close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Самоподобие формы как принцип организации вторичного текста (на материале сонетов У Шекспира и их русских переводов)

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
Бузаева Яна Авалиевна
САМОПОДОБИЕ ФОРМЫ КАК ПРИНЦИП ОРГАНИЗАЦИИ
ВТОРИЧНОГО ТЕКСТА
(на материале сонетов У. Шекспира и их русских переводов)
Специальность 10.02.19 – теория языка
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата филологических наук
Челябинск – 2015
Работа выполнена на кафедре языкознания и методики преподавания
русского языка ФГБОУ ВПО «Оренбургский государственный педагогический
университет».
Научный руководитель:
Официальные оппоненты:
Ведущая организация:
Москальчук Галина Григорьевна
доктор филологических наук,
профессор, профессор кафедры языкознания и
методики преподавания русского языка
ФГБОУ ВПО
«Оренбургский
государственный
педагогический университет»
Кушнина Людмила Вениаминовна
доктор филологических наук,
профессор, профессор кафедры иностранных
языков, лингвистики и перевода ФГБОУ ВПО
«Пермский национальный исследовательский
политехнический университет»
Енбаева Людмила Валерьевна
кандидат филологических наук,
доцент кафедры методики преподавания
иностранных языков, доцент кафедры
английской
филологии
ФГБОУ
ВПО
«Пермский государственный гуманитарнопедагогический университет»
ФГБОУ ВПО «Тюменский государственный
университет»
Защита состоится «30» марта 2015 года в 12.00 часов на заседании
диссертационного совета Д 212.296.05 по защите докторских и кандидатских
диссертаций при ФГБОУ ВПО «Челябинский государственный университет»
по адресу: 454001, г. Челябинск, ул. Братьев Кашириных, 129, конференц-зал.
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО
«Челябинский государственный университет» по адресу: 454001, г. Челябинск,
ул. Братьев Кашириных, 129 и на сайте www.csu.ru.
Автореферат разослан «__»____________ 2015 года.
Ученый секретарь диссертационного совета:
кандидат филологических наук
-2-
2
С.И. Симакова
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Текст осуществляется в языке, культуре, социуме и в личностном
пространстве индивида. Его форма как симультанный суперконструкт,
безусловно, оказывает влияние на разнообразные характеристики вторичного
текста, а также косвенно отражает личность и речемыслительную деятельность
индивида по восприятию и продуцированию текста.
Исследование формы текста как единицы языка включает анализ и
оценку его целостных качеств, а также рассмотрение пределов вариативности
формы исходных и вторичных текстов. Теоретически и практически интересно
рассмотрение отдельных параметров формы, влияющих на реализованный
автором перевода выбор внутритекстовых характеристик, а также анализ путей
достижения формой гармоничного и устойчивого состояния структур и
смыслов в уже реализованном переводчиком вторичном тексте (переводе).
Поскольку перевод текста является субъективной авторской проекцией
оригинала, поэтому интересна процедура интегральной (целостной) и
процессуально-динамической (сукцессивной) оценки качеств вторичного текста
на фоне оригинала на ином языке.
Диссертационное исследование посвящено изучению инвариантных
тенденций формообразования вторичного текста, наблюдаемых в результате
индивидуального восприятия и интерпретации в материале иного языка текста
оригинала. Исследование текста проводится с позиций лингвосинергетики, в
соответствии с чем текст рассматривается как сложная нелинейная система,
которая самоупорядочивается по природным законам, подстраиваясь под
биоритмы человека.
Актуальность
исследования
определяется
необходимостью
теоретического уточнения и описания инвариантных алгоритмов структурносмысловой и функциональной организации и формообразования текста,
скрытых от непосредственного наблюдения, а также потребностью в
объективных методиках оценки качеств вторичного текста (перевода).
Объектом
исследования
выступает
текст
как
завершенное
художественное произведение.
Предметом исследования является форма текста и её трансформации в
результате изменения качественно-ритмических, просодических и других
характеристик текста.
Целью работы является изучение масштабного самоподобия в процессах
самоорганизации вторичного текста, проявляющегося в инвариантных
тенденциях формообразования.
Для достижения поставленной цели решались следующие задачи:
1. Проанализировать предпосылки формирования лингвосинергетического
подхода к изучению текста.
2. Единообразно обработать материал по методу позиционного анализа и
свести результаты в единую электронную базу данных для дальнейшего
обобщения и структурирования по различным параметрам.
3. Обосновать «фольклорный», условный, характер оригиналов.
-3-
3
4. Построить инвариантные модели развертывания структуры текста для
каждого цикла в отдельности, а также метаинвариант формы всего
исследованного корпуса текстов.
5. Проанализировать зависимость между инвариантными тенденциями
формообразования и средним количеством слов и предложений в циклах
и в отдельных текстах.
6. Сопоставить инварианты циклов с инвариантом оригинала.
7. Изучить и сравнить смысловое наполнение области креативного
аттрактора в сравнении с аналогичными параметрами по всему тексту как
в оригиналах, так и во вторичных текстах (тема, локализация, объем
креативного аттрактора, совпадение и/или различие слов).
8. Сопоставить показатели точности и вольности перевода в области
креативного аттрактора и во всем тексте.
Материалом для исследования послужили оригинальные тексты
сонетов У. Шекспира, 31 полный цикл переводов на русский язык, подстрочные
переводы и переводы, полученные при помощи Google-переводчика. Тексты
оригиналов и переводов в настоящее время можно найти не только в печатных
изданиях, но и в Интернете. Так, на сайте stihi.ru представлено около 10 полных
циклов современных переводов сонетов. На конец 2012 года было собрано
более 5500 текстов. Такая большая выборка обеспечивает надежность,
достоверность и наглядность полученных результатов. Мы рассматриваем эти
тексты как результат естественного добровольного психолингвистического
эксперимента по продуцированию вторичных текстов, восходящих к оригиналу,
содержащих индивидуальные переводческие решения, демонстрирующие
языковое сознание переводчиков.
Методологической базой исследования послужили философские
концепции возникновения порядка из хаоса И. Пригожина, И. Стенгерс, учение
об открытых нелинейных системах Г. Хакена, Е. Н. Князевой, исследования в
области лингвосинергетики В. И. Аршинова, В. Н. Базылева, И. А. Герман,
Н. А. Манакова,
И. Ю. Моисеевой,
Г. Г. Москальчук,
Н. Л. Мышкиной,
В. А. Пищальниковой, Я. И. Свирского, теория переводческого пространства
Л. В. Кушниной. Выбор данного подхода был обусловлен спецификой
изучаемого объекта, который выступает в роли единого целого,
развивающегося по законам природы.
Специфика поставленных задач определила использование следующих
аналитико-синтетических
методов
и
приемов:
естественный
психолингвистический эксперимент по продуцированию и интерпретации
текста; позиционный метод и его частные методики (определение формулы
текста и ее составляющих: позиция и объем креативного аттрактора, плотность
циклов и баланс формы); качественно-количественный анализ текстов и циклов
по различным параметрам (размер текста в словах и предложениях); синтез
полученных данных в инвариантную формулу текста по каждому циклу,
описание и сравнение циклов и отдельных текстов друг с другом,
моделирование инвариантной формулы текста.
В области частных научных методов применялось лингво-смысловое
-4-
4
сопоставление цельных текстов и областей креативного аттрактора,
учитывалась синтаксическая и просодическая характеристика предложения.
Работа осуществлялась на основе авторской методики позиционного
анализа, разработанной Г. Г. Москальчук, с помощью которой выявлялась
формула для каждого исследуемого текста (см. Г.Г. Москальчук, Структура
текста как синергетический процесс. – М.: Едиториал УРСС, 2010. – 296 с.).
Весь полученный материал был сведен в единую базу данных (электронные
таблицы Excel), на основе сформированного и единообразно обработанного
корпуса текстов выполнялся статистический анализ, как любого цикла
переводов, так и всех переводов любого сонета по различным параметрам.
Обработка материала проводилась с помощью программы Lingvo 7,
созданной С. В. Панариным по алгоритмам Г. Г. Москальчук. Программа
подсчитывает количество словоформ и предложений в тексте, размечает его
позиционную структуру, выделяя композиционные зоны различным цветом, и
вычисляет формулу текста. Автоматизация процесса обработки текста
исключает субъективизм в оценке параметров текста, обеспечивая объективный
результат и достоверность данных.
Научная новизна исследования заключается в том, что впервые:
– на большом полнотекстовом корпусе выявлены общие инвариантные
тенденции развертывания структуры текста;
– установлено, что метаинвариант корпуса текстов и инварианты циклов
разных авторов демонстрируют тенденцию к локализации креативного
аттрактора в 2–3 благоприятных для восприятия областях текста, что
доказывает существование определенного сценария развития текста, которого
придерживаются все авторы, в то же время обнаружено, что каждый автор
неосознаваемо следует собственной модели внутреннего порционирования
(термин Н. В. Черемисиной) текста;
– статистически и экспериментально доказано, что частота употребления
тех или иных вариантов формы текста является следствием авторских
предпочтений во внутреннем порционировании текста;
– продемонстрирована и подтверждена зависимость между процессами
формообразования и дискретностью текстов (высокая дискретность текста
приводит к снижению градационной интенсивности формы);
– установлено, что при сохранении пропорционального соотношения слов
и предложений в тексте перевода процессы формообразования подобны
наблюдающимся в оригинале, что позволяет переводчику достичь
эквивалентности перевода на уровне формы текста, кроме того, сохранение
просодических элементов оригинала в переводе не только желательно, но и
возможно;
– предложены и апробированы на значительном полнотекстовом
материале новые способы конструирования инвариантных формул текстов для
работы с большими текстовыми корпусами: предложены три различных
способа, взаимодополняющих друг друга, с помощью которых можно получить
как самую общую картину размещения области креативного аттрактора в целом
корпусе текстов, так и вычислить формулу и баланс, характеризующие весь
-5-
5
полнотекстовый корпус; данные получены разными способами и, отличаясь в
деталях, отражают общие динамические процессы и тенденции
формообразования как в отдельном тексте, так и в выборках;
–
экспериментально
и
статистически
доказано
на
основе
лингвистического и смыслового анализа наполнения областей креативного
аттрактора, что искажение формы текста оригинала приводит к смещению
креативного аттрактора, вследствие чего в данную область попадает
информация, отличная от той, что была изначально заложена автором;
– экспериментально и статистически подтверждено, что креативный
аттрактор в наиболее частотных формах исследованного корпуса текстов
подобен всему тексту по просодическим параметрам восходящести и
нисходящести, а структурно-смысловой изоморфизм креативного аттрактора и
всего текста подтверждается на материале выборочно взятых текстов оригинала
и переводов сонетов;
– на большом полнотекстовом материале подтверждена фрактальная
природа текстового пространства: область креативного аттрактора является
фракталом целого текста, а любой текст является фракталом метаинвариантного текста.
Теоретическая
значимость
работы состоит в объективном
подтверждении на обширном материале универсальности процессов
формообразования, не зависящих от языка и авторства текста, что вносит вклад
в развитие теории текста и методики позиционного анализа. Результаты еще раз
доказывают иерархическую организацию смыслов текста. Инвариантное
устремление процессов формообразования в тексте к определённым зонам
говорит о неосознаваемом следовании человеком физическим и
физиологическим ритмическим законам при создании художественного
произведения.
В исследовании продемонстрированы возможности успешного
взаимодействия различных научных дисциплин: теории языка, лингвистики
текста, лингвосинергетики, переводоведения, корпусной лингвистики,
психолингвистики, статистики, физики, философии для решения сложных
задач в изучении текста. Выводы, полученные в ходе работы, вносят вклад в
развитие этих дисциплин, усиливая возможности междисциплинарного
подхода к изучению явлений и объектов, традиционно считавшихся предметом
изучения дисциплин гуманитарного цикла. Данные, полученные в результате
работы, позволяют полагать, что теория перевода также может иметь статус
естественно-научной дисциплины, приобретая ряд новых и объективных
способов анализа текста перевода на предмет его соответствия оригиналу.
Практическая значимость исследования определяется возможностью
использования полученных результатов для постпереводного анализа текста и
его правки по оригиналу. Результаты, полученные в исследовании, могут быть
использованы как в профессиональных, так и в учебных аналитиках текста:
редактирование,
гармоническая
и
стилистическая
правка
текста,
автоматическое редактирование, реферирование, информационный поиск,
совершенствование программ компьютерного перевода и др. Результаты
-6-
6
работы позволят глубже анализировать структуру текста и неосознаваемые
процессы, которые протекают в нем, что важно для инновационного
построения обучающих программ в вузе и школе. В работе предлагается способ
выявления особенностей авторского стиля на уровне гармонии целого текста,
что может найти практическое применение в литературоведении. Возможно
использование результатов исследования в лекциях по философии, концепциям
современного естествознания, теории языка и текста, лингвосинергетике,
психолингвистике, на практических занятиях по переводу и интерпретации
текста.
На защиту выносятся следующие положения:
1. Текстам, независимо от авторства и времени их создания, свойственны
общие тенденции формообразования и динамические процессы, которые
возникают в результате того, что человек при создании художественного
произведения неосознаваемо следует универсальным физическим законам
организации текстового пространства.
2. Авторы неосознаваемо следуют определённому сценарию
развертывания структуры текста, который, в свою очередь, зависит от
внутреннего порционирования текста.
3. Подобие процессов формообразования в тексте перевода процессам
формообразования в тексте оригинала позволяет сохранить оригинальную
форму даже при сокращении объема словоформ и в условиях жестких
ограничений сонетной формы.
4. Креативный аттрактор по своим качествам подобен целому тексту, а
искажение формы текста оригинала приводит к смещению области креативного
аттрактора в переводе и искажению смысла. Степень точности и вольности
перевода в креативном аттракторе как фрактале структуры целого и во всем
тексте совпадают.
Апробация
работы.
Основные
результаты
диссертационного
исследования обсуждались на международных конференциях: «Цивилизация
четвертого поколения и проблемы глобальной трансформации мира» (Ишим,
21 марта 2012 г.); «Филологические чтения» (Оренбург, 29–30 ноября 2012 г.);
«Вопросы современной филологии в контексте взаимодействия языков и
культур» (Оренбург, 15–16 мая 2013 г.); «Филологические чтения» (Оренбург,
27–28 ноября 2013 г.), «Молодежь. Наука. Будущее» (Оренбург, 21–23 мая,
2014 г.).
Автор выступал с докладом на Аспирантских чтениях в Оренбургском
государственном педагогическом университете (декабрь, 2011 г.), на кафедре
языкознания и методики преподавания русского языка в 2011–20014 гг.
Результаты, полученные автором, отражены в отчетах научной лаборатории
ОГПУ «Междисциплинарные лингвистические исследования» за 2012–2014 гг.
В 2013 году исследование было поддержано грантом Оренбургского
государственного педагогического университета. Основные результаты и
выводы диссертационного исследования освещены в девяти публикациях, в том
числе трех статьях, входящих в список изданий, рекомендованных ВАК.
-7-
7
Структура и объем диссертации. Работа состоит из введения, четырех
глав, заключения, списка литературы из 224 наименований, 11 рисунков, 14
таблиц, 3 приложений, списка источников текстов, списка сокращений.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается выбор темы исследования, определяются
его цель, задачи, объект и предмет, раскрываются научная новизна,
теоретическая и практическая значимость, излагаются методы исследования и
положения, выносимые на защиту.
В первой главе – «Текст как объект междисциплинарного научного
исследования» – приводится обоснование синергетического подхода к
изучению текста. Объединяя возможности разных дисциплин, синергетика дает
целостную картину мира и описывает универсальные принципы
самоорганизации систем. Система называется самоорганизующейся, если она
способна обрести какую-либо структуру без внешнего воздействия.
Синергетический подход рассматривает язык как открытую
саморазвивающуюся систему и подразумевает изучение недоступных
непосредственному наблюдению механизмов самоорганизации языка и речи.
Большинство лингвистических исследований текста до недавнего
времени было сосредоточено на изучении поверхностных структур и
функциональном, композиционном, семантическом анализе текста, поэтому
крайне важным для современной лингвистики является выявление
системообразующих факторов в языке и речи. В лингвистике ощущается
необходимость в абстрактных универсалиях, которые могут выявить общие
свойства у систем. Принципы лингвосинергетики получили дальнейшее
развитие в работах Н. Н. Белозеровой, Н. А. Блазновой, Э. Т. Болдыревой,
Л. В. Бронник,
И. А. Герман,
Н. В. Добрыниной,
Н. В. Дрожащих,
Л. В. Енбаевой,
А. А. Залевской,
А. Ю. Корбут,
Е. А. Коржневой,
Л. В. Кушниной, И. Ю. Моисеевой, Г. Г. Москальчук, Н. Л. Мышкиной,
Н. С. Олизько,
Р. Г. Пиотровского,
Е. С. Пушкиной,
Е. В. Рыловой,
Д. С. Храмченко и др.
Смена научной парадигмы требует от лингвиста овладения новыми
навыками и отказа от традиционных методов исследования. Статистические и
математические методы изучения большого языкового материала позволяют
получить новые, объективные, данные о языке и речи. В качественноколичественных исследованиях большую роль играет характер и объем
выборки и совокупности, внутритекстовая однородность и разнородность.
В теории перевода испытывается недостаток точных методик оценки
качеств перевода. Работы на эту тему немногочисленны, а среди филологов
существует предубеждение против использования методов естественных наук в
изучении художественных качеств произведений. Несмотря на это, в последние
десятилетия
В. С. Баевский,
О. Н. Гринбаум,
Е. В. Казарцев,
-8-
8
М. А. Красноперова, Г. Я. Мартыненко, М. Ю. Мухин и др. успешно проводят
исследования прозы и лирики, применяя методы математики и статистики.
В данном исследовании текст рассматривается как природный объект, к
которому применимы такие общенаучные понятия, как симметрия, асимметрия,
гармония, золотое сечение, протяженность во времени и пространстве. Подход
к тексту как к природному объекту отражает интеграцию естественных и
гуманитарных наук и позволяет рассматривать текст в тех же категориях, что и
человека.
Выйти за пределы конкретного текста и выявить общие качества и
параметры, свойственные любому тексту, возможно с помощью методики
позиционного анализа Г. Г. Москальчук. Разработанная на основе теории
сильных позиций и серии пропорций золотого сечения, методика применима к
любому тексту и позволяет эксплицировать в визуальных моделях и объяснять
процессы, латентно протекающие в структуре текста. С помощью данного
подхода исследователь на высоком абстрактном уровне изучает не бесконечное
количество отдельных текстов, а универсальные процессы, которые их
формируют и могут наблюдаться в любом тексте. Данная методика
разрабатывается в ряде работ Н. А. Блазновой, Э. Т. Болдыревой, А. Ю. Корбут,
Е. А. Коржневой,
Т. Б. Маклаковой,
Г. Г. Москальчук,
Е. С. Пушкиной,
Е. В. Рыловой, Н. В. Солодянкиной и др.
Основой моделирования структурной организации текста служит
предложение, его размер и характер размещения относительно срезов.
Положение границ указанных срезов и позиций относительно конечных знаков
препинания кодируется в виде формулы, в которую входят символы,
отражающие качество состояний внутритекстового пространства: «0», «1», «2».
Так, символ «2» означает, что количество словоформ слева до границы
предложения меньше, чем справа. Пологая граница обозначается символом «1»
и показывает, что число словоформ слева от среза до конца предложения
больше, чем справа. Возможна и симметричная ориентация предложения,
обозначаемая символом «0». В таком случае количество словоформ слева и
справа от среза до границ предложения одинаково. Всего было получено 243
варианта развертывания структуры текста, теоретически возможных при
заданных параметрах моделирования (2 постоянные позиции: абсолютные
начало и конец текста и 5 переменных). Таким образом, формула текста
единообразно фиксирует как некое качество целого, внутритекстовое состояние
структуры, так и процессы, приведшие к нему (для отдельного текста, выборки,
всего корпуса текстов). В исследовании применяются стандартизованные и
формализованные обозначения позиционных интервалов текста. Интервал
текста – это промежуток между позициями гармонических центров зоны начала
текста (ГЦн) и всего текста (ГЦ): зачин (0,146) – пред-ГЦн (0,09) – пост-ГЦн
(0,146) – пред-ГЦ (0,236) – пост-ГЦ (0,236) – конец (0,146) (см.: Г.Г.
Москальчук. Структура текста как синергетический процесс).
Высокая степень абстракции такого понятия, как форма, требует
изучения текста в кругу других текстов. В процессе перевода наблюдается
деривационный процесс текстообразования, в результате которого на основе
-9-
9
имеющегося образуется новый текст. Мы исходим из того, что текст перевода
является вторичным текстом со всеми его признаками и свойствами. По
вторичному тексту можно реконструировать процессы мышления,
текстопорождения, понимания, восприятия текстов. Перевод является
отражением личности переводчика. Переводчик зачастую вынужден упрощать
текст, подстраиваясь под вкусы читателей. «Человекосущностный» характер
перевода подчеркивает Л. В. Кушнина. Главная трудность в работе переводчика,
по мнению исследователя, – правильно соотнести фатические и энергетические
поля автора, получателя и, наконец, свои собственные. Процесс взаимодействия
и взаимопроникновения всех этих полей формирует переводческое
пространство. При работе над текстом перевода происходит приращение
смысла в каждом из полей, а значит, процесс перевода текста может быть
бесконечным (см. Л.В. Кушнина. Динамика переводческого пространства:
гештальт-синергетический подход. – Пермь: Изд-во Перм. ун-та, 2003. – 232 с.).
Частично совпадающие тексты находятся в отношении производности и
образуют гнездо родственных текстов (см. А.А. Чувакин. Гнездо родственных
текстов: интерпретационный уровень // Текст: варианты интерпретации. –
Бийск: НИЦБиГПУ, 1999. – Вып. 4. – С. 5–28.).
Поскольку текст организуется по природным законам, он обладает ещё
одним свойством физических объектов: наличием в нём аттрактора как точки
(области), к которой притягиваются траектории путей развития различных
подсистем. Аттракторы, возникающие в тексте в процессе его самоорганизации,
направляют развёртывание целого для читательского восприятия.
Применительно к теории текста можно говорить об аттракторах точечных
и циклических. Самый мощный циклический аттрактор называется креативным.
Это носитель доминантных смыслов, концентрирующий в себе творческие
усилия автора и направляющий читательское восприятие. Читатель способен
интуитивно воспринимать область креативного аттрактора в качестве носителя
семантически важной информации, причем как на русском, так и на английском
языке. Через изучение свойств аттрактора можно изучить свойства целого
текста.
Во второй главе – «Особенности сонетного корпуса и специфика
перевода поэзии» – рассматриваются особенности вторичного текста, характер
оригиналов сонетов У. Шекспира, сложности при работе над переводом поэзии.
Перевод художественных произведений сложен, поскольку они несут в
себе эмоциональную, интеллектуальную и эстетическую информацию, которая
не лежит на поверхности, но должна быть передана в переводе. Для
стихотворений, а также для их перевода крайне важны такие факторы как
характер рифмы, размер, ритм, количество строф, перенос предложений из
одного стиха в другой.
Среди самых распространенных трансформаций текста при переводе
стихотворений, в т. ч. сонетов, можно назвать следующие: неверную
интерпретацию оригинала, фактические, лексические, орфоэпические и
стилистические ошибки, изменение категории рода, несоблюдение размера и
характера рифмы; а также структурную реорганизацию текста (например,
- 10 -
10
изменение количества стихов, строф, предложений). Учитывая перечисленное
выше, можно обозначить основные требования, предъявляемые к
стихотворному переводу: смысловая близость оригинала и перевода;
сохранение общего тона, настроения, интонации оригинала; сохранение
формальных показателей стихотворения: количество строк, строф, переносы,
паузы; воспроизведение ритмического строя оригинала и др.
Ввиду отсутствия единого унифицированного текста оригиналов сонетов
и некоторой их вариативности в орфографии и, что особенно важно в данной
работе, знаках пунктуации, считаем возможным называть материал
исследования условным оригиналом с признаками фольклорности.
«Фольклорный» характер текстов сонетов может вызывать определенные
сложности в деятельности переводчика, также как и, например, при работе над
переводом Библии, которая переводится на большое количества языков, её
переводы фрагментарны, а на конечный результат в значительной степени
влияет личность переводчика. Кроме того, с течением времени отмечается
потребность в новых переводах Библии.
В третьей главе – «Универсальные параметры формообразования как
проявление масштабного самоподобия» – описаны и интерпретированы
результаты
естественного
психолингвистического
эксперимента
по
интерпретации текста, направленного на изучение языкового сознания
переводчиков. С точки зрения психолингвистики, субъективность в
интерпретации языкового материала обусловлена тем, что в процессе работы
каждый переводчик по-своему воспринимает и понимает оригинальный текст,
принимает решение, что сохранить и что сократить в переводе. Это факты,
которые подлежат научному анализу.
В результате единообразной обработки текста по методике позиционного
анализа, предложенной Г. Г. Москальчук, были выявлены наименее и наиболее
частотные формы текста, а также формы, не встретившиеся ни разу во всем
корпусе текстов. Так, ни разу не были употреблены авторами 109 форм текстов.
Полагаем, что структурные особенности этих форм не совместимы со
структурой сонета по следующим причинам:
1. Креативный аттрактор в этих формах продлен на 4 и более зоны, что
усложняет восприятие текста. Этот факт говорит о том, что переводчики
неосознаваемо выбирают наиболее оптимальную для восприятия форму.
2. В указанных формах много симметричных границ, т.е. расстояние в
словоформах слева и справа от среза до границы предложения одинаково, но
сонет и традиционный способ расстановки знаков препинания в нем (в конце 4,
8 и 12 стихов) исключает наличие таких предложений.
Наиболее частотными формами текстов в рассмотренном корпусе
русских переводов являются: /21111/, /22211/, /21112/, /22111/ и /21121/. Эти
формы реализованы в 1 880 текстах, с вероятностью 0,34, то есть 340 текстов на
1 тысячу.
При анализе синтаксической структуры текстов было выявлено, что в
сонетах, реализующих популярную в русских переводах модель /21111/,
среднее число предложений равняется 4,5. В данной группе нет текстов,
- 11 -
11
состоящих из 1 предложения, всего 4 текста содержат 2–3 предложения. В
модели /22111/ среднее число предложений также равно 4. Во всех текстах
модели /22111/ нет ни одного, состоящего из 1 предложения, всего 4 состоят из
2. Именно эти формы чем-то «удобны» переводчикам, если они выбираются
ими неосознаваемо в большом количестве переводов.
Большинство переводчиков используют 4 предложения в составе сонета
даже там, где У. Шекспир использует 1–2 предложения или, наоборот, 5–6.
Полагаем, что переводчики следуют традиционной сонетной форме, стремясь
подчеркнуть смысловую законченность каждого катрена (четверостишия) с
помощью конечного знака препинания и пробела между строфами.
В русских текстах, представляющих модели /22111/ и /21111/, количество
слов разнится от 53 до 124. Среднее количество слов в текстах, построенных по
модели /22111/, примерно равно 76, а в текстах модели /21111/ – 71, т.е. 74 –
усредненное количество слов по этим двум моделям. При следовании
классической сонетной форме в каждый из трёх катренов попадает 28% слов,
т.е. примерно 21 слово, а в двустишие – 14 % (это примерно 14 слов). На Рис. 1
представлено распределение слов по строфам в двух текстах, реализующих
модель /22111/, т. е. причина выбора этих форм переводчиками кроется в том,
что указанные формы согласуются со стандартным сценарием развития
художественного произведения, где должны быть завязка сюжета, кульминация,
развязка и соответствующие им участки с различным языковым наполнением и
эмоциональной напряженностью.
Безусловно, далеко не всегда гармония текста в переводе совпадает с
гармонией оригинала, т. е. порожденный переводчиком текст может быть
гармоничен, но по-своему. Это новый текст, с собственной структурой, иногда
отличной от авторской, с иными способами скрытого воздействия на читателя.
При создании текста каждый автор, возможно, не вполне осознанно и
ненамеренно, следует какой-то одной модели развертывания структуры текста,
использует сложившийся в культуре образ внутреннего порционирования
текста, предпочитая расставлять конечные знаки препинания в конце 4-го, 8-го,
12-го стихов, оформляя каждую мысль отдельным предложением. Большинство
переводчиков предпочитают следовать образной структуре оригинала,
пренебрегая важными просодическими элементами, которые, на наш взгляд, не
менее информативны, чем лексико-семантические компоненты, и должны по
мере возможности сохраняться в переводе.
- 12 -
12
35%
30%
25%
20%
15%
10%
5%
0%
1 стр.
2 стр.
Инвариант
3 стр.
Самойлов116
4 стр.
Румер147
Рис. 1 Распределение общего количества слов по строфам в модели /22111/
В работе выдвинуто предположение, что любым текстам, независимо от
авторства
и
времени
создания,
свойственны
общие
тенденции
формообразования, эксплицирующие динамические процессы, возникающие в
результате того, что человек при создании художественного произведения
неосознаваемо следует универсальным физическим законам организации
внутритекстового пространства.
Для дальнейшего анализа большого объёма текстов по различным
параметрам и сопоставления целых циклов друг с другом к текстам необходимо
применить некоторые процедуры, которые позволят привести всю имеющуюся
информацию в единообразный вид. Поэтому для каждого корпуса текстов была
получена формула инварианта текста. В случае же с оригиналами, которых у
нас было несколько, мы выводим общую формулу по каждому из вариантов, а
затем сводим её к единой. Поиск инварианта осуществлялся тремя разными
способами.
Первый способ. Подсчитывалась плотность представленности
аттракторов 1-й и 2-й степени в каждом из позиционных интервалов, иными
словами, в каком количестве текстов каждый из двух аттракторов приходится
на каждый из позиционных интервалов структуры текста: зачин, пред-ГЦн,
пост-ГЦн, пред-ГЦ, пост-ГЦ, конец. Результаты сведены в таблицу (в примере
представлен компьютерный перевод):
Таблица 1. Количество текстов с размещением КА по позиционным
интервалам текстов (компьютерный перевод)
Степень
аттрактора
1
2
Зачин
4
3
предГЦн
50
5
постГЦн
48
81
предГЦ
64
47
постГЦ
23
31
Конец
12
13
Так, из полученных данных следует, что в 64 текстах компьютерного
перевода аттрактор первой степени приходится на зону пред-ГЦ, в то время как
аттрактор второй степени как менее мощный – на зону пост-ГЦн (в 81 тексте).
Этот достаточно абстрактный показатель указывает области текста, к которым
стремится креативный аттрактор в большинстве текстов: в данном случае в
- 13 -
13
инварианте креативный аттрактор расположен в благоприятных для восприятия
зонах текста и он продлён на две зоны.
Второй
способ.
С
помощью функции
«автосумма»
были
просуммированы циклы в каждом из позиционных интервалов по всей
рассмотренной выборке (по каждому конкретному автору), а после этого
составлен баланс полученной формы (наибольшая сумма плотности циклов
дает значение 1, следующая по величине – 2 и т.д. от 1 до 6). В результате
получен инвариант выборки, который может и не совпадать с конкретной
формулой, поскольку будет являться конструктом более высокого уровня
абстракции, отражающим мелкие флуктуации формы относительно
теоретической модели.
Таблица 2. Вычисление суммы циклов (фрагмент по В. Микушевичу)
Формула
текста
/12110/
/12122/
/22111/
/20011/
/12111/
/11222/
/11121/
/21011/
Сумма
Баланс
Зачин
4
3
4
3
5
3
5
4
538
5
ПредГЦн
4
4
8
6
5
5
5
8
956
3
ПостГЦн
6
4
12
6
8
7
5
6
1084
1
ПредГЦ
4
4
9
6
6
6
5
6
979
2
ПостГЦ
2
5
6
4
4
5
4
4
762
4
Конец
2
3
4
2
2
4
2
2
503
6
Так, в приведенном примере, сумма циклов даёт баланс формы 531246,
что не имеет соответствий в конкретных теоретических моделях текстов.
Подобный баланс формы возникает в инвариантных моделях 7 авторов (что в
целом составляет 1 078 текстов): А. М. Финкель, С. Я. Маршак, Ф. Я. Дымов,
В. А. Савин, С. Кадетов, В. В. Козаровецкий и В. Б. Микушевич.
Для проверки достоверности результата при вычислении инварианта мы
используем третий способ – реконструкцию внутритекстового пространства по
характеру границ позиционных срезов в данной выборке: по формулам текстов,
представленных в выборке, подсчитываем суммарное количество пологих,
крутых и симметричных границ для каждого из позиционных срезов.
Полученные данные представлены в таблице 3 на примере цикла переводов Т.
Евлаш, где символами «0», «1» и «2» по горизонтали обозначен тип границы
позиционного среза.
Таблица 3. Характер границ в выборке переводов Т. Евлаш
Позиционный
срез
Зачин
ГЦн
АСП1
ГЦ
АСП2
«2»
51
23
49
69
74
- 14 -
«1»
74
120
79
70
64
14
«0»
21
3
18
7
8
На основе данных, представленных в Табл. 3, получена формула
рассмотренной выборки: /111½2/ , где ½ означает, что количество текстов с
пологой и крутой границей среза примерно одинаковое, то есть процесс
размывается, стабилизируется, не имеет ярко выраженной тенденции к росту
и/или падению интенсивности процесса формообразования текста. Данный
способ позволяет наиболее точное определение инвариантной формы текста,
поскольку наглядно демонстрирует динамические качества формы, дает
возможности более детальной характеристики самого текста и процессов
гармонизации внутренне противоречивых тенденций формообразования,
проявляющихся в росте интенсивности процесса формообразования (границы
типа «2»), снижении интенсивности (границы типа «1»), либо сохранении
имеющегося положения дел (границы типа «0»). На Рис. 2 тренды показывают
восходяще-нисходящие динамические процессы в 24 циклах, представленных
инвариантными формулами. Очевидны общие устремления формы к
позиционным интервалам пост-ГЦн, пред-ГЦ и пост-ГЦ.
Выявляется общая для всех циклов тенденция: креативный аттрактор
локализуется в двух из трех позиционных интервалах от пред-ГЦн до пред-ГЦ.
Примечательно, что креативный аттрактор инварианта оригинала также
тяготеет к локализации в самых благоприятных для восприятия зонах: постГЦн и пред-ГЦ. Данный факт, несмотря на довольно общий характер в силу
высокой вероятности погрешности, ещё раз подтверждает наличие неких
универсальных вариантов развертывания структуры текста в лингвоментальном
времени и пространстве. Автор их не осознаёт, но, тем не менее, следует неким
прототипам как носитель естественного языка.
Подобное же размещение КА наблюдается и при построении инварианта
каждого цикла вторым способом, т.е. при анализе инвариантного баланса
формы. Даже частотные балансы 531246, 521346 и 421123, не имеющие
соответствующих им моделей, фиксируют, что креативные аттракторы
(выделены полужирным шрифтом) во всех циклах, кроме цикла Т. Евлаш,
продлены на два-три позиционных интервала: от пред-ГЦн до пред-ГЦ.
Следует отметить типы градаций и баланс формы в полученных
инвариантах. Баланс формы в сжатом виде показывает объём и расположение
аттрактора, а также изменяемость структуры в других интервалах текста, но
аттрактор выступает в виде «цели» любой сложной самоорганизующейся
системы, в нем реализуется доминантная сущность структур и смыслов целого
текста.
- 15 -
15
14
12
10
8
6
4
2
0
Зачин
21111
пред-ГЦн
11111
пост-ГЦн
22111
пред-ГЦ
22211
пост-ГЦ
22221
22212
конец
22112
Рис. 2 Распределение плотности циклов в наиболее частотных
инвариантных формулах (24 инварианта)
Так, восходящий тип градации наблюдается в инвариантных моделях
оригинала,
подстрочника,
компьютерного
перевода,
переводах
Ю. М. Каплуненко, П. А. Каншина и А. В. Велигжанина. В инвариантах
указанных циклов реализованы по 6 ступеней градационной интенсивности.
Формы с подобными параметрами наиболее эффективны для восприятия
читателем, в них доминантная информация располагается оптимально. Эти
циклы объединяет одно важное качество, которое, на наш взгляд, и
обеспечивает совпадения форм, т. е. наивысшую степень эквивалентности
текстов перевода и оригинала: тексты максимально близки друг другу по
формальным параметрам формы. Так, количество предложений и количество
слов в переводе обеспечивают и определяют ориентацию границ предложений
относительно позиционных срезов, что, в свою очередь, является фактором,
определяющим процессы формообразования текста. Иными словами,
реализуется один из постулатов синергетики о малых причинах, вызывающих
большие последствия.
В инвариантах большинства переводов наблюдается нисходящий тип
градации, с 5–6 ступенями интенсивности, где креативный аттрактор
локализован также в двух интервалах, однако, он может быть не только в предГЦн – пост-ГЦн, но и в пост-ГЦн – пред-ГЦ. Частотны в сводной таблице типы
баланса структуры 531246, 521346 и 421123, не реализованные в теоретически
выделенных моделях. Несмотря на это, здесь проявляется ещё одна общая
тенденция: модели с 6 ступенями иерархичности наиболее употребительны в
текстах, ибо различительны в среде, оптимальны для восприятия и воздействия.
Интересно, что в отличие от большинства инвариантов целых циклов
переводов, которые обладают четко определёнными формами, инвариант
шекспировского оригинала имеет модель 2½22½, где две границы позиционных
интервалов (правая граница интервалов пред-ГЦн и пост-ГЦ) находятся в
- 16 -
16
неопределенном состоянии между крутой и пологой, что отражает
инвариантно-вероятностный характер выборки, колеблющейся относительно
некоторого статистически усредненного состояния. Как мы уже упоминали,
переводчики следуют определённой схеме построения сонета, расставляя
конечные знаки препинания либо по строфам, либо в конце четных стихов. В
текстах У. Шекспира четкой схемы расстановки пунктуационных знаков не
прослеживается. Так, тексты, состоящие из одного предложения, а таких у
У. Шекспира 31, т. е. вероятность 0,2, реализуют модель /22211/. Когда
У. Шекспир ставит конечные знаки препинания, то располагаются они тоже, в
основном, в конце четных стихов и крайне редко – посередине стихов, но одно
предложение может состоять и из 8 стихов, как, например, в 11-м сонете. Что
касается второй границы, находящейся в инварианте в колебательном
состоянии, то, вероятно, нестабильное состояние этой границы вызвано
позиционным размещением замка сонета: композиционная зона конца (0,146 от
абсолютного конца текста) не всегда совпадает с заключительным двустишием,
несущем в себе определённый вывод, заключение из всего сонета (см. Г.Г.
Москальчук, Позиционная точность замка сонета // I Междунар. науч.-практ.
конф. «Вопросы современной филологии в контексте взаимодействия языков и
культур». – Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2013. – С. 188–193).
Следует отметить, что баланс формы имеет одинаковую направленность,
восходящую или нисходящую, практически во всех инвариантах циклов,
полученных двумя последними способами, что ещё раз подтверждает
предположение об универсальности происходящих процессов, повторяющейся
модельности в текстах каждого отдельно взятого автора.
Полученные данные по инвариантам разных циклов были сведены в одну
метамодель текста сонета. Итак, в метаинварианте всего исследованного нами
корпуса текстов КА продлен в среднем на 3 позиционных интервала: пред-ГЦн,
пост-ГЦн и пред-ГЦ, баланс формы: 531246. Метаинвариантная формула
/21111/ имеет плотность циклов 5 – 10 – 8 – 6 – 4 – 2. Это нисходящая модель
развертывания структуры текста с компактным и эффективно локализованным
креативным аттрактором, в которой наблюдается затухание градационной
интенсивности развития структуры к концу текста. Метаинвариантная формула
совпадает с наиболее частотной во всем цикле русских переводов. Выявлено,
что внутритекстовые процессы в большинстве текстов подобны тем, что
наблюдаются в метаинварианте.
В четвертой главе – «Эквивалентность перевода на уровне формы
текста» – рассматривались способы достижения эквивалентности оригинала и
перевода на уровне формы текста. Поскольку изучение процессов
развертывания структуры текста проводится относительно границ
позиционных срезов и границ предложения, то размер и количество
предложений оказывают непосредственное влияние на формообразование. В
данной работе уделяется особенное внимание тому, как переводчики в своих
переводах передают или не передают синтаксические особенности оригинала.
Мы рассмотрели, как переводчики решают проблему передачи синтаксиса и
- 17 -
17
просодических характеристик предложения в сонетах У. Шекспира (данные
представлены в Табл. 4).
В большинстве случаев переводчики пренебрегают синтаксисом, изменяя
число предложений, как правило, в большую сторону, а также изменяя тип этих
предложений по эмоциональному характеру высказывания, что, безусловно,
влияет на интонационную структуру сонета и читательское восприятие.
Переводчики стремятся оформлять каждую мысль в отдельное предложение,
видимо, полагая, что тем самым облегчают читателю понимание текста.
Таблица 4. Соотношение числа вопросительных и восклицательных
предложений в цикле сонетов в оригиналах У. Шекспира и его русских
переводах
Тип предложения
Шекспир Гербель Маршак Лифшиц
Восклицательное
28
92
75
34
Вопросительное
32
76
69
71
Среднее число предложений 3,2
4,3
6
4,5
При расстановке знаков препинания на письме писатель или поэт
руководствуется тем, чтобы помочь читателю правильно воспринять
написанный им текст и понять и воспроизвести интонацию, заложенную
автором. С помощью знаков препинания писатель выделяет в тексте то, что
считает важным (в том числе интонационно). Следовательно, с помощью
пунктуационных знаков автор управляет и эмоциями читателя, отражает
интонацию высказываний. Например, в 66-м сонете реализована автором
интонация несколько монотонного перечисления, с настойчивым нагнетанием
интенсивности перечисления пороков. Падение контура интонации
наблюдается лишь в конце произведения. Известно, что в поэзии интонация
особенно важна для правильного восприятия.
Большая часть текстов оригинала находится в диапазоне 1÷5
предложений в тексте. Несмотря на некоторую вариативность текстов сонетов
У. Шекспира, тем не менее, общая тенденция остаётся неизменной. В данный
диапазон количества предложений попадают также подстрочные переводы,
переводы, выполненные с помощью компьютера, стихотворные переводы
Ю. М. Каплуненко,
А. В. Велигжанина,
С. Кадетова,
В. Я. Тяптина,
Н. И. Сагаловского, В. А. Козаровецкого, а также прозаические переводы
П. А. Каншина. В данных циклах, безусловно, также наблюдается нарушение и
несоблюдение авторского синтаксиса, однако, четко прослеживается тенденция
к невысокой дискретности текста, хотя, возможно, что не все переводчики
ставили себе подобную цель.
Значительно дальше от оригинала по параметру количества предложений
во вторичном тексте находятся переводы С. Я. Маршака, В. Б. Тарзаевой,
И. Е. Чупис, А. З. Фрейдлеса, А.-Г. Архангельского, Ф. Дымова, Т. Евлаш,
М. В. Юдовского. В цикле В. А. Савина нет ни одного текста, состоящего из
1÷3 предложений и мало текстов из 4÷5 предложений. У этого переводчика
самая высокая дискретность текстов по сравнению с остальными. Переводы
- 18 -
18
В. Савина находятся в диапазоне 6÷11 предложений, а 14-й сонет состоит даже
из 19.
Самый высокий показатель совпадения форм, и, следовательно, одна из
характеристик эквивалентности перевода, у Ю. М. Каплуненко. В работе
«Некоторые вопросы репродукции поэтической интонации при переводе с
английского языка на русский (на материале сонетов В. Шекспира)»
утверждается важность сохранения в переводе просодических, интонационноритмических и синтаксических качеств, что автор статьи последовательно
воплощает в своих переводах. Поскольку именно границы предложений,
отраженные конечными знаками препинания, оказывают влияние на результат
стихийной самоупорядоченности формы текста, то высокий процент
совпадения формы текстов Ю. М. Каплуненко с формами оригинала связан
именно с соблюдением авторской просодики. По возможности бережное
сохранение внутритекстовой дискретности оригинала в переводе обеспечивает
графико-просодическое самоподобие, создание и сохранение которого
способно обеспечить эквивалентность формы целого. Причем даже сокращение
объема текста при переводе на 25%, как это произошло в работах
Ю. М. Каплуненко, не помешало переводчику добиться максимальной
эквивалентности.
Затем были изучены эвристические возможности креативного аттрактора,
то есть можно ли судить о свойствах всего текста по области его креативного
аттрактора. Установлено, что степень точности и вольности в целом тексте
коррелирует со степенью точности и вольности в креативном аттракторе, т. к.
часть обладает свойствами и параметрами целого. Данный факт интересен, в
частности, для теории перевода, испытывающей недостаток объективных
способов оценки качеств перевода.
Для подтверждения фрактальной природы текста и креативного
аттрактора был выполнен следующий алгоритм действий:
1) по наибольшей плотности циклов в модели текста выделена область
креативного аттрактора;
2) сопоставлены динамические свойства креативного аттрактора и целого
текста по всему корпусу (восходящесть, нисходящесть и стабильность);
3) в выборочно взятых текстах оценивалась область креативного
аттрактора по следующим параметрам: объем, протяженность и расположение;
количество и характер предложений в области аттрактора, наличие вводных и
служебных слов, междометий; ключевые слова (существительные, глаголы в
т.ч. причастия и деепричастия, прилагательные, наречия); тема креативного
аттрактора и её соотношение с темой всего сонета;
4) подсчитывались показатели точности и вольности перевода в области
креативного аттрактора и во всём тексте.
Параметры формы текста, отраженные в ее формуле, свертывают
значительное количество оценочных характеристик целого: разнообразие
возможных моделей текста, различные объём и локализация области КА в
зависимости от формы текста, разное соотношение характеристик аттракторов
в оригинале и в переводах.
- 19 -
19
В наиболее частотных формах во всем корпусе текстов параметры
восходящести-нисходящести-стабильности динамических процессов в областях
креативного аттрактора и текста совпадают. Конечно, здесь не всегда
наблюдается полное совпадение динамических процессов, однако общая
устремленность градационной динамики этих двух структур говорит в пользу
фрактальной природы креативного аттрактора и самоподобия текста и его
аттрактора.
Изоморфизм структур текста и его аттрактора был подтвержден более
наглядным путем. Для этого в выборочно взятых текстах проанализированы и
сопоставлены формальные показатели точности и вольности как во всем тексте,
так и в области аттрактора. Степень вольности в переводах оценивалась как
количество добавленных переводчиком слов от общего количества слов в
тексте (отдельно для области аттрактора и для всего текста). Далее, для
выявления степени точности подсчитывалось число точно воспроизведённых
слов от числа слов оригинала в аттракторе и во всём тексте. Затем данные
сравнивались.
Так, в популярном у переводчиков 66-й сонете, состоящем из одного
предложения, проявляется яркая синтаксическая особенность: в оригинале
текст состоит из одного предложения. Выбор формы 66-го сонета
представляется неслучайным: непрерывный монолог с перечислением пороков
общества, в котором живёт лирический герой, передаёт его усталость,
нежелание бороться с действительностью. Сохранение подобного
стилистического приёма автора может не только обеспечить эквивалентность
на уровне формы текста, но и передать ритмико-интонационную структуру
оригинала. Особенностью этого сонета является то, что в нём широкая система
образов, а эмоциональный эффект усиливается десятикратным повторением
конструкции с союзом and. В оригинале этот сонет имеет формулу /22211/, где
креативный аттрактор приходится на 2 композиционные зоны – пост-ГЦн и
пред-ГЦ. Данный вариант структуры развертывания текста является
центростремительным, с наибольшей концентрацией плотности циклов в
середине (выделено курсивом):
Tired with all these, for restful death I cry,
As, to behold desert / a beggar born,
And needy nothing trimm'd in jollity,
And purest faith unhappily forsworn,
And gilded honour shamefully misplaced,
And maiden ^ virtue rudely strumpeted,
And right perfection wrongfully disgraced,
And strength by limping sway disab(e)led,
And art made tongue-tied by authority,
AND folly (doctor-like) controlling skill,
And simple truth miscall 'd simplicity,
And captive good attending captain ill:
Tired with all these, from these ^ would I be gone,
Save that, to die, I leave my love alone.
- 20 -
20
Аттрактор текста содержит 35 словоформ, не имеет конечных знаков
препинания, в нём 7 раз повторяется союз and, за которым каждый раз следует
одна и та же синтаксическая конструкция в виде дополнения с определением.
Объектно-образная система фрагмента насчитывает 9 существительных, а с
ними 9 глаголов, 3 прилагательных и 4 наречия, 7 союзов, ни одного
местоимения. В области аттрактора раскрываются лишь несколько образов,
явлений, на которые жалуется лирический герой сонета, но фрагмент не даёт
полного представления о сонете в целом, поскольку желание героя умереть изза жестокости окружающего мира, как и то, что умереть ему не даёт любимый
человек, остаётся за рамками аттрактора, но указаны основные мотивы для
этого решения.
У переводчика Ю. М. Каплуненко одни из самых высоких показателей
эквивалентности на уровне формы текста и в синтаксисе. Сравним лексическое
наполнение области аттрактора в его переводе 66-го сонета, который, также как
и оригинал, имеет формулу /22211/ и состоит из 1 предложения:
Ю. Каплуненко
Устав от всех, я в смерти жду покой:
Нет сил мне видеть / умных в нищете,
И нищих духом в праздности пустой,
И вероломство злобное везде,
И не на месте позолоты честь, ^
И девственность растоптанную грубо,
И совершенству низменную лесть,
И силу слабнущей под властью глупой,
И музу чей ВЛАСТЯМИ сдавлен рот,
И глупость наречённой (знатоком),
И прямоту что простотой слывёт,
И добродетель угнетённой злом:
Устав от всех, ^ ушёл бы в мир иной,
Да быть тогда, моей любви одной.
В. Савин
Устал, и в мир иной уйти хочу,
Здесь бедняков с рожденья ждёт / напасть,
И весело живётся богачу,
И нечестивцев привлекает власть.
И почести мерзавцам воздают,
И девственницы ^ больше не в чести.
И совершенству хода не дают.
И немощь силу гонит прочь с пути.
И УМНЫМ людям ставится препон,
И бездарь поучает мудреца.
И властью попирается закон,
И праведность на службе у глупца.
Устал! ^ Уйти не стоит ничего,
Но жаль оставить друга одного!
В этом фрагменте 30 словоформ, нет конечных знаков препинания и
сохранена авторская анафора в виде союза и. В аттрактор перевода попадают 18
знаменательных слов: 10 существительных, 2 глагола и по 3 прилагательных и
наречия. Этот фрагмент наиболее эквивалентен оригиналу, показатели
точности и вольности здесь одинаковые: по 50 %.
Сравним с переводом В. Савина. Текст содержит 8 предложений (2 –
восклицательные), разделён на 4 строфы (оригинал же написан одной строфой),
имеет формулу /21111/, в которой аттрактор расположен в 2 интервалах: предГЦн и пост-ГЦн. Данный фрагмент, несмотря на то, что он занимает 2
интервала, как и в оригинале и некоторых переводах, в два раза меньше по
количеству словоформ – 15, содержит один конечный знак препинания (чего
нет в оригинале). Сохранена авторская анафора. В данный фрагмент попали 7
образов и объектов (нечестивцы, мерзавцы добавлены переводчиком, власть
расположено не на своём месте в тексте), 1 наречие (весело вместо авторского
образа веселье) и 3 добавленных переводчиком глагола. Для многих переводов
- 21 -
21
характерно, что область креативного аттрактора не раскрывает темы всего
сонета, а содержит частичное перечисление общественных пороков.
Показатели точности и вольности в аттракторе составляют 27 % и 73 %
соответственно. В сонете 75 словоформ (в оригинале 90). Компрессия текста
происходит за счёт того, что переводчик практически не использует
прилагательные и наречия, в тексте нет ни одного местоимения.
Параметры КА и целого текста отличаются в пределах 10 % у
С. Я. Маршака, Ю. М. Каплуненко, Б. Л. Пастернака и В. А. Савина. Большое
несоответствие показателей мы видим у В. Г. Бенедиктова: точность по всему
тексту равна 6 %, в то время как в области КА 28 %. Вероятно, это связано с
тем, что в отличие от других рассмотренных нами текстов, аттрактор в
переводе В. Г. Бенедиктова продлён не на 2 зоны, а на 4, в него попадает ¾
текста, следовательно, сравниваемые фрагменты текстов непропорциональны.
Как видно на Рис. 3, практически во всех исследуемых текстах показатели в КА
коррелируют с показателями всего текста, располагаясь примерно в одном
диапазоне, что еще раз подтверждает наше предположение о возможности
оценивать эквивалентность перевода по области КА.
Рис. 3 Соотношение Точность – Вольность у авторов в 66-м сонете
Помимо 66-го сонета были также подробно изучены показатели точности
и вольности в области креативного аттрактора и всего текста для 53-го, 149-го и
119-го сонетов. При анализе текстов с наиболее высокой точностью перевода,
было выявлено, что показатели точно переведенных существительных в
области креативного аттрактора и во всем тексте разнятся в пределах 0 – 12 %.
Подобие аттрактора и текста объясняется с помощью понятия
фрактальности, т. е. свойством самоподобия, масштабной инвариантности.
Поскольку исследование проводится на большом корпусе вторичных текстов
(переводов), восходящих к одному оригиналу, то в качестве параметров
самоподобия выступают показатели точности и вольности перевода
- 22 -
22
(лексическое соответствие), совпадение синтаксических и графических свойств
(количество слов, предложений, тип предложений по эмоциональному
высказыванию) и самоподобие внутренних процессов, приводящих к
структурной организации целого текста.
Рассмотренные тексты – разные по объему, написаны разными авторами
и имеют собственные варианты развертывания структуры текста, а значит,
области аттракторов в текстах также отличаются и по локализации и по объему.
Но креативный аттрактор как фрактал структуры текста подобен целому не
только по общему показателю точно переведенных или добавленных слов, но и
при более детальном анализе на совпадения по отдельным частям речи.
Подтверждено, что креативный аттрактор и текст обладают схожими
свойствами и параметрами, такими как точность и вольность перевода. Сходны
также параметры более высокого порядка: динамика происходящих внутри
процессов, их общая устремленность. Следовательно, смысловые, структурные
и просодические параметры креативного аттрактора самоподобны, а его
языковое и просодическое наполнение могут использоваться как инструмент
объективной оценки качеств перевода всего текста. Поскольку перевод
является вторичным текстом, то сказанное справедливо к любым вторичным
текстам.
В Заключении подводятся итоги исследования.
На самоорганизацию текста воздействуют природные законы
(пропорциональность по принципу золотого сечения, повторяемость частей и
целого, ритмичность организации и др.), а также случайные причины, в
результате чего в каждом тексте проявляется фрактальный принцип
(самоподобие) порождения и структурирования вторичного текста на фоне
оригинала.
Креативный аттрактор является фракталом структуры текста,
следовательно, по фрагменту можно оценить и править качества всего текста, в
т.ч. эквивалентость перевода на уровне целого и отдельного текста.
Перспективными представляются дальнейшее изучение инвариантных
структур и процессов в текстах и использование возможностей корпусной
лингвистики для исследований в области общей и частной теории текста.
Основные положения диссертации отражены в следующих
публикациях автора:
Публикации в научных журналах, входящих в перечень ВАК
1. Москальчук, Г. Г., Бузаева, Я. А. Самоподобие структуры текста как
переводческая стратегия [Текст] / Г. Г. Москальчук, Я. А. Бузаева // Вестник
Иркутского государственного лингвистического университета. Вып. № 3(24).
Иркутск, 2013. С. 199–207.
- 23 -
23
2. Бузаева, Я. А. Инвариантные тенденции развертывания структуры
текста [Текст] / Я. А. Бузаева // Вестник Челябинского гос-го ун-та. 2014. №10
(339). Филология. Искусствоведение. Вып. 90. С. 24–29.
3. Бузаева, Я. А. Инвариантные тенденции внутреннего порционирования
текста сонета [Текст] / Я. А. Бузаева // Вестник Челябинского гос-го ун-та. 2014.
№26 (355). Филология. Искусствоведение. Вып. 93. С. 14–17.
Статьи в других научных изданиях
4. Бузаева, Я. А. Измерение точности и вольности в переводе [Текст] /
Я. А. Бузаева // Филологические чтения: материалы Международной научнопрактической конференции (Оренбург, 24–25 ноября 2011 г.) Оренбург :
ФГБОУ ВПО «ОГИМ», 2011. С. 453–459.
5. Бузаева, Я. А. Ошибки переводчиков при переводе сонетов
У. Шекспира [Текст] / Я. А. Бузаева // Филологические чтения: материалы
Международной научно-практической конференции (Оренбург, 29–30 ноября
2012 г.) / ФГБОУ ВПО «ОГИМ». Оренбург: ОГУ, 2012. С. 42–46.
6. Бузаева, Я. А. Лингвистические параметры сонетов У. Шекспира в
сравнении с их русскими переводами [Текст] / Я. А. Бузаева // Аспирант, или
Молодое поколение ученых о…: научно-практ. альманах аспирантского
сообщества / ред. кол.: А. Г. Иванова (предс.) [и др.] ; С. В. Любичанковский
(отв. секр.) ; Мин-во образования и науки Рос. Федерации, ФГБОУ ВПО
«Оренбург. гос. пед. ун-т». Оренбург : Изд-во ОГПУ, 2013. Вып. 8. С. 76–81.
7. Бузаева, Я. А. Вариативность формы текста в процессе перевода
[Текст] / Я. А. Бузаева // I Международная научно-практическая конференция
«Вопросы современной филологии в контексте взаимодействия языков и
культур». 15–16 мая 2013 г. Оренбургский государственный педагогический
университет. С. 35–39.
8. Бузаева, Я. А. Интерес к лирике и личности У. Шекспира в Интернетпространстве [Текст] / Я. А. Бузаева // Филологические чтения: материалы
Международной научно-практической конференции (Оренбург, 27–29 ноября
2013 г.) Оренбург: ФГБОУ ВПО «ОГИМ», 2013. С. 29–34. 9-34.
9. Бузаева, Я. А. Синтаксические трансформации при переводе сонетов
У. Шекспира [Текст] / Я. А. Бузаева // Молодежь. Наука. Будущее : Междунар.
студенческая науч.-практ. конф. (Оренбург, 21–23 мая, 2014): сб. статей / Минво образования и науки Рос. Федерации, ФГБОУ ВПО «Оренб. гос. пед. ун-т».
Оренбург: Изд-во ОГПУ 2014. С. 145 – 147.
Подписано в печать 26.01.2015 г. Усл. печ. л. 1,5. Тираж 130 экз. Заказ 8.
ФГБОУ ВПО «Оренбургский государственный педагогический университет»
460014, г. Оренбург, ул. Советская, 19
- 24 -
24
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
11
Размер файла
701 Кб
Теги
сонетов, вторичного, материалы, переводов, самоподобие, принципы, русский, организации, шекспир, формы, текст
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа