close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Пьеса С. Беккета «в ожидании Годо» в контексте поиска литературных соответствий.pdf

код для вставкиСкачать
Сер .
9. 2007.
Вьm .
3.
Ч.
ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
Il
Т Н. Николаенко
ПЬЕСА С. БЕККЕТА «В ОЖИДАНИИ ГОДО»
В КОНТЕКСТЕ ПОИСКА ЛИТЕРАТУРНЫХ СООТВЕТСТВИЙ
/
Идея о том, что всякий текст создается в виде «цитатной мозаикю>, прямых или
.о свенных ссылок на ранее воспринятые чужие тексты, служит отправным положением
~IJЯ огромного количества научных работ. Б условиях постмодерна становится невозможно
вести речь о строгой категориальной зависимости между субъектом и объектом. Теории
~f ерти автора и смерти субъекта развивают представление об особой модулируемой
е альности, коей является художественный текст, не исключающий всей множественности
возможных интерпретаций.
Б этом отношении особый интерес для анализа представляют пьесы Самюэла Бек·ета. Произведения этого представителя театра абсурда в отечественном литературове­
.:rении принято рассматривать как отход от постулатов и структуры классического театра,
в то время как в европейской критике творчество Беккета в течение уже длительного
времени вызывает больший интерес с точки зрениия поиска литературных соответствий.
Т ак, Д.Б. Токарев 1 , проведя сопоставительный анализ абсурда как категории текст а
:
С. Беккета и Д. Хармса, приходит к вы~оду, что текст Беккета хоть и существует «как
бы вне литературы, вне цитатности» , в то же время отсылает читателя к множеству текстов,
которые могут служить его скрытой основой, «но при этом каждая попытка реконструкции
возможного влияния, по существу, относительна и свидетельствует о принципиальной
внетемпоральности беккетавекого дискурса» 2 •
·
Б качестве одной из таких неявных основ текста пьесы «Б ожидании Годо» Мери
Бр айден 3 выделяет достаточно необычную параллель между «В ожидании Год о» и пьесой
О. де Бальзака «Делец»
(Le Faiseur).
Пьеса Бальзака повествует о некоем финансовом
пекулянте, Меркаде, оказавшемся банкротом в результате ряда неудачных денежных
операций. В итоге, на протяжении всей пьесы его преследует свора кредиторов. Все кре­
дитные обязательства Меркаде серьезно пострадали из-за длительного отсутствия некогда
партнера по бизнесу, господина Года, который восемь лет назад отправился сколачивать
с о стояние за границу, выбив значительную сумму у Меркаде. Именно от господина Годо
зависит спасение последнего. По ходу пьесы имя Год о превращается в своего рода мантру,
з вучащую в головах пострадавших в результате банкротства Меркаде и воплощающую
н екое мощное энергетическое поле, способное разрешить безвыходную ситуацию. Тем
не менее, само существование Годо крайне таинственно, и Меркаде, неспособный повлиять
на какие-либо его передвижения, может только ждать. Таким образом, и бальзаковский,
и беккетавекий Годо в виду своей недосягаемости, превращается в объект человеческих
желаний. Финалы обеих пьес перскликаются
-
главные персенажи доходят до предела
отчаяния: как Владимир и Эстрагон у Беккета все время играют с идеей прервать свою
зависимость от Годо и повеситься, так и Меркаде решает перерезать себе горло перед
толпой собравшихся кредиторов, выкрИкивая: «Года! Но Годо-это миф! Сказка! Призрак!»
© Т. Н.
Николаенко ,
2007
51
Ни в одной из пьес Годо не появляется, чтобы облегчить всю тяжесть человеческого суще­
ствования. Герои обеих пьес не осмеливаются даже надеяться на нечто большее, чем шанс
спастись. Наконец, для героев обеих пьес существует дополнительный риск пропустить
или не узнать Годо, в случае, если он появится.
Другой исследователь, Вивиан Мерсье\ в своем анализе пьесы С. Беккета обра­
щается к творчеству Расина, четыре истинных трагедии которого связаны с доктриной
о «крайнем Янсенизме». Согласно этому учению, Бог спрятан настолько, что его волю
невозможно узнать или получить хоть малейший намек на то, спасены мы или прокляты.
Некоторыми критиками это положение рассматривалось как одно из основных в пьесе
«В ожидании Годо». Тем самым, здесь указывается не столько на текстуальное схождение,
а скорее на сущностное, т. к. основополагающий вопрос : «Что мы должны делать, чтобы
спастись?», разумеется, остается без ответа.
Далее Вивиан Мерсье опирается на шедевр Ж.-П. Сартра- пьесу «За закрытыми
дверямИ>>, в которой с появлением трех действующих лиц на сцене, уже никто не прихо­
дит, и никому не позволяется уйти. Единство места (некая лесная поляна, которую двое
бродяг никак не могут покинуть) напоминает то особое ощущение, создаваемое Сартром
при помощи единства места в его первой пьесе. Эту же параллель отмечает Уоллас Фаули 5
в своей книге «Дионис в Париже», показывая, что основным мотивом обеих пьес является
ограничение пространства, превращающее свободное существование героев в подобие
тюремного заточения.
Майкл Робинсон 6 в книге «Длинная соната мертвого»
("The Long Sonata ofthe Dead")
говорит о том, что пьеса «В ожидании Год о» так же пропитана пустотой тщетного ожида­
ния, как и «Король Лир» Шекспира. Исследователь очень художественно описывает, как
в пьесе Беккета пустота как дымка, неощутимая между предложениями, заявляет о себе
в каждой паузе и подавляет пейзаж, как и персонажей, на его фоне существующих. «Невоз­
можно описать это, -говорит Владимир о местности,- это как ничто».
·
По Робинсону, индивидуальности, персенажи появляются раньше, чем безличная
поэтик~ чистого театра, восходящая к более глубокому значению, чем то, что может быть
выраЖено с помощью языка. В пустынном пространстве «Короля Лира» мы, согласно
Робинсону, осознаем некий интуитивный, мистический источник драмы, где структура
сцен и видимая образность раскрывают более глубокую свободу, чем та, которую сам поэт
может вложить в слова и понятия. В действительности, в «В ожидании Годо» мJ .:;: можем
наблюдать ярко выраженный центр пьесы, который хотя и охватывает целый вечер, но,
в идеале, должен быть понят в единый момент, так же, как абстрактная живопись потрясает
воображение ~ерез зрительное восприятие без необходимости обязательного осознания.
Робинсон, вместе с тем, отмечает, что пьеса основывается на дуалистичной одер­
жимости Беккета путешествием и статикой. Если, в определенный период времени пять
изменений все же происходит (Поццо слепнет, Лаки теряет дар речи, дерево начинает
цвести, ботинки Эстрагона подменяют и Лаки находит новую шляпу), такие изменения
не имеют логического веса в художественном мире Беккета и указывают, что что-то по­
прежнему движется сообразно движению времени . Предметом принятия на веру не может
быть и цветение дерева. Оно просто изменяется быстрее по сравнению с бродягами, напо­
минающими нам, что объективное время остается безразличным к их тревогам.
Обширные аллюзии между пьесой Беккета и священным писанием также очень
часто освещаются в критической литературе с позиции трактовки ее многосложной симво­
лики . Автор термина «театр абсурда», Мартин Эсслин', в своем исследовании творчества
52
С. Беккета упоминает изречение св. Августина о двух ворах на кресте: «Не отчаивайся- один
из двух воров был спасен; не обвадеживайся- один из двух воров был проклят». Это выра­
ние рассматривается как один из центральных мотивов пьесы «В ожидании Годо>>.
В пьесе .периодически возникают библейские мотивы. Например, разговор
Библии, о спаQении одного из двух разбойников (что являет «разумное процентнее
~ношение») . По утверждению исследователя Кристин Моррисон 8 , в пьесенеслучайно
оявляется история о двух ворах со всеми ее противоречиями
-
это аллегория смешанных
~увств самих персенажей пьесы, живущих в подвешенном состоянии, разрываясь между
адеждой и отчаянием. Тем самым символичность обращения к библейским сюжетам
пьесе вполне оче~идна.
Согласно Б. О. Стейтсу 9 , обширная амплитуда колебаний смысла в пьесе «от триви­
_lЬного к глубинному уровню предполагает, что наша ее интерпретация будет в принципе
zцентична образной интерпретации Писания» 10 • Так, например, дерево, представляющее
об ой единственную декорацию пьесы, -это прообраз креста и т. д . Герои Беккета пред­
ставлены парами (Владимир- Эстрагон, Поццо- Лаки), что возвращает к идее библейской
=ары Каина и Авеля, которая опять же упоминается самими героями в пьесе . Но в то же
емя сам исследователь предостерегает от слишком смелых интерпретаций. Предпри­
НIL\Шются попытки рассматривать имя Годо как аллюзию к Богу, тем более, что англий­
ский язык подобную интерпретацию вполне оправдывает
(God- Godot), но
большинство
исследователей (включая Стейтса), находят такие параллели слишком линейными.
Изначальная множественность существования предполагает многосоставность
iiНДивидуальности. С.Е. Голубков" говорит, что человек, по мнению Беккета,- не инди­
ядуальность, а протекание различных «я»: «Всякое "я", как показывает Беккет в своих
оизведениях,- это множество "я", всякий индивид- это последовательность индивидов,
пающихся внушить человеку, чтоон-это они» 12 •
Беккет стремится метафизически типизировать конкретную,частную историю в ка­
Ч " стве универсальной трагедии человечества, которая проявляется в жалкой беспомощно­
сти человека в чуждом ему мире, в бесцельности всякого действия и мысли. С этой целью
Беккет отказывается от привычной жанровой структуры «драмы идей» и создает вариант
илесофекой «антидрамьш. Как утверждает С.Е. Гонтарски 13 : «Эстетика (а также критика)
Беккета основывается не столько на означающем/означаемом , на слове/значении, сколько
на супестивной игре означающих, на модели музыки и математики» 14 •
Структура пьесы очерчивает ряд основных вопросов , на которых основывается
ее идейно-ф.цлософская проблематика . Циклического расширения внутри повторяемых
актов не происходит, все сводится к фактическим утверждениям и тем проблемам, которые
в связи с этими утверждениями поднимаются. Исследователь Кристин Моррисон указывает
н а сходство пьесы по структуре с мьюзик-холлом или, если ограничивать область сравне­
ния общелитературным контекстом, с рамочным повествованием в стиле «Декамерона»
шrn «Кентерберийских рассказов». Нам эксплицитно время от времени сообщается, что
это всего лишь пьеса:
«Владимир. Можно подумать, что мы на театральном представлении.
Эстрагон. В цирке.
Владимир. В мюзик-холле .
Эстрагон. В цирке» 15 •
Эти реплики выделяются из общего действия, словно Владимир и Эстрагон
-
сами
зрители пьесы . Или, например, такие выключения из общей канвы происходящего:
53
«Владимир. Я сейчас вернусь.
Направляется к кулисам.
Эстрагон . В конце коридора, налево.
Владимир. ростарожи тут, чтобы не заняли мое место. (Выходит.)» 16 •
Откуда взялись такие · указания, если мы вполне отчетливо сознаем, что герои
находятся посредИ пустынной дороги, а не в помещении. Прием пьесы о пьесе способст­
вует тому, что беккетавекие персонажи из собственно драматических превращаются
в более театральных.
Жан Ануй охарактеризовал «В ожидании Годо» как скетч в стиле мьюзик-холл
на тему «Мыслей» Паскаля. Ф~лософская система Паскаля особенно созвучна произве­
дению Беккета в той части, где мыслитель говорит о том, что ничто так ни страшно для
человека, как быть в полном покое, без страстей, без дела, без развлечения, без учения.
Тогда он чувствует свою никчемность , свою неполноценность , свою зависимость, свою
слабость, свою опустошенность. Поиск соответствий между учением Паскаля и творче­
ством Беккета вполне закономерен хотя бы потому, что Беккет достаточно активно инте­
ресовался этой философской системой.
В то же время, философский фундамент художественного мира Беккета может скла­
дываться из неограниченного количества философских систем. Так например , Е.Г. Доцен­
ко1 7 указывает на сходство учения Шопенгауэра с творчеством Беккета в том, что истинным
источником человеческого страдания является сам факт существования, а единственный
грех человека
-
быть рожденным . «Заимствованный у Декарта дуализм обеспечивает
раздельное бытие для тела и духа героев Беккета: сознание персонажа ни в коей мере
не связано с телесными проблемами и проявлениями» 1 8 .
В заключение можно отметить, что указание на архетипическую символику пьесы
Беккета, предпосланное в самом начале данной статьи, является оправданным. У А. Можа­
евой1 9 находим: «К прямой проблематизации смысла архетипа прибегает С . Беккет в пьесе
"В ожидании Годо". Единственный штрих, отличающий второе действие от первого- это
зазеленевшая ветка на дереве, при этом в самой пьесе не содержится ровным счетом ника­
ких указаний относительно значения этого, очевидно, архетипического образа» 20 • В своей
статье исследовательница приходит к выводу, что абсурдная реальность все же торжествует,
ставя тем самым под сомнение само представление об архетипах. «И в этом случае образ
зеленой ветки индуцирует тематическое истолкование пьесы, поддерживая одновременно
и восприятие ее как абсурдной» . В этом, согласно, А. Можаевой, проявляется двоякое
видение архетипа (и мифа в целом)- образное и риторическое.
Таким образом, можно заключить, что, несмотря на «принципиальную внетемпо­
ральность беккетавекого дискурса», попытки осмыслить этот художественный мир неиз­
бежно повлекут стремление включить предмет осмысления в знакомый или более, как
кажется, «рациональный» контекст других произведений, что, ~ свою очередь, приводит
к созданию целой мозаики соответствий, способной расширяться до бесконечности.
1
Токарев Д.В. Курс на худшее: Абсурд как категория текста у Даниила Хармса и Самюэля Беккета . М. : Новое
литературное обозрение,
2 Там же. С .
3
2002.
336с .
14.
Bryden М Balzac to Beckett via God(eau/ot) // http: //janus .uoregon.edu/searchlabryden+mary/ 1,1 ,4,В/frames et&ab­
ryden+mary+ 1953&1 ,4.
4
54
Mercier V. Beckett!Вeckett // http://www.samuel-beckett.net/Penelope/infiuences_resonances.html.
~ J:пp ://www.questia.com/library/Ьook/dionysus-in-paris-a-guide-to-contemporary-french-theater-by-wallace-fowlie .
_ _ :c:uD=di onysus-in-paris-a-guide-to-contemporary-french-theater-by-wallace-fowlie&OFFID=se2qbp&КEY=Wallace-?o'l'·!ie%2 0»Dionysus%20in%20Paris.
' anp:/ij anus.uoregon.edu/searchlt?SEARCH=the+long+sonata+of+the+dead.
- Esslin Мп . The theatre of the Absurd. Third edition. Great Britain, 1980. 480 р.
' Morrison К. Canters and Chronicles: The Use ofNarrative in the Plays ofSamuel Beckett and Harold Pinter. Chicago,
р.
• Scates В. О. The shape ofparadox. An Essay on Waiting for Godot. Los Angelos, 1978. 120 р.
"
.:
IЬi d., Р.
14 .
Га7)1бков СЕ. Романы Самюэля Беккета: Автореф. канд. дис . СПб.,
Та.м же. С.
2002 .
12 .
..; Gontarski S.E. The untent ofundoing in Samuel Beckett's dramatic texts. Bloomington, 1985. 221
IЬ i d. , Р.
"'
·.
р.
15.
Беккет С В ожИдании Годо
Там же . С.
1 Сост.
С. Исаев. Пер. с фр. С. Исаев, А. Наумов. М.,
1998. 284
с.
57.
До ц енко Е. Г. В ожидании Ничто: динамика условности в драматургии С. Беккета 50-60-х гг./1 Вести. Москов­
хrо ун -та. Сер.
J
Там же. С.
9. ФиЛология. 2004. N2 5. С . 78- 96.
88.
-~ Мажаева А . Миф в литературе ХХ века: структура и смыслы // Художественные ориентиры зарубежной лите­
~ ы ХХ века . М. ,
z
Там же . С.
2002 . 568
с.
320.
Статья принята к печати
26 февраля 2007 г.
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
13
Размер файла
565 Кб
Теги
ожидание, контексте, беккета, соответствия, годом, пьес, pdf, литературное, поиск
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа