупные успехи судебной медицины
связаны с нынешним столетием, ибо достижения общей медицины и
биологии, научно-технический прогресс вывели ее на новые рубежи.
На вооружении современной судебно-медицинской экспертизы науч­
но разработанные методики, десятки сложных приборов. В каждом
бюро функционирует судебно-медицинская лаборатория, имеющая
много общего с солидным научно-исследовательским учреждением.
Здесь трудятся врачи весьма узких специальностей - биологи, хими­
ки, гистологи, медики-криминалисты. В заключении эксперта имеет­
ся специальный раздел: «Данные дополнительных методов исследо­
вания», в котором проводятся результаты лабораторных анализов,
микроскопических и биологических исследований, детальное описа­
ние повреждений и предполагаемого орудия травмы. В итоге даже ря­
довая экспертиза с графиками, таблицами, фотографиями нередко
имеет вид, как образно выразился один из наших многоопытных экс­
пертов, кандидат медицинских наук С.А. Буров (кстати, окончивший
два института - политехнический, а затем медицинский), «небольшой
научной работы».
По-разному приходят молодые врачи в судебную медицину. Од­
них привлекает таинственность и романтический ореол нашей про­
фессии, другие начинают приобщаться к ней еще в институте, со
студенческих научных кружков. Замечу, что этот путь для будуще­
го эксперта наиболее естественный и предпочтительный. Лично же
мне помог случай.
Никогда не сгладится в памяти счастливый для меня солнечный
мартовский день 1964 г., когда я вошел в кабинет декана нашего ле­
чебного факультета. Шесть лет учебы в Горьковском медицинском
институте подходили к концу, но распределения еще не было. В каби­
нете у профессора была М.В. Торсуева, начальник Республиканского
бюро Чувашии. Декан, микробиолог по профессии, с интересом слу­
шал свою собеседницу, невольно прислушиваясь, увлекся ее расска­
зом и я. В конце беседы Мария Владимировна сказала, что из нашего
выпуска для экспертной работы в Чувашии ей необходим один из бу­
дущих врачей. Неожиданно для себя я предложил свою кандидатуру.
Вот так я стал экспертом, а Мария Владимировна моим первым учи­
телем по судебной медицине. А не зайди студент шестого курса в ка­
бинет декана, стал бы он судебным медиком? Кто знает... И потому я
считаю, что мне здорово повезло с самого начала.
7
Говорят, что в жизнь любого врача навсегда входит первый спа­
сенный человек, первая операция, первый пациент. Второго он может
уже не запомнить, тот забудется, выпадет из памяти, но первый - ни­
когда... Нечто подобное произошло и со мной. Надо сказать, что слу­
чай, с которого началось мое знакомство с судебной медициной, сво­
его рода «боевое крещение», оказался исключительным.
Приехав на работу в августовское воскресное утро, я размесился
в больнице и, выйдя во двор, увидел в глубине его небольшой дере­
вянный д о м . Э т о был м о р г . Взяв у дежурной с а н и т а р к и ключ,
открыл замок и, толкнув тяжелую поскрипывающую дверь, вошел
внутрь. В полумраке разглядел стол в глубине комнаты, умываль­
ник, несколько стульев у стены. Рука потянулась к выключателю.
Когда вспыхнул свет, чистота секционного зала приятно поразила
меня. Стены аккуратно выкрашены белой масляной краской, на ок­
нах занавески. Закрыв морг, я отдал ключ санитарке и пошел осмат­
ривать город. Завтра, в понедельник, начнется моя трудовая жизнь.
И куда бы я ни заходил, что бы ни видел, мысли мои неизменно воз­
вращались к завтрашнему дню. Теперь я понимаю, что в общем-то
это была не боязнь работы как таковой, которую рано или поздно
предстояло начать, а вполне естественное и объяснимое волнение
начинающего врача, своего рода страх, порожденный неопытностью.
Рано вернувшись в больницу, я крепко уснул, решив хорошенько
выспаться перед завтрашним днем.
А в это время на площади, у ресторана, в пьяной драке самодель­
ным ножом был тяжело ранен в сердце мой первый пациент... В боль­
ницу парня не довезли, скончался по дороге. Труп отправили в морг,
а рядом с направлением на вскрытие оставили на столе нож, сделан­
ный из напильника, найденный в нескольких метрах от места проис­
шествия. Наступила ночь. Наутро тяжелая массивная дверь оказалась
сорванной с петель, лампочка у входа разбита, а нож... исчез со сто­
ла! Вероятно, кто-то из друзей преступника, а возможно, и сам убий­
ца, воспользовавшись темнотой, решили не оставлять в морге одну из
главных улик совершенного преступления.
Когда я, выспавшийся и бодрый, шел к кабинету главврача, то в
вестибюле больницы увидел несколько человек в милицейской фор­
ме. Сердце мое екнуло: «Вероятно, за мной». Так оно и оказалось.
Начальник милиции и прокурор настаивали на немедленном вскры­
тии: преступник еще не был задержан, а дерзкая кража ножа взволно­
вала всех. Действительно, это было из ряда вон выходящим событи­
ем. И тут, на свою беду, узнаю, что мой предшественник, опытный
8
врач-хирург, к вечеру укатил в отпуск, услыхав, что судебно-медицин­
ский эксперт района уже на месте.
Пройдя к себе и одевая халат, заметил на столе учебник по судеб­
ной медицине М.И. Райского. Я начал лихорадочно перелистывать
страницы. Вот и глава о колото-резаных ранениях. Замелькали слова:
длина раны, ее концы (острые от кинжала, один - тупой, другой - ос­
трый от ножа), ход раневого канала, длина раневого канала... Спустя
10-15 минут я начал что-то вспоминать. Таким оказался мой первый
случай, и он мне запомнился на всю жизнь.
Хотя судебная медицина редкая наука, учебников и монографий
по нашей специальности только отечественных авторов насчитывает­
ся не один десяток. К настоящему времени используются в практике и
стали классическими труды таких судебных медиков, как Н.С. Бокариуса, Н.В. Попова, М.И. Райского, М.И. Авдеева, В.М. Смольянинова и др.
Возьмем и не спеша перелистаем любой из учебников судебной ме­
дицины для врачей или юристов. Эти книги, написанные разными людь­
ми, во многом схожи: каждая содержит комплекс знаний по основным
разделам науки. Поэтому в плане чистого познания предмета они мало
чем отличаются от любых изданий такого рода - допустим, руковод­
ства по отоларингологии или внутренним болезням.
В практической работе экспертам приходится часто встречаться с
различными видами смерти. В учебниках как прошлого, так и насто­
ящего этому вопросу уделено особое внимание. Различают два вида
смерти - смерть насильственную и ненасильственную. Насильствен­
ная смерть может наступить от многих внешних причин: в результате
повреждений тупыми и острыми орудиями, транспортных травм, ог­
нестрельных ранений, при отравлениях. Чаще всего это несчастные
случаи в быту и на производстве, реже - самоубийства, еще реже убийства.
Смерть второго вида обычно вызывается болезнями. Вот тут-то су­
дебный медик и должен разграничить эти категории смерти, что, в
свою очередь, позволяет правоохранительным органам провести рас­
следование по конкретному делу. Поэтому лица, умершие скоропо­
стижно (т.е. внезапно, в состоянии кажущегося здоровья), подлежат
исследованию в целях подтверждения той или иной болезни и исклю­
чения насилия. Можно привести немало случаев, когда предполага­
лось, что человек скончался от заболевания, тогда как впоследствии
оказалось, что он был убит или же покончил жизнь самоубийством.
Впрочем, бывало и обратное: смерть, предполагавшаяся как насиль9
ственная, в действительности таковой не была, а наступила от болез­
ни. Вот показательный в этом отношении случай. Как-то ночью меня
вызвали на место происшествия. В подъезде большого многоквартир­
ного дома скончался человек. Пожилой тучный мужчина лежал на
площадке пятого этажа в большой луже крови. На лестнице тоже была
кровь. Сама обстановка, казалось бы, свидетельствовала о насилии.
Однако на вскрытии выяснилось, что смерть наступила от разрыва
туберкулезной каверны легкого и последующего кровотечения.
Приведу случай из своей практики. Однажды, в начале зимы, вне­
запно пропала молодая женщина, некая С, жившая в отдаленном
поселке. Поиски в течение нескольких месяцев оказались безрезуль­
татными. Весной, в середине марта, когда стаял снег, труп был обна­
ружен в саду, метрах в семидесяти от дома. Возникла версия об убий­
стве, так как на коже лица и рук имелись ссадины, две поверхностные
небольшие раны. Как обычно водится в таких случаях, нашелся и по­
дозреваемый. Вместе с тем, местный врач сообщил, что ранее С. обра­
щалась к нему с жалобами на боли в сердце. Стало быть, не исключа­
лась и болезнь. Истинная причина смерти С. была установлена лишь
на вскрытии. В желудке у нее были обнаружены таблетки сильнодей­
ствующего снотворного, последующее судебно-химическое исследова­
ние окончательно подтвердило предположение об отравлении, стало
быть - самоубийстве. Ссадины и раны на теле, вероятнее всего, воз­
никли в атональном периоде - от трения кожи о кустарник, мерзлую
землю, ветки деревьев, при падении С. Метель и снегопад (следовате­
лем была запрошена сводка погоды на день пропажи покойной) ока­
зались настолько сильными, что почти на полгода скрыли от всех про­
исшедшую драму.
Значительное место в руководствах по судебной медицине уделено
травматологии. Необходимость этого очевидна. Эксперт должен хо­
рошо разбираться в любых видах повреждений: от поверхностной
мелкой ссадины до сложных переломов костей скелета. Если такими
вопросами при расследованиях любого рода, как «кто?» и «где?», за­
нимаются правоохранительные органы, то на два последующих «чем?» и «когда?» - обычно дают ответы судебные медики.
Подтверждением этого может служить хотя бы такой случай. На
объездной дороге, неподалеку от Владимира, автомашиной, которая
впоследствии скрылась с места происшествия, был смертельно трав­
мирован неизвестный гражданин. Осенняя непогода и ночное время
значительно осложнили расследование. Судебно-медицинский эксперт
Ю. Лопатин по повреждениям на теле пострадавшего - переломам
10
костей нижних конечностей (места первичного удара бампером), ре­
бер, основания черепа - высказал мнение о типе автомашины, а по
следам протектора колес на одежде при переезде - о ее возможной
марке. Несколько месяцев спустя следственными органами милиции
был установлен подозреваемый автомобиль «ЗИЛ-150», принадлежа­
щий одному из казанских предприятий. В дальнейшем комплексная
медико-криминалистическая экспертиза вынудила водителя к призна­
нию в наезде на гражданина К., личность которого к тому времени
была установлена.
А вот простой, в чем-то даже курьезный пример. Как-то на прием
пришла женщина, вся в кровоподтеках (как их называют в пароде,
«синяках»). Насчитал их около двух десятков, в самых различных
участках тела. Освидетельствуемая показала, что повреждения ей
причинила накануне соседка, с которой сложились неприязненные
отношения. Меня, однако, прежде всего смутил цвет повреждений:
если они причинены вчера, то почему они не синеватого или фиоле­
тового цвета, а сплошь желтые, как свежий лимон. Такими крово­
подтеки становятся лишь к пятому-седьмому дню, поэтому уточняю
время инцидента.
- Это произошло вчера вечером, - настаивает пациентка. - Слово
за слово, кухня общая, а потом уж...
И тут меня осенило. Взяв ватный тампон и смочив его водой, потер
кожу на локте женщины. Большой, диаметром в крупное яблоко, кро­
воподтек начал бледнеть и через несколько секунд... растворился, ис­
чез. Фантастика, да и только! Оказалось, что, желая свести счеты с
соседкой по коммунальной квартире, «потерпевшая» буквально ра­
зукрасила себя «синяками», используя для этого обыкновенный йод!
Очередная глава учебника - «Судебно-медицинская экспертиза ве­
щественных доказательств». Определение этого понятия дано в ста­
тье 83 Уголовно-процессуального кодекса Р С Ф С Р : «Вещественны­
ми доказательствами являются предметы, которые служили орудия­
ми преступления или были объектами преступных действий обвиня­
емого... все другие предметы, которые могут служить средствами к
обнаружению преступления, установления фактических обстоя­
тельств дела». Чаще всего вещественные доказательства исследуют­
ся в судебно-медицинских лабораториях. Это кровь и ее следы, час­
тицы органов и тканей, волосы, следы пота, слюны, различные ору­
дия, одежда обвиняемых и потерпевших. Вот что пишет по этому
вопросу видный судебный медик профессор А.П. Загрядская, пио­
нер такого рода исследований в нашей стране: «Судебно-медицинс11
кая экспертиза различных объектов «немых свидетелей преступле­
ния», как их нередко обозначают, проводится в настоящее время на
высоком уровне. Особенно полно изучены следы крови. Примени­
тельно к ним разработаны и внедрены в практику высокочувстви­
тельные методы исследования, позволяющие установить наличие
крови, ее видовую и групповую принадлежность в ничтожных по
размерам следах, например, на отдельной ниточке из текстильной
ткани. Мы хорошо знаем также, что, с целью уничтожения следов
преступления, орудия, используемые для нанесения повреждений
человеку, как и иные предметы, нередко замываются, их зарывают в
землю, бросают в воду, в снег, а иногда используют и по прямому
назначению: топором что-то разрубают, например, дерево, ножом разрезают, транспортные средства эксплуатируются и т.п. Это не
может не сказаться на следах - наложениях, и мы должны знать за­
кономерности возникающих изменений».
Профессор приводит два показательных примера установления
истины с помощью лабораторных методов. «На просеке дачного по­
селка был обнаружен труп молодой девушки с двумя колото-резаны­
ми ранениями грудной клетки, одно из которых оказалось проникаю­
щим в печень. Следствие установило, что незадолго до происшествия
в этом районе находилось трое молодых парней. При задержании все
они были в состоянии алкогольного опьянения и упорно отрицали
свою причастность к событию. В кармане пальто одного из них был
найден складной нож. Визуально подозрительных на кровь пятен и
других характерных наложений на нем не обнаружено, однако при
исследовании на поверхности клинка удалось выявить единичные пе­
ченочные клетки человека женского генетического пола, содержащие
групповой антиген, свойственный крови потерпевшей. Выполненное
исследование имело важное значение в изобличении преступника... В
другом случае на проезжей части дороги был обнаружен труп подро­
стка 15 лет. Судебно-медицинская экспертиза определила, что смерть
его наступила в результате черепно-мозговой травмы, причиненной
частями автомобильного транспорта. Через двое суток после события
был задержан автомобиль (ЗИЛ), используемый все это время для пе­
ревозки грузов. На капоте его обнаружено кратерообразное углубле­
ние, на дне которого при осмотре с увеличением выявлен почти мик­
роскопический по размерам буроватый кусочек. Исследование пока­
зало, что он состоит из мозговой и соединительной тканей человека
мужского пола, содержащих антигены А и В, свойственные группе
крови пострадавшего (АВ). В дальнейшем было установлено, что маль12
чик был сбит именно этим автомобилем, хотя водитель его длитель­
ное время категорически отрицал предъявленное обвинение».
Не только уголовными, но и гражданскими делами приходится за­
ниматься судебным медикам. Чаще всего это связано с так называе­
мой экспертизой спорного отцовства, реже при заменах детей. Благо­
даря успехам иммунологии, серологии (наука о свойствах крови) и
генетики возможности таких видов экспертиз существенно продвину­
лись вперед. При этом вероятность исключения возможного отца или
матери конкретного ребенка зависит от тонких и сложных исследова­
ний экспертами-биологами групповых факторов крови всех проходя­
щих по делу лиц - матери, ребенка, предполагаемого отца. На совре­
менном уровне теоретически можно почти полностью исключить от­
цовство мужчины, которого ложно указали в качестве отца ребенка.
Однако на практике такая возможность несколько ниже и определя­
ется в каждой конкретной лаборатории квалификацией экспертов, на­
личием у них соответствующих реактивов и дорогостоящих валютных
сывороток.
Или вот такое дело, тоже потребовавшее вмешательства судебных
медиков. В суд с иском к стоматологической поликлинике обрати­
лась А. 54 лет, просившая взыскать с учреждения сумму 5170 руб­
лей. В заявлении она указала, что изготовленный для нее мостовидный золотой протез, взамен старого, которым она пользовалась око­
ло семи лет, оказался непригодным. Суд принял заявление А. и на­
значил судебно-медицинскую экспертизу, проведенную с привлече­
нием опытного стоматолога В.Г. Мартынова. В окончательных вы­
водах комиссии экспертов было указано: «...Предъявленный судом
протез из желтого металла для ношения непригоден, так как при
смыкании челюстей с одетым протезом имеется нарушение централь­
ной окклюзии (правильного смыкания зубов). Для возможного ис­
пользования протеза необходима коррекция его промежуточной
части или прошлифовка здоровых зубов на верхней челюсти спра­
ва». Так как А. не соглашалась на шлифовку зубов, ее иск подлежал
удовлетворению, с возвратом по решению суда всей суммы, затра­
ченной на изготовление протеза.
Кроме своей основной задачи - оказания помощи правоохрани­
тельным органам, судебная медицина призвана работать совместно с
органами здравоохранения. Судебно-медицинские эксперты вносят
значительный вклад в профилактику производственного и бытового
травматизма, автодорожных происшествий. И если раньше многие
сведения по болевым точкам нашего общества было принято обсуж13
дать лишь в узком кругу, они считались чуть ли не секретными, то
ныне, в условиях широкой гласности, конкретные факты способству­
ют, наоборот, усилению борьбы с преступностью и сегодняшними ос­
трыми проблемами.
Всем известна эмблема медицины - чаша со змеей. Истоки ее ухо­
дят в глубины веков. У древних греков существовало такое предание.
Когда умер единственный сын царя Крит, убитый горем отец послал
за знаменитым врачом Асклепием. По дороге ко дворцу Асклепий
присел отдохнуть и вдруг увидел на своем посохе змею. Испугавшись,
он убил ее, но тут появилась другая змея с целебной травой во рту и
оживила подругу. Врач воспользовался чудесной травой и с ее помо­
щью вернул сына царя к жизни. С тех пор змея стала символом враче­
вания. Позднее, когда научились пользоваться ядами и противоядия­
ми, на эмблеме медицины прибавилась чаша, символизирующая силу
и благо лекарств для человека.
Судебные медики могут гордиться: у них кроме этой эмблемы су­
ществует свой отличительный знак. Его изображение можно увидеть
на книгах, проспектах, значках, посвященных судебной медицине.
Змея - символ медицины - обвита вокруг стилизованного, обращен­
ного вниз острием меча - символа Правосудия. Иногда рядом нахо­
дятся еще и весы, олицетворяющие беспристрастность и честность эк­
сперта перед законом.
Вспоминаю такой случай из практики судебно-медицинского экс­
перта нашего бюро Н. ШшЮвского. В одном из районов между род­
ственниками на почве ссоры возник конфликт, после которого некая
Л. скончалась. Покойную доставили в больницу на исследование.
Однако еще до вскрытия эксперту была предложена крупная взятка с
тем, чтобы он объяснил имеющиеся повреждения болезнью Л. или
нахождением ее в нетрезвом состоянии. Николай Афанасьевич с него­
дованием отверг наглое предложение, немедленно сообщив в проку­
ратуру. Выяснив действительную причину смерти Л. (смерть насту­
пила от черепно-мозговой травмы после побоев), он написал мотиви­
рованное экспертное заключение, которое легло в основу обвинитель­
ного заключения на суде.
Из этого эпизода, как и других, встречающихся в экспертной прак­
тике, следует вывод: судебный медик должен быть абсолютно чест­
ным, принципиальным и порядочным человеком. В работе он обязан
поклоняться лишь одному богу - истине. Руководствоваться знания­
ми и опытом своей науки, а также положениями Закона, помня, что
он не только врач, но и юрист.
14
Любопытны взаимоотношения экспертов с другими врачами. Чаще
всего мы появляемся в травматологических, реанимационных, нейро­
хирургических, ожоговых отделениях, куда поступают больные с раз­
личного рода травмами. Тут находятся потерпевшие после различно­
го рода конфликтов и происшествий, круг которых необычайно ши­
рок. Встречаются тупые травмы головы и конечностей с переломами
костей, тяжелые ожоги, колото-резаные и огнестрельные ранения.
Много боли, страданий. Некоторые пациенты находятся в бессозна­
тельном состоянии. Лечащим врачам часто не до нас: у них свои не­
отложные дела, направленные на борьбу с шоком, кровопотерей, ин­
фекциями, профилактикой осложнений. Мы понимаем это и, стара­
ясь не мешать, делаем свое, тоже нужное дело. Ведь по большинству
случаев возбуждаются уголовные расследования, значительная часть
которых дойдет до суда. Тут без заключений экспертов правосудию
не разобраться.
Другая сторона наших контактов с медиками - контроль за их ра­
ботой, качеством диагностики, анализ ошибок, допущенных при ле­
чении. Особенно сложные ситуации возникают иногда при оператив­
ных вмешательствах. Лично мне на вскрытиях дважды доводилось
извлекать из брюшной полости ранее оперируемых инородные тела,
оставленные там по небрежности хирургов. В одном случае это была
салфетка, в другом - ножницы, затерявшиеся в петлях кишечника.
Наибольшие сложности возникают по так называемым врачебным
делам, заканчивающимся смертью больного. Родственники и близ­
кие покойного настолько тяжело переживают утрату, что обращают­
ся в судебные органы, не учитывая, однако, что в некоторых случаях
даже талантливый врач не может дать заведомых гарантий на успех
лечения или операции. В таких конфликтных ситуациях, а они, к со­
жалению, еще встречаются, оценку правильности диагностики и ле­
чения дают судебно-медицинские экспертные комиссии областных и
республиканских бюро, в которые помимо экспертов входят опытные
и авторитетные специалисты - профессора, доценты, практические
врачи высшей категории соответствующего профиля.
Доктор медицинских наук Н.В. Эльштейн в книге «Диалог о ме­
дицине» наряду с другими разделами выделил специальную главу «Цена врачебных ошибок». В ней профессор описывает два случая,
которые, ввиду их показательности, хочется привести в авторском
изложении: «Мне вспоминается судебно-медицинская экспертиза, в
которой довелось участвовать. У больной X. внезапно появились рез­
кие боли в животе и рвота. Вызванный врач заподозрил обострение
15
хронического воспаления желчного пузыря. Были сделаны соответ­
ствующие назначения. Посетивший пациентку второй врач пришел
к такому же заключению. Ночью X. скончалась. Вскрытие X. пока­
зало, что у больной был инфаркт сердечной мышцы, начало которо­
го протекало необычно. Можно ли привлечь врачей к уголовной от­
ветственности? Нет. Речь шла о тяжелой, печальной ошибке. Ати­
пичное начало болезни не позволило ее диагностировать. К тому же,
характер и тяжесть заболевания не давали оснований утверждать,
что своевременная постановка диагноза могла предотвратить смер­
тельный исход».
В основе врачебной ошибки либо несовершенство медицины, либо
недостаточный опыт врача. Именно поэтому, в отличие от врачебно­
го преступления, термин «врачебная ошибка» не относится к юриди­
ческим понятиям: ни уголовные кодексы, ни комментарии к ним тер­
мина «ошибка» не содержат.
В жизни бывают ситуации, когда нелегко провести грань между
врачебной ошибкой, недосмотром или нелепой случайностью. О та­
ком случае рассказал в своем дневнике Константин Симонов. В годы
Великой Отечественной войны заболел генерал, в дальнейшем мар­
шал СО Бирюзов. Лечащий врач дал ему лекарство, а затем вдруг
обнаружил, что медикамент больному противопоказан и доза опасна
для жизни. Врач немедленно принял меры и заявил о происшедшем.
Больному, однако, становилось хуже. Врача арестовали. Не без тру­
да, но С.С. Бирюзова удалось спасти. Придя в сознание, больной при­
казал освободить врача из-под стражи и привести к себе. Выслушав
объяснение, он понял, как все произошло, и распорядился закрыть
дело. Генералу пытались объяснить, ио он настоял на своем, и, как
писал с большой теплотой о С.С. Бирюзове Константин Симонов, не
дал сломать человеческую судьбу.
Судебная медицина - суровая специальность. Люди, работающие
в ней, чуть ли не ежедневно сталкиваются с горем и страданиями.
Поэтому эксперту надлежит быть добрым человеком, не только с яс­
ным трезвым умом, но и горячим, не очерствевшим сердцем. Дать
совет в скорбной или деликатной ситуации, оказать посильную по­
мощь потерпевшим - это не только врачебная, но и чисто человече­
ская обязанность.
Были в моей практике в разное время и в разных местах два в чемто схожих эпизода. Не буду писать о них подробно, замечу только,
что оба оказались связанными с посягательствами насильников на
честь и достоинство молодых женщин. Увы, встречается в жизни и
16
такое. Потерпевшие, оказывавшие активное сопротивление, при этом
сами получили повреждения. Одна из девушек, выбив оконное стек­
ло, выпрыгнула со второго этажа, другая - вся в ссадинах, получив
ножевую рану, сумела вырваться и убежать от пьяного преступника.
Вызов эксперта в таких случаях - вещь обязательная, уголовные дела
подобного рода находятся на особом контроле. Но представьте ситу­
ацию, когда потерпевшим, доставленным ночью в больницу для ока­
зания неотложной медицинской помощи, отказывались помочь мо­
лодые врачи, год-два назад окончившие медицинские институты. Мо­
тивы? Самые разнообразные: наша больница другого профиля, нын­
че дежурит по городу другая клиника, обращение не по адресу - надо
вести в травмпупкт, и т.д. Увы, пришлось в обоих случаях напомнить
горе-врачам об их прямых обязанностях, сослаться даже на соответ­
ствующие положения при неоказании медицинской помощи нуждаю­
щемуся в ней человеку.
Пренебрегать святым делом милосердия не дозволено никому, осо­
бенно медикам. В «Основах законодательства о здравоохранении» есть
соответствующая статья - 33-я, в ней, в частности, говорится: «Ли­
цам, пострадавшим от несчастных случаев или оказавшимся вслед­
ствие заболевания в состоянии, требующем срочной медицинской по­
мощи, эта помощь оказывается безотлагательно ближайшим лечеб­
но-профилактическим учреждением независимо от ведомственной при­
надлежности. Медицинские и фармацевтические работники обязаны
оказывать первую неотложную медицинскую помощь гражданам в до­
роге, на улице, в общественных местах и на дому».
Судебная медицина тесно связана с таким обширным и важным раз­
делом юридической науки, как криминалистика. Эту ее направленность
достаточно отчетливо уловил немецкий публицист Ю. Торвальд. На
страницах своей знаменитой книги «Сто лет криминалистики», вышед­
шей у нас несколькими изданиями, он пишет: «Нет сомнения, за сто
лет судебная медицина стала всемирной наукой. На протяжении целой
эпохи она боролась, чтобы доказать своей «матери» - медицине, что у
нее другое содержание и другие цели: стать мостом между медициной с
одной стороны, и юстицией, криминалистикой - с другой. В следую­
щую эпоху она не без успеха объединила в себе все знания медицины,
естествознания и, наконец, также техники, которые были ей необходи­
мы для решения задач, поставленных криминалистикой».
Судебные медики прошлого и настоящего внесли свой вклад в раз­
витие близкой им по стилю и методам исследований науки. В книге
И.Ф. Крылова «Очерки истории криминалистики и криминалистиче17
ской экспертизы» (Издательство Ленинградского университета, 1975)
среди серии новелл биографического характера, посвященных какомулибо из отечественных пионеров этой науки, два материала отобража­
ют деятельность врачей - П.С. Семеновского и Н.С. Бокариуса.
Когда недавно органами МВД отмечалось 75-летие экспертно-криминалистической службы России, вспомнили и о том, что именно
П.С. Семеновский - выпускник медицинского факультета Тартутского университета в 1919 г. возглавил кабинет судебно-уголовной экс­
пертизы при Московском уголовном розыске. Позднее, в 1923 г., им
была написана первая отечественная монография по криминалистике
«Дактилоскопия как метод регистрации», не потерявшая своего зна­
чения и в наше время.
О Н.С. Бокариусе в энциклопедическом словаре имеется справка:
«Бокариус Николай Сергеевич (1869-1931), советский судебный медик
и криминалист. Основатель украинского Института судебной экспер­
тизы». Вся научная и практическая деятельность Н.С. Бокариуса была
связана с Харьковом, и именно он явился инициатором внедрения кри­
миналистических методов в судебную медицину. В конце 20-х гг. харь­
ковский профессор - ученый с европейским именем, начал писать пя­
титомный труд «Настольное руководство к усвоению научной техни­
ки в расследовании преступлений», который он не успел закончить.
Во вступительной части первого тома, предназначенной для судебномедицинских экспертов, он пишет: «Не должно медику упускать воз­
можности более детально ознакомиться с вещественными по делу до­
казательствами, а иногда и самим местом происшествия, обстанов­
кой последнего и обстоятельствами, могущими разъяснить наблюда­
емые им на исследуемом объекте или субъекте явления для возможно
более точных и полных выводов...»
Идеи Н.С. Бокариуса подхватили последующие поколения экспер­
тов. К числу судебных медиков, внесших весомый вклад в кримина­
листическую науку, можно отнести таких ученых, как Н.В. Попов,
М . И . Райский, А . И . Законов, В.И. Молчанов, Ю.С. Сапожников,
Ю.М. Кубицкий и многие другие. Особо следует отметить С.Д. Кустановича, монографии которого - «Судебная баллистика», «Исследо­
вание повреждений одежды в судебно-медицинской практике» и «Су­
дебно-медицинская трассология» - стали настольными книгами у про­
фессиональных криминалистов.
О том, насколько знание криминалистики помогает судебному ме­
дику, свидетельствует случай из практики кандидата медицинских наук
А.И. Кузьмина. «Это произошло на Украине, где я раньше работал суд18
медэкспертом, - рассказывает А.И. Кузьмин. - В пустом классе одной
из городских школ, после выпускного вечера, когда к утру все начали
расходиться, был обнаружен юноша С. с тяжелой черепно-мозговой
травмой и кровоточащей раной на голове, которого скорая помощь
срочно доставила в больницу. Поскольку на предметах обстановки име­
лись следы крови, для их изъятия и оценки вызвали дежурного суд­
медэксперта. Среди прочих следов я обратил внимание на довольно от­
четливый кровяной отпечаток большого пальца, который разглядел на
желтоватой эмали крышки от парты. Любопытная деталь - на фоне
пальцевого узора имелся небольшой участок, длиной менее сантимет­
ра, где узор отсутствовал. Я попросил собрать в школе всех подрост­
ков, присутствовавших на вечере, после чего осмотрел их руки. У одно­
го из них - невысокого рыжеватого парня по кличке «Сэм» - на боль­
шом пальце правой руки имелся линейный выступающий рубчик, об­
разовавшийся после поджившего ножевого пореза. Поскольку совпа­
ли и следы пальцевых узоров, и форма рубца с формой и размерами
«немого» участка следа, я предположил, что передо мной молодой че­
ловек, имеющий непосредственное отношение к травме С. Так оно и
оказалось: после того как между подростками произошла ссора, одно­
классник дважды ударил С. крышкой от парты по голове...»
Наряду с отечественными деятелями судебной медицины ряд круп­
ных ученых Запада в прошлом и нынешнем столетии внесли значи­
тельный вклад в развитие нашей науки. Авторами солидных учебни­
ков и руководств являются такие видные судебные медики, как Э. Гоф­
ман и Ю. Краттер (Австрия), В. Муллер, А. Понсольд, Ф. Штрассманн,
О. Прокоп (Германия), А. Лакассань (Франция), С. Смит (Англия),
Э. Кноблох (Чехословакия) и многие другие. Некоторые из этих книг
ранее переводились на русский язык, став настольными для несколь­
ких поколений экспертов. К сожалению, за последние годы переводов
иностранной литературы по нашей специальности практически не су­
ществует. Редкие аннотации единичных научных статей, появляющие­
ся в Медицинском реферативном журнале, не дают экспертам исчерпы­
вающей информации о состоянии зарубежной судебной медицины.
По мнению профессора Э. Кноблоха, взаимоотношения меду судебной
медициной и криминалистикой заключаются во взаимном сотрудничестве,
ибо основой является акт их принадлежности к науке о судебных доказа­
тельствах. «Тесное сотрудничество врачей и криминалистов, главный об­
разом при сборе вещественных доказательств и их оценке, ведет к тому,
что врач должен свои знания в этом направлении постоянно расширять и
подробно разрабатывать, - считает Э. Кноблох. - Так возникает новая, осо19
бая область судебно-медицинской науки, которую можно обозначить как
медицинскую криминалистику, именно она стала одним из основных под­
разделений судебно-медицинской лаборатории. Работа судебного вра­
ча в этом направлении крайне необходима, так как времена, когда судеб­
ная медицина ограничивала свою деятельность только ответами на вопро­
сы, которые ставились судом врачам как экспертам, уже миновали».
Конечно, обо всем интересном и актуальном в судебной медицине в
одной книге не напишешь. Да и экспертизы бывают разные, есть неболь­
шие, короткие по времени, занимающие один-два дня, другие - сложные,
многостраничные по объему, с лабораторными исследованиями, растяги­
вающимися на месяц, а то и на несколько месяцев. Полагая, что челове­
ческая память - вещь не всегда надежная, ряд случаев и эпизодов из опыта
коллег и собственной практики я заносил в записные книжки, веду и свой
экспертный дневник. Время от времени перелистываешь их и, натыкаясь
на давние и не очень давние дела, прикидываешь, стоит ли об этом писать,
будет ли это принято моим будущим читателем. И если в этой главе рас­
сказывалось о целях и методах судебной медицины как науки в общем,
довольно крупномасштабном плане, то последующие сюжеты, изложен­
ные обстоятельно и подробно, словно увеличительное стекло или окуляр
микроскопа приблизят вас к тем экспертизам, что составляют суть, душу и
романтику нашей профессии.
20
Интуицию я представляю себе как спо­
собность по отдельной части, по подроб­
ности, по одному какому-либо свойству
восстановить картину целого.
К. Паустовский
Есть в юриспруденции такое понятие - насильственная смерть:
убийство, самоубийство, несчастный случай. Фактически любое из
уголовных дел, с в я з а н н ы х со с м е р т ь ю ч е л о в е к а от р а з л и ч н ы х
орудий - острых, тупых, огнестрельного оружия, можно вписать в
этот треугольник. В жизни все оказывается сложнее. Есть десятки при­
меров, когда следователям и экспертам, несмотря на усилия и самоот­
верженность, так и не удавалось до конца раскрыть тайну магическо­
го треугольника. Бывает, однако, что опыт и талант этих людей ока­
зывается выше средних профессиональных величин. Тогда ларчик от­
крывается удивительно просто. Тут как раз такой случай.
***
Перебирая в памяти различные эпизоды, связанные с работой, вспоми­
нается история, которую я впервые услыхал от одного из коллег, Алек21
сандра Петровича Седова. Несколько лет спустя, в поздней беседе за чаш­
кой кофе, об этом же событии мне поведал Володя Стрелков, бывший
юрист, сотрудник одного из популярных столичных изданий. Всякий раз,
когда я вспоминаю или кому-то рассказываю об этом случае, исключитель­
ность и необычность его захватывает меня, как и в первый раз. Кстати
сказать, Александр Петрович Седов и Володя Стрелков по сей день не зна­
ют друг друга, по это, скорее, оказалось счастливым обстоятельством, так
как из уст двух не знакомых друг другу людей я узнал совершенно разные
подробности и тонкости одного и того же события. И хотя по мнению вы­
дающегося мастера устных рассказов Ираклия Андроникова, тот или иной
сюжет, будучи изложенным на бумаге, нередко во многом проигрывает,
пусть об этом давнем московском деле узнает и читатель. Если Вы моск­
вич или хорошо знаете столицу, то без труда представите себе один из пе­
реулков Старого Арбата. В одном из таких зданий в трехкомнатной квар­
тире на четвертом этаже жила семья Федора Спиридоновича Серова. Гла­
ва семьи после демобилизации работал в каком-то министерстве, его жена,
Антонина Анатольевна, вела прием неподалеку в районной стоматологи­
ческой поликлинике, а сын Игорь учился в шестом классе одной из мос­
ковских школ. Поскольку Серовы жили просторно, у мальчика была от­
дельная комната, окно которой выходило в крошечный дворик, казавший­
ся островком среди окружающих его каменных громад.
Утро 19 апреля началось как обычно. Глава семьи вышел из дома око­
ло семи часов утра, на работу ему было к восьми, и ехать предстояло
около часа. Спустя минут сорок ушла Антонина Анатольевна. В кухне на
столе она оставила сыну завтрак и записку: «Игорек, не забудь вымыть
посуду. Купи в булочной хлеб и молоко. Целую, мама». Игорь еще спал.
Учился он во вторую смену, и родители по утрам обычно не будили сына,
успевавшего сделать часть уроков еще с вечера.
Первой с работы возвращалась Антонина Анатольевна. Но в этот день,
задержавшись в магазине неподалеку от дома, она увидела на улице мужа,
стоявшего у табачного киоска. В подъезд они вошли вместе. Открывая дверь
английским ключом, Федор Спиридонович невольно покачал головой:
- Опять Игорь забыл закрыть нижний замок, да и верхний заперт толь­
ко на один оборот.
- Он, видно, очень спешил, вот и захлопнул дверь, - отозвалась Анто­
нина Анатольевна, проходя в кухню. - Завтрак съел, а до обеда так и не
дотронулся.
В квартире было тихо. Федор Спиридонович, устроившись в кресле,
просматривал свежие газеты. Жена хлопотала на кухне, готовя ужин. Дверь
в комнату Игоря была полуоткрыта. Из нее доносилась музыка, и Федор
22
Спиридонович подумал, что сын забыл выключить радиоприемник. Вой­
дя в комнату, неожиданно для себя, в полосе света, падающего из коридо­
ра, он увидел сына, который сидел за письменным столом в странной, не­
естественной позе. Не окликая Игоря, он включил свет и замер. Мальчик
почти полулежал, грудью навалившись на стол. Одежда и пол вокруг него
были в крови...
Полчаса спустя к Серовым прибыла оперативная группа: следователь
прокуратуры, эксперт-криминалист, сотрудники уголовного розыска. Еще
через десять минут подъехал дежурный судебно-медицинский эксперт. По
словам Александра Петровича, это был один из старейших судебных ме­
диков Москвы Юрий Владимирович Рудик.
Теперь во всех комнатах квартиры Серовых горел свет. Федор Спири­
донович, безучастный к окружающим и происходящему, оцепенев, сидел
у окна, устремив неподвижный взгляд на темный прямоугольник за широ­
кой венецианской рамой. Голос следователя заставил его вздрогнуть:
- Скажите, Серов, у Вас имелось огнестрельное оружие?
Федор Спиридонович, не вставая со стула, ответил:
- С войны у меня сохранился трофейный пистолет марки «Зауэр». Имен­
ное оружие. Подарил мне его перед самой демобилизацией на прощаль­
ном вечере наш комдив, в 1946 году. Пистолет заперт у меня в столе. Была
тогда такая мода...
Он прошел в кабинет и, достав из кармана ключи, открыл нижний ящик
большого двухтумбового стола. Там лежали какие-то бумаги, пачка пожел­
тевших, вероятно, фронтовых фотографий и совсем еще новая темно-ко­
ричневая кобура. Пистолета в ней не было. Схватив кобуру и убедившись,
что она пуста, Федор Спиридонович начал лихорадочно выдвигать один за
другим ящики стола. На пол летели пачки бумаг, старые газеты, документы,
записные книжки, фотографии...
Следователь прокуратуры, невысокий худощавый мужчина лет сорока,
прислонившись к стене, грустно смотрел на борьбу хозяина с его реликви­
ями, потом тихо сказал:
- Когда в последний раз вы видели у себя в столе пистолет?
Федор Спиридонович устало опустился на стул.
-Точно затрудняюсь сказать... Пожалуй, в феврале. Двадцать третьего
вечером ко мне зашли друзья. Расчувствовался я, полез в ящик за фотогра­
фиями. Пистолет был на месте.
Осмотр места происшествия показал, что у Игоря имелось слепое ог­
нестрельное ранение левой половины шеи с повреждением крупных со­
судов. Оружия в комнате обнаружить не удалось, между тем, по направ­
лению потеков крови вероятность передвижения мальчика после ране23
ния экспертом полностью исключалась. Стол, за которым он был обна­
ружен, немного отстоял от стены, на нем были разложены учебники, ле­
жал полураскрытый портфель и несколько книг. Окно в комнате находи­
лось справа от стола, стекла его были целы, форточки закрыты снаружи
и изнутри, а рамы аккуратно обклеены бумагой. Кроме того, сантимет­
рах в двадцати от левой ножки стула, на полу, лежало расколовшееся по­
полам небольшое карманное зеркало размером чуть больше папиросной
коробки. И все же при самом тщательном осмотре пистолет Федора Спиридоновича ни в комнате Игоря, ни вообще в квартире Серовых отыскать
не удалось.
К полудню следующего дня стали известны результаты судебномедицинского вскрытия. Его производили два судебных медика.
Юрию Владимировичу помогал его более молодой коллега. Экспер­
там долго не удавалось найти пулю, хотя направление раневого кана­
ла было им приблизительно известно. Входное огнестрельное отвер­
стие, маленькая круглая дырочка диаметром около 6 мм, располага­
лось на левой половине шеи. Налет копоти и внедрение порошинок
на коже свидетельствовали о том, что выстрел был произведен с близ­
кой дистанции, а отсутствие выходного отверстия позволяло предпо­
лагать, что пуля находится в теле мальчика.
- Рудик в сложных случаях работал обстоятельно и неторопливо, рассказывал мне Александр Петрович. - Пожалуй, даже слишком мед­
ленно. Так иногда казалось не только следователям и работникам
милиции, но и нам, его коллегам. В тот день лишь через два часа пос­
ле начала вскрытия он наконец уверенно сказал: «Вероятно, мы встре­
тились с внутренним рикошетом. Пуля ударилась о кость и изменила
свое направление. Придется сделать несколько рентгенограмм черепа
и верхнего отдела грудной клетки».
Пока готовили к работе рентгеновский аппарат, Рудик, положив
полуобнаженные руки в перчатках на спинку стула, расслабился на
несколько минут:
- Присядьте, Гена, и Вы, - сказал он помощнику. - Пожалуй, се­
годня нам придется задержаться дольше обычного. Поиски снаряда в
теле могут быть очень длительными. Вот пара примеров, давних, как
сама судебная медицина, и свежих одновременно. Вчера перед сном, пояснил Рудик, - зная о сегодняшнем вскрытии, я просмотрел коекакую литературу по огнестрельным повреждениям. Так, один из иност­
ранцев, кажется, итальянец Гануто, еще в 20-х годах описал случай, когда
пуля из пистолета, срикошетировав от черепа, закончила свой путь в левой
почке! Предсгавляет интерес и сообщение профессора Л.М. Эйдлина, од24
ного из крупнейших наших специалистов по баллистике. Извозчик, пи­
шет профессор, был убит выстрелом в затылок. Ранение было слепым.
Эксперт в поисках пули исследовал ткани головы и кости черепа, но безре­
зультатно. Тогда он предположил, что снаряд вышел через широко откры­
тый рот. И такое случалось в нашей практике. Но другой врач, более опыт­
ный, обнаружил пулю, выпущенную из револьвера «Наган», под кожей кон­
чика носа... Впрочем, снимки уже, кажется, готовы.
Юрий Владимирович подошел к окну, где было светлее, и начал про­
сматривать рентгенограммы.
- Вот это фокус, - воскликнул он. - Взгляните-ка сюда, друзья.
Кажется, она где-то у позвоночника, на уровне шейных позвонков.
Действительно, минут десять спустя, разрезав сзади кожу шеи, Ра­
дик извлек пулю и передал ее следователю, которого давно ожидала
машина. Криминалисты были заранее предупреждены о необходимо­
сти крайне срочного исследования пули с целью определения ее ка­
либра и марки оружия. Работа эта заняла у них не много времени.
Измерив диаметр пули и сравнив ее форму и длину со стандартными
образцами, эксперты пришли к заключению, что она выпущена из
немецкого пистолета «Зауэр», калибра 6,35 мм...
Но куда делся пистолет? На это ответа не было. Марка его ока­
залась слишком редкой, чтобы можно было предположить возмож­
ность существования другого, ему подобного, помимо того, кото­
рый непостижимым образом исчез из стола Серова. Следствие ока­
залось на распутье. Ч т о же в действительности случилось с Иго­
рем? Несчастный случай? Самоубийство? Или самое страшное - ко­
варно задуманное преступление с убийством подростка? В общем,
исходя из реальной обстановки, трудно было исключить возмож­
ность любой из трех версий.
Анализируя подобные ситуации, известные шведские криминалисты
А. Свенссон и О. Вевдель пишут в своем классическом руководстве «Рас­
крытие преступлений» следующее: «Стараясь решить вопрос о том, погиб
ли человек в результате несчастного случая, покончил с собой или был
убит каким-либо другим лицом, всегда следует предполагать самое худ­
шее - убийство. Даже в том случае, когда обстоятельства дела самым убе­
дительным образом говорят в пользу предположения, что имело место са­
моубийство или несчастный случай, их следует подвергнуть возможно бо­
лее детальному исследованию. Умный убийца может прекрасно инсцени­
ровать несчастный случай или придать убийству видимость самоубийства.
Такой убийца имеет возможность организовать дело так, что те, кто слиш­
ком поверхностно относятся к лежащей на них обязанности выяснить об25
стоятельства дела, будут введены в заблуждение. Однако систематическое
и тщательное проведенное расследование обнаружит истину.
Необходимо тотчас же ответить на следующие вопросы: 1. Какова при­
чина смерти? 2. Мог ли сам потерпевший нанести себе повреждения или
совершить действие, которое привело к смерти? 3. Имеются ли следы борь­
бы? 4. Где оружие, орудие или предмет, которыми были причинены по­
вреждения, или где следы оружия или средства, использованного для ли­
шения жизни?»
Большинство лиц, ведущих расследование, полагало, что Игорь был
убит. В случае неосторожного выстрела или самоубийства пистолет
обязательно должен был остаться в комнате, рассуждали они. На их
стороне были и немногие объективные факты: так, судебно-медицин­
ская экспертиза полностью исключила после такого тяжелого ране­
ния малейшую возможность мальчика к передвижению и самостоя­
тельным действиям, в результате которых он мог бы сам спрятать или
выбросить пистолет. Да и сама поза Игоря за столом свидетельство­
вала о том, что он даже не успел встать со стула после того, как раз­
дался выстрел.
- Но если Игорь был убит, значит, в квартире кроме него находил­
ся неизвестный, который и забрал с собой оружие, - возражали их
оппоненты. Между тем, малейших следов, подтверждающих это пред­
положение, обнаружено не было. Запертая дверь, закрытые окно и фор­
точка, отсутствие посторонних отпечатков пальцев на предметах об­
становки... Опрос соседей и жильцов соседних домов тоже не дал эф­
фекта: большинство людей находилось на работе, а выстрела никто
не слышал. И тому нашлось объяснение - рядом с домом велась ка­
кая-то стройка, шум и грохот мучили людей с утра до конца рабочего
ДНЯ.
Самоубийство? Что могло толкнуть тринадцатилетнего мальчиш­
ку на такой необъяснимый страшный поступок? Семья у Седовых была
дружной, почти образцовой. Сын очень любил отца, гордился его бо­
евым прошлым, помогал матери, что среди ребят его возраста встре­
чается не так уж часто. Родители утверждали, что утром, когда они
уходили на работу, мальчик еще спал. С вечера Игорь был абсолютно
спокоен. Придя из школы, играл около часа в хоккей, потом с 20 до 22
делал уроки. Никому не звонил.
Хорошее мнение о мальчике было и у преподавателей. Дисципли­
нирован, исполнителен, один из лучших учеников класса. И лишь учи­
тельница литературы, классный руководитель 6-го «Б» класса, сказа­
ла следователю:
26
-Золотой мальчишка. Н о . . . крайне впечатлителен. Правда, скрывает
это от всех. В их среде это не в почете. Мечтатель и фантазер. Очень лю­
бит литературу и историю, менее склонен к точным наукам, хотя велико­
лепно рисует. Да что говорить, особых хлопот у нас с ним никогда не было.
Буквально само начало этой великолепной пушкинской вещи вы­
звало у Рудика необъяснимое волнение. Ему показалось, что назва­
ние новеллы и даже дух ее в какой-то степени ассоциируется с делом,
которым он занимался вот уже третий день. Он провел рукой по влаж­
ному лбу и прошелся по комнате.
- Вот наваждение, так ведь всю ночь и не уснешь. - Заставив себя
успокоиться, он дочитал «Выстрел» до конца. Потом просмотрел еще
раз, обратив внимание на некоторые места:
«...Главное упражнение его (Сильвио. - Прим. М.Ф.) состояло в
стрельбе из пистолета. Стены его комнаты были все истончены пуля­
ми, все в скважинах, как соты пчелиные...». Юрий Владимирович пе­
ревернул пару страниц: «В картинах я не знаток, но одна привлекла
мое внимание. Она изображала какой-то вид из Швейцарии; но пора­
зила меня в ней не живопись, а то, что картина была прострелена дву­
мя пулями, всаженными одна в другую.
- Вот хороший выстрел, - сказал я, - обращаясь к графу.
- Да, - отвечал он, - выстрел очень замечательный. А хорошо ли
вы стреляете? - продолжал он.
- Изрядно, - отвечал я, обрадовавшись, что разговор коснулся на­
конец предмета, мне близкого. В тридцати шагах промаху в карту не
дам, разумеется, из знакомых пистолетов.
- Право? - сказала графиня с видом большой внимательности, - а
ты, мой друг, попадешь ли в карту в тридцати шагах?
- Когда-нибудь, - отвечал граф, - мы попробуем. В свое время я стре­
лял не худо, но вот уже четыре года, как я не брал в руки пистолета.
- О, - заметил я, - в таком случае бьюсь об заклад, что ваше сия­
тельство не попадет в карту и в двадцати шагах: пистолет требует ежед­
невного упражнения. Это я знаю на опыте...»
Остановившись на этом месте, Юрий Владимирович заставил себя
вспомнить комнату Игоря. Фотографическая точность, свойственная, впро­
чем, многим людям нашей профессии, вырабатываемая годами, позволи­
ла ему представить ее так, словно он теперь там находился и даже не выхо­
дил их нее. Рудик закрыл глаза. Так было удобнее думать и вспоминать...
Вот окно, слева от него стол, за которым сидел мальчик. В левом углу крес­
ло-кровать, у этой же стены еще один стул и две полки с книгами. На полу
27
ничего, кроме разбитого зеркала и следов крови... Над столом портрет
Игоря, на противоположной стене - абсолютно чистый листок бумаги в
клетку...
Листок бумаги в клетку из школьной тетради. Прикреплен так, что на­
ходится за спиной у сидящего, и приколот наспех - всего одной кнопкой.
Если мальчик хотел что-то написать, удобнее было бы повесить его у себя
перед глазами. Но если человек за столом возьмет в руки зеркало...
Рудик открыл глаза, потом опять закрыл их, проверяя себя. Если сидя­
щий возьмет в руки зеркало, то он обязательно увидит в нем отражение
листка...
Догадка внезапно обожгла его. Листок бумаги-это... мишень! Маль­
чишка целился в нее, держа в левой руке зеркало, а в правой - пистолет,
как бы стреляя назад через плечо. В комнату вошла жена, но Рудик не
замечал ее. Он подошел к телефону и набрал номер следователя.
- Григорий Иванович, извините за поздний звонок. Все думаю об Ар­
батском деле. И пришла мне в голову такая мысль...
- Да и мне не спится, Юрий Владимирович. Вот поужинал, хотел почи­
тать, но чтение сегодня что-то в голову не идет. А по телевизору ничего
интересного.
- Григорий Иванович, помните листок бумаги, который висел на стене
прямо напротив стола?
Прошло несколько секунд.
- Отлично помню. Листок в клетку. Приколот к стене одной кнопкой.
Абсолютно чист, без каких-либо надписей. Я еще подумал: чего ради он
тут висит? Но как-то не придал этому значения. Хотел спросить отца, но
несчастному и так довольно наших вопросов...
- Ну, если вы запомнили листок, то, безусловно, представляете и разби­
тое зеркало на полу, рядом с левой ножкой стула.
- Зеркало я заметил сразу, как только мы впервые вошли в эту комнату.
Оно описано в протоколе осмотра и приобщено к делу.
- А не мог ли быть такой вариант, - Рудик сделал паузу и переложил
трубку в другую руку. - Мальчик сидит за столом, бумага у него за спиной.
В левой руке он держит зеркало, в правой - заряженный пистолет. Целится
он в листок как в мишень, используя зеркало. При этом правая рука его
сильно согнута почти под прямым углом в локтевом суставе. При таком
положении руки ствол пистолета находится всего в нескольких сантимет­
рах от шеи...
- Даже не знаю, что и сказать, Юрий Владимирович. Фантастическая
идея! Как она вам пришла в голову?
28
- Я заметил на столе у Игоря «Повести Белкина». Вначале подумал, что
книга рекомендована школьной программой. Есть там, однако, одна вещь...
«Выстрел», короткая превосходная новелла. Помимо занимательнейшего
сюжета могла бы служить отлич] 1ым руководством при тренировке в стрель­
бе из пистолета. Потом я попытался связать воедино зеркало и листок на
стене, проведя между ними прямую линию...
- Но при вашем варианте пистолет обязательно должен был остаться в
комнате.
- Значит, в ней находился кто-то еще кроме мальчика.
- Вот об этом я и думаю все эти дни. По логике вещей оружию, если
принять за основу вашу идею - несчастный случай, деваться некуда. Ведь
ранение было смертельным.
- Да, смерть наступила быстро, спустя считанные секунды. После тако­
го ранения не то что мальчик, и взрослый человек встать бы не успел.
- И встать бы не успел, - повторил следователь слова Рудика. - Юрий
Владимирович, вы завтра с утра на работу?
- Буду у себя.
- А не встретиться ли нам еще раз у Серовых и прикинуть ваш вариант
непосредственно на месте?
- Неплохая мысль. К девяти буду ждать вас на Арбате
- Спокойной ночи и спасибо, Юрий Владимирович. - На другом конце
провода повесили трубку.
...Следователь сел за стол и взял в руки зеркало, половинки которого
были склеены тонкой полоской лейкопластыря. Теперь предполагаемая ми­
шень была у него за спиной. Левой рукой он поднял зеркало на уровень
глаз, и Рудик, стоящий рядом, увидел, как в зеркале отчетливо отразился
листок бумаги.
- Видно великолепно, Юрий Владимирович, - сказал следователь. - От­
сюда до стены около четырех метров, а листок как на ладони. - Он тронул
блестящую поверхность указательным пальцем правой руки, которую со­
гнул в локтевом суставе почти под прямым углом. - Действительно, при
таком положении руки, если предположить, что в пей находится пистолет,
до места ранения на шее меньше пяти-шести сантиметров.
Он повернул зеркало слегка вправо и зажмурил глаза. В лицо следова­
телю стремительно прыгнул солнечный зайчик. Произошло это так нео­
жиданно, что он опустил зеркало и потер глаза.
- Я буквально ослеп на несколько секунд... - Он взглянул на окно, нахо­
дившееся справа от него, через негобыла видна крыша соседнего дома и
голубое небо, на котором ослепительно сияло утреннее апрельское солнце.
29
- Вот в эту секунду мог произойти выстрел, - сказал Рудик, быстро по­
дойдя к столу. - Поднимите-ка еще раз зеркало, Григорий Иванович, и пред­
ставьте на своем месте мальчика. Он целится в листок, находящийся у него
за спиной. Зеркало, как мы предполагаем, держит в левой руке, заряженный
пистолет - в правой. Несколько раз поднимает и опускает его: так прицели­
ваются все, у кого в руке находится оружие. На какое-то мгновение он пово­
рачивает плоскость зеркала вправо, и луч солнца, отразившись от него, уда­
ряет ему в глаза. Мальчик, на секунду ослепнув, теряет ориентировку, одно­
временно меняется и положение ствола пистолета. Тогда он непроизвольно
нажимает на курок...
- Что ж, в логике и наблюдательности вам не откажешь, Юрий Влади­
мирович, - восхищенно сказал следователь. - Надо запросить сводку по­
годы на 19 апреля. Впрочем, больше для порядка, - добавил он, подойдя к
окну. - Все это время стоят ясные солнечные дни. Такой же была погода и
несколько дней назад. Кстати, солнце будет сегодня подниматься все выше
и выше, а скроется лишь к вечеру. Действительно, хорошая квартира, сол­
нечная сторона...
В этот же день следователь опять встретился с Серовым. Отец Игоря
осторожно вошел в кабинет и, сев на предложенный стул, поднял на Гри­
гория Ивановича усталые воспаленные глаза.
- Вернемся к нашему последнему разговору, Федор Спиридонович. По­
казывали ли вы пистолет сыну?
- Пожалуй, раза два Игорь видел его. Несколько лет назад, сразу же пос­
ле демобилизации. Тогда он был совсем малышом, в первом или во втором
классе... Второй раз совсем недавно. Вывел он что-то больше сорока оч­
ков из малокалиберной винтовки на школьных соревнованиях. Первое ме­
сто занял. Вечером гордо так заявил об этом. Я обрадовался, расчувство­
вался, вспомнил войну. Тогда я и показал ему пистолет. Было это в январе
во время школьных каникул.
- Подробно опишите марку пистолета, его внешний вид. Имелись ли к
нему боеприпасы? - Следователь закурил и, предложив сигарету Серову,
прошелся по кабинету. - Ну а как вы сами относитесь к этому случаю? Я
понимаю, тяжело об этом говорить, но истина нужна вам не меньше, чем
следователю. Результаты судебно-медицинской и криминалистической эк­
спертиз вам известны?
- Куда исчез пистолет, я не знаю. Я первый вошел в комнату Игоря, и
могу только поручиться, что его там не было. До вашего прихода все оста­
валось на своих местах, но одна мысль не дает мне покоя: не был ли кто-то
другой вместе с Игорем в его последние минуты?
30
- Вот это нам и необходимо выяснить. Скажите, Федор Спиридоно­
вич, кроме Игоря и вашей жены, знал ли кто-нибудь из ребят о том, что у
вас хранится оружие?
- Я просил его особенно об этом не распространяться. Впрочем, за то,
что он об этом никому не говорил, тоже поручиться не могу. У сына было
много друзей.
- Назовите тех, с кем он особенно дружил.
Школа, где учился Игорь, находилась неподалеку от его дома. Опросить
целый класс оказалось нелегким делом. В школе следователь пробыл до
полудня, но ни на шаг не приблизился к цели. У Игоря действительно было
немало друзей. Ребята и преподаватель физкультуры говорили, что он посе­
щал стрелковую секцию и даже успешно выступал на соревнованиях. Одна­
ко никто из мальчиков не знал, что в квартире Серовых имелось оружие.
Когда Григорий Иванович просил ребят назвать тех, с кем дружил Игорь
помимо школы, почти все назвали Бориса Бенедиктова, который раньше
учился в их классе.
Когда Григорий Иванович вышел из школы, время близилось к обеду.
Все также ярко светило апрельское солнце, и ему было приятно идти по
слегка влажному, но уже почти сухому асфальту. Почувствовав голод, он
перекусил в маленьком полуподвальном кафе. Потом прошел два квар­
тала пешком. В знакомом дворе было тихо. Следователь взглянул на окна
Серовых за плотными зеленоватыми шторами и, вздохнув, пошел к дому
напротив. На квартирной доске у входа в крайний подъезд он нашел фа­
милию: «Венедиктов В. А., кв. 114».
- Вероятно, этаж третий или четвертый, - прикинул он, открывая дверь,
когда мимо него, прыгая со ступеньки на ступеньку, промчалась девочка
лет двенадцати в голубой вязаной шапочке. Григорий Иванович окликнул
ее, спросив, где тут живут Бенедиктовы.
- Борька-то? - отозвалась девочка, - да с нами на одной площадке. Вам
позвать его? - спросила она и, получив утвердительный ответ, умчалась
наверх.
Минут через десять, едва взглянув на лицо спускавшегося по лестнице
подростка, он подумал, что правильно поступил, решив не откладывать
разговор с ним на завтра. Заметив незнакомого человека, мальчик покрас­
нел, огляделся в растерянности и повернул было обратно назад, но Григо­
рий Иванович, заметив, что он одет, сказал, что хочет поговорить с ним и
предложил ему спуститься вниз.
С явной неохотой Борис вышел со следователем из подъезда. Григорий
Иванович решил еще раз воспользоваться квартирой Серова, благо ключ от
нее был у него при себе, но, заметив, что Венедиктов не хочет туда идти,
31
подошел к автомату и вызвал служебную автомашину. По дороге в прокура­
туру и в кабинете следователя Борис держался настороженно. Григорий Ива­
нович сознательно не спешил, решив дать мальчику возможность успоко­
иться. Он переложил бумаги на столе, потом запер часть из них в сейф. До­
стал авторучку и наполнил ее чернилами. Сказал несколько слов секретар­
ше, которая ушла и, вернувшись, положила на стол довольно толстую папку
в бледно-коричневом блестящем переплете. Наконец он повернулся к маль­
чику:
- Ну, Боря, давай познакомимся. Я полагаю, ты понимаешь, зачем я тебя
сюда привез.
Они сидели друг против друга. Но Венедиктов не смотрел следователю в
глаза, устремив взгляд в сторону поверх его головы.
- Говорят, что ты был дружен с Игорем Серовым.
-Да.
-Учились вместе?
- Четыре класса.
- Бывал ли ты у Серовых?
-Иногда
- Утром 19 апреля, в первую половину дня, ты виделся с Игорем?
Григорий Иванович ожидал услышать отрицательный ответ и был готов
к этому, хотя еще там, на лестнице, понял, что Венедиктов что-то скрывает.
Но и для него, как гром среди ясного неба, прозвучал ответ Бориса:
-Да...
Он встал и зажег свет. Странно, но ему вдруг показалось, что в большом
светлом кабинете днем стало темно. Потом взглянул на мальчика и, налив из
графина воду, подвинул ему стакан.
- Выпей-ка, успокойся и рассказывай поподробнее.
Борис, до этого вопроса отвечавший следователю короткими однознач­
ными фразами, вдруг начал говорить.
-Девятнадцатого часов около одиннадцати Игорь позвонил мне домой.
Спросил, сделал ли я уроки. Потом говорит: давай заходи ко мне, покажу
одну вещь. Дома он пошел в соседнюю комнату к столу Федора Спиридоновича и открыл книжный ящик. Там лежали какие-то бумаги, фотогра­
фии и кобура, в которой был пистолет и магазин с патронами. Пистолет и
патроны Игорь вытащил, ящик запер, и мы пошли обратно в его комнату.
Я спросил, откуда у них пистолет. Он ответил, что отец привез с фронта.
Действительно, сбоку на рукоятке была дощечка с надписью. Потом Игорь
сказал, что ходит в стрелковую секцию и, чтобы выработать твердость руки,
тренируется, целясь из пистолета. Есть у Пушкина рассказ «Выстрел», так
там написано, что пистолет требует «ежедневного упражнения». На столе
32
у Игоря лежала книга Пушкина «Повести Белкина», и он показал мне это
место. Мы немного поцелились, кто во что, и я сказал, что мне пора до­
мой. «Погоди, - говорит Игорь, - сейчас я покажу тебе самый сложный
способ стрельбы, который еще прошлым летом видел в цирке, когда стре­
ляют назад, глядя в зеркало». Он приколол кнопкой к стене листок бумаги,
нашел зеркало и сел за стол. Потом взял пистолет и вставил магазин, пере­
дернул затвор. Зеркало он держал в левой руке, а пистолет в правой. Лис­
ток находился у него за спиной, и он ловил его отражение в зеркале. Он
несколько раз поднимал и опускал согнутую правую руку, в которой дер­
жал пистолет, повернутый стволом назад. Я стоял сбоку от Игоря и смот­
рел. Вдруг раздался выстрел и что-то блеснуло. Я подумал, что Игорь по­
шутил, но, взглянув на него, увидел на шее кровь, которая быстро залива­
ла рубашку. Вначале мне показалось, что он ранен, тогда, испугавшись, я
схватил с пола пистолет, гильзу, лежавшую рядом, и выбежал из комна­
ты. ..
- Ты кому-нибудь рассказывал об этом?
- Нет. Я очень испугался и даже в школу не пошел. Несколько часов бро­
дил по Москве, а к вечеру увидел во дворе милицейские машины и из разго­
воров узнал, что Игорь погиб.
- Где же сейчас находится пистолет?
- Когда я выбежал из подъезда, пистолет был у меня в руках. Мне хоте­
лось поскорее избавиться от него, и я засунул его в ящик с песком, который
стоит в нашем дворе. Наверное, он и сейчас там лежит...
Григорий Иванович Большаков вышел из кабинета и, отпуская Бенедик­
това домой, взглянул на часы. Рабочий день близился к концу. Он подумал,
что еще успеет позвонить Рудику. К счастью следователя, Юрий Владими­
рович оказался у себя. За пистолетом на Арбат они поехали вместе...
Любопытно, что уже потом, после несчастного случая с Игорем Серо­
вым, в американском судебно-медицинском журнале Рудику встретилась
статья трех авторов - врачей под следующим названием - «Применение
зеркала при самоубийстве». В краткой аннотации сообщалось следующее:
«В результате— ретроспективного обзора выделено 11 случаев самоубийств,
совершенных перед зеркалом, и проведены тщательное расследование и
сбор данных для реконструкции места происшествия и положения пост­
радавшего в момент повреждения. Из 11 отобранных случаев одно само­
убийство было совершено путем передозировки лекарственного средства,
все остальные - активным способом: путем огнестрельного ранения. Связь
самоубийства с применением зеркала является важной по двум причинам.
Во-первых, она позволяет провести более полную оценку обстоятельств в
момент смерти и помогает определить способ смерти, во-вторых, имеет
33
определенную психодинамику и со временем может помочь раскрыть при­
чины самоубийства».
Итак, самоубийство - не несчастный случай, как с Игорем Серовым, но
есть все-таки два главных действующих «лица» - зеркало и огнестрельное
оружие. Рудику же для окончательного решения арбатской головоломки
потребовался еще и Пушкин. В этом вся разница.
Вот такую историю мне довелось узнать с интервалом в несколько
лет от двух людей, не знакомых друг с другом. Вначале со слов Алек­
сандра Петровича Седова я коротко записал ее в блокнот. Когда же
мне рассказал об этом случае и Володя Стрелков, то, разыскав запис­
ную книжку и убедившись, что это события, о которых когда-то слы­
шал, я постарался узнать от него подробности и все детали этого ис­
ключительного дела.
На любой работе и во все времена особо ценилась в человеке вер­
ность своему делу, страстная увлеченность им. И тогда рядом с будня­
ми и повседневностью труда время от времени вспыхивают золотые
искры истинного таланта. Таких людей немного, но они, как писал
Чернышевский, «соль земли». Судебно-медицинский эксперт Юрий
Владимирович Рудик, о котором мне рассказали мои друзья, был из
категории таких людей.
34
Преступные желания - верх несча­
стья. Менее прискорбно не получить
того, чего желаешь, чем достичь
того, что преступно желать.
Цицерон
Каждое судебно-медицинское вскрытие начинается с изучения одеж­
ды покойного. Это закон. Судебный медик обязан детально описать не
только предметы одежды, но и все повреждения, имеющиеся на них.
Когда я приступил к осмотру трупа Кудрявцева, многое мне показалось
странным. На пиджаке, рубашке и майке были хорошо заметны довольно
большие разрывы с расплывшимися темно-красными пятнами по краям.
Несомненно, это была кровь. Нет, тут что-то не так... Я еще ничего не ска­
зал следователю прокуратуры, стоявшему в белом халате рядом со мной, но
заметил, что и его весьма заинтересовали эти повреждения. В карманах,
однако, ничего любопытного обнаружено не было: очки в металлической
оправе, расческа, триста рублей в бумажных купюрах и около пяти рублей
мелочью...
35
***
Случай, о котором хочется рассказать, произошел сразу же после ново­
годних праздников. Придя утром на работу, я увидел у входа машину обла­
стной прокуратуры и сразу понял, что кому-то из нас опять предстоит кудато ехать. Впрочем, ничего удивительного. Приезжают за нами в любое время
года и суток: ночью и рано утром, в январские морозы, июльский зной и
осеннюю слякоть. И каждый раз, когда садишься в машину, повседневные
дела и заботы сами собой отодвигаются на второй план.
Мы направились в один из районов Владимирской области, по дороге
следователь прокуратуры коротко ознакомил меня с обстоятельствами дела.
- Случай, по-видимому, дело особых трудностей не представляет - пола­
гал он. - В одном из ближайших сел вчера обнаружен труп пожилого муж­
чины, Константина Федоровича Кудрявцева. Покойному было 68 лет, ра­
ботал он пастухом в деревне Березово, что километрах в 20-ти от нашего
районного центра. Пастухов на селе ценят, поэтому деньги у Кудрявцева
водились. А сейчас зима, для пастуха, как и для футболиста, сезон закон­
чен. Выпить он любил, вот, видно, и перебрал на Новый год. К тому же
здоровье его не было безупречным. Как говорят родные, в молодости он
долго болел туберкулезом, а в последние годы язва замучила.
- Столько болезней, тяга к спиртному, праздники... Не лучшая комби­
нация для пожилого мужчины. Да и сердце, наверное, пошаливало, - по­
делился я своими мыслями со следователем. - Кстати, а где был обнару­
жен труп?
- Нашли Кудрявцева в коридоре собственного дома около 11 часов
утра. Жил он один, и хоть были у него родственники в деревне, особых
отношений ни с кем не поддерживал. Кто-то из родных его и обнаружил.
- Говорите, нашли тело вчера. Не исключено, что смерть наступила в
новогоднюю ночь...
- И такое бывает, -согласился следователь. - Ох уж эти праздники, чтонибудь да случится!
Признаться, я не думал, что через несколько часов события, связанные со
смертью Кудрявцева, предстанут для нас совсем в ином свете.
В прозекторской районной больнице все было подготовлено для произ­
водства вскрытия. Отогревшись, я одел белый халат, натянул на руки рези­
новые перчатки. В общем подготовка судебно-медицинского эксперта к
работе во многом сходна с приготовлением хирурга к операции. Различия,
безусловно, имеются, но эксперт, как опытный хирург, должен хорошо знать
анатомию человека и, что особенно важно, свободно разбираться в пато­
логии травмы.
36
Но вернемся к нашему случаю. Так отчего же скончался Кудрявцев?
Что тут-старый туберкулез, язва желудка или, может быть, последствия
бурной ночи? А может, старость подошла, тихо, незаметно, и не выдержа­
ло сердце. Все-таки 68 лет... Но как тогда объяснить повреждения на одеж­
де, вот они передо мной - четкие овальные разрывы диаметром до трех
сантиметров, и кровь.
Соответственно повреждениям пиджака, сорочки и майки на теле Куд­
рявцева имелись две раны. Одна располагалась в верхней части живота,
другая - в нижней, обе проникали в брюшную полость с ранением внут­
ренних органов-левой почки, кишечника, мочевого пузыря, кровенос­
ных сосудов.
Когда я осматривал рану внизу живота, рука наткнулась на что-то твер­
дое. Осторожно извлек постороннюю частицу темно-коричневого цвета
размером не больше спичечной головки. Потом еще одну, третью. Выло­
жив их на белый кафельный стол, вооружился лупой. При увеличении стро­
ение их стало хорошо заметным. Это кусочки дерева. Вскрытие продол­
жалось около четырех часов и подходило к концу, когда в брюшной поло­
сти были обнаружены и другие инородные предметы: несколько картон­
ных и войлочных пыжей, мелкая дробь. Коротко высказал свое мнение
следователю:
- Смерть от дробового огнестрельного оружия. Не исключено, что пре­
ступник стрелял через дверь. Вот эти посторонние частицы - кусочки де­
рева. В момент выстрела они были увлечены дробовым зарядом и осели в
ране.
Следователь срочно связался с Владимиром по телефону. Через некото­
рое время к нам в район выехала оперативная группа с работниками уго­
ловного розыска и областной прокуратуры. Предстоял неизбежный в та­
ких случаях повторный осмотр места происшествия. И тогда я понял, что
к сегодняшнему вечернему хоккею по телевизору мне уже не успеть...
Небольшой деревянный дом, в котором жил Кудрявцев, стоял на самом
краю села. Строение было довольно старым. Крыльцо и угол дома поко­
сились, а на крыше сквозь снег темнело ржавое железо. Входная дверь
была не заперта. Когда мы подошли к ней, в глаза сразу же бросилось по­
вреждение на двери. Оно не было неожиданностью для нас, в общем-то,
каждый увидел то, что ожидал увидеть. На двери зияло овальное отвер­
стие диаметром около десяти сантиметров, с мелкими отщепившимися
кусочками дерева по краям. С него и начался осмотр места происшествия,
продолжавшийся на январском морозе в холодном, не отапливаемом доме
несколько часов и сыгравший впоследствии заметную роль в раскрытии
преступления.
37
- Обратите внимание, по краям отверстия заметен черный налет. Это
следы копоти, - сказал И.П. Басов, эксперт-криминалист оперативно-тех­
нического отдела милиции. - Стало быть, преступник стрелял через дверь
с близкого расстояния. Возможно, почти в упор.
Из своего объемистого чемодана эксперт достал ножовку и акку­
ратно выпилил часть двери с повреждением. Затем уложил ее в целло­
фановый пакет. Мы прошли в сени дома. Тут нас встретил единствен­
ный свидетель ночной драмы - белый с серыми подпалинами моло­
дой пес охотничьей породы, должно быть, очень голодный и потому
весьма злой. Пес был привязан короткой цепью в противоположном
от двери углу сеней, и едва только мы зашли, залился оглушительнозвонким лаем. С момента смерти хозяина прошло не менее полутора
суток, и злость голодной собаки была понятной. Кто-то дал ей кусок
бутерброда. Лай смолк.
С внутренней стороны двери на полу лежали мелкие кусочки де­
рева, в углу за ведром валялись части разбитой металлической ще­
колды.
- Вот и задвижка от замка повреждена, - сказал Басов. - Вероятно,
тоже при выстреле. Щеколда-то наружная. А не было ли в ране час­
тиц металла? - обратился он ко мне.
Я пожал плечами.
- Сейчас трудно об этом судить. Крупных осколков не было видно,
что касается мелких, то их можно выявить только после осмотра раны
под микроскопом.
На пороге комнаты кто-то нашел черную пуговицу. Она сразу же
пошла по рукам. Пуговица ничего особенного не представляла, обык­
новенная средних размеров пуговица, вероятнее всего, с мужского
пиджака. В дырочках ее сохранились хорошо заметные обрывки чер­
ных нитей.
- А не с пиджака ли она Кудрявцева? - предположил следователь.
- Возможно, - согласился я. - На пиджаке, точно помню, вторая
пуговица отсутствует, остальные три на месте.
...Из сеней прошли в жилую комнату. Видно, что она давно не уби­
ралась. На столе остатки еды, за большой русской печью груда пустых
бутылок. Они покрыты толстым слоем пыли, и искать на них отпечат­
ки пальцев бесполезно. На противоположной стороне от печи старый
потрепанный диван и разобранная постель. На полу комнаты, почти посере­
дине ее, отчетливо выделялось бурое пятно. Скорее всего, это кровь. В сто­
роны от пятна отходили мелкие дополнительные, или, как мы их называем,
секундарные (т.е. вторичные), брызги.
38
- Капля упала с довольно большой высоты, - высказал я присутствую­
щим свое предположение. - Пятно крупное, и, вероятно, после ранения
Кудрявцев еще какой-то небольшой промежуток времени сохранял спо­
собность передвигаться и находился в вертикальном положении.
Других следов крови в комнате мы не нашли. Участок пола с пятном был
осторожно срезан ножом и тщательно упакован. Теперь в лаборатории
экспертам-биологам предстоит определить групповую принадлежность этого
пят! ia и сравнить ее с группой крови Кудрявцева. Скорее всего, это его кровь,
но бывали в экспертной практике и такие случаи, когда предполагаемые следы
крови потерпевшего оказывались кровью преступника.
С одной из стен мы сняли охотничье ружье. Достаточно было загля­
нуть в его стволы, покрытые бархатистой пылью, чтобы даже неиску­
шенному человеку стало ясно, что из ружья давно не стреляли. Следова­
тельно, к убийству оно отношения не имело. В ящике стола нашли мно­
жество бумаг, различные документы, справки, нераспечатанные коробки
охотничьих патронов, порох, дробь. Обратил на себя внимание документ,
из которого следовало, что в сороковых годах Кудрявцев работал в рай­
отделе милиции Московской области участковым. Так возникла первая
версия: убийство с целью мести за прошлое, - которая, скажу, забегая
вперед, оказалась несостоятельной.
Одним из основных вопросов, который интересовал следствие, был
вопрос о времени наступления смерти Кудрявцева. На досуге смотря
зарубежный детективный фильм или читая захватывающий приклю­
ченческий роман, вы не раз встречались с людьми нашей редкой про­
фессии. Судебно-медицинский эксперт, обычно пожилой лысый муж­
чина в халате не первой свежести (мне кажется, у писателей и киноре­
жиссеров определенно выработался железный штамп о внешнем об­
лике моих коллег), подходит к трупу и после небольшого раздумья
восклицает: «Смерть Н. наступила где-то около часа ночи, двое суток
тому назад!» Но это бывает лишь в детективах... На практике же гра­
ницы времени наступления смерти определяются судебно-медицин­
скими экспертами в довольно широких пределах.
Можно привести множество научных данных отечественных и зарубеж­
ных авторов с использованием самых различных приборов и тестов, по­
священных этой проблеме, но, как и много лет назад, время смерти опре­
деляется экспертами приблизительно, в основном по таким абсолютным
признакам, как трупные пятна, трупное окоченение, степень охлаждения
тела. С учетом этих явлений, а также исходя из времени обнаружения тру­
па (2 января около 11 часов утра), я пришел к выводу, что смерть Кудряв­
цева наступила в ночь с 1 на 2 января, где-то между 12 часами ночи и 6
39
часами утра. В дальнейшем выяснилось, что Кудрявцев был убит около
трех часов ночи.
Предстояло разрешить еще один важный вопрос - определить количе­
ство выстрелов, произведенных в Кудрявцева. Тут возможны были два ва­
рианта: причинение ему двух слепых огнестрельных ранений в результате
двух выстрелов или же нанесение одного сквозного ранения с входным
отверстием в нижней части живота и выходным в верхнем его отделе. От
этого во многом зависел дальнейший ход следствия и установление моти­
вов убийства. Дело осложнялось тем, что выстрел (или один из двух выст­
релов) был произведен через дверь, и поэтому произошел значительный
разлет дроби. В криминалистике и судебной медицине есть такое понятие выстрел через преграду. Любая преграда на пути снаряда (в нашем случае
дверь с металлической щеколдой) в значительной степени изменяет ха­
рактер входной огнестрельной раны. Описаны случаи ранений через стек­
ло, доски, фанеру, оконные рамы и другие предметы обстановки.
В центре Владимира, недалеко от знаменитого Успенского собора, рас­
положено большое красивое здание областного управления внутренних дел.
В одной из комнат его я встретился с начальником оперативно-техничес­
кого отдела полковником В.М. Трофимовым и И.П. Басовым. На столе пе­
ред нами - упакованные свертки с одеждой Кудрявцева.
Беседой негласно руководит Трофимов. Развязывая свертки, он смот­
рит на меня:
- Ну, что скажет медицина?
- Полагаю, что в Кудрявцева было произведено два выстрела. Первый
через дверь и щеколду в нижнюю часть живота, второй выстрел был сде­
лан уже в помещении с более дальней дистанции. При изучении ран под
микроскопом у краев раны имелся налет копоти, в просвете первой раны
обнаружены кусочки дерева и микроосколки металла.
- Стало быть, один из выстрелов был произведен через преграду?
- Через дверь, которую мы видели на месте происшествия, - подтверж­
дает Басов. - Выстрелили в нее из охотничьего ружья либо обреза 16-го ка­
либра. Патроны, судя по пыжам, фабричные, номер дроби, извлеченной из
трупа и обнаруженной на месте происшествия, - третий. Что касается коли­
чества выстрелов, то я тоже предполагаю, что их было два. Взгляните-ка,
Виктор Михайлович, в электронно-оптический преобразователь.
Трофимов и я по очереди склоняемся над оптическим прибором с таким
мудреным названием. Предназначен он для выявления слабо заметных или
невидимых следов на различных предметах в инфракрасных лучах, но осо­
бенно эффективен при исследовании огнестрельных повреждений.
40
- Да, кольца копоти хоть и слабо заметны, но все же видны, - соглаша­
ется Трофимов.
- С учетом данных судебно-медицинской экспертизы, наличия копоти
на двери и одежде Кудрявцева, - продолжает Басов, - считаю, что выстрел
через дверь был произведен с очень близкого расстояния, почти в упор
или с дистанции, не превышающей 25 сантиметров. Что касается второго
ранения, то тут расстояние больше, где-то в пределах одного метра.
- Медицина согласна с Иваном Петровичем? - шутливо улыбается Тро­
фимов.
- Разве с вами поспоришь! Великая вещь криминалистика.
Виктор Михайлович приглашает нас в соседнюю комнату. В углу ее на
паркетном полу лежит груда охотничьих ружей самой разнообразной K O I iструкции. На прикладах номера. Одни винтовки с потертым ложем и по­
темневшими стволами, другие - новенькие, будто только что доставлены
сюда с магазинных полок.
- Полюбуйтесь на это вооружение. Трофеи села Березово, - говорит Тро­
фимов. - Тут их около двадцати, и почти все хозяевами не зарегистрирова­
ны. Штрафовать будем беспощадно, и ружья конфискуем. Тоже мне охот­
нички!
- Ну, с добрый десяток ружей этих вольных стрелков можно исклю­
чить, - полагает Басов. - И по калибру не подходят. Над остальными при­
дется поработать...
Поработать... Скромное русское слово, на слух совсем обычное, ничем
не примечательное. Но какое глубокое содержание вкладывают в него эти
люди, стоящие на переднем крае борьбы с преступностью. Все без исключе­
ния, от участкового милиционера и сотрудника уголовного розыска до
эксперта-криминалиста, склонившегося над сложнейшим оптическим при­
бором. Я знаю, что в эти часы, пока мы пытаемся заглянуть в прошлое,
другие люди, наши товарищи, тоже работают над раскрытием преступле­
ния. И все факты, крупица за крупицей, в конце концов встанут в один ряд.
Прочно и монолитно, как кирпичная стена. Когда это произойдет, убийство
будет раскрыто. Вот что значит для нас простое слово - «поработать».
Когда я уходил из управления, над Владимиром опустились ранние осен­
ние сумерки. Шел снег. Десятки людей спешили по своим делам. Мы про­
сидели в лаборатории долгих шесть часов. Трофимов и Басов сказали, что
задержатся еще на часок. Поработать...
Пока решались такие специальные вопросы, как количество выстре­
лов, их дистанция, исследовались найденные в теле Кудрявцева дробь и
пыжи, следствие шло своим чередом. Делом об убийстве занималась боль­
шая группа работников милиции и прокуратуры, которую возглавили на41
чальник областного управления уголовного розыска полковник Е.В. Запруднов и прокурор-криминалист В.И. Беляков. Опытные оперативные ра­
ботники, они понимали, что каждый день после преступления имеет осо­
бую цену, и потому старались выжать из фактов, которыми располагали,
все возможное и даже сверх этого. Вот, скажем, такой курьез.
Вы, наверное, помните, что единственным живым «свидетелем» убий­
ства Кудрявцева был, к сожалению, свидетель «безгласный». Его собствен­
ная собака, привязанная в коридоре напротив развороченной выстрелом
двери. Дней через пять после случившегося запала мне в голову мысль:
раз собака в новогоднюю ночь находилась дома, значит, она могла видеть
и убийцу хозяина. Не исключено, что это был кто-то из односельчан или
знакомых покойного. Вдруг охотничий пес сумеет опознать его... Я пони­
мал, что это абсурд, утопия, что это невозможно, в конце концов... Но хоть
я и не склонен к мистике, помимо собственной воли и сознания, казалось,
другой человек думал и размышлял за меня: «Да, это невозможно, это ерун­
да, фантазия. Но мало ли чего не бывает на свете. Ну и что ж, что собака?
Вспомни собаку Баскервилей. Собак-разведчиков, пожарных, шпионов.
Знаменитого Мухтара, наконец, муляж которого ты видел в музее крими­
налистики. Уж они бы не остались в стороне...» Два дня и две ночи я пы­
тался подавить в себе эту утопию, пока, наконец, не выложил все Евгению
Васильевичу Запруднову.
Он, однако, выслушал меня вполне серьезно. Немного помолчал, а
потом сказал:
- А знаете, доктор, и я думал об этой собаке. Все-таки живое суще­
ство... Да мало ли чего не бывает в нашей работе. Вот, к примеру,
такой случай. Два дня назад пришла к нам учительница, живущая по
соседству с домом Кудрявцева. Рассказывает, что в ночь с 1 на 2 долго не
могла уснуть и около часа ночи слышала два выстрела. И что же? Отмах­
нуться? Но для нас любой факт, пусть на первый взгляд незначительный,
пустяковый, и то имеет значение. Решили проверить ее показания и прове­
сти следственный эксперимент. Несколько наших ребят пошли к ней до­
мой, другие произвели два выстрела на улице около дома Кудрявцева из
ружья 16-го калибра и два выстрела внутри дома. Ни один из тех, кто нахо­
дился дома у нашей добровольной помощницы, выстрелов даже с улицы
не услышал. Значит, и к версии о времени убийства, если исходить из рас­
сказа женщины, надо отнестись с сомнением. Но мы благодарны ей за уча­
стие, а наше дело проверить...
И тут дело Кудрявцева приняло несколько неожиданный поворот. Вы,
наверное, помните об охотничьих ружьях, лежащих в криминалистичес­
кой лаборатории. Подавляющее большинство из них отношения к убий42
ству не имело, однако одно из них могло быть и орудием преступления. Но
какое? Ружей-то около двадцати...
Я позволю себе небольшое отступление, чтобы рассказать читателю о
поисках криминалистической науки, имеющих к нашему случаю непос­
редственное отношение. Еще в начале 30-х годов учеными-баллистами (бал­
листика - наука, изучающая движение снаряда внутри канала ствола огне­
стрельного оружия до и после его вылета из ствола) было установлено, что
при выстреле из нарезного оружия, допустим, пистолета, на пуле остаются
следы нарезов, строго индивидуальные для каждого отдельного экземпля­
ра. Если на специальных приборах сравнить эти следы со следами на пуле,
выпущенной из этого же пистолета при экспериментальной стрельбе, то
можно выявить их полное совпадение. Это открытие стало настоящей ре­
волюцией в криминалистике. По значению оно может быть поставлено в
один ряд с достижениями в области дактилоскопии, получившей ныне ши­
рокое применение для опознания личности преступника по отпечаткам
пальцев. До настоящего времени, однако, признавалась лишь возмож1 юсть
идентификации нарезного огнестрельного оружия по пулям (пистолетов
различных систем, автоматов, винтовок и т.д.), тогда как относительно ору­
жия с гладким стволом она совершенно исключалась.
Но наука не стоит на месте. За несколько месяцев до убийства Куд­
рявцева в Харьковском научно-исследовательском институте судеб­
ных экспертиз старшим научным сотрудником В.Ф. Гущиным был
разработан метод идентификации гладкоствольного дробового ору­
жия. В.Ф. Гущин доказал, что хотя в охотничьих ружьях ствол имеет
гладкополированную поверхность, но и на ней имеются различные выем­
ки, мелкие неровности, отображающиеся в виде следов-трасс (царапин)
на дробинах. При сравнении дроби с экспериментальными дробинами, как
и в экспертизах с нарезным оружием, возможно установление сходства
следов, свидетельствующее об отстреле заряда из строго определенного
ружья.
Хотя к этому времени по методу В.Ф. Гущина было выполнено всего
несколько экспертиз, Владимир Иванович Беляков сразу же оценил
его высокую эффективность.
- Придется выкапывать тело Кудрявцева, - коротко сказал он мне по те­
лефону. - Срочно нужно изъять все дробины, находящиеся в теле.
Эксгумация - повторное исследование трупа встречается в нашей
практике не так уж часто. В буквальном переводе с латинского это
слово означает «ех numus - из земли». Она может быть вызвана раз­
личными обстоятельствами, но в данном случае причина ее была для меня
не совсем понятной.
43
- Что-нибудь не так, Владимир Иванович?
Беляков ответил не сразу.
- Мы предполагаем, что из трупа взята не вся дробь. А нам необходимо
иметь максимальное количество дробин.
- Но для чего? Образцы дроби мною изъяты. Их ведь достаточно для
определения номера и химического анализа. Уж не хотите ли вы назначить
идентификационную экспертизу по оружию! Читал я о харьковском мето­
де недавно в каком-то журнале, но экспертиза-то в стадии разработки...
- И тем не менее мы собираемся назначить такую экспертизу. Так что
готовьтесь к эксгумации.
Через несколько дней тело Кудрявцева было извлечено из места захо­
ронения и доставлено в морг. В повторной экспертизе приняли участие
начальник Владимирского областного бюро В.В. Миртова и Л.Е. Поду­
шкина, С.К. Гузь - опытные судебно-медицинские эксперты с большим
стажем практической работы. Мы решили до вскрытия произвести рент­
генографию полостей таза Кудрявцева для уточнения расположения дро­
би. В рентгеновском кабинете больницы, куда из морга перенесли тело,
было сделано около десятка снимков. Через минут двадцать на еще мок­
рых рентгенограммах отчетливо выявились два ограниченных скопле­
ния дроби, свидетельствующие о том, что в Кудрявцева действительно
было произведено два выстрела. По снимкам подсчитали примерное ко­
личество дробин. Их было около семидесяти. Все они были извлечены
из тела и переданы следователю. Вместе с несколькими охотничьими
ружьями эта дробь была отправлена в научно-исследовательский инсти­
тут судебных экспертиз.
Результаты экспертиз еще не были получены из Москвы, когда рассле­
дование по делу об убийстве Кудрявцева наконец-то сдвинулось с мертвой
точки.
- На Бородулина мы вышли не совсем обычным образом, - сказал мне
впоследствии полковник Запруднов. - Проверяя различные версии об убий­
стве Кудрявцева, мы столкнулись с фактами изготовления самогона в Березове. Среди лиц, причастных к этому, оказались некие Баранов и Бородулин. Баранов еще несколько лет назад изготовил самогонный аппарат.
Иногда, разумеется, небескорыстно, он давал его и другим жителям села.
В декабре должна была состояться свадьба племянницы Кудрявцева Вали.
С этого все и началось. Третьего декабря Кудрявцев взял самогонный ап­
парат у Баранова и отнес его к брату Валентины Александру Бородулину.
Вечером того же дня они втроем изготовили большое количество самого­
на, который разделили между собой. Часть самогона была использована
на свадьбе 8 декабря. Однако несколько литров осталось, и на этой почве у
44
Кудрявцева с Бородулиным начались ссоры. Каждый из них считал себя
обделенным.
- Нашли чего делить! - перебил я Евгения Васильевича.
- Да, странные взаимоотношения сложились между дядей и племянни­
ком, - согласился он. - Пьянство - страшная вещь. Недавно прочел я у
Расула Гамзатова мудрейшее двустишие:
Порою делает вино
То, что и сабле мудрено.
- Метко сказано! Пожалуй, в сей короткой фразе основная причина и
этого преступления.
- Если бы только его, - вздохнул Запруднов. - Алкоголизм сейчас один
из самых опасных врагов закона. И дело об убийстве Кудрявцева лишь
свидетельство этому.
Александр Бородулин не сразу признал себя виновным. Но вскоре из
Москвы поступил результат криминалистической экспертизы. Из заклю­
чения по исследованию дроби следовало, что «часть дробин, извлеченных
из трупа Кудрявцева, была выпущена из левого ствола охотничьего ружья
№ 16283». Именно это ружье и принадлежало Бородулину.
В материалах уголовного дела имеются многочисленные протоколы его
допросов. События новогодней ночи отражены в них достаточно подроб­
но. Вот что рассказал Бородулин следователю после ознакомления с зак­
лючением экспертизы:
- Новый год я встречал дома вместе с матерью, сестрой и ее мужем. Вы­
пили порядочно, что-то около трех литров спиртного на четверых. Две бу­
тылки водки, две - красного вина, самогон... Когда пошли спать, я тоже лег
вместе со всеми. На душной, жарко натопленной печи долго не мог уснуть.
Вспомнились прежние обиды, ссоры с Федором. Вот тогда-то, под влияни­
ем алкоголя, у меня и созрела мысль убить его. Около трех часов утра я взял
свое двуствольное ружье 16-го калибра, зарядил его двумя патронами и по­
шел к дому Кудрявцева. В окнах его горел свет. Постучал в дверь. Кудряв­
цев, видно, не спал. Когда он подошел к двери и приоткрыл ее, то я почти
сразу же через дверь выстрелил в него из одного ствола, потом из второго...
Домашние не заметили моего ухода. Когда я вернулся, все крепко спали.
Ружье я вычистил, а затем, чтобы создать видимость, что из него долго не
стреляли, насыпал в стволы землю из подвала. Гильзы от патронов выбро­
сил в печь и сжег. Ружье повесил на прежнее место...
Позже я узнал несколько примечательных подробностей, особо харак­
теризующих личность Бородулина. На следующий день после совершен­
ного он сам отвозит труп в больницу и вместе с другими родственниками
дожидается результатов вскрытия. Много и подробно рассказывает окру45
жающим о болезнях дяди: язве, туберкулезе, жалобах на сердце. Когда
Бородулин узнал, что в теле покойного обнаружили пыжи и дробь, то и тут
внешне он держался настолько спокойно, что никто из присутствующих и
не заподозрил, что убийца находится среди них.
- Вот вам и психология преступника, - сказал мне впоследствии Запруднов. - Теперь нам известно, что после вскрытия он вместе с другими
родственниками забирал из больницы тело Кудрявцева.
Может быть, я не все рассказал, возможно, кое-что упустил. Моя
цель была иной. На примере раскрытия этого преступления хотелось
поведать о некоторых тонкостях нашей работы, описать хотя бы часть
тех методов, которые имеются в современном арсенале криминалис­
тики и судебной медицины. Содружество этих наук проверено време­
нем и сегодня, как правило, гарантирует успех в поединке с самым
изворотливым преступником.
46
Ti
Люди, достигшие успеха в мире, это те люди, которые встают и
ищут нужный им случай.
Б. Шоу
В судебно-медицинской и юридической практике встречаются пре­
цеденты, когда следователь и эксперт заведомо знают, что скрывший­
ся неизвестный был ранен. Чаще всего это связано с применением ог­
нестрельного оружия и следами крови на месте происшествия. В та­
ких случаях, когда по количеству и высоте падения капель крови мож­
но ориентировочно судить о расположении раны и ее серьезности для
потерпевшего, правоохранительные органы обычно информируют
местные лечебные учреждения о возможности обращения за помощью
скрывшегося преступника. В жизни такое бывало, и тут именно такая
ситуация. Однако медики города Н. здесь ни при чем. На сей раз ра­
неный грабитель был вычислен опытным судмедэкспертом по иным,
весьма необычным и исключительным обстоятельствам.
***
Произошло это в одном из городков средней полосы. Короткий
осенний день с утра выдался ненастным. К вечеру ветер усилился, по47
шел мокрый снег. Время близилось к полуночи. Патрульная машина
не спеша объезжала микрорайон. Выехав из-за угла, метрах в семиде­
сяти впереди, в свете покачивающегося от ветра фонаря, патруль за­
метил у здания радиотелевизионного ателье две фигуры, метнувшие­
ся в тень. Послышался звон разбитого стекла.
- Кража, - мгновенно среагировал водитель, и желтый милицей­
ский УАЗ, набрав скорость, ринулся вперед. Преступники тоже заме­
тили машину с синим сигнальным огнем и бросились бежать. Конеч­
но, им бы не уйти от погони, но внезапно дорогу перегородила широ­
кая траншея. Ремонтные работы, которые велись неподалеку, позво­
лили бежавшим выиграть несколько секунд. Несмотря на приказ ос­
тановиться, они промчались по узкому мостику и, когда сотрудники
милиции, выскочив из машины, пытались их догнать, свернули в тем­
ный переулок. Один из милиционеров упал, другой продолжал пре­
следование, но расстояние между убегавшим и преследовавшим уве­
личивалось. Во мраке погоня могла оказаться безуспешной, и тогда
тишину ночного города разорвали пистолетные выстрелы. Первый был
произведен в воздух, второй и третий - вслед убегающим преступни­
кам. Однако задержать неизвестных не удалось... Наутро судебно-ме­
дицинский эксперт Александр Седов, специально вызванный из об­
ластного центра, вместе с работниками уголовного розыска осмотрел
место происшествия. Из ателье пропали некоторые ценные детали,
несколько транзисторов и крупная сумма денег. Тяжелый бумажный
мешок, в котором находились три магнитофона, был брошен у разби­
той витрины. Обычно такие случаи не имеют отношения к нашей служ­
бе, и присутствие судебного медика на сей раз было продиктовано осо­
быми обстоятельствами. Вероятно, один из преступников был ранен.
На деревянном тротуаре, по которому бежали преследуемые, протя­
нувшемуся вдоль строящегося дома, отчетливо была заметна цепочка
красно-коричневых кровяных пятен. Тротуар находился под неболь­
шим козырьком из досок, поэтому, несмотря на ненастную погоду,
дождь и снег, кровь сохранилась.
Выявлению следов крови издавна предавалось большое значение
в судебно-медицинской и криминалистической практике. Имеются
многочисленные примеры, когда игнорирование этих следов направ­
ляло следствие на ложный путь, тогда как правильная их оценка не­
редко приводила к успеху. Научные сведения о крови развивались в
тесной связи с успехами естествознания, биологии и медицины. Лишь
в конце ХГХ-начале XX века русским ученым Ф.Я. Чистовичем и
немецким - П. Улегтумом был разработан метод, позволяющий от48
личить кровь человека от крови животных. Теперь подозреваемый в
преступлении уже не мог объяснить наличие крови на одежде или
иных предметах заведомым вымыслом, например, тем, что он слу­
чайно испачкался, ощипывая курицу или зарезав теленка, как иног­
да бывало ранее.
В последующие годы Ландштейнер, удостоенный за свое открытие
Нобелевской премии, установил групповые различия крови, а чеш­
ский врач Я. Янский в 1907-1908 гг. подразделил кровь людей на че­
тыре группы. Их исследования имели огромное значение прежде все­
го для клинической медицины, началась эра переливания крови. За­
тем в основных группах ученые выделили ряд дополнительных си­
стем и подгрупп. Тем самым судебно-медицинская наука приблизи­
лась к пока еще нерешенной и, казалось бы, фантастической задаче идентификации конкретного лица по крови. Наконец, за последние
годы в ядрах клеток белой крови (лейкоцитах) был выделен так назы­
ваемый половой хроматин, позволяющий дифференцировать кровь
по полу (мужчины и женщины), когда группа у них совпадает.
В книге «Криминалистика сегодня», рассказывающей о путях раз­
вития судебно-медицинской науки о крови, Ю. Торвальд приводит
показательный случай, относящийся к середине 20-х годов нашего
столетия: «Получено известие из Москвы, что профессор судебной
медицины Николай Попов раскрыл одно дело с помощью определе­
ния группы крови. В подмосковном лесу был обнаружен труп женщи­
ны с раной на голове. В убийстве подозревали двух молодых парней,
у них нашли окровавленный молоток, который по форме и размерам
мог явиться орудием убийства. Обвиняемые упрямо утверждали, что
кровь попала на молоток при других обстоятельствах. Попов устано­
вил, что следы крови не могут принадлежать потерпевшей, но ему не
хотели верить, так как слишком вескими были причины подозревать
этих парней. Однако непосредственно перед судебным разбиратель­
ством с повинной явился действительный убийца, что принесло сен­
сационное подтверждение правоты Попова».
Известно, что при нанесении человеку механических повреждений
нарушение целости кровеносных сосудов сопровождается кровотече­
нием. При наружном кровотечении следы крови на предметах обста­
новки, одежде и теле преступника могут оказать правосудию суще­
ственную помощь. Знание механизма их образования (кровь может
разбрызгаться при сильных ударах, падать в виде капель на поверх­
ность перпендикулярно или под углом с различной высоты, просто
стекать вниз от краев раны) помогает судебному медику разобраться
49
в истинной картине происшедшего. Наоборот, иногда отсутствие кро­
ви при заведомо тяжелом ранении указывает на то, что преступление
совершалось в другом месте, а затем труп перемещался и был достав­
лен туда, где его обнаружили.
Вспоминается одна из экспертиз, выполненная в нашем медикокриминалистическом отделении. Некий Л., совершивший убийство М.
с целью ограбления, перенес из сельского дома тело жертвы, спрятав
его в сарае. В момент его задержания у него изъяли две мужские со­
рочки, направили их в лабораторию. Следы крови на сорочках имели
различные механизмы образования. Если на одной из них - розового
цвета - они были представлены множественными брызгами, то на дру­
гой - в бело-серую клетку - брызг не оказалось совсем. Там я увидел
лишь неопределенного вида обширные пятна и помарки высохшей
крови. В итоге стала вырисовываться картина, которая нашла отра­
жение в заключении: убийство Л. совершил в розовой сорочке - брыз­
ги на ней возникли от ударов по телу жертвы обухом топора. Затем он
переоделся, и уже в другой - клетчатой рубашке переместил труп, спря­
тав его в сарае. Это полностью подтвердилось в ходе расследования и
в зале суда.
Если биологические свойства крови (ее наличие, вид, группа, по­
ловая принадлежность) изучены сравнительно недавно, то форма ее
следов была известна человечеству с незапамятных времен. Обратите
при случае внимание на картины старых мастеров с изображением
сюжетов, связанных с ранением или насильственной смертью. Во мно­
гих из них удивительно точно и достоверно передана форма следов
крови.
Живописец эпохи Возрождения венецианец Антонелло да Месси­
на в своем творении «Св. Себастьян» (1476 г.), считающемся одним
из шедевров Дрезденской галереи, изображает гибель юноши, прон­
зенного стрелами. Признаюсь, что красочную репродукцию этой кар­
тины я рассматривал с чисто профессиональной точки зрения. В кар­
тине правильно передана форма направленных вниз вертикальных
подтеков крови (юноша стоит), а от раны в верхней части справа
кровь стекает отдельными каплями, что объясняется выпуклым ре­
льефом атлетической грудной клетки Себастьяна. На стопах замет­
ны крупные пятна крови (от падения ее из кровоточащих ран груди
и живота), кпереди от ног, на каменном полу, - большая лужа кро­
ви. Интересно, что полотно «Св. Себастьян» другого великого вене­
цианца - Тициана - на тот же сюжет, хранящееся в Эрмитаже, со­
зданное почти сто лет спустя (1570 г.), такие подробности, которые и
50
сегодня могут сделать честь любому судебному медику, если он их
так же тщательно опишет в протоколе осмотра места происшествия,
не отображает...
Вооружившись лупой и линейкой, Седов внимательно осмотрел
следы крови, после чего высказал несколько весьма полезных для след­
ствия соображений.
- Пятна не очень крупные, диаметром до полутора сантиметров.
Следовательно, кровь падала с небольшой высоты. Где-то в пределах
одного метра, может быть, несколько больше. По уровню тела это
верхняя часть бедра, кости таза. Форма пятен овальная, но задний
край их как бы зазубрен. Рядом с ним мелкие точечные пятнышки
крови. Это указывает на то, что преступник бежал. А вот тут, - Седов
подошел к концу тротуара, - раненый повернул направо. Вероятно,
он ранен в левую половину тела, так как кровь расположена не по
свободному краю настила, а больше с его внутренней стороны...
- Как мы поняли, Александр Петрович, вы считаете, что один из
преступников ранен в левую ногу, - уточнил следователь.
- Возможно, весьма возможно, - ответил Седов. Опустившись на
корточки, он острым ножом срезал с поверхности тротуара кусочки де­
рева, на которых имелась кровь, и опустил их в целлофановый пакет. Биологи лаборатории определят вид и группу крови, ее половую при­
надлежность, - пояснил он. - Впоследствии может пригодиться.
В тот же день все медицинские работники города, персонал район­
ной больницы и станции скорой помощи были предупреждены о том,
что в ближайшие дни к ним может обратиться человек с огнестрель­
ным ранением левой половины таза или нижней конечности.
- Вероятность этого исключить нельзя, - инструктировал Седов сво­
их коллег. - Если придет к вам на прием или вызовет скорую на дом
подозрительный человек, то он обязательно выдвинет какую-то иную
причину ранения. Может, например, сослаться на производственную
травму, несчастный случай, падение на какой-то острый предмет. Да
мало ли что можно нафантазировать!
Прошло несколько дней, потом неделя, другая. За медицинской по­
мощью никто не обращался. Поступил, правда, сигнал от фельдшера
одного из здравпунктов, но при проверке оказалось, что парня 26 лет
в момент ссоры ударил напильником в левый бок его же знакомый.
Рана оказалась несерьезной и наутро, протрезвев, приятели решили,
что будет лучше для обоих, если никто не узнает о случившемся. По
этому факту возбудили уголовное дело, что же касается ограбления
ателье, то никаких утешительных сообщений не поступало. Разумеет51
ся, параллельно с «медицинской линией» сотрудники уголовного ро­
зыска вели активный поиск преступников и по другим каналам.
Месяца через полтора после случившегося Седов опять приехал в
этот город. В этот раз дел у него оказалось немного, и к часу дня он
был уже свободен. Автобус в областной центр уже ушел. Следующая
машина отправлялась во Владимир после 16 часов. Взяв билет и по­
обедав, Александр Петрович решил как-то скоротать время и, выйдя
на площадь перед автовокзалом, не спеша пошел к центру города. Он
заглянул в один из магазинов и остановился у киоска, чтобы купить
свежую газету, когда мимо него прошли двое молодых людей.
Один из них, высокий, хорошо сложенный молодой человек, не­
вольно обращал на себя внимание. Но Седова заинтересовал не он, а
тот парень, что был пониже. Среднего роста, одетый в темно-корич­
невую меховую куртку, он едва поспевал за товарищем. Они разгова­
ривали на ходу, и высокий, чтобы не отстал сосед, старался идти по­
медленнее. Это не всегда ему удавалось, и тогда идущий рядом забе­
гал вперед, слегка прихрамывая на левую ногу. Александру Петрови­
чу показалось, что он где-то видел этого человека. Но где? Он на миг
задумался, а когда оглянулся, то увидел, что оба перешли на другую
сторону улицы и удаляются от него. Еще минута, и они скроются со­
всем. Интуиция и необъяснимое чувство тревоги заставили Седова
ускорить шаг, догнать их и пойти следом...
Когда Александр Седов на пятом курсе медицинского института
прочел книгу Вересаева «Записки врача», которую студенты, ввиду
особого дефицита, передавали из рук в руки и на которую в инсти­
тутской библиотеке была установлена огромная очередь, его особен­
но заинтересовали мысли писателя о том, что по внешнему облику
человека можно иногда определить его болезнь или недуг. Слова Вере­
саева, казавшиеся ему на студенческой скамье только остроумной
игрой, пусть и профессиональной, на самом деле скрывали за собой
глубокое содержание и смысл. Постепенно, приобретая жизненный
и врачебный опыт, Александр Петрович убедился в их справедливо­
сти. Позднее, уже работая судебно-медицинским экспертом, он стал
относиться к таким второстепенным, казалось бы, вещам, как цвет
лица, настроение, поведение и походка человека, вполне серьезно, и
ему, действительно, иногда удавалось узнать или предугадать то, о
чем люди, с которыми он сталкивался, вовсе ему не говорили. Ниче­
го сверхъестественного в этом, разумеется, не было. Вероятно, про­
фессия судебного медика, требующая от врача особой внимательно52
сти, оценки каждой детали и каждой мелочи, сыграла здесь не по­
следнюю роль...
Идя за молодыми людьми, Седов продолжал наблюдать за при­
храмывающим парнем.
- Дефекты походки могут появиться по самым различным причинам, размышлял он. - Вследствие врожденного заболевания, болезни, травмы,
простой потертости на ноге... Врожденное заболевание здесь, пожалуй,
исключается, так как при этом часто происходит довольно значительное
укорочение больной конечности да и хромота бывает более выраженной.
Парень на вид молодой и здоровый... Нет, на больного он не похож. Ско­
рее всего, хромота его объясняется какой-то травмой...
Идущий в самом деле щадил больную ногу, стараясь осторожно насту­
пать на нее.
- И довольно быстро идет при этом, - подумал Александр Петро­
вич. - Значит, давненько у него что-то неладное с ногой.
К этому времени Седов уже принял решение. Парня надо обязательно
проверить и тщательно осмотреть. Ведь раненый преступник до сих пор
не задержан. Только как это сделать? Поблизости никого из знакомых,
милиции тоже не видно. Однако те, за которыми он шагал от центра уже
больше получаса, сами облегчили его задачу. Вероятно, они шли на ра­
боту, так как у проходной какого-то небольшого завода замедлили шаг и,
поздоровавшись с вахтером, прошли прямо в широко распахнутые воро­
та. Поглядев им вслед и убедившись, что они действительно прошли на
территорию предприятия, Седов подошел к телефонной будке и набрал
номер дежурного по райотделу.
Вскоре к заводу подъехала милицейская машина с двумя сотрудниками
уголовного розыска, а минут через сорок в приемном покое больницы Се­
дов начал осмотр задержанного. Им оказался Проскурин Виктор Констан­
тинович, 24-х лет, работающий токарем на механическом заводе.
- Что у вас с ногой, Виктор? - поинтересовался Александр Петрович.
- На работе поранил, - коротко ответил парень.
- Давно ли?
- Больше месяца прошло. Железным прутом ударило...
- На больничном вы, вероятно, не находились? - спросил Седов,
просмотрев амбулаторную карточку Проскурина. - Последняя запись
сделана еще прошлым летом.
- Если вы о ноге, доктор, то из-за нее не стоило и беспокоиться, - безза­
ботно отмахнулся Проскурин. - Случилось это в пятницу, на работе. Два
выходных дома отлеживался да два отгула заработанных использовал. Вот
и все лечение. А потом мастер домой зашел: «Выходи, - говорит, - Витя,
53
на работу, хватит лодырничать». Опять же конец месяца, тринадцатая зар­
плата. ..
Александр Петрович предложил Проскурину раздеться. Тот вначале не
понял или сделал вид, что не понял его, и разделся только до пояса. Сняв
пиджак, рубашку и майку, он аккуратно повесил их на спинку стула. По­
том спокойно сел.
- И брюки снимите, пожалуйста - попросил Седов. - А теперь подой­
дите к окну, поближе к свету.
Несколько выше левого тазобедренного сустава Александр Петрович
увидел слегка втянутый овальной формы рубец диаметром чуть больше
сантиметра. Края его были ровными, как недозревшая ягода, он был по­
крыт нежной розоватой кожицей.
- Вот сюда прут и ударил, - Проскурин ткнул пальцем в бедро. - И чего
вы беспокоитесь, доктор, до свадьбы заживет. Правда, может, кость повре­
дил, до сих пор хромаю.
- Рану сами перевязывали?
- Сам, не сам, - пытался острить Проскурин, - сестра помогла. Она у
меня тут же в больнице санитаркой работает. Вместе перевязывали... Бинт
да марля нашлись. Зачем же людей беспокоить?
Седов попросил Проскурина не одеваться и поднялся на второй этаж, в
рентгеновское отделение. В просторной, погруженной в полумрак комна­
те поблескивали никелем два рентгеновских аппарата, в углу за столом сидел
врач и просматривал снимки на матовом светящемся экране.
- У меня к вам просьба, коллега, и крайне срочная. Не могли бы вы
сейчас же сделать снимок левой половины тела одному больному?
- Простите, доктор, а вы откуда? - сняв темные очки, рентгенолог про­
тер их концом халата. - Нельзя ли подождать до завтра? Дело в том, что
лаборант у меня уже ушел. Впрочем, если пациент серьезный и это крайне
необходимо... Что у него, перелом?
Производство снимка заняло несколько минут. Еще минут 15 ушло на
обработку пленки. На мокрой рентгенограмме, с концов которой еще сте­
кали вниз струйки воды, медики увидели в левой тазовой области четкие
контуры инородного тела конусовидной формы.
- Неужели пуля!? - удивленно воскликнул рентгенолог.
- Она, - удовлетворенно произнес Александр Петрович. - Ее-то я и ожи­
дал увидеть. Видите ее тень: короткое тело, очень широкое основание и
такой же широкий закругленный конец. Похоже на пистолет Макарова.
- Стало быть, слепое ранение. А ведь тут и кость повреждена. Вот, в
двух сантиметрах позади пули небольшое круглое отверстие.
54
- Вероятно, кость и погасила ее кинетическую энергию. Иначе бы снаряд
пошел дальше, - предположил Седов. - Большое вам спасибо, доктор, за
помощь. А снимок, хоть он и мокрый, я заберу с собой.
Через день Проскурину была предложена операция, на которую ему при­
шлось согласиться. Пулю осторожно извлекли и направили в криминали­
стическую лабораторию. Вскоре было получено заключение баллистичес­
кой экспертизы, из которого следовало, что пуля, удаленная из тела Викто­
ра Проскурина, выпущена из пистолета системы Макарова, находившего­
ся той осенней ночью у одного из патрульных - младшего лейтенанта Ро­
дионова. Пришло время обратиться и к следам крови, изъятым с деревян­
ного тротуара. До подходящего момента они хранились в архивном мате­
риале биологического отделения судебно-медицинской лаборатории. При
сопоставлении пятен крови с тротуара с образцом крови, изъятой у Про­
скурина, выявилось полное их совпадение по полу и групповой принад­
лежности: та и другая кровь обладала признаками мужского пола, отно­
сясь к третьей группе.
Доказательства, которыми теперь располагало следствие, оказались
настолько вескими и убедительными, что Проскурин сразу же признал
себя виновным. Поэтому я не буду задерживать внимание читателя на
подробностях дальнейшего расследования кражи из ателье. На первый
взгляд может показаться, что лишь случайные обстоятельства способ­
ствовали раскрытию этого преступления. Неожиданная встреча на ули­
це, редкая наблюдательность и интуиция эксперта... Когда я спросил об
этом самого Александра Петровича, он, подумав, сказал:
- Пусть тебе покажется странным, но я был уверен, что все равно рано
или поздно увижу человека, раненого той ночью выстрелом из пистолета.
Недавно, перечитывая Шекспира, мне встретились такие слова, - Седов
достал записную книжку: - «Тогда лишь двое тайну соблюдают, когда один
из них ее не знает». А мы знали о незнакомце не так уж мало. Поэтому
ничего удивительного в этом случае я не нахожу. Ведь сколько существует
преступлений, столько есть и способов их раскрытия. А вообще, спросика о чем-нибудь полегче!
55
В своих бедствиях люди склонны
винить судьбу, богов и все, что угод­
но, но только не самих себя.
Платон
Неосторожное обращение с охотничьим оружием встречается до­
вольно часто. В лучшем случае такие эпизоды приводят к огнестрель­
ным ранениям различной тяжести и инвалидности, в худшем закан­
чиваются смертью. Причины случайных ранений могут быть самые
разнообразные, иногда - редкие и казусные. Отсутствие опыта и не­
брежность в хранении оружия. Выстрелы вслепую, как правило, ха­
рактерны для самоуверенных или начинающих охотников. Иногда ви­
новником трагедии может стать и опытный профессионал. Осмотр
места происшествия, потерпевшего и оружия, комплексное судебномедицинское, баллистическое и криминалистическое исследование по­
зволяют установить истину даже в сложных эпизодах с отсутствием
свидетелей и очевидцев.
***
Когда Ивану Сергеевичу перевалило за сорок, он внезапно увлекся
охотой. Пристрастил его к этому брат жены Николай, переехавший в
их город. Едва только Николай обосновался на новом месте, как на­
шел себе приятелей-охотников, с которыми стал пропадать в окрест­
ных лесах. Уезжали они электричкой в пятницу, сразу же после работы,
56
возвращались обычно на третий день, в воскресенье. Года два Иван
Сергеевич оставался равнодушным к Николаевой страсти и даже час­
тенько подтрунивал над ним. Но в один из последних теплых сентябрь­
ских дней Николай уговорил свояка отправиться вместе с ним в леса.
С этого все и началось... С той охоты они вернулись ни с чем. Но
надолго запомнились Ивану Сергеевичу два вечера в засыпающем лесу
и ранний прохладный рассвет, когда за желто-оранжевыми деревья­
ми неслышно поднималось в небо неяркое осеннее солнце. В следую­
щий выходной поездка повторилась. Еще через месяц Иван Сергее­
вич, получив новенький охотничий билет, купил тульскую двуствол­
ку, высокие болотные сапоги и стал, по выражению Николая, нако­
нец-то «похожим на человека», а по словам жены, Аллы Петровны,
не очень одобряющей его увлечение, «бродягой на старости лет».
В Демидове Иван Сергеевич преподавал географию в старших клас­
сах. Вернувшись с войны, он окончил университет, и хоть родом был
из Сибири, прочно осел в этих краях. Поработал несколько лет заву­
чем, потом стал и директором школы. Алла Петровна работала инже­
нером-технологом, а сын, тринадцатилетний Максим ходил в другую,
не отцовскую, школу из чисто профилактических соображений. Ког­
да Николай переехал в Семеновск, дочка его, Наташа, оказалась Мак­
симу почти ровесницей, и дети часто играли вместе.
Вскоре Иван Сергеевич почувствовал, что два-три дня, проведен­
ные в лесу, становятся для него не просто охотой, приключением, свя­
занным с поиском добычи, но и чем-то большим, расширяющим кру­
гозор его любимой профессии. Рассказывал ли он своим ученикам об
экзотических далеких странах столь же интересно и увлекательно, как
о природе их родного края, маленького уголка России, со всех сторон
окруженного лесами, не берусь судить, но мальчишки, занимавшиеся
у него, удивительно бережно относились к окружающему их лесному
великолепию и не без гордости полагали, что живут в одном из самых
прекрасных уголков земли.
В один из воскресных дней Иван Сергеевич с Николаем рано вер­
нулись с охоты и, наскоро перекусив, отправились спать. Алла Пет­
ровна к обеду насилу их добудилась и заставила сесть за стол. На ули­
це моросил дождик, и, когда погода окончательно испортилась, все
решили пойти в гости к знакомым.
- Мужья так редко бывают дома. Все на охоте, да на охоте, - реши­
тельно сказала Алла Петровна. - А тут все в сборе. Такое редко слу­
чается. Не пропадать же воскресному дню. К тому же Тамара Леони­
довне давно нас приглашает. Неудобно...
57
- Сбегай-ка за Наташей, - сказал Иван Сергеевич Николаю. - Пусть к
нам идет. Вдвоем с Максимом скучать не будут. Вдруг мы задержимся, а в
такой день им лучше побыть дома, чем бегать под дождем.
В тот осенний и хмурый воскресный день я дежурил на городской стан­
ции скорой помощи. В прямые обязанности судебно-медицинского экс­
перта это не входило и работал я на скорой в порядке совместительства.
До обеда серьезных вызовов почти не было. Мы сыграли с Виктором врачом второй бригады, несколько партий в шахматы, наспех перекусили
бутербродами, захваченными из дома. Рабочий день близился уже к концу,
когда на скорой раздался звонок.
- Срочно выезжайте на Садовую, 8. Из ружья ранена девочка, - произ­
нес чей-то взволнованный голос. - Только скорее, рана на груди, в области
сердца.
Спустя минуту белая «Волга», стремительно набирая скорость, понес­
лась к Садовой, находившейся так некстати в другом конце города. Ввиду
невероятной сложности случая и в нарушение всех инструкций в машину
сели и Виктор, и я, хотя обычно на вызов по скорой выезжает бригада из
врача и среднего медицинского работника. За считанные минуты езды пе­
ребираем в памяти возможные варианты ранения, готовим перевязочный
материал, кровоостановливающие средства. Только бы успеть...
Девочка (это была Наташа) лежала на полу большой комнаты. Матовобледное с полузакрытыми глазами лицо, под головой подушка. Вокруг
люди, вероятно, соседи или родные. Распахиваем на раненой кофточку,
разрезаем рубашку. На груди слева рана около двух сантиметров диамет­
ром, вниз от нее тянется струйка крови.
- Пульс очень частый и очень слабый, - это голос Виктора.
- Давление 60 на 20, - говорит сестра.
В ту же минуту вводим девочке лекарство, накладываем тугую повязку
на грудь, кладем на носилки...
В больнице уже знали о случившемся и за 10-15 минут, которые ушли
на оказание неотложной помощи и дорогу, успели подготовиться к опера­
ции. Ранение оказалось очень тяжелым, тяжелее не придумаешь: задето
сердце, ранено легкое. Сильнейшее внутреннее кровотечение... Операция
продолжалась четыре часа, дважды наступала остановка сердца. Трое хи­
рургов и два реаниматора, практически весь боевой состав небольшой рай­
онной больницы, героически сражались за жизнь Наташи. Было перелито
около двух литров крови, большое количество кровезаменителей, и где-то
к вечеру состояние девочки, по крайней мере в ближайшие часы, стало
менее опасным.
58
По факту ранения прокуратурой города было возбуждено уголовное
дело, и через несколько дней мне, работавшему тогда в Демидове район­
ным судебно-медицинским экспертом, пришлось осмотреть Наташу. Она
была еще очень слаба, и хирурги просили не очень-то ее беспокоить.
Поэтому я даже не говорил с девочкой, а лишь внимательно прочитал
историю болезни. К тому времени обстоятельства случившегося были
известны любому жителю нашего небольшого городка.
Вернувшись с охоты, Иван Сергеевич повесил ружье на обычное мес­
то... Н о . . . в каждом из стволов тульской двустволки осталось по патрону.
Если бы он знал об этом! Ведь всегда проверял ружье, прятал патроны от
сына. А тут оплошал. Когда взрослые ушли, дети принялись играть. И вот
Максим снял со стены отцовское ружье...
Когда после скорой на Садовую приехала милиция, один из патронов
еще находился в ружейном стволе. При последующем экспериментальном
отстреле удалось установить дистанцию выстрела. Она была небольшой,
где-то в пределах одного метра. Парадоксально, но факт: близкое расстоя­
ние в какой-то мере явилось «благоприятным фактором» этого ранения.
Будь оно больше-произошел бы разлет дроби. Удачным оказалось и то,
что сердце было задето крайними дробинами заряда, если бы дробь летела
хотя бы на сантиметр влево, исход мог быть совсем иным.
Буквально через неделю после этого события случилось другое, не ме­
нее трагическое. Трое приятелей отправились на охоту. Двое шли впереди,
третий, назовем его Ивановым, самый бывалый из них, шел за ними. Вне­
запно один из двоих услыхал за спиной выстрел. Оглянувшись, он увидел,
что шедший рядом с ним лежит на земле, а Иванов стоит на колене, держа
в руках ружье. Когда оба подбежали к упавшему, то убедились, что ему уже
ничем нельзя помочь. Позднее Иванов так рассказал следователю о слу­
чившемся:
- Ружье у меня было заряженным. Я всегда заряжаю его, как только
вхожу в лес. Места тут мне знакомые, все исхожено вдоль и поперек. Вдруг
утка взлетит или дичь какая попадется. Пока патроны достанешь - ищи ее.
В тот раз я тоже не изменил своему правилу. Шли мы не спеша к болоту,
лес только начинался. Вдруг чувствую, что падаю, и одновременно услы­
шал выстрел. Только поднявшись и оглядевшись вокруг, понял, что стре­
ляло мое ружье. Нога зацепилась за кочку, вот я и упал. А ружье, видимо,
ударилось о землю, или палец при падении попал на спусковой крючок,
как - сам не пойму.
В дальнейшем криминалистическая и судебно-медицинская экспер­
тизы подтвердили истинность показаний Иванова. Выстрел в спину шед­
шему впереди товарищу произошел при падении. Криминалисты опре59
делили, однако, что ружье Иванова оказалось неисправным, и по причи­
не изношенности предохранительного и спускового механизмов произо­
шел выстрел.
Занимаясь этими экспертизами, я просмотрел большое количество спе­
циальной литературы, и меня буквально потрясли некоторые цифры и фак­
ты. Изучая обстоятельства несчастных случаев, связанных с огнестрель­
ными ранениями из охотничьего ружья, рядом авторов был собран колос­
сальный материал. Только в отечественных судебно-медицинских источ­
никах описано свыше 700 (семисот!) различных наблюдений, связанных с
несчастными случаями на охоте и в быту. За каждым из событий - подлин­
ные трагедии, связанные со смертью или тяжелыми ранениями людей. Это
грозная статистика. Вот только несколько примеров.
Судебно-медицинский эксперт О-П. Зеленский приводит случай, когда
гражданин X. (которому, кстати, было уже за сорок), балуясь, стал стрелять
из ружья в шляпку патрона, вставленного в расщелину пня. После второго
выстрела патрон взорвался, и металлическая гильза, полетевшая в результа­
те отдачи с большой скоростью назад, причинила X. ранение сердца.
Врач А.А. Бурденко сообщил о несчастном случае, в котором охотник,
взяв ружье за ствол, подтаскивал к себе убитую утку. Курок зацепился за
ветку, вследствие чего произошел выстрел. В моей практике встретился
случай, к счастью, без смертельного исхода, когда выстрел из заряженного
ружья произошел в тот момент, когда охотник прикладом пытался пога­
сить головешку. Стоящий рядом товарищ был ранен в ногу.
В широко известном рассказе Л. Шейнина «Охотничий нож» из «Запи­
сок следователя» описано событие, связанное с загадочной смертью одно­
го из героев. Сюжет новеллы основан на подлинном материале. В этом
случае выстрел произошел в момент удара рукояткой ножа по донышку
гильзы. Энергией пороховых газов нож был отброшен назад, причинив
владельцу ружья смертельное ранение черепа.
Павел Сардачук был опытным егерем. В эту последнюю охоту он, каза­
лось бы, правильно расставил стрелков, но одному из них не понравилось
его место, и он перешел на другое. Когда прогремели выстрелы и торже­
ствующие охотники подбежали к поверженному кабану, раненый Сарда­
чук из-за деревьев выполз им навстречу. Заряд попал ему в правую щеку и,
причинив сквозное ранение рта, вышел с другой стороны. Егерь еще счас­
тливо отделался - несколько сантиметров выше, и рана могла оказаться
смертельной.
Я написал о некоторых происшествиях, связанных с охотничьим ору­
жием, и уделил им столько внимания сознательно и с единственной це­
лью: необходимо, чтобы каждый, кто взял или еще возьмет в руки ружье,
60
помнил, что у него не безобидный предмет, нечто вроде детской игрушки,
мужской забавы, а серьезное оружие, представляющее при неосторожном,
неумелом или халатном обращении повышенную опасность как для само­
го охотника, так и для окружающих. Мудра народная пословица: «Раз в
году и незаряженное ружье стреляет». К сожалению, многими она давно
позабыта.
Как-то в печати промелькнуло сообщение, что в первый же день охот­
ничьего сезона в Италии пострадало свыше двухсот человек! При этом не
все они были охотниками, большинство ранений оказались случайными.
В связи с этими событиями в парламенте страны прошли прения относи­
тельно нового закона, который способствовал бы снижению уровня несча­
стных случаев.
На территории Российской Федерации действует Федеральный Закон
№ 150-ФЗ от 13.12.96 г. «Об оружии», призванный решить важную госу­
дарственную задачу контроля и личной ответственности за находящимся
у охотников оружием. «Каждое ружье - на учет, - пишет на страницах жур­
нала «Человек и закон» журналист Владимир Стрелков, комментируя этот
документ. - До сих пор продажа ружей производилась по охотничьим би­
летам. Много огнестрельного охотничьего оружия хранилось дома неза­
регистрированным. Его использовали браконьеры для незаконной охоты,
оно попадало в руки подростков. Ныне на органы внутренних дел возло­
жен контроль за приобретением, хранением, использованием, регистра­
цией и перерегистрацией ружей, а также выдача соответствующих доку­
ментов. Думается, это правильно».
...Максима, сына Ивана Сергеевича, разыскивали в лесу более двух су­
ток. Лишь на третий день его удалось найти. Случайный выстрел во время
игры, совершенный из-за преступной беспечности отца, явился тяжелым
потрясением для мальчика. И хотя дело по факту ранения Наташи проку­
ратурой города было прекращено (брат Аллы Петровны и другие родные
не захотели подбрасывать лишнее полено в полыхавший костер семейно­
го горя), Ивану Сергеевичу пришлось уехать из города. Слишком сильным
оказался резонанс этого выстрела, чтобы он мог, как и раньше, спокойно
жить и работать в Демидове.
61
Ложь сознательная и бессознательная
всегда будет в свидетельских показаниях,
и вопрос сводится не к тому, доверять или
вовсе не доверять свидетельским показани­
ям, а к тому, чего в них больше - правды
или лжи. На этот вопрос можно с уверен­
ностью ответить, что как в жизни, так
и в уголовных делах в свидетельских пока­
заниях всегда больше правды, чем лжи. Су­
дебные ошибки, основанные на ложных по­
казаниях, к счастью для человечества, всетаки не правило, а исключение.
И. Якимов
Она стояла перед судом, прокурором, адвокатами, людьми, на­
ходившимися в зале, и плакала. Слезы катились по лицу, оставляя на
щеках черные длинные полосы. Но ни один человек из присутст­
вующих не верил ей. Ибо плачем эта женщина хотела убедить всех,
что ее показания правдивы, хотя говорила она заведомую ложь. В не­
скольких метрах от нее были потерпевшие - жена и мать убитого, даль62
ше - за барьером - двое обвиняемых. Теперь, когда суд располагал неопро­
вержимыми доказательствами их вины, от этих слез отдавало таким ко­
щунством и надругательством над памятью погибшего, что даже они рав­
нодушно смотрели мимо нее, а судья, Владимир Батаев, коренастый плот­
ный мужчина средних лет, попросил ее успокоиться и вызвал следующего
свидетеля.
В зал вошла тоненькая светловолосая девушка в коричневой коф­
точке крупной вязки и повернулась лицом к плакавшей женщине, еще
не успевшей сесть.
- Вы говорите неправду, - сказала она. Глаза ее вспыхнули синим
пламенем, а лицо окрасил румянец гнева. - Когда я остановила авто­
бус, чтобы отвезти раненого в больницу, вы были первым человеком,
который оказался рядом. Они, - она кивнула в сторону обвиняемых, уже убежали, и вы сказали, что все видели и знаете одного из них. Он
живет у рыбного магазина, сказали вы, и назвали фамилию. Да, я точно
помню, вы назвали фамилию, но какую - забыла. Слишком быстро и
страшно все произошло. И потом, когда машина уже увезла его, вы
вторично повторили, что знаете одного из них. Почему вы не хотите
рассказать суду правду?
Женщина не перестала плакать. Теперь она вытирала слезы кон­
цом платка, все еще надеясь, что ей поверят. Судья жестом усадил ее
на место и, посоветовавшись с заседателями, объявил перерыв. В этом
коротком поединке правды и лжи меня поразило слепое стремление
немолодой уже женщины, близкое к фанатизму, слезами вызвать к
себе доверие, лишь бы остаться в стороне.
За годы работы мне не раз приходилось бывать в судах и видеть
сотни свидетелей: молодых и пожилых, мужчин, женщин, даже детей,
родственников обвиняемых и потерпевших, их близких знакомых,
соседей, сослуживцев, просто посторонних лиц. Большинство из них
говорили правду, иные - чаще всего родственники или близкие дру­
зья - умалчивали об отдельных фактах, иногда давали неверные по­
казания, пытаясь представить обвиняемых в более выгодном свете.
Плачущего свидетеля, слезами хотевшего поколебать чашу правосу­
дия, я видел впервые.
Случилось это в Гусь-Хрустальном, или просто «Гусе», как гово­
рят на Владимирщине. Сухие строки милицейского протокола свиде­
тельствуют о том, что в воскресенье на улице Калинина, около 21 часа,
рядом с проходной завода «Стекловолокно» неизвестный преступник
нанес ножевое ранение Дмитрию Николаеву, молодому человеку 24-х
лет, студенту лесотехнического техникума.
63
Хотя этот случай произошел в центре города, когда на улицах было не­
мало людей, следствию пришлось проделать большую работу, прежде чем
преступники (их оказалось двое) были установлены. События развивались
настолько стремительно, что очевидцам за считанные секунды, когда, как
при обрыве ленты, на киноэкране начинает мелькать множество лиц и труд­
но понять, что же все-таки происходит, сразу невозможно было объектив­
но разобраться в происшедшем. Через день в районной газете появилось
объявление: «Просим всех граждан, которым что-либо известно о совер­
шенном 3 октября около 21 часа преступлении на улице Калинина, сооб­
щить об этом прокуратуре или по телефону 02». Бригада, ведущая рассле­
дование, опросила около шестидесяти свидетелей, прежде чем полностью
удалось восстановить события трагического вечера.
Было установлено, что в этот воскресный день Сергей Попов и Кон­
стантин Маркин, выпив бутылку водки и несколько бутылок вина, реши­
ли «культурно» завершить свой досуг. Они отправились в кинотеатр «Ал­
маз» на 19-часовой сеанс, во время которого от чрезмерной дозы спиртно­
го Попову стало плохо и контролер предложила им покинуть зрительный
зал. Приятели вышли на улицу и пошли в сторону завода «Стекловолок­
но», нецензурно бранясь. По дороге им встретились Николаев с женой,
возвращавшиеся домой от родителей. Сделав несколько шагов навстречу
идущим, Маркин, цинично ухмыляясь, сказал Николаеву:
- Познакомь меня со своей девушкой.
- Это моя жена, - ответил Николаев, обойдя пьяных стороной, но
тут же получил удар кулаком в лицо. Дмитрий, занимавшийся бок­
сом в армии и техникуме, быстро сориентировался и, защищаясь, на­
нес ответный удар. Тогда Попов, стоявший до этого в стороне, подбе­
жал сбоку и ударил Николаева два раза ножом в область шеи. Вот что
рассказывала на суде об этих трагических минутах жена Дмитрия
Марина Владимировна:
- Когда один из парней ударил Диму, он оттолкнул меня и сам
ударил нападавшего. Парень отлетел к газону. Упал он или нет, я не
видела. Дима повернулся ко мне и взял за руку, но в это время второй
парень, который стоял у калитки, бросился на него сзади. Дима упал,
а парни стали его, лежащего, бить ногами. Я закричала: «Помоги­
те!». Тогда они оставили мужа и побежали в сторону центра. Какието ребята помогли положить Диму в остановившийся автобус и довесзти в больницу. Там я обратила внимание на часы - было 20 часов
50 минут, то есть все это заняло 10-15 минут...
Нож, которым, как предполагалось, были нанесены ранения Николаеву,
изъяли у Попова не сразу. Он имел время, чтобы «поработать» над ним, и,
64
вероятно, тщательно вымыв, смыл с клинка кровь, одну из важнейших
улик совершенного преступления. Поэтому, когда нож и чехол, в котором
он находился, эксперты-биологи подвергли тщательному исследованию,
следов крови на них они не обнаружили.
Нож - одно из древнейших орудий, которым пользовались еще наши
далекие предки, сыгравшие огромную роль в прогрессе и цивилизации
человечества. Но как давно известны человечеству нож и другие острые
предметы, так известны и повреждения от них. Есть круг лиц, которые
кладут нож в карман с далеко не благородными намерениями. Сознательно
не говорю о ножах, относящихся к холодному оружию, а говорю о ножах
обычных, повседневных. Как-то в нескольких крупных городах социо­
логи и юристы, занимавшиеся исследованием причин правонарушений
среди молодежи и подростков, предложили им в общественных местах
(клубах, кинотеатрах, стадионах, на улице) вывернуть карманы, то есть
добровольно показать их содержимое. Представьте их озабоченность и
тревогу, когда среди массы предметов в карманах у 80-85 человек из 100
были обнаружены разнообразные ножи, многие из которых были изго­
товлены самими ребятами (холодное оружие!) с большим искусством, в
самодельных кожаных ножнах, даже, пожалуй, «получше» фабричных.
За эту дешевую романтику нередко приходится тяжко расплачиваться.
Вот что гласит статья 218 Уголовного кодекса: «Ношение, изготовление
или сбыт кинжалов, финских ножей или иного холодного оружия без со­
ответствующего разрешения, за исключением тех местностей, где ноше1 ше холодного оружия является принадлежностью национального костюма
или связано с охотничьим промыслом, - наказывается лишением свобо­
ды на срок до 2 лет или исправительными работами на срок до 1 года».
Закон как раз исключает те обстоятельства, о которых писал, например,
в своей замечательной книге «Дерсу Узала» А. Арсеньев: «Каждый муж­
чина и даже мальчишки носят у пояса два ножа: один обыкновенный,
охотничий, а другой - маленький, кривой, которым владеют очень
искусно и который заменяет им шило, струг, буравчик, долото и все про­
чие инструменты».
.. .После биологического исследования нож Попова вместе с одеждой, в
которую был одет Николаев, следователь прокуратуры направил в медикокриминалистическое отделение судебно-медицинской лаборатории. Такие
отделения, оснащенные современной фотоаппаратурой, микроскопами и
другими точными приборами, созданы в крупных областных центрах,
Москве и Санкт-Петербурге. В этом отделении я работаю, и в нем подле­
жат разрешению вопросы, лежащие на стыке двух наук - медицины и кри­
миналистики.
65
На рабочей папке, в которой находилось постановление следователя,
появилось вначале всего несколько слов: «Установление орудия травмы
(ножа)». Но сделать это трудно. Преступник успел смыть с него кровь да
еще и утверждает, что он вообще не был на улице Калинина в те часы,
когда был убит Николаев! Сложность экспертизы состояла еще и в том,
что Попов нанес Дмитрию два удара, причем второе ранение он причинил
мгновением позже первого, полностью не вынув нож из раны.
Он мог выбросить этот нож, ставший орудием убийства за несколько
секунд, куда-то спрятать его (чаще всего преступники так и поступают), но
и теперь, после совершенного, ему не хотелось расставаться с этой изящ­
ной блестящей вещицей, которую он всегда носил в кармане, где бы ни
находился. Привычка носить нож с собой оказалась выше страха. На одеж­
де Николаева - светло-кофейной куртке, пиджаке и рубашке - имелись
отверстия необычной формы, отдаленно напоминающие по виду фигуру
летящей ласочки, что объяснялось нанесением двух ударов в одно и то же
место. Во многом помог приблизиться к истине экспериментальный ме­
тод, когда ножом Попова я нанес на одежду, доставленную в отделение,
серию повреждений для их сравнения с истинными разрезами.
Преступникам все хотелось предусмотреть, уничтожить все улики. Но
возможно ли это? И хотя на ноже крови не нашли, при осмотре куртки
Маркина эксперт-биолог Ирина Петровна Иванникова обратила внимание
на пять буроватых пятен, расположенных на подкладке левого кармана.
Предварительные пробы и специфическая реакция преципитации показа­
ли, что это кровь человека. Но вот совпадение, и совсем некстати: у Мар­
кина оказалась кровь той же группы!
В зале суда между экспертами и обвиняемыми произошел следующий
диалог:
- Маркин, объясните, откуда появилась кровь на левом кармане вашей
куртки?
- За несколько дней до задержания я оцарапал руку. Вероятно, от цара­
пины и осталась кровь на куртке.
- Но при судебно-медицинском освидетельствовании никаких повреж­
дений на ваших руках обнаружено не было.
Молчание. Потом после небольшой паузы:
- Тогда объяснить происхождение пятен крови не могу. Может быть, она
осталась от моего брата, который когда-то надевал куртку...
Смех в зале. Представительствующий обращается к экспертам:
- Каково, по вашему мнению, происхождение крови на кармане куртки
Маркина?
Ответ:
66
- Пять мелких, расположенных почти на одной линии пятен крови, име­
ющих равное расстояние друг от друга, вероятнее всего, образованы при
контакте окровавленной руки человека с тканью пиджака.
- Стало быть, вы не исключаете возможность образования этих пятен
от пальцев Маркина, испачканных кровью Николаева?
- Такая возможность не исключается.
Знай Маркин, с какими опытными экспертами ему предстоит вступить
в поединок на суде, возможно, он не стал бы лгать, давать по-детски наи­
вные показания.
Вот другая «рядовая» экспертиза, выполненная в том же биологиче­
ском отделении на уровне современных достижений судебно-медицин­
ской науки.
Вечер. Из ресторана вышли двое. Затем в строках милицейского прото­
кола будет сказано, что между ними и гр-ном Г., проезжавшим мимо на
велосипеде, произошла ссора, в ходе которой ему была причинена тупая
травма головы. Преступники скрылись, а пострадавший был доставлен в
больницу. С места происшествия изъяли каблук от мужского ботинка и
сломанный велосипед. Тремя днями спустя милиция задержала Александ­
ра Колесникова, которого в тот вечер видели в ресторане. По его словам,
никакого отношения к инциденту с Г. он не имел. У Колесникова был,
правда, небольшой порез пальца, который он объяснил неосторожным
обращением с ножом при резке хлеба, а на куртке были следы крови. Уже
на следующий день одежда Колесникова - куртка и потертые синие джин­
сы - поступили во Владимирское областное бюро судебно-медицинской
экспертизы. Исследование было поручено И.П. Иванниковой.
На застежке куртки, ее карманах и рукавах имелась только кровь четвер­
той группы, такая же группа была у Колесникова. С учетом того, что у него
был поврежден палец, все, казалось бы, логично. Потертые синие джинсы,
на первый взгляд, никакого интереса для экспертов не представляли. Крови
на них не было заметно, колени стерты почти до дыр. «Ничего не подела­
ешь - мода, - размышляла И.П. Иванникова. - Но что-то уж цвет какой-то
неестественный, да и пятна на коленях большие...». Она продолжила иссле­
дование и обнаружила в этих местах следы крови третьей группы, совпада­
ющие с группой крови Г. Пятна оказались замытыми. Такие же следы были
обнаружены на каблуке, найденном у ресторана и, как потом оказалось,
принадлежавшем второму преступнику. Под влиянием улик Колесников и
его сообщник признали себя виновными.
Как раковая опухоль иногда медленно, а затем стремительно поража­
ет здоровую ткань, так постепенно, исподволь «заболевал» Попов. Уста67
новлено, что еще во время учебы в школе ФЗУ он изготовил из напиль­
ника нож, позже отобранный у него мастером производственного обуче­
ния. С этого времени «умельца» берут на учет как склонного к правона­
рушениям.
Попов заканчивает ФЗУ, начинается его трудовая жизнь. Время от вре­
мени она прерывается: доставка в вытрезвитель, прогулы, появление на
работе в нетрезвом виде. Теперь-то все «успехи» его и Маркина отражены
на страницах уголовного дела, но... поздно. За несколько месяцев до этих
событий проявился грозный симптом далеко зашедшей болезни. Не прой­
ди он безнаказанно для Попова, и Дима Николаев остался бы жив. Итак, 9
мая. День Победы. После полудня гр-н Соболев, живший с Поповым в од­
ном подъезде, услыхал громкие удары в дверь своей квартиры. Открыв ее,
он увидел пьяного соседа, который держал в руке большой кухонный нож.
Закричав, что он зарежет Андрея, сына Соболева, Попов замахнулся на
хозяина ножом. Тот едва успел закрыть дверь, как клинок вонзился в нее.
После этого распоясавшийся хулиган нанес ножом в дверь еще несколько
ударов. Неизвестно, чем бы это кончилось, если бы Попов случайно не
порезал ножом правую руку, повредив ладонь и сухожилия двух пальцев.
На суде, показывая увечье на руке, он пытается использовать его как сред­
ство спасения:
- Такой рукой, - говорит Попов, - я не мог ни ударить человека, ни
прочно держать нож.
Однако эксперты, непосредственно в зале суда осмотрев руку По­
пова, высказали мнение, что если, работая шофером, он справлялся
со своими обязанностями, связанными с тонкими движениями по уп­
равлению и уходу за машиной, то доводы о неполноценности руки
следует считать необоснованными. Говоря языком юридическим, суд
располагал неопровержимыми доказательствами их вины, хотя с пер­
вого дня следствия обвиняемые заняли по отношению к случившему­
ся негативную позицию. Они все отрицали, утверждая, что вечером 3
октября находились совершенно в другом месте.
Какая из чаш правосудия тяжелее и более весома: научно обоснован­
ные доводы экспертиз (их в деле целый том) или страницы свидетельских
показаний? Конечно, если исходить из науки, которую мы, эксперты, пред­
ставляем в суде, преимущество на нашей стороне. Объективные результа­
ты, полученные с помощью точных приборов, экспериментальные дан­
ные, фотографии, взаимовытекающие выводы:«.. .Исходя из размеров и
конструкции ножа, особенностей экспериментальных повреждений на теле
и одежде Д.В. Николаева, полагаю, что ранение потерпевшему могли быть
причинены клинком ножа, принадлежащим Попову и представленным на
68
экспертизу... Ранения были нанесены при вертикальном положении тела
в пространстве, при этом более вероятное положение нападающего было
слева и несколько сбоку».
Но разве не всегда и не во все времена были не менее ценны такие поня­
тия, как честность, принципиальность, высокая гражданская ответствен­
ность? И, исходя из этих общечеловеческих критериев, беспристрастное
слово свидетеля весит не меньше и так же важно для правосудия, как и науч­
ные выводы самой совершенной экспертизы.
Когда из десятков людей определился круг лиц, всего несколько
человек, показания которых отражали суть происшедшего, оператор
завода «Стекловолокно» (женщина, плакавшая на суде) не подтвер­
дила слов, сказанных ею на месте преступления. Я и сейчас ее вижу
перед собой: опущенная голова, руки, как четки перебирающие край
платка, тихий глуховатый голос. К счастью, были известны и показа­
ния другой свидетельницы, светловолосой девушки в коричневой коф­
точке, Нади Завьяловой. В кабинете следователя, на очной ставке
между ними, когда гр-ка Б. впервые солгала, их было трое. И все, о
чем они говорили, казалось, останется в стенах этого кабинета. В зале
суда атмосфера была иной. Лжесвидетельница увидела десятки тре­
бовательных глаз, со многими людьми она была знакома, здорова­
лась при встрече на улице, и им правда о случившемся была нужна не
меньше, чем суду и представителям обвинения. Тогда-то она и запла­
кала, во спасение от собственной лжи...
Помню события другого суда, в другом городе. Случилось это в
сельской местности, дело было менее серьезное, но, как и тут, многое
зависело от слов свидетелей. Одна из них, соседка обвиняемых, жен­
щина, даже внешне очень похожая на Б., рассказывает:
- Люди они были плохие. Вот стали мы с ними копать колодец на
две семьи. Вырыли, а потом старик говорит: «Я вам деньги отдам,
заплачу больше, чем положено, а колодец наш будет». Как же, - воз­
ражаю, - ведь вся наша семья копала, даже дети - и те помогали. А они ни
в какую. Так и отобрали колодец...
И суд слушал о колодце, хотя к делу это совсем не относилось, добрых
20-25 минут, не прерывая женщину. Уж очень искренне и правдиво она
говорила.
До сих пор речь шла об обвиняемых, поведении свидетелей, о тонко­
стях расследования, но почти ничего я не сказал о Диме Николаеве, 24-х
лет, который уже никогда не пройдет по тихим улицам Гусь-Хрустально­
го. Из его характеристики (лист дела 96): «Николаев Дмитрий в лесной
техникум поступил после демобилизации из армии... На занятиях всегда
69
был внимателен и дисциплинирован. На 1-2 курсах был старостой груп­
пы. Пользовался авторитетом среди товарищей. Увлекался спортом, за­
нимался в секции бокса. Принимал участие в соревнованиях по теннису.
Занимался фотографией, посещал геодезический кружок. После оконча­
ния техникума мечтал поступить в лесотехнический институт. Выбыл из
техникума по случаю смерти».
«Выбыл из техникума по случаю смерти...» За этой фразой страшная
безвозвратная потеря не только молодого, полного сил человека для об­
щества, но и ребенок, оставшийся без отца, жена, ожидающая второго ма­
лыша, которого, из-за внезапно свалившегося горя, ей так и не довелось
родить. Поэтому нельзя без волнения читать эти, на первый взгляд, офи­
циальные строки, как и письма, поступившие в областную прокуратуру,
суд, редакцию «Комсомольской правды». На одном из них более пятисот
подписей, и в каждом слове требование сурового наказания убийц. Убий­
цы его и понесли: Сергей Попов осужден на 10, Константин Маркин - на 5
лет лишения свободы.
70
Подобно тому, как бывает бо­
лезнь тела, бывает также болезнь
образа Э1сизни.
Демокрит
С расслоением и децивилизацией общества, значительным упад­
ком морали у тунеядствующих лиц появилось такое юридическое по­
нятие, как «притонная преступность». Это квартиры, частные дома,
заброшенные подвалы, где собираются нигде не работающие компа­
нии - бомжи, бродяги, проститутки, мелкое ворье, хронические алко­
голики, сводящие времяпровождение к бытовому пьянству. Такие
объекты знакомы участковым и уголовному розыску, где стихийно
возникают разного рода конфликты - от пьяных драк, хулиганства и
пожаров до серьезных криминальных инцидентов, в том числе убийств.
Тут как раз такая ситуация с использованием ножа, обнаруженного,
однако, не сразу, и медико-криминалистические экспертизы со слож­
ными лабораторными исследованиями изобличения преступника.
** *
Мы свернули за угол и вошли в полуосвещенный подъезд старого
двухэтажного дома. На первом этаже прямо перед нами была дверь.
71
. - Седьмая квартира, - сказал следователь, взглянув на цифру, написан-,
ную мелом, на темно-коричневом дереве с потрескавшейся и давно облу­
пившейся краской.
Миновав темную тесную прихожую, входим в кухню. Оттуда в
комнату. Руки ощупывают стены в поисках выключателя. Ага, вот
он. Щелк, щелк. Но света нет - лишь трещит под ногами разбитое
стекло. Постепенно глаза привыкают к полумраку. Хмурое зимнее
утро заглянуло в окно. Но работать в таких условиях невозможно.
Вернулся следователь и принес две лампочки. Сказал, что одолжил
у соседей. Мы ввинтили их в патроны. Помещение залил какой-то
яркий, неестественный свет. Утренняя синева за окном пропала.
Интинктивно зажмуриваю глаза. Дежурная оперативная группа - сле­
дователь прокуратуры, инспектор уголовного розыска, эксперт-кри­
миналист и судебно-медицинский эксперт - начала работу по осмот­
ру места происшествия.
Вот что мы увидели. Кухня. В углу автомобильное сиденье, кое-где
с выступающими из-под рваной кожи пружинами. Прямо на нем гора
грязной посуды, окурки, куски хлеба. На подоконнике и под ним много
пустых бутылок. Дотошный инспектор уголовного розыска взялся
подсчитывать их и насчитал по всей квартире 92 штуки.
- Без малого сотня, - с мрачным юмором сказал следователь, вно­
ся эту цифру в протокол осмотра.
Но главным «украшением» кухни был стол. Уже потом, когда мы
ушли отсюда, я подумал, что даже самый изощренный фантазер, на­
верное, не смог бы представить себе ничего более живописного. В цен­
тре стола, среди всеобщего хаоса, печальным монументом возвышал­
ся электрический утюг. Его хромированные бока отражали пустые ста­
каны (два из которых были разбиты), сковородку с остатками какойто еды. На столе, как и везде, множество окурков, обгоревшая газета видно, что пепельница считалась здесь излишней роскошью. Случись
здесь пожар, это было бы скорее не случайностью, а закономерно­
стью. Еще были на столе бутылка с остатками красноватой жидкости,
два грязных ножа, пустые банки... Наверное, я что-то упустил. В оп­
равдание скажу, что пишу по памяти и нет под рукой протокола ос­
мотра. Вот там - все в точности и гораздо подробнее.
Комната. Стены в старых блеклых обоях, которые местами отсут­
ствуют, обнажая пожелтевшую штукатурку. И если в кухне поражало
обилие «всего», то здесь удивило почти полное отсутствие мебели. В
углу комнаты кровать с потемневшей металлической обивкой. Рядом
с ней, прямо на полу, телевизор. Опять пустые бутылки, окурки, раз72
битое стекло под ногами. Пара рваных женских туфель (одна на телевизо­
ре), еще одну дамскую босоножку нашли под кроватью. Пустые консерв­
ные банки там же. Килька, килька, еще килька.
Но дело было серьезное. Мы пришли сюда не ради любопытства
и простого созерцания всего находящегося там. Да поверит мне чи­
татель, если скажу: всему написанному - не верьте. Это только жал­
кий лепет, полуправда. Но вот главное, ради чего мы все-таки здесь.
На стенах комнаты следы крови, местами кровь на полу, дверном
проеме в кухню.
...Выявлению следов крови на месте происшествия с давних пор
уделялось особое внимание. Экспертам и криминалистам хорошо из­
вестно, что при нанесении человеку повреждений следы крови обра­
зуются не хаотично, беспорядочно. Механизм их возникновения под­
чиняется определенным физическим законам. Кровь может свободно
изливаться из сосуда, капать на пол или другую поверхность, разбрыз­
гиваться при ударах, срываться с плоскости окровавленного предме­
та и т.п. Нами различаются такие элементарные следы крови, как по­
теки, пятна и брызги, помарки и отпечатки, комбинированные сле­
ды. Необходимо также учитывать, что в некоторых случаях первона­
чальная форма следов может измениться под влиянием внешних фак­
торов (снег, дождь, грязь), а иногда умышленно уничтожаться пре­
ступником (замытые следы).
Интересный пример установления истины в подобных ситуациях
приводят в монографии «Следы крови» М.В. Кисин и А.К. Туманов:
«В отделение милиции обратился гражданин с окровавленным лицом;
он показал, что несколько минут назад подвергся разбойному напа­
дению неизвестного. Разбив ему лицо, преступник отнял часы и ко­
шелек. Вскоре в вагоне электропоезда был обнаружен мужчина лет
25-30, на голубой рубашке которого имелись многочисленные пятна
от брызг, похожие на кровь. Задержанный показал, что кровь на ру­
башке принадлежит ему самому и появилась в результате кровотече­
ния из носа. Так как кровь потерпевшего и подозреваемого совпада­
ли по группе, было решено по форме и расположению следов на ру­
башке определить механизм их образования и тем самым приблизиться
к решению вопроса об их происхождении.
Изучение следов показало, что они не могли образоваться в резуль­
тате носового кровотечения, а произошли вследствие удара тупым
предметом по кровоточащей поверхности, причем источник кровоте­
чения находился на расстоянии примерно 50 см от передней поверх­
ности рубашки на уровне, совпадающем с серединой груди».
73
Но вернемся в квартиру номер семь.
- Вчера тут была драка, почти весь день стоял шум, - сказала за­
глянувшая соседка.
- И не только драка, - уточнил следователь, имея в виду события,
произошедшие накануне. Женщина постояла и ушла, а мы со следо­
вателем и экспертом-криминалистом продолжали осмотр, сосредо­
точив внимание на фиксации, фотографировании и изъятии для по­
следующего исследования многочисленных следов крови. Вчера в
квартире побывало немало людей, и чья это кровь, еще предстояло
выяснить.
Хозяина седьмой квартиры Ростислава Ватникова мы дома не за­
стали. Опережая события, скажу, что в дальнейшем пришлось прило­
жить немало усилий, чтобы разыскать его и вызвать в прокуратуру
для беседы. Биография Ватникова особого интереса не вызывает, но
есть в ней, однако, и свои специфические вехи. В свои пятьдесят с не­
большим Ватников дважды был женат, имел двух сыновей, но семьи
у него давно уже не было. Ранее был судим за кражу. Несколько лет
назад с Ватниковым случилось несчастье. Морозным зимним вече­
ром, находясь в нетрезвом состоянии, он так обморозил ноги, что их
пришлось ампутировать. С тех пор называет себя инвалидом Вели­
кой Отечественной войны, и многие этому верят.
Впрочем, вот собственные показания Ватникова, существенно до­
полняющие его биографию: «Часто меня посещает молодежь. Одно­
му, знаете, скучно бывает, вот и заходят погреться. Говорим о том, о
сем, больше о жизни. Мне, инвалиду войны, приятно посидеть с ребя­
тами, рассказать им о прошлом... Для веселья заходят и женщины.
Выпивают, угощают и меня. В тот день с утра 25 января я был пьян,
выпил две бутылки, о дальнейшем ничего не помню. Знаю, что в квар­
тире было много народу, наверное, не меньше 15 человек. Драка? Да,
было что-то похожее. Но я спал».
Позднее, когда вместе с ним мы приедем сюда опять, он укажет на
кровать в углу комнаты, поразившую нас тем, что на ней вообще от­
сутствовал хотя бы один из предметов постельного белья. Не говоря
уже о подушке, простыне, одеяле, на кровати не было даже матраца.
Рваная металлическая сетка - и все.
Итак, драка. Да, она действительно была. Пройдет какое-то вре­
мя, пока следствие все разложит по полочкам. 25 января. Пятница. В
уголовном деле есть показания соседей, свидетелей, очевидцев. Сухие
74
официальные строки протоколов, допросов. Воспользуемся ими и пред­
ставим себе...
В прокуренном полумраке квартиры Ватникова веселится подвы­
пившая компания. За вечер тут побывало не менее 20 человек, были и
женщины. Одни приходят, другие уходят. Время от времени выкрики
нетрезвых людей перемежаются с бранью. Позднее в судебном приго­
воре прозвучат слова, которые, возможно, шокируют кое-кого из чи­
тателей: «притон», «пьяные оргии». Но из песни слова не выкинешь.
Тем более - из приговора.
А в это время, всего в пяти минутах ходьбы отсюда, работал круп­
ный завод. Но кое-кто из тех, которые должны были быть там - в це­
хах, у станков, были в седьмой квартире. Потом в соответствующие
органы они представят справки, кто-то - больничные листы, будут
давать устные и письменные объяснения.
Уже поздно, но пьяная компания не расходится. Спиртное, выпи­
тое в течение дня, все больше дает знать о себе. Ругань, пьяные вы­
крики, смех перемежаются с хоровым пением. Стихийно возникает
драка. Сцепились двое, некие Савинов и Григорьев. У одного идет
кровь из носа, у другого рассечена губа. Атмосфера такова, что мо­
жет случиться и что-то более серьезное. Позднее в одной из книг по
судебной медицине я прочту такие слова: «При опьянении происхо­
дит значительное нарушение процессов мышления, критической спо­
собности, часто возникает возбуждение, ослабевает самоконтроль.
Пьяные лица легко затевают драки, совершают насилие, склонны к
агрессивности...»
И вот один из двоих, Савинов, берет в руки нож. Только что им
открывали консервную банку, резали хлеб. Минуту спустя он пере­
станет быть предметом обихода - обыкновенным кухонным ножом - и
станет орудием преступления. Савинов с ножом выходит на улицу.
После душного помещения морозный воздух еще сильнее пьянит его.
Он догоняет ушедшего перед ним Владимира Григорьева и наносит
ему ножевой удар в спину. Вскоре, по звонку из больницы, куда ско­
рая помощь доставила потерпевшего, оперативная группа выехала
на Литейную, 4.
Впрочем, милиция бывала здесь и раньше. Причем не один раз. Что­
бы убедиться в этом, достаточно просмотреть уголовное дело. Вот крат­
кая характеристика предшествовавших событий. В мае прошлого года в
квартире Ватникова были обнаружены краденые вещи. В сентябре тут
произошла пьяная драка, прервать которую смогла только подъехавшая
75
по вызову соседей патрульная автомашина. Читаю подробнее письмо
жильцов дома в редакцию областной газеты.
... Короткий январский день близится к концу, а осмотр места проис­
шествия еще не завершен. Савинов нанес ножевой удар на улице, поэтому
мы выходим из помещения с переносной лампой и, действительно, видим
на снегу оранжево-красные пятна крови.
- Пятна довольно крупные, диаметром около двух с половиной-трех
сантиметров, - высказываю следователю свое соображение. - Кровь пада­
ла с относительно большой высоты. По их размерам уровень ранения как
раз соответствует верхней части живота.
Прерывистая цепочка становится реже, теперь пятна имеют не круг­
лую, а вытянуто-овальную форму. Заметно, что раненый бежал. В переул­
ке, метрах в ста от Литейной, 4, она исчезает совсем.
- Вот отсюда скорая помощь увезла Григорьева, - произносит следова­
тель, и мы останавливаемся.
Нож - орудие преступления, которым воспользовался Савинов, - пона­
чалу обнаружить не удалось. Преступник утверждал, что после удара он
выбросил его в урну, находившуюся рядом с домом. Милиция осмотрела
все вокруг, ящики для мусора, урны на Литейной и прилегающих улицах.
Ножа не было.
Между тем, следователь, принявший дело, изъял в больнице одежду
Григорьева. В медико-криминалистическом отделении, изучив под мик­
роскопом ее особенности, я пришел к мнению об использовании клинка с
односторонне-острой заточкой, имеющего тонкий обушок с хорошо выра­
женными ребрами.
- Ширина клинка не должна превышать двух с половиной сантимет­
ров, - сообщил я по телефону следователю. - Нож достаточно острый, о
чем свидетельствуют идеально ровные края повреждений на куртке и ру­
башке Григорьева.
Следователь помолчал, видно что-то записывал, потом произнес:
- И все же, доктор, я попрошу вас пока не оформлять окончательного
заключения. Возможно, нам удастся обнаружить нож, мы уже и школьни­
ков подключили.
Прошел день, другой, третий... Потом я уехал в командировку, а когда
вернулся - утром пятого дня, увидел на рабочем столе пакет из коричнева­
той оберточной бумаги с краткой надписью: «Нож по делу Савинова».
Я позвонил в милицию.
- Нашла его на улице соседка Ватникова, - сказал мне следователь. Валялся на снегу под доской от забора. Уж не он ли? Одно смущает - весь
в ржавчине.
76
- Сейчас же взгляну. По повреждениям одежды групповые свойства
клинка известны. Прикинем, что к чему. А далеко ли от доски, под кото­
рой лежал нож, до Литейной, 4?
- Сущий пустяк. Каких-нибудь двадцать метров. Я вот смотрю на план
протокола осмотра, почти рядом с этим местом начинается цепочка сле­
дов крови...
Ознакомившись с постановлением о назначении экспертизы, я взялся
за пакет, в который следователь упаковал нож. Вскрыл его и увидел боль­
шой кухонный нож с деревянной рукояткой, клинок которого был густо
покрыт ржавчиной. Нож как нож, из таких, какие употребляются повсед­
невно. Линейкой измеряю наибольшую ширину клинка - два и три деся­
тых сантиметра. Однако эта подходящая цифра пока еще ни о чем не гово­
рит. Вот если лабораторные методы помогут, тогда другое дело.
Включив стереоскопический микроскоп, продвигаясь от основания к
острию, миллиметр за миллиметром, начал осматривать клинок. Похоже,
что ржавчина на нем свежая, лишь на отдельных местах пятна темнова­
тые, а так цвет ее желтовато-оранжевый, насыщенный. Кромка лезвия до­
статочно острая, хотя и сточена, обух тонкий, толщиной в 1 мм. По груп­
повым признакам - ширине клинка, свойствам обуха и лезвия - нож, как
принято считать среди криминалистов и экспертов, в качестве орудия трав­
мы «не применялся»...
Когда я, наконец, добрался до конца клинка и тонкой иглой снял с по­
верхности металла пленку ржавчины, то поначалу не поверил своим гла­
зам. Кончика как такового не было. На протяжении 4-5 миллиметров от­
сутствовал конечный отдел - острие. Похоже, что линия, по которой оно
было отломлено, свежая.
Читаю описание раневого канала, ход которого хирург при операции
описал весьма тщательно: «От кожной раны спины под углом около 45°
раневой канал идет слева-направо и снаружи вовнутрь к средней линии
тела... По ходу канала повреждены нижняя доля легкого и диафрагма».
Средняя линия тела... Наверное, нож все-таки достиг позвоночника. А
коль так, не там ли конец клинка? Подобные случаи редко, но встречаются
в судебно-медицинской практике. При сильном направленном ударе нож
мог наткнуться на позвоночник и сломаться. Что ж, придется сделать рен­
тгенографию грудного отдела Григорьева. Тогда, если повезет, обломок
клинка может появиться на снимке. Такая методика весьма эффективна в
подобных случаях.
Рентгеновские лучи были открыты в конце прошлого столетия (офици­
ально в 1895 г.) немецким физиком Вильгельмом Рентгеном. Научный мир
высоко оценил это достижение: Рентген первый среди всех физиков пла77
неты был удостоен Нобелевской премии. Позднее его открытие нашло
широкое применение в самых различньгх сферах человеческой деятельно­
сти. И все же, пожалуй, наиболее важной областью использования чудолучей является медицина. Сейчас нет ни одной мало-мальски удовлетво­
рительно оснащенной больницы, в которой не было бы рентгеновского
аппарата. Диагностика многих заболеваний: легких, сердечно-сосудистой
системы, опорно-двигательного аппарата, органов пищеварения, лечение
сложных переломов - этот список можно было бы продолжить. Широкое
применение нашла рентгенология в судебной медицине и криминалисти­
ке. Крупное бюро оснащено теперь современной рентгеновской аппарату­
рой, периодически медико-криминалистический отдел центра судебной
медицины проводит рабочие семинары для экспертов по этой важной
проблеме. Сравнительно недавно вышла в свет монография С.А. Бурова и
Б Д . Резникова «Рентгенология в судебной медицине», один из авторов
которой, кандидат медицинских наук, заведующий медико-криминалис­
тическим отделением Саратовского областного бюро Сергей Алексеевич
Буров, внес крупный вклад во внедрение этой науки в экспертную практи­
ку. Ныне рентгенологические методы используются при повреждениях
тупыми и острыми орудиями, огнестрельной травме, определении возрас­
та, исследованиях неопознанных и сильно измененных трупов.
Наконец получено согласие заведующего отделением. На носилках с
помощью санитаров еще не совсем пришедшего в себя после операции
Григорьева перевозим в рентгенкабинет. Тут полумрак, лишь таинственно
поблескивают никелем сложные приборы.
Я слегка волнуюсь. Уж сколько раз невидимые лучи помогали нам
установить истину, но в таких случаях каждый раз - как впервые. По­
мнится, однажды мы искали пулю при огнестрельном ранении. Ход ра­
невого канала тогда точно установить не удалось. Сделали несколько
больших снимков и нашли пулю от револьвера системы «Наган» в самом
неожиданном месте - плечевом суставе. Тут дело попроще - ход ранево­
го канала точно известен, зато иная сложность: слишком мал осколок
ножа, всего-то ничего - четыре-пять миллиметров. А может быть, кон­
чик сломался до рокового удара? Тогда его на снимке быть не должно...
Однако пока меня одолевают сомнения, рентгенограммы грудного от­
дела позвоночника у Григорьева уже отсняты. Два снимка - в прямой и
боковой проекциях. Минут двадцать уходит на обработку пленки. Нако­
нец лаборант приносит снимки. Врач-рентгенолог точным профессиональ­
ным движением укрепляет рентгенограммы под зажимами матово-светя­
щегося экрана негатоскопа (негатоскоп - специальный прибор для изуче­
ния рентгеноснимков. - Прим. М.Ф.). В молчании проходит минута, дру78
гая. На мерцающем экране отчетливо видны контуры позвонков, контраст
отличный, технически снимки выполнены безупречно.
- На боковой проекции ничего подозрительного, - произносит рентге­
нолог. - Может быть, на прямой повезет?-Заметно, что этого пожилого,
уставшего к концу рабочего дня врача, тоже заинтриговал наш поиск. Он
протирает большие темные очки концом халата и снова бросает взгляд на
экран.
- Взгляните-ка, коллега, сюда! - карандаш, который он держит в руке,
упирается в изображение боковой поверхности позвонка. - Вот, видите, ря­
дом с поперечным отростком какой-то очень маленький посторонний пред­
мет. Заметьте, пятнышко хоть и темноватое, но отчетливое. Не исключено,
что это кончик ножа. На костное образование оно не похоже, и, обратите
внимание, внутренний край его заострен.
Мы благодарим врача за помощь и выходим из кабинета. Проходит ка­
кое-то время, пока после полной темноты глаза привыкают к дневному
свету. Местонахождение предполагаемого кончика ножа нам точно указа­
ла рентгенограмма. Длина такая, как и предполагалось: ровно пять милли­
метров. Потом на фототаблицах это будет выглядеть весьма эффектно: об­
щий вид ножа с отломленным концом, рентгенограмма со стрелкой, ука­
зывающей на локализацию постороннего предмета в теле позвонка, сам
клинок при большом увеличении, наконец совмещение по линии отлома
всего клинка с недостающим острием. Такая идентификационная экспер­
тиза носит название «Установление целого по частям» и встречается не
часто, зато имеет большое доказательное значение для следствия и суда.
Теперь бесспорно, что нож, который валялся под доской от забора, именно
то орудие, которым преступник нанес удар Григорьеву в спину...
Судмедэксперты хорошо знают, что многие из преступлений начина­
ются с пьяных застолий. Тут взаимосвязи постоянные и, как правило, тра­
гические. Происшествие на Литейной в квартире номер семь - лишь одна
из множества драм такого рода. Вот события другого, не менее бурного
дня, которые воспроизведу почти хронологически, используя экспертный
оперативный журнал.
Одиннадцатое сентября, вторник. В 17.00 заступаю на дежурство по
городу. Этот день выдался спокойным и умиротворенным: в меру тепло,
сухо, нет опостылевшего всем осеннего дождя. Но то оказалось лишь ка­
жущимся спокойствием. Сигнал тревоги прозвучал из Фрунзенского РОВД
г. Владимира: на лестничной площадке второго этажа по улице Ильича
обнаружен труп Б., 34-х лет. По дороге прикидываю возможные варианты:
скоропостижная смерть от заболевания сердца, алкогольное опьянение, чтото еще? Но едва склоняюсь над лежащим в неестественной позе мужчи79
ной, вижу обезображенное лицо, брызги крови на стенах, как становится
ясным, что это убийство. Били, вероятно, зверски, в основном - ногами.
Пока диктую следователю протокол осмотра, эксперт-криминалист фото­
графирует окружающую обстановку. Потом вся группа коллективно соби­
рает разбросанные поблизости бутылки. Насчитывается их около десятка,
в основном «Мадера» Краснодарского производства.
Полутора часами позже отправляемся в райотдел. Не успели проехать и
двух кварталов, как по дороге, на улице Володарского, видим автомашины
скорой помощи и милиции. Нас останавливают. Опять что-то серьезное, и
мы идем в дом напротив. На полу комнаты лежит мертвый мужчина, ря­
дом убирают шприцы и медикаменты врач и персонал скорой. Потерпев­
шему М., 1935 года рождения, уже ничем нельзя помочь. На теле покойно­
го насчитываю одиннадцать колото-резаных ран. Выясняем, что преступ­
ник скрылся, ножа на месте происшествия тоже нет. Пока криминалист
добросовестно фиксирует с помощью вспышки все вокруг, среди хаоса на
кухонном столе замечаем три бутылки уже знакомой нам «Мадеры»...
Едва оперативная группа успевает переступить порог дежурной части
областного УВД, как опять загорается лампочка на пульте. В частном доме
нанесены ранения Ц., 63-х лет. Сворачиваем у филармонии на узкую улоч­
ку, минут пятнадцать петляем в темноте, пока находим нужный дом. Опять
следы крови, картина только что совершенного преступления. Потерпев­
шую увезла скорая помощь. Потом мы узнали: по дороге, так и не доехав
до приемного покоя больницы, она скончалась от проникающего колоторезаного ранения в грудь. Мы со следователем прокуратуры уже не удив­
ляемся, обнаружив под кроватью и в коридоре несколько бутылок той же
«Мадеры».
Итог этого вечера поистине рекордный: три убийства за три часа! Ока­
залось, что в тот день «Мадеру» в неограниченном количестве по коммер­
чески ценам продавали в центре города. При дефиците спиртного брали не
по бутылочке к празднику, семейному торжеству, а десятками бутылок,
причем преуспевающие «кооператоры» (случай на Ильича на их совести),
похоже, закупали впрок, ящиками. Вот так создаются острейшие крими­
нальные ситуации. И хотя все преступления этого буйного вечера раскры­
ты, они, согласитесь, дают немало поводов для раздумий о будущем.
Процесс по делу о нанесении тяжкого вреда здоровью Владимиру Гри­
горьеву вела народный судья Людмила Кулакова. Я зашел к ней через ме­
сяц после процесса, зная, что Савинов уже осужден на 7 лет лишения сво­
боды, а потерпевший на днях после окончания курса лечения выписан из
80
больницы. Доставая по моей просьбе из сейфа уголовное дело, Людмила
Васильевна сказала:
- А знаете, всего несколько дней назад мне опять пришлось столк­
нуться с Ватниковым (он проходил в качестве свидетеля на суде по обви­
нению Савинова). Мы разбирали гражданское дело по лишению родитель­
ских прав некоей Лотовой. Она нигде не работает, пьянствует. У Лотовой
есть сын, Саша. Мальчику 8 лет, он пошел в первый класс, неплохо учит­
ся. Живет он с отцом, который давно развелся с женой. Лотова свою квар­
тиру, как и Ватников, превратила в прибежище алкоголиков и тунеядцев.
Так вот, 25 января она тоже была у Ватникова. Сейчас решением суда Ло­
това лишена родительских прав и обязана выплачивать алименты отцу на
содержание сына.
Небольшое отступление. Когда оперативная группа возвращалась с ме­
ста преступления, между следователем и инспектором уголовного розыска
возник спор. Я полагаю, что не преступлю служебной тайны, если коротко
коснусь темы разговора. Его начал инспектор. Устало откинувшись на си­
денье и закурив, он сказал:
- Это мой район. Уже сколько раз я беседовал с Ватниковым, делал ему
чуть ли не еженедельное очередное предупреждение. Даже угрожал... Пред­
ставьте, этот дом и седьмая квартира иногда снились мне по ночам.
- Конечно, наиболее простым вариантом было бы выселение Ватнико­
ва и лишение его жилплощади, - наивно произнес я.
- А вы попробуйте это сделать, - он взглянул в сторону следователя. Тут же последует указание прокуратуры об обратном вселении, да еще и
нам достанется на орехи. Мы, милиция, не вправе...
Следователь возразил, однако не очень уверенно, инспектор ответил ему.
Но тут машина подъехала к райотделу. Мы вышли из нее, и каждый занял­
ся своими служебными делами: начинающееся расследование требовало
времени и сил. Но память - упрямая штука. Немало месяцев прошло с того
рокового январского дня, но я часто вспоминаю этот неоконченный спор и
инспектора, честного прямого человека, которого знаю давно. Его личное
мужество при задержании опасного преступника (за неделю до этих собы­
тий), а иногда бессилие перед такими, как Ватников.
Дом, в котором мы живем... Толковый словарь В. Даля короткой фра­
зой: «Дом - строение для жилья», - предельно сжато отражает суть этого
понятия. Но за лаконизмом этих слов лишь видимая часть того айсберга,
под которым мы понимаем слово «дом». За невидимым айсбергом (сте­
нами дома, порог которого мы ежедневно переступаем) - большая часть
человеческой жизни: тут радость и горе, заботы, отдых, любовь.
81
Хлопоты по чистоте не только внешней, но и нравственной всегда отли­
чали настоящего домовладельца. Тебе дан дом - так владей им. За жильем
таких, как Ватников и Лотова, из года в год тянется «криминальный букет».
Пьянство, разврат, кражи, драки с поножовщиной. Если бросить всю эту
грязь на чашу весов Фемиды, а на другую - положить судьбу восьмилетнего
Саши, которому еще расти да расти, то нам далеко не безразлично, какая из
чаш окажется более весомой.
82
У слова «подвиг» есть слово-антипод.
Это слово - «преступление». Совершить
преступление - это значит сделать нечто
совершенно обратное подвигу - пренебречь
в личных интересах интересами других
людей, интересами Родины, общества, че­
ловечества... Но во всех судах, начиная с
древних времен, есть и нечто общее: взве­
шиваются показания свидетелей и веще­
ственные доказательства, выслушивают­
ся показания обвиняемого, решение выно­
сится с учетом прошлой жизни, смягчаю­
щих или отягчающих обстоятельств.
А. Крон
Бывает, что в один и тот же день происходят события, диаметрально
противоположные друг другу. Бегут минуты, часы, наступает день, потом
вечер, как вдруг дела и поступки совершенно разных людей, которым бы
идти своей дорогой и не пересекаться, как в пространстве не пересекаются
две идеальные параллельные прямые, вдруг волею судьбы сходятся в од83
ной точке. Можно предсказать, что если встретятся два обычных челове­
ка, то и на узкой тропе незнакомцы поздороваются, перекинутся фразами,
кто-то посторонится, а то и молча разойдутся по своим делам. Но предста­
вим, что один из них недобрый, озлобленный или ущербный, тогда из ни­
чего может вспыхнуть конфликт. В общем-то это обычная предыстория
многих преступлений. Тут как раз такая, трагичная по своей сути драма:
жестокое, ничем не мотивированное причинение тяжкого вреда здоровью,
закончившееся смертью подростка, розыск опасного преступника, его за­
держание, и как закономерный и справедливый финал - высшая мера на­
казания.
***
Произошло это в жаркий летний день у деревни Сынково Камешковского района Владимирской области. Точнее, 18 июня, в субботу. Около полу­
дня двое мальчишек, два Ильи - Мызин и Климов, отправились на велоси­
педах к шоссе встретить мать Климова, которая рейсовым автобусом долж­
на была приехать из Владимира на выходные.
Не доехав до асфальта (серая лента его уже виднелась вдали), ребята
заметили полыхающий костер. Стояла самая жара, и огонь в тени деревьев
небольшой рощи, за которой начиналось совхозное поле, не без основа­
ний показался друзьям предвестником большой беды. Им бы подождать
мать, позвать взрослых - ведь сзади, в каком-нибудь километре от них,
шел к дороге отец Климова. Но вспомним свое детство и мальчишеский
максимализм... Да и бросится ли звать на помощь будущий мужчина, не
попытавшись самостоятельно справиться с опасностью?
- Давай тушить, - решительно крикнул Климов приятелю. - Гляди, трава
какая сухая, может случиться пожар.
Вмиг отбросив в сторону велосипеды, ребята кинулись к небольшой
луже. После ночного дождя она усыхала на глазах, однако вода оставалась.
Ее и начали таскать мальчишки к костру, используя первые подвернувши­
еся под руку предметы - полиэтиленовый пакет да бутылку из-под кефира.
При их энтузиазме и энергии, верно, им бы удалось погасить костер, воз­
можно, поддержали бы люди, находящиеся неподалеку. Впрочем, вот уже
кто-то спешит на помощь. Из-за деревьев показался мужчина, направляю­
щийся к ребятам...
Оставим их у жаркого пламени костра и вернемся на несколько часов
назад, когда в тот же день произошло другое событие. Около девяти часов
утра из колонии 1/6 поселка Мелехово освободилось несколько человек.
Получив документы и деньги, они переступили порог проходной, разом,
84
будто по мановению волшебной палочки, превратившись из заключенных
в полноправных, ничем не отличающихся от других, наших сограждан.
Это сладкое слово - свобода! Начинался погожий длинный день, на небе
ни облачка, и утреннее солнце уже высоко стояло над горизонтом. Семеро
мужчин отошли подальше от каменной ограды, перекурили и, попрощав­
шись, разделились на две группы. Четверо пошли своим путем, а трое сели
в поджидавший их «Москвич» синего цвета. Начиналась иная, отличная
от той, что за забором, жизнь. И как важно, чтобы первые шаги, сделанные
вчерашними заключенными, отличались от тех, что привели их сюда - за
колючую проволоку, в изоляцию от всех, под холодные взгляды часовых.
Между тем, пассажиры «Москвича» - Берестов, Харин и Захаров (фа­
милии двух изменены, третья подлинная, именно о Захарове речь пойдет
ниже) - решили немедленно, без волокиты и проволочек, отметить насту­
пившее освобождение. Хотя только десятый час утра, но если есть день­
ги...
Кстати, о деньгах. Позднее в материалах уголовного дела обнаружится
любопытный документ, заверенный печатями и подписями учреждения
1/6. Из него следовало, что накануне освобождающиеся получили на руки
определенные и весьма значительные суммы.
Итак, деньги есть, стало быть, нашлась и водка. Загрузившись ею, «Мос­
квич» синего цвета продолжил свой маршрут. Проехали километров трид­
цать, заметили небольшую симпатичную рощу. Остановились, решив уст­
роить «завтрак на траве». И надо такому случиться: тут же, на фоне лири­
ческого пейзажа, встретили неожиданно двух женщин не первой молодос­
ти, но вполне определенной профессии, которые с видимым удовольстви­
ем согласились участвовать в субботней трапезе. Наверное, нет необходи­
мости описывать подробности пикника. Добро бы - выпили и разошлись.
Но так уж устроена природой психология подобных личностей, что на почве
пьянства и разврата неминуемо возникают конфликты.
Не прошло и часа, как вся компания начисто перессорилась друг с дру­
гом. Берестов и Харин вместе с водителем уезжают на «Москвиче», оста­
вив приятеля с двумя женщинами. Ссора не утихает, тогда Захаров в отме­
стку решает сжечь одежду загорающих рядом девиц. В тлеющий костер
летят юбки, свитер, босоножки, плащ, купальники, сумки. Пламя усили­
вается. Спасаясь от разъяренного кавалера, подруги убегают, Захаров уст­
ремляется вслед за ними...
Как раз в эти мгновения мальчишки, рассекая грудью теплый солнеч­
ный воздух, наперегонки мчались к шоссе. Увидев костер и опасаясь на­
стоящего пожара, принялись его тушить. Вот тут из-за высокой березы
показался мужчина...
85
Позднее эту встречу двенадцатилетний Илья Мызин описал следующим
образом: «В костре горели какие-то вещи. Пламя было большим, мы ре­
шили его затушить, чтобы не было пожара. Набрали воды из лужи - бу­
тылкой и пакетом, стали ее таскать к огню. Тут я увидел мужчину с тол­
стой палкой, который, угрожающе размахивая ею, направился к нам. Я
бросился бежать. Когда оглянулся, то увидел, что Илья (Климов) лежит, а
мужчина склонился над ним. Вскоре я встретил отца Ильи, и мы вместе
побежали к тому месту...»
Мальчик находился без сознания, в тяжелой коме, на голове и лице
его была кровь. Его срочно доставили в участковую больницу с еле
прощупываемым пульсом и давлением на нуле, оттуда в реанимаци­
онное отделение областной больницы. Одновременно милиция нача­
ла розыск скрывшегося преступника.
Вот что рассказал о начальном этапе расследования начальник след­
ственного отделения Камешковского РОВД Н.А. Орлов:
- Помимо Мызина, нашлись и другие свидетели, видевшие непо­
далеку от дороги синий «Москвич». Установили и женщин, прини­
мавших участие в застолье у костра. Впрочем, это не составило особо­
го труда, они не раз имели дело с милицией. В тот же день, когда по­
ступил список лиц, освободившихся из колонии, стал известен основ­
ной подозреваемый - Сергей Захаров, ранее дважды судимый.
Наверное, нет смысла детально останавливаться на подробностях
поиска опасного преступника. Мотаясь по стране, на свободе он про­
был около двух недель и в тринадцатый, роковой для него день, был
задержан сотрудниками уголовного розыска в лесном северном по­
селке Каджером Республики Коми.
Перелистываю материалы уголовного дела № 133 по обвинению
Захарова. В нем десятки различных документов, имеющих отноше­
ние к субботней трагедии. Читаю подробный протокол осмотра мес­
та происшествия. На приложенных фототаблицах четко видны ос­
татки кострища, полуобгоревшие кофта и босоножки, три пустых
бутылки из-под водки. Помимо этих предметов, изъятых в качестве
вещественных доказательств, неподалеку в кустах обнаружена пал­
ка со следами крови.
После тяжелейшей травмы Илюши прошло немногим более трех
суток.
Медики сделали все возможное, однако экстренные операции и усилия
врачей оказались тщетными. Во вторник 21 июня мальчика не стало. Вот
что написал судмедэксперт Владимирского областного бюро А.С. Семе­
нов в своем заключении: «...На теле И. Климова обнаружены ссадины и
86
кровоподтеки на лице, множественные переломы костей лицевого скелета
и черепа, кровоизлияния под оболочки и в вещество головного мозга. Не­
сколько ударов по голове и лицу были причинены твердым тупым предме­
том с ограниченной поверхностью, возможно, имеющим удлиненную фор­
му, например - палкой, бруском, колом. При этом один удар наносился
при нахождении Климова в вертикальном положении (стоя), остальные когда он лежал».
В деле есть и другие экспертизы, «привязывающие» Захарова к убий­
ству. Так, по заключению судмедэксперта-биолога И.А. Васильевой,
на палке и участках почвы, взятых рядом с костром, была обнаруже­
на кровь человека, совпадающая по группе с кровью мальчика, а на
бутылках из-под водки криминалисты нашли следы пальцев рук пре­
ступника.
- Я не хотел его убивать, - заявил на следствии и суде обвиняемый. Хотел только попугать. Поначалу наблюдал, как мальчишки начали
тушить костер. Они меня не видели, так как я находился за деревом.
Удары наносил в состоянии сильного волнения, в общем, случайно все
получилось. Говорю искренне, мне так хотелось начать новую жизнь.
И уточню, граждане судьи, лежащего мальчика я не бил...
Поначалу Захаров пытался отрицать свою причастность к соде­
янному.
Потом, поняв, что ему угрожает, стал каяться и в тюремной каме­
ре-одиночке, и прилюдно в зале суда. Вряд ли то было по-настоящему
прочувствованное, осознанное отношение к происшедшему. Паниче­
ский страх перед неотвратимостью сурового наказания овладел им.
После подписания обвинительного заключения по делу комментиру­
ет его прокурор района Андрей Юрьевич Беллевич:
- Есть еще, увы, люди, способные на все. Захаров из такой породы, это
его второе убийство. Первое он совершил еще в 1973 году, когда в пьяном
состоянии бутылкой зверски убил свою мать. Освободившись в 1976 году
и пробыв несколько месяцев на свободе, вскоре он повторно был осужден
за нанесение ножевого ранения односельчанину. Во всех характеристиках
нет ничего положительного, зато повторяются одни и те же слова - пре­
дельно жестокий, вспыльчивый, эгоистичный. Испытывает удовлетворе­
ние от собственной силы, издевательств над людьми. В том, что Захаров
чрезвычайно опасный для общества преступник-рецидивист, сомневаться
не приходится, - заканчивает Беллевич. - Обвинение будет настаивать на
применении к нему высшей меры наказания.
Одно необходимое отступление. Когда я начинал знакомиться с этим
материалом, то еще не знал, утвердит ли Верховный суд Захарову
87
высшую меру. Статья 105 Уголовного кодекса РФ с подпунктами «и» и
«н», примененная к преступнику, предусматривает и такое наказание.
Высший судебный орган России согласился со справедливым решением
областного суд.
В последнее время на страницах некоторых центральных изданий - на­
зову «Известия», «Московские новости», «Огонек» - ведутся дискуссии по
вопросу о целесообразности смертной казни. Спорят юристы, социологи,
медики, писатели, журналисты, наконец, читатели - самый чуткий в мире
барометр. Не буду взвешивать все «за» и «против», окончательное решение
по такой обоюдоострой проблеме может быть установлено только Зако­
ном. Однако хочется высказать и свою точку зрения. Знаю, что ее разделя­
ет подавляющее большинство моих товарищей и коллег.
Редко кто видит столько человеческих трагедий, мучений и боли, сколько
их видят эксперты. Они одни из первых сталкиваются с жертвами убийц
на местах происшествий, они же те, кто, передавая тело покойного род­
ственникам и близким, уже не только знают, от чего наступила смерть, но
и могут в подробностях и деталях передать, что преступник, совершив­
ший свое гнусное деяние, издевался над беззащитным, фактически поте­
ряв людской облик.
Вдумаемся в краткую афористичную фразу, сказанную еще юристами
древности: «Бывают преступления и преступления». Смысл ее предель­
но прост и точен, применим к случаю, связанному с убийством человека.
Действительно, одно деяние может совершиться в состоянии аффекта,
необходимой обороны, другое - безжалостно и жестоко, из низменных и
корыстных побуждений или же вообще без всякой мотивации.
И часто нет никакой уверенности в том, что убийца, совершивший тяж­
кое преступление и отсидевший срок, выйдя на свободу, не сотворит нечто
схожее или куда более ужасное. Когда я пишу эти строки, вспоминаю след­
ствие над монстром, отправившим на тот свет в разное время трех чело­
век. Как надо было поступить с ним? И следовало ли ждать продолжения
кровавой цепочки, резонно было оборвать ее на второй жертве?
Полностью согласен с тем, что ни один невинный не должен быть осуж­
ден. Но как быть с ситуациями, когда от справедливой кары за содеянное
уходят заведомые насильники и убийцы? На моей памяти два процесса,
сравнительно недавних, к которым судмедэксперт имел непосредственное
отношение. В обоих случаях областной суд приговаривал убийц к высшей
мере, и оба избежали ее после решений Верховного суда РФ, не соглашав­
шегося с суровым приговором. Говорят, что не хватало улик, не было сви­
детелей. Полно! Как можно издалека, только ревизуя многотомные дела,
88
откинуть все то, что добыто в ходе длительного расследования, даже бес­
пристрастные и доказательные заключения экспертов.
Одно из этих убийств - девушки-студентки, произошедшее поздним
летним вечером в раздевалке тракторного завода, широко известно во Вла­
димире. Помню, как той же ночью в райотделе милиции я освидетельство­
вал подозреваемого - молодого парня в разорванной окровавленной ру­
башке, ранее неоднократно судимого. Когда мы с криминалистами осмот­
рели его туфли на модной высокой подошве (они и по сей день у меня
перед глазами), то сразу же заметили множественные характерные брызги
и пятна крови, сплошь покрывающие обувь и свидетельствующие о том,
что удары своей жертве убийца-насильник наносил и ногами. Потом было
длительное расследование и два процесса. Когда Верховный суд РФ не
согласился с приговором областного суда о применении высшей меры, вер­
нув обратно дело на до-следование, новый состав суда не решился идти
против мнения «верхов», ограничившись пятнадцатью годами лишения
свободы.
Другой случай произошел в Смоленске. Там тоже зверское убийство
женщины, с нанесением ей множественных ножевых ранений. Обвиняе­
мый К. - опасный рецидивист, вся жизнь которого прошла в лагерях и
тюрьмах. Решение первого суда предельно сурово, но объективно - выс­
шая мера. Верховный суд отклоняет его, возвращая дело на доследова­
ние. Проходит несколько месяцев, и вот повторный процесс. Обвиняе­
мый изменился на глазах. Еще недавно он не отрицал своей вины, теперь
категорически заявляет, что в день убийства находился не в Смоленске, а
совсем в другом месте, где-то на Украине. Новый состав суда, фактичес­
ки полностью игнорируя и отбрасывая результаты криминалистических
и судебно-медицинских экспертиз, показания свидетелей (очевидцев са­
мой драмы, как часто бывает, увы, не оказалось), выносит неожиданное
парадоксальное решение - снимает полностью обвинение с К. в умыш­
ленном убийстве. Ему инкриминируется лишь хулиганство по серии мел­
ких эпизодов: то была известная уловка изворотливого и опытного пре­
ступника - «сесть по мелочам», дабы избежать суровой кары за убий­
ство, к слову - сработавшая.
«Ничто не одобряет порока, как излишняя снисходительность», - ска­
зал однажды великий гуманист В. Шекспир. И если высшая мера предус­
мотрена Законом, правосудию следует считаться с этим фактом. Поэтому в
рамках правовой реформы надо точнее определить статус исключительно­
го наказания. Вероятно, применять его следует при особо опасных и жес­
токих убийствах, в особенности повторных и совершаемых особо опасны89
ми рецидивистами. Смею утверждать, что когда убийца становится эда­
ким профессионалом в своей области, неким «лоброзианцем» (да не ос­
корбит это слово наших теоретиков-криминалистов), для него ничего свя­
того в нашей Солнечной системе просто не существует.
Если обратиться к зарубежному опыту, то ныне смертная казнь сохра­
няется во многих странах, а в США отменена лишь в 13 штатах из 50-ти.
Что касается нашей планеты в целом, то к настоящему времени высшая
мера применяется в 101 стране. Вот что пишет по этому вопросу юрист
С. Самойлов: «Когда подсудимому Михасевичу, убившему в Витебской об­
ласти за несколько лет более 30 человек, был задан экспертами-психиатра­
ми вопрос, продолжал бы он совершать убийства, если бы оказался на сво­
боде, Михасевич ответил утвердительно... Почему? Потому что, по его соб­
ственному признанию, подтвержденному выводами экспертов, Михасевич
получал удовольствие от своих гнусных действий, хотя и не был больным
в клиническом смысле слова. Конечно, убийца заслуживал смертной каз­
ни и получил ее по приговору судебной коллегии по уголовным делам.
Приговорить Михасевича к такой мере наказания просил автор этих строк,
выступивший в судебном процессе в качестве государственного обвините­
ля».
Еще один довод противников смертной казни в вопросе: о какой
борьбе с убийствами можно говорить, если государство, реализуя
смертную казнь, само совершает умышленные убийства? Отсюда вы­
вод, будто высшая мера - это зло, которое непременно порождает но­
вое зло. В таком рассуждении нет логики.
...Исключительная мера - ответная мера на действия опасных пре­
ступников. В противном случае нужно было бы отказаться от закреп­
ленного в Уголовном законодательстве гуманного и глубокого спра­
ведливого права граждан на необходимую оборону, которое, как из­
вестно, в исключительных обстоятельствах позволяет, скажем резко,
даже убить нападающего ради защиты собственной жизни. Так что же по­
добные защитные меры - зло или добро?
Расследование особо тяжких преступлений, в особенности убийств,
требует от экспертов высокой профессиональной ответственности.
Ошибки или халатность в такого рода уголовных делах чреваты се­
рьезными последствиями. «Медицинская газета» в материале М. Миро­
нова (29 января 1989 года) сообщает о некоем Ю. Корниенко, который
после первого убийства заключением психиатров был признан душевно­
больным. Позднее этот диагноз был подтвержден уже комиссионной эк­
спертизой. Убийцу направили на принудительное лечение, а через четы­
ре года освободили из больницы. Он становится главарем преступной
90
группы, известным в уголовной среде под названием «Джек - стальная
нога» (данное за профессиональное владение приемами карате). Вскоре
Корниенко с сообщниками совершает очередное жестокое убийство с
разбоем и угоном автомашины. Будучи задержанным, он рассчитывал,
что вновь (в который раз!) его признают психически больным. Однако
авторитетная судебно-психиатрическая экспертиза во ВНИИ общей и су­
дебной психиатрии имени В.П. Сербского не подтвердила предыдущих
диагнозов, преступник был признан вменяемым. Суд учел, что он, совер­
шивший три умышленных убийства, представляет опасность для обще­
ства, и приговорил его к смертной казни. Верховный суд РФ оставил при­
говор без изменений.
К ведению подобных процессов следует привлекать наиболее ком­
петентных и квалифицированных судей, не грех подумать и об их по­
мощниках. Наконец, в случаях, когда Верховный суд принимает по
кассации прямо противоположное решение, отменяя высшую меру,
дабы все-таки избежать ошибки, не грех бы вызвать в столицу основ­
ного следователя по делу вместе с экспертами. Пусть оно непосред­
ственно перед Юридическим Олимпом обоснуют, а если надо и защи­
тят свою точку зрения.
О Захарове уже говорилось. А что представлял собой Илья Кли­
мов, ученик 2-го класса Владимирской школы № 16. Из его характе­
ристики:
«Воспитывался в семье из четырех человек (у Ильи есть и старший
брат), семья крепкая, отношения в ней добрые. Общее развитие хоро­
шее, он многим интересовался, много читал. Способный, жизнерадо­
стный, увлекающийся. В тот роковой день он честно, до конца испол­
нил свой человеческий долг...»
А вот слова мамы, произнесенные вскоре после той черной субботы:
«Я не идеализирую своего сына. Он был обыкновенным мальчиком.
Мирился и ссорился с друзьями, любил ходить по лужам и часто приходил
домой грязным. Захаров убил меня, убил счастье и радость в нашем доме.
Он ведь и убийца своей матери».
Надо ли говорить, что жестокая, ничем не мотивированная смерть Ильи
потрясла всех. В деле есть протокол собрания коллектива школы, подпи­
санный 73 учителями, письмо жильцов дома, где он жил. Все единодушно
настаивали на применении к Захарову высшей меры наказания.
Да и сейчас преступление, совершившееся в тот жаркий HIOI 1ьский иолдень, жжет, не дает покоя. Оно вдруг обнажило и другие проблемы, над
которыми стоит задуматься. Например, стоит ли освобождать заключен­
ных столь большими «теплыми компаниями», да еще выдавая им на руки
91
крупные суммы денег? Только слепой не разглядит или закроет глаза на то,
куда уйдет в первый же день значительная часть вклада, скопленного года­
ми. Есть предложение выдавать только небольшую сумму или просто би­
леты на обратный проезд, остальные же деньги переводить родным по месту
жительства освободившегося.
Высказывается мнение и о сопровождении бывших осужденных спе­
ц и а л ь н ы м и л и ц а м и . Д о р о г о ? Однако и над этим предложением,
во всяком случае, по отношению к некоторым особо опасным в соци­
альном отношении людям, стоит подумать.
Думается, что ныне, когда мы наконец-то заговорили о милосер­
дии, которого у нас действительно не хватает, его следует понимать
вовсе не как всепрощение преступникам, подобным Захарову. Под­
линное милосердие несовместимо со злом и насилием.
Как-то возвращаясь из командировки, встретил я в московской
электричке следователя прокуратуры, который заканчивал дело по
Захарову. Из разговора узнал, что поехал он в столицу уже после суда,
дабы найти в военном ведомстве характеристику на бывшего рядово­
го, демобилизовавшегося в 1974 году! Нужного документа он, понят­
но, не обнаружил, однако сам факт поражает: так ли уж необходима
подобная бумага, да еще через четырнадцать лет после службы?
- А если, допустим, вы бы получили прекрасную, замечательную
характеристику на него? - задал я вопрос в лоб. - Могло ли это чтонибудь изменить?
Следователь лишь пожал плечами и промолчал. Он-то, часами до­
прашивая Захарова, наверное, лучше всех знал цену этому человеку и
свершенного им преступления. И все же опытный юрист допустил однуединственную вольность в ходе предварительного расследования.
Сразу же за картонным переплетом дела № 133 на лист белоснеж­
ной плотной бумаги наклеена большая фотография Илюши Климо­
ва. Со снимка на мир смотрит симпатичный улыбающийся мальчиш­
ка со слегка озорными ясными глазами. От него невозможно оторвать
взгляд, и я поскорее переворачиваю эту, первую, страницу. Как вы
думаете, зачем все-таки следователь Егоров вклеил эту фотографию в том
уголовного дела?
92
Несчастный случай может про­
изойти даже в самых порядочных и
благополучных семьях.
Ч. Диккенс
Обычный труд судмедэксперта, как и работников правоохранитель­
ных органов, всегда направлен на борьбу с негативными явлениями, во
имя истины и справедливости. И все же разные бывают случаи, жиз­
ненные обстоятельства, если хотите, повороты судьбы. Встречаются в
нашей профессии ситуации, когда поневоле начинаешь симпатизиро­
вать человеку, совершившему правонарушение. Правда, бывает это
крайне редко и уж никак не отражается на объективности экспертных
заключений. Есть в юридической практике такое понятие - преступная
неосторожность. Вот о такой ситуации, судьбе хорошего и заслуженно­
го человека, ставшей по воле случая вдруг трагической, хочется расска­
зать.
** *
Случилось это давно, в одном из крупных совхозов, некогда преуспе­
вающем, находящемся в средней полосе России. Ныне и горожане зна­
ют, насколько напряженным бывает летний трудовой день на селе. А если
93
человек еще и руководитель, то, как правило, он задерживается в поле
куда дольше остальных. Знавал я одного директора совхоза. Он с апреля
по ноябрь раньше двенадцати ночи не ложился, а в четыре утра был уже
на ногах. И несколько месяцев без выходных - ни суббот, ни воскресе­
ний. Так вот, Игнат Борисович Крылов - главный агроном большого совхо­
за «Первомайский» - был тоже из таких людей. Вставал он рано, с пету­
хами, ложился, когда в окнах гасли последние огоньки.
Молодым семнадцатилетним пареньком Крылов ушел на войну. Был
он во фронтовой разведке, сражался достойно, храбро и вернулся домой с
тремя орденами, несколькими медалями. Потом, после демобилизации, сельскохозяйственный институт. И вот уже почти тридцать лет Крылов
работает в родных краях - вначале рядовым, а потом и главным агроно­
мом совхоза.
Накануне того дня, о котором пойдет речь, в совхозе была получка.
Уже с вечера молодые ребята с гитарами наперевес мерили село вдоль
и поперек. Так продолжалось до часа ночи. Следующим вечером карти­
на повторилась. Руководил «музыкантами» здешний парень, Валерий
Архипов, приехавший на каникулы, и от безделья, избытка молодых сил
не нашел он для себя другого развлечения.
Гремели гитары, рвался из мощного динамика японского «Сони» голос
Высоцкого. И не спал агроном. Видно, годы брали свое, а тут и старые раны
запыли. В общем - ни сна, ни покоя. За полночь сквозь плотно закрытые
окна и задернутые шторы он услышал голос Валерия:
Выходи, я тебе посвящу серенаду,
кто тебе серенаду еще посвятит?
Сутки кряду могу, до упаду,
Если муза меня посетит.
Я пока еще только шучу и шалю,
Я пока на себя не похож...
Песня была длинной, голос не смолкал. Он рвался сквозь стекла, што­
ры, стены. Агроном понял, что теперь ему до утра не заснуть, и тогда он
вышел на крыльцо...
...Где-то около трех часов ночи, время Мария Тарасовна помнит хоро­
шо, кукушка на кухне из ходиков три раза голос подала, она пошла за во­
дой. Ее, как и Крылова, жившего по-соседству, разбудила песня Валерия.
Не спалось, в доме было душно, жарко, и Мария Тарасовна решила на­
питься холодной воды.
Она спустилась с крьшьца, толкнула калитку и с кружкой в руке подо­
шла к колодцу. Вдали, у самого горизонта, небо слегка посветлело, но было
еще темно. Спало село. Колодезный сруб смутно виднелся в полумраке,
94
что, впрочем, не имело для Марии Тарасовны существенного значе1 тя. До
сруба оставалось метра три, как Мария Tapacoei ia споткнулась обо что-то,
лежавшее на тропинке.
- Накидают тут всего, прости Господи, - в сердцах подумала она, свора­
чивая с тропы, как вдруг услышала тихий стон.
Напуганная женщина бросилась в дом. Несколько минут спустя вместе с
мужем, совхозным механиком Иваном Карповым, который прихватил с со­
бой карманный фонарь, они подошли к колодцу.
На земле, рядом со срубом, прямо поперек тропы лежал парень. Тут же
лежали магнитофон и гитара. От виска стекала вниз струйка крови. Иван
поднял голову лежавшего и осветил лицо.
- Валерка Архипов, - сказал он. - Музыкант, доигрался. - Он прило­
жил ухо к груди. - Кажется, жив, дышит. Ты побудь с ним, Маша, а я сбе­
гаю за врачом.
Вскоре на совхозной машине фельдшер и Иван повезли Архипова в
районную больницу. Сейчас многие сельские больницы мало чем отлича­
ются от столичной клиники. Рентген, лаборатории, прекрасные операци­
онные, различные кабинеты. Дежурный хирург едва взглянул на Валерия,
как тут же отправил его на рентгенографию черепа. В глубине души он
надеялся, что у парня нет перелома, но десятью минутами спустя на еще
мокром снимке врач увидел в правой височной области темноватый ок­
руглый контур - вдавленный перелом.
Минуту спустя раздался звонок на областной станции санитарной авиа­
ции. Еще через двадцать минут дежурный нейрохирург Анатолий Никола­
евич Деменков мчался в санитарной машине на аэродром для срочного
вылета в районную больницу. После звонка на санавиацию хирург связал­
ся с милицией. Действовал он в соответствии с инструкцией, которая пред­
писывает медикам во всех случаях травмы оповещать об этом соответству­
ющие органы.
Пока бригада больницы - дежурный хирург, анестезиолог, сестры готовилась к операции, милицейская машина выехала в совхоз «Перво­
майский». Предстоял неизбежный в таких случаях осмотр места проис­
шествия.
Когда желтый УАЗ подъехал к колодцу, уже совсем рассвело. На селе
не то, что в городе, - люди быстро узнают о случившемся. Поэтому здесь
небольшая толпа, состоявшая в основном из женщин. Следователь из
райотдела капитан Бережной понимал, что уговаривать людей разойтись
бесполезно. Он отобрал двух понятых и приступил к работе.
Небольшая темноватая лужица подсохшей крови на тропе свидетель­
ствовала о том. что Валерий лежал именно здесь, а несколько небольших
95
округлых пятен такого же цвета в нескольких метрах впереди от сруба ука­
зывали на то, что после травмы он не сразу упал, а какое-то время нахо­
дился в вертикальном положении. Бережной методично, шаг за шагом,
осматривал прилегающую местность. Он сфотографировал колодец, сле­
ды крови на земле, потом прислушался к разговорам вокруг. Версии были
самые различные.
- Видно, кто-то из дружков к Валерию приложился, - полагала одна.
- Даром, что молод, - подтвердила другая, - да из ранних.
- Приехал их города, гитара и транзистор заграничные. Наверное, не
поладил с кем-то из наших.
- А может, его ручкой от колодца ударило, - предположила соседка.
- У этого колодца характер особый - ворот, что мельница, если не при­
держишь вовремя, рукоятью так вдарит. Захотел напиться, да в темноте и
не заметил...
Это предположение следовало проверить. Бережной подошел к колод­
цу и взялся за массивную железную ручку. Пустое ведро скользнуло в про­
ем, и едва оно только скрылось за краем сруба, ворот начал быстро вра­
щаться. Бережной едва успел перехватить рукоять.
- У нас этот колодец бешеным зовут, товарищ капитан, - сказал кто-то. Вы уж поосторожнее с ним.
Бережной поставил ведро на сруб и зачерпнул воды. Она была холод­
ной и приятной на вкус. Он подумал, что предположение о рукояти надо
будет все-таки проверить, и, передернув затвор фотоаппарата, сфотогра­
фировал крупным планом ручку ворота.
После этого, взяв в два спичечных коробка землю с тех мест, где име­
лась кровь, следователь со здешним участковым поехали в правление со­
вхоза. Туда участковый должен был вызвать для беседы всех тех, с кем
вчера был Архипов.
Когда нейрохирург из областного центра появился в больнице, там уже
все было готово к операции.
Архипов спал. Грудь его медленно и мерно вздымалась, дыхание каза­
лось ровным и спокойным. Деменков посмотрел рентгенограммы и, натя­
нув на руки резиновые перчатки, подошел к столу.
- Вдавленный перелом в правой височной области, - дежурный хирург
встал рядом и, коснувшись головы Валерия, сказал: - Прекрасная у парня
шевелюра, но придется ее убрать.
Нейрохирург едва начал осматривать рану, как в глубине ее он увидел
несколько мелких частиц. Вооружившись пинцетом, Анатолий Николае­
вич одну за другой вытаскивал их наружу. Всего набралось шесть штук.
96
Они были беловатого цвета, длина наиболее крупной не превышала и по­
ловины сантиметра, остальные были еще меньше.
- Похоже на кусочки дерева, - констатировал врач, аккуратно переложив
их в бутылочку из-под пенициллина. - Возможно, пригодятся судмед­
эксперту. Похоже, что парня ударили каким-то деревянным предметом.
Операция закончилась часа через три. Хирургам пришлось пойти на
трепанацию черепа. Из-под твердой мозговой оболочки они удалили ско­
пившуюся кровь, остановили кровотечение, потом обработали вдавлен­
ный перелом в височной области.
- Можно надеяться на благоприятный исход, если не будет осложне­
ний, - коротко сказал Деменков бабушке Архипова, которая во время опе­
рации тихо сидела на скамеечке внизу и теперь вызвалась дежурить у по­
стели внука.
Бережной, принявший к производству дело о нанесении тяжкого вреда
здоровью Валерию Архипову, понимал, что без помощи судебно-медицин­
ского эксперта ему не обойтись. Даже если бы следователю все было ясно,
требовалось назначить экспертизу для определения тяжести повреждений.
Относительно же Валерия обстоятельства происшедшего представлялись
весьма туманными. Мог иметь место несчастный случай, когда рукоятка
«бешеного барабана» (так называли стремительный ворот от колодца на селе)
ударила неосторожного парня в висок, не исключалось также, что удар, при­
ведший к серьезной травме, мог нанести посторонний человек.
На листе бумаги Бережной написал фамилии тех, кто вчера вечером был
рядом с Валерием. Набралось около пятнадцати человек, а участковый
Филимонов приводил все новых и новых ребят. К обеду опытный следова­
тель уже мог представить себе картину вчерашнего дня Валерия Архипо­
ва.
...В шесть часов в клубе совхоза демонстрировалась кинокартина «Удар
в спину», из-за интригующего названия которой зал оказался переполнен­
ным. У Бережного название вызвало иную реакцию.
- В кино - в спину, а на деле - в голову, - с мрачным юмором думал
следователь. Валерий сидел с компанией в середине зала, шутил, смеялся
и до начала сеанса наигрывал на гитаре, что, впрочем, не вызывало особо­
го неудовольствия окружающих.
После окончания фильма, около восьми часов, в клубе начались танцы.
Осталась только молодежь. Хоть и с трудом, но Бережному удалось уста­
новить, что к этому времени Архипов с приятелями уже успел выпить.
- Так, пустяки, товарищ капитан, - сказал один из них. - Две бутылки
сухого по ноль семьдесят пять на троих. Для затравки.
97
Видно было, что слова эти дались ему с трудом, но Филимонов даром
времени не тратил и набросал в свой блокнот фамилии тех, кому в этот
день продавалось вино в совхозном магазине. После танцев, около один­
надцати часов, Архипов и уже известная троица проводили знакомых де­
вушек по домам. Около половины двенадцатого они опять собрались у
опустевшего клуба.
- Еще совсем рано, только темнеть начало, - сказал Валерий.
- Нет ли у кого горючего?
- Разве что сельского коньячку поискать, - посоветовал худой, длинный,
как жердь, Степан Аристов. Искать «коньяк» не пришлось. Мимо шел дво­
юродный брат Архипова, совхозный сторож Ефим Доронин, который
охотно поделился содержимым своих карманов с ребятами.
- Надо написать на него представление за спаивание самогоном не­
совершеннолетних, наложить штраф, да и изготовителей установить, пометил у себя в блокноте Бережной. Парни пошли длинной совхозной
улицей. Архипов играл на гитаре, ревел магнитофон. Так продолжа­
лось с полчаса. Потом, уже где-то в начале первого, Константина Ва­
вилова увел домой отец. Следователь опросил почти всех жителей близ­
лежащих домов. Свидетели пояснили, и в целом действительно выри­
совывалась такая картина, что около часа ночи Архипов уже «весе­
лился» один.
- Я все думала, когда же он уймется? - рассказывала Мария Тара­
совна, обнаружившая Валерия у колодца. - Точно не могу сказать, но
к началу второго его уже не было слышно. Рядом, от соседей уже, за
полночь выходил наш агроном, Игнат Борисович, что-то говорил ре­
бятам. Тогда, кажется, двое других и ушли, а Валерка остался...
Фамилия главного агронома, человека весьма уважаемого в «Пер­
вомайском», тоже была в блокноте у Бережного. Он хотел с ним побе­
седовать, но Филимонов сообщил, что, едва рассвело, агроном уехал
в область выбивать удобрения для совхоза.
Бережной еще не успел допросить всех, кого наметил, как ему по­
звонили из больницы и сообщили, что в ране на голове Архипова об­
наружили кусочки дерева. Эта неожиданная находка почти исключи­
ла версию о несчастном случае, и Бережной, набрав телефон област­
ного бюро судмедэкспертизы, попросил срочно выслать эксперта в
совхоз «Первомайский».
После обеда автобусом я выехал из города, и к четырем часам дня был
уже в «Первомайском». Совхоз, где оказался впервые, произвел приятное
впечатление. Аккуратные чистые улицы, много зелени, новые дома. В
центре, подобно городскому, большой универмаг из стекла и бетона.
98
В правлении я разыскал Бережного, и он подробно проинформировал
меня обо всех известных ему обстоятельствах травмы Архипова. Решаю
повторно осмотреть место происшествия. Конечно, следователь уже был
там, среди прочих материалов дела вижу аккуратно вычерченную схему с
обозначением колодца и места обнаружения Архипова. Но воспользовать­
ся только планом, значит утерять часть важной информации. Каждый су­
дебно-медицинский эксперт знает, что при проверке различных версий мало
ознакомиться с документами. Надо самому выехать на место происшествия.
Это аксиома. Ничто - самый подробный протокол, отлично составленные
схемы, прекрасные фотографии - не может заменить эксперту его собствен­
ных глаз, личного восприятия событий именно на месте.
...Колодец как колодец. Обыкновенный. Правда, несколько более высо­
кий сруб, легкий ворот-барабан с массивной железной рукоятью. Из рас­
сказа Бережного и свидетельских показаний я уже знал о капризном ха­
рактере «бешеного барабана». Приблизительно в трех метрах от колодца в
землю воткнута веточка.
- Вот место, где был обнаружен Архипов, - поясняет следователь.
Еще раз обхожу все вокруг. В нескольких метрах впереди от колод­
ца густые заросли цветущей черемухи, почти рядом с ними на песке
несколько малозаметных темноватых пятнышек.
- Кровь?
- Вероятно, она, - подтвердил Бережной. - Пробы грунта для ее
определения изъяты.
- А может быть, Архипов просто упал и ударился головой о какойто предмет? - подкидывает следователь новую версию.
Теперь их уже три: удар по голове каким-то предметом, несчаст­
ный случай от травмы рукоятью, и вот теперь - падение. Поскольку
предмета нет, а падение можно лишь предположить с очень неболь­
шим процентом вероятности, пока остается один колодец. К нему и
подхожу.
Внимательно рассматриваю рукоять. Толщина массивного железного
стержня около двух с половиной сантиметров. От конца его при раскручи­
вании ворота с пустым ведром вполне мог возникнуть перелом. Прошу
Бережного попридержать рукоять, установить ее в безопасное положение,
для чего мы спускаем ведро в колодец, наполнив его водой. Затем, зная
приблизительную локализацию перелома - правая височная область, пы­
таюсь при различных положениях рукояти, которой манипулирует капи­
тан, подсунуть под нее собственную голову, приближая опасный конец к
виску. Для этого приседаю на корточки, становлюсь на колени. Со сторо­
ны это выглядит, наверное, забавным. Во всяком случае, не только любо99
пытные мальчишки, но и взрослые с интересом наблюдают за нашими
манипуляциями.
- Пока маловероятно, - я отряхиваю пыль с брюк. - Для того, чтобы
точно исключить этот вариант, надо осмотреть парня, познакомиться с
рентгенограммами.
На прощанье мы пьем холодную, приятную, почти родниковую воду и
на подъехавшем УАЗе отправляемся в райцентр - я в больницу, следова­
тель - в райотдел.
Хотя нередко эксперты начинают освидетельствование в лечебных уч­
реждениях с осмотра потерпевшего, в данном случае эта возможность пол­
ностью исключалась. Слегка приоткрыв дверь палаты, я увидел на крова­
ти в углу молодого человека с толстой круговой марлевой повязкой на го­
лове. Рядом на стуле сидела старушка, смотревшая на него печальными
глазами.
Осторожно прикрыв дверь, я прошел в ординаторскую. Просматриваю
историю болезни Архипова, делаю необходимые записи, изучаю рентге­
нограммы. На них четко виден контур вдавленного перелома в правой ви­
сочной области черепа. Перелом имеет форму слегка удлиненного овала
четыре на три сантиметра и по величине несколько превышает размеры
конца рукояти. Деменков протягивает мне флакон из-под пенициллина.
Сквозь стекло в нем видны очень маленькие беловатые частицы.
Тонким глазным пинцетом вынимаю их, кладу на стеклянную плас­
тинку и вооружаюсь сильной лупой. Бесспорно, это частицы дерева. Одна
из них, более крупная, даже с беловатой в крапинку чешуйкой. Похоже
на березовую кору. Вкладываю кусочки обратно в бутылочку.
- Скажите, Анатолий Николаевич, - спрашиваю я Деменкова, - насколь­
ко глубоко эти кусочки проникли в рану? Не могли ли они попасть туда
уже после травмы, скажем, при случайном загрязнении, перевозке?
Нейрохирург полностью исключает такую возможность.
- Дело в том, - поясняет он, - что частицы дерева проникли в кожу
довольно глубоко, и даже когда мы, обрабатывая перелом кости, убирали
мелкие осколки, по-моему, одна из них застряла между обломками. Генна­
дий Станиславович не даст мне соврать...
Второй хирург молча, в знак согласия наклонив голову, подтверждает
мнение Деменкова. Он хорошо рисует, и на листе бумаги довольно точно
изображает контуры раны и перелома. Пожалуй, все, что возможно, я
уже узнал. В итоге мы приходим к единому мнению: Архипову был на­
несен один сильный удар по голове каким-то деревянным предметом со
сравнительно небольшой контактной поверхностью.
100
г
Забираю флакон, рентгенограммы, записи, благодарю коллег за помощь
и совет. Надо идти в милицию, где меня ждет Бережной.
...Следователь подбрасывает вопрос за вопросом. Я, как могу, отвечаю
на них, понимая всю сложность создавшегося положения. Парню был при­
чинен тяжкий вред здоровью. Это статья 111-я Уголовного кодекса РФ.
Совершено серьезное преступление. День подходит к концу, но пока окон­
чательное решение не найдено. Достав из кармана флакончик, протягиваю
его Бережному.
Он повертел его в руках и положил на стол.
- Н-да, - протянул следователь. - Вот задачка! Значит, деревянным пред­
метом. А каким был этот предмет? - поставил он вопрос в лоб.
Я, как в футболе мяч, подхватил вопрос, пожонглировал и вернул собе­
седнику обратно.
- Сразу трудно сказать. Ну, скажем, палка, кол, да мало ли изделий из
дерева. И еще одно предположение. Похоже, что этот таинственный пред­
мет был из березы. Там на одной частице есть кусочки коры.
- Пошлем их на экспертизу, - решил Бережной, отправляя флакон в
ящик стола. - А как вы считаете, доктор, после такой травмы Архипов мог
передвигаться, совершать активные действия?
Ставя последний вопрос, следователь хотел знать, был ли удар нане­
сен в другом месте или непосредственно у колодца, где был обнаружен
Валерий.
- При такой травме, а у Архипова врачи предполагают еще и ушиб моз­
га, вряд ли он был способен ходить. Разве что несколько метров...
Я взглянул на часы. Стрелка приближалась к восьми. Можно, конечно,
успеть на последний автобус. Но что-то остановило меня. Может быть,
взгляд Бережного, который останется теперь один на один с нераскрытым
преступлением? Но пока следствием не будет установлен таинственный
деревянный предмет, моя миссия сводится уже к пустому времяпровожде­
нию. Если же уеду, то получится по Шекспиру: мавр сделал свое дело и
ушел.
- Остаюсь, - сказал я. - Вдруг завтра что-нибудь прояснится. - Потом
добавил банальную, затасканную до дыр житейскую фразу: - Утро вечера
мудренее, - тут же устыдившись ее.
Но Бережной, похоже, обрадовался. Хотя и не подал вида. Он позвонил
в гостиницу, позаботился о моем ночлеге. А потом мы пошли ужинать в
столовую, что была напротив милиции.
Когда утром следующего дня я вошел в кабинет Бережного, то увидел
незнакомого пожилого мужчину. Он сидел за столом и что-то писал. Сам
хозяин, вероятно, встал совсем рано. Я взглянул на пепельницу, в ней ле101
жало три свежих окурка. Бережной взглядом остановил меня, показав гла­
зами на дверь. Мы вышли в коридор.
- Дело почти раскрыто, - неожиданно сказал следователь. - Мужчина,
что у меня в кабинете, - главный агроном совхоза «Первомайский», Кры­
лов. Утверждает, что он вчера ночью ударил Архипова.
- Явка с повинной, - констатировал я. - Видно, совесть заела, вот сам
и явился.
- Не совсем так, доктор, - прервал меня следователь. - Кстати, очень
хорошо, что вы не уехали. Нам помощь эксперта еще потребуется.
Бережной рассказал следующее.
... Агроном понял, что теперь ему уж до утра не заснуть, и тогда он
вышел на крыльцо. Уже совсем стемнело. Ночь выдалась беззвездная. В
нескольких метрах от него гремела гитара и слышался нахальный смех.
Он ничего не видел перед собой. Только впереди плясал огонек от горя­
щей сигареты.
Он что-то крикнул. Так громко, что закололо в груди. И услышал все
тот же нахальный смех и бранные слова. Они неслись в пожилого усталого
человека, как пулеметная очередь, и оказались последней каплей, пере­
полнившей чашу терпения. Нервы у Крылова не выдержали. Он шагнул с
крыльца и, протянув в темноте руку к поленнице дров, схватил первое под­
вернувшееся под руку полено, с силой бросил его навстречу мелькавшему
огоньку, пению и брани.
- О дальнейшем ничего сказать не может, - Бережной помолчал. - Как
бросил полено, так и ушел в дом. Потом выпил валерьянки, чтобы успо­
коиться и уснуть, а рано утром уехал в город по совхозным делам.
- Что же он, сам к вам пришел?
- Почти, - подтвердил Бережной. - Когда Крылов вчера поздно вече­
ром вернулся из города, жена рассказала ему о случившемся. Он посидел,
все обдумал, потом пошел к Филимонову. И вот теперь он здесь. Жаль
Крылова, - Бережной развел руками. - Прекрасный человек, фронтовик,
имеет награды... И этот нелепый случай.
- Вы верите ему? - спросил я.
Следователь промолчал. Я понял, что мой вопрос неуместен.
Часом спустя мы опять выехали в совхоз. Крылов, сидевший рядом со
мной, молча курил. Столь же нещадно дымил на переднем сиденье Береж­
ной. Следователь решил непосредственно на месте проверить показания
агронома.
Вскоре мы оказались у знакомого колодца. Прямо напротив него дом
Крылова под красной черепичной крышей. Стоит шагнуть с крыльца, про102
тянуть руку в сторону, как она натыкается на поленицу аккуратно сложен­
ных березовых дров. Поиск самого полена тоже не занял много времени.
Приблизительная траектория броска была теперь известна. Несколько ми­
нут спустя проворный Филимонов обнаружил в густых зарослях черемухи
злополучноеполено.
У одного из концов его были заметны мелкие брызги крови и два при­
липших белокурых волоска. Несколько дней спустя судебно-медицинская
экспертиза установила, что кровь на полене идентична группе крови Ва­
лерия Архипова. Приставшие волосы, по заключению биологов, имели
сходство с образцами волос головы потерпевшего. Теперь, после проведе­
ния всех необходимых судебно-медицинских исследований, следователь
Василий Бережной был твердо уверен, что агроном Крылов сказал правду.
Удара по голове не было - был бросок.
Результаты судебно-медицинской экспертизы не противоречили это­
му.
В научной судебно-медицинской литературе мне удалось найти данные
В. Шварцзахера относительно повреждений, возникающих при бросках
тупых орудий. В подобных случаях наиболее серьезные повреждения воз­
никают на голове потерпевшего. В экспериментах ученого установлено,
что камень весом в 200 грамм может при броске достичь окончательной
скорости до 44 м/сек., что вполне достаточно для возникновения вдавлен­
ного перелома костей черепа.
Есть у Василия Макаровича Шукшина прекрасный рассказ «Думы».
Сюжет его, вероятно, взят писателем из жизни. И насколько же точно
фрагменты его перекликаются с той сложной, можно сказать, трагичес­
кой ситуацией, в которую попал Игнат Борисович Крылов. Правда, у Ар­
хипова была гитара и магнитофон, а у героя Шукшина - Кольки Малышкина - гармонь. Уснут люди - он начинает... Заведется, паразит, с конца
села и идет. Идет и играет. А гармонь у него какая-то особенная - орет. Не
голосит-орет... Сам Колька Малышкин, губастый верзила, нахально
смотрел маленькими глазами и заявлял:
- Имею право. За это никакой статьи нет.
Дом Матвея Рязанцева, здешнего председателя колхоза, стоял как раз
на том месте, где Колька выходил из переулка и заворачивал в улицу. Полу­
чалось, что гармонь еще в переулке начинала орать, потом огибала дом, и
еще долго ее было слышно. Как только она начинала звенеть в переулке,
Матвей садился в кровати, спускал ноги на пол и говорил:
- Все: завтра исключу из колхоза. Придерусь к чему-нибудь и
исключу...
103
И потом долго сидел после этого, думал... Гармонь уже уходила в улицу,
и уж ее не слышно было, а он все сидел. Нашаривал рукой брюки на стуле,
доставал из кармана папиросы, закуривал.
В рассказе все кончается благополучно. Председатель Матвей Рязанцев, когда Малашкин женится и перестает играть по ночам, даже скучает,
считая, что в деревне стало «ужасно тихо». Иное в жизни. Мне довелось
выступать в качестве эксперта в судебном заседании по обвинению агро­
нома Крылова. В зале стояла гробовая тишина, когда этот пожилой чело­
век рассказывал свою биографию. Потом суд заслушал потерпевшего Валерия Архипова, к тому времени уже оправившегося от травмы и выпи­
савшегося из больницы. Когда было предоставлено слово защите, адвокат
в яркой и образной речи умело использовал рассказ Василия Шукшина.
После этого, я думаю, нет нужды доказывать читателю, на чьей стороне
были симпатии подавляющего большинства людей, присутствующих в зале.
Закон есть закон. И Игнат Борисович был осужден. Но когда я вспоми­
наю это необычное дело, мне ближе теперь не тонкости расследования и
сложность экспертизы, а трагедия хорошего человека, оступившегося одинединственный раз в жизни.
104
Удар, удар... Еще удар...
Опять удар - и вот
Борис Буткеев
(Краснодар)
Проводит апперкот.
И думал Буткеев, мне челюсть кроша:
И Э1ситъ хорошо, и жизнь хороша!
В. Высоцкий
Удар спортсмена, в особенности боксера-профессионала, в голову
либо другую жизненно важную часть тела нетренированного челове­
ка обычно влечет за собой тяжелую травму. Доктор медицинских наук,
профессор В.И. Прозоровский в лаборатории Московского институ­
та физкультуры проводил эксперименты, которые показали, что сила
удара кулаком без перчатки значительно превышает силу удара в пер­
чатке и варьирует от 560 до 680 килограмм. Фактически удар спорт­
смена-боксера по механизму воздействия и силе на вещество мозга
можно приравнять к удару каким-либо тупым предметом (кастетом,
палкой, кирпичом). В этот момент может произойти разрыв стенок
кровеносных сосудов с кровоизлияниями под оболочку и в вещество
головного мозга...
105
** *
Кинотеатр «Буревестник», один из центральных в городе, распо­
ложен на площади 30-летия Победы. От моего дома до кинотеатра
пара минут ходьбы, подхожу к окну и вижу зрителей, выходящих пос­
ле очередного сеанса. Вот такая же приблизительно картина была и в
тот роковой для Валерия ненастный сентябрьский день...
На первом листе уголовного дела предельно сжатая краткая доклад­
ная дежурного по райотделу милиции: «17 сентября около 13 часов из
больницы № 3 поступило сообщение, что с признаками тяжелой череп­
но-мозговой травмы от кинотеатра «Буревестник» доставлен Валерий
Багров, 16 лет, проживающий по проспекту Ленина, 60».
Потом свидетели, а в них недостатка не было, расскажут, что едва
Багров вышел из кинотеатра, как к нему подошли трое парней, и один
из них два раза ударил юношу по лицу. Парень упал, потеряв сознание.
Отсюда скорая помощь доставила его в больницу. Диагноз врачей ока­
зался серьезным: закрытая тупая черепно-мозговая травма с тяжелым
ушибом головного мозга, перелом нижней челюсти слева.
Все произошло настолько неожиданно и стремительно, что окружаю­
щие не успели вмешаться. Несколько минут спустя тройка хулиганов, про­
ворно унося ноги, скрылась с места происшествия. Пока вызывали ско­
рую помощь, подоспел сотрудник милиции, записавший фамилии не­
скольких свидетелей. Вечером того же дня, когда Валерий пришел в себя,
к нему в палату пришел следователь. Юноша был очень слаб и произнес
всего несколько фраз: «В кинотеатре у меня случилось что-то с головой.
Когда я вышел из зала, голова сильно закружилась, я упал. Что было даль­
ше - не помню. Меня никто не бил»
Однако к этим показаниям следователь отнесся с сомнением: на­
лицо были признаки амнезии - потеря памяти, которая обычно со­
провождает лиц, получивших черепно-мозговую травму. Постепенно
подробности случившегося начали проясняться. В этот день Валерий
Багров с двумя сверстниками решил сходить в кино. Во вторник в
полдень собралось немного зрителей, хотя демонстрировался доволь­
но популярный среди молодежи фильм «Черная стрела». В зале ребя­
та поздоровались со знакомыми девушками и заняли свои места. Едва
погас свет, как с шумом появились трое парней. Расположившись по­
зади четырех подруг, они, не обращая внимания на окружающих, раз­
вязно и нарочито громко заговорили с ними, пустили в ход руки, дер­
гали за волосы, толкались. Багров встал и, пройдя вперед, попросил
троицу вести себя потише, не приставать к девушкам. Казалось бы,
инцидент исчерпан.
106
Однако, как показали последующие события, у получивших отпор ху­
лиганов созрел план мести. Вот что рассказал товарищ Валерия, не
успевший вмешаться:
- Когда мы выходили из зала, Багров шел впереди меня. Внезапно
я увидел, как к нему подошел незнакомый парень и нанес два силь­
ных удара кулаками по лицу. Первый удар - прямой левой, второй правой рукой сбоку, с резким поворотом корпуса. Парня я не знаю,
не исключено, что он занимается боксом. Действовал профессиональ­
но и быстро. Приметы: волосы светлые, средний рост около 170 сан­
тиметров, на вид ему 17-18 лет. Одет в коричневый пиджак, темносиние джинсы и кроссовки «Томис».
Занимается боксом. Так предполагали многие, так на деле и ока­
залось. Впрочем, прошло около трех недель, пока преступник и двое
других, бывших рядом, были установлены. И м и оказались учащие­
ся СПТУ-30 С. Лапин, А. Кротов и М. Гарькин. Сотрудник уголов­
ного розыска обошел почти все секции бокса в городе, выйдя нако­
нец-то на Станислава Лапина. Именно он нанес два удара Багрову
17 сентября.
В зале суда, куда меня вызвали в качестве судебно-медицинского
эксперта, на скамье подсудимых я увидел широкоплечего крепко сби­
того молодого блондина. Он сидел, низко опустив голову, расслабив
на коленях крупные тяжелые руки. К этому моменту процесс над
С. Лапиным уже заканчивался, и судья вызвал эксперта для уточнения
механизма травмы, причиненной Багрову. С учетом комплекса по­
вреждений и обстоятельств дела в судебно-медицинском заключении
на суде сказано: «...Потерпевшему были нанесены удар или удары ку­
лаком постороннего человека в область нижней челюсти слева, с ее пе­
реломом, последующим падением и ударом головой о твердую неогра­
ниченную поверхность (асфальт), вызвавшим тупую травму головы с
переломом основания черепа и тяжелым ушибом головного мозга».
Замечу, что труд судмедэксперта достаточно сложен, во многом
связан с медицинской оценкой определенных негативных явлений. Тут
бытовые и производственные травмы, автопроисшествия, случаи ху­
лиганства. Работа наша ответственна, не терпит равнодушия. Лично
меня как врача эпизод у кинотеатра особенно взволновал: как же так,
спортсмен довольно высокой квалификации (у Лапина первый раз­
ряд), владеющий поставленным отработанным ударом, дважды, как
мешок с опилками или «грушу» на тренировке, бьет незнакомого юно­
шу? В сознание упорно врезается навязчивое название давнего кино­
фильма «Вооружен и очень опасен».
107
Вооружен? Но разве это понятие не отражает действительного поло­
жения вещей? Сотрудники милиции, судьи, врачи, не особо напрягая па­
мять, могут назвать не один случай, когда спортсмены, владеющие опре­
деленными навыками в боксе, самбо, карате, применяли боевые приемы
не в целях самообороны, при задержании преступника, иных исключи­
тельных ситуациях, а, наоборот, - как средство нападения на заведомо
слабого и фактически безоружного человека. Почти всегда это заканчи­
валось трагически.
Когда я занимался экспертизой Багрова, припомнилось другое уго­
ловное дело, связанное с неким Русланом Мамедовым, бывшим сту­
дентом третьего курса физвоспитания пединститута. Мы извлекли
материал из архива, и я лично убедился в особой опасности Мамедова: за месяц с небольшим человек, претендующий на должность пре­
подавателя физкультуры, трижды умышленно и жестоко избивал раз­
ных лиц. В списке его «побед» две сломанные челюсти, перелом кос­
тей носа, сотрясение головного мозга...
До суда и уже после него я просмотрел немало специальной лите­
ратуры. На тяжелые травмы, связанные с ударами боксеров, указыва­
ет в солидных научных статьях ряд авторитетных авторов (П.И. Готовцев, В.Н. Крюков, И.Е. Панов, В.Г. Науменко, А.П. Громов и др.).
При ударах в нижнюю челюсть, подбородок голова резко отбрасыва­
ется назад, испытывая ротацию вокруг сочленения затылочной кости
с позвоночником, в этот момент может произойти разрыв стенок кро­
веносных сосудов головного мозга. По мнению специалистов, если при
занятиях боксом пострадавшими довольно редко оказываются тре­
нированные молодые люди, привыкшие к высоким нагрузкам, то,
наоборот, в конфликтных ситуациях (драках, избиениях, случаях ху­
лиганства) гораздо чаще спортсменами тяжело травмируются лица
разного возраста, иногда пожилые, даже больные, что связано с осо­
бой опасностью для их здоровья.
И теперь, после суда, думаю о поступке Станислава Лапина. Пере­
листываю материалы дела, вчитываюсь в строки допросов осужден­
ного, характеристик на него и его друзей, размышляю над показания­
ми свидетелей. Конечно, поезд уже ушел, и справедливость пригово­
ра не вызывает сомнений. Но все же, все же... Где и когда, по чьему
недосмотру или равнодушию преступил он грань между добром и злом,
красотой спорта и сомнительным сиюминутным торжеством грубой
жестокой игры?
Вот строки из характеристики, подписанной классным руководителем:
«Станислав был очень подвижным юношей. Часто свои способности, вы108
думку и силу тратил на нарушение правил поведения... Мог портить ме­
бель, школьное имущество... По характеру - добрый, отзывчивый (!?)».
Последняя фраза более чем странная и прямо противоположная всему ос­
тальному. Написана разве для того, чтобы смягчить впечатление от соде­
янного.
Семья у Лапина благополучная, самая что ни на есть трудовая. Отец
работает литейщиком на заводе, мать - аппаратчицей на химзаводе.
Лет пять назад Станислав вместе с Кротовым и Гарькиным, своими
одноклассниками, начал заниматься боксом, и возражений ни в се­
мье, ни в школе это не вызвало. После восьмого класса, по совету тре­
нера юношеской спортшколы, все трое поступают в СПТУ-30. И вот
тут, наверное, в самом противоречивом и ранимом возрасте для под­
ростков, когда именно спорт должен и обязан стать для них средством
не только физического, но и нравственного воспитания, поддержкой
и опорой, стержнем для формирования личности, этого не произош­
ло. Не на высоте оказалась и воспитательная работа в училище, о чем
прямо сказано в особом определении суда.
А ведь инцидент у кинотеатра мог бы и не случиться. Именно в
этот день, 17 сентября, ребята из училища с утра уехали в подшефный
колхоз на сельхозработы. Лапин и его друзья увильнули от поездки,
заявив мастеру производственного обучения, что они якобы не знали
о ней и пришли на занятия в хорошей одежде.
- Они ушли, не поехав с остальными, хотя я не разрешил им этого
делать, - скажет потом мастер, полагая, что этой фразой он полно­
стью снимет с себя ответственность за случившееся. Впрочем, как и
тренер юношеской спортшколы «Спартак», у которого все трое ког­
да-то занимались боксом, пока не ушли из секции.
Когда я позвонил тренеру, его, мягко говоря, откровенно удивило
мое обращение. Тон Владимира Ивановича, поначалу непонимающе
раздражительный, стал откровенно наступательным.
- Лапин давно уже у нас не занимается, - произнес он. - Первораз­
рядник? Что вы, это же юношеский, а не взрослый разряд. Да, о суде и
еще раньше поисках милиции я где-то слышал. Не думаю, что это ка­
сается Лапина. Впрочем, почему вас это интересует? Он ведь совсем
бесперспективный боксер...
Возражаю тренеру, считая, что в воспитательных целях он и ребята
из секции просто обязаны были присутствовать на суде. Спрашиваю,
читал ли он и обсуждалась ли боксерами острая статья в «Комсомоль­
ской правде» - «Нокаут после гонга».
109
- Может быть, я и пошел бы на суд, - делает одолжение мой собесед­
ник, - н о как раз в эти дни уехал на соревнования. О статье в газете ниче­
го не слышал. И вообще, ничего особенного не случилось. В боксе, как
на фронте. Всякое случается, бывают и безвозвратные потери...
Последняя фраза настолько потрясла, буквально сразила наповал, что
я сразу же положил трубку. Дальнейший разговор стал бесполезным.
Воспитание моральных качеств спортсмена, конечно, во многом зави­
сит от тренера. Вот что пишут в книге «Юный боксер» заслуженный мас­
тер спорта, кандидат юридических наук, олимпийский чемпион Г.И. Шатков и мастер спорта, кандидат педагогических наук А.Г. Ширяев: «Мораль­
ные нормы прочно слились с бытом русского народа, и корни их теряются
в глубокой старине. Так, в кулачном бою существовали традиционные изу­
стные правила: прохожих, не участвовавших в деле, трогать запрещалось,
кто упал, того не били («лежащего не бьют»), запрещалось пользоваться
посторонними предметами («не клади в кулак пятак») и др.... Эти правила
соблюдались строго: нарушившего их били свои же... Спортивная трени­
ровка в боксе - многолетний и многогранный педагогический процесс. В
самом начале его - спортсмен-новичок, в конце - человек, на организме,
психике и морали которого остаются следы этого процесса. Следы быва­
ют разные, нужно, чтобы остались хорошие следы».
.. .Однажды, в далекую пору детства, повздорили между собой двое
ребят - из нашего и параллельного классов. После уроков они при­
шли в укромный уголок школьного двора, где вдали от учительских
глаз и в присутствии десятка «болельщиков» хотели выяснить свои
«сложные» взаимоотношения. Не представляю теперь, из-за чего раз­
горелся сыр-бор, но хорошо помню, что бой так и не состоялся. Едва
раскрасневшиеся, похожие на молодых петушков, мальчишки нача­
ли сходиться, как старшеклассник, случайно оказавшийся рядом, встал
между ними и весело произнес:
- Это не по правилам. Ты же, Толька, второй год занимаешься бок­
сом, вот и дерись на ринге. Секцию позорить не позволю.
И Анатолий из нашего 7-го «Б» отступил, опустив вниз сжатые ку­
лаки. Он не струсил, просто понял, что предстоящий поединок будет
неравным. Возник в памяти этот давний случай просто так, вечером
того дня, когда в зале судебного заседания читался приговор.
Вовсе не хочу обидеть другие виды спорта, но бокс, в основе которого
единоборство, бой, поединок двух атлетов, - не стрельба, настольный тен­
нис или фигурное катание. У него своя родословная, богатейшие и благо­
роднейшие традиции, заложенные во времена Олимпиад античности в
древней Греции, своя этика. Поэтому уличный нокаут, продемонстриро110
ванный Станиславом Лапиным, не может рассматриваться как частное дело
бывшего боксера.
Важно, чтобы каждый мальчишка, который придет в секции бок­
са, самбо или дзюдо, усвоил не только спортивные, но и общечело­
веческие навыки. Пусть годы тренировок сделают из слабого юнца
настоящего мужчину, однако сила, взращенная спортом, обязана
быть доброй.
111
Не стыдно и не вредно не знать, всего
знать никто не может. А стыдно и вредно
притворяться, что знаешь, чего не знаешь.
Л.Н. Толстой
Экспертиза тупой травмы в условиях неочевидности часто пред­
ставляет известные трудности для судебных медиков. В окружающем
нас мире существуют неограниченные по численности и видам тупые
предметы - от древнейших (палки, камня, обуха топора) до современ­
ных средств автодорожного и железнодорожного транспорта. Тупые
предметы и орудия разных видов, входя в контакт с телом человека,
образуют на нем массу определенных повреждений, к которым отно­
сятся раны, ссадины, кровоподтеки, вывихи, переломы костей и т.п.
Задача эксперта не только в фиксации повреждений в своем заключе­
нии, но и в установлении механизма их образования, вида травмы.
Вот и тут довольно сложный случай из практики, где в сельской
местности при обнаружении трупа в ночное время предполагалось
поначалу убийство ручным тупым орудием с повреждением костей
черепа и вещества головного мозга.
112
***
Была суббота, но из-за разгара полевых работ гости собрались на сва­
дебное торжество к Тихомировым только к пяти вечера. Застолье затяну­
лось до полуночи. Одним из самых поздних гостей оказался лейтенант
Ковалев, здешний участковый милиционер. Сергей Петрович проработал
в Лебяжьем больше двадцати лет и был на хорошем счету у начальства.
Уважали его и односельчане, хоть иногда и бывал крутоват участковый, но
справедлив. Ковалев не отказался от предложенной хозяевами стопки, по­
сидел для приличия минут тридцать за столом и, бросив внимательный
взгляд на веселящуюся молодежь, направился к выходу. Что скрывать, за
время службы в милиции многое довелось ему увидеть на таких, как эта,
сельских свадьбах. Но у Тихомировых было относительно спокойно, и
участковый с легкой душой отправился домой.
На улице было темно. Ночь выдалась темной, но беззвездной.
- Вот уж и лето подступает, - подумал Ковалев. - Но темень-то
какая! Сколько раз заходил разговор об освещении в Лебяжьем, а воз
и ныне там...
Идя скорее по интуиции, Ковалев спустился вниз по тропинке и
вышел на асфальтированную дорогу. Кругом была тишина. Кова­
лев закурил, но не прошел и трехсот метров, как ясно услыхал гдето рядом с собой посторонний звук. Ему показалось, кто-то сто­
нал. Включив фонарик, он сделал наугад несколько шагов в сторо­
ну, и на обочине узкий луч света выхватил из темноты фигуру ле­
жащего вниз лицом человека. Лейтенант опустился на колено и,
приподняв голову, осветил его лицо.
- Да ведь это Михаил Пантелеев! Кстати, был на свадьбе у Тихо­
мировых. Наверное, перебрал лишнего...
Ковалев перевернул Пантелеева на спину. Левая щека его была в
крови. Только теперь Сергей Петрович увидел на лбу Михаила боль­
шую рану, из которой сочилась кровь.
- Пожалуй, тут мне одному не справиться, - решил Ковалев и побежал
обратно к Тихомировым, где еще продолжалось свадебное веселье. Про­
шло около часа, пока Пантелеев был доставлен в больницу. Здесь его на­
чал осматривать доктор Рогозин, в лице которого сосредоточилась вся ме­
дицинская власть в Лебяжьем. Юрий Семенович только два года назад
окончил медицинский институт, но так как на селе приходилось ему быть
и за терапевта, и за хирурга, и за главврача в одном лице, практику он имел
довольно большую. Те полчаса, что Рогозин провел в перевязочной, пока­
зались Ковалеву вечно-стью. Накинув на плечи белый халат, он нервно
ходил от стены к стене, большими шагами меряя пространство коридора.
113
именно он сидел за рулем в момент аварии. Однако после того, как жен­
щина скончалась от травм, он изменил показания, заявив, что в момент
происшествия был пьян и спал на заднем сиденье, а автомашиной управ­
ляла его спутница. Лишь комплексное медико-криминалистическое иссле­
дование с детальным осмотром автомашины, эксгумацией трупа ранее за­
хороненной женщины, составлением схем-векторов смещения тел в сало­
не, привлечением в качестве экспертов ученых-медиков позволило уста­
новить истину по делу: за рулем «Жигулей» находился мужчина, женщина
же полулежала на месте пассажира переднего сиденья, причем голова ее
была на коленях у водителя.
...Ранним утром первого июльского дня вместе со следователем мы
выехали в Дзержинск. Предстоял повторный осмотр разбитой автомаши­
ны, находившейся в гараже Щетинина. Предварительно я созвонился с тог­
дашним начальником Нижегородского областного бюро судебно-медицин­
ской экспертизы, профессором Аделаидой Петровной Загрядской. Она
выслушала историю аварии, посоветовала взять для осмотра машины когонибудь из опытных экспертов.
- Один ум хорошо, а два вернее, - эту заповедную истину нашей науки
я усвоил давно. В помощь А.П. Загрядская порекомендовала кандидата
медицинских наук Н.И. Шинкарева, который, сам будучи страстным авто­
любителем, хорошо разбирался в механизмах и нюансах автотравм.
Было уже около трех часов дня, когда мы добрались до Дзержинска.
Следователь вызвал Щетинина с работы, и мы вместе с ним поехали к
гаражу, в котором находилась автомашина. По дороге Щетинин дополнил
свою печальную историю.
Я, пожалуй, приведу ее в назидание, ибо по сути своей она типична для
происшествий такого рода.
- Автомашину я купил незадолго до аварии, - начал Щетинин. - Оче­
редь подошла, и хоть целиком всей суммы на приобретение «Жигулей» у
меня не было, но помогли родственники, друзья. К этому времени успел
построить и кооперативный гараж. Половину одолженных денег предсто­
ит отдать...
...Щетинин включил свет в гараже, и мы увидели разбитый вдребезги
автомобиль. Удар пришелся в левую переднюю боковую часть машины.
Будто гигантским молотом, смяло передний бампер, капот, левую боковую
стойку. С трудом открываем заклиненную переднюю дверцу и вместе с
фотоаппаратурой втискиваемся вглубь салона. Под ногами хрустит битое
стекло, все стекла в машине выбиты.
Районный судмедэксперт С. полагал, что Щетинин, у которого были
легкие поверхностные ушибы, находился на месте водителя, а покойный
126
Сидоров, получивший тяжелые повреждения, был пассажиром переднего
сиденья. Эксперт исходил из чисто статистических данных, свидетельству­
ющих о том, что при автокатастрофах наиболее часто и тяжело травмируется пассажир переднего сиденья, тогда как водитель, вследствие его хоро­
шей фиксации, отделывается, как правило, более легкими ушибами, а если
и получает травму, то преимущественно грудной клетки, в результате ее
удара о рулевое колесо.
В нашем случае повреждений грудной клетки у Сидорова выявлено не
было. Разбитую автомашину С. детально не осмотрел, для него этот слу­
чай был «ясным».
- Если полагать, что Сидоров был водителем и у него уцелела грудь, тому
есть объяснение, - заметил Шинкарев, когда мы осматривали салон. - За­
метьте, наиболее сильное воздействие при столкновении было именно со
стороны водителя, а руль, который в 90% таких случаев деформируется, со­
хранился, как новенький.
И точно - рулевое колесо не то что было сломано или погнуто, оно креп­
ко стояло на своем месте и даже легко крутилось в наших руках.
- Это оттого, - продолжает Шинкарев, - что направление удара не было
фронтальным, а было направлено к салону под углом. Отсюда удар води­
теля головой о стойку или ветровое стекло при целом руле.
На пластмассовом щитке, напротив места пассажира переднего сиде­
нья, замечаем несколько пятен и потеков крови. Фотографируем их, нано­
сим на заготовленную схему салона «Жигулей», а затем осторожно изыма­
ем из машины весь щиток.
Прошло около четырех часов. Наконец осмотр автомашины полностью
закончен. Пока следователь оформляет протокол, а Щетинин запирает га­
раж, Наум Иосифович задумчиво говорит:
- Суди сам, половину денег, взятых в долг, ему еще предстоит отдать, а
ведь эти «Жигули» уже ни один мастер не восстановит. Вот она, истинная
цена рюмки за рулем. Всего за одно мгновение семья Сидорова лишилась
мужа и отца трех детей, а ему, - он слегка кивнул головой в сторону Щети­
нина, - вместо загородных поездок на лоно природы предстоит расплачи­
ваться еще добрых несколько лет...
Еще один месяц ушел на исследование вещественных доказательств,
изъятых при осмотре. И лишь к началу осени (напомню, автоавария про­
изошла в марте) пассажиры «Жигулей» были, наконец, «рассажены» по
своим местам. Экспертизой было окончательно установлено, что маши­
ной в момент столкновения управлял покойный Сидоров. В сильной сте­
пени опьянения он не справился с управлением, выехал на соседнюю
полосу и буквально врезался в шедший навстречу КамАЗ...
127
Статистика ныне считается наукой серьезной и объективной. По данным
А.А. Солохина, до 30% подобных автопроисшествий бывает при столкнове­
нии автомашин, эта же цифра - 30% - приходится на удары машин о непо­
движные предметы, около 20% - это катастрофы при падениях - в кювет, с
моста, реже автоаварии наблюдаются при иных обстоятельствах.
Это произошло вскоре после случая на Нижегородском шоссе. Время
близилось к полуночи. Только что завершилось многочасовое торжество,
посвященное уходу на пенсию всеми уважаемого главного механика Пет­
ра Георгиевича. Большинство вышедших из ресторана гостей стояли ожив­
ленной кучкой в ожидании последнего ночного троллейбуса, наиболее не­
терпеливые ловили редкие такси, кое-кто не терял надежды на попутные
автомашины.
Никто, даже сам виновник торжества, кстати, водитель с большим ста­
жем, не заметил, что с черного хода сели в микроавтобус «Латвия» пять
человек. Все они принимали участие в застолье, но семи часов показалось
мало, и веселье было решено продолжить. Захватили несколько бутылок
водки, закуску с юбилейного стола.
Борис Г. - водитель автомашины (за ним микроавтобус был закреплен
на работе) - хотел сесть за руль, но его опередил Юрий И. Он трудился
механиком в том же гараже.
- Дозволь, Боба, взяться за руль. Отсюда до моего дома каких-нибудь
три-четыре километра, довезу наикратчайшим путем...
- Моя машина, я и поеду. Руль постороннему не доверяю, - не совсем
членораздельно возразил Боба.
Прервем на какое-то время этот спор.
Из протокола осмотра места происшествия: «...Установлено, что 21 ав­
густа около часа ночи микроавтобус «Латвия», следуя по городу со скоро­
стью около 110 километров в час, на повороте выехал на тротуар, правой
боковой частью ударился о металлическое ограждение и, смяв его, врезал­
ся в бетонный столб... В результате автоаварии четыре пассажира получи­
ли средний вред здоровью, один - тяжкий вред здоровью, от чего скончал­
ся в приемном покое больницы... На автомашине имеются следующие по­
вреждения...»
Случай тоже был не менее сложный, чем предшествующий, и прошло
немало времени, прежде чем экспертам удалось доказать, что Боба всетаки «доверил» руль своему пьяному и настойчивому приятелю. Число по­
добных примеров, безусловно, можно продолжить. Память любого врачатравматолога, хирурга, судебного медика хранит немало трагических слу­
чаев.
128
.. .Шофер туристического автобуса Карпов со своим напарником выпи­
ли в гостинице бутылку водки и бутылку шампанского. Спать легли около
трех часов ночи. Утром они повезли группу туристов по маршруту Золото­
го кольца. Естественно, за несколько часов действие алкоголя не прекра­
тилось. Проехав десять километров, Карпов не справился с управлением,
и автобус опрокинулся. При этом свыше двадцати человек получили тяже­
лые повреждения.
...Шофер автомобиля УАЗ Бирюков на Курском вокзале столицы
поздним вечером посадил десять человек во вверенную ему служебную
автомашину. Электрички уже ушли, люди торопились домой, никто не
обратил внимание на то, что Бирюков находится в состоянии алкоголь­
ного опьянения. Через час после начала движения на большой скорости
автомобиль опрокинулся, все пассажиры погибли. Виновник аварии от­
делался несколькими ссадинами и легким переломом руки. По статье 264
Уголовного кодекса РФ он осужден на десять лет лишения свободы. Но
разве этот предельно максимальный срок сопоставим с трагедией,
унесшей десять человеческих жизней?
Был у меня эпизод, когда я сам оказался на волоске от гибели. В тот
день я возвращался из дальнего района, куда накануне выехал по делам
службы. Морозным вечером местный автоинспектор посадил меня в по­
путную автомашину. Проехали с десяток километров, и тут я заметил, что
мой сосед по кабине пьян. Решение пришло мгновенно: едва показались
огни ближайшей деревни, я остановил машину и покинул опасный грузо­
вик. На морозе ждать пришлось довольно долго. Тут и десять минут пока­
жутся вечностью. Лишь спустя полчаса мне, основательно продрогшему,
удалось сесть в другую автомашину. Не успел я отогреться, как через не­
сколько километров в глубоком кювете мы увидели перевернувшийся гру­
зовик. Когда, выйдя из машины, я спустился вниз, то в свете фар сверху
узнал шофера, с которым совсем недавно сидел рядом.
Замечу, что водитель, попавший в аварию, получает тяжелейшую психо­
логическую травму. Не через день или два ему удается преодолеть послед­
ствия стрессовой ситуации. Вот что рассказал об аварии на Нижегородском
шоссе единственный трезвый человек из участников катастрофы, шофер
КамАЗа Сванадзе: «...Видимость была хорошая, участок шоссе прямой, го­
ризонтальный. Попутного и встречного транспорта было очень мало. При­
мерно метрах в двухстах впереди я увидел автомобиль «Жигули». Скорость
у него была не менее 90 километров в час. Вдруг я заметил, что «Жигули»
съехали на свою правую обочину, потом начали прижиматься к краю проез­
жей части. Я увидел, что заднюю часть машины начало заносить вправо...
Когда расстояние между моей автомашиной и «Жигулями» сократилось до
129
7-8 метров, они неожиданно резко пошли в направлении моего автомобиля.
Я резко вывернул руль вправо, однако столкновения избежать не удалось...
Когда я вышел из машины, у меня было такое состояние, что я не мог оста­
новить ни одной встречной автомашины».
Да, ныне риск стал слишком велик. Судебно-медицинский эксперт
Ю. Сидоров (однофамилец погибшего. - Прим. М.Ф.), ссылаясь на
иностранные источники, утверждает, что наезд на препятствие со ско­
ростью 75 километров в час соответствует падению автомашины с вы­
соты 125 метров, водитель и пассажиры при этом устремляются впе­
ред с силой примерно в четыре тонны. Автор приводил свои исследо­
вания совместно с сотрудниками Московского автодорожного инсти­
тута. Ими изучено 325 различных дорожных катастроф, в которых по­
страдало около семисот человек.
В настоящее время каждый водитель, садящийся за руль в нетрез­
вом состоянии, должен твердо усвоить, что не только он лично упо­
добляется человеку-самоубийце, но и вовлекает в этот трагический
замкнутый круг своих близких, знакомых, сослуживцев, просто спут­
ников по машине.
Помните, в самом начале очерка приведены три довольно редких
ситуации (прыжок на спор со скалы в море, уход одиночки в горы без
товарищей и попытку лечебного голодания, к счастью, с удачным ис­
ходом). В каждом из этих эпизодов люди подвергли свою жизнь не­
оправданному риску, по сути дела, становились потенциальными са­
моубийцами. Недавно в печати промелькнуло сообщение о том, что
на Западе стал модным новый способ самоубийства: водитель садит­
ся в машину, разгоняет ее и на огромной скорости врезается в препятствие
или встречный автомобиль.
Но чем отличаются наши водители, к примеру, такие, как Сидо­
ров, красивые, полные сил и энергии молодые люди от западных ав­
токамикадзе (камикадзе - пилот-смертник, в переводе с японского)
или тех, кто решил свести счеты с жизнью каким-нибудь иным насиль­
ственным способом? Когда-то среди офицерства был популярен отчаян­
ный способ самоубийства, называемый «русской рулеткой». Несколько
человек закладывали в барабан револьвера единственную пулю, раскручи­
вали барабан и по очереди подносили ствол к виску. Кто погибнет от роко­
вого выстрела, никто предсказать не мог... Принципиальной разницы меж­
ду ними и моими «героями» я не вижу.
Писатель Лев Успенский в своей замечательной книге «Слово о
словах» пишет, что автомобиль образован слиянием греческого «авто»
130
и латинского «мобиле». Л. Успенский вспоминает при этом Жюля Верна и
девиз капитана Немо: «Мобиле ин мобиле» - «подвижное в подвижном».
Не этой ли сверхподвижностью людей в мчащихся автомашинах обуслов­
лена частота и тяжесть травм на наших дорогах?
В дни, когда я работал над этим материалом, раздался телефонный
звонок. Двадцать минут спустя в оперативной машине я ехал на одну
из городских магистралей, где недавно был сбит человек. Неподалеку
от пешеходного перехода двигавшаяся на огромной скорости легко­
вая автомашина смертельно травмировала гр-на Г. и скрылась с мес­
та происшествия. С этого момента подразделения органов милиции и
ГИБДД были брошены на поиски преступника. Не прошло и двух ча­
сов, как он был задержан. Вместе со следователем я заходил в гараж,
где находился скрывшийся «Москвич». Смяты передний бампер и
капот, разбито лобовое стекло, повреждена крыша (удар при наезде
ввиду большой скорости был настолько силен, что туда забросило по­
терпевшего). Преступником оказался водитель С, который, приняв с
утра изрядную дозу спиртного, взял служебную машину, чтобы от­
правиться на рынок за покупками.
...Вы садитесь в автомашину. Не торопитесь, прошу вас, огляни­
тесь. Вдруг рядом с вами за рулем сидит любитель и поклонник авто­
рулетки. Не теряя времени выходите из машины. А еще лучше, позво­
ните в милицию или ГИБДД.
131
Если ты выстрелишь в прошлое из
пистолета, будущее выстрелит в
тебя из пушки.
Р. Гамзатов
Чума, сибирская язва, холера... Известные с незапамятных времен,
они сродни таким бедам и несчастьям, как продолжительная засуха,
лесные пожары, землетрясение, смерч или цунами. И если слепые силы
природы не поддаются управлению, то за эпидемией или вспышкой
таких заболеваний, как правило, грубейшие нарушения санитарного
режима, элементарная беспечность людей.
Чрезвычайное происшествие - иные слова трудно подобрать к тра­
гедии, цена которой около десятка инфицированных страшной болез­
нью и одна человеческая жизнь.
* * *
Редкая та история приключилась более двух десятков лет тому на­
зад, в середине 70-х гг. Помнится, когда непосредственно занимался
этим случаем, хотелось написать о нем как можно скорее, по горячим
следам. Однако приятель, опытный журналист, отсоветовал, пояснив,
что есть вещи, о которых в прессе говорить не принято. Он начал заги132
бать пальцы на одной руке, потом - на другой, перечисляя и одновременно
раскрывая глаза на мир начинающему автору.
- Бродяжничество и тунеядство, наркотики, проституция, валютные
сделки, организованная преступность, взятки высокопоставленным
лицам, самоубийства и жестокие убийства, ну и то, о чем хочешь пи­
сать. - Он предостерегающе поднял указательный перст. - Всего этого
у нас просто не существует. Понапрасну потратишь время, любой ре­
дактор, не раздумывая, отправит твои произведения в корзину.
Однако в дневнике я сделал несколько коротких записей, они те­
перь пригодились, да извлек из архива акт той экспертизы. Вот, от­
талкиваясь от них, и начну...
Случилось это в сельской местности в начале августа. В одном из
колхозов неподалеку от села Гремячее пастух Иван Ларионов обра­
тил внимание на необычное поведение коровы из общественного ста­
да. Черно-белая молодая буренка, всегда тихая и спокойная, похоже,
серьезно занемогла. Она понуро брела по густой высокой траве, от­
ставая от остальных, время от времени ложилась, а то и падала, начи­
ная в судорогах биться о землю. Понаблюдав за коровой, поняв, что
болезнь, возможно, опасная для окружающих, Ларионов решил ее при­
резать. Осуществив это, в конце дня пастух сообщил о больном жи­
вотном ветеринарному фельдшеру Виктору Михайловскому.
Выехав на «место происшествия» - обширную поляну на опушке
леса - с несколькими колхозниками, Михайловский осмотрел корову
и велел разделать ее. Мясо погрузили в автомашину, а отходы остави­
ли здесь же в кустах, слегка присыпав их землей. Потом фельдшер
отрубил по куску мяса помогавшим ему людям, а наутро сдал тушу
на колхозный склад Гремячьего, разрешив ее реализовать. Часть про­
дукции пошла на продажу населению, остальное - в общественную
столовую. Никаких положенных в подобных случаях бактериологи­
ческих анализов не производилось.
Прошла неделя. Михайловский, наверное, уже позабыл о павшей
корове, как вдруг 12 августа обнаружил на ладони руки несколько
точечных гнойничков. Еще не осмыслив увиденного, он заметил на
кисти работницы склада такой же, правда, единичный фурункул.
Надо ли говорить, какой неожиданностью явились для Михайлов­
ского эти пятна - предвестники грозной болезни. Теперь он понял,
какую дал промашку, небрежно отнесясь к случаю с заболевшей ко­
ровой. Ведь по закону фельдшер был обязан, прежде чем разрешить
употребление мяса, исследовать его в лаборатории, дабы исключить
возможность какой-либо инфекции у животного.
133
Районный ветврач, оповещенный Михайловским, приехав в Гремячее, немедленно осмотрел обоих. Диагноз его, пока предварительный,
подтвердил наихудшие опасения - вероятно, сибирская язва, к счастью,
в легкой, так называемой кожной форме. Забрав с собой часть мяса и
шкуру от коровы, врач немедленно отправил их в ветлабораторию.
Той же ночью, уже 13 августа, Михайловского внезапно вызвали на
колхозную ферму. Пала еще одна корова. На сей раз от былой халатности
не осталось и следа, внимательно осмотрев животное, он обнаружил бес­
спорные признаки того же заболевания. Теперь фельдшер действовал в
соответствии с инструкцией: тушу коровы распорядился сжечь, предва­
рительно взяв ряд объектов для анализов. На следующий день после эк­
стренного исследования предполагаемый диагноз стал для всех явью: дей­
ствительно, сибирская язва - одна из страшных, особо опасных инфек­
ций, какие только знает человечество. О случившемся пришлось инфор­
мировать Москву.
Чрезвычайное происшествие - иные слова трудно подобрать ко всей
этой истории. Моментально была задействована вся санитарно-противоэпидемиологическая служба области, пришлось в срочном поряд­
ке провести ряд неотложных мероприятий, направленных на ограни­
чение, локализацию инфекции, дабы помешать ее дальнейшему рас­
пространению. Установили строжайший карантин, запретив въезд и
выезд из села, одновременно медицинские и ветеринарные работники
приступили к вакцинации против сибирской язвы населения и скота
Гремячьего. Контроль за исполнением всех намеченных мер осуще­
ствлялся Облисполкомом.
Одновременно с этими событиями внезапно заболел пастух Иван
Ларионов. С утра 11 августа, по словам жены, он жаловался на силь­
ную головную боль, рвоту. После приезда скорой помощи, врачи кото­
рой сделали Ларионову два укола, ему стало полегче, при этом отмеча­
лось повышение кровяного давления. Вызвав на дом участкового вра­
ча, около двух часов дня жена Ларионова ушла на работу, а когда вер­
нулась домой в пять часов вечера, то обнаружила мужа мертвым.
Женщина была потрясена - супруг, здоровый, привыкший к физи­
ческому труду крепкий мужчина, практически ничем не болел. Впро­
чем, это подтвердила и его амбулаторная карта, в которой отмеча­
лись лишь грипп, простудные заболевания зимой да изредка пояснично-крестцовый радикулит. Последней в карте оказалась следующая
запись: «11 августа. Вызов на дом по поводу сильной головной боли,
повышения кровяного давления. Дом заперт изнутри, не дозвонилась.
Врач Третьякова». Ниже имеется приписка: «Со слов жены, больной умер
134
около пяти часов вечера, рекомендовано направить труп на судебно-меди­
цинское вскрытие».
Утром следующего дня, 12 августа, тело покойного било исследовано
судебно-медицинским экспертом Л.Н. Сулоевой. Выявив изменения, ха­
рактерные для гипертонической болезни, эксперт в своем заключении
пришла к следующим выводам: «1. Г-н Ларионов И.А. при жизни стра­
дал гипертонической болезнью и умеренно выраженным атеросклеро­
зом аорты. Смерть его наступила от кровоизлияния под мягкую мозго­
вую оболочку и в вещество мозга как осложнение вышеуказанного забо­
левания. 2. Смерть г-на Ларионова И. А. по своему характеру относится к
категории ненасильственной, т.к. наступила от болезни».
Между тем, несчастье, случившееся в Гремячьем, подобно горному об­
валу, происшедшему внезапно среди тишины и покоя, нарастало, вовлекая
в круговорот бед окружающих. Смертельная опасность нависла и над близ­
лежащими селами. За последующие четыре дня на ферме пало несколько
телят, у всех выделился возбудитель сибирской язвы. Медики и сотрудни­
ки областной санэпидстанции начали подворные обходы. За два дня, в пе­
риод с 15-го на 16-е августа, выявили восемь человек с кожной формой
сибирской язвы. Все они имели либо непосредственный контакт с павшей
коровой при разделке туши и ее переноске, либо употребляли зараженное
мясо в пищу в домашних условиях. Больные за помощью не обращались
и, установленные активным путем, были срочно госпитализированы.
По факту возникновения сибирской язвы прокуратурой было возбуж­
дено уголовное дело. Для оценки состояния здоровья и тяжести заболе­
вания у каждого человека потребовалась помощь судебных медиков.
До этого события ни я, ни мои коллеги из Владимирского областного
бюро никогда не встречались ни с сибирской язвой, ни с другими особо
опасными инфекциями. Но каждый из врачей на пятом курсе медицинско­
го института проходит теоретическую и практическую подготовку по та­
кой важной дисциплине, как инфекционные болезни. Теперь пришлось
опять, как в студенческие годы, обратиться к монографиям, справочникам
и руководствам.
Сибирская язва... Грозная и страшная болезнь, распространенная не
только в Сибири. История относит ее к числу древних инфекций, первое
достоверное описание было сделано в Париже французским врачом Мораном в 1788 г., который героическим опытом самозаражения доказал иден­
тичность сибирской язвы у человека и животных. Считают, что ему при­
надлежит и современное название болезни. В борьбу с нею внесли свой
вклад такие выдающиеся деятели мировой медицины, как Р. Кох, Л. Пастер, А. Асколи. Человек заражается сибирской язвой через больных жи135
вотных, клинически она проявляется в кожной, легочной, кишечной и
мозговой формах. Встречается заболевание в виде единичных случаев и
групповых вспышек, вплоть до эпидемий, смертность за последние деся­
тилетия в цивилизованных странах значительно снизилась, однако еще
остается высокой.
Естественно, встал вопрос: как, каким путем проникли опасные бацил­
лы в наши края? Оказалось, что летом неподалеку от Гремячьего велись
большие гидромелиоративные, дорожные и строительные работы. В про­
цессе их копались ямы и котлованы, вскрывался грунт из карьеров, где ког­
да-то, по словам старожилов, закапывались трупы животньгх. Это подтвер­
дилось показаниями колхозного механизатора Титова, который рассказал,
что в выкопанной автопогрузчиком песчаной траншее встретились скелетированные кости животных. Из научной литературы известно, что споры си­
бирской язвы могут сохраняться десятилетиями. Окруженные плотной обо­
лочкой, они даже выдерживают длительное кипячение (до получаса), устой­
чивы к сухому жару, влажности и низким температурам.
Долгожители вспомнили, что еще во времена гражданской войны в ок­
рестных деревнях случался массовый падеж скота, причиной которого счи­
талась сибирская язва. Вот так, спустя годы и годы, затаившись под много­
метровой толщей земли, нежданно-негаданно шагнула коварная инфекция
в наши дни.
Все восемь человек - четверо мужчин и четверо женщин, заболевшие
кожной формой сибирской язвы, включая и ветфельдшера Михайловского,
находились в местной участковой больнице. Их поместили в отдельные па­
латы-боксы, полностью изолировав от остальных больных.
С опаской, соблюдая все меры предосторожности, я входил в эти палаты.
Сибиреязвенные карбункулы-темно-красные, почти черные, круглой фор­
мы гнойники с красноватым воспаленным ободком, располагались на от­
крытых участках тела - кистях рук, предплечьях, лице, у одного из мужчин
оказалось пораженным правое бедро. У всех диагноз сибирской язвы под­
тверждался положительной серологической реакцией с сывороткой, специ­
фичной для этой инфекции (так называемая реакция Асколи). Срок лечения
оказался разным, в зависимости от тяжести заболевания - от 10 до 29 дней.
Наиболее тяжелое течение наблюдалось у больного с сибиреязвенным гной­
ником на коже лица.
С медицинской точки зрения оставалась невыясненной причина смер­
ти пастуха. Хотя в заключении районный судмедэксперт указала, что она
наступила от гипертонической болезни и ее осложнений, однако клини­
ческая картина быстрой, если не сказать молниеносной смерти, совпадаю­
щей по времени с выявленной инфекцией, требовала тщательной провер136
ки. Все-таки первым, кто соприкоснулся с телом павшей коровы, был Ла­
рионов.
Учитывая сложность случая, в соответствии с постановлением следо­
вателя прокуратуры, была назначена повторная экспертиза. Перед экспер­
тами поставили следующие вопросы: «1. Правильны ли выводы эксперти­
зы от 12 августа о причинах смерти г-на Ларионова? 2. Исключена ли воз­
можность его смерти от сибирской язвы?».
Мы проанализировали все имеющиеся в нашем распоряжении матери­
алы, побеседовали с женой Ларионова, последней видевшей мужа в роко­
вой для него день. К тому времени с момента описываемых событий про­
шло около двух месяцев, поэтому особые надежды возлагались на тща­
тельное изучение гистологических (микроскопических) препаратов.
Гистологическое исследование тончайших прозрачных срезов с внут­
ренних органов покойного, толщиной в несколько микрон, является на­
дежным средством диагностики различных заболеваний. Ныне этот метод
повсеместно используется как патологоанатомами, так и судебными меди­
ками. Лаборант-гистолог делает срезы с органов, проводит их тщательную
обработку, окраску специальными красителями, потом наклеивает на пред­
метные стекла для микроскопирования. При увеличениях в десятки и сот­
ни раз становятся видимыми различные изменения в тканях, неразличи­
мые таким несовершенным прибором, как глаз человека.
Вот что пишет по этому поводу в статье «Скрытый мир» известный
советский журналист В.М. Песков: «Восемьдесят процентов всей инфор­
мации из окружающего мира мы получаем с помощью зрения. Но все ли
мы видим? Кто пытался хотя бы в бинокль взглянуть погожей ночью на
небо, знает, насколько богаче становится звездный мир. Похожее откры­
тие мы делаем, заглянув в микроскоп. Знакомый энтомолог, помахав од­
нажды при мне сачком над поляной, показал щепотку какого-то мусора, а
через час пригласил к микроскопу, и я не смог оторвать глаз. Десятки кро­
шечных существ, оцепеневших от эфира, можно было разглядеть в мель­
чайших подробностях. Увеличитель был бинокулярным, и все виделось
выпукло, емко и выразительно. Таков мир, скрытый от нашего обычного
взгляда».
Приблизительно такую же картину довелось наблюдать и членам ко­
миссии, когда мы поочередно склонялись над окуляром микроскопа, рас­
сматривая срезы с вещества мозга покойного пастуха. Опытный профес­
сор-патологоанатом комментировала увиденное:
- Обратите внимание, - сказала она, - на наличие большого количества
микробов под мягкой мозговой оболочкой. Располагаются они одиночно
и попарно, форма их палочкообразная, а в окружности имеются очаги ос137
трого воспаления. Отмечаются диффузные кровоизлияния под оболочку и
в вещество головного мозга, сосуды его повреждены с явлениями некроза.
Скорее всего, это следствие какой-то острой инфекции.
До сих пор помню, какой вид имели эти существа, внедренные в виде
черных, вернее, темно-фиолетовых, палочек в мозговую ткань. В тот день
странное состояние - вероятно, все-таки то было осознанно подавлен­
ное чувство опасения - овладело мной. Понятно, как врач я понимал, что
изготовленный микропрепарат мозга величиной не более трехкопеечной
монеты абсолютно безопасен. Наверное, случалось каждому в кино или
по телевизору видеть напряженные сцены, связанные с насилием и
смертью, вызывающие тревогу, боязнь или страх. Нечто похожее давило
на меня какое-то время, но, как только мы закончили эту экспертизу, ото­
шло в сторону, оставшись лишь в сухих строках документа да кратких
дневниковых записях. В своем заключении комиссия, отвечая на постав­
ленные прокуратурой вопросы, пришла к следующим выводам: «1. Зак­
лючение судебно-медицинского эксперта Сулоевой Л.Н. о причине
смерти г-на Ларионова соответствовало данным, которыми располагала
эксперт ко времени дачи заключения. Наличие кровоизлияний под моз­
говые оболочки и в желудочки мозга было расценено как осложнение
гипертонической болезни, так как имелись сведения о повышенном ар­
териальном давлении в день смерти. Целенаправленных исследований
на сибирскую язву в указанном периоде не проводилось, ибо эксперт не
располагала соответствующими сведениями по обстоятельствам дела. 2.
Учитывая вновь выявленные данные обстоятельств смерти г-на Ларио­
нова, в том числе эпидемиологического характера, а также результаты
специального исследования микропрепаратов из трупа, нельзя исключить
возможность смерти г-на Ларионова от сибирской язвы (имеется в виду
мозговая форма сибиреязвенного сепсиса, для которой нетипичны кож­
ные проявления и характерны кровоизлияния под оболочки и в ве­
щество мозга)».
Приговором суда ветфельдшер Михайловский на основании статьи
249 УК РФ, предусматривающей уголовную ответственность за наруше­
ние ветеринарных правил, повлекших распространение инфекции с
тяжкими последствиями, был осужден, с него взыскали крупную сумму
денег для возмещения причиненного государству ущерба.
Вот и вся история, связанная с внезапной вспышкой сибирской язвы на
Владимирщине, приведшая к заболеваниям людей и гибели животных. До
недавнего времени она была частным случаем экспертной биографии моей
и коллег-врачей; теперь, когда можно открыто без всяких условностей го138
ворить о теневых сторонах нашего житья-бытья, станет достоянием всех,
кто прочтет эти строки. Писались они сознательно. Иногда люди в силу
житейской беспечности и привычек, притупляющих бдительность, забы­
вают об опасностях, могущих встретиться на их пути. События в Гремячьем, надеюсь, станут серьезными предостережениями, красным сигналом
тревоги для всех, кто связан с сельским хозяйством и нашим животновод­
ством.
139
-
Часто скромность принимается за
СЛАБОСТЬ и нерешительность, но
когда опыт доказывает людям, что
они ошиблись, то скромность прида­
ет новую прелесть, силу и уважение
характеру.
Л.Н. Толстой
Человек с двумя фамилиями. Чем не название для судебного очер­
ка, детектива, приключенческой повести или рассказа? В следствен­
ной и судебно-медицинской практике такие случаи не часто, но встре­
чаются. Обычно тогда следователь, эксперт иди автор детектива име­
ет дело с лицом, преступившим рамки закона, иногда с настоящим
п р е с т у п н и к о м . В с п о м и н а е т с я э п и з о д , к о г д а некий а в а н т ю р и с т ,
занимавшийся махинациями в различных городах страны, несколько
раз менял фамилии, документы, а будучи задержанным, так и не на­
звал следователю свой настоящий возраст. Его направили на экспер­
тизу, и, в конце концов, мы докопались до истины. Тут, однако, иной
случай, иная ситуация.
140
** *
В солнечный мартовский день, с утра, когда мороз еще крепок и
свеж, в нашу судебно-медицинскую амбулаторию вошел невысокий
пожилой мужчина. Он не спеша разделся, отогрелся, - видно, путь
его был неблизок, и протянул мне определение Меленковского рай­
онного народного суда. Меленки - райцентр, что находится в 160 км
от Владимира, на юге области. Потом представился: «Палутин Ге­
оргий Николаевич».
В кратком определении суда я прочел следующее: «...В годы Вели­
кой Отечественной войны Палутин Г.Н. находился на фронте под
фамилией Шувалова И.П. Во время боевых действий дважды был ра­
нен - в 1943 и 1944 гг., но все справки о его ранениях из архива выда­
ны на Шувалова И.П. После войны, демобилизовавшись в сентябре
1945 года, он получил документы на имя Палутина, с которыми про­
живает в настоящее время. Так как истец не может получить льготы,
полагающиеся инвалиду войны, поскольку медицинские справки вы­
даны на другую фамилию, он просит признать факты ранений после
освидетельствования, что подтвердит истинность документов, выдан­
ных на фамилию Шувалова...
На разрешение экспертизы судом ставятся следующие вопросы: 1.
Имеются ли у Палутина Г.Н. телесные повреждения? 2. Если у свиде­
тельствуемого имеются телесные повреждения, то когда они могли быть
получены и являются ли ранениями? 3. Если у Палутина Г.Н. имеются
следы бывших ранений, идентичны ли они ранениям, указанным в ме­
дицинских документах, выданных на имя Шувалова И.П.?»
Ознакомившись с определением, беру документы пришедшего:
паспорт, военный билет, пенсионное удостоверение. Все на фамилию
Палутина. Наконец, две медицинские справки, выданные Архивным
отделом Военно-медицинского музея Министерства обороны, - обе
на другое лицо - Шувалова И.П.
Так началась эта необычная редкая экспертиза под очередным по­
рядковым номером - 415.
Вместе с определением суда в тоненькой папке Палутин предста­
вил и другие документы: списки из больниц и поликлиник, где он ле­
чился, рентгенограммы, справку об инвалидности. А вот заявление в
суд, заканчивающееся словами: «...Прошу признать военно-медицин­
ские документы, выданные на фамилию Шувалова, в том, что они
действительно принадлежат непосредственно мне. Палутин и Шува­
лов - одна и та же личность».
141
Мне уже понятно, зачем к нам приехал этот невысокий, многое пере­
живший человек. И, кажется, мы в силах ему помочь. Но что заставило
Палутина изменить фамилию в годы войны? Я не решаюсь об этом спро­
сить. Смущает разница в возрасте, да и стоит ли ворошить давние воспо­
минания, которые могут оказаться такими же чувствительными, как и
старые раны ветерана. Однако, если эксперт хочет разобраться во всем
досконально и объективно, для него не должно существовать белых пя­
тен. Но мой собеседник, видно, человек особого склада, необычно
прочной закалки. Как люди, многое пережившие, он выше житейских
условностей и способен на откровенность.
После небольшой паузы Палутин произнес:
- Не буду скрывать, доктор, но в 1940 году я был осужден. По молодос­
ти совершил преступление. Горячий был, вот и сорвался. Когда пошел на
допрос, фамилию и имя утаил, назвался Шуваловым Иваном Петровичем,
документов у меня не было, потерял. Следователь вначале сомневался,
потом поверил. Осудили на пять лет лишения свободы, приговор вынесли
на фамилию Шувалов. В 1942 году с места, где отбывал наказание, не­
однократно писал заявления с просьбой отправить на фронт. Наконец ле­
том 1943-го мою просьбу удовлетворили. Под фамилией Шувалов я и вое­
вал, демобилизовался в сентябре 1945 года, после Победы над Японией.
Когда вернулся в родные края, начальник милиции, тоже фронтовик, по­
советовал мне взять прежнюю фамилию.
- Воевал ты достойно, Георгий Николаевич, - сказал он. - Вину свою
полностью искупил. Чего прятаться под чужой фамилией. - С того сен­
тябрьского дня я опять стал Палутиным. Хоть давно это было, но, помню,
как на душе сразу легче стало...
Шли годы, Палутин трудится и поныне, невзирая на болезни и старые
ранения. Не чурался никакой работы, даже после 1961 года, когда, перене­
ся операцию на легком, стал инвалидом второй группы. Был электриком,
завскладом технических материалов Леспромхоза, потом перешел в со­
вхоз «Меленковский», оттуда, по состоянию здоровья, в Райпромкомбинат. Разумеется, он знал о льготах, которыми пользуются участники и осо­
бенно инвалиды Великой Отечественной войны, но то ли от скромности,
то ли из-за нежелания ворошить прошлое не думал об этом. Наконец на
66-м году жизни родные заставили его принять решение.
- Вот тогда я и написал заявление в суд, - закончил Георгий Николае­
вич свой рассказ.
Любая экспертиза начинается с осмотра свидетельствуемого. В прин­
ципе, эта поначалу ничем не отличалась от иных. Предлагаю Палутину
142
раздеться. Он аккуратно вешает на спинку стула пиджак, снимает рубаш­
ку, майку. Одежда его чистая, опрятная, хотя и не модная по нынешним
понятиям.
- Куда вы были ранены, Георгий Николаевич? - задаю Палутину пер­
вый вопрос,
- Одно ранение я получил в 1943 году, в левую половину груди, второе в 1944, в левую руку.
Прошу Палутина встать, включаю яркий боковой свет и начинаю ос­
мотр. Георгий Николаевич худощав, подтянут, по виду моложе своих лет.
Видно, что для него привычен физический труд. На передней поверхности
грудной клетки слева, чуть ниже проекции второго ребра, замечаю блед­
ный овальный рубец размерами полтора на один сантиметр, слегка запа­
дающий над уровнем кожи.
Беру справку о первом ранении. Из нее следует, что «...автоматчик 735
стрелкового полка, 166 дивизии Шувалов Иван Петрович 25 сентября 1943
года получил осколочное проникающее ранение левой половины грудной
клетки. Находился на излечении в эвакогоспитале 5837 с 21.10 по 6.12.1943
года».
Следы от второго ранения располагались на левом предплечье. Сна­
ружи я увидел большой, уродующий руку, рубец длиной до 13 санти­
метров, с внутренней стороны - кожа втянута, с множественными пиг­
ментированными светло-коричневыми складками. По особенностям этих
рубцов можно предположить, что входное огнестрельное отверстие нахо­
дилось на наружной поверхности руки, выходное - на внутренней.
Сверяю увиденное с документом, выданным Архивом. В нем гово­
рится, что «...автоматчик 171-го стрелкового полка 1-й Московской гвар­
дейской дивизии Шувалов Иван Петрович 5 февраля 1944 года получил
сквозное пулевое ранение левого предплечья с повреждением локтевой
кости и локтевого нерва. Находился па излечении с 16.2. по 23.05.44 г. в
Э Г № 5860, откуда выписан в батальон выздоравливающих».
Пока Георгий Николаевич одевается, подробно записываю все то, что
удалось увидеть. Рубец на левой половине груди Палутина располагается
спереди. След от входного отверстия на левой руке снаружи. Типичные
боевые ранения, полученные солдатом в наступательном бою. Когда сол­
дат идет в атаку, корпус его развернут влево, левая рука с оружием (автома­
том, винтовкой) выдвинута вперед. Каждый из нас в кино, по телевиде­
нию видел наступающих бойцов. Потом, вернувшись домой, я возьму то­
мик стихов К. Симонова и прочту стихотворение «Атака», написанное по­
этом в тяжкие дни J 942-го:
143
Когда ты по свистку, по знаку,
Встав на растоптанном снегу,
Готовясь броситься в атаку,
Винтовку вскинул на бегу...
Когда осекся звук короткий,
Ты в тот неуловимый миг
Уже тяжелою походкой
Бежал по снегу напрямик.
Не знаю, читал ли Георгий Николаевич эти стихи. Но даже если они ему
незнакомы, наверняка хранит в памяти солдат-ветеран те мгновения своей
беспокойной юности, которые столь беспощадно и правдиво передал поэтфронтовик.
Спрашиваю Палутина о его самочувствии в настоящее время. Есть ли
жалобы, какие, не надо ли чем помочь?
- В общем-то чувствую себя неплохо, - отвечает он. - Работаю сейчас
электриком гаража, дома хозяйством занимаюсь. Но нет-нет, дают знать о
себе те раны. Демобилизовавшись, я лечился от туберкулеза, врачи счита­
ли его следствием ранения легкого. Потом перенес операцию. Кое-какая
память о войне у меня осталась до сих пор.
Я поначалу не понял о какой «памяти» говорил этот человек. Слова
Палутина осознал позднее, когда Георгий Николаевич принес заключе­
ние рентгенолога. Поясню, что, желая проверить состояние его здоровья,
я направил его на рентген. В общем-то, после осмотра и представленных
справок сомнений в таких ранениях моего пациента не было.
И все же сюрприз состоялся. Когда Георгий Николаевич представил зак­
лючение рентгенолога, я узнал, что «. ..на рентгенограммах грудной клетки
выявлен старый консолидированный (т.е. сросшийся. - Прим. М.Ф.) пере­
лом 4-го ребра слева с наличием в левом легком металлического инород­
ного тела, вероятно, осколка, размерами полтора на полсантиметра, рас­
положенного спереди от входящей аорты».
- Что ж вы молчали, Георгий Николаевич? Ведь осколок - это бес­
спорное вещественное доказательство ранения в грудь. Если бы, допус­
тим, справки в архивах не сохранились, и без них можно было бы обой­
тись.
Палутин смущенно разводит руками. Потом, помолчав, произносит:
- Оно, конечно, так, осколок здесь, в груди, с сорок третьего. Видно,
из-за него все мои недавние беды - туберкулез, частые пневмонии. Но за
последнее время притих, затаился. Он ведь маленький, не больше ногтя,
а справки - вот они. Как вы сказали - вещественные доказательства...
144
Разоткровенничавшись, Георгий Николаевич расскажет, как он в Ряза­
ни искал госпиталь, в котором когда-то лечился после первого ранения.
Обошел множество больниц, зданий, где размещались госпитали. Нако­
нец на одной из улиц, неподалеку от центра, набрел на многоэтажное стро­
ение из потемневшего от времени серого кирпича. Он оказался 23-м по
счету, его госпиталь. Все же нужных бумаг в Рязани обнаружить не уда­
лось. Тогда по совету знающего человека, тоже в прошлом фронтовика, он
и обратился в Санкт-Петербург в Военно-медицинский музей.
Несколько слов об этом уникальном музее. В нем мне довелось побы­
вать несколькими месяцами позже, совершенно по другой экспертизе.
Созданный в ноябрьские дни 1942 года, когда шли бои на улицах Сталин­
града и в предгорьях Кавказа, Военно-медицинский музей Министерства
обороны с момента основания по настоящее время выполняет многопро­
фильную работу по сбору всех медицинских материалов периода Великой
Отечественной войны.
Особым, наиболее сложным отделом музея, является Архив военномедицинских документов. В большом количестве представлены в Архи­
ве карточки персонального учета раненых и больных (их около 32 мил­
лионов), истории болезней из госпиталей и медсанбатов (свыше 20 мил­
лионов), операционные и перевязочные журналы (более 121 тысячи),
иные материалы. Здесь не забыт никто - от рядового до генерала.
Благородный и самоотверженный труд приходится выполнять не столь
уж многочисленному коллективу музея. Ведь ежедневно в адрес Архива со
всех концов России, иногда и из-за рубежа, поступают десятки писем с
просьбами выслать справки о ранениях. Они нужны для оформления пен­
сионных дел, получения льгот, как в случае с Георгием Николаевичем, по
иным причинам.
Эту экспертизу мне хотелось закончить побыстрее. Я отложил в сторону
иные, менее срочные, чтобы заняться непосредственно 415-й.
Прикинул сроки: недели, пожалуй, хватит. В общем-то меня ни-кто не
торопил. Да и в самом деле, что - неделя, две, месяц. Ведь Георгий Нико­
лаевич многие годы, если быть точным - более 37-ми лет, не обращался
никуда по поводу своих ранений. Неоднократно болел, лечился, перенес
несколько операций, однако даже удостоверения инвалида войны пока
не имел. Хотелось скорее помочь человеку, скромность и непритязатель­
ность которого, наверное, можно считать эталонными. К тому же, меня
начали тревожить воспоминания. Память, она ведь есть у любого из нас.
Даже сейчас, когда со дня Великой Победы прошло более полувека, вряд
ли найдется семья, на которой война не оставила бы своей суровой меты.
Мальчишка военной поры, я помнил бомбежки под Кишиневом и Одес145
сой, переполненные платформы вперемежку с углем и людьми, идущие
во мраке, как меня прятали под вагоны, когда на беззащитный состав
пикировали вражеские самолеты
Во всех наших правилах, законах, наконец, в УПК (Уголовно-про­
цессуальный кодекс. - Прим. М.Ф.) записано, что судебный медик,
проводя любую экспертизу или исследование, должен быть объектив­
ным, что вопрос чести, совести, наконец, - едва ли не главное требо­
вание к профессии. В 415-й любой из моих коллег был бы объектив­
ным и предельно точным, но беспристрастным? - наверное, нет...
Через несколько дней Палутин опять появился у нас в Бюро, но он
уже преодолел свою скованность, стал более общительным, слово­
охотливым. Объяснил, что зашел поинтересоваться, как продвигает­
ся экспертиза, не надо ли представить дополнительно другие доку­
менты. Во Владимире он оказался случайно, приехал по каким-то лич­
ным делам. Постепенно мы разговорились. Вероятно, этому способ­
ствовал взаимный душевный настрой. Проскочила искра - и вот уже
человека потянуло на откровенность. Вначале беседовали о том, о сем.
Сетовали на погоду, запоздалую весну, поздние морозы, прикинули
планы на урожай нынешним летом...
Как-то незаметно разговор коснулся фронтовых дел Палутина.
Оказалось, что Георгий Николаевич вначале воевал в штурмовом от­
ряде по выполнению специальных заданий командования. Служба в
таком подразделении была особой, эти отряды находились в авангар­
де наступательных операций, всегда на передовом крае. Первое ране­
ние он получил на Украине, под Белой Церковью.
Взвод из 35 бойцов, в котором находился Палутин, с боем занял
небольшое село, отбросив гитлеровцев назад, деревня располагалась
в холмистой местности и была важным опорно-стратегическим пун­
ктом, который надо было удержать до подхода наших войск. Осен­
ний день выдался солнечным и теплым. «Как по заказу», - образно
скажет Георгий Николаевич. Отряд приготовился к обороне, не ис­
ключалось, что гитлеровцы, подтянув резервы, постараются вернуть
«безымянную высоту». Сделать это им было бы нелегко, снизу - низина,
за ней - топкое болото.
- Тут мы заметили, - произнес Палутин, - что немцы и не думают на­
ступать. Прямо перед нами, километрах в двух, за низиной и болотом на­
ходилось большое село. Брать его мы не собирались, ждали подхода глав­
ных сил. Как вдруг видим, что фашисты ходят по деревне с факелами и
собираются ее поджечь. Население-женщины, старики да дети высыпали
из домов. Вот-вот случится непоправимое. Вижу, лица у всех побелели.
146
Командир не успел слова сказать - все как один поднялись в атаку. Мы
скатились в низину и тут же попали под прицельный минометный огонь.
Командира убило на месте, меня ранило осколком в грудь. Хотя мои това­
рищи и ворвались в село, но спасти его не удалось. Дул сильный ветер,
почти все постройки сгорели. Так немцы и сожгли деревню...
Почти три месяца пролечился Георгий Николаевич, а как поправился,
вскоре после Нового года, влился в атакующие колонны 1 -й Московской
гвардейский дивизии, сражавшейся на Белорусском фронте.
Второе ранение - в левую руку - он получил в феврале 1944 года, под
Витебском, где фашисты оборонялись яростно, с фанатизмом обречен­
ных. Ранение оказалось серьезным, не легче предыдущего. Помимо
локтевой кости, прострелянной насквозь, пуля повредила нерв. Около
4-х месяцев лечился Палутин. Летом 1944-го, когда фронт переместил­
ся на территорию врага, он опять был в строю. Теперь уже до Победы.
Когда за Георгием Николаевичем закрылась дверь, я достал его
рентгенограммы. Помните, об осколке в легком? По описанию рентгено­
лога он находился «кпереди от восходящей аорты». Пройди частица
немецкой мины хотя бы на сантиметр глубже, оказалась бы поражен­
ной аорта - самый крупный сосуд человеческого тела шириной в два
поперечных пальца. Ранение аорты всегда смертельно. Знал ли Геор­
гий Николаевич об этом? Разумеется, знал, хотя и без медицинских тон­
костей. Однако же даже слова не произнес: об осколке меня проинфор­
мировал не он, а снимки, заключение рентгенолога.
Наконец экспертиза была закончена. Не приводя ее подробного описа­
ния, остановлюсь на выводах, вытекающих из вопросов, поставленных
судом: «...Имеющиеся у Палутина Г.Н. телесные повреждения и данные
рентгенографии указывают на наличие у него в прошлом двух ранений:
слепого осколочного ранения грудной клетки слева с повреждением 4-го
ребра и наличием в легком инородного тела (осколка), а также сквозного
огнестрельного ранения левого предплечья со сросшимся переломом лок­
тевой кости, эти ранения большого срока давности и могли быть получе­
ны в годы Великой Отечественной войны при известных обстоятельствах...
Имеющиеся у Палутина Г.Н. ранения грудной клетки и левого предплечья
по локализации и особенностям идентичны ранениям, указанным в меди­
цинской документации, выданной на имя Шувалова Ивана Петровича Ар­
хивом военно-медицинского музея Министерства обороны». В тот же день
за-ключение эксперта № 415 было отправлено заказным письмом в район­
ный народный суд.
Когда я заканчивал этот материал, получил от Георгия Николаевича
письмо. Поясню читателю, что прежде сам написал Палутину, интересу147
ясь окончательным решением суда, а также спрашивая разрешения на­
звать истинные фамилии в материале, над которым работал.
Некоторые строки его письма привожу дословно:«... 12 апреля Меленковский народный суд рассмотрел дело № 2-224 об установлении фактов
принадлежности медицинских документов о ранении. Решил признать
принадлежность Палутину Г.Н. справок о ранениях от 25.09.43 г. и
05.02.44 г., полученных на фронтах Великой Отечественной войны и вы­
данных на фамилию Шувалова И.П. 17 мая я получил удостоверение инва­
лида II группы и начинаю пользоваться всеми льготами. ...Вы меня спра­
шиваете: писать в очерке подлинные фамилии или изменить? Если будет
указана настоящая моя фамилия и та, с которой воевал, мое местожитель­
ство - это меня смущать не будет, и принципиальных возражений не имею...
С искренним уважением, Г. Палутин».
Вот такая история об одной экспертизе и судьбе Человека. Тут, как го­
ворится, ни убавить, ни прибавить. В бесконечной летописи Великой Оте­
чественной у Георгия Николаевича Палутина своя веха, своя память.
148
Оглавление
От авторов*
3
Есть такая наука
4
Арбатская история
21
Хроника одного расследования
35
Капля крови
47
Выстрел
56
Свидетель обвинения
62
Квартира номер семь
71
Костер
83
Случай у колодца
93
За добрую силу
105
После свадьбы
112
Поклонники
Трагедия в Гремячьем
Чужая фамилия
авто
рулетки
.
120
132
140
149
Марк Айзикович ФУРМАН
Владимир Васильевич ХОХЛОВ
Преступника назовет судмедэксперт. Рассказы
Компьютерная верстка Ковригина Н.А.
Редактор Великанова Е.М.
Художественное оформление Лебедев А.А.
ISBN 5-87349-068-6
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
60
Размер файла
1 315 Кб
Теги
судмедэксперт, 634, повести, преступников, рассказы, часть, назовет
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа