close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Властный потенциал человека.

код для вставкиСкачать
Вестник Челябинского государственного университета. 2012. № 35 (289).
Философия. Социология. Культурология. Вып. 28. С. 48–50.
Е. Г. Прилукова
ВЛАСТНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ЧЕЛОВЕКА
В статье рассматриваются взаимоотношения, генезис отношений власти и человека.
Власть есть форма нормирования и контроля над поведением индивидов и практики их осуществления в современном обществе электронных медиа.
Ключевые слова: власть, человек, контроль, масс медиа, норма, поведение, масс медиа,
индивид, общество, образ.
Проблема взаимоотношений человека и
власти относится к числу «вечных» – человека всегда интересует вопрос: он властелин
или подвластен и почему. Власть представляет собой универсальный феномен бытия: она
присутствует везде и всюду, она исходит отовсюду1. В информационном обществе власть
способна принимать различные облики, в том
числе знаково-символические, которые претендуют на обладание самим человеком. Однако что и как бы мы ни говорили, только у
человека есть возможность, в отличие от всех
живых существ, сделать выбор: стать либо
субъектом, либо объектом власти.
Современные компьютерные технологии
способны порождать огромное число знаков
и символов, среди которых ранее неизвестные, не имеющие аналогов в физической реальности. Человеку становится трудно ориентироваться в мире этих знаков и символов,
и диалог человека с миром зачастую редуцируется к одному-единственному отношению
обладания и потребления, что обесчеловечивает бытие индивидов вплоть до глубинного духовного отчуждения и ведет к превращению его в объект власти и всевозможных
манипулятивных практик. В знаково-символическом пространстве многие объекты,
наделенные функцией престижа – деньги,
вещи, власть, успех – становятся субъектом
власти, а человек – объектом. Знаково-символическая наполненность реальности предстает «фабрикой значений, без которой не
может существовать ни одно общество»2. Основным средством и содержанием социальных отношений выступают знаки и символы,
а структуры мира наполняются смыслом знаково-символического плана, социальный мир
создается и пересоздается с помощью знаково-символических форм. Применяя знаки и
символы, индивид определяет смысл вещей,
которыми он обладает или будет обладать,
тем самым, наделяя знаково-символическим
содержанием смысл своего бытия: «Я» становится знаково-символическим, как и все
его окружение. Мир воспринимается как конструкт, набор представлений3, принципиально множественный4 и формируемый с помощью языка, потому что нас определяет язык,
в котором мы живем5. Следовательно, власть
есть укорененной в языке и реализующейся
в форме дискурса феномен6. Таким образом,
человек оказался вовлеченным в структуру
текста: он одновременно автор текста и его
неотъемлемая часть. Поэтому ему следует
научиться «читать» этот текст и понимать. В
этом тексте Я встречается с Другим и начинает понимать себя через его присутствие. В
противном случае вести речь о становлении
человека как субъекта власти нельзя.
Если, начиная с Ф. де Соссюра, «лингвистика зазывала философию к себе в гости,
в дом языка»7, где язык рассматривался как
жесткая структура, то современный язык образов уже не образует систему с внутренней
структурой, она трансформируется: означающее и означаемое могут неоднократно
меняться местами8 в актах коммуникации.
Участники ее находятся в ситуации постоянного становления языка, значит представление о языке как стабильной системе со своей
лексикой, грамматикой, фонетикой – результат абстрагирования9. Тем не менее, деятельность сознания есть взаимоотношение
знаков: «само сознание может реализовать
себя и стать действительным фактом лишь
только в материале знакового воплощения.
Понимание знака есть отнесение данного
понимаемого знака к другим, уже знакомым
знакам; иными словами, понимание отвечает
на знак – знаками же»10. В знаках и символах
соединяется реальный и ментальный планы
бытия, поэтому содержание знака и символа присутствует не отдельно от чувственно-
Властный потенциал Человека
го материала, а в нем самом. Поэтому знак
и символ становятся реальностью, а реальность – знаками и символами, которые есть
нечто идеальное или смысловое. При этом
они не есть только продукты мыслительной
деятельности, они есть нечто ощущаемое/неощущаемое, телесное/бестелесное, творимое/
творящее. Одновременно они переживаемые
категории мысли и жизни, обладающие своей
собственной истинностью, закономерностями и отрешенностью от жизненных реалий.
Они уже не просто среда жизни человека, это
уже сама жизнь, они – «порождающие модели». Мир предстает в виде набора знаков и
символов в сознании и чувствах, «психологическая реальность» эксплицирует реальную. Знаково-символическая деятельность
универсальна, она обладает всеобщим характером, независимо от конкретных видов деятельности, и может выступать как «двойник»
или даже заместитель любой другой деятельности.
Знаково-символическая картина мира, в
процессе которой между знаками и символами и тем, что они означают, выстраивается
цепь сходств и различий, создает предпосылки и для симулятивных замещений11. Важно,
чтобы они не заменили Я и Другого. Избежать этой ситуации можно через понимание
себя как Другого и Другого как себя. Так расширяются горизонты индивидов до горизонтов всеобщего универсального мира и начинается становление человека само-властного,
что проявляется в его стремлении выйти за
рамки каузального порядка, проявить своею
волю и преодолеть себя.
Процесс понимания достаточно сложен,
он – «изначальная форма исполнения человеческого существования <…> это изначальная бытийная характеристика самой человеческой жизни <…> само понимание как
движение трансцендирования, возвышения
над сущим»12. В процессе понимания, при
рассуждении, возникают «вспышки», «озарения»: человек выявляет, образует нечто,
с которым ранее не встречался, потому что
рассуждение не всегда ведется по строгим
правилам логики. Только мир рассудка и логики не в состоянии понять бытие человека,
которое еще и переживается чувствами не
с точки зрения физиологической, а с точки
зрения некой «тайны» сознания («разумный
глаз», «чувствительный ум» и т. п.). В результате человек прибегает к интерпретаци-
49
ям и переинтерпретациям, что представляет
собой уже определенное изменение среды
деятельности и формирование новой. Фактически происходит переструктурирование
взаимодействия13, и открываются новые возможности деятельности.
Поэтому мы полагаем, что человек властвует только в той мере, в какой он о-сознает
свое назначение – выйти за рамки повседневности, не исчерпаться и не ограничиться ее
условиями, потому что человеком не рождаются, а становятся. Следовательно, человеку
важно осуществить свое становление или
само-властвование и стать познающим, творящим и одаряющим14. Это поистине «таинственный» внутренний мир человека, сознание которого есть сочетание знания и чувств,
что мы предлагаем определить его как «прочувственное осознание». В нем в результате
всевозможных комбинаций знаков и символов «переплетаются» знание и чувственные
переживания о его содержании, что оказывает существенное влияние на формирование
образа власти (значительно большее, чем
знания), и в этот момент «является» власть.
Она проявляется как некий знак с огромным
содержательным наполнением, она – символ.
Власть «погружается» в это прочувственное осознание и обретает осознанный облик,
который складывается как мозаика. Облик
власти, порожденный прочувственным осознанием, принуждает человека делать выбор:
он либо объект, либо субъект власти. Человек совершает свободный выбор и, хотя свобода предопределена природой человека, он
никогда не бывает абсолютно свободным: он
постоянно учитывает различные факторы,
обусловливающие его поведение, его отношение к окружающим, его отношение к себе.
Человек самостоятельно мотивирует свою
жизнь, руководствуясь не столько внешними
причинами, сколько внутренней необходимостью, внутренним убеждением жить именно
так, а не иначе. Эта необходимость вытекает
из его собственных убеждений, а не из внешних обстоятельств. Он в состоянии реализовать себя, служить своему делу и своей идее,
несмотря ни на что – ни на давление судьбы,
ни на страх смерти15. Важно различать жажду
и волю власти. Жажда власти исключает понимание Я и Другого, воля власти предполагает их осознание. Становление субъекта власти – довольно сложный и тернистый путь,
который предстоит пройти человеку. Мы ви-
Е. Г. Прилукова
50
дим этот путь становления в «прочтении» и
понимании человеком самого себя, это выход
на новый горизонт.
Примечания
Подорога, В. Власть и познание (археологический поиск М. Фуко) // Власть : (Очерки
современной политической философии Запада) / В. В. Мшвениерадзе, И. И. Кравченко,
Е. В. Осипова и др. М. : Наука, 1989. С. 206.
2
Бергер, П. Социальное конструирование
реальности. Трактат по социологии знания
/ П. Бергер, Т. Лукман. М. : Медиум, 1995.
С. 31.
3
Гадамер, Г. Истина и метод : (Основы философской герменевтики) : пер. с нем. / общ.
ред. и вступ. ст. Б. Н. Бессонова. М. : Прогресс, 1988.
4
Луман, Н. Реальность масс медиа. М. : Праксис, 2005.
5
Гадамер, Г. Истина и метод…
1
Фуко, М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы / пер. с фр. В. Наумова ; под ред.
И. Борисовой. М. : Ad Marginem, 1999.
7
Канке, В. А. Основные философские направления и концепции науки. Итоги XX столетия. М. : Логос, 2000. С. 97.
8
Соссюр, Ф. Труды по языкознанию. М. :
Прогресс, 1977.
9
Бахтин, М. М. Тетралогия. М. : Лабиринт,
1998.
10
Волошинов, Б. Н. Марксизм и философия
языка. Л. : Прибой, 1930. С. 16.
11
Бодрийяр, Ж. Символический обмен и
смерть. М. : Добросвет : Изд-во КДУ, 2006.
12
Гадамер, Г. Истина и метод… С. 311.
13
Гарфинкель, Г. Исследования по этнометодологии. СПб., 2007. С. 29.
14
Хайдеггер, М. Ницше. Т. 1. СПб. : Владимир Даль, 2006. С. 337.
15
Ивин, А. А. Аксиология : науч. изд. М. :
Высш. шк., 2006. С. 286.
6
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
1
Размер файла
235 Кб
Теги
человек, властный, потенциал
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа