close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Украинец А. Чрезвычайные ситуации и безопасность. Экстремологический и социологический анализ (2001)

код для вставкиСкачать
МОНОГРАФИЯ
ЧРЕЗВЫЧАЙНЫЕ СИТУАЦИИ:
ЭКСТРЕМОЛОГИЧЕСКИЙ И СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
ПРЕДИСЛОВИЕ
Цель настоящей монографии – охарактеризовать теоретикометодологические основы теории экстремальности, безопасности
и гражданской защиты и показать общие принципы организации гражданской защиты и обороны в системе национальной безопасности
Республики Беларусь, а также выяснить пути повышения эффективности деятельности по предупреждению чрезвычайных ситуаций
и ликвидации их последствий.
В книге освещаются следующие основные проблемы:
– характеризуется исторический процесс формирования теоретикометодологических основ теории экстремальности и безопасности,
развитие и содержание которого во многом определяет современные
4
Предисловие
научные подходы к решению проблем безопасности и гражданской
защиты территорий и населения;
– показан синергетический характер современной теории экстремальности (экстремологии), интегрирующей в своем содержании
широкий комплекс гуманитарных, естественнонаучных и специальных знаний;
– анализируются результаты проведенных социологических исследований и опросов среди работников МЧС по вопросам оценки
опасности, угрозы и рисков чрезвычайных ситуаций, а также различных аспектов деятельности органов по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций (ОПЧС);
– отмечены некоторые практические выводы, актуальные в деятельности ОПЧС и при подготовке специалистов в этой области;
– раскрываются основные теоретико-методологические подходы
к пониманию общих проблем безопасности и на их основе показана
сущность и содержание такого феномена, как гражданская защита населения и территорий;
– указаны основные задачи и общие принципы организации
гражданской защиты и гражданской обороны в системе национальной
безопасности Республики Беларусь.
Объектом анализа в монографии являются многообразные чрезвычайные ситуации и катастрофы природного, техногенного, социогенного и комбинированного характера мирного и военного времени.
Предметом анализа являются основные принципы обеспечения
надежной безопасности и гражданской защиты населения и территорий от возможных угроз и последствий чрезвычайных ситуаций мирного и военного времени.
Основная рабочая гипотеза предлагаемой книги заключается
в том, что при всем разнообразии экстремальных ситуаций, как для
предупреждения и ликвидации последствий ЧС, так и для обеспечения безопасной жизнедеятельности людей и организации гражданской защиты населения и территории, важнейшее значение имеет характер деятельности человека либо той или иной социальной группы,
выступающих в качестве субъектов (своеобразных «акторов») этих
ситуаций. При этом в такой роли может выступать как общество и государство в целом (либо его отдельные структуры и органы), так
и спасатель (работник МЧС), а также и пострадавший, попавший
в беду человек. В каждом случае они занимают и выполняют совершенно разные, порой даже противоположные положения, роли и функ-
Предисловие
5
ции (структуры ГСЧС, органы и подразделения МЧС, спасатели и пострадавшие, пожарные и погорельцы и т. п.). Однако в том или ином
случае они сталкиваются с однотипными (хотя и очень разнообразными
по форме) признаками и проявлениями экстремального. Выяснение
и учет этих признаков и проявлений представляется необходимым условием успешной и эффективной деятельности в экстремальных условиях. Все это должно быть учтено в процессе формирования
и функционирования специальных общественных институтов, призванных обеспечить предупреждение чрезвычайных ситуаций, ликвидацию
их последствий, гражданскую защиту территории и населения и национальную безопасность в целом. Важную роль в изучении всего комплекса этих проблем призваны сыграть все гуманитарные науки и социальная экстремология в частности.
Актуальность такого подхода к изучению экстремологических
проблем подтверждается еще и тем, что анализ статистики чрезвычайных ситуаций в Республике Беларусь и других странах однозначно
свидетельствует: при всем разнообразии экстремальных ситуаций
(по происхождению и другим классификационным признакам) практически в каждой из них ту или иную роль играет человек. Такое положение фиксирует и печальная статистика чрезвычайных ситуаций,
когда человеческий фактор более чем в 80 случаях из 100 (то есть более чем 80 %) непосредственно выступает как их основной источник
и главная причина.
Учитывая это, специалистами в области предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций однозначно отмечается, что
«…когда практически все чрезвычайные ситуации и их последствия
имеют антропогенные причины, именно образование и наука представляются единственными средствами решения проблемы безопасности жизнедеятельности» [14, с. 4].
Такое положение предполагает, что наряду со значительными
организационно-техническими и иными усилиями по обеспечению
безопасности, предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, особенно остро стоит проблема активизации работы по изучению возможностей эффективного оптимизирующего воздействия
именно на человеческий фактор чрезвычайных ситуаций. В свою очередь, это невозможно осуществить без глубокого и всестороннего научного изучения его сущностных и структурно-содержательных параметров, а также путей и методов их оптимизации в интересах
6
Предисловие
обеспечения безопасной жизнедеятельности каждого отдельного человека и общества в целом.
Теоретической и методологической основой при написании монографии стали идеи, почерпнутые из философско-социологической
традиции в сфере диалектики познания экстремальности, а также
принципы, сложившиеся в области общей теории систем, синергетики, кибернетики и социологической теории экстремальности и катастроф.
В процессе подготовки данного научного издания использован
опыт разработки философско-методологических проблем социальных
исследований, накопленный в современной науке (Р. Мертон, Т. Парсонс, Э. Канетти, Р. Дайнс, Д. Венрер, Р. Том, Г. Селье и др.). Традиционная гносеологическая проблематика дополнена развиваемыми
идеями синергетической эпистемологии (И. Пригожин, И. Стенгерс,
Г. Николис, А. Баблоянц, Г. Хакен, К. Майнцер и др.). Авторы также
опирались на методологическую, теоретическую и фактологическую
базу, представленную в работах ученых стран СНГ (В. Арнольд,
В. Асеев, Е. Бабосов, Ю. Ковалевский, А. Козлов и др.).
Методы исследования поставленных проблем определялись
и адаптировались в процессе социологических исследований, проведенных в Гомельском инженерном институте МЧС Республики Беларусь под руководством специалистов Института социологии НАН Беларуси, с которым в 2002 году было подписано долгосрочное
соглашение о сотрудничестве. Благодаря этому в течение четырех последних лет накоплен значительный опыт проведения конкретных социологических исследований.
На первоначальном этапе были проведены пробные пилотажные
исследования на одном курсе очного и заочного факультетов (выборка –
150 человек) с целью проверки качества подготовленных анкет, определения их валидности и меры искажения полученной информации.
В 2004–2006 годах с применением различных социологических
методов (включенного наблюдения, контент-анализа документов,
массового опроса и интервьюирования экспертов) проведено комплексное описательно-аналитическое исследование с периодическим
опросом 1120 респондентов (постоянных работников института, курсантов и слушателей, обучающихся на очном и заочном факультетах).
С одной стороны, в своей совокупности они представляют практически все основные категории работников МЧС (рядовой, младший,
средний и старший начальствующий состав ОПЧС разного возраста
Предисловие
7
и с различным опытом работы). С другой стороны, в проведенных опросах были охвачены представители всех шести областей республики,
город Минск и 76 районов Беларуси. Таким образом, репрезентативность выборки обеспечивалась представительством обследуемого постоянного и переменного состава института, а также слушателей факультета заочного обучения, всем важнейшим параметрам и пропорциям изучаемой генеральной совокупности проводимого
исследования, то есть к основным группам и категориям работников
МЧС со всех регионов Республики Беларусь.
В отличие от достаточно активного и разностороннего научнотеоретического анализа различных аспектов теории экстремальности
и национальной безопасности, специальных научных исследований
по проблемам безопасности от чрезвычайных ситуаций и обеспечению гражданской защиты до настоящего времени в Республике Беларусь практически не проводилось. Учитывая это, опираясь на основополагающие положения Концепции национальной безопасности
Республики Беларусь [52], в монографии, с одной стороны, изложены
нормативно-правовые нормы, определяющие деятельность органов по
чрезвычайным ситуациям и обеспечению безопасности населения
и территорий в мирное и военное время, с другой – авторы излагают
свою точку зрения по тем вопросам, которые до настоящего времени
не получили однозначного толкования в нормативно-правовой базе
и научной литературе. Естественно, что такая точка зрения не является истиной в последней инстанции.
Изложенные в предлагаемой монографии материалы особенно
актуальны в их практическом (и, прежде всего, управленческом) значении, поскольку от этого во многом зависит направленность, содержание и организация конкретной деятельности законодательных
и исполнительных субъектов власти и управления, а также органов по
предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций по обеспечению гражданской защиты населения и территорий в системе национальной безопасности Республики Беларусь.
Авторы выражают глубокую признательность рецензентам данной книги доктору философских наук, профессору, академику Е. М. Бабосову и доктору социологических наук, профессору Е. М. Евелькину
за ценные замечания и предложения, учтенные при подготовке ее
к изданию.
Авторы
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность научного изучения и осмысления теоретикометодологических проблем теории экстремальности и безопасности,
а также ознакомления с ними достаточно широкого круга читателей,
интересующихся данными вопросами, обусловлена несколькими основными факторами.
Во-первых, самим многообразием природных, техногенных, социогенных и комбинированных угроз XXI века, в которые вовлекается
человек и человеческое сообщество. Тенденция к возрастанию угрозы,
опасности и риска чрезвычайных событий: стихийных и экологических
бедствий, технологических аварий и катастроф, социально-экономических потрясений, военных конфликтов и иных экстремальных явлений и процессов, в той или иной мере затрагивающих все страны мира,
становится все более очевидной и общепризнанной. В такой обстановке необходимость всестороннего научного анализа путей и способов
минимизации негативных последствий, оптимизации и снижения рисков возникновения чрезвычайных ситуаций (ЧС), а в конечном счете
обеспечения надежной национальной безопасности, не вызывает
сомнений.
Во-вторых, тем, что всестороннее изучение особенностей функционирования сложных объектов, систем и процессов (в том числе
чрезвычайных ситуаций, обеспечения безопасности и гражданской
защиты населения и территории), а также поведения и деятельности
человека в нестатических, нестандартных условиях в целом является
важнейшей проблемой современного научного знания.
В-третьих, исследование поставленных проблем особенно важно
для практической деятельности по предупреждению и ликвидации
чрезвычайных ситуаций, которая стала важной составной частью государственной политики в области обеспечения безопасности жизнедеятельности населения, устойчивого развития и национальной безопасности как отдельных государств, так и международного сообщества
в целом.
Введение
9
Необходимость глубокого научного осмысления и анализа системы специфических социальных отношений и социальных действий
в органах и подразделениях по чрезвычайным ситуациям (как в условиях повседневной деятельности, так и в процессе ликвидации последствий ЧС) обусловлена исключительной сложностью практических задач по предупреждению и ликвидации чрезвычайных
ситуаций, а также по профессиональной подготовке работника МЧС.
Сама жизнь подтверждает, что безопасность может быть обеспечена только в том случае, когда она включает в себя действенную
систему предупреждения и ликвидации последствий многообразных
природных, техногенных, социогенных и комбинированных чрезвычайных ситуаций мирного и военного времени. Как показывает мировой и отечественный опыт, такого рода задачи призвана решать гражданская защита населения и территорий. При этом гражданская
защита – это только один из компонентов комплексной системы национальной безопасности, охватывающей политическую, экономическую, военную, экологическую, информационную и гуманитарную
сферы общественной жизни [52]. Следовательно, необходимо всестороннее научное исследование места и роли гражданской защиты
в системе национальной безопасности, ее положения и структурнофункциональных связей с государственными органами, производственными и общественными организациями.
Научный анализ проблем чрезвычайных ситуаций и гражданской защиты в системе национальной безопасности должен начинаться именно с исследования и формирования ее теоретико-методологической основы, которая имеет ярко выраженный синергетический
характер и включает в себя достижения в целом ряде естественнонаучных, гуманитарных и специальных знаний. И только в случае правильного решения теоретико-методологических проблем теории экстремальности, безопасной жизнедеятельности и гражданской защиты
в комплексной системе национальной безопасности могут быть найдены верные организационно-управленческие решения, позволяющие
успешно решать многие частные (прикладные) задачи.
Круг вопросов, нуждающихся в дальнейшем изучении по данной научной проблематике, охватывает исследование многообразных
экстремальных (чрезвычайных) явлений и процессов, одним из проявлений которых выступают чрезвычайные ситуации различного характера. Многообразные разновидности, источники, последствия
и пути их оптимизации (если возможно, то минимизации и ликвида-
10
Введение
ции) призваны изучать как многие отдельные науки, так и специальная синергетическая теория экстремальности (которую иногда называют «теорией катастроф», тем самым значительно сужая ее предмет
и методологию исследования). Не случайно одним из ведущих специалистов в области теоретического осмысления экстремальных проблем
О. С. Разумовским была выдвинута сначала идея создания «философской теории экстремальности» [89, с. 41], а затем экстремологии как
специальной и самостоятельной науки, то есть научной теории экстремальности или общей экстремологии [87, с. 23].
Причем в работах многих ведущих ученых-экстремологов
«…в рамках традиционной экстремологии все больше внимания уделяется антропному фактору» [103, с. 5]. Авторы одного из первых учебных
пособий по социальной экстремологии В. Н. Томалинцев и А. А. Козлов
отмечают, что «…общая экстремология в большей степени занимается
изучением экстремальных значений физических качеств предметного
мира, в то время как социальная экстремология преимущественно обращена к пределам (то есть экстремальным значениям. – авт.) социального,
психологического, духовного порядка» [103, с. 5].
Необходимо отметить, что если экстремальные явления и процессы вполне могут рассматриваться и «без человека» (то есть в исследовательском поле естественных наук: физика, химия и др.), то
экстремальная ситуация предполагает, что в данных экстремальных
явлениях и процессах в том или ином качестве присутствует человек.
Именно факт атрибутивного присутствия человека в поле воздействия
экстремальных явлений и процессов, становящимся условиями его
аномального существования и жизнедеятельности, а также субъектом
активного либо пассивного воздействия на развитие самой экстремальности, отражается в понятии «антропогенный фактор экстремальных ситуаций». В современной парадигме научного знания такое
положение фиксируется тезисом о том, что атрибутивным признаком
любой чрезвычайной ситуации является прямое либо косвенное вовлечение человека в экстремальные процессы.
Исходя из этого, очевидно, что проблема «человек в чрезвычайной ситуации» не может быть глубоко и всесторонне изучена без участия и инструментария гуманитарных наук – философии, экономики,
социологии, политологии, психологии и т. д. Естественно, что каждая
гуманитарная наука, имея собственный объект и предмет исследования, занимается изучением соответствующих областей природной
и социальной действительности и человеческой жизнедеятельности,
Введение
11
каждая из которых имеет свои «края», «границы», пределы, то есть
экстремумы, где и проявляются экстремальности.
Иными словами, все гуманитарные науки захватывают в предметное поле исследований (и, следовательно, могут изучать со своих
позиций), в том числе и экстремальные явления, процессы, ведущие
к возникновению чрезвычайных ситуаций. Соответственно в рамках
каждой их гуманитарных наук можно выделить определенную часть
(блок, раздел), занимающуюся экстремальной проблематикой: философия экстремальности, экономика в экстремальных условиях, социология, политология, психология экстремальных ситуаций и т. д. Насколько актуален и развит каждый из таких разделов – предмет
отдельных исследований. Но в любом случае (реально либо потенциально), все они могут иметь место, отражая возможность развертывания изучаемых этими науками сторон окружающей природной и социальной действительности в область экстремальных значений.
В отличие от всех других гуманитарных наук, объектом социальной экстремологии являются именно экстремальные явления, процессы и чрезвычайные ситуации в их взаимодействии (либо в их
взаимовлиянии) с человеком.
Обобщая, интегрируя и опираясь на философские, экономические, социологические, политологические, психологические и все
иные знания об экстремальности, социальная экстремология формирует свою систему категорий и научный инструментарий. Во взаимодействии с общей экстремологией, имеющей в большей мере естественнонаучный характер, социальная экстремология целенаправленно
исследует социальные экстремальные явления, процессы и ситуации
и в конечном счете призвана выявить общие принципы и закономерности в данной сфере развития окружающей действительности и человеческого существования.
Естественно, что задачи, решаемые общей и социальной экстремологией, имеют не только теоретический характер. На их основе могут и должны решаться многие исключительно важные и актуальные
проблемы практически-прикладного характера. Эти практические проблемы непосредственно замыкаются на обеспечение устойчивого развития, оптимизации, снижения и минимизации рисков чрезвычайных
ситуаций, безопасной жизнедеятельности людей, государств и человеческого сообщества в целом.
В последние годы во многих странах, в том числе и в Республике Беларусь, ведется поиск путей обеспечения устойчивого развития
12
Введение
и национальной безопасности, выработки научно обоснованной стратегии управления рисками, предпринимаются значительные усилия
по их снижению, активно формируется и совершенствуется единая
государственная система предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций. В то же время достаточно определенная система научного обеспечения деятельности государства в целом и органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям в частности, пока еще не
сложилась. В результате имеющиеся здесь явления и тенденции не
всегда в полной мере учитываются как в некоторых управленческих
решениях, так и в системе профессиональной подготовки спасателей,
а также при подготовке специалистов по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций в вузах МЧС. Учитывая такое положение, активное и целенаправленное изучение теоретических проблем
общей и социальной экстремологии имеет особую актуальность и несомненное практическое значение.
Глава 1
НАУЧНО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ
ОСНОВЫ ТЕОРИИ
ЭКСТРЕМАЛЬНОСТИ
В развитии человеческого сознания и философской мысли возникновение экстремальных событий (ситуаций) либо сама возможность возникновения таковых, как правило, рассматривались как нечто неординарное и аномальное в обычном целесообразном «ходе
вещей» (даже при объективно неизбежном, закономерном развитии
экстремальных процессов), несущее угрозу жизни и здоровью людей,
а также их деятельности и среде обитания. Поэтому данные ситуации
получают статус «чрезвычайных» как вследствие анормальности возникающих условий для жизни и деятельности людей, так и по причине неординарности мер, которые при этом необходимо предпринимать для нормализации обстановки и обеспечения привычных
безопасных условий жизнедеятельности. Кроме того, «эффект негативных последствий» таких ситуаций (маломасштабных и крупных),
как правило, настолько велик, что эти события иначе как «чрезвычайные» и не оценивают. Их правомерно выделяют в специфический
класс, рассматривая и анализируя в качестве особого феномена, отражаемого и выражаемого понятиями «экстремум», «экстремальность»,
«экстремальная (чрезвычайная) ситуация». Именно эти феномены вызывали опасность, угрозу и риск для жизни человека и среды его обитания, нарушая сложившуюся более или менее устойчивую систему
безопасности их существования. Естественно, что данные явления
привлекали особое внимание «человека разумного» и стимулировали
их научное осмысление и изучение.
Глава 1
14
1.1. Философско-социологические
и естественнонаучные основы
теории экстремальности
Исходное понятие «экстремум» (лат. extremum – крайнее, предельное), как это было открыто еще античной наукой, указывает на
предельное состояние в существовании вещей. Экстремумы воспринимались как своеобразные феномены, образующие, по сути, границы
меры существования вещей. В теоретическом выражении указанное
выше понимание экстремального утверждало, что та или иная величина, характеризующая состояние, процесс или структуру, принимает
крайнее (условно – минимальное или максимальное) значение. Замечалось, что с превышением этих границ и этих значений, вещи перестают
быть самими собой и обретают иное существование. Обыденное и научно-философское осмысление и открытие такой экстремальной формы изменений прочно утверждается в практически применяемых экстремальных принципах, регулирующих деятельно-преобразующую
активность человека в этих ее особых «пограничных» с опасностью
и угрозой жизни областях.
В самих истоках научного мировоззрения наблюдается зарождение философского осмысления экстремальных явлений и процессов. Так, самые первые идеи античной философии об экстремальном,
развиваемые в учениях «о предельном», «о мерах вещей» и «о дисгармонии», учили избегать «крайностей», соблюдая исключительно
важный для существования вещей и жизнедеятельности людей принцип «меры во всем». Заметим, что на это уже обращал внимание один
из основоположников древнегреческой философии – Фалес из Милета.
Основоположник диалектики Гераклит считал, что «мера есть
тот ритм и порядок, которому подчиняются радость и горе, удача
и бедствие, необузданное и кроткое – все существующее: и человеческая жизнь, и игра стихийных сил, и сам космос. Отступление от меры, нарушение ее неизбежно приводит к состоянию дисгармонии, как
относительному преобладанию одной из сторон противоположностей
над другой… напряженному равновесию «расходящихся» противоположностей… и последующему превращению вещей» [23, с. 79]. Чрезмерное преобладание одной из противоположностей над другой означает дисгармонию и приводит к исчезновению вещи. Устойчивость
и прочность вещей относительны и временны. Вещи и процессы сменяют друг друга в определенных границах согласно мере. Только
Научно-методологические основы теории экстремальности
15
мера, знание ее и следование ее закону приводят к победе разумного
над всем стихийным, необузданным и неразумным [23, с. 83]. Таковы
взгляды философа Гераклита на сущность экстремального как формы
изменений и на его объективное содержание.
Проблемы экстремального привлекают внимание и Платона.
В его диалоге «Филеб» сущность экстремального в «субъективном
содержании» излагается так, что это «…все, что представляется нам
становящимся больше и меньше и принимающим (состояния) «сильно», «слабо» и «слишком», а также все подобное этому…» [78, с. 28].
В дальнейших рассуждениях о категориях «предельное и беспредельное» экстремальность характеризуется как сверхпредельное и… разновидность беспредельного. При этом Платон особо отмечает, что
«предельное» служит человеку «мерой для меры» [78, с. 29].
Значительное внимание анализу проблемы экстремального
уделяет Аристотель. В его трактате «Метафизика» содержится глубокое осмысление «экстремального» как актуальной категории, характеризующей одну из принципиально важных сторон диалектики
всего существующего. «Как выражение состояний и свойств существующего, последнее – предельное, а первое – беспредельное
(единое же состоит из того и другого)» [3, с. 76]. «Пределом называется граница (to eschaten) каждой вещи» <…>. «О пределе, – замечает Аристотель, – говорится в стольких же замечаниях, в скольких и о начале, и еще больше, ибо начало есть некоторый предел,
но не всякий предел есть начало» [3, с. 169–170].
Аристотель и его последователи рассматривают экстремальность как естественную и даже целесообразную форму действительного существования вещей. Экстремальность при этом полагается
главной конечной причиной, к которой стремится природа и, следовательно, в качестве одного из универсальных ее законов, ибо окружающая нас область чувственного мира постоянно охвачена уничтожением и возникновением.
В связи с конкретными практическими задачами своего времени, получая свое дальнейшее развитие и содержательно обогащаясь
в теоретическом отношении, проблема экстремальности продолжает
привлекать внимание ученых также и в средние века. Ее философский
анализ мы находим в «теории экстремумов» Николая Кузанского
(1401–1464), дальнейшая разработка идей которого была продолжена
Джордано Бруно (1548–1600).
В частности, в пантеистической концепции миропонимания
Н. Кузанского впервые обосновывается (естественно, в соответствии
16
Глава 1
с его теологическими воззрениями) необходимость применения
принципа экстремальности в качестве особого принципа объяснения
(познания) «творения» и существования, а также смены конкретных
предметных форм и явлений действительности.
Созвучны античным мысли Н. Кузанского о том, что через экстремальное возникает все многообразие конкретного мира, «творимого» Всевышним как абсолютным бесконечным Максимумом. При
этом основным принципом «творения» форм действительности признается экстремальный принцип ограничения. Повсюду лишь последовательное ограничение целого приводит к возникновению соответствующих частей его или минимальных форм, сохраняющих в то же
время свойство потенциальных максимумов. Все существующее, каждый предмет и явление находятся в своем существовании между
максимумом и минимумом как экстремумами своего бытия. «Начало,
середина и конец всякой формы есть актуальные формы» [54, с. 338],
в которых «измеряющий рассудок» устанавливает «рассудочный порядок существования» [54, с. 343] вещей и всего происходящего.
Именно поэтому принцип экстремального и постижения форм
в их «выступлении за пределы (excessu)» [55, с. 99] объявляется
Н. Кузанским применимым ко всем исследуемым областям действительности. И если, познавая такие состояния бытия вещей и явлений,
сводить экстремумы к количеству, то максимальное есть количественно великое, а минимальное есть количественно максимально малое.
Очищая экстремумы от количества, мысленно отбрасывая большое
или малое, становится очевидным, что экстремальное в действительности есть превосходящая, чрезвычайная степень сущего. «Освободи
максимальность от максимально малого и максимально большого,
чтобы увидеть (ее) саму по себе, не ограничиваемую в малом или великом, и ты увидишь абсолютную максимальность» [54, с. 382]. В отношении же измерения экстремумов рассудком Н. Кузанский замечает,
что «рациональная мера действует лишь по сю сторону вечности
и настолько далека от всякой соизмеримости с ней» [54, с. 343].
Джордано Бруно, один из величайших представителей эпохи
Возрождения, придал философской теории экстремумов более выраженный естественнонаучный характер. В диалоге «О причине, начале
и едином» он особо обращает внимание на то, что «…не только для
проникновения разума в глубинные тайны природы вещей должно
исследоваться наибольшее и наименьшее, противоборство самых
крайностей… превращение противоположностей друг в друга в дове-
Научно-методологические основы теории экстремальности
17
денных до крайностей состояниях. Вне применения принципов экстремального, – отмечал Дж. Бруно, – не может работать ни физик, ни
математик, ни философ» [17, с. 93, 97].
Последующее углубление философского осмысления и научного обоснования принципов экстремального, актуальных как для познавательной, так и для практической деятельности, осуществляется
на фоне убедительной критики различных идеалистических, в частности, теологических спекуляций вокруг сущности экстремального. При
этом для того времени наиболее характерна философская критика
теологических постулатов о «предустановленной гармонии» всего
сущего и непротиворечивости бытия, а также содержательно противоположных тезисов о предопределенности различных катаклизмов
и катастрофичности бытия.
Научные представления о сущности, объективном содержании
и основных принципах экстремальности в Новое время были обогащены естественнонаучными идеями Г. Лейбница (1646–1716), выдвинутыми в его учении «о динамизме монад» и «исчислениях бесконечно малых величин».
Так, в трактате «Об основных аксиомах познания» Лейбниц замечает, что во всем многообразии своего проявления пределы выступают как «различимые состояния», или «моменты, точки, границы…,
приписываемые [...] явлениям и процессам, хотя объективно таковые
являют собой «модальности непрерывности» [62, с. 382]. Поскольку
«в разуме существует естественная склонность к истинному вообще
и к каждой ясно понятной истине в частности» [...], такие истины, как
экстремум, являются «метафизически необходимыми» [62, с. 140, 336].
В «Теодицее» Лейбниц отмечает принципиально важную мысль
о том, что событийные (или в нашем понимании – ситуационные)
«…границы возникают и от природы субъекта» [63, с. 385], то есть
имеют в своем генезисе и содержании также субъективный аспект.
Следовательно, они и не могут рассматриваться иначе, как возникающие а subjecto.
В разрабатываемой им монадологии как учении о самоорганизации и саморазвитии явлений мира указывается не только на неизбежность радикальных качественных изменений, переходов одних качественных состояний в другие в процессах самоорганизации сущего,
но и впервые обращается внимание на то, что развертывание таких
процессов не имеет и не может иметь однонаправленного, то есть линейного, характера. Динамизм радикальных преобразований обуслов-
18
Глава 1
ливает целый спектр возможностей для дальнейших изменений. При
этом реализуется та из них, для которой оказалась благоприятной
сложившаяся в «пространстве возможностей» конфигурация в содержании претерпевающей изменения монады [63, с. 145]. Таким образом, уже тогда Лейбниц по существу гениально предугадал одну из
основных закономерностей экстремальных процессов – нелинейность
радикальных изменений, предопределяющую сложность переходов
в «пограничных» состояниях и многообразие обусловленных этим
возможных качественных преобразований.
Размышления Лейбница о возможности исчисления пределов
как актуальных метафизических точек, с которой непосредственно
связан созданный им вариант анализа бесконечно малых величин,
способствовали разработке новейшей теории пределов. Открытие
в наше время явления нелинейности и закономерности нелинейных
преобразований подтверждает эти гениальные идеи. Нелинейность
как закономерность и метод находит в современном научном познании широкое применение в математике, термодинамике, астрофизике,
синергетике и в других науках. Она становится всеобщим методом,
позволяющим диалектически анализировать как порядок, так и хаос
в самых разнообразных экстремальных процессах действительности.
Дальнейшее развитие научных представлений о сущности
и объективном содержании экстремальности связано с философским
учением Г. Гегеля (1770–1831). Хотя специально Гегель экстремальные ситуации не выделял, его подход к анализу категорий «качество»,
«количество», «движение», «мера» и другим важнейшим понятиям
позволяет понять сущность диалектических переходов.
Обосновывая характер действия фундаментальных, всеобщих
диалектических законов развития сущего, диалектики действительного и возможного, действительного и случайного, случайного и необходимого в реальных процессах бытия, мышления, природы и общества, Гегель исследовал универсальные глубинные закономерности их
развития, актуальные для осмысления сущности экстремальных изменений.
Г. Гегель внес существенный вклад в диалектическое понимание
категории «меры» и ее пределов. Он подчеркивал: «Все вещи имеют
свою меру, то есть количественную определенность, и для них безразлично, будут ли они более или менее велики; но вместе с тем это
безразличие также имеет свой предел, при нарушении которого
(при дальнейшем увеличении или уменьшении) вещи перестают быть
Научно-методологические основы теории экстремальности
19
тем, чем они были» [22, с. 314]. Мера, таким образом, трактуется им
как интервал или диапазон, в границах которого вещи и явления, изменяясь, сохраняют, тем не менее, единство своих качественных
и количественных параметров, то есть остаются идентичными самим
себе (самотождественными). В учении Гегеля мера выступает в качестве несущей конструкции гносеологической процедуры оценки действительности и в своем развертывании может приобретать статус
критерия «особости» либо «качественной индивидуальности» того
или иного объекта или явления, а также «пределов» их существования
в происходящих и производимых изменениях.
С точки зрения Гегеля, мера – это количественная граница данного качества; она суть граница, в которой качество (любой предмет,
процесс, система, событие) проявляется в своей определенности. Категория «мера» выражает взаимосвязь и взаимообусловленность качества и количества. Мера выступает как интервал количественных изменений, в пределах которого вещь сохраняет свою качественную
определенность. Поэтому границы меры нельзя отделить от представлений о границах самих явлений и процессов, возможного, наибольшего и наименьшего, пределах, краях, то есть об экстремумах. Именно в этом аспекте мера есть преимущественно граница, которая
отнюдь не условна и неуловима, а всегда – конкретная, определимая
грань, за которой начинаются радикальные и парадоксальные изменения – экстремальности.
Гегель показал, что накопление количественных изменений отражает необходимые условия скачка при переходе от одного качественного состояния к другому и что эти границы являются всеобщими
характеристиками организации бытия, как «принципы того, что они
ограничивают...» [22, с. 90].
При этом экстремальные изменения имеют взрывной характер
и осуществляются в скачкообразной форме. Именно поэтому для понимания сущности экстремальных процессов исключительно важное
значение имеет разработанная Гегелем философская категория «скачок», которая непосредственно отражает сложный процесс перехода
от старого качества к новому, когда количественные изменения выходят за границы меры.
Содержанием скачка является сложное переплетение двух процессов – исчезновения старого качества и возникновение нового,
а также установление нового единства качества и количества. Существо скачка состоит в том, что силы и тенденции, направленные
20
Глава 1
на нарушение устойчивости, целостности объекта, его качественной
определенности, получают преобладание над силами, способствующими сохранению этой устойчивости.
При приближении к границе меры нарастает несоответствие
между консервативной стороной – старым качеством и нарастающими количественными изменениями. При выходе за пределы меры, к ее
границам или экстремумам, происходит скачок, ломка и отрицание
старого единства противоположностей (количества и качества), наступает переход к новому качеству и вместе с тем закладывается новое единство качества и количества.
Методологическое значение для понимания экстремальности
имеет и философская категория «отрицание». Гегель рассматривал
отрицание как всеобщую форму развития, которая осуществляется не
по прямолинейной «фазовой траектории», а по эллиптической спирали, когда вновь достигается первоначальный исходный пункт, но на
более высокой ступени.
При этом важно учитывать, что понятие «отрицание» тесно связано с рассмотренным выше понятием «скачок». И хотя эти понятия
близки, необходимо все-таки их различать. Скачок как переход от
старого качества к новому, от одной меры к другой, есть «перерыв
постепенности». Процесс же отрицания начинается еще до скачка,
в рамках старой меры, и продолжается после него, в рамках новой
меры. Иными словами, длительность отрицания как процесса оказывается большей, чем длительность скачка.
Различие отрицания и скачка имеет важное значение при исследовании назревания и развертывания чрезвычайных ситуаций и катастроф, когда наряду с собственно катастрофической фазой, выделяются фазы предкатастрофического и посткатастрофического развития
[9, с. 19–20]. В этом контексте можно отметить, что отрицание начинается в доэкстремальный период, когда еще не происходит скачок.
В свою очередь, скачок, по сути, совпадает с катастрофической фазой
развертывания экстремальности.
Отмечая изменчивость реальных процессов действительности от
«спокойной устойчивости к неустойчивости», в том числе к экстремальности, как особому состоянию этой реальности, Гегель подчеркивает, что «вообще изменения бытия суть не только переход одной
величины в другую, но и …иностановление…, качественно иное, по
сравнению с предшествующим существованием» [21, с. 466]. Вместе
с тем предельное, «конечность есть наиболее упрямая категория рас-
Научно-методологические основы теории экстремальности
21
судка» [21, с. 192]. Представляется, что любой процесс развивается
только до определенных пределов, полагаемых категорией меры.
Но «едва эти пределы будут нарушены, произойдет скачок, то есть
―перерыв постепенности‖, в котором возникает новое качество и соответствующие ему количественные определения…». Исходя из этого, замечает Гегель, «…математика природы… по существу своему
должна быть наукой о мерах» [21, с. 436].
Особо указывается при этом на значение случайности в возникновении экстремальных процессов и состояний. Обращается внимание на два типа случайностей. Одни выступают в роли более или менее адекватного воплощения необходимости, взаимно «погашаясь»
в массовом процессе и способствуя проявлению определенных закономерностей. Случайности другого типа, являясь для данного процесса чем-то посторонним, как бы вторгаясь со стороны, могут внести
в необходимость серьезные, подчас роковые коррективы [21, с. 381].
Именно в такой подвижности реальных процессов мы встречаемся
с действительностью и возможностью, случайностью и необходимостью, которые предстают перед нами в разных ракурсах и взаимопереливах.
В ХХ столетии важнейшие философские направления и школы
также содержали в себе «экстремальную составляющую». Кто же,
например, не согласится с утверждением о том, что содержащийся
в философии экзистенциализма («философии существования») углубленный анализ «пограничных ситуаций» актуален при изучении чрезвычайных ситуаций? Или с тем, что смена парадигм, научные революции и НИПы в новейших теориях К. Поппера, Т. Куна и П. Фейерабанда
также содержат момент экстремальности?
Так, в философии экзистенциализма, ставшей одной из ведущих
философских школ XX века, вопросы существования человека в экстремальных условиях были особо актуализированы и по существу являлись одной из его центральных проблем.
Известно, что экзистенциализм стал своеобразной гуманистической реакцией на многообразные социальные катаклизмы XX века:
мировые войны, массовое уничтожение людей, тоталитарные режимы
как отрицание моделей либерально-демократического устройства общества, репрессивное и нивелирующее влияние общества на человеческую личность, попрание человеческого достоинства, ее стандартизацию и шаблонизацию [2, т. 4, с. 234–236].
На наш взгляд, вполне правомерно утверждать, что экзистенциализм стал прямым порождением экстремальности нашего времени,
22
Глава 1
то есть отражением в философском сознании катастрофичности общественного и индивидуального бытия.
Отмечая указанную особенность экзистенциализма в контексте
данной монографии, следует подчеркнуть, что одной из центральных
проблем литературно-художественного творчества всегда была тема
испытаний человека обрушивающимися на него бедствиями: болезнями и эпидемиями, ураганами и наводнениями, землетрясениями
и пожарами, войнами и иными катастрофами различного характера.
В каждом из этих случаев человек с его привычными условиями обитания, нормами и ценностями оказывался перед лицом необузданной
стихии, несущей риск, опасность и смерть. Естественно, что подобными сюжетами изобилует мировая художественная культура. Иными
словами, это та же центральная проблема теории социальной экстремологии – «человек в экстремальной ситуации», только не в естественнонаучной или философско-социологической форме, а в ее эстетически-образном, литературно-художественном осмыслении.
В отличие от искусства, философия и наука постигают мир
с помощью абстрактных, наиболее общих и предельных понятий. Соответственно философия экзистенциализма – это особый, рационально-критический тип мировоззрения, выраженный на специфическом,
а порой экстремальном языке (страх смерти, абсурдность жизни, эмоциональный стресс, пограничная ситуация, грань моральной, интеллектуальной или физической гибели и т. п.). Для того чтобы выделить
и проанализировать специфическую проблему «существование человека в экстремальной ситуации», необходимо уточнить с этих позиций некоторые исходные принципы и ключевые категории экзистенциальной философии.
При этом возникают две группы вопросов. Во-первых, в чем заключается специфика экзистенциализма как философии и с помощью
каких категорий раскрывается ее содержание и смысл? Во-вторых, как
эта специфика и эти категории воспринимаются в контексте теории
и практики предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций?
Своеобразие экзистенциализма наиболее полно проявляется
в обосновании и защите особой программы миропонимания, в центре
которой находятся проблемы уникальности человеческого существования и развенчание культа разума, господствовавшего в классическом философском мировоззрении.
Развенчание культа разума в философии XX столетия осуществлялось, прежде всего, на фоне и в процессе переосмысления катаст-
Научно-методологические основы теории экстремальности
23
рофических последствий и кровавых уроков Первой и Второй мировых войн. Именно эти войны подорвали и дискредитировали господствовавшие в общественном сознании представления о силе и мощи
человеческого разума. Особенно остро это переживалось в странах,
потерпевших поражение в войне.
Действительно, с позиций разума не просто понять и объяснить
как в самых культурных и цивилизованных странах утверждаются варварские и бесчеловечные по своей сути фашистские режимы. Как в колыбели мировой и прежде всего европейской культуры, в один исторический миг были попраны все многовековые гуманистические традиции
и задымили зловещие трубы концентрационных лагерей. Как можно
объяснить и чем оправдать гибель не единиц, не десятков и даже тысяч
человек, а многих миллионов людей. Почему вчера еще обычные
и нормальные люди сегодня стреляют и убивают друг друга. Как в этих
катастрофических условиях не потерять человеческое достоинство
и самоценность личности, если, казалось, весь мир против человека?
Все это позволило сделать выводы об иррациональности общественного
бытия и индивидуального существования, что наиболее ярко проявляется в экстремальные периоды исторического развития.
Исходный пункт философии экзистенциализма – индивид, взятый сам по себе, вне его общественных связей. По образному выражению, экзистенциализм – это философия, представляющая собой
попытку рассуждать не с позиции зрителя, а с точки зрения самого
актера, участвующего в жизненной драме.
Уже в самих идейных истоках экзистенциализма (С. Кьеркегор,
Ф. Ницше, Х. Ортега-и-Гассет и др.) были сделаны особые акценты на
такие крайние состояния человеческого состояния, как страх и отчаяние. Эти акценты позднее сформируются в своеобразную философскую традицию, лежащую в самой основе экзистенциализма и которую в целом можно обобщить в формулировке – «существование
человека в аномальном мире». Тем самым можно утверждать, что одной из центральных проблем экзистенциализма является проблема
«человек в экстремальной ситуации».
Подобная исключительно антропологическая позиция экзистенциализма сближает его с современной социальной экстремологией,
поскольку как в первом, так и во втором случаях, объектом научных
исследований является субъект (то есть сам человек или определенный социум) и среда его обитания под непосредственным воздействием разворачивающихся вокруг них и с их участием природных, техногенных и социогенных чрезвычайных ситуаций.
24
Глава 1
Как правило, в этой ситуации человек находится на грани моральной, интеллектуальной или физической гибели. Именно при попадании человека в такие крайние, аномальные, критические ситуации (в философии существования они получили наименование
«пограничных ситуаций») наиболее явно проявляется так называемая
экзистенциональная сущность человека. Эта экзистенция всегда,
в том числе и в обычной, повседневной жизни, скрывается в глубинных слоях существования человека, выражая единственность и уникальность каждого человека и его судьбы. Весь «парадокс экзистенции» заключается в том, что если в обычных условиях она имеет мало
шансов для своего осуществления (так как она задавлена нормами,
традициями, привычками, удобствами и т. п.), то в экстремальных условиях (в так называемых «пограничных ситуациях»), когда эти нормы, традиции, привычки и удобства катастрофически разрушаются,
экзистенция может проявиться достаточно четко, выявляя истинную
сущность человека, скрытую в обычной жизни.
Различные представители экзистенциализма определяют пограничную ситуацию по-разному. Для М. Хайдеггера – это экзистенциальный страх, который в отличие от житейского страха не связан
с боязнью потерять жизнь или жизненные блага, а представляет собой
боязнь не найти такое предназначение, ради которого человек может
добровольно пожертвовать жизнью и жизненными благами. Для
К. Ясперса – это болезнь, вина, смертельная опасность и т. п.
Для Ж.-П. Сартра – это «тошнота» или «дурнота», как переживание
беспочвенности всех ожиданий; «скука», как предчувствие бесполезности любых практических начинаний.
В том или ином случае пограничная ситуация – это переживание
абсурдности жизни, обнаружение «зияющей пустоты ничто». В то же
время для человека это единственное средство вырваться из обыденности и попытаться обрести самого себя. Или в понимании экзистенциалистов – посмотреть в глаза смерти. Такое подлинное существование выносить, оказывается, гораздо труднее, чем обыденное, в мире
вещей. При этом свойствами экзистенции будут ее конечность, временность, историчность, ибо она обнаруживается в движении человека к потустороннему бытию, к смерти.
Пограничные ситуации по своему существу представляют собой
экстремальную ситуацию на уровне индивидуального бытия человека
и особенно драматично они проявляются в условиях социальных кризисов и конфликтов. Если в обычных условиях у человека еще есть
Научно-методологические основы теории экстремальности
25
какие-то шансы сохранять свой хрупкий индивидуальный мир, то
в эти периоды наступает абсолютное крушение и подавление индивидуального бытия. На практике это выглядит по-разному: вчерашние
крестьяне, музыканты, учителя и рабочие, теряя свой подлинный облик и становясь безликой серой подавленной массой, превращаются
в серую унифицированную массу безработных, солдат, беженцев,
больных, заключенных или просто пострадавших. Так чуждое человеку общество со своими неподвластными личности жестокими законами окончательно обезличивает его и растаптывает индивидуальное
бытие.
Экзистенция наиболее явно проявляется при попадании человека в «пограничные ситуации». Это состояния острейшего эмоционального стресса, связанного прежде всего с переживанием страха
смерти и абсурдности жизни. В пограничной ситуации человек находится на грани моральной, интеллектуальной или физической гибели.
Именно в таком состоянии к нему приходит озарение и обретение
собственного «Я» в ходе соприкосновения с высшим видом бытия –
трансценденцией, которая представляет собой потустороннее бытие,
непостигаемое и недоступное в условиях обычной жизни человека.
Примерно таким образом выглядят осмысление и описание
представителей экзистенциализма о пути человека к экзистенции, от
затерянности во внешнем мире к обретению человеком своего «Я».
Заметим, что подобное описание экзистенциалистского понимания
сущности и содержания пограничной ситуации аналогично современным представлениям об особенностях, во-первых, самих чрезвычайных ситуаций и катастроф, а во-вторых, поведения человека в экстремальных условиях.
Очевидно, что указанные выше принципы нелинейности изучения и анализа экстремальных, в том числе катастрофических изменений и «пограничных ситуаций», имеют общеметодологический характер, проявляясь как в экзистенциализме, так и в социальной
экстремологии.
В данном контексте следует обратить особое внимание на рассматриваемые экзистенциализмом качественно своеобразные два типа экстремальных ситуаций человеческого существования. Первый
тип, согласно экзистенциальной теории, – это серьезные потрясения,
дающие, однако, человеку определенный шанс возвращения на прежний привычный уровень жизни. Второй тип – критические экстремальные ситуации, которые бесповоротно перечеркивают сформиро-
26
Глава 1
вавшиеся и актуальные жизненные замыслы человека и предполагают
трансформацию внутреннего мира самой личности, ее смысла жизни,
программ жизнедеятельности.
Как «философия существования» или «философия кризиса», экзистенциализм непосредственно обращается к анализу второго типа
критических ситуаций человеческого бытия. Наиболее известные его
представители М. Хайдеггер, К. Ясперс, Г. Марсель, Ж.-П. Сартр,
А. Камю и другие рассматривают человека именно в состоянии переживания жестоких, критических и выходящих за пределы обычного
ситуаций. В центр их внимания ставятся индивидуальные жизненно
важные проблемы отношения человека к своему существованию,
призванию и смерти, вопросы решения и выбора в экстремально критических жизненных ситуациях. При этом для экзистенциализма характерен вывод о том, что свобода сохраняется у человека в любой,
даже самой крайней и катастрофической ситуации, и заключается в
конечном счете в возможности выбирать к ней свое отношение.
Указанные идеи философии экзистенциализма уже давно перешагнули казавшийся барьер абстрактности и замкнутости на себя.
Как показывает практика реальных чрезвычайных ситуаций, они реально присутствуют в современных характеристиках критических для
человека событий как особых ситуативных состояний, которые обостряют экзистенциальную сущность человеческого поведения.
По сложившейся научной традиции философские исследования
экстремальности сопутствуют естественнонаучным исследованиям
и всегда дополняют друг друга. Возникнув в колыбели философской
мысли Античности и пройдя через все этапы и вехи ее развития
вплоть до нашего времени, философские представления об экстремальной форме изменений имели огромное влияние и сыграли выдающуюся роль в развитии естествознания Нового и Новейшего времени, послужив теоретической основой и стимулируя исследование
естественными науками экстремальности в развитии разнообразных
явлений и процессов в различных областях природной и социальной
действительности.
Философско-социологическое и общенаучное содержание принципа экстремального в Новейшее время значительно обогащается
теориями особенностей, бифуркации и катастроф, конкретизируется,
в частности, разработкой принципов наименьшего действия и оптимальности, открытие и обоснование которых связаны с творчеством
таких видных ученых, как Д. Аламбер, Мопертюи, Патрик д'Арси,
Научно-методологические основы теории экстремальности
27
А. Пуанкаре, Х. Уитни, Ж. Кювье, Р. Том, Дж. Мазер, А. Андронов
и др. За великими вариационными теориями Эйлера и Лагранжа, Гамильтона и Якоби также открывается необычайное богатство их философского содержания. Наиболее ярко проблемы экстремального
развития плодотворно исследуются и проявляются в такой области
знания, как современная теория катастроф (Ж. Кювье, М. Фуко,
Р. Том, И. Пригожин, Е. Карантелли, В. Рафаэль и др.) 5 .
В свое время основы теории катастроф были представлены известным естествоиспытателем, основоположником сравнительной
анатомии и палеонтологии Жоржем Кювье (1769–1838) в его теории
«прерывистых изменений, или катастроф». Именно Кювье впервые
использовал и ввел в научный оборот само понятие «катастрофа».
Согласно его теории, в истории Земли происходили геологические
перевороты («катастрофы»), в результате гибла фауна и флора и возникали новые, более высокие по своей организации растительные
и животные организмы. На основе выдвинутой им идеи катастроф
Кювье объяснял качественные различия геологических пластов, складывающих нашу планету. При этом развитие природы в целом Кювье
понимал как сумму по существу беспричинных (то есть сверхъестественных, «божественных») скачков, не обусловленных предшествующим состоянием материи.
Основные идеи катастрофизма, выдвинутые Ж. Кювье и развитые продолжателями его учения, заключаются в следующих тезисах.
Медленное эволюционное развитие в какие-то трудно объяснимые
моменты внезапно прерывается кризисными ситуациями. Развитие не
есть непрерывная последовательность, где каждое событие вырастает
из прошлого и перерастает в будущее. Реально оно включает в себя
ряд радикальных разрывов, поворотов и переломов, каждый из которых означает полное обновление возможностей, мысли и действия.
В таком контексте термин «катастрофа» преимущественно используется для обозначения событий и обстоятельств, которые требуют чрезвычайных приспособительных реакций общности и индивида, превышают их способности и приводят, по крайней мере,
временами к массовым разрушениям обычных функций общности
или индивида.
И все же основоположником современной теории катастроф
считается не Жорж Кювье, а французский математик-теоретик Рене
Том, опубликовавший в 1972 году книгу, в которой изложены основы
«общей теории развития», применимой к построению моделей самых
28
Глава 1
разнообразных природных и даже социально-экономических процессов. Именно Рене Том, а затем и английский тополог-прикладник
Кристофер Зиман, ввели в современный научный оборот термин
«теория катастроф». Вскоре эта теория сделалась модной, быстро
росло число прямо либо косвенно связанных с ней научных публикаций. Рене Том активно и небезуспешно занялся пропагандой методов
теории катастроф.
Как пишет один из самых авторитетных российских ученыхкатастрофистов В. И. Арнольд, Рене Тому принадлежит заслуга в разработке основы общей теории катастрофических процессов, применимой к объяснению любых процессов критического характера. Выдвинутая им теория катастроф или, точнее, теория катастрофических
изменений, позволила в единой закономерной связи исследовать
и эволюционные процессы, и состояния устойчивости, и качественные катастрофические преобразования динамических систем самой
различной природы [4, с. 20–21].
Отдавая должное Рене Тому, как одному из основателей современной теории катастроф, следует, однако, подчеркнуть, что еще задолго до выхода его трудов этой проблемой занимались многие видные представители науки. В частности, русский ученый И. Вышнеградский (1819–1895) заложил основы, а А. Ляпунов (1857–1918)
оформил как самостоятельный раздел науки управления теорию устойчивости динамических систем. Позже математик-академик А. Андронов
вместе со своими учениками еще до Второй мировой войны развил идеи
А. Пуанкаре в области качественной теории дифференциальных уравнений.
Именно А. Пуанкаре почти сто лет назад заложил принципиальные основы новых теоретических подходов к решению дифференциальных уравнений, впервые ввел такие понятия, как «структурная устойчивость», «динамическая устойчивость», «критические множества»
и разработал так называемую «теорию бифуркации динамических систем». А. Пуанкаре особенно интересовало качественное изменение
в поведении системы при изменении описывающих ее параметров. Однако тяжелая болезнь не дала ему возможности довести свои идеи до
логического завершения. И до 30-х годов, пока советские математики
А. Андронов и Л. Понтрягин, разрабатывая концепцию структурной
устойчивости, вновь не обратились к идеям французского ученого,
работы по дальнейшему развитию теории А. Пуанкаре практически
прекратились.
Научно-методологические основы теории экстремальности
29
На этой основе дифференциальная топология и качественная
динамика были синтезированы Д. Смейлом, а затем Х. Уитни в топологическую теорию динамических систем, называемую «теорией особенностей гладких отображений», которая по существу представляла
собой не что иное, как исследовательскую программу А. Пуанкаре,
сформулированную на современном математическом языке.
Общий смысл теории особенностей заключается в том, что она
представляет собой грандиозное обобщение исследования функции на
максимум и минимум. В данной теории функции заменены отображениями, то есть наборами нескольких функций нескольких переменных.
В 1955 году американский математик Хасслер Уитни опубликовал работу «Об отображениях плоскости на плоскость», которая заложила основу новой математической теории – теории особенностей
гладких отображений. Отображение называется гладким, если его
функции дифференцируемы достаточное число раз. Отображения
гладких поверхностей окружают нас повсюду. В действительности
большинство окружающих нас тел ограничено гладкими поверхностями. Все видимые границы тел – проекции ограничивающих тела
поверхностей на сетчатку глаза. Приглядываясь к окружающим нас
телам, мы можем изучать особенности видимых контуров.
Х. Уитни заметил, что особенности, получающиеся при отображениях, встречаются только двух видов. Первые – складки – особенности, возникающие при проектировании сферы на плоскость в точках экватора (проектирование поверхностей почти всех гладких тел
на сетчатку глаза имеет в общих точках именно такую особенность).
Вторые – сборки – практически никогда не замечаемые особенности,
получаемые при проектировании на плоскость поверхности, на которой выделяемая парабола в проекции на горизонтальную плоскость
отображается в виде полукубической параболы с точкой возврата
(острием) в начале координат.
Х. Уитни доказал, что всякая особенность гладкого отображения
поверхности на плоскость после подходящего малого шевеления рассыпается на складки и сборки. Таким образом, видимые контуры
гладких тел общего положения имеют точки возврата в местах, где
проекции имеют сборки и не имеют других особенностей. При этом
«катастрофами» называются скачкообразные изменения, возникающие в виде внезапного ответа системы на плавное изменение внешних условий 4, с. 12–13 .
30
Глава 1
Наряду с теорией особенностей гладких отображений Х. Уитни,
одним из источников теории катастроф является теория бифуркаций
динамических систем А. Пуанкаре и А. Андронова. Эта теория показывает, что вне бифуркационных значений положения равновесия гладко
зависят от параметров. Слово «бифуркация» означает «раздвоение»
и употребляется в широком смысле для обозначения всевозможных качественных перестроек или метаморфоз различных объектов при изменении параметров, от которых они зависят.
Для состояния бифуркации характерны:
– дестабилизация режима функционирования системы и выход ее
из состояния равновесия вследствие нарастания дисфункций;
– перенапряжение наличных и резервных ресурсов, приближающееся к предельным критическим значениям;
– усиление напряженности в системе взаимодействия, которая
принимает перманентный характер;
– состояние внутренней неупорядоченности, неустойчивости системы (период «энтропии»), при котором дальнейший процесс ее развития может иметь различные исходы;
– потеря эффективности средств регуляции и управляемости системы.
Именно при бифуркационных значениях параметров система резко, скачком меняет свое поведение. Подобная качественная ее перестройка, выражающаяся в скачкообразном изменении поведения системы в ответ на медленное (плавное) изменение внешних условий,
и носит название «катастрофа».
При подходе параметра к бифуркационному значению положение
равновесия «умирает», слившись с другим (или же «из воздуха» рождается пара положений равновесия). В момент рождения (или смерти) оба
положения равновесия движутся с бесконечной скоростью: когда значение параметра отличается от бифуркационного, оба близких положения равновесия удалены друг от друга.
Устойчивое положение равновесия («узел») сталкивается при изменении параметра с неустойчивым («седлом»), после чего оба исчезают. В момент слияния на фазовой плоскости наблюдается картина необщего положения («седло – узел»). При этом система уходит со
стационарного режима скачком и перескакивает на иной режим движения. Этот режим может быть другим устойчивым стационарным режимом или устойчивыми колебаниями, или более сложным движением.
Научно-методологические основы теории экстремальности
31
Установившиеся режимы движения получили в последние годы
название «аттракторов», так как они «притягивают» соседние режимы
(переходные процессы). Аттрактор (то есть «притягатель») – это притягивающее множество в фазовом пространстве. Аттракторы, отличные от состояний равновесий и строго периодических колебаний, получили название «странных аттракторов» и связываются с проблемой
турбулентности.
Если устойчивое положение равновесия описывает установившийся режим в какой-либо реальной системе (скажем, экономической, экологической или химической), то при его слиянии с неустойчивым положением равновесия система должна совершить скачок,
перескочив на совершенно другой режим: при изменении параметра
равновесное состояние в рассматриваемой окрестности исчезает.
Скачки этого рода, собственно говоря, и привели к термину «теория
катастроф».
Еще А. Пуанкаре заметил, а А. Андронов доказал, что кроме
описанной выше потери устойчивости положений равновесия, сливающихся с неустойчивыми положениями, есть еще два способа потери устойчивости:
1. При изменении параметра из положения равновесия рождается предельный цикл, устойчивость равновесия переходит ко всему
циклу и равновесие становится неустойчивым.
2. В положении равновесия умирает предельный неустойчивый
цикл, область притяжения положения равновесия уменьшается с ним
до нуля и после чего исчезает, а неустойчивость передается равновесному состоянию.
В общих однопараметрических семействах систем с двухмерным фазовым пространством никаких иных видов потери устойчивости не встречается 5, с. 35–36 .
В свое время А. Пуанкаре высказал довольно интересное правило «особенности границ устойчивости» и «принцип хрупкости хорошего».
Для того чтобы уяснить их сущность, изобразим систему, соответствующую какому-либо значению параметров, точкой на оси значений параметра. Изучаемая область разобьется тогда на две части
в соответствии с тем, устойчиво или нет состояние равновесия. Таким
образом, на плоскости параметров получается область устойчивости,
область неустойчивости и разделяющая их граница устойчивости.
32
Глава 1
В соответствии с общей стратегией А. Пуанкаре мы ограничимся семействами систем, зависящих от параметров общим образом.
Оказывается, граница устойчивости может иметь особенности, которые не исчезают при малом изменении. Область устойчивости, в общем случае, располагается всегда «углами наружу», вклиниваясь
в область неустойчивости. То есть для системы, при малом изменении
параметров, более вероятно попадание в область неустойчивости, чем
в область устойчивости. Это проявление общего принципа, согласно
которому все «хорошее» (например, устойчивость) более хрупко, чем
«плохое».
«Хорошие» – это объекты, удовлетворяющие нескольким требованиям одновременно, «плохими» же считаются объекты, обладающие хотя бы одним из ряда недостатков. Очевидно, что при выборе
системы, зависящей от параметра общим образом, более вероятно появление «плохого». В последствии Л. В. Левантовский доказал, что
при любом конечном числе параметров сохраняется «принцип хрупкости хорошего» 4, с. 17–18 . Теория устойчивости нашла широкое
применение на практике, особенно при определении уровня устойчивости самых разнообразных сложных систем.
Значительный импульс в формировании научных представлений
о механизме функционирования и развитии катастроф дала синергетика, оформление которой еще в 60–70-е годы прошлого столетия
в качестве нового междисциплинарного направления тесно связано
с научной деятельностью И. Пригожина, Г. Хакена и В. Эбелинга
[48], [58], [70], [110], [126].
Синергетический подход, имманентно заложенный в саму методологическую основу теории катастроф, ориентирует на выявление
общих закономерностей, лежащих в основе процессов самоорганизации, которые находят реализацию в системах различной природы.
Ядро синергетики определяет модель системных преобразований или так называемая «концепция системных бифуркаций». Суть
данной концепции состоит в том, что при нарастании дисбалансов
система может попадать в точку бифуркации – состояние, когда прохождение через эту точку может для системы означать в лучшем случае – реструктуризацию, в худшем – нарушение системообразуюших
параметров, приводящее к ее дезинтеграции [4, с. 129].
В своей широко известной теории динамики неравновесных
диссипативных систем один из создателей синергетики И. Пригожин
вывел новые характеристики детерминации, в свете которых необра-
Научно-методологические основы теории экстремальности
33
тимые, нелинейные поливариативно развивающиеся процессы в критических точках, называемых «бифуркациями», могут приводить
к возникновению неопределенности и хаоса. Такие процессы приводят к возникновению множества различных, часто непредсказуемых,
в том числе экстремальных ситуаций. Возникающие в таких случаях
малые различия могут приводить к крупномасштабным последствиям. Иными словами, бифуркация – это состояние, когда система все
время балансирует «на грани срыва», то есть перехода к такому состоянию, выход из которого возможен либо за счет реструктурирования системы, но на ином системном уровне, либо в направлении ее
дезинтеграции.
Вызываемые необратимыми, многовариантными по характеру
и направленности процессами события способны приводить к различным флуктуациям. Особое внимание уделяется при этом таким флуктуациям, которые предопределяют переход системы в неравновесное
состояние, ее качественное преобразование или катастрофическое
разрушение, которые часто не поддаются детерминистическим предсказаниям [47, с. 138–143].
В целом можно отметить, что флуктуации превращают явления
и проблемы бифуркаций (достаточно трудные сами по себе) в еще более трудные проблемы неравновесных фазовых переходов. Причем
«именно в критических точках, то есть там, где система претерпевает
свое макроскопическое изменение, флуктуации играют решающую
роль» [110, с. 138–143].
Теория трансформации, как одна из ключевых концепций синергетического развития, анализирует самые различные сценарии
«хаотизации» или экстремального морфогенеза. При этом раскрываются наиболее актуальные моменты и зависимости как жесткой (катастрофической), так и мягкой (кризисной) потери устойчивости или
нестабильности процессов [4, с. 16–20, 21–30].
Как уже отмечалось, экстремальная ситуация в своем непосредственном развитии представляет собой диалектический трансформационный переход от нормы (упорядоченной деятельности и состояния субъекта) к состоянию критичности. Такой переход характеризуется
и описывается концепцией трансформации определенными изменениями в фазовом пространстве экстремальности, которое может иметь
в своем динамическом развертывании множество разнообразных ситуационных состояний. При этом под «фазовым пространством» («фазой
развития») экстремальности понимаются максимумы или минимумы
34
Глава 1
изменчивости процессов и систем, характеризующиеся достаточно радикально выраженной последовательностью тех или иных сменяющих
друг друга качественных состояний [73, с. 97–100 , [122, с. 92–103 .
В силу особой значимости выявления динамики экстремальных
переходов для анализа развивающихся при этом ситуационных состояний, модельно отобразим его типологический «фазовый портрет».
В таком фазовом портрете экстремального перехода-развития
с необходимостью выделяются следующие онтологические состояния:
а) квазистационарное, «асимптотически устойчивое» [73, с. 14],
представляющее собой исходное состояние ситуационной среды;
б) энтропийное состояние, или неустойчивость, «соскальзывание
системы к состоянию, лишенному какой бы то ни было ориентации»
[104, с. 25] – в «хаотическую динамику» [73, с. 8], турбулентность,
или «нерациональное» поведение;
в) метаболическое состояние как состояние открытости системы
в ее развитии для самоорганизации, «восприятия» ею свойств, отношений и параметров среды в качестве внешних воздействий;
г) флуктуация, или состояние взаимопересечения необходимых
и случайных событийных потоков, нарастания или обострения процессов;
д) маргинальная устойчивость, представляющая собой границу
между устойчивостью и неустойчивостью, «остатки устойчивости»
в развитии процессов и состояний;
е) бифуркационные критические состояния «смены пространственно-временной организации» [82, с. 50] в критических точках развития экстремальной системы, то есть состояние выбора системой
одного из возможных вариантов развития, «быстрая, коренная перестройка характера развития системы» [71, с. 8], ее инновация;
ж) локализация процессов – образование новых, диссипативных
структур «временного» упорядочения процесса нестабильности, морфогенез;
з) аттракция стабильности, или упрочение того или иного сформировавшегося состояния («инновационного порядка»).
Согласно диалектической теории, переход количественных изменений в качественные может иметь различные формы. В частности,
по актуальному здесь временному параметру он может:
1) быть быстрым или даже мгновенным переходом в новое качество;
2) продолжаться менее длительное время, чем протекал предшествующий количественный процесс;
Научно-методологические основы теории экстремальности
35
3) совпадать или превышать временной интервал количественных изменений.
Первые две его формы являются перерывом постепенности,
скачками. Третья форма скачком не является, а представляет специфическую форму «качественной эволюции», сущностно отличающейся от «количественной эволюции» – изменений, происходящих в пределах меры.
Так в самых общих чертах выглядит описание исключительно
сложной динамики экстремальных ситуаций.
В теории катастроф, представляющей собой одно из ответвлений
теории динамических систем, проводится классификация разрешения
экстремальностей в их фазовом пространстве или предельном цикле,
позволяющая устанавливать качественно различающиеся типы поведения экстремогенных систем. В связи с этим отмечается, что «многочисленные особенности, бифуркации и катастрофы (скачки) возникают
во всех задачах нахождения экстремумов (максимумов, минимумов),
задачах оптимизации, управления и принятия решений в подобных условиях» 4, с. 40 . Вообще здесь проявляется «неисчерпаемое разнообразие неустойчивости» 110, с. 28 , – замечает Г. Хакен.
При этом в качестве наиболее актуальных состояний критичности для анализа развития экстремоситуативных процессов, как правило, выделяются, во-первых, флуктуации как состояния отклонений от
нормы (от маломасштабных или «ненаблюдаемых» отклонений до
макроскопических или «наблюдаемых»). Во-вторых, состояние критичности (возможность дифференцирования которой на докритическую, непосредственно критическую или бифуркационную и посткритическую неустойчивость также имеет свои основания).
Обобщая синергетические подходы, академик Е. М. Бабосов
указывает, что в развитии экстремальных ситуаций особое значение
приобретают их темпоральные характеристики диахронного развертывания [18, с. 19–21]. При их анализе целесообразно проводить четкое разграничение понятий «период» и «фаза» в режиме функционирования системы. В первом случае делается акцент на трех
временных состояниях в сети функционирования системы:
1) период доэкстремального развития (проэкстремальная ситуация);
2) период, соответствующий непосредственно экстремальной
ситуации;
3) период послеэкстремального состояния системы (трансэкстремальная ситуация).
36
Глава 1
В свою очередь, в качестве фаз экстремального развития выделяются:
а) предэкстремальная фаза – пограничное состояние между периодами доэкстремального и экстремального развития;
б) собственно экстремальная фаза – несет в себе все характерные черты экстремумов;
в) постэкстремальная фаза – выход системы из экстремального
состояния.
В случае если выход из экстремума осуществляется через верхнюю критическую точку, мы наблюдаем специфический вариант
скачкообразного экстремального развития – катастрофу, который несет в себе реальную угрозу разрушения системы как целого и в большинстве случаев наносит невосполнимый ущерб, приводя к ее необратимым изменениям [13, с. 38].
Наконец, в период послеэкстремального состояния системы
происходит ее выход из экстремального состояния. Он может протекать как путем прохождения через верхнюю критическую отметку
режима экстремального функционирования, так и минуя ее, путем
«затухания» амплитуды и частоты колебаний и возвращения системы
в свое исходное положение.
Вторая критическая точка, через которую проходит демаркация
экстремальной ситуации, находится в фазе постэкстремального функционирования, вслед за которой наступает период трансэкстремального развертывания. Выход из этого состояния уже не может произойти путем «затухания» экстремального фона и возвращения
в исходное положение. В состоянии критической, пороговой неустойчивости даже малые причины (изменения) порождают несоразмерно
(своим объективным возможностям) большие следствия. «Перемежаемость», «концентрация», «резонансный» и другие синергетические эффекты взаимовлияния процессов приобретают нелинейный
и лавинообразный характер. Именно поэтому в состоянии экстремальной неустойчивости возрастает в необыкновенной степени значимость стохастического фактора и его влияния на ход событий.
Достигнув верхней критической отметки, экстремальная ситуация
развивается по катастрофическому сценарию со всеми вытекающими
из этого сценария последствиями и также имеет ряд определенных фаз:
предкатастрофическую, собственно катастрофическую и посткатастрофическую [13, с. 39–40].
Научно-методологические основы теории экстремальности
37
Однако посткатастрофическое развитие, в отличие от простого
постэкстремального, не достигшего верхней критической отметки,
«...никогда не означает полного и безоговорочного возвращения
к предкатастрофной нормальности данной системы» [13, с. 38]. Такая
невозможность обусловлена тем, что происходят необратимые изменения в системе, а возникающее предельное истощение ресурсов неизбежно порождает необходимость привлечения внешних дополнительных средств для того, чтобы она могла придти к состоянию более
или менее устойчивого равновесия.
С необратимостью критических изменений всецело связана проблема ренормализации критических состояний. Диалектика их развития показывает объективную невозможность ренормализации процессов в бифуркационной стадии их развития.
Посткритическое состояние развития экстремальности отождествляется с хаосом, осмысление которого также опирается на синергетические основы. Говоря современным научным языком, хаос есть
такое состояние развивающейся системы, которое остается по мере
устранения возможностей проявления ею своих свойств в ходе эволюции. То есть хаос – это объективное состояние, имеющее свои конкретно-определенные характеристики для тех или иных экстремально
разрешающихся (разрешившихся) процессов. Практически его отождествляют с максимально возможной степенью неупорядоченности
одних процессов по отношению к другим. Вместе с тем состояние
хаоса выступает диалектическим звеном в (само)организации процессов, закономерным для диалектических переходов типа «порядок –
беспорядок», «беспорядок – порядок», «хаос – хаос» (а также диалектические переходы от порядка одного уровня к порядкам более высокого или низкого уровней, исключающих состояние хаоса). Объективное понимание данного посткритического состояния позволяет
и теоретически, и практически ставить вопрос о возможности количественной характеристики, то есть измерения степени хаотичности тех
или иных состояний экстремальных систем, что особенно важно
в процессе прогнозирования, предупреждения и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций.
Таким образом, проведенный анализ диалектики экстремоситуативного процесса позволяет сделать вывод о том, что экстремальная
ситуация развивается как сложная динамическая система взаимодействия (отношений) объективных и субъективных факторов (элементов), обладающая синергетическими характеристиками и имманентно
38
Глава 1
включающая в себя человека (субъекта) в качестве одного из важнейших своих элементов. При этом «ведущим центром» экстремоситуативного процесса выступает именно субъект, активно (либо пассивно)
отражающий объективно-сложные условия своей жизнедеятельности
(практики) и действующий (бездействующий) в интересах выхода из
сложившейся ситуации и нормализации обстановки (либо смирившийся
со своей участью).
Однако такая картина нелинейных, необратимых многовариантных процессов отнюдь не означает проповеди индетерминизма. Напротив, она приводит к расширению границ возможных видов каузального
истолкования реальной действительности и вытекающего отсюда целенаправленного поиска предупреждения экстремальных ситуаций и преодоления их негативных последствий.
После того как Рене Том сумел объединить в рамках единой
теории две далеко отстоящие ветви математики (теорию бифуркаций
и теорию особенностей), а также указал на их многообразное практическое приложение, под «теорией катастроф» уже понимаются не
только сугубо теоретические вопросы устойчивости, но и вопросы
построения, исследования и прогнозирования динамики конкретных
моделей вполне конкретных систем управления динамическими системами, что по существу и составляет ядро синергетики.
Качественные методы синергетического исследования динамических систем позволяют выяснить их весьма существенные характеристики. Например, имеются ли в системе равновесные (стационарные) состояния? Устойчивы ли они и как меняется характер
устойчивости при изменении внутренних и внешних параметров?
Этим кругом задач занимается качественная теория дифференциальных уравнений. Не решая такие уравнения с целью нахождения
в явном виде фазовой траектории системы, эта теория исследует общие закономерности поведения данной системы по самому виду исходного уравнения динамики. При качественном исследовании в основном используется метод «фазовой плоскости». Качественная
теория дифференциальных уравнений позволяет, не решая исходного
дифференциального уравнения, предсказать по виду фазовых траекторий на данной плоскости, как будет вести себя система в будущем.
Фазовый портрет позволяет сравнительно просто выяснить те наиболее существенные («критические») значения данных параметров системы, которые делают ее неустойчивой. Именно такие значения данных параметров системы и называют «бифуркационными» [4, с. 45].
Научно-методологические основы теории экстремальности
39
Построив фазовый портрет данной системы, можно узнать, будет она устойчива или нет, и от чего это зависит.
В ряде важных для практики случаев фазовый портрет представляет собой набор «вложенных» друг в друга эллипсов, которые
пересекают координатные оси в точках, именующихся «особыми».
Именно в них скорость движения фазовой точки обращается в нуль,
то есть система в этих точках «не движется», она «стационарна»,
иными словами, находится в состоянии равновесия. При этом состояние равновесия может быть устойчивым или нет: все зависит от фазового портрета системы, а он является своего рода слепком присущих
системе свойств.
В последние десятилетия, наряду с математической базой, особенно быстро наполнялась информационная составляющая теории устойчивости и катастроф. Было доказано, что слабость системы к адаптации и возможность ее разрушения определяется ее информационной
насыщенностью.
Как известно, сложная система обладает двумя противоположными свойствами:
– энтропией, определяющей внутреннее разнообразие, степень
свободы или хаотичность;
– информацией, определяющей внутреннюю упорядоченность [71 .
От степени хаотичности системы зависит ее способность изменяться и порождать инновации внутри себя. Максимальное увеличение энтропии ведет к хаотизации системы, а значит к ее исчезновению, что, кстати, предполагает теория катастроф.
Информация же определяет структуру системы. Для того чтобы
система могла называться системой в ней должен быть заложен некоторый необходимый минимальный объем информации, определяемой
набором входящих в нее элементов и взаимосвязей между ними. Максимальное изменение информации системы лишает ее способности
изменяться.
Одновременное наращивание энтропии и информации в рамках
одной системы невозможно, так как суммарный объем информации и
энтропии внутри системы заранее определен и известен:
I (Y) + H (Y) = const,
где I (Y) – информация системы Y; H (Y) – энтропия системы Y.
Таким образом, наращивая объем информации, система сокращает объем энтропии и наоборот.
40
Глава 1
Как утверждал У. Р. Эшби в законе необходимого разнообразия,
информация не может быть передана в большем объеме, чем это позволяет количество разнообразия, а потому только разнообразие может уничтожить разнообразие. То есть при создании информации для
борьбы с растущим уровнем энтропии необходим некоторый уровень
энтропии внутри системы.
Вместе с тем система должна сохранять некоторый информационный уровень и некоторую структуру, чтобы продолжать оставаться
именно той первоначальной системой.
Таким образом, возникает проблема поиска оптимального соотношения энтропии и информации в сложных системах. Сложные системы, в том числе и социальные, способны регулировать соотношение
объемов структурной информации и энтропии, подбирая наиболее
рациональное. Этот процесс и есть движение системы к наибольшей
устойчивости. Механизм этого движения заложен в самой системе
и не требует помощи извне, но вместе с тем способен осуществляться
только в случае свободного (ни чем не ограниченного) взаимодействия системы с внешней средой. Объяснить это можно диссипативными свойствами сложных систем, которые, сокращая энтропию внутри
себя, увеличивают ее уровень во внешней среде. В том случае если
сложная система наращивает информацию выше необходимого уровня и достигает ее максимального уровня, то при первом же изменении
окружающей среды, требующем ответа в виде инновации, происходит
молниеносный процесс перехода в точку максимальной энтропии.
В поисках наилучшего соотношения информации и энтропии
система способна перебирать неограниченное множество сочетаний.
По утверждению Е. А. Седова, оптимальным является соотношение
80 к 20 %. В этом случае 80 % информации определяет целостность
структуры, а 20 % энтропии остаются для того, чтобы система могла
порождать инновации.
Внутренние механизмы ограничения уровня энтропии сложных
социальных систем состоят в ограничении свободы входящих в нее
индивидов и могут осуществляться двумя способами: жестким регулированием извне (более простой вариант) и созданием условий для
начала самоорганизующегося процесса развития культуры входящих
в нее индивидов.
Первый метод предполагает достаточно жесткое законодательное ограничение свободы индивида и создание искусственной системы регулирования заложенной в ней способности к разрушению. При
Научно-методологические основы теории экстремальности
41
этом существует ряд недостатков: с одной стороны, сложно создать
жесткую систему ограничений и вести постоянный контроль ее соблюдения; с другой стороны, остается проблема неодинаковости индивидов: для кого-то степень внешних ограничений и контроля окажется недостаточной, а для кого-то излишней. Данный случай опасен
тем, что способен подавить поток инноваций, исходящий от креативных личностей. В этом случае система падет жертвой самопроизвольного перехода от состояния излишней информационной насыщенности в состояние хаоса.
Второй вариант развития механизмов саморегулирования –
запуск самоорганизующегося процесса, результатом которого станет
образование механизмов саморегуляции на уровне индивида, то есть
ограничение свободы не механизмами вышестоящей системы, а ограничение разнообразия на более низких уровнях.
Нахождение оптимального сочетания обоих механизмов – единственно возможный путь достижения и уровня энтропии, и уровня
информации [71, с. 54].
Очевидно, что в ходе исследований в области экстремологии
должны использоваться законы, методы, критерии и принципы естественных, технических и общественных наук, а методологические основы данной теории – базироваться на достижениях в целом ряде областей. Какие элементы из разных областей научных знаний наиболее
важны и органически входят в современную экстремологию:
– математика – методы математического системного анализа,
математическая статистика и теория вероятностей, математическое
моделирование, теории бифуркаций, решение некорректных задач
прикладной математики;
– физика – общая и прикладная физика элементарных частиц
и твердого тела, радиоэлектроника, спектроскопия, физика атмосферы
и земли, ядерная физика и энергетика, теория лазеров;
– механика – жидкостей и газов, твердого деформируемого тела;
– машиноведение – анализ и синтез технических систем, кинематика и динамика машин и механизмов, надежность, прочность
и ресурс систем;
– информатика и управление – кибернетика, теории управления,
интегральных, автоматических систем и роботов, принятия решений;
– химия – теория химических и физико-химических реакций,
химия процессов и материалов, органическая и неорганическая химия, биохимия;
42
Глава 1
– геология – комплексные методы геологии, геофизики и геохимии, океанологии;
– обществоведение – основы государства и права, философии,
социологии, экономики.
Общая экстремология, базирующаяся прежде всего на современном математическом аппарате, существенно отличается от обычных естественнонаучных теорий. Чтобы оказаться полезной, она
должна быть понята и востребована не только исследователями, но
и инженерами, управленцами, руководителями. Поэтому в этой теории должна присутствовать большая гуманитарная компонента, содержащая глубокое и серьезное обсуждение проблем социальной экстремологии, тех коренных сдвигов в мировидении, которые принесли
риски и катастрофы постиндустриальной эпохи.
По существу, экстремология «математизирует» хорошо известные законы диалектики: единства и борьбы противоположностей,
взаимного перехода количественных и качественных изменений, отрицания отрицания.
Как уже отмечалось, философия рассматривает отрицание как
всеобщую форму развития, которое осуществляется не по прямолинейной «фазовой траектории», а по эллиптической спирали, когда
вновь достигается первоначальный исходный пункт, но на более высокой ступени. Отсюда «скачок» – фаза коренного изменения качественного состояния. Новые условия и внутренние связи в системе становятся несовместимыми со старой формой их организации,
и последняя подвергается ломке. Скачок происходит в тех переломных пунктах, начиная с которых новые количественные изменениям
уже не могут быть в рамках старого качества и вызывают появление
нового. Продолжительность их разная: в одних случаях он происходит относительно быстро, в других – постепенно, медленно, распадаясь на множество качественных изменений меньшего масштаба.
Так, схему, в которую укладываются возможные практические
применения экстремологии, можно представить следующим образом.
Рассматривается математическая модель данной динамической системы (последней может быть тот или иной объект экономики, транспорта, даже «сплоченность» производственного коллектива или боевого расчета). Ее можно представить как систему обыкновенных
дифференциальных уравнений первого порядка, разрешенных относительно производных (скоростей фазовых координат). Независимо
от того, описывается данная система дифференциальными уравне-
Научно-методологические основы теории экстремальности
43
ниями или нет, предполагается, что ее поведение достаточно полно
характеризуется одной обобщенной функцией. Эта функция должна
быть гладкой, то есть дифференцируемой в пространстве фазовых координат.
Спроектируем гладкую функцию на горизонтальную площадку –
фазовую плоскость. В результате получим на ней след неправильной
формы – геометрический узор, соответствующий кривой (или диаграмме) катастроф. Она прогнозирует те точки ландшафта, в которых
происходит катастрофа. В них шарик резко, скачком, переходит из
одного положения равновесия в другое. Но если выбрать другой маршрут, шарик плавно, без скачков, перейдет в новое состояние равновесия. Естественно, его движение по ландшафту происходит не само
по себе, а под действием некоторых управляющих параметров,
то есть скачок шарика зависит как от них, так и от степени пересечения ландшафта.
Этот простой пример показывает, как экстремология позволяет
прогнозировать не только то, какой путь развития выберет данная динамическая система (в данном примере это шарик), но и как именно
он будет осуществляться, то есть по какой фазовой траектории (по
какому пути, ландшафту) пойдет далее развитие.
Современная экстремология имеет большие потенциальные
возможности. На основе специально разработанных «матриц чувствительности» оказывается возможным сформулировать научно обоснованные требования к допустимым нагрузкам на биосферу (загрязнению Мирового океана, парниковому эффекту и пр.).
Определение «критических» нагрузок является важнейшей задачей всей мировой науки. Известно, что биосфера как динамическая
система может иметь достаточно много состояний равновесия. Под
действием антропогенных нагрузок она непрерывно изменяется, эволюционирует, и, в какое состояние равновесия перейдет, определить
мы пока не можем. Более того, мы даже не знаем иных состояний
равновесия, кроме наблюдаемого. Отсюда понятна актуальность интенсивной разработки прогнозной модели равновесного состояния
биосферы и исследования параметров ее устойчивости.
Таким образом, современная экстремология, являясь синергетической по самой своей природе, вбирает в себя последние достижения
формально далеких областей знания как, с одной стороны, в сфере
философии, экономики, социологии, социальной психологии и других
гуманитарных наук, интегрируемых в социальной экстремологии,
44
Глава 1
так и, с другой стороны, математики, медицины, океанологии, прикладной кибернетики, а также многих других естественнонаучных
знаний.
В математическом плане, а это ее ядро, экстремология – это
грандиозное обобщение исследования функций на максимум и минимум. В ее рамках просматриваются не одна какая-то функция, а сразу
несколько, причем любого числа переменных. Выбирая наиболее быстрый путь к поставленной цели, или, скажем, наиболее дешевый
(экономичный) способ производства, мы оптимизируем одну величину. Но если мы хотим оптимизировать несколько параметров (достичь
нескольких целей) сразу, причем в кратчайшее время, то тут не обойтись без методов современной экстремологии.
Именно такие задачи выдвигает сама жизнь. Это, например,
профессиональная подготовка спасателей к действиям в экстремальных условиях, тренаж дежурного персонала атомных станций, боевая
подготовка экипажа корабля или самолета и т. д. На глобальном
уровне – это и научно обоснованная охрана биосферы, рациональное
использование природных богатств, космические исследования и эксперименты, связанные с неминуемым риском и др.
Научная мысль, обогащенная современными подходами философско-социологического и математического направлений, наиболее
плодотворно развиваясь в рамках общей экстремологии, значительно
углубила и расширила понимание экстремальности. В последние десятилетия учеными были сделаны определенные выводы и получен
ряд научно обоснованных прогнозов. В частности, было установлено,
что если в условиях лавинообразного возрастающего экстремального
фона не прилагаются активные усилия по упорядочению и реструктуризации ситуации, ее развертывание почти с неизбежностью начинает
осуществляться по катастрофическому сценарию с многочисленными
социально-экономическими потерями и человеческими жертвами.
Учитывая это, современная наука призвана сделать все возможное
для предупреждения катастрофических изменений 7, с. 13–19 .
Экстремальные закономерности есть и там, где пока не удалось
найти четкие количественные зависимости и выразить их в дифференциальной и вариационной форме. Это характерно для биологических и социально-экономических процессов. Если в математической
форме экстремальные закономерности приобретают стройную и наиболее ярко выраженную форму, то в области осмысления социальных
Научно-методологические основы теории экстремальности
45
процессов экстремальные закономерности проявляются в виде тенденции к поискам оптимальных путей познания истины.
Возможности философско-социологического подхода формулировать экстремальные принципы в качественном виде, не связывая их
с конкретной математической формой, позволяет, с одной стороны,
более уверенно утверждать, что они являются общенаучными принципами, а с другой стороны, такая формулировка открывает возможность для более широкого философского обобщения самих экстремальных принципов. Важность и актуальность такого обобщения
экстремальных принципов обусловлена тем, что, во-первых, оказались несостоятельными все попытки вывести экстремальные принципы из физических законов сохранения или каких-либо иных физических принципов и законов. Во-вторых, только философское
обобщение экстремальных принципов может дать ответ на ряд вопросов, возникших в ходе их философского осмысления, например, вопрос об экстремальной форме развития и движения в природе.
На основе новейших достижений естествознания и уже на новом, современном уровне углубляется изучение важнейших аспектов
философского содержания экстремальных принципов и, прежде всего, методологического аспекта их применения. Из современных авторов, которые по-философски подходят к осмыслению методологических вопросов применения экстремальных принципов в физике,
кибернетике, биологии, психологии, социологии, следует назвать
В. Арнольда, Е. Бабосова, А. Берга, Л. Конторовича, Г. Николиса,
И. Пригожина, Л. Полака, Р. Розена, К. Рыбникова, И. Стенгерса,
Г. Селье, А. Фурмана, М. Эйгена [4], [7], [83], [84], [93], [125].
Систематизированному философскому анализу экстремальных
принципов, развитию знаний об их сущности, освещению их исторического и мировоззренческого аспектов, универсальности и фундаментальной роли для науки и многообразной практики непосредственно посвящен ряд исследовательских работ последних десятилетий,
в частности, В. А. Асеева, О. С. Разумовского, С. А. Тохтабиева [5],
[87]–[89], [105].
Тем не менее в системе современного знания, соответствующего
наступающей постиндустриальной эпохе развития человечества, еще
не сложилась такая ее составляющая, как философская концепция
экстремальности. Такая концепция, на наш взгляд, может включать
в себя нижеперечисленные блоки.
46
Глава 1
«Проблемы экстремального в истории философии», где анализируются важнейшие этапы в развитии философского знания об экстремальности.
«Философская концепция бытия и диалектика экстремальности» охватывает такие проблемы, как экстремальность в диалектической всеобщности связей и развития; основные законы диалектики
и экстремальность.
«Философия экстремальности в природе» призвана показывать
эволюцию представлений об экстремальности в природе; выяснить
роль классического естествознания в составлении синергетического
образа природы; акцентировать понимание природы как среды обитания человека.
«Антропология экстремальности» должна исследовать экстремальную сторону человеческого существования, а также антропогенный
фактор чрезвычайных ситуаций; осуществить философский анализ деятельности человека в экстремальной ситуации: (парадигма «жизнь –
смерть»; напряженность; прорыв адаптационного уровня; ломка динамических стереотипов; кризисное состояние личности); исследовать научно-методологические основы формирования системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций.
«Гносеология экстремальности» призвана анализировать проблемы отражения экстремальности в сознании человека, психофизические проблемы сознания в экстремальной ситуации; специфику философского познания и познаваемость чрезвычайных ситуаций;
характеризовать чрезвычайные ситуации как специфический объект
познания; показывать проблемно-экстремальные задачи как сущностный компонент познания чрезвычайной ситуации.
«Методология научного познания экстремальных явлений и процессов» анализирует сущность чрезвычайной ситуации через объединение психологических, социологических и особенно философских
подходов к определению понятий «чрезвычайность», «ситуация»,
«чрезвычайная ситуация»; показывает диалектическую взаимосвязь
различных типов чрезвычайных ситуаций; разрабатывает методологические основы классификации чрезвычайных ситуаций. Здесь же
должна быть раскрыта специфика научного познания экстремальных
явлений и процессов, структура и основное содержание теории чрезвычайных ситуаций, характеризуются эмпирические и теоретические
методы научного исследования чрезвычайных ситуаций, роль научных
Научно-методологические основы теории экстремальности
47
знаний в предотвращении чрезвычайных ситуаций и ликвидации их
последствий.
«Проблема экстремальности в социальной философии» исследует чрезвычайные ситуации как объект социальной философии. Здесь
анализируются социальные и техногенные чрезвычайные ситуации,
выясняется специфика социально-политических чрезвычайных ситуаций (войн, революций, терроризма и др.), изучаются методологические проблемы гражданской обороны и гражданской защиты, характеризуются экстремальные тенденции в будущем человеческой
цивилизации.
В целом развитие цельной и всесторонней философской концепции экстремальности, опирающейся на современные естественнонаучные знания и достижения, будет способствовать формированию теоретико-методологических основ общей и социальной экстремологии.
Отмечая закономерный рост интереса и активизацию исследований теоретически сложной, актуальной в методологическом отношении и в целом нетрадиционной для философии проблемы экстремального, заметим, что в настоящее время они связаны, в частности,
с решением следующих важных научных задач.
Если в физике либо в математике, а теперь уже в кибернетике,
биологии и других областях естествознания, применение принципов
экстремального достаточно обосновано и изучено до определенных
закономерностей, то этого пока нельзя сказать по отношению к исследованиям данных принципов применительно к активнодеятельностной компоненте человеческого бытия, с которой непосредственно
связан феномен экстремальных ситуаций.
Для решения методологической проблемы применения принципов экстремального к ситуациям, непосредственно связанным с деятельностью людей, необходимо уточнение (и определенная дифференциация) формирующихся в связи с этим подходов и представлений
о самой сущности экстремальных ситуаций, а также места и роли
антропогенного фактора в их структуре и содержании.
Одной из причин проявляющихся недоразумений и путаницы
в данном вопросе выступает, на наш взгляд, всецело механистическое
перенесение подхода естественных наук к экстремальному и его сущности на экстремальные ситуации в человеческой деятельности. Наряду
с этим понимание феномена экстремальных ситуаций осложняется эклектическим смешением качественно различных развивающихся о нем представлений – житейских, естественнонаучных, психологических, социологических и др. Этому вопросу целесообразно уделить особое внимание.
48
Глава 1
Для житейского подхода характерна общая трактовка экстремальной ситуации как всякого сколько-нибудь серьезного обострения
событий, осложнения обстоятельств, то есть как «контрастных»,
трудных ситуаций в жизнедеятельности людей, что не выражает
в полной мере их объективной сути. В качестве наиболее существенных их характеристик при этом обычно выделяются чрезвычайность,
опасность и стихийность.
В психологии преобладает понимание экстремальности как особых, неблагоприятных условий для деятельности человека. Психология, как правило, трактует экстремальность в качестве таких условий,
которые в обычной практике не встречаются; затрудняют нормальный ход деятельности; представляют собой критические этапы человеческой деятельности, вызывающие напряженность и перенапряженность, затруднения и ошибки; ситуаций, угрожающих жизни
людей, требующих экстремального выбора действий и т. п.
В результате популяризации психологической теории стресса
(Г. Селье) появилась тенденция относить к экстремальностям любые
условия и связанные с ними ситуации жизнедеятельности, в которых
от человека требуется напряжения физиологических или психических процессов и состояний [93]. С такой точкой зрения нельзя согласиться полностью, так как грань, отделяющая обычные условия
жизни и деятельности от экстремально измененных, становится при
этом практически малозаметной. Тем не менее отождествление экстремальных состояний (ситуаций) с напряжением, стрессом происходит довольно часто.
Психологическое понятие «стресс» (от англ. stress – напряжение) обозначает состояние психического напряжения, возникающее
у человека в трудных условиях под воздействием внешних раздражителей – стрессов, на которые организм отвечает различными реакциями защиты. Но ведь довольно часто человек сталкивается с напряжением, в том числе стрессовым, в повседневной жизни (например, при
физической работе, решении различного рода проблемных задач), когда напряженность, или стрессы выступают не только нормальным,
но даже необходимым условием жизни и деятельности человека, не
представляя по своей сути экстремальности.
Если оперировать психологическими категориями, то границей,
отделяющей обычные условия от экстремальных, правомерно считать, на наш взгляд, лишь такие ситуации, в которых под воздействием некоторых факторов радикально изменяются обстановка и условия
Научно-методологические основы теории экстремальности
49
деятельности, а психофизиологические и социально-психологические
механизмы не успевают или, исчерпав резервные возможности, не
могут больше обеспечивать адекватное отражение, регулятивную или
иную заданную деятельность человека.
Иными словами, в этих случаях – действительно экстремальных
ситуациях – происходит «прорыв» адаптационного барьера, «ломка»
сложившихся динамических стереотипов в центральной нервной системе (сознании) в отношении того или иного поведения и деятельности и наступает психическая дезадаптация или кризис (эмоциональный, интеллектуальный, волевой, физический, духовный…),
угрожающий срывом деятельности или же самому существованию
человека. Все это сопровождается отрицательными эмоциональными
переживаниями, а в плане рефлексии – снижением способности реально оценивать ситуацию и находить рациональный выход из нее.
Пожалуй, именно с таким психологическим восприятием экстремальности (и порой неизбежным состоянием людей в рассматриваемых
условиях) связаны соответствующие представления о них как о критических, безвыходных ситуациях.
Социологический подход к анализу феномена экстремальности
характеризуется их рассмотрением преимущественно в качестве аномальных форм природной и социальной реальности и осуществляет
их конкретно-социологический анализ в интересах общественной
практики. В основных чертах такая позиция определена в работах выдающихся социологов XIX–XX веков, внесших существенный вклад
в развитие социальных аспектов теории экстремальных ситуаций:
Э. Дюркгейма, М. Вебера, П. Сорокина, Т. Парсонса, Р. Мертона и др.
Э. Дюркгейм, в частности, очень обстоятельно исследовал различные варианты социального состояния аномии, т. е. индивидуального, группового либо массового поведения людей, выходящего за
пределы установленных обществом норм и стандартов повседневного
действия. Чаще всего такие формы поведения являются причинами
или следствиями экстремальных обстоятельств их жизнедеятельности
либо развертывания чрезвычайных в своей сущности ситуаций. Им
обстоятельно проанализированы негативные, подчас трагические последствия событий, происходящих в таких ситуациях, что особенно
отчетливо проявляется в тех случаях, когда человек совершает самоубийство [33, с. 23–29].
В несколько ином социологическом варианте проблема экстремальности интерпретирована М. Вебером. В контексте углубленного
50
Глава 1
социологического анализа социальной действительности он четко
дифференцировал различные степени ранжирования возможных действий по шкале: «рациональные – иррациональные действия». Высшей ступенью рационально осмысленного и рационально организованного действия являются целерациональные поступки, которые
ориентированы на достижение выбранных целей, достигаемых посредством использования рационально применяемых средств. Такие
действия не приводят к экстремальным ситуациям. Все же остальные
виды действий – традиционные, аффектные и даже, как ни странно это
покажется на первый взгляд, ценностно-рациональные могут при определенных обстоятельствах приводить к экстремальным ситуациям. Чаще других такой сценарий осуществляется в случаях действий, совершенных людьми в состоянии аффекта, который и сам может оказаться
следствием складывающейся экстремальной ситуации [18, с. 44–47].
Значение веберовской парадигмы состояло в том, что она открывала
простор для рационально осмысленного и теоретически хорошо обоснованного социологического ранжирования как экстремальных ситуаций, так и тех разнообразных действий, которые являются, с одной
стороны, причиной возникновения социального экстремума, а с другой – следствием такой экстремальной ситуации.
В более широкой социально-экономической, политической
и социокультурной панораме анализировал экстремальные ситуации
выдающийся русско-американский социолог П. Сорокин. В своих
произведениях он представил хорошо аргументированную, фактологически обоснованную картину социально-экономических и социокультурных кризисов, войн и революций, которыми был переполнен
XX век. В соответствии с методологией своей интегральной социологической доктрины он интерпретировал протекающие в экстремальном режиме социальные процессы через призму выявления жизненных позиций, ценностных ориентаций и устремлений участвующего
в них человека как субъекта активного действия, как инициатора кризисных и катастрофических событий и как их жертвы. Такой подход
делал социальный анализ изучаемых процессов убедительно аргументированным, наглядно представимым и хорошо запоминающимся [99].
Развивая веберианскую традицию, выдающийся американский
социолог Т. Парсонс анализировал экстремальные ситуации в их неразрывной взаимосвязи со структурой социального действия в координатах определенной социальной системы. Подчеркивая, что конкретный индивид или коллективный «актор» всегда действует
Научно-методологические основы теории экстремальности
51
в нескольких ролях и в различных социальных ситуациях, он из обширной совокупности последних выделял в качестве отклоняющихся
от нормального развития ситуации, осложняемые элементами экстремальности. Экстремальные ситуации, по его убеждению, чаще всего
осуществляются в том случае, если в социальной системе возникают
возмущения, кризисы и катастрофы. Поскольку поведенческие модели зависят от природы ситуаций, в которых оказываются действующие «акторы», в условиях экстремальности возникает потребность
в безопасности, которая осуществляется не всегда, а часто и в неполном объеме. Такая неадекватность принимаемых мер по отношению
к социальным характеристикам экстремальной ситуации (небезопасность, сопряженная с неадекватностью действий) приводит людей
к состоянию тревожности и к переживанию потенциальной угрозы
для стабильности социальной системы. Экстремальные ситуации,
считал Т. Парсонс, могут быть весьма многообразными, начиная с девиантного поведения отдельного индивида или социальной группы,
ролевого конфликта и вплоть до антисоциальных действий носителей
девиантной субкультуры, криминальных банд и радикальных политических движений [76, с. 129–133].
Для того чтобы меры по предупреждению и преодолению экстремальных ситуаций стали эффективными, следует иметь в виду,
отмечал Т. Парсонс, что между нормальными и экстремальными
вариантами развития ситуации существует достаточно обширная пограничная зона, а не явно расчерченная линия. В пределах обширной
зоны возможных возмущений и потрясений конкретной социальной
системы, несущих в себе потенциальную угрозу жизнедеятельности
человека, необходимо выстраивать и осуществлять широкий объем
методов социального контроля. Эти методы включают в себя поддержку нуждающихся в ней жертв экстремальных действий, специальное планирование и осуществление терапевтических операций по
предупреждению асоциальных действий, устрашение девиантов
и преступников, их изоляцию, а также перевоспитание девиантных
личностей [76, с. 235–237].
В рамках социологического направления структурного функционализма серьезное внимание исследованию экстремальных ситуаций уделял Р. Мертон. По мнению этого виднейшего социолога, экстремальная ситуация представляет собой специфическое явление
дисфункции, возникающее вследствие резкого или крайнего обострения противоречий и напряжений в структуре той или иной динамиче-
52
Глава 1
ской системы, связанной с деятельностью субъектов (индивидов, социальных групп и общества в целом) [42, с. 121].
В своих многочисленных трудах, в частности, в широко известной работе «Социальная структура и аномия» Р. Мертон показал неразрывную связь экстремальных ситуаций с широко распространенными в современном обществе состояниями аномии, которые
приводят к возникновению асоциального, а нередко и преступного
действия определенных социальных групп [68, с. 55–57].
Соответственно актуальным предметом изучения социальной
экстремологии становится проблема существования и деятельности
субъекта и социальной общности в аномальной реальности – пространстве экстремального, рассматриваемого не только в ситуационном плане, но и глобально как бытия и деятельности людей в «аномальном жизненном мире» [65, с. 27].
В научный оборот активно вводится новая важная система координат «действующее лицо (актор) – ситуация» (Т. Парсонс), аналогично
биологической системе координат «организм – среда» или иным системам, используемым для структуризации и измерения существования
и деятельности человека. Наряду с аномалиями – стихийными бедствиями, которым подвергается человек и общество, особо выделяются
и изучаются антропогенные катаклизмы, характеризуемые в сущностном отношении как экстремальная реальность, сотворенная самим действующим (или же бездействующим) индивидом.
В новейшей социологии экстремальность рассматривается как
«особый тип проблемной ситуации», «форму крайнего разрешения
обостряющихся противоречий», «связанных с радикальностью изменений» в жизни и деятельности людей, а человеческое действие – как
самоорганизующаяся система, находящаяся в зависимости от познаваемых условий среды и субъективных «определений ситуации». При
этом в деятельностных актах субъект осуществляет решение комплекса своего рода инвариантных функциональных проблем адаптации, целедостижения, интеграции, воспроизводства структуры и снятия напряжений.
Социально-экстремологическая идентификация экстремальных
катаклизмов как естественного, хотя и нежелательного, неприемлемого
опыта приводит к необходимости дифференцировать действительность
и человеческую жизнедеятельность на две качественно своеобразные,
но объективно взаимосвязанные формы – обычную (события, не выходящие за пределы обычного человеческого опыта) и аномальную
Научно-методологические основы теории экстремальности
53
(экстремальную, именуемую некоторыми философскими школами аномальной «сюрреальностью»). Рассматриваемые условно как отдельные,
эти две «действительности» выступают относительно личности в качестве двух реально возможных форм ее бытия, предполагающих значительное различие способов ее существования [103, с. 8–19].
Вместе с тем, как полагают многие ученые, универсальной, определяющей характеристикой всякой экстремальной ситуации может
быть признана лишь лежащая в ее сущностном основании парадигма
«жизнь – смерть». Она вводит совершенно особую систему координат
существования и восприятия обстановки, переживаний и действований человека в экстремальных условиях. Личность погружается при
этом в экстремальную ситуацию с совершенно иной ценностносмысловой ориентацией. В такой ситуации человек подвергается реальной угрозе смерти и получает уникальный опыт действий, несущих его либо в объятия смерти, либо предотвращающих ее. То есть
в аномальной реальности экстремальных ситуаций вступает в действие мощнейший из факторов – обусловленная опасностью жизни угроза смерти, превращающаяся из «потустороннего» в «посюстороннее» явление. Такое положение раскрывается перед человеком как
самый актуальный момент его жизни, наносящий сокрушительный
удар по его чувствам личной неуязвимости и уверенности в отдаленности смерти, на которых основывается вся обычная и спокойная
жизнедеятельность.
Современная социальная экстремология, как отмечают В. Н. Томалинцев и А. А. Козлов, констатирует, что природные, антропотехногенные и социогенные аномальные явления, события и процессы (широкий круг которых представляют разнообразные стихийные бедствия
и кризисы, войны и вооруженные конфликты, аварии и катастрофы,
суициды и другие явления) оказывают не только ситуативное экстремальное воздействие на вовлеченных в них субъектов, но имеют также
исключительно глубокое влияние на судьбы людей и их социальных
общностей [103, с. 8–19].
Таким образом, приведенные материалы свидетельствуют
о многомерности экстремальных ситуаций, отраженной в многоплановом осмыслении сущности данного феномена в различных философских и естественнонаучных теориях и традициях, актуализируя
тем самым современный научный синтез знаний по проблемам экстремальности.
Творческое развитие философско-социологической и естественнонаучной традиции предполагает выработку соответствующих катего-
Глава 1
54
риальных представлений об исследуемом феномене в рамках современной науки об экстремальности и безопасности жизнедеятельности. Не
случайно, специалистами в области предупреждения и ликвидации
чрезвычайных ситуаций однозначно признано, что в современных условиях «…следует ставить вопрос о разработке специализированной отрасли науки, рассматривающей предотвращение и ликвидацию чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера. Данная наука,
имеющая свою методологическую базу, – отмечает Э. Р. Бариев, – будет
не только интегрировать соответствующие знания о мире, но и обеспечивать выработку и теоретическую схематизацию новых объективных
представлений о действительности» 14, с. 4 .
1.2. Сущность экстремальных ситуаций
и их антропогенный фактор
Распространенные обыденные представления о сущности феномена экстремальных ситуаций прочно связаны со всевозможными
чрезвычайными происшествиями, бедствиями и обусловленными ими
тяжелыми испытаниями, ужасными и трагическими для человека, что
и закреплено в соответствующих житейских понятиях. В новейшем
обобщающем термине «экстремальная ситуация», в самом его звучании слышится нечто крайне нежелательное: опасность и угроза беды,
тревога и напряженность, сложность и необходимость в неотложных
действиях.
Основной функцией этого сформировавшегося и утвердившегося в качестве профессионального термина является именно обобщение особого, специфического класса (рода) событий в бытии и деятельности людей, в жизни их сообщества. Исследование важнейших
аспектов сущности и содержания данного понятия представляется
одним из актуальных вопросов получающей в настоящее время развитие теории экстремальных ситуаций, а также необходимым условием определения его категориального статуса для научного применения и использования в практической деятельности по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций.
Анализ источников и исследований свидетельствует о том, что
понятие «экстремальная ситуация» применяется в большинстве случаев как давно известное и не нуждающееся в детальном пояснении.
Чаще всего сфера применения данного понятия связана со стихийными бедствиями, катастрофами и чрезвычайными происшествиями.
Научно-методологические основы теории экстремальности
55
В результате такого подхода создается одностороннее, порой весьма
противоречивое представление об этом сложном и многообразном
феномене. Если для анализа некоторых экстремальных событий на
обыденном уровне и можно обходиться простейшими понятиями об
этих явлениях и процессах, то для принципиальных научных обобщений их явно недостаточно. Это объясняется, прежде всего, тем, что
в таких определениях экстремоситуативности нечетко обозначена ее
сущность, не всегда видны собственная специфика этого явления
и его характерные признаки.
Вопрос о дефиниции понятия «экстремальной ситуации» как
один из актуальных в исследуемой проблеме не может быть проигнорирован. Как случайные либо характерные события практики, «экстремальные ситуации относятся к уровню исключительно сложных
феноменов в жизнедеятельности человека» [9, с. 23]. Выработка категории «экстремальная ситуация» явилась бы наиболее полным сущностным определением данного специфического феномена. Важнейшие его сущностные признаки достаточно изучены в их взаимосвязи.
Однако в целом эта довольно сложная проблема все еще остается научно нерешенной. Пока еще понятие «экстремальная ситуация» не
имеет в науке (ни в одной из научных областей) четко определенного
статуса научной категории. Определений сущности экстремальной
ситуации не содержится ни в одном энциклопедическом научном
словаре.
Некоторые исследователи, в частности С. А. Тохтабиев, развивали идею о том, что для научного познания актуальное гносеологическое значение может иметь в первую очередь не понятие экстремума, а именно понятие «экстремальная ситуация», которому
и придается, по существу, категориальный смысл [105, с. 68–74].
По этому вопросу развернулась философская дискуссия. Ее основная
идея, выраженная О. С. Разумовским, заключается в следующем:
«…философский категориальный смысл имеет не понятие экстремума, а понятие наибольшего и наименьшего. Не имеет философского
категориального статуса и понятие «ситуация». Тем не менее предлагаемое понятие («экстремальная ситуация») вполне приемлемо при
изучении минимальных и максимальных форм социальной действительности и деятельности, в том числе социальных потребностей
и потребления, индивидуального и коллективного оптимума деятельности…» [88, с. 40]. И далее: «Совершенно ясно, что на все поставленные здесь вопросы нельзя дать исчерпывающих ответов, пока
56
Глава 1
не сформирована общая философская теория экстремальности… Она
должна быть предметом особого исследования, необходимость в котором представляется несомненной. Что же касается понятия «экстремальная ситуация», то мы считаем его очень важным для гносеологии, особенно социальных исследований, но все-таки оно может
быть лишь общенаучным, но не философским понятием» [88, с. 41].
Разделяя определенные аспекты и критически относясь к некоторым из высказанных по данному вопросу мнений этих ученых, мы
отстаиваем необходимость философско-социологической разработки
понятия «экстремальная ситуация» как научной категории. Данное
понятие широко применяется не только как современный профессиональный термин во многих видах деятельности, но и как научный метатермин обширной специфической области знаний, представляя категориальный смысл для целого ряда наук: философских, социальнополитических, психологических, а также специальных – технических,
медицинских, кибернетических, военных и др.
В последние годы представителями частных наук все чаще ставится вопрос о более глубоком философском осмыслении и разработке понятия «экстремальная ситуация» (в том числе об определении
его категориального статуса), претендующего быть одним из унифицированных понятий в катастрофологии, конфликтологии, теории
безопасности, теориях менеджмента по оптимизации управления,
оперативному управлению и в других областях. В частности, именно
в таком категориальном смысле понятие «экстремальная ситуация»
применяется академиком Е. М. Бабосовым в исследовании проблемы
«индивиды и социальные общности в экстремальных ситуациях кризисов и катастроф» [7, с. 226].
Сущность категории «экстремальная ситуация» вытекает из сути двух складывающих ее понятий: «экстремум» и «ситуация». Общая связка этих понятий не только сохраняет принципиальные значения указанных терминов, но и приобретает новые характеристики,
выражающие, во-первых, интегральные сущностные свойства отражаемого явления, а во-вторых, принципы их научного осмысления.
Экстремум в ряду компонентов, определяющих сущность и основное содержание экстремальных ситуаций, занимает особое место
и предопределяет специфику содержания всего этого понятия. По
своей сущности он выражает выход тех или иных процессов субъектобектного взаимодействия к пределам своего развития и разрешимости или за пределы нормы.
Научно-методологические основы теории экстремальности
57
Исходя из этого, рефлексия развития экстремальных явлений
и процессов непосредственно связана с констатацией тех или иных
форм развития экстремумов как фактора анормии (ненормальности).
Аксиологически констатируемая норма – это понятие, обозначающее,
во-первых, границы или меру трансформаций, в которых явления
и системы (природные и социокультурные), а также взаимосвязанная
с ними человеческая деятельность, сохраняют свои качества и функции. Во-вторых, это понятие, отображающее, а в необходимых случаях задающее, внутреннюю соразмерность (упорядоченность) процессов и вещей [74, с. 472]. Заметим, при этом имеют место и иные
психологические и социологические трактовки нормального состояния как «усредненной оценки» того или иного положения (условий),
состояния «широкой распространенности», «общепризнанности»,
«привычности» явлений и т. п.
Следует отметить, что определяющий критерий нормы – объективная «граница меры» существования вещей. Также заметим, что
классическая философия различает: простую или непосредственную
меру (как меру отдельного объекта вне системных взаимодействий);
системную меру (как меру объекта, понятого в качестве элемента
некоей целостности); реальную меру (как меру объекта, рассматриваемого с точки зрения всех его возможных систем взаимодействий,
где репрезентируется его качество).
В связи с этим проблема определения «нормы», а также «пределов» или «горизонтов» развития тех или иных оцениваемых систем
или событий оказывается тесно сопряженной с проблемой конкретизации меры в аппликации ее к миру человека и его деятельности.
И здесь равноправными регулятивами выступают как тезис Протогора о том, что «человек есть мера всех вещей», так и понимание меры
как элемента объективной и общезначимой совокупности характеристик природного и социального бытия. Особую смысловую нагрузку
приобретает проблема принципиальной возможности не только выявления, но и создания человеком определенной «мерности» бытия.
В целом несовпадение «мерности» программ человеческой деятельности и «мерности» существования элементов, представляющих или
включенных в систему жизнедеятельности в конкретный ситуационный момент, неизбежно порождает совокупность экзистенциальных
вопросов человеческого бытия, в том числе именуемых «проблемноэкстремальными».
58
Глава 1
Являясь границей допустимого, мера глубочайшим образом
связана с сущностью, закономерностью существования вещей и выступает законом реализации той или иной деятельности, действий,
задач. «Границы меры нельзя отделить от представлений о границах
явлений и процессов, о границах возможного, наибольшего и наименьшего, пределах, краях, то есть экстремумах. Именно в этом аспекте мера преимущественно граница. И она отнюдь не условна
и неуловима, а всегда – конкретная, определимая грань, за которой
начинаются экстремальности» [25, с. 103]. Без знания «специфицируемой меры» (Г. Гегель) – определенным образом измеренного качества – мы не можем знать «перехода» к экстремумам рефлексируемых явлений и обусловливаемых этим опасностей. Знать
экстремальности – это, прежде всего, знать возможные и реальные
«события в их крайних проявлениях» [25, с. 3].
Экстремальный момент развития и морфогенез из данного состояния структур порядка – основной предмет современных синергетических исследований (А. Баблоянц, И. Пригожин, И. Стенгерс,
Г. Хакен, Г. Шустер, В. Эбелинг, М. Эйген и др.), на принципиальные
идеи которых мы и ориентируемся в данном вопросе [6], [82], [83],
[110], [115], [123], [124], [125].
С синергетической точки зрения анормия – процесс флуктуации,
объемлющий всю совокупность изменений параметров ситуации, определяющих «удаление от равновесия», «разрастание отклонений»
и развитие их к уровню критичности, за которым следует бифуркационный «скачок-переход» к формированию новых качественных
структур. С флуктуацией (или, в ином практическом выражении, девиантностью) непосредственно связаны такие проблемы рефлексии
экстремальностей, как определение их «порогового уровня» и длительности, осмысление степени критичности ситуации, уяснение характера протекания ситуации (кризисный или катастрофический)
и др. Флуктуация может иметь особый «режим с обострением…
сверхбыстрого нарастания процессов…, при которых характерные величины (например, температура, энергия…) неограниченно возрастают за конечное время» [47, с. 12].
Глубокое понимание сущности категории «экстремальная ситуация» невозможно без анализа понятия «ситуация» как второй составляющей этого термина и отражаемого ими соответствующего феномена развития реальной действительности.
Научно-методологические основы теории экстремальности
59
В своем первоначальном смысле понятие «ситуация» (от позднелатинского situatio – положение) означает сочетание условий и обстоятельств, создающих определенную обстановку, положение дел
[28, т. 4, с. 189], [98, с. 1210]. Поэтому обычно понятие «ситуация»
и отождествляется непосредственно с теми или иными объективными
условиями. Однако в строго научном плане «объективные условия»
и собственно «ситуация», как возникающие при этом определенные
субъект-объектные отношения, различаются.
В современных исследованиях подчеркивается: «Для ситуаций
различных типов неизменным и сущностно определяющим всегда оставалось лишь одно: свойство быть результатом развития отношений, результатом деятельности» [13, с. 21]. Именно развитие деятельностных
субъект-объектных отношений порождает определенную ситуационную
обстановку в ее различных состояниях и качественных оценках. При
этом указанные отношения, их развитие и порождаемые ими состояния
вполне правомерно рассматривать как основное содержание ситуационной обстановки, которая в свою очередь выступает их диалектической формой.
Обстановка, в ее сущностном понимании, есть определенное состояние свойств среды и отношений находящихся в ней систем. Под
состоянием понимается совокупность параметрируемых и оцениваемых свойств, качеств, признаков тех или иных отражаемых сторон
явлений (событий), поведения или функционирования систем в конкретный момент времени. Понятием «условие» определяется то,
от чего зависит нечто другое (обусловливаемое); условия – комплекс
существенных факторов, из наличия которого с необходимостью следует существование данного явления или события; конкретные условия образуют среду протекания события [11].
В настоящее время при решении исследовательских задач, связанных с рассмотрением ситуаций, их сущностное понимание принципиально уточняется (Д. А. Поспелов, Ю. Ю. Екатеринославский, Д. Б. Богоявленская, П. В. Венециан, М. И. Дьяченко, А. Г. Работай и др.) новыми
важными характеристиками. В их ряду отмечаются прежде всего:
а) «включенность» субъекта в совокупность условий;
б) развитие субъектно-объектных отношений в их конкретно
рефлексируемых результатах;
в) проблемность как отражение таких препятствующих противоречий в положении дел, разрешение которых предполагает обеспечение целей деятельности [16], [19], [32], [85].
60
Глава 1
В целом под ситуацией следует понимать результат «включенности» субъекта в совокупность условий, отраженный им в виде проблемной задачи по разрешению противоречий его жизнедеятельности.
То есть когда нет такой «включенности» субъекта в конкретные обстоятельства, условия или их изменения, или же отсутствует «проблемность» отражаемых противоречий, то ситуации как таковой,
в строгом смысле, для данного субъекта просто не существует. Для
него наличествуют объективные условия, идентифицируемые им как
привычная или нормальная обстановка.
Ситуация – это определенная характеристика сложившихся объективных условий и состояния (тех или иных условий жизнедеятельности), которые с точки зрения субъекта могут быть удовлетворительными либо неудовлетворительными. В последнем случае ситуация
становится проблемной и характеризует реальное несовпадение желаемого и действительного уровней удовлетворения потребностей субъекта. Таким образом, понятием «ситуация» формулируется проблемноориентированная характеристика условий жизнедеятельности и состояния субъекта. Иными словами, ситуация (всегда она же – проблемная
ситуация), с одной стороны, выступает как состояние объекта и внешней среды, а с другой – как состояние субъекта (его целей, возможностей и т. д.).
В этой связи весьма интересной является позиция Д. А. Поспелова, который в вопросе о классификации ситуаций [81, c. 26–29, 167]
предлагает, во-первых, подразделять ситуации на текущие (описывающие состояние объекта, субъекта и их функционирование в данный момент времени) и полные (совокупность текущих ситуаций,
знаний о состоянии систем управления в данный момент и знаний
о технологии управления).
Субъектный фактор, который существенно сказывается на характеристике ситуаций (и, более того, может стать непосредственной
причиной ее возникновения; ситуации могут иметь как внешний, так
и внутренний источник своего формирования), не следует рассматривать при ситуационном подходе изолированно. Он влияет и на формирование проблем, и на их рефлексию, и на рациональное разрешение таковых. Поэтому в структуре ситуаций его следовало бы
классифицировать более строго. Важно отметить, что субъективный
фактор в совокупности всех своих характеристик, по существу, представляет собой антропогенный фактор чрезвычайных ситуаций.
Научно-методологические основы теории экстремальности
61
Все экстремогенные факторы воздействуют на человека, как
правило, исключительно негативно. Их называют также «экстремальными факторами» или «экстремальными воздействиями», а формируемые ими условия жизнедеятельности людей – «экстремальными
условиями», различными по масштабу своего развития и длительности воздействия.
В отечественной научной литературе существует точка зрения
(М. И. Дьяченко, Л. А. Кандыбович, В. А. Пономоренко, В. Ф. Дружинин и др.), что усложненные условия практической и познавательной деятельности, в которые «включился» субъект, порождают экстремальную ситуацию [16], [30], [32], [51]. То есть объективносложные условия деятельности становятся экстремальной ситуацией
лишь в том случае, если они отражены в сознании и в дальнейшем
понимаются субъектом как таковые. Ведь «любая ситуация предполагает проблемную включенность в нее субъекта» [19, с. 31].
В самом общем понимании генетической сути экстремальных
ситуаций отчетливо обнаруживают себя две наиболее характерные
тенденции, основывающиеся на соответствующих различных представлениях об их сущности:
– понимание экстремальных ситуаций как объективно-сложных
условий, обстоятельств, интенсивно воздействующих на человека, субъекта практики (или – модель «объективных экстремальных условий»);
– понимание экстремальных ситуаций как личностно-центрированного отражения и решения проблем деятельности человека в опасных условиях (или «рефлексивно-проблемная модель экстремальной
ситуации», увязывающая воедино личностные или субъектные переменные с радикально измененными обстоятельствами).
Принципиальными сущностными критериями экстремальных
ситуаций, по мнению Б. Н. Порфирьева, следует считать их чрезвычайность, выражаемую во временных критериях (внезапность развития), с одной стороны, а также нарастание с момента их возникновения различных угроз («опасных» факторов) и разрушительных
действий, с другой стороны [79, с. 34]. Причем для управления деятельностью самым характерным критерием экстремальных ситуаций
являются их временные параметры.
Исследователи П. С. Карако, Д. Д. Зербино дополняют к этому
ядру сущностных критериев экстремальностей такие принципиально
важные, как:
– крайнюю степень развития противоречий, определяющих
субъект-объектные ситуативные отношения;
62
Глава 1
– напряженность и проблемность ситуативных отношений, их
особую противоречивость в форме конфликтного или катастрофического разрешения;
– предельное, стрессовое состояние людей (субъектов);
– необходимость принятия ими экстренных решений [39, с. 8],
[43, c. 25].
В таком специфическом, остропротиворечивом взаимодействии,
субъект-объектных отношениях, – подчеркивает П. С. Карако, – заложены причины, источники формирования и развития экстремальных ситуаций [43, с. 27].
Выдвигается немало идей (В. А. Амирян, Е. М. Бабосов,
М. И. Дьяченко, В. Ф. Дружинин, Ю. М. Забродин, В. Г. Зазыкин,
В. И. Лебедев, А. Г. Работай и др.) относительно принципиальной
характеристики экстремальных ситуаций в целом. Таковы, в частности, идеи:
– о стохастичности экстремоситуативных процессов;
– об их энтропии или неопределенности, связанной с большой
флуктуацией возможных вариантов развития экстремальных событий
(затрудняющими четкое определение их тенденций);
– о повышенной темпоральности в развертывании экстремальности, ее «недискретности» или «лавинообразной динамике» в процессуальном отношении (экстремогенный процесс трудно разложим
на отдельные составляющие, четко отличимые друг от друга, хотя реальные экстремальные процессы далеко не всегда таковы);
– о сложности динамики и «возврата» экстремальных процессов
в нормальное состояние;
– о стихийности их развития;
– об экстремозависимости факторов таких ситуаций (существует
такая диалектическая, критическая их взаимосвязь, что «срабатывание» одного из факторов вызывает обычно «обвальное» действие других факторов);
– о критичности (наличии таких значений параметрируемых ситуативных состояний, вблизи которых преобладает неустойчивость
процессов и происходит актуализация потенциальности);
– о катастрофическом потенциале экстремальной ситуации
(возможности возникновения напряжений, достаточных для коренных
ситуативных изменений с качественным «преобразованием» – распадом действующих в ситуации систем и гибелью субъектов);
Научно-методологические основы теории экстремальности
63
– о негативном воздействии факторов экстремальной ситуации
на ее субъектов, объекты и их отношения, и ряд других идей.
В целом, как установлено современными исследованиями, наиболее общими сущностными чертами, признаваемыми в качестве инвариантных факторов феномена экстремальных ситуаций безотносительно к их масштабности и виду, могут быть признаны:
– стохастичность экстремальностей (экстремальная ситуация
всегда представляет собой особый случай), определяемая так же как
их событийная внезапность;
– трансгрессивность, или нелинейность экстремоситуативного
процесса, проявляющаяся как радикальные по содержанию и резкие
по своему осуществлению изменения ненаправленного характера
(nondirectionalis);
– чрезвычайность, или неравновесность экстремоситуативного
состояния, выражающая крайнюю степень изменения ситуационных
отношений в связи с их выходом за пределы нормативных или привычных действий и состояний, к пределам существования вещей;
– темпоральность экстремогенных составляющих данного ситуативного процесса (их интенсивность, «лавинообразность», «недискретность» – трудность разложимости на структурные элементы, повышенная чувствительность к ходу времени);
– динамичность основного состояния по наличию и проявлению
внутреннего потенциала коренной перестройки развития экстремогенной системы, ее (само)организации;
– деструктивность как наличие и проявление негативных последствий и катастрофического потенциала;
– стихийность развития относительно возможностей рационального регулирования (контроля) экстремоситуативных процессов;
– актуальность опасности разрушения систем (то есть актуализация парадигмы «жизнь – смерть»);
– множественность проблемности, сложность генерирующих
экстремоситуативный процесс противоречий относительно их целесообразного разрешения, в том числе предельных (критических противоречий), находящихся в синергетическом развитии;
– разнокачественность проблем экстремоситуативного процесса (физические, психологические, гносеологические, тектологические
и др.);
– энтропийность как насыщенность ситуации элементами нестабильности, неупорядоченности и в связи с этим неопределенно-
64
Глава 1
стью тенденций возможного развития и (само)разрешения экстремогенных противоречий;
– кумулятивность, или ускоренное разрешение экстремальных
противоречий (силы, вызывающие деформацию систем, изменяют
свой характер тем резче, чем ближе их результирующая);
– экстремозависимость как критический способ взаимосвязи
(взаимодействия) всех элементов содержания данного процессуального состояния субъект-объектной системы;
– напряженность, то есть высокий уровень напряженности ситуативных процессов и отношений, обусловливающий стрессовое состояние субъекта;
– проблемность ренормализации экстремоситуативных процессов;
– актуальность экстренного реагирования субъекта на развертывание экстремальных ситуаций.
Вследствие проявления указанных сущностных факторов в экстремальных ситуациях, – замечают Ю. М. Забродин и В. Г. Зазыкин, –
деятельность осуществляется в таких условиях, на которые невозможно по многим параметрам оказать активное преобразовательное
воздействие [36, с. 6].
Интегративная совокупность указанных характеристик позволяет отразить глубинную сущность экстремальных ситуаций, вскрыть
их определяющие признаки как основные экстремогенные факторы,
активно влияющие на деятельность человека.
Как правило, в качестве определяющего или универсального
сущностного признака экстремальной ситуации рассматривается фактор опасности – прежде всего непосредственной угрозы для здоровья
и жизни людей (их гибели) либо же угрозы срыва их деятельности по
решению жизненно важных задач. Иными словами, понятие «экстремальная ситуация» отражает не просто напряженное и сложное,
а именно исключительно опасное событие (или совокупность опасных событий) относительно и только во взаимосвязи с деятельностью
людей, их существованием на грани жизни и смерти.
В практике особых «профессий риска» понятие «экстремальная
ситуация» как специальный термин применяется в зависимости от тех
либо иных экстремогенных факторов их развития в достаточно широком диапазоне интерпретаций, таких как «угрожающая ситуация»,
«опасная девиантность» или «опасный выход за пределы нормы»,
«предельно трудная ситуация», «рисковая ситуация», «критическая
ситуация», «нештатная ситуация» и т. п.
Научно-методологические основы теории экстремальности
65
Четкое категориальное определение сущности феномена экстремальных ситуаций исключительно актуально в методологическом
отношении для объективной идентификации такого рода событий
и преодоления всевозможных «произвольностей» и прямых ошибок
в их сущностном и прикладном понимании. В частности, это проявляется в следующих определениях экстремальных ситуаций и экстремальных условий:
– «ситуации, в которых действует сравнительно небольшое число экстремальных факторов или в которых экстремальные факторы
действуют относительно небольшое время, называют экстремальными ситуациями. Более масштабные в пространстве и во времени происшествия, ситуации с масштабными последствиями принято называть чрезвычайными ситуациями» [30, с. 4];
– «экстремальными или чрезвычайными условиями будем называть предельные, крайние значения тех элементов ситуации, которые
в своих средних значениях создают оптимальный «фон» или, по
крайней мере, не ощущаются как источник дискомфорта» [84, с. 8];
– «экстремальные условия, – в которых не сформировались необходимые функциональные состояния, и требуется время для их
адаптации и реорганизации» [29, с. 28];
– «экстремальными называют условия, вызывающие реакции
организма и личности, находящиеся на грани патологических нарушений» [90, с. 6] и т. п.
Не углубляясь в специальное исследование сущности экстремальной ситуации, что уже сделано в некоторых работах [7, с. 27–33],
[9, с. 5–42], приведем лишь несколько ее типичных определений, действительно отражающих суть этого сложного явления. «Экстремальная ситуация представляет собой резкий, скачкообразный переход
системы… в результате чрезмерного нарастания внутренней или
внешней напряженности из устойчивого состояния в неустойчивое,
угрожающее распадом этой системы» [7, с. 30]. Экстремальная ситуация – это сложное явление, порождаемое определенными субъектнообъектными отношениями, складывающимися в процессе жизнедеятельности человека при выходе изменений, связанных с этими отношениями, за пределы нормы, в область предельных, крайних изменений – экстремумов [42, с. 42].
Широко употребляемые понятия «экстремальная ситуация»
и «чрезвычайная ситуация» являются синонимами. При этом слово
«экстремальная» образуется от латинского «extremum» – край, край-
66
Глава 1
нее состояние, а слово «чрезвычайная» – от древнерусских слов «звычай» – обычай и соответственно «звычайная» – обычная, привычная,
нормальная. Можно также утверждать, что понятие «чрезвычайная» –
это русский перевод иностранного термина «экстремальная».
Отметим один интересный и точный аспект в этимологии указанных понятий в белорусском языке. Здесь прилагательное «надзвычайная» выступает в качестве превосходной степени от «незвычайная», которая является отрицательной формой прилагательного
«звычайная» (то есть «обычная»), а оно, в свою очередь, происходит
от существительного «звычай» (норма, обычай).
Естественно, что в официальных источниках обычно используется словосочетание «чрезвычайная ситуация». Так, например, в Законе «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций
природного и техногенного характера», понятие «чрезвычайная ситуация» определяется как «…обстановка, сложившаяся на определенной территории в результате промышленной аварии, иной опасной
ситуации техногенного характера, катастрофы, опасного природного
явления, стихийного или иного бедствия, которые повлекли или могут повлечь за собой человеческие жертвы, причинение вреда здоровью людей или окружающей среде, значительный материальный
ущерб и нарушение условий жизнедеятельности людей» [92, с. 39].
На белорусском языке в аналогичном контексте и понимании используется словосочетание «надзвычайная сiтуацыя».
Таким образом, экстремальная ситуация – это категориальное
общенаучное понятие, посредством которого дается интегративная
характеристика радикально или резко изменившейся обстановки
и связанных с этим особо неблагоприятных или угрожающих факторов для жизнедеятельности человека, а также отмечается критическая
степень проблемности, напряженности и риска в реализации целесообразной деятельности в данных условиях.
Совершенно очевидно, что экстремальные ситуации – это сложные в структурно-содержательном плане события. Глубоким научным
осмыслением их объективного и субъективного содержания преодолеваются стереотипно искаженные и предрассудочные представления
об этих явлениях как сплошном кошмаре и всеразрушающем хаосе,
что особенно актуально для организации и осуществления профессиональной деятельности работников МЧС, призванных обеспечить
профилактику, предупреждение и ликвидацию последствий чрезвычайных ситуаций различного типа и характера.
Научно-методологические основы теории экстремальности
67
Адекватное познание сложившейся экстремальной ситуации позволяет и в самом сложном и напряженном ее развитии обнаружить
определенную внутреннюю структуру, свои «элементы», порядок
и зависимости-закономерности. Именно поэтому не только в теоретических, но, прежде всего, в практических целях немаловажна выработка методологической основы представлений о структуре ситуаций
экстремального уровня, «препарируемой» познавательной деятельностью действующего в экстремальных условиях субъекта. Практика
свидетельствует, что при радикальной интерпретации экстремальностей как хаоса исключается любая возможность их познания, кроме
констатации неизбежности предстоящего акта трагической гибели.
Неслучайно в структуралистской и в целом в научной парадигме анализа экстремальных событий в качестве условия познания таковых
вносятся определенные источники порядка или, по крайней мере,
«точки», в которых те или иные значения и параметры приобретают
фиксированный характер.
Каковы же эти актуализируемые структурные «точки» развития
экстремальности в аспекте ее отражения и познания? Каковы основные структурные компоненты экстремальных ситуаций, поскольку
любая «…проблемная ситуация имеет определенную структуру, объект, субъект, средства своего выражения и разрешения» [86, с. 23].
Традиционный путь изучения деятельности в особых и экстремальных условиях идет через анализ взаимосвязи характеристик экстремальных факторов, функциональных состояний человека и показателей его деятельности. Исходя из этого, в наиболее общем виде
внутреннюю структуру, функционально определяющую генезис
и развитие экстремальных ситуаций, можно выразить в следующих
компонентах:
– субъект ситуации;
– экстремум, или предельность;
– объект деятельности;
– цель деятельности;
– совокупность внешних (объективных) условий возникновения
экстремальности для жизнедеятельности;
– совокупность внутренних (субъективных) условий экстремальной ситуации;
– процесс субъект-объектного или же (и) субъект-субъектного
взаимодействия, «включенности» субъекта в ситуацию, ситуативные
противоречия и проблемная задача;
– напряженность, угроза, опасность и риск.
68
Глава 1
Приведенный перечень в целом показывает, что экстремальная
ситуация структурно представляет собой диалектическую взаимосвязь конкретных объективных и субъективных компонентов.
Указанные структурные компоненты экстремальных ситуаций
подвергаются в научном и практическом отношениях самой многообразной характеристике (онтологической, гносеологической, психологической, социологической, и др.), вследствие чего определенные
стороны содержания некоторых из них достаточно глубоко и всесторонне раскрыты. Действительно, это такие известные по своему содержанию актуальные элементы, как субъект, объект, условия, цель
и субъект-объектные отношения различных видов деятельности.
В философском отношении характеристика каждого из данных компонентов представляется достаточно многомерной и хорошо представленной в научной литературе. Учитывая это, следует обратить
внимание на характеристику данных компонентов, выделяя и творчески разрабатывая в гносеологическом отношении их экстремоситуативный аспект.
1. Субъект ситуации представляет собой, прежде всего, того или
иного деятельного индивида (социальную общность), осуществляющего решение экстремальной проблемы. В зависимости от вида конкретно реализуемой деятельности, субъектом ситуации могут быть
не только отдельный деятельный индивид (пострадавший, спасатель,
пожарный, летчик и т. п.) со всеми его многомерными и конкретными
характеристиками, но и различные общности людей (смена, караул,
экипаж, расчет и т. п.), или так называемый «корпоративный», «интегральный» субъект. Вовлеченность субъекта в ситуацию может быть
также различной: необходимой или случайной, активной или пассивной, частичной или относительно полной и др. В том или ином случае
субъект ситуации – это такой компонент ее структуры, вокруг которого не только разворачиваются реальные ситуационные события, но
и которым любая реальная ситуация генерируется во всех, в том числе гносеологическом, отношениях.
Анализируемые в исследуемом контексте качества и свойства
субъекта ситуации включают в себя силы, средства, организацию,
способы, создаваемые им условия деятельности, в их зависимости от
той или иной социокультурной среды и уровня развития, обобщаемые
понятием «антропогенный фактор ЧС».
Данное понятие связывает воедино, с одной стороны, понятие
«антропность», то есть субъектность, человечность, личностность с по-
Научно-методологические основы теории экстремальности
69
нятием «генность», акцентирующим на «рождаемости», «происхождении», той либо иной «зависимости» (в данном случае ЧС) от человека.
С другой стороны, понятие «фактор» в словосочетании «антропогенный
фактор» отражает воздействующее влияние «антропогенности» на сущностные, структурно-содержательные и динамические параметры экстремальных ситуаций.
Антропогенный фактор экстремальных ситуаций (то есть ситуационная «включенность» субъекта) может иметь либо активноположительный, либо активно-отрицательный характер, либо характеризоваться пассивностью, либо отсутствовать (при тех или иных
положениях). Исходя из этого, можно говорить о субъекте ситуации
«активном», «пассивном» («созерцающем») и «не включившимся»
в ситуацию. Активно-положительная характеристика антропогенного
фактора экстремальных ситуаций предполагает формирование им определенно направленной на преодоление возникающих противоречий
операционной структуры познания ситуации и предметных действий
в ней.
При этом важно еще раз подчеркнуть, что в совокупности всех
своих качеств и характеристик субъект чрезвычайной ситуации представляется как ее антропогенный фактор, без которого нет и быть не
может самой чрезвычайной ситуации, но остаются (либо могут быть)
экстремальные явления и процессы природного либо техногенного
характера, которые имеют объективный характер.
2. Экстремум в ряду компонентов, определяющих основное содержание экстремальных ситуаций, занимает особое место в ее структуре. Как это уже отмечалось, он выражает выход тех или иных процессов субъект-объектного взаимодействия к пределам своего
развития, за пределы нормы.
3. Объект деятельности – это то, на что непосредственно направлена деятельность субъекта экстремальной ситуации. В ситуациях экстремального уровня данный фактор непосредственно связан
с разрешением экстремальных противоречий, представляющих объективный источник генезиса таких ситуаций.
4. Цель деятельности – это то, ради чего она осуществляется и актуализируется в вопросах «что делать в этой ситуации?» и «как выйти
из этой ситуации?», или, по Парсонсу, каково «будущее положение вещей, на которое ориентировано выполняемое действие» [76, с. 95].
5. Объективные (внешние) условия возникновения экстремальности – это такой компонент в структуре развития экстремоситуатив-
70
Глава 1
ных процессов, который представлен той или иной совокупностью
существенных условий и факторов, которые не зависят от данного
субъекта и наличие которых с необходимостью порождают ту или
иную экстремальную ситуацию, формируя среду ее протекания. При
этом всякие, в том числе продуцируемые посредством человеческой
деятельности свойства, связи-отношения или факторы, обретающие
независимость существования и влияния на субъектов, естественно,
оцениваются как объективные.
6. Субъективные (внутренние) условия экстремальной ситуации
представлены той или иной совокупностью физиологических, психологических, гносеологических, нравственно-личностных и других
факторов, относящихся непосредственно к самому субъекту и всецело
зависящих от него. Такими факторами могут выступать, в частности,
различные физиологические и психологические состояния субъекта,
уровень и результаты отражения им экстремальности, состояние его
готовности к реагированию и отражению опасности и другие внутренние качественные характеристики.
В целом экстремальность условий может носить как объективный, так и субъективный характер. Заметим также, что условия выступают как бы «рамкой», в которой находятся объект и субъект деятельности. По своему содержанию условия функционирования
объектов и самого субъекта всегда качественно многообразны, но по
форме могут определяться (различаться) как стандартные и нестандартные условия. Включенность субъекта в те или иные условия
представляет собой не что иное, как возникновение субъектобъектных отношений, в которых возможно формирование конкретных экстремальных ситуаций.
7. Субъект-объектное (или субъект-субъектное) взаимодействие –
компонент, выступающий субстанциональной основой развития конкретных ситуационных отношений, определяющих процессуальное
содержание ситуации. Асимметричность субъект-объектного или же
субъект-субъектного взаимодействия на онтологическом либо на гносеологическом уровнях (в частности, нарушение субъектом объективных законов существования вещей, игнорирование их объективных
свойств и, напротив, несоответствие свойств и возможностей субъекта
свойствам объекта цели деятельности) – характерный фактор возникновения экстремальных состояний.
Результатом субъект-объектного взаимодействия выступает радикально проявляющая себя проблема (от греч. problema – задача),
Научно-методологические основы теории экстремальности
71
то есть осознание субъектом противоречия сложившейся ситуации,
трудности ее разрешения посредством имеющихся знаний и опыта.
Радикальная проблема (задача) по своей общей сути есть отражение
субъектом противоречий между складывающимися ситуативными обстоятельствами и необходимыми условиями (предпосылками) их разрешения в целях достижения желательных и исключения нежелательных для деятельности последствий. Как правило, проблема осознается
субъектом в форме исключительно сложной по уровню своей разрешимости задачи, для чего требуется тотальная мобилизация имеющихся физических, материальных и духовных сил и средств.
8. Напряженность, опасность, угроза и риск – еще один комплексный компонент экстремальной ситуации.
Напряженность пронизывает все поле экстремальной ситуации,
связана практически со всеми ее элементами и проявляет себя в психологической, гносеологической, физической, духовной формах, а также
в их сочетании.
Нередко, однако, напряженность рассматривается исключительно как компонент, относящийся к субъективной стороне экстремальной деятельности и выражающий преимущественно психологическое
состояние субъекта. Такое проявление напряженности в экстремальных ситуациях отмечается рядом ученых в качестве ее основного,
«специфического» компонента (Б. Ф. Ломов, Л. Г. Первов, Ю. Я. Голиков, А. Н. Костин и др.). При этом напряженность обычно исследуется психологией и учитывается при анализе экстремальных условий
как ее актуальный фактор [24], [69], [93]. Особо напряженная ситуация понимается с психологической точки зрения в качестве экстремальной (Г. Селье).
Действительно, психологическая напряженность формирует
эмоциональный фон экстремальных событий. Она проявляется в ожидании возможной опасности, в переживании неопределенности (энтропии) вероятностных событий, в «потрясениях» личности от внезапного наступления событий, в мобилизации всех ее сил на
разрешение экстремальной ситуации и т. д.
В отражении и осознании экстремальных ситуаций компонент
(фактор) напряженности – зеркало экстремогенных процессов. В этом
убеждают раскрытые во многих специальных исследованиях существенные взаимозависимости напряженности с другими компонентами
(факторами) развития экстремальных ситуаций [34], [37]. В частности, такими исследованиями установлено:
72
Глава 1
– во-первых, рост (и снижение) экстремонапряженности находится в прямо пропорциональной зависимости от интенсивности,
сложности и других процессов обострения ситуации;
– во-вторых, с ростом напряженности развития события экстремальная ситуация становится все более эмоциогенной;
– в-третьих, чем более напряженной в эмоциональном плане является экстремальная ситуация и решаемые в ней задачи, тем более
неопределенным (при прочих условиях) представляется ее исход
субъекту;
– в-четвертых, с ростом напряженности и опасности экстремальная ситуация и ее задачи становятся все более эмоциогенными,
но с ростом готовности к ситуации, действию (и даже неудаче) эмоциогенность ее соответственно снижается;
– в-пятых, с увеличением напряженности, опасности и неопределенности развития экстремальной ситуации (а также аналогичных
характеристик в содержании решаемых задач в экстремальных условиях) растет представление о степени ее сложности;
– в-шестых, оценка субъектом высокой (как правило, предельной для данного субъекта) степени экстремальности (опасности, неопределенности, эмоциогенности и т. д.) ситуации или решаемых задач может вызвать у субъекта состояние дистресса, дезорганизации
его деятельности, обрекая ее на негативные последствия.
Фактор опасности – один из основных элементов в содержании
экстремальной ситуации, главный для оперативного реагирования. Он
выражает собой осознанную возможность наступления нежелательных, неблагоприятных или гибельных последствий для существования (функционирования) тех или иных систем (событий, процессов)
относительно друг друга или жизнедеятельности человека. То есть
опасность, по своей сути, – явление вероятностного характера. Объективно это не означает ее неотвратимости и предполагает возможность противодействия ей. Но ядро опасности – реалистичность угрозы (в связи с чем эти понятия, как правило, взаимоопределяются:
опасность – через угрозу, угроза – через опасность).
Угроза представляет собой возможность ущерба от воздействия
факторов, содержащихся в среде системы. То есть фактор угрозы –
это характеристика способности любого элемента системы, находящегося в среде ее существования, затруднять (и прекращать) ее функционирование. Угроза (опасность) – основная проблема экстремальности, взаимосвязанная с целым рядом других, локальных проблем.
Научно-методологические основы теории экстремальности
73
В целом состояние угрозы или опасность ситуации, как понятия
наиболее близкие к самой сущности экстремальной ситуации, представляют собой состояние среды, при котором некоторыми факторами (или определенной группой факторов), связанными с этим состоянием, создаются условия противодействия функционированию или
существованию систем жизнедеятельности. Объективные характеристики данного компонента доступны определению и могут соответственно отражаться в дискретных количественных и качественных
показателях.
Органичным структурно-содержательным компонентом экстремальных ситуаций выступает риск.
Охарактеризованные выше факторы опасности, угрозы и риска –
взаимосвязанные, но сущностно различающиеся структурные компоненты экстремальной ситуации. Опасность и угроза в большей степени
относится к объективной стороне экстремальной ситуации, а риск – к ее
субъективной стороне. То есть можно отметить, что опасность и угроза
более объективны, а риск – более субъективен по своим источникам
и содержанию.
Экстремальные ситуации и фактор риска настолько тесным образом взаимосвязаны между собой, что нередко экстремальные ситуации отождествляют в сущностном отношении с ситуациями риска,
хотя это далеко не всегда и не для всех случаев верно.
Наиболее распространенным является понимание понятия
«риск» как возможной опасности предпринимаемых действий (или
бездействия) в ответ на возникшую опасность. В связи с этим факторы риска рассматриваются как существенные обстоятельства в развитии обстановки, определяющие наличие опасности той или иной степени [46, с. 26]. Именно поэтому под «рисковой деятельностью»
понимается «деятельность по претворению принятого в условиях неопределенности решения, учитывающая вероятность достижения желательного результата наряду с возможностью неудачи и отклонения
от поставленной цели. Это деятельность в условиях отсутствия полной уверенности в достижении цели» [17, с. 19]. Насыщенность экстремальной ситуации такими объективными и субъективными условиями и порождает риск, правомерно выделяемый в ее содержании
в качестве важного структурного компонента.
В социологической теории риска имеет место определенное видение риска как состояния неопределенности (П. Бурдье, Э. Гидденс,
В. И. Зубков, Н. Луман, С. М. Никитин, К. А. Феофанов, О. Н. Яниц-
74
Глава 1
кий и др.). Так, В. И. Зубков дает следующее определение риска:
«Риск представляет собой целенаправленное поведение социального
субъекта, осуществляемое в условиях неопределенности его исходов» [39, с. 19].
Очевидно, что последствия риска могут иметь как положительный, так и отрицательный характер, а на его оценку субъектом может влиять множество факторов. Никлас Луман в этой связи отмечает: «Различение риска и опасности позволяет пометить обе стороны,
но не одновременно. Помечая риск, можно забыть об опасностях,
помечая опасности – о тех выгодах, которых можно было бы достичь
путем рискованного решения» [64, с. 19].
В ситуациях неопределенности полных опасностей и угроз,
связанных с предельным напряжением и возможностью нанесения
человеку и условиям его существования максимального ущерба, каждый сам для себя определяет «стакан наполовину полон или наполовину пуст». Позитивное решение этого вопроса особенно важно
для тех, кто в силу своей профессиональной деятельности и (или)
руководствуясь чувством долга вынужден брать на себя ответственность за себя и других, чтобы из субъекта рискованных действий,
благодаря наличию определенных шансов на успех, человеческий
фактор не превратился в объект, только лишь потребляющий риски.
Учитывая это, определение риска и рисковой деятельности, вытекающее из приведенного высказывания Дж. Бруно, представляется
достаточно точным [17, с. 19].
Следует иметь в виду, что риск является не только фактором
угрозы и потенциальной опасности, но и средством, формой жизнедеятельности человеческого сообщества, а также способом его изменения и развития в экстремальных ситуациях, где риски не только
неизбежны, но необходимы. Поэтому речь, скорее всего, должна идти не только о снижении и минимизации рисков, но и об их калькуляции, оптимизации и внедрении социальных технологий управления рисками, предполагающих регистрацию уровня и параметров
приемлемости (неприемлемости) риска.
Реально в экстремальной ситуации риск может быть лишь на стадии принятия и реализации решения. В первом случае риск означает
гносеологическое отношение к экстремальной действительности, связанное с преодолением неопределенности, причем преимущественно
в ситуационной фазе экстренного и неизбежного выбора, которая является закономерной для экстремальных ситуаций. Риск на стадии реали-
Научно-методологические основы теории экстремальности
75
зации решений представляет собой собственно непосредственную рискованную деятельность (действия) по достижению поставленных целей.
В современной литературе термин «риск» определяется «прежде
всего как мера возможной опасности и последствия ее реализации
в количественной форме» [100, с. 32]. При этом подчеркивается, что
«риск для конкретного объекта (субъекта) возникает только при наличии источника опасности (внешнего, внутреннего по отношению
к данному объекту либо их комбинации); его воздействие на данный
объект или подверженность последнего указанному воздействию
и, наконец, недостаточной защищенности и уязвимости этого объекта
к такому воздействию. Аналогичным образом риск определенного
действия (рискованность решения) появляется только в том случае,
если имеется опасность нанесения вреда (ущерба) для субъекта или
объекта реализации решения. При этом само решение не предусматривает или предусматривает недостаточную защиту (страховку) от
этой опасности. Таким образом, наличие опасности и уязвимости оказывается необходимым и достаточным условием возникновения и одновременно важнейшей характеристикой риска» [100, с. 33].
Риск в экстремальной ситуации формируется и развивается как
один из необходимых способов взаимодействия субъекта с имеющей
место при интенсивных и радикальных изменениях обстановки неопределенностью, а также вероятностными изменениями действительности. Риск порождается прежде всего фактором неопределенности,
которая, в свою очередь, обусловлена:
– спонтанностью явлений и процессов (особенно природных);
– вероятностным характером ряда изменений, их многовариантностью и неоднозначностью (что особенно свойственно поведению
людей);
– ограниченностью материальных ресурсов для разрешения ситуативных противоречий и др.
К субъективным причинам, лежащим в основе риска, относится:
– неадекватное отражение субъектом ситуации и интенсивности
ее изменений;
– незнание или непонимание экстремальности происходящих
процессов, опасностей и угроз, напряженности и глубины обострившихся противоречий, а также способов их разрешения и др.
В целом экстремальная ситуация – это сложный в сущностном
и содержательно-структурном плане феномен. Основой его развития
являются те или иные субъектно-объектные отношения, складываю-
76
Глава 1
щиеся в процессе жизнедеятельности человека при выходе их за пределы нормы в область крайних изменений – экстремумов.
Безусловно, что чрезвычайный, проблемно насыщенный характер развития экстремальных событий обусловливает существенные
особенности их рефлексии, предъявляя специфические требования к
познавательно-аналитической деятельности субъекта и качествам его
мышления. Решение данной задачи имеет методологическое значение
как для осмысления в целом проблемы отражения и осознания экстремальных ситуаций, так и для определения степени свободы действий субъекта в экстремальных условиях. Тем самым определяется не
только локальный характер экстремальностей в жизнедеятельности
людей, но и объективная возможность их преодоления.
Очевидно, что сложность и специфичность экстремальных ситуаций в событийном отношении существенно влияет и на познавательные процессы – основу их сознательного отражения субъектом.
Поэтому уяснение особенностей познавательных процессов в экстремальных обстоятельствах и теоретическое освещение специфики
рефлексии экстремальных событий является актуальной задачей научных исследований.
Действительно, экстремальные представления непременно содержат в себе моменты хаоса, размытости ориентиров, спонтанности,
пограничных состояний и др. Наряду с ними специфически проявляются экзистенциальные представления, такие как пребывание между
жизнью и смертью, инстинктом и рассудком и т. п. Акцентируются
духовно-ценностные представления о сущем и должном, действительном и желаемом, ориентации «быть» и «мочь» и др.
В экстремальных ситуациях разум может уступать ведущую
роль чувству и даже инстинкту субъекта. В рефлексии экстремального это именуется «подсознательным реагированием» на событие или
реагированием по так называемому «шестому чувству». Реально же
данный феномен – одно из естественных и весьма ценных человеческих врожденных качеств (сложный безусловный рефлекс). Рефлексия экстремальности конкретных ситуаций конкретными субъектами
может иметь как более эмоциональный (или же явно выраженный волевой), так и преимущественно интеллектуальный характер.
Тем не менее в обеспечении сознательных действий субъекта по
ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций большое значение
имеет интеллектуальная форма отражения действительности.
Научно-методологические основы теории экстремальности
77
Рациональная рефлексия экстремальных ситуаций связана
с мышлением различных видов: сенсомоторным (сенсорный интеллект), наглядно-действенным (визуальное и практическое мышление),
абстрактно-логическим (концептуальное или теоретическое) и интуитивным (рационально-ассоциативное).
Чем выше уровень рационального отражения ситуации, тем более
высокие его уровни мышления будут задействованы. То есть основу
рефлексии экстремальных ситуаций составляет единство процесснообразного, абстрактно-дискретного и интуитивного мышления.
Экстремальные ситуации принципиально требуют аналитической рефлексии по решению уникальных задач высокого уровня проблемности и сложности. Каждая экстремальная ситуация неповторима во всей своей многогранной сути. Поэтому рациональная
рефлексия и аналитическая деятельность в них связаны с решением
нестандартных задач, которые наиболее полно выражают непосредственную проблемную специфику таких ситуаций и реагирование на
воздействия экстремального момента.
Экстремальные ситуации, как никакие другие феномены, обладают всеми этими признаками, объективно определяя своеобразный
характер рациональной рефлексии, в сущности, представляющей собой синтез синергетической эпистемологии или нелинейного мышления, связанного с познанием сложной, динамично изменяющейся среды. Экстремальность – это процесс, который даже при самых лучших
(благоприятных) обстоятельствах неизбежно будет сложным.
Сложность – также один из объективных признаков развития
экстремальных ситуаций, чрезвычайно влияющий на всю рефлективно-аналитическую деятельность субъекта. Согласно современной
теории самоорганизации (синергетике), признак сложности характеризует процессы с большим числом взаимосвязанных и взаимодействующих между собой элементов или функций: поликаузальные, неустойчивые, нелинейных изменений, отношений неравновесности,
спонтанности, хаотичности, тотальности, становления «порядка через
хаос» и др. (И. Пригожин) 82 , 83 .
Уровень, степень проблемности и сложности экстремальных задач в гносеологическом отношении определяются множеством противоречий, характеризующих содержание ситуаций, и соотношением
при этом известного и неизвестного в задаче, которую предстоит решить в экстремальной ситуации. Причем многие противоречия, возникающие в экстремальных ситуациях, имеют исключительно темпо-
78
Глава 1
ральный характер, требуя соответствующей мобильности мышления
и действий.
Аналитическая работа в экстремальных ситуациях всецело основывается на творческой, рационально-логической составляющей
мышления, обеспечивающей «интеллектуальные синтезы» (М. Мерло-Понти) того или иного опыта. Она непосредственно связана:
а) с активным решением задач прогнозирования экстремальностей;
б) с новизной (уникальностью) экстремальных ситуаций и необходимостью оперативного продуцирования новых решений при непредвиденном изменении обстановки;
в) с выбором и применением «наилучших решений» по осмысленным вариантам действий в данной ситуации;
г) с обеспечением эффективности решений наряду с их оперативной оптимизацией.
«Рациональные синтезы» экстремального опыта выражают замыслы и планы действий субъекта, в том числе замыслы и планы
предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций. В этом отношении исследование специфики познавательных процессов в экстремальных ситуациях позволяет определить необходимые для рефлексии таких событий качества мышления субъектов, в том числе
планирующих и организующих деятельность по предупреждению
и ликвидации чрезвычайных ситуаций. К таким качествам относятся:
– оперативность и мобильность;
– способность к максимальной (предельной) концентрации интеллектуальных усилий;
– способность к решению сложных проблем и рациональному
риску, осуществлению оптимальности выбора и допусков;
– логическая расчетливость и точность; конкретность и простота
в интеллектуальных решениях;
– критичность и практичность ума.
Еще большую значимость рациональная рефлексия приобретает
в процессе научного исследования экстремальных процессов и явлений в целом и экстремальных ситуаций в частности.
В рамках «парадигмы нелинейности» основные принципы исследования экстремальных ситуаций достаточно всесторонне описаны в специальной научной литературе [9, с. 29–30]. Эти принципы исследования экстремальных явлений и процессов имеют свое
конкретное творческое проявление в научных исследованиях гуманитарного, общенаучного, технического и специального профиля.
Научно-методологические основы теории экстремальности
79
Подчеркивая важность интеллектуальной формы отражения
действительности и аналитических рациональных компонентов познавательных процессов в обеспечении социальных действий в ситуации экстремальности, нельзя умалять роль и значение практически
действующего социального агента, а также других форм освоения
действительности.
Если бы в экстремальных ситуациях социальный агент действовал всегда и до конца только целерациональным образом, субъективно взвешивал все факторы и сознательно (интеллектуально) принимал
решения, то время, требуемое на это, для него в ряде случаев могло
бы оказаться роковым.
Антропогенный фактор проявляется в диалектике взаимопереходов рассудочной и аффективной, сознательной и бессознательной,
организованной и стихийной, продуктивной и репродуктивной сторон
освоения действительности в экстремальной ситуации. При этом первый ряд выполняет роль подготовки базы реализации и тиражирования массовых, коллективных действий, придавая им черты рациональности без всякого рационального расчета (Э. Гидденс), или того,
что определяется «стратегиями» (П. Бурдье).
В теории мотивации российский исследователь В. Вилюнас
специально выделяет и анализирует нерациональные ситуативные
механизмы, которые обеспечивают регуляцию процесса достижения
цели через пристрастно-оценочное отношение к действительности.
Прогнозируя успех, оно придает нам потенциальную уверенность
в неопределенной ситуации, позволяет принять новое, пойти на риск,
сосредоточиться на неприятном. С другой стороны, прогнозируя неудачу, астеническое переживание бессилия продуцирует растерянность, заставляет отказаться от активной борьбы. Одни люди идут на
риск, бросаются в неизведанное, не теряя голову рядом с опасностью;
другие – отказываются от борьбы, стремятся прежде всего к стабильности, к гарантиям в своих отношениях с жизнью. Известно, что отказ
от борьбы связан с оценкой препятствия как явно превышающего возможности субъекта. Желание – это всегда пристрастное отношение
к отсутствующему, предвосхищаемому. Поэтому мотивационные механизмы, обеспечивающие регуляцию процесса предвосхищения, пребывания и выхода из экстремальной ситуации, имеют важнейшее значение
в их осознании и деятельности в этих условиях.
Следовательно, познавательные процессы в экстремальных ситуациях имеют существенную специфику как на иррациональном, так и на
80
Глава 1
рациональном уровнях и во многом определяют возможности адекватного реагирования на развитие экстремальных процессов и явлений
в интересах практической деятельности по прогнозированию, профилактике, предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций.
Таким образом, из проведенного исследования сущности, содержания, структуры, а также динамики развития и специфики отражения экстремальных ситуаций, можно сделать вывод о том, что
главным, универсальным сущностным признаком экстремальной ситуации, определяющим в целом их специфичность и чрезвычайность
как событий, выступает наличие в них опасности, угрозы и риска для
жизнедеятельности человека. Как правило, экстремальные ситуации
характеризуются явно выраженной опасностью – непосредственной
угрозой для жизни или срыва деятельности субъектов, вовлеченных
в подобные обстоятельства объективного и субъективного порядка.
Выводы по первой главе
Проведенный анализ философской и естественнонаучной традиции осмысления и изучения экстремальных явлений и процессов,
а также определенный подход к пониманию сущности экстремальных
ситуаций, позволяют сделать некоторые выводы:
1. Научная традиция осмысления экстремального зародилась
еще на заре развития философской мысли и своими корнями уходит
в античную философию. Эта традиция обогащалась новыми идеями
в течение всей многовековой истории развития философскосоциологической и естественнонаучной мысли. Современная экстремология относит экстремальность к разряду особых явлений, подчиняющихся нелинейным принципам функционирования. Они представляют собой предельный случай в режиме функционирования
системы, которая имманентно может заключать в себе выход в режим
катастрофического развития.
2. Принцип экстремального, как это следует из философской
и естественнонаучной традиции и проявляется в современной науке
об экстремальности, является универсальным и отражающим вполне
определенные, фундаментальные процессы действительности, а экстремальная форма выражает существенные черты всеобщих закономерностей действительности, имея объективную связь с диалектическими законами развития явлений и процессов окружающего мира.
3. Современная экстремология имеет ярко выраженный синергетический характер, вбирая и интегрируя в себя последние достижения
Научно-методологические основы теории экстремальности
81
как в сфере философии, экономики и социологии, так и математики,
физики, механики, машиноведения, информатики и управления, химии, геологии и многих других гуманитарных, естественнонаучных,
прикладных и специальных наук.
4. Сущность экстремальных ситуаций заключается в том, что
они представляют собой объективно-сложные условия деятельности
субъекта (человека, социальной общности), глубинно связанные
с диалектикой субъект-объектных отношений в их развитии при выходе условий и параметров жизнедеятельности данного субъекта за
пределы нормы, влекущей непосредственную опасность срыва таковой или его гибели. Критические инциденты такого рода имеют чрезвычайный ситуационный, событийно уникальный характер.
5. Антропогенный фактор экстремальных ситуаций занимает атрибутивное положение в детерминантных, сущностных, структурнофункциональных и динамических характеристиках чрезвычайных ситуаций.
6. Очевидно, что дальнейшее развитие теоретических представлений о сущности и содержании экстремальных процессов и явлений,
опирающихся на многовековую традицию их осмысления и анализа,
в рамках современной науки об экстремальности и безопасности жизнедеятельности, будет способствовать выработке методологически
верных подходов к организации деятельности по предупреждению
и ликвидации чрезвычайных ситуаций и обеспечению защиты населения и территорий от их последствий.
Глава 2
КЛАССИФИКАЦИЯ
ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЙ
И СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ
АНАЛИЗ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
РАБОТНИКА МЧС
Выяснение сущности, структуры, содержания, динамики развития
экстремальных ситуаций позволяют перейти к изучению таксономии
чрезвычайных ситуаций и анализу их наиболее распространенных
в Республике Беларусь реальных разновидностей. На этой основе,
а также с учетом проведенных социологических исследований, можно
рассмотреть возможности социологического обеспечения эффективной
деятельности специальных государственных структур и, прежде всего,
органов и подразделений МЧС по предупреждению и ликвидации
чрезвычайных ситуаций и обеспечению безопасности населения и территорий.
2.1. Основные разновидности
чрезвычайных ситуаций
В развитии современных научных знаний об экстремальности
важно отметить одну из существенных и показательных тенденций.
Если в последние годы ХХ века в исследованиях по этим проблемам
акцент ставился на общих вопросах теории экстремальности и катастроф, то в первые годы ХХI века наиболее актуальным становится
изучение и мониторинг рисков чрезвычайных ситуаций. Затем многими учеными все в большей степени осознается и выдвигается тезис
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
83
о необходимости формирования общей теории безопасности, для которой теория экстремальности и рисков является лишь теоретической базой и методологической основой. В частности, указанная
тенденция особенно четко просматривается в направленности научных исследований Центра стратегических исследований МЧС России и работах его научного коллектива, возглавляемого В. А. Акимовым [100, с. 51–52].
Учитывая такую тенденцию современного научного поиска
и поддерживая указанную при этом аргументацию, перейдем к целенаправленному изучению основных видов чрезвычайных ситуаций,
а также выяснению важнейших социальных и психологических аспектов защиты от их негативных последствий. В свою очередь, это
позволяет выйти на определение социологического инструментария
обеспечения эффективной деятельности органов и подразделений по
чрезвычайным ситуациям.
Как уже отмечалось, первые шесть лет ХХI века оказались наполненными множеством, казалось бы, непредсказуемых, часто шокирующих и невероятных, но все-таки совершившихся событий, среди которых нарастающий удельный вес приобретают многообразные
чрезвычайные ситуации, аварии и катастрофы. Эти годы убедительно
показали, что в современной действительности чисто природные катастрофы (за исключением вызванных метеорологическими, геологическими или космическими процессами), особенно на территории, занимаемой Республикой Беларусь, практически не наблюдаются. В то
же время статистика происшедших в нашей стране и за ее пределами
чрезвычайных ситуаций убедительно показывает, что в любую чрезвычайную ситуацию неизменно оказывается вовлеченным человек: то
ли как инициатор, то ли как жертва, то ли как очевидец. Именно этот
аспект составляет объект социологии, принимающей в орбиту своих
исследований те экстремальные события, которые несут угрозу индивидуальному человеческому существованию, данной социальной
группе (семья, трудовой коллектив, территориальная, этническая
общность) либо обществу в целом.
При этом следует исходить из того, что на практике не бывает
экстремальных ситуаций вообще, а всегда происходят их конкретные
разновидности: наводнения, пожары и взрывы, транспортные аварии
и катастрофы, террористические акты, суицид и др. В этой связи остро встает вопрос о правильной, научно обоснованной (и, безусловно,
приемлемой для практических работников) типологии и классификации экстремальных ситуаций по различным основаниям и признакам,
84
Глава 2
а затем и конкретное рассмотрение их основных типов, видов и разновидностей. Это позволяет, с одной стороны, формировать научное
и мировоззренческое представление об основных видах экстремальных ситуаций. С другой стороны, научно обоснованная классификация чрезвычайных ситуаций создает необходимые методологические
предпосылки для организации деятельности (действий) в этих особых
и в большинстве случаев принципиально разных условиях динамично
изменяющейся реальности, поскольку вполне очевидно, что организация предупреждения и ликвидации последствий, например, пожаров, принципиально отличается от организации предупреждения
и ликвидации последствий наводнений и т. п.
Типологизация экстремальных ситуаций – это сложная и практически важная проблема, поскольку ее решение позволяет углубить,
расширить знания об изучаемых явлениях и привести их в относительно упорядоченную систему, удобную как в научно-теоретическом
отношении, так и в практически-деятельностном применении выработанных знаний.
К настоящему времени в области теоретических исследований
экстремальных ситуаций и в практической деятельности, связанной
с экстремальностями, еще не сложилась достаточно определенная система классификации (типология) чрезвычайных ситуаций, удовлетворяющая тем или иным научным и практическим требованиям. Поэтому
в различных научных работах и классификаторах чрезвычайных ситуаций можно встретить различные подходы к этой проблеме. Учитывая это, мы используем интегрированный подход к классификации
чрезвычайных ситуаций, по различным основаниям и признакам,
а также степень ее отражения в научной литературе и официально
принятых и утвержденных Классификаторах чрезвычайных ситуаций.
Методология реализации данного рода проблем сосредоточена
в специальной философско-гносеологической области знания – таксономии. Эта специальная наука раскрывает общие принципы анализа
близости явлений и их типологии различными логическими методами:
– методом обобщенного подхода или очерчивания общих границ явления;
– методом кластеризации (обобщения явлений по подобию
и даже по минимальным представлениям об исследуемых явлениях
или объектах);
– методами дихотомии и классификации явлений по существенным признакам.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
85
Классификация, как наиболее высокий уровень типологии,
предполагает определение существенных признаков явлений, установление связей между элементами (признаками) исследуемых множеств явлений, а также выяснение того, какие из них нужно, а какие
нельзя рассматривать в общей связи отношений.
Эта проблема решается с начала исследования экстремальных
ситуаций и практически всеми исследователями, а также специалистами профессий риска и специалистами, осуществляющими деятельность в области чрезвычайных ситуаций.
В идеальной модели типологии (классификации) тех или иных
явлений не могут остаться элементы, не охваченные классификацией
(по логическому закону и принципу исключенного третьего), и элементы, классифицированные дважды (по логическому закону и принципу непротиворечия), то есть попавшие одновременно в два типологизируемых класса явлений.
Это, конечно, идеальный, желаемый для исследователей и науки
результат. Однако при практическом решении проблема типологии
сложных явлений, охватывающих значительные области реальности,
к которым относится и феномен экстремальных ситуаций, вполне естественны элементы нечеткой классификации. В этом случае она
осуществляется на уровне очерчивания общих границ явления, кластеризации по приблизительному подобию или дихотомии, для которой можно, в строго научном отношении, говорить лишь о степени
принадлежности данных явлений к однородным классам.
Типология экстремальных ситуаций расширяется, становится не
только более сложной, но и более точной, закономерно увеличивая
познавательный интерес к данной проблеме. Стремление исследователей в этом направлении ориентировано на осуществление классификации экстремальных ситуаций наиболее полного и совокупного
типа, с детальным изучением общих и различающихся характеристик
(признаков) всей совокупности явлений, относящихся к экстремальным ситуациям различного типа, масштаба и специфики протекания.
Построение таксономического «дерева» основных типов экстремальных ситуаций (подобно типологизации биологических видов или химических элементов) позволяет формировать научное мировоззренческое представление о них и получать необходимые методологические
основы деятельности в экстремальных, чрезвычайных ситуациях как
особых условиях реальности.
86
Глава 2
На начальном этапе исследований следует, прежде всего, отделить классифицируемое явление от всех иных явлений действительности. В случае классификации чрезвычайных ситуаций это осуществляется по одному из самых первичных существенных их признаков –
радикальному отклонению происходящих ситуативных процессов от
нормы. То есть чрезвычайные ситуации выделяют в разряд аномальных событий относительно всех иных явлений и процессов.
Как уже отмечалось, чрезвычайная ситуация возникает в результате перехода системы из состояния устойчивого равновесия (стандартная, нормальная ситуация) в неустойчивое состояние. Это происходит
по мере нарастания в ней дисфункций и напряженности в результате
внутренних изменений или под воздействием факторов внешней среды.
В случае большого напряжения и выхода количественных изменений
к границам меры, в зону бифуркации, регуляционные механизмы явлений и процессов могут не справиться с задачей поддержания баланса
устойчивых связей и отношений. Происходит скачок и смена качества,
что и представляет собой экстремум. Если в этот процесс оказывается
вовлеченным субъект (человек, социальная группа, общество) и среда
его обитания, возникают обстоятельства, характеризуемые как экстремальная или чрезвычайная ситуация [9, с. 38].
Закон Республики Беларусь «О защите населения и территорий
от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера»
определяет понятие «чрезвычайная ситуация» как «обстановка, сложившаяся в результате аварии, иной опасной ситуации техногенного
характера, катастрофы, опасного природного явления, стихийного
или иного бедствия, которые повлекли или могут повлечь за собой
человеческие жертвы, причинение вреда здоровью людей или окружающей среде, значительный материальный ущерб и нарушение условий жизнедеятельности людей» [92, с. 39].
Классификация экстремальных явлений основывается на определении критериев их типологизации и нахождении способов идентификации процессов с однотипными характеристиками. При этом
классификационное древо в своем основании должно иметь наиболее
общие признаки классификации, то есть опираться на исходные характеристики бытия окружающей действительности.
Наиболее существенное из этих оснований – это выделение различных структурных уровней окружающей действительности с ее определенными формами связи, способами взаимодействий и соответствующими уровнями и типами экстремальности. Такая классификация
экстремумов выглядит следующим образом:
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
87
– экстремальности в неживой природе (природные экстремумы) – на субатомном, атомном, молекулярном, макротеловом, а также
планетарном, солнечносистемном, галактическом и метагалактическом уровнях. Природные экстремумы часто называют «стихийными
бедствиями», имея в виду, что это опасные явления или процессы
(геофизического, геологического, гидрологического, атмосферного
и другого происхождения) таких масштабов, которые вызывают катастрофические ситуации, характеризующиеся внезапным нарушением
жизнедеятельности населения, разрушением и уничтожением материальных ценностей, поражением и гибелью людей. Стихийные бедствия – явления природного происхождения, но и они нередко приводят
к авариям и катастрофам в промышленности, на транспорте, в коммунально-энергетическом хозяйстве и других сферах деятельности
человека;
– экстремальности в живой природе – на субклеточном (органоидном, клеточном, органном, организменном (многоклеточного организма), популяционно-видовом, биоценотическом, биосферном
и «ноосферном» уровнях;
– экстремальности на уровне «второй», «искусственной» природы, в частности, на техногенном уровне (техногенные экстремумы), где
можно различать информационно-регулятивные и энергетические экстремумы. При этом, поскольку информационная и энергетическая связь
предполагают каналы передачи информации и соответствующий контур
регуляции, в котором используется обратная связь, то и в экстремумах
информационно-регулятивного и энергетического типа экстремальность может проявляться как в канале передачи, так и в контуре регуляции и в системе обратной связи;
– экстремальности в обществе (социогенные экстремумы) –
на индивидуально-личностном, семейном, коллективном, социальногрупповом, классовом, национальном, государственном, межгосударственном и общечеловеческом (цивилизационном) уровнях.
Каждому из уровней присущ свой способ экстремального взаимодействия, свои закономерности экстремального развития и экстремального функционирования. При этом если все структурные уровни
отношений и всеобщих связей рассматриваются как своеобразные
«качественные узлы» развивающейся действительности, этапы
глобальной эволюции, то соответствующие уровни и типы экстремальности особо подчеркивают их глобальный, всепроникающий
характер.
88
Глава 2
Типология экстремальности не ограничивается ее различием по
отношению к многообразным структурным уровням окружающей
действительности и основным формам движения. Поскольку каждому
структурному уровню окружающей действительности, каждому явлению и процессу присущи еще и различные способы взаимосвязи как
своих внутренних компонентов, так и внешние связи с другими уровнями, явлениями и процессами, постольку следует различать экстремальности внутреннего и внешнего характера.
Внутренняя экстремальность – это связь между элементами
системного образования, совокупность которых образует его структуру и актуализация которых может вести к коренному качественному
преобразованию либо распаду данного системного образования.
Внешняя экстремальность – это отношения между данным явлением и окружающими его предметами, процессами, актуализация
которых также может вести к качественной перестройке либо к гибели данного явления и всей системы его отношений.
В теоретической и практической деятельности важно отличать
существенную и несущественную экстремальность. Существенная
(сущностная) экстремальность порождена внутренними, глубинными,
устойчивыми связями, определяющими специфику данного явления,
и в случае их актуализации неизбежно вызывает катастрофические
для данного явления последствия.
Особое место в системе существенной экстремальности занимает
закономерная экстремальность. Именно она дает качественную характеристику экстремальным явлениям и процессам окружающего
нас мира.
Другая основополагающая основа классификации экстремумов
связана с универсальным принципом движения и развития. Этот
принцип отражает тот факт, что окружающий мир образует некую совокупную связь явлений и тел, которая предполагает и их взаимодействие друг с другом. Данное взаимное воздействие и есть причина
движения и развития.
Принцип движения и развития носит универсальный характер
и имманентно содержит в себе экстремальность как специфический
компонент движения и развития в определенных условиях. В зависимости от характера и условий изменения могут приобретать экстремальные формы и характеристики, проходить через некоторые экстремальные периоды и стадии, иногда достигая своих пиковых
экстремальных значений, переходя в катастрофическую фазу.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
89
Как ужу отмечалось, именно при попытке реконструирования
развития животного и растительного мира, предпринятой французским палеонтологом Ж. Кювье, впервые был использован термин «катастрофа». Согласно выдвинутой им эволюционистской теории, катастрофы сверхъестественного происхождения полностью уничтожали
старые виды живой природы и со временем порождали новые.
С диалектической точки зрения движение рассматривается как
самодвижение, а его причина – взаимодействие внутренних противоположностей. Развитие представляется не как чисто количественное
изменение, а как единство прерывного и непрерывного; как поступательное движение по спирали; как движение от старого к новому,
как правило, от низшего к высшему, более совершенному; как изменения, связанные не только с прогрессом, но и предполагающее элементы регресса.
При анализе экстремалей с точки зрения принципа всеобщего
движения и развития особое значение приобретают их «темпоральные
характеристики диахронного развертывания» [9, с. 33]. Критической
характеристикой режима доэкстремального развития является кризис.
Нахождение системы в кризисном состоянии можно с полным правом
отнести к двум ситуациям – доэкстремальной и экстремальной. Кризисы являются закономерным процессом как для нормального, так
и для экстремального режимов функционирования, с тем отличием,
что в первом мы видим лишь частный случай нормального состояния
системы – переломный момент в ее развитии, возникающий из-за несоответствия наличных ресурсов условиям функционирования системы, а во втором – кризисные явления принимают перманентный, экстремальный или даже катастрофический характер.
Изложенный выше концептуальный подход дает возможность
непосредственно подойти к определению критериев для построения
типологии экстремальных ситуаций.
В фазе предэкстремального развертывания важно зафиксировать определенные типы экстремумов и чрезвычайных ситуаций по
следующим основаниям:
– по степени нарастания дисфункций в системе – взрывные,
лавинообразные и постепенно нарастающие по частоте, амплитуде
и размаху колебаний;
– по результатам взаимодействия системы с окружающей
средой – экзогенные (возникающие вследствие воздействия извне),
эндогенные (вызванные внутренними причинами) и гетерогенные
90
Глава 2
(выступающие как следствие взаимодействия внутренних и внешних
по отношению к системе факторов или обстоятельств);
– по источникам возникновения экстремальности – структурные (детерминированы особенностями внутреннего строения системы
и заключают в себе возможность ее выхода в режим экстремального
развития) и функциональные (связанные со стохастическими процессами, вызывающими дисбаланс функций и дисфункций в системе).
В фазе своего собственно экстремального развертывания типы
экстремальных ситуаций могут различаться:
– по масштабу возможных последствий (за основу берутся значимость и величина события, нанесенный ущерб и количество сил
и средств, привлекаемых для ликвидации их последствий) ЧС;
– по времени протекания – на кратковременные, средней продолжительности и долговременные (затяжные);
– по направленности – на экспоненциальные (разворачивающиеся в линию с постоянным нарастанием) и на циклические (с переменным усилением либо «затуханием» экстремального фона и возвращением в исходное состояние с последующим развертыванием по
кругу, синусоиде или спирали).
Для фазы постэкстремального развития:
– по последствиям типы экстремальных ситуаций могут дифференцироваться на обратимые, частично обратимые и необратимые;
– по ведомственной принадлежности (то есть по отраслям народного хозяйства, где произошла данная чрезвычайная ситуация):
– в строительстве (промышленном, гражданском, транспортном);
– в промышленности (атомной, химической, пищевой, металлургической, машиностроительной, горнодобывающей, удобрений);
– в коммунально-бытовой сфере (на водопроводно-канализационных системах, газовых, тепловых, электрических сетях, при эксплуатации зданий и сооружений);
– на транспорте (железнодорожном, автомобильном, трубопроводном, воздушном, водном);
– в сельском и лесном хозяйствах.
Экстремальные ситуации в фазах развертывания и завершения
могут протекать по катастрофическому и некатастрофическому
сценариям. В первом случае имеем состояния, характерные для прохождения системы через точку бифуркации, во втором – фазу, связанную с трансформацией либо затуханием экстремального фона
и возвращением системы к своему исходному состоянию.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
91
Наиболее распространенной в теоретических источниках является классификация чрезвычайных ситуаций по их исходному и наиболее значимому признаку – происхождению в зависимости от объекта и источника экстремального развития. Соответственно в системе
классификации чрезвычайных ситуаций выделяются три основных
типа чрезвычайных ситуаций: природные, антропотехногенные и социогенные. В свою очередь, в каждом из этих типов выделяются некоторые виды, а затем разновидности ЧС (табл. 2.1).
Таблица 2.1
Классификация основных чрезвычайных ситуаций
ОСНОВНЫЕ ТИПЫ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЙ
природные
социогенные
антропотехногенные
ОСНОВНЫЕ ВИДЫ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЙ
природноприродноантропотех- антропотех- обществен- личностестественные антропогенные ногенные
ногенные ные кризисы
ные
(стихийные) («искусственаварии
катастрофы и конфликты кризисы
ные»)
и конфликты
РАЗНОВИДНОСТИ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЙ
– физические
(в том числе природные
и лесные пожары);
– гидродинамические
(наводнения, паводки и др.);
– метеорологические
(бури, ураганы, смерчи,
шквалы);
– биолого-социальные
(инфекционные заболевания людей, животных
и растений);
– геофизические;
– геологические
(экзогенные);
– агрометеорологические;
– биосферные;
– астрофизические;
– экологические
(суша, атмосфера,
гидросфера, биосфера) и др.
– пожары, взрывы;
– аварии и катастрофы
на промышленных
предприятиях;
– аварии и катастрофы
на транспорте;
– аварии и катастрофы
в ТЭК;
– гидротехнические
аварии и катастрофы
(на плотинах и дамбах);
– выброс РВ, СДЯВ, БОВ;
– обрушение зданий;
– нарушение энергосистем, коммунальных
сетей, очистных
сооружений и др.
– военные действия
(войны);
– терроризм;
– последствия
социальных
конфликтов;
– экстремизм;
– революции;
– суицид и др.
Глава 2
92
Природные чрезвычайные ситуации делятся на два вида – природно-естественные (стихийные), источником которых являются
чисто природные явления, не связанные с деятельностью человека,
а лишь затем своими последствиями воздействующие на него и среду
его обитания и природно-антропогенные («искусственные»), которые
в той или иной степени вызваны воздействием человека на природную среду.
Данный тип экстремальных ситуаций включает следующие разновидности чрезвычайных ситуаций природно-естественного (стихийного) и природно-антропогенного («искусственного») видов: физические
(пожары и взрывы различного характера); гидродинамические (наводнения, паводки и др.); метеорологические (бури, ураганы, смерчи,
шквалы); биолого-социальные (инфекционные заболевания людей, животных и растений); геофизические; геологические (экзогенные); агрометеорологические; биосферные; астрофизические; экологические
(суша, атмосфера, гидросфера, биосфера) и др. (рис. 2.1).
Рис. 2.1. Основные виды чрезвычайных ситуаций
природного характера
Рассмотрим основные характеристики вышеперечисленных
природных чрезвычайных ситуаций.
Стихийные бедствия, связанные с геологическими природными
явлениями, подразделяются на бедствия, вызванные землетрясениями,
извержениями вулканов, оползнями, селями, снежными лавинами,
обвалами и просадками земной поверхности в результате карстовых
явлений.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
93
Землетрясения – это подземные толчки и колебания земной поверхности, вызванные в основном геофизическими причинами. Основные параметры, характеризующие землетрясение, – их интенсивность и глубина очага. Землетрясения классифицируются также по
причине их возникновения. Они могут возникать в результате тектонических и вулканических проявлений, обвалов (горные удары,
оползни) и, наконец, в результате деятельности человека (заполнение
водохранилищ, закачка воды в скважины).
Вулкан – геологическое образование с кратером на вершине, через который из недр земли время от времени извергается огонь, лава,
пепел, горячие газы, пары воды и обломки горных пород.
По степени активности вулканы классифицируют на действующие, дремлющие и потухшие. Наиболее опасные явления, сопровождающие извержения вулканов, – это лавовые потоки, выпадение тефры, вулканические грязевые потоки, вулканические наводнения,
палящая вулканическая туча и вулканические газы. Классификация
вулканов производится также по условиям их возникновения и по характеру деятельности.
Оползни – это скользящее смещение масс горных пород вниз но
склону под влиянием силы тяжести. Образуются они в различных породах в результате нарушения их равновесия или ослабления прочности. Вызываются как естественными, так и искусственными (антропогенными) причинами. Классифицируются оползни по масштабам
явления, скорости движения и активности, механизму процесса, мощности и месту образования. По масштабам оползни классифицируются на крупные, средние и мелкомасштабные. По активности оползни
подразделяются на активные и неактивные. Главными факторами
здесь являются породы склонов и наличие влаги. В зависимости от
количества влаги они делятся на сухие, слабо влажные, влажные
и очень влажные. По механизму процесса подразделяются на оползни
сдвига, выдавливания, вязкопластические, гидродинамического выноса, внезапного разжижения. Часто имеют признаки комбинированного характера. По мощности вовлекаемой в процесс массы горных пород оползни делятся на малые, средние, крупные и очень крупные.
По месту образования они подразделяются на горные, подводные,
снежные и оползни искусственных земляных сооружений (котлованов, каналов, отвалов пород).
Сели (селевые потоки) – это бурные грязевые или грязекаменные
потоки, состоящие из смеси воды и обломков горных пород, внезапно
94
Глава 2
возникающие в бассейнах небольших горных рек. Сели характеризуются резким подъемом уровня воды, волновым движением, кратковременностью действия (в среднем от одного до трех часов), значительным
эрозионно-аккумулятивным разрушительным эффектом.
Снежные лавины – низвергающиеся со склонов гор под воздействием силы тяжести снежные массы. Они классифицируются по характеру движения. В зависимости от строения лавинного очага различают три типа снежных лавин: лотковые, осовые, прыгающие.
Стихийные бедствия метеорологического характера подразделяются на бедствия, вызываемые:
– ветром, в том числе бурей, ураганом, смерчем (при скорости
25 м/с и более, для арктических и дальневосточных морей – 30 м/с
и более);
– сильным дождем (при количестве осадков 50 мм и более в течение 12 ч и менее, а в горных, селевых и ливнеопасных районах –
30 мм и более за 12 ч и менее);
– крупным градом (при диаметре градин 20 мм и более);
– сильным снегопадом (при количестве осадков 20 мм и более за
12 ч и менее);
– сильными метелями (скорость ветра 15 м/с и более);
– пыльными бурями;
– заморозками (при понижении температуры воздуха в вегетационный период на поверхности почвы ниже 0 °С);
– сильными морозами или сильной жарой.
Эти природные явления (кроме смерчей, града и шквалов) классифицируются как стихийные бедствия, как правило, в трех случаях:
если они происходят на одной трети территории области (края, республики), охватывают несколько административных районов и продолжаются не менее 6 часов.
Стихийные бедствия гидродинамического характера подразделяются на бедствия, вызываемые:
– высоким уровнем воды – наводнения, при которых происходит
затопление пониженных частей городов и других населенных пунктов, посевов сельскохозяйственных культур, повреждение промышленных и транспортных объектов;
– низким уровнем воды, когда нарушается судоходство, водоснабжение городов и народнохозяйственных объектов, оросительных
систем;
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
95
– селями (при прорыве завальных и моренных озер, угрожающих населенным пунктам, дорожным и другим сооружениям);
– снежными лавинами (при угрозе населенным пунктам, автомобильным и железным дорогам, линиям электропередачи, объектам
промышленности и сельского хозяйства);
– ранним ледоставом и появлением льда на судоходных водоемах.
К стихийным бедствиям гидродинамического характера несколько условно относятся и морские гидродинамические явления:
цунами, сильные волнения на морях и океанах, тропические циклоны
(тайфуны), напор льдов и их интенсивный дрейф.
Наводнения – это затопление водой прилегающей к реке, озеру
или водохранилищу местности, которое причиняет материальный
ущерб, наносит урон здоровью населения или приводит к гибели людей. Если затопление не сопровождается ущербом, это есть разлив реки, озера, водохранилища.
Пожары – это одно из самых распространенных в Республике
Беларусь стихийных бедствий. В это понятие входят лесные пожары,
пожары степных и хлебных массивов, торфяные и подземные пожары
горючих ископаемых. От грозовых разрядов и самовозгорания торфяной крошки происходит ничтожно малое количество возгораний. Доля пожаров от молний составляет не более 2 % от общего количества.
В 90–97 случаях из 100 виновниками возникновения бедствия оказываются люди, не проявляющие должной осторожности при пользовании огнем в местах работы и отдыха. В большинстве случаев пожары
сопровождаются взрывами и наоборот.
К массовым заболеваниям относятся:
– инфекционные болезни людей – это заболевания, вызываемые
болезнетворными микроорганизмами и передающиеся от зараженного
человека или животного к здоровому. Такие болезни появляются
в виде эпидемических очагов чумы, холеры, желтой лихорадки,
СПИДа, тифа, дифтерии, дизентерии, вирусного гепатита, гриппа;
– инфекционные болезни животных – группа болезней, имеющая такие общие признаки, как наличие специфического возбудителя,
цикличность развития, способность передаваться от зараженного животного к здоровому и принимать эпизоотическое распространение.
В последние годы число различных разновидностей природных
чрезвычайных ситуаций имеет явно выраженную тенденцию к росту.
За последние три года число землетрясений, наводнений, оползней
и других стихийных бедствий возросло фактически в два раза.
Глава 2
96
Чрезвычайные ситуации антропотехногенного характера являются вторым типом в классификации ЧС. В большинстве случаев характер этих чрезвычайных ситуаций определяется как «техногенный»,
что в общем смысле вполне оправданно. Однако их определение как
«антропотехногенных» является более точным и строгим в научном отношении. В таком случае вполне очевидно, что любая авария или катастрофа не может иметь чисто технического характера, по существу так
или иначе связана с деятельностью человека и всегда так или иначе воздействует на человека либо среду его обитания. Техногенные чрезвычайные ситуации также подразделяются на два вида: антропотехногенные аварии и антропотехногенные катастрофы. Эти виды чрезвычайных ситуаций техногенного характера весьма разнообразны, что
проявляется в их следующих разновидностях: пожары и взрывы; аварии
и катастрофы на промышленных предприятиях; аварии и катастрофы на
транспорте; аварии и катастрофы в топливно-энергетическом комплексе; гидротехнические аварии и катастрофы (на плотинах и дамбах); выброс радиоактивных веществ (РВ), сильнодействующих ядовитых веществ (СДЯВ) и боевых отравляющих веществ (БОВ); обрушение
зданий; нарушение энергосистем, коммунальных сетей и очистных сооружений и др. (рис. 2.2).
Рассмотрим основные характеристики вышеперечисленных техногенных чрезвычайных ситуаций.
Рис. 2.2. Основные виды чрезвычайных ситуаций
техногенного характера
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
97
Аварии на химически опасных объектах связаны прежде всего
с аварийными выбросами СДЯВ, которые могут произойти при повреждениях и разрушениях емкостей при хранении, транспортировке
или переработке. Кроме того, некоторые нетоксичные вещества
в определенных условиях (взрыв, пожар) в результате химической реакции могут образовать СДЯВ. В химических отраслях аварии делят
на две категории:
– аварии в результате взрывов, вызывающих разрушение технологической схемы, инженерных сооружений, вследствие чего
полностью или частично прекращен выпуск продукции и для восстановления требуются специальные ассигнования от вышестоящих
организаций;
– аварии, в результате которых повреждено основное или вспомогательное техническое оборудование, инженерные сооружения,
вследствие чего полностью или частично прекращен выпуск продукции и для восстановления производства требуются затраты более
нормативной суммы на плановый капитальный ремонт, но не требуются специальные ассигнования вышестоящих инстанций.
Аварии на радиационно опасных объектах (РОО) подразделяются на три типа:
– локальная – нарушение в работе РОО, при котором не произошел выход радиоактивных продуктов или ионизирующих излучений за предусмотренные границы оборудования, технологических
систем, зданий и сооружений в количествах, превышающих установленные для нормальной эксплуатации предприятия значения;
– местная – нарушение в работе РОО, при котором произошел
выход радиоактивных продуктов в пределах санитарно-защитной зоны и в количествах, превышающих установленные нормы для данного предприятия;
– общая – нарушение в работе РОО, при котором произошел
выход радиоактивных продуктов за границу санитарно-защитной зоны и в количествах, приводящих к радиоактивному загрязнению прилегающей территории и возможному облучению проживающего на
ней населения выше установленных норм.
Классификация возможных аварий на АЭС и других радиационно опасных объектах проводится по двум признакам: во-первых, по
типовым нарушениям нормальной эксплуатации и, во-вторых, по характеру последствий для персонала, населения и окружающей среды.
98
Глава 2
При анализе аварий их принято характеризовать цепочкой: исходное событие – пути протекания – последствия. Аварии, связанные
с нарушениями нормальной эксплуатации, подразделяются на проектные, проектные с наибольшими последствиями и запроектные. При
этом под нормальной эксплуатацией АЭС понимается все ее состояние в соответствии с принятой в проекте технологией производства
энергии, включая работу на заданных уровнях мощности, процессы
пуска и остановки, техническое обслуживание, ремонты и перегрузку
ядерного топлива. Причинами проектных аварий, как правило, являются исходные события, связанные с нарушением барьеров безопасности, предусмотренные проектом каждого реактора. Именно в расчете на эти исходные события и строится система безопасности АЭС.
Аварии на пожаро- и взрывоопасных объектах (ПВОО), где
производятся, хранятся, транспортируются взрывоопасные продукты
или продукты, приобретающие при определенных условиях способность к возгоранию или взрыву. По взрывной, взрыво-пожарной
и пожарной опасности все ПВОО подразделяются на шесть категорий: А, Б, В, Г, Д, Е. Особенно опасны объекты, относящиеся к категории А, Б, В. Категория А – нефтеперерабатывающие заводы, химические предприятия, трубопроводы, склады нефтепродуктов.
Аварии на гидродинамически опасных объектах (ГОО), то есть на
сооружениях или естественных образованиях, создающих разницу
уровней воды до и после него. К ним относят гидротехнические сооружения напорного типа и естественные плотины. Особенностью таких
сооружений является образование волны прорыва при их разрушении.
Аварии на транспорте
На железнодорожном транспорте основными причинами аварий
и катастроф являются неисправности пути, подвижного состава,
средств сигнализации, централизации и блокировки, ошибки диспетчеров, невнимательность и халатность машинистов. Нередко происходит сход подвижного состава с рельсов, столкновения, наезды на
препятствия на переездах, пожары и взрывы непосредственно в вагонах. Не исключаются размывы железнодорожных путей, обвалы,
оползни, наводнения.
На автомобильном транспорте одной из основных проблем стало обеспечение безопасности движения. За последние 5 лет только
в России в дорожно-транспортных происшествиях пострадали 1,2 млн
человек, из которых 182 тыс. погибли, многие стали инвалидами.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
99
Около 75 % всех дорожно-транспортных происшествий происходят
из-за нарушения водителями Правил дорожного движения. Наиболее
опасным видом нарушений по-прежнему остается превышение скорости, выезд на полосу встречного движения, управление автомобилем
в нетрезвом состоянии.
На воздушном транспорте к тяжелым последствиям приводят
разрушения отдельных конструкций самолета, отказ двигателей, нарушение работы систем управления, электропитания, связи, пилотирования, недостаток топлива, перебои в жизнеобеспечении экипажа
и пассажиров.
На водном транспорте большинство крупных аварий и катастроф происходит под воздействием ураганов, штормов, туманов,
льдов, а также по вине людей – капитанов, лоцманов и членов экипажа. Много аварий происходит из-за промахов и ошибок при проектировании и строительстве судов. Половина из них является следствием
неумелой эксплуатации.
Аварии и пожары в метро происходят крайне редко. Сегодня
метро стало одним из распространенных и наиболее надежных видов
транспорта. Но и здесь время от времени происходят весьма печальные события, как, например, в Баку, в Москве, в Минске, в Лондоне.
Аварии на коммунально-энергетических сетях
В системах водоснабжения аварии в большинстве случаев происходят на разводящих сетях, насосных станциях, напорных башнях.
Водозаборы, очистные сооружения, резервуары с чистой водой повреждаются реже.
В системах канализации аварии чаще всего случаются на коллекторах и в канализационных сетях. При их разрушении фекальные
воды попадают в водопровод, что приводит к различным инфекционным и другим заболеваниям.
В системах газоснабжения особую опасность представляют разрушения и разрывы на газопроводах, в разводящих сетях жилых домов
и промышленных предприятий. Аварии на компрессорных и газорегуляторных станциях, газгольдерах, хотя и происходят, но не так часто.
В системах электроснабжения почти при всех стихийных бедствиях – землетрясениях, наводнениях, оползнях, селях, снежных лавинах, ураганах, бурях, смерчах – страдают воздушные линии электропередачи, гораздо реже – здания и сооружения трансформаторных
станций и распределительных пунктов. При обрыве проводов почти
100
Глава 2
всегда происходят короткие замыкания, а они, в свою очередь, приводят к пожарам.
В системах теплоснабжения прорыв любой теплотрассы – большая беда, а случается она, как правило, в самые морозные дни, когда
увеличивается давление и температура воды. Поэтому в каждой котельной должно быть устройство для переключения питания с основной электросети на автономный источник.
За последние годы антропотехногенные чрезвычайные ситуации
оказывают все возрастающее негативное воздействие на социальноэкономическую обстановку.
Специфически экстремумы проявляются в социальной сфере.
Применительно к обществу характерными чертами социогенных ЧС
являются:
– дестабилизация режима функционирования социальной системы и выход ее из состояния равновесия вследствие нарастания дисфункций в различных областях общественной жизни;
– перенапряжение наличных и резервных ресурсов (временных,
природных, людских, трудовых, интеллектуальных и т. д.), приближающееся к предельным критическим значениям;
– нарастание кризисных явлений и усиление напряженности
в сети социального взаимодействия, которые принимают перманентный характер;
– состояние внутренней неупорядоченности, неустойчивости
социальной системы (период «социальной энтропии»), при котором
дальнейший процесс ее развития может иметь различные исходы;
– потеря эффективности средств нормативной регуляции жизнедеятельности людей и управляемости системы, отсутствие либо несформированность (в силу необходимости их перестройки) программ
социального поведения по отношению к изменившимся условиям;
– нарастание в поведении людей стихийных деструктивных действий с преобладанием иррационально-эмоциональной компоненты
над рационально осмысленным поведением.
Все эти свойства социальных экстремальных ситуаций безусловно накладывают свой отпечаток на процесс их изучения, предупреждения, ликвидации и классификации.
Социогенные чрезвычайные ситуации подразделяются на два вида:
– общественные кризисы и конфликты;
– личностные кризисы и конфликты.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
101
Указанные виды социогенных чрезвычайных ситуаций могут
проявляться в следующих разновидностях: военные действия (войны); терроризм; последствия социальных конфликтов; экстремизм;
революции; суицид и другие экстремальные явления социального
и личностного происхождения.
Кроме того, избрав в качестве исходного принципа для построения многомерной типологии социальных экстремумов критерий соответствия важнейшим сферам общественной жизни, на которые экстремальные ситуации распространяются, можно выделить десять
групп социогенных экстремальных ситуаций, а именно: социоприродные, социально-экологические, социально-демографические, социально-технологические, социально-экономические, социальностратификационные, социально-политические, государственно-правовые, внешнеполитические и социокультурные [107].
Рассмотрим основные характеристики этих чрезвычайных ситуаций.
Социоприродные экстремальные ситуации возникают в сфере
взаимодействия природной окружающей среды и человеческого сообщества на основе природных аномалий различного масштаба и характера. При выделении социоприродных экстремальных ситуаций
важно учитывать два обстоятельства. Во-первых, тот факт, что природные и социальные системы следует рассматривать в тесном единстве и корреляции друг с другом. Во-вторых, исходить из того, что
всякое отклонение параметров функционирования природных процессов и явлений неизбежно влечет за собой изменение в режиме
функционирования социальных систем.
Социально-экологические экстремальные ситуации, к которым
обычно относят лавинообразное нарастание спонтанных изменений
в режиме функционирования природных процессов и явлений, отклоняющихся от нормальных. Общество как система существует в конкретно-исторических границах своего физического бытия, взаимодействуя с ним через сложившиеся формы жизнедеятельности человека
в природе. Эти формы жизнедеятельности определяют параметры «экологической ниши» – жизненного пространства организованных в общество людей. Но и люди как биологические существа являются частью
данного пространства. Выступая в тесном единстве трех своих важнейших компонентов (природного, антропологического и социального),
оно представляет собой «экосоциальную систему». Неадекватное воз-
Глава 2
102
действие на экологическую нишу общества может вывести всю экосоциальную систему из равновесия, поскольку все ее слагаемые взаимосвязаны и взаимообусловлены.
Чрезвычайные ситуации экологического характера – это неблагоприятные трансформации, происходящие под воздействием естественных (стихийных) причин или хозяйственной деятельности человека, которые привели к чрезвычайно опасным изменениям в среде
обитания человека и, как правило, к массовой гибели живых организмов (птиц, рыбы, тюленей, моржей, пингвинов и других животных),
а также к значительному экономическому ущербу.
Чрезвычайные ситуации экологического характера весьма разнообразны и практически охватывают все стороны жизни и деятельности человека. По характеру явлений они подразделяются на четыре
основные группы (рис. 2.3).
Рис. 2.3. Основные виды чрезвычайных ситуаций
экологического характера
Изменения состояния суши и интенсивная деградация почв –
это постепенное ухудшение свойств почвы под влиянием естественных причин или хозяйственной деятельности человека (неправильная
агротехника, загрязнение, истощение).
Изменения свойств воздушной среды под воздействием человека
на природную среду происходит непрерывно. Осваивая новые территории, вырубая и выжигая леса, распахивая земли, люди неосознанно
меняют характер подстилающей поверхности, тем самым способствуя
изменению теплового баланса. Создаются новые водохранилища, изменяются русла рек, осушаются болота. Все это влияет на газовый
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
103
и влаготепловой обмен атмосферы. Загрязнение атмосферы – это поступление в воздушную среду загрязнителей (аэрозолей, газов, твердых частиц) в количествах и концентрациях, изменяющих состав
и свойства значительных объемов воздушных масс и оказывающих
негативное воздействие на живые организмы.
Изменения состояния гидросферы и сокращение водных ресурсов определяется тремя основными причинами: истощение водных
ресурсов из-за влияния человека на биосферу, резкое возрастание потребности в воде, массированное загрязнение водных источников.
Истощение водных ресурсов под влиянием человеческой деятельности (обмеление водоемов, исчезновение малых рек, высыхание озер)
происходит вследствие истребления лесов, непрерывной распашки
степей, нерегулируемого выпаса скота, непродуманного развития мелиоративных систем.
Изменения состояния биосферы при любом внешнем воздействии, в том числе и при любом вмешательстве человека, выводит ее из
состояния равновесия. Однако сегодня воздействие человека достигло
такого уровня, что без помощи общества уже невозможно справиться
с губительными влияниями на всю зону Земли, включая верхнюю литосферу, нижнюю часть атмосферы, являющуюся областью существования живого вещества или затронутую жизнедеятельностью живых организмов.
Социально-демографические экстремальные ситуации связаны
с критическими изменениями в демографии, такими как «всплеск» либо
падение рождаемости, «старение» либо «омоложение» наций, миграция
этносов либо их ассимиляция, а также перенаселение, депопуляция, сокращение либо увеличение средней продолжительности жизни, эпидемии, рост и появление новых заболеваний и т. д.
Социально-технологические экстремальные ситуации возникают под воздействием техногенных факторов и отражаются во всех
областях социальной жизни и всех формах социального контроля
(на общественном мнении, религии, идеологии и т. д.)
Социально-экономические экстремальные ситуации обусловливаются тем, что экономическая система может выйти из состояния
равновесия вследствие накопления в ней системных «сбоев» и нарушений. При этом она испытывает предельное напряжение своих возможностей и ресурсов, проявляющееся в несоответствии экономической структуры общества уровню развития производительных сил.
В результате происходит резкое нарастание кризисных явлений в
104
Глава 2
экономике, которые начинают принимать общий и непрерывный характер. Эти состояния хорошо описаны и объясняются марксистской
экономической теорией, где также содержится интерпретация того,
как влияют радикальные системные изменения в экономическом базисе на всю идеологическую надстройку.
Социально-стратификационные экстремальные ситуации
возникают как результат случайных либо закономерных сбоев или
перегрузок, протекающих как в рамках внутригруппового, так и межгруппового взаимодействия людей, в масштабах больших либо малых
социальных групп. Индикаторами диффузий и перегрузок в социальной структуре могут служить показатели пауперизации населения,
когда за чертой бедности оказывается значительная его часть, что ведет к определенной люмпенизации общества; нарушение нормального соотношения в уровнях доходов самых богатых и самых бедных
социальных групп, приводящее к резкому обострению противоречий
и антагонизации социальной структуры и т. д.
Социально-политические и государственно-правовые экстремальные ситуации возникают в условиях дестабилизации социальной
системы, когда суммарный вектор политических сил, складывающихся в обществе из разнонаправленных интересов различных социальных групп, стратегий политических, экономических, культурных
элит, массовых политических ориентаций и настроений, указывает на
отсутствие в социуме социально-политического консенсуса или невозможности его достижения традиционными общепринятыми средствами. Они проявляются в форме революций, гражданских войн,
терроризме, экстремизме и т. д.
Внешнеполитические экстремальные ситуации являются
следствием напряженности в системе международных отношений, результатом которой становятся войны и военные конфликты различного масштаба и интенсивности. Кроме того, можно с полным основанием утверждать, что нынешняя система межгосударственных
отношений находится в переходной ситуации, своеобразным детонатором которой все в большей мере становится международный
терроризм.
Социокультурные экстремальные ситуации являются следствием разрыва между миром культуры и реальностью, кризиса духовных
и нравственных ценностей. Внутри- и межконфессиональные, социально-психологические, идеологические и другие экстремальные ситуации,
возникающие в социокультурном пространстве и рассматриваемые
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
105
сквозь призму общественного сознания, можно также отнести к разновидностям проявления этого типа социальных экстремумов.
Однако приведенная классификация чрезвычайных ситуаций по
их происхождению (источнику) является основной, но далеко не исчерпывающей. Помимо этого все они классифицируются и по другим
основаниям. В том числе:
– по масштабам: крупномасштабные (глобальные, межрегиональные трансграничные, региональные); маломасштабные (локальные, местные, объектовые);
– по числу пострадавших: незначительные (число пострадавших
не более 10 человек); средние (число пострадавших 50 и более человек);
крупные (число пострадавших 500 и более человек);
– по характеру инициации: отдельный инициатор длительного
действия без предупреждения; отдельный инициатор ограниченного
действия с фазой угроз и предупреждения; длительный повторяющийся
инициатор с нарастающей угрозой; инициатор продолжительного действия с нарастающей угрозой; инициатор комбинированного характера;
– по степени нарастания дисфункций в системе (скорости развития, распространения): взрывные (внезапные); лавинообразные
(стремительные); быстрораспространяемые; умереннораспространяемые; медленные (плавные); затяжные;
– по возможности повторения (возобновления): уникальные; редкие; частые; постоянные;
– по характеру взаимодействия системы с окружающей средой: экзогенные – возникающие вследствие воздействия извне;
эндогенные – вызванные внутренними причинами; гетерогенные –
выступающие как следствие взаимодействия внутренних и внешних
по отношению к системе факторов или обстоятельств;
– по характеру источников возникновения: структурные (детерминированы особенностями внутреннего строения системы); функциональные (связаны со стохастическими процессами, вызывающими
дисбаланс функций и дисфункций в системе);
– по времени протекания (продолжительности): кратковременные; средней продолжительности; долговременные (затяжные);
– по направленности: экспоненциальные (с постоянным нарастанием); циклические (с переменным усилением либо «затуханием»
экстремального фона и возвращением в исходное состояние с последующим развертыванием по кругу, синусоиде или спирали);
– по характеру последствий: обратимые; частично обратимые;
необратимые;
106
Глава 2
– по сферам общественной жизни: социоприродные; социальноэкологические; социально-демографические; социально-технологические; социально-экономические; социально-политические; внешнеполитические; социально-стратификационные; государственно-правовые;
социокультурные [107];
– по степени опасности (угрозы): с потенциальной опасностью
(угрозой); с явно выраженной опасностью (угрозой); с непредполагаемой опасностью (угрозой); с известной опасностью (угрозой);
с частично неопределенной опасностью (угрозой);
– по степени риска: с минимальным риском; с повышенным риском; с высокой степенью риска; с чрезмерным риском; с неприемлемым риском; с риском непоправимых последствий.
Приводя данную классификацию экстремальных ситуаций, следует особо подчеркнуть, что в зависимости от целей и задач исследования или практической деятельности используются различные ее варианты. При этом наиболее актуальные из них закрепляются
в государственных и международных стандартах и классификаторах.
Кроме того, необходимо отметить несколько принципиальных
позиций относительно приводимой системы классификации чрезвычайных ситуаций.
Прежде всего в классификации ЧС должны быть более четко
определены роль и место человека (социальной группы) во всех без
исключения чрезвычайных ситуациях. Как следует из самой сущности экстремальной ситуации, в каждом из ее указанных типов, видов
и разновидностей в любом случае центральным элементом является
человек (та или иная социальная группа) либо среда его обитания,
«попавшие» в эту ситуацию. Из такого положения вытекает значение
антропогенного фактора в любой природной, техногенной и, тем более, социогенной чрезвычайной ситуации.
Необходимо специально оговорить использование понятия «катастрофа» применительно к антропотехногенному типу чрезвычайных ситуаций. Дело в том, что «катастрофа», как уже отмечалось, достаточно
широкое понятие, относящееся не только к техногенным, но и к любым
другим чрезвычайным ситуациям, независимо от их типа.
Обобщая различные подходы к определению сущности катастроф, следует отметить, что этот термин обычно используется как понятийная модель, посредством которой люди стремятся описать то
или иное бедствие как движение событий в направлении уничтожения, конца, гибели и смерти не только в техногенной, но и в природной, и в социальной сферах.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
107
Следует отметить особенности и отличия понятий «экстремальная ситуация» и «катастрофа». Приведенная выше сущностная характеристика экстремальных изменений в целом детерминирует отличительные признаки катастроф как одного из вариантов развития
экстремальных процессов. Анализ этих признаков содержится во
многих работах зарубежных и отечественных исследователей, отличаясь в частностях и совпадая в главном. Как правило, среди важнейших признаков (характерных черт) катастроф отмечают:
– критический характер экстремальности;
– предельность обострения всех противоречий экстремальной
системы;
– обвальные, разрушительные для экстремальной системы изменения, необратимые и гибельные для ее элементов последствия;
– масштабное разрушение всей структуры деятельности субъекта экстремальной ситуации с массовым нарушением реализуемых
функций;
– необходимость чрезвычайных приспособительных реакций со
стороны субъекта и др. [9, с. 56].
Характеризуя катастрофу, наряду с аварией, в качестве разновидности антропотехногенной экстремальной ситуации, Н. П. Баранов пишет: «При определенных обстоятельствах, степени развития
и реализации опасных процессов аварии могут создавать не только
угрозу жизни и здоровью вовлеченных в аварийную ситуацию людей,
но и приводить к человеческим жертвам. В таких случаях речь идет
о катастрофе как явлении, имеющем трагические, непоправимые последствия, связанные с гибелью людей» [11, с. 54].
Указывая узкопрактический, технологический характер понимания катастрофы, исключительно как вида техногенной чрезвычайной ситуации, Н. П. Баранов далее отмечает, что в широком, научном
смысле, катастрофа – это экстремальная критическая ситуация, связанная с разрушительным преобразованием экстремальной системы
в качественно иное состояние, сопровождающееся необратимыми
и в этом отношении гибельными для элементов системы последствиями. По своей сущности катастрофа есть перестройка системы, выражающаяся в скачкообразном (что интерпретируется как взрывное)
изменении ее эволюционного поведения в ответ на медленное
(плавное) изменение внешних условий [11, с. 54–55].
Несколько иную терминологическую трактовку понятия «катастрофа» дают некоторые зарубежные ученые. Б. Рафаэль, в частности,
108
Глава 2
отмечает, что этот термин преимущественно используется для обозначения тех событий и обстоятельств, которые требуют чрезвычайных приспособительных реакций общности и индивида, превышают
их способности и приводят, по крайней мере, временами к массовым
разрушениям обычных функций общности или индивида [130, с. 5].
Можно сказать, что все катастрофы – это, безусловно, экстремальные ситуации. Однако далеко не все экстремальные ситуации являются катастрофами. «Катастрофу, – дает предельно широкую формулировку этому явлению академик Е. М. Бабосов, – можно
определить как верхний предел напряжения в рассматриваемой системе, превышение которого угрожает разрушением системы, ее важнейших компонентов или переходом ее в другое качественное состояние» [9, с. 30–31].
Уточняя, что в любую катастрофическую ситуацию так или
иначе оказывается вовлеченным человек: то ли как ее инициатор, то
ли как жертва, то ли как очевидец [9, с. 31], он подчеркивает, что катастрофические изменения несут «…с собой угрозу здоровью и жизни
больших масс людей, включенных в эту систему или находящихся
в территориальной близости от нее» [9, с. 213].
Наряду с техногенными катастрофами в современных производствах и во всех других сферах деятельности с повышенными параметрами технологических процессов могут создаваться условия, приводящие к неожиданному нарушению работы или выходу из строя
отдельных машин, агрегатов, коммуникаций, сооружений или их систем. Такие чрезвычайные ситуации принято называть авариями.
В Законе Республике Беларусь от 10 января 2000 года «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» авария определена как «разрушение сооружений и (или) технических
устройств, применяемых на опасном производственном объекте, неконтролируемые взрыв и (или) выброс опасных веществ» [92, с. 61].
В более широком смысле авария определяется также как «опасное происшествие на объекте народного хозяйства или на транспорте,
представляющее угрозу жизни и здоровью людей либо приводящее
к разрушению производственных помещений, повреждению или
уничтожению оборудования, механизмов, транспортных средств, сырья и готовой продукции, а также к нарушению производственного
(технологического) процесса» [11, с. 52].
Авария характеризуется резкими, опасными изменениями прежде всего технологических и взаимосвязанных с ними процессов, вы-
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
109
зывая экстремальное состояние (ситуацию) для вовлеченных в нее
субъектов.
С авариями в технологических процессах различного рода связано 70–80 % всех экстремальных ситуаций, а также значительная
часть крупномасштабных чрезвычайных ситуаций. То есть аварии как
вид экстремальных ситуаций относятся преимущественно к технологическим процессам в различных сферах и характеризуются теми или
иными техническими либо технологическими потерями, обходящимися без человеческих жертв. И в последнем признаке – коренное отличие аварии от катастрофы.
Относительно классификации социогенных чрезвычайных ситуаций следует отметить целесообразность в качестве их двух основных видов выделять по источнику происхождения, во-первых, общественные кризисы и конфликты и, во-вторых, индивидуальные
кризисы и конфликты.
Необходимо подчеркнуть, что отсутствие социогенных чрезвычайных ситуаций в большинстве действующих классификаторов
представляется, мягко говоря, не совсем обоснованным. В Законе
Республики Беларусь «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» оговаривается, что «предупреждение социально-политических, межнациональных конфликтов и массовых беспорядков и меры по их
урегулированию
в сферу действия настоящего Закона не входят» [92, с. 39].
В «Класифiкаторе надзвичайных ситуацій в Україне», наряду
с техногенными и природными чрезвычайными ситуациями, рассматриваются различные разновидности только социально-политических
чрезвычайных ситуаций [45, с. 8]. Такой подход представляется
в своей основе правильным, однако нет оснований ограничивать социогенные чрезвычайные ситуации исключительно кругом экстремальных социально-политических явлений и процессов, поскольку
они могут иметь и экономический, и психологический (особенно на
индивидуальном уровне), и иной характер. Для примера приведем такое социальное явление, как суицид, имеющий место не только на
индивидуальном уровне, но и иногда приобретающий массовый
(коллективный) характер, например, на религиозной основе.
Относительно проблемы классификации чрезвычайных ситуаций следует также отметить их комбинированный, комплексный
(смешанный) характер. Как правило, ни одна чрезвычайная ситуация
110
Глава 2
не происходит в «чистом» виде. Такие проявления чрезвычайных ситуаций, как пожары и взрывы, обрушения зданий, раненые и погибшие, нарушение коммунальных сетей, аварии на промышленных
предприятиях и многое другое имеют место в самых разных по типам,
видам и разновидностям чрезвычайных ситуациях.
Такая же обстановка складывается особенно при экологических
и гуманитарных чрезвычайных ситуациях, способных принять катастрофический характер. При этом важно отметить, что указанные обстоятельства имеют важное значение не только в научно-теоретическом отношении, но они еще более существенны при организации
практической профессиональной подготовки спасателей, которая
должна обеспечить их готовность к эффективным действиям в разнообразных экстремальных условиях.
Наконец, применительно к вопросам классификации чрезвычайных ситуаций следует указать на значительную вероятность такого ее
нового вида, как информационные чрезвычайные ситуации. Их появление определено самой сутью начавшейся постиндустриальноинформационной эпохи в развитии человечества, а порождаются они
как научно-техническими, так и социальными факторами. В связи
с этим резко возрастает значение информационной составляющей национальной и международной безопасности.
Если принять во внимание все вышеизложенное и представить
это в системном виде, то правомерно сделать ряд важных теоретикометодологических выводов.
Во-первых, чрезвычайные ситуации разнообразного характера,
в том числе катастрофического масштаба, не только возможны, вполне вероятны, но зачастую неизбежны, ибо само развитие в пределах
определенной целостности (природной, технологической или социальной) имманентно содержит в себе моменты, когда происходит перебор допустимого максимума напряжения, вследствие чего данная
система начинает разрушаться.
Во-вторых, поскольку чрезвычайные ситуации столь реальны,
то важнейшим научным инструментом их исследования и прогнозирования должна стать теория рисков и безопасной жизнедеятельности. Предсказать точно где, когда, каких масштабов и степени разрушительности возникнет чрезвычайная ситуация, пока не удается, но
локализовать повышенную угрозу разрушительного процесса (например, землетрясения, взрыва нефтепровода, пожара, наводнения и т. п.)
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
111
можно, выделив пространственно-временную сеть, в которой явно
проступает тенденция роста экстремальных симптомов.
В-третьих, одним из важных методологических требований
к оценке стратегических рисков и приемлемости их уровня с точки
зрения обеспечения национальной безопасности и устойчивости развития является учет мнения населения. Это органически связано не
только с общедемократическими нормами цивилизованного общества, но и с тем, что восприятие и оценка риска рядовыми членами общества, которые должны реализовывать меры по их снижению, как
правило, существенно отличаются от оценки риска экспертами и лицами, принимающими решения относительно того, каковы должны
быть указанные меры. Игнорирование или недооценка этих отличий
в восприятии риска чреваты неэффективностью или даже провалами
в политике, направленной на снижение уровня риска для обеспечения
национальной безопасности и устойчивого развития страны.
В отношении стратегических рисков, которые относятся к среднесрочной (5 лет), долгосрочной (10 лет) и отдаленной (20 лет) перспективе, отмеченные особенности также должны учитывать возможность
возникновения новых (как правило, комплексных) видов опасностей
и угроз, которые ранее либо не существовали, либо недооценивались.
Недооценка может быть связана как с недостаточным знанием
и информированностью общества или его отдельных групп, так и с изменением модели политического и социально-экономического развития. Например, переход к рыночной модели экономики и информационному обществу влечет за собой риски, появление которых ранее
трудно было предвидеть.
В этом отношении представляют несомненный интерес результаты социологического опроса, организованного и проведенного в рамках
специального поискового исследования Центром стратегических исследований (ЦСИ) МЧС России в конце 2002 года [100, с. 182–197]. Далее
приводится общее описание методики, результатов исследований
и некоторых выводов, которые были получены и применены российскими учеными.
Для осуществления прогноза и оценки населением рисков чрезвычайных ситуаций специалистами ЦСИ был использован инструментарий мониторинга и экспресс-оценки, применяемый при изучении общественного мнения по различным вопросам, в том числе
безопасности в природно-техногенной сфере.
112
Глава 2
Цель экспресс-оценки состояла в сравнении значимости стратегических рисков, которая была дана, с одной стороны, экспертами
ЦСИ по национальной безопасности и системным исследованиям
(Эц), с той, которая была определена, с другой стороны, путем опроса
трех целевых групп респондентов, состоявших из:
а) студентов старших курсов вузов гуманитарного профиля (Сг);
б) студентов старших курсов вузов технического профиля (Ст);
в) специалистов, обучавшихся на специальных курсах повышения квалификации Академии гражданской защиты МЧС России (Са).
(В скобках указано используемое в таблицах сокращенное обозначение указанных выше групп респондентов.)
При этом выбор указанных групп обусловливался тем, что оценки
возрастной группы, представленной студентами-старшекурсниками
(лица 19–21 года) и специалистами МЧС России (лица преимущественно 30–40-летнего возраста), которым, главным образом, придется иметь
дело со стратегическими рисками в долгосрочной и отдаленной перспективе, является, по мнению организаторов исследования, наиболее
интересным и репрезентивным.
Также учитывалось то, что слушатели Академии гражданской
защиты являются не только частью населения, но и специалистами
в конкретной области безопасности и представляют собой более однородную группу экспертов по сравнению с той, в которую входили
эксперты высшего уровня ЦСИ МЧС России.
Методика работы предусматривала проведение аудиторного
экспресс-опроса с синхронным инструктажем респондентов, которым
при ответах на вопросы анкеты предлагалось:
1) оценить значимость стратегических рисков внутри определенных сфер жизнедеятельности по шкале от 0 до 10;
2) оценить значимость каждого из выделенных экспертами стратегических рисков на 10-летнюю перспективу;
3) выбрать наиболее значимые, с точки зрения респондентов,
стратегические риски из числа тех, которые были предварительно оценены экспертами ЦСИ МЧС России как наиболее важные.
Представление результатов опроса предусматривало составление аналитических таблиц, содержащих оценки рисков по преобразованной шкале, в которой 11-балльная шкала оценки (от 0 до 10) была
перегруппирована в 5-балльную.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
113
В описательной (текстовой) части проведенный анализ базировался на рангах значимости определенных рисков, которые были
стандартизированы для указанных трех групп, а также для упоминавшейся выше группы экспертов ЦСИ МЧС России. У последних
оценки рисков выражались в виде индексов и варьировались от 0,08
(наименьшее значение) до 1 (наибольшее значение) (табл. 2.2).
Таблица 2.2
Стандартизация оценок стратегических рисков
Экспериментальные группы:
удельный вес наивысших оценок
(сумма 4- и 5-балльных оценок), %
Ранг
Эксперты ЦСИ МЧС России:
оценка значимости рисков
(индексы)
80 и более
60–79
40–59
20–39
0–19
1
2
3
4
5
0,80–1
0,60–0,79
0,40–0,59
0,20–0,39
0,08–0,19
В дополнение к балльной и ранговой оценке стратегических
рисков использовался индекс тревожности, представляющий собой
среднее арифметическое от суммы рангов рисков внутри каждой сферы для каждой из групп респондентов. Учитывая, что ранги колеблются от 1 (наивысший уровень) до 5 (низший уровень тревожности),
аналогичным образом варьируют и индексы тревожности.
Далее приводятся некоторые результаты экспресс-опроса, проведенного специалистами ЦСИ МЧС России, характеризующие значимость стратегических рисков внутри тех отдельных сфер, которые
анализируются в настоящей работе.
Итоговые оценки стратегических рисков в научно-технической
сфере респондентами целевых групп и экспертами представлены
в табл. 2.3.
Таблица 2.3
Стандартизированные ранги значимости рисков
научно-технической сферы
Стратегические риски
Возрастание угрозы несанкционированного
использования современных технологий
Группы респондентов
Сг
Ст
Са
Эц
3
3
4
5
Глава 2
114
Неопределенность угроз технологий будущего
(коммуникационных, информационных, генных,
космических и т. п.)
Стратегические риски
3
2
4
5
Окончание табл. 2.3
Группы респондентов
Сг
Ст
Са
Эц
Нерациональный выбор приоритетов научнотехнической политики
4
3
4
1
Рост информационной уязвимости всех сфер
жизнедеятельности общества
3
2
2
4
Снижение научно-технического и инновационного
потенциалов (утечка мозгов, старение кадров,
кризис системы образования)
1
1
2
2
Для научно-технической сферы как одного из источников угроз
национальной безопасности и устойчивому развитию характерны заметные различия и даже контрастность между оценками всех групп
респондентов. Это подтверждают и индексы тревожности, которые
составляют 2,8; 2,2; 3,2 и 3,4 соответственно для студентов гуманитарного, технического профиля, слушателей Академии гражданской
защиты МЧС России и экспертов ЦСИ МЧС России.
Наибольшее разнообразие мнений закономерно оказалось характерным для риска, связанного с неопределенностью угроз технологий будущего (коммуникационных, информационных, генных,
космических и т. п.). Данный риск, наряду с возрастанием угрозы несанкционированного использования современных технологий, опрошенные посчитали наименее значимым фактором опасностей, исходящих из научно-технической сферы.
Исключение, и притом весьма примечательное, в общей разноголосице оценок значимости этих опасностей составляет проблема снижения научно-технического и инновационного потенциалов страны
(утечка мозгов, старение кадров, кризис системы образования). Ее все
опрошенные посчитали либо наиболее приоритетной (студенты гуманитарного и технического профиля), либо высоко значимой (слушатели
Академии гражданской защиты и эксперты ЦСИ МЧС России).
Итоговые оценки стратегических рисков в природнотехногенной сфере респондентами целевых групп и экспертами представлены в табл. 2.4.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
115
Глава 2
116
Таблица 2.4
Стандартизированные ранги значимости рисков
природно-техногенной сферы
Стратегические риски
Загрязнение окружающей среды
Истощение природных и биологических ресурсов
Риски аварий и катастроф на потенциально
опасных объектах
Риски опасных природных явлений
(землетрясений, наводнений, ураганов, оползней,
подтоплений, лесных пожаров и т. п.)
Риски, связанные с глобальным изменением
климата, деградацией окружающей среды,
планетарные риски
Группы респондентов
Сг
Ст
Са
Эц
1
1
1
1
3
3
3
5
2
1
2
1
3
2
3
1
3
2
3
4
Итоговые оценки стратегических рисков также подтверждают
существенное расхождение между оценками целевых экспериментальных групп, с одной стороны, и экспертами – с другой. Индекс
тревожности, рассчитанный для каждой группы, оказался равен 2,0;
1,4; 2,8 и 2,8 соответственно для студентов гуманитарного, технического профиля, слушателей Академии гражданской защиты МЧС
России и экспертов ЦСИ МЧС России.
Заметим, что стратегические риски техногенной сферы студенты инженерного профиля и эксперты ЦСИ МЧС России (имеющие
высшее образование и ученые степени как по техническим, так и гуманитарным наукам) оценивают одинаково максимально высоко
(высший ранг). В то же время индекс тревожности у студентов инженерного профиля по этому поводу вдвое выше, чем у экспертов, у которых, в свою очередь, этот индекс по понятным причинам оказался
одинаковым с целевой группой слушателей, также относящейся
к системе МЧС России.
При таком риске, как истощение природных и биологических
ресурсов, показательно совпадение позиций, с одной стороны, между
студентами гуманитарного и технического профиля, которые считают
связанный с этим стратегический риск приоритетным (наивысший
ранг), с другой – между слушателями Академии гражданской защиты
и экспертами Центра стратегических исследований МЧС России, которые полагают указанный риск (особенно истощение ресурсов) второстепенным по сравнению с угрозами, исходящими из техносферы.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
117
Не менее показательно расхождение в оценке риска, обусловленного опасными природными явлениями, подобными катастрофическим наводнениям в Якутии в 1998 и 2001 годах и на юге России
летом 2002 года. Если эксперты ЦСИ МЧС России полагают его одним из приоритетных, присваивая наивысший ранг, то респонденты
трех целевых групп считают его сравнительно менее существенным.
Аналогичного мнения, но в отношении угроз, связанных с глобальным изменением климата, деградацией окружающей среды, а также
планетарных рисков придерживаются две из трех целевых экспериментальных групп (за исключением студентов технического профиля)
и эксперты.
Приводя полученные данные, российские ученые подчеркивают
определенную условность этих оценок и результатов.
Тем не менее результаты проведенного экспресс-опроса позволяют выявить существенное сходство и не менее существенное расхождение оценок стратегических рисков экспертами (специалистами
в соответствующих областях или вопросах национальной безопасности) и представителями общественности и населения.
Если эксперты и лица, принимающие решения, при оценке риска опираются на показатели ущерба здоровью и материальным ценностям, то оценка риска населением, отражая остроту восприятия и степень допустимости ущерба индивидами, социальными группами
и обществом в целом, основывается на особенностях индивидуальной
и коллективной психологии, а также социального поведения. Они же,
в свою очередь, учитывают историческую, демографическую и иную
специфику конкретного индивида либо социума.
Вышеперечисленные оценки рисков в целом корреспондируют
с результатами зарубежных исследований по данной проблеме.
Мнение населения не может служить самостоятельной базой для
обоснования принятия стратегических решений прежде всего по причине значительной дифференциации (включая и крайнюю поляризацию)
общественного мнения относительно иерархии указанных рисков по
сравнению с оценками экспертов. Столь значительная дифференциация
общественного мнения предопределяется целым рядом существенных
различий между социальными группами, формирующими население
и оказывающими сильное, нередко решающее влияние, на позицию
в отношении конкретных типов опасностей и риска. В частности, на характер оценки и отношения к риску влияют демографические факторы
(пол, возраст, брачное состояние, наличие детей), образовательный
118
Глава 2
ценз, материальный и должностной статус, социально-политические
предпочтения, отношение к вере, опыт личностных потерь и др.
Мнение же экспертов, представляющих профессиональное сообщество специалистов по вопросам безопасности, более однородно
и устойчиво.
В то же время игнорировать общественное мнение было бы глубоко ошибочным. Оно необходимо прежде всего для характеристики
отношения социума и его ключевых групп к допустимости или приемлемости различных рисков и, следовательно, к конкретным управленческим решениям, направленным на регулирование этих рисков.
Данные репрезентативных опросов общественного мнения, проводящихся в режиме мониторинга, могут служить базой для корректировки и уточнения результатов оценок экспертов, чьей сферой компетенции является квалифицированная оценка и ранжирование
стратегических рисков. При том, что их полная объективная оценка
принципиально недостижима, учет общественного мнения существенно упрочивает аргументацию экспертов при обосновании принятия соответствующего решения о приемлемом уровне безопасности
и способах его достижения.
В-четвертых, хотя экстремальные ситуации во многом не устранимы, существует возможность упреждающего и управляющего воздействия на возникновение предэкстремальной обстановки. Так,
с помощью направленного взрыва предотвращают неуправляемый
сход лавины, посредством возведения плотины ослабляют напор разрушительных наводнений, сменой правительства снижается «социальная температура» в стране, приглушаются и даже устраняются социальные кризисы и конфликты и т. п.
В-пятых, с повышением барьера устойчивости системы, а значит, меры стабильности и адаптационных способностей по отношению к разрушающим изменениям, вероятность чрезвычайной ситуации уменьшается. Однако если она все-таки разразится, амплитуда ее
размаха и, следовательно, величина неожиданных губительных последствий может возрастать в больших масштабах, чем это предполагается в предэкстремальный период. В этом случае действует принцип неопределенности, когда невозможно с высокой точностью
одновременно измерить различные функциональные состояния объекта, динамично изменяющегося по нелинейным законам.
Свести опасность наступления негативных последствий экстремальных ситуаций к нулю практически невозможно. В таком положе-
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
119
нии общество должно быть всегда готово и в социальном, и в технологическом, и в психологическом смыслах к чрезвычайным ситуациям,
создавая действенные механизмы защиты от возможных катастроф.
В ряду специальных социальных средств и институтов, способных отчасти предотвратить, предсказать и снизить возможность возникновения чрезвычайных ситуаций, а при необходимости – уменьшить масштабы и разрушительные последствия наступившего
бедствия, в последние годы основательно вписались специализированные организации, входящие в состав Государственной системы по
предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций. Очевидно,
выработка таких социальных механизмов осуществляется благодаря
анализу как самих чрезвычайных ситуаций, так и тех событий, которые предшествовали им или следовали за ними.
Отсюда вытекает еще один вывод, суть которого состоит в том,
что чрезвычайную ситуацию необходимо рассматривать не столько
в событийном, сколько в процессуальном порядке, то есть не ограничиваться теоретическим осмыслением развертывания ЧС, иногда
очень короткого по времени, но подвергать разбору предкатастрофные и особенно посткатастрофные периоды, формулировать надлежащие выводы, энергично и целеустремленно вырабатывать систему
мер по снижению масштабов и уровня негативных последствий чрезвычайных ситуаций.
Социологический анализ событий, обусловленных чрезвычайной ситуацией, принимает во внимание не только сам этот феномен,
но, прежде всего, исследует связанные с ним предэкстремальные
и постэкстремальные явления, когда на передний план выдвигается
проблема изучения социодинамики объекта.
Если те или иные конкретные происшествия, поступки и оценки,
характеризующие экстремальную ситуацию, безусловно нуждаются
в кропотливом микросоциальном разборе, где центром притяжения
становится индивид – жертва и очевидец катастрофы, то ее социодинамика требует более широкомасштабного, макросоциального изучения и рассмотрения любой чрезвычайной ситуации через призму ее
включенности в социальные, экологические, экономические и психологические контексты. А это предполагает необходимость многоаспектного рассмотрения чрезвычайных ситуаций и возможных способов эффективной защиты от их возникновения и последствий.
Рассмотрим некоторые из таких аспектов.
120
Глава 2
Первый из них – необходимость овладения теорией и социальной технологией управления рисками в экстремальных ситуациях
всеми специалистами, которые в своей повседневной профессиональной деятельности имеют или могут иметь отношение к рискоопасным
объектам (техническим, экологическим, природным и т. п.).
При этом следует иметь в виду, что чаще всего риск идентифицируется с вероятностью нежелательного воздействия на отдельных
индивидов или группы людей негативных последствий возможных
аварий и катастроф в какой-либо технологической, социоприродной
и социальной системах.
Однако наряду с этим основным и наиболее распространенным
представлением о риске существует еще два. Одно из них связано с
размерами возможных потерь в рискоопасных ситуациях. Второе
представляет собой комбинацию вероятности нежелательных последствий и размера вызываемых ими потерь.
Применительно к социальной технологии управленческой деятельности понятие «риск» в экстремальных ситуациях конкретизируется
в категориях «восприятие риска» и «приемлемый (допустимый) риск».
Именно последняя из них становится ключевой при разработке и реализации социальной технологии управления в экстремальных ситуациях.
Дело профессионала в области чрезвычайных ситуаций – определить уровень и параметры неприемлемости риска, сформулировать
предложения по снижению этого уровня, а затем принять активные
управленческие действия в плане практического социально-политического управления технологическими нововведениями и поступками (работой) людей в пределах допустимого риска.
Исходным звеном в управлении рисками чрезвычайных ситуаций
должно стать осознание и предупреждение опасности. Если рассматривать технологические системы, то этот принцип должен быть применен
и воплощен на стадии разработки проекта. Самая главная и чаще всего
встречающаяся ошибка в управленческой деятельности, особенно когда
это связано с крупными технологическими системами и проектами –
атомной электростанцией, нефтеперерабатывающим заводом, химическим комбинатом и т. п., состоит в недооценке опасности.
Второй аспект, резко снижающий эффективность управленческой деятельности по предупреждению экстремальных ситуаций, связан с небрежностью персонала, обслуживающего сложные технологические системы.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
121
Можно констатировать, что почти во всех несчастных случаях,
происшедших на производстве и с транспортными средствами в послевоенный период (свыше 60 лет!), попытки управления возможной
опасностью (а также попытки предупреждения и предотвращения
чрезвычайных ситуаций) наталкивались, главным образом, не на технические неисправности, а на ошибки и нарушения, совершенные
людьми, обслуживающими те или иные технические средства.
Третьим аспектом, препятствующим повышению эффективной
управленческой деятельности по предупреждению экстремальных ситуаций, является почти полное неведение большинства населения,
попадающего в такие ситуации, относительно наиболее целесообразных действий в случае аварий, катастроф и т. п.
Учитывая это, можно выделить некоторые основные направления управленческой деятельности по предупреждению и ликвидации
чрезвычайных ситуаций.
Первое из них заключается в осознании специалистами
и, прежде всего, работниками властных структур, органов управления
и МЧС возрастающей степени риска от деятельности современных,
мощных по своим основным параметрам технологических систем, которые располагаются чаще всего вблизи урбанизированных пространств с большой плотностью населения, а нередко и в самих этих
пространствах.
Как показывают социологические исследования, проведенные
в 2005–2006 годах в Гомельском инженерном институте МЧС Республики Беларусь, такое положение достаточно отчетливо осознает
большинство работников органов и подразделений по чрезвычайным
ситуациям. Так, степень их обеспокоенности угрозой, опасностью
и риском различных типов чрезвычайных ситуаций колеблется в диапазоне от 77,2 до 93 % (табл. 2.5).
Таблица 2.5
Cтепень обеспокоенности угрозой, опасностью и риском
основных типов чрезвычайных ситуаций (100 % по столбцу)
Степень
обеспокоенности
Чрезвычайные ситуации
природные
техногенные
социогенные
Очень обеспокоен
20,6
45,4
36,5
Частично обеспокоен
62,3
47,6
40,7
82,9 %
93 %
77,2 %
ИТОГО ОБЕСПОКОЕНЫ
Глава 2
122
Не обеспокоен
Затрудняюсь ответить
16,5
0,6
5,1
1,8
18,8
4,0
Подавляющее большинство опрошенных работников МЧС (93 %)
обеспокоены опасностью и риском техногенных чрезвычайных ситуаций, в том числе 45,4 % в сильной степени, а 47,6 % – частично.
Этими факторами не обеспокоены только чуть более 5 % респондентов (1,8 % выразили свое затруднение в ответе на данный вопрос).
Примерно на том же уровне выражена совокупная («очень»
и «частично») обеспокоенность сотрудников МЧС такими разновидностями чрезвычайных ситуаций, как пожары и взрывы – 94 %,
а также аварии и катастрофы на промышленных предприятиях –
90,7 %.
Для того чтобы общая панорама обеспокоенности профессионалов различными типами чрезвычайных ситуаций стала более наглядной, отметим, что число «очень обеспокоенных» техногенными авариями и катастрофами в промышленной сфере (45,4 %) более чем
в два раза превышает количество обеспокоенных природными катастрофами (20,6 %). Характерно также, что число «не обеспокоенных»
природными чрезвычайными ситуациями составляет 16,5 % опрошенных, а техногенными – в три раза меньше (5,1 %).
При этом интересно и показательно сопоставить результаты двух
совершенно независимых социологических исследований, проводимых, с одной стороны, в Гомельском инженерном институте и, с другой стороны, в Центре стратегических исследований МЧС России, результаты которых уже приводились и использовались в настоящей
работе. При всей разнице подходов к методике их организации, содержанию опросов и обобщению полученных результатов, следует отметить то, что результаты опросов в Беларуси и России показывают совпадение мнений респондентов относительно преобладания угрозы,
опасности и риска возникновения техногенных чрезвычайных ситуаций по отношению к природным чрезвычайным ситуациям.
Как отмечалось, 93 % работников МЧС Беларуси весьма обеспокоены рисками техногенных чрезвычайных ситуаций. При этом соотношение позиций «очень обеспокоен» (45,4 %) и «частично обеспокоен» (47,6 %) примерно равное (табл. 2.5). По данным российских
ученых только риски аварий и катастроф на потенциально опасных
объектах респонденты всех опрошенных групп оценили максимально
высоко в перечне стандартизированных рангов значимости рисков
природно-техногенной сферы (по 5-балльной шкале, где 1 – макси-
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
123
мальная, а 5 – минимальная обеспокоенность риском): Сг –2; Ст – 1;
Са – 2; Эц – 1; средний балл – 1,5 (табл. 2.6).
Таблица 2.6
Оценка чрезвычайных рисков белорусскими
и российскими респондентами
Группы респондентов
ГИИ МЧС
ЦСИ МЧС России
Республики Беларусь
Стратегические
риски
Риски аварий
и катастроф
на потенциально
опасных объектах
(техногенных ЧС)
Риски опасных
природных явлений
(землетрясений,
наводнений, ураганов,
оползней, подтоплений, лесных пожаров
и т. п.)
Очень Частично Всего
обеспообеспо- обеспокоены
коены
коено
Сг
Ст
Са
Эц
Средний
балл
2
1
2
1
1,5
45,4 %
47,6 %
93 %
3
2
3
1
2,25
20,6 %
62,3 %
82 %
Обеспокоенность риском природных чрезвычайных ситуаций
выразили 82,9 % работников МЧС Беларуси, то есть весьма значительное число респондентов. В то же время соотношение позиций
«очень обеспокоен» (20,6 %) и «частично обеспокоен» (62,3 %),
а также достаточно высокий процент респондентов, выбравших позицию «не обеспокоен» (16,5 %), указывают на значительно меньший уровень обеспокоенности природными, чем техногенными
чрезвычайными ситуациями. По данным социологического исследования ЦСИ МЧС России стандартизированные ранги рисков
опасных природных явлений по той же 5-балльной шкале составляют: Сг – 3; Ст – 2; Са – 3; Эц – 1; средний балл – 2,25.
Как видно, обеспокоенность рисками опасных природных явлений как в Беларуси, так и по данным российских ученых, значительно
ниже, чем техногенными. При этом следует учитывать, что в силу известных причин (размер и протяженность территории, разница климатических условий, возможность землетрясений в горных районах,
масштабы наводнений и многое другое) природные катастрофы
124
Глава 2
в России значительно разнообразнее, зачастую масштабнее и даже
чаще по времени. Не случайно эксперты ЦСИ МЧС России, а их мнение нельзя недооценивать, выразили максимальную озабоченность
рисками опасных природных явлений (Эц – 1).
Учитывая (наряду с другими факторами) обеспокоенность,
выраженную респондентами социологических опросов как в МЧС
Беларуси, так и в МЧС России, второе направление оптимизации
управленческой деятельности по предупреждению экстремальных
ситуаций состоит в обеспечении системы безопасного функционирования потенциально опасных технологических объектов, главная
задача которой – предупреждение аварий и катастроф. Для этого
необходимо, чтобы до введения в действие технически сложных сооружений на этих объектах, вместе с технической экспертизой,
проводилась хорошо организованная экспертиза на предмет обеспечения их функционирования в безопасном состоянии, осуществляемая специалистами МЧС.
Третье направление оптимизации управленческой деятельности
в экстремальных ситуациях в качестве основного компонента включает в себя обеспечение повышенного внимания, управленческих
кадров ко всем случаям технологических аварий и катастроф. Только
таким образом можно найти эффективные способы предотвратить катастрофу в аналогичных или сходных ситуациях. В таком информационном обеспечении решающая роль должна принадлежать службам
МЧС, способным дать реальную картину и адекватную оценку чрезвычайным ситуациям и выработать прогнозный вариант их возможного повторения на тех или иных рискоопасных предприятиях, экологических и природных объектах, с которыми связана повседневная
деятельность тех или иных групп населения.
Важнейшим направлением управленческой деятельности в условиях возрастающего технологического риска становится своевременное, хорошо продуманное принятие мер по предупреждению экстремальных ситуаций. Одним из основных компонентов здесь является
всестороннее социально-экологическое и социально-демографическое
обоснование размещения потенциально и экологически опасных производств.
В качестве важного положительного фактора расширения возможностей оперативной и эффективной защиты населения и важных
объектов от чрезвычайных ситуаций следует отметить реалистичность оценок такого рода ситуаций и мер по их предупреждению, вы-
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
125
сказанных работниками МЧС в процессе проведенного социологического опроса.
Характерно, что 97 % респондентов высказали мнение, согласно
которому безопасность жизнедеятельности и снижение рисков экстремальных ситуаций зависит от каждого человека и воспитания людей. Более 90 % опрошенных указали на прямую зависимость снижения рисков чрезвычайных ситуаций от готовности служб МЧС
к соответствующим видам деятельности.
Что касается степени готовности своего органа (подразделения) по
ЧС к действиям в условиях конкретных видов чрезвычайных ситуаций,
то здесь высоко либо удовлетворительно оценивается готовность подразделений к действиям в условиях наиболее распространенных в Беларуси лесных пожаров (92 %); пожаров и взрывов (91 %); в случаях аварий и катастроф на промышленных предприятиях (76 %). Ниже
оценивается степень готовности подразделений к действиям в условиях наводнений, бурь, ураганов, смерчей и шквалов (около 30 %).
Социальные и социально-управленческие аспекты чрезвычайных ситуаций органично взаимосвязаны с их психологическими аспектами, о чем убедительно свидетельствует трагический опыт Чернобыльской катастрофы и преодоления ее последствий. Не случайно,
что состоявшийся 6–7 сентября 2005 года в Вене Чернобыльский форум ООН с тревогой констатировал, что в настоящее время наиболее
серьезной проблемой, порожденной данной катастрофой, представляются ее последствия для психического здоровья.
Многолетние социологические исследования, проведенные
группой ученых из Института социологии НАН Беларуси под руководством академика Е. М. Бабосова [10, с. 25–30] в районах, пострадавших от последствий Чернобыльской катастрофы, дают основание для
вывода, согласно которому пик нарастания тревожных симптомов в
районах радиоактивного загрязнения уже миновал. Тем не менее
масштабы психологических расстройств остаются чрезмерно большими. Так, например, в Хойникском районе в октябре 2005 года страхи, связанные с радиацией, испытывали 62,5 % опрошенных.
Проведенное в сентябре–октябре 2005 года в 17 районах Гомельской и Брестской областей обследование значительного количества людей (более 360 человек) позволило выяснить, что в Брагинском и Хойникском районах, сильно пострадавших от радиации, от 33 % до 39,3 %
опрошенных думают о радиации вопреки своей воле. При этом
126
Глава 2
24–33,3 % обследованных стремятся избегать всего, что могло бы напоминать о радиации, однако далеко не всегда им это удается.
По признанию 26,9 % опрошенных в Брагинском районе, мысли
о радиации как бы внезапно (против их воли) возникают в их сознании.
В данном районе 22,2 % опрошенных признаются, что некоторые окружающие их вещи заставляют все время думать о радиации. Почти
столько же опрошенных говорят о расстройствах сна, о том, что они не
могут спокойно спать по ночам, а это является общепризнанным проявлением стрессовых состояний. Очень большое количество респондентов (48,1 %), проживающих в Брагинском районе, отмечают, что
они ощущают нечто вроде оцепенения от переживаний, связанных с
радиацией.
Значительная часть обследованных респондентов утверждает, что
их буквально захлестывают переживания, связанные с радиацией
(в Брагинском районе такие суждения высказывают 39,8 %, а в Хойникском – 21,5 % от общего количества опрошенных). И все же по прошествии 20 лет после Чернобыльской трагедии люди стремятся вытеснить
ее последствия из своих эмоций и сознания. Поэтому 40,7 % опрошенных в Брагинском и 34,6 % в Хойникском районах стремятся ни с кем
не говорить о радиации, чтобы не травмировать психически ни себя, ни
своих собеседников.
Если суммировать мнения и оценки жителей обследованных
районов, то оказывается, что страхи, связанные с радиацией, испытывают более или менее часто 34,5 % опрошенных, а не испытывает никогда в 1,7 раза большее количество людей – 58,6 % опрошенных.
Только одна пятая часть из всего массива опрошенных никогда не
высказывает душевные переживания, связанные с радиацией. У такого же количества людей (20,7 %) такие переживания возникают редко,
а у каждого третьего из их числа (34,5 %) подобные переживания не
возникают никогда.
Результаты факторного анализа социологических данных позволяют сделать вывод о том, что женщины гораздо сильнее, чем мужчины, подвержены психологическим фрустрациям в связи с проживанием на загрязненных радионуклидами территориях. В Брагинском
районе (мы берем один из обследованных районов, чтобы общая панорама психологического состояния населения оказалась более полной
и достоверной) среди лиц, которые никогда не испытывают душевных
переживаний по поводу радиации, зафиксировано существенное превышение количества мужчин над количеством женщин. Среди мужчин
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
127
такое психологическое состояние характерно для 31,2 % от общего
числа опрошенных, а среди женщин – почти в 10 раз меньше (3,3 %).
В то же время все, что напоминает о радиации, часто вызывает страхи
у 12,5 % опрошенных мужчин и у 26,7 % женщин.
Из приведенных данных нетрудно сделать вывод о том, что
фрустрационные психологические состояния, вызываемые радиацией
и ее последствиями, проявляются вдвое, а иногда и в большее количество раз масштабнее и интенсивнее у женщин по сравнению
с мужчинами.
Изложенные сопоставления приводят к выводу, согласно которому в районах радиоактивного загрязнения масштабы и интенсивность
негативных экстеро-интеровоздействий, способствующих возникновению стрессовых состояний, сказываются на психике и повседневном
поведении женщин гораздо более резко и угнетающе по сравнению
с мужчинами [10, с. 20–25].
Неоднократные исследования (в том числе и повторные), проведенные белорусскими социологами и социальными психологами, убеждают, что специфические особенности социально-психологических последствий Чернобыльской катастрофы заключаются в том, что наряду
с типичными психическими расстройствами, общими для пострадавших
от различных бедствий и катастроф, у огромного количества людей,
подвергшихся радиоактивному воздействию, возникают специфические
психогенные расстройства хронического типа. Их своеобразие заключается в следующем:
1. Возникший у многих людей посттравматический социорадиоэкологический стресс характеризуется необычайной устойчивостью,
сохраняя доминантное место в структуре психических состояний не
только отдельных индивидов, но и значительных по масштабу социальных общностей.
2. Этот стресс устойчив не только по своим психологическим характеристикам, но и по длительности функционирования, не завершается, как в других экстремальных ситуациях, в течение нескольких дней
или месяцев, а существует у многих лиц в течение двух десятилетий.
3. Это устойчивое и длительное стрессовое состояние обладает
сложной динамикой, направленность и интенсивность проявления которой детерминируется не только внешними факторами (радиоэкологическими, экономическими, социальными), но и спецификой личностных
особенностей тех или иных индивидов (общей направленностью лично-
128
Глава 2
сти, экстравертной или интравертной спецификацией локуса контроля,
половозрастными характеристиками и т. п.).
4. Тревожный тип поведения, обусловленный наличием такого
стресса, встречается чаще и протекает острее у женщин, чем у мужчин; у людей старшего возраста, чем у молодежи; у людей с высшим
образованием, чем у лиц, его не имеющего.
На примере проявляющихся до настоящего времени социальнопсихологических последствий Чернобыльской катастрофы можно
сделать общий вывод о долговременности и глубине специфических
психогенных расстройств хронического типа, возникающих в посткатастрофный период. С учетом последствий и уроков Чернобыльской
катастрофы социально-экстремологический анализ чрезвычайных ситуаций и возможных вариантов их повторений позволяет сформулировать несколько практически значимых выводов при организации
работы по управлению рисками.
Во-первых, управленческая деятельность в предвидении возможных экстремальных ситуаций должна включать в себя еще на
предэкстремальной стадии такой подход к проектированию и функционированию всех видов человекомашинных систем (включая все
виды электростанций, наземного, водного, воздушного транспорта,
газо- и нефтепроводы, иные сложные технические сооружения), который был бы основан на бесспорном приоритете личностных интересов человека по отношению к техническим, технологическим, экономическим и иным материальным факторам современного,
высокотехнизированного производства.
Во-вторых, осуществление управления в экстремальных ситуациях предполагает в качестве неотъемлемого компонента проведение
гуманитарной, преимущественно социально-психологической экспертизы и оценки последствий для человека (определенных личностей,
социальной группы или населения региона) того или иного события
чрезвычайного характера.
В-третьих, социальная технология управления в чрезвычайных
ситуациях должна быть ориентирована на разработку методов, способов и путей адаптации людей, испытавших на себе негативное воздействие чрезвычайных обстоятельств (технологической катастрофы,
аварии, наводнения, землетрясения, пожара, ограбления и т. п.) к новому, необычному для них постэкстремальному состоянию.
В-четвертых, управленческая деятельность в чрезвычайных ситуациях подразделяется на два различных по задачам, содержанию
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
129
и формам действия периода. Первый из них – совокупность управленческих действий по минимизации опасных для людей, их здоровья
и жизни последствий катастрофы, аварии, несчастного случая и т. п.
Второй – активные действия по реабилитации пострадавших общностей и объектов. Такая реабилитация включает в себя технологические, экономические, экологические, но прежде всего – социальнопсихологические аспекты, поскольку главной жертвой всех видов
экстремальных ситуаций оказываются люди, их здоровье, привычный
образ жизни.
В-пятых, эффективное управленческое действие в экстремальных ситуациях возможно только в тех случаях, когда оно базируется
на оперативной, достоверной и правдивой информации о масштабах,
угрозах и последствиях чрезвычайных обстоятельств, в которых оказались люди в результате возникновения такой ситуации. Одним из
самых мощных средств минимизации отрицательных последствий
любой экстремальной ситуации становится адекватная, всеобъемлющая и понятная людям информация о случившемся, резко сокращающая диапазон и силу воздействия неоправданных слухов, панических
настроений и тревожных ожиданий, обычно значительно преувеличивающих реальную опасность. В таких случаях как самим управленческим структурам, так и людям, на которых распространяется их влияние, необходима правда о происшедшем и построенная на ее основе
рационально организованная и эффективно действующая информационная политика.
На основе результатов проведенных исследований и обобщения
эмпирических данных, полученных в ходе социологических опросов
пострадавших от Чернобыльской катастрофы, можно сделать некоторые выводы об основных направлениях корректирующего воздействия на психическую сферу населения, испытавшего на себе негативные влияния чрезвычайных ситуаций.
Первое направление заключается в том, чтобы при всей совокупности осуществления контрмер, ориентированных на минимизацию отрицательных последствий чрезвычайных ситуаций, а также
в практике реабилитационной деятельности сделать больший акцент
на недооцениваемую до сих пор социально-психологическую поддержку населения, в той или иной мере подверженного стрессогенному воздействию постэкстремальных процессов.
130
Глава 2
Второе направление социально-психологической поддержки населения включает в себя разработку и активное применение на практике эффективных моделей целенаправленного информационного
и психотерапевтического воздействия на различные группы населения, пострадавшего от чрезвычайной ситуации, способных привести
к резкому уменьшению количества и интенсивности психосоциальных травм у пострадавших.
Третье направление усиления социально-психологических реабилитационных действий и повышения их эффективности состоит в том,
чтобы все групповые, а особенно индивидуализированные пути и методы социально-психологического воздействия на людей и их общности
(семейные, территориальные, профессиональные и т. п.) превратить
в более адресные, конкретизировать их в зависимости от социальнодемографических особенностей объектов психологической поддержки.
Четвертое направление совершенствования социально-реабилитационной работы в районах, пострадавших от чрезвычайных ситуаций, составляет улучшение информирования всех групп населения, особенно тех,
которые испытывают социально-психологический дискомфорт и состояние тревожности.
Пятое направление деятельности по усилению адресной и специализированной поддержки и психологической реабилитации индивидов и групп, подвергшихся негативному воздействию последствий
чрезвычайных ситуаций, состоит в формировании у населения, прежде всего у молодежи, постэкстремальной культуры безопасной жизнедеятельности, ориентирующей человека на выработку навыков самостоятельного и всестороннего анализа чрезвычайных ситуаций
и возможных способов преодоления их негативных воздействий,
формирование активных жизненных установок, позиций и жизненных
стратегий.
В целом, исследование проблем классификации и социальнопсихологических аспектов защиты от чрезвычайных ситуаций позволяет сделать следующие выводы:
1. К настоящему времени в области теоретических исследований
экстремальных ситуаций и в практической деятельности, связанной
с экстремальностями, еще не сложилась достаточно определенная
система классификации (типология) чрезвычайных ситуаций, удовлетворяющая тем или иным научным и практическим требованиям.
Учитывая это, целесообразно использовать интегрированный подход
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
131
к классификации чрезвычайных ситуаций, получивший отражение
в современной научной литературе и в ряде используемых на практике классификаторов чрезвычайных ситуаций. При этом исходной
и наиболее значимой в системе классификации чрезвычайных ситуаций является выделение трех основных типов чрезвычайных ситуаций по происхождению (природных, антропотехногенных и социогенных), которые в свою очередь подразделяются на определенные
виды и многие разновидности, а также классифицируются по некоторым другим основаниям.
2. Как следует из самой сущности экстремальной ситуации,
в каждом из ее типов, видов и разновидностей в любом случае центральным элементом являются человек или социальная группа,
а также среда их обитания, «попавшие» в эту ситуацию. Из такого положения вытекает значение антропогенного фактора в любой природной, техногенной и, тем более, социогенной чрезвычайной ситуации.
3. Результаты социологических опросов показывают значительное совпадение мнений работников МРС Республики Беларусь и МЧС
России относительно большей угрозы, опасности и риска возникновения техногенных чрезвычайных ситуаций по отношению к природным чрезвычайным ситуациям.
4. Многолетнее социологическое исследование социальнопсихологических последствий Чернобыльской катастрофы однозначно подтверждает необходимость целенаправленных и последовательных усилий со стороны общества и государства по реабилитации
и социально-экономической поддержке населения и территорий, пострадавших от чрезвычайных ситуаций.
Учитывая все это, можно перейти к социологической характеристике деятельности работников органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям, которые непосредственно включены в процесс
предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций различного
характера.
2.2. Социологические характеристики
эффективной деятельности работника МЧС
Современная социология имеет достаточную научно-методологическую базу и значительный опыт конкретных социологических
исследований в области изучения негативного воздействия и соци-
132
Глава 2
альных последствий природных, техногенных и социальных бедствий
и катастроф. В частности, этот опыт представлен в работах академика
Е. М. Бабосова, посвященных урокам и последствиям Чернобыльской
катастрофы [7]–[10].
Интеграция усилий ученых-социологов и практических работников МЧС позволяет определить и выработать необходимый социологический инструментарий для углубленного и целенаправленного изучения оценки специалистами степени опасности различных видов
природных, техногенных и социогенных чрезвычайных ситуаций, уровня подготовленности спасателей, основных факторов, условий и путей
повышения эффективности деятельности аварийно-спасательных служб
и профессиональной подготовки в органах, подразделениях и специализированных учебных заведениях МЧС.
Как уже отмечалось, анализ статистики чрезвычайных ситуаций
в Республике Беларусь свидетельствует, что при всем их разнообразии по происхождению и другим классификационным признакам
практически в каждой из них ту или иную роль играет человек.
Во многих разновидностях чрезвычайных ситуаций человеческий
фактор примерно в 80 случаях из 100 (то есть более чем 80 %) непосредственно выступает как их основной источник и главная причина.
Учитывая такое положение, в Гомельском инженерном институте МЧС были предприняты определенные усилия в целях активизации социологических исследований, направленных на обеспечение
деятельности органов по чрезвычайным ситуациям.
В течение 4-х последних лет в тесном взаимодействии с Институтом социологии НАН Беларуси, с которым подписано Соглашение
о сотрудничестве, проведен целый ряд конкретных социологических
исследований.
На первоначальном этапе еще в 2003 году с целью проверки качества подготовленных анкет, определения их валидности и меры искажения полученной информации были проведены пробные пилотажные исследования (общая выборка – 150 человек): на одном курсе
очного (50 курсантов) и одном курсе заочного (100 слушателей)
факультетов.
В 2004–2006 годах с применением различных социологических
методов (включенного наблюдения, контент-анализа документов,
массового опроса и интервьюирования экспертов) проведено комплексное описательно-аналитическое исследование с периодическим
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
133
опросом 1120 работников МЧС. Анкетирование проводилось трижды
с периодичностью опросов 1 год.
Среди опрошенных:
– 120 постоянных работников института;
– 250 курсантов очного факультета;
– 750 слушателей, обучающихся на заочном факультете.
Указанные респонденты представляют практически все основные категории работников МЧС, а также все 6 областей республики
и 76 районов Беларуси.
Среди 1120 опрошенных 120 работников МЧС, представляющих
старший начальствующий состав ОПЧС и занимающих соответствующие руководящие должности (от заместителя начальника областного управления МЧС до начальника пожарной аварийноспасательной части). Средний возраст данной категории респондентов
35 лет.
230 человек – это работники ОПЧС, занимающие должности
среднего начальствующего состава (начальник смены, инспектор государственного пожарного надзора и т. д.). Их средний возраст 26 лет.
300 человек – младший и рядовой состав ОПЧС (командиры отделений, пожарные, спасатели, водители и равные им по категории
в возрасте 20–30 лет).
50 человек не являются аттестованными работниками МЧС
и либо учатся заочно, либо работают в структурах МЧС.
Из 100 % респондентов 75 % имеют практический опыт ликвидации ЧС, а большинство многократно участвовало в тушении пожаров и ликвидации последствий других природных и техногенных
чрезвычайных ситуаций.
По территориальному признаку 1120 опрошенных респондентов
распределяются следующим образом:
– Брестская область – 9 %;
– Витебская область – 21 %;
– Гомельская область – 32 %;
– Гродненская область – 18 %;
– Минск и Минская область – 5 %;
– Могилевская область – 15 %.
В целом 1120 опрошенных – это около 3 % от общей численности работников МЧС Республики Беларусь.
Глава 2
134
Приведем некоторые данные, полученные в ходе этого исследования.
На первом его этапе изучалась степень обеспокоенности работников МЧС различными типами и видами чрезвычайных ситуаций
(табл. 2.7).
Таблица 2.7
Степень обеспокоенности угрозой, опасностью и риском
основных видов чрезвычайных ситуаций (100 % по столбцу)
15. Последствия социальных
конфликтов
14. Последствия военных действий
13. Последствия терроризма
12. Социогенные ЧС
11. Гидродинамические ЧС
8. Аварии и катастрофы
на промышленных предприятиях
9. Аварии и катастрофы
на транспорте
10. Аварии и катастрофы в ТЭК
7. Пожары и взрывы
6. Техногенные ЧС
5. Биолого-социальные ЧС
4. Бури, ураганы, смерчи, шквалы
3. Наводнения
1. Природные ЧС
Степень
обеспокоенности
2. Лесные пожары
Типы и разновидности чрезвычайных ситуаций
1. Очень
обеспокоен 20,6 27,5 16,0 21,9 22,7 45,4 51,9 50,3 32,0 41,9 15,2 36,5 43,5 40,9 18,5
2. Частично
обеспокоен 62,3 53,1 48,3 36,6 44,3 47,6 43,0 40,4 53,9 39,9 45,5 40,7 34,4 33,3 49,0
3. Не обеспокоен
16,5 17,9 33,1 37,4 22,9 5,1 4,3
7,1
12,5 13,2 30,9 18,8 18,2 21,3 27,2
4. Затрудняюсь
ответить
0,6 1,5
2,2
1,6
5. Субъективированный
показатель
опасности
4,1 9,6 –17,1 –15,5 –0,2 40,3 47,6 43,2 19,5 28,7 –15,7 17,7 25,3 19,6 –8,7
2,6
4,1 10,0 1,8 0,8
5,0
8,4
4,0 3,8 4,5
5,3
Данные, приведенные в табл. 2.7, показывают, что из 100 % опрошенных работников органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям (всего 1120 респондентов) у 45,4 % особую обеспокоенность
вызывает угроза техногенных ЧС (табл. 2.7, стр. 1, стб. 6) и более чем
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
135
у 20 % – природных ЧС (табл. 2.7, стр. 1, стб. 1). Частично обеспокоены опасностью техногенных и природных ЧС, соответственно 47,6
и 62,3 % работников МЧС (табл. 2.7, стр. 2, стб. 1 и 6). Таким образом,
обеспокоенность («очень обеспокоен» и «частично обеспокоен»)
угрозой, опасностью и риском техногенных чрезвычайных ситуаций
выразили 93 %, а опасностью и риском природных чрезвычайных ситуаций – 82,9 % респондентов (табл. 2.7, сумма показателей в стр. 1 и 2,
стб. 1 и 6).
Максимальную обеспокоенность опрошенные работники МЧС
выражают такими разновидностями чрезвычайных ситуаций, как пожары и взрывы техногенного характера (51,9 % – табл. 2.7, стр. 1, стб. 7)
и аварии и катастрофы на промышленных предприятиях (50,3% –
табл. 2.7, стр. 1, стб. 8).
На графике (рис. 2.4) на основе данных табл. 2.6 более подробно
продемонстрирована степень (уровень) обеспокоенности риском ЧС
со стороны опрошенных сотрудников ОПЧС.
На рис. 2.4 видно, что «пики обеспокоенности» опрошенных
респондентов приходятся на позиции № 6, 7 и 8, то есть «техногенные
ЧС в целом», «пожары и взрывы», «аварии и катастрофы на промышленных предприятиях».
60,00%
60,00
%
50,00
%
50,00%
40,00
%
40,00%
30,00
%
30,00%
20,00
%
20,00%
10,00 %
10,00%
0,00 %
0,00%
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
Рис. 2.4. Степень (уровень) обеспокоенности сотрудников
органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям
15
Глава 2
136
различными видами чрезвычайных ситуаций:
серый – очень обеспокоен; белый – не обеспокоен
Свое согласие («полное» и «неполное») с актуальностью и обоснованностью требований руководства нашей страны, изложенных
в Директиве Президента Республики Беларусь № 1, в том числе о необходимости обеспечения общественной и личной безопасности от
ЧС различного характера, выразили 93 % опрошенных респондентов.
При этом свое «полное согласие» высказали 79 % опрошенных, а еще
14 % выразили «неполное согласие». Затруднились ответить на этот
вопрос 7 % опрошенных, а вариант ответа «категорически не согласен» не выбрал ни один из респондентов.
По результатам изучения оценок степени угрозы, опасности
и риска конкретных видов чрезвычайных ситуаций (по мнениям работников органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям, постоянного состава и курсантов вуза МЧС) выделяются две группы
чрезвычайных ситуаций – «актуально опасные» и «условно опасные».
Распределение конкретных видов ЧС в ту или иную группу осуществляется исходя из значений «субъективированного показателя их
опасности» (табл. 2.7, рис. 2.4). Данный показатель рассчитывается
как разница ответов «очень обеспокоен» и «не обеспокоен». Соответственно отрицательные значения этого показателя позволяют отнести
конкретный вид ЧС к группе «условно опасных» (преобладание ответов «не обеспокоен»), то есть к тем, которые на сегодняшний день, по
мнению работников МЧС, не грозят безопасности жизнедеятельности
граждан Беларусь либо грозят в малой степени. Если же значения этого показателя положительны (преобладают ответы «очень обеспокоен»), то конкретный вид ЧС следует отнести к группе «актуально
опасных», то есть тех, которые, по мнению опрошенных, сегодня реально угрожают безопасности жизнедеятельности белорусов.
Обобщая данные табл. 2.7 и рис. 2.4, сгруппируем виды ЧС по
степени обеспокоенности опрошенных респондентов их опасностью
для жизнедеятельности людей:
– 1-я группа – критическая обеспокоенность: «Техногенные ЧС»,
в том числе «Пожары и взрывы», «Аварии и катастрофы на промышленных предприятиях». «Субъективный показатель опасности» для этих
видов ЧС превышает 40 %;
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
137
– 2-я группа – максимальная обеспокоенность: «Аварии в топливно-энергетическом комплексе» и «Последствия терроризма».
«Субъективный показатель опасности» выше 20 %, но ниже 40 %;
– 3-я группа – сильная обеспокоенность: «Аварии и катастрофы на транспорте», «Последствия военных действий» и «Социогенные ЧС» в целом. «Субъективный показатель опасности» выше
10 % и ниже 20 %;
– 4-я группа – малая обеспокоенность: «Природные ЧС» и «Лесные ЧС». «Субъективный показатель опасности» от 0 до 10 %;
– 5-я группа – условная обеспокоенность: «Биолого-социальные ЧС»,
«Последствия социальных конфликтов», «Бури, ураганы, смерчи,
шквалы», «Гидродинамические ЧС», «Наводнения». «Субъективный
показатель опасности» меньше нуля, то есть принимает отрицательные значения.
Отметим, что по всем показателям ЧС из групп «максимальная
обеспокоенность» и «сильная обеспокоенность» различаются не
очень значительно (по крайней мере, в сравнении с ЧС из групп «критическая обеспокоенность» и «условная обеспокоенность»).
Если же говорить вообще об уровне обеспокоенности конкретными видами чрезвычайных ситуаций (совокупный уровень обеспокоенности как сумма «субъективированных показателей опасности») со
стороны различных категорий работников МЧС, то его средний уровень по всем категориям составляет 198,4 %. При этом наибольшую
степень такой обеспокоенности высказывают старший начальствующий и рядовой состав органов и подразделений по ЧС. Сумма «субъективированных показателей опасности»* по категориям опрошенных
для них составила 231,5 и 225,4 % соответственно (рис. 2.5).
Глава 2
138
Старший НС
Рядовой состав
231,5%%
231,5
225,4%
225,4 %
Курсант
186,7%%
186,7
Младший НС
170,5%%
170,5
Средний НС
12,1%
12,1
%
Рис. 2.5. Обеспокоенность чрезвычайными ситуациями
со стороны различных категорий работников органов
и подразделений по чрезвычайным ситуациям
(*сумма «субъективированных показателей опасности»)
Старший начальствующий состав, в той или иной мере принимающий участие в определении стратегии развития МЧС и планировании системы долговременных мероприятий по обеспечению безопасности населения и территорий на ближайшие годы и более
отдаленную перспективу, высказывает максимум опасений (231,5 %),
пытаясь учесть все возможные варианты развития событий. В сравнении с другими группами работников ОПЧС наибольшие опасения
у них вызывают природные чрезвычайные ситуации, социальные ЧС
и потенциальные последствия терроризма.
Рядовой состав (225,4 %) больше обеспокоен иными видами
чрезвычайных ситуаций – «Аварии и катастрофы на промышленных
предприятиях», «Пожары и взрывы», «Аварии и катастрофы в топливно-энергетическом комплексе» и «Аварии и катастрофы на транспорте».
Курсанты вуза МЧС заняли по этому показателю третье место
(186,7 %), хотя в основном они имеют чисто теоретические представления о различных видах чрезвычайных ситуаций, а также проблемах
их предупреждения и ликвидации.
Вызывает определенное недоумение и необходимость уточнения оценки со стороны среднего начальствующего состава, который
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
139
показал очень низкую обеспокоенность рисками чрезвычайных ситуаций, заняв в этой иерархии последнее, четвертое, место (12,1 %).
Следует отметить, что 77,2 % респондентов (табл. 2.7) выразили
обеспокоенность опасностью социогенных чрезвычайных ситуаций.
Высоко оценили готовность своих подразделений к действиям по ликвидации последствий террористических актов и возможных военных
действий лишь около 15 % опрошенных, удовлетворительно – около
30 %, свыше 30 % оценили их готовность как низкую, а 25 % затруднились ответить на этот вопрос. Такая ситуация по всей вероятности
обусловлена тем, что в Беларуси мы практически никогда не сталкивались с указанными разновидностями социогенных чрезвычайных
ситуаций, но в то же время их потенциальная опасность существует.
При оценке факторов, от которых зависит безопасность жизнедеятельности и снижение рисков (табл. 2.8), 98 % респондентов выразили мнение, что это в той или иной степени зависит от каждого человека, а 91,8 % – от воспитания людей.
Таблица 2.8
Основные факторы безопасности жизнедеятельности
и снижения рисков чрезвычайных ситуаций
от каждого
человека
от политики
государств
от готовности
МЧС
от работы
ГСЧС
от развития
общества
от состояния
окружающей среды
от состояния
техногенной среды
от воспитания
людей
от международной
обстановки
Зависимость безопасности жизнедеятельности и снижения рисков
Зависит
только
от этого
29,2
6,0
15,0
9,5
12,4
5,3
8,6
18,1
3,9
Значительно
зависит
49,3
37,0
50,7
44,6
35,3
35,3
41,9
47,0
20,6
В целом
зависит
19,5
41,0
24,5
32,6
39,1
33,7
33,9
26,7
30,6
Степень
зависимости
Глава 2
140
Мало
зависит
1,3
13,4
8,9
10,7
10,9
23,0
12,2
7,4
34,2
Не зависит
0,3
1,7
0,8
0,7
1,2
1,6
0,7
0,8
6,4
Затрудняюсь
ответить
0,3
1,0
0,2
2,0
1,2
1,1
2,8
0
4,3
Важно подчеркнуть, что столь высокая оценка личностных факторов безопасности жизнедеятельности со стороны работников МЧС
еще раз подтверждает истину, выстраданную горьким опытом многочисленных пожаров, взрывов и других чрезвычайных ситуаций, о человеке и его поведении как основных их источниках и виновниках.
В то же время эти оценки подтверждают и указанный выше тезис об
определяющей роли и значении антропогенного фактора в структуре,
содержании и различных проявлениях чрезвычайных ситуаций.
По данным проведенных опросов второе место в перечне наиболее значимых факторов безопасной жизнедеятельности занимает готовность специально созданных органов по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций. Так, 90,2 % опрошенных указали на
прямую зависимость безопасности жизнедеятельности и снижения
рисков ЧС от готовности МЧС и Государственной системы по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций в целом (86,7 %).
Лишь 0,8 и 0,7 % опрошенных выразили мнение, что безопасность
жизнедеятельности не зависит от деятельности МЧС и ГСЧС. Однако
нельзя не отметить и тот факт, что число респондентов, высказавших
достаточно пессимистическую оценку («мало зависит») значения готовности и деятельности структур по предупреждению и ликвидации
чрезвычайных ситуаций, весьма значительно и составляет соответственно 8,8 и 10,75 %. Выяснение причин подобных оценок станет одним из вопросов последующих исследований. Пока же в качестве рабочей гипотезы можно предположить возможность определенной
«усталости» в борьбе с чрезвычайными ситуациями, число которых
не становится меньше несмотря на все усилия, предпринимаемые
ГСЧС и МЧС по их предотвращению. 84 % опрошенных особо подчеркивают значение политики государства; 86,8 % – развития общества, 84,4 % – состояния техногенной сферы; 74,7 % – окружающей
среды; 55,1 % – международной обстановки.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
141
Обобщая результаты опроса респондентов об основных факторах безопасности жизнедеятельности и снижения рисков чрезвычайных ситуаций, можно выделить 3 группы таких факторов (табл. 2.8).
В первую группу входят факторы безопасности жизнедеятельности, показывающие их зависимость от самого человека (позиции
«от каждого человека» и «от воспитания людей»), где варианты ответов «зависит только от этого» и «значительно зависит» набирают
максимальные значения (78,5 и 65,1% соответственно).
Вторая группа факторов такого рода относится к функционированию органов МЧС. О том, что безопасность жизнедеятельности людей и снижения рисков зависит («зависит только от этого» и «значительно зависит») от готовности МЧС и от работы ГСЧС, говорят
более половины опрошенных (65,7 и 54,1 % соответственно).
Третью группу факторов можно назвать «группой условий».
В нее входят факторы «состояние техногенной среды» (50,5 %), «развитие общества» (47,7 %) и «политика государства» (43,0 %).
К числу факторов, от которых безопасность жизнедеятельности
и снижения рисков ЧС, по мнению опрошенных, зависят в малой степени или не зависят вообще, следует отнести два фактора – состояние
окружающей среды и международную обстановку (40,6 и 24,5 %
соответственно).
Что касается двух последних показателей, то в ответах респондентов на поставленные вопросы следует заметить определенную недооценку влияния состояния окружающей среды и международной
обстановки на безопасное развитие общества. С одной стороны, уже
отмечалась определенная озабоченность опрошенных работников
МЧС опасностью, угрозой и риском природных ЧС (ими значительно
либо частично обеспокоены 82,9 % респондентов) и социогенных ЧС
(ими значительно либо частично обеспокоены 77,2 % респондентов),
а также их различными разновидностями. С другой стороны, многие
респонденты не видят зависимости их опасности, угрозы и риска от
состояния окружающей среды и международной обстановки.
На наш взгляд, такая ситуация связана с некоторыми недостатками в общеобразовательном и, в частности, гуманитарном образовании
опрошенных работников ОПЧС, в том числе и курсантов вуза МЧС.
Если же говорить об озабоченности (как повышенного внимания) вышеперечисленными факторами со стороны различных категорий работников МЧС, то по результатам опроса наибольшую степень
142
Глава 2
такой озабоченности высказывают представители рядового, старшего
и младшего начальствующего состава.
Это объясняется тем, младший начальствующий и рядовой состав ОПЧС непосредственно включен в практику «гашения» чрезвычайных ситуаций, а старший начальствующий состав решает оперативно-тактические задачи планирования работ по предупреждению
и ликвидации ЧС. Средний же начальствующий состав демонстрирует здесь наименьшие показатели, даже по отношению к курсантам.
Представители рядового и младшего начальствующего состава
ОПЧС чаще прочих указывают на важность готовности включиться
в борьбу с чрезвычайной ситуацией (позиция «готовность МЧС»)
(рис. 2.6).
Мыслящие «более стратегически» работники из старшего начальствующего состава ОПЧС больше озабочены политикой государства в этой сфере, работой ГСЧС и уровнем развития общества. Курсанты же в целом соблюдают «среднюю линию» в вопросах оценки
субъектов и факторов безопасности жизнедеятельности и снижения
рисков ЧС.
В сравнении с другими группами отметим недооценку курсантами важности политики государства, уровня развития общества и состояния техногенной сферы в деле обеспечения безопасности жизнедеятельности. При этом оценки курсантов вуза МЧС по своим
«пикам» и «падениям» весьма сходны с теми ломаными, которые характерны для рядового и младшего начальствующего состава ОПЧС.
143
90,0%
90
%
80,0%
80 %
70,0%
Старший НС
70 %
60,0%
60 %
Средний НС
50,0%
50 %
40,0%
Курсант
40 %
30,0%
30 %
Младший НС
и рядовые
20,0%
20 %
10,0%
Средний НС
от воспитания людей
от воспитания людей
от международной
от международной обстановки
обстановки
Старший НС
от состояния техногенной среды
Старший НС
от состояния техногенной
среды
от развития общества
от развития общества
от работы отГСЧС
работы ГСЧС
от готовности МЧС
МЧС
от готовности
0%
от политики государств
каждого человека
человека
от каждого от
0,0%
от политики государств
10 %
Рис. 2.6. Оценка факторов безопасности
и снижения рисков
Старший НС
чрезвычайных ситуаций
в
зависимости
от
статуса работников
Средний НС
органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям:
Старший
НС
Средний
НС
старший
НС;
средний
НС;
Младший
НС
Курсант
курсант;
младший НС
и рядовые
Курсант
Средний НС
Курсант
от международной
обстановки
от воспитания людей
Курсант
от международной
обстановки
от воспитания людей
от развития общества
от международной
обстановки
от международной
от состояния техногенной
обстановки среды
от состояния техногенной
среды
людей
от воспитанияот
развития общества
от воспитания людей
от работы ГСЧС
Оценивая отношение органов местной
власти к проблемам
Младший НС
и
рядовые
ПЛЧС, их активное участие и практическую помощь отметили соответственно 36 и 27 % опрошенных.
В то же время около 70 % указыМладший НС
и рядовые
вают, что местные власти
редко либо от случая к случаю обращают
внимание на деятельность органов и подразделений МЧС.
Что касается степени готовности своего органа (подразделения) по
ЧС к действиям в условиях конкретных видов чрезвычайных ситуаций,
то здесь высоко оценивается готовность подразделений к действиям
в условиях наиболее распространенных в Беларуси лесных пожаров
от готовности МЧС
от состояния техногенной
среды
от состояния техногенной
от работы ГСЧС
среды
от развития общества
от готовности МЧС
от развития общества
от политики
ГСЧС государств
от работы
Младший НС
и рядовые
от политики государств
от работы ГСЧС
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
Глава 2
144
(92 %), пожаров и взрывов (91 %), а также в случаях аварий и катастроф
на промышленных предприятиях (76 %) (рис. 2.7).
Последствия
Последствия
терактов
терактов
15 %
30 %
Бури,
ураганы,
Бури,
ураганы,
шквалы
шквалы
Аварии
Аварии на
напромпредприятиях
промпредприятиях
76 %
91 %
Пожары
Пожарыиивзрывы
взрывы
92 %
Лесные
пожары
Лесные
пожары
0%
0%
10%
20%
10 % 20
%
30%
30 %
40%
40 %
50%
50 % 60%
60 % 70%
70 % 80%
80 % 90%
90 % 100%
100 %
Рис. 2.7. Оценка степени готовности своего подразделения
к действиям в условиях различных чрезвычайных ситуаций
Низко оценивается степень готовности подразделений к действиям в условиях наводнений, бурь, ураганов, смерчей и шквалов
(30 % опрошенных). Готовность своих подразделений к действиям по
ликвидации последствий террористических актов и возможных военных действий отметили лишь 15 % респондентов.
Отвечая на вопрос, что нужно предпринять в первую очередь
для обеспечения безопасности территорий и населения от чрезвычайных ситуаций различного характера, респонденты высказали мнения,
отраженные в графике (рис. 2.8).
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
6%
1
1
0%
0%
10
%
10%
12 %
6 % 16 %
12 % 20 %
16 % 24 %
20 25
%%
32 %
24 %
25 %
20
%
20%
30
%
30%
40 %
32 %
40
%
40%
145
49 %
40 % 51%
49 %
51%
50
%
60 %
50%
60%
Рис.
2.8. Основные
условия
обеспечения
безопасности населения
Прекращение
деятельности
опасных
предприятий
0%
10%от чрезвычайных
20%
30% различного
40% характера:
50%
и территорий
ситуаций
Повышение проф. подготовки
– прекращение
деятельности
опасных
предприятий;
Прекращение
деятельности
опасных
предприятий
60%
Создание общественных спасательных формирований
– повышение
профподготовки;
Повышение
проф.
подготовки
Повышение зарплаты работников ОПЧС
Создание
общественных
спасательных
формирований
– создание
общественных
спасательных
формирований;
Увеличение финансирования численности ОПЧС
– повышение
зарплаты
работников
Повышение
зарплаты
работников
ОПЧСОПЧС;
Информирование населения о рисках ЧС
– увеличение
финансирования
численности
Увеличение
финансирования
численности
ОПЧС ОПЧС;
Слаженность и эффективность ГСЧС
– информирование
населения
о рисках
Информирование
населения
о рисках
ЧС ЧС;
Усиление уголовной и административной ответственности
– слаженность
и эффективность
Слаженность
и эффективность
ГСЧСГСЧС;
Оснащение ОПЧС новой техникой
– усиление
уголовной
и административной
ответственности;
Усиление
уголовной
и административной
ответственности
Изучение населением ОБЖ
– оснащение
ОПЧС
новой
техникой;
Оснащение
ОПЧС
новой
техникой
– изучение
населением
Изучение
населением
ОБЖОБЖ
Респонденты считают, что для обеспечения безопасности населения и территорий от ЧС различного характера необходимо:
– больше внимания уделять пропаганде и изучению основ безопасной жизнедеятельности со всеми категориями населения – 51 %;
– оснастить ОПЧС новой специальной техникой и оборудованием – 49 %;
– усилить уголовную и административную ответственность за
нарушение правил безопасности – 40 %;
– обеспечить на практике слаженность и эффективностьи всех
звеньев Государственной системы предупреждения и ликвидации ЧС –
32 %;
– полнее информировать население о рисках возможных ЧС
в данном регионе – 25 %;
146
Глава 2
– увеличить финансирование и численность ОПЧС – 24 %;
– повысить заработную плату работников ОПЧС – 20 %;
– создавать общественные добровольные спасательные формирования, подготовленные к действиям в условиях вероятных ЧС – 16 %;
– улучшить качество профессиональной подготовки работников
ОПЧС – 12 %;
– закрыть и прекратить деятельность всех потенциально опасных промышленных и социальных объектов и предприятий – 6 %.
В условиях серьезной опасности безопасности жизнедеятельности
населения Республики Беларусь, подтверждаемой, в частности, результатами проведенных социологических опросов работников МЧС, возникла
острая необходимость в подготовке высококвалифицированных специалистов, деятельность которых должна осуществляться на уровне особой
профессиональной подготовленности и призвана обеспечить надежность,
устойчивость, быстроту и оптимальность осуществления функций по предотвращению и ликвидации ЧС.
В результате комплексного подхода к решению этой задачи было
принято решение о подготовке специалистов по профилю высшего образования «Службы безопасности» и направлению «Защита в чрезвычайных
ситуациях».
Научно-методическая база подготовки таких специалистов определена образовательным стандартом по специальности 1-94 01 01 «Предупреждение и ликвидация чрезвычайных ситуаций» с квалификацией выпускников «инженер по предупреждению и ликвидации ЧС».
Задача достижения в минимальные сроки образовательной и профессиональной готовности работников МЧС остро поставила проблему
качественного отбора кандидатов для подготовки будущих инженеровспасателей. Очевидно, что учебные заведения МЧС не могли в готовом
виде принять сложившуюся в системе высшего образования практику набора студентов только на основе общих справок о состоянии здоровья
и результатов вступительных экзаменов. «Несмотря на то, что образование возникло как средство для передачи из поколения в поколение обобщенного и систематизированного знания, накопленного человечеством, –
отмечает Э. Р. Бариев, – существующие механизмы трансляции социального и инженерного опыта оказываются неэффективными. Традиционные
методы обучения и профессиональной подготовки не обеспечивают готовность человека к безопасной жизнедеятельности. Люди проявляют
обеспокоенность и неуверенность в принятых решениях, оказываются
беспомощными перед проблемами современного мира» [14, с. 4].
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
147
И если это положение относится ко всему населению, то тем более остро этот вопрос стоит в отношении системы подготовки кадров
для органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям. В этих условиях необходимо было по-новому организовать профессиональный
отбор и из всех желающих выбрать молодых людей, способных стать
инженером-спасателем и высоко нести честь работника МЧС.
Высокий социальный престиж МЧС и профессии спасателя среди населения нашей республики, и особенно среди молодежи, с одной
стороны, обеспечивает большое количество желающих поступить
в учебные заведения МЧС. Ежегодно, уже после предварительного отбора, конкурс при поступлении в вузы МЧС составляет около 5–6-ти
человек на место и позволяет в период вступительных испытаний выбирать наиболее достойных и подготовленных молодых людей.
С другой стороны, динамичность задач, определяемых Министерством по чрезвычайным ситуациям и образовательным стандартом специальности, требуют изыскания новых, научно обоснованных
подходов к организации качественного профессионального отбора
кандидатов для поступления в высшие учебные заведения МЧС.
Исходя из этого была разработана и отлажена своеобразная модель профессионального отбора будущих инженеров-спасателей, сочетающая в себе как классические, «советские», методы, так и некоторые новые, либо значительно модернизированные подходы.
Как результат, в настоящее время сложилась своеобразная система профессионального отбора кандидатов для подготовки специалистов МЧС, способных выполнять поставленные задачи.
Каковы же основные элементы этой системы?
1. Предварительный отбор кандидатов для поступления в вузы
МЧС. Кадровые аппараты структурных подразделений МЧС на местах изучают и оценивают личные качества потенциальных абитуриентов, организуют прохождение ими военно-врачебной комиссии
(проверяющей не только состояние здоровья, но и их психофизиологические данные), а также обеспечивают дополнительное изучение
личных морально-психологических качеств и семейно-бытовых условий кандидатов. Уже на этом этапе происходит значительный отсев
молодых людей, изъявивших желание учиться в наших вузах.
2. Дополнительный «профотбор» в период вступительных испытаний заключается в сдаче зачета по физической подготовке в соответствии
с нормативами, установленными Министерством по чрезвычайным ситуациям и дополнительным медицинским осмотром абитуриентов в пери-
148
Глава 2
од вступительных испытаний в вузе. На этом этапе также происходит отсев определенного количества абитуриентов.
3. Месячные лагерные сборы («курс молодого бойца») проводятся с абитуриентами, успешно сдавшими вступительные испытания, прошедшими по конкурсу и зачисленными для обучения в институте. В данном случае в период адаптации молодых людей
к условиям службы и учебы в вузе МЧС в сочетании со значительными физическими нагрузками отсева из числа поступивших практически не бывает (либо это исключительно единичные случаи).
4. Подготовка потенциальных абитуриентов в рамках специализированных лицейских классов средних школ, созданных практически по всей Беларуси. В частности, при Гомельском инженерном институте МЧС еще в 1999 году в средней школе № 11 г. Гомеля были
организованы профильные выпускные классы.
В этих классах на протяжении последних двух лет обучения
один раз в неделю проводятся занятия на базе института. Общий объем учебной нагрузки составляет 428 часов. Учебная программа предусматривает изучение таких дисциплин, как: организация деятельности
органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям; пожарная
профилактика и предупреждение чрезвычайных ситуаций; основы
тактики тушения пожаров и проведения аварийно-спасательных работ; пожарная аварийно-спасательная техника и связь; пожарная аварийно-спасательная подготовка; физическая подготовка и пожарноспасательный спорт; производственная практика.
Занятия в лицейских классах МЧС проводятся таким образом,
чтобы заинтересовать учеников в выборе профессии спасателя, привить желание к овладению данной профессией и выработать навыки
использования полученных знаний в повседневной жизни. С этой целью осуществляются выездные занятия на объекты и в органы и подразделения по чрезвычайным ситуациям, где опытные работники раскрывают особенности профессиональной деятельности, делятся своим
жизненным опытом.
Естественно, что выпускники лицейских профильных классов
МЧС составляют значительную часть абитуриентов, а затем и курсантов, сделавших вполне осознанный выбор благородной, но опасной
профессии спасателя.
5. Еще одним элементом в системе не только профессионального отбора, но и подготовки будущих работников МЧС является лицей.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
149
В соответствии с Постановлением Совета Министров Республики
Беларусь № 612 от 25 мая 2004 года «О создании Государственного учреждения образования лицей при Гомельском инженерном институте»
открыт лицей на 200 учащихся. Уже сейчас лицей воспринимается как
кузница будущего поколения офицерских кадров МЧС.
6. Культурно-массовая и спортивная работа с населением и молодежью, а также освещение деятельности МЧС и института в средствах массовой информации – еще один своеобразный элемент, способствующий проведению качественного профессионального отбора
абитуриентов.
Важную роль в этом направлении выполняют духовой оркестр,
взвод почетного караула, созданный и экипированный при содействии Гомельского областного исполнительного комитета и ставший
непременным участником всех торжественных мероприятий, проводимых в городе, вокально-инструментальный ансамбль «Чрезвычайная ситуация», команда КВН, детско-юношеская спортивная школа
«Омега», в которой работают секции по 8-ми видам спорта, ежегодное проведение Торжественного выпуска офицеров-спасателей на
центральной площади города и многое другое.
Следует заметить, что исключительно положительно воспринят
жителями города и тот факт, что силами коллектива Гомельского института МЧС перевезен из зоны отселения и заново возведен православный
Храм Архистратига Михаила – памятник пожарным-спасателям, отдавшим свои жизни пpи ликвидации Чернобыльской аварии.
Таким образом, вышеперечисленные элементы образуют целостную систему профессионального отбора будущих работников органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям, которая позволяет
привлечь молодежь к обучению в учебных заведениях МЧС, повышает престиж и авторитет профессии инженера-спасателя.
По оценке руководства Министерства и отзывам о выпускниках
задача отбора достойных кандидатов в ряды работников МЧС решается достаточно успешно.
Это подтверждают и некоторые данные, полученные в ходе социологических исследований, проводимых совместно с Институтом
социологии НАН Беларуси. Так, в ходе одного из проведенных опросов изучался блок мировоззренческих ценностей курсантов института. Их замер, в частности, осуществлялся по вопросу «Закончите, пожалуйста, фразу: ―Я пошел в МЧС потому, что это… .‖».
Распределение ответов на этот вопрос представлено в табл. 2.9.
Глава 2
150
Таблица 2.9
Причины выбора МЧС как сферы профессиональной
самореализации
Мотив выбора
Процент от числа
опрошенных
Работа, достойная настоящего мужчины
Интересная профессия
15,1
11,1
Престижная профессия
Способ обеспечить себе будущее
10,7
8,6
Способ служить людям
Способ получить хорошее образование
Возможность сделать в своей жизни что-нибудь стоящее
8,3
6,8
6,4
Возможность стать физически сильным и здоровым
человеком
Возможность исполнить свой долг перед Родиной
Возможность работать в сплоченном коллективе
Способ самореализоваться
5,3
5,1
4,4
4,2
Как видно из табл. 2.9, среди опрошенных в целом доминируют
ценности социальной и нравственной значимости – «работа, достойная
настоящего мужчины» (15,1 %), «интересная профессия» (11,1 %),
«престижная профессия» (10,7 %) и др. Они занимают самые верхние
строчки и их сумма составляет 65,5 %. При этом заметим, что остальные респонденты также отметили вполне позитивные мотивы своего
выбора профессии инженера-спасателя.
Таким образом, комплексный социологический мониторинг значительного массива респондентов, представляющих практически все
основные категории работников МЧС со всех регионов Республики
Беларусь, позволяет сделать следующие выводы:
Угрозой, опасностью и риском техногенных чрезвычайных
ситуаций обеспокоены значительно больше опрошенных работников
органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям, чем тех, кто
обеспокоен угрозой, опасностью и риском природных чрезвычайных
ситуаций.
При этом максимальную обеспокоенность опрошенные работники МЧС выражают такими разновидностями чрезвычайных ситуаций, как пожары и взрывы техногенного характера, а также аварии
и катастрофы на промышленных предприятиях.
Классификация экстремальных ситуаций и социологический анализ…
151
При оценке факторов, от которых зависит безопасность жизнедеятельности и снижение рисков, подавляющее большинство опрошенных выделили, прежде всего, два фактора: во-первых, это человек
и его воспитанность; во-вторых, это специальные структуры по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций (ПЛЧС).
Активное участие и практическую помощь органов местной
власти к проблемам ПЛЧС отметили около одной трети опрошенных.
В то же время большинство респондентов указывали, что местные
власти редко либо от случая к случаю обращают внимание на деятельность органов и подразделений МЧС.
Наиболее высоко оценивается готовность своих подразделений к действиям в условиях наиболее распространенных в Беларуси
лесных пожаров, пожаров и взрывов, а также в случаях аварий и катастроф на промышленных предприятиях. Низко оценивается степень
готовности подразделений к действиям в условиях наводнений, бурь,
ураганов, смерчей и шквалов. Еще ниже респонденты оценили готовность своих подразделений к действиям по ликвидации последствий
террористических актов и возможных военных действий.
Пути надежного обеспечения безопасности территорий и населения от ЧС различного характера опрошенными работниками
МЧС видятся по-разному. Активнее всего указывается на необходимость большего внимания к пропаганде и изучению основ безопасной
жизнедеятельности со всеми категориями населения, а также оснащения ОПЧС новой специальной техникой и оборудованием.
Складывающаяся в настоящее время система подготовки
высококвалифицированных специалистов для ОПЧС включает в себя специфическую многокомпонентную систему отбора кандидатов, способных осуществлять свою деятельность на уровне особой
профессиональной подготовленности по обеспечению надежности,
устойчивости, быстроты и оптимальности осуществления функций по
предотвращению и ликвидации ЧС.
Выводы по второй главе
1. Антропогенный фактор имеет атрибутивное значение и играет
ключевую роль во всех без исключения природных, техногенных
и социогенных чрезвычайных ситуациях, которые по существу было
бы более точно именовать антропоприродными, антропотехногенными и антропосоциогенными.
2. Существующая и используемая в настоящее время система
классификации чрезвычайных ситуаций требует определенного уточ-
152
Глава 2
нения и совершенствования. В частности, это касается использования
термина «катастрофа» по отношению только к техногенным ЧС; выделения социогенных ЧС в качестве третьего, основного, типа; определения места новых информационных угроз и рисков чрезвычайных
ситуаций, пока еще не отраженных в принятой системе классификации ЧС.
3. На основе проведенного научно-теоретического анализа чрезвычайных ситуаций можно определить некоторые ключевые социальные и психологические принципы управления по обеспечению
защиты от чрезвычайных ситуаций.
4. Национальная безопасность не исчерпывается только безопасностью от чрезвычайных ситуаций природного, техногенного и
социогенного характера. Она представляет собой исключительно
сложную и многоуровневую систему, создаваемую государством в
целях защиты своих национальных интересов от угроз как внутреннего, так и внешнего характера.
Учитывая это, исключительно важно правильно представлять
сущность, содержание и структуру системы национальной безопасности в целом и на этой основе укреплять тот ее сегмент, который отвечает за безопасность от чрезвычайных ситуаций.
Именно эти проблемы анализируются в третьей, заключительной, главе настоящей монографии.
Глава 3
НАЦИОНАЛЬНАЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
И ГРАЖДАНСКАЯ ЗАЩИТА
НАСЕЛЕНИЯ И ТЕРРИТОРИЙ
В ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЯХ
Безопасность как социальный феномен и научная категория имеет свои глубокие исторические корни. Появившись, по сути, одновременно с человеком как основная характеристика его физиологического
жизнеобеспечения, безопасность впоследствии приобрела социальный
смысл, адекватный уровню развития конкретных общественных отношений. Конфуций и Лао-цзы, Платон и Аристотель, Н. Макиавелли
и И. Кант, Р. Оуэн, Г. Спенсер, Э. Дюркгейм – вот далеко не полный
перечень выдающихся умов, раздумывавших над природой угроз безопасности и путях их преодоления, а также над возможностями построения устойчивого и стабильного общества.
XX век изменил многие представления о путях безопасного развития человеческих ассоциаций. На протяжении всего послевоенного
периода и особенно в так называемый постконфронтационный период
(80–90-е годы) разрабатываются новые подходы и концепции безопасности, вытекающие из изменений ее объективных основ и субъективных представлений.
154
Глава 3
3.1. Безопасность и национальная безопасность как
социальные феномены
и экстремологические категории
Определить место и способы обеспечения безопасности от
чрезвычайных ситуаций практически невозможно, не уяснив сущности безопасности в целом и системы национальной безопасности
в частности.
«Безопасность, – указывается в словаре В. Даля, – это отсутствие опасности, надежность» [28, с. 29]. В словаре С. И. Ожегова
и Н. Ю. Шведовой безопасность определяется как «состояние, при
котором не угрожает опасность, есть защита от опасности» [75, с. 38].
В большинстве научных исследований и во многих законодательных
актах и правовых документах безопасность непосредственно связывается с отсутствием угроз приобретенным ценностям и интересам.
Иными словами, безопасность трактуется как состояние защищенности чего-либо, отсутствие угроз тому, что представляет какуюлибо ценность для обладателя. С позиций социальной экстремологии
безопасность можно определить как состояние защищенности человека и общества от опасности и угроз, связанных с экстремальными
ситуациями природного, техногенного и социогенного (в том числе
военного) характера.
Современным научным исследованиям в области безопасности
свойственен ее всесторонний анализ в рамках комплексной междисциплинарной теории, интегрирующий философские, экономические, политологические, социологические, психологические, оборонные, оперативно-стратегические, экологические и другие знания, объединяемые
в интегративно-системную науку о безопасности. Решение указанной
задачи, несомненно, требует должного методологического обеспечения,
формирования соответствующего понятийного аппарата и инструментария для дальнейшей практической работы. Все это в полной мере относится не только к развитию общей теории безопасности, но и к ее
экстремологической составляющей, анализирующей проблемы безопасности и гражданской защиты в чрезвычайных ситуациях.
Наиболее общие черты современных научных исследований
и теоретических концепций в области безопасности таковы:
– понимание комплексного характера безопасности в целом
и безопасности от чрезвычайных ситуаций в частности;
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
155
– фрагментация концепции безопасности путем разделения понятия на тематические компоненты (экологическая, экономическая, социальная, культурная безопасность, безопасность жизнедеятельности
и т. д.), а также по признаку ее деятельностной основы, в том числе анализ целей, стратегии, принципов и способов достижения (коллективная
безопасность, безопасность сотрудничества, всеобъемлющая безопасность, превентивная безопасность и т. п.);
– постулирование приоритета невоенных аспектов безопасности
над военными.
Дальнейшее исследование проблем безопасности в настоящее
время осуществляется, по крайней мере, в двух основных направлениях.
Первым таким направлением является теоретическая разработка
методологических (философских, системологических, политологических, правовых, институциональных, культурно-цивилизационных,
экстремологических, профессиональных и т. п.) подходов и оснований общей концепции безопасности, среди которых особое значение
имеют:
– формирование методологических принципов и понятийнокатегориального аппарата, необходимых для изучения проблемы
и раскрытия содержания фундаментальных понятий «безопасность»,
«опасность», «опасность потенциальная», «национальные интересы»,
«противник» и др.;
– выявление структуры и уровней безопасности: внутренняя
и внешняя безопасность, глобальная безопасность, государственная
безопасность, общественная безопасность, безопасность жизнедеятельности, безопасность личности, безопасность в чрезвычайных
ситуациях;
– разработка на теоретико-методологическом уровне принципов
определения основных степеней опасностей и угроз безопасности
и среди них – опасностей, угроз и рисков чрезвычайных ситуаций
природного, техногенного и социогенного характера;
– обоснование принципов определения национальных приоритетов и жизненно важных интересов в различных сферах, в том числе –
в области защиты от чрезвычайных ситуаций;
– поиск методологических принципов и способов адекватного
реагирования на опасности и угрозы различного характера;
– определение необходимой степени участия государства в
обеспечении безопасности на всех уровнях: личностном, общественном, государственном.
156
Глава 3
Вторым направлением исследований в области проблем безопасности является решение многообразных прикладных проблем
и вопросов, ориентированных на практическое обеспечение безопасности, в том числе на обеспечение безопасной жизнедеятельности
и безопасности от чрезвычайных ситуаций.
Поскольку теория безопасности, как уже отмечалось, интегрирует в своем содержании специфические аспекты философских, экономических, политологических, социологических, психологических,
военных, экологических и других знаний, то в ее развитие вносят
свой вклад все указанные здесь и многие другие науки. В контексте
поставленной проблемы анализа экстремальных ситуаций рассмотрим
некоторые наиболее существенные аспекты безопасности, изучаемые
и освещаемые в рамках некоторых социальных наук: социальной философии, экономической теории, политологии и геополитики.
Особо отметим, что важнейшая роль в становлении и развитии
концепции безопасности принадлежит социальной философии – теории «высшего осмысления» (К. Х. Момджян) безопасности, разрабатывающей и использующей широкозахватную методологию ее анализа. Именно социальная философия:
– формирует методологический каркас общей теории безопасности (в том числе: безопасность как способ существования социальной
действительности; безопасность в совокупности всеобщих начал человеческой деятельности, абстракций человеческого опыта; зависимость социальных связей, структур и институтов безопасности от
взаимообусловленного бытия; многообразие и эволюция социальных
форм безопасности; безопасность жизнедеятельности; безопасность
и социальные процессы и институты; безопасность и функциональная
организация общества; мировоззренческие и аксиологические функции теории безопасности и т. д.);
– выступает в роли интегратора знаний о безопасности, полученных в рамках других наук, позволяет вывести этот предмет анализа из узкоспециальной области и представить его в системе многих
общественных взаимосвязей;
– обеспечивает соответствие метода предмету, единство методологического и предметного подходов как основы корректных исследований проблем безопасности;
– указывает на осмысленный, целенаправленный и законосообразный характер безопасности, что предполагает активную деятельность общественного сознания на всех стадиях создания и действия
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
157
системы, гарантирующей государству и обществу необходимое им
защищенное от внешних и внутренних угроз положение;
– восходя к истокам и традициям мировой философии, предотвращает от исторического беспамятства и близорукости, неумения
правильно оценить перспективу безопасного общественного развития, ориентируя на освоение положительного потенциала философского подхода, требуя, безусловно, серьезной работы ума и элементарного желания учиться;
– создает методологический базис общей и социальной экстремологии на основе теоретико-методологических выводов философии
экстремальности и катастроф.
В научное осмысление общих и особенных проблем безопасности, обеспечивающих ее институтов и технологий внесли свой вклад
многие ученые, среди которых следует отметить С. В. Алексеева,
О. А. Белькова, Е. М. Бабосова, В. И. Бовша, А. В. Возженникова,
В. И. Голубева, А. В. Гусева, Б. В. Коваленко, М. А. Лескова,
А. А. Мушту, А. А. Панарина, С. А. Проскурина, А. А. Прохожева,
О. А. Рыжова, В. А. Рубанова, С. В. Степашина, Е. А. Ходаковского,
В. В. Чебана, Э. Г. Шевелева, Л. И. Шершнева, Р. Г. Яновского.
В работах этих ученых содержится всесторонний анализ различных направлений и проблем концепции безопасности, которые
имеют важное значение при определении места и роли теории безопасности от чрезвычайных ситуаций, а также гражданской защиты
в общей системе безопасности.
Это особенно важно в контексте распространившихся тенденций
«плюрализма» и всеядности методологических подходов, которые на
деле нередко сводятся к эклектическому набору эпистемологических
инструментов. Под видом специфических «мультитеоретических»
и «полифундаментальных» подходов, каждый из которых якобы дает
«фрагмент истины» при их приложении к безопасности и ее исследовательским процедурам, осуществляется эклектический набор, смешение
самых различных концептуальных моделей. Естественно, что это не
способствует адекватному осмыслению феномена безопасности и выработке ее подлинно научной концепции.
В рамках разработки общей концепции глобальной безопасности ряд ученых предлагает «культурно-цивилизационный» подход
для определения ее основных параметров во всех сферах социальной
жизни и природной среды. Такие параметры должны быть отправными при разработке различных вариантов развития, создавая своеоб-
158
Глава 3
разный «коридор допустимости», приемлемости нововведений, главным назначением которых должно являться развитие и обогащение
особенностей цивилизации той или иной страны.
В этой связи следует отметить, что культурно-цивилизационный
аспект анализа политических проблем в сфере безопасности имеет
особую значимость при исследовании характеристик властных органов и гражданского общества, отношений между властью и народом,
сущности и типологических особенностей политической культуры
и политического сознания, которые тем или иным образом результируются в общем видении, структуре и функциональных особенностях
системы безопасности. Применительно к проблемам защиты от чрезвычайных ситуаций данный подход направлен на освоение еще не
изученных тенденций развития организаций гражданской защиты
и гражданской обороны в рамках формирующегося гражданского
общества.
Вместе с тем представляется обоснованным вывод о том, что
любая универсальная теория, сколь бы точна она ни была, не в состоянии исчерпывающим образом отразить безопасность как исследуемую социальную реальность во всей полноте ее сущностных
измерений. Исходя из этого, помимо общефилософского и культурноцивилизационного подходов к развитию теории безопасности, не менее важным является разработка данной проблематики в рамках всех
других социальных наук.
Нет необходимости подробно характеризовать важность и содержание экономической науки в исследовании проблем безопасности в целом и безопасности от чрезвычайных ситуаций в частности.
Достаточно заметить, что проблемы обеспечения экономической
безопасности общества и экономический анализ рисков ЧС являются
одними из ключевых направлений современных экономических
исследований.
Среди научных подходов к исследованию проблем безопасности
особое место занимает политологический подход. Ядро политологической проблематики безопасности заключено в научном решении
вопроса о зависимости этого явления от политики, его политической
обусловленности, а также включенности в функционирование политики самых различных видов безопасности. Среди этих видов свое
определенное место занимает и политика в области обеспечения защиты от чрезвычайных ситуаций природного, техногенного и социогенного характера.
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
159
При этом политика, политические явления и процессы являются
причинами, условиями и предпосылками того или иного состояния
безопасности вообще и ее различных разновидностей, в том числе
и безопасности от чрезвычайных ситуаций. Кроме того, политика не
только определяет условия формирования безопасности, но и непосредственно участвует в обеспечении безопасности личности, общества и государства посредством формирования системы гражданской
защиты и гражданской обороны, функционирования Государственной
системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций, деятельности МЧС и иными средствами.
Безопасность несет на себе отпечаток всех сущностных компонентов политики: политического сознания, политических отношений
и политической деятельности. Политика в наше время вездесуща
и всеохватывающа, а следовательно, «за все в ответе». По отношению
к безопасности она обладает огромным потенциалом как созидательного, так и разрушительного действия. Можно сказать, что безопасность определяется качеством политики.
Соответственно, безопасность от чрезвычайных ситуаций во многом определяется политическими факторами, замыкающимися на политику государства: она также отражается и формируется в зависимости
от уровня и содержания политического сознания; преломляется в многообразных политических отношениях властных структур и органов
по предупреждению и ликвидации ЧС; реализуется в деятельности законодательных и исполнительных субъектов политики, прежде всего,
в рамках функционирования государственной системы по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций.
Конечно, ошибочно представлять, что работа пожарного, спасателя, инспектора государственного пожарного надзора либо руководителя подразделения МЧС имеет чисто политический характер. Тем
не менее все они работают под руководством государства и в государственной структуре, в данном случае – в Министерстве по ЧС, которое непосредственно координирует и осуществляет многоплановую
деятельность в области обеспечения безопасности и по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций.
Для объективного анализа внешнеполитических аспектов безопасности в целом и безопасности в чрезвычайных ситуациях необходимо привлечение системы исследовательских методов и базисных
принципов, используемых в теории геополитики.
Исторический опыт свидетельствует, что неверная геополитическая ориентация и построенная на ее основе ошибочная военно-
160
Глава 3
политическая стратегия могут привести к резкому ослаблению безопасности даже сильной в экономическом и военно-политическом отношении державы. Именно поэтому роль геополитических построений при изучении внешнеполитических и военно-стратегических
проблем безопасности, существенно усилившаяся в связи с разрушением СССР и крахом биполярного мира, еще более возросла после
событий 11 сентября 2001 года.
Важно понимать, что военно-политическая безопасность обеспечивается соответствующими политическими и оборонными методами, средствами и институтами: вооруженными силами, органами
государственной безопасности и многими иными.
Что касается обеспечения безопасности и защиты от чрезвычайных ситуаций, то здесь необходимо учитывать следующее. В случае
возможных вооруженных конфликтов и военных действий, которые
по своей сути являются чрезвычайными ситуациями военнополитического характера, именно на систему гражданской обороны
и МЧС ложится обязанность защиты населения и территорий, а также
ликвидации их разрушительных последствий. Эти органы должны
обеспечить помощь пострадавшим, спасение людей и минимизацию
последствий в случае террористических актов, сопровождающихся,
как правило, значительными пожарами, разрушениями и человеческими жертвами.
Данное положение подтверждено печальным опытом террористических актов в России и других странах. Террористические акции
в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года также свидетельствуют об этом.
Заметим, что в тот трагический день под обломками небоскребов
всемирного торгового центра погибло более 300 нью-йоркских пожарных-спасателей, спешивших на помощь людям, и ни одного агента ЦРУ или ФБР. Именно под этим ракурсом геополитический срез
безопасности особенно актуален в области безопасности от чрезвычайных ситуаций.
Аналогичным образом можно показать актуальность и значимость психологических, социологических, экологических и других
проблем безопасности и их исследования в рамках практически всех
существующих социальных наук.
Однако исследование проблем безопасности этими науками является важным, но недостаточным условием всестороннего теоретического изучения данного социального феномена. Поэтому рассмотрение
методологических и частнонаучных подходов к исследованиям фено-
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
161
мена безопасности будет справедливым завершить характеристикой
общей теории безопасности, о необходимости институирования которой интенсивно писалось с середины 90-х годов прошлого века.
По своему теоретическому статусу общая теория безопасности
должна выступать как особая часть философского осмысления политики. По своей внутренней специфике – это особое направление исследований, нацеленных на решение стыковой, комплексной проблемы, и в этом плане общая теория безопасности близка к другим
аналогичным теоретическим направлениям.
По своему типу она сходна с общей теорией систем (системологией), теорией конфликтов (конфликтологией), общей теорией управления (кибернетикой), теорией самоорганизации (синергетикой),
а в какой-то мере – и с общей экстремологией или «теорией катастроф». Некоторую аналогию общей теории безопасности можно усмотреть и с общей теорией военной науки, которая формируется на
стыке ряда военных дисциплин и выполняет по отношению к ним
аналогичные методологические функции.
Общая теория безопасности – исходный пункт и методологическая основа для разработки специальных теорий безопасности или, по
крайней мере, для организации соответствующих исследований в различных областях действительности, одной из которых является ее
экстремальная составляющая, пронизанная опасностями и угрозами
существования человеку, обществу и окружающей среде. Именно в
этом плане можно и следует говорить об экстремологическом подходе к проблемам безопасности и обеспечению защиты от чрезвычайных ситуаций.
Рассмотрение проблемы теоретико-методологических оснований исследований общей теории безопасности и выделение ее экстремологического аспекта должно быть дополнено анализом, хотя бы
в общих чертах, системы ее наиболее важных категорий и понятий.
Как уже отмечалось, на протяжении нескольких веков и в настоящее время не прекращаются попытки определить содержание исходного понятия «безопасность», с тем, чтобы уточнить границы
и содержание того предметного поля, на котором проявляется объективная необходимость личности, общества и государства защищать
свои интересы.
Представители различных наук исходят из весьма разных критериев при формулировке сущности безопасности. Так, философское видение безопасности связывается, прежде всего, с представлениями
162
Глава 3
о ней как о важнейшем атрибуте (свойстве) или функции всякой общественной системы. Представители экономической науки оценивают
безопасность, как правило, с точки зрения материально-технической
самодостаточности страны и уровня ее экономической уязвимости.
Ряд исследователей, следуя приведенным правилам, утверждают, что «безопасность» следует относить к понятиям с нулевым объемом. Поэтому неправомерно определять ее применительно к обществу и отдельному человеку через «состояние», а также выделять
в ней какие-то отдельные секторы (частные безопасности). По их
мнению, некорректно также определять безопасность как «отсутствие
чрезмерной опасности», а последнюю увязывать с появлением факторов опасности – здесь налицо такие ошибки, как «круг в определении» и «тавтология».
Представляется, что существующая при этом многоплановость
подходов в определенной степени связана с различным пониманием
того, является ли термин «безопасность» родовым понятием. Для авторов, положительно отвечающих на этот вопрос, спор ведется лишь
по уточнению содержания понятия «безопасность». В связи с этим
ими высказываются мнения, что безопасность – это:
– потребность, один из первостепенных мотивов деятельности
людей;
– состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства;
– свойство (способность) личности, общества и государства защитить свои жизненно важные интересы, противодействовать угрозам опасности;
– одна из основополагающих целей и неотъемлемая слагаемая
деятельности людей, общества, государства, мирового сообщества;
– система мер, направленная на предотвращение опасности.
Многие исследователи придерживаются той позиции, что в рассматриваемом понятийном ряду термин «безопасность» является не
родовым понятием, а лишь следствием определенных обстоятельств,
реальностей, породивших ее. Говоря конкретнее, безопасность и опасность «составляют полную группу событий».
В этом русле безопасность предстает как социальный феномен,
возникающий в ходе разрешения противоречий между опасностью
как объективной реальностью и потребностью разумного существа,
социального индивидуума, социальных групп и общностей в ее предотвращении, локализации и устранении последствий.
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
163
Как уже отмечалось, понятие «безопасность» в настоящей монографии трактуется как состояние защищенности чего-либо, отсутствие угроз тому, что представляет какую-либо ценность для обладателя. Исходя из этого с позиций социальной экстремологии термин
«безопасность» означает состояние защищенности человека и общества от опасностей и угроз, связанных с экстремальными ситуациями
природного, техногенного и социогенного (в том числе военного)
характера.
В качестве объекта деятельности, имеющей целью обеспечение
безопасности, должна рассматриваться опасность как таковая. При
этом понятие «опасность» означает «возможность, угрозу чегонибудь очень плохого, какого-нибудь несчастья» [75, с. 444].
Предметом деятельности в этом случае будут конкретные угрозы и опасности (военные, политические, экономические и пр.), а также конкретные материальные носители этих угроз (природные, техногенные и социально-общественные явления, люди, техника и т. д.).
Соответственно в социальной экстремологии объектом деятельности является опасность возможных экстремальных явлений и процессов природного, техногенного, социогенного либо комбинированного характера, создающих угрозу жизни людей (социального
сообщества) и среде их обитания. Предметом деятельности в этом
случае будут конкретные виды и разновидности чрезвычайных ситуаций (землетрясения, пожары и взрывы, аварии и катастрофы в промышленности, последствия террористических актов и пр.), а также
способы их предупреждения и ликвидации последствий.
Осознание объекта деятельности по обеспечению безопасности
позволяет эту деятельность представить в виде сложной матрицы, состоящей из трех взаимосвязанных и взаимообусловленных горизонтальных и вертикальных уровней (органических частей):
– горизонтальный уровень: обеспечение безопасности личности;
обеспечение безопасности общества; обеспечение безопасности государства;
– вертикальный уровень: политическая безопасность; военная
безопасность; экологическая безопасность; информационная безопасность и др.
Субъектом деятельности по обеспечению безопасности в широком смысле является общество, а в узком – государство, создаваемое,
в том числе и для этой цели. Как заметил еще Ж.-Ж. Руссо, безопасность есть важнейшая предпосылка, вызывающая к жизни государство, а забота о самосохранении и безопасности есть самая важная
164
Глава 3
из всех забот государства. И то государство, которое не способно
этого добиться, обречено.
При данном подходе безопасность как результат деятельности
по обеспечению безопасности личности, общества и государства имеет множественную предметность (как способность, как состояние, как
свойство, как система мер).
Анализируя такой социальный феномен, как безопасность, невозможно обойти проблему обеспечения национальной безопасности,
которая в современных исследованиях занимает видное место и имеет
особую актуальность.
В 80–90-е годы, когда термины «национальные интересы», «национальная безопасность» и т. д. входили в научный оборот, ряд исследователей высказывали определенные возражения, указывая на их
заимствованный характер.
Так, С. В. Алексеев писал, что определение «национальный»
в этих понятиях происходит из распространенного в западной политологии и этнологии представления о нации как о согражданстве всех
граждан (независимо от национальности), проживающих на территории данного государства, то есть по существу как об образующем его
обществе [1, с. 105–106]. Действительно, в последнее время в научном обороте понятие «нация», как правило, используется в значении
политического сообщества, принадлежность к которому не зависит от
социального, конфессионального или этнического происхождения. По
существу, нация – это общность всех граждан данной страны и государства.
В ходе дискуссии ставился вопрос об определении безопасности
страны как общенациональной безопасности и нежелательности использования категории «национальная безопасность», как неадекватно отражающей многонациональный характер общества. Было высказано суждение, что национальная безопасность – это такое
качественное и количественное состояние общества, государства, его
граждан и всего многонационального народа, которое характеризуется согласованностью их интересов, защищенностью от существующих или ожидаемых внешних и внутренних угроз, возможностью
совместного прогрессивного и устойчивого развития, соблюдением
конституционного строя, уважением конституционных прав и свобод
граждан [1, с. 105–106].
Рассматривая лексическое значение слова безопасность как состояние защищенности чего-либо, отсутствие угроз тому, что представ-
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
165
ляет какую-либо ценность для обладателя (В. И. Даль, С. И. Ожегов),
можно определить национальную безопасность как состояние, когда,
во-первых, отсутствует угроза и опасность приобретенным ценностям
и интересам нации, и, во-вторых, обеспечена защита национальных
ценностей и интересов от угрозы опасности. Именно в этом смысле
данное понятие определяется в Концепции национальной безопасности Республики Беларусь, утвержденной Указом Президента Республики Беларусь 17 июля 2001 года № 390, где отмечается: «Под национальной безопасностью понимается состояние защищенности жизненно
важных интересов личности, общества и государства от внутренних
и внешних угроз» [52, с. 5].
Правовое обеспечение национальной безопасности и защиты
национальных интересов основывается на Конституции страны, осуществляется в специальных нормативно-правовых актах и реализуется посредством Законов, Указов Президента, а также посредством
специально создаваемых государственных органов и структур.
Механизм реализации национальных интересов документально
оформляется в Концепции национальной безопасности, представляющей собой систему взглядов на обеспечение в стране безопасности личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз во всех
сферах жизнедеятельности. Концепция национальной безопасности
Республики Беларусь определяется как «…система взглядов относительно направлений, средств и способов защиты жизненно важных интересов личности, общества и государства». Здесь же отмечается, что
«Концепция содержит методологическую основу построения системы
обеспечения национальной безопасности Республики Беларусь…
и предназначена для использования при планировании и осуществлении
деятельности государственных органов по обеспечению национальной
безопасности» [52, с. 5].
Как правило, в Концепции национальной безопасности характеризуются:
– положение данной страны в мировом сообществе и на международной арене;
– национальные интересы страны;
– существующие угрозы национальной безопасности;
– система обеспечения национальной безопасности.
Аналогичным образом построена и Концепция национальной
безопасности Республики Беларусь, которая содержит определения
и характеристики:
166
Глава 3
1) сущности национальной безопасности, жизненно важных интересов и угроз, а также содержания и принципов обеспечения национальной безопасности;
2) безопасности Республики Беларусь в политической, экономической, военной, экологической, информационной и гуманитарной
сферах, где в каждой из них содержится общая характеристика, система жизненно важных интересов, основные факторы, создающие угрозу национальной безопасности и приоритетные направления обеспечения национальной безопасности Республики Беларусь;
3) системы обеспечения национальной безопасность Республики
Беларусь: ее сущность и правовое регулирование, требования к системе обеспечения национальной безопасности, а также ее основные
функции.
Итак, нация защищает свои интересы от возможных угроз, а такая защита невозможна вне участия государства, которое призвано
устанавливать, реализовывать и защищать общественно значимые интересы.
Под обеспечением национальной безопасности, указывается
в Концепции, понимается деятельность государственных органов, организаций, в том числе общественных объединений, а также отдельных граждан по защите жизненно важных интересов личности, общества и государства, включающая:
– определение жизненно важных интересов личности, общества
и государства;
– выявление факторов, создающих угрозу национальной безопасности;
– формирование системы противодействия негативным факторам и возникающим угрозам.
«Обеспечение национальной безопасности, – установлено в Концепции, – основывается на принципах:
законности, предполагающей соблюдение норм международного права и национального законодательства;
«всеобщей безопасности», предполагающей взаимный учет
и соблюдение интересов всех субъектов отношений в сфере безопасности как внутри страны, так и на международном уровне;
соблюдения баланса жизненно важных интересов и взаимной
ответственности личности, общества и государства в вопросах обеспечения национальной безопасности;
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
167
постоянного информирования граждан республики по вопросам
состояния национальной безопасности» [52, с. 5].
Так что же защищает нация?
Можно определить, что объектом защиты нации являются ее ценности и интересы. При этом понятия «ценность» и «интерес» в данном
случае используются в своем изначальном значении: «ценность» означает нечто имеющее значение для общества, а «интерес» (в переводе
с латыни) – «иметь значение». То есть интересы – это совокупность потребностей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможности прогрессивного развития личности, общества
и государства.
В современной науке национальные интересы определяются
чаще всего как осознанные потребности и желания суверенного государства в экономической, внутриполитической, социальной, международной, информационной, военной, пограничной и других сферах,
составляющих по отношению к нему определенную внешнюю среду.
Аналогичная трактовка жизненно важных интересов содержится
в Концепции национальной безопасности Республики Беларусь, которые определены как «…совокупность потребностей, удовлетворение
которых обеспечивает существование и возможности развития личности, общества и государства» [52, с. 5].
Национальные интересы исключительно многообразны. С точки
зрения решаемых задач их можно различать по следующим основаниям:
1) по степени общности:
– индивидуальные (личные);
– групповые (корпоративные);
– общественные (общие);
– общечеловеческие;
2) по субъектам (носителям интересов):
– личности;
– общества;
– региона;
– государства;
– коалиции государств;
– мирового сообщества;
3) по степени социальной значимости:
– жизненно важные;
– важные;
– маловажные;
168
Глава 3
4) по сферам жизнедеятельности:
– в экономической сфере;
– во внутриполитической сфере;
– в духовной сфере;
– в социальной сфере;
– в международной сфере;
5) по характеру направленности:
– экономические;
– политические;
– военные и т. д.;
6) по продолжительности действия:
– постоянные, долгосрочные;
– кратковременные;
7) по характеру взаимодействия:
– совпадающие;
– параллельные;
– расходящиеся;
– конфронтационные.
Интересы личности состоят в реализации конституционных
прав и свобод, в обеспечении личной безопасности, в повышении качества и уровня жизни, в физическом, духовном, интеллектуальном
развитии человека и гражданина.
Интересы общества состоят в совершенствовании демократии,
в создании правового, социального государства, в достижении и поддержании общественного согласия, в духовном развитии страны.
Интересы государства состоят в незыблемости конституционного строя и территориальной целостности страны, в политической,
экономической и социальной стабильности, в безусловном обеспечении законности и поддержании правопорядка, в развитии равноправного и взаимовыгодного международного сотрудничества.
При этом первостепенное значение имеют интересы личности,
а затем – интересы общества и интересы государства.
Наряду с национальными интересами в Концепции безопасности указываются и существующие угрозы национальной безопасности. Что они собой представляют?
В самом общем виде под угрозами национальной безопасности
понимается совокупность условий и факторов, препятствующих реализации жизненно важных интересов личности, общества и государства, создающих опасность национальным интересам и национально-
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
169
му образу жизни. То есть в приведенной формулировке угроза определяется посредством понятия «опасность», которое означает способность причинять какой-либо вред, несчастье; возможность чего-либо
опасного, какого-нибудь несчастья, вреда.
В Концепции национальной безопасности Республики Беларусь
«под угрозой национальной безопасности понимаются действия, явления и процессы (или их совокупность), препятствующие реализации жизненно важных интересов личности, общества и государства»
[52, с. 5].
Угрозы национальной безопасности весьма многообразны и в самом общем виде их классификация выглядит следующим образом:
1. В зависимости от источника опасности угрозы безопасности
могут быть:
– внешние;
– внутренние.
2. По степени сформированности угрозы подразделяются:
– на потенциальные;
– на реальные.
3. В зависимости от характера угрозы и источника ее возникновения угрозы делятся:
– на природные;
– на техногенные;
– на социогенные.
4. По сферам (средам) и областям деятельности выделяются
угрозы:
– в экономической сфере;
– в социальной сфере;
– в политической сфере;
– в оборонной (военной) сфере;
– в международной сфере;
– в информационной среде;
– в экологической среде;
– в пограничной области и др.
5. По степени субъективного восприятия угрозы могут быть:
– завышенные;
– заниженные;
– адекватные;
– мнимые;
– неосознанные.
170
Глава 3
Как уже отмечалось, в Концепции национальной безопасности
Республики Беларусь жизненно важные интересы, основные факторы,
создающие угрозу национальной безопасности и приоритетные направления обеспечения национальной безопасности определены для
каждой из основных сфер общественной жизни, а именно – в политической, экономической, военной, экологической, информационной
и гуманитарной сферах.
В целом все выделенные выше по различным критериям виды
угроз оказывают то или иное (большее или меньшее) влияние на
формирование, развитие и практическую деятельность системы обеспечения национальной безопасности.
В наиболее общем виде система обеспечения безопасности
представляет собой специально созданную и конституированную совокупность субъектов: установлений, институтов, органов, а также
граждан, которые в рамках законодательства осуществляют согласованную по целям, средствам, методам и направлениям деятельность
по защите жизненно важных интересов личности, общества и государства.
Центральное место в системе обеспечения безопасности занимают ее институты. В обобщенном, формализованном виде они представляют собой:
– своеобразные средства и способы объективации и репрезентации потребностей и интересов социальных субъектов, связанных со
сферой безопасности личности, общества, государства;
– опредмеченные результаты общественных отношений, итоги
дифференциации человеческой деятельности в указанной области;
– сформированные определенные организации (государственные органы и общественные объединения), в рамках которых протекает деятельность по обеспечению безопасности;
– наконец, как группы людей (с их социальными статусами, ролями и нормами), ассоциированные в рамках этих органов и организаций.
В заключительном, 8-м разделе Концепции национальной безопасности Республики Беларусь система обеспечения национальной
безопасности определена как «…совокупность субъектов обеспечения
национальной безопасности, объединенных целями и задачами по защите жизненно важных интересов личности, общества и государства,
которые осуществляют согласованную деятельность в рамках законодательства» [52, с. 6].
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
171
Здесь же указано, что субъектами системы обеспечения национальной безопасности являются государственные органы, организации, общественные объединения, а также граждане.
Общее руководство системой обеспечения национальной безопасности осуществляет Президент Республики Беларусь, который реализует свои полномочия в этой сфере через Совет Безопасности и Совет
Министров Республики Беларусь, а функционирование системы обеспечения национальной безопасности организуется в соответствии с законодательством Республики Беларусь, регламентирующим отношения
между субъектами системы.
В Концепции определены требования к системе обеспечения
национальной безопасности, а именно:
– способность системы к своевременному реагированию на изменения внешней и внутренней обстановки и самосовершенствованию по мере накопления информации об угрозах и опыта их предупреждения и нейтрализации;
– полнота и достоверность информации о реальных и потенциальных угрозах, способность создания организационных механизмов
обеспечения национальной безопасности, наличие сил и средств;
– способность выполнения системой заданных функций в условиях неполной, противоречивой и нерегулярно поступающей информации об угрозах;
– сочетание централизации управления системой обеспечения
национальной безопасности с самостоятельностью ее отдельных элементов;
– оперативность выработки и принятия решений, их адекватность угрозам национальной безопасности;
– способность эффективного использования сил и средств системы обеспечения национальной безопасности и координации усилий
всех ее элементов.
Основными функциями системы обеспечения национальной
безопасности являются:
– анализ и оценка текущего состояния национальной безопасности;
– определение приоритетных направлений укрепления национальной безопасности в основных сферах жизнедеятельности личности, общества и государства;
– разработка и осуществление оперативных и долговременных
мер по предупреждению, выявлению и прогнозированию внутренних
и внешних угроз, а также принятие мер по их нейтрализации или локализации;
172
Глава 3
– поддержание сил и средств системы обеспечения национальной безопасности в готовности, разработка и осуществление мер по
их эффективному взаимодействию и использованию в повседневных
условиях и при чрезвычайных ситуациях;
– контроль за деятельностью государственных органов, организаций, в том числе общественных объединений, а также граждан, занятых в сфере обеспечения национальной безопасности;
– информирование граждан республики по вопросам обеспечения национальной безопасности.
Среди многих иных государственных институтов в системе
обеспечения безопасности свое место занимают и институты, обеспечивающие безопасность жизнедеятельности личности и общества,
а также их защиту от чрезвычайных ситуаций природного, техногенного, социогенного и комбинированного характера. Все эти институты объединены в Государственную систему предупреждения чрезвычайных ситуаций и ликвидации их последствий, а также в систему
гражданской защиты и гражданской обороны, ядром которых выступают органы и подразделения по чрезвычайным ситуациям.
Обобщая указанные подходы, можно сделать вывод о том, что
современная наука, как правило, трактует безопасность как состояние
защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства. Феномен безопасности имеет исключительно многоплановый характер. Безопасность функционирует как самостоятельная система, а также во взаимодействии с другими системами, гармоничное
развитие, целостность, единство которых она или обеспечивает, или
разрушает.
При всей полярности подходов к проблемам безопасности исследователи вынуждены констатировать, по сути, вечный характер
опасностей и угроз (поскольку их глубинные причины кроются в альтернативности всего сущего), а также вытекающую из этого неизбывную и всевозрастающую потребность в безопасном существовании
и устойчивом развитии со стороны человека, общества, государства.
С экстремологических позиций важно подчеркнуть, что так как
экстремальные явления, процессы и связанные с ними экстремальные
ситуации имеют всеобщий характер и при определенных внутренних
и внешних условиях могут проявиться во всех областях
и на всех уровнях живой и неживой природы, представляя угрозу
и опасность существованию человека и окружающей среды, то и система безопасности должна носить всеобъемлющий характер, распространяясь на природную, техногенную и социогенную сферы.
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
173
В то же время сама жизнь подтверждает, что безопасность может быть обеспечена только в том случае, когда она включает в себя
действенную систему предупреждения и ликвидации последствий
многообразных природных, техногенных, социогенных и комбинированных чрезвычайных ситуаций мирного и военного времени.
Как показывает мировой и отечественный опыт, такого рода задачи призваны решать гражданская защита и оборона населения и территорий. При всей важности гражданской защиты и обороны это только
один из компонентов комплексной системы национальной безопасности. И следовательно, необходимо всестороннее научное исследование
места и роли гражданской защиты в системе национальной безопасности, ее положения и структурно-функциональных связей с государственными органами, производственными и общественными организациями. Именно на такой теоретико-методологической основе должна
строиться система гражданской защиты населения и территорий, призванная обеспечить оптимизацию и снижение рисков и потерь в условиях природных, техногенных, социогенных (в том числе военнополитических) и комбинированных чрезвычайных ситуациях мирного
и военного времени.
3.2. Основы гражданской защиты населения
и территорий в чрезвычайных ситуациях.
Основные задачи гражданской обороны
В жизни современного человечества все большее место занимают
проблемы, связанные с преодолением различных экстремальных и кризисных явлений природного и техногенного характера, возникающих
в ходе развития земной цивилизации, а также с опасностями, обусловленными войнами и вооруженными конфликтами. Войны и терроризм
также следует рассматривать как чрезвычайные ситуации социогенного
(социально-политического) характера.
Увеличение количества и расширение масштабов чрезвычайных
ситуаций, влекущих значительные материальные и людские потери
(нередко сопоставимые с потерями в вооруженных конфликтах), делают проблемы обеспечения национальной безопасности и защиты
населения и территорий крайне актуальными. Это в полной мере относится как к природно-техногенной и экологической сферам, так
и к области защиты населения и территорий от последствий возможных военных действий и террористических актов.
174
Глава 3
Как показывают современные исследования, защита населения
и территорий от чрезвычайных ситуаций в бывшем СССР на государственном уровне стала носить более или менее системный характер
лишь в послевоенные годы и охватывала она главным образом вопросы, связанные с последствиями ведения военных действий, особенно
с появлением и опасностью применения ядерного оружия. Все это
было отражено в содержании и направлениях развития гражданской
обороны страны на предыдущих этапах.
Что же касается содержания ее нынешнего этапа развития,
то здесь решающее влияние оказали уже обстоятельства мирного периода и в первую очередь – тяжелейшие последствия катастрофы на
Чернобыльской АЭС, многочисленные террористические акты, войны
в Югославии, Ираке и др. Именно эти экстремальные события катастрофического характера, принесшие огромные человеческие жертвы
и материальный ущерб, заставили по-новому взглянуть на вопросы
защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций. Стало
понятно, что чрезвычайные ситуации и их последствия опасны как
в военное, так и в мирное время.
В теоретическом и в практическом плане очевидно, что общими
основаниями для подготовки и осуществления мероприятий по защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций как мирного,
так и военного характера являются:
– риск для человека подвергнуться воздействию поражающих
факторов опасных природных явлений, стихийных и иных бедствий,
техногенных аварий и катастроф, а также современных средств поражения, воздействие которых во многом аналогично по характеру
и результатам;
– право на охрану здоровья, благоприятную окружающую среду,
достоверную информацию об ее состоянии и возмещение ущерба, защиту жизни, здоровья и личного имущества в случае возникновения
чрезвычайных ситуаций, предоставленное международным и национальным законодательством;
– регламентированная законодательством обязанность всех граждан участвовать в обеспечении безопасности и защите населения от
чрезвычайных ситуаций.
С учетом указанных и многих других обстоятельств как в Беларуси, так и во многих других странах в настоящее время создается
и формируется новая по своим целям, задачам и функциям система
гражданской защиты от чрезвычайных ситуаций, которая по содер-
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
175
жанию должна соответствовать не только современным реалиям
и требованиям, но и учитывать перспективные угрозы чрезвычайных
ситуаций в будущем человеческой цивилизации в целом и каждой
страны в отдельности.
Как уже отмечалось, основные заботы по обеспечению безопасности и защите от чрезвычайных ситуаций берет на себя государство.
Такая практика уже давно сложилась в мировом сообществе, и каждое
государство в зависимости от своих специфических внешних и внутренних условий так или иначе решает эти задачи. В данном отношении не является исключением и наша страна.
В соответствии с Конституцией Республики Беларусь (ст. 59, 107)
вопросы регулирования и защиты прав и свобод человека и гражданина, обороны и безопасности, а также осуществление мер по борьбе
с катастрофами, стихийными бедствиями, эпидемиями и ликвидации
их последствий находятся в ведении государственных органов и Правительства Республики Беларусь. Конституцией определены и полномочия органов государственного управления, которые:
– разрабатывают и реализуют государственную политику в области обеспечения безопасности личности, общества и государства;
– руководят Государственной системой по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и гражданской обороне (ГСЧС и ГО);
– осуществляют деятельность по предотвращению стихийных
бедствий, аварий и катастроф, уменьшению их опасности и ликвидации их последствий.
Это подтверждает, что деятельность по обеспечению безопасности является одной из важнейших функций государства, а обеспечение
гражданской защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций является одной из его важнейших задач. Неслучайно, что в Концепции национальной безопасности Республики Беларусь особо отмечается как необходимость «создания условий безопасного проживания
населения и территорий от чрезвычайных ситуаций» [52, п. 5.1.5],
так и «совершенствования Государственной системы предупреждения
чрезвычайных ситуаций и ликвидации их последствий» [52, п. 5.3.13].
С целью эффективного решения задач по защите населения
и территорий как в Беларуси, так и в других странах заблаговременно
создаются государственные структуры (системы) предупреждения
и ликвидации чрезвычайных ситуаций. Данные системы призваны
осуществлять комплекс мероприятий по защите населения в чрезвычайных ситуациях мирного и военного времени и обеспечивать решение следующих основных задач, указанных в Законе «О защите насе-
176
Глава 3
ления и территорий от чрезвычайных ситуаций природного
и техногенного характера» [92]:
– разработка и реализация правовых и экономических норм по
обеспечению защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций;
– осуществление целевых научно-технических программ, направленных на предупреждение чрезвычайных ситуаций и повышение устойчивости функционирования организаций, а также объектов
социального назначения в чрезвычайных ситуациях;
– обеспечение готовности к действиям органов управления по
чрезвычайным ситуациям, сил и средств, предназначенных и выделяемых для предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций;
– создание республиканского, отраслевых, территориальных,
местных и объектовых резервов материальных ресурсов для ликвидации чрезвычайных ситуаций;
– сбор, обработка, обмен и выдача информации в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций;
– подготовка населения к действиям в чрезвычайных ситуациях;
– прогнозирование и оценка социально-экономических последствий чрезвычайных ситуаций;
– осуществление государственной экспертизы, надзора и контроля в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций;
– ликвидация чрезвычайных ситуаций;
– осуществление мероприятий по социальной защите населения,
пострадавшего от чрезвычайных ситуаций, проведение гуманитарных
акций;
– реализация прав и обязанностей населения в области защиты
от чрезвычайных ситуаций, а также лиц, непосредственно участвующих в их ликвидации;
– международное сотрудничество в области защиты населения
и территорий от чрезвычайных ситуаций;
– планирование и осуществление комплекса мер по защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций;
– организация и осуществление мер по подготовке к проведению мероприятий гражданской обороны;
– оперативное доведение до государственных органов и других
организаций и населения сигналов оповещения и информации о возникающих чрезвычайных ситуациях, порядке и правилах поведения
в сложившейся обстановке;
– мониторинг и прогнозирование чрезвычайных ситуаций.
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
177
С учетом вышеуказанных и других задач обеспечения безопасности и защиты населения и территорий 9 июня 2004 года был подписан Указ Президента Республики Беларусь № 277 «Об утверждении
Концепции совершенствования государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и гражданской обороны
на 2004–2007 годы» [92, с. 277–284]. Данная Концепция представляет
собой систему взглядов относительно направлений построения надежной и эффективной защиты населения и территорий от чрезвычайных
ситуаций природного и техногенного характера и опасностей, возникающих при ведении военных действий или вследствие этих действий.
В Концепции отмечается, что совершенствование государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций
и гражданской обороны представляет собой важный социальный
и идеологический фактор, затрагивающий интересы всего населения
республики. По сути – это инструмент улучшения деятельности государственных органов и иных государственных организаций, направленной на повышение устойчивости функционирования экономики, разработку и внедрение в производство новых технологий, воспитание
гражданской ответственности за обеспечение безопасности каждого человека и общества в целом [92, с. 279].
Непосредственную правовую базу деятельности ГСЧС по защите населения и территорий составляют Законы Республики Беларусь
«О пожарной безопасности», «О радиационной безопасности населения», «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций
природного и техногенного характера», «Об аварийно-спасательных
службах и статусе спасателей», «О промышленной безопасности
опасных производственных объектов», «О чрезвычайном положении», «О гражданской обороне», постановления Правительства по
вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций
и многие другие законодательные и нормативные акты [92].
Вышеназванные законы являются основополагающими законодательными актами, устанавливающими общие организационноправовые нормы в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций. Указанные законы регулируют важнейшие вопросы деятельности государственных структур и местных органов
власти, определяют границы зон чрезвычайных ситуаций, а также
систему подготовки населения в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций.
В частности, Закон «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» определяет
178
Глава 3
общие организационно-правовые нормы в области защиты граждан,
всего земельного, водного, воздушного пространства в пределах Беларуси, объектов производственного и социального назначения, а также
окружающей природной среды от чрезвычайных ситуаций природного
и техногенного характера [92, с. 38]. В данном Законе указывается содержание основных понятий и целевых функций, выполнение которых
позволяет решать задачу противодействия чрезвычайным ситуациям
в соответствии с интересами личности, общества и государства.
Первая целевая функция – это «предупреждение чрезвычайных
ситуаций – комплекс мероприятий, проводимых заблаговременно
и направленных на максимально возможное уменьшение риска возникновения чрезвычайных ситуаций, а также на сохранение здоровья
людей, снижение размеров вреда, причиненного окружающей среде,
и материального ущерба в случае их возникновения» [92, с. 39].
Таким образом, вся деятельность органов управления и сил ГСЧС носит прежде всего профилактический (упреждающий) характер, основанный на мониторинге и прогнозировании чрезвычайных ситуаций,
представляющих собой «своевременное определение вероятности угроз возникновения чрезвычайных ситуаций с отражением их возникновения и развития на основе анализа возможных причин и источников их возникновения в прошлом и настоящем» [92, с. 39].
Вторая целевая функция – снижение количества возможных потерь и объемов ущерба от чрезвычайных ситуаций (т. е. уменьшение
масштабов их последствий). Данная функция отражает факт осознания невозможности полного предотвращения всех чрезвычайных ситуаций и вытекающей из этого необходимости заблаговременно осуществлять специальные предупредительные и оперативные меры,
направленные на минимизацию вероятного урона. Очевидно, что деятельность по выполнению указанной функции также носит профилактический характер.
Третья целевая функция – ликвидация чрезвычайных ситуаций
и их последствий. Ликвидация чрезвычайных ситуаций в указанном
выше законе определена как ликвидация чрезвычайных ситуаций –
«аварийно-спасательные и другие неотложные работы (АСДНР), проводимые при возникновении чрезвычайных ситуаций и направленные
на спасение жизни и сохранение здоровья людей, снижение размеров
вреда, причиненного окружающей среде, и материального ущерба,
а также на локализацию зон чрезвычайных ситуаций» [92, с. 39].
Необходимость выполнения таких работ предопределена тем,
что, несмотря на все предпринимаемые меры по предупреждению
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
179
и снижению рисков возникновения ЧС, а также по минимизации потерь и ущерба, чрезвычайные ситуации исключить из жизни современного общества практически невозможно. К сожалению, в настоящее время чрезвычайные ситуации происходят практически постоянно.
Будут они происходить и в будущем, имея каждый раз определенные
масштабы и сопровождаясь теми или иными негативными последствиями, которые затем необходимо устранять с помощью специально
подготовленных сил, средств и методов.
В Законе «О защите населения и территорий от чрезвычайных
ситуаций природного и техногенного характера» также определены
основные принципы защиты населения и территорий.
К числу данных принципов относятся:
– заблаговременное проведений мероприятий, направленных на
предупреждение чрезвычайных ситуаций, а также на максимально возможное снижение размеров материального ущерба и вреда, причиненного здоровью людей и окружающей среде в случае их возникновения;
– планирование и осуществление мероприятий по защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций с учетом экономических,
природных и иных характеристик, особенностей территорий и степени
реальной опасности возникновения чрезвычайных ситуаций;
– необходимая достаточность и максимально возможное использование сил и средств при определении объема и содержания мероприятий по защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций [92, с. 46].
Указанные принципы получили свое дальнейшее развитие в Законе «Об аварийно-спасательных службах и статусе спасателей» от
22 июня 2001 года. В частности, в статье 5 данного Закона указаны
основные принципы деятельности аварийно-спасательных служб.
Такими принципами являются:
– гуманизм и милосердие;
– приоритетность задач спасания жизни, сохранения здоровья
людей и снижения размеров вреда, причиняемого окружающей среде,
при возникновении чрезвычайных ситуаций;
– единоначалие руководства аварийно-спасательными службами;
– обязательность проведения аварийно-спасательных работ;
– обеспечение безопасности при проведении аварийно-спасательных
работ [92, с. 102].
Следует иметь в виду, что понятие «защита населения» имеет
две трактовки: широкую – общую и более узкую – целенаправленную,
специфическую.
180
Глава 3
Первая связана с положениями Закона «О защите населения
и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного
характера», по которому под защитой фактически понимается вся
деятельность по противодействию чрезвычайным ситуациям и направленных на:
– во-первых, предохранение людей от чрезвычайных ситуаций;
– во-вторых, обеспечение смягчения этих воздействий;
– в-третьих, оказание людям конкретной помощи в чрезвычайных условиях.
Вторая трактовка данного понятия исходит из представления
о том, что защита населения и территорий заключается в проведении
определенных видов защитных мер.
При этом следует учитывать, что защита населения от чрезвычайных ситуаций – это совокупность специальных мероприятий,
взаимоувязанных по месту, времени проведения, цели и ресурсам, направленных на предотвращение или предельное снижение потерь населения и угрозы его жизни и здоровью от поражающих факторов
чрезвычайных ситуаций.
В свою очередь защита территорий – это комплекс специальных мероприятий, направленных на снижение тяжести последствий
чрезвычайных ситуаций, возникающих в мирное и военное время, на
объектах производственного и социального назначения, а также в окружающей среде.
В комплекс мероприятий по защите территорий входят:
– инженерно-технические мероприятия по оборудованию местности специальными сооружениями;
– оборудование территорий в интересах гражданской защиты
и гражданской обороны (подготовка загородной зоны для жизнеобеспечения эвакуируемого населения, усовершенствование транспортных магистралей, резервирование водоисточников и др.);
– надзор за состоянием имеющихся инженерных сооружений
(плотин, дамб, каналов и т. п.);
– специальная обработка территории при чрезвычайных ситуациях (дегазация, дезактивация, дезинфекция).
В последние годы учеными и специалистами в области обеспечения безопасности и защиты от чрезвычайных ситуаций отстаивалась
идея о необходимости пересмотра традиционных подходов к защите населения с учетом изменений, происходящих в международных отношениях, изменений во взглядах на характер ведения войны, новых эконо-
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
181
мических условий. Так, например, по мнению специалистов Центра
стратегических исследований МЧС России нужно отказаться от попыток массового накопления противогазов для всего населения, так. как
химическое оружие запрещено и уничтожается; в мирное время противогазы не защищают от промышленных АХОВ; при любых затратах
никогда невозможно обеспечить ими все население, особенно детей; в
нынешних финансово-экономических условиях это очень затратное мероприятие (производство, хранение, освежение и т. д.); многие зарубежные страны отказались от такого пути.
В целом же при определении мер по защите населения и территорий все чаще предлагалось вести речь по существу о двух самостоятельных направлениях, ориентированных на мирное (ГСЧС) и на военное время (ГО). Естественно, что для каждого из них характерны свои
опасности и угрозы, разные подходы, методы и способы защиты, однако есть значительное число общих и аналогичных моментов. В конечном счете такая позиция отстаивалась как исходный организационный
принцип построения единой системы гражданской защиты, которая
в наибольшей степени отвечает современным подходам в обеспечении
безопасности населения и территорий [26, с. 49–50].
Действительно, деятельность в области защиты от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера и деятельность
по гражданской обороне находятся в тесной и неразрывной взаимосвязи. Такая взаимосвязь обусловлена целым рядом факторов и обстоятельств. К ним прежде всего можно отнести:
– единство физических принципов, лежащих в основе многих
поражающих факторов опасных природных явлений, техногенных
аварий и катастроф и современного оружия;
– сходство их воздействия на людей, объекты и окружающую
среду;
– подобие целевых функций организационных систем, противодействующих природным и техногенным угрозам и военным действиям для гражданского населения;
– возможность решать эти задачи в мирное и военное время во
многом одними и теми же органами управления, силами и средствами.
Разделяя такой подход к решению данной проблемы, на наш
взгляд, необходимо прежде всего четче определить сущность и содержание каждого их двух используемых терминов: во-первых – понятия
«гражданская защита» и, во-вторых, понятия «гражданская оборона».
Правильная трактовка каждого из данных двух понятий актуальна
182
Глава 3
не только как одна из теоретических проблем научной концепции
безопасности. Это еще более важно для практики, поскольку данные
понятия используются как ключевые термины, определяющие направленность, содержание и организацию деятельности Государственной
системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций,
а также органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям. Четкое
соотнесение и разграничение терминов «гражданская защита» и «гражданская оборона» необходимо как между собой, так и в соотношении
с другими принципиально важными в данной сфере деятельности понятиями (такими как «Государственная система по предупреждению
и ликвидации чрезвычайных ситуаций», «Министерство по чрезвычайным ситуациям», «органы и подразделения по ЧС» и др.).
В свою очередь, отсутствие точности и определенности в употреблении и применении понятий «гражданская защита» и «гражданская оборона» приводит к тому, что эти понятия используются либо
как синонимы, либо как термины, очень близкие по своему значению
относительно понятия «предупреждение и ликвидация чрезвычайных
ситуаций». Подобная терминологическая неопределенность опасна
прежде всего тем, что она может привести к организационным
и функциональным сбоям в управлении и функционировании Государственной системы по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и органов и подразделений МЧС. Очевидно, что в такой
ситуации нельзя обойтись без серьезных научных проработок этой
проблематики, включающих изучение практического опыта решения
подобных задач. Каковы же исходные принципы их решения?
Обратимся, прежде всего, к международному опыту разрешения
данной проблемы. Следует отметить, что еще в Комментариях к статье 61 Дополнительного Протокола к Женевским Конвенциям от 12 августа 1949 года (часть IV, раздел I, глава VI), уточняющих определения
и сферу применения гражданской защиты и обороны, обращалось внимание на сходство и различие понятий «Protection Civile – гражданская
защита» и «Defense Civile – гражданская оборона» [50].
Суть разъяснений по этому поводу сводится к тому, что первое
понятие («гражданская защита») является более широким по своему
значению и включает в себя мероприятия, которые связаны не только
с ситуациями военного времени, но и «охватывает стихийные бедствия, а также другие катастрофы, не являющиеся последствиями военных действий…, например, наводнение или утечка ядовитого газа
с химического завода…».
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
183
В свою очередь, более узкое понятие «гражданская оборона»
ориентировано, прежде всего, на защиту населения и территорий
от угроз и последствий вооруженных конфликтов.
В последние годы такая позиция достаточно четко и последовательно изложена в ряде работ ученых и практиков в области чрезвычайных ситуаций [26, с. 49–50]. Принципиально важным при этом является то, что в системе гражданской защиты (и соответствующей
теории) выделяется два основных блока (две подсистемы):
– блок (подсистема) предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций мирного времени;
– блок (подсистема) гражданской обороны населения и территорий от угроз и рисков военного характера.
Очевидно, что оба этих блока (обе подсистемы) имеют достаточно выраженную направленность, специфику и определенность.
В то же время они тесно взаимосвязаны по целям, содержанию и организации в зависимости от конкретных условий функционирования
и обстоятельств. Неслучайно, что статья 61 указанного Дополнительного Протокола к Женевским Конвенциям, давая приведенный далее
перечень задач гражданской обороны, предусматривает возможность
их решение и в период бедствий (природных и техногенных ЧС) мирного времени.
Характерно, что приведенный выше подход к пониманию и соотношению понятий «гражданская защита» (наиболее широкого по
своему содержанию) и входящих в его содержание понятий «предупреждение и ликвидация ЧС» и «гражданская оборона» четко реализуется при их использовании в «Концепции совершенствования государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных
ситуаций и гражданской обороны на 2004–2007 годы», утвержденной
Указом Президента Республики Беларусь № 277 от 9 июня 2004 года
[92, с. 277–284].
В частности, в Концепции отмечается, что дальнейшее совершенствование государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и гражданской обороны с учетом возможности решения задач по защите населения и территорий
от чрезвычайных ситуаций одними и теми же органами государственного управления, силами и средствами, сходства способов защиты государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных
ситуаций и гражданской обороны позволит создать единую государственную систему защиты населения и территорий от чрезвычайных
184
Глава 3
ситуаций (единое правовое обеспечение, единые органы управления,
единая система связи и оповещения, единые силы и средства).
Данная Концепция в качестве основных задач совершенствования
государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и гражданской обороны определяет следующие:
– формирование единых органов государственного управления
в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций;
– создание единых сил и средств, предназначенных для проведения аварийно-спасательных и других неотложных работ по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, обеспечение их постоянной готовности;
– создание современной системы управления силами и средствами
единой государственной системы защиты населения и территорий
от чрезвычайных ситуаций;
– выработка единых подходов к подготовке руководящего состава органов управления и невоенизированных формирований, входящих
в единую государственную систему защиты населения и территорий
от чрезвычайных ситуаций, а также обучению населения способам
защиты от чрезвычайных ситуаций;
– создание централизованной системы оповещения руководящего состава органов управления, входящих в единую государственную
систему защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций,
и населения, функционирующей в мирное и военное время;
– создание единых резервов материальных и финансовых ресурсов, предназначенных для предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций [92, с. 281–282].
Неслучайно, что в нашей республике как решение повседневных
задач возложенных на ГСЧС и ГО, так и решение задач, направленных на формирование единой системы гражданской защиты населения и территорий, возложены на один и тот же орган государственного управления – МЧС Республики Беларусь.
Обобщающий принцип обеспечения надежной и всесторонней
гражданской защиты населения и территорий от их возможных угроз
и их последствий – безопасность человека и территорий на благо нынешнего и будущего поколений.
Учитывая приведенные и некоторые другие положения международных и национальных нормативно-правовых актов, во многих
странах накоплен значительный опыт практического решения вопросов гражданской обороны населения и территорий. Она организуется
и проводится в соответствии с определенными принципами. Их пра-
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
185
вовая основа была сформирована еще при появлении оружия массового поражения, когда в 1963 году были разработаны «Основные
принципы защиты населения от оружия массового поражения».
Эти принципы до настоящего времени сохраняют свою значимость
и в современных условиях находят свое выражение в принципах формирования и реализации государственной политики в области гражданской защиты и гражданской обороны различных стран, в том числе Республики Беларусь. В качестве таких основных принципов
выступают следующие положения:
– защите от опасностей, возникающих при чрезвычайных ситуациях и ведении военных действий или вследствие их, подлежит все
население Беларуси, а также иностранные граждане и лица без гражданства, находящиеся на ее территории;
– организация и ведение гражданской защиты является обязательной функцией всех органов государственной власти, органов местного самоуправления и организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, долгом и обязанностью
каждого гражданина;
– гражданская защита организуется и ведется в строгом соответствии с международными договорами и соглашениями, Конституцией
Республики Беларусь, законами и другими нормативно-правовыми
актами;
– мероприятия по подготовке к защите и по защите населения
и территорий от опасностей, возникающих чрезвычайных ситуациях
и при ведении военных действий или вследствие их, планируются заблаговременно, осуществляются, по возможности, в мирное время,
наращиваются в угрожаемый период и доводятся до требуемых объемов с началом войны или вооруженных конфликтов;
– мероприятия гражданской защиты планируются и реализуются
с учетом разумной достаточности их объемов и сроков, оперативностратегической и экономической обоснованности;
– защита организуется с учетом разделения предметов ведения
и полномочий между органами государственной власти и органами
местного самоуправления, сочетания централизма в управлении мероприятиями гражданской защиты с сохранением за нижестоящими
уровнями необходимой самостоятельности.
Очевидно, что глубокий и всесторонний анализ проблем гражданской защиты и ее подсистем является одной из актуальных задач
современной науки, а точнее – такой ее составляющей, как теория
186
Глава 3
безопасности и гражданской защиты. Объектом этой теории являются
многообразные чрезвычайные ситуации мирного и военного времени,
а предметом – процесс обеспечения надежной и всесторонней защиты
населения и территорий от их возможных угроз и последствий.
Обратимся теперь непосредственно к анализу сущности, специфики и основных задач гражданской обороны.
Необходимость гражданской обороны населения и территорий
определяется прежде всего тем, что во время военных действий угроза для жизни и здоровья мирного населения, не способного, как правило, защитить себя, намного выше, чем для личного состава вооруженных сил. Поэтому проблема организации гражданской обороны
мирного населения и его имущества от опасностей военного времени
была и остается одной из самых актуальных и важных для любого государства, в том числе и для нашей страны.
Повышение степени защищенности населения и территорий от
опасностей военных действий и их последствий вытекает из анализа
современной обстановки, которая характеризуется небывалой активизацией международного терроризма и возрастанием числа локальных
конфликтов.
События последних десятилетий со всей очевидностью показали
необходимость коренного пересмотра существующих подходов к обеспечению безопасности граждан в связи с изменением подходов некоторых стран к решению международных проблем, в том числе с применением военной силы, а также в связи с изменением способов ведения
вооруженной борьбы. Современные войны имеют преимущественно региональный масштаб, отличаются высокой интенсивностью и скоротечностью. В качестве объектов для поражения, как правило, выбираются объекты экономики, системы жизнеобеспечения промышленных
и административных центров, транспортные коммуникации и другие
объекты, имеющие важное оборонное и экономическое значение.
Международный опыт свидетельствует, что заблаговременное
выполнение организационных, технических и других мероприятий,
направленных на защиту населения и территорий от чрезвычайных
ситуаций, позволяет значительно снизить людские и материальные
потери как при авариях, катастрофах, стихийных бедствиях, а также
террористических акциях, массовых беспорядках, так и в условиях
ведения военных действий.
Учитывая все это, гражданская оборона как составная часть
оборонных мероприятий Республики Беларусь должна быть готова
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
187
выполнять свои задачи в условиях ведения военных действий, а также
при террористических акциях.
Принятый 27 ноября 2006 года Закон Республики Беларусь
«О гражданской обороне» определяет правовые основы гражданской
обороны в Республике Беларусь, полномочия государственных органов, иных организаций, прав и обязанностей граждан в этой сфере,
а также сил, привлекаемых для решения задач гражданской обороны
[92, с. 184–201]. Организация и ведение гражданской обороны являются одной из важнейших функций государства по обеспечению его
безопасности, а «подготовка государства к ведению гражданской
обороны осуществляется заблаговременно в мирное время с учетом
совершенствования средств вооруженной борьбы и средств защиты
населения от опасностей, возникающих при ведении военных действий» [92, с. 186].
Во второй главе данного Закона определены полномочия Президента Республики Беларусь, государственных органов и иных организаций, а также права и обязанности граждан в области гражданской
обороны.
Здесь указано, что Президент Республики Беларусь:
– определяет единую государственную политику в области гражданской обороны;
– утверждает план гражданской обороны Республики Беларусь;
– вводит в действие план гражданской обороны Республики Беларусь на территории Республики Беларусь или в отдельных ее местностях;
– издает правовые акты в области гражданской обороны;
– осуществляет иные полномочия в соответствии с Конституцией
Республики Беларусь и иными законодательными актами [92, с. 187].
Совет Министров Республики Беларусь:
– обеспечивает проведение единой государственной политики
в области гражданской обороны;
– осуществляет руководство гражданской обороной;
– принимает нормативные правовые акты в области гражданской обороны;
– определяет перечень средств гражданской обороны и порядок
оснащения ими органов управления и сил гражданской обороны;
– определяет порядок подготовки, переподготовки и повышения
квалификации кадров в области гражданской обороны, а также порядок обучения населения способам защиты от опасностей, возникающих при ведении военных действий;
188
Глава 3
– вносит на утверждение Президенту Республики Беларусь план
гражданской обороны Республики Беларусь;
– определяет порядок строительства и содержания объектов
гражданской обороны, объемы материальных ресурсов для выполнения мероприятий гражданской обороны, а также размер бюджетных
ассигнований, необходимых для их выполнения, при формировании
бюджета Республики Беларусь на очередной финансовый (бюджетный) год;
– определяет порядок изготовления, выдачи и использования международных отличительных знаков гражданской обороны и удостоверений личности, подтверждающих статус персонала сил гражданской
обороны;
– создает необходимые резервы материальных ресурсов
в составе государственного материального резерва для выполнения
мероприятий гражданской обороны, обеспечивает их содержание;
– определяет порядок и критерии отнесения территорий к соответствующим группам по гражданской обороне и организаций к соответствующим категориям по гражданской обороне;
– утверждает перечень государственных органов и других организаций, подлежащих переводу на работу в условиях военного времени;
– организует разработку и обеспечивает выполнение государственных программ в области гражданской обороны;
– принимает решение и определяет порядок временного отселения населения и эвакуации материальных и историко-культурных
ценностей в безопасные районы;
– осуществляет иные полномочия, предусмотренные законодательством Республики Беларусь [92, с. 188–189].
В статье 7 данного закона определены полномочия Министерства по чрезвычайным ситуациям Республики Беларусь и указывается,
что оно является республиканским органом государственного управления в области гражданской обороны.
При этом Министерство по чрезвычайным ситуациям в пределах своей компетенции:
1) реализует государственную политику в области гражданской
обороны; разрабатывает проект плана гражданской обороны Республики Беларусь;
2) осуществляет разработку и принятие нормативных и иных
правовых актов в области гражданской обороны, а также согласование правовых актов других государственных органов в данной сфере;
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
189
3) осуществляет разработку, принятие и доведение сигналов
оповещения гражданской обороны до населения, государственных
органов и иных организаций;
4) координирует работу республиканских органов государственного управления, иных государственных организаций, подчиненных
Правительству Республики Беларусь, местных исполнительных и распорядительных органов, других организаций в области гражданской
обороны, проводит проверки их деятельности в указанной сфере;
5) выдает в установленном законодательством Республики Беларусь порядке республиканским органам государственного управления,
иным государственным организациям, подчиненным Правительству
Республики Беларусь, местным исполнительным и распорядительным
органам, другим организациям и гражданам имеющие обязательную
силу предписания по вопросам выполнения мероприятий гражданской
обороны;
6) координирует проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в области гражданской обороны, участвует
в их проведении;
7) утверждает учебно-методические пособия и программы подготовки по гражданской обороне;
8) осуществляет подготовку и переподготовку руководящего состава органов управления и сил гражданской обороны, организует
создание и совершенствование учебной базы гражданской обороны;
9) организует обучение населения способам защиты от опасностей, возникающих при ведении военных действий;
10) формирует проект государственного заказа на поставку
средств гражданской обороны;
11) информирует Совет Министров Республики Беларусь о состоянии гражданской обороны в Республике Беларусь;
12) оповещает население, государственные органы и иные организации об опасностях, возникающих (возникших) при ведении военных действий;
13) руководит силами гражданской обороны при выполнении
мероприятий гражданской обороны;
14) мобилизует в соответствии с законодательством Республики
Беларусь отраслевые, территориальные, местные и объектовые резервы материальных ресурсов для ликвидации чрезвычайных ситуаций
при выполнении мероприятий гражданской обороны;
190
Глава 3
15) осуществляет международное сотрудничество в области
гражданской обороны;
16) осуществляет иные полномочия, предусмотренные законодательством Республики Беларусь [92, с. 189–190].
Непосредственное руководство гражданской обороной в нашей
стране осуществляет Совет Министров Республики Беларусь. При
этом Премьер-министр является Начальником гражданской обороны
Республики Беларусь, а руководство гражданской обороной в административно-территориальной единице осуществляет руководитель
местного исполнительного и распорядительного органа, являющийся
по должности начальником гражданской обороны административнотерриториальной единицы [92, с. 194].
В мирное время органами управления гражданской обороной
являются:
– на республиканском уровне — Министерство по чрезвычайным ситуациям;
– на территориальном уровне — областные и Минское городское управления Министерства по чрезвычайным ситуациям;
– на местном уровне — районные (городские) отделы по чрезвычайным ситуациям областных и Минского городского управлений
Министерства по чрезвычайным ситуациям, работники сельских и
поселковых исполнительных комитетов, обеспечивающие выполнение мероприятий гражданской обороны;
– на отраслевом и объектовом уровнях — структурные подразделения (работники) республиканских органов государственного
управления, иных государственных организаций, подчиненных Правительству Республики Беларусь, других организаций, подлежащих
переводу на работу в условиях военного времени, обеспечивающие
выполнение мероприятий гражданской обороны [92, с. 194–196].
В статье 11 Закона Республики Беларусь «О гражданской обороне» указано, что граждане Республики Беларусь в области гражданской обороны имеют право на:
– защиту жизни, здоровья и имущества от опасностей, возникающих (возникших) при ведении военных действий;
– получение полной, достоверной и своевременной информации
об опасностях, возникающих (возникших) при ведении военных действий;
– обращение в государственные органы, иные организации по
вопросам гражданской обороны.
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
191
В то же время данный Закон устанавливает, что граждане Республики Беларусь в области гражданской обороны обязаны:
– соблюдать законодательство Республики Беларусь о гражданской обороне;
– проходить в установленном законодательством Республики
Беларусь порядке обучение способам защиты от опасностей, возникающих при ведении военных действий;
– оказывать при необходимости содействие государственным
органам и иным организациям в проведении аварийно-спасательных
и других неотложных работ;
– принимать участие в установленном законодательством Республики Беларусь порядке в выполнении мероприятий гражданской
обороны [92, с. 194].
Как уже отмечалось, в единой системе гражданской защиты
подсистема предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций
ориентирована на предотвращение и ликвидацию последствий чрезвычайных ситуаций мирного времени, а подсистема гражданской
обороны нацелена, прежде всего, на уменьшение ущерба и снижение
потерь населения в условиях возможных вооруженных конфликтов.
Такое построение гражданской защиты населения и территорий
в полной мере соответствует международному праву. Статья 61
Дополнительного Протокола № 1 от 8 июня 1977 года к Женевским
Конвенциям от 12 августа 1949 года включает не только определения,
но и сферу применения гражданской защиты и обороны. Здесь отмечается, что более узкое понятие «гражданская оборона» ориентировано, прежде всего, на защиту населения и территорий от угроз и последствий вооруженных конфликтов.
Гражданской обороной, указывается в статье 61 Дополнительного Протокола, является выполнение некоторых или всех упомянутых ниже гуманитарных задач, направленных на то, чтобы защитить
гражданское население от опасностей и помочь ему устранить непосредственные последствия военных действий или бедствий, а также
создать условия, необходимые для его выживания. Этими задачами
являются:
1) оповещение;
2) эвакуация;
3) предоставление убежищ и их устройство;
4) проведение мероприятий по светомаскировке;
5) спасательные работы;
192
Глава 3
6) медицинское обслуживание, включая первую помощь, а также религиозная помощь;
7) борьба с пожарами;
8) обнаружение и обозначение опасных районов;
9) обеззараживание и другие подобные меры защиты;
10) срочное предоставление крова и снабжение;
11) срочная помощь в восстановлении и поддержании порядка в
районах бедствия;
12) срочное восстановление необходимых коммунальных служб;
13) срочное захоронение трупов;
14) помощь в сохранении объектов, существенно необходимых
для выживания;
15) дополнительная деятельность, необходимая для осуществления любой из вышеупомянутых задач, включая планирование и организацию, но не ограничивающаяся этим.
Приведенному выше подходу к пониманию сущности и задач
гражданской обороны в полной мере соответствует ее определение
в Законе Республики Беларусь «О гражданской обороне». В статье 1
данного Закона гражданская оборона определена как «составная часть
оборонных мероприятий Республики Беларусь по подготовке к защите и по защите населения, материальных и историко-культурных ценностей на территории Республики Беларусь от опасностей, возникающих (возникших) при ведении военных действий или вследствие
этих действий» [92, с. 184].
Очевидно, что сохраняя преемственность и общий подход к пониманию задач гражданской обороны, в современных правовых документах в полной мере учитываются реальности нынешнего этапа
развития человечества, международных отношений и национальные
особенности. Так, в статье 4 Закона Республики Беларусь «О гражданской обороне» основные задачи гражданской обороны определены следующим образом:
– обучение населения способам защиты от опасностей, возникающих при ведении военных действий;
– подготовка и переподготовка руководящего состава органов
управления и сил гражданской обороны, создание и совершенствование учебной базы гражданской обороны;
– создание и поддержание в постоянной готовности органов
управления и сил гражданской обороны, средств и объектов гражданской обороны;
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
193
– создание, накопление, хранение резервов материальных ресурсов для ликвидации чрезвычайных ситуаций и использование их при
выполнении мероприятий гражданской обороны;
– обеспечение устойчивого функционирования экономики и ее
отдельных объектов, коммуникаций и систем жизнеобеспечения населения в военное время;
– оповещение населения, государственных органов и иных организаций об опасностях, возникающих (возникших) при ведении военных действий;
– временное отселение населения, укрытие в защитных сооружениях, предоставление средств индивидуальной защиты;
– эвакуация материальных и историко-культурных ценностей
в безопасные районы в случае, если существует реальная угроза их
уничтожения, похищения или повреждения;
– проведение аварийно-спасательных и других неотложных работ;
– первоочередное обеспечение населения, пострадавшего от
опасностей, возникших при ведении военных действий, водой, продуктами питания, оказание медицинской помощи и принятие других
необходимых мер;
– обнаружение и обозначение районов, подвергшихся радиоактивному, химическому, биологическому (бактериологическому) и иному заражению;
– санитарная обработка населения, обеззараживание территорий, техники, зданий и других объектов, подвергшихся радиоактивному, химическому, биологическому (бактериологическому) и иному
заражению.
– поддержание общественного порядка в районах, пострадавших
от опасностей, возникших при ведении военных действий [92, с. 186–187].
Подчеркивая преемственность приведенных задач основополагающим нормам международного права в области гражданской обороны, следует заметить, что в статье 2 Закона «О гражданской обороне»
прямо определено, что в случае «если международным договором
Республики Беларусь установлены иные правила, чем те, которые содержатся в настоящем Законе, применяются правила международного
договора» [92, с. 185].
Кроме того, следует заметить, что «разводя» понятия «гражданская защита» и «гражданская оборона», ни в коем случае нельзя терять из виду и их теснейшую взаимосвязь, что было зафиксировано
в международных правовых актах еще в 1949, а затем и в 1977 году.
194
Глава 3
Речь идет о том, что упомянутая выше статья 61 Дополнительного
Протокола к Женевским Конвенциям, давая перечень перечисленных
выше задач гражданской обороны, предусматривает их решение не
только в условиях вооруженных конфликтов, но и в период бедствий
(то есть природных и техногенных чрезвычайных ситуаций) мирного
времени. Это положение конкретизируется в Комментариях к Дополнительному Протоколу указанием о том, что «…создание организаций гражданской обороны должно стимулироваться уже в мирное
время».
Как уже отмечалось, успех защиты населения от чрезвычайных
ситуаций мирного и военного времени достигается в результате комплексного применения различных средств и способов защиты и осуществления специальных мероприятий, обеспечивающих жизнедеятельность в условиях чрезвычайных ситуаций.
При этом главной особенностью организации гражданской обороны при применении (угрозе применения) противником современных средств поражения является необходимость обеспечения защиты
населения и выполнения аварийно-спасательных и других неотложных работ в максимально возможных объемах и в предельно сжатые
сроки.
В этих целях:
– приводятся в техническую и оперативную готовность защитные сооружения гражданской обороны и пункты управления;
– производятся работы по дооборудованию существующих заглубленных помещений и ускоренному строительству недостающих
простейших укрытий с последующим их дооборудованием до уровня
противорадиационных укрытий;
– разбронируются средства индивидуальной защиты и организуется выдача их соответствующим категориям населения;
– приводятся в полную готовность системы и средства оповещения, силы и средства наблюдения и контроля;
– уточняются планы общей и частичной эвакуации населения,
в необходимых случаях из отдельных районов производится отселение;
– по заранее разработанным ускоренным программам организуется и в массовом порядке проводится обучение населения способам
защиты от современных средств поражения и действиям в условиях
чрезвычайных ситуаций военного времени;
– на предприятиях, продолжающих работу в военное время и не
имеющих достаточного количества убежищ, сооружаются быстровоз-
Национальная безопасность и гражданская защита населения…
195
водимые убежища для укрытия наибольшей работающей смены
и формируются необходимые системы жизнеобеспечения;
– приводятся в готовность невоенизированные формирования
гражданской обороны, при необходимости часть формирований выводится в загородную зону. Создается группировка сил и средств для
ведения АСДНР;
– проводится комплекс мероприятий по информированию населения об обстановке, его морально-психологической адаптации к
сложившимся условиям;
– развертывается коечная сеть больничной базы в загородной зоне;
– проводится массовая вакцинация населения и другие мероприятия экстренной и специфической профилактики;
– при необходимости вводятся специальные режимно-ограничительные меры и правила поведения населения;
– осуществляются мероприятия по световой маскировке городов, населенных пунктов и объектов экономики.
Безусловно, что каждое из указанных мероприятий гражданской
обороны представляет собой сложный комплекс организационных,
технических и многих других проблем, являющихся предметом отдельных специальных исследований и реализуемых в практической
деятельности органов, сил и специалистов по каждому из конкретных
направлений. Однако их анализ и рассмотрение выходит далеко за
рамки настоящей работы.
В целом, как вытекает из изложенного материала, гражданская
защита населения и территорий – это широкий комплекс мероприятий, обеспечивающий максимально возможное уменьшение риска
возникновения чрезвычайных ситуаций, а также снижение вреда
и потерь в случае их возникновения как в условиях мирного, так и военного времени.
Система гражданской защиты объединяет структуры и функции
государственной системы по чрезвычайным ситуациям (ГСЧС), ориентированной на предотвращение и ликвидацию чрезвычайных ситуаций мирного времени и гражданской обороны (ГО), ориентированной на действия в условиях вооруженного конфликта.
В мирное время зона взаимодействия органов и подразделений
по чрезвычайным ситуациям и сил и средств гражданской обороны по
существу в значительной степени совпадает и связана с их совместным участием в ликвидации последствий стихийных бедствий, аварий
и катастроф. Отработка мероприятий и планов подготовки к действи-
196
Глава 3
ям по спасению людей и минимизации ущерба в угрожаемый период
и случае вооруженного конфликта, а также поддержание высокой
боевой готовности оборудования, техники и персонала составляет
главное содержание деятельности сил и средств гражданской обороны в мирное время.
Выводы по третьей главе
1. Безопасность представляет собой специфический социальный
феномен, возникающий в ходе разрешения противоречий между
опасностью как объективной реальностью, и потребностью разумного
существа, социального индивидуума, социальных групп и общностей
в ее предотвращении, локализации и устранении последствий.
2. Обеспечение гражданской защиты населения и территорий от
чрезвычайных ситуаций мирного и военного времени является одной
из важных задач обеспечения национальной безопасности каждой
страны, в том числе и Республики Беларусь.
3. Гражданская защита населения и территорий является одним
из направлений обеспечения безопасности человека и устойчивого
функционирования объектов и отраслей экономики в чрезвычайных
ситуациях природного, техногенного и военного характера. В современных условиях гражданская защита населения и территорий, обеспечивающая надежную безопасность населения и территорий, должна
иметь системный (комплексный) характер и может быть построена
только на основе новейших достижений науки, техники и высоких
технологий.
4. Содержание и основные направления государственной политики в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций зависят от сложившихся внешних и внутренних условий, степени природных, техногенных и социогенных (в том числе военнополитических) угроз, а также от реальных экономических возможностей государства по ее реализации.
В целом, важно еще раз подчеркнуть, что многие прикладные аспекты теории экстремальности, безопасности и гражданской защиты касаются не только глобальных проблем развития цивилизации, мирового
сообщества и каждого государства, но и повседневной жизни каждого
человека в условиях сохраняющейся угрозы, опасности и риска чрезвычайных ситуаций природного, техногенного, социогенного (в том числе
военно-политического) и комбинированного характера.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Общественный прогресс в условиях глобальных вызовов ХХI века, нарастание в развитии человеческой цивилизации угрозы катастрофических изменений, обнаружение тупиковых путей и отклонений,
критических точек и очагов напряженности в обществе, а также связанная со всем этим потребность в снижении рисков чрезвычайных ситуаций делают научное осмысление проблем теории экстремальности,
безопасности и гражданской защиты населения и территорий исключительно многоаспектным и многоуровневым. В настоящей монографии
с теоретико-методологических позиций предпринята попытка анализа
и интерпретации этих основополагающих проблем теории экстремальности, безопасности и гражданской защиты.
Проведенный анализ позволяет прежде всего сделать вывод
о том, что в основе исследования проблем теории экстремальности
находятся философско-методологические принципы, задающие горизонты их видения сквозь призму диалектических переходов количественных изменений в качественные и объясняющие механизмы возникновения экстремальных явлений и процессов как нарушений
равновесия в системе в результате внутренних изменений или внешнего воздействия на нее.
Экстремальная реальность является исключительно динамичной,
сложной и влечет за собой серьезные последствия для поведения любых субъектов управления. Основное содержание проблемного поля
ее аналитики центрируется вокруг понятий «неравновесность», «неустойчивость», «нестационарные состояния систем», «сложность»,
«катастрофическое развитие процессов», «темпоральность», «эволюционная нелинейность» и др. Катастрофы – это предельные случаи
в режиме функционирования социальной либо природной системы,
которые имманентно заключают в себе возможность выхода в экстремальный режим. Современной наукой наработан и применяется
целый ряд принципов и теоретических конструктов, задающих направленность философско-социологического изучения и научного
поиска в области экстремальных процессов, явлений и ситуаций.
198
Заключение
Эффективное развитие теории экстремальности, а на ее основе и решение практических задач по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, невозможно без синергетического видения мира.
Принципиальные идеи современной синергетики служат методологическими ориентирами познания в условиях экстремальной сложности.
Именно синергетика указывает на то, что адекватное «нормальным
условиям» практики так называемое «линейное мышление» может
быть опасным в нелинейно сложной реальности и может терпеть неудачу в установлении правильных диагнозов. Подход к изучению
сложных систем порождает новые следствия в эпистемологии и дает
шанс предотвратить хаос в сложном нелинейном мире. Исходя из
этой позиции необходим комплексный, интегральный подход к изучению чрезвычайных ситуаций, реализуемый в междисциплинарных
исследованиях естественнонаучных, технических, гуманитарных
и специальных наук. Именно на такой основе формируется и будет
развиваться современная теория экстремальности и безопасности
жизнедеятельности.
Поскольку чрезвычайные ситуации относятся к разряду специфических нелинейных объектов с присущими им признаками и характерными чертами, это необходимо учитывать не только в научноисследовательской работе по их изучению, но и в деятельности органов по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций,
а также при подготовке специалистов в вузах МЧС. Очевидно, что такое положение накладывает особый отпечаток на профессиональную
деятельность работников МЧС, непосредственно направленную на
предупреждение и ликвидацию последствий чрезвычайных ситуаций.
Проведенный анализ сущности чрезвычайных ситуаций еще раз
подтверждает ключевое положение субъекта и решающую роль антропогенного фактора в основных характеристиках, структурносодержательных компонентах, многообразных проявлениях (разновидностях) чрезвычайных ситуаций, а также в социальных и психологических аспектах защиты от ЧС и обеспечении безопасной жизнедеятельности населения и территорий.
С учетом этого повышение эффективности организационной,
материально-технической и финансово-экономической деятельности
всех звеньев Государственной системы и органов по предупреждению
и ликвидации чрезвычайных ситуаций представляется исключительно
важным, но не исчерпывающим и даже не решающим фактором снижения рисков чрезвычайных ситуаций и минимизации их последст-
Заключение
199
вий. Как подтверждает проведенный анализ, ключевое значение здесь
имеют уровень воспитанности населения и культура безопасной жизнедеятельности граждан. Социологические опросы различных категорий работников МЧС также показывают исключительное значение их
личностных и профессиональных характеристик для обеспечения
безопасности населения и территорий от чрезвычайных ситуаций различного характера.
Учитывая это, необходимо сосредоточить усилия государственных органов, всех звеньев ГСЧС, учреждений образования и культуры, общественных организаций и всех заинтересованных социальных
структур на интеграции всех сил и средств в области надежной гражданской защиты жизнедеятельности человека, формировании культуры безопасности личности и общества. В числе других средств решения этой задачи значительную роль может сыграть и социология
рисков чрезвычайных ситуаций, своевременно определяющая общественные настроения, мнения и оценки, в том числе по отношению
к проблемам безопасной жизнедеятельности. По отношению к МЧС,
призванному координировать и обеспечивать непосредственное решение задач по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, социологические и социально-психологические исследования
могут представить достаточно полную и достоверную информацию
о состоянии готовности работников ОПЧС к действиям в экстремальных условиях, а также показать возможные пути повышения их эффективности.
В целом анализ теоретико-методологических проблем теории
экстремальности показывает, что в современных условиях гражданская защита населения и территорий, обеспечивающая надежную
безопасность населения и территорий, должна иметь системный
(комплексный) характер и может быть построена только на основе
новейших достижений науки, техники и высоких технологий.
Содержание, основные направления государственной политики в
области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций
зависят от сложившихся объективных условий, степени природных,
техногенных и социогенных (в том числе военно-политических) угроз, а также от реальных экономических возможностей государства
по ее реализации.
Многие прикладные аспекты теории экстремальности, безопасности и гражданской защиты касаются не только глобальных проблем
развития цивилизации, мирового сообщества и каждого государства,
но и повседневной жизни каждого человека. Этот вывод уже осозна-
200
Заключение
ется на государственном уровне, что подтверждает опыт многих
стран по введению в образовательные стандарты общего, среднего
и высшего образования специальных учебных дисциплин, обеспечивающих обучение учащихся основам безопасной жизнедеятельности.
Изучение теоретико-методологических основ теории экстремологиии особенно актуально в специализированных вузах МЧС при подготовке кадров по специальности 1-94 01 01 «Предупреждение и ликвидация чрезвычайных ситуаций». По опыту ГИИ МЧС Республики
Беларусь практически это осуществляется в основном двумя путями.
Во-первых, путем включения в перечень учебных дисциплин
специальных курсов (например: «Опасные природные и техногенные
процессы», «Теория горения и взрыва», «Экономика предупреждения
и ликвидации чрезвычайных ситуаций», «Психолого-педагогическое
обеспечение деятельности органов по предупреждению и ликвидации
чрезвычайных ситуаций» и др.).
Во-вторых, путем выделения в составе традиционных учебных
курсов специальных разделов и тем. В частности, учебная программа по
философии предусматривает изучение раздела «Философия катастроф».
Этот спецкурс предусматривает анализ сущности, характерных черт
и структуры катастроф, их типологии, а также проблем управления
и деятельности в чрезвычайных ситуациях. Программа по политологии
включает спецкурс «Проблемы конфликтологии и гражданской защиты
населения и территорий», где изучаются политическое содержание современных войн и конфликтов, последствия военных действий, классификация социально-политических чрезвычайных ситуаций и их особенности, основные принципы и задачи гражданской защиты населения
в условиях вооруженного конфликта и при ликвидации его последствий.
Безусловно, что изучение теоретико-методологических основ
общей и социальной экстремологии, теории безопасности и гражданской защиты имеет особое значение для будущих специалистов по
предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, для всех работников МЧС.
В целом все это позволяет сделать общий вывод о необходимости комплексного подхода к изучению и практическому решению
проблем снижения рисков чрезвычайных ситуаций различного характера и обеспечения надежной безопасности и защиты населения, территорий и каждого отдельного человека. Только на такой основе может успешно функционировать система безопасности и гражданской
защиты каждого государства, в том числе Республики Беларусь.
ЛИТЕРАТУРА
1. Алексеев, С. В. Национальная безопасность Российской Федерации: понятийный аспект / С. В. Алексеев // Безопасность : информ. сб. – 1997. – № 3–4. – С. 104–111.
2. Антология мировой философии : в 4 т. / редкол.: В. В. Богатов,
Ш. Ф. Мамедов. – Москва : Мысль, 1976. – Т. 4. – 446 с.
3. Аристотель. Сочинения : в 4 т. / Аристотель. – Москва : Мысль,
1976. – Т. 1 : Метафизика. – 550 с.
4. Арнольд, В. И. Теория катастроф / В. И. Арнольд. – 3-е изд. – Москва : Наука, 1990. – 128 с.
5. Асеев, В. А. Экстремальные принципы в естествознании и их философское содержание / В. А. Асеев. – Ленинград : ЛГУ, 1977. –
231 с.
6. Баблоянц, А. Молекулы, динамика и жизнь. Введение в самоорганизацию материи / А. Баблоянц. – Москва : Мир, 1990. – 374 с.
7. Бабосов, Е. М. Катастрофы: социологический анализ / Е. М. Бабосов. – Минск : Наука и техника, 1995. – 472 с.
8. Бабосов, Е. М. Социальные и психологические аспекты защиты от
чрезвычайных ситуаций / Е. М. Бабосов // Чрезвычайные ситуации: теория, практика, инновации : материалы Междунар. науч.практ. конф. ГИИ МЧС, Гомель, 28–29 сент. 2006 г. – Гомель,
2006.
9. Бабосов, Е. М. Социальные последствия Чернобыльской катастрофы, пути их преодоления / Е. М. Бабосов. – Минск : БТНинформ, 2001. – 220 с.
10. Бабосов, Е. М. Социальное эхо Чернобыльской катастрофы: двадцать лет спустя / Е. М. Бабосов. – Гомель : Ин-т радиологии,
2005. – 134 с.
11. Баранов, Н. П. Экстремальные ситуации: методология анализа :
учеб. пособие / Н. А. Баранов. – Минск : Воен. акад. Респ. Беларусь, 1997. – 116 с.
202
Литература
12. Баранов, Н. П. Типы экстремальных ситуаций / Н. П. Баранов
// Чалавек. Грамадства. Свет. – 1998. – Вып. 3. – С. 88–101.
13. Баранов, Н. П. Экстремальная ситуация / Н. П. Баранов // Новейший филос. слов. / сост. А. А. Грицанов. – Минск : Книж. дом,
2003. – С. 839.
14. Бариев, Э. Р. Чрезвычайные ситуации: образование и наука
/ Э. Р. Бариев // Науч.-практ. журн. ГИИ МЧС Респ. Беларусь. –
2006. – Т. 1, № 1. – С. 4.
15. Бестужев-Лада, И. В. Поисковое социальное прогнозирование.
Перспективные проблемы общества. Опыт систематизации
/ И. В. Бестужев-Лада. – Москва : Наука, 1984. – 182 с.
16. Богоявленская, Д. Б. О модели проблемной ситуации. Научное
творчество / Д. Б. Богоявленская. – Москва : Наука, 1969. –
С. 381–386.
17. Бруно, Дж. О причине, начале и едином / Дж. Бруно ; пер. с итал. –
Москва : Соцэкгиз, 1934. – 131 с.
18. Вебер, М. Избранные произведения / М. Вебер ; пер. с нем. ; сост.,
общ. ред. и послесл. Ю. Н. Давыдова. – Москва : Прогресс, 1990. –
805 с.
19. Венициан, П. В. К постановке проблемы ситуации : автореф. дис. …
канд. пед. наук : 19.00.01 / П. В. Венициан ; Моск. пед. ин-т. –
Москва , 1999. – 49 с.
20. Волович, В. Г. Человек в экстремальных условиях природной среды / В. Г. Волович. – Москва : Мысль, 1983. – 223 с.
21. Гегель, Г. Наука логики : в 3 т. / Г. Гегель. – Москва : Мысль,
1970–1972. – Т. 2 : Учение о сущности. – 1971. – 248 с.
22. Гегель, Г. Энциклопедия философских наук : в 3 т. / Г. Гегель. –
Москва : Мысль, 1974. – Т. 1 : Наука логики. – 454 с.
23. Гераклит. История античной диалектики / Гераклит. – Москва :
Мысль, 1972. – Гл. 4. – С. 71–97.
24. Голиков, Ю. Я. Метод структурно-динамического представления
деятельности для проектирования режимов управления и процесса подготовки операторов: психологические проблемы деятельности в особых условиях / Ю. Я. Голиков, А. Н. Костин. – Москва :
Наука, 1986. – С. 183–196.
25. Гостюшин, А. В. Энциклопедия экстремальных ситуаций / А. В. Гостюшин. – Москва : Зеркало, 1994. – 320 с.
26. Гражданская оборона и предупреждение чрезвычайных ситуаций
/ М. И. Фалеев [и др.] ; под общ. ред. М. И. Фалеева. – Москва :
Ин-т риска и безопасности, 2000. – 328 с.
Литература
203
27. Гражданские организации гражданской обороны / М. И. Фалеев
[и др.] ; под общ. ред. М. И. Фалеева. – Москва : Ин-т риска
и безопасности, 2001. – 336 с.
28. Даль, В. Толковый словарь живого великорусского языка : в 4 т.
/ В. Даль. – Москва : Рус. язык, 1989–1991. – Т. 1. – С. 29, 327 ;
Т. 2. – С. 621 ; Т. 4. – С. 89.
29. Дикая, Л. Г. Теоретические и экспериментальные проблемы
управления психическим состоянием человека. Психические состояния и эффективность деятельности / Л. Г. Дикая, Л. П. Гримак. – Москва : Наука, 1983. – С. 23–37.
30. Дружинин, В. Ф. Мотивация деятельности личности в чрезвычайных ситуациях: философско-психологический анализ / В. Ф. Дружинин. – Москва : МНЭПУ, 1996. – 166 с.
31. Дружинин, В. Ф. Мотивация деятельности личности в чрезвычайных ситуациях (философско-социологический анализ) : дис. ...
д-ра филос. наук : 09.00.01 / В. Ф. Дружинин. – Москва, 1992. –
405 с.
32. Дьяченко, М. И. Готовность к деятельности в напряженных ситуациях: психологический аспект / М. И. Дьяченко, Л. А. Кандыбович, В. А. Пономаренко ; под. ред. М. И. Дьяченко. – Минск :
Университетское, 1985. – 206 с.
33. Дюркгейм, Э. Самоубийство. Социологический этюд / Э. Дюркгейм. – Москва : Мысль, 1994. – 480 с.
34. Жаббур, Э. Анализ деятельности в функционально-динамической
организации (основные факторы детерминации деятельности) :
автореф. дис. … канд. филос. наук : 09.00.01 / Э. Жаббур. – Москва : МГУ, 1990. – 21 с.
35. Журавлева, А. Л. Динамика представлений личности о себе в экстремальных условиях жизнедеятельности групп. Психологическая напряженность в трудовой деятельности / А. Л. Журавлева, Е. В. Журавлева, В. А. Хащенко ; под ред. А. Д. Журавлевой. – Москва,
1989. – С. 282–288.
36. Забродин, Ю. М. Основные направления исследований деятельности человека-оператора в особых и экстремальных условиях: психологические проблемы деятельности в особых условиях / Ю. М. Забродин, В. Г. Зазыкин. – Москва : Наука, 1985. – С. 5–17.
37. Зазыкин, В. Г. Психолого-акмеологические основы деятельности
специалистов в особых условиях : автореф. дис. ... д-ра психол.
наук : 19.00.01 / В. Г. Зазыкин. – Москва, 1994. – 66 с.
204
Литература
38. Зербино, Д. Д. Антропогенные экологические катастрофы / Д. Д. Зербино. – Киев : Наукова думка, 1991. – 133 с.
39. Зубков, В. И. Социологическая теория риска / В. И. Зубков. – Москва : РУДН, 2003. – С. 65.
40. Иванов, В. С. Гражданская оборона в чрезвычайных ситуациях
/ В. С. Иванов, А. И. Мелешкин. – Обнинск : ИАТЭ, 1991. – 110 с.
41. Каган, М. С. Человеческая деятельность / М. С. Каган. – Москва :
Мысль, 1974. – 325 с.
42. Капитонов, Э. А. Социология ХХ века / Э. А. Капитонов. – Ростов-на-Дону : Феникс, 1996. – 512 с.
43. Карако, П. С. Проблема критериев и типологии экстремальных ситуаций во взаимоотношениях общества и природы / П. С. Карако
// Вес. Беларус. дзярж. ун-та. Сер. 3, Гiсторыя. Фiласофiя.
Палiталогiя. Сацыялогiя. Эканомiка. Права. – 1993. – № 2. – C. 25–28.
44. Кемкин, В. И. Категория «состояние» в научном познании
/ В. И. Кемкин. – Москва : Высш. шк., 1983. – 120 с.
45. Класифікатор надзвичайных ситуацій в Україні. – Київ, 1998.
46. Клименко, А. Ф. Методика оценки военных угроз и меры по их
нейтрализации / А. Ф. Клименко // Воен. мысль. – 1993. – № 5. –
С. 26–34.
47. Князева, Е. Н. Сложные системы и нелинейная динамика в природе и обществе / Е. Н. Князева // Вопр. философии. – 1998. – № 4. –
С. 138–143.
48. Князева, Е. Н. Синергетика как новое мировидение: диалог с И. Пригожиным / Е. Н. Князева, С. П. Курдюмов // Вопр. философии. –
1992. – № 12. – С. 3–20.
49. Ковалевский, Ю. Н. Стихийные бедствия и катастрофы / Ю. Н. Ковалевский. – Рига : Авотс, 1986. – 216 с.
50. Комментарии к Дополнительному протоколу № 1 от 8 июня 1977 г.
к Женевским Конвенциям от 12 августа 1949 г. – Ч. IV. – Разд. I. –
Гл. VI.
51. Короленко, И. П. Психофизиология человека в экстремальных условиях / И. П. Короленко. – Москва : Медицина, 1978. – 271 с.
52. Концепция национальной безопасности Республики Беларусь :
утв. Указом Президента Респ. Беларусь № 390 от 17 июля 2001 г.
// Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. – 2001. – № 69. – 36 с.
53. Кравец, А. С. Природа вероятности (философские аспекты)
/ А. С. Кравец. – Москва : Мысль, 1976. – 175 с.
Литература
205
54. Кузанский, Н. Сочинения : в 2 т. / Н. Кузанский. – Москва :
Мысль, 1979–1980. – Т. 1 : Диалог о становлении. Книги простеца. –
1979. – С. 335–360, 361–444.
55. Кузанский, Н. Сочинения : в 2 т. / Н. Кузанский. – Москва :
Мысль, 1979–1980. – Т. 2 : Берилл. – 1980. – С. 95–135.
56. Кукал, З. Природные катастрофы / З. Кукал ; пер. К. И. Никоновой. – Москва : Знание, 1985. – 240 с.
57. Кумачев, А. И. Методологические ориентиры системного анализа
экосоциальных объектов в экстремальных ситуациях / А. И. Кумачев // Философия социального действия и перспективы демократии : материалы Междунар. науч.-практ. конф., Белорус. гос.
ун-т, Минск, 6–7 апр. 1994 г. – Минск, 1994. – С. 42–44.
58. Курдюмов, С. П. Синергетика – теория самоорганизации. Идеи,
методы, перспективы / С. П. Курдюмов, Г. Г. Малинецкий. – Москва : Знание, 1983. – 64 с.
59. Лазаревич, Н. А. Отражение кризисных экологических ситуаций
в личностном мировоззрении : автореф. дис. ... канд. филос. наук :
09.00.08 / Н. А. Лазаревич ; Акад. наук Респ. Беларусь. – Минск,
1994. – 19 с.
60. Ланцош, К. Вариационные принципы механики / К. Ланцош ; пер.
с англ. – Москва : Мир, 1965. – 408 с.
61. Лебедев, В. И. Личность в экстремальных условиях / В. И. Лебедев. – Москва : Политиздат, 1989. – 281 с.
62. Лейбниц, Г. В. Сочинения : в 4 т. / Г. В. Лейбниц. – Москва :
Мысль, 1982–1989. – Т. 3. – 1984. – 734 с.
63. Лейбниц, Г. В. Сочинения : в 4 т. / Г. В. Лейбниц. – Москва :
Мысль, 1982–1989. – Т. 4. – 1989. – 554 с.
64. Луман, Н. Понятие риска / Н. Луман // THESIS. – 1994. – № 5. –
С. 152.
65. Магомед-Эминов, М. Ш. Личность и экстремальные жизненные
ситуации / М. Ш. Магомед-Эминов // Вестн. МГУ. – 1996. –
№ 4. – С. 27–31.
66. Майнцер, К. Размышление в Сложности. Сложная динамика материи, разума и человечества / К. Майнцер. – Москва : Прогресс,
1994. – 329 с.
67. Максимов, М. Моделирование возможной обстановки в планах
действий в чрезвычайных ситуациях и на учениях / М. Максимов
// Граждан. защита. – 1995. – № 6. – С. 73–75.
206
Литература
68. Мертон, Р. К. Социальная структура и аномия / Р. К. Мертон
// Социол. исслед. – Москва : Наука, 1992. – № 3. – С. 104–105.
69. Мечитов, А. И. Восприятие риска / А. И. Мечитов, С. Ю. Ребик
// Психол. журн. – 1990. – Т. 11, № 3. – С. 87–95.
70. Можейко, М. А. Становление теории нелинейных динамик в современной культуре: сравнительный анализ синергетической
и постмодернистской парадигм / М. А. Можейко. – Минск :
БГЭУ, 1999. – С. 8–34.
71. Моисеев, Н. Н. Алгоритмы развития / Н. Н. Моисеев. – Москва :
Наука, 1987. – 302 с.
72. Нечеткие множества и теория возможностей. Последние достижения / пер. с англ. ; под ред. Р. Р. Ягера. – Москва : Радио
и связь, 1986. – 408 с.
73. Николис, Г. Познание сложного. Введение / Г. Николис, И. Пригожин. – Москва : Мир, 1990. – 342 с.
74. Новейший философский словарь / сост. А. А. Грицанов. – Минск,
1999. – 896 с.
75. Ожегов, С. И. Толковый словарь русского языка: 80000 слов
и фразеологических выражений / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова
// Рос. акад. наук, Рос. фонд культуры. – 2-е изд., испр. и доп. –
Москва : АЗЪ, 1995. – 928 с.
76. Парсонс, Т. О структуре социального действия / Т. Парсонс. –
2-е изд. – Москва : Академ. проект, 2002. – 880 с.
77. Петрова, Г. Д. Особенности жизнедеятельности спасателей в экстремальных условиях : автореф. дис. ... канд. филос. наук :
22.00.04 / Г. Д. Петрова ; Рос. акад. наук. – Москва : Ин-т социологии, 1994. – 24 с.
78. Платон. Сочинения : в 3 т. / Платон. – Москва : Мысль, 1968–1972. –
Т. 3. – 687 с.
79. Порфирьев, Б. Н. Государственное управление в чрезвычайных
ситуациях / Б. Н. Порфирьев. – Москва : Наука, 1991. – 135 с.
80. Порфирьев, Б. Н. Организация управления в чрезвычайных ситуациях: Проблемы предотвращения и сокращения масштабов последствий технологических и природных катастроф / Б. Н. Порфирьев. – Москва : Знание, 1989. – 62 с.
81. Поспелов, Д. А. Моделирование рассуждений: Опыт анализа
мыслительных актов / Д. А. Поспелов. – Москва : Радио и связь,
1989. – 188 с.
Литература
207
82. Пригожин, И. Философия нестабильности / И. Пригожин // Вопр.
философии. – 1991. – № 6. – С. 46–52.
83. Пригожин, И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой / И. Пригожин, И. Стенгерс ; пер. с англ. – Москва : Прогресс,
1986. – 431 с.
84. Психологические проблемы деятельности в особых условиях
/ под. ред. Б. Ф. Ломова, Ю. М. Забродина. – Москва : Наука,
1985. – 231 с.
85. Работай, А. Г. Некоторые методологические вопросы познавательной деятельности офицера в экстремальных условиях / А. Г. Работай. – Минск : Воен. акад. Респ. Беларусь, 1991. – 27 с.
86. Равинг, С. А. Диалектика формирования логики творческого
мышления (философско-методологический анализ проблемы)
/ С. А. Равинг // Творчество и личность, 1985. – № 2. – С. 21–28.
87. Разумовский, О. С. Оптимология. Общенаучные и философскометодологические основы / О. С. Разумовский. – Новосибирск :
Наука, 1999. – 210 с.
88. Разумовский, О. С. Современный детерминизм и экстремальные
принципы в физике / О. С. Разумовский. – Москва : Наука, 1975. –
252 с.
89. Разумовский, О. С. Экстремальные закономерности. Категории
наибольшего и наименьшего / О. С. Разумовский. – Новосибирск :
Наука, 1988. – 133 с.
90. Реактивность организма при экстремальных воздействиях. –
Алма-Ата : Медицина, 1988. – 154 с.
91. Савостенко, А. К гармонии или катастрофе? / А. Савостенко // Беларус. думка. – 1993. – № 2. – С. 50–54.
92. Сборник нормативных правовых актов в области деятельности
органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям Республики Беларусь. – Минск : Белорус. Дом печати, 2007. – 431 с.
93. Селье, Г. Стресс без дистресса / Г. Селье ; пер. с англ. – Москва :
Мир, 1982. – 124 с.
94. Селицкий, В. С. Особенности организации управления экономикой региона в чрезвычайной экологической ситуации (на примере
Гомельской обл.) : автореф. дис. ... канд. экон. наук : 08.00.05
/ В. С. Селицкий ; Акад. упр. при Президенте Респ. Беларусь. –
Минск, 1985. – 17 с.
208
Литература
95. Винюков, К. И. Система предупреждения и действий в чрезвычайных ситуациях : понят.-термин. словарь / К. И. Винюков, С. А. Дебабов, И. Г. Прохоцкий. – Минск : Полымя, 1992. – 54 с.
96. Славiнскi, Ч. С. Структура суб΄екта чалавечай дзейнасцi / Ч. С. Славінскі // Весцi Акад. навук Беларусi. Сер. гуманiтар. навук. – 1993. –
№ 4. – С. 3–10.
97. Славская, К. А. Мысль в действии. Психология мышления
/ К. А. Славская. – Москва : Политиздат, 1968. – 207 с.
98. Советский энциклопедический словарь / гл. ред. А. М. Прохоров. –
2-е изд. – Москва : Совет. энцикл., 1983. – С. 1210, 1533.
99. Сорокин, П. А. Социально-культурная динамика / П. А. Сорокин
// Человек. Цивилизация. Общество. – Москва : Наука, 1992. – 429 с.
100. Стратегические риски России: оценки и прогноз / МЧС России ;
под. общ. ред. Ю. Л. Воробьева. – Москва : Деловой экспресс,
2005. – 392 с.
101. Стратегия устойчивого развития и перспективы цивилизационной динамики на рубеже веков : материалы Междунар. науч.
конф., Минск, 21–23 мая 1998 г. / Белорус. гос. ун-т. – Минск,
1998. – Ч. 1. – 235 с.
102. Сундиев, И. Ю. Профессионал в экстремальных условиях
/ И. Ю. Сундиев // Социс. – 1988. – № 4. – С. 17–21.
103. Томалинцев, В. Н. Введение в социальную экстремологию :
учеб. пособие / В. Н. Томалинцев, А. А. Козлов. – СанктПетербург, 2005. – 220 с.
104. Тоффлер, О. Наука и изменение / О. Тоффлер // Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. – Москва : Прогресс,
1986. – С. 11–33.
105. Тохтабиев, С. А. Экстремальные ситуации и их отражение в научном познании / С. А. Тохтабиев // Филос. науки. – 1984. –
№ 2. – С. 68–74.
106. Трапянок, Н. Г. Нелинейные подходы к типологизации массового поведения в экстремальной ситуации / Н. Г. Трапянок // Социология. – 2000. – № 3. – С. 77–86.
107. Трапянок, Н. Г. Социологический мониторинг массового поведения людей в экстремальных ситуациях (методологический аспект) : дис. … канд. социол. наук : 22.00.04 / Н. Г. Трапянок. –
Минск, 2001. – 104 с.
108. Философский энциклопедический словарь. – Москва : Совет.
энцикл., 1983. – 840 с.
Литература
209
109. Фромм, Э. Человеческая ситуация / Э. Фромм ; под ред. Д. А. Леонтьева ; пер. с англ. – Москва : Смысл, 1995. – 239 с.
110. Хакен, Г. Синергетика: Иерархии неустойчивостей в самоорганизующихся системах и устройствах / Г. Хакен ; пер. с англ. –
Москва : Мир, 1985. – 423 с.
111. Агеец, У. Ю. Чарнобыль: Погляд праз дзесяцiгоддзе : даведнiк
/ У. Ю. Агеец, I. М. Багдзевiч, I. Дз. Шмiгельская. – Мiнск : Беларус. энцыкл., 1996. – 319 с.
112. Человек и экстремальная среда : сб. ст. / сост. Н. Филипповский. –
Москва : Знание, 1987. – 94 с.
113. Человек в экстремально-производственной ситуации / Опыт социологического исследования последствий аварии на Чернобыльской АЭС // Акад. наук УССР. – Киев : Наукова думка,
1990. – 140 с.
114. Чрезвычайные ситуации: предупреждение и ликвидация : материалы Междунар. науч.-практ. конф., Минск, 22–24 мая 2001 г.
/ Белорус. гос. ун-т, Минск, 2001. – 112 с.
115. Шустер, Г. Детерминированный хаос: Введение / Г. Шустер ;
пер. с англ. – Москва : Мир, 1988. – 240 с.
116. Эйген, М. Гиперцикл. Принципы саморегуляции макромолекул
/ М. Эйген, Г. Шустер ; пер. с англ. – Москва : Мир, 1982. – 270 с.
117. Экстремальные задачи оптимального планирования и проектирования : сб. науч. тр. / Акад. наук БССР. – Минск : ИТК,
1991. – 151 с.
118. Энгельс, Ф. Анти-Дюринг. Диалектика природы / Ф. Энгельс
// Сочинения : в 50 т. / К. Маркс, Ф. Энгельс. – 2-е изд. – Москва :
Политиздат, 1955–1974. – Т. 20. – 1961. – 827 с.
119. Энта, Е. Теория нечетких решений / Е. Энта // Нечеткие множества и теория возможностей. Последние достижения / под ред.
Р. Р. Ягера ; пер. с англ. – Москва : Радио и связь, 1986. – С. 301–312.
120. Beck, U. Risk society: Toward a new modernity / U. Beck. – London, Sage, 1992. – 410 p.
121. Dimensions and Entropies in Chaotic Systems / Ed. by J. MayerKress. – Berlin etc.: Springer-Verlag, 1986. – 248 p.
122. Dynamical Systems / Ed.: V. J. Arnold, S. P. Novicov. – Berlin etc.:
Springer-Verlag. – Vol. 7. – 1994. – 341 p.
123. Ebeling, W., Physik des Selbstorganisation und Evolution
/ W. Ebeling, R. Feistel. – Berlin: Akademic-Verlag, 1986. – 451 p.
210
Литература
124. Ebeling, W. Structurbildung bei irreversiblen Prozessen. Eine Einjurung in dic Theorie dissipativer Strukturen / W. Ebeling. – Leipzig,
Teubner, 1976. – 194 p.
125. Extreme value theory: Proceedings of a conf., held in Obervolfach,
Dec. 6 – 12, 1987: Mfiche / Ed.: J. Husler, R.-D. Reiss. – New York,
Berlin etc.: Springer-Verlag, 1989. – 279 p.
126. Haken, H. Synergetics Computers and Cognition, a Top-Down Approach to Neural Nets / H. Haken. – Berlin etc.: Springer-Verlag,
1991. – 225 p.
127. Luhman, N. Sociologie des Risicos / N. Luhman. – Berlin, New
York, Walter de Gruyter, 1991. – 320 p.
128. Nicolis, G. Self-organization in non eguilibrium-systems: From dissipative structures to order though thluctuations / G. Nicolis,
J. Prigogine. – New York etc.: Willey, 1977. – 491 p.
129. Parsons, T. An Outline of Social System. Teories of Society / T. Parsons – 1962. – 210 p.
130. Raphael, B. When Disaster strikes / B. Raphael. – London, Boston,
1990. – 350 p.
131. Sociology of Disaster. – Milano, 1987. – P. 57–70.
132. Thom, R. Structural Stability and Morphogenesis / ed. by W.A. Bengamin – P. Bengamin Reading Mass, 1972. – 348 p.
133. Williams, T. Post-Traumatic Stress Disoders: a handbook for clinicians / T. Williams. – Cincinati, Ohio: Disabled American Veterans,
1987. – 302 p.
Содержание
Предисловие ....................................................................................................... 3
Введение .............................................................................................................. 8
Глава 1. Научно-методологические основы
теории экстремальности ................................................................................ 13
1.1. Философско-социологические и естественнонаучные
основы теории экстремальности ..................................................... 14
1.2. Сущность экстремальных ситуаций
и их антропогенный фактор ............................................................. 54
Глава 2. Классификация чрезвычайных ситуаций
и социологический анализ деятельности работника МЧС .................... 82
2.1. Основные разновидности чрезвычайных ситуаций ....................... 82
2.2. Социологические характеристики эффективной
деятельности работника МЧС ....................................................... 131
Глава 3. Национальная безопасность и гражданская защита
населения и территорий в чрезвычайных ситуациях ........................... 153
3.1. Безопасность и национальная безопасность
как социальные феномены и экстремологические
категории .......................................................................................... 154
3.2. Основы гражданской защиты населения и территорий
в чрезвычайных ситуациях. Основные задачи
гражданской обороны ..................................................................... 173
Заключение ..................................................................................................... 197
Литература...................................................................................................... 201
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
65
Размер файла
1 656 Кб
Теги
анализа, ситуации, безопасности, социологический, чрезвычайное, украинец, 2001, экстремологический
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа