close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Деятельность системы потребкооперации Татарской АССР и обеспечение колхозников товарами повседневного спроса в годы Великой Отечественной войны..pdf

код для вставкиСкачать
Е.Г. КРИВОНОЖКИНА
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СИСТЕМЫ ПОТРЕБКООПЕРАЦИИ ТАТАРСКОЙ АССР
И ОБЕСПЕЧЕНИЕ КОЛХОЗНИКОВ ТОВАРАМИ ПОВСЕДНЕВНОГО СПРОСА
В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
Ключевые слова: товары широкого потребления, фронтовые заказы, система потребительской кооперации, артели, народные промыслы, бытовое обслуживание населения.
На примере тыловой республики показана перестройка работы промысловых артелей в связи с началом
Отечественной войны и переходом на выполнение военных заказов. Выявлены наиболее существенные
проблемы, в том числе проблема кадров, уменьшения ассортимента товаров, сокращения розничной
торговой сети предприятий сельской потребкооперации, бытового обслуживания населения и организации промыслов в районах ТАССР.
E.G. KRIWONOSHKINA
THE OPERATION OF THE SYSTEM OF THE CONSUMER COOPERATION
IN THE TATAR AUTONOMOUS SOVIET SOCIALISTIC REPUBLIC AND PROVIDING
THE COLLECTIVE FARMERS WITH CONSUMER GOODS DURING THE GREAT PATRIOTIC WAR
Because of the beginning of the war there was a reconstruction of small producers' artels (production groups) to perform military orders on the example of a rear republic. The most important problems that were faced by the workers
are exposed, i.e. the problem of qualified personnel, shortage of the assortment of goods, reduction in the number of
the ventures of the agricultural retail trade of the Consumer Cooperation in the Tatar Autonomous Soviet Socialistic
Republic. Attention is also paid to the questions of the consumer services for the population and arrangement of the
system of handicraft industry in the districts of the republic. The information from the archives that had never been
published before was used in the article.
Хозяйственный организм нашей страны в первые годы войны претерпел
существенные изменения. Объём производства потребительских товаров резко сократился, уменьшился также удельный вес рыночных фондов. Всё это
привело к большому сокращению физического объёма розничного товарооборота. Жители Татарской АССР, и в первую очередь сельчане, практически
лишились возможности приобретать необходимые товары.
В связи с переводом фабрик и заводов на выполнение заказов фронта
образовался дефицит в товарах широкого потребления. Главная нагрузка по
выпуску товаров ширпотреба возлагалась на предприятия местной промышленности, в том числе системы потребкооперации (Таткоопинсоюз, Промкооперацию, Татпромсоюз, и др.).
Однако, как показывают источники, в Татарской АССР изготовление и торговля товарами широкого потребления в течение всего периода войны находились в крайне неудовлетворительном состоянии. Ещё 9 января 1941 г. вышло
специальное постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по увеличению производства товаров широкого потребления и продовольствия из местного сырья» [6, л. 102]. Но до конца 1941 г. в республике не было организовано производство таких необходимых предметов, как топоры, лопаты, вилки, ножи столовые и хозяйственные, миски, тарелки, кружки и т.д. Еще до войны в недостаточном количестве изготавливались пуговицы, зеркала, чемоданы, телеги
и сани, бондарные изделия (вёдра, лоханки, бочки, кадки), хозяйственные ведра, и т.п. – те предметы, обойтись без которых в быту было просто невозможно
[6, л. 102]. Огромное количество товаров ширпотреба (подковы, дверные скобы,
петли, крючки, примусные иглы, оглобли и даже напитки – фруктовые, морковные, ячменный и жёлудевый кофе [9, л. 3]) до войны завозилось в республику из
других регионов Советского Союза. С каждым месяцем войны привозить их из
других регионов становилось все труднее.
Летом 1941 г. не только крупные заводы и фабрики областного подчинения,
но и практически все предприятия потребкооперации ТАССР перешли на изготовление необходимых для Армии вещей. Татарский обком ВКП(б) обязал ди-
ректоров местной промышленности в кратчайшие сроки изготовить из отходов
промышленности и материалов ширпотреба сравнительно большое количество
предметов вещевого снабжения для формирующихся на территории республики
частей [7, л. 88-88 об.]: Таткоопинсоюз получил задание на пошив телогреек, ватных шаровар, шапок-ушанок, армейских кожаных ботинок; Наркомлес и Наркомместпром должны были изготовить лыжи; Татпромсовет – кожаную армейскую и
валяную обувь, патронные сумки [5, л. 77]. На выполнение спецзаданий перешли
артели системы Татразнопромсоюза, выпускавшие до войны художественные
изделия, культтовары, зеркала и другие предметы [8, л. 122]. Артели Татпромснабсбыта, изготовлявшие фасонные кровати, переключились на выработку
больничных и барачных коек [8, л. 130]. В 1941 г. и за первый квартал 1942 г. существенно сократили выпуск товаров ширпотреба артели Промкооперации [12,
л. 80].
Вообще, к концу 1942 г. все артели системы потребкооперации перестроили
свою работу таким образом, что их условно можно было разделить на три группы:
1) предприятия, выполняющие фронтовые заказы или выполняющие по
договорам необходимые полуфабрикаты для областной промышленности;
2) предприятия, специализирующиеся на изготовлении товаров ширпотреба;
3) предприятия, специализирующиеся на бытовом обслуживании населения.
Как видим, обслуживанием гражданского населения занимались артели и
мастерские, отнесённые нами ко 2-й и 3-й группам.
Анализ архивных источников показал, что все артели при организации
работ испытывали в годы войны значительные затруднения. Первая и главная
трудность – недостаток кадров, в особенности квалифицированных. Например, на 10 мая 1942 г. в Чебоксинской артели «Прогресс» Столбищенского
района, относящейся к системе Леспромсоюза и выпускающей пароконные
повозки, из 24 рабочих только 10 человек являлись мастерами. Остальные 14
были подростки в возрасте 16-17 лет, обучающиеся обозному ремеслу, и
женщины, работающие на станках [12, л. 59 об.]. Такое положение было характерно для большинства артелей.
К началу 1943 г. довольно значительный процент работников в артелях составляли женщины, которые даже овладевали весьма специфическими специальностями. Так, в артели инвалидов «Красная Заря» Челнинского района работала
женщина-бондарь, в артели инвалидов «Красный партизан» Сабинского района
две женщины работали пильщиками [3, л. 61-61 об.], в артели «Соревнование»
с.Мансурово Лаишевского района женщина работала плотником по щепнине [3, л.
140], а в артели «Ударный труд» с. Алексеевское – гвоздерубильщицей [3, л. 288
об.].
Общее количество членов артелей зависело от характера выполняемых
работ и включало от 13 (артель «Красный Октябрь» Татпищепромсоюза, с.
Дрожжаное) [3, л. 403 об.] до 200 человек (артель инвалидов «Зай», с. Альметьево) [3, л. 52].
Во время весенней посевной и осенней уборочной кампаний райисполкомы
и райкомы часто забирали из артелей последних рабочих и транспорт [8, л. 152].
Естественно, что в таких условиях трудно было организовать бесперебойную
работу предприятий. Не случайно в 1942 г. предприятия системы Промкооперации, которым в производстве товаров ширпотреба отводилось решающее место,
справились с планом только на 70,3% [10; 1]. Выработка по отдельным видам
изделий составила: мыла хозяйственного – 9,1%, обуви из отходов – 27,9%, ро-
гожей и кулей – 11,0%, гончарной посуды – 34,2%, к производству спичек не приступали совсем. При этом численность занятых в производстве значительно убавилась: если на 1 января 1942 г. в системе Промкооперации было занято 13 357
человек, то на конец года осталось всего лишь 9203 человека [10, л. 18].
Не выполнила план 1942 г. и кооперация инвалидов. К наиболее отстающим
отраслям Таткоопинсоюза относились трикотажная (выполнение плана 29,9%),
силикатно-керамическая (38,7%), лесозаготовительная (54,1%), текстильная
(63,5%), металлообрабатывающая (65,9%). Выработка по отдельным видам изделий составила: бельевого трикотажа – 5,0%, верхнего трикотажа – 18%, чулок
и носков – 16,9%, лаптей – 13,5%, ложек деревянных – 17,8% [10, л. 20].
Ежегодно промышленность республики не справлялась с планом по выработке мыла. В основном это объяснялось недостатком сырья – жиров и соды, а также недостаточным строительством салотопок. Так, например, в
1942 г. Наркомпищепромом было построено всего 9 (27,3%) салотопок при
задании в 33 штуки [10, л. 15]. В первом квартале 1943 г. вместо 45 салотопок
по плану фактически было сдано только 29, или 64,4%. Причём первые 9 салотопок в 1943 г. почти не работали [2, л. 83].
В 1944 г. снабжение населения мылом в целом по республике было значительно лучше, чем за все предыдущие годы войны, но ситуация по-прежнему
оставалась сложной: при плане 625 т местная промышленность выработала
304,5 т мыла. Ещё 1133 т было реализовано населению по системе Наркомторга. Такого количества мыла (72,7% от потребности) хватило только для систематической обработки так называемых «организованных контингентов» (общежитий, школ ФЗО и РУ, некоторых категорий граждан), а также для обработки по
эпидемическим и санитарным показателям. В сельской местности положение с
мылом оставалось исключительно напряжённым [4, л. 203-204].
Из-за уменьшения ассортимента необходимых товаров розничная торговая
сеть предприятий сельской потребкооперации ТАССР с каждым годом войны
сокращалась. К 1944 г. торговых точек Татсоюза в сёлах стало на 612 единиц
меньше по сравнению с 1940 г. При этом количество предприятий по выработке
товаров ширпотреба с 1942 г. по 1944 г. выросло почти в 2,5 раза. Скорее всего,
это произошло за счет разукрупнения артелей, поскольку общая численность
рабочих и служащих предприятий в этот период изменилась незначительно (после резкого её сокращения за два предыдущих года). К тому же отсутствие техники, выполнение фронтовых заказов и слабая квалификация новых рабочих
делали работу предприятий ширпотреба малоэффективной.
С началом войны многие предприятия пересмотрели и изменили ассортимент выпускаемых изделий, перешли на переработку местных видов сырья. Например, выпускали носки и варежки из отходов ватной фабрики, рукавицы меховые однопалые из лоскута и т.д. [5, л. 100-102]. Артели Татсоюза и Рыбтреста в
качестве сырья собирали и использовали ракушки, поделочную кость [5, л. 10].
Часть артелей, изготавливающих товары ширпотреба, занималась народными промыслами (промысловые артели и отраслевые союзы, занимающиеся
народными промыслами, были организованы в Татарской АССР в 1919-1920 гг.
после подписания Лениным Декрета ВЦИК «О мерах содействия кустарной промышленности»). В каждом районе были свои лапотники и ложечники, а во всех
лесных районах – бондари. В артелях Аксубаевского района работали кулеткачи,
верёвочники, гончары, Алексеевского – пряхи, ткачи, Апастовского – углежоги,
бондари, в Дрожжановском и Елабужском районах – гончары, в Кзыл-Юлдузском
– резчики по дереву, рогожники, в Кзыл-Юльском – пуховязалыщики, в Красноборском – корзинщики, метловязальщики, мастера по щепному изделию и т.д. [3].
Недостаток рабочей силы и транспорта, практически полное отсутствие
механизации или отсутствие возможности отремонтировать технику [10, л. 120; 3], а также множество других причин привели к тому, что в ряде районов
республики промартели работали чрезвычайно слабо. На VII сессии Верховного Совета Татарской АССР, проходившей в июне 1944 г., заместитель уполномоченного промкооперации по Татарии Газизуллин в своём выступлении
указал, что Кукморский, Мамадышский, Кайбицкий и некоторые другие райисполкомы плохо занимаются вопросами развития местной промышленности, не
интересуются деятельностью кустарной кооперации. Промартели в этих районах систематически не выполняют программу [1].
Судя по документам, в неудовлетворительном состоянии оказалось в республике и бытовое обслуживание населения, ремонт одежды, обуви, химчистка.
Республиканские и городские центры промысловой кооперации, кооперации инвалидов и местной промышленности оказались не в состоянии уделить этому
делу достаточного внимания [6, л. 102]. Проводившаяся в октябре-ноябре 1942 г.
проверка работы предприятий бытового обслуживания показала, что потребность в них населения исключительно велика. Однако сеть мастерских республики с началом войны значительно сократилась [11, л. 81]. Так, в 1941 г. и за первый квартал 1942 г. в системе Промкооперации закрылись 74 ремонтнопочиночные точки. Вместо организации по плану новых 14 артелей – закрылись
25 артелей. Значительно сократилось и число работников в оставшихся артелях
[12, л. 80].
Мастерские по ремонту обуви и одежды совершенно прекратили приём заказов. В парикмахерских и банях выстраивались очереди. Мастерские по изготовлению вещей из материалов заказчика заказы почти не принимали, мотивируя это тем, что вся рабочая сила мастерских занята на выполнении спецзаказов
[11, л. 81]. А поскольку работа по использованию отходов более сложная, заказы
на пошив изделий из полноценного сырья только отвлекают оборудование и кадры мастерских от производства товаров ширпотреба [10, л. 18]. Таким образом,
производство и продажа товаров повседневного спроса, а также бытовое обслуживание населения всё более и более оттеснялись на задний план, поскольку на
первое место выдвигалось обеспечение потребностей фронта. Данное положение в Татарской АССР сохранилось до конца войны.
Как видим, предприятия системы потребкооперации в годы войны столкнулись со значительными трудностями. Именно им была отведена главная роль по
обеспечению местного населения необходимыми в быту товарами и услугами.
Причем задачей времени считалось не полноценное удовлетворение потребностей граждан, а обеспечение их физического выживания. Но даже при таком подходе система потребкооперации не могла полноценно справиться с задачей. Во
многом это было связано с переходом на выпуск военных изделий, отсутствием
квалифицированных кадров, сокращением числа работников, а также со слабым
обеспечением населения необходимыми товарами еще в довоенное время.
Следствием такого положения стали сокращение торговой сети сельской потребкооперации, крайне скудное обеспечение населения Татарской АССР товарами,
необходимыми для жизни, что приводило к ухудшению их бытового положения,
ухудшению здоровья, а также к открытым недовольствам жителей республики
деятельностью властей.
Литература
1.
2.
3.
4.
Красная Татария. 1944. 24 июня
НА РТ (Национальный архив Республики Татарстан), Ф. Р-1296. Оп. 2. Д. 66.
НА РТ. Ф. Р-1296. Оп. 13. Д. 89.
НА РТ. Ф. Р-1296. Оп. 18. Д. 538.
5. ЦГА ИПД РТ (Центральный государственный архив историко-политической документации Республики Татарстан). Ф. 15. Оп. 5. Д. 129.
6. ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 139.
7. ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 144.
8. ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 256.
9. ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп. 5. Д. 266а.
10. ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 441а.
11. ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 470.
12. ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп. 5. Д. 592.
КРИВОНОЖКИНА ЕКАТЕРИНА ГЕННАДЬЕВНА родилась в 1972 г. Окончила Елабужский государственный
педагогический институт. Кандидат исторических наук, доцент кафедры социальных и гуманитарных дисциплин филиала Казанского государственного университета в г. Набережные Челны. Область научных интересов
– население Поволжья в годы Великой Отечественной войны. Автор 19 научных работ.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа