close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Мотивы пути Креста судьбы в православной концепции И. С. . Шмелева (на материале переписки двух Иванов 1927-1950).pdf

код для вставкиСкачать
Вестник ТГУ, выпуск 4 (28), 2002
МОТИВЫ ПУТИ, КРЕСТА, СУДЬБЫ В ПРАВОСЛАВНОЙ КОНЦЕПЦИИ
И.С. ШМЕЛЕВА (НА МАТЕРИАЛЕ «ПЕРЕПИСКИ ДВУХ ИВАНОВ»: 1927–1950)
О.В. Селянская
Selyanskaya, O.V. The themes of journey, cross and destiny in I.S.Shmelev‟s Orthodox conception
(with examples from “Exchange of Letters between Two Ivans”: 1927-50). The article discusses the peculiarities of I.S.Shmelev‟s Orthodox conception on the basis of his correspondence with the religious philosopher I.A.Ilyin. The author emphasises the meaning of the concepts of journey, cross and destiny and the use
of these as „through‟ topics of the writer‟s religious outlook.
Жизненный и творческий путь И.С. Шмелева полон трагических моментов, коренным
образом изменивших все существование писателя. Ему суждено было пережить гибель
единственного сына, разлуку с Россией, раннюю смерть жены, творческое забвение на
родине, гнетущее одиночество и нищету последних лет жизни. Столь скупое на радости
бытие заставляло писателя приспосабливаться к новым трудностям, находить силы переносить удары судьбы. На помощь приходила
твердая, несгибаемая воля, которая коренилась в самом естестве Шмелева, воспитывалась и передавалась в его семье из поколения
в поколение. Мощнейшим импульсом подобной силы духа являлась искренняя, даже
наивная, вера в Бога, в его безграничное милосердие. Вера учила Шмелева смирению,
способности принимать действительность с
ее невзгодами, которые воспринимались им
как испытания на жизненном пути человека.
Достойное преодоление этих трудностей,
покорность божьей воле являлись залогом
райского существования человеческой души.
Вместе с жизненным опытом к Шмелеву
приходила уверенность в незыблемости и
правильности выбранного им пути, ведущего
к божественному просветлению. Эта уверенность еще сильнее укрепляла его в мысли о
преходящей сущности страданий, подсказывала, что они есть искупление грехов, содеянных в земной жизни. Постепенно в сознании Шмелева укоренялось понятие крестного
пути, судьбы, предначертанной «Рукой Ведущей».
Осознание божественной сущности и ее
значения для человеческого бытия в полной
мере открылось Шмелеву уже в эмиграции.
За плечами были страшные годы революции
и красного террора в России, жертвой которого стал и сын писателя, а настоящее угнетало нищетой, неустроенностью жизни и
бесконечной тоской по России. В столь отча-
янном положении Шмелеву и его жене оставалось лишь уповать на божью волю, искать
забвения в православии. Именно страстная
вера в Бога, убежденность в неизбежности
страданий, которые ведут к познанию божественного просветления, помогли писателю
преодолеть пропасть отчаяния, смириться с
новой жизнью на чужбине. Мысли о спасительной силе веры и ее значении для Шмелева звучат в его письмах к И.А. Ильину. Они
находят отклик в душе философа, импонируют его религиозным взглядам. В письме от
18 апреля 1932 года писатель замечает:
«…как же Вы правы, написав: «если бы не
вера и молитва, то давно не жил бы на свете!
Понимаю, очень понимаю. И на днях так узнал это!» [1].
Неустроенная, одинокая жизнь за границей, в положении человека, вынужденно покинувшего пределы родины, заставляла писателя постоянно думать о судьбе своего народа, о значении русской эмиграции в освобождении России от советского режима, о
восстановлении ее былой мощи и величия.
Писатель неоднократно повторял, что русская нация должна осознать и совершить
свою историческую миссию, возложенную
не нее Богом: «Чувствую, что надо углубляться в творчестве, ибо мы, особ<енно> мы,
русские, поставлены судьбой-историей-Богом перед Зерцалом. И строго это Зерцалоиспытание. И тайна в сем положениииспытании, России выпавшем!» (1, с. 25).
Рассуждая о судьбе русских эмигрантов,
Шмелев называет их «крестоносцами», причем в понятие креста он вкладывает двоякий
смысл. Во-первых, это судьба, жизненный
путь человека, так называемый крестный
путь, название которого произошло по аналогии с крестным путем Иисуса Христа в
Евангелии. Для человека нести свой крест
означает идти по жизненному пути, состоящему из радостей и страданий, предначер75
Гуманитарные науки
танных божьей волей. Во-вторых, крест является символом веры в Христа, а «крестоносцы» – люди, несущие его заповеди и учения, заветы «Православной Руси». Два смысловых оттенка в значении слова крест сливаются у писателя, когда речь идет о русских
эмигрантах, на долю которых выпало тяжкое
бремя – жить вдали от родины, сохранять и
проповедовать на чужбине православную
веру, которая есть основа исконно русской
культуры. В письме к И.А. Ильину от 30 июня 1927 года Шмелев отмечает, что трагическая история России священна, она есть крестный путь русского народа-избранника, которому суждено сохранить образ и веру Христа в веках: «Два народа даны были Миру.
Один – дал… Христа… другой – должен сего Христа пронести и воплотить! И не Голгофа ли для сего народа – это 10-летие?!. Народ русский имеет свою Свящ<енную>
Ист<орию>. Надо, чтобы он ее знал, о ней
знал! Знал, что возложено на него, какая его
миссия в мире… Не даром такая история!
Дано – и неси…» (1, с. 40). Шмелевская
формула «дано – и неси» означает покорность божьей воле, причем для определения
этого понятия писатель иногда использует
слова судьба, крест в значении жизненного
пути человека, предначертанного Богом.
Специфическое понимание слов путь, крест,
судьба в православной концепции Шмелева
дает возможность использовать их в качестве
синонимов. Например, сочетание «нести
крест» синонимично выражению «повиноваться судьбе», испить судьбу означает
пройти свой крестный путь, идти по жизненному пути – нести свой крест, исполнять волю судьбы.
На фоне столь богатого выбора синонимов у Шмелева выделяется слово путь, употребляющееся в различных значениях. Их
многообразие щедро представлено в творчестве писателя, в рамках которого понятие
пути приобретает характер сквозного мотива.
Кроме того, данный мотив находит осмысление и в судьбе самого писателя, выступает
как ключевой момент его жизненной концепции. Наиболее ярко это отражено в переписке Шмелева с И.А. Ильиным.
Путь для писателя – прежде всего дорога
жизни, «путь тревожный, горький, очень
горький, с блесками яркой радости любви,
отцовства, творчества. Путь – под гору огненный, сжигающий» (1, с. 192). И на этом
пути велико значение дружбы и духовного
76
понимания Ильина: «Встреча с вами, наша
дружба, Ваши письма… были мне опорой,
великой помощью… ободрением, указанием,
что иду правильно… И вот, уже доступаю…
уже вижу порог…» (3, с. 32). А за порогом
жизни – «отъезд» в «путь неназываемый…
ни на как<их> картах не нанесенный» (3,
с. 177), путь после смерти к Богу. Другое
толкование образа пути включает в себя понимание его как развития человеческой истории: «Жизнь настолько запуталась – всячески и повсюду! – что начинает чуяться, что
нужен какой-то новый путь, нового христианства…Человечество явно ищет, чтобы им
управляли, вели иными путями… – в тупик и
провал вошли, – нового слова ищет» (1,
с. 397). Говоря об историческом значении и
положении России, русской эмиграции,
Шмелев также употребляет понятие пути:
«…русские люди, мы – в пути, мы в разгроме, но мы, и мы несем, все еще несем наш
долг… несмотря ни на что…» (2, с. 266).
Иногда понимание пути как дороги жизни осложняется у писателя моментом предначертанности этого пути, вторжением божественного начала в управление человеческим существованием. В результате появляется понятие судьбы – жизненного пути человека, определяемого божьей волей. Слово
судьба встречается у Шмелева редко, чаще
всего писатель употребляет в этом значении
понятие божьей воли. Например, выражение
«все предначертано судьбой» передается у
него сочетанием «творится по воле Божьей»,
а «исполнить волю Твою», то есть волю Бога, означает покориться судьбе.
Наличие близкого смысла в значениях
слов судьба и путь как дорога жизни дает
возможность провести в рамках этих понятий синонимические замены. Приведем отрывок из письма Шмелева Ильину от 5 августа 1947 года: «И я …снова на распутьи и –
жду… Помоги, Господи, идти путем Твоим!»
(3, с. 176). В данном случае «идти путем
Твоим» означает идти путем, предначертанным божьей волей. Это выражение можно
заменить сочетанием «следовать судьбе»,
или «полагаться на судьбу», ведь для православного человека судьба – это божья воля, в
отличие от атеиста, воспринимающего судьбу как конкретное стечение жизненных обстоятельств, управляемых некой силой, не
носящей божественного характера.
Среди множества значений слова путь у
писателя выделяется еще один смысловой
Вестник ТГУ, выпуск 4 (28), 2002
аспект этого понятия – так называемый небесный путь – восхождение человека к божественной мудрости. Именно поиск пути к
Богу через скорбь и страдания явился для
писателя главным смыслом его жизни и
творчества.
1.
Письмо И.С. Шмелева И.А. Ильину. 18 апр.
1933 г. // Ильин И.А. Собр. соч.: Переписка
двух Иванов (1927–1934). М., 2000. Т. 1.
С. 379. Далее цитируется это издание с указанием тома и страницы в тексте.
АВТОРСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ БЫТИЯ И ЕЁ ВОПЛОЩЕНИЕ
В ПОЭТИКЕ РАССКАЗОВ В. РАСПУТИНА «ВЕК ЖИВИ – ВЕК ЛЮБИ»,
«ЧТО ПЕРЕДАТЬ ВОРОНЕ?», «НАТАША», «ВИДЕНИЕ»
И.В. Попова
Popova, I.V. The author‟s conception of being and its embodiment in the poetics of V. Rasputin‟s short
stories «Live and Love» (1981), «What Can I Tell the Crow» (1981), «Natasha» (1981), and «Vision»
(1997). The article looks at the concept of being that reflects the originality of Rasputin‟s attitude to the
world. Metaphysical categories and existential approach to comprehending onthological problems take shape
in the artistic world of the analysed works. According to Rasputin, intuitive knowledge, reflection, contemplation over nature are the ways to perceive reality which are, to the greatest extent, within the capacity of
man.
Рассказы «Век живи – век люби» (1981),
«Что передать вороне?» (1981), «Наташа»
(1981) вместе с рассказом «Не могу-у» (1982)
впервые были опубликованы в журнале
«Наш современник» (1982, № 7). Критика
сразу заметила их появление в печати и в
продолжение последующего десятилетия
представляла рецензии и отклики на эти произведения, давала им разные, неоднозначные
оценки (смотри, например [1–6, 15]. Наиболее полно был проанализирован рассказ «Не
могу-у». Он существенно отличается от предыдущих трех рассказов своими проблематикой и поэтикой, является наиболее «прозрачным» из этих произведений: авторская
художественная идея в нем не завуалирована, легко узнаваема. Некоторыми критиками
«Не могу-у» был воспринят как более распутинское произведение, чем рассказы «Век
живи – век люби», «Что передать вороне?»,
«Наташа». Глубокого анализа этих рассказов
критика так и не дала. В 1992 году В. Курбатов констатировал факт: «Загадка трех рассказов все остается загадкой» [6].
Рассказы, написанные В. Распутиным в
1981 году, рассматривались в ряду повестей
писателя и в нескольких диссертациях на соискание ученой степени кандидата филологических наук [7–10]. Однако им либо давалась краткая общая характеристика, либо проводился анализ, не дающий полного представ-
ления об этих произведениях. Некоторые
оценки исследователей А.В. Урманова и
М.Л. Бедриковой кажутся весьма спорными.
На наш взгляд, правомерно говорить о
малой (по сравнению с творчеством писателя
1960–1970-х годов) и недостаточной степени
изученности рассказов В. Распутина, созданных в 1981 году.
Многие исследователи и критики называют «Век живи – век люби», «Что передать
вороне?», «Наташа» и «Не могу-у» циклом
рассказов. Н.А. Брябина, например, так аргументирует эту точку зрения: «Четыре рассказа, помещенные в журнале «Наш современник», конечно же, представляют собой
цикл <…> Единство циклу рассказов Распутина придает цельность и непрерывность в
развитии авторской концепции личности, особенности романтического видения мира» [11].
Автор данной статьи не придерживается
изложенной выше точки зрения. Рассказ «Не
могу-у» не рассматривается в ряду остальных рассказов 1981 года не только потому,
что был достаточно полно проанализирован
критиками и литературоведами, но и потому,
что, думается, правомернее изучать его в
контексте распутинских произведений с преобладанием социально-нравственной проблематики («Слух» (1984), «Россия молодая»
(1994), цикл рассказов о Сене Позднякове
(1994–1997), «На Родине» (1999)). Такой
77
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
5
Размер файла
147 Кб
Теги
переписку, православная, 1950, пути, концепция, крест, материалы, шмелева, двух, 1927, иванова, pdf, мотивы, судьбы
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа