close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Кормчие книги XIV - первой половины XVII вв как исторический источник

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
КОРОГОДИНА Мария Владимировна
КОРМЧИЕ КНИГИ XIV – ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XVII вв.
КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК
Специальность 07.00.09 – Историография,
источниковедение и методы исторического исследования
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
доктора исторических наук
Санкт-Петербург
2015
Работа
выполнена
в
Федеральном
государственном
бюджетном
образовательном учреждении высшего профессионального образования «СанктПетербургский государственный университет»
Научный консультант:
Алексеев
Юрий
Георгиевич,
профессор, доктор исторических наук,
профессор кафедры истории России
Института истории ФГБОУ ВПО «СанктПетербургский
государственный
университет»
Официальные
оппоненты:
Алексеев Алексей Иванович, доктор
исторических наук, заведующий Отделом
рукописей
ФГБУН
«Российская
национальная библиотека»
Буланин Дмитрий Михайлович,
доктор филологических наук, главный
научный сотрудник ФГБУН «Институт
русской литературы (Пушкинский Дом)
Российской академии наук»
Герд Лора Александровна, доктор
исторических наук, ведущий научный
сотрудник
ФГБУН
«СанктПетербургский
институт
истории
Российской академии наук»
Ведущая организация:
ФГБУН «Институт российской истории
Российской академии наук»
Защита диссертации состоится «___» октября 2015 г. в 15 часов на заседании
диссертационного совета Д212.232.57 по защите диссертаций на соискание
ученой степени кандидата и доктора исторических наук на базе СанктПетербургского государственного университета по адресу: 199034, СанктПетербург, Менделеевская линия, д. 5, Институт истории, ауд. 70.
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке им. А.М. Горького
Санкт-Петербургского государственного университета и на сайте Spbu.ru.
Автореферат разослан «____» _____________ 2015 г.
Ученый секретарь диссертационного совета
доктор исторических наук, профессор
А. В. Петров
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования. Кормчие книги – источник,
который уже более двух столетий привлекает внимание исследователей,
оставаясь малоизученным. Кормчая книга – славянский сборник
канонических правил, предназначавшийся для управления церковью.
Взаимоотношение церкви и государства, положение церкви как
института, действующего внутри государства, принципы и механизмы
решения возникающих проблем с точки зрения канонического права –
все эти вопросы давно волнуют исследователей. Очевидно, что для их
решения необходимо привлекать те сборники канонического права
(Кормчие книги), на которые опирались средневековые иерархи в
управлении церковью на всех уровнях – от прихода до митрополии и
патриархии. Со временем эти сборники церковного и светского права
редактировались – в них вносились новые тексты (как переводные, так и
принадлежащие перу древнерусских авторов), представлявшие новые
аспекты церковного и государственного строительства. Каждая
редакция характеризует свою эпоху и раскрывает систему
взаимоотношений как внутри церкви, так и между церковью и
государством.
Тем не менее, исследователи редко обращаются к Кормчим книгам,
опираясь в выводах преимущественно на летописные известия или на
послания и поучения иерархов и не пытаясь понять, какие канонические
правила лежали в основе решений, принимаемых церковными
иерархами. Даже в тех случаях, когда исследователи обращаются к
Кормчим, эти книги часто воспринимаются как нечто неизменное, без
учета истории их развития и возникновения новых редакций. Между
тем каждая новая редакция возникала в особых исторических условиях
как попытка решить наиболее актуальные для современников вопросы,
будь то автокефалия русской церкви, вопрос о церковных имуществах и
еретиках или ответы Стоглавого собора. Ссылки на канонические
правила, приводимые исследователями по принципу наибольшей
доступности, без учета истории возникновения, распространения и
развития редакций Кормчих книг, часто грешат анахронизмами.
Исследование происхождения различных русских редакций Кормчих
книг, обстоятельств их возникновения, территории распространения,
источников и вносимых в них исправлений, имеет большую
актуальность и насущно необходимо не только для историков церкви,
но и для всех историков и филологов-славистов.
3
Многие древнерусские тексты содержат ссылки на Кормчую книгу;
многие авторские сборники содержат выписки из Кормчих. Изучение
состава разных редакций Кормчих позволит исследователям, не
являющимся специалистами в истории канонического права,
определять, из канонического сборника какого состава делал выписки
тот или иной древнерусский книжник. Такое понимание открывает
новые возможности перед исследователями. Во-первых, определение
редакции Кормчей книги, которой пользовался древнерусский книжник
при составлении своих сочинений или сборников, позволит понять,
какие еще произведения находились в книге, бывшей у него в руках. В
некоторых случаях это позволяет найти дополнительные источники, не
поддававшиеся отождествлению раньше. Во-вторых, знакомство со
списками Кормчих, принадлежащими данной редакции, иногда дает
возможность определить, какая конкретно рукопись была в руках у
книжника. Такой выход на конкретные списки часто позволяет найти
следы редакторской работы древнерусского книжника с источником
(Кормчей книгой), например, пометы на полях рукописи. Таким
образом, изучение Кормчих книг является одним из актуальных
направлений изучения древнерусской книжности и послужит толчком
для развития исследований по древнерусской литературе в целом.
Степень разработанности темы. Кормчие книги привлекают
внимание исследователей с начала XIX века, поскольку являются тем
сборником, который вобрал в себя основные церковные и гражданские
законы. Еще в XIX веке исследователями были обозначены основные
этапы в истории славянских переводов канонических текстов: выделен
древнейший этап, к которому относился перевод в Болгарии в Х веке
правил без толкований; подготовка нового сербского перевода правил с
толкованиями в конце XII – начале XIII века; создание на Руси в
последней трети XIII века канонической книги, вобравшей в себя
древнерусские тексты наряду с текстами из двух предшествующих
переводов.
Наибольшее внимание историками в XIX–ХХ веках уделялось таким
юридическим текстам в составе Кормчих, как Правда Русская и
княжеские уставы 1 . Однако эти исследования охватывали лишь одну
1
Юшков С.В. Исследования по истории русского права. Новоузенск, [1925].
Вып. 1; Правда Русская / подг. В.П. Любимов, Н.Ф. Лавров, М.Н. Тихомиров,
Г.Л. Гейерманс и Г.Е. Кочин. Под. ред. акад. Б.Д. Грекова. М., Л., 1940. Т. 1; М.,
Л., 1947. Т. 2; М., Л., 1963. Т. 3; Тихомиров М.Н. Исследование о Русской
4
сторону Кормчих книг и не могли помочь реконструировать историю
создания юридических и канонических сборников и понять их значение
для истории России. Тем не менее, при изучении древнерусских
юридических текстов была выявлена и кратко охарактеризована
значительная часть списков Кормчих книг. На основании изучения
отдельных текстов из Кормчих было выделено большинство редакций
Кормчих книг, в том числе созданных на Руси в XIV–XVII веках, но их
состав не был ни описан, ни изучен. Выводы, сделанные на основе
локальных наблюдений над Правдой Русской и княжескими уставами,
возводившиеся в ранг закономерности для редакций в целом, порой
оказывались ошибочными.
Новый этап в изучении Кормчих книг начался благодаря Я.Н.
Щапову, который посвятил специальное исследование формированию
Древнеславянской, Сербской и Русской редакции Кормчей книги, в том
числе рассмотрев историю создания новой Кормчей книги на Руси в
последней трети XIII в. 2 Именно эта редакция легла в основу
большинства последующих русских редакций Кормчих XIV – первой
половины XVII веков. Работы Я.Н. Щапова получили продолжение в
исследованиях Е.В. Беляковой, посвятившей ряд работ изучению
различных славянских канонических сборников и редакций Кормчих
книг, в том числе Мазуринской, Софийской, Кирилло-Белозерской, а
также печатной Кормчей книге (Москва, 1653) 3 .
Как продолжение изучения древнейшего этапа формирования
славянских канонических книг были подготовлены издания отдельных
редакций: Древнеславянской (В.Н. Бенешевичем, завершенное Я.Н.
Правде. Происхождение текстов. М.; Л., 1941; Щапов Я. Н. Древнерусские
княжеские уставы XI-XV вв. М., 1976; и др.
2
Щапов Я.Н. Византийское и южнославянское правовое наследие на Руси в XI–
XIII вв. М., 1978.
3
Белякова Е.В. Особые редакции Сборника XIV титулов в византийскославянской традиции // Церковь в истории России: Сб. 3. М., 1999. С. 21-43; Она
же. Обоснование автокефалии в русских кормчих // Церковь в истории России.
Сб. 4. М., 2000. С. 139-161; Она же. Источники печатной Кормчей // Вестник
церковной истории. Вып. 3(11). М., 2008. С. 99-115; Она же. Сказание об
именах из Кормчей Кирилло-Белозерской редакции // Slověne. International
Journal of Slavic Studies. Vol. 2. № 2. М., 2013. С. 184-198; и мн. др.
5
Щаповым, Ю.К. Бегуновым и И.С. Чичуровым) 4 и части Сербской
редакции (подготовлено М.М. Петровић и Љ. Штављанин-Ђорђевић) 5 .
Также Сербская редакция легла в основу Кормчей книги, изданной на
Московском печатном дворе в 1653 году. В качестве продолжения
исследований Е.В. Беляковой, было подготовлено издание Мазуринской
редакции Кормчей книги 6 . Некоторые древнерусские тексты,
входившие в Кормчие книги, были изданы А.С. Павловым 7 , однако в
целом созданные на Руси редакции Кормчих книг остаются
неизданными, что существенно затрудняет изучение древнерусских
редакций Кормчих.
Таким образом, до настоящего времени большинство созданных на
Руси в XIV–XVII веках редакций не имеют полного описания своего
состава, время и обстоятельства их создания остаются невыясненными.
Для решения этих вопросов необходим комплексный подход к
изучению истории русского канонического права.
Объект и предмет исследования, цели и задачи. Объектом
исследования являются славянские памятники канонического
(церковного) права, в число которых входят Кормчие книги –
исторически сложившийся комплекс славянских канонических
сборников устойчивого состава, сформировавшихся на основе сборника
XIV титулов и предназначавшихся для церковного управления.
Предметом исследования стали Кормчие книги, создававшиеся и
распространявшиеся на территории Киевской (а после разделения в
середине XV века — Московской и Киевской) митрополии на
протяжении конца XIII – первой половины XVII веков. Цель
исследования заключается в реконструкции этапов преобразования и
составления древнерусских редакций Кормчих книг, и в понимании тех
церковных и социально-политических проблем, которые приводили к
4
Бенешевич В.Н. Древнеславянская кормчая XIV титулов без толкований. СПб.,
1906. Т. 1; София, 1987. Т. 2 / подг. Ю.К. Бегуновым, И.С. Чичуровым, Я.Н.
Щаповым. Под общ. руков. Я.Н. Щапова.
5
Законоправило светога Саве. Београд, 2005. Т. 1 / приредили и превели М.М.
Петровић, Љ. Штављанин-Ђорђевић.
6
Мазуринская кормчая. Памятник межславянских культурных связей XIV-XVI
вв.: Исследование и тексты / отв. ред. Я.Н. Щапов. Изд. подг. Е.В. Белякова, К.
Илиевская, О.А. Князевская, Е.И. Соколова, И.П. Старостина, Я.Н. Щапов. М.,
2002.
7
Русская историческая библиотека. СПб., 1880. Т. 6: Памятники древнерусского
канонического права. Ч. 1: Памятники XI-XV века.
6
созданию новой переработки Кормчей и которые современники
пытались разрешить с помощью этой канонической книги. Задачи
исследования состоят в изучении происхождения различных редакций
Кормчих книг в историческом контексте, обстоятельств их
возникновения, рукописной традиции, территории распространения,
источников, вносимых в них исправлений.
Научная новизна. В исследовательской литературе встречаются
упоминания примерно десяти редакций, созданных на протяжении
конца XIV – первой половины XVII века. Хотя этим редакциям даны
названия, ни в одном исследовании не описывается состав и
характерные особенности каждой редакции. Таким образом, в
современной историографии сложилась парадоксальная ситуация: для
того, чтобы понять, какие статьи входят в состав «Чудовской»,
«Софийской», «Мясниковской» и других редакций, упоминаемых в
исторической литературе, каждый исследователь должен провести
собственные изыскания. Часто узнать состав той или иной редакции
можно только обратившись к рукописям. Таким образом, информация о
составе различных Кормчих книг оказывается доступна только
исследователям, специализирующимся на изучении канонических
сборников и истории канонического права. Для дальнейшего изучения
Кормчих книг и их влияния на судьбу церкви и государства в России
необходимо изучение и описание состава различных редакций с
последней трети XIII века (времени появления первой русской редакции
при митрополите Кирилле) до середины XVII века (времени издания
первой печатной Кормчей, вытеснившей более ранние рукописные
редакции).
Теоретическая и практическая значимость работы. Изучение
состава русских редакций Кормчих книг XIV–ХVII веков открывает
новые возможности в изучении истории создания этих редакций. До сих
пор исследователями высказывались предположения об источниках и
времени составления некоторых редакций на основе изучения
отдельных статей, входящих в них; при этом, как правило, не делалось
попыток рассмотреть Кормчую книгу в полном объеме, сопоставить
входящие в нее тексты. Изучение состава, истории происхождения и
бытования различных редакций Кормчих книг позволяет ответить на
вопросы, часть из которых не только не имеет ответа, но даже не
ставилась до сих пор в отечественной науке: какие темы в наибольшей
степени волновали составителей данной редакции? К каким
предшествующим редакциям Кормчих обращались составители и какие
заимствовали из них статьи? Каковы принципы композиции
7
канонического материала в данной редакции (хронологический,
тематический, по авторам или другие)? Какие статьи меняют свое место
в сравнение с источником (передвигаются вперед или, напротив,
отодвигаются в конец Кормчей книги)? Проведенное нами
исследование предоставляет наиболее полную на сегодняшний день
информацию о редакциях Кормчих и позволяет выявить этапы развития
представлений об управлении церковью, построении иерархии внутри
церкви, взглядах на монашество, церковный клир и мирян, защите
церковных имуществ, взаимоотношениях светской и церковной власти,
отношении к инакомыслящим и инославным, отношении к браку,
женщинам, детям, рабам и многим другим вопросам. Эти вопросы
затронуты в текстах, входящих в состав Кормчих книг, но для их
решения канонический материал до сих пор почти или совсем не
привлекался.
Проведенное
исследование
значительно
расширяет
наши
теоретические знания об истории и методах редактирования Кормчих
книг в России в XIV–XVII веках. Сопоставление состава разных
редакций и выявление их источников позволяет получить новые данные
о процессе создания новых редакций. Нами показано, как путем отбора
отдельных статей из более ранних редакций Кормчих создавалась новая
редакция; как путем перестановки статей и их редактирования
акцентировалось внимание на тех темах, которые больше всего
волновали современников. Это дает новый материал для ответа на более
широкий вопрос о методах работы древнерусского книжника и о
закономерностях в создании анонимных компиляций. Кроме того,
сравнительное сопоставление структуры разновременных редакций
позволяет поставить еще одну задачу: изучение эволюции русских
канонических сборников в частности и церковного управления в целом
в исторической перспективе.
Методологической основой исследования является сравнительноисторический
метод,
используемый
с
учетом
требований
источниковедческого анализа письменных источников с применением
методов археографии и текстологии.
Основой исследования стало изучение происхождения и источников
различных русских редакций Кормчих книг. В ходе работы было
рассмотрено более 180 списков Кормчих, которые были распределены
по редакциям; кроме того, было привлечено еще около 100 рукописей
иного содержания. Основными методами исследования являются
методики изучения рукописного материала: выявление списков
Кормчих книг по описям и печатным описаниям и по
8
исследовательской литературе; кодикологическое и палеографическое
описание каждой рукописи; изучение состава списков и выявление
устойчивого состава для каждой редакции; распределение найденных
списков по редакциям и по группам внутри редакций в зависимости от
характерных
особенностей
состава
рукописи
и
конвоя;
текстологическое сопоставление списков и построение стемм,
показывающих взаимоотношение списков внутри редакции. Это
позволяет выявить ключевые списки, имевшие значение для
рукописной истории всей редакции или наилучшим образом
отразившие архетип редакции или группы списков. Выявленные списки
служат опорой для изучения отдельных текстов внутри редакции.
Дальнейшее исследование велось в нескольких направлениях: 1)
изучение вопросов, интересовавших составителя каждой редакции.
Выявить эти вопросы можно на основе изучения тематических блоков
(или групп) статей внутри редакции; 2) изучение основного комплекса
источников каждой редакции. Для решения этой проблемы были
выделены блоки статей, заимствованных в данную редакцию из более
ранних редакций Кормчих книг или из сборников. Выявление блоков
или комплексов статей стало возможно в ходе постатейного описания
каждой редакции; 3) определение наиболее поздних по происхождению
статей, что позволяет очертить нижнюю границу времени
возникновения редакции; 4) выявление локализующих признаков в
отдельных статьях, что позволяет определить место происхождения
редакции; 5) определение времени и территории распространения
редакции, что позволяет перейти к анализу целей, для которых была
составлена редакция, личности ее составителя и степени влияния,
которое она оказала на дальнейшее развитие канонического права в
России. Решение этих задач позволяет собрать сведения о составлении,
бытовании и использовании Кормчих книг с XIV до середины XVII
века; выявить источники новых редакций; и очертить круг вопросов,
волновавших составителей разновременных редакций Кормчих книг.
Изучение
церковно-правовых
и
назидательных
памятников,
современных созданию Кормчей, дает возможность определить
значение Кормчей книги, ее восприятие современниками и роль,
которую она играла в истории России.
Основные положения, выносимые на защиту:
1. При составлении Кормчей книги на Руси в последней трети XIII
века был собран и отредактирован комплекс материалов, не полностью
включенных в Первоначальную русскую редакцию Кормчей, но
9
использованных впоследствии при создании Мерила праведного,
Чудовской и Мясниковской редакций Кормчей.
2. Мерило праведное было сформировано целиком, во всех своих
частях, на рубеже XIII–XIV века, с привлечением Сербской редакции и
Первоначальной русской редакции Кормчей.
3. Чудовская редакция Кормчей (называемая также «Кормчей в
соединении с Мерилом праведным») была создана в середине XIV века
при митрополичьей кафедре.
4. Софийская редакция Кормчей была подготовлена в 60-х годах
XV века при митрополите Феодосии для распространения по епархиям
в связи с установлением автокефалии русской церкви.
5. В первой половине XVI века при подготовке «авторских»
редакций Кормчей (Вассиана Патрикеева, митрополита Даниила,
Нифонта Кормилицына) была значительно изменена структура Кормчей
книги и привлечены многочисленные дополнительные источники,
включавшие как древнерусские тексты, так и специально
подготовленные переводы с греческого языка.
6. Подготовительный этап работы Вассиана Патрикеева над
Кормчими книгами привел к созданию нового вида Чудовской редакции
Кормчей – Ферапонтовского.
7. «Вторая книга» Вассиана Патрикеева представляет собой
сборник подготовительных материалов к Кормчей книге.
8. Кормчая Нифонта Кормилицына составлена по тем же
принципам, что и Кормчая Вассиана Патрикеева, но независимо от нее
и на основе иных источников. Основным источником Кормчей Нифонта
Кормилицына
послужил
дополненный
игуменом
ИосифоВолоколамского монастыря Даниилом, будущим митрополитом, список
Кормчей Сербской редакции, легший в основу Даниловской подгруппы
Кормчей.
9. Лукашевичская редакция Кормчей была сформирована во
второй четверти XVI века во Львове в связи с возобновлением
православной Львовской епископии.
10. Основным источником Люблинской редакции Кормчей
являлась Лукашевичская редакция Кормчей.
11. Сводные редакции Кормчих книг второй половины XVI века
(Погодинская, Никифоровская, Толстовская) носят компилятивный
характер; их источниками преимущественно служили Чудовская,
Софийская и Сербская редакции Кормчей.
10
12. Кирилло-Белозерская
редакция
Кормчей
книги
была
подготовлена на рубеже XVI–XVII века. Основным ее источником
является Сербская редакция Кормчей.
13. Кирилло-Белозерская редакция легла в основу новой обработки
Кормчей книги, подготовленной старообрядцами в Белой Кринице во
второй трети XIX века в связи с появлением белокриницкой иерархии.
14. Восприятие Кормчей книги современниками и ее назначение
менялось в разные эпохи; при этом идеальное предназначение Кормчей
и ее действительная роль в управлении церковью могли сильно
отличаться.
15. На протяжении XIV – первой половины XVII веков Кормчая
книга в основном имела значение не в качестве сборника действующего
права или «книги для чтения», но в качестве свода законоположений,
формировавшего идеал христианской церкви и государства.
Структура исследования. Диссертация состоит из введения, восьми
глав, заключения, списка использованных источников и литературы,
списка сокращений и списка рисунков.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во Введении изложены основные принципы отбора источников и
методика работы с ними; обоснована актуальность и научная новизна
темы исследования.
В Главе 1 дана характеристика исследованиям, посвященным
славянским Кормчим книгам; наибольшее внимание уделено работам
современных авторов, представляющим новейшие и наиболее
актуальные направления в изучении русских редакций Кормчих книг.
Научное изучение русских редакций Кормчих книг зародилось в
начале XIX века с исследований К.Ф. Калайдовича, митрополита
Евгения (Болховитинова), И.П. Лаптева и Г.А. Розенкампфа.
Последнему наука обязана появлением первого специального труда,
посвященного Кормчим книгам 8 . К Кормчим книгам и каноническим
сборникам обращались такие крупные отечественные исследователи
XIX века как Н.В. Калачов, митр Макарий (Булгаков), И.И.
8
Розенкампф Г.А. Обозрение Кормчей книги в историческом виде. М., 1829
(дополненное переиздание, подготовленное В. Анастасевичем – СПб., 1839).
11
Срезневский, А.С. Павлов 9 . Этот период изучения Кормчих книг
характеризуется собиранием сведений о различии между собой
отдельных списков и (в общих чертах) редакций Кормчих, однако
специальных исследований, посвященных особым редакциям (истории
их создания и особенностям состава) не появляется. Впервые такое
исследование, посвященное старшей древнеславянской редакции
Кормчей, провел В.Н. Бенешевич 10 . В первой половине – середине XX
века особенно остро встал вопрос об изучении Русской Правды
(крупнейшего юридического памятника, на протяжении веков
определявшего нормы суда в русском государстве) и княжеских
уставов. Эти памятники светского законодательства сохранились
преимущественно в составе Кормчих книг; поэтому изучение Русской
Правды неизбежно подводило исследователей (С.В. Юшкова, В.П.
Любимова, М.Н. Тихомирова) к изучению Кормчих. Ряд ценных
наблюдений по выделению редакций и групп списков сходного состава
был сделан В.П. Любимовым 11 . Изучение Русской Правды позволило
М.Н. Тихомирову выдвинуть ряд гипотез относительно состава,
времени и места происхождения тех русских редакций XIV–XV веков,
которые содержали Русскую Правду: Чудовской (в соединении с
Мерилом праведным), Софийской и Мясниковской 12 . Следующий
крупный шаг в изучении Кормчих книг был сделан Я.Н. Щаповым,
который, как и его предшественники, начав с исследования княжеских
9
Калачов Н.В. О значении Кормчей в системе древнего русского права // Чтения
в Обществе истории и древностей российских. М., 1847. Кн. 3. С. 1–128; Кн. 4.
С. 1–80 (отд. изд.: Калачов Н.В. О значении Кормчей в системе древнего
русского права. М., 1850); Срезневский И.И. Обозрение древних русских
списков Кормчей книги. СПб., 1897; Павлов А.С. Первоначальный славянорусский Номоканон. Казань, 1869.
10
Бенешевич В.Н. Древнеславянская Кормчая XIV титулов без толкований.
СПб., 1906. Т. 1 / изд. Отделения русского языка и словесности имп. Академии
наук; София, 1987. Т. 2 / подг. Ю.К. Бегуновым, И.С. Чичуровым, Я.Н.
Щаповым. Под общ. руков. Я.Н. Щапова.
11
Правда Русская / подг. В.П. Любимов, Н.Ф. Лавров, М.Н. Тихомиров, Г.Л.
Гейерманс и Г.Е. Кочин. Под. ред. акад. Б.Д. Грекова. М.; Л., 1940. Т. 1: Тексты;
М.; Л., 1947. Т. 2: Комментарии; М.; Л., 1963. Т. 3: Факсимильное
воспроизведение текстов.
12
Тихомиров М.Н. Исследование о Русской Правде. Происхождение текстов. М.;
Л., 1941.
12
уставов 13 , неизбежно подошел к необходимости изучать русские
редакции Кормчих книг. Его фундаментальное исследование, спустя
более тридцати лет остающееся ключевым для изучения Кормчих, было
посвящено истории составления и бытования важнейших славянских
редакций XI – конца XIII веков: Древнеславянской, Сербской и
Первоначальной русской 14 .
Дальнейшее изучение канонических компиляций шло в основном по
пути исследования отдельных текстов, входивших в их состав; реже –
по пути изучения редакций. Отечественные и зарубежные исследования
были посвящены Закону судному людям 15 , византийским новеллам 16 ,
Прохирону 17 , Эклоге 18 , Правилу о церковных людях 19 , Сказанию о
сербской и болгарской патриархиях 20 , правовому положению
различных слоев населения в славянских памятниках канонического
права 21 . Реже исследователи рассматривали редакции Кормчих в
13
Щапов Я.Н. Княжеские уставы и церковь в Древней Руси XI–XIV вв. М.,
1972; Древнерусские княжеские уставы XI–XV вв. / изд. подг. Я.Н. Щапов. М.,
1976.
14
Щапов Я.Н. Византийское и южнославянское правовое наследие на Руси в
XI–XIII вв. М., 1978.
15
Закон судный людем Краткой редакции / подгот. к печати М.Н. Тихомиров,
Л.В. Милов / под ред. М. Н. Тихомирова. М., 1961; Magnae Moraviae Fontes
Historici. IV. Leges – Textus Iuridici Supplementa. Brno, 1971; Максимович К.А.
Законъ Судьныи людьмъ: Источниковедческие и лингвистические аспекты
исследования славянского юридического памятника. М., 2004.
16
Щапов Я.Н. Собрание новелл Юстиниана в 87 главах в древнерусской
письменности // Ius antiquum – Древнее право. 1998. № 1 (3). С. 108–112;
Белякова Е.В., Щапов Я.Н. Новеллы императора Юстиниана в русской
письменной традиции: К истории рецепции римского права в России. М., 2005.
17
Щапов Я.Н. Прохирон в восточнославянской письменности // Византийский
временник. М., 1977. Т. 38. С. 48–58.
18
Щапов Я.Н. Закон Судный Людям и Славянская Эклога. К истории Краткой
редакции Закона на Руси // Byzantinoslavica. Т. 46. № 1. С. 136–139.
19
Щапов Я.Н. «Правило о церковных людях» // Археографический ежегодник
за 1965 год. М., 1966. С. 72–81.
20
Щапов Я.Н. Южнославянский политический опыт на службе у русских
идеологов XV в. // Byzantinobulgarica. Sofia, 1966. Т. 2. С. 199–214; Белякова
Е.В. Обоснование автокефалии в русских Кормчих // Церковь в истории России.
М., 2000. Сб. 4. С. 139–161.
21
Kanon. Sonderheft 1. Jarbuch der Gesellschaft für das Recht der Ostkirchen. “Wer
aber nicht völlig rein ist an seele und leib...”. Reinheitstabus im Orthodoxen
Kirchenrecht. Eva M. Synek. Kovar, 2006; Kanon XVII. Jarbuch der Gesellschaft für
13
полном составе: Е.В. Беляковой изучена и издана Мазуринская
редакция Кормчей; она же посвятила ряд статей истории составления
печатной Кормчей 22 . Первоначальную характеристику получила одна из
канонических компиляций, созданная на основе Чудовской редакции, в
работе М.В. Андроповой 23 . Некоторые исследователи затрагивали
вопрос о создании и особенностях Кормчей Вассиана Патрикеева 24 .
Глава 2 посвящена Источники изучения канонических книг
конца XIII – начала XV веков и делится на ряд разделов. Первый из
них озаглавлен Первоначальная русская редакция Кормчей книги: к
вопросу об архетипе. В нем рассмотрена Первоначальная русская
редакция Кормчей, послужившая основой для составления всех
последующих русских редакций Кормчих книг XIV–XVII веков. Этой
редакции было посвящено обширное исследование Я.Н. Щапова 25 ; в
последние годы немало сделано для продолжения изучения этой
редакции. Так, Л.В. Мошковой был проведен анализ апостольских
правил и показаны методы их отбора и редактирования 26 . Сходные цели
преследует готовящееся в настоящее время издание Первоначальной
русской редакции Кормчей по основным спискам, с привлечением для
изучения старших списков Чудовской и Софийской редакции Кормчей
и источников Первоначальной русской редакции Кормчей: Сербской и
Древнеславянской редакций. На основе изучения состава Кормчей и
das Recht der Ostkirchen. Frauenrollen und Frauenrechte in der Europäischen
Orthodoxie. Herausgegeben von Eva Synek. Kovar, 2005.
22
Мазуринская Кормчая: Памятник межславянских культурных связей XIV–
XVI вв. Исследование и тексты / изд. подг.: Е.В. Белякова, К. Илиевская, О.А.
Князевская, Е.И. Соколова, И.П. Старостина, Я.Н. Щапов. М., 2002; Белякова
Е.В. Источники Печатной Кормчей // Вестник церковной истории. 2008. № 3
(11). С. 99–115.
23
Андропова М.В. К истории Кормчей в соединении с Мерилом Праведным в
XV в. (Погодинская редакция) // Byzantinorussica. М., 1994. Т. 1. С. 98–113.
24
Казакова Н.А. Вассиан Патрикеев и его сочинения. М.; Л., 1960; Плигузов А.И.
Полемика в русской церкви первой трети XVI столетия. М., 2002; Мошкова Л.В.
Кормчая Вассиана Патрикеева // Каталог славяно-русских рукописных книг XVI
века, хранящихся в Российском государственном архиве древних актов. М.,
2005. Вып. 1: Апостол – Кормчая. С. 455–470.
25
Щапов Я.Н. Византийское и южнославянское правовое наследие на Руси в
XI–XIII вв. С. 159-254.
26
Мошкова Л.В. Апостольские правила в Кормчей русской редакции: принципы
соединения текста // Религии мира. История и современность. 2006–2010. М.,
СПб., 2012. С. 44–75.
14
отдельных статей нами показано, что в ходе формирования
Первоначальной русской редакции Кормчая не только дополнялась
новыми текстами, но включенные в нее статьи продолжали
редактироваться. В дальнейшем, при создании новых редакций Кормчей
в XIV–XV веках, составители обращались не столько к известным нам
сохранившимся спискам Первоначальной русской редакции кормчей,
сколько к рукописи, в которой отразился архетип Первоначальной
русской редакции кормчей – сборник в 70 главах.
Следующий раздел посвящен Воскресенскому списку Кормчей
книги. Это один из старших списков Кормчей книги, сохранившийся
фрагментарно и, вероятно, по этой причине мало привлекавшийся
исследователями. Как показывает кодикологическое и текстологическое
изучение рукописи, в распоряжении составителей Воскресенской
Кормчей все три существовавшие в то время редакций Кормчей книги:
Древнеславянская редакция Кормчей, отрывок Первоначальной русской
редакции Кормчей и список Сербской редакции (возможно, также
неполный). Текстологическое изучение апостольских правил этого
списка, с привлечением наблюдений Л.В. Мошковой по другим
старшим спискам Кормчих книг, показывает непростое соотношение
старших списков. Очевидно, на протяжении XIV века Кормчие книги не
копировались, но в каждом случае проверялись и дополнялись, что
приводило к возникновению множества мелких разночтений.
Следующий раздел Главы 2, названный Источники и
происхождение Мерила праведного, посвящен важнейшему
тематическому каноническому сборнику – Мерилу праведному,
имевшему большое значение для истории Кормчих книг. М.Н.
Тихомировым было высказано предположение, что Мерило праведное в
первоначальном виде сложилось уже в XI веке и подверглось лишь
некоторым дополнениям в конце XIII – начале XIV века 27 . Однако
изучение этого тематически единого сборника убеждает нас в том, что в
нем отсутствуют разновременные наслоения, и складывался он на
протяжении короткого времени на рубеже XIII–XIV века. Основными
его источниками стали Сербская и Первоначальная русская редакция
Кормчей, появившиеся на Руси лишь в последней трети XIII века.
Цитирование целого ряда сочинений, появившихся в последней
четверти – конце XIII века, также указывает на рубеж XIII–XIV века как
27
Тихомиров М.Н. Исследование о Русской Правде. Происхождение текстов. М.;
Л., 1941. С. 88–99.
15
на время создания памятника. Исследователи уже отмечали тесную
связь Мерила праведного с Тверью; в связи с этим проводилось
сопоставление Мерила праведного с «Написанием» инока Акиндина к
великому князю
Михаилу Ярославичу.
Проведенное
нами
сопоставление текстов показывает, что источником Акиндина была
Первоначальная русская редакция Кормчей, а не Мерило праведное.
Тем не менее, мы приходим к выводу, что создание Мерила праведного
косвенно связано с Тверью. Сопоставление данных об источниках,
времени создания и идейной направленности Мерила праведного
заставляют нас предположить, что оно было создано по инициативе
митрополита Максима в последние годы его жизни для молодого князя
Михаила Ярославича, занявшего великокняжеский стол при поддержке
митрополита.
В следующем разделе, Свидетельства бытования русских
редакций Кормчих книг в XIV веке, собраны сведения о недошедших
до нас ранних списках Кормчих и других канонических сборниках.
Главным же образом раздел посвящен рассмотрению цитат из Кормчих
книг в посланиях и поучениях русских иерархов в XIV – первой
половине XV веках. Именно такие краткие цитаты свидетельствуют о
существовании уже в середине XIV века одной из основных редакций
Кормчей – Чудовской, сохранившейся в списках середины – второй
половины XV века. Раздел, посвященный Власфимии, рассматривает
источники этого канонического сборника, осуждающего симонию и
сохранившегося в списке конца XIV века. Многие источники
«Власфимии» были выявлены А.И. Алексеевым 28 ; более пристальное
сопоставление цитат из Кормчих книг позволяет нам утверждать, что
при создании сборника была использована Чудовская редакция
Кормчей. В.А. Кучкин пришел к выводу, что инок Акиндин в
«Написании», адресованном великому князю Михаилу Ярославичу,
привлекал «Власфимию»; это, по мнению исследователя, говорит о
создании сборника уже в начале XIV века 29 . Однако обращение к
28
Алексеев А.И. К изучению трактата «Власфимия» // Древнерусские и
греческие рукописи Российской национальной библиотеки. Материалы
Междунар. науч. конф. 14–16 июня 2005 г. «История в рукописях – рукописи в
истории». СПб., 2007. С. 30–42; Алексеев А.И. Каноническая компиляция
«Власфимия» в древнерусской книжности // Религии мира: История и
современность. 2006–2010. М.; СПб., 2012. С. 90–124.
29
Кучкин В.А. Источники «Написания» мниха Акиндина // Археографический
ежегодник за 1962 год. М., 1963. С. 60–68.
16
указанным ученым фрагментам убеждает нас в обратном – в
использовании «Написания» инока Акиндина при подготовке
«Власфимии», что свидетельствует о создании «Власфимии» не ранее
середины XIV века.
Следующий раздел посвящен Мясниковской редакции Кормчей
книги – еще одной краткой канонической компиляции, наиболее
ранние списки которой относятся к началу XV века. При ее создании
были привлечены как Сербская, так и Первоначальная русская редакции
Кормчей. Кодикологическое и палеографическое изучение списков
Мясниковской редакции заставляет нас отвергнуть предположение М.Н.
Тихомирова об участии болгарского писца в создании старшего списка
Кормчей и о подготовке этой редакции по инициативе митрополита
Киприана 30 . Источники Кормчей, и, главное, как было показано Т.И.
Афанасьевой, использование древнего последования литургии 31 , не
отразившего реформы богослужения, начатой при митрополите
Алексии, – все это свидетельствует о создании Мясниковской редакции
задолго до митрополита Киприана. Палеографические особенности
старших списков и комплекс посланий Сергию Радонежскому,
записанный в качестве конвоя к Кормчей в ряде списков, позволяют
предположить, что происхождение старших списков связано с ТроицеСергиевым монастырем.
Глава 3 посвящена более пристальному изучению появившейся в
XIV веке Чудовской редакции Кормчей книги и тесно связанному с
ней каноническому сборнику – Мерилу праведному. Первый раздел
посвящен Старшим спискам Кормчей книги Чудовской редакции.
Наибольший интерес представляет собой Пермский список (Пермский
педагогический институт, № 1), имеющий ряд необычных
палеографических особенностей 32 . Еще более ранний список,
30
Тихомиров М.Н. Исследование о Русской Правде. С. 131–132.
Афанасьева Т.И. Древнеславянские толкования на литургию в рукописной
традиции XII–XVI вв.: Исследование и тексты. М., 2012. С. 144–146.
32
Демкова Н.С., Якунина С.А. Кормчая XV в. из собрания Пермского
педагогического института // Труды отдела древнерусской литературы. СПб.,
1990. Т. 43. С. 330–337; Пихоя Р.Г. Пермская кормчая (О предыстории
появления Чудовской кормчей 1499 г.) // Общественное сознание, книжность,
литература периода феодализма. Новосибирск, 1990. С. 171–175.
17
31
Латгальский (Резекненская кладбищенская старообрядческая община,
№ 345), сохранился лишь фрагментарно 33 .
В следующем разделе, озаглавленном Состав и источники
Чудовской редакций Кормчей книги, подробно рассматриваются
вошедшие в Кормчую тексты. Ее составители тщательно продумали
структуру нового сборника, распределив выбранные тексты по
тематическим блокам. Текстологическое изучение отдельных текстов
показывает, что они редактировались, а не копировались при
включении в Кормчую. Целый ряд текстов: катехизических,
посвященных инославным и других, как можно полагать, специально
готовился для Чудовской редакции Кормчей. Для этого были
привлечены многие тексты, не входившие ранее в Кормчие книги или
не привлекавшиеся при подготовке Первоначальной русской редакции
(хотя и известные по Сербской редакции Кормчей). Эти тексты
сокращались, компилировались, пересказывались другими словами и
дополнялись оригинальными вставками перед включением в Кормчую.
Изучение состава Кормчей позволило выявить неизвестный ранее
отрывок из древнеславянского перевода Диалогов Псевдо-Кесария.
Избегая упоминаний реалий своего времени, составители все же
сообщают в «Сказании об армянской ереси» о своих современниках:
иноках Сергии и Германе, в которых можно видеть Валаамских
чудотворцев. Их упоминание служит косвенным указанием на середину
XIV века как на время составления Кормчей, поскольку мы не видим
оснований для того, чтобы вслед за Н.А. Охотиной-Линд полагаться на
известия позднего Сказания о Валаамском монастыре и относить
создание монастыря к концу, а не к середине XIV века 34 .
Целый ряд текстов известен лишь по двум каноническим
сборникам: Чудовской и Мясниковской редакциям Кормчей, что
заставляет уделить им более пристальное внимание. Раздел
Взаимоотношение Мерила праведного, Чудовской и Мясниковской
редакций
Кормчей
книги
посвящен
текстологическому
сопоставлению отдельных сочинений, входивших в эти памятники, в
первую очередь Прохирона в разных редакциях Кормчих. Эта статья
присутствовала уже в Сербской редакции Кормчей, но не была
33
Белякова Е.В., Морозова Н. «Латгальские листы» – древнейший список
Чудовской редакции кормчей // Древняя Русь: Вопросы медиевистики. 2011. №
3 (45). С. 17–18.
34
Охотина-Линд Н.А. Сказание о Валаамском монастыре. СПб., 1996.
18
включена в Первоначальную русскую редакцию. Она известна по
Чудовской и Мясниковской редакциям, а также по Мерилу праведному.
Сопоставление Прохирона и некоторых других текстов по разным
редакциям Кормчих убеждает нас в том, что эти сочинения были
отобраны и отредактированы еще на рубеже XIII–XIV века, возможно, –
при подготовке Первоначальной русской редакции Кормчей, и каждый
раз при включении в новую каноническую компиляцию подвергались
дополнительному
редактированию.
Наиболее
близкий
к
первоначальному вариант сохранился в Мясниковской редакции
Кормчей.
Полученные сведения и выводы систематизируются в разделе О
времени появления Чудовской редакции Кормчей книги. Здесь
рассматриваются наблюдения над рукописями XIV – начала XV века,
при создании которых привлекалась Чудовская редакция Кормчей.
Наиболее ранним свидетельством ее существования является сборник
Государственного исторического музея, собрание А.И. Хлудова, Д. 30
(середина XIV века) с выписками из Чудовской редакции. Еще одним
аргументом в пользу создания Чудовской редакции Кормчей во второй
четверти – середине XIV века является запись с молением о великом
князе Иване Даниловиче Калите в младшем списке «Власфимии».
Упоминание великого князя Ивана Даниловича имеет характер
писцовой записи, завершающей книгу, с молением о заказчике
рукописи. Эта запись приписана в конце статьи «Сий ряд и суд
церковный», неизменно завершающей Чудовскую редакцию Кормчей,
во «Власфимии» же являющейся дополнительной статьей, вставленной
в середину младшего списка. Это заставляет предполагать, что запись
была скопирована во «Власфимию» из Кормчей Чудовской редакции и
восходит к рукописи, созданной при жизни Ивана Калиты. Все эти
сведения указывают на время великого княжения Ивана Даниловича
(1328–40 гг.) как на время создания Кормчей Чудовской редакции.
Можно предполагать, что до XV века Чудовская редакция Кормчей
существовала в единственном списке, упомянутом в грамоте
митрополита Киприана и великого князя Василия Дмитриевича как
«великий старый номоканон», из которого ими был выписан сборник
княжеских уставов.
Глава 4 посвящена XV веку: распространению Кормчих и
Софийской редакции Кормчей книги. Бурное создание новых
списков Кормчих книг, начавшееся с середины столетия, несомненно,
связано с распространением бумаги – более дешевого и доступного
материала для письма. Глава открывается разделом, посвященным
19
Использованию Кормчих книг в XV веке. В это время уже осознается
необходимость в знании канонических правил всеми епископами, и,
следовательно, в хранении списков Кормчих по епархиям, а не только
при митрополичьем столе. Анализ сведений об использовании Кормчей
Чудовской редакции в XV веке и истории бытования ее старших
списков приводит нас к выводу, что данная редакция была тесно связана
с московскими митрополитами и в основном распространялась в
московских землях. Следующий раздел рассматривает так называемую
Псковскую Кормчую, – список середины XV века, хранившийся в
Пскове и отличавшийся целым рядом дополнений, в том числе
комплексом посланий в Псков митрополитов Киприана и Фотия. Эта
Кормчая восходит к Первоначальной русской редакции. Тщательное
изучение почерков и водяных знаков рукописи (Государственная
публичная научно-техническая библиотека СО РАН, собр. М.Н.
Тихомирова, № 536 и 539), разделенной в ХХ веке на две части (одна из
которых ранее датировалась концом XIV века, а другая – первой
половиной XV века) 35 , позволяет утверждать, что перед нами единый
кодекс, частично написанный на старой бумаге в середине XV века.
Некоторые листы в нем утрачены, но содержание рукописи можно
отчасти восстановить по двум более поздним спискам с нее. Состав
Кормчей и особенности ее создания указывают на то, что она была
написана в Пскове, вероятно, по инициативе Новгородского
архиепископа Евфимия II. Следующий раздел, Софийская редакция
Кормчей книги, открывает исследование второй по значению и
степени распространенности редакции. В этом разделе рассматриваются
два старших списка Софийской редакции и делается вывод о том, что в
основе почти всей последующей рукописной традиции лежит рукопись
Вязниковского историко-художественного музея, № 1053 (середина XV
века). При первоначальном переплете в рукописи были перепутаны
тетради, что привело к сбивке текстов при последующем списывании. В
начале XVI века рукопись получила новый переплет, и новые копии,
снятые с нее, отличаются уже правильной последовательностью
текстов. Развитая рукописная традиция позволяет разделить дошедшие
списки на несколько видов и проследить особенности правки, которой
35
Рогов А.И., Покровский Н.Н. Собрание рукописей академика М.Н.
Тихомирова, переданное Сибирскому отделению АН СССР (г. Новосибирск) //
Археографический ежегодник за 1965 год. М., 1966. С. 168–169; Щапов Я.Н.
Византийское и южнославянское правовое наследие на Руси. С. 273–274.
20
они подвергались. Независимо от рукописи Вязниковского историкохудожественного музея, № 1053, также в середине XV века, появился
еще один список, хранящийся ныне в Российской национальной
библиотеке, Соф. 1173 (наиболее часто привлекающийся при изучении
Кормчей Софийской редакции), однако он почти не оставил следа в
последующей рукописной традиции Кормчей Софийской редакции.
В этом же разделе рассматривается состав и источники Софийской
редакции. В основе ее лежит Первоначальная русская редакция
Кормчей.
Антиграфом
послужила
рукопись,
близкая
к
Варсонофьевскому списку, хотя ряд необратимых разночтений
доказывает, что сам Варсонофьевский список не мог использоваться
при создании Софийской редакции. Дополнения, вошедшие в
Софийскую редакцию, далеко не так значительны, как дополнения в
Чудовской редакции. Тем не менее, сюда был включен ряд ранних
текстов, в том числе Чины принятия в православие без редакторских
изменений, характерных для канонических компиляций XIV века:
Чудовской и Мясниковской редакций Кормчей и Мерила праведного.
Наиболее значимым дополнением Кормчей стало «Сказание о
болгарской и сербской патриархиях», доказывающее законность и
благотворность автокефалии в определенных исторических ситуациях.
Я.Н. Щапов связывал составление «Сказания» с деятельностью
Григория Цамблака и желанием западнорусским епископов отделиться
от московской митрополии и полагал, что памятник был создан в 1414–
15 годах на Афоне 36 . Однако более аргументированной представляется
точка зрения Е.В. Беляковой, относившей составление «Сказания» ко
времени митрополита Феодосия, преемника первого автокефального
русского митрополита Ионы, которому необходимо было обосновать
свое право занимать митрополичий стол без благословения
Константинопольского патриарха 37 . Открытие О.Л. Новиковой еще
одного дефектного списка «Сказания» середины XV века в составе
36
Щапов Я.Н. Южнославянский политический опыт на службе у русских
идеологов XV в. С. 199–214.
37
Белякова Е.В. Обоснование автокефалии в русских кормчих. С. 141–142;
Белякова Е.В. О происхождении Ярославского списка Кормчей книги //
Ярославский список Правды Русской: Законодательство Ярослава Мудрого.
Ярославль; Рыбинск, 2010. С. 42–43.
21
сборника 38 и проведенное нами текстологическое сопоставление его с
Кормчими книгами показало, что в сборнике находится
отредактированный текст, отличающийся от первоначального вида,
сохранившегося в Кормчих. Таким образом, «Сказание» было
составлено специально для Кормчей Софийской редакции, создание
которой также можно связать с деятельностью митрополита Феодосия
Бывальцева, заботившегося о соблюдении церковных правил и о
просвещении не только мирян, но и клира, в том числе епископов.
Сразу после создания Софийская редакция начинает активно
переписываться, что мы также связываем с трудами митрополита
Феодосия, стремившегося к тому, чтобы необходимый для церковного
управления сборник канонических правил был в каждой епархии. Ареал
распространения Кормчей Софийской редакции охватывает, прежде
всего, северные земли, Новгородскую и Ростовскую епархии, откуда
происходил митрополит Феодосий, бывший до своего поставления на
митрополичий стол Ростовским архиепископом.
Глава 5 рассматривает Авторские редакции Кормчих книг
первой половины XVI в. Создание авторских редакций Кормчих –
необычное и кратковременное явление в истории русской церкви,
обусловленное развернувшейся в это время полемикой по целому ряду
вопросов, связанных с церковным управлением и взаимоотношениями
церкви и государства. Известно три авторских редакции Кормчих:
Вассиана Патрикеева, митрополита Даниила и Нифонта Кормилицына,
из которых ниже рассматриваются первая и последняя. Кормчая
митрополита Даниила, созданная в противовес Кормчей Вассиана
Патрикеева и наполненная агиографическими и учительными текстами,
по своей структуре представляет скорее назидательный, а не
канонический сборник. Глава открывается изучением Рукописной
традиции Кормчей Вассиана Патрикеева. Эта редакция имеет иную
структуру, нежели традиционные редакции Кормчих, поскольку
правила в ней распределены тематически (а не хронологически) по
«граням» (крупным тематическим разделам) и главам. Вассиан
Патрикеев работал над составлением Кормчей около двух десятков лет,
дополняя и совершенствуя свой сборник. До сих пор исследователи
выделяли в работе составителей Кормчей три этапа, отразившиеся в
38
Новикова О.Л. Формирование и рукописная традиция «Флорентийского
цикла» во второй половине XV – первой половине XVII в. // Очерки феодальной
России. М.; СПб., 2010. Вып. 14. С. 6–29.
22
разных видах Кормчей Вассиана 39 . Тщательное обследование
рукописных хранилищ позволило удвоить число списков Кормчей в
сравнение с известными ранее четырьмя рукописями. Среди
новонайденных один, написанный при жизни Вассиана Патрикеева в
1510-х гг. (Библиотека Российской академии наук, Основное собрание
рукописей, 21.3.8), является наиболее ранним из всех списков Кормчей.
Как показывает изучение методов работы Вассиана Патрикеева над
Кормчей книгой, начатое А.И. Плигузовым и Л.В. Мошковой и
продолженное нами 40 , найденный нами ранний список сохранил
первоначальный состав Кормчей Вассиана, неизвестный до сих пор.
Таким образом, мы выделяем четыре вида Кормчей Вассиана
Патрикеева. Еще два найденных нами списка середины XVI века (один
полный — Российская национальная библиотека, Основное собрание
рукописных книг, F.II.79; другой в отрывках — Российская
государственная библиотека, ф. 205, собр. ОИДР, № 109) также
принадлежат к первоначальному изводу Кормчей. Последний
обнаруженный нами список (Российская государственная библиотека,
ф. 209, собр. П.А. Овчинникова, № 149) является копией 1630-х годов с
заключительного вида Кормчей Вассиана, известного до сих пор в
единственном списке Владимиро-суздальского музея-заповедника, №
5636/399, также написанном при жизни Патрикеева.
В другом разделе, озаглавленном Появление Ферапонтовского
вида Чудовской редакции Кормчей книги, показано, что
возникновение Ферапонтовского вида не следует относить к середине
XVI века, как полагал В.П. Любимов. Ферапонтовский вид, полностью
повторяющий состав Кормчей Чудовской редакции, отличается рядом
исправлений. По предположению В.П. Любимова черновик нового
канонического сборника был подготовлен в Ферапонтовском монастыре
и сохранился в рукописи Российской государственной библиотеки, ф.
98, собр. Е.Е. Егорова, № 248 (середина XVI века) 41 . Однако изучение
вставных листов, правки, почерков и водяных знаков этого списка
показывает, что он представляет собой копию написанной тайнописью
Кормчей Чудовской редакции (Пермский педагогический институт, №
39
Плигузов А. И. Полемика в русской церкви первой трети XVI столетия. С.
143–144.
40
Плигузов А.И. Полемика в русской церкви первой трети XVI столетия. С. 145–
157; Мошкова Л.В. Кормчая Вассиана Патрикеева. С. 461–470.
41
Правда Русская. Т. 1. С. 235–244.
23
1), находившейся в Ферапонтовом монастыре. Эта копия была
исправлена по другому списку Кормчей, уже имевшему характерные
для Ферапонтовского вида исправления. Изучение рукописей конца XV
– начала XVI века показывает, что черновые исправления,
демонстрирующие подготовку нового вида Кормчей, находятся в
списке конца XV века Государственного исторического музея,
Музейское собрание, № 798. Эти исправления были учтены Вассианом
Патрикеевым в его собственной Кормчей. Изучение характера
исправлений, наряду с исследованием почерков, которыми внесена
правка в рукописи из Музейского собрания, № 798, позволяет
утверждать, что список Кормчей Чудовской редакции был исправлен по
рукописи Софийской редакции Кормчей в ходе работы Вассиана
Патрикеева над Кормчими книгами. Таким образом, появление
Ферапонтовского вида никак не связано с Ферапонтовым монастырем.
Его возникновению мы обязаны трудам Вассиана Патрикеева.
Следующий раздел, – «Вторая книга» Кормчей Вассиана
Патрикеева, – посвящен найденному нами сборнику вспомогательных
материалов, использовавшихся Вассианом Патрикеевым при работе над
Кормчей. Этот сборник, упоминавшийся Патрикеевым как «вторая
книга», сохранился в копии конца XVI века (Нижегородская областная
универсальная научная библиотека, ф. 1, оп. 1, ед. хр. 25). Сборник
полностью соответствует немногочисленным указаниям Вассиана о
входящих во «вторую книгу» текстах. Он не содержит собственных
сочинений Вассиана Патрикеева или его современников и представляет
собой выписки из разных редакций Кормчих книг и иных сборников.
Многие из записанных в нем текстов вошли в состав заключительного
вида Кормчей Вассиана или упоминались им в сопутствующих записях.
В
разделе
Источники
Кормчей
Вассиана
Патрикеева
рассматриваются книги, которые указаны Вассианом в качестве его
основных источников в записи о создании Кормчей. Сопоставление
сведений, сообщаемых Патрикеевым, с теми рукописями, которые, как
показано выше, непосредственно привлекались им при подготовке
Кормчей, приводит к выводу, что цель оставленной Вассианом записи –
оправдать самовольные занятия каноническим правом. Исходя из этого,
Вассиан Патрикеев называет наиболее авторитетные канонические
рукописи своего времени, принадлежавшие высшим церковным
иерархом. Эти книги, известные Патрикееву, не были в
действительности его основными источниками. Две из названных
Вассианом Патрикеевым книги уже определены исследователями ранее.
Это рукопись, привезенная епископом Брянским Евфимием в Суздаль в
24
середине XV века, и написанная в 1499 году Кормчая (Государственный
исторический музей, собрание Чудова монастыря, № 167) 42 . Однако
попытки атрибутировать последнюю указанную Патрикеевым
рукопись, привезенную с Афона Саввой, игуменом тверского Саввиного
монастыря, до сих пор вызывают споры. По нашему предположению,
Вассиан подразумевал канонический сборник, с конца XV века
получивший название «Тверские правила». Сборник сохранился в
копиях XVI в.; использованная Патрикеевым рукопись неизвестна.
Еще один раздел, озаглавленный Переводы с греческого языка в
Кормчей Вассиана Патрикеева, рассматривает ряд кратких
переводных текстов, впервые появляющихся в Кормчей Вассиана
Патрикеева. Здесь находятся как уже известные исследователям
переводы отдельных правил с толкованиями византийских знатоков
канонического права 43 , так и тексты, до сих пор не введенные в
научный оборот. Так, здесь мы находим фрагмент из византийской
Хроники Михаила Глики, постановление патриарха Михаила
Керуллария
о
жене
священника,
три
постановления
Константинопольских соборов XII века о богомиле Нифонте, отрывок
из толкования Василия Великого на книгу пророка Исаии, блок текстов
о царской власти, приписанных античным авторам и другие памятники.
Один из текстов о царской власти, представляющий собой послание
Аристотеля, был переведен из сборника сочинений античных
философов, изданного в 1499 году Альдом Мануцием. Перевод
большинства из этих текстов, как следует из отрывочных
сопроводительных записей и обстоятельств их появления в Кормчей,
связан с трудами Максима Грека или его окружения.
Заключительный раздел посвящен Кормчей книге Нифонта
Кормилицына: источникам и принципам составления. Эта Кормчая
подготовлена по тем же принципам, что и Кормчая Вассиана
Патрикеева, – правила в ней так же распределены согласно
тематическому принципу, в соответствии с Номоканоном XIV титулов.
Учитывая, что последние годы жизни Вассиан Патрикеев, осужденный
42
Щапов Я.Н. Византийское и южнославянское правовое наследие на Руси. С.
153–154; Андропова М.В. К истории Кормчей в соединении с Мерилом
Праведным в XV в. С. 112, прим. 3; Мошкова Л.В. Кормчая Вассиана
Патрикеева. С. 455–461.
43
Плигузов А.И. Полемика в русской церкви первой трети XVI столетия. С. 88–
90.
25
за ересь, провел в Иосифо-Волоколамском монастыре под началом у
Нифонта Кормилицына, возникает подозрение, что игумен
Волоколамского монастыря воспользовался трудом Вассиана
Патрикеева. Однако текстологическое сопоставление правил и
выяснение источников Кормчей Нифонта Кормилицына показывает, что
это не так. Основным источником Нифонта был список Сербской
редакции Кормчей, значительно дополненной будущим митрополитом
Даниилом в бытность его игуменом Волоколамского монастыря.
Заимствовав у Вассиана основную идею о тематическом распределении
церковных правил, Нифонт Кормилицын проделал ту же работу заново,
сопроводив основной текст Кормчей значительными дополнениями.
Однако митрополит Даниил и митрополит Макарий вынесли суровое
порицание Нифонту за самовольные изыскания в области
канонического права, наложив на автора епитимью и запретив
копировать составленную им Кормчую.
Глава 6 рассматривает Сводные редакции Кормчих книг второй
половины XVI века. Ужесточение государственной и церковной
политики, ряд судебных процессов против еретиков, запрет на
самовольное исправление канонических книг привели к отказу от
внесения дополнений в Кормчие книги или их редактирования. Для
данного периода характерно копирование имеющихся Кормчих и
составление компиляций – механическое соединение двух редакций.
Первый раздел посвящен спискам Кормчей книги в частных и
монастырских библиотеках; в нем на основе изучения описей и
владельческих записей дан обзор сведениям о списках Кормчих книг,
находившихся в разных средневековых собраниях. В следующем
разделе рассматривается Судьба исправлений, внесенных Вассианом
Патрикеевым в Кормчие книги. Изучение рукописной традиции
Кормчих книг раскрывает целый пласт заимствований из Кормчей
Вассиана Патрикеева и его подготовительных материалов, вошедших в
рукописи середины – второй половины XVI века. Многочисленные
компиляции этого времени, не претендуя на собственные новшества,
вобрали в себя идеи Вассиана Патрикеева, влияние которого на
канонические представления оказалось гораздо сильнее, чем думалось
раньше. Материалы Вассиана Патрикеева были использованы в
компиляции, подготовленной по инициативе епископа Смоленского и
Брянского Сильвестра и в конце XVI века списанной по заказу Г.В.
Годунова. Позже сильвестровский список попал в Браилов, где лег в
основу нескольких украинских рукописных Кормчих, а выполненная
для Г.В. Годунова копия была вложена им в московский Успенский
26
собор. Как показали исследования Е.В. Беляковой, этот список
привлекался при подготовке печатной Кормчей, изданной в Москве в
1653 году 44 . Наконец, рукопись Государственного исторического музея,
Музейское собрание, № 798, в которую Вассиан Патрикеев вносил
правку, была в конце XVI века увезена Строгановыми в СольВычегодск и легла в основу целой группы Пермских списков Кормчей,
отличающихся характерными особенностями. Кормчая с правкой
Вассиана в конце XVIII столетия была обнаружена В. Крестининым, и
именно по ней им было подготовлено издание Русской Правды 45 ,
заложившее основу для последующего изучения древнерусского права
и Кормчих книг в XIX–XX веках. В следующих разделах данной главы
рассматриваются канонические компиляции, независимые от Кормчей
Вассиана Патрикеева. В разделе Погодинская редакция Кормчей речь
идет о компиляции, сформированной путем соединения Чудовской и
Сербской редакций Кормчей и отчасти исследованной М.В.
Андроповой 46 . Тщательное палеографическое и кодикологическое
изучение списков позволило показать, что две рукописи, одна из
которых считалась отрывком Погодинской редакции, а другая –
независимой переделкой Кормчей книг, на самом деле являются
частями одного кодекса, разделенного в XIX веке предприимчивым
антикваром, который замаскировал лакуны вставными листами и
миниатюрами, а также сфальсифицировал запись, взяв за основу
писцовую запись из Лаврентьевской летописи. Его подделка ввела в
заблуждение М.Н. Тихомирова и Ю.К. Бегунова, поскольку на
основании фальсификата они отнесли создание Чудовской редакции
Кормчей ко времени Дионисия Суздальского 47 . Следующий раздел
посвящен Никифоровской Кормчей, – открытой В.Н. Бенешевичем
канонической компиляции, сохранившейся в единственном списке
середины XVI века 48 . В рукописи соединены главы Чудовской и
Софийской редакций Кормчей. Запись в исследуемом списке относит
составление
Кормчей
к
деятельности
игумена
Ефрема,
44
Белякова Е.В. Источники печатной Кормчей. С. 100–103.
Продолжение древней российской вивлиофики. СПб., 1788. Ч. 3. С. 16–45.
46
Андропова М.В. К истории Кормчей в соединении с Мерилом Праведным в
XV в. С. 98–113.
47
Тихомиров М.Н. Исследование о Русской Правде. С. 120–122; Бегунов Ю.К.
Козма Пресвитер в славянских литературах. София, 1973. С. 55–56.
48
Бенешевич В.Н. Кормчая Никифорова // Известия Императорской Академии
наук. 1903, апрель. Т. 18. № 4. С. 21–45.
27
45
предположительно, управлявшего одним из вологодских монастырей. В
заключительном разделе рассматривается Толстовская редакция
Кормчей, неоднократно переделывавшаяся на протяжении второй
половины XVI – середины XVII века. В основу ее также легли
Чудовская и Софийская редакции; в старший список вошли грамоты
митрополита Макария епископу Новгородскому Пимену (занимал
кафедру в 1552–70 годах, умер в 1571 году). Возможно, именно с
деятельностью епископа Пимена связано создание новой Кормчей
книги. Последующие переделки и дополнения Толстовской Кормчей
позволяют видеть, как при переходе Кормчей из епископской среды в
монастырскую и приходскую размываются представления о Кормчей
как о сборнике церковных правил, так что Кормчая приобретает черты
четьего сборника.
Глава 7 посвящена Первой половине XVII века: КириллоБелозерской редакции Кормчей книги. В этот период мы наблюдаем
развитие процессов, начавшихся во второй половине XVI века, когда
Кормчая стала монастырской книгой. Это придало ей черты четьего
сборника, побудив составителей вносить в каноническую книгу
множество интересных и полезных дополнений, не имевших отношения
к каноническому праву. Раздел Обращение к Кормчей книге в первой
половине XVII века демонстрирует, что круг владельцев и читателей
Кормчих книг в это время в еще большей степени расширяется и
начинается новый всплеск творчества при создании Кормчих книг.
Наиболее ярко это проявилось в Кирилло-Белозерской редакции
Кормчей книги. Два ее старших списка происходят из КириллоБелозерского монастыря, что обусловило название редакции.
Подготовленная с использованием Сербской и Чудовской редакций
Кормчей, Кирилло-Белозерская редакция вобрала в себя выписки из
многочисленных сборников, а также включила наиболее современные
тексты, в том числе восходящие к Стоглавому собору. Это привело Е.В.
Белякову к выводу о том, что начало формирования КириллоБелозерской редакции следует относить ко времени митрополита
Макария или Филиппа 49 . Однако Я.Н. Щапов обратил внимание на
упоминание в Кормчей реалий конца XVI века 50 ; проведенное нами
49
Белякова Е.В. Сказание об именах из Кормчей Кирилло-Белозерской редакции
// Slověne. International Journal of Slavic Studies. Vol. 2. № 2. М., 2013. С. 192.
50
Брюсова В.Г., Щапов Я.Н. Новгородская легенда о Мануиле, царе греческом //
Византийский временник. М., 1971. Т. 32. С. 85–103.
28
сопоставление вошедших в Кирилло-Белозерскую редакцию статей
также привело к выводу о создании Кормчей на рубеже XVI–XVII века.
Ее составитель был связан как с Москвой, так и с Новгородом и
Кирилло-Белозерским монастырем и предназначал новую редакцию для
использования в монастырях и приходских церквах. Возможно, она
была создана по инициативе митрополита Ростовского Варлаама.
Эта редакция, наполненная множеством дополнительных статей об
иконописцах, каждении в храме, наречении имен и другими, не
получила значительного распространения в XVII веке, когда уже
началась постепенная подготовка печатной Кормчей. Однако выписки
из Кирилло-Белозерской редакции Кормчей делались на протяжении
XVII–XVIII веков, а в начале XIX века эта редакция получила
неожиданное возрождение. Этому сюжету посвящен раздел
Белокриницкий извод Кирилло-Белозерской редакции Кормчей
книги. Несколько рукописей из Кирилло-Белозерского монастыря были
увезены в старообрядческую Белокриницкую митрополию, где в XIX
веке на основе Кирилло-Белозерской редакции, с многочисленными
дополнениями по другим рукописям была подготовлена новая
переделка Кормчей – Белокриницкий извод. Позже черновик
Белокриницкого извода был перевезен в Москву и хранился при
Рогожском кладбище, где работа над Кормчей была завершена.
Глава 8 посвящена Галицким редакциям Кормчих книг и
представляет собой небольшое отступление от общего исследования,
ограничивающегося русскими редакциями Кормчих книг. Это
отступление оправдано, поскольку Галицкие редакции составлены на
основе тех же источников, что и русские редакции Кормчих, и без них
исследование не было бы полным. Первый раздел посвящен обзору
Рукописных канонических книг на украинских землях. Изучение
выходных и владельческих записей, определение ареала происхождения
рукописей по особенностям языка и палеографическим данным
позволяет очертить круг канонических книг, бытовавших на территории
Киевской митрополии в том ее виде, как она сформировалась в середине
XV века. Основная часть данной главы посвящена изучению
Лукашевичской редакции Кормчей книги. Эта редакция получила
распространение исключительно в галицких землях и в окрестностях
Львова и известна в списках с середины XVI века. В ней можно
выделить два вида: первоначальный Краткий и более поздний
Пространный, отличающийся рядом дополнений. До сих пор считалось,
что старший список Лукашевичской редакции, хранящийся во Львове,
датируется концом XV века. Однако изучение водяных знаков рукописи
29
и ее палеографических особенностей заставляет датировать список
концом XVI века. В разделе Источники Лукашевичской редакции
Кормчей книги последовательно исследуются этапы составления
Кормчей. Лукашевичская редакция впервые была рассмотрена Я.Н.
Щаповым и отнесена им к концу XIII века на основании того, что в
Кормчей отсутствует Устав князя Владимира 51 . Проведенное нами
изучение источников Лукашевичской редакции показывает, что она
была создана намного позже. Основным источником стал Волынский
извод Первоначальной русской редакции Кормчей, восходящий к
списку, подготовленному в 1286 году для Волынского князя Владимира
Васильковича; вторым по значению источником – сборник с выписками
из Чудовской редакции Кормчей. Об этом свидетельствуют как
так
и
текстологические
особенности
разных
редакций,
последовательность статей в Лукашевичской редакции, часто
копировавшей порядок статей в источнике. Однако составители
привлекли и целый ряд иных источников, в том числе сборники
смешанного состава. В разделе Антилатинский Толстовский сборник
и Лукашевичская редакция Кормчей книги анализируется
взаимоотношение текстов Кормчей со статьями древнейшего
антилатинского сборника, происходящего из галицких земель и
хранящегося в Российской национальной библиотеке, O.п.I.7. В
Лукашевичскую редакцию, антилатинский сборник и выписки из
Чудовской редакции Кормчей вошел ряд общих текстов, связанных с
антилатинской полемикой. Их изучение показывает наличие
первоначальных черт и независимой редакторской правки в
антилатинском сборнике O.п.I.7 и Чудовской редакции Кормчей.
Создатели же Лукашевичской редакции сводили вместе тексты по двум
источникам: выпискам из Чудовской редакции и антилатинскому
сборнику, готовя собственную компиляцию.
В разделе Происхождение Лукашевичской редакции Кормчей
проводится сопоставление данных о происхождении списков
Лукашевичской редакции и ее составе. Исследование позволяет
предполагать, что Лукашевичская редакция была создана во Львове в
православной среде людьми, отстаивавшими, с одной стороны, право
исповедовать свою веру в стране, где католики находились в явно
привилегированном положении; с другой стороны, стремившимися к
51
Щапов Я.Н. Византийское и южнославянское правовое наследие на Руси. С.
211–212.
30
независимости от Московского митрополита. Возможно, создание
Лукашевичской редакции связано с деятельностью Львовского
епископа Макария Тупчанского (1539–48 годы). Эта редакция активно
переписывалась с середины XVI до середины XVII века, постепенно
сойдя с исторической сцены после того, как во Львове возобладала
уния.
Заключительный раздел посвящен Люблинской редакции
Кормчей книги. Эта редакция на основании записи составителя была
охарактеризована А.С. Павловым по единственному известному ему
списку 52 ; нами был найден второй список этой Кормчей (Российский
государственный архив древних актов, ф. 181, собр. МГАМИД, №
1595). Ее создатель, священник Василий Люблинский, оставил
подробную запись, повествующую об обстоятельствах составления
Кормчей. Негодуя на порчу канонических книг, Василий взялся за труд
составить новую Кормчую книгу, взяв за основу славянскую рукопись и
«исправив» ее по Парижскому латинскому изданию 1561 года. Как
показало наше исследование, славянской книгой была Кормчая
Лукашевичской редакции. Священник Василий закончил свой труд в
1604 году, снабдив его предисловием и тематическим указателем со
ссылками на листы Кормчей. Два сохранившихся списка являются
«близнецами», копируя друг друга строка в строку и сближаясь тем
самым с более поздними списками с печатных изданий, – только так
можно было сохранить актуальность подготовленного отцом Василием
указателя. Как было показано Е.В. Беляковой, Люблинская редакция
имела немалое значение при подготовке печатной Кормчей, изданной в
Москве в 1653 году: первоначально в печатную Кормчую было
включено предисловие из Люблинской редакции; а тематический
указатель отца Василия оказал влияние при создании указателя к
печатной Кормчей 53 .
52
Павлов А.С. Заметка о Кормчей люблинского священника Василия, писанной
в 1604 г. // Памятники русской старины в западных губерниях, издаваемые с
высочайшего соизволения П.Н. Батюшковым. Вып. 8. Холмская Русь
(Люблинская и Седлецкая губ., Варшавского генерал-губернаторства). СПб.,
1885. С. 217–228.
53
Белякова Е.В. Памятники канонического права в истории славянских церквей
на пороге Нового времени // Церковь в общественной жизни славянских
народов в эпоху Средневековья и раннего Нового времени: Материалы XXIV
конференции «Славяне и их соседи». М., 2008. С. 15–16; Белякова Е.В.
Источники печатной Кормчей. С. 110–111.
31
В Заключении подводятся итоги исследования, анализируется в
целом развитие канонических книг и значение Кормчих в истории
России. Основным результатом исследования стало изучение
одиннадцати русских редакций Кормчих книг – их состава,
происхождения, источников, взаимоотношения. Собраны все известные
списки русских редакций Кормчих книг. Всего в ходе исследования
было рассмотрено около 270 рукописей, из них более 180 списков
Кормчих книг.
Установлено,
что
Кормчие
книги
формировались
преимущественно на основании существующих славянских переводов.
В их составе сохранились, в числе прочего, неизвестные по иным
рукописям древнеболгарские переводы. Создание новых редакций в
XIV – первой половине XVI веках было связано с поворотными
моментами в истории русского государства и русской церкви, в том
числе со спорами относительно церковных владений, взаимоотношений
церкви и государства, юрисдикции внутри церкви. Кормчая книга
формировалась как энциклопедический сборник, включавший самые
разные по тематике тексты, охватывавший различные стороны жизни
русской церкви и государства, в том числе древнейшие судебники:
Правду Русскую и княжеские уставы. Некоторые тексты составлялись
специально для Кормчих книг, компилируясь из обширных сочинений
византийских авторов. Новые, специально подготовленные, переводы с
греческого языка в составе Кормчих книг появились лишь в первой
половине XVI века, когда на волне споров, поднявшихся в русской
церкви, было составлено три авторских редакции Кормчих книг.
Бурные споры первой половины XVI века, которые отражали
очередной этап формирования господствующей точки зрения в русской
церкви, завершились судебными процессами против еретиков.
Осуждению подверглись также владельцы и составители Кормчих книг.
Это привело к тому, что во второй половине XVI века работа по
составлению новых, современных редакций практически прекратилась.
Появлявшиеся в это время новые редакции представляли собой
компиляции, не отличавшиеся оригинальностью. Новый всплеск
интереса к Кормчим книгам и попытки сделать этот канонический
сборник современным и востребованным относятся к рубежу XVI–XVII
веков.
Проведенное нами исследование показывает, что отношение к
Кормчим книгам со временем менялось. Отчасти эти изменения были
продиктованы объективными причинами, – использованием пергамена
или бумаги, что значительно влияло как на тиражирование Кормчей, так
32
и на круг ее владельцев. Если в XIII – первой половине XV века
Кормчие книги хранились при митрополичьей или епископских
кафедрах, то со второй половины XV века круг владельцев
канонической книги существенно расширился. Кормчие книги активно
вкладывалась в монастыри, хранились в княжеской казне, заказывались
и покупались частными лицами. Соответственно менялся и круг людей,
интересовавшихся церковным правом и занимавшихся составлением
новых Кормчих книг. Если в XIV столетии Кормчая из сборника по
церковному
праву
была
преобразована
в
«православную
энциклопедию», то в первой половине XVI века были предприняты
попытки вернуть Кормчей книге ее основное, идеальное назначение –
сборника действующего права. В нее отбирались наиболее актуальные
тексты, на основе которых современники пытались решить спорные
вопросы. Эти попытки оказались безуспешными, а суровое осуждение,
которому подверглись излишне рьяные редакторы Кормчих, заставило
последующих владельцев канонических книг с большей осторожностью
подходить к их редактированию. Еще одна попытка преобразовать
Кормчую книгу была предпринята в конце XVI века. Однако в это
время Кормчая уже рассматривалась не как сборник для высшего
церковного управления, но как сборник, регламентирующий
повседневную церковную жизнь.
Степень достоверности и апробация результатов. Результаты
исследования обсуждены на международных и российских научных
конференциях, в том числе в СПбГУ, БАН, ИРИ РАН, ИВИ РАН; по
материалам конференций опубликовано 9 тезисов докладов. Основные
выводы изложены в двух монографиях и 47 статьях, шестнадцать из
которых опубликованы в изданиях, входящих в перечень ВАК.
Материалы данного исследования используются при подготовке
научного издания Первоначальной редакции Кормчей книги, работа над
которым ведется в настоящее время. В дальнейшем необходимо
подготовить к печати переводные и оригинальные сочинения из русских
редакций Кормчих книг XIV–XVI веков.
Список работ, опубликованных автором по теме диссертации
Монографии:
1. Корогодина М.В. Исповедь в России в XIV–XIX вв.:
Исследование и тексты. СПб.: Дмитрий Буланин, 2006. 584 с.
33
2. Корогодина М.В. Кормчая книга в Галиции (XVI – начало
XVII века). СПб.: БАН, 2015. 189 с.
Статьи и тезисы, опубликованные в изданиях, входящих в
перечень ВАК:
1. Корогодина М.В. «Или мучивал жену напрасно, а не по
закону?...». Мир русской женщины в Средние века // Человек. 2003. №
6. С. 131–140.
2. Корогодина М.В. Корчемный прикуп. Как в XVI веке
относились к «неправедным доходам» // Родина. 2004. № 12. С. 88–90.
3. Корогодина М.В. Исповедь в России в XVIII в.: Церковный
или гражданский суд? // Вестник Санкт-Петербургского университета.
Сер. 2. 2009. Вып. 2. С. 62–66.
4. Корогодина М.В. Редакции Кормчих книг, представленные в
Библиотеке Российской Академии наук // Вспомогательные
исторические дисциплины. СПб.: Дмитрий Буланин, 2010. Вып. 31. С.
282–291.
5. Корогодина М.В. Новый сборник «Книжные центры Древней
Руси» (Книжные центры Древней Руси: Книжное наследие Соловецкого
монастыря. СПб., 2010) // Древняя Русь: Вопросы медиевистики. 2010.
№ 4 (42). С. 112–118.
6. Корогодина М.В. Чин избрания и поставления епископов и
канонические книги // Древняя Русь: Вопросы медиевистики. 2011. № 2
(44). С. 113–117.
7. Корогодина М.В. Принятие в православие в XIV–XV в.:
письменная традиция и практика // Древняя Русь: Вопросы
медиевистики. 2011. № 3 (45). С. 60–61.
8. Корогодина М.В. «Сказание о арменской ереси»: Опыт
изучения мифов об инославных // Человек. 2012. № 1. С. 132–137.
9. Корогодина М.В. Новонайденные списки Кормчей Вассиана
Патрикеева // Археографический ежегодник за 2007–2008 годы. М.:
Наука, 2012. С. 100–112.
10. Корогодина М.В. Спорные вопросы в изучении
Лукашевичской редакции Кормчей книги // Религии мира: История и
современность. 2006–2010. М.; СПб.: Нестор-История, 2012. С. 125–132.
11. Корогодина М.В. Принятие в православие в XIV–XV в.:
письменная традиция и практика // Древняя Русь. Вопросы
медиевистики. 2013. № 1 (51). С. 98–107.
34
12. Корогодина
М.В.
Составление
Кормчей
Нифонта
Кормилицына // Археографический ежегодник за 2009–2010 годы. М.:
Наука, 2013. C. 99–112.
13. Корогодина М.В. Древнерусское богословие и катехизические
тексты XIV в. // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2013. № 3 (53).
С. 68–69.
14. Корогодина М.В. Древнерусское богословие и катехизические
тексты XIV в. // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2014. № 4 (58).
С. 5–22.
15. Корогодина М.В. Международная научная конференция
«Современные проблемы археографии», посвященная 300-летию
Библиотеки Российской Академии наук // Русская литература. 2015. №
1. С. 253–256.
16. Корогодина М.В. Литературные источники о времени жизни
Валаамских чудотворцев Сергия и Германа // Русская литература. 2015.
№ 2. С. 39–45.
Другие публикации:
17. Корогодина М.В. Исповедные тексты в Сербии и на Руси //
Црквене Студиjе. Годишньак Центра за црквене студиjе. Година I. Броj
1. Ниш: Центар за црквене студиjе, 2004. С. 131–136.
18. Корогодина М.В. Исповедь в старообрядческой рукописной
традиции XIX в. // Историография и источниковедение отечественной
истории. СПб., 2004. Вып. 3. С. 91–113.
19. Корогодина М.В. Правила о крестном целовании //
Исследования по истории средневековой Руси. К 80-летию Юрия
Георгиевича Алексеева. М.; СПб.: Альянс-Архео, 2006. С. 171–178.
20. Корогодина М.В. Методы редактирования и эволюция
покаянных текстов в XVI–XVII вв. // Материалы и сообщения по
фондам отдела рукописей БАН. СПб.: БАН, 2006. С. 23–37.
21. Корогодина М.В. Переписчики и владельцы древнерусских
рукописей с исповедными текстами // Книга в России / отв. ред. В.П.
Леонов. М., 2006. Сб. 1. С. 30–37.
22. Корогодина М.В. Царские грехи: власть глазами духовников
конца XVI – начала XVII века // Репрезентация власти в посольском
церемониале и дипломатическом диалоге в XV – первой трети XVIII
века. Третья международная научная конференция цикла «Иноземцы в
Московском
государстве»,
посвященная
200-летию
Музеев
35
Московского Кремля. 19–21 октября 2006 г.: Тезисы докладов. М., 2006.
С. 63–65.
23. Korogodina M. Penitential Texts and the Changing Political
Culture of Muscovy // The Russian Review. 2007. Vol. 66. № 3. P. 377–390.
24. Корогодина М.В. Два старообрядческих исповедных
сборника: новшества в традиционном тексте // Вестник церковной
истории. 2007. № 4 (8). С. 139–188.
25. Корогодина М.В. Взгляды русских канонистов первой
половины XVI в. на царскую власть (на материале Кормчих книг) //
Верховная власть, элита и общество в России XIV – первой половины
XIX веков. Российская монархия в контексте европейских и азиатских
монархий и империй: Тезисы докладов 2-й международной научной
конференции. М., 2009. С. 76–79.
26. Корогодина М.В. К истории редактирования Чудовской
редакции Кормчей в начале XVI века // Каптеревские чтения. Сборник
статей. М.: ИВИ РАН, 2009. Вып. 7. С. 72–84.
27. Корогодина М.В. Обзор сборников с епитимийными текстами
в русской рукописной традиции // Историография и источниковедение
отечественной истории. Вып. 5. СПб.: Скифия-принт, 2009. С. 15–26.
28. Корогодина М.В. Исповедные тексты в доимперской России:
гендерный аспект // Гендер и религия / Институт этнологии и
антропологии РАН. М.: ИЭА РАН, 2009. С. 77–89.
29. Корогодина М.В. Греческие и русские покаянные тексты:
вопросники, поновления и епитимийники // Православное учение о
церковных таинствах. V Международная конференция РПЦ. Москва,
13–16 ноября 2007 г.: Сб. ст. М.: Синодальная библейско-богословская
комиссия, 2009. С. 227–233.
30. Корогодина М.В. Следы бытования русских редакций
Кормчих книг в XIV в. // Црквене Студиjе. Годишњак Центра за
црквене студиjе. Година VI. Броj 6. Ниш: Центар за црквене студиjе,
2009. С. 243–248.
31. Корогодина М.В. Анонимные статьи русского происхождения
в канонических сборниках XIV в. // Восточная Европа в древности и
средневековье. Устная традиция в письменном тексте: Тезисы докладов
XXII Чтений памяти чл.-корр. АН СССР В.Т. Пашуто. М.: ИВИ РАН,
2010. С. 139–143.
32. Корогодина М.В. Международная научная конференция
«Современные проблемы археографии (К 100-летию первого тома
«Описания Рукописного отделения Библиотеки императорской
36
академии наук»)» // Palaeobulgarica / Старобългаристика. 2010. Т. 34. №
1. С. 105–112.
33. Корогодина М.В. Власть и подданные глазами духовников
XVII–XVIII вв. // Cahiers du Monde russe, 2009. № 50/2–3. L’Europe
orientale, 1650–1730. Crises, conflits et renouveau. Paris, 2010. P. 327–336.
34. Корогодина М.В. Взгляды на исповедь в середине XVIII века
(на материале одного рукописного сборника) // Сословия, институты и
государственная власть в России: Средние века и Новое время. Сборник
статей, памяти акад. Л.В. Черепнина. М.: Языки славянских культур,
2010. С. 965–970.
35. Корогодина М.В. Проблемы изучения русских средневековых
исповедных текстов как исторического источника // Русский
исторический сборник. М.: Кучково поле, 2010. Т. 2. С. 110–120.
36. Корогодина М.В. О редакции Кормчей книги из КириллоБелозерского монастыря // Каптеревские чтения: Сб. ст. М.: ИВИ РАН,
2010. Вып. 8. С. 23–34.
37. Корогодина М.В. Исправление Кормчих книг в XVI веке (на
материале Чудовской редакции) // Очерки феодальной России. М.;
СПб.: Альянс-Архео, 2010. Вып. 14. С. 263–297.
38. Корогодина М.В. О времени появления Чудовской редакции
Кормчей книги // Средневековая Русь. М.: Индрик, 2011. Вып. 9. С. 197–
206.
39. Корогодина М.В. Церковное управление в Пскове и
канонические сборники XV в. // Псков, русские земли и Восточная
Европа в XV–XVII вв. К 500-летию вхождения Пскова в состав единого
Русского государства: Сб. трудов международной научной конференции
19–21 мая 2010 г. Псков: Псковская областная типография, 2011. С.
255–273.
40. Корогодина М.В. О происхождении Мерила праведного //
Современные проблемы археографии: Сб. ст. по материалам
конференции, проходившей в Библиотеке РАН 25–27 мая 2010 г. СПб.:
БАН, 2011. С. 125–131.
41. Корогодина М.В. «Сказание об иконописцах»: проблемы
атрибуции // Проблемы дипломатики, кодикологии и актовой
археографии: Материалы XXIV Международной научной конференции.
М.: РГГУ, 2012. С. 362–365.
42. Корогодина М.В. «Сказание о болгарской и сербской
патриархиях» и происхождение Софийской редакции Кормчей книги //
37
Очерки феодальной России. М.; СПб.: Альянс-Архео, 2012. Вып. 15. С.
26–44.
43. Корогодина М.В. Была ли в XVI веке официальная
митрополичья Кормчая? // Русское средневековье: Сб. ст. в честь проф.
Ю.Г. Алексеева / отв. ред. А.Ю. Дворниченко. М.: Квадрига, 2012. С.
832–843.
44. Корогодина М.В. Синтагма Матфея Властаря в России в XVII
в. и Епифаний Славинецкий // Каптеревские чтения: Сб. ст. М.: ИВИ
РАН, 2012. Вып. 10. С. 9–20.
45. Корогодина М.В. Краткий и Пространный виды
Лукашевичской редакции Кормчей книги // Записки Отдела рукописей
РГБ. М.: Пашков Дом, 2012. Вып. 54. С. 63–69.
46. Корогодина М.В. Неоконченное Виленское издание
Пандектов Никона Черногорца: История с продолжением //
Палеография, кодикология, дипломатика. Современный опыт
исследования греческих, латинских и славянских рукописей и
документов. Материалы Международной научной конференции в честь
75-летия д.и.н., чл.-корр. Афинской академии Б.Л. Фонкича. Москва,
27–28 февраля 2013 г. М.: ИВИ РАН, 2013. С. 170–173.
47. Корогодина М.В. Неизвестный отрывок славянского перевода
Диалогов Псевдо-Кесария // Palaeobulgarica / Старобългаристика. 2013.
Т. 37. № 2. С. 23–33.
48. Корогодина М.В. Неизвестный перевод отрывка из Хроники
Михаила Глики // Историческое повествование в Средневековой
России: К 450-летию Степенной книги. Тезисы Всероссийской научной
конференции. СПб., 2013. С. 34–36.
49. Корогодина М.В. Библиотека Российской Академии наук.
Рукописные книги // Собрание В.А. Крылова. СПб.: Роза ветров, 2013.
С. 188–191, № 1171–1184
50. Корогодина М.В. Архиепископы Афанасий Холмогорский и
Александр Устюжский – собиратели канонических рукописей //
Материалы и сообщения по фондам Библиотеки Российской академии
наук. СПб.: БАН, 2013. С. 81–92.
51. Корогодина М.В. Кирилло-Белозерская редакция Кормчей
книги конца XVI века: особенности состава и источники // Книжные
центры Древней Руси: Книжники и рукописи Кирилло-Белозерского
монастыря / редкол. Н.В. Понырко, С.А. Семячко. СПб.: Пушкинский
Дом, 2014. С. 271–285.
38
52. Корогодина М.В. Какие Правила вывез со Святой Горы
тверской инок Савва? // Афон и славянский мир: Материалы междунар.
науч. конф., посвященной 1000-летию присутствия русских на Святой
Горе. Белград, 16–18 мая 2013 г. Афон: Издание Русского СвятоПантелеймонова монастыря на Афоне, 2014. Сб. 1. С. 262–265.
53. Корогодина М.В. Памятники канонического права. Кормчие
книги // Сиренов А.В., Твердюкова Е.Д., Филюшкин А.И.
Источниковедение. Учебник для академического бакалавриата / под
ред. А.В. Сиренова. М.: Юрайт, 2014. С. 164-170.
54. Korogodina M. Voskresenskaja Kormchaja: the Sources and the
Scribes // Scripta & e-Scripta. 2014. № 13. Р. 117–123.
55. Корогодина М.В. О составе Мерила праведного //
Историография и источниковедение отечественной истории: Сб. науч.
ст. М.; СПб.: Альянс-Архео, 2014. Вып. 7. Историческое повествование
в средневековой России. К 450-летию Степенной книги: Материалы
всероссийской науч. конф. С. 94–112.
56. Корогодина М.В. Рукописные книги Кассиана Булгакова,
игумена Ферапонтова монастыря // Вспомогательные исторические
дисциплины и источниковедение: современные исследования и
перспективы развития: Материалы XXVII Междунар. науч. конф.
Москва, 9–11 апр. 2015 г. М.: РГГУ, 2015. С. 263–265.
39
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
21
Размер файла
510 Кб
Теги
xiv, исторические, книга, xvii, половине, первое, кормчие, источников
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа