close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Переосмысление феномена корпоративной социальной ответственности как результат трансформации мировозрения личности.

код для вставкиСкачать
Р.С. Чистов, Г.В. Панасенко
УДК 347.51:124.5
Чистов Роман
Сергеевич
Аспирант кафедры управления персоналом Сибирского государственного технологического
университета, ChistovRS@maiI.ru, Красноярск
Панасенко Галина
Васильевна
Доктор философских наук, профессор ГОУ ВПО «Сибирский государственный технологиче­
ский университет», sultanis@yandex.ni, Красноярск
ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕ ФЕНОМЕНА КОРПОРАТИВНОЙ
СОЦИАЛЬНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ КАК РЕЗУЛЬТАТ
ТРАНСФОРМАЦИИ МИРОВОЗРЕНИЯ ЛИЧНОСТИ
Chistov Roman Sergeevich
The post-graduate student chair management of the personnel of the Siberian State University of
Technology, ChistovRS@mail.ru, Krasnoyarsk
Panasenko Galina Vasilevna
Professor, Doctor of Philosophy, Siberian State Technological University, sultanis@yandex.ru,
Krasnoyarsk
RECONSIDERATION OF T H E PHENOMENON OF
C O R P O R A T E S O C I A L RESPONSIBILITY AS R E S U L T O F
TRANSFORMATION O U T L O O K O F T H E PERSON
В истории человеческой мысли выделяются различные уровни осмыс­
ления такого феномена, как социальная ответственность. Возникнув вме­
сте с человеческим обществом, ответственность изменялась вместе с ним,
каждый раз занимая определенное место и роль в регулировании проблем
социума. Одновременно с процессами формирования гражданского об­
щества, становлением в человеке личностного начала, утверждения им
созидательных жизненных и межличностных отношений из эпохи в эпоху
происходило переосмысление проявлений свободы и ответственности.
В предлагаемой статье осуществляется попытка выяснить, что пред­
ставляет собой социальная ответственность бизнеса как термин в фило­
софском его рассмотрении. Является ли социальная ответственность биз­
нес-корпораций принципиально новым научным понятием с особыми
принципами функционирования в сущностном его рассмотрении, которое
необходимо конструировать и развивать под влиянием существующих
экономических явлений? Или корпоративная ответственность в своем оп­
ределении должна опираться на незыблемые нравственные абсолюты,
при которых она приобретает уже не прагматический, а безусловно нрав­
ственный характер? Для того чтобы найти достаточно общие ответы на
эти вопросы, обратимся к истории философии и обратим внимание на не­
которые определения ответственности в различные времена.
Одной из наиболее известных философских реконструкций генезиса
социальной ответственности является трехуровневая модель И.М. Пара­
моновой. Согласно точке зрения данного исследователя, вплоть до Ново­
го времени ответственность понималась как наказание, а человек в дан204
ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕ ФЕНОМЕНА КОРПОРАТИВНОЙ СОЦИАЛЬНОЙ.
ной системе находился в безусловной покорности по отношению к при­
роде и социуму. Будучи пассивным участником бытия, индивид отвечал
только за прошлые деяния. Поэтому социальная ответственность в целом
имела негативный оттенок и ретроспективную направленность. Конечно,
античные философы, прежде всего в лице Сократа, Платона и Аристоте­
ля, признавали за человеком некоторую активность в существовании фи­
зического универсума и связывали ее с разумностью индивида. Человек
ощущал вину за неправильное, неразумное поведение, и тем самым про­
являл индивидуальную ответственность. Однако личностное начало еще
не осознавалась как проблема, и свобода бытия существовала в справед­
ливом служении государству, которое мыслилось как высшее благо [7].
В философии Нового времени наиболее яркие примеры обоснования
рассматриваемой категории присутствуют в трудах Гоббса, Локка, Юма и
др., где в целом ответственность понимается как дань части свободы во
имя сохранения благоденствия общества. Ответственность становится
ничем иным, как подотчетностью человека по отношению к социуму. В
рамках этих философских теорий фигурирует принцип познания челове­
ком законов бытия, смысл которого заключается не в слепом принятии
законов природы и государства, а в их познании и действии согласно им.
Постепенно складывается понимание того, что отсутствие в жизни чело­
века социальных связей не может привести к должному уровню общест­
венного порядка и формированию гражданского общества. Свобода и от­
ветственность начинают расматриваться в контексте отношений и взаи­
модействия участников хозяйственной жизни, соблюдающих закон.
В конце XVII в. человек, обладавший в естественном состоянии неог­
раниченной свободой и сменивший эту естественную свободу на общест­
венные права и обязанности, был вызван к жизни новым способом дея­
тельности и хозяйствования и соответствовал положению индивида в
промышленном обществе, где каждый владел какой-либо собственностью
(пусть даже только на свою рабочую силу), т. е. выступал как частный
собственник и рассчитывал, следовательно, на себя, свое собственное
здравое суждение о мире и свое решение. Он исходил из собственных ин­
тересов, и их никак нельзя было сбрасывать со счетов, поскольку новый
тип хозяйства, прежде всего промышленное производство, опирается на
принцип материальной заинтересованности. Так возникло новое общест­
венное явление, которое нашло отражение в представлениях просветите­
лей о человеке как естественном, природном существе, все свойства ко­
торого, в том числе и личный интерес, определены природой. Ведь в со­
ответствии со своей телесной сущностью каждый стремится получить
удовольствия и избежать страданий, что связано с любовью к себе, или
себялюбием, основанном на самом важном из инстинктов - инстинкте са­
мосохранения.
Таким образом, каждый индивид во всех своих действиях исходит из
любви к себе. Однако, будучи просвещен светом разума, он начинает по­
нимать, что если будет думать только о себе и добиваться всего только
для себя лично, то столкнется с огромным числом трудностей, прежде
205
Р.С. Чистов, Г.В.
Панасенко
всего потому, что все желают одного и того же - удовлетворения своих
потребностей, средств для чего еще очень мало. Поэтому люди постепен­
но приходят к выводу, что имеет смысл в какой-то мере ограничить себя;
это делается вовсе не из любви к другим, а из любви к себе; следователь­
но, речь идет не об альтруизме, а о разумном эгоизме, однако такое чув­
ство - гарант спокойной и нормальной совместной жизни. XVIII век вно­
сит в эти представления свои коррективы, которые касаются здравого
смысла: к соблюдению требований разумного эгоизма толкает здравый
смысл, ибо без учета интересов других членов общества, без компромис­
сов с ними нельзя построить нормальную повседневную жизнь, нельзя
обеспечить бесперебойное функционирование хозяйственной системы.
Опирающийся на самого себя независимый индивид, собственник прихо­
дит к такому выводу самостоятельно как раз потому, что наделен здра­
вым смыслом.
К концу X I X в. идея о жертвенности и приверженности индивида к
высшим ценностям была практически утрачена [7]. Вместо отождествле­
ния себя с целями социума, человек воспринимал свою жизнь как глав­
ную цель и ценность. Личность становится созидателем самого себя и ок­
ружающих общественных отношений, признавая за собой свободу дейст­
вия гражданина государства. В этих условиях социальная ответствен­
ность понимается как общий уровень развития ответственных отношений
в обществе в его индивидуализированном виде. Ответственность соотно­
сится с надежностью, главной функцией которой является предвидение
результатов деятельности в будущем с точки зрения перспективного раз­
вития.
Рассматривая новую этику ответственности, безусловно, необходимо
отметить труд широко известного западного мыслителя Г. Ионаса
«Принцип ответственности. Опыт этики для технологической цивилиза­
ции» (1979). Именно в нем содержится эскиз новой этики, построенной
вокруг принципа ответственности за будущее, утверждаемого Ионасом в
качестве категорического императива [2]. Вся предшествующая этика,
согласно Йонасу, была антропоцентрической, где человек «метафизиче­
ски» и этически объявлялся «мерой всех вещей». Этот тезис был превра­
щен в основу гуманизма. Теперь же настало время, когда антропология в
философии должна быть подчинена метафизике целостного бытия. Необ­
ходимо по-новому и в более четких рамках, чем когда-либо поставить во­
прос об этическом контексте любого знания и типа действия, в том числе
предпринимательской активности. Новая этика будущего должна быть
основана на дальновидности прогнозов, широте взятой ответственности
перед будущими поколениями и глубине замыслов, составляющих буду­
щую сущность личности.
Исходя из концепции капитализма и свободного предпринимательст­
ва, с самого начала считалось, что действия многих подразделений от­
дельных предприятий, реагирующих на рыночные условия и ведомых
«невидимой рукой» Адама Смита, каким-нибудь образом приведут к же­
лаемым результатам. Однако в последнее десятилетие двадцатого века
206
ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕ ФЕНОМЕНА КОРПОРАТИВНОЙ СОЦИАЛЬНОЙ...
стало ясно, что «невидимая рука» дает сбои. Она зависела от консенсуса
принципов и ценностей, которые перестали существовать. Поэтому биз­
нес должен разделить ответственность за судьбу всего общества, принять
традицию, никогда ранее не существовавшую при капитализме. Каждое
решение, каждое предпринятое действие должно рассматриваться в свете
этой новой ответственности, которая за последние десятилетия получила
название корпоративной социальной ответственности (КСО).
На сегодняшний день, как и у многих гуманитарных понятий, у КСО
четкого и единого определения нет ни в Америке, ни в Европе, ни в Рос­
сии. Наука, различные общественные и государственные организации посвоему трактуют это понятие.
По мнению главного редактора журнала «КСО своими руками» Р. Куринько «Корпоративная социальная ответственность - это деятельность
компании, направленная на системное взаимодействие со своими стейкхолдерами (объектами или субъектами по отношению к компании, кото­
рые либо находятся под влиянием деятельности компании, либо сами
оказывают влияние) с целью сбалансирования функционирования и раз­
вития компании с ожиданиями общества. Конечной целью КСО является
получения дополнительной прибыли, снижения затрат, или прочих бла­
гоприятных результатов для компании. К числу стейкхолдеров, как пра­
вило, относят работников компании, собственников, акционеров, органы
местной власти, поставщиков и т.д.» [4].
По определению основателя британской экспертной организации
Corporate Citizenship Company Дэвида Логана, «КСО означает управление
воздействием компании на общество и измерение этого воздействия» [4].
Ассоциация менеджеров России под социальной ответственностью
бизнеса понимает добровольный вклад в развитие общества в социаль­
ной, экономической и экологической сферах, связанный напрямую с ос­
новной деятельностью компании и выходящий за рамки определенного
законодательного минимума» [5].
В сущности, практически все представленные трактовки КСО имеют
праксиологический и прагматический характер, рассматривая прибыль
компании как механизм самосохранения, а ответственность как форми­
рующийся экономический инструмент. Данный подход является преиму­
щественно позитивным, который ставит благополучие людей после де­
нежного роста, ограничивая себя лишь законом, несмотря на то, что лю­
бая организация - это артефакт, продукт человеческой деятельности, а
люди (персонал и потребители) - главная ценность для компании.
Безусловно, экономический и этический субъектный фактор сущест­
вуют в пространстве индивидуальных взаимодействий и норм, обеспечи­
вающих разрешение противоречия индивидуальных желаний и воль. Од­
нако между этической и экономической формой реализации образа жизни
в основании находится важное различие, связанное с подходом к общест­
венной индивидуальности. В указанной мысли нам импонирует мнение
методолога экономической науки Н.О. Вилкова.
Согласно точке зрения данного исследователя, субъект этики прини207
Р.С. Чистов, Г.В.
Панасенко
мает как свои собственные проблемы всего человечества, так и каждого
человека в отдельности. Взаимодействие индивидов осуществляется в
полноте пространства культуры именно потому, что каждый индивид
рассматривается как равный другому, а, следовательно, вбирающий в се­
бя все определения культуры. Экономический субъект интересуется в
своем существовании лишь собой. Его «забота» о других индивидуумах
чисто внешняя, хотя и деятельная, осуществляемая через предметное
пространство результатов его деятельности. Общение с другими индиви­
дами восприятие их ограничивается вследствие этого лишь экономикой,
экономической культурой, то есть культурой взаимной предметной дея­
тельности [1].
Важным для теории нравственности является утверждение, что пове­
дение человека не детерминировано внешними обстоятельствами, то есть
человек является свободным, а, следовательно, его действия диктуются
не необходимостью, а его выбором. Выбор же осуществляется на основе
оценок вариантов действия. Эти оценки, если они не обусловлены чисто
прагматическими суждениями, носят характер норм. С другой стороны,
сам процесс выбора является полем для морально-этических оценок. Если
человек свободен в своем выборе, значит он ответствен за этот выбор, а,
следовательно, ответствен за последствия этого выбора [3]. Если послед­
ствия носят негативный характер, значит действия человека получают от­
рицательную оценку, если же действия носят позитивный характер, эта
оценка будет положительной. Однако, на основании каких критериев
оцениваются результаты поведения, а следовательно, и само поведение?
Поскольку человек - существо не только экономимическое, но также со­
циальное и духовное, то и его поступки могут быть оценены не только с
точки зрения их экономической эффективности, но и с точки зрения об­
щественных интересов и этических норм. В результате признание свобо­
ды действий человека неизбежно приводит к возникновению моральноэтической окраски теории корпоративной ответственности.
В существующих условиях жизнедеятельности каждого человека, в
эпоху сложных, а возможно опасных экономических и социокультурных
трансформаций должно прийти четкое понимание того, что экономиче­
ская наука не имеет оснований и прав возводить свой метод анализа в
норму. Экономика должна осознать ограниченность и условность своих
моделей, поскольку важной составной частью предмета этой науки явля­
ется поведение человека, описание которого не исчерпывается логикой
экономического анализа. Это область этики, использующей иные методы
познания, чем методы научные.
Таким образом, защита нормативных элементов предмета экономиче­
ской науки от экспансии позитивного анализа является нашей задачей. Не
отдельные нормы поведения в широком пространстве работы позитивно­
го подхода, а позитивные элементы деятельности, ограниченные обосно­
ванной абсолютной нормой. Не прагматическая ответственность в рас­
ширяющихся направлениях свободы бизнеса, а достаточная свобода, без­
условно подчиненная принципу ответственности. Именно такая установ208
ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕ ФЕНОМЕНА КОРПОРАТИВНОЙ СОЦИАЛЬНОЙ.
ка должна быть взята за основу понятийного описания КСО.
По мнению Н.О. Лосского, нравственное добро и зло есть ценность
поступков личного существа, а также ценность самой личности как ис­
точника поступков. Всякое лицо, будучи существом свободным и наде­
ленным свойствами, правильное использование которых ведет к абсо­
лютному совершенству, несет абсолютную нравственную ответствен­
ность за свои поступки. Каждое лицо ответственно не только за субъек­
тивную, но и за объективную сторону своих поступков, а также не только
за форму, но и за содержание их. Поэтому формирующаяся система этики
бизнеса должна учитывать при нравственной оценке не только мотивы
поведения: корыстность, бескорыстие и т. п. (этика намерения), но и объ­
ективное содержание принимаемых управленческих решений и предви­
димых благодаря опыту объективных последствий (этика результата). Как
бы много ни было обстоятельств (незнание, глупость, болезнь и т.п.),
уменьшающих ответственность организации за объективное несовершен­
ство ее поведения, все же эта ответственность никогда не может быть
вполне снята с нее [6].
Нравственное значение управленческого решения определяется не
только субъективными актами, но и тем, на что они направлены. Поэтому
чрезмерная забота о субъективной стороне поведения, перенесение цен­
тра тяжести на свой внутренний мир, легко может привести к тому нрав­
ственному извращению, которое называется фарисейством. Оно состоит в
том, что организация делает «добро ради добра», а не из живой любви к
человеку или обществу; она сосредоточивает внимание не столько на вы­
зывающем сострадание объекте, сколько на том, чтобы быть «доброй» и
«справедливой».
Таким образом, ответ на поставленный в настоящей статье вопрос
можно сформулировать так. Корпоративная социальная
ответствен­
ность - это новая категория современного бизнеса, которая на данном
этапе своего конструирования может и должна отказаться от уже
складывающихся жестких прагматических предпосылок,
навязываемых
идеологией общества потребления, и принять за основу своей деятельно­
сти принцип ответственности, опираясь на объективные условия нрав­
ственного поведения. Только способность и желание принять организа­
циями вышеуказанные установки могут положить начало разрушению
духа коммерческого соперничества, личного интереса и созиданию ду­
шевного и порядочного поведения бизнеса. Без этого свобода человека
примет вектор произвола, который приведет бизнес к еще более бессмыс­
ленному поклонению золотому тельцу, неуважению закона, продажности
и взяточничеству.
Библиографический список
1. В и л к о в , Н . О . Ф и л о с о ф и я б о г а т с т в а [Текст] / Н . О . В и л к о в . Т ю м е н ь : И з д а т е л ь с т в о
Т ю м е н ь с к о г о г о с у д а р с т в е н н о г о у н и в е р с и т е т а , 2000. - С. 102-103.
2. Й о н а с , Г . П р и н ц и п о т в е т с т в е н н о с т и . О п ы т э т и к и д л я т е х н о л о г и ч е с к о й ц и в и л и з а ­
ц и и [Текст] / Г. Й о н а с . - М . : А й р и с - п р е с с , 2004. - 480 с.
209
Р.С. Чистов, Г.В. Панасенко
3. Калмычкова, Е.Н. Э к о н о м и ч е с к о е м ы ш л е н и е : ф и л о с о ф с к и е п р е д п о с ы л к и
[ Т е к с т ] / Е . Н . К а л м ы ч к о в а , И . Г . Ч а п л ы г и н а . - М : И Н Ф Р А - М , 2005. - С. 151-152.
4. Куринько Р. К С О в п о н я т и я х и т р а к т о в к а х [ Э л е к т р о н н ы й р е с у р с ] / Э л е к т р о н н ы й
ж у р н а л К о р п о р а т и в н а я с о ц и а л ь н а я о т в е т с т в е н н о с т ь с в о и м и р у к а м и . - 2008. - № 1 . Р е ж и м д о с т у п а : http://www.csrjournal.com.
5. Литовченко, С Е . С о ц и а л ь н а я о т в е т с т в е н н о с т ь к о м п а н и и : п р а к т и ч е с к а я п о л ь з а
д л я б и з н е с а [Текст] / С Е . Л и т о в ч е н к о . - М . : А с с о ц и а ц и я м е н е д ж е р о в , 2002.
6. Лосский, Н.О. У с л о в и я а б с о л ю т н о г о д о б р а [Текст] / Н . О . Л о с с к и й . - М : П о л и т ­
и з д а т , 1 9 9 1 . - 3 6 8 с.
7. Парамонова, И.М. С о ц и а л ь н а я о т в е т с т в е н н о с т ь : г е н е з и с , с у щ н о с т ь , с т р у к т у р а и
с т р а т е г и я р а з в и т и я [Текст] / д и с . ... к а н д . ф и л . н а у к : 09.00.11 / И . М . П а р а м о н о в а . С а н к т - П е т е р б у р г , 2 0 0 1 . - 125 с.
8. Слесарев, Ю. В. В о с п и т а н и е т о л е р а н т н о с т и у б у д у щ и х с п е ц и а л и с т о в м е н е д ж е р о в [Текст] / Ю . В . С л е с а р е в // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . - 2008. № 2 . - С. 221-241.
9. Токарев, B.C. О т в е т с т в е н н о с т ь л и ч н о с т и как с о ц и а л ь н о - п е д а г о г и ч е с к а я п р о б л е ­
ма [ Т е к с т ] / B . C . Т о к а р е в // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . - 2008. - № 2. С. 241-255.
10. Калинина, Е.А. А к с и о л о г и я в в о с п и т а т е л ь н о й д е я т е л ь н о с т и вуза [Текст] /
Е.А. К а л и н и н а // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . - 2008. - № 2. - С. 279-287.
11. Щуркова, Н.Е. П р о ф е с с и о н а л ь н а я т и п о л о г и я и л и о б р а з с у б ъ е к т а в о с п и т а т е л ь ­
н о г о п р о ц е с с а [Текст] / Н . Е . Щ у р к о в а , Е . Ф . Б а р а н о в а // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р ­
н а л . - 2008. - № 4. - С. 129-149.
12. Арынгазин,
К.М. М е н т а л и т е т - с у б с т а н ц и я д у х о в н а я , о б р а з о в а т е л ь н а я и
в о с п и т а т е л ь н а я [Текст] / К . М . А р ы н г а з и н , Б . Т . С а р д и б е к о в а // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е ­
с к и й ж у р н а л . - 2008. - № 4. - С 149-159.
13. Иванова, В.М. С а м о а к т у а л и з а ц и я с м ы с л о в и ц е н н о с т е й в у ч е б н о й д е я т е л ь н о с т и
с т у д е н т о в [Текст] / В . М . И в а н о в а // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . - 2008. - № 4. С 207-215.
14. Исаев, И.Ф. П р о ф е с с и о н а л ь н о - т в о р ч е с к о е с а м о р а з в и т и е л и ч н о с т и : в о с х о ж д е н и е
к а к м е [Текст] / И . Ф . И с а е в , И . А . Ш а р ш о в // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . 2 0 0 9 . - № 2 . - С 43 - 54.
15. Куликова, Л.Н. В з а и м о п о н и м а н и е с у б ъ е к т о в п е д а г о г и ч е с к о г о п р о ц е с с а к а к
ц е н н о с т ь о б р а з о в а н и я [Текст] / Л . Н . К у л и к о в а // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . 2009. - № 2. - С. 166 - 179.
16. Князева, Т.Б. С т а н о в л е н и е ч е л о в е к а в о б щ е с т в е : к у л ь т у р н о - и с т о р и ч е с к и й ас­
п е к т р а с с м о т р е н и я [Текст] / Т.Б. К н я з е в а // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . - 2009. № 2 . - С 1 8 0 - 192.
17. Барановская, Л.А. С т р а т е г и ч е с к и й п о д х о д к п р о б л е м е с т а н о в л е н и я
социаль­
ной о т в е т с т в е н н о с т и с т у д е н т о в [Текст] / Л . А . Б а р а н о в с к а я , Н . А . И г н а т о в // С и б и р с к и й
п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . - 2009. - № 3. - С. 127 - 133.
18. Барановская, Л.А. К в о п р о с у о ц е н н о с т н о й с т р у к т у р е с о ц и а л ь н о й о т в е т с т в е н ­
н о с т и [Текст] / Л . А . Б а р а н о в с к а я // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . - 2008. - № 1. С 204-212.
19. Батракова, С.Н. Л и ч н о с т н о е с м ы с л о с о з и д а н и е к а к п р о б л е м а о б р а з о в а т е л ь н о г о
п р о ц е с с а [Текст] / С . Н . Б а т р а к о в а // С и б и р с к и й п е д а г о г и ч е с к и й ж у р н а л . - 2009. - № 4. С. 133 - 139.
210
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа