close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

О феноменологическом подходе к изучению корейского танца..pdf

код для вставкиСкачать
171
УДК 130.2:793.3(519.3)
ББК 71.0в+85.32 (5Коо)
Чой Кён Сук
О феноменологическом подходе к изучению корейского танца
В статье рассмотрены феноменологические основания изучения сущности корейского танцевального искусства.
This article focuses on the phenomenological grounds of the research of the essence of the Korean art of dance.
Ключевые слова: феноменология, корейский танец, традиционная хореография, интуиция, методология.
Key words: Phenomenology, Korean dance, traditional choreography, intuition, methodology.
В истории культуры Кореи танцевальное искусство всегда занимало очень важное место. Танец вместе с пением с древних времен предпочитался в качестве художественного средства сублимации различных
эмоций и чувств – радостных и печальных, веселых и горьких. Эта традиция, запечатленная в самом культурно-генетическом коде нашего народа, до сих пор служит самым выразительным способом воплощения
сокровенных смыслов человеческого бытия и специфики национального характера. Именно поэтому танцевальная культура неуклонно наследуется каждым поколением корейцев. Исследованию феномена танца и
обучению национальной хореографии в нашей стране придается особое
значение и уделяется пристальное внимание.
Дело в том, что танец способен выражать внутренний мир человека
и отражать внешние культурно-жизненные условия бытия танцора.
В отличие от других видов искусства танец не использует вторичные
средства выражения, все мысли и чувства танцора выражаются посредством телодвижений, которые можно назвать внешним отражением
внутреннего мира человека.
Как вид народного творчества танец в Корее является выразителем
народного самосознания и источником национальных художественных
традиций. Возникший из повседневного быта, со временем он стал неотделимым от истории культуры корейского народа. Видоизменяясь
под влиянием исторических событий, танец неизменно воплощал самобытность и дух корейского народа.
Современный корейских танец в начале XXI в. в условиях глобализации столкнулся с необходимостью перемен, при которых танец нахо-
172
дит свое развитие и продолжение в мировом танце. Стоит отметить, что
танец стал частью шоу-бизнеса и вместе с тем более всего и сегодня является важнейшим способом ценностно-педагогического воздействия
на людей. Поэтому танец занимает прочное место в социокультурной
жизни корейцев. Изучение танца и обучение хореографии требуют особых подходов и методов.
Корейский танец делится на традиционный и современный. Специалисты, получившие хореографическое образование, должны усвоить все ступени корейского танца. Исконно искусство корейского танца передавалось учителем и наследовалось учениками посредством
системы мастерового обучения, так как являлось ремеслом для определенных социальных слоев. В ходе обучения основное значение придавалось не индивидуальности и творческой самобытности ученика, а его
восприятию оригинальной формы танца. Таким образом, вначале ученики обучаются внешнему содержанию танца, впоследствии они приобретают способность не только усваивать танцевальные движения
учителя, но и познавать его личностные качества и перемены его духовного состояния. Когда танцевальные движения обучаемых достигают
определенного уровня мастерства, для его дальнейшего развития преподаватель позволяет ученикам внести в танец индивидуальную интерпретацию и импровизацию. В обучении корейской хореографии
возможно овладение определенной степенью внешней формы, но довольно затруднительно приобрести знания, необходимые для восприятия перемен, происходящих под влиянием внешних обстоятельств,
внутренней энергии учителя, под влиянием которой изменяется картина
танца.
Следовательно, преподавание и изучение корейского танца происходит в рамках слияния личностного и культурного факторов. Для усовершенствования танцевального мастерства необходимо понимание
личностных и культурных особенностей каждого отдельно взятого участника. В рамках исследования этого уникального способа передачи
навыков корейского танца необходимо объективное изучение межличностных взаимоотношений, возникающих между преподавателем и
обучаемыми.
Опираясь на ряд исследований, посвященных методике преподавания корейского танца, можно выделить технические законы хореографической кодировки, способы сбора хореографического материала с
использованием фотоаппарата, видеокамеры и других технических
средств, а также способы анализа танцевальных движений для поиска
семантической сущности танца в целом и его отдельных фрагментов.
Многие исследования, опирающиеся на объективные с точки зрения
позитивизма средства, зачастую основаны на таких методах изучения,
которые придают внимание только количественной стороне специ-
173
фических аспектов взаимодействия между учителем и учениками, но
при этом избегают подведения конкретных итогов. Данный фактор затрудняет понимание внутренних переживаний, возникающих у преподавателя и учеников в ходе обучения танцу.
Нам известно, что хореограф Ли Чоль Чин для передачи навыков
корейского танца использовал следующий метод: он просил обучаемых после исполнения танца записывать в тетради личные переживания и ощущения, анализировал и сравнил полученные результаты с
19 кульминационными личными опытами Абрахама Маслоу. Также
известно исследование хореографа Ким Хён Чжа, проанализировавшей навыки обучения «живому танцу» в трёх группах обучаемых по
следующим категориям: новички, опытные, увлеченные. Вышеуказанные исследования представляют собой анализ собранного технического материала, основанного на личном опыте танцоров, посвятивших
танцам значительный период времени. Существует определенная
трудность в постижении значения и в понимании сущности уникального опыта обучения корейскому танцу самими обучаемыми.
Представляется, что необходимо уделять основное внимание
осознанию учащимися значения и сущности предлагаемого обучения,
поиску особенностей передачи мастерства корейского танца, предоставлению базового материала в целях совершенствования и развития методики обучения корейскому танцу. В связи с вышеизложенным, на наш
взгляд, на первый план выходит проблема понимания сущности корейского танца как для хореографа, искусствоведа, культуролога, так и для
тех, кто обучается этому виду национального искусства. Исследование
сущности танца требует определенных методов, использование которых
позволяет постичь непосредственный опыт переживания. Адекватная
предмету исследования методология была предложена в русле феноменологического дискурса Э. Гуссерля и М. Хайдеггера [1; 2]. На корейской интеллектуальной почве эти методы разрабатывались А. Максом
Ван Маненном [6] и на них мы опирались в своем исследовании1.
Феноменология как философское направление представляет субъективно-идеалистическое учение, цель которого – непосредственное восприятие идеальных сущностей (феноменов) при помощи интуиции и
описание этих актов созерцания. Феноменологический метод позволяет
выявить сущность предметов из целостного жизненного опыта, сделать
это непосредственно, освобождая акт постижения от влияния теоретического знания и каких-либо предрассудков. Основываясь на интуитивном
познании, феноменология возвращает к естественной природной установке человека по отношению к тому, что ему встречается в жизни. Благодаря феноменологическому редуцированию (возвращению к первона1
Кроме того, существенное значение имели также работы Хан Чжин Сука [4],
ср.: [10].
174
чальному состоянию) человек познает сущность окружающего мира, в
ходе этой практики происходит осмысление и оценка значимости приобретенного опыта. Согласно А. Максу Ван Манену аналитические и феноменологические методы заключаются прежде всего в изучении личного опыта человека. Он подчеркивает, что феноменология – это исследование значения и смысла, наука о сущностях, которая имеет дело только
с чистыми «эссенциями», сущностями, но не с реальными «экзистенциями», вещами, фактами, сведения о которых мы классифицируем и систематизируем, используя выработанный нами категориальный аппарат.
Феноменология Гуссерля – это не учение о самой сущности, а наука о
созерцании сущности, о сознании, созерцающем сущность. Важнейшей
особенностью этого сознания является интенциональность, ибо сознание
всегда есть сознание чего-либо. В феноменологии «сознание становится
чистым сознанием». Существование предметов благодаря «интенциональному переживанию» познается в ходе созерцания, участие субъекта
в этих процессах сознания сначала не интересует феноменологию. Мир
превращается в «феномен мира». При этом не имеет значения, что является предметом сознания.
Человек, получающий определенный опыт, не может одновременно получать опыт и осмыслять его. Например, ученик во время танца
чувствует, что его движения неверны (процесс рефлексии), но движения уже сменились другими либо завершились. Таким образом, феноменологическое отражение является не интроспективным, а ретроспективным отражением явления. Отражение личного опыта, как правило,
имеет ретроспективный характер, т. е. является рефлексией прошлого
опыта [6, с. 33].
Следует особо подчеркнуть, что в феноменологическом исследовании изучается субстанция личного опыта. Феноменология является
системной попыткой выражения структуры личного опыта и попыткой
его осмысления, что необходимо нам для постижения противоречий
между сутью явлений и опытом [6, с. 93]. Особенность феноменологии
наиболее полно выражена в значении слова «познание». М. Хайдеггер нередко говорит о познании как душевном настрое, внимании к
окружающему миру, подчеркивая этим, что познание означает глубокие размышления о смысле человеческого бытия [3]. В феноменологии
подчеркивается значение субъективного опыта как основного для понимания человека. Теоретические построения и внешнее поведение
являются вторичными по отношению к непосредственному опыту и
его уникальному значению для того, кто его переживает. Следовательно, в феноменологическом исследовании в качестве центральной
рассматривается проблема самоактуализации человека: человек должен ставить перед собой позитивную задачу – соответствовать собственным врожденным задаткам [5].
175
Наконец, подчеркнем, что феноменологическое исследование направлено на постижение изначальной ситуации сознания. Абсурдно требовать
от феноменолога кратких выводов, так как само феноменологическое исследование, подобно поэзии, является лишь вступительным действием. По
мнению М. Мерло Понтии, роль феноменологии заключается в попытках
достичь магического вербального самовыражения, в котором мы пытаемся
слиться с источником мирового разума [8; 9].
По мнению А. Макса Ван Манена, для успешного феноменологического исследования необходимо собирать и тщательно изучать описание
субъективного опыта. Особый интерес представляет письменная фиксация
этого опыта, ибо, с одной стороны, процесс письма отделяет мир нашего
опыта от мира нашего знания, а с другой – способствует их сближению,
возникающему в ходе более глубокого в случае письменной фиксации осмысления даже тривиальных жизненных событий.
В настоящее время появились работы, связанные с феноменологическим пониманием искусства танца и способа его преподавания
[11; 7]. Преподавание хореографии как обучение искусству сфокусировано именно на феноменологии опыта, выражаемой движениями тела.
В танце нужно осмыслить не только настоящий ситуативный поиск
средств внешнего самовыражения тела, но и сущность опыта, являющегося сменой различных мыслей и чувств, возникающих во внутреннем мире педагога-хореографа. Методы феноменологического исследования позволяют раскрыть связь сущности танца с его импульсом, что
дает возможность глубже осознать сущность приобретенного участниками педагогической ситуации опыта. Таким образом, феноменологический подход представляется наиболее адекватным для постижения
и передачи смысла и неповторимости корейского танца как феномена этнического культурного опыта корейского народа.
Список литературы
1. Гуссерль Э. Картезианские размышления. – СПб.: Наука, 1998.
2. Хайдеггер М. Бытие и время. – М.: Ad Marginem, 1997.
3. Хайдеггер М. Бытие и время: ст. и выступл. – М.: Республика, 1993.
4. Хан Чжин Сук. Феноменология. – Сеул: Мидымса, 1998.
5. Kvale S. Interviews / пер. Син Кён Рим. – Сеул: Хана Ыйхакса, 1995.
6. Manen M.V. Researching lived experience / пер. Син Кён Рим – Сеул:
Тоннёк, 2000.
7. Margaret N.H. Doubler. Dance: A Creative Art Experience / пер. Сон Ги
Сук. – Сеул: Хёндэ Михакса, 2004.
8. Merleau-Ponty M. Sens et non-sens / пер. Квон Хён Мён – Сеул: Согванса, 1985.
9. Merleau-Ponty M. Phenomenology and Art / пер. О Бён Нам. – Сеул: Согванса, 1982.
10. Pierre Thevenaz. Quest-ce que la Phénoménologie? / пер. Сим Ми Хва –
Сеул: Мунхакса Чисонса, 1995.
11. Royce A. P. The Anthropology of Dance / пер. Ким Ме Чжа. – Сеул:
Миринэ, 1993.
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
7
Размер файла
247 Кб
Теги
танцы, подход, pdf, изучения, корейской, феноменологической
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа