close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Сказовое повествование как доминирующий принцип изложения в эпических произведениях А. Я. Дорогойченко.pdf

код для вставкиСкачать
Известия
Izvestia
Пензенского государственного
педагогического университета
Penzenskogo gosudarstvennogo
pedagogicheskogo universiteta
имени В. Г. Белинского
imeni V. G. Belinskogo
Гуманитарные науки
humanities
№ 23 2011
№ 23 2011
УДК 82.035(470.4)(=511.1)
СКАЗОВОЕ ПОВЕСТВОВАНИЕ КАК ДОМИНИРУЮЩИЙ ПРИНЦИП ИЗЛОЖЕНИЯ
В ЭПИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ А. Я. ДОРОГОЙЧЕНКО
© О. И. БИРЮКОВА
Мордовский государственный педагогический институт имени М. Е. Евсевьева,
кафедра литературы и методики обучения литературе
e-mail: OlgBirukova@rambler.ru
Бирюкова О. И. – Сказовое повествование как доминирующий принцип изложения в эпических произведениях А. Я. Дорогойченко // Известия ПГПУ им. В. Г. Белинского. 2011. № 23. С. 120–123. – В статье акцентируется внимание на необходимости научного осмысления творчества русскоязычного писателя из мордвы
А. Я. Дорогойченко, для которого национальная самобытность явилась основополагающим фактором, способствующим эволюционным преобразованиям в индивидуально-творческом становлении и развитии.
Ключевые слова: сказовое повествование, фольклор, стилизация, авторская речь.
Birjukova O. I. – Narration in the first person as dominating principle of recounting in A. J. Dorogojchenko's epic
works of literature // Izv. Penz. gos. pedagog. univ. im.i V. G. Belinskogo. 2011. № 23. Р. 120–123. – In the article the
attention to the necessity of the scientific study of the creativity of A. J. Dorogojchenko - the Russian-speaking writer from
mordva is focused. For him national originality was the basic factor promoting evolutionary transformations in individuallycreative formation and development.
Keywords: narration in the first person, folklore, stylization, author’s speech.
Художественный способ познания и воссоздания действительности в фольклоре и литературе не
одинаковы. Разумеется, специфичность фольклора и
литературы не означает их замкнутости и непроницаемости. Вместе с тем степень историко-литературного
развития неодинакова и определяется совокупностью
многих причин, к которым относим: состояние развития художественной культуры народа (в том числе
словесной); время появления письменности; разработанность литературного языка; факторы внутрирегиональных и внерегиональных культурных явлений.
Определяя истоки зарождения и формирования
национальных литератур, степень сближения и расхождения фольклорно-литературных эстетических
систем, необходимо иметь в виду, что выявление в
литературном творчестве фольклорных элементов, их
конструктивных и стилистических функций способствует решению многих проблем. В данном аспекте
правомерно говорить и о национальном колорите, и о
создании национальных характеров.
Одну из ведущих жанровых доминант, преобладающую в произведениях первых национальных писателей из мордвы, определяем как сказываемость (устность), т. е сжатый, захватывающий,
напряженный рассказ о событии, человеке. Мы не
ведем речи о «фольклорности» мотивов и героев,
которыми обычно ограничиваются исследователи
120
проблемы «литература и фольклор», а имеем ввиду
то проникновение сказовой эстетики в художественную ткань прозаического пространства, которая делает возможным передачу разной художественной
информации (портрет, речь, психологическая реакция героя и т. д.) в небольшом тексте – вне длинных
описаний, подробных представлений поступков поведения, обстоятельств.
Разнообразные формы сказового повествования (собственно сказ, несобственно авторское повествование «сказового типа», сказовое повествование)
явились притягательными стилевыми ориентирами в
литературе начала ХХ века. Отзвуки последнего наблюдаются в структуре прозаических произведений
русскоязычного автора из мордвы Александра Яковлевича Дорогойченко (1894–1947).
Элементы сказового повествования могут быть
рассмотрены в прозе писателя, во-первых, с формальной точки зрения как явление чисто стилевое, и тогда можно говорить о стилизации устно-поэтической,
устно-речевой манеры как воспроизведении «чужой»
речи. Во-вторых, сказовое повествование может быть
поставлено в иной ценностно-содержательный ряд –
в систему идейно-художественного познания писателем действительности, в этом случае его можно рассматривать как одно из свидетельств народности художественного мышления А. Я. Дорогойченко.
Филологические науки
Такой подход подтверждает И. И. Шеянова, рассматривающая в своем исследовании распространение
сказовых форм в мордовской литературе: «В мордовской литературно-эпической поэзии сказа в «чистом»
виде не существует. Сказ в ней формируется в виде
стилизации, в форме художественной повествовательности, связанной с фольклорными поэтическими и
прозаическими сказаниями» [7, 15]. Под стилизацией понимает «литературный стилистический прием
умышленной имитации характерных особенностей
чужой речевой манеры для достижения определенной
художественной цели» [6, стб. 1029]; «явление, близко
родственное сказу и пародии, а также различным способам изображения речи персонажей, сохраняющим
социально-историческую и (или) индивидуальнопсихологическую характерность последней» [5, 179].
Стилизация как один из принципов авторского
повествования, ориентированный на воспроизведение
«чужого» голоса, получила реализацию в ряде произведений А. Дорогойченко («Ре-ке-сем», «Большая
Каменка», «Товарищ Варвара» и др.). При этом важно отметить отсутствие в произведениях мордовского
прозаика персонифицированного рассказчика, казалось бы, одного из необходимых условий сказового
повествования. Однако заметное преобладание устноречевого начала авторской речи позволило нам усмотреть в художественной ткани его произведений элементы сказовой стилизации, которые входят в структуру любого литературно-художественного жанра как
резкая стилевая противоположность.
Стилистический анализ романа А. Дорогойченко «Большая Каменка» дает возможность говорить
о различных формах стилизации в нем. Её использование в произведении неоднородно и объясняется
сюжетно-композиционным своеобразием романа.
Первая глава «Чихан-гора» – своеобразный зачин романа с характерными рефренами:
Эх, отдых на пахоте!
Эх, ты красное солнышко!
…Эх, отдых после пашни!
Эх, предзакатное солнышко!
Эх, Чихан-гора! [2, 9]
Проявление суггестивного фольклоризма, являющегося основным источником национальностилевой интерференции на ассоциативно-фоновом
уровне, характерно для мордовских эпических и лироэпических песен («Романова Аксинья», «Ванина
Варвара», «Схожу в лес, сосну срублю» и др.).
Сказовая форма повествования отражает в литературе наиболее сильные стороны языковой гениальности народа, предполагает индивидуальную манеру
говорить, большую чуткость к меткому слову, занимательность, речевую свободу, щедрость на речевые
краски, юмор, живость, легкость. А. Я. Дорогойченко чувствовал подвижный «ручейный» язык своих
односельчан, владел им, формировал его как удачно
найденный способ общения с читателем, в памяти
которого остаются массовые цены кулачных боев на
масленицу, «уличных» собраний сельчан по тому или
иному поводу (приход белочехов, приезд продотрядов
или обсуждение газетной статьи), встречи крестьянами первого трактора и др.
В первой части романа, основанной на изображении дореволюционной деревни, автор широко использует элементы фольклорной стилизации, например,
для создания образа-характера (при этом стилизация
совпадает с речевой характеристикой персонажа).
В качестве примера приведем данные автором портретные характеристики «правды искателя» Митрича:
«На горящем горизонте четко маячит черная фигура
Митрича с заступом: неуклюжая, будто пляшет, припадая и распрямляясь, как медведь» [2, 11]; «с приезду –
прямо в кладовую Митрич: короб лубошный выдвигает и в строгом порядке по разным углам короба, по сортам, спрастывает камни. Уходит Митрич от пашни…
в радостную даль. Ему одному ведомую» [2, 13].
Поэтика народного сказа, проникая в художественное произведение А. Дорогойченко, в значительной степени обогатила его образный строй характерными изобразительно-выразительными деталями,
придала им национально-самобытное звучание, способствовала художественной реализации принципов
народности. Единство коллективного и индивидуального в сказовом повествовании выступило как показатель ориентации произведения на изображение народных судеб. Отсюда – эпическое начало в обрисовке
реальности, широкий взгляд на жизнь, истоки которого восходят к народному мировосприятию и народной
оценке явлений действительности.
В процессе анализа разнообразия повествовательных форм в прозе А. Дорогойченко выявляется
характерная черта его стиля – тесное взаимодействие
(а в ряде случаев и сращение) авторской речи и речи
героев: черта, которая может быть рассмотрена с точки зрения формы как стилизация разговорно-речевой
манеры. Причем связь такого повествования с традициями устно-поэтического сказания носит более опосредованный характер, нежели при собственно фольклорной стилизации.
В романе «Большая Каменка» стилизация
разговорно-речевой манеры повествования выступает
в качестве способа индивидуализации и типизации образа, как средство создания характера через отдельные
сюжетно-композиционные элементы произведения,
например через соотношение авторской речи и речи
героев. Примечательна в этом отношении следующая
сцена: «Бухнулся Санек на землю, распластался от
усталости… Глянул – опрокинулась неба голубая громадина. Обстала кругом такая близкая, такая всамделишная. Вот ведь, ходит под небом Санек – мальчишка
деревенский, крутолобый, рыженький – ходит и не замечает: есть ли оно? А лег на теплую землю – валится
голубая громадина… Рядом дядя Митрич стучит лопатою… Чего он ищет? На кой сдались ему эти ракушки
и камешки? Шут ли в них!» [2, 9].
В приведенном отрывке затруднительно разграничить размышления мальчика и раздумья самого автора. Писатель не просто наделяет героя своими
мыслями и чувствами, он перевоплощается и смотрит
121
ÈÇÂÅÑÒÈß ÏÃÏÓ èì. Â. Ã. Áåëèíñêîãî • Ãóìàíèòàðíûå íàóêè • ¹ 23 2011 ã.
на мир Санькиными глазами, глазами рано повзрослевшего ребенка. Сильное проявление разговорного,
устно-речевого начала в самой авторской речи явилось
определяющей чертой в художественной системе мордовского прозаика.
В рассказах писателя 1920-х гг. также преобладает структура повествования, ориентированная на
самовыражение автобиографического героя – на его
манеру говорить, думать, чувствовать («Пришел на
свидание», «Бурьян», «Товарищ Варвара»). Слово автобиографического героя становиться жанрообразующим и стилеобразующим фактором, основным средством построения и раскрытия образа.
Рассказ «Пришел на свидание» (1918–1926) в
соответствии с первоначальным авторским замыслом
должен был стать частью авторомана, о чем свидетельствует его подзаголовок «кусок из авторомана».
Анализ произведения позволяет говорить о близости
автора и героя: они могут меняться местами, что, в
свою очередь, является важным критерием автобиографического жанра. Образ-повествователя, созданный автором-писателем, становиться образом персонифицированного автора. Текст рассказа создается
непосредственно персонифицированным автором, и
повествование ведется от первого лица. Все вышесказанное не означает абсолютного равенства между автором и героем-повествователем в эпических произведениях А. Я. Дорогойченко автобиографического плана.
Автор-писатель и персонифицированный автор, воплощенный в произведении, оказываются относительно близкими, но не тождественными.
Рассказ «Товарищ Варвара» (1922) композиционно представляет собой «рассказ в рассказе», построенныйпопринципу«матрешки».Автор-повествователь
(персонифицированный автор) «передает на время»
свои права рассказчикам (в данном случае традиционно индивидуализированную речевую манеру рассказчика замещает диалог крестьян). Вместе с тем, он способен создавать свой собственный текст параллельно
«рассказываемому» тексту и внутри него. Например:
«Встает передо мной мое детство в виде колоколенки
этой да длинного и мертвого каната… И никак не могу
примириться с тем, что рассказывают бабы: что около
этой самой колокольни Варвара «рюльцинеркой» стала. Слушаю рассказ сбивчивый баб – и никак в голове
не местится. Сказка? Быль?» [4, 246].
Рассказываемая односельчанами история воскрешает в памяти автобиографического героя воспоминания детства и ранней юности, он вторгается
в этот рассказ, обогащая его выразительными деталями, не нарушая при этом его целостности. Авторповествователь вторгается в него извне, располагаясь
параллельно рассказчикам, одновременно слушает
их, создавая свой «внутренний» текст, используя при
этом прием несобственно-прямой речи. Это объясняется тем, что автобиографический герой с его «литературно оформленной» речью представлен читателю неявно, подтекстово. Его жизненный опыт сопрягается с
жизненным опытом односельчан, о которых речь идет
в произведении, их мышление находится примерно
122
в той же системе представлений и оценок (пространственные и временные границы мышления персонифицированного автора, конечно, значительно шире).
А. Я. Дорогойченко стилизует речь автобиографического героя под тот разговорно-речевой тон, который
создает в произведении: «водворили в камеру», «попались, как куры», «поруганная учредилка», «буржуй
сиволапый», «духота несусветная» и др.
Повествование от первого лица получает реализацию в социально-психологическом романе А. Дорогойченко «Живая жизнь» (1-я книга, 1930). Форма художественной речи в нем существенно отличается от
повествования в рассказе «Товарищ Варвара». Главное отличие состоит в качественно иной позиции автора по отношению к герою, позиции диалогической,
«утверждающей самостоятельность, внутреннюю свободу, незавершенность и нерешенность героя», когда «герой для автора не «он» и не «я», а полноценное
«ты», то есть другое чужое полноправное «я» [1, 73].
Художественной доминантой построения образа главной героини романа – Нины Дородновой – становиться её самосознание, раскрывающееся в собственном
слове. По определению М. М. Бахтина, герой в таком
замысле автора является носителем полноценного
слова: слово автора ориентировано на героя как на слово, «автор говорит всею реконструкциею своего романа не о герое, а с героем» [1, 74].
Героиня не просто думает о предметах и явлениях окружающего мира, она говорит с ними. Так она
обращается и к себе самой (часто на «ты»), убеждает,
стыдит, задает вопросы, просит прощения, побуждает к действию: «О чем, о чем ты, Нина?.. Ужели стоит только налететь грозовому холодному ветру – порвется паутинка твоего спокойствия? Нежная, слабая
паутинка… Что же мне делать? Что делать мне, если я
немножко устала? Устала я, Нина, прости меня за это.
Надо побольше самообладания, да. Я не могу, не умею
справиться с собой…» [3, 169].
Слово героини, от начала до конца созданное
автором, стилистически реализовано в романе как
самостоятельное, как «чужое» по отношению к авторскому слову. В структуре повествования ощутимо
стремление писателя формально «отбить» героиню
от себя, показать, как неожиданны и непредсказуемы
её желания и поступки. Подобная стилевая форма с
преобладанием слова героя таила в себе возможность
полного отмежевания автора от героя, позицию полного словесного невмешательства. В этом были противоречия найденной формы, в этом были её несомненные
преимущества. Установка на воспроизведение «чужого» голоса обеспечивала А. Я. Дорогойченко некую
свободу самовыражения, позволяя вложить в уста
героя то содержание, которое по тем или иным причинам невозможно было выразить в авторском слове.
Показ противоборствующих начал в сознании «героини переходного времени», неоднозначности, дисгармонии человеческого естества, «текучести» человеческого «я» – то, что привлекало А. Дорогойченко, и что
осмысливалось им через призму идейно-эстетических
идеалов, было раскрыто в романе с большой художе-
Филологические науки
ственной силой и убедительностью во многом благодаря художественно-речевой структуре текста.
Такимобразом,прозаА.Я.Дорогойченкоотличаетсямногообразиемстилевыхформ,анализкоторыхпозволяет говорить о своеобразной их эволюции, отражающей настойчивые поиски писателем индивидуальнотворческого стиля. Получившая широкое распространение в прозе мордовского автора 1920-х гг.
тенденция к ориентированности формы повествования
на определенную манеру видеть мир развивалась в разных направлениях. В одном случае наблюдаемое взаимодействие голоса автора и героев художественно реализовалось в разных формах стилизации (стилизованный сказ, восходящий к устно-поэтическим сказаниям;
стилизация разговорно-речевой манеры от первого и
третьеголица),отражающихкомпозиционно-стилевую
природу произведения и свидетельствующих о народности художественного мышления писателя. По мере
совершенствования мастерства прозаика происходит
ослабление авторского слова, что делает авторскую позицию более объективной, независимой от каких-либо
заранеепредрешенныхидейно-художественныхзадач.
Однако, со второй половины 1930-х гг. в творчестве
А. Дорогойченко наблюдается развитие прямо противоположной тенденции – тяготение к прямому и однозначному выражению авторской позиции, усиление
назидательно-дидактического начала в художественной речи. Отчасти этот процесс был связан с обраще-
нием писателя к жанру художественного очерка, в котором ощущалась в то время особая потребность «как в
чрезвычайно важной литературной функции».
Благодарности: работа выполнена в рамках
ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 гг. по теме «Интеграция художественных традиций литератур народов Поволжья и Приуралья в контекст современных
социокультурных проблем» (гос. контракт № П660
от 19.05. 2010).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1.Бахтин М. М. Проблемы поэтики Достоевского. М.:
Сов. Рос., 1979. 320 с
2.Дорогойченко А. Я. Большая Каменка: роман. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1983. 280 с.
3.Дорогойченко А. Я. Живая жизнь: роман. М.-Л.: Земля и фабрика, 1930. 232 с.
4.Дорогойченко А. Я. Товарищ Варвара // Свежая борозда: рассказы, стихи, пьеса, очерк / Сост. Н. М. Сайгин. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1991. С. 244–258.
5.Краткая литературная энциклопедия / Под. ред.
Л. А. Суркова. М.: Сов. энц., 1972. Т. 7. 754 с.
6.Литературная энциклопедия терминов и понятий / Под
ред. А. Н. Николюкина. М.: Интелвак, 2003. 1600 стб.
7.Шеянова И. И. Сказовые формы мордовской словесности. Автореф. дис. … канд. филол. наук. Саранск:
МГУ им. Н. П. Огарева, 2002. 18 с.
123
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
7
Размер файла
561 Кб
Теги
изложение, сказовой, произведения, доминирующих, pdf, принципы, повествования, эпических, дорогойченко
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа