close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Права человека и гражданина как социально-юридический феномен плюрализм концептуального осмысления.

код для вставкиСкачать
УДК 340.1
ББК 67.0
97
М.Г. Козлитина
ПРАВА ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА
КАК СОЦИАЛЬНО-ЮРИДИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН:
ПЛЮРАЛИЗМ КОНЦЕПТУАЛЬНОГО ОСМЫСЛЕНИЯ
Рассматриваются теоретико-правовые аспекты феномена прав и свобод человека и
гражданина. Рассматриваются естественно-правовая и позитивистские доктрины
права, их многовековая полемика, в настоящее время приведшая их к конструктивному
взаимодействию в рамках концепции правового государства. Освещается процесс институциализации прав и свобод человека и их системный характер, выражающийся в
универсальности, неделимости, взаимозависимости и взаимосвязанности.
Права и свободы человека – одна из
фундаментальных категорий теоретического правоведения. Природа прав и свобод
человека и гражданина, проблема их реализации являлись предметом размышлений на протяжении всего существования
человечества. Еще древние мыслители в
какой-то мере пытались сформулировать
идеи, касающиеся прав и свобод человека.
Однако необходимо констатировать тот
непреложный факт, что к настоящему времени в отечественной и зарубежной юридической науке ещё не выработано единого представления о праве, и что многие
проблемы, касающиеся правопонимания,
едва ли не стали вечными. Об этом со всей
очевидностью свидетельствует государственно-правовой опыт многих стран, а
также многочисленные исследования по
данной тематике.
Вопросам, касающимся институциализации прав и свобод человека, посвящены
исследования ученых, которые нашли отражение в многочисленных монографиях
и статьях. Несмотря на прилагаемые в
различные периоды усилия юристов традиционные проблемы, связанные с правами и свободами человека и гражданина,
в частности с их природой, сущностью и
назначением, до настоящего момента остаются острыми и нерешенными.
На первый взгляд юриспруденцию
отличает большое число и разнообразие
концепций права. «Ни в какой другой
науке нет столько противоречащих друг
другу теорий, как в науке о праве, – писал
Б.А. Кистяковский. – При первом знакомстве с нею получается даже такое впечатление, как будто она только и состоит из теорий, взаимно исключающих друг друга»
[8, с. 374]. «Однако при более пристальном
рассмотрении, – пишет Н.В. Варламова, –
оказывается, что все они укладываются в
достаточно ограниченный и неизменный
набор парадигм, конкурирующих между
собой на протяжении всей истории правовой мысли.
Речь идет об уже ставшем хрестоматийным выделении в теории и философии права двух базовых типов правопонимания –
позитивистского и непозитивистского, к
которым с большей или меньшей последовательностью тяготеют все известные концепции права… Вырваться за рамки этих
типов правопонимания или обосновать несостоятельность их противопоставления
пока никому не удавалось» [2, с. 69].
Выделение позитивистского и естественно-правового подходов к рассмотрению феномена прав человека акцентирует
основополагающие различия во взглядах
на природу права.
Долгое время представители естественно-правовой и позитивистский школ
ожесточенно полемизировали между собой. Наибольшей остроты эта полемика
достигла в XIX – начале XX в. В рамках естественно-правовой доктрины права проводилась идея внегосударственного, естественного происхождения прав человека,
их полной независимости от государства
и законодателя. Тем самым абсолютизировалась их неотчуждаемость. Английские
философы А. Смит, Д. Рикардо, Дж. Локк,
Б. Констан своими идеями сводили роль
государства к охране от чьих бы то ни было
посягательств на свободу и права человека, в первую очередь права собственности.
Прежде всего, они ратовали за полное невмешательство государства в экономику.
С точки зрения представителей позитивистского подхода, сформировавшегося во
второй половине XIX в. в Германии и Австрии, напротив, единственным источни-
Общество
Ключевые слова:
естественно-правовая теория, государство, конституция, позитивистская доктрина,
права человека и гражданина, теория права.
Terra Humana
98 ком права является государство. По выра-
жению Г. Кельзена, государство ни в коем
случае не может «стоять позади права», так
как именно оно и только оно является воплощением правопорядка [22, с. 177–178].
А. Меркель, Д. Остин, К. Бергбом и другие представители позитивно-правового
подхода, видевшие свою главную задачу в
систематизации действующего права, выступали с резкой критикой естественноправовой доктрины. Еще раньше критика
идеи внегосударственного происхождения
прав человека звучала у Г.В.Ф. Гегеля. В
своем учении о праве и ступенях его развития великий немецкий философ показал,
что последовательное развитие буржуазной концепции прав человека как естественных и врожденных, включая неограниченную свободу индивида, приводит к
индивидуализму и отрицанию самой идеи
права: «Когда мы слышим, что свобода состоит вообще в возможности делать все, что
хотят, то мы можем признать такое представление полным отсутствием культуры
мысли, в этом представлении нет еще ни
малейшего даже намека понимания того,
что есть в себе и для себя свободная воля,
право, нравственность и т. п.» [5, с. 44].
Крайности естественно-правовой доктрины критиковали и русские юристы.
2-й половины XIX в. Так, Б. Чичерин писал: «Учение о неотчуждаемых и ненарушимых правах человека, которые государство
должно только охранять, но которых оно
не смеет касаться, есть учение анархическое. Необходимым его следствием является
постановление французской конституции
1793 г., что, коль скоро права народа нарушены, так восстание составляет не только для
всего народа, но и для каждой части народа, священнейшее из прав и необходимейшую из обязанностей. При таком порядке
каждый делается судьей своих собственных
прав и обязанностей, начало, при котором
общежитие немыслимо. В здравой теории,
также как и в практике, свобода только тогда становится правом, когда она признается
законом, а установление закона принадлежит государству» [23, с. 301–302]. Сходные
мысли высказывал и Н.М. Коркунов [11].
Приверженцы естественно-правового
подхода усматривали в концепции позитивного права опасность полного исключения из области рассмотрения таких
ценностей, как человек, его жизнь, достоинство. Представление о правах человека
как случайном «даре» государства не соответствовало самосознанию цивилизованных людей второй половины XIX в.
Отметим, что в области международного права теория надпозитивной природы
прав человека практически доминировала,
начиная уже со времен Г. Гроция. Например, Ф.Ф. Мартенс писал, что «все образованные государства признают за человеком
как таковым, безотносительно к его подданству или национальности, известные
основные права, которые неразрывно связаны с человеческой личностью» [13, с. 327].
И. Блюнчли писал, что «естественные права человека должны быть уважаемы как в
мирное, так и в военное время» [1, с. 316].
В конституционных актах, последовавших в XVIII в. за американской и
французской революциями, за человеком
признавались определенные свободы, т.е.
сферы, находящиеся вне регулирования
и вмешательства государства. Наряду со
«свободами» также стали закрепляться и
права, которые могли быть реализованы
только через позитивную (законодательную и исполнительную) деятельность
государства. Именно в эпоху буржуазных
революций появляется и понятие прав человека. Основанные на теории естественного права и либеральных идеях, права
человека рассматривались как комплекс
субъективных прав, облаченных в юридическую форму и имеющих естественную и
независимую от государства природу.
С конца XVIII – начала XIX в. права и
свободы человека постепенно стали закрепляться в законодательстве все большего количества государств. В последующем ни одно
государство, претендовавшее на то, чтобы
считаться демократическим, не могло не записать в своей Конституции определенный
перечень этих прав. Признание и защита
прав человека стали приоритетной функцией и неотъемлемым атрибутом компетенции
большинства государств [19, с. 9–14].
В XX в. обнаружилась совместимость
естественно-правового и позитивистского
подходов, дискуссии между представителями двух подходов приняли более мягкий
характер, результатом их конструктивного
взаимодействия стала концепция правового государства [7]. В современном праве
противоположности естественно-правового и позитивистского подходов к природе
прав человека проявляются в виде тенденций. Естественно-правовая тенденция
состоит в утверждении самостоятельности
прав человека, их независимости от того,
насколько полно они отражены в позитивном законодательстве. Позитивистская тенденция проявляется в преимущественном
внимании к тем правам человека, объем и
ции объединенных наций. В Уставе ООН, 99
подписанном 26 июня 1945 г., указано, что
основная цель этой всемирной организации
заключается в том, чтобы «избавить грядущие поколения от бедствий войны» и «вновь
утвердить веру в основные права человека,
в достоинство и ценность человеческой личности, в равноправие мужчин и женщин».
Все члены ООН должны выполнять обязательства по развитию уважения к правам
человека и обеспечению реализации этих
прав на практике в сотрудничестве с ООН
и другими странами. В то же время Устав
не конкретизирует само понятие «права человека», а тем более их перечня, и не устанавливает специальных механизмов по выполнению государствами – членами ООН
указанных положений.
Устранить данный пробел позволило
принятие Генеральной Ассамблеей ООН
10 декабря 1948 г. Всеобщей декларации
прав человека. Этот документ был определен, как общий стандарт, «к достижению
которого должны стремиться все страны и
народы» [4]. В 1966 г. были приняты Пакт об
экономических, социальных и культурных
правах и Пакт о гражданских и политических правах, которые во многом раскрывают
нормы Всеобщей декларации прав человека [15, 16].
Всеобщая декларация прав человека –
это первый международный документ, в
котором изложен широкий перечень основных прав и свобод человека. «По существу,
декларация явилась первым международным актом, который признал, что права
человека принадлежат ему от рождения и
без них он не может реализовать себя как
личность. И какое бы ни было по своему устройству государство, оно обязано уважать
человеческие права, признавать их и обеспечивать» [14, с. 3].
Хотя Всеобщая декларация прав человека не является международным договором,
весьма широкое распространение получило мнение, что она в силу обычая приобрела обязательную юридическую силу.
Принципиальное значение для понимания взаимоотношений внутри системы
основных прав и свобод человека имеет п. 5
Декларации, который утверждает, что все
права человека универсальны, неделимы,
взаимозависимы и взаимосвязаны. Международное сообщество должно относиться к
правам человека глобально, на справедливой и равной основе, с одинаковым подходом и вниманием. Хотя необходимо иметь в
виду значение национальной и региональной специфики и различие исторических,
Общество
содержание которых четко определены законодателем посредством конституирования их в позитивных правовых нормах.
Различие между двумя тенденциями
находит свое отражение и в конституциях
современных государств. Так, в Конституциях США, Франции, Италии, Испании
воплощена надпозитивная (естественноправовая) концепция прав человека, а в
Конституциях Австрии, ФРГ – позитивистская [19, с. 12]. Но отчетливо в этих документах проявляется и тенденция к сближению естественного и позитивного права.
Конституция США 1787 г. и французская
Декларация прав человека и гражданина
1789 г. – воплощают естественно-правовую
доктрину. Так, в ст. 1 Декларации прав человека и гражданина, автором которой был
известный французский ученый Р. Кассен,
провозглашалось, что «все люди рождаются
свободными и равными в своем достоинстве и правах» [10]. Конституция США 1787 г.
первоначально вовсе не содержала перечня
неотчуждаемых прав, т.к. отцы-основатели
стояли на позициях естественного права и
потому полагали, что права человека самоочевидны и не нуждаются в перечислении их
в Конституции. Из этих соображений участники Конвента 1787 г. отказались включить
Билль о правах в федеральную Конституцию. Однако вскоре стало очевидно, что это
ошибочное решение, т.к. отсутствие в Конституции перечня федерально закрепленных прав и свобод вызвало резкую критику.
Три участника Конвента в Филадельфии
(Э. Джерри, Э. Рэндольф, Дж. Мейсон) отказались скрепить его подписями, мотивируя свое решение отсутствием в документе
билля о правах, и именно их позиция была
поддержана общественностью [9, с. 93–95].
В 1789 г. Дж. Мэдисон внес на рассмотрение
Конгресса США проект дополнения федеральной Конституции биллем о правах, который и был ратифицирован к концу 1791 г.
Этот документ имел огромное практическое
значение для своего времени и не утратил
его и поныне. Входящие в него поправки, устанавливающие основные права и свободы
человека и гражданина, детализированные
законодательством Конгресса и получившие
толкование в многочисленных решениях
Верховного суда, составляют одну из основ
американской демократии [17, с. 127].
Международное признание прав человека, несмотря на долгую историю их существования как учения и правового института,
произошло лишь после окончания Второй
мировой войны и стало одним из основополагающих принципов создания Организа-
Terra Humana
100 культурных и религиозных особенностей
государства независимо от их политических, экономических и культурных систем
несут обязанность поощрять и защищать
все права человека и основные свободы.
Эти положения имеют чрезвычайно важное и принципиальное значение. А именно,
утверждая системную взаимосвязь между
основными правами и свободами человека,
они в то же время предостерегают от любых
попыток установления какой бы то ни было
ценностной иерархии в системе этих прав,
выделения среди них первостепенных и
второстепенных, более и менее важных,
в большей или меньшей степени нуждающихся в защите со стороны государства.
В научной литературе некоторые авторы пытаются установить подобные иерархии [18]. Как правило, они возникают
в результате неправомерного смешения,
с одной стороны, структурно-логической
иерархии, неизбежной в правовом документе в силу присутствующей в нем логики изложения и линейной структуры
текста, и, с другой стороны, ценностной
иерархии прав и свобод.
Системный характер прав и свобод человека и гражданина выражается в их универсальности, неделимости, взаимозависимости и взаимосвязанности.
В процессе генезиса и эволюции системы
прав и свобод человека и гражданина выделяют несколько этапов, характеризуя поколения прав человека. Идея о поколениях
прав человека была рождена лозунгами Великой Французской Революции «Свобода.
Равенство. Братство» и разработана французским юристом К. Васаком. По времени
разработки и принятия к первому поколению прав человека относятся гуманистические и либеральные представления о ценности человеческой жизни, индивидуальных
интересов и потребностей. За несколько веков – от эпохи гуманизма, к веку Просвещения и до середины ХХ в. – сформировались
личные гражданские и политические права
человека: равенство перед законом, равенство гражданина и государства, право на
жизнь, свободу, безопасность, право судебной защиты, презумпция невиновности,
свобода слова, свобода вероисповедания.
Эти права принадлежали гражданам, а государство не должно было их ограничивать
или посягать на них, и это было самым правильным в развитии прав человека.
Второе поколение прав – это социальные, экономические, культурные притязания людей, которые государство, наоборот, должно всячески решать. Право на
труд, на справедливые и благоприятные
условия труда, на защиту от безработицы,
на отдых, на образование и др. На государство возлагается организационная и
хозяйственная деятельность, которая позволила бы гарантировать благополучие
и социальную обеспеченность граждан.
Особенно это важно для уязвимых слоев
населения: женщин, детей, инвалидов.
Решающую роль в признании прав второго поколения сыграл СССР, который – не
в последнюю очередь из идеологических
и политических соображений – неизменно настаивал на включении прав второго
поколения в международно-правовые документы. В результате права второго поколения сначала нашли отражение во Всеобщей декларации прав человека (1948 г.),
а затем были закреплены в Международном пакте об экономических, социальных
и культурных правах (1966 г.) [12, с. 13].
Третье поколение прав – новейшее понимание прав человека, более широкое и
глубокое. Особенность этих прав состоит
в том, что они являются коллективными
правами, основанными на солидарности.
Право на развитие, на мир, независимость,
самоопределение, территориальную целостность, суверенитет, избавление от колониального угнетения, право на достойную жизнь, на здоровую окружающую
среду, на общее наследие человечества, а
также право на коммуникации (Интернет
и т.п.) [25, с. 29].
Ф. Клюг предлагает вместо поколений
прав человека ввести понятие трех «волн»
прав человека, из которых первая волна
нашла основание в ценностях свободы и
автономии; вторая – в идеях человеческого
достоинства и равенства; а третья – в участии и взаимодействии людей, в результате
чего возникают сложные отношения между правами и обязанностями в международном сообществе [24].
В 1990-х гг. специалисты заговорили о
перспективе формирования четвертого поколения прав человека, связанного с сохранением генетической идентичности – потребность в таких правах связана с новыми
возможностями генной инженерии [21, с.
25]. Однако существуют и другие точки зрения. Например, С.И. Глушкова полагает, что
«новая эпоха ведет к необходимости правовой регламентации четвертого поколения
прав человека – информационных прав, что
позволит разрешить такие дилеммы, как информационная свобода или свобода информации, информационная безопасность или
безопасность информации, др.» [6, с. 45–46].
А.Б. Венгеров называет четвертое поколение правами человечества (право на
мир, на ядерную безопасность, космос,
экологические, информационные права и
др.) [3, с. 137].
О.Ю. Малинова предполагает, что «возможно, на горизонте – пятое или шестое
поколение прав…» [12, с. 15].
Таким образом, характеризуя права и
свободы человека и гражданина как социально-юридический феномен, необходимо
отметить, что реальная законодательная
практика государств сглаживает противоречия теоретических крайностей: естественно-правовая концепция прав человека,
воплощаясь в законотворческом процессе, 101
не только не исключает, но требует нормативного оформления этих прав. С другой
стороны, законодатель, склоняющийся к позитивистской трактовке прав человека, не
может игнорировать существования надпозитивных прав, воплощающих внеправовые
ценности, явно или неявно признаваемые
обществом. Принцип признания человека и
его прав высшей ценностью служит ориентиром для совершенствования всей системы
основных прав и свобод человека и гражданина в условиях развития демократических
обществ, преодоления на этом пути всякого
рода сложностей и эксцессов.
1. Блюнчли И. Современное международное право цивилизованных государств, изложенное в виде
кодекса / пер. со 2-го нем. изд. А. Лодыженского, В. Ульяницкого; Под. ред. Л. Камаровского. – М.,
1876. – 633 с.
2. Варламова Н.В. Российская теория права в поисках парадигмы // Журнал российского права. – 2009,
№ 12.
3. Венгеров А.Б. Теория государства и права: учебник. М., 2004. – 595 с.
4. Всеобщая декларация прав человека. Принята и провозглашена Генеральной Ассамблеей ООН
10 декабря 1948 года. – СПб.: Регион-Про, 2004.
5. Гегель Г.В. Ф. Энциклопедия философских наук. В 3 т. Т. 1. – М: Мысль, 1974. – 452 с.
6. Глушкова С.И. Права человека и гражданина в контексте глобализации / Правовая система России в
условиях глобализации: Сборник материалов круглого стола / Под ред. Н.П. Колдаевой, Е.Г. Лукьяновой. – М.: «Ось-89», 2005. – 354 с.
7. Кистяковский Б.А. Государство правовое и социалистическое // Вопросы философии. – 1990, № 6.
8. Кистяковский Б.А. Социальные науки и право. Очерки по методологии социальных наук и общей
теории права. – М.: М.и С. Сабашниковы, 1916. – 704 с.
9. Конституция США: История и современность / Под общ. ред. А.А. Мишина, Е.Ф. Языкова. – М.:
Юрид. лит., 1988. – 320 с.
10.Конституция Франции [Электронный ресурс] // Документы истории Великой французской революции: Учеб. пособие для студентов вузов / Отв.ред. Адо А.В. – М.: Издательство Московского ун-та,
1990–1992. – Т. 1, 528 с. – Режим доступа: http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/cnst1793.htm
11.10 Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. – 9-е изд. (без измен.). – СПб.: Н.К. Мартынов,
1914. – 360 с.
12.Малинова О.Ю. Три поколения прав человека // Пчела: Ежемес. обозрение деятельности негос. орг. –
СПб.: Фабель: О-во «Рус.-нем. обмен». – 2003, № 3 (43).
13.Мартенс Ф.Ф. Современное международное право цивилизованных народов: В 2 т. / Под ред. и с
биогр. очерком д.ю.н., проф. В.А. Томсинова. T. 1. – М.: Зеркало, 2008. – 332 с.
14.Матвеева Т.Д. День прав человека // Международная жизнь. – 1996, № 11–12.
15.Международный пакт «О гражданских и политических правах». Принят резолюцией 2200А(XXI)
Генеральной Ассамблеи от 16.12.1966 г. Ратифицирован Указом Президиума Верховного Совета
СССР от 18.09.1973 № 4812-VIII. Вступил в силу с 23.03.1976 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 1994, № 12.
16.Международный пакт «Об экономических, социальных и культурных правах». Принят резолюцией
2200А(XXI) Генеральной Ассамблеи от 16.12.1966 г. Ратифицирован Указом Президиума ВС СССР от
18.09.1973 № 4812-VIII. Вступил в силу с 03.01.1976 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 1994, № 12.
17.Мишин А.А., Власихин В.А. Конституция США: Политико-правовой комментарий. – М.: Международные отношения, 1985. – 336 с.
18.Невирко Д.Д. Права и свободы человека и гражданина: проблемы соотношения, взаимодействия и
иерархии / Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – Екатеринбург, 2004. – 27 с.
19.Общая теория прав человека / Рук. авт. коллектива и отв. ред. Е.А. Лукашева, Ин-т государства и
права Рос. акад. наук. – М.: Норма, 1996. – 509 с.
20.Постановление Верховного Совета РСФСР от 22.11.1991 г. № 1920-1 «О Декларации прав и свобод
человека и гражданина» // Ведомости СНД и ВС РСФСР. – 1991, № 52.
21.Рудинский Ф.М. Гражданские права человека: общетеоретические вопросы // Право и жизнь: Независимый правовой науч.-попул. журн. – 2000, № 31.
22.Туманов В.А. Буржуазная правовая идеология. К критике учений о праве. – М.: Наука, 1971. – 381 с.
23.Чичерин Б. Собственность и государство. В 2-х ч. Ч. 2. – М.: тип. Мартынова, 1883. – 457 с.
24.K lug F. The Human Rights Act or «trird way» or «third wave» Bin of Rights // European Human Rights Law
Revien. – 2001, Issue 4.
25.Vasak K. A 30-year straggle // UNESCO courier. – 1977, November.
Общество
Список литературы:
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
9
Размер файла
297 Кб
Теги
гражданин, феномен, осмысление, плюрализма, человек, концептуальная, право, социальная, юридическая
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа