close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

"Детей нужно беречь от... родителей".

код для вставкиСкачать
● Для меня материнство – это работа. Это почти постоянное напряжение. Писать о воспитании детей гораздо легче, чем воспитывать одного ребенка. Даже понимая суть происходящего, трудно уловить „золотую середину“ между чрезмерным потаканием и попугаем,
● Для меня материнство – это работа. Это почти постоянное напряжение. Писать о воспитании
детей гораздо легче, чем воспитывать одного ребенка. Даже понимая суть происходящего, трудно уловить „золотую середину“ между чрезмерным потаканием и попугаем, который постоянно твердит ребенку „нет“. Родители зачастую чувствуют себя в роли „канатоходцев“: крен вправо – и они чересчур
ограничивают ребенка, крен влево – и они попустительствуют ему. В одном случае они могут замедлить его развитие, в другом – ребенок может причинить вред себе или окружающим. Еще труднее показывать ему свою любовь будучи в раздражении.
● В библиотеке нашего поселка первоклашкам был задан вопрос об опасностях, которые могут
подстерегать их на улице и т.д. Вопрос был такой: „От чего нужно беречь детей?“. Одна девочка ответила: „Детей нужно беречь от... родителей“.
Поэтому реферат так и назовем:
„Детей нужно беречь от родителей“
или
воспитание без воспитания (через интуицию, доверие, любовь).
● В книгах пишут как с любовью заботиться о детях; что нужно прислушиваться к собственной
интуиции и здравому смыслу; отказаться от „кукловедения“ и общаться с детьми по-человечески; признавать и уважать их право на чувства и потребности; сохранять спокойствие, учитывая их незрелую
психику. Пишут и о том, как их дрессировать. Последних, увы, больше. Книги о том, как добиться от
детей хорошего поведения или что надо делать, чтобы ваш ребенок вел себя хорошо (так, как вам хочется), занимают 95% рынка „литературы для родителей“.
● Ситуация с родительством у нас запущенная. Выращивают „интеллектуальную и гармоничную личность“, а по сути происходит издевательство над ребенком. Так молодая мамочка „успокаивает“ своего дитя, ему 2-2,5 года, он плачет (сцена в сбербанке): „Закрой рот, идиот!“. Становится понятно, почему у нас растущая деградация и скудоумие подрастающего поколения: мы, как эта „мама“,
растим идиотов. У нас нет общественных организаций, которые занимались бы пропагандой разумного родительства. Убедить родителей „открыть глаза“ (и власть – на проблему) некому.
● В нашей программе „сидит“ вирус, а сама программа идет из нашего детства, поменять ее трудно, не всякий на это способен. Помимо понимания на уровне ума требуется внутренняя работа. А еще
– желание, способность смотреть на себя „в зеркало“, заинтересованность, любознательность, а в
идеале – психотерапия, аутотренинг. Убеждать родителя „перепрограммироваться“ – пустое занятие.
Только те знания и умения, которые человек ищет сам, имеют для него ценность и значение. Только
на основе того, что человек добудет сам, он будет выстраивать свое поведение по отношению к детям
(и не только).
● Родители передают детям все „хорошее“ и „плохое“, что есть в них самих. Проблема в том, что
не все мы взрослеем, становясь старше. Проблемы начинаются, когда мы ведем себя, как незрелые дети, хотя, казалось бы, давно уже вышли из этого возраста. Незрелость – это незрелость, и не важно
сколько вам лет. Чем лучше мы будем понимать незрелость своих маленьких детей, тем меньше они
будут сбивать нас с толку, и тем лучше мы сможем разобраться в собственной незрелости.
● Ребенок пытается понять, почему командуют взрослые? Вот ход его мыслей. Взрослые делятся
на две кучки. Первая куча, большая, на работе не начальники, а подчиненные – повара, продавцы,
шоферы. А покомандовать хочется каждому! Вот они и командуют дома. Другая кучка – начальники.
Те командуют дома по привычке. Если начальника не слушаются на работе, он может уволить. А собственного сына, хоть он последний разлентяй – уволить нельзя. С этим начальник не может смириться. Он выходит, просто выскакивает из себя, когда ему не подчиняются. И тогда начинается то, что не
увидишь по самому цветному телевизору!
● Мы в нашем обращении с детьми часто ведем себя как больные люди. Само по себе это не вина;
но глубокая наша вина перед детским миром в том, что поведение серьезно больных людей мы ста1
вим себе в заслугу. Главные симптомы неврастении (буквально – „слабости нервов“ ) – это потеря самообладания, раздражительность, суетливость. Человеку, даже осознавая ошибочность своего поведения, трудно себя контролировать. Но ведь именно этими словами можно описать поведение иных родителей по отношению к собственным детям! В глазах детей многие из нас выглядят просто неврастениками. Характерный признак здорового человека: он устает к вечеру. Характерный признак неврастеника: он сердится на жизнь уже с утра.
● Пожалуйста, не мучайте, не докучайте, не беспокойте, не дразните, не тревожьте, не утомляйте,
не приставайте, не раздражайте, не пугайте, не досаждайте, не волнуйте, не сердите, не надоедайте, не
злите и не терзайте маленьких детей (переделанные правила по обращению с животными зоопарка).
● Я не педагог и не психолог, а обычный родитель. Дети с мной ходили в библиотеку, надо было
брать что-то почитать и мне... так и получился первый реферат „Советы, которые никому не нужны“. См. на docme.ru/5dQ5 Этот – по инерции.
Литература:
Ульям Сирс, Марта Сирс „Воспитание ребенка от рождения до 10 лет“, 2008 г
Дебора Макнамара „Покой. Игра. Развитие“ 2016 г.
Ольга Писарик „Привязанность – жизненно-важная связь“, 2011 г.
Карлос Гонсалес „Целуйте меня. Как воспитывать детей с любовью“, 2013 г.
Л.В. Петрановская „Тайная опора. Привязанность в жизни ребенка“, 2015 г.
В.Р. Дольник „Непослушное дитя биосферы“, 2004 г.
Екатерина Мурашова „Ваш непонятный ребенок“, 2010 г.
Ирина Сталькова „Материнство“, 2008 г.
Симон Соловейчик „Непрописные истины воспитания“, 2011 г.
Оглавление.
Предисловие. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 2
Ребенок, которого легко растить.
1. Гены или воспитание? . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 3
2. Откуда берутся дети, которых легко растить. . . . . . . . . . 5
3. Воспитание без воспитания. . . . . . . . . . . . . . . . . 8
4. Что такое альфа-родительство?. . . . . . . . . . . . . . . 15
5. Как установить связь с младенцем. . . . . . . . . . . . . . 21
6. Как разобраться в детях, которым год, два и три. . . . . . . . 25
7. А нужно ли нам говорить „нет“? . . . . . . . . . . . . . . 31
8. Что нужно знать о кризисе трех лет. . . . . . . . . . . . . .33
9. Самоуважение, уверенность в себе. Почему это важно. . . . . 40
10. Как помочь детям выражать чувства. . . . . . . . . . . . 42
11. Как относиться к методу последствий. . . . . . . . . . . . 42
12. Воспитание речью и не только. . . . . . . . . . . . . . . 45
13. Вредные ли это привычки? . . . . . . . . . . . . . . . . 47
14. Надо ли учиться владеть собой? . . . . . . . . . . . . . . 49
Родитель, которого трудно воспитывать.
1. Родители будущего или взрослые под названием „родители“. .51
2. Как мы калечим собственных детей. . . . . . . . . . . . . 52
3. Демагогия про „нужно ли наказывать детей“? . . . . . . . 56
4. Почему стоит отказаться от наказаний. . . . . . . . . . . . 53
5. Что нужно знать при подготовке ребенка к школе. . . . . . .68
Заключение. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 70
Предисловие.
„Судьбу определяет детство“ – звучит банально, но – насколько родители понимают смысл сей фразы?.. Мы говорим о возрасте детей до четырех-пяти лет. Период этот в жизни ребенка очень важный, потому что именно в это время формируются характер и отношение к жизни. То, как к ребенку относились до года, какие качества вложили и чему научили потом, в значительной степени будет определять его дальнейшую судьбу. Комплексы и неудачи взрослого человека имеют корни из детства. Если к ребенку относиться
как никчемному неудачнику, не имеющего своего мнения и возможности его высказать в семье, то он вырастет таким же – не умеющим отстаивать свою точку зрения. Если ребенка не любили, принуждали, обманывали, то, скорее всего, во взрослой жизни он будет делать то же самое. Поэтому все больше проницательных, думающих родителей, чтобы понять поведение ребенка, делают акцент на взаимодействие с ним, на
2
общении. Показывая его важность и значимость, они принимают ребенка таким, каков он есть, без цели
глобально его перекроить на свой лад. Поощряют его инициативу в познании мира без вреда для здоровья.
Понимая, что они пример и копирка, занимаются самосовершенствованием.
Альфа-родительство (см. гл. 4) дало мне совершенно иной взгляд на воспитание. Что я и моя дочь на
одной стороне, а не две противоборствующие партии, как порой кажется с капризничающими и непослушными детьми. То есть я умом про это давно знала, считала это правильным, но именно тут я прониклась
этим ощущением, в меня вошло убеждение, что мне не надо бороться с моей дочкой, переделывать ее, исправлять, приучать, отучать, дрессировать, пытаться его перехитрить, обмануть, принудить и тому подобное. Мне близка именно эта позиция: что я и мой ребенок заодно, что главное – это наши отношения, а не
поведение. Не то, чтобы я фанатично этому следую, просто лично для меня весь сумбур разложился по полочкам. Со всеми этими дисциплинами, наказаниями, кнутами и пряниками, вседозволенностью и прочими крайностями.
Научиться разумно родительствовать по книгам невозможно, информация специалистов по психологическому благополучию детей зачастую невразумительна, поверхностна, как советы по макияжу. Книги могут помочь осознать проблему, когда вы пытаетесь понять ребенка, помочь, но не решить ее. Никто не расскажет вам, как воспитывать именно ВАШЕГО ребенка и я не утверждаю, что вы должны прислушиваться к
другому мнению. Но анализировать то, что вам советуют даже незнакомые люди, вы обязаны. Любое мнение – информация к размышлению. Главное – научиться искренне принимать детей с их капризами, желаниями и слезами, а не думать, что какая-либо теория заставит их быть идеальными или удобными.
Если вам покажется что-то не стоящим внимания, не делайте этого. Читайте, наблюдайте, размышляйте, сомневайтесь, прислушивайтесь к себе. Реальная жизнь всегда сложнее любой теории. Решать, что делать прямо сейчас с вашим собственным малышом, который плачет, дерется или испуган – только вам. Слушайте свою интуицию. В конечном счете, все это предмет личных убеждений, а не науки. Мы должны признаться самим себе, что взгляды на воспитание детей, подобно политическим или религиозным взглядам –
вопрос скорее личных убеждений, чем рациональных доводов.
Родители не должны присваивать себе все заслуги или же брать на себя всю вину за то, каким вырастет
их ребенок, каким человеком он станет. Однако многие современные социальные проблемы – преступность, насилие, сексуальная распущенность – проистекают от плохого воспитания, полученного человеком
в детские годы. „От правильного воспитания детей зависит благосостояние всего народа“. Это написал
Джон Локк, английский философ и педагог еще в 17 веке!
Одна мама желала узнать, как она может воздействовать на общество. „Мне кажется, я бессильна чтолибо сделать, и я не верю в то, что власти способны изменить ход вещей“. Я хочу, чтобы дети были моими единомышленниками, чтобы нам было и хорошо одновременно, и плохо – тоже одновременно. Никогда
не понимала принципа: все лучшее – детям. Получается, что тогда все худшее – мамам и папам? Равенство
– вот чего я хотела бы добиться в своей семье. Мне не нужна конфета, я вообще сладкого не ем, мне нужно,
чтоб дети понимали, что мы – семья, что конфета, съеденная в одиночку, – горькая. Этой мамаше сказали:
„Вы можете изменить мир! Делайте то, что никто другой, кроме вас, не сделает, – хорошо воспитывайте своих детей“. Верьте в то, что теплые отношения и взаимопонимание в семье – высшая ценность нашего бытия. Будьте дружелюбны, ловите позитив, вовлекайтесь в детские занятия и только потом вы можете ожидать этого. Чтобы научить ребенка быть ласковым, надо приласкать его, и не раз. Нельзя научить
любви, не любя.
Ребенок, которого легко растить.
1. Гены или воспитание?
Результат развития – это не сумма природного и приобретенного, а их произведение. Развитие –это то,
что человек получил генетически + следствие влияния среды. Но если один из этих множителей стремится
к нулю – результат развития тоже окажется нулевым, сколь бы ни была велика вторая составляющая. И никакими педагогическими ухищрениями преодолеть это не удастся. Например, если ребенок, не имея достаточных возможностей для общения со взрослыми, не овладел беглой речью до 5 лет – скорее всего, он останется косноязычным на всю жизнь. Не будем скрупулезно высчитывать, какой процент в развитии личности занимают гены и какой – воспитание. Но если природы уже не переделать, то воспитание ребенка целиком и полностью зависит от нас. Для нас с вами очень важно понять, какую роль играем мы как родители, в
судьбе наших детей.
Человек, с его человеческой генетикой, которого вырастили и воспитывали орангутанги останется на
уровне этих самых орангутанов, только физиологически (за что действительно отвечает генетика) будет от
орангутанов отличаться. Что это, если не „влияние воспитания на данность“?.. Нет такой данности, что человек от рождения наделен разумом. И уж тем более нет данности, что кто-то от рождения родился преступником, а другой героем. Не запрограммирована человеческая сущность от рождения. От рождения запрограммирована лишь физиология, которая имеет возможность стать человеком при условии, что воспитываться она будет в социуме, а не в стае макак.
Да, но почему у одних и тех же родителей вырастают разные дети? У алкоголиков рождаются талантливые дети, а в семьях интеллигентов – воры и убийцы? Почему воспитание дает сбой? Ну, тут достаточно очевидный ответ. Личность человека формирует даже не тысячи, а сотни тысяч факторов. И помимо приличных или неприличных родителей ребенок встречается с РАЗНЫМИ факторами на улице, в детском саду,
школе... да где угодно. И каждое из событий, а есть миллиарды вариантов того, что произойдет, влияет на
3
личность. Потом, всегда есть вероятность, что адекватные родители среди ста своих адекватных действий
сделают с ребенком один такой, что навсегда его изменит. И, наоборот, что неадекватные среди ста своих
неадекватных действий сделают одно, из которого ребенок сделает главный вывод (см. „Воспитание отношением“, стр. 12).
Социум – это сверхсложная система, она 5-10 вариантами не ограничивается, слишком много сторонних факторов. Так что в силах человека лишь задать вероятность того, каким вырастет ребенок. Сделать эту
вероятность больше или меньше. Единственное, что можно гарантировать, что в социуме у ребенка сформируется разум, а в стае зверей – нет. А вот какая вырастет личность на базе этого разума – это всегда ВЕРОЯТНОСТЬ. Но это не значит, что своими действиями не нужно влиять на величину этой вероятности. Отсюда
следует, что по наследству интеллект не передается, он накапливается всю жизнь. А роль родителей заключается в том, чтобы создать ребенку условия для умственного развития, а для этого они должны обладать
интеллектом, знаниями и умениями. Если родители способны обучать ребенка с рождения, то и у ученых, и
у дворников могут вырасти великие математики. Если же родители не способны обучать детей, то и у ученых, и у дворников получатся бестолковые неучи.
Каждый ведет себя в разных ситуациях по-разному. Кто-то озлобится и закроется в себе, кто-то подчинится и примет роль жертвы, кто-то начнет проявлять откровенную агрессию. При недостатке любви один
может зачерстветь и стать грубым, неэмоциональным, а другой будет тянуться к людям, полностью раскрываясь, в надежде, что его примут и подарят свое внимание и ласку. Вот эта разная реакция на жизненные ситуации отвечает нам на вопрос, почему у одних и тех же родителей вырастают разные дети. Ведь никогда нельзя сказать точно, от чего человек сломается, а что его сделает сильнее, что заставит искать любовь и нежность хоть в каком-то проявлении, а кто закроется в себе и будет избегать любых проявлений чувств.
Врожденное поведение ребенка.
Много ли инстинктивных действий мы можем наблюдать у ребенка? Оказывается, их сотни. Он даже
знает, как будет выглядеть образ лица матери еще не родившись! Он пробует все предметы на вкус, но особенно стремится подбирать все с земли. Инстинктивная потребность – успокоить себя контактом с матерью
(цепляется за юбку матери) – остается на всю жизнь. Это – врожденные реакции.
Какая мать не приходила в ужас от переполненных карманов, набитых самыми неожиданными предметами — косточками, раковинами, камешками, кусочками цветных стекол, железками, тряпочками? Почему
бы нам не перестать воевать с этим в сущности безобидным проявлением инстинкта? Вы ведь и сами чтонибудь собираете: книги, кулинарные рецепты, марки... Дети проходят период увлечения строительством
примитивных, шалашей. К дуплам, пещерам и подкроватному пространству их тянет очень сильно. И неверно думать, что они подражают взрослым, строящим дома.
Инстинкт собственности – один из самых мучительных для детей: из-за собственности приходится
конфликтовать. Ребенок может быть добрым, но если у него силен этот инстинкт, он не может не отнимать у
других и не отстаивать то, что считает своим. Не сумев удержать собственность, он испытывает страшное горе. Нам такое дитя кажется жадным, упрямым, мы ругаем его, отнимаем, помогаем чужому малышу взять у
него игрушку – и еще более увеличиваем его горе.
Воровство. К огорчению родителей, их все имеющие дети берут вещи, которые им не принадлежат.
Это совсем неудивительно, даже если уже с раннего возраста вы учили их, что брать чужие вещи нехорошо.
Те, кто считает ребенка „чистой доской“, на которой еще ничего не написано, говорят, что он крадет по незнанию, не ведая, что этого делать нельзя. Это не так. Он прекрасно знает, что это запретно, но все равно
ворует. Когда красть запретное детям очень хочется – это тоже инстинкт, называемый клептоманией. Их
клептомания врожденная и пока что носит форму игры. Они не воры во взрослом понимании этого порока.
Ребенок не ворует, а берет. Ребенок полагает, что он имеет моральное право на все, что находится в пределах его досягаемости. Дети до четырех лет с трудом различают разницу между „моим“ и „чужим“. Для них
все „мое“. Конечно, разницу между своими и чужими вещами и игрушками вам надо объяснять ребенку все
время. Не просто объяснять, а запрещать без спросу брать чужое. Когда у него все в порядке, нет отклонения от нормы, он здоров, – то это „возрастное“ воровство не беда, а лишь мелкий эпизод в его и вашей жизни.
Консерваторы. Далеко не все знают, что животные очень консервативны. У них какая-то идиотическая потребность жить в бесконечно повторяющемся мире, где царит раз и навсегда заведенный порядок,
подчас неудобный и даже нелепый. Среди взрослых людей навязчивая склонность к излишнему порядку и
строгому соблюдению ритуала проявляется у дебилов. И у детей.
Вспомните, как в возрасте 2-3 лет ребенок требует, чтобы все лежало на определенных местах, чтобы
кормление и одевание происходили по неизменному порядку, чтобы вы держали книгу определенным образом, по сто раз читали одну и ту же сказку, включали один и тот же мультфильм. Почему настолько принципиально, чтобы лампочки включал именно дедушка, книжку читала только мама, попу вытирала только
тетя? Буду сидеть только на ЭТОМ стульчике, пить только из ЭТОЙ чашки и т.п. Иногда за этими, на первый
взгляд, странными желаниями стоит не каприз, а что-то для ребенка важное. Это – врожденная способность поведения.
Потребность в организованности делает неприемлемыми для детей этого возраста перемены, которые,
на взгляд взрослых, совершенно пустячны. Дело не в упрямстве и не в догматизме. Это присущий его возрасту способ мышления. Хаотичность и беспорядок его пугает. В первые годы жизни ребенок накапливает в
уме тысячи ассоциативных моделей. Эти модели помогают ребенку ориентироваться в окружающем мире, и
некоторые дети противятся любым отклонениям от усвоенных ими правил. Ребенок определяет для себя зо4
ну комфорта. Что, как и где для него наиболее комфортно, он начинает считать для себя наиболее благоприятным и исходя из этого начинает формирование своих правил поведения. И уже исходя из собственных правил требует соответствующих действий от окружающих. Либо это тревожность, так ребенок определяет для себя безопасность и снимает внутренний дискомфорт.
Запечатление речи. Удивительно, но речь, самое сложное и совершенное из всего, на что способен
человек, ребенок осваивает в столь раннем возрасте, в котором во всем другом мало на что способен несмышленыш. Разгадка этого парадокса в том, что ребенок не изучает речь, он ее запечатлевает, импринтингует.
Запечатление отличается от свободного, произвольного обучения тем, что последнее требует повторения,
запоминания, интеллектуальных усилий и может происходить в любом возрасте. Так мы с вами во взрослом возрасте „вдалбливаем“ в себя иностранный язык.
Импринтинг – это инстинктивный акт, он не требует от ребенка ни догадливости, ни воли, ни сознания, ни интеллекта. Программа столь совершенна, что в двуязычных семьях она идентифицирует два параллельных языка, разделяет их и запечатлевает оба. Мать помогает ребенку усваивать речь тем, что все
время, находясь при нем, говорит. Умная, образованная, на людях молчаливая женщина, которая, конечно,
слышала от педантов, что новорожденный ребенок глуп, как личинка, наклоняясь к нему, говорит, говорит
и не может остановиться. Нарушь эту врожденную программу, послушайся мать „знатоков“, развитие речи
ее ребенка затянется, как оно затягивается у приютских детей.
Чуть раньше года у ребенка включается программа заполнения словаря: он показывает на предметы
глазами и рукой и требует, чтобы вы их называли. Или наоборот, вы называете предмет, а он его показывает. В этой игре вы снабжаете их прилагательными – большой, маленький, синий, красный и т.п., и эти
слова быстро усваиваются. В это время возможности запечатления и распознавания образов огромны. Пользуются ли этим родители?..
Детские эмоции. Человеческий мозг обладает заранее встроенными эмоциями уже при рождении.
Учиться проявлять эмоции, словно школьному предмету, невозможно: никакие курсы не помогут! Дети полны эмоций, но не могут их контролировать. Когда ребенок по-настоящему возбужден, он обретает энергию
несущегося состава. Практически никто не может остановить его – и еще ко всему прочему есть риск схода
с рельсов! Как быть родителям? Энергия эмоций должна течь свободно – это не подвергается сомнению, но
ответственность за создание покоя для нейтрализации эмоции маленьких детей лежит на них (см. стр. 46).
Ни в коем случае нельзя запрещать ребенку чувствовать его чувства, испытывать эмоции (перестань бояться, ты не должен злиться, не вздумай обижаться, жадничать и завидовать - плохо и т.д). Помните: ребенок
имеет право на любые чувства – но не на любое поведение.
Нет смысла учить ребенка вести себя раздраженно, тревожно, стеснительно, сердито – он рождается с
этим. Равно как и то, что мы не можем научить его радоваться, сочувствовать, восхищаться. Детей не нужно
учить тому, как зрело себя вести. Мы боимся детских эмоций, считая, что эмоциональное выражение войдет
в привычку и ему не будет конца. Мы придерживаем детские эмоции. Вместо того, чтобы помогать выражать детские чувства, мы отрицаем их, считая „дашь палец – он всю руку откусит“: Ух, как ты заговорил!“, „Нельзя так разговаривать с мамой!“.
От инстинктивных запретов – к морали. Родимся ли мы без моральными, и только воспитание делает нас гуманными, или мы появляемся на свет с каким-то набором понятий, что хорошо, а что плохо, а
воспитание направляет и развивает их? Вы вольны принимать одну из этих точек зрения, но в любом случае невозможно не учитывать влияние родителей + социума на нравственность, доброту души, совесть и т.д.
Корень нравственности у детей – чуткость, чуткость к другим, а также умение взвесить последствия, прежде
чем действовать. Конечно, (1) родители сами должны обладать совестью, чтобы передать ее ребенку и (2)
опережать социум, т.е. оказывать бо́льшее влияние на ребенка, чем он. Вы можете привить ребенку бесценный социальный навык – навык сопереживания к другим (эмпатия). Дети учатся эмпатии у тех, кто проявляет эмпатию к ним.
***
В поведении ребенка много врожденного. Природа наделила нас самым долгим среди живых существ
детством, чтобы мы могли, овладевая своими инстинктами и учась, идти по пути взросления. Этот путь будет прямее, а результат выше, если мы будем любить и понимать наших детей такими, какими их создала
природа, а не такими, какими их рисует наше воображение.
2. Откуда берутся дети, которых легко растить.
За последние лет 50-60, с развитием гуманистической психологии отношение к детям меняется. Процесс идет тяжело, но в каждом поколении родителей появляются те, кто относится к своим детям лучше,
чем это было принято в его детстве. Именно благодаря таким людям отношение к детям постепенно становится более добрым и принимающим. В ребенке уже с рождения признается личность, уважаются его потребности. Конечно, в связи с этим родительские обязанности намного усложнились. Воспитывать детей
становится все труднее и труднее: приходится быть внимательным, заботливым, терпеливым. При этом никогда раньше родителям не было доступно столько книг, статей, не было столько детских экспертов. И это
явный знак, что что-то важное в родительстве потеряно.
Утеряно то, что лучше получалось у древнего человека. Да, раньше (если мы обратимся к истории), ценность детской жизни была очень и очень невелика. Но в той части, где древний человек был ближе к животным (вынашивание ребенка, уход) он был более эффективен, чем современный родитель. Потому что лучше чувствовал свое тело, больше доверял природным (естественным) потребностям детей и меньше включал сознание (эмоции) для контроля этих естественных процессов. Например, австралийские аборигены не
5
только не бьют своих детей, но и не наказывают. У них есть определенное доверие процессу естественного
взаимодействия детей с реальным миром (в котором, да, превалируют испытания). Говоря о важном, мы
имеет в виду альфа-родительство, т.н. помогающий стиль воспитания, который сейчас, увы, пока находится в зародышевом состоянии. Чтобы разобраться в этом, давайте вначале зададим себе вопрос: „Какого
ребенка легко растить?“.
Итак, это ребенок, который слушает нас, который прислушивается к нашим советам;
• ребенок, который доверяет нам;
• ребенок, который хочет быть хорошим для нас (действует из лучших побуждений);
• ребенок, который принимает нашу ведущую роль;
• ребенок, который уравновешен и владеет самоконтролем;
• ребенок, который чувствует себя с нами в безопасности и комфорте;
• ребенок, который следует за нами, принимает нашу систему ценностей;
• ребенок, которому мы нравимся, который хочет нравиться нам и соответствовать нашим ожиданиям;
• Ну и последнее: ребенок, у которого нет от нас секретов, по крайней мере, таких секретов, которые
могут разделить нас с ним. Все перечисленные особенности, конечно, приблизительны. Но чем больше их
будет в вашем ребенке, тем легче вам будет его воспитывать. И наоборот, чем дальше ребенок от перечисленного выше идеала, тем сложнее вам будет не то чтобы воспитывать, но даже просто уживаться со своим
чадом.
Когда эти черты отсутствуют, никакой дисциплиной не исправить возникающие из-за этого проблемы.
Но откуда они берутся, эти послушные дети, „которых легко растить“? Мы наблюдали за родителями и
маленькими детьми двадцать лет, прежде чем нашли ответ на этот вопрос. Это не врожденные особенности
личности, не результат генов. Это не то, чему можно научить. Может ли ребенок выучиться быть послушным, внимательным, заботливым? Сказать по правде? Нет. Ребенка невозможно научить быть таким,
но если эти характеристики присутствуют, то его можно научить очень и очень многим вещам. Такие дети
легко обучаются. Это не связано и с родительскими умениями и навыками, не зависит от того, насколько ответственны родители и как сильно они любят своего ребенка. Так в чем же секрет легкого родительства?
Его можно выразить словами чуткость и забота. Мы заботимся о ребенке, а не утверждаем свою
власть над ним. Многие проблемы воспитания имеют один корень – притупленную чувствительность, когда
человек плохо осознает, что чувствует сам, и лишен сочувствия к другим. Поэтому во главу угла мы ставим
отношения между родителями и ребенком. Наш вывод: чем крепче связь, соединяющая родителя и ребенка, тем легче ребенка воспитывать. Секрет легкого родительства в отношениях между детьми и родителями.
Когда ребенок находится в правильных отношениях с родителями, он будет проявлять большинство характеристик „ребенка, которого легко растить“. Такие отношения мы называем „привязанность“. Ключом
к легкому родительству является привязанность ребенка к родителям.
Два условия для развития.
Послушные дети появляются в процессе развития, и важно понять, какую роль играют взрослые в жизни ребенка. Цель родительства – помочь ребенку стать зрелой личностью, чтобы он смог полностью реализовать свой личностный потенциал. Что мы под этим понимаем? Фраза „реализовать потенциал“ означает не профессиональные достижения, не социальный статус или хорошее поведение, не личные таланты или одаренность. Это реализация себя как человеческого существа. Раскрыть свой личностный потенциал, значит, вырасти в отдельную, самостоятельную личность, которая принимает на себя ответственность
за управление своей собственной жизнью и за принятие собственных решений. Человек достигает своего
потенциала, когда становится физически и психологически независимым, самодостаточным: он может сам
себя содержать, может самостоятельно принимать решения, брать на себя ответственность, заботиться о
других. Это означает способность преодолевать трудности судьбы, способность к самоконтролю и терпению.
Так что если вы хотите вырастить из ребенка гения, великого спортсмена, сиделку вам к старости или
реализуете в ребенке любые другие свои собственные сценарии, эта информация вряд ли вам пригодится.
Все дети рождаются со способностью реализовать себя, шанс есть у всех. Но, несмотря на это, не все достигают в жизни своего потенциала, не все становятся зрелыми взрослыми. Для того, чтобы ребенок смог „реализовать свой личностный потенциал“, стать самостоятельным взрослым, ему нужны два условия:
1. Приглашение существовать в нашей жизни. Ребенку свойственно совершать большое количество ошибок, испытывать разочарование. Справиться с этим ребенок может толко при условии, что у него
есть некая опора, нечто незыблемое, гавань, ниша, укрытие. Естественно, что такой защитой является
семья, где он желанен, его любят и ему не надо постоянно добиваться контакта и близости. Речь идет о привязанности. Мать для маленького ребенка – надежная защита, утешение и помощь, образец для подражания. Своеобразная база, которую он время от времени покидает, стремясь исследовать окружающий мир
(базой для ребенка может быть не только мать, а любой заботящийся о ребенке взрослый, с которым у него
сформирована привязанность). Однако эта исследовательская активность стабильна и адекватна лишь в тех
случаях, когда ребенок уверен, что он может в любой момент вернуться под защиту взрослого. Если мозг ребенка уверен в своей привязанности с близкими людьми, насыщен ей и успокоен в ней, если он не подвержен страхам и тревогам, он может расслабиться и его энергия направляется на исследование мира, во вне.
Развитие возможно только из точки покоя.
Крепкая и надежная связь ребенка с заботящимися о нем взрослыми – благоприятная среда для психоэмоционального развития его личности. Когда ребенок не сомневается в том, любят ли его мама, папа и
6
другие близкие люди, тогда его энергия перенаправляется с поиска и поддержания контакта и близости на
исследование себя и мира вокруг. И ребенок развивается как независимая самодостаточная личность.
Ребенку тоже тяжело. Он был внутри вас круглые сутки, чувствовал ваше тепло, слышал сердцебиение,
а теперь он должен перейти к тому, чтобы никогда не быть так близко к вам. Он, пришедший к нам из мира,
где нет ни тьмы, ни света, ни верха, ни низа, должен приспособиться к нашему то теплому, то холодному
миру. Когда малыш появляется на свет, и мы перерезаем пуповину, наша задача компенсировать ему эту
физическую потерю. Мы должны создать ребенку „психологическую утробу“ – эту невидимую пуповину,
которая позволит ему жить и развиваться. И самое лучшее, что мы можем сделать – это обеспечить условия
для его развития.
2. Приглашение к исследованию. Когда мы создаем развивающую познавательную среду (пространство) для развития и участвуем в этом развитии сами. Известно, что ребенок – существо социальное.
Среда для него (с положительно эмоциональным микроклиматом, конечно) выступает условием и источником развития. Но если первое условие не работает, то о втором не может быть и речи. Дети – существа, зависящие от привязанности. Привязанность первична, а взросление вторично. Если у ребенка нарушена привязанность, то всю энергию мозг будет тратить не на познание, а на поиск и удержание контакта и близости.
Так что второе условие имеет значение только при наличии первого, потому что мозг в первую очередь решает задачу привязанности, а уж потом – развития.
Мы не можем ребенка насильно „повзрослеть“ – это работа природы. И я как родитель не отвечаю за
то, чтобы делать ребенка более взрослым. Хорошее поведение – это тоже часть плана природы, и нам нужно верит в это. Наша задача не „пресекать в корне“ и не „держать под контролем“ малейшую проблему, а
создать и поддерживать психологически комфортную привязанность ребенка к нам, чтобы его мозг мог насытиться близостью, расслабиться и начать развиваться. Только тогда мы тоже можем немного расслабиться, а затем и порадоваться созревающим плодам.
Мы слишком озабочены тем, какими станут наши дети – как они будут себя вести, какие у них будут манеры. Взгляд на личность как на достижение развития утрачен, на смену ему пришел упор на цели и соответствие детей неким критериям – ожиданиям взрослых. Когда в воздухе висит мнение, что ребенок должен вырасти как можно скорее, родительство превращается в гонку, а такие ценности, как терпение, умение
ждать и доверие (в этом смысл развития, ведущей к зрелости) лишаются опоры. Нет смысла торопить природу, пытаться ускорить заложенный в нашем ребенке темп развития. Но будем верить, что природа заложила в ребенка способность стать хорошим человеком. Будем верить в ребенка – и сама эта вера сделает чудеса.
Три процесса взросления.
Сегодня нейробиологи признают, что в человеческом мозге изначально заложена готовая мотивационная система, состоящая из импульсов, инстинктов и эмоций, которые являются врожденными, а не приобретенными. Как и в случае с физическим развитием, дети рождаются с внутренними процессами развития,
которые при должной поддержке приводят к психологической и эмоциональной зрелости. Цель воспитания ребенка заключается в подчинении эмоций, инстинктов и импульсов системе намерения, что приводит
к развитию цивилизованного поведения.
Стать самостоятельным, адаптивным и социальным человеком – это наш личностный потенциал, но
реализовать его можно, только если взрослые создают условия для этого. Какие внутренние процессы развития движут ребенком, чтобы он стал социально и эмоционально ответственной личностью?
1. Процесс становления. Подразумевается постепенное движение от зависимости к независимости.
Девиз ребенка в процессе становления знаком всем: „Я сделаю сам!“. Дети в это время отличаются своей
энергией, изумительной жизнедеятельностью и редко скучают. Они полны энергии жизни, ощущения чуда
и любопытства, из чего рождаются эксперименты, воображение и фантазия. Развивающаяся личность рождается в игре. Но появляется игра только тогда, когда ребенок находится в состоянии покоя во взаимоотношениях с заботящимися взрослыми.
До полутора лет ребенок вряд ли отпустит вас от себя, а будет стараться почаще восстанавливать связь с
матерью – либо возвращаясь к ней, либо отыскивая ее глазами. И это нормально. У ребенка ясное ощущение своего „Я“ появляется к двум годам, до этого он не видит мир отдельно от себя. Демонстративная самостоятельность ярко проявится у ребенка между двумя и тремя годами. „Я сам!“ – приготовьтесь к этому.
Нам нужно отмечать как праздник каждый раз, когда двух или трехлетка произносит слово „я сам“, чтобы
отметить его вступление на путь становления личности. Нам стоит замедлиться и осознать, что слова „я
есть“ – это не что иное, как чудо развития. Дайте ребенку самостоятельность. Урок, который преподают дети в это время родителям: „помедли и наблюдай“.
2. Процесс адаптации – способность приобретать психологическую устойчивость от неудач и препятствий, а также способность восстанавливаться. Благодаря этому процессу дети обретают способность учиться на своих неудачах, извлекают пользу из критики и действовать методом проб и ошибок. Процесс адаптации лежит в основе нашей способности трансформироваться, когда мы сталкиваемся с чем-то, что не можем изменить. Задача родителей – подготовить ребенка к жизни в таком мире, какой он есть, со всеми его
огорчениями и разочарованиями.
Дети могут адаптироваться к тому, что не удалось добиться своего, принимать решения других людей и
приспосабливаться к рамкам и ограничениям в своей жизни. Ребенок должен становиться все более адаптивным с 2 до 6 лет, по мере того, как перед ним предстают жизненные тщетности и он получает поддержку
в выплакивании слез. К этому возрасту ребенок может учитывать нужды других, прежде чем выражать эм7
оции, появится способность к терпению. Импульсивность и нечуткость уравновесятся, и он сможет вести себя хорошо.
Фрустрация (печаль, раздражение, разочарование, злость) – эмоциональное состояние, которое возникает, когда человек, сталкиваясь с какими-либо препятствиями. Способность проливать слезы при столкновении с эмоциональными проблемами есть только у человека. Это ПЛЮС для него, но никак не минус, это
не является чем-то, от чего нужно отучиваться. Он приобретает психологическую устойчивость от неудач и
препятствий, когда сталкивается с чем-то, что не может изменить, не получает желаемое. Фрустрация мобилизует нас на достижение того, чего мы хотим или по изменению того, что пошло не так. И задача родителей состоит в том, чтобы подготовить ребенка к жизни не в розовом мире, а в реальном, таком, какой он
есть. Со всеми его огорчениями и разочарованиями. Взрослые ответственны за то, чтобы показать ребенку жизненные тщетности, которых множество. Если он будет получать все на „тарелочке с голубой каемочкой“, если родители, „расшибаясь в лепешку“, ущемляя свои интересы, будут предоставлять ему блага по
первому его клику, – у него, скорее всего, возникнут проблемы в будущем.
3. Процесс интеграции превращает детей в социальных существ. Процесс интеграции требует развития мозга и эмоциональной зрелости. На этом этапе (он проходит в 5-7 лет) ребенок может учитывать и
принимать в расчет больше одной точки зрения в определенный момент времени. Наступает „эра“ разума и
ответственности. Дети начинают демонстрировать контроль над импульсами при столкновении с сильными
эмоциями.
Мы, веря в акселерацию, спешим поскорее вырастить детей, заставить их вести себя зрело. Мы теряем
всякое терпение: „Ну что ты как маленький?!“. Вместо того, чтобы сосредоточиться на создании условий
для естественного развития, мы полагаем, что можем управлять развитием, контролировать его. Мы сбиты
с толку мнением, что зрелое поведение и быть зрелым – это одно и то же. Мы можем научить ребенка делать множество вещей в раннем возрасте, однако мы не должны принимать это за зрелость. Можно заставить маленьких детей говорить „извините“ или „спасибо“, но это не вызовет у них чувство раскаяния или
благодарности. Увы, мы не можем ускорить, приказать, потребовать, подтолкнуть, добиться подкупом, угрозами или вознаграждениями, чтобы дети, наконец, выросли. Правильное развитие требует заботы, терпения и доверия, для роста детям нужно время и пространство. Если маленьких детей слишком рано толкают
к независимости, они цепляются из-за чувства небезопасности.
3. Воспитание без воспитания.
Воспитание начинается с веры. Для успеха в любой работе нужна уверенность, которая обычно добывается собственным опытом. Но у родителей опыта нет и быть не может, их уверенность держится на вере в чужой опыт, на доверии к нему, на доверии к опыту своих родителей. Мы и сами не знаем, откуда берутся наши педагогические убеждения, они кажутся нам здравым смыслом, мол, как же иначе? Педагогическая вера живет в нас, поскольку все мы закончили пятнадцатилетний родительский педагогический институт. Нас не только воспитывали так или иначе, нас при этом учили воспитывать своих будущих детей.
Все начинается с веры! Убеждения, воспринятые в раннем детстве, это не перчатка на руке, а сама рука;
люди крайне неохотно расстаются с убеждениями даже тогда, когда совершенно очевидно, что они не отвечают жизни. Это объясняет, отчего одним людям советы по воспитанию идут впрок, а другим нет. Если советы противоречат вере отца или матери, то, конечно же, в них не будет толку. Это все равно что советовать
японцу есть только вилкой, а европейцу – палочками. Педагогический совет мы принимаем лишь в том случае, если он отвечает нашей вере.
Педагогическая наша вера сложилась очень давно и передавалась из поколения в поколение, чтобы новые родители, не имеющие собственного опыта, все же могли уверенно воспитывать детей. В этом разгадка
почти всех педагогических загадок. Вера – прежняя, здравый смысл – прежний, но условия в последние десятилетия изменились до неузнаваемости. Многие из нас не заметили этого и не могли заметить. Сейчас не
лучше, не хуже, а по-другому. На каждые условия должно быть свое воспитание. Но у многих из нас нет даже идеи о том, что воспитание должно меняться. Приучить ребенка к послушанию стало почти невозможно
– это реалия сегодняшнего дня.
Воспитание нравственностью. Вглядываясь в чужие жизни, я все больше убеждаюсь, что результат
воспитания зависит не от того, что принято называть воспитанием, т.е. не от целенаправленных мероприятий, не от похвал, порицаний, замечаний, бесед и нотаций, а совсем от другого: от примера (не всегда), от
стиля отношений с детьми (почти всегда) и всегда – от духа воспитателей, т.е. от их стремления к добру,
правде и красоте. Разве детям можно позволять делать все, что они хотят? И никак не докажешь, что когда
отношения с детьми поднимаются на более духовный уровень, когда дети чувствуют в родителях стремление к правде и добру, то проблемы дисциплины, наказаний и безнаказанности и в самом деле становятся
второстепенными.
Нелепо выступать против приучения, не надо доказывать его пользу, но повернемся лицом к действительности: у нас всего полчаса в день на ребенка (в лучшем случае!), и если нами овладеет идея приучения,
то все эти полчаса придется потратить на замечания, нотации, брань и угрозы. А когда же ребенок услышит
доброе слово? И от кого? Кто его приласкает, если и мать, и отец озабочены воспитанием и боятся распустить ребенка? И как бы наш ум ни противился этой зловредной мысли, все же надо признать, что воспитание без воспитания возможно. А если возможно и часто дает хорошие результаты, то отчего и в своей семье
не перестать воспитывать детей с утра до ночи? Воспитание без воспитания – это жизнь с детьми в сотрудничестве. Отношения сотрудничества, когда их удается установить, воспитывают лучше любых воспитательных мер.
8
Все наши представления о любви и совести, все доброе и умное сводится к одному: ребенок должен аккуратно складывать одежду перед сном, а утром приводить в порядок постель, прилично учиться, помогать
по дому и вести себя так, чтобы за него было не стыдно и чтобы на него не жаловались. Должен! Спорить с
этим трудно, если бы не одно „НО“: грубовато обращаясь с ребенком, я учу его грубости и больше ничему.
Мы прививаем культурные навыки (надо же детей воспитывать!) безнравственными (бескультурными)
средствами; прививаем им грубость, черствость, нечуткость, неуважение к людям и первые же страдаем от
такого псевдовоспитания! А для того, чтобы „поймать двух зайцев“ – культуру и нравственность – у многих из нас нет воспитательной силы. На самом деле воспитывать – значит, учить человека относиться к людям и к делу по-человечески, по правде. Вот это второе – нравственное – воспитание и является главным.
Только оно и есть воспитание.
Но что же делать нам, замотанным жизнью и работой? Не обладающим великой воспитательной силой? Выход может быть только один. Если у нас не хватает способностей, не хватает сил, времени, нет условий, возможности и дети не ангелы, если невозможно достичь и того, и этого – и нравственную культуру, и
культурное поведение дать, то надо чем-то поступиться. Что-то выбирать. Что? Все родители делают этот
выбор, и многие выбирают культуру за счет нравственности. В результате вырастают дети и безнравственные, и бескультурные. Дети вырастают бескультурными не потому, что им дают мало культуры, а потому,
что им пытаются привить одну лишь культуру, без нравственности.
Привить культуру в полчаса невозможно, мы только зря тратим силы и нервы, зря ссоримся с детьми. А
нравственное, духовное воспитание возможно, потому что оно идет не полчаса, а сутки напролет, все 24 часа, и не требует никаких специальных педагогических действий. Нужна трата души, а не времени; души, а
не одних только нервов, но дети от нее становятся лучше. Если мы выбираем культуру, но ничего не можем
добиться от ребенка, мы становимся все злее, все нетерпимее, мы все меньше любим разочаровавшего нас
ребенка, и он становится все хуже и хуже. Если же мы делаем второй выбор, нравственный, у нас развивается изобретательность, некая педагогическая хитрость, мы становимся лучше – и лучше становятся наши дети. Дети становятся лучше или хуже не сами по себе, а в зависимости от того, что происходит с нами. Лучше
становимся мы – лучше становятся и дети. Я лишь утверждаю, что в наших условиях надо отдать предпочтение второму пути. К культуре поведения – через нравственность.
Воспитание воздействиями – это пассивная педагогика. Мы не замечаем ребенка, мы замечаем одни
лишь его недостатки. Нравственно-духовное воспитание – это активная педагогика. Мы вызываем чувство
симпатии, пробуждаем добро.
Воспитание духа. Дети – тяжелое бремя, и не потому, что они шумят, требуют внимания и расходов,
а потому, что приходится жить по правде. Воспитание – это обучение нравственной жизни. Не будет нравственности – не будет никакого воспитания. Не надо слишком уж рьяно бороться с недостатками ребенка, они сами исчезнут, если взрослый умеет увидеть в маленьком человеке ростки добра. А они есть в каждой душе. Граница между хорошими воспитателями и не очень лежит не в затратах времени, не в том, что
одни больше занимаются детьми, а другие меньше; и не в том, что одни строги и требовательны, а другие
добры и нежны – нет, эти причины почти ничего не объясняют. От чего же тогда зависит результат наших
педагогических усилий? От нашего духа. От духовности воспитателей. Говорят „духовная жизнь“ или „духовные интересы“, но что такое дух?
Все люди говорят или правду, или неправду. Но во всех случаях неправду стараются выдать за правду, и
почти никогда не бывает обратного. Никто не выдает правду за ложь. Точно также редко выдают добро за
зло, хотя обратных случаев сколько угодно. Из этого по-детски простого, очевидного факта можно сделать
вывод, может быть, и неочевидный. А именно: человечеству в целом, и каждому человеку в отдельности – в
той или иной степени свойственно стремление к правде, добру и красоте. Все желания людей можно разделить на конечные (приобрести, сделать, сделаться) и бесконечные. Бесконечные желания, а лучше сказать,
стремления к добру, правде и красоте – это и есть человеческий дух. Дух не передается по наследству, его
нет в генах, он и не самозарождается, он воспринимается развивающимся человеком из обычаев, из культуры, но особенно из языка. Бездуховный тот, у кого одни лишь конечные желания.
Считается, что в обществе есть нормы поведения и воспитание состоит в том, чтобы ребенок усвоил эти
нормы и, научившись обуздывать себя, жил, не переступая через них. Я думаю иначе. Я думаю, что человек,
вырастая, проникается общечеловеческим духом правды, добра и красоты и потому живет по высоким нравственным нормам, даже и не интересуясь ими, как не интересуется обыкновенный человек Уголовным кодексом. В представлении религиозного человека дух – святое, божественное. Но мы говорим о детях, которые воспитываются вне религии. В конечном счете различаются лишь представления о происхождении духа; но что воспитание человека без воспитания духа невозможно – об этом, на мой взгляд, спорить нечего.
Чем больше духовности, т.е. чем больше стремления к правде, добру и красоте в окружении ребенка, тем
лучше он становится, тем легче его воспитывать.
Воспитание добротой. Принято считать, что воспитывает все, каждый встречный. И что – я, как воспитатель, беспомощен? Это не так, если мы будем помнить, что воспитание – это не уход, не надзор, а общение, душевная связь с ребенком. Каждый понимает: прежде всего, нужно найти с ребенком общий язык,
если нет контакта воспитание невозможно. Многих разочарую, но никакого „правильного“ голоса, тона,
способа, приема нет. Бывает, один отец тихо попросит – и сын послушается, а другой в ярости начнет стучать кулаками – и ничего не добьется, потому что все зависит от того, что за человек этот отец, насколько
доверяет ему мальчик, как сложились их отношения.
Детская душа не поддается управлению – с ребенком можно лишь общаться, причем под словом „общение“ я понимаю не всякий контакт, а только душевный. Быть мягкосердечными к детям, убеждать их словами мягко, душевно, как бы не было трудно. Управление и общение – действия совершенно разные, хотя и
называются одним словом – „воспитание“. Управлять может только старший – младшим, сильный – сла9
бым, а общаться как равные могут два любых человека, если между ними не стоит желание превосходства,
„верха“, власти. Управление, при всей его необходимости, иногда гнетет, а общение всегда поднимает, потому что вызывает к жизни лучшие силы души. Если воспитатель не умеет управлять детьми, он пропал;
если он умеет только управлять – пропали дети.
Надо просто как можно больше поддерживать ребенка дома, чтобы главными „нашими“ в этой жизни
были для него его родители, его семья, его дом. Если я оттолкну сына от себя, если буду досаждать ему своими укорами, дом станет для него небезопасным. Скорее на улицу, где принимают! Без всяких условий! Так
постепенно мы потеряем влияние на ребенка. Он уйдет душой из дому, и все недостатки его лишь усилятся.
Но нет, я принимаю его – и он бежит в дом. И чем сильнее, чем хуже его пороки, тем больше нуждается он в
том, чтобы дома его принимали, чтобы любили. Мы любим лишь тех, кто принимает нас.
Любовь матери и отца к ребенку делает их мудрыми, учит понимать ребенка, учит прощать. Любовь заставляет нас видеть в ребенке лучшее, надеяться на лучшее, поддерживать его слабые силы. Пока ребенок
чувствует нашу любовь к нему, он уверен в себе, он не одинок, он знает, что он хороший и достойный человек. Любящая мать и не воспитывает вовсе, она любит – а следовательно, строит. Любить – значит, принимать человека таким, какой он есть.
Мальчик-отличник, мальчик-чистюля... Не надо обладать выдающимися душевными качествами, чтобы любить его. Но вот другой мальчик – двоечник, лентяй, грязнуля. Тут и начинаются любовь, добро, великодушие воспитателя. Принять неприятное – вот добро! Вот в чем труд души! Если ребенок все время виноват перед нами, значит, мы его не любим. Любимые не виноваты! А вот мы перед ребенком виноваты во
сто раз больше – на нас лежит грех нелюбви к собственным детям. Мы должны освободить детей от зарабатывания нашей любви, чтобы они могли принять наше приглашение к отношениям как само собой разумеющееся. Для ребенка нет плохих или хороших людей, он видит только отношение к нему – плохое или
хорошее. Ребенок живет не в мире людей, а в мире отношений с людьми. Воспитывайте ребенка добром – и
у него он будет полная непривычность к злу, когда реально встретится с ним. И наоборот. Нам остается немногое – не бояться доброты в своем сердце.
Если чувствуешь, что к тебе относятся хорошо, любое замечание стерпишь. Не любят тебя – и слушать
не хочется, всегда готов к отпору, и даже справедливое замечание не доходит до разума. Я тебе сколько раз
говорил? Ты что, не понимаешь? Ты что – не слышишь? Ты что – глухой? Нам кажется, что надо сказать
еще раз, еще и еще, пока до него, наконец, дойдет. А до него, может, никогда и не дойдет, потому что мы не
на том языке говорим! Но если мы точно поймем потребности ребенка, нам будет легче понять его душу –
уважать его желания и чувства. А значит, найти с ним общий язык.
Воспитание верой. „До свадьбы заживет!“, „У тебя все получится!“ – говорит мама и совершает великое воспитательное таинство. Речь идет о вере, о необходимости во что-то верить. Что вера есть нравственная обязанность – это мало кто понимает, поэтому с такой гордостью заявляют: „А я ни во что не верю!“. Вера – одно из самых важных нравственных понятий, без которого и мыслить воспитания нельзя. Выпустить в жизнь человека, который ни во что не верит, – значит, породить или несчастного, или опасное
для окружающих существо. Истинная, глубинная причина большей части преступлений, особенно в юности, состоит в неверии ни во что. Мы не потому не верим в детей, что они плохие, а дети потому и становятся плохими, что мы в них не верим.
Нет веры – значит, нет нравственных оснований и значит, все дозволено. Потому что вера – главное
свойство души. Вера, надежда, любовь – это, собственно, и есть душа человеческая, и странно призывать к
милосердию, состраданию, жалости того, кто ни во что не верит, как странно было бы ожидать хоть каких
нибудь чувств от пластмассового манекена. Не веря в успех дела, лучше его и не начинать – это известно
всем. Если человек хочет добиться цели, он обязан верить в успех.
Воспитание общением. Когда родители, у которых нет общего языка с детьми, спрашивают, что же
им делать с непослушным сыном\дочкой, надо ли его наказывать – это все бессмысленные вопросы, потому
что если нет контакта, то ничего поделать и нельзя. Если взаимопонимания нет, нет и воспитания, нет воспитателя в доме, есть лишь педагогическое обстоятельство под названием „родители“.
Внимание – основа понимания. Понимание – основа общения. Общение – основа воспитания... Но ведь
надо еще и завоевать это внимание! Как? Есть способ: с детьми надо разговаривать! Дети очень нуждаются
в общении с родителями. Но они вовсе не обязаны выслушивать нас из вежливости. Нужны те размягчающие душу беседы, когда возникает чувство связи; после них с ребенком легко договориться о чем угодно.
Есть счастливые люди, которые, кажется, от рождения владеют умением разговаривать с детьми. И откудато (у них, а не у детей!) берутся такие вопросы, на которые дети почему-то с радостью отвечают. И умеют
они каждую беседу превратить в этакое состязание в остроумии – дети охотно вступают в это состязание. И
умеют они подшутить над ребенком так, что тому не обидно вовсе, и он сам может подшутить в ответ – и это
не выглядит дерзостью. Ну а если мы ничего этого не умеем? Выход есть: быть открытыми с детьми.
Обычно мы скрываем от детей свою взрослую жизнь: не доросли! Или считаем, что она им неинтересна. Тут-то мы и попадаем впросак, обедняем и себя, и детей. С ребенком можно разговаривать, как со
сверстником, чуть ли не с самого его рождения. Сначала дети улавливают только интонацию, потом настроение, потом общий смысл, а потом начинают слушать со вниманием. Заботы сегодняшнего дня, встречи с людьми – все годится, если все открыто, все без хвастовства и все как раздумье: я вовсе не рассказываю
тебе в поучительных целях. Самое простое правило таких разговоров – чтобы не было назидания, не было и
тени попрека, желания выставить свою жизнь в качестве образца. Домашняя беседа – это именно беседа, в
которой обе стороны выступают как равные. И равные у них права говорить, слушать или прерывать беседу,
когда она покажется неинтересной. Правда, рассказы ребенка могут быть длинными, нужно терпение, чтобы выслушивать их. Но что поделать? Приходится заставлять себя – нужно же человеку...
Если в семье привычка не разговаривать с детьми укоренилась, то в таком доме царит гнетущая, тяже10
лая атмосфера: дети в таком доме словно виноваты перед родителями. „Я с тобой не разговариваю“, – объявляет мама. „Я на тебя обиделась!“. Мало того, что это самое жестокое наказание, но еще и пример дурной: пройдет совсем немного времени, как дочка объявит маме: „Я с тобой не разговариваю! Я на тебя
обиделась!“. Нельзя упрекать детей, потому что для ребенка каждый упрек – сердечная рана, не заживающая годами, а если ребенок привык к нашим упрекам – то и тем более нет в них смысла. Нельзя попрекать
детей ничем: „Такой большой уже, а...“. Многое простительно ребенку: разбитое стекло, лень, неаккуратность или уж, во всяком случае, не ужасно.
Разбитая чашка не стоит того, чтобы из-за нее сердиться, а однажды не умывшийся мальчишка вовсе
не обязательно станет грязнулей. Многое вызывает тревогу, но все можно простить, а иногда и не заметить.
Одно, по-моему, непростительно, одно нельзя пропустить без внимания – грубость. Вот что должно вызывать нашу тревогу. Если же у нас нормальный ребенок с сильным характером, то подавление грубости силой
(грубостью же, повышенным тоном или наказанием) результата не даст, кроме разве что родительского удовлетворения. Грубость – это разрушение контакта, разрыв связи или симптом приближающейся семейной
войны. Реакция „ты с кем разговариваешь?“ не годится. Надо искать другой способ восстановить разорванную связь. Может быть, просто показать ребенку, как нам больно? Может быть, он и не знает, что грубость
причиняет боль?..
Воспитание похвалой. Когда у нас возникают сложности во взаимоотношениях с людьми, мы осуждаем поступки, а личность не трогаем. Во всех случаях, кроме одного: когда перед нами дети. К ним мы,
как правило, испытываем дефицит одобрения. В пол-года нас хвалят каждую минуту, в два – каждый день,
в пять – хорошо, если раз в неделю. Мы, взрослые, чаще всего действуем по-простейшему методу: оступился – осуди. С переходом на личность. В период, когда ребенок продвигается от зависимости к самостоятельности, его часто награждают эпитетами „дерзкий“, „вредный“, „непослушный“, „настырный“, „упрямый“. А
может, это „упорство“, „настойчивость“, „любознательность“? Познание морали начинается с того, „что такое хорошо“, а не с того, „что такое плохо“. У хорошего воспитателя даже порицание начинается с похвалы.
Не бойтесь хвалить детей – похвала как фундамент поведения ребенка, на похвалах они растут, словно
на дрожжах. Детям нужно с утра до вечера слышать ободрение: „Вот это д-а-а!“, „Замечательно!“, „Браво!“. Но пустая похвала, как дешевая конфета. Ведь цель похвалы: побудить к нужному действию. Замечаем
само „свершение“, а не его самого. Не самого ребенка нужно хвалить: „умница!“, „молодец!“ или „какой хороший мальчик!“. Всегда стоит прибавить и объяснение, от чего же хороший: „ты молодчина, что убрал в
своей комнате“, „Ты хорошо поступила, что...“, „Мне нравится твой рисунок“, „Ты так ловко залезла на
стул!“. Сам ест ложкой, сам лег спать, сам положил кубик на кубик... Даже когда ребенок делает что-то не
так, мать находит, за что можно похвалить, и именно на это обращает внимание. Сын застегнул пальто, перепутал все пуговицы и петли, одна пола ниже другой, но мать не говорит ему „неумеха“, а говорит: „Молодец! Сам застегнулся! Так хорошо получилось, только одна пуговка не в ту петлю попала!“. Ребенок посчитает вашу похвалу искренней, потому что вы постарались сделать ее конкретной, а это значит, что вы отнеслись к нему со вниманием. Подходят: „Отличная работа!“, „Это пойдет!“, жест – поднятый вверх
большой палец – оценка старания ребенка, который сделал что-то самостоятельно. Хотите, чтобы ребенок
отвык хныкать? Отмечайте каждое произнесенное им без нытья просьбу: „Мне нравится твой приятный
голос“.
Если ребенок напрашивается на похвалу, не нужно бояться, что хвастун вырастет. Хвастунами становятся как раз те, кто недополучил положенную каждому человеку порцию поощрения. Ребенок зовет: „Мама,
посмотри, что я сделал! Что я нарисовал! Как я научился кувыркаться!“. Молодец! Молодец! Молодец!
И конечно, мы произносим это главное воспитательное слово не между прочим, не небрежно, а самым компетентным тоном, со знанием дела говорим, с радостью. Мы никогда не устаем радоваться достижениям ребенка! Ведь и у взрослых также. Если кто-то, оценивая твою работу, начинает с признания ее достоинств –
ты потом легче принимаешь даже самые серьезные замечания.
Если у ребенка вырабатывается плохое, низкое представление о себе, если ему с детства упреками, замечаниями, порицаниями и наказаниями внушают, что он хуже других, что он „ничто“, то он, скорее всего,
смирится с этой мыслью, будет плохо себя вести, плохо учиться. А зачем? Все рано он бестолковый и неспособный! В дальнейшем он может вести себя по-разному, но никогда не сделает попыток улучшить свою
судьбу. У него сложится психология неудачника. Скорее всего, всю жизнь его будут преследовать неудачи –
именно потому, что он не внимателен к самому себе, к своей судьбе. Часто человек так не ценит себя, что
становится человеком, совершающий дурные поступки.
Воспитание вежливости. Нередко мы воспитываем детей по принципу „так принято“. А что если поставить под сомнение одну, казалось бы, бесспорную истину: а надо ли учить детей вежливости? Не нужно
быть специалистом, чтобы утверждать: одной внешней культуры мало, нужна еще культура внутренняя. В
основе культуры внутренней лежит некая психическая способность, такая же, как память, внимание или музыкальный слух. Ее, эту способность, можно по аналогии назвать сердечным слухом. Сердечный слух не моральное качество, а, повторим, психическая способность.
Мы, например, заставляем ребенка говорить „спасибо“. Сто таких упражнений – и от драгоценного этого природного свойства не останется и следа. Ибо правила вежливости как раз и рассчитаны на то, чтобы человек, например, выражал благодарность, даже если он ее не чувствует. Преждевременно приучая сына или
дочь высказывать словами чувства, которых он еще не испытывает, мы можем заглушить эти чувства навсегда.
Воспитание вежливости так похоже на воспитание! Подлинное воспитание происходит тогда и только
тогда, когда приходится нам отдавать хоть каплю душевных сил. Однако согласитесь: обучая вежливости,
мы обычно тратим не душу, а нервы – это совсем не одно и тоже! Ребенка, у которого отбит сердечный слух,
11
воспитывать, на мой взгляд, почти невозможно. Как же развить у ребенка сердечный слух? Истинное „нельзя“ не тогда, когда тебе плохо, а когда плохо другому! Направленность на другого, на чувство другого –
вот первое условие развития сердечного слуха. Между фразами отца „я устал“ и „мама устала“ – водораздел.
Чтобы ребенок научился чувствовать другого, надо и в нем этого другого признавать. Не затрудняй другого ни в чем, не огорчай его своими неприятностями, обходись по возможности сам! Старайся обрадовать
его! Чужое время – не занимай! – и мы стараемся поменьше обременять сына всевозможными „сделай“,
„сходи“, и всегда договариваемся о его помощи заранее. Чужое чувство – не задевай! – и мы боимся хоть
взглядом обидеть сына. Чужой мир – не вторгайся! – и мы никогда не пристаем с назойливыми вопросами.
Чужой покой – не нарушай! Чужое желание – уважай! Чужая мысль – не торопись оспорить!
Этот урок мы, взрослые, должны преподать детям. Ну а уж коли просим ребенка о чем-нибудь, скажем
ему не одно, а десять „пожалуйста“, чтобы он видел, как это нелегко просить, затруднять, а потому, чтобы не
смог отказать в просьбе. Пятнадцать лет такого воспитания – и может быть, чувство человека хоть в слабой
форме укоренится в душе сына или дочери. Первая семейная забота – кому и что мы подарим? „Я стараюсь научить дочь отдавать. Брать она сама научится..“. Мама сумела сделать так, что для девочки удовольствие – отдавать, дарить и радоваться чужой радости. От нас требуется только одно: самим дарить, самим радоваться и... ждать. Ждать с тревожной верой в то, что наступит день, когда ребенок сделает свой
первый подарок другому человеку (а не только маме, не только дедушке!).
Воспитание щедрости. „Моему сыну 1 год и 8 месяцев. Он не только не дает никому своих игрушек,
но и отнимает игрушки у детей. Чего только я не пробовала – уговаривала, отнимала, но он поднимает такой крик... Как быть с жадностью?“.
Первая ошибка мамы: она спрашивает, как бороться с жадностью. А надо бы поставить вопрос по-другому: как привить щедрость? Это два принципиально разные подхода. Мы хорошо освоили педагогику требования, наказания, уговоров, поощрений – педагогику борьбы с недостатками; мы порой так яростно боремся с недостатками ребенка, что и достоинств его не видим. А может, не надо бороться? Может, надо всетаки вести себя по-другому, увидеть и развивать в ребенке все лучшее? А то бывает так: сначала неумением
своим, или небрежением, или недобротой мы взращиваем зло, а потом в благородном порыве бросаемся на
борьбу с этим злом.
Посмотрите: когда малыш не отдает игрушки, мама отнимает их у него. Отнимает силой. 1. Это ничего
не дает в плане эффективности и 2. ребенок же получает урок: сильному отнимать можно! Отчего же и мне,
подражая маме, нельзя отнять игрушку у того, кто слабее меня? Еще мама действует уговорами. Какой
смысл уговаривать ребенка, который по возрасту или в силу нравственной неразвитости уговоров просто не
понимает?! И наконец, самое простое, с чего, наверное, и следовало бы начать. Видимо, мама – автор вопроса – не знает, что ее ребенок вступил в критический период развития, в так называемые „ужасные два
года“: время упрямства, отрицания, своеволия. Очень может быть, что мальчик не отдает игрушки вовсе не
из жадности, а всего лишь из упрямства, которое скоро пройдет. Да не будет он всегда таким! „Пороки маленьких детей искореняются сами по себе, уходят незаметно для ребенка“ – многие, как правило, отказываются в это верить.
Между тем есть еще по крайней мере один способ добиться желаемого результата. Внушением. Кстати, мы, сами того не замечая, пользуемся этим методом на каждом шагу. Мы то и дело внушаем ребенку: ты
неряха, ты лентяй, ты злой, ты жадный... И чем меньше ребенок, тем легче поддается он внушению. Но все
дело в том, что именно внушать ребенку. Только одно: внушать, что он добрый, смелый, щедрый, умелый!
Надо лишь понимать, что внушение – это вовсе не уговоры, не одни только слова. Внушать – значит, всевозможными средствами помогать ребенку создать лучшее представление о самом себе. Сначала, с первых
дней, – внушение, потом, постепенно, – убеждение, и всегда – практика... Не дает игрушки другому? Нет,
он совсем не жадный, он просто бережет игрушки, понимаете? И потом, это ему только сегодня не хочется
отдать игрушку, а завтра отдаст, поиграет сам и отдаст, потому что он не жадный. У нас в семье жадных нет:
и мама не жадная, и папа не жадный, а сын у нас самый щедрый из всех! Сто случаев жадности оставим без
внимания и осуждения, а вот один случай щедрости, пусть нечаянной, превратим в событие.
Я знаю дом, где детям никогда не давали одной конфетки, одного яблока, одного ореха – обязательно
всего по два. Даже пирожок, подавая, делили пополам, чтобы было два куска, чтобы не появлялось у ребенка ощущения „последнего“, а всегда казалось бы ему, что у него всего много и потому можно и поделиться с
кем-нибудь. Чтобы и не возникало этого чувства – жалко отдать! А вот делиться-то и не принуждали, и не
побуждали – лишь предоставляли такую возможность. Просто, но как разумно!
Воспитание отношением. Чтобы понять, насколько важно отношение к ребенку, ответим на вопрос,
который часто задают родители: почему в одной и той же семье вырастают разные дети? Потому что родители, сами того не замечая, по-разному относятся к каждому из своих детей. Незначительные прирожденные различия ведут к незначительной разнице в отношении. Да и сами родители в двадцать лет относятся к
детям не так, как в двадцать три года, ко второму ребенку не так, как к первому. „С первыми детьми всегда
мудрят“. Отношения – как усилитель. Маятник раскачивается: чуть не такой ребенок, чуть не такое отношение к нему, и ребенок развивается по-другому, вызывая новые различия в отношении к нему. Родители
думают, будто относятся к детям одинаково, они не замечают разницы во взглядах и жестах, не замечают
того, как одного похвалили, а другого похвалили чуть-чуть сильнее. Так и получаются разные дети. Судьба
ребенка зависит от отношения к нему. Человек – это способности плюс отношение к людям, к делу, к жизни; если я хочу вырастить человека для человека, я и должен относиться к ребенку как к человеку, и никакого другого способа справиться с задачей нет, все другие способы – обман.
Без авторитета трудно. Но совершенно невозможно воспитывать, если ты не вызываешь симпатии у ребенка, раздражаешь его одним своим видом или голосом. Без авторитета воспитывать трудно, но можно.
12
Без симпатии воспитывать совершенно невозможно, это исключено, тут и разговаривать нечего. Раздражительный отец еще может что-то дать ребенку, раздражающий ничего не даст. Подумаем о том, что нам подвластно, – о нашем отношении к детям. Если мы переменим свое отношение к ним, то, быть может, и они
станут терпимее. Чем больше мы желаем идеального в ребенке, тем меньше ребенок удовлетворяет это желание, тем труднее принять ребенка, найти общий язык с ним и тем беспомощнее мы как воспитатели. Если
ребенок озорничает, то надо его быстрее осадить. На самом деле все наоборот. Где нет раскованных – появляются разнузданные. Где нет озорников – вырастают хулиганы.
Воспитание... баловством. Детей баловать необходимо! Да за такой совет и побить могут! И все же...
По словарю Ушакова „баловаться – шалить, резвиться, играть, забавляясь, проказничая“. Вот это самое
– играть, забавляясь и проказничая – и должны делать дети в первые 5-6 лет своей жизни, если мы хотим,
чтобы они выросли спокойными, уверенными в себе и волевыми людьми.
Ребенок до пяти лет – невыносимое существо. С ним нет никакого сладу: он носится по дому, шумит,
проказничает на каждом шагу, он может дерзко ответить материи – и все ему прощается. Проказничает –
значит, смышлен, энергичен, счастлив. Непослушный, балованный ребенок кажется более естественным,
нормальным. Казалось бы, что из такого воспитания выйдет? На практике вот что: вырастают славные ребята: трудолюбивые, исполнительные и скромные в обращении со взрослыми. Тут надо уточнить: что значит „балованный“? Чем балованный? Вниманием, прежде всего – вниманием родителей. Балованный тот,
кому дома очень хорошо, кого все любят. От того он и чувствует себя абсолютно уверенным в этом мире,
считает, что ему все можно, и ни от кого не ждет зла. Он доверчив, весел и бесхитростен: ему нечего хитрить, он и так получает все, что хочет. Балованные дети – счастливые дети, а счастливые дети – счастливые взрослые.
Балованные дети редко вырастают жадными людьми. Счастливый, ухоженный, „закормленный“ ребенок вовсе не становится эгоистом, как иногда думают. Если ребенку все позволено“, если у него радостные
отношения с миром, то первое чувство жалости он испытает не по отношению к себе, а по отношению к другим. Ребенок не балованный, воспитанный в строгих правилах, окруженный всевозможными „нельзя!“ и
„не смей!“, с первых лет жизни знакомый с наказаниями, – такой ребенок жалеет прежде всего себя, сосредотачивается на своих бедах и неприятностях, на себе. У него гораздо больше шансов стать эгоистом. Балованные, никого не боявшиеся в детстве ребята, быстрее достигают моральной независимости, как одно из
самых важных качеств личности. Они вырастают более смелыми, ибо просто не знают страха – им нечего
было бояться в детстве.
Балованный ребенок – вовсе не значит „капризный ребенок“. Наивный детский каприз – отражение
изощренной капризности взрослых. Во всех книгах для родителей воспевается строгий режим. Действительно, по режиму жить легче, но кому? Родителям. Если внимательно посмотреть, не окажется ли, что режим – изобретение не только полезное, но и в чем-то вредное, угнетающее детскую психику? Воспитанному
в вольности ребенку труднее будет привыкнуть к школьным порядкам, он доставит больше хлопот учителям. Но кто сказал, что идеал воспитания – бесхлопотное воспитание? И не из этих ли непослушных вырастают самые энергичные и полезные обществу люди?
Мы так боимся будущего непослушания детей, что приучаем их обуздывать свои желания чуть ли не с
первых шагов жизни, еще до того, как ребенок научится эти свои желания ощущать и выражать. Может
быть, оттого подчас вырастают дети с очень бедным репертуаром желаний: им все заранее кажется недоступным, невозможным. Так зарождаются безволие, равнодушие к жизни. Конечно, мы хотим укрепить
волю ребенка, но в то самое время, когда воля закладывается, когда она еще слабенький росточек, мы торопимся вырвать эти ростки как сорную траву ради красивого цветка под названием «послушный ребенок».
Проходят годы, цветок послушания неминуемо увядает, но безволие остается.
Если ребенок не научится добиваться своего от родителей, где и когда научится он потом добиваться чего-нибудь от кого-нибудь? Если в каждом столкновении с родителями победа остается за отцом или матерью – так ли уж выгодно это? Безжалостно пользуясь преимуществами возраста и силы, мы отнимаем у
ребенка самое сладкое чувство – чувство победы. Всякая мать отдает ребенку лучший кусочек пищи. Но победу в столкновениях, этот лакомый кусочек радости, она стремится захватить себе. А может, в воспитательных целях иногда полезнее уступать нашим детям? Из каждого столкновения малыш выходит побежденным – когда же он научится побеждать?
Если родители балуют ребенка в раннем детстве, они смогут строго обращаться с ним в подростковом
возрасте, когда ему действительно нужны твердое руководство и дисциплина. Балованного в детстве ребенка в 10-12 лет можно держать строго, не боясь сломить его волю. А ведь часто получается наоборот. В детстве ребенка школят, стремятся к абсолютному послушанию, а позже, когда такое послушание необходимо,
его уже не могут добиться: и родители устали в этой многолетней борьбе, и дети слишком торопятся выйти
из-под надоевшей им (с младенческих лет!) деспотической власти родителей. К сожалению, не все родители имеют возможность баловать детей. Но все-таки к этому надо стремиться, проявляя терпение и надеясь
на природу. Терпения – вот чего так часто не хватает взрослым.
Дети должны пройти, пережить время баловства, неразумности, непослушания – это необходимая стадия развития. Ни в чем нельзя торопиться, даже в стремлении привить им правила морали и дисциплины.
Всему свое время, вырастут зубы!
„Воспитание“ раздражением? Наши дети нас раздражают? Мы ничего не можем поделать с собой?
Поймем этот сигнал как приближение катастрофы. Раздражение – плохая привычка. Раздражение подобно
курению, иногда оно приносит опасное удовлетворение. Распустившись и привыкнув по каждому поводу
раздражаться, мы не замечаем той брезгливой интонации, с которой мы обращаемся к детям. Педагогика
на этом кончается. Мы все делаем будто бы правильно: учим ребенка, приучаем его к труду и аккуратности
– все правильно, лишь одна деталь: если все, что мы делаем, сопровождается раздражительными интона13
циями, значит, все во вред. Раздражаясь, мы иногда приобретаем власть над ребенком – он начинает бояться нас и нашего внезапного истерического крика; но педагогическую власть мы теряем, и порой безвозвратно. В системе „мать - ребенок“ никакая разрядка невозможна. Вот формула успешного воспитания: строгость плюс похвала минус раздражение.
Раздражение – это, пожалуй, самое мелочное из всех наших чувств; а раздражительность – признак
глубокой, иногда тайной мелочности характера. Раздражительность возможна только там, где есть уверенность в безнаказанности. Заметим сразу: дети никогда не раздражаются из-за взрослых! Они могут быть
раздражительны в детской среде, где есть сильные, слабые и равные, но по отношению к взрослым дети бывают лишь капризны, а не раздражительны. Почему? Да потому, что дети всегда слабее взрослых. Раздражение – свойство сильного, это капризы людей взрослых. И едва иной ребенок становится взрослее, вступает в переходный возраст, он тут же начинает сам раздражаться, причем с такой иногда силой, что кажется, будто раздражительность – первая из взрослых доблестей.
Раздражение похоже на гнев, но это почти всегда гнев неправедный! Раздраженный человек всегда чувствует себя правым, вот в чем беда! „У сильного всегда бессильный виноват!“. Немногие считают себя самыми умными людьми на свете, право же на раздражение каждый признает только за одним человеком – за
собой. Раздражительность – болезнь людей, всегда и во всем правых. Почему раздражают нас дети? Потому
что не отвечают они порой нашим представлениям о замечательном ребенке, который по заслугам должен
быть послан такому прекрасному человеку, как я. Ребенок и не может быть идеальным существом, а если он
плохо воспитан, как нам кажется, то скорее всего, виноваты в этом мы сами – именно потому, что воспитывали его в раздражении. Надо ли говорить, что раздражение на сто процентов лишает наши воспитательные действия силы! Я могу влиять на ребенка только в той степени, в какой я справедлив. Раздражение же,
как и всякая несправедливость, вызывает отталкивание от моих слов и моего примера. Воспитывать в раздражении – все равно что включить в машине полный газ и одновременно нажать на все тормоза.
Обычно говорят, что раздражение надо сдерживать – сосчитать до десяти, прежде чем сделаешь ребенку замечание. Кто не слышал таких советов! И каждый обещал держать себя в руках. Увы, дело обстоит
сложнее. Раздражение – первый признак уходящей, погибающей любви. Пока человек любит, его ничто не
раздражает в любимом. Как только любовь уходит, начинает раздражать все. Спору нет: когда закипает в душе раздражение, сдержаться трудно. Но попробуйте задать себе два коротких вопроса: „Чем виноват перед
тобой ребенок?“ и „Любишь ли ты его?“. Можно, однако, заметить, что привычка (а это привычка!) к раздражению убивает, подтачивает любовь... Никто из нас не раздражается против самого себя. Это говорит о
том, что раздражение вполне можно победить, а раз так – это признак распущенности.
Прежде чем биться головой о стену с криками „я – плохая мать“, может быть, сесть и понять, есть ли у
тебя самой онемение чувств, из-за которого ты не можешь показать ребенку свое доверие. Нормальные отношения с ним выстраивать. Ну и работать в этим „онемением“. Причина в эмоциях, а причину такой эмоции надо искать где-то в глубине сознания. Возможно, это чувство вины, которое неосознанно трансформируется в раздражение от того, что ребенок в данный момент не соответствует моему идеалу. „Идеальная
я“ вырастила бы более умного, развитого, воспитанного ребенка, который должен был быть у меня на данный момент. Готового рецепта, как найти и поддерживать в своем сердце теплоту, которая где-то затерялась, нет. Любуйтесь на своих спящих детей. Спящие дети прекрасны. Я всегда поражаюсь тому терапевтическому эффекту, который на меня оказывает вид уснувшего ребенка. Сутки пребывания в домашнем дурдоме легко искупаются пятнадцатиминутной медитацией над детской кроваткой. Когда раздражение на поведение ребенка зашкаливает, я мысленно произношу: „И таким я тебя тоже люблю“. И раздражение исчезает, можно жить дальше.
Воспитание влиянием. В каждом дворе есть кое-кто, плохо влияющий на наших детей, и выражение
„плохая компания“ не сегодня появилось. „Не водись с Сергеем, он плохо влияет на тебя, он из плохой
семьи!“ – знакомо? Не могу бранить маму и объяснять ей, что она не права. Никому не дано наперед знать,
из какой дружбы что получится, и никто не может правильно оценить чужое влияние. Ведь всякое влияние,
кроме того, что оно хорошее или плохое, еще может быть бедным или богатым, и там, где говорят о влиянии, всегда есть двое, две души – кто может знать, что получится при соприкосновении двух детских душ?
Как бы мы ни старались оградить наших детей от грубого мира – это невозможно. Все равно до них дойдут и грязные слова, и грязные истории, все равно они увидят грубых людей, бесчестье и несправедливость. От этого никуда не денешься! Предположим, что мир есть сплошное зло и дурно влияет на детей –
пусть так, и мы не можем оградить ребенка от его влияния. Что тогда? Тогда у нас есть три возможности.
1. Мы можем постоянно показывать сыну, как ужасен этот мир, как плохи и бесстыдны люди, сколько
среди них обманщиков, бездельников, ворюг, как плохи наши законы и сколько вокруг беззакония. В этом
случае, полагаем мы, сын будет все знать, никто его не обманет и он никогда не испытает разочарования.
2. Мы можем стараться оберегать детскую душу, не говорить о людях дурное, показывать: все хорошо в
этом лучшем из миров, он прекрасен, как в песне.
3. Не чернить мир и не представлять его в розовом свете, а больше заботиться о том домашнем мире, в
котором живет ребенок. Ведь в его душе мир не делится на семейный и, скажем, школьный. Всякое добро,
которое ребенок видит дома, – это добро мира. Постараемся, чтобы домашний мир был добрым и честным,
чтобы добро и совесть правили в нем, и тогда ребенок, вырастая, сумеет противостоять дурному влиянию.
Ну а если и дома плохо? Если родственники дурно влияют на ребенка? Не хочу плохо отзываться о них, но
противодействием может быть лишь одно: не борьба с родными, а собственное доброе влияние на детей.
Воспитание милосердием. Милосердие – это милость сердца. Милость, любовь, нежность, мягкость.
Немилосердный – жестокий, ожесточенный, ожесточившийся, способный принести боль, не чувствующий
боли другого, не замечающий ее, пренебрегающий ею. Чужая боль, чужое несчастье, чужая потеря, чужое
падение – вот на что обращено милосердие. Милосердие – это сострадание. Об этом родители предпочи14
тают умалчивать, и потому-то слово „милосердие“ выпадает из родительского лексикона. В этом одна из
причин растущей жестокости наших детей. Я часто встречаю родителей, которые полностью отвергают воспитание доброты и любви на том основании, что этот мир – не для добрых людей. Родители не всегда считают нужным воспитывать милосердие в детях в наш трудный и все еще недобрый век. Им кажется, что, когда дети вырастут, им будет трудно, они не сумеют постоять за себя. Но опыт показывает, что добрым и милосердным легче жить, потому что их все любят. А злоба сжигает сердце, злобный человек чаще болеет и
раньше умирает. Кроме того, подумайте: каково будет его семье, каково будет жене и детям? Эстафета добра
и зла бесконечна, и в вашем доме на смену злым детям могут прийти злые внуки. Вам это надо?
Милосердие – естественное чувство, его невозможно вызвать нарочитой ситуацией. Его невозможно
вызвать и упреками: „Ну почему ты такой злой?“. Если бы к милосердию можно было приучать, как к мытью рук, – люди были бы в тысячу раз добрее. Но в том-то и дело, что нашими привычными приемами – наградами и наказаниями, упреками и похвалами, ни даже примером – милосердие не воспитывается! А как
же? Не приходится учить детей любить тех, кто любит их и хорошо к ним относится, например, любить домашних животных. Но как научить любить всякого? Чувствовать всякого? Как все-таки научить его ощущать боль живого? „Оно живое, значит, ему может быть больно“, – постоянно исподволь, внушайте ребенку эту мысль. Все живое – болит, все живое чувствует боль. Живым только и можно назвать то, что чувствует боль. И того, кто чувствует боль. Все, что не чувствует боли, – мертвый камень. Человек, не чувствующий боли – не человек, а мертвец. „И ты живой“, потому что ты чувствуешь боль, и не только тогда,
когда у тебя болит, но и тогда, когда больно другому“ – говорите вы ребенку,
Милосердные дети растут только у милосердных родителей. Иногда милосердные поступки совершаются вопреки примеру. Но, пожалуй, не стоит уповать на случай. Подумав, мы должны будем признать, что
есть один и только один способ учить милосердию – быть милостивым к ребенку. Милость, милосердие к
ребенку означает прощение, пощаду. Это вовсе не значит, что он сразу станет примером в поведении, но
будьте терпеливы, ребенок должен видеть, что любящее терпение родителей может быть бесконечным, что
родители не способны ожесточиться. Тогда он вырастает в убеждении, что ожесточение, озлобление – это
грех, это несовместимо с человечностью. „Не ожесточайся, не озлобляйся ни при каких обстоятельствах“
– этому мы будем учить ребенка, как только он начнет понимать нас. Было бы наивно призывать к миру не
мирный дом. Или учить родителей не скандалить в присутствии детей. Но все-таки помните о детях.
4. Что такое альфа-родительство?
С середины ХХ века в Европе очень медленно, буквально в виде единичных случаев, зарождается новый стиль воспитания. Названия у него есть разные (помогающий, любящий, авторитетный), но мне ближе
последняя „версия“ – альфа-родительство. Появляются родители, готовые прислушиваться к чувствам детей, доверять их эмоциональным потребностям, ценить эмоциональную близость с ребенком, сочувствовать, когда ему плохо, создавать условия для его развития и интересов. У таких родителей дети обычно любознательны, инициативны, общительны. Люди, которых воспитывают в этом стиле, обычно вырастают добрыми, искренними, творческими, адекватными и спонтанными. Они не страдают от депрессий и неврозов,
у них сильная воля, они не склоняются перед авторитетом и легче, чем другие выдерживают прессинг.
Родители предпочитают не наказывать своего ребенка, а объяснить, что хорошо, а что плохо. Они стараются лишний раз похвалить за „хорошо“ и помочь ему, чутко относясь к их запросам. Но очень часто такие родители проявляют твердость, сталкиваясь с детскими капризами, а тем более – с немотивированными вспышками грубости. Уже с раннего возраста они стараются обосновать, а не навязать свою точку зрения. Такие дети приучены ответственно относиться к своим обязанностям, а значит, им легче усваивают
разумные формы поведения в социуме. Они более энергичны и уверены в себе, у них лучше развиты чувство собственного достоинства и самоконтроль, им легче удается наладить хорошие отношения со сверстниками.
Фундамент воспитания – правильные отношения, которые связывают вас с ребенком, а не „правильные“ методы по контролю поведения. „Я люблю тебя, и поэтому я помогу тебе управлять собой“ –
вот суть любящего подхода. Нельзя научить любви, не любя. „Что происходит в душе у моего ребенка? Как я могу помочь ему справиться с проблемами?“. Эти вопросы намного полезнее вопроса, как мне
заставить ребенка слушаться. Если ваш ребенок выходит из повиновения, любящий подход поможет вам решить, ЧТО предпринять.
Да, вы требуете послушания, но не подвергаете ребенка муштре. Да, вы требуете от него повиновения,
но при этом отношения у вас должны быть доверительными. Выбрав любящий стиль, вы можете не сомневаться в том, что ваш ребенок практически всегда будет вести себя хорошо и выработает у себя внутренний контроль. Там, где сторонники авторитарного подхода говорят: „Я скажу тебе, что делать“ – мы
скажем ребенку: „Поверь, я помогу тебе, и ты поймешь, что тебе делать“.
Альфа-родительство – стиль воспитания, основанный на привязанности. Привязанность – чувство
близости, основанное на глубокой симпатии, преданности кому-либо. Специалисты утверждают, что помимо генетического кода, то, какими мы становимся, определяется связью „родитель-ребенок“. Эта связь формируется в первые годы нашей жизни и укрепляется в течение 2-3-х лет. Уже после 12 месяцев можно точно определить ее тип. Привязанность – это жизненная, первостепенная потребность маленького ребенка.
Установление привязанности настолько важно для него, что по значимости сравнимо с едой или сном. И
это не просто красивые слова. Эти данные подтверждены сотнями исследований по всему миру. Именно в
отношениях с мамой уже с первого года жизни у ребенка формируется или не формируется чувство базовой безопасности и доверия к миру. Ученые сформулировали то, что давно известно смышленым ма15
мам: здоровая привязанность в раннем детстве помогает ребенку вырасти более здоровой личностью. Их отношения в этот год определяют, можно сказать, всю их дальнейшую жизнь.
Наша цель не в том, чтобы приучить детей к дисциплине и привить им полезные навыки, а в том, чтобы
удовлетворить их природную потребность в привязанности, в эмоциональном и физическом контакте с нами. И тогда у нас нет необходимости бравировать нашей силой, послушание для ребенком становится его
естественным состоянием. Ребенок прислушивается к нам. Ребенок, чувствующий себя хорошо, и ведет себя
хорошо. Он поступает в согласии с глубинным ощущением благополучия, а значит, он менее импульсивен,
меньше злится, менее склонен к плохому поведению.
Кто такая альфа? Если мы присмотримся, то внутри привязанности обнаружим две группы инстинктов: инстинкт зависеть от взрослого, смотреть снизу вверх, следовать „за“, внимать. Дети рождаются,
чтобы внимать и созерцать спокойно на всех подряд только до полугода. Потом они не протягивают руки
любому встречному и следуют не за любым, а только за теми, к кому они привязаны. После 6-8 месяцев начинается поляризация привязанностей, мозг ребенка как бы говорит: „Так, спасибо, больше мне не надо!“.
С другой стороны, когда мы отвечаем на нужду ребенка в заботе и ласке, мы автоматически становимся
в позицию т.н. „заботливой альфы“ (термин „альфа“ взят из мира животных). Родители ведут себя не
подавляюще, а с уважительным вниманием к ребенку. Отсюда – заботливая альфа. Заботливая альфа дает
ребенку понять, что он может положиться на нее, доверять ей, рассчитывать на нее, он может обратиться за
помощью и ожидать поддержки. Альфа заинтересовывает ребенка собой, своим посылом: „Я рядом, ты всегда можешь на меня рассчитывать, я отвечаю за тебя“.
Родитель, занимающий позицию заботливой альфы, берет на себя ответственность за отношения с ребенком, понимая, что именно отношения являются основой, без которой любое воспитание бессмысленно.
Альфа готова заботиться о нем, защищать, удовлетворять все его нужды. Когда вы найдете свою альфу внутри себя, то сами удивитесь, насколько легко и гармонично станут разрешаться все вопросы воспитания. Дети станут гораздо спокойнее, будут слушаться, а если и не будут, то будет легче понять, что с этим делать.
На сегодняшний день альфа-родительство – это осознанный подход к воспитанию детей. Альфа – это
не просто правильные слова и действия. Это состояние души, часть мировозрения и стиль жизни. Можно
никогда не слышать про теорию привязанности. Самое главное – принимать ребенка любым с его капризами, желаниями и слезами, научиться искренне его любить и не требовать от ребенка достижений и наград.
Просто любить, безусловно, просто так. Альфа-родители – это атмосфера принятия и доброжелательности,
которую они распространяют не только на собственных детей, но и на окружающих людей.
Суть альфа-родительства – это терпение, выдержка и забота, а не стремление доминировать над ребенком, принуждать его. Нам нужно сотрудничество ребенка. Не отказывайте детям, когда они просят посидеть/полежать с ними на ночь. Не отказывайте в просьбе покормить, одеть/раздеть, завязать шнурки и
т.д. Вообще, в просьбах о помощи старайтесь не отказывать. Особенно это касается уже подросших детей: их
просьбы о помощи надо холить и лелеять. Когда дети маленькие, кажется, что это никогда не закончится,
но, уверяю вас, когда нужда ребенка в заботе полностью удовлетворена, он никогда не попросит лишнего.
Но как бы разумно это ни звучало на словах, на деле многим семьям не знаком этот опыт.
Конечно, позиция альфы – это не только забота или помочь ребенку в его проблеме. Время от времени
вам придется проявить свою альфу и откровенным запретом, сказав „нет“ и дав выплакать слезы тщетности
в своих руках. Представим (ситуация из жизни), приходит в класс такая добренькая и хорошая учительница, всегда войдет в положение и своя в доску, – то обычно ничего хорошего не бывает. Некоторые дети сразу начинают считать, что командуют тут они, перебивают, орут, да просто на ушах стоят. Потому что им
межличностные отношения и кто „круче“ интереснее, чем какая-то математика, не говоря уже про ИЗО. И
когда она от отчаяния начинаешь орать и закручивать гайки, ей никто не верит. А если, наоборот, она приходит и сразу показывает, кто здесь главный, то любое доброе слово, улыбка воспринимается детьми с радостью и благодарностью. Возникают интересные дискуссии, и дети слушаются просто поймав строгий взгляд.
Примерно так и в семье. Если есть рамки – то внутри этих рамок, правил, субординации возможно и доверие, и любовь, и добрые отношения. Но – правила есть правила.
Чем отличаются дети, имеющие связь с родителями?
• Они положительно показывают себя практически в любой деятельности. Они выделяются среди
сверстников способностями к обучению и концентрацией внимания. Именно чувство безопасности и доверия способствует умственному развитию, спокойствию, желанию изучать мир и учиться новому.
• „Привязанные“ дети хорошо спят, едят, спокойны, жизнерадостны, чаще улыбаются и меньше капризничают. Они не испытывают внутренней раздраженности, они более послушны. С людьми легче устанавливают дружеские связи и легко адаптируются в новой обстановке.
• Родители, принимая чувства ребенка, способствуют развитию у него способности к самовыражению.
Дети легче переносят стрессы и быстрее успокаиваются после них.
•„Привязанных“ ребятишек вы всегда узнаете. Они обычно внимательно смотрят на людей. Похоже,
люди им действительно интересны. Почему они смотрят вам прямо в глаза? Потому что с рождения им комфортно с людьми, и связь эта сформировалась правильно. Их прямой взгляд не напряжен, не пронизывает вас и не заставляет отвернуться. Это и не пустой взгляд, он побуждает к ответному вниманию.
• Люди, которых в детстве окружали любовью и заботой, вырастают более миролюбивыми, добрыми и
отзывчивыми. Они крайне редко проявляют агрессию. Они способны принимать других людей, находить
компромиссы, разделять их горе и радость. Им легко быть чуткими по отношению к своим детям. И это не
случайное совпадение.
***
Предположим, „желающие ему добра“ родители из боязни испортить ребенка или „подчиниться“ ему
удерживаются от того, чтобы откликаться на его потребности, и не устанавливают с ним близкие отноше16
ния. В результате ребенок приходит к выводу, что им безразличны его потребности, он привыкает к безразличию с их стороны. Он ощущает некую ущербность своей жизни. Он замыкается в себе и сдерживает свои
чувства. Этот внешне спокойный ребенок, на первый взгляд, „такой дисциплинированный“, рискует со временем стать замкнутым ребенком. Такие дети несут свое раздражение во взрослую жизнь.
Детки с нарушенной привязанностью не понимают, кому можно доверять, а кому нет, поэтому могут
легко идти на контакт к чужим, в то время как к своим (которые когда-то нанесли травму) закрываются.
Быть их родителями становится неимоверно трудно: возникают проблемы в общении, с послушанием и т.д.
Родители и ребенок все больше отдаляются друг от друга. И тогда в нас появляется комплекс „плохого родителя“, мы начинаем считать, что мы чего-то не умеем, не знаем, недостаточно образованы как родители.
Нам проще признать собственное невежество, чем импотенцию. На этом нашем самообмане кормится издательский бизнес.
Привязанность между ребенком и мамой формируется, даже если мама не является внимательной, отзывчивой или даже если она агрессивна. Но это имеет очень серьезные негативные последствия. Малыш не
имеет возможности покинуть эту разрушительную для него ситуацию, и ему приходится подстраиваться
под такие отношения. И это приносит сильный вред его психике и здоровью – это в будущем прямой путь к
созависимости. Основная причина созависимости – это травма развития, эмоциональное жестокое обращение, в некоторых случаях – физическое или эмоциональное неприятие, отторжение, игнорирование ребенка. Эмоциональная жестокость родителя проявляется в отсутствии знаков внимания и любви к ребенку,
грубости, холодности, отсутствии понимания и уважения его потребностей, попытках полностью контролировать детское поведение.
Подрастая, такой ребенок становятся неуправляемыми. Он только и делает, что безобразничает, шалит,
плохо себя ведет, и его постоянно отчитывают. Такого ребенка называют упрямцем, озорником, плаксой. В
общем – это испорченный ребенок. У него меньше стимулов порадовать кого-то, такой ребенок не доставляет удовольствия родителям (и не только). С ним труднее установить связь, отношения родителями осложняются. „Привязанный“ ребенок притягивает окружающих, он всегда находит себе друзей – ребенка без
привязанности сверстники нередко сторонятся. Он отталкивает даже людей, которые могли бы помочь ему
обрести привязанность.
Ребенка без привязанности или слабопривязанного можно узнать по выражению его личика. Точнее,
по отсутствию всякого выражения. Он не ищет зрительного контакта, не пробуждает теплых чувств у тех,
кто смотрит на него. „Потерянный“ – вот какую характеристику ребенка без привязанности мы однажды услышали. Такого ребенка отличает некая одеревенелость, как будто ему привычнее устраиваться на детском
стульчике, чем у мягкого родительского плеча.
Как укреплять привязанность?
Удовлетворить потребность маленького ребенка в крепкой привязанности – трудная задача для любого
взрослого, но все же мы должны это делать. Если в первые 5 лет жизни вы не знали как, если возникли проблемы, никогда не поздно начать. Но чем раньше вы установите связь с ребенком, тем легче вам будет воспитывать его, процесс воспитания примет естественный характер. Лучше предупредить падение ребенка,
чем потом лечить ушибы и заклеивать ему ссадины пластырем. Природа привязанности не так проста: обычно ее не видно, и только если мы умеем смотреть под правильным углом, или если в нас просыпается ответный инстинкт заботы, мы начинаем видеть ее.
1. Привязанность через ощущение. Это самый легкий способ формирования привязанности до
определенного возраста ребенка (см. гл. 5). У маленького ребенка преобладает сфера ощущений, с его помощью он осознает окружающий мир. Заботясь о ребенке и находясь максимум времени рядом, мы формируем эту невидимую нить привязанности через прикосновения, вкус, запах, слух и зрение. К слову, это –
один из элементов естественного родительства. Альфа-родительство и ЕР преследуют одну цель – укрепить привязанность между родителями и ребенком. Но разница в том, что ЕР делает акцент на заботу о ребенке (ГВ, совместный сон, ношение малыша в слинге) примерно до 3-х лет. Что делать дальше – не совсем
понятно. Альфа-родительство сосредотачивается на отношениях независимо от возраста, а не на правильных/не правильных действиях. Это – совершенно другой уровень, другие соотношения.
2. Ритуал завладения. Прежде, чем давать ребенку указание, вам надо им „завладеть“, т.е. расположить к себе, попасть в зону его внимания. В дружественной манере попасть в детское пространство:
„Строишь башню из кубиков... а она будет высокая?“. Зрительный контакт, улыбка, кивок в знак согласия,
приветствие, расспросы о жизни, интересах, выслушивание без попыток оценить и покритиковать – все это
приемы завладевания. Прежде, чем добиваться „трудных“ кивков на согласие что-либо сделать, добейтесь
легких кивков („Хорошая погода, не правда ли?“).
Не существует какого-то одного способа, чтобы попасть в зону внимания ребенка: можно голосом, „завладев“ его ушами, прикосновением, зрительным контактом „глаза в глаза“, улыбкой или игривостью. Ожидание, что дети будут следовать указаниям без дружелюбного привлечения их внимания – самая распространенная родительская ошибка. Учитывая, что они способны направлять внимание только на что-то одно
в каждый момент времени, предварительное завладевание сильно облегчает отвлечение от игры, возвращение домой и прочие моменты. Важно понимать, что завладение ребенком – это, скорее, не стратегия или
методика, а искреннее желание быть рядом. Привычка завладевать ребенком прежде, чем начинать руководить, должна быть отработана до автоматизма. Чем чаще мы будем завладевать ребенком, тем больше это
будет способствовать формированию привязанности, тем более „управляемым“ будет ребенок. Если вы не
можете „завладеть“ ребенком, не пытайтесь руководить им: вы только обнажите свою импотенцию в отно17
шениях.
Когда мои дети были помладше (2-4 года), часто перед тем, как их о чем-то попросить или договориться, я опускалась перед ними на корточки, смотрела в глаза, улыбалась и кивала головой. Иногда просила их
улыбнуться мне и тоже покивать головой. Даже после таких, на первый взгляд, механических действий, мои
инструкции выполнялись гораздо охотнее и точнее.
3. Устанавливайте правильные отношения. Отношения – это утроба для личности. Для психического здоровья каждому ребенку необходимо, чтобы у него был опыт теплых, близких отношений с матерью
(или человеком ее заменяющем). Чтобы был человек, который бы ни чаял в нем души. Врожденный поисковый инстинкт заставляет его искать человека, который станет ответом на вопрос: „Кто обо мне позаботится?“. Не бывает чрезмерной привязанности – бывает недостаточно глубокая. Только осознав этот факт,
мы можем понять причины детского поведения.
Дети как семена: чтобы им расти, им нужны теплота, питание и защита. Родители выступают как садовники, которые стараются понять условия, в которых дети растут лучше. Они сосредоточены на развитии
прочных взаимоотношений с ребенком. Только тогда можно „выращивать сад развития“. Если нет корней, вы не сможете расти. Когда есть проблемы в отношениях, вас ждут проблемы и никакие методы воспитания тут не помогут.
Существуют сотни способов показать ребенку, что вы „свой“ и он может доверять вам. Ваши восхищение, теплота, удовольствие от общения показывают ребенку, что вы приглашаете его в свою жизнь (с этого
и начинаются любые отношения). Это должно восприниматься ребенком как подарок, а не как вознаграждение. Только щедро предлагая детям наполняющие отношения, формируется личность, свободная от давления и необходимости хорошо себя вести. Поведение маленьких детей обусловлено инстинктами: они
хотят быть с нами в близких отношениях. Когда им не хватает отношений с нами, они готовы следовать за
каждым, кто сулит им возможность тепла и близости, с которыми они чувствовали бы себя „как дома“. Ирония в том, что у таких детей, как правило, есть все домашние блага: хорошая одежда, игрушки, модная коляска, детская площадка, где можно играть. Казалось бы, что у этого ребенка все в порядке и он получает
все, что нужно для развития. Но на самом деле этот ребенок не в порядке – он страдает от неудовлетворенной потребности. Только теплые отношения делают сердца и уши детей открытыми нашему влиянию, а не
статус родителя, педагогическое образование или его опыт. Ощущение дома – это не просто здание, это эмоциональное место, где ребенок находит покой в отношениях, в которых царит забота, внимание, положительные эмоции. Осознав это, мы получаем удочку, которой можно ловить рыбу, то бишь хорошее поведение. Это то, что нужно для хорошей дисциплины, а не совершенство родителя.
Изменяйте чувства, в контексте которых происходит проблемное поведение. Вы хотите, чтобы пятилетка убрал игрушки. Если вы, не завладев ребенком, командным тоном отдадите распоряжение, то вместо послушания получите протест. Попробуйте изменить чувства ребенка по отношению к уборке: выдумайте веселую игру или вместе пожалейте „бездомные игрушки“. Удивительно, на что способны дети при положительном отношении к тому, что они делают!
4. Будьте взрослыми. Нет необходимости, что вы всякий раз должны объяснять ребенку ваши решения, чтобы все всегда было понятно ребенку. Иногда единственное, что требуется от вас, так это внушение
ему: „Я взрослый и хочу, чтобы ты сделал так“. Дети ожидают от нас руководства. Уверенность в нашей
„взрослости“ и позволяет им быть детьми. Да, между детьми и родителями должны быть контакт, взаимопонимание, близость – но должно быть и расстояние. Мама с дочкой – друзья, но не подружки.
Отношения с детьми не могут превращаться в равноправие или дружбу. Нельзя допускать панибратства
с ребенком. Вы изначально не равны. Вы старше, опытней, поэтому ваше мнение, ваши решения и ваше
слово первично. Ребенка и нужно сразу к этому приучать. Но это не значит, что волю ребенка нужно подавлять. В идеале – нужны семейные вечера (прогулки, экскурсии) когда всей семьей проводите время. Рисование и прочие творческие дела и игры. В это время нужно дать ребенку право высказаться, что-то придумать, настоять на своем – в бытовых вопросах решения должны принимать родители. За исключением случаев, когда ребенок, все-таки предлагает разумную идею.
Взрослые берут на себя ведущую роль в отношениях. ОНИ ответственны за ребенка. Ребенок принимает заботу взрослого, а не диктует ему, каким образом нужно заботиться. Если такие отношения с детьми
отсутствуют, значит, ребенок сомневается в заботе, которую предлагает взрослый. Когда у маленького ребенка нет ощущения надежности родителей, чтобы можно было положиться и рассчитывать на них, он стремиться стать во главе отношений и берет на себя инициативу. Он занимает позицию доминирующей альфы
– начинает руководить заботой родителя. Вместо того, чтобы слушаться и выполнять его указание, альфаребенок ожидает, что родители будут подчиняться его желаниям и требованиям. Такие дети командуют:
„Ты мне не указ, делай, что я говорю“. Забота о них зачастую оказывается очень тяжелой, если не сказать,
кошмарной. Бороться не стоит. Борьба – это соревнование сильный-сильный или сильный-слабый. В первом случае вы понижаете свой уровень до уровня ребенка. Во втором, что вы будете делать, если проиграете
эту борьбу?.. Меняйте свое поведение и ребенок тоже поменяется.
5. Пригласить ребенка зависеть от вас. Если вы думаете, что ваша забота побудит его бесконечно
цепляться за вас – отбросьте эти страхи. Будьте щедры в своих предложениях заботиться, ухаживать, помогать и принимать ответственность. Зависимость от вас ребенка постарше – это убедить его в том, что он может рассчитывать на вас, может доверить вам свои проблемы и их решение. Ребенок просит родителей помочь, а они ничего не предпринимают или дают совет, как ему следует поступить. Или, допустим, ребенок
хочет вовлечь родителей в придуманную им игру. Но родители смотрят телевизор, говорят, что они устали.
В подобных ситуациях ребенок выступает как человек, который не представляет собой никакой ценности:
„Я – ничто“, „Кто я такой, чтобы меня слушали?“. Значимость моего „Я“ теряется. Захочет ли ребенок в
следующий раз обратиться за помощью к родителям или что-то сделать для семьи?.. Так мы калечим соб18
ственных детей.
У нас нет проблем принять зависимость младенцев, но как только ребенок минует этот сладкий возраст,
мы энергично начинаем внедрять в своих детей независимость. Мы торопимся, чтобы наши дети как можно
раньше начинали самостоятельно одеваться, кушать, развлекать себя, думать за себя, решать свои проблемы. Мы радуемся их независимости, или тому, что мы понимаем под словом „независимость“. Нам кажется,
что они затормозятся в развитии, если мы поможем им в чем-то, они начнут зависеть от нас во всем. В действительности таким поведением мы не воспитываем независимость, мы воспитываем независимость от
нас. И наши дети свою нужду в привязанности и зависимости проецируют либо на другого взрослого, либо
(что происходит чаще всего) на своих ровесников.
Когда мы хотим кому-то понравиться, мы готовы помогать, нам приятно помогать. Твои проблемы –
мои проблемы. Мы ведем себя так со взрослыми, но отказываем в помощи детям. Возможно, мы с такой
охотой принимаем идею заботы о близком нам взрослом, потому что не отвечаем за его развитие и взросление. Мы постоянно, тысячами разных путей, толкаем и подталкиваем наших детей вырасти быстрее. Мы берем на себя слишком много ответственности за взросление своих детей. Вместо того, чтобы притягивать их
к себе, мы отталкиваем их от себя.
Это принять трудно, но достижение зрелости заложено природой, в ребенке уже заложены все возможности для развития качеств, нужных для жизни. Что он станет зрелым сам собой и не нужно учить его, да и
невозможно научить быть зрелым. Когда мы удовлетворяем потребность детей в зависимости – у него разовьются и независимость, и ответственность, и эмпатия, и терпимость, и настойчивость. Потому что независимость – это продукт взросления, а рост и взросление – естественные процессы. Это похоже на то,
что мы не можем сделать наших детей выше, мы просто можем обеспечивать их необходимым питанием.
Мы боимся, что наши дети увязнут где-то на пути взросления и никогда не станут взрослыми. Мы думаем,
что если не подтолкнем их немного, они никогда не покинут гнезда. Но люди не птицы, чем больше мы выталкиваем своих детей, тем сильнее они цепляются за нас. А если им не удается зацепиться за нас, они цепляются за кого-то другого. Противясь детской зависимости от нас, мы подталкиваем ребенка к тому, чтобы
его нужду в зависимости удовлетворили другие. Когда мы не размышляем об этом, мы теряем перспективу.
6. Что такое потребности, „с чем их едят” и зачем нам в этом разбираться? Дело в том, что
неудовлетворенные детские потребности оказывают негативное влияние на человеческую психику. Удовлетворять их или нет – личное дело каждого, но, если вы задумываетесь о том, как правильно воспитывать ребенка, имейте в виду возможные последствия, к которым может привести игнорирование его желаний. Знакомство с ними нужно родителям для того, чтобы уметь „считывать” в желаниях и поведении ребенка не
только капризы, но и проявление базовых психологических нужд, о которых я и хочу сказать. Естественно, у
всех детей они проявляются в разной „пропорции“. К врожденным базовым психологическим потребностям ребенка первых лет жизни относятся:
Потребность в безопасности (я защищен – значит, мне хорошо!) основана на инстинкте самосохранения. Это основная потребность первого года жизни малыша, когда его выживание полностью зависит от
окружающих взрослых. Именно повышенная потребность в безопасности делает многих карапузов, с точки
зрения родителей, такими „невыносимыми” и постоянно требующими внимания (ребенок чувствует себя
спокойно, только ощущая рядом взрослого). Если потребность ребенка в безопасности удовлетворяется в
полной мере, то со временем она отходит на второй план, превращаясь в такое полезное качество, как осторожность.
Эмоциональные потребности (потребность в принадлежности и любви) – это потребность ребенка
в хорошем отношении, в общении фиксируется у младенцев уже в первые месяцы жизни. Примерно после
3 лет, когда ребенок уже начинает осознавать себя как личность, он ждет от родителей безусловной любви и
принятия себя таким, какой он есть. Потребность „быть безоговорочно принятым” психологи называют
одной из самых значимых для человека на протяжении всей его жизни.
Познавательные потребности (удовлетворение интереса) – необходимость изучать окружающий
мир и формировать о нем определенное представление (примерно после 9-12 месяцев). Лет до 7-10 ребенок
находится в постоянном процессе познания, а если взрослые не отобьют у него к этому вкус, то и всю жизнь!
При оценке его поведения также нужно учитывать:
1) Возрастные особенности. К примеру, для карапуза в возрасте полутора лет нормально хватать вещи в
магазине, для малыша 2,5 лет – требовать присутствия взрослого в темной комнате, а для пятилетнего ребенка выпрашивать у родителей игрушку, такую, как у сверстника (см. гл. 13).
2) Индивидуальные черты ребенка. Малыши очень активные или очень впечатлительные, эмоциональные всегда будут демонстрировать более высокий уровень потребностей, чем их спокойные флегматичные
сверстники.
3) Степень фиксации ребенка на желании. Если ребенок просто капризничает, то его легко можно „переключить” на что-то другое. Но если же он транслирует вам какое-то желание настойчиво, попросите его
объяснить, зачем он нуждается в этом сейчас. Если ему удастся более или менее мотивировать свое желание, это, скорее всего, не каприз, а необходимость и просьбу можно смело выполнять.
Принципы любящего подхода.
Воспитание – это не реакция на плохое поведение. Воспитание – это все то, что вы вкладываете в детей,
все то, что из них получается. Но какими вы хотите, чтобы они выросли? Что требуется от вас вашему ребенку, чтобы он стал таким человеком, каким вы мечтаете его видеть? Вам необходимо позаботиться о том, чтобы помочь ребенку выработать в себе внутренний контроль, который останется при нем на всю жизнь.
19
Ваш ребенок – это не чистый лист, на котором вы записываете свои желания и мечты. Вы не формируете, но ориентируете вашего ребенка – в этом принцип.
Нет универсального способа воспитания детей. Дети – индивидуальны, они отличаются по характеру,
по темпераменту – это понятно. Родители тоже разные, у разных семей – разная жизнь. Способы, какими
родители руководят детьми, в разных семьях разные. И все же существуют общие принципы, на которые
могут опираться все родители. Эти принципы мы и пытаемся донести.
Изучайте своего ребенка. Воспитывать ребенка можно, лишь узнав его. Такое знание пребывает в
глубине родительского ума. Назовите это интуицией, но слово „связь“ более доступно для понимания. Родители, наладив связь с ребенком, становятся специалистами по своему ребенку, поэтому они знают, какого
поведения можно ожидать от него в качестве „нормы“ и что сделать, чтобы ребенок не обманул их ожиданий. Дети, связанные с родителями, знают, какого поведения ждут от них родители, и стараются так и вести
себя, потому что хотят порадовать их.
А чтобы узнать своих детей, надо проводить с ними время. Подключайтесь к занятиям сына\дочери.
Вам не нужно быть спецом, вам просто нужно быть рядом с ребенком: ходить в парк, на речку, играть
в мяч, настольные игры, в куклы, мыть вместе машину, готовить вместе с дочерью подарки маме (папе).
„Общение – великая роскошь“.
„Примерьте на себя“ детский ум. Родители ждут от детей взрослого поведения– немало конфликтов возникает по этой причине. Да, взрослый способен оценить необходимость, безопасность и этичность
действия, но маленький ребенок на это не-спо-со-бен. Он совершают дурацкие поступки – по крайней мере, на взгляд взрослого человека. И вы сами можете спятить, если будете судить о поведении детей, прибегая к меркам взрослых. Чтобы понять причины его поведения и понимать, как действовать, мы должны спустится со своего родительского пьедестала и научиться смотреть на вещи глазами ребенка. Мы должны учиться „пропускать детей вперед“.
Мы должны учитывать потребности малыша в ходе принятия каких-то решений. Нам нужно преодолеть страх перед тем, что уступаем нашим детям право контролировать ситуацию. Учитывая желания детей,
мы в действительности лучше руководим ими. На самом деле, это МЫ руководим ими, потому что помогаем
им проявлять послушание.
Воспитание доверием. Некоторые родители считают, что дети должны слушаться в силу простого
правила: „Я-родитель – ты-ребенок“. Но не все так просто. Ребенок, которому велят слушаться, „а иначе…“,
– будет слушаться, но из-за страха, но не потому, что уважает родителей. Родители не становятся автоматически авторитетами для своего ребенка. Ребенок слушается того, кому он доверяет. Доверие же не обеспечивается фактом родительства. Доверие надо заслужить. Если у вас с ребенком установились близкие отношения, если вы откликаетесь на его потребности так, что он доверяет вам, вы добьетесь от него хорошего поведения совершенно естественно, потому что ребенок будет стараться поступать правильно, чтобы порадовать вас.
Если детьми не распоряжаются, если с первого дня жизни их просят, они, как правило, и выполняют
эти просьбы – и все в семье спокойно. Просьба выполняется гораздо охотнее, чем распоряжение. Она содержит в себе возможность обсуждения – пусть и нереализуемую. Она вовлекает в действие не просто волю ребенка, а именно добрую волю: он всегда действует добровольно. Обычно думают, что если попросить ребенка, то он обязательно начнет возражать и спорить. В действительности же все происходит наоборот: в семье,
где всегда просят друг друга, – в такой семье в 99-ти случаях из 100 откликаются на просьбы, потому что и
просящему приходится тонко рассчитывать: выполнима ли его просьба? – и выполняющему просьбу труднее отказать, чем если бы ему было отдано распоряжение. Я встречала немало родителей, которым и в голову не приходит о чем-то попросить ребенка.
Близкие отношения строятся на доверии. У моей подруги дочь Ира жадничает. И вот как-то собрались
все у стола с тортом, а она и говорит: „Пусть Ира делит“. Что с ней стало, взрыв альтруизма! Дочь была готова на все, только бы сказали, какая она справедливая, как хорошо разделила. Миг педагогической победы, а принцип один: мать поверила в лучшее в своем ребенке, и он стал лучше. Дети хотят быть хорошими!
Нужно лишь заметить это желание и поддержать его.
Устанавливайте границы. Если дети проверяют границы на прочность, значит, им нужно, чтобы вы
показали, насколько надежны вы сами и ваши границы. Чтобы узнать, будете ли вы отстаивать эти границы
и насколько твердо. Так они познают мир. Не все детки верят на слово. Такие дети проверяют „границы“ и
родителей на „прочность и изгиб“ – постоянно. Пока не вырастут. Проверяют реакции и смотрят, делают
выводы. И это нормально. Как правило – это будущие лидеры. А с такими не просто. Им надо свою точку
зрения доказывать. Им: „Я сказал(а), потому что сказал(а)“ – не прокатит. Они не переносят диктат в любом виде. Многие родители смешивают ответственность за детей с контролем. Это не одно и то же! Вместо
того, чтобы контролировать детей, мудрое лицо, облеченное властью, будет контролировать ситуацию.
Человек не может без границ, и чем он меньше, тем яснее должны быть обозначены границы. Ребенок
должен познакомиться с этим опытом в родных стенах, прежде чем столкнется с ним за порогом родного
дома. Границы не сковывают ребенка, а скорее, защищают и делают безопасной его „окружающую среду“.
Например, ваш малыш не хочет держать вас за руку, когда вы вместе переходите улицу. Тогда вы устанавливаете четкое правило: переходить улицу можно только держась за руки. И никак иначе. Дело это бывает
нелегким. Нужно приложить много усилий, чтобы добиться равновесия между свободой и ограничениями.
Разумная доза огорчения полезна. Нет огорчений – нет роста. Одни огорчения – жизнь остановилась. Никто не убеждает вас в том, что у вас с ребенком не будет конфликтов. Однако ваше убеждение в том, что поведение ребенка не должно стать выше отношений, поможет успешнее их улаживать.
Структурируйте пространство. Когда ребенок достигает года и превращается в ползунка, родители
должны создать безопасное пространство для него. Обойдите дом и примите „детозащитные“ меры. Закры20
тый балкон, пресловутые розетки, бьющееся и острое, любая химия, мелкие предметы (шкатулка с пуговицами, банки с фасолью и пр.). Ребенок сам „подскажет“, что делать. И не занимаемся мозгоклюйством, не
мотаем нервы ни ему, ни себе. Это куда лучший выход, чем только и делать, что следить за ребенком или наказывать его за совершенно естественную тягу к познанию. Это – кратковременная мера. Когда наши дети,
например, начинали ползать, мы убирали все комнатные растения, стоявшие на полу. Спустя полгода – возвращали все горшки на место, и дети не проявляли к ним уже никакого интереса.
Структурирование пространства не имеет ничего общего с запретами. Наоборот, смысл в том, что убрав
с „тропы“ ползунка один предмет, вы добавляете десять безопасно-познавательных. С этого и начинается
т.н. „раннее развитие“, о котором так много говорят. Когда ребенку попадается на глаза что-то, притягивающее взгляд – не препятствовать потрогать предмет, а наоборот, помочь ребенку изучить его, причем так, чтобы оба остались „целы“ – и предмет, и ребенок. А затем, если в этом есть необходимость, переключить его внимание на что-то другое.
„Почему дети должны вас слушаться?“ – вопрос №1, который почти всегда ставит родителей в
ступор. Тогда так: „Как сохранить свои нервы, когда дети не слушаются?“ или „Почему они не слушаются?“. Всегда есть причина: устали, требование непонятно или непосильно, отстаивают свою самостоятельность, ваш неумелый подход, тон. От ответа на него зависит, как действовать дальше. Если детки не слушаются, то в этом никто не виноват, кроме того, кого они не слушаются. Значит, он сам не уверен в том, что
его нужно слушаться. Ваш ребенок будет настолько послушным, насколько вы будете требовать этого от него, и настолько непослушным, насколько вы будете потворствовать ему. Если научиться спокойно относиться к плачу-нытью – итог не заставит вас ждать. Проверено. „А еще я заметила такую вещь: чем больше я
хочу от дочки, тем меньше она меня слушается. Как только „прессинг“ снижаю, то все нормализуется“.
Многие родители мечтают о детях, которые бы всегда выполняли то, что им говорят, но, если детей, как стадо коров, загоняют в тупое подчинение, в этом нет ничего хорошего. Что же заставляет нас думать, что безотказные дети – это хорошо?..
Маленькие дети еще не знают, какое поведение допустимо, а какое нет, не знают, пока вы им на это не
укажете. В кафе девчушка 2,5 лет пытается взобраться на спинку кресла. Отец посадил ее возле себя, постоянно поглядывает на нее, вовлекает в разговор. Как только она опять принимается карабкаться, отец тут
же возвращает „вечный двигатель“ обратно. Сочетая изобретательное переключение внимания с уважительным сдерживанием, отец внушает ребенку, что от нее добиваются прекращения „восхождений“. Это
контроль? Да. Но именно такой, какой нужен. Когда вы настаиваете на послушании терпеливо, но твердо и
уверенно, вы проявляете свою власть над ребенком полезным для него способом – обучаете его самоконтролю.
Учите ребенка на своем примере. Ребенок учится только на примере, на вашем примере, потому
что ВЫ – „первые люди“ в его мире. Его поведение во многом обусловлено генетически, но столь же многое
определяется образцами, которым он подражает в своем поведении. Мозг ребенка подобен губке, он впитывает все подряд. Это видеокамера, которая фиксирует все, что ребенок слышит и видит, а затем направляет
эти образы для хранения в память, чтобы потом это использовать. Эти накопленные образы, в особенности
образы, характеризующиеся высокой частотностью и привязкой к людям, становятся частью его индивидуальности – частью „Я“ ребенка. Часть вас самих становится частью вашего ребенка.
Лучший способ влиять на ребенка – самому проявлять те свойства, которые вы хотите видеть у него. Но
не так все просто. Всегда ли мы можем быть примером для своих детей? Можем ли мы служить примером
для подражания в том, что сами не делаем? И это осознание приводит нас к самому главному: чтобы воспитывать детей, необходимо воспитать себя. „Но я не идеален и не могу быть идеальным!“. Конечно,
нет. Общее впечатление, которое складывается о родителях у ребенка, – вот что имеет значение, а отдельные родительские ошибки и окрики не в счет. Но если родитель постоянно зол, злость становится частью
личности и ребенка. У него складывается представление, что это есть привычный для людей способ отношения к жизни. Если же родитель являет собой образец жизнелюбия и доверия к жизни, пусть иногда и бросает раздраженную фразу, перед ребенком – более здоровый образец.
Не опекайте излишне. Родители в ответе за детей – никто с этим спорить не будет. Но на вопрос, как
контролировать детей, но и не опекать их излишне, родители не могут ответить. Излишняя мелочная опека
родителей означает беспощадное внимание к любым мелочам в жизни ребенка. Детей дергают, будто кукол, за ниточки ради упоения собственной властью. Гиперопека оборачивается для выросших детей полнейшей несамостоятельностью и большими трудностями в жизни. Они абсолютно не приспособлены к жизни,
этакие „маменькины“ сыночки и дочки и в результате – несчастные люди, которые, оставшись без поддержки, не знают как и не умеют жить. Взрослые дети испытывают страх перед жизнью, т.к. совершенно не
умеют в ней ориентироваться. За них с детства решали все проблемы, а вот как самим их решать, им не объяснили, их не не научили. Выпускать таких детей в самостоятельное „жизненное плавание“ – все равно что
столкнуть с лодки в воду, не научив предварительно плавать. Гиперопека оборачивается тем, что дети вырастают инфантильными, закомплексованными, беспомощными и неподготовленными к самостоятельной
жизни. Неспособные принимать решения и брать на себя ответственность. Без родителей они не могут ни
сделать что-то, ни решение самостоятельное принять. И как следствие, такие дети мало чего добиваются в
жизни. Рушатся попытки заработать деньги самому. Более того, рушатся семьи. Так как инфантильные
мужчины не могут брать ответственность за семью на себя, не могут защитить, обеспечить, помочь жене в
решении вопросов. Инфантильные женщины страдают от беспомощности в одиночестве или после развода.
Страдают их дети.
5. Как установить связь с младенцем.
21
„Мать должна любить своего ребенка с момента зачатия“ – не плохая идея, не правда ли?
Просто, но только на словах. Материнский инстинкт запускается у всех по-разному и в разное время или вообще не запускается. Собственный младенческий опыт матери – тот спусковой крючок, который запускает
или не запускает механизм материнского инстинкта. Если она воспитывалась в любящей семье, где к ней
относились с нежностью, называли ласковыми именами, обнимали, уделяли внимание, проявляли заботу,
то и она будет также общаться со своими детьми. Если в семье девочка была лишена нежности, ласки, понимания и внимания, то у нее, как у ее мамы, нет опыта проявления близости и теплых чувств, она не умеет
говорить малышу ласковые, нежные слова. Такая женщина, может быть, и любит своего ребенка, но посвоему, и проявляет любовь так, как умеет, как ей показали в детстве.
Возможно, это не отсутствие любви и материнского инстинкта, а, скорее, некоторая сдержанность в
проявлении чувств, что внешне выглядит как холодность. Часто детям такой матери не хватает тепла, нежности, как и ей самой в детстве. Они вырастают, не получая той эмоциональности, которая была нужна. И
традиция „прохлады“ в отношениях детей и родителей сохраняется и продолжается новыми поколениями.
Что такое „позитивное отзеркаливание“? Во многих традиционных культурах младенцы весь
первый год жизни проводят прижавшись к матери. Мама кормит, не отрываясь от дел, спит тоже с ребенком. Если бы опасения про „избалуется, приучится“ были верны, их дети должны были бы чуть не до взрослого возраста настаивать на том, чтобы их носили. Однако мы наблюдаем ровно обратное: эти малыши намного более самостоятельны и независимы к двум годам, чем их городские сверстники. Они не склонны
ныть, канючить, постоянно дергать мать и „висеть“ на ней, они полны радостной любознательности и вовсе
не выглядят „избалованными“. А дети из современных мегаполисов, которых боялись „приучить к рукам“,
или чьи мамы не могли с ними быть, ненасытно требуют внимания взрослых, капризничают, изматывают
родителей своим вечным недовольством и прилипчивостью. То есть получается ровно наоборот.
Итак, взрослые служат постоянными зеркалами для ребенка, но зеркала эти – не холодное стекло, равнодушно отражающее ровно то, что перед ним. Ласковые слова матери, нежные интонации, улыбки и мягкие прикосновения словно обволакивают ребенка коконом любования и одобрения. Она не просто служит
зеркалом – она служит зеркалом, в котором ты всегда хорош, любим и важен. Такое общение называют „позитивным отзеркаливанием“. Это неравнодушное, любящее, одобряющее зеркало. Какой же вывод сделает ребенок, для всего развития его личности? Вывод базовый: „Я существую, и это хорошо“. Это то самое чувство, которые психологи называют базовым доверием к миру, и оно очень сильно определяет будущие отношения человека с собой и с жизнью. Есть версии, что именно сложности с базовым доверием лежат в основе некоторых депрессий, зависимостей и других малоприятных состояний. Потому что, к сожалению, далеко не всем детям везет в начале жизни купаться в позитивном отзеркаливании. Если родители
держатся отстраненно, холодно, если мать страдает от послеродовой депрессии или переживает горе, если
она слишком переутомлена, болеет, если ребенок слишком рано оказывается в яслях, где ему уделяют мало
внимания, – базовое доверие может не сложиться. Позитивное отзеркаливание закладывает основы самооценки, становится стержнем внутри личности. Если в основе личности – прочный стержень убеждения „я
существую и это хорошо“, человек гораздо меньше зависит от внешней оценки. Стрелы критики, осуждения не разрушат его. А значит, будучи спокойным за свою безопасность на самом глубинном уровне, взрослый человек сможет отнестись к критике разумно, что-то принять, что-то отвергнуть, виноват – исправить и
принести извинения, сделать выводы на будущее. Критика воспринимается как субъективное суждение другого человека, которое может быть как верным, так и ошибочным, как важным, так и не имеющим особого
значения.
Понимая роль позитивного отзеркаливания в развитии ребенка, мы можем оценить, насколько важно
психологическое, эмоциональное состояние матери в это время. Ее болезнь, усталость, конфликты с мужем,
страх за будущее могут привести к тому, что ухаживать за ребенком она сможет, а позитивно отзеркаливать
– нет. Поэтому самое лучшее, что могут сделать для младенца члены семьи, близкие – помочь его маме
быть отдохнувшей, спокойной и проводить в общении с ребенком больше времени. Лучше не сидеть вместо
нее с ребенком, а позаботиться о ней самой: освободить от домашних дел, вкусно накормить, сделать массаж, наполнить ароматную ванну. Когда мама сама хорошо себя чувствует, она будет общаться с ребенком
естественно и с удовольствием – если сами родители в порядке, если они с ребенком не разлучаются слишком надолго и выглядят достаточно уверенными и спокойными – ему хорошо. Потому что благополучие
ребенка зависит не от условий, в которых он живет, а от отношений, в которых он находится.
Не стоит считать себя плохими родителями на основании того, что вы живете в тесноте, покупаете одежду в сэконд-хенде или у вас не всегда есть деньги на фрукты. И уж тем более, если у вас нет отельной детской как на картинке, детских одежек известной фирмы, десятка приспособлений для ухода „специально
разработанных лучшими специалистами для того, чтобы сделать вашего малыша счастливым“. Они
не сделают его счастливым. Если честно, ребенку не нужно примерно три четверти из всего, что ему покупает обычная городская семья со средним уровнем доходов. Есть возможность – почему бы и не купить,
ведь это так радует родителей. Но вот доводить себя до истощения дополнительными заработками, выходить на работу раньше времени, чтобы „дать ему все самое лучшее“ – зачем? Лучше вас и ваших объятий
на свете все равно ничего нет, доверие и душевное спокойствие ребенка не купишь ни за какие деньги.
С чего начинается привязанность? С теста на чуткость. Привязанность начинается с вашего искреннего отклика, чуждого опасений, что вы испортите ребенка, что он, возможно, вертит вами. Если ребенок плачет (не важно, ваш ребенок или чужой) проанализируйте свои эмоции. Тревожит ли вас детский
плач, пробуждает ли потребность взять ребенка на руки и ласково успокоить его? Или же детский плач оставляет вас равнодушной („не позволю управлять мною!“) – вас ждут проблемы. И вам надо переосмыслить
свое поведение как родителя, а по большому счету, свое родительское предназначение. Если плачь трево22
жит вас, значит, вы хорошая мама.
Устанавливать связь с ребенком начинаем с основных его потребностей: отклик на его сигналы, ГВ
по требованию, ношение на руках, совместный с мамой сон, игра и забота.
1. Откликайтесь на плач ребенка – это воспитательная акция на 101%. Когда ваш ребенок заплакал, возьмите его на руки и успокойте. Не теряйте времени, задаваясь вопросами: „Не пробует ли он манипулировать мною? Не испорчу ли я ребенка?“. Просто возьмите его и все! Суть в том, чтобы не оставлять
плачущего ребенка одного. Иногда начинающие матери слышат совет: „Пусть ребенок выплачется“. Иными словами, оставить ребенка одного, когда он плачет. Ни в коем случае не делайте этого! Плач ребенка –
это свойственный ему язык, вам надо прислушиваться к нему. Детский плач „предусмотрен“ для того, чтобы
потребности ребенка в пище, пребывании у вас на руках, отдыхе и общении удовлетворялись. С отклика на
плач ребенка начинается процесс обучения, в ходе которого вы приучаете ребенка доверять вам. Когда ребенку будет четыре-шесть месяцев, ваш отклик на его недовольство станет не столь мгновенным. Ребенок
постепенно усваивает, что можно немножко подождать. Он способен на это, потому что уже научился доверять вам. Если ребенок продолжает плакать, вам надо выяснить причину плача.
Младенцы, получающие ранний отклик мамы на плач, по-другому плачут – мягче, без истерических
ноток. По мере того как младенцы приучаются плакать пронзительнее, дистанция между ними и матерями
увеличивается. Если вы способны отреагировать на сигналы, предваряющие плач, тем самым погасите начинающийся плач при его зарождении. Ребенок вскоре привыкает к тому, что нет необходимости громко
плакать (или же вообще кричать), чтобы получить необходимое. Рефлекс „ор – удовольствие“ не возникает.
2. Вскармливайте грудью. Вы обретаете гармонию со своим ребенком. Один ведущий психотерапевт
заметила, что „кормящие грудью матери способны глубже сопереживать своим детям“. Уже двадцать два
года я, как практикующий педиатр, отмечаю, до чего же „покладисты“ вскормленные грудью ходунки и особенно те ребятишки, которых кормят грудью и на втором году жизни. Такой ходунок умиротворен и очень
миролюбиво настроен к тем, кто смотрит за ним. Мать, искусственно вскармливающая ребенка, тоже может
достичь близости с ним, но ей это будет стоить бо́льших усилий, поскольку она не ощущает природной связи – в отличие от матери, кормящей грудью.
„Но разве продолжительное вскармливание грудью не испортит ходунка?“. В действительности справедливо обратное: дети, которых не отнимают прежде времени от груди, более самостоятельны. Длительное вскармливание грудью связывает ребенка с матерью, но не ведет к зависимости. Для него это все равно
что якорь, „встав“ на который он будет отважнее исследовать незнакомый мир. Совет давать грудь ребенку
после года, возможно, покажется вам странной, но для развития детей важно не отнимать их от груди, пока
они сами не проявят готовности к этому.
О нытье. Любая кормящая дольше года мама знает, что ребенок испытывает потребность в прикладывании к груди, если ударился или испугался. Это связано с незрелостью его гормональной системы, ее неспособностью самостоятельно подавить гормоны стресса. Природа рассчитывала, что в такой ситуации ребенок побежит к маме за эндорфинами (поэтому их в грудном молоке много). Ребенок, которого отлучили
от груди рано, будет более нервным и капризным, чем его сосущий сверстник. Но это, разумеется, не его вина – это биология.
3. Носите на руках – еще одна его врожденная потребность. При рождении ребенок отделяется от матери, и чтобы это отделение не было травматичным, ему еще долго нужно постоянно быть с матерью, чувствовать ее тепло, слышать стук ее сердца, иметь возможность приложиться к груди. Тепло и близость родительского тела, прямой зрительный контакт, движение, особенно ритмичный родительский шаг, мягко
оживляя его внимание, успокаивают ребенка и помогают ему справиться с рефлексами. Ношение улучшает
самочувствие ребенка в принципе. Ребенок, которого носят, ощущает тело матери, чувствует себя частью родительского мира. Когда мать прижимает его к груди, ее сердцебиение напоминает ему о той ритмичной
пульсации, к которой он был привычен в утробе.
Ребенок оказывается там, куда направляются родители, видит то, что видят они, слышит то, что слышат и говорят родители. Ношение способствует появлению у ребенка ощущения своей включенности в происходящее и своей значимости, что порождает у ребенка чувство удовлетворения, которое, в свою очередь,
повышает его возможности к обучению. Движение стимулирует младенческий мозг, а значит, возрастают
умственные способности ребенка. Ношение на руках способствует также эмоциональному развитию. Объяснение здесь простое. Малыш эмоционально развивается благодаря постоянному (а не время от времени) общению с мамой. Улыбки, взгляды, умиления, удивления, радость, озабоченность – всего этого не сможет
дать музыкальная игрушка, даже самая дорогая.
Итак, зачем носить ребенка на руках. Только на руках у матери ребенок чувствует себя полностью защищенным и, двигаясь вместе с ней, получает разнообразные впечатления, необходимые ему для правильного
развития. И это основная социальная функция ношения на руках. Находясь у мамы на руках, ребенок не оторван от повседневной жизни, а может наблюдать и пока пассивно участвовать в работе взрослых. Таким
образом, в то время, когда формируется личность, малыш удивительно легко учится образу жизни родителей и перенимает его.
Базовое доверие основано на соответствии реальности бессознательным ожиданиям (я хочу –
я получаю) и чувству безопасности, а проще – на постоянном присутствии мамы в зоне досягаемости.
Внезапное и непонятное ребенку исчезновение мамы на первом году жизни ставит под угрозу его чувство
безопасности, ощущение, что „все хорошо“ (это и есть базовое доверие). А для совсем маленького ребенка
мама исчезает (возможно, о ужас, навсегда!) каждый раз, когда выходит в другую комнату. Чем дольше и
чаще отлучки, несоответствующие возрасту, тем больше нарушается чувство безопасности. Чем их больше в
более раннем возрасте, тем менее стойкое у ребенка ощущение безопасности, тем меньше запас доверия,
что мама вернется, а значит, и ощущения, что мир безопасен. Регулярное повторение этих переживаний
23
приводит к нарушению детской психики.
Потребность быть на руках у мамы (прикасаться к ней), особенно для искусственничков, – жизненная
необходимость у ребенка до года. Такая же, как потребность в еде! Теперь представьте, что вы голодны, и хотите наесться. А у вас кто-то забирает суп, мясо и салат и говорит: „Не приучайся есть! Потом отвыкать
придется! Съешь только немного овощей, и потерпи. Привыкай к чувству голода, оно будет сопровождать тебя всю жизнь“. Это нормально? Научитесь вы терпеть голод? Можно ли накормить человека, сделать его сытым и довольным, не дав ему достаточно нужной ему еды?! Зато, если вы поели – вы сыты, довольны, и можете о еде не думать, не искать ее, а заняться своими делами. Так и малыш. Если его „накормить“
ношением на руках (это важно именно до года), он, сытый, сможет заниматься своими делами, познавать
мир и развиваться. Как только эта потребность насыщается, перестает быть актуальной, он с ней просто расстается. Настанет время – слезет с рук, и не удержишь. Если мы наелись, мы не будем выходить из-за стола
с куском в руке. Если мы выспались, мы не будем весь день искать возможность прилечь. Когда потребность
полностью удовлетворена, за нее нет необходимости держаться. Удовлетворенная потребность освобождает.
И наоборот: если в этой потребности нас ограничить (недоносить на руках, „недокормить“ любовью в
этом ручном эквиваленте), она становится сильнее. Ребенок будет „ходить вокруг холодильника“ пока не
вырастет – вокруг мамы, стараясь дополучить. И тут оправдаются страхи, что „от рук не отучить!“. Когда мы недостаточно носим на руках – мы создаем ажиотаж вокруг рук, ощущение, что этого мало, и этого
надо добиваться. Когда мы предлагаем ребенку круглосуточное нахождение на руках или слинге (это, наверное, невозможно, но должна быть внутренняя готовность к этому), малыш возьмет сколько надо и займется собой. И „отучать“ не придется. Он встанет на ножки, оттолкнет протянутую вами руку и – пойдет.
Попробуйте взять его на руки – визг, крик, протест против того, что недавно воспринимал как счастье.
Ребенок 2-х лет часто просится на руки. Нужно ли брать? Как говорят старые люди, если ребенок
просится на руки, значит, его надо взять. Значит, у ребенка имеется в этом потребность, значит, ему это
нужно для психического развития. Нельзя отвергать просьб ребенка взять его на ручки, он может почувствовать себя брошенным.
Но не всегда получается взять ребенка на руки, поэтому мы с ним договариваемся: „Я возьму тебя на
ручки, мы с тобой сосчитаем до 10, и ты отдохнешь за это время“. Ребенку совсем не требуется, чтобы
его несли. Дети достаточно выносливы, и 2-х-летний малыш вполне может пробегать в день несколько километров (он не бежит прямо, он двигается в играх, но это равноценно). А когда он просится „на ручки“, ему
просто требуется удостовериться, что его любят и готовы обнять. Дети так проверяют родительскую любовь.
Поэтому берите своих малышей чаще на руки, говорите им ласковые слова, но и себя не перегружайте. Достаточно подбросить малыша вверх, поиграть с ним, взять ненадолго на руки, просто прижать, – и у него появятся силы и настроение, он снова станет радостным. Иногда ребенок капризничает от того, что ему скучно идти прямо. Тогда мы, например, начинаем играть в догонялки или прыгаем вместе. Чуть-чуть поиграем, и он снова готов идти самостоятельно.
Если ребенок просится на руки, значит, он нуждается в вашем внимании и любви. Детям обязательно
нужен телесный контакт с близкими людьми, они хотят чувствовать себя в безопасности, знать, что мама и
папа его любят. Дети, которых часто обнимают, держат на руках, гладят по спинке развиваются гармонично, способны сопереживать чувствам других людей. Поэтому не бойтесь брать ребенка на руки, погладить
его, поцеловать лишний раз. Этот период быстро заканчивается, и вы потом будете сожалеть, что он прошел. Это те моменты, которые уже не повторятся и это моменты, которые запоминает ребенок и которые будете вспоминать вы.
4. Спите вместе с ребенком. Дети с трудом отличают сон от реальности и плохо ориентируются после пробуждения. Ночные страхи – если они пробуждаются и обнаруживают, что они одни – ужасный опыт
для малышей. Урок №4: детям нужно, чтобы родители были рядом с ними в ночное время. Не считайте
ночное время временем отстранения от ребенка, наоборот, расценивайте его как еще одну возможность
укрепить связь с ним. Все физиологические системы ребенка работают лучше, если он спит рядом с матерью. Деятельность как сердца, так и дыхательного аппарата более упорядочена и испытывает меньшую
нагрузку, а значит, ребенок менее напряжен, физически более благополучен.
У совместного сна есть и плюсы „эмоциональные“: младенцы обнаруживают меньше беспокойства. В
ночное время они тихи, безмятежны – так же, как и в дневные часы. Связь „мать – ребенок“ не нарушается. Пора, когда ребенок у вас на руках, у вашей груди, рядом с вами в вашей постели, очень скоро минует, но
внушенные вами бессознательные чувства защищенности и любви останутся с ним на всю жизнь.
5. Играйте с ребенком. Рассматривайте время игры как вашу самую удачную инвестицию. Взгляните
на вещи так: вы делаете наиважнейшее дело на свете – вы взращиваете человека. Возможно, вы думаете,
что „теряете время“, складывая кубики, и что могли бы „заняться делом“ вместо этого. То, что вам кажется бессмысленным занятием, много значит для вашего малыша. Разумеется, вам не нужно играть с утра до
вечера, да и ваш ребенок этого не захочет. Предлагайте дела, которые можно сделать играя.
Игра – это естественный двигатель развития. Дети учатся играя. В игре дети выражают свое истинное
„Я“ и выступают как самостоятельные личности. Именно в игре происходит рост и развитие, игра повышает
психологическую устойчивость. Ум дошкольника полон фантазий. Это ступень, когда дети бо́льшую часть
времени поглощены игрой в „понарошку“. Ради забавы они способность жить в воображаемом мире, это облегчает им познавать реальный мир. Дети только и заняты тем, что примеряют на себя всякие роли – животных, мамы и папы, доктора и больного, шофера, воспитателя, принцессы. Игра в понарошку – это генеральная репетиция жизни. Ее нельзя оценивать с точки зрения правильности или неправильности. В игре
ребенок может пожениться и развестись сколько угодно раз, не сталкиваясь с финансовым крахом и душевными страданиями. Время игры приближает нас к уровню ребенка, позволяет заглянуть в его детский мир,
24
добиться взаимодействия с ним. Вам хочется, чтобы ваш ребенок набирался счастливого „опыта“? А ничто
не делает ребенка более счастливым, чем игра с мамой и папой.
Мы не можем научить детей творческой жилке и любопытству. Это развивается в игре, свободной от последствий, указаний и обучения. Когда взрослые посягают на время игры, дают инструкции или сосредотачиваются на поведении, они подавляют пробивающиеся ростки личности. Если ребенок следует вашему
мнению в игре, он охотнее будет прислушиваться к вашим прочим наставлениям. Игра упрощает воспитание, а воспитание по большому счету – это умение радоваться жизни вместе с ребенком во всех ее мелочах.
Нужно учитывать то, что способность играть самостоятельно у детей до 3-х лет минимальна, поскольку у
них сильные потребности в отношениях.
6. Будьте „заботливой альфой“. Ваша роль быть помощником, т.е. консультировать, быть опорой,
эмоционально поддерживать ребенка в его самостоятельности. Вы не диктуете ребенку, ЧТО ему делать, но
помогаете разобраться в том, КАК делать. Не командуете, но принимаете сигналы ребенка и умело вносите
свои пожелания в калейдоскоп детских „хочу“. Ребенок говорит: „Я сам…“ – и вы подтверждаете: „Ну конечно, ты сам справишься!“. Альфа ТАК обустраивает окружающую среду.
Между вами ребенком совершенно необходимо взаимное доверие. Считая себя заботливой альфой,
вы откажетесь от стремления давить на ребенка своей „авторитетной“ заботой. Если ребенку не хватает вас,
проблемы с воспитанием неизбежны. Ребенок, вынужденный действовать самостоятельно, не будет верить
в свои силы. Такие дети раздражены, как будто они чувствуют, что их обделили необходимой им помощью.
Они либо прекращают свои попытки – из-за неуверенности, – либо, в случае упорного характера, „громко“
требуют помощи. Так или этак, но это сказывается на их эмоциональном и умственном развитии. Обычно
до двух лет помощником ребенку бывает в основном мать, а затем оба родителя становятся помощниками –
когда отец поддерживает ребенка в стремлении оторваться от „маминой юбки“. Подрастая, дети обращаются к дополнительным помощникам – бабушкам и дедушкам, учителям, тренерам и т.д.
***
Ступень развития ребенка под знаком „мама и я нераздельны“ является своего рода гарантией против
тревожности и стресса в будущем, вплоть до совершеннолетия. „Ну а если я не обращалась ко всем тем методам, которые входят в понятие „родительская привязанность?“ – спросите вы. Не корите себя чрезмерно. У маленьких детей большой запас жизненных сил, поэтому у вас есть шанс: лучше поздно, чем никогда.
6. Как разобраться в детях, которым год, два и три.
Ручонки как инструмент. Приготовьтесь – сейчас будет самое интересное. Исследование мира – вот
чем ребенок займется на этом этапе. Держитесь, кошки, мобильники и мамины новые туфли. Вставайте с
кресла, родители – теперь вам предстоит побегать. Вашего отпрыска ждут великие дела. На самом деле самые базовые вещи, которые определяют наше качество жизни на 90 %, осваиваются с года до трех. Это
важно понимать, потому что потом – будете вкушать только плоды. Для того, чтобы понять, как действовать, давайте взглянем на вещи его глазами, и тогда нам, наверное, станет легче понять его поведение. Станет ясно, почему эта любознательная маленькая личность подвергает родителей настоящему испытанию.
От года до двух дети, стремясь обрести бо́льшую независимость, получают „колеса“, чтобы умчаться от
вас, и „трубу“, чтобы громко заявить о себе. Все, до чего можно добраться на своих двоих и что можно схватить, – законная добыча, как считает малыш. Для любознательного малыша дом – это не открытый материк, и первооткрыватель, будьте уверены, не пропустит ничего. Импульсивные действия – норма для ходунка: он дергает шнуры светильников, открывает холодильник, выбегает на проезжую часть улицы, взбирается на столы, шкафчики и диваны. Вот эти перемены вы и должны предвидеть, а не хвататься потом за
голову. Или запрещать.
Дети, к счастью, не идеальны, а то им некуда было бы улучшаться. Почему-то стоит стать родителем, как собственное детство напрочь забывается. Зато становятся необыкновенно яркими представления об идеальном детстве, об идеальном ребенке. Считается, что секрет, как сделать ребенка хорошим, заключается в том, чтобы сделать одобрение условным в зависимости от послушания. За хорошее поведение
хвалят, за плохое – наказывают. То бишь любовь родителей используется как инструмент формирования
поведения: ребенка приглашают к близости только когда он хороший, и прогоняют, когда он плохой. Такая
практика стала нормой, однако она разрушает отношения.
Сопротивление рассматривается как что-то, что необходимо подавить, а не как инстинкт противления.
К истерикам относятся как к пламени, которое нужно потушить, но при этом постоянно подбрасывают дрова к фрустрации, которая является их причиной. Проблемы с вниманием считают недостатком ребенка, а
не свойством его незрелой системы, которая может концентрироваться на чем-то одном в каждый момент
времени. Словом, о поведении судят по внешнему виду, не принимая во внимание лежащие в его основе эмоции и инстинкты.
Почему либо „красавица“, либо „чудовище“? Нет другого такого же испытания для зрелости родителя, как сила незрелого ребенка. У маленьких детей есть необыкновенная способность не повиноваться
и сбивать с толку родителей. Их уникальные личности, как правило, не поддаются нашей логике и пониманию. Дети ведут себя навязчиво, привлекательно, импульсивно, беспокойно, восхитительно, бездумно, великодушно, изменчиво, агрессивно, упрямо и совершенно непредсказуемо. Маленькие дети не делают несколько дел одновременно, не думают дважды. У них может быть только одна эмоция или мысль за один
раз. Каждую мысль или чувство они переживают по отдельности. Они переживают эмоции в чистом виде,
не уравновешивая ее никакими другими ощущениями. Они совершенно непредсказуемы, словно ветром их
25
бросает от одной мысли, эмоции, поступка к другой. Они, реагируя в порыве чувств, не созерцают их, они
их воплощают. Маленького ребенка не назовут сдержанным, справедливым, разумным, чутким, внимательным или заботливым. Маленькие дети могут вести себя гораздо лучше, но их благие намерения недолговечны. Они могут быть либо „красавицей“, либо „чудовищем“, и это их нисколько не беспокоит, т.к. у них
отсутствует внутренний конфликт и не развита совесть.
Маленькие дети не думают, прежде чем делать, они просто действуют в соответствии с инстинктами и
эмоциями. Они обещают больше никогда никого не бить, чтобы всего лишь через 2 минуты совершить то
же самое действие! Маленьким детям не подвластны их импульсы и действия, они зависимы от них. Маленькие дети не думают, они реагируют и поддаются импульсам – именно так выглядит маленький ребенок
в действии. Они честны. Прямота, с которой они высказывают свое видение проблемы, может как поднять
вам настроение, так и смутить. У детей нет на сердце горечи, неоправданных ожиданий и обид. Их любовь
чиста в своем выражении. Их картина мира либо черная, либо белая, серый цвет отсутствует напрочь. Их не
беспокоит отсутствии логики. Вплоть до перехода от 5 до 7 годам (от 7 к 9 для чувствительных детей) система внимания находится в процессе развития, дети могут просто не слушать, что им говорят, легко отвлекаться, испытывать трудности с организованностью, терять вещи и выглядеть забывчивыми.
Непредсказуемость маленьких детей такова, что никакие инструкции не помогут родителям понять детей. И причина простая: это вызвано незрелостью их мозга, в т.ч. незрелостью системы внимания. Мозгу
маленького ребенка для полной интеграции (т.е. для того, чтобы части мозга установили связь друг с другом) требуется в среднем от 5 до 7 лет здорового развития, только потом начинают проявляться признаки
уравновешенности, самоконтроля и чуткости. Когда наступает этот период, у детей появляется способность
учитывать две стороны одного явления одновременно и сочетать две разных мысли. „Если я брошу, то сделаю кому-то больно“, „Если я возьму чужую вещь, это будет плохо“, „Если я швырну эту тарелку, но
мне же потом придется собирать осколки“. Именно смешивание чувств и мыслей тормозит неуравновешенные действия и порождает самоконтроль (забота о последствиях). До 5-7 лет смешанные чувства невозможны: мозг не готов. И как не призывай ребенка к благоразумию, совести, контролировать свои импульсы, его мозг в соответствующую позицию не встает. До этого возраста ребенок в состоянии испытывать
только одну эмоцию, идею, чувство в единицу времени. Замечу, что эмоции усложняют смешивание и не
все дети в 7 лет способны к смешанным чувствам.
Маленькие дети имеют право быть незрелыми, это – факт, который мы почему-то игнорируем, считаем
незрелость изъяном, требующем исправления. По большому счету, незрелость – это часть замысла развития. Если бы мы понимали это ТАК, наши дети не ставили бы нас постоянно в тупик, мы не наказывали бы
детей за то, что они незрелые. Роль взрослых заключается не в том, чтобы бороться с этими симптомами, а
создать условия, которые позволят (помогут) мозгу созревать естественным образом. Созревание нельзя ни
ускорить, ни подтолкнуть, ни наработать практически. Зрелость – естественный процесс, нам не нужно
подгонять реку, которая и так течет.
Ускорить развитие мозга мы не можем. Как быть?
1. Заботливая позиция вместо карательной – вот ключ к тому, как справляться с незрелостью. Есть
смысл предупреждать проблему до того, как она случится. Малыш смог взять тарелку и разбить? Это не его
вина, а скорее – ваша, потому что ВЫ оставили ее в доступном месте. Для крохи такие эксперименты – это
познание мира. Для вас – „шкодничество“.
2. Станьте режиссером действий ребенка – означает давать ему предварительные инструкции по поводу
адекватного поведения (но если ребенок не привязан к взрослому, дающему указания, вряд ли он будет их
выполнять).
3. Подготавливайте ребенка к любым действиям постепенно. „Скатись с горки еще 3 раза и мы пойдем
домой“, „Сейчас мы почистим зубы, почитаем книжку и будем спать“, „Мы зайдем в этот кабинет, там
будет сидеть добрая тетя в белом халате, она будет смотреть твои глазки“.
4. Признавайте и отражайте чувства детей, называя словами их импульсы. Мы не должны вытеснять
детские эмоции. Что это значит? Призывая криком или угрозой, чтобы ребенок прекратил драться, плакать, тем самым его эмоцию мы вытесняем другой: страхом, тревогой. Мы мешаем ему понять, какую эмоцию он испытывал до этого (см. гл. 10).
5. Говорите в позитивном манере. Детский мозг не воспринимает отрицательную частицу НЕ, а воспринимает то, что идет следом. Не трогай – обязательно тронет. Не кричи – закричит.
• Не стучи кастрюлей! – Кастрюля может сломаться, давай положим в нее...
• Не дергай кошку за хвост! – Кошке больно, она может тебя поцарапать.
• Не шуми! – Тише, тише, слышишь, кто-то шуршит?
• Не лезь в лужу! – Лужа глубокая, обойди ее.
• Смотри, упадешь! – Осторожно, ступенька!
***
„Лезет на компьютерный стол, снимаешь – орет. Пытается испортить учебник брата, пытается
поесть корм попугая из клетки, пытается скидать обувь в ванну, забрали кружку из которой выливал
воду и хотел бросить и т.д и т.п. Исход один отбираешь, говоришь, что нельзя и начинается...“.
Фокус в том, что все события, связанные с ходунком – нейтральны. Это ВЫ их делаете (+) или (-) в зависимости от отношения к ним. Для ребенка они (ванна, корм, вода, книга и т.д.) плюсовые. Это ВАМ плохо от
них. Дети в этом возрасте не ведут и не могут вести себя „плохо“, они ведут себя так, как ведут. Они для себя
только хорошие, а вот другие могут быть плохими. Вывод: надо изменить свое отношение к поведению ребенка, вклиниться в его умишко и реагировать адекватно, а не создавать шум-гам: „Караул, низ-зя!!“. Дети
должны проказничать, это их естественное состояние: есть кошачий корм, с радостью полоскать руки в уни26
тазе, интересоваться ножичком, айпадом, таскать яйца из холодильника и многое еще чего делать. Главное,
не то, что случилось или случается, а то, как к этому относиться. А может – никак не относиться, а надеть
маску спокойствия и невозмутимости, как у Буды. А может, написать на его маечке напоминание себе: „Оставьте меня в покое!“?..
Крики, приказной тон, резкие движения, заискивание и ублажение ребенка не разрядят обстановку, а
наоборот. Дети черпают силу, а также чувство безопасности из нашей способности оставаться твердыми и
уверенными, невозмутимыми и сочувственными. А если иронии чуть-чуть добавить? Чем больше шуток и
иронии на их поведение, тем лучше дети слушаются. Если бы все родители, когда дети их не слушаются или
вообще не слышат, относились к этому как к задаче, которую надо решить, а не просто кричали бы на детей
и обвиняли их в этом, то уж давно все наши дети были бы прекрасно воспитаны. Детей нельзя обманывать,
нельзя обещать им что-то и не сделать. Но можно и нужно пускаться на всякие хитрости, чтобы отвлечь их
от дурного, побудить к хорошему. Дети ценят эти хитрости как признак мастерства, признак ума, ловкости.
Сейчас главная его потребность – познавать мир, а для нас – это „совершает пакости“, „сует нос, куда
не надо“ и т.д. А если думать по-другому – он не пакостит, не делает назло и не „так“, малыш, повторяю, познает мир. И заодно проверяет родителей на прочность. В тисках сплошных ограничений ребенок вырастет,
если не дебилом, то с отставанием в интеллекте точно. Нельзя его ограничивать, тем более углом или „легким шлепком“ по попе. Этого НЕЛЬЗЯ делать! Это для него как запрет дышать. Вы хотите, чтобы ваш ребенок дышал через раз по команде?..
Почему дети такие, какие они есть.
Нет эталона правильного воспитания и никто со своей методикой не изменит моего отношения к воспитанию МОЕГО ребенка. Опыт, интуиция – качества, конечно, хорошие, но почему так часто возникают проблемы между взрослыми и детьми? Потому что – и это самая распространенная причина – от непонимания
возрастных особенностей ребенка. Мир, который видят маленькие дети, не ограничен логикой взрослых.
Ребенок воспринимает окружающую действительность совершенно не так, как мы, взрослые. Они сморят на
мир по-своему. Не так, как мы на него смотрим. Дети думают не так, как мы, говорят не так, как мы, ведут
себя не так, как мы. Но мы должны заботиться о них. Чтобы правильно действовать (просто общаться с
детьми) в каких-то ситуациях, надо знать и учитывать возрастные особенности детской психики. Они для
всех детей одинаковые. И реагировать на поведение ребенка, исходя из этого понимания. Для начала мы
должны знать, как НЕЛЬЗЯ поступать по отношению к любому(!), а не конкретному, например, вашему ребенку.
Мы говорим о возрасте детей от года до 4-5 лет. Период этот в жизни ребенка очень важный, поскольку
именно в это время формируются характер и отношение к жизни. Если подавлять ребенка до 5 лет, то вы
подавите его жизненную активность, интерес к жизни, самостоятельность, любознательность. Подавление
активности тормозит инициативу ребенка. При сдерживании самостоятельности возникает неуверенность в
себе плюс вы провоцируете у него неприязнь к вам.
1. Сознание новорожденного человека – „белый“ лист. В нем еще нет ничего человеческого,
кроме чисто формальной принадлежности к человеку. Подобно котятам или зверятам, малыш от рождения
располагает лишь животным началом, которое состоит из поведенческих инструкций – инстинктов. Поэтому за детский вандализм отвечает „зверь“, который к 3–4 годам начинает потихоньку вытесняться сознанием. Поэтому призывать ребенка к „благоразумию“, а тем более наказывать его за „приступы“ бессмысленно – ведь они вызываются дефицитом человеческого начала, недозаполненностью сознания. Руганью или
шлепками вы не достучитесь до еще животной составляющей психики: малыш не поймет, в чем его вина.
Чем меньше ребенок, тем больше он живет эмоциями, а не логикой. За эмоции отвечает ум, за логику – разум.
В чем разница между умом и разумом? Главное отличие состоит в том, что разум – явление более высокое, чем ум и чувства. Ум человека в основном занят тем, что принимает приятное ему и отвергает неприятное. Разум также способен принимать и отвергать, функции их схожи, но разум обладает большей дальновидностью, стремясь определить пользу и вред. Ум останавливается на чем-либо, руководствуясь своими
желаниями, разум текущую ситуацию оценивает с точки зрения того, принесет ли она благо или неприятности. Интеллект (от лат. intellectus – понимание) – качество психики, состоящее из способности адаптироваться к новым ситуациям, способности к обучению на основе опыта. Ну нет еще этой способности у человека!
Получается, бессмысленно требовать того, что не соответствует возрасту. Не очень умно ожидать от незрелого ребенка зрелых действий, бесконечно повторяя: „Ты же уже большой, а...“. Вы требуете от него зрелости поведения, на которую он еще не способен. Если вы ждете от своего двухлетнего малыша, чтобы он
слушался, как пятилетний – вы совершаете ошибку. Это отрицательно скажется на развитии его самосознания.
2. Работа головного мозга человека – сложнейшее соотношение процессов возбуждения и торможения. У детей возбуждение преобладает над торможением, поэтому их психика отличается нестабильностью. Как минимум до двух лет собственный контроль над эмоциями, чувствами, импульсами у детей не работает. Ребенок живет импульсами или подражая другим. „Овладение“ процессом торможения не так скор,
как нам хотелось бы, но лишь достаточно развившиеся процессы торможения способны вовремя осуществить приказ „нельзя“. Поэтому ребенку трудно быть послушным, а мы муштруем его днями своими бесконечными „нельзя“. Тем самым вызываем перенапряжение легкоранимой нервной системы ребенка. Всем
жалуемся, что он неуправляем, хотя целенаправленно стремились к этому.
27
3. Дети примерно до трех лет воспринимают любой запрет не как объективную реальность, а как нечто, напрямую связанное с личностью родителя. Поэтому-то они часто и нарушают так хорошо, казалось
бы, известные им запреты, лишь только вы покинули комнату. Малыши делают это не потому, что они „непослушные“, „вредные“, „наглые“ или „хитрые“, а от того, что запрет по-настоящему ими еще не усвоен. Поэтому, уходя, все свои нудные „нельзя“ вы как бы уносите с собой. И единственное, что вам остается – это,
вернувшись, повторять их (лучше – без эмоций) снова и снова. Но если же малышу меньше двух, увещевать
его бессмысленно, ничего не попишешь. Для ребенка реальное и нереальное какое-то время нераздельны.
Он не может провести четкую грань между тем, что существует на самом деле, и тем, что только предполагается. Мозг ребенка способен провести эту границу (держимся за стул...) только в шесть-семь лет!
4. Предупреждайте заранее. Двухлетки еще плохо справляются с переменами. И настолько поглощены своими делами, что едва ли будут считаться с вашими. Когда ребенок увлеченно играет, а вы торопитесь куда-то идти, нельзя требовать от него моментального повиновения и отказа от игры. Ребенку нужно
время для того, чтобы оторваться от своего занятия. Его надо заранее подготовить и постепенно переключить на действия, нужные вам. Присядьте рядом, поговорите и только потом: „Нам пора. Пока, грузовичок,
пока, друзья!“. ТАК малышу легче отключиться от игры. На это потребуется всего минута-другая – время,
которое иначе ушло бы на „борьбу“. И речь не идет о каком-то „приеме“, это просто уважение к ребенку.
Требовать немедленного повиновения от ребенка – большая ошибка. Уважайте эту присущую его ступени развития увлеченность занятием и заранее извещайте. В 2 – 2,5 года малыш способен понять взаимосвязь событий, если вы предлагаете ему поиграть, „пока не прозвенит звоночек“ или „пока мама пылесосит“. Итак, первый звонок был дан. За ним следует второй: „Скоро мы будем (пойдем)...“. Имеется в виду,
что вот уже сейчас. И наконец, третий звонок: „Все, мы собираемся! Скажи до свидания игрушкам“. Предупреждений должно быть не меньше трех, ведь ребенок не ориентируется во времени. Слепое, безоговорочное подчинение характерно для марионетки, вряд ли на выходе получится независимый, самостоятельный
человек.
5. Повторяем сказанное + даем паузу на обдумывание. Часто малыши нас выводят из себя тем, что
им нужно повторять помногу раз одно и то же: „Ну почему ты..?“. Надо знать, что за повторение, усваивание опыта отвечают определенные участки мозга, которые включаются в работу у ребенка где-то к четырем
годам. Ваши слова, содержащие какие-то указания, „доходят“ до них иногда и позже. До этого времени малыш не усваивает последовательности и последствий своих действий. Он этому только учится. Поэтому от
ребенка требовать что-либо бесполезно. Его самосознание и его поведение формируются на примерах, исключительно. Слова в его сознании начинают задерживаться только после многократного повторения. Поэтому – любое правило требует минимум 20-30 повторений, пока не станет его „собственностью“ (наоборот,
реже повторяйте ребенку о чем-то, когда он подрастает. Дети 10-12 лет считают ваши постоянные напоминания брюзжанием).
„Я постоянно твержу моему полуторагодовалому ребенку, что кошку нельзя тянуть за хвост!“.
Знакомая ситуация? Матери только и делают, что повторяют свои наставления ходункам, но все зря: они им
по барабану! Многие ваши наставления не оседают в уме ребенка, но не потому что ребенок не хочет слушать вас, а потому что у большинства детей до трех лет еще не развита способность запоминать ваши прежние указания. Вам действительно надо повторять и повторять одно и то же – это путь обучения маленького ребенка. Но однажды вы осознаете, что уже целую неделю не говорили ему про кошкин хвост. У него начинается т.н. этап интернализации, т.е. усвоение сказанных кем-то слов. Дети все больше обращают
внимания на ваши наставления и накапливают их в своем „блоке памяти“.
6. „Физика“ на указания. Детки до-речевого периода (до тех пор, пока не освоится человеческая
речь) устанавливают контакты с помощью физического тела. И, конечно, исследуют – а какая будет реакция? Прежде, чем ужаснуться, что у нас растет агрессивный монстр или соседский малыш – будущий маньяк – делаем вдох-выдох, вспоминаем, что такое поведение – норма у малышей. Но так же помним – ребенок пробует и пробует разные модели поведения, в т.ч. наблюдая за нашей реакцией. И она должна быть.
Помним, что если ребенок делает что-то телом, останавливать его словами бесполезно. Это совершенно
разные языки общения.
До полутора лет ходунки редко реагируют на словесное остережение, если оно не сопровождается вашими действиями. Совершенно бессмысленно кричать: „Не тяни кошку за хвост!“. Ваша реакция должна
быть быстрой и логичной. Вам придется встать, пересечь комнату, высвободить кошкин хвост из детских
пальчиков, показать и сказать ребенку, как обращаться с кошкой: „Погладь кошечку“. Итак, если действие производится телом – наше ответное воздействие тоже телесное. Бить ребенка в ответ – нельзя. Останавливать – можно и нужно. „Я не наказываю, а просто физически прекращаю“. Мы ловим ручку малыша,
чуть-чуть ее сжимаем (мягко, безболезненно, но достаточно крепко) смотрим СПОКОЙНО в глаза и говорим:
„Меня (людей, детей, куклу, кота и пр.) бить нельзя!“. И, конечно, помним, пункт 5 (см. выше). К двум годам детки уже способны следовать словесным указаниям без их „физического“ подкрепления.
7. Отвлекаем внимание. Лучше направлять свою энергию на подыскивание отвлекающих внимание
ребенка занятий, вместо того, чтобы подыскивать слова, комментирующие нежелательное его поведение.
Например, ровным убаюкивающим голосом рассказать о том, как зайчик убегает от лисы, волка, куда он
прячется, что говорят маленькие цыплята и прочее. То есть вы можете дать ребенку тему для размышления,
переключив его внимание, дать ему проблему зайчика, когда за ним гонится волк и прочее. Далее можно
развить эту тему. Спросите ребенка, готов ли он помочь зайчику спрятаться? Можно ли зайчика спрятать у
вас в квартире? В комнате, в шкафу? Чем мы покормим зайчишку? И прочее. Когда-то моя кроха очень велась на такие отвлечения, усердно готовилась на помощь зайке, мышке, котенку.
До полутора-двух лет и даже на третьем году жизни внимание малыша очень неустойчиво. Оно – крат28
ковременное. Его внимание, как птичка, прыгает с ветки на ветку. Понаблюдайте за своим малышом и вы
поймете, что он не может долго сосредотачиваться на чем-то одном. Ребенок обладает способностью переключать внимание без остатка, быстро забывая о том, что интересовало его еще пять минут назад. Эта его
способность – просто подарок судьбы для родителей. Пользоваться этим можно неограниченно, отвлекая и
направляя его в другую сторону. Смысла в „нельзя“ и „нет“ в этот период – ни-ка-ко-го: они просто не работают!
А между тем у многих пап и мам способ переключения внимания ребенка не признается за действенное
средство. И все из-за неумелого исполнения. Ребенок хоть и мал, но его детского ума вполне достаточно,
чтобы сообразить, в чем суть простенького маневра. Он отлично раскусывает вас. Игрушка, окно, зеркало –
конечно, примитив, но на ползунка действует безотказно. Далее – надо включать фантазию + „домашние“
заготовки. Когда мои дети были в том возрасте, что проблема отвлечения стояла остро, брала с собой на
прогулку „отвлекающий запас“ – мыльные пузыри, шарик, бижутерию, незнакомую игрушку. Играла на
любопытстве малыша, его интересе: „А что там?...“ – в зажатой руке, в закрытой коробке, в спичечном коробке и т.д. В любом случае „объект отвлечения“ должен быть более сильным, эмоционально или информационно насыщенным.
Ориентиры для отвлечения внимания. В уме маленького ребенка содержатся сотни словесных ассоциаций. Мы использовали эту его способность для отвлечения внимания. Если мы замечали, что ребенок
вот-вот набедокурит, мы говорили: „Идем!“. У нас этого сигнала было достаточно, чтобы переориентировать его ум и действия. Слова-сигналы в качестве ориентиров – „мяч“, „смотри!“, „кошка!“, „Лиза!“. Конечно
же, вам надо подкреплять делом то, что вы предлагаете ребенку: отправиться с ним на прогулку, поиграть в
мяч, пойти искать кошку. Иначе ребенок не станет доверять вам, и вы лишитесь полезного инструмента
влияния. Мы применяли и пугающую неизвестность („жижа!“, „хока!“, „р-а-а-з!“ и т.д.). А также отвлекающие маневры „пойдем!“ (придется прогуляться), „смотри!“, „внимание!“ (...показать что-то), возьми (...дать
что-нибудь), „ух-ты!“ (...удивить чем-нибудь), „я нашла!“ (...найти что-то). Ходункам от года до полутора
лет требуется много активных занятий в качестве „приманки“.
Скучающему ребенку один шаг до беды, скучающий ребенок и занятая мать – рискованный вариант!
Ребенок до полутора лет почти не может обойтись без мамы. Они только учатся самостоятельно находить себе занятие. Играйте вместе с ним или привлекайте его к своим занятиям. „Хочешь помочь маме?“ – предлагаете вы, зная, что эта „помощь“ ужасно помешает вам. Однако последствия „ничегонеделания“ могут быть
худшим вариантом.
8. Запретный плод сладок. Я думаю, дети лезут в лужу не потому, что это приятно, а потому что это
усиленно запрещается. Родители своим истеричным „нельзя“ только подогревают интерес ребенка (особенно, упрямого) к этому, ведь запретный плод ну очень сладок! Дети без нас делают то, что мы им не разрешаем. И будут делать. Поэтому надо либо в буквальном смысле слова глаз с них не спускать, либо разрешать в своем присутствии. Ребенок, оказавшись в счастливом одиночестве, начинает лихорадочно исследовать полузнакомый ему домашний мир: лезет в шкаф, в холодильник, содержимое холодильника кладет в
шкаф и наоборот. Это и пресловутых розеток касается.
99% „опасностей“ в головах родительских. Да, несколько раз вы увидите гору постельного белья на полу
или разлитое молоко у холодильника. Но через три-четыре дня интерес к ним пропадет, и шкаф перестанет
манить своей загадочностью.
9. Эмоциональный защитный механизм. Если привязанность ненадежна, приносит слишком
много боли, разделения, то мозг ребенка в целях самосохранения включает эмоциональную защиту. Это
происходит, если родители постоянно кричат на ребенка или запугивают его, чтобы добиться послушания.
Это происходит неосознанно. Возникает либо онемение чувств, когда человек не ощущает болезненных
эмоций. Он перестает видеть или слышать вещи, которые могли бы его ранить, заставить расстраиваться:
„ну и что“, „мне все равно“, „какая разница“. Либо – эмоциональная слепота, когда ребенок теряет ощущение опасности и тревоги, не может осторожничать в ситуациях, когда должен был бы. Возникают проблемы с вниманием. Он, скорее всего, не сможет замечать свои ошибки, видеть надвигающуюся неприятность.
Онемение чувств не проходит бесследно: эмоциональное онемение тормозит психоэмоциональное развитие.
Если эти защиты оказываются временными или ситуационными, скорее всего, они не создадут никаких
проблем для развития ребенка. Если же они постоянны из-за ранящего окружения, они могут дорого обойтись для общего его развития. Человек выживает в неблагоприятной психологической обстановке, но какой ценой? Особенно нужно быть аккуратными с чувствительными детьми. Они слышат нотки недовольства в голосе родителя, и их мозг может тут же выключить их из отношений. Ребенок не говорит о своих
страданиях и обидах. Такие дети убегают, прячутся, не слушают и не подчиняются, делают противоположное тому, что от них ожидается и становятся неуправляемыми.
10. Не командуй мной! Совершенно неожиданно дети могут стать упрямыми, своевольными, упорными, сопротивляющимися, вздорными, воинственными, неисправимыми, непослушными и дерзкими. Родители не должны удивляться этому: налицо „работа“ инстинкта под названием „противление“. Аллергия
на контроль и принуждение к ежедневным делам: когда нужно спать, одеваться, чистить зубы, есть, куда-то
идти. Можно ли заставить ребенка делать то, что велит взрослый? На самом деле нет. Третий закон Ньютона о том, что действию всегда есть равное противодействие, работает и в детско-родительских отношениях.
Чем сильнее мы давим на ребенка, тем сильнее он сопротивляется нам. Чем сильнее ругаем, тем он хуже себя ведет.
Внимание! Они не делают это нарочно, не манипулируют и не ищут у родителей кнопки, на которые
можно нажать, чтобы добиться своего. Они просто верны своему инстинкту сопротивления. Некоторые родители считают, что если они не проявят силу, это приведет к дальнейшему непослушанию. Но это приво29
дит к обидам и непониманию, это разрушает привязанность. Инстинкт противления способствует развитию
ребенка. Это его защитная реакция на контроль и принуждение. Конечно, существуют и другие
причины, по которым ребенок может сопротивляться: страх, враждебность, недоверие, любопытство, забывчивость или непонимание. Прежде чем реагировать на сопротивление, мы должны подумать над тем,
что их провоцирует.
Сопротивляясь внешнему управлению противление служит привязанности. Да, но почему
дети сопротивляются, если между ними и родителями существуют отношения? Разумеется, дети хотят быть
хорошими для тех людей, к кому они привязаны, но сложность заключается в том, что отсутствие самоконтроля не позволяет им поддерживать это желание. Противление – режим „автопилота“ – рождается из-за
отсутствия интеграции мозга у маленьких детей. Чем заменить скандалы и ругань? Прежде чем давать указания или распоряжения, обязывать их к чему-то, ожидать чего-то и настаивать на чем-то, родители должны активировать инстинкты привязанности. Сначала нужно завладеть вниманием ребенка. Для
этого необходимо подойти к нему, опуститься на его уровень, поймать взгляд и задать несколько вопросов о
том, чем ребенок занят: „Ты строишь домик?..“. В психологии привязанности это называется завладевание
(см. стр. 17). После того, как малыш настроился на взрослого, можно выдавать указания. Иногда родителю,
чтобы замотивировать ребенка что-то сделать, нужно предложить ему что-то более интересное. Подключайте фантазию. Поначалу это кажется очень сложным. Но на самом деле это гораздо проще, чем кричать, ругаться и бегать за ребенком по всему дому.
При крепкой привязанности сопротивление будет слабым или его не будет вообще. И наоборот. Проблемы с сопротивлением возникают там, где есть проблемы с привязанностью. Чем сильнее давят взрослые
на ребенка, тем сильнее он будет сопротивляться. А это еще больше разрушает отношения. Как правило,
считается, что проблемы с сопротивлением именно у ребенка. На него навешиваются ярлыки злонамеренности, непослушания или дерзости. При этом совершенно игнорируются причины, по которым ребенок не
привязан к своим взрослым. Но именно здесь собака зарыта!
Инстинкт противления закладывает основу самостоятельности и независимости. Это естественная защита ребенка от чужой воли, позволяющая открыть собственные предпочтения, желания и цели. Умение сказать „нет“, не соглашаться, иметь свое мнение, планы и намерения – это те черты, которые
мы бы так хотели видеть, когда он станет взрослым. Парадокс состоит в том, что именно эти черты затрудняют заботу о нем. Если мы будем поощрять наличие собственного мнения у наших детей только в том случае, когда оно не расходится с нашим – ничего не выйдет. Стратегия заключается в том, чтобы не давать им
замечать или чувствовать, что наши намерения сильнее, чем их собственные, особенно, если нам требуется
сотрудничество. Когда ребенок видит, что есть разные варианты и можно делать выбор, он начинает чувствовать ответственным за свое решение.
Когда маленький ребенок говорит „Я САМ“, это может показаться незначительным, но на самом деле,
каждое такое высказывание кладет кирпичики в развитие его индивидуальности. Мы должны дать место
этим „я сам“ сегодня, поскольку они несут в себе перспективу будущего „Я“.
Как решать проблему с противлением? Если мы убеждены в том, что маленькие дети ничего не
станут делать, если их не принуждать, значит, не верить во врожденное желание ребенка быть хорошим для
своих родителей. Вместо того, чтобы строить отношения с ребенком, мы обращаем внимание на его поступки, поведение, манеры и, чтобы добиться послушания, используем контроль и принуждение. Добрые
отношения – лошадь, которая тянет телегу (поведение). Подавляющее большинство родителей ставит телегу впереди лошади. Повторять их опыт, значит, совершать большую ошибку.
• Прежде всего – не принимать их действия направленными на нас, а слова – на свой счет. Мы не должны считать их действия намеренными. Поэтому и совет такой – не заострять внимание на поведении, ведь
это своеобразный коктейль из инстинктов и эмоций.
• Лучше сочувствовать: “Да, я знаю, иногда тебе не нравится, когда...“, чем стыдить: „Почему ты такой упрямый?“, „Никто не захочет с тобой играть, если ты будешь так себя вести!“ и т.д.
• Контролируйте СВОИ реакции на противление. Взрослый не может управлять ребенком, который не
контролирует сам себя. Вы должны найти способ, если не избавиться от эмоций, которые льются через край
и обрушиваются на ваших маленьких детей, то хотя бы притушить их. Если это случилось, принесите извинения. Будьте ответственны за свои действия.
• Воздержитесь от командного тона или директивного поведения. Озвучивайте свои планы не слишком
явно, как бы между прочим.
• Уступайте: „Ты пока подумай об этом, а я вернусь через минуту“ или „Хорошо, поиграй еще 5 минут, а потом мы пойдем“.
• Сократите количество „НЕТ“. Ведь, в принципе, любой ребенок может вам сказать: „Чем больше ты
говоришь мне не трогай, тем сильнее мне хочется это сделать“.
• Не зацикливайтесь на том, что ребенок должен и обязан. Распорядок, ритуалы и режим помогут вам
сократить количество требований. Соответственно – упрямства.
• Отвлекайте внимание от принудительности ситуации. Чем больше внимания уделяется чему-то (еде,
изучению буквы), тем больше противления это может вызвать.
• Давайте ребенку некоторое ощущение выбора. Инициатива приветствуется, и в игре, и в творчестве
ребенок может сам выбирать ЧТО ему делать и решать, КАК делать.
• Назначайте детей ответственными за что-либо, где уместно и возможно, так он скорее научится отвечать за свое поведение.
Разумные стратегии дисциплины.
30
1. Завладевайте вниманием ребенка перед тем, как сказать ему, что делать (см. стр. 17). На первый
взгляд, это кажется простым делом, но его легко пропустить в спешке семейной жизни.
2. Верьте в желание ребенка быть для вас хорошим. Верить в ребенка – это значит, заботиться о нем на
протяжении всего незрелого периода его жизни.
3. Не выходите за рамки своих ограничений. Что делать, „когда я злюсь, я устала и чаша моего терпения переполнена?“. Решение одновременно простое и сложное: надо отказаться от воспитания в такой момент, надо сказать себе „СТОП“, взять паузу, не показывая ребенку, что вы не можете с ним справиться. Займитесь стиркой, примите ванну или выйдете „на минутку“ в другую комнату (на кухню). Садитесь, пьете
чай и читаете книжку или новости на телефоне... Отвлекитесь, остыньте и попытайтесь взглянуть на ситуацию глазами ребенка. Не спешите начинать разговор, дайте ему тоже подумать. Если ребенок маленький,
можно обнять и только потом начинайте разговор.
4. Перекрывайте все, что может вас разделять. Родители не могут закрывать глаза на дурное поведение
(дерется, обзывается), но они могут дать понять, что связь по-прежнему существует, несмотря на проступки.
Иными словами, родители могут быть строгими к поведению, но – мягкими в отношениях. „Ты недоволен,
ты огорчен, НО...“. Мы показываем ребенку, что с ним все в порядке: он не злой, не плохой, хотя иногда и
огорчает родителей. Это рождает доверие к родителям – что они выведут его из трудной ситуации.
5. Поддерживайте благие намерения детей, где это возможно. Это значит, получить их согласие выполнить то, о чем их просят (не забываем о „завладеть вниманием“). Поддерживание благих намерений будет
работать, если между ребенком и взрослым достаточно крепкие отношения.
6. Помогайте найти смешанные чувства. Лучше это делать после происшествия, а не на момент сильных эмоций у ребенка. Даже при самых благоприятных условиях развития ребенка способность к их испытанию формируется лишь в 6-7 лет. Не хочешь чистить зубы? Значит, ты хочешь, чтобы микробы проделали дырки в твоих зубах!
7. Принимайте слезы тщетности. Плакать дети должны не в уголочке, брошенные всеми, а в любящих
руках.
От нераздельности к отделению.
Это время перехода ребенка от нераздельности с мамой к обособлению от нее. Зная об этом, проще поддержать ребенка.
Противоречие. Малыш постоянно ищет удобное расстояние от вас. То он жмется к вам, то спокойно
играет в дальнем конце комнаты. Он стремится с ваших рук на пол и обратно, будто заводная игрушка. Реагируйте за этим мельтешением с улыбкой – и все будет в порядке.
Страх в присутствии незнакомых людей. К концу первого года жизни ребенок начинает проявлять тревожность в присутствии незнакомых людей. Желательно, чтобы „посторонние“ держались вначале на разумном расстоянии: ребенку вряд ли понравится вторжение на его территорию.
Страх обособления. Именно поэтому даже спокойные дети, попадая в новую для них обстановку,
вначале жмутся к матери, а потом уже начинают изучать ее. Со временем потребность прижаться к маме ослабевает и ребенок чувствует себя все увереннее.
Чтобы помочь привыкать к независимости:
Играйте „в прятки“. Ребенку, чтобы понять, если мать вышла в другую комнату, а вовсе не исчезла
навсегда, уйдет немало времени. С девятимесячным ребенком играйте в „ку-ку“ и прячьтесь от него за мебелью. Когда вы закрываете лицо руками или же приседаете за диваном (или за дверью, выставляя руку), у ребенка появляется возможность представить, что вы рядом, хотя вас и „не видно“.
Разъединяйтесь постепенно. Оставьте малыша сначала на минутку и тут же появитесь: „Вот мама
и пришла...“. Через 2-3 дня увеличьте время своего отсутствия. Предупреждайте малыша, если намерены
„исчезнуть“ – уйти в соседнюю комнату: „До свидания!.. Пока!.. Сейчас я...“, и ребенок будет доверять вам.
7. А нужно ли вообще нам говорить „нет“?
Почему, рассуждая о детях, мы всегда говорим о запретах? Взрослому мы бы тоже не дали выпрыгнуть
из окна, и нам это кажется само собой разумеющимся. Ведь речь не о том, чтобы не дать ребенку поиграть с
огнем, ударить другого ребенка или повернуть ручку на газовой плите. Мы говорим о том, что родители часто не дают ему делать то, что он хочет „просто потому, что я так сказал(а)“, противостояния ради. И
считают это правильным. Отказывать детям, когда те ждут от нас проявлений родительской заботы, – родительский маразм. Обуздывать (термин „обуздание“ – старый и хотя в наше время звучит вполне благожелательно) детей в наше время продолжают, но только называют это формированием, обучением, направлением по верному пути. Не потакать! Вопрос лишь в том, что понимается под „чрезмерным потаканием“...
Первые девять месяцев родители говорят ребенку только „да“, затем отвлекают и только в 3-4 года (!)
наступает время, когда ребенок только учится брать ответственность за поступки и их последствия – наступает время „нет“. Тут главное сохранить равновесие в „да“ и „нет“. Если вы крайне редко запрещаете что-то
ребенку и вдруг скажете „нет“ – это заденет его психику, ведь он не привык к огорчениям. Если же с утра до
вечера ребенок слышит только „нет“, он запомнит, что этот мир против него, и он вырастет, скорее всего,
пессимистом. „Если же все запрещать, стресс случится у ребенка. А если все разрешать – сама рехнешься“. У безотказных (привязанных к детям) матерей, не способных сказать „нет“, впереди большие трудности.
Это те самые матери, которых дети-дошкольники превращают в послушных им марионеток. Вам не обязательно поклоняться ребенку как некому божеству: отказать в чем-то тоже можно ласково.
31
Наука стоп-сигналов.
Задолго до того, как ребенок услышит от вас „нет“ и „нельзя“, надо научиться подавать ему знак „стопсигнал“ неречевыми средствами – хлопок в ладоши, свист, выражением лица. Привязанные дети легко понимают язык жестов. „Обычно мне стоит только взглянуть на нее, чуть нахмурившись, и девочка сразу
же прекращает шалить“. Дети быстро начинают понимать, какие предостерегающие слова (какой тон вашего голоса) требуют немедленного повиновения, а какие не столь строги. Приберегите действительно
строгий голос и тон для реальной опасности.
Изобретаем замену „нет“. Слово „НЕТ“ с большим зарядом, раздражающе деспотично, но мы произносим его автоматически, непроизвольно, легко. Слово „НЕЛЬЗЯ“ несет бо́льшую смысловую нагрузку, мы
приберегаем его для случаев, когда малыша действительно надо остановить.
Понятно, что первая ваша реакция: „Нельзя!“. Однако старайтесь объяснить запрет ребенку: „грязно!“,
„опасно!“, „больно!“, „горячо!“, „не для Иры!“, „машина!“, „высоко!“, „осторожно!“. Запрет не может звучать
как просьба, содержать оттенок уговора. Строгий тон и брезгливая гримаса на вашем лице обязательны,
потому что дети реагируют не столько на слова, а на тон голоса. Они очень чувствительны к нашим интонациям и мимике. Опыт нашей семьи показывает, что дети лучше реагируют на такие „покровительственные“
запреты как „стоп!“, „плохо!“, „постой!“, „прекрати!“, „перестань!“, нежели на „нельзя“. Команда „стоп!“ привлекает внимание ребенка, он „делает паузу“, давая вам время спланировать дальнейшую тактику. Можно
всего лишь строго произнести имя ребенка (т.н „нет“ с адресом), погрозить пальцем („но-но-но!“), взять за
плечи или за руку (лишить „свободы движения“).
Вопрос: если маленькие детки не реагируют на слова (а на тон голоса) – какой смысл твердить „нельзя“
с утра до вечера?.. Слова „нет“ и „нельзя“ от постоянного повторения теряют свою силу, обесцениваются. Но
даже запрет „постой!“ потеряет свою власть над детьми, если вы переусердствуете с ним. Попробуйте ввести
режим общения без всяких „нет“. Вместо „нельзя“ предложите конструктивное можно. Вместо „не бросай
машину“ практикуйте „поставь машину на полку“ и покажите ребенку, как сделать это.
Уважаем маленьких захватчиков. „Положи!“ – одна из команд, которую ребенок не может выполнить в принципе. Вырывать „трофей“ у ребенка – какая бы ни была у вас на то причина – грубая ошибка,
потому что ваши действия являются все-таки насилием над личностью ребенка. И потом – вы подрываете
свой авторитет: совершаете тот самый поступок, который запрещаете ребенку! Отбирая у малыша что-либо,
вы провоцируете его возмущение, а кроме того, подкрепляете примером его захватническое умонастроение.
Нет причин при этом быть грубым с ним, этим вы спровоцируете обиженный рев. Вместо того, чтобы забирать „трофей“ у него из рук, установите с ходунком зрительный контакт и отвлеките его внимание на что-то
другое, что заинтересует его: „Ну что, меняемся?..“ – и вручите ребенку что-то свое (позаботьтесь о том,
чтобы это „нечто“ было при вас всегда!). Если ребенок не „ведется“ и не хочет отдавать „добычу“, значит, ваша реакция была через-чур быстрая и излишне эмоциональная, и ребенок это почувствовал или обмен был
неравноценный.
Не обрекаем ребенка на ненужные разочарования. Чтобы не твердить в магазине разочаровывающую ребенка фразу: „Нет, нельзя тебе это!“ – еще до́ того, как вы войдете с ним в магазин, внушите
ребенку, что вы идете покупать только то-то и то-то. Ребенок не должен настраиваться на то, что ему будут
что-то покупать. Побеспокойтесь о том, чтобы ребенок был полон сил, сыт, чтобы у вас всегда был наготове
„нечто“, что отвлечет его от ярких коробок. Если у вас времени в обрез, лучше делать покупки без ребенка
или в небольшом магазинчике.
Знакомим с опасностями. Если ребенок делает что-то опасное, то сделайте испуганное лицо и издайте испуганный возглас. Ребенок такой язык понимает прекрасно. Вот он тянется к нагретому утюгу. Вместо „нельзя!“ говорим „стоп, горячо!“. Держа малышку за руку, дайте ей дотронуться, чтобы ребенок понял
связь между вашим предупреждением и реальным объектом. Это – лучший вариант, чем истерика мамы. В
следующий раз, когда ребенок заинтересуется кастрюлей на плите, вы скажете ему твердым голосом „горячо“, и он тут же потеряет к ней интерес. Так у малыша выработается рефлекс на „горячо“, который поможет
вам избежать неприятностей. Молодые родители считают, что шлепнуть ребенка допустимо в угрожающих
жизни ситуациях, например, когда он выбегает на дорогу. Они уверены, что такая мера необходима и
впредь удержит его от желания выбежать на улицу. Это заблуждение. Дети в ходунковом возрасте еще не запоминают ситуацию на будущее, даже при физическом воздействии. Проблема „выбега на дорогу“ останется!
Если ваш малыш споткнулся и упал в лужу – невелика беда. Главная опасность для малыша всегда остается проезжая часть улицы. Мы используем прием под названием „проигрывание“. Мы играли эту сцену
десять раз! Мы подходили к переходу, останавливались на краю тротуара и смотрели поочередно то в одну,
то в другую сторону дороги. „Посмотри сюда – нет машин?.. Посмотри туда – нет машин?.. Ой, едет,
близко!“ – отступали на 2-3 шага назад. „Машины нет, она далеко?.. Переходим дорогу“. Таким выразительным проигрыванием сцены мы прививали своим малышам привычку автоматически высматривать машины с обеих сторон дороги перед тем, как перейти улицу.
Используя „проигрывание“ и в других случаях, вы даете ребенку сценарий, которому он будет следовать, если окажется в какой-то проблемной ситуации, если потерялся, например. Дотрагиваемся до лезвия
ножа: „Ой, больно!“. Упаковки от лекарств, стирального порошка и др. оставляли на „тропе“ ребенка: интерес к химии быстро пропал. Всегда помнили о том, что запретный плод сладок, поэтому ножницы, ножи,
спички и т.д. не прятали, а изучали – вместе. Однажды дочь попросила дать ей горящую спичку, но почув32
ствовав „не то“ – забыла про спички надолго.
„Нет“ говорят и дети. Приготовьтесь к тому, что вам тоже будут говорить „нет“. Не относите слово
„нет“ на свой счет и примите такое поведение ребенка в „ходунковом“ возрасте как нормальное. Говорить
„нет“ – совершенно необходимо для развивающегося ребенка: это способ для него ощутить себя отдельной
личностью. Речь не идет о непослушании или об отрицании вашего авторитета, как считают некоторые родители. Родители могут и должны научиться уважать желания маленькой личности, но при этом оставаться
на руководящем посту и указывать ребенку пределы допустимого поведения. Когда ваш ребенок подрастет,
его способность определиться в группе сверстников (например, примкнуть или не примкнуть к тем, которые
лгут, крадут, курят и т.д.) будет зависеть от его способности сказать „нет“ (см. далее).
8. Что нужно знать о кризисе 3 лет.
Это он только так называется. На самом деле его признаки вы можете видеть гораздо раньше. Если вы
разберетесь в том, почему ходунок говорит „нет“, вам уже нечего опасаться его неповиновения. Что происходит с ребенком в этом возрасте? Почему, вообще, это кризис? А потому, что малыш на самом деле не дерзок
и не упрям. Ребенок в этот период просто становится другим. Принципиально другим. Новым человеком!
Ребенок до 3-х лет не осознавал себя, теперь наступает период, что все в его голове меняется, появляется самостоятельность, отстаивание своего мнения, он начинает понимать, что он личность. Он пытается защитить свои „права“. Нередко он 3-4 раза скажет вам „нет“, прежде чем согласится. Он живет теперь своим
умом. Такое поведение – совершенно нормально. Это в психологии красиво называется „началом формирования личности“.
Представьте, вот он целый год жил-не тужил, ел, спал, гулял – все по установленному мамой графику.
Он слушал ваши воркования: „Мой маленький, моя деточка“, периодически лез, куда ни надо – но вы относительно легко с этим справлялись, и ребенок сильно не протестовал. Потому что не знал, что он, оказывается, совершенно отличная от других, особенная личность, со своими желаниями и потребностями. Теперь он хочет быть большим и никого не слушать. Так устроено природой, что осознавать это ребенок начинает в 2 года (пик кризиса достигает в 2,5-3 года и проходит к 4-м годам). Ребенок начинает с завидным энтузиазмом проявлять свою самостоятельность где надо, и где не надо. То есть – взрослеет. Ребенок начинает
чувствовать себя способным управлять своим поведением так, как пожелает, а не подчиняться воле окружающих. Внешне это проявляется в активном протесте против тех действий взрослых, которые направлены
на управление его поведением. „Я сам! + Я хочу!“ – ключевые слова этого возраста. Он проверяет границы
своих возможностей. Через „нет“, „не буду“, „не хочу“, „не пойду“ он заявляет о своей позиции. Пока это
единственно доступная ему форма сообщить о себе как личности, независимой от родителей.
Кризис 3-х лет – это внутреннее противоречие между „хочу“ и „могу“. То есть, с одной стороны, многие желания ребенка не соответствуют его реальным возможностям (внутренний конфликт), а с другой стороны, он
сталкивается с постоянной опекой взрослых (внешний конфликт). Но это следствия одной причины: малыш
стремится САМ принимать решения! Он стремится не только что-то ДЕЛАТЬ самостоятельно, но и самостоятельно РЕШАТЬ, делать это или нет. Это очень важный момент в жизни становления личности, от этого зависит каким он станет в будущем, общительным или замкнутым, тревожным или нормальным, целеустремленным или пассивным и т.п.
Но КРИЗИСОМ я это не считаю! Нужно понимать: кризис 3-х лет – это очередной этап развития ребенка, это естественный, необходимый ребенку процесс, без которого он не смог бы перейти на следующий
этап личностного развития. Ведь для того, чтобы стать более самостоятельным, просто необходимо перестать слушаться родителей, начать делать по-своему и проверить свои силы. Другими словами, в этот период разрушаются прежние отношения между ребенком и родителем, и формируются новые. Ребенок как
будто говорит нам: „Теперь со мной нужно общаться по-другому, ведь я уже самостоятельный, и готов
смотреть на жизнь по-новому“. И задача родителей направить эту самостоятельность в нужное русло. А
если родители этого сделать не могут – они хватаются за спасительное слово – ну что поделаешь – кризис... Кризис – да, но не для ребенка, а для родителей.
Ребенок ведет борьбу за свое место, за свое пространство с явно превосходящими его силами взрослых.
Такой прямо страх у многих, что „на шею сядет“, что иногда до абсурда доходят. „Не поддаваться“, „не давать слабину“ – что за война с ребенком? И как мы вообще дошли до жизни такой? Посмотрите на своего
ребенка. Даже если он чумазый, вредный, даже если он устроил истерику, разрисовал загранпаспорт, нагрубил вам, даже если он достал так, что вас трясет. Все равно он не враг, не диверсант и не бомба. Взрослые
должны понять его, а не он – взрослых. А взрослые такое строптивое поведение воспринимают как
проблемное и часто требуют понимания от малыша, не желая и не умея понимать его. Конечно, родители
при должной настойчивости и последовательности в конце концов смогут взять верх в этой борьбе, заставить ребенка слушаться – вот только цена этого окажется слишком велика. В результате ребенок, скорее всего, в дальнейшем так и останется „забитым“, неуверенным в себе и не способным к принятию самостоятельных решений.
На этой ступени развития родители (их дети тоже) должны сесть за парту и начинать учиться отступать
и принимать отказ. Уверенные в себе мама с папой не видят здесь угрозу своему авторитету – скорее, они
воспримут „нет“ как атрибут естественной ступени развития, которую преодолевают все дети в „ходунковом“
возрасте. Родители спокойно отреагируют на любую возникающую ситуацию отказа и справятся с ней, руководствуясь здравым смыслом. Ребенок, деятельность которого постоянно сдерживать, считая его поведение неправильным, будет искать другие пути освобождения от накопившейся энергии. В виде агрессии, например. От того, как вы себя будете вести себя с ребенком во время кризиса, зависит, сохранит ли малыш
33
активность, упорство в достижении цели, будет ли продолжать стремиться к самостоятельности? Или он
сломается и станет безропотно послушным, безвольным, зависимым человеком с заниженной самооценкой.
В психологии существует целый перечень признаков „кризиса 3-х лет“ (т.н. „семизвездие“):
1. Упрямство – когда ребенок настаивает на чем-то не потому, что ему этого сильно хочется, а просто
потому, что сам этого потребовал, и даже очевидные аргументы не способны изменить его позицию + отказ
от альтернатив. Эта черта пронизывает практически все поведение ребенка. В возрасте 2-3 лет малыш уже
может иметь свое мнение, не всегда совпадающее с мнением своих родителей, и пытается его отстоять.
Упрямство отличается от настойчивости тем, что ребенок и сам-то не очень хочет того, что требует, а рассуждает по принципу „раз я решил, то это так и должно быть“ .
Зачастую родители используют метод „кто кого переупрямит“, тем самым, усугубляя и закрепляя проявления упрямства и загоняя ребенка „в угол“, лишая возможности выйти с достоинством из конфликтной
ситуации. Не пытайтесь самоутвердиться в противоборстве с малышом. Силы-то не равны. Самое
простое на упрямство – не сопротивляться и не бороться, чтобы это не перерастало в бунт. Иногда нужно
просто „переждать“ острый момент или пойти на компромисс, согласиться на какую-то часть его требований.
2. Негативизм вынуждает ребенка поступить вопреки не только предложению родителя, но порой даже вразрез с собственным желанием. Это реакция протеста, стремление делать прямо противоположное тому, что говорит родитель или отрицание всего того, что предлагает родитель. Малыш отказывается выполнять просьбы не потому, что ему не хочется, а только потому, что его об этом попросили. Бывают просто абсурдные ситуации, когда на любое высказывание взрослого ребенок отвечает наперекор: „Это холодное“ –
„Нет, горячее“ , „Будешь?...“ – „Не буду“ (хотя только что сам просил).
Не путайте негативизм и непослушание. При негативизме ребенок часто поступает наперекор своему
желанию. При непослушании же он следует своему желанию, которое идет вразрез с намерениями взрослого. Не давите на ребенка, не разговаривайте в приказном тоне. Если вы видите, что кроха сопротивляется из негативизма, дайте ему время успокоиться.
3. Строптивость. Строптивость очень похожа на негативизм, но отличается тем, что не направлена на
определенного человека, это протест против самого образа жизни. Ребенок отказывается выполнять требование взрослого, словно его не слышит. Это своего рода бунт против норм поведения, того образа жизни,
который взрослые пытаются внушить ребенку. Ребенок желает все делать сам и именно так, как ему захотелось, враждебно отторгая вмешательство старших в свою жизнь. Отвлеките ребенка от того, что стало
камнем преткновения, и через пять минут ребенок, скорее всего, согласится с вашим предложением, забыв, что недавно возражал.
4. Своеволие („я сам“) проявляется в стремлении все делать самому, даже если не умеет. Это потребность в самостоятельности – жизненно важная для малышей. Даже если вы уверены, что он не справится – пусть делает! Пусть кроха убедится в этом сам.
5. Симптом обесценивания – теряются старые привязанности ребенка к людям, правилам поведения, вещам, еще совсем недавно обожаемым им игрушкам. Ребенок может начать употреблять бранные слова, которые до сих пор было не принято произносить дома. Иногда проявляется в том, что ребенок начинает ругаться, дразнить и обзывать любимых бабушек и мам.
6. Деспотизм – чаще всего проявляется в семье с единственным ребенком. Малыш пытается проявить
власть над родителями и заставить родителей делать все, что он требует. Ребенок громко заявляет о себе,
чтобы с ним начали считаться. При деспотизме не вестись на провокации. Уметь стойко выдерживать истерики и дать ему возможность пережить слезы тщетности. Уступать: „Хорошо, только ты...“.
Особенно, когда ребенок просит спокойно, без нытья.
7. Протест-бунт – проявляется в том, что поведение ребенка носит протестующий характер, как будто
малыш находится в состоянии „войны“, в постоянном конфликте с окружающими. В результате кроха часто
сорится с родителями. Будьте спокойны, доброжелательны, но тверды в те моменты, когда вы
уверены в своей правоте.
***
Понятия „истерика“ и „каприз“ внешне похожи, но нужно их различать. К капризам ребенок прибегает преднамеренно, чтобы добиться желаемого, чего-то запретного или невозможного в данный момент.
Капризы – это естественный побочный продукт нормальных желаний, без которых невозможен процесс
развития здоровой личности. Истерика же обычно непроизвольна и внезапна. Детская истерика – это сильная эмоциональная реакция раздражения, агрессии, отчаяния.
О кризисе 3-х лет. Как это ни странно звучит, но дух бунтарства – нормальная реакция взросления.
Родителям важно запомнить, что, проходя через кризис трех лет, их ребенок развивается, обретает навыки
самостоятельности. Он вырабатывает упорство в достижении поставленных целей, учится взаимодействовать с людьми. Не стоит пытаться в в этот период подчинить его своей воле. Лучше переждать протест, а, когда малыш успокоится, нужно рассказать ему, почему нельзя делать определенные вещи. То, что ребенок не
пройдет в положенное время, ему придется пережить позже. Вот только и проблемы у родителей тогда будут намного серьезнее.
Раннее детство – это бурное время, поскольку маленькие дети не контролируют свое поведение. Они
упорно пытаются добиться своего, получить то, что они хотят, причем любой ценой. Они могут спорить как
адвокаты, торговаться как продавцы и наглядно показывать нам, что нытье – это самый раздражающий
звук для человеческого уха, даже хуже, чем скрежет и визг циркулярной пилы. Взрывы фрустрации у маленьких детей могут выглядеть по-разному: ребенок может визжать, кричать, брыкаться, биться головой,
34
царапаться, щипаться, бросаться всем, что непопадя – и это все возможно в любых сочетаниях.
Сложность заключается в том, что что при столкновении со слезами и капризами нужно обладать мудростью, чтобы одновременно согласиться с требованиями ребенка и помочь принять то, что изменить нельзя, познакомить его с реалиями этой жизни. Помочь ребенку принять ЭТО – не логический процесс, а эмоциональный. Попытки отговорить маленького ребенка от чего-то путем объяснений и воззваний к разуму,
как правило, обречены на провал. Чтобы тщетность была прочувствована, нам нужно достучаться до его
сердца, а не рассудка. Именно через слезы, через чувство грусти или через разочарование о не возможности
что-то изменить маленький ребенок приходит к принятию реалий этой жизни и становится более психологически устойчивым.
Маленькие дети не могут контролировать свои чувства и мы не должны перекладывать свою ответственность за них на плечи ребенка, говоря ему: „Прекрати!“, „Успокойся!“, „Я тебе сто раз говорил(а)!“ и
классическое: „Ну что ты плачешь?“. Плакать не больно. Плач – это процесс избавления от боли. Слезы
приносят облегчение, снижают напряжение. Когда льются слезы, происходит выброс октитоцина, гормона, который препятствует выделению гормонов стресса кортизола. У маленького ребенка как девочек, так
и мальчиков, слезы являются главным показателем правильной работы эмоциональной системы.
Не спешите полностью ограждать ребенка от огорчений. Ребенок не научится преодолевать препятствия, если не будет с ними сталкиваться. Нам не нужно беречь детей от ранящего мира, в котором они живут, – это невозможно, но прежде, чем говорить „да“ или „нет“, всегда нужно смотреть по обстоятельствам.
Важно постараться понять ситуацию. Варианты „я права, потому что я мама“ или постоянно уступать, отвлекать или подкупать, чтобы избежать огорчений – не лучшие варианты. Будет фатальной ошибкой в момент истерики объяснять, почему вы сказали „нет“. Если вы вступите с ним в пререкания, опустившись до
его уровня, вместо одной истерики получите две. Чем громче кричит ребенок, тем спокойнее вы должны отвечать ему: „Как я тебя понимаю...“. Привнесите в момент немного грусти: „Тебе грустно (ты злишься) изза того, что... Но что делать...“. Чтобы помочь ему встретиться с грустью и слезами, когда он сталкивается с тем, что не в силах изменить, мы нужны нашим детям, как „слезовыжималки“, как источники утешения. Отсутствие же поддержки слезам, как и любое подавление таких проявлений, негативно повлияет на
его психологическую устойчивость.
Когда ребенок не может почувствовать тщетность каких-то изменений, у него возникает агрессия: крик,
бросается игрушкой, дерется. Наша задача – пережить инцидент и не применять принцип немедленного
реагирования: „Такое поведение непримлемо, и мы поворим об этом позже...“. Лучше всего откладывать
„разбор полетов“, когда сильные чувства улеглись.
Я думаю, что лет до 5 слез тщетности в их прямом понимании быть не может. Это сложное переживание и до уровня интеграции чувств оно невозможно: психика ребенка еще не развита. Когда ребенок в
1,5-2 года всплакнул и успокоился, это не слезы тщетности, не адаптация через слезы, это просто физиологические особенности нервной системы. Проплакаться, сбросить лишний адреналин и стресс через слезные
железы и глубокое дыхание – это действует успокаивающе.
Адаптация возможна не только через слезы (тщетности). Например, для полутора-двух лет есть способ
адаптации через разрешение, альтернативное запрету. На каждое „нет“ предлагается то, что „да“. Мы не запрещаем то, что ему интересно, а предлагаем замену, это и есть помощь ребенку адаптироваться к среде без
утраты энергии познания. Это похоже на отвлечение, но на отвлечение, наполненное смыслом.
Как справиться с истериками и капризами.
● Запретить себя так вести вы ему не можете, но и „потаканием“ можно только усугубить ситуацию. Мамы в панике: что делать? Прежде всего, надо понимать, что вы ответственны за сохранение отношений. От
того, как вы будете реагировать, будет зависеть дальнейшее ваше с ним „сотрудничество“ или „вражда“. Спокойная ваша реакция и должна его самого успокоить. А игнорируя его, вы просто дадите ему понять, что он
со своей непонятной даже ему самому проблемой остался один на один и что вы ему никакой не друг и не
помощник.
● Не паниковать, не пугаться и поздравить себя с тем, что ваш ребенок развивается как полагается: это
нормальный процесс развития здорового ребенка, следствие его роста. Такое поведение проходящее. Это
НЕ на всегда! Это просто такой ПЕРИОД. Нужно просто правильно пережить его. С взрослением, года в четыре, чуть раньше или чуть позже, ребенок вновь станет вашим спокойным и послушным ребенком. Практически ВСЕ родители сталкиваются в большей или меньшей степени с таким поведением ребенка. Зрелость
вашей позиции и правильная реакция поможет овладеть ситуацией до того момента как он начинает давать
„концерт по заявкам“.
● Поведение ребенка обусловлено не сознанием и волей, а эмоциями и инстинктами, и мы очень ограничены в способности управлять его поведением. Мы не можем контролировать ребенка, который
не может контролировать сам себя. Если ты не можешь изменить обстоятельства, измени к ним свое
отношение. Попробуйте изменить или взять под контроль ситуацию, а не ребенка. С малышом, который находится в истерическом состоянии, т.е. заупрямился, „застрял“, разговаривать абсолютно бесполезно. Он не
воспринимает взрослые „нет“ и „нельзя“, потому что находится в эмоционально неадекватном состоянии.
Он вас просто не услышит. Позже, в спокойной обстановке, вы можете поговорить с ребенком о происшедшем (не забываем вначале „завладеть“).
● Если постоянно „продавить свою позицию и сделать так, как надо в данный момент“, ребенок
приучается к тому, что его „нет“ и „не хочу“ ничего не значат. Он начинает использовать отказ активнее –
раз его слова так мало весят, надо брать количеством и интенсивностью. Это происходит на уровне подсознания. Если на его „нет“ нет соответствующей реакции, происходит перекос.
35
Негативизм двухлетки – явление временное, связанное с познанием себя и окружающего мира, и в этот
период важно дать ему понять, что его „нет“ работает. Ребенок не умрет, если ляжет спать неумытым, зато
для его психического развития это будет полезно – он будет видеть, что у его слов есть последствия. Я вижу
очень много взрослых людей, которые совсем не отвечают за свои слова и сами не придают им никакого
значения. Во многом это может быть объяснено таким пренебрежением к их мнению в детском возрасте.
Лучше договариваться, объяснять последствия. Проявлять силу имеет смысл только в жизненно важных ситуациях, которых на самом деле очень мало.
● 1) Надеть маску Буды и набраться терпения. 2) Дать максимум самостоятельности. 3) Стараться договариваться без использования менторского тона, крика и наказаний. 4) Требования и напоминания озвучивать спокойно, но твердо и уверенно. Раздражение взрослого только усилит рев.
Идти на уступки или не уступать? Дети, особенно с сильным характером, пытаются взять родителей измором, или должен получить желаемое, – или же свету конец! Ребенок клянчит что-то у родителей,
пока они не говорят „да“, только чтобы сберечь нервы. Это порочное воспитание. Если просьба ребенка покажется вам разумной, уступите, но ситуацию поверните так, чтобы ребенок знал: вы передумали, потому
что вы человек справедливый, а не потому что вас взяли измором. Если уступать, то не с посылом „на,
только не ори“, а с позиции „обычно мы так не делаем, но сейчас я вижу, что для тебя это важно, поэтому в качестве исключения...“.
Зачем раздражаться? „Многое зависит от лошади, но кое-что и от овса“. И это „кое-что“ – ваша
реакция на истерики. Некоторые мамы беспомощно разводят руками: „Не знаю, что мне делать!“. Они
впадают в ступор или действуют еще более истерично, чем ребенок. Хуже всего, когда истерика начинается у мамы. Дети смотрят на маму и „заражаются“ ее эмоциональным состоянием, они „зеркалят“ ее.
Дети не могут быть спокойны, если мама на нервах. „Часто у меня остается осадок и я понимаю, что поступила так от собственной слабости, усталости, бессилия“. Не должна мама показывать свою слабость, а только свою силу и уверенность в своих действиях, в своей правоте. Если мама сохраняет спокойствие и уверенность, только тогда она может прогнозировать поведение ребенка и решать проблему. А если
уверенность базируется на „в крайнем случае врежу несколько раз, несильно“, то что это за уверенность?
Уверенный в себе родитель не нуждается в подтверждении своего превосходства путем агрессии на ребенка.
Разберитесь в себе. Наша уверенность в себе, убежденность, решительность, подталкивает ребенка
верить нам. К сожалению, многие родители смотрят на своих детей „снизу вверх“, пытаются от детей получать руководство к действию, считывать их желания. Вместо того, чтобы найти в себе заботливую альфу,
проявляют беспомощность: „Мы родили ребенка, а теперь не знаем, что делать с этим демоном?“. Для
ребенка ощущение родительского бессилия – одно из самых тревожных переживаний.
Некоторые дети испытывают родительское терпение, а некоторые родители и не отличаются терпением. Склонный капризничать ребенок и вспыльчивая мать – это, можно сказать, потенциально весьма
конфликтная парочка. Если вы и сами скатываетесь до уровня капризничающего ребенка, то вам следует
обратиться за помощью к психологу, с тем, чтобы поучиться самоконтролю.
Часто родители не осознают, как они общаются с ребенком, какие сигналы ему подают. Например, маме может казаться, что она демократично объясняет ребенку, почему нужно вести себя по-другому, а на эмоциональном уровне мама подает ребенку сигнал о том, что ей можно управлять, капризничать, не считаться с установленными (если они в принципе установлены) правилами. То есть ведет, лидирует в этой ситуации ребенок. Главное – ваш доброжелательный настрой. Не срываться и не нервничать, если кажется,
что ребенок ничего не понимает и „как об стенку горох“. Только ваше терпение может помочь справиться в
этом сложном деле.
Мы – взрослые „тети“ и вроде бы должны бы знать, как сохранять спокойствие в минуты сильнейшего
огорчения. Но, увы, частенько или иногда наши эмоции выплескиваются через край. А теперь возьмите импульсивную маленькую личность, чье желание сделать что-то намного опережает ее возможности, которая
еще не способна уразуметь, как осуществить какую-то затею без риска набить себе шишку. Добавьте к этому
„начальника“, который говорит ребенку „нет“, а его направляющая рука тащит ребенка за шиворот, уводя
его с намеченного пути. И вот – все слагаемые для взрыва недовольства.
Разберитесь в причине. Почти все дети (особенно, между годом и двумя) закатывают истерики – одни чаще, другие реже. Будьте готовы к этому. Это, повторим, естественный этап их развития. Не принимайте его недовольство на свой счет. Часто истерики – это следствие роста ребенка и формирования его характера, а не реакция на ваши действия. Маленькие дети действуют, не задумываясь. Их желания обгоняют их умственные способности и двигательные навыки, которые только развиваются.
Иррациональное мышление (т.е. нелогичное, оторванное от действительности) – еще одна причина истерик. Дети не способны предвидеть последствия своих действий. Они мыслят иначе, чем взрослые. Их требования вызваны эмоциями, они оторваны от ограничений реальности: „Почему маме нож брать можно,
а мне нельзя?“. И это в порядке вещей. Капризы и истерики – это послания ребенка окружающим людям.
Если ваш ребенок закатывает истерику, это не значит, что он „плохой“. Это значит, что он пытается сказать
вам что-то. Игнорировать истерику, значит, игнорировать его потребности, а значит, и его самого. Есть
только одна причина, по которой можно пойти на игнор истерики (см. 4).
Малыш не „выходит на тропу войны“ и не пытается намеренно разозлить вас. Если вы так думаете, то
вы ошибаетесь. Он просто проверяет, насколько вы серьезны и уверены в принятом решении. Детские капризы чаще случаются не из желания сломать запрет, а из-за стремления проверить его на доверие и прочность. Если мы малышу будем пояснять свои запреты и ограничения, он чувствует, что папа и мама уверены в себе и в собственных словах. Ему проще доверять родителям. Если же мы позволяем карапузу манипулировать нами, нашими запретами, малыш перестает нам доверять. Все дети разные, под конкретного ребенка подобрать стратегию и тактику может только родитель. Истерики на ровном месте не бывают, не исте36
рят наши дети просто так! Главное, понять в чем причина.
1. Мое понимание детских истерик – это то, что родитель не хочет признавать в маленьком человеке – человека. Он не воспринимает, что чадо становится самостоятельным. Вот и первая причина истерик.
Проще говоря – это авторитарность родителей, делать так, как принято. Главная прививка от истерик в том,
чтобы ваши требования были логичными, а действия разумными. Нельзя ребенка бесцеремонно отрывать
от интересного занятия, что-то отбирать, необоснованно запрещать – вы должны позаботиться об этом.
Иначе – по пословице: „Нечего на зеркало пенять, коли рожа крива!“.
Мы все от природы склонны сопротивляться и перечить, когда чувствуем давление или излишний
контроль. Это защитная реакция. Относитесь к проявлениям противления, как к нормальной и естественной реакции. В определенных обстоятельствах она полезна, но ее проявления и результаты могут сильно осложнять жизнь родителей. Формы проявления противления различны: непослушание, пассивность, неподчинение, неуважение, несогласие, воинственность, неисправимость и даже антисоциальные намерения и
действия – все зависит от возраста и личности ребенка. Не принимайте проявления противления на личный счет. Он не ведет себя так вам назло, это инстинктивное поведение, реакция ребенка на то, что, как ему
кажется, им помыкают.
2. Я различаю бессознательную истерику-КАПРИЗ как попытку утвердить свою волю, когда ребенку (обычная ситуация) что-то не дают или не покупают и сознательно вызывающее поведение (см. 4).
Ребенок стремится получить желаемое. Примерно в год он уже хорошо понимает, что слезами может оказывать влияние на людей, что криком можно добиться чего угодно, и начинает активно этим пользоваться. И
в зависимости от результата вырабатывается дальнейшее поведение. Для родителей устраиваются целые
спектакли и в результате они уступают ребенку, лишь бы он замолчал. Грубо говоря, „ведутся“. Это дурной
путь. Он ведет к тому, что ребенок постепенно становится неуправляемым, привыкая всего добиваться воем.
Ребенку спокойно нужно пояснить, сразу и однозначно, что каждый раз, когда он будет добиваться чтото слезами, то он ЭТО не получит. Если ребенок говорит: „Я хочу эту машинку“, а мама отвечает: „У тебя
дома точно такая же, пойдем домой и поиграем“, и ребенок сразу кидается с криком на пол и дрыгает ногами – это плохой способ манипуляции родителями. И дело даже не в том, что „я прогибаюсь под сына“ или
„он садится мне на шею“, а в том, что такое поведение – плохо. Или надо купить эту машинку, а еще вон того слона, и вместо супа на обед есть всегда конфеты? А если у мамы и так болит спина + сумка с продуктами,
так все равно взять на ручки и нести до дома?..
Капризы гасятся спокойствием и непоколебимостью. Прежде всего, нужно взять себя в руки и постараться не раздражаться. Ваш голос должен быть спокойным и убедительным. Твердо и простыми словами
объясняете ребенку, почему вы не будете выполнять его требование. Но если вы видите, что каприз усиливается, просто выйдите из комнаты, не вступая в разговоры. Но даже в таких ситуациях ребенок должен видеть, что его поведение небезразлично родителям. И на мое материнское внимание он может рассчитывать
всегда, абсолютно всегда. После приступа ребенка обязательно нужно взять на руки, прижать к себе, поговорить об его эмоциях, успокоить.
Действуйте на упреждение, например, собираясь в магазин, заранее предупредите: „Мы будем покупать только то-то и то-то, поэтому – без сцен!“. Капризы бывают и в том случае, когда требования к ребенку непостоянны – это классика жанра.
3. Истерика как эмоциональная разрядка. Непродолжительные истерики не приносят вреда. Они
позволяют малышам избавиться от нервного напряжения, снять стресс, дать выход отрицательным эмоциям. Проще говоря, детям надо просто выпустить пар. Истерика (а не просто крик требования) в этом случае не „устраивается“. Это результат чего-то, как правило, накопившегося напряжения, неудовлетворенности, обиды, он испытал какой-то стресс и т.д. Эмоции ребенка выходят из-под контроля и это не его вина, а
беда. Он не может с ними справиться, но вы можете ему помочь. Вменяемость ребенку можно вернуть обниманием, прощением, лаской, ну и иногда – компромиссом. Ребенок может быстро успокоиться, если взять
его на руки в этот момент и озвучить его состояние: „Да, тебе горько... тебе очень хочется, чтобы мы...“,
„Я вижу, что тебе плохо“, „Ты рассердился, потому что...“, „Злишься? Я с тобой, пока ты не успокоишься“. Проговаривая его состояние, мы учим его понимать себя, а ребенок в свою очередь понимает, что мы
видим, что с ним происходит, и разделяем его с ним. Тогда он будет уверен, что родителям не все равно, они
хотят ему помочь, они любят и жалеют его. Ребенок испытывает (+) чувства: „На меня обратили внимание.
Значит, Я существую! Мне хорошо!“. И наоборот (-), если мама игнорирует ребенка, держит паузу „не давать слабину“: „Я, наверно, плохой! Я не заслуживаю внимания!“. Если подобные ситуации будут частыми,
эти чувства и эмоции уйдут в подсознание ребенка, останутся с ним надолго (возможно на всю жизнь). Раздраженный ребенок в возрасте двух лет больше всего нуждается в том, чтобы вы взяли его „в свои руки“. Когда он будет готов принять помощь, он ответит. Но – избегайте насилия. Если ребенок еще больше злится и
бьется в истерике, выпустите его из рук, не нужно подливать масло в огонь.
4. Сознательно вызывающее поведение или истерика как способ привлечь к себе внимание взрослых. Дети, которым не хватает родительского внимания, получают его непослушанием (некоторые под
вниманием подразумевают одеть, накормить, погулять). То есть мы сами подвигаем его на то, чтобы он был
непослушным! Давно подмечено, что ребенок настолько нуждается в реакции родителей на свои действия,
что предпочитает отрицательную реакцию, чем никакую. Если я поведу сеебя в противовес принятых норм,
на меня обратят внимание! Ребенок на подсознательном уровне усваивает: „Если я хочу получить внимание, мне нужно крикнуть на бабушку, запустить в маму куклой, а папе выключить футбол“. Фактически это просто крючок, на который вас цепляют – способ вами манипулировать, вызывая у вас определенные реакции и эмоции.
Получается, мгновенно реагируя на такие капризы, мы „своими руками производим“ плохое поведение,
т.е. воспитываем „истерика“! И нас ждут еще бо́льшие проблемы. Поэтому в этом случае (сознательный вы37
зов) способ „я сочувствую“ не катит. Если ребенок закатывает истерику (или ведет себя для того, чтобы
привлечь ваше внимание), игнорируйте ее. Тем самым вы внушаете ему, что его поведение неприемлемо.
Истерики прекращаются лишением внимания. Всякого. Холодотерапия. Тем самым я объясняю, с каким
малышом я хочу общаться, а какое его поведение для меня неприемлемо. Я должна дать ребенку понятие о
том, что хорошо, что плохо. Я приемлю сущность своего ребенка, но имею полное право отторгать то или
иное поведение.
Если вы видите, что сцена рассчитана на „зрителей“, что ребенок „играет на публику“, проявите твердость и выдержку, сделайте вид, что вы его не замечаете. Можно спокойно сказать ему приблизительно следующее: „Мне неприятно общаться, когда кричат (так себя ведут). Когда успокоишься, тогда и поговорим“. Если сцена нарушает ваше равновесие, вам лучше уйти в другую комнату. И чем более вы раздражены, тем подольше вам следует оставаться порознь. Такое действие похоже на игнор? Или оно будет какимто образом подкреплять негативное поведение ребенка? Думаю, что нет.
Попробуйте придать ситуации обыденный характер. Не вовлекайтесь в происходящее, не включайтесь
в спор, лучше займитесь чем-нибудь или сделайте вид, что сосредоточены на каком-то занятии. Всякие разговоры, увещевания, заискивание, заигрывание, уговаривание, ворчание в отношении невменяемого ребенка приведут только к обострению обстановки. Крикнув: „Замолчи или прекрати!“ – вы прервете общение с
ребенком, а не его вопли, которые только наберут силу.
5. Переутомился и устал. Недомогание, перевозбуждение или невозможность отдохнуть в нужный
для ребенка момент – именно в таком состоянии у детей зачастую возникает и труднообъяснимая, внешне
беспричинная раздражительность. Проницательный родитель может заметить, что если ребенок не болен,
сытый, спать не хочет, ему не жарко – истерить не будет. Он старается избегать ситуаций, вызывающих эмоциональное перенапряжение у ребенка. Чаще это случается в середине дня, перед сном (вот почему походы в магазин лучше планировать утром или после дневного сна).
Если человеку плохо – его надо пожалеть, а не права свои отстаивать. Если ножкой стучит, все разбрасывает или швыряет – так ведь не умеет еще по-другому. К тому же – нервная система незрелая. Если мама
ведет себя спокойно и доброжелательно, то и ребенок будет у нее учиться вести себя так в проблемных ситуациях.
6. Не может выразить словами свои чувства и желания в силу своего возраста. Ведь до трех лет
мало кто толком может складно объяснить причину словами, вот и приходится им хныкать, нудить, психовать, злиться. На это нужно реагировать, но не „подзатыльник и носом в угол“, и не ждать, пока это само собой закончится. А маме надо и постирать, и в магазин сбегать, да еще поразвивать детское мышление, а тут
„этот“ обхватил ногу, валяется по полу и что-то канючит. Может, не стоит гнаться за искусственной синей
птицей? Может, просто погладить его, такого маленького, поцеловать, послушать, что он там бормочет?..
***
Мы с папой установили правила, когда наш маленький „вулкан начинает извергаться“:
1. Не истерить самим. Это самое сложное (ну „не стреляйте в пианиста – он играет, как умеет!“). Не
ругать и не возмущаться, потому что ему и так плохо; он не управляет своим „хочу - не хочу“, а истерика
управляет им.
2. Не воспринимать всерьез то, что может сказать или сделать ребенок во время истерики (пнуть, швырнуть, наорать и т.п.). Не принимать раздражение на свой счет.
3. Не смеяться. Не пытаться отвлечь его сказкой, мультиком и прочим (после года такой номер не проходит, только хуже).
4. Спокойно ждать завершения концерта, делать свои дела (или делать вид, что занимаемся). Если
„многоголосье“ начинается во время сборов на прогулку (хочет, к примеру, одеть мокрые штаны) – выход
отменяется.
5. Никаких „разборов полетов“ после, нравоучений, наказаний и прочего. Не надо ребенка мордой в
каку, если он и так переживает. Свою вину он сам чувствует. Это было не с нашим ребенком, у нас хороший
сын/дочь и он/она не истерит.
6. После приступа (или во время, как получится) обязательно взять на руки ребенка, прижать к себе, поговорить о его эмоциях, успокоить. Дитю нужна помощь, мамины обнимашки, соучастие. Ему первому подойти труднее. Мы ломаем ребенка, дрессируем его? С кем воюем? И зачем? Или пытаемся понять и помочь
в трудную минуту?
***
Как реагировать на капризы у детей постарше. Внушением позитива. Важно, чтобы постоянно
действовало и было хорошо известно ребенку четкое правило: его желание не будет исполнено, пока он
пытается этого добиться криком или истерикой. Его желания могут быть исполнены только тогда, когда он
успокоится и спокойно обратится с просьбой. Иначе получается, что такие манеры раз за разом получая
подкрепления, становятся инструментом манипуляции в отношениях с родителями. „Ты можешь сказать,
чего ты хочешь, для этого есть слова – зачем ныть, орать, беситься?“. Чтобы уменьшить нытье, говорю
ребенку: „У тебя красивый голос, а когда ноешь и кричишь – это некрасиво“. То есть заменить „не ной, не
ори“ на „скажи то же самое, но своим приятным, спокойным голосом“. Еще я объясняю ребенку, что есть
крик полезный (например, когда надо кого-то позвать), а есть бесполезный. А бесполезный крик – это когда
чего-то хочется. Потому что, если нельзя, то тут – кричи, не кричи – не дадут. А если можно, но начинаешь
кричать, то все равно не дадут. Потому что никому не нравится, когда так разговаривают. Я действую только
так и стараюсь убедить бабушку-дедушку, чтобы тоже не давали ничего, если просит с нытьем и криками.
Зато, если ребенок просит спокойно, надо по максимуму стараться разрешать, если это реально. И стараться
уменьшать количество всяких „нельзя". Если уж нельзя, то тут все – никаких вариантов.
Еще включаю прием: „Я не понимаю, что ты хочешь, скажи внятно“. Ребенку приходится успокаи38
ваться, чтобы озвучить свою проблему. Иногда включаю „дурку“: „Ну не поняла я тебя, вытри слезы и скажи спокойно“. Если истерика на ровном месте, ребенок истерит на всю улицу, говорю: „А громче можешь?“.
Начинает орать громче. Я: „А еще громче?“. В итоге, когда уже силы иссякли у ребенка (а они в этом случае
быстро заканчиваются), ребенок говорит: „Не могу громче!!“. Я в ответ: „Вот не можешь громко орать –
не ори вовсе!“. На этом тоже все заканчивается.
Как объяснить ребенку, что кричать нехорошо, если я сама на него ору? А если просто разговаривать?
Тихо-тихо... (т.н. крик шепотом). Или нести какую-нибудь „абракадабру на иноземном“ языке? Ребенок
сразу почувствует некоторое „неудобство“: ничегошеньки не слышно (не понятно), что говорит мама, а чтобы услышать волей-неволей, приходится „убавлять звук“. Этот способ оказывается очень действенным в
тех случаях, когда (1) истерика на ровном месте. Если истерика „по причине“, когда, например, (2) ребенок
не получил то, чего хотел, но при этом он уже знает, что если не разрешили или не дали, значит, и не дадут,
то тут можно и просто проигнорировать (но лучше все же посочувствовать). А когда истерика просто из-за
того, что (3) ему нужно дать выход эмоциям, энергии, когда он устал, недоспал и т.п., тут такое не пройдет:
проигнорировав истерику, можно добиться того, что она дойдет до крайней степени, когда уже сам ребенок
остановиться не сможет.
Ошибки, которые мы совершаем.
1. Дети должны бежать к родителям за помощью, а не убегать от них. Родители часто пугают детей – полицией, чужой тетей, домовым. „А то никогда сюда с тобой не приду!“, „Не сделаешь то-то, не получишь
это“. Когда взрослые становятся источником страха и принуждения, они перестают быть источниками заботы. Послушание из страха и принуждения долго не продержится – это иллюзия послушания. Если ребенок не слушается, он в истерике, ему нужно помочь, а не оставлять наедине с проблемой.
2. Не стыдите своего ребенка! Стыд – чувство, что ты плохой. „Что ты орешь, на тебя люди смотрят!“, „Как тебе не стыдно!“ – „Чего ты так кричишь? У меня ведь есть уши! Сколько их? Они длинные
как у зайца?“.
3. Воздержитесь от дисциплины, которая разделяет (тайм-ауты и т.п., см. стр. 49). Когда мы используем
разделяющую дисциплину или отказываем ему в общении с нами, мы лишаем ребенка того, что ему дорого
– это разрушает привязанность. Появляется чувство незащищенности. „Оставайся, я пошла“ – эти слова
могут вызвать у ребенка сепарационную тревогу (тревожное расстройство, вызванное разлукой). И, наконец, разделяющая дисциплина может привести к эмоциональному онемению и защитному отчуждению: „А
мне все по фигу!“.
4. Не пытайтесь добиться результата в момент происшествия. Лучший вариант (обезличивая атаку) –
показать „желтую карточку: „Ручки не для того, чтобы драться, кидать игрушку...“. Многие родители почему-то считают, что отсрочка каким-то образом позволяет ребенку выйти „сухим из воды“, что поступок ребенка останется безнаказанным. Не надо этого бояться.
***
Как мы калечим собственных детей – 1. Как поступают обычно мамы при капризах? Они всеми
силами стараются утихомирить свое чадо, только чтобы оно не вело себя так. Такие мамы обычно стараются
выполнить любой каприз своего ребенка, чем собственно он и пользуется. И дальше – больше! Ребенок слышит маму так: „Я+(ребенок) Ты–(мать)“. А если учесть, что таких посланий ребенок даже в течение дня может получать много, то можно себе представить, как сильно укрепится такая позиция у ребенка!
Позиция „Я+ Ты–“ называется параноидальной. Воспитание у ребенка позиции: „Мой ребенок всегда
прав“ – приводит к печальным последствиям. „Самый верный способ сделать вашего ребенка несчастным,
– это приучить его не встречать ни в чем отказа“. Неумение отказывать детям ведет к вседозволенности
и эгоизму. А именно так некоторые родители воспитывают своих детей. Но рано или поздно ребенку все
равно предстоит узнать слово „нельзя“ от других людей: от воспитателей детского сада, учителей в школе,
друзей во дворе. А значит, ему предстоит пережить немало конфликтов.
Если родители не говорят „нет“, то в итоге они получают чадо, которое считает, что мир вращается вокруг него и все обязаны подчинить свое существование его желаниям и интересам. Если вы готовы отказаться от своих личных потребностей и интересов в пользу пятилетнего шкета, желающего быть главным в
доме, то подумайте, будет ли он со временем успешным? Вряд ли! Ведь успешным может стать человек, который умеет взаимодействовать с другими людьми.
Как мы калечим собственных детей – 2. Когда наш ребенок ведет себя не так, как хочется взрослым: капризничает, спорит, не соглашается с правилами, ведет себя агрессивно, мы слышим от окружающих эту стандартную фразу: „Совсем избаловали ребенка!“. Если мы задумаемся, то увидим, что в принципе
любой маленький ребенок избалованный. Любой малыш ожидает, что мир будет вращаться вокруг
него, что он будет испытывать только положительные эмоции и всегда получать то, что хочется. Он не видит свои несовершенства и своих ошибок, не готов проигрывать, его „заклинивает“ на получении того, что
недоступно, он не признает границ. В этом нет ничего плохого, так задумала природа, что все мы появляемся на свет „избалованными“, ожидающими от жизни исполнения любых своих прихотей. При этом, когда
такое же отношение к жизни демонстрирует взрослый человек, это уже не кажется ни милым, ни разумным.
Откуда берутся избалованные дети? Избалованность не имеет никакого отношения к материальному
достатку или социальному положению. Избалованность возникает, когда взрослые не дают ребенку расстраиваться, не дают почувствовать естественный ход вещей, испытать естественную грусть от того, что чтото пошло не так, как хотелось, что-то не получается. Многие взрослые не переносят детские слезы и готовы
39
на все, лишь бы эти слезы прекратить: отвлекают, стыдят, запугивают, лишь бы ребенок не плакал, не грустил, не страдал! Взрослые всеми силами стараются сделать мир ребенка идеальным. И до поры до времени
это может работать, но наступает момент, когда ребенок выходит из дома в социум, идет в школу или родители записывают его на спортивную секцию – и вдруг оказывается, что он не самый умный, не самый ловкий, не самый красивый! Потому что опыта переживания неудач не было. Психологически ребенок становится очень хрупким и уже не способен смириться с несовершенством этого мира. А это тормозит его психологическое развитие.
Как помочь ребенку стать более психологически устойчивым? Помогая ребенку переживать и выплакивать маленькие горести, мы готовим его к столкновению с большими. Задача родителей – быть терпеливыми, поддерживая ребенка в его страданиях. Потерялась любимая игрушка, или друг не позвал на день рождения, младший брат разорвал рисунок, а может, папа выиграл в шашки или мама забрала планшет – не
смейтесь над горем ребенка, не стыдите его, не отвлекайте и не торгуйтесь, обещая еще лучше, еще красивее. Сядьте рядом, обнимите, посочувствуйте, дайте излиться слезам, будьте для ребенка человеком, на руках у которого комфортно и поплакать, и утешиться. И когда слезы высохнут, а взгляд прояснится, ваш ребенок вдруг увидит, что горе, казавшееся еще недавно непереносимым, на самом деле успешно пережито и
жизнь продолжается.
Как мы калечим собственных детей – 3. Каждый поход в магазин с малышом не должен означать,
что ему что-то купят. Родители часто не могут удержаться от желания побаловать своего малыша шоколадкой, мороженым или игрушкой, тем более, если это позволяет семейный бюджет. Почему бы не купить, считают они, желая, чтобы сын или дочь ни в чем не знали отказа. Особенно это характерно для тех мам и пап,
которые в детстве испытывали недостаток в игрушках и сластях. Однако такая безотказность может привести к серьезным проблемам не только для самих родителей, но и для подросшего чада.
Плоды своей безотказной политики не заставят себя ждать, когда ребенок подрастет. Привыкнув только получать, он не будет иметь представления о том, что нужно еще и отдавать. Поэтому ваши просьбы вымыть посуду, сходить за хлебом, скорее всего, останутся без ответа. Не стоит этому удивляться, ведь он не
привык поступаться своими интересами ради чего-то или кого-то. Проблема состоит еще и в том, что покупая все, что ребенку хочется, вы лишаете его умения мечтать и радоваться. Ведь когда все есть, уже ничего
не хочется, наступает чувство пресыщения.
Вот почему прекратить детские „вымогательства“ необходимо в раннем возрасте, пока он еще „не испорчен“. Предположим, вы уже приучили свое дитя требовать все, что он хочет, однако „концерт“ с ревом в магазине вам неприятен – не берите малыша в магазин, а идя на прогулку, забывайте кошелек. А радовать малыша мелкими подарками вы можете спонтанно, делая ему приятные сюрпризы.
Избалованность возникает не от того, что ребенок пресыщается от изобилия игрушек, испытывает избыток во внимании, всеми любим и обласкан. Невозможно слишком сильно любить ребенка, слишком много уделять ему внимания, слишком пестовать его. Баловать – это дарить любовь, а не торговать ею: „Если
будешь хорошо себя вести, куплю игрушку!“.
9. Самоуважение, уверенность в себе. Почему это важно.
Самоуважение – это залог душевного здоровья, основа благополучия ребенка и ключ к успеху для взрослого человека. Ваша самооценка в любом возрасте определяет ваши поступки. Достоинство, с каким держит себя человек, умение человека ладить с другими, его успехи в учебе и в труде – все это обусловлено его
верой в себя, его самоуважением. Любые обвинения в адрес ребенка будут иметь на него огромное влияние.
„Ты лентяй, ты эгоист, эх ты, трусишка!“ – все эти слова тут же становятся программой, намертво впечатываясь в мозг ребенка и формируя его самооценку. Низкая самооценка у ребенка очень часто ведет к поведенческим проблемам.
1. Не задолжали ли вы ребенку самооценку? Если ребенок чувствует, что он любим, что им дорожат, то нет. Именно в первые два года жизни у ребенка формируются ассоциативные модели – набор представлений о способах взаимодействия всех вещей. Развивающийся мозг подобен ящику с картотекой, который наполнен преимущественно положительными эмоциями и образами. Это гарантия чувства, что „все хорошо“. Ощущение благополучия становится составной частью самосознания ребенка, его „Я“. Дети, которые
привыкли к ощущению благополучия, вырастая, всю свою жизнь стараются сохранить это чувство. Они способны после временных помех вновь восстановить это чувство, что „все хорошо“. Такие уверенные люди
лучше справляются с жизненными неудачами. Они могут испытать много падений, но всегда торопятся
вновь встать на ноги. Эти дети хорошо развиваются, несмотря на „неустроенное“ из-за проблем в семье детство.
С уверенностью люди не рождаются. Дети воспринимают (оценивают) себя так, как, по их мнению, воспринимают (оценивают) их другие. Основной источник, конечно, родители. День за днем, подмечая достоинства, положительные стороны и успехи ребенка, родители создают основу для самоуважения. Так и
только так формируется уверенность. Если ребенок знает, что вы цените его, независимо от его достижений,
успехов, поведения, оценок в дневнике и т.д., то вам не нужна ученая степень в области психологии, чтобы
вырастить уверенного в себе ребенка. Как? Общайтесь с ним, подмечая достоинства, положительные стороны и успехи ребенка, настраивайте его (и себя) на позитив.
Ребенка с положительной самооценкой легче воспитывать. Такой ребенок считает себя хорошим, а значит, и ведет себя хорошо. Когда такой ребенок оступается, ему легче вернуться на правильный путь, его не
нужно наказывать. С ребенком, у которого низкая самооценка, все не так. Ребенок, считающий себя плохим,
и поступает плохо. Родители сомневаются в нем, поэтому он и сам в себя не верит. От него не ждут хорошего
40
поведения, а значит, он и не старается вести себя как надо. Формируется негативный поведенческий цикл:
чем больше непослушания, тем больше наказаний, что повышает раздражительность ребенка и понижает
его самооценку. Откуда еще больше непослушания
2. Не оценивайте ребенка, сравнивая с кем-то. Он может преуспеть лишь в одном – быть самим
собой. На первый взгляд, кажется, что ставить ребенку в пример других детей – это хороший способ подать
пример для подражания. Но по факту это звучит как „Ваня лучше чем ты, ты хуже чем Ваня“. Для ребенка признание родителей (оно же принятие) – это равно любовь. Понимаете?.. Если вы принимаете и признаете Олечку из дедсада как умную и прилежную, „не то что ты, балбес“, значит , Олечку вы любите, а
свое чадо нет. Да, это не так, но детки именно так слышат ваше сравнение! Чем можно заменить сравнение?
Ничем. Чтобы ребенок рос в уверенности, что он ценен, способен и его любят, достаточно сравнивать его с
ним же, его результаты только с его собственными результатами – сегодня и вчера.
Не навешивайте ярлыки, а также поставьте под запрет любые дразнилки – они умаляют достоинство
ребенка. Не употребляйте негативных оценок, таких как „плаксивый“, „бестолковый“, „худой“, „болезненный“, „неповоротливый“, „неуклюжий“, „непослушный“ и т.д. Переступите через себя, если вас, возможно,
воспитывали иначе.
3. Исцелите свое прошлое. Самооценка ребенком приобретается, а не наследуется. Некоторые человеческие качества и свойства характера, такие как раздражительность, неуверенность, тревожность, приобретаются в каждом новом поколении. Не слишком упрекайте своих родителей. Возможно, они делали все,
что было в их силах, в тех обстоятельствах и в то время, когда они воспитывали вас. Они были превосходными родителями своего времени. Заведя ребенка, вы получаете шанс стать такой матерью или таким отцом, которых вы сами хотели иметь.
Какой образ видит ребенок, глядя на вас? Вы для вашего ребенка – зеркало, отражающее его чувства,
именно так он смотрит на вас. Если вы встревожены, обеспокоены или страдаете от депрессии, вы не сумеете отражать добрые чувства. Обратитесь за помощью и избавьтесь от таких состояний, чтобы не „заразить“
ими ребенка. „Я додумалась, что нельзя показывать себя несчастной детям. Я не хотела, чтобы мои дети росли, считая, что они меня огорчают“.
Для того, чтобы вы могли помочь ребенку обрести внутренний покой, вы сами должны иметь его.
Именно этот момент объясняет, почему одни взрослые люди, кажется, без всяких усилий входят в роль родителей, а другим она плохо дается. Определите, что или кто в вашей жизни вызывает у вас раздражение?
Не забывайте, вы – зеркало ваших эмоций. Если ваш ребенок постоянно видит недовольное лицо и постоянно слышит злой голос, именно таким, полным злобы, человеком он, скорее всего, и вырастет.
4. Будьте добрым зеркалом. Самооценка ребенка во многом проистекает не от того, каким себя видит ребенок, а от того, каким, по его мнению, видите его ВЫ. И это особенно справедливо в отношении детей-дошкольников, которые познают себя через родительскую „реакцию“ на них. Ребенок в дошкольном
возрасте очень зависим от отношения к нему взрослых, которое во многом определяет его самооценку, формирует чувство уверенности в себе. Поэтому детям так важна поддержка, участие, интерес и внимание взрослого к его делам и проблемам. Какие образы вы отражаете глядящему на вас, будто в зеркало, ребенку –
позитивные или негативные? Говорите ли вы малышу, что с его мнениями и желаниями вы считаетесь? Что
его поведение радует вас?
Когда вы внушаете ребенку позитивные образы, он привыкает думать, что он хороший. И он также будет готов слушать вас, если вы скажете, что его поведение неудовлетворительное и ему надо исправиться.
Вы обзаводитесь инструментом воспитания. Получая позитивное воздействие, самоощущение ребенка заполняется положительными эмоциями, и он привыкает к своему эмоциональному состоянию. Получая негатив от мамы – осуждающий взгляд, раздражение, разочарование, неприятие, когда отчитывают – ребенку
выгодно поменять свое поведение, чтобы вновь обрести чувство благополучия.
Будем реалистами. Невозможно всегда пребывать в хорошем настроении, всегда улыбаться, оставаясь
при этом нормальными людьми. Но ребенку легче усвоить, что у родителей тоже бывают неудачные дни,
если позитив преобладает. Следите за словами. Ребенку должно быть ясно, что вы порицаете его действия,
но не его самого: „Я против, когда ты так поступаешь, но тебя я люблю“.
5. Как мы калечим собственных детей – 4. Способны ли мы понять, как наше отношение к ребенку
(наши положительные, либо отрицательные реакции на его поведение) может повлиять на его будущую
жизнь? Маленький ребенок хочет помочь маме и старается помыть полы. Разумеется, делает он это пока неумело и т.д. Так, что у мамы терпение заканчивается и она отправляет малыша поиграть: „Я сама вымою
пол, так быстрее получится“.
Мама отправила своему ребенку послание: „Я+(мать) Ты– (ребенок)“, иными словами: „У меня все получается, а ты неумеха и медлительный“. После таких слов матери ребенок думает: „У меня ничего не получается, за что бы я ни взялся! Вот мама умеет, а я – нет!“. Это неправильное послание: переделывая
за ним тут же, на глазах у ребенка, мама подрывает его уверенность в собственных силах. А ведь таких посланий своим детям мы можем отправлять не один раз на день! Особенно, когда наши дети идут в школу и
начинают делать уроки. В психологии такая позиция „Я– Ты+“ считается депрессивной. В такой позиции ребенок не сможет чувствовать себя победителем, он будет проигравшим. Он не сможет добиться успеха в
жизни, т.к. будет считать себя недостойным этого успеха. Вам это надо?..
Или предположим, я – родитель – утром иду по лестничной клетке. Ребенок в настроении, громко поет.
Мимо проходит соседка, шипит на него, и в этот момент я в угоду соседке шикаю на ребенка. Сообщение,
которое я передаю ребенку: „Соседка важнее тебя. Я в любую минуту готова тебя предать“. Действительно, это предательство: только что мы были в близких отношениях, и вдруг я дистанцируюсь от них, я из
этих близких отношений выскакиваю. „Что подумают о ребенке?“ – частый мотив наших мам. Давайте доведем эту мысль до абсурда. Допустим, о ребенке плохо подумают. О ребенке плохо подумают, и?... И ниче41
го там нет. И мало того, что там ничего нет, но я ставлю своего самого близкого человека в зависимость от
своих галлюцинаций. Вот что происходит.
10. Как помочь детям выражать чувства.
В сущности, кем и каким будет ваш ребенок, во многом зависит от того, как вы будете реагировать на
детские переживания и как ребенок научится справляться со своими неприятностями. Бессмысленно ругать
ребенка за то, что он испытывает какую-либо эмоцию – например, испугался, обиделся или разозлился.
Ведь эмоции регулировать волевым усилием сложно даже взрослому. Ребенку же, с его малоразвитыми навыками саморегуляции, тем более не удастся. Нейронные связи, которые необходимы для управления эмоциями, еще только „строятся“. Поэтому если взрослый говорит ребенку „не бойся“, „прекрати злиться“
или „не плачь“ – он, в сущности, требует от него невозможного. Ребенок и сам бы рад последовать таким
призывам, но он не может этого сделать в принципе.
Нам нужно научиться принимать и понимать чувства наших детей, а также собственные. Для того, чтобы ребенок справился со своим „горем“ или любой другой душевной проблемой, надо внимательно выслушать его, посочувствовать, утешить. Если его чувства – горечи и радости – вам безразличны, ребенок заключает, что и сам он тоже никому не интересен. Такая модель „бесчувственности“ порождает у него привычку
подавлять чувства и, главное, прятать их от родителей. Постепенно ребенок все больше утрачивает внутреннюю гармонию, от этого страдают ваши взаимоотношения. Еще больший вред наносит ребенку родительское безразличие к его чувствам, сопровождаемое раздражением: „Хватит реветь из-за какой-то дурацкой...“. Сравните: „Да, мне тоже жалко ...“.
А теперь представим себе картину, когда ребенок может свободно выражать свои чувства и родители откликаются на них. „Папочка, бусы рассыпались и потерялись в траве!“. „Подумаешь какие-то бусы!“.
Нет!! Отец прерывается, что бы он там ни делал, сосредотачивает внимание на дочери, заглядывает ей в
глаза, кладет руки ей на плечи: „Жалко... ты расстроилась?“. Его слова, его жест и мимика – все призвано
внушить дочери: „Твои чувства важны для меня. Ты важна для меня“. Реакция отца раскрепощает ребенка, который уже может, не опасаясь, подробнее рассказать отцу о своих чувствах и справиться с ними – поделившись ими с отцом. Девочка не уходит в себя и не разражается плачем от огорчения, ведь ей предоставили возможность высказать, как она огорчена. Отец поднял свой авторитет и ее самооценку, откликнувшись на чувства, являющиеся отражением детской души.
Сначала – сочувствие, потом – объяснение. Дети (как впрочем и взрослые) могут выйти из себя,
эмоционально реагируя на мелкие жизненные неудачи. На то они и дети. Всякие „мелочи“ представляются
им значительными. Удержитесь от раздражения, проявите терпение, не обращайтесь к логике. Слушайте
ребенка внимательно, сочувственно. Не прерывайте своим советом, не навязывайте ему своего решения.
Лучше, когда вы, обдумывая свой контраргумент, сделаете паузу. Ребенок не в том состоянии ума, чтобы
правильно воспринимать ситуацию и вашу реакцию на нее. Избегайте так легко срывающихся с губ реплик,
которые вынуждают ребенка замкнуться:
– Нашла из-за чего расстраиваться...
– Не плачь, это такая ерунда!
– Ничего страшного с тобой не случилось.
– Ты ведешь себя как маленький.
Наоборот, помогите разобраться в его чувствах. Чтобы помочь, нужно учиться распознавать их и давать
им названия, проговаривать их. Детям нужно щедрое их принятие, чтобы они могли выражать все, что у
них на сердце:
– Ты, кажется, разозлился?
– Тебе приятно (понравилось), когда...
– Ты недоволен тем, что...
– Тебя так огорчает, что...
– Ты расстроилась, что шарик улетел...
Заслужить доверие детей – значит, показать, что вы действительно понимаете их точку зрения (хотя и
не обязательно разделяете ее). Проявляя интерес к его состоянию, мы побуждаем ребенка эмоционально
раскрыться. Роль доктора, если мама считает, „что у него с пальчиком что-то не так“, будет кстати: „Тебе
больно, маленькая моя, пальчик болит, дай поцелую!“, „Покажи мне, где больно... Давай его полечим“. Неопытные мама\папа не стали бы так волноваться из-за такой „ерунды“. Родители-ветераны понимают, насколько чувствительны маленькие дети в отношении „бо-бо“-эмоций. С точки зрения маленького ребенка,
легкий булавочный укол – это дырка в его теле, и его необходимо забинтовать, чтобы не произошло никакой „утечки“ из него.
Хотите, чтобы ребенок сдерживал свои чувства, опасаясь вашей реакции – он подавит их. Если ребенок
вынужден ради сохранения отношений с родителями подавлять эмоции, это ведет к целому ряду эмоциональных проблем. Одна из них – депрессия.
11. Как относиться к методу последствий.
Жизнь действительно учит нас с помощью последствий, но это методы (отбирают что-то, лишают привилегий или каких-то занятий, мультиков, прогулки) не имеют ничего общего с жизненными уроками. Поведенческие методы дисциплины дают родителям иллюзию того, что мы взращиваем ребенка правильно
или, по крайней мере, иллюзию контроля. Неудивительно, что эти методы так притягательны. Никакие по42
следствия не научат ребенка контролю над импульсами. Однако последствия настраивают детей на то, что
от них ожидается послушание. Используя последствия, нужно отделять их от личности взрослого
и представлять частью общих правил. Последствия дают взрослым возможность руководить детьми в
ситуациях конфликта и решать вопросы справедливости.
„Действия определяют результат“. Мудрые родители оберегая ребенка от чрезмерной опеки,
считают: ребенок должен знать о последствиях сделанных им глупостей. Эти уроки запоминаются надолго,
потому что это уроки реальной жизни. Опыт – лучший наставник. Дети лучше учатся на собственных ошибках, а не благодаря нашим упреждающим наставлениям. Потерял телефон, разлил сок?.. Больше сока и телефона нет и без наших наставлений. Кто не смотрит под ноги, тот упадет; кто хватается за горячее, обожжется; у того, кто бросает свой велосипед на улице, его украдут. Оценивайте такие последствия с точки
зрения их поучительности, а не злорадствуйте: „А я тебе говорила…“, „Вот если бы ты послушал меня…“.
Если вы хотите убедиться в том, что ребенок усвоил маленький урок жизни, вернитесь к случаю позже.
Пусть последствия говорят сами за себя. Последствия, а не наказание или словесное нравоучение, учат ребенка отвечать за свое поведение. Это мудрый урок жизни.
В пределах разумного и соблюдая меры безопасности, позволяйте вашему малышу изучать мир , падать, набивать синяки и шишки и извлекать уроки „если - то“. Последствия помогут выработать у ваших детей, может быть, и не особенно стойкий, но все же иммунитет к плохому выбору, ведь они приобретут опыт
принятия самостоятельных решений. Ребенок, у которого не наступают последствия его плохого поведения
или поступка, плохо подготовлен к жизни. Если бы мы жили в идеальном обществе, где люди в своих действиях руководствовались бы только совестью и следовали бы установленным правилам лишь потому, что
так надлежит делать, в „наказании“ не было бы необходимости. Но мы живем не в идеальном обществе, и
мы люди не совершенные. Ребенок, который растет, так и не усвоив урока о последствиях своих действий,
никогда не научится отвечать за свои поступки. А значит, не будет уважать власть. Он не выработает самоконтроля. Что значит прививать ребенку иммунитет против глупостей? Это значит соблюдать равновесие
между чрезмерной опекой и попустительством. В первом случае ребенок вступает в подростковый возраст
плохо подготовленным к тому, чтобы справляться с неизбежными конфликтами и рисками в реальной жизни. Попустительство - тоже не вариант. Иногда лучший выход из положения – направить ребенка, высказать свое мнение, а затем отступить в сторону, и пусть он принимает решение сам, а далее – и последствия
своих действий. На них он и будет учиться!
Вы детей растите не для себя (или не знали?..), а для них, для их самостоятельной взрослой жизни. И
то, что для вас является „удобным“ ребенком – тихий, послушный, ангелочек – это махровый эгоизм. Очень
удобно. Всех слушается, никаких проблем. Главное ведь, что у мамочки головка не бо-бо. А каково этому
рохле будет по жизни? Особенно, если он – мальчик. Что из него вырастет? Одуванчик?..
К сожалению, ответственность одними словами не вырастишь. И мы как родители несем определенные
риски. Или, ежели страшно, растите подснежников. А что, тоже вариант. Только потом не жалуйтесь, что
ваш рохля пойдет как бычок на веревочке за первым (первой) встречным. Потому как привык быть послушным мальчиком. Но самостоятельность и ответственность у ребенка вырабатывается только на опыте. Собственном. И собственных пробах и ошибках. А вот как минимизировать „потери“, когда детки начинают
проверять наши слова (установки, рекомендации, убеждения, которые мы им внушаем) на практике – это
задача родителя. И очень непростая.
Результат „родительскими руками“. Наш ребенок хлопал дверью. Сначала терпеливо объясняли
ему, почему он не должен хлопать дверью, потом предупредили: „Папа снимет ее!“. Сняли... С тех пор прошло уже четыре года, и за все это время он ни разу не хлопнул дверью.
Наши наказания были принципиально другими. Это не возмездие за нежелательное действие, а лишение возможности его совершать или что-то вроде „результата действия“. Это последствия, но не совсем
„естественные“, т.к. чаще требуется вмешательство мамы\папы, которое будет строгим, но, разумеется, разумным и справедливым. Такие последствия как способ учиться на собственных ошибках + показать границы дозволенного. Выехал на велосипеде на дорогу – сегодня кататься не будешь. Потратил карманные деньги на неделю за один день – живи оставшиеся 6 дней без денег. Швырнул телефон или дети дерутся из-за
игрушки – телефон, игрушка забираются: „Игрушка не любит, когда дерутся“. Не убирает игрушки (они
мешают другим) – убираем их сами до... завтра. Нарочно сбросил вилку со стола или плюется едой – выдворяется на пол немедленно, даже если не доел. Спорят из-за того, какой канал смотреть по ТВ – он просто
выключается. Или выгоняем из ванной, если разбрызгивают воду... То есть я выступаю в роли судьбы, которая вносит свои коррективы. Но все это спокойно, без злобы, но строго: „Ты сам себя наказал!“. Ребенок понимает, что его любят, но вести себя неправильно не позволят.
Наша задача – помочь ребенку увидеть границы правильного поведения. Конечно, „линия партии“
должна быть единой, если папа выдворяет, а мама тут же жалеет, ничего не получится. Ребенок постепенно
начинает понимать, что если делать так, как говорят родители, то жить становится легче и правильнее. То
есть, наказание и воспитание – это не „командный голос“ и не „пинок в зад“, а усердное целенаправленное
занятие с детьми (начиная с рождения).
Когда ребенок вырастет, он будет сталкиваться с множеством ситуаций, где нужно принимать решения.
И если выбор будет сделан не верный, то придется столкнуться с последствиями выбора. То есть если совершаешь ошибки, то несешь сам за них ответственность. Большой мир строится не на принципе наказаний и
наград, а на принципе естественных последствий: „Что посеешь, то и пожнешь“. Если мы воспитываем ребенка с помощью „кнута и пряника“, мы оказываем ему медвежью услугу, вводим в заблуждение относительно устройства мира. После 18 никто не будет его заботливо наказывать и наставлять на путь истинный.
Если сам о себе не позаботишься, никто этого делать не станет.
Такие наказания прививают ответственность, самостоятельность, организованность. Ненаступление
43
естественных последствий – одна из причин, из-за которых дети оказываются не приспособлены к жизни.
Но от этой истины детей тщательно оберегают. Чтобы потом одним махом выставить в этот самый мир – и
дальше как знаешь.
Как мы калечим собственных детей – 5. Ребенок устал или испытал какой-либо стресс и пытается
„достучаться“ до родителей – истерит. Но его игнорируют.
Я не поддерживаю разделяющую дисциплину в принципе. Тайм-ауты (угол/другая комната/„тихий“
стул), отбирание вещей или удовольствий, метод „считаю до трех“ („я ушла, а ты оставайся“, „собирай
игрушки или я их выкину“), игнорирование („будешь продолжать себя так вести – отдам тебя.., придет
бабай и тебя заберет“, „не подойду к тебе, пока ты не успокоишься“, „Я тебя не люблю такого...“) и т.п.
– все это примеры дисциплины, которая разделяет. Надеяться, что это поможет ребенку осознать, что он
сделал что-то не так, наивно. По одной простой причине: способности размышлять до перехода от 5 к 7 годам у ребенка просто не существует! Ребенок, в силу своего возраста, увы, не может критически оценивать
свое поведение. Он еще не осознает, что „сделал плохо“. Повторим: плохо, по его мнению, могут поступать
только другие. Более того, когда детей пытаются воспитывать такими методами, это, как правило, вызывает
негативную реакцию: обиду, неповиновение, бунт. Понятно, что это оставляет мало простора для каких-то
других мыслей. Да, он вас послушает и будет делать все, что угодно, но какой ценой?..
Тайм-аут – это именно игнор. Детское восприятие не всегда рационально (они видят порой не то, что
есть, а то, что им кажется). Дети оказываются в изоляции ровно в тот момент, когда мы больше всего нужны
им, и они захлебываются в море переживаний. Им остается два варианта: сражаться или перейти в „спящий
режим“. Мы считаем, что игнор проходит без последствий и мы быстро выигрываем время. Но в самые тяжелые моменты, если их союзниками не станем мы, то кто? Кто будет рядом и скажет: „Я знаю, что ты не
понимаешь, что делаешь, но я рядом и я покажу тебе, как мы будем исправлять ситуацию“. Если ребенок ведет себя агрессивно, тайм-аут, да, может стать последним средством вашего спасения. Но передышка
(„чтоб мотор не перегревался“) – это когда разбушевавшийся карапуз эту „отсидку“ проводит не на стульчике, а в ваших объятиях: „Давай вместе с тобой посидим тихонечко“. Не отчитывать и не требовать извинений. Конечно, лучше пообщаться и понять причину такого поведения, но – подождите некоторое время,
дайте ребенку „остынуть“.
Игнор молчанием. „Я не хочу больше общаться с таким капризулей (грязнулей и т.п.)!“, „не буду с тобой разговаривать, пока не извинишься“ – знакомо? Я не сторонник молчания в принципе, и не только с
ребенком. Ребенка надо не наказывать молчанием, а объяснять причину недовольства и что именно он сделал не то с позиции общепринятых норм поведения. Проблемы надо обсуждать, объяснять, пример показывать. Молчанием ничему научить невозможно, молчание только может озлобить дитя, потому что раскаяния вы таким образом не добьетесь, а вот боль отчаяния, что его не любят, ребенок точно почувствует. Когда с тобой не общаются – ты как будто становишься нереальным, тебя как будто нет. Ты как бы растворяешься в этом мире, в котором тебя не любят и не ценят. И тем самым причиняют тебе боль. Ты начинаешь придумывать себе свой мир, в котором тебя ждут и всегда тебе рады. Приблизительно такие чувства
испытывают дети, родители которых имеют привычку игнорировать своего ребенка молчанием, когда он
„ведет себя не так, как надо“.
Обида на ребенка, замаскированная под длительное молчание, демонстрирует беспомощность взрослого. Молчание только обостряет ситуацию, а не оказывает никакого воспитательного эффекта. Со временем
ребенок точно также начнет реагировать на разногласия: будет молчать и „уходить в себя“, искать общение
на улице, в социальных сетях.
Отсрочка удовольствий. Родители часто ее применяют как форму наказания – лишая хорошего, а не
делая плохо. Например, отказывают ему пойти к другу, на экскурсию, в парк, на детскую площадку, смотреть мультфильм, лишают возможности играть, поехать в школу на машине. Одним словом, отказывают
ему в привычных удовольствиях. Такие методы не только примитивны, но часто ошибочны, потому что добиться положительного результата можно только в том случае, если сам ребенок считает это наказание
справедливым и согласен с ним. Но чаще дети воспринимают наказание как несправедливое. Вряд ли вы
найдете малыша, который считал бы иначе. Они из-за своей незрелости не видят связи между своим проступком и наказанием, поэтому начинают негативно относиться к родителям, считая их виновными.
И вообще – даже если вы преследуете благие цели, нельзя лишать детей того, что необходимо им для
развития: прогулок на свежем воздухе, игрушек и общения с другими детьми. Можно воспользоваться правилом: насорил в комнате – убери за собой; испачкал одежду – постирай; получил 2 – позанимайся, чтобы
исправить. С подобными требованиями детям трудно не согласиться, поскольку они справедливы. Конечно,
если они способны их выполнить сами. Но это уже другая тема.
Подарки в качестве поощрения. Награды я недолюбливаю. Действительно, награды подозрительно напоминают шантаж. „Закончишь четверть на хорошо, куплю тебе планшет“ ничем не отличается от
„будут тройки – не куплю тебе планшет“. Или: „Покажи мне, как ты можешь... тогда мы...“. На самом
деле для ребенка нет награды выше одобрения родителей (и нет наказания хуже их неодобрения), и в этом
смысле награда – естественный и неизбежный мотиватор. Нельзя не похвалить ребенка за успехи в школе,
или за чудные рисунки, или за то, что он помогает накрыть на стол. А если он вырывает страницы из энциклопедии или бьет младшего, разумеется мы должны выразить свое неодобрения или возмущение. Даже
если мы не будем кричать, ребенок все равно поймет, что что-то „пошло не так“, что ЭТО делать было не
нужно.
Подарки, используемые как „приманка“ или „подкуп“, ради того, чтобы добиться от ребенка желаемого
поведения, создает зависимость поведения ребенка от внешних факторов и это всегда приводят к обратному результату. Дети начинают стремиться только к тому, чтобы получать подарки, а о том, чтобы принести
какую-то пользу другим, не задумываются. А ведь, по большому счету, в человеке больше всего ценится
44
стремление делать что-нибудь для других, не требуя ничего взамен. Подарки будут только развивать
эгоизм, а не способствовать развитию в ребенке чувства бескорыстности. Дети могут истолковать их и как
некий призыв: ничего не надо делать до тех пор, пока мне что-нибудь не подарят. Награда – это не шаг к
взрослению, это шаг назад от подлинной щедрости, бескорыстной и безусловной.
И все же стимулы нужны. Стимулы облегчают детскую жизнь. Но – без крайностей, не нужно превращаться в дрессировщика. Главная цель награды – самовоспитание: ребенок ведет себя хорошо, потому
что сам этого хочет, не рассчитывая на вознаграждение за каждый свой правильный шаг. Да, некоторым детям, например, нужны призы, чтобы приучить их читать, но вы рискуете тем, что эти дети никогда не будут читать ради удовольствия.
12. Воспитание речью и не только.
Ваша манера разговаривать с ребенком потом становится его внутренним голосом, так он учится разговаривать с другими людьми. Мудрые родители находят подход даже к замкнувшимся детям, потому что следуют золотому правилу: „Разговаривайте со своими детьми так, как хотите, чтобы они разговаривали с
вами“. Столь же важно умение слушать их (см. гл. 10).
1. Начинайте свою просьбу, обращаясь к ребенку по имени: „Катя, пожалуйста…“.
2. Слишком много слов – обычная родительская ошибка. Говорите с ребенком коротко и ласково. Чем меньше ребенок, тем короче и проще должны быть ваши кусочки информации. Пользуемся правилом „одного
предложения“, т.е. выражаем свое главное пожелание в первом же предложении. Послушайте, как ребятишки разговаривают друг с другом, и примите это к сведению.
3. Просите ребенка повторить высказанное вами пожелание. Если он не в состоянии это сделать, значит, ваша „инструкция“ была чересчур сложной.
4. Вы можете договориться, если заинтересуете его: „Андрюша, оденься, и тогда ты сможешь...“.
5. Пользуйтесь утвердительными предложениями. Вместо „Не бегай!“ – скажите: „В магазине мы ходим, на улице – бегаем“ .
6. Начинайте свои указания со слов: „Я хочу…“. Не „слезь!“, а „я хочу, чтобы ты слезла“. Вы предоставляете ребенку возможность угодить вам, а не просто требуете повиновения.
7. „Когда выполнишь то-то, тогда ты сможешь поиграть“. За словом „если“ кроется возможность
выбора, но здесь выбора вы ребенку не оставляете.
8. Подойдите, потом заговорите. Вместо того, чтобы кричать: „Время обедать!“ – подойдите к ребенку,
присоединитесь к нему на минутку-другую, а затем попросите его.
9. Типичная ошибка, которую допускают родители: они не учитывают уровень понимания ребенка. Они
спрашивают: „Зачем ты это сделал?“ Лучше сказать: „Давай поговорим о том, что ты сделал...“.
10. Не начинайте фразу с „ты“. Вместо „Тебе надо убрать со стола“, „Ты должен сделать это…“ – скажите: „Мне нужно, чтобы ты убрала со стола“ „Мне бы хотелось, чтобы ты …“.
12. Вам не нужно произносить слова – оставляйте детям записки, написанные с юмором. А затем несколько отстранитесь от ситуации и понаблюдайте за исполнением.
13. Пользуйтесь рифмованными правилами. „Если будешь драться, не сможешь прогуляться". Заставляйте ребенка заучивать и повторять их.
14. Учите ребенка пользоваться речью вместо того, чтобы давать волю рукам. „Стас, у тебя есть язык.
Скажи: „Это меня злит. Мне это не нравится“.
15. Не брюзжите и не ворчите. Это отбивает у большинства детей охоту сделать то, о чем их просят, нервируют их. „Опять ковыряешь в носу!“, „Смотри, куда идешь!“, „Снова опаздываем из-за тебя!“, „Неужели ты не можешь ничего сделать как надо?“. Нет смысла постоянно одергивать и упрекать ребенка, ведь
все недостатки с возрастом исчезнут, но не благодаря, а вопреки вашей опеке.
16. Сообщайте ребенку о том, что собираетесь сделать. Это лишит неожиданности ваши действия, а значит, можно рассчитывать, что вас услышат.
17. Старайтесь задавать конкретные вопросы, требующие пространного ответа, а не просто „да“ или
„нет“. Вопрос: „ В школе все хорошо?“ лучше задать так: „Что было интересного в школе?“.
Иногда юмор – лучший воспитатель. Дети умеют мастерски сопротивляться, пробить их оборону
можно, надев комичную маску. Когда дети ссорились из-за игрушки, мама легла на пол, положила себе на
лоб игрушечный кубик и сказала: „Все, я с вами лишилась ума. Лечите меня!“. И стала дурачиться, изображая капризную больную. Догадываетесь, какая была реакция?.. У трехлетнего парня была привычка убегать
от родителей на парковке. Когда они вышли из магазина, папа вдруг „ослеп“: „Сын, возьми меня за руку и
отведи к машине“. Ваше легкомыслие завоевывает внимание ребенка, подавляет его попытки бороться за
власть
Напоминания. „Я забыл(а)...“ – знакомо? Напоминания о том, что хорошо, а что плохо, могут выражаться словом или едва уловимой подсказкой – взглядом, жестом. Или же краткой фразой: „А где должны
стоять твои туфли?“. Иногда требуется подробное напоминание: „Помнишь, мы говорили о том, почему
нельзя бегать на дороге?..“. Вы стоите над кучей учебников и тетрадей на полу... Ребенок подбирает книги
и тетради с пола; при этом вы не проронили и слова. Дети лучше откликаются на письменные напоминания
(прикрепленные к двери или висящие на ниточке), а вы избегаете „лобового столкновения“.
Искусство договариваться. Вместо: „Не сваливай в кучу свои вещи!“ – скажите: „Давай решим, где
будут лежать твои футбольные принадлежности“. Договариваясь о чем-то с ребенком, вы нисколько не
подрываете свой авторитет, а только укрепляете его. Пока дети не покинут ваш дом, они должны принимать вашу власть – это не подлежит обсуждению. Что вовсе не означает, что вы не можете выслушать иную
45
точку зрения и учесть ее. Даже желания пятилетних детей следует обсуждать. Слушаться – это не добродетель. Сильная воля в жизни ему больше пригодится. Переговоры учат детей справедливости и умению уважать чужое мнение, даже если они не согласны с ним.
Главное, держите инициативу в своих руках. Можно уступить в несущественном, но настаивать на принципиальном. Если ребенок начинает кричать или вести себя неуважительно, закройте тему: „Разговаривать со мной в таком тоне мы не будем!“. Не допускайте этого! Возможно, вам не раз придется напоминать детям о таком правиле в вашем доме. Вы должны поддерживать порядок в доме, а вашему ребенку следует уважать власть. Если ребенок не прав, ставьте точки над i: „Поговорим об этом позже, когда будешь в
спокойном настроении“, „Извини, но это решено“ или „Нет, командовать парадом буду я“. Таким образом вы сбережете нервы и себе, и ребенку. Наскакивая с криком – ничего не добьешься. Переговоры приводят к успеху, когда все их участники спокойны и миролюбивы – внушайте это ребенку.
Домашняя конституция. Будет разумно, если ребенок усвоит, что солнце светит не для него одного.
Дети должны привыкнуть к соблюдению домашней „конституции“, с тем, чтобы приучиться уважать законы общества, в котором ему предстоит жить. Ребенок должен учиться искусству компромиссов, он должен
почувствовать, что его свобода заканчивается там, где начинается свобода другого. И это вполне нормально
– ребенок не всегда должен получать то, что хочет. Даже если мы очень сильно желаем, чтобы это было
именно так.
Если двухлетний ребенок считает, что нет дел важнее тех, которыми занят он, то трехлетний учитывает
потребности других, во всяком случае, уже должен это делать. Теперь вы можете ожидать, что ребенок подойдет, когда вы позовете его, уберет игрушки, когда вы попросите его и т.д. Хотя эти превращения не произойдут по мановению волшебной палочки. Моральное суждение ребенок выносить пока не может. Можно
разве что обучить его поступать неким образом в силу условного рефлекса. Представление о том, что
„такое хорошо и что такое плохо“, развивается у ребенка примерно в пять-семь лет. Мы говорили об этом.
Трехлетний ребенок способен регулировать свое поведение: не ждать немедленного воплощения всех
своих желаний, а разделять понятия „хочу“ и „надо“, „возможно“ и „невозможно“, понимать, что интересы
других людей могут не совпадать с нашими, а мир живет по своим собственным законам и не обязан подчиняться нашим желаниям. Вы можете постепенно объяснять ребенку, чего вы ждете от него и ребенок трех
лет уже может понять вас.
Я бы не дискутировала на тему „зачем“ и „почему“. У нас в семье так принято. Решение по чистке зубов
и уровню порядка в квартире принимаю я, поскольку я мама и я здесь главная. Да, какое-то время и усилия
приходится тратить на повторение по нескольку раз. Иногда бывает и забиваю, я тоже не робот. Но основная идея: мой дом, мой ребенок – мои правила. И все разговоры, рассуждения и вопросы я по умолчанию
считаю саботажем. Сначала ты делаешь то, что нужно, а потом, возможно, если у меня будет время, я сяду и
поговорю про микробы на зубах. Но если ты не делаешь то, что нужно делать здесь и сейчас – ой-ой-ой, дела наши плохи, ребенок не слушает маму, что-то где-то пошло не так. И решать мы будем именно эту проблему неповиновения и неуважения и недоверия взрослым. И пока мы не разберемся с этим ключевым вопросом – никаких ништяков, десертов и мультиков в доме не будет.
Порядок в доме. Хаос в вещах провоцирует хаос в действиях. Сваленные грудой вещи (и игрушки)
внушают ребенку мысль, что нет необходимости относиться к ним бережно. Чувство ответственности начинается, если у ребенка появится полка, шкафчик только для его вещей. Просите ребенка всегда ставить оба
ботиночка рядом, так, чтобы можно было легко найти обувь на ее месте. Дети будут и в дальнейшем настолько неопрятными, насколько мы допустим это, и настолько аккуратными, насколько мы поможем им в
этом. Учимся убирать игрушки. Способ первый:
Этап 1. „Я беру твои руки и делаю то, что надлежит делать тебе“. Помните, как учили малыша есть
ложкой? Для 1-1,5 годовалых малышей этот этап обязателен.
Этап 2. „Мы делаем вместе с тобой“. И большую часть работы выполняет взрослый, комментируя
вслух: „Машинки поставим в гараж. Давай, Петя, неси сюда машинки“.
Этап 3. „Вспоминай, как мы делали вчера и повторяй“. Малыш делает то, что делали вместе, а взрослый напоминает ему последовательность, задавая вопросы: „С чего начнем?“, „А теперь что будем делать?». Оказывать помощь на этом этапе можно, но без особой инициативы.
Этап 4. „Ты знаешь, что и как – делай сам!“. Первое время нужно находится в поле зрения малыша, но
при этом мама (папа) занимаются своими делами.
Каждая уборка завершается положительно окрашенными эмоциями. Нужно ярко, образно порадоваться тому, что сделано (обнимашки, похлопать, попрыгать, сказать: „Дай пять!“, „Какие мы с тобой молодцы!“, или „Ура-а-а! Как быстро и красиво мы с тобой убрали игрушки!“). Это обязательная часть ритуала. Она воспринимается малышом как награда.
Каждый из этапов может продолжаться от нескольких дней или даже нескольких недель. „У-у-у“ – скажите вы, – как долго!“. Долго, зато надежно!
Способ второй – „игра“. Здесь потребуется ваша фантазия:
1. Ты – подъемный кран, я – машина (или наоборот). Понятно, что ребенок приносит игрушки, а вы относите их на место.
2. Соревнование – кто быстрее уберет „свою“ часть игрушек. Вы делите с ребенком игрушки по какомулибо признаку пополам. Даете (вы или ребенок) команду: „На старт, внимание, марш!“. Позвольте ему
выиграть приз! Приз может быть и сюрпризом.
3. Обмен ролями. Ты – моя мама, а я – твоя дочка (для девочек). Взрослый играет роль ребенка, иногда (не переигрывать!) капризничает, так, как это делает ребенок. Мы это делаем для того, чтобы ребенок
на себе почувствовал, что такое „непослушание“. Во-вторых, в своих ответах он дает вам подсказку, какие
46
слова на него болеее действенны.
Еще раз про еду. Правила и запреты, стереотипы и предубеждения, тревоги и опасения… и все это делается из самых лучших побуждений! Доедать необходимо все! Ничего не должно оставаться в тарелке. Он
должен научиться ценить труд родителей, заработавших на эту кашу...
Не заставляйте детей есть насильно. Если детям хочется есть, они или широко раскрывают рты, или сами находят съестное в холодильнике. Ваше дело – приготовить полезную пищу. Дело ребенка – съесть ее.
Никогда не бегайте за ним с полной ложкой. Никогда не грозитесь лишить его сладкого, если он не съест основное блюдо. Никогда не ведите разговор о том, что ребенок хорошо или, наоборот, плохо ест. Закройте
рот. „Слово“ за его желудком.
Не потакать ребенку в отношении пищи – значит, усвоить важный жизненный урок: желаемое приходит со временем. Всегда получая клубничный пирожок с мороженым, ребенок не согласится на что-то менее вкусное. Приберегите „двойное“ мороженое для особых случаев, покупая самое простое мороженое (а
еще лучше купить свежие фрукты). Не потакая ребенку в отношении пищи, вы научите его справляться и с
другими импульсивными желаниями.
13. Вредные ли это привычки?
Отделите „зерна от плевел“. „Примерить на себя“ детский ум не всем взрослым дано. Большинство конфликтов возникает по той причине, что родители ждут от детей зрелого поведения, свойственного
взрослым и на которую он просто не способен сейчас. Дети судят по-своему, им скучны и непонятны наши
мерки. Они совершают дурацкие поступки – по крайней мере, на взгляд взрослого человека. И если, общаясь с детьми, не учитывать возрастные особенности их психики – это путь тупиковый. Получим, короче, кучу проблем. И речь, разумеется, идет не только о действиях, эмоциях, но и о памяти, внимании, мышлении.
Поступок ребенка не может быть судим по взрослым меркам, что брать чужое плохо, например. Надо
посмотреть, что там, в основе поступка, а потом расценивать – хорошо-плохо, а чаще всего нейтрально,
т.е. естественно. Это как пеленки грудного младенца – хорошо или плохо он их пачкает? Естественно, вот и
все. Думаю, разумно разделить все проступки ребенка на две группы: опасные для жизни и здоровья и неопасные. К первым – готовить, со вторыми мириться, терпеть нежелательное поведение настолько, насколько это возможно. Мы можем с ним поладить, только если сможем мириться с неважностями и сосредотачиваться на неважностях. Проявите пристальное внимание желательному поведению – и вы удивитесь тому,
что неважности устранятся сами собой. Если капризы для вас важность, выясните, какие ситуации ведут к
капризам, и предотвращайте их.
Игнорирование незрелого поведения ребенка можно сформулировать так: „Я не вникаю во всякие мелочи“. Безответственное ребячество изживет себя со временем – по мере его взросления. Шалости постепенно
исчезнут из его репертуара – по мере того как вы, во-первых, становитесь все терпимее и, во-вторых, не реагируете на это поведение подкрепляющим образом.
Исправляйте дурное поведение. Да, но как отделить „зерна от плевел“? От какого поведения дети,
когда подрастут, откажутся сами, как от „одноразовой“ экипировки, а какое требует нашего внимания? Ответ и простой, и сложный одновременно. Можно говорить и о конкретике, но у каждого родителя свои приоритеты, свои ценности. Я думаю, что жесткость оправдана, если ребенок, к примеру, бросает еду или ложку,
сидя за столом, дразнит собаку, живущую в доме, проявляет агрессивность к людям и животным. Если ЭТО
угрожает его здоровью, причиняет неудобство или ущемляет права и потребности других людей (и детей).
Ну и еще пара режимных моментов типа „ужин-купание-укладывание“. Проблема в том, что „критичных
случаев“ у нас, взрослых, возникает ну очень много: бросил в ванну обувь, раздавил яйца в холодильнике,
съел кошачий корм, положил т\ф в микроволновку и включил ее, дом верх дном перевернул, добрался до
мойки и залил пол водой... Ребенок для взрослых как воплощение „критичных случаев“, то бишь порока
получается.
Конечно, детям нужны границы, мы разве об этом говорим? Как без них? Но не как в армии. „Границы
дозволенного“ можно устанавливать и „без шума и пыли“, просто и внятно объясняя, указывая на их ошибки. И любой ребенок поймет, если делать это правильно. Спокойно, без всплесков эмоций. И да, 29(!) раз
надо повторять, потому что с одного раза они не запоминают (по-нашему „не понимают“) именно в силу
своей незрелой психики.
Дети не умеют мыслить как взрослые. Дети умеют выводить взрослых из равновесия, досаждать им,
они почти всегда ведут себя не так, как этого хочется родителям, но дети никогда не делают по злому умыслу или из-за вредности. Они поступают в силу своей детской психики, которую родители не знают, да и не
стремятся узнать. Или для привлечения внимания (но и это происходит неосознанно, на уровне инстинкта,
что должно заставить вас задуматься. “Уделите мне внимание“ – говорит вам ребенок). Дети поступают „не
так“ по незнанию или неосторожности или в силу эмоций или любознательности. Они учатся, набираются
опыта и должны бить ваши горшки! Если вы понадеялись на разум и опыт(?) маленького ребенка и не убрали их вовремя. И объяснять заранее – „до́того“. Нужно чаще говорить с ним, рассказывать о „что такое хорошо и что такое плохо“. Командовать, требовать что-либо бесполезно, а наказывать – тем более. На собственном примере это показывать: „Смотри, как я глажу котика, давай гладить вместе!“.
Возрастное поведение игнорировать. Родители с самого раннего детства начинают прививать
своим детям хорошие манеры, положительные качества характера, полезные привычки и пресекать, корректировать все „плохое“. Стараются отучить ребенка от нежелательных привычек пораньше – прежде чем
они станут его манерами или частью его личности. На нас, как на удава дудочка, магически действует формула: „Если ребенка сразу не не отучишь, то так и останется навсегда“. Спит вместе с родителями?
47
Срочно отучать! А то так и останется. В два-три года закатывает истерику? Найти способы прекратить это. А
то как привыкнет!
Ответим на вопрос: „Действительно ли эта привычка вредная?“. Или же это неважность, которую лучше проигнорировать, не обращать на нее внимание? Нужно ли отучать ребенка от нее и вообще – вмешиваться? В конце концов, большинство привычек изживают сами себя, а если вмешаться, есть риск получить
обратный эффект. Привлекая внимание ребенка к неважности, вы рискуете тем, что она только укоренится,
а возможно, сменится важностью. Привычки принадлежат ему, и только он может порвать с ними. Обсудите привычку с ребенком. Поинтересуйтесь, мешает ли она ребенку?
Мы забываем, что поведение малыша, большинство его нежелательных для нас привычек связаны с
возрастом ребенка и не зависят от нашего вмешательства. Тут и рисование на себе ручкой, говорить с полным ртом или противным фальцетом, игнорирование порядка, проверка глубины луж, обзывалки с языком... Продолжать можно бесконечно. Это и многое другое связано с возрастными особенностями. И если
не форсировать время, не пытаться сразу же прекратить непонятное, нежелательное поведение ребенка, то
оно пройдет само. Потому что станет уже неактуальным. Есть смысл относиться к этому спокойно как к чему-то временному, проходящему, улетающему вместе со временем, как пушинки одуванчика.
Пройдет совсем немного времени и ребенок не будет „с радостью полоскать руки унитазе“, „таскать яйца из холодильника“, есть кошачий корм, вытирать нос рукавом футболки или о маму. Нужно просто подождать. Не торопить время. Ребенок сам перейдет к „правильному“ для нас поведению без наших нервов, волнений и усилий. Такое осознание, что ситуация временная, поможет легче переносить детские
вредные привычки, не обращать на них внимание. Но мы боремся, недоумеваем, нас передергивает, раздражает. Если маму это бесит, значит – тараканы в голове мамы, а не ребенка. Главное – принимать их несовершенства (так же как и свои) и помнить, вы тоже не идеальны! И свои решения принимать исходя из любви, а не гнева, обиды или раздражения. Подумаем, к чему приведет наши отношения следующее мое действие? Может, просто обнять, понять, простить и научить?
Привычка убегать. Ребенок проверяет, насколько он крут и как именно вами управлять. Если опасность не грозит – переключайте его. Нет смысла что-то говорить или кричать. Только расписываетесь в бессилии. Ваши крики и бег за ним – игра наивеселейшая. Побежал туда, где опасно? Догнали, зафиксировали, сели на корточки перед ним, взяли за плечи (так чтоб не увернуться и дергаться не мог) и вместо лекции
про опасности спокойно, уверенно, глядя в глаза, говорим: „Ты побежал к дороге – я тебя держу. Давай побежим вон туда... (на площадку, до того дома и т.д.)“. Быстренько ищем альтернативу.
Привычки, связанные с психикой ребенка.
Ребенок кусается, щипается, сует палец в рот – это не привычки, а невротические реакции. Обычно дети таким образом освобождаются от стресса, снимают напряжение. Когда эти действия входят в привычку,
дети теряют над ними контроль, выполняя их как бы автоматически.
До двух - четырех лет палец и зубы во рту у ребенка вполне „сочетаются“, так что можете не волноваться. Посасываемый время от времени палец крайне редко наносит вред зубам ребенка, не достигшего четырех лет, не говоря уже о том, что к этому возрасту привычка обычно изживает себя и это можно просто не
замечать. Но иногда бывает так, что ребенок настолько пристрастился к сосанию пальца и настолько усердствует, что страдают зубы: может возникнуть неправильный прикус, и случай переходит в разряд „социальной патологии“. Или если привычка может повредить ребенку (с пальцев может попасть в рот инфекция),
вам пора вмешаться и подумать над тем, как переместить этот „преступный“ палец изо рта в карман ребенка.
1. Устраните причину. Какие причины ведут к тому, что ребенок дергается, болтает ногами за столом, накручивает на палец волосы, трясет головой, ковыряет в носу, скрежещет зубами или облизывает губы? Ему скучно, он устал, разозлен, расстроен, возбужден? Что способно травмировать психику ребенка?
Наиболее вероятная причина – отсутствие ласки и теплоты при общении с ним, ссоры родителей, их конфликты, предоставление малыша самому себе. Дефицит детского общения, строгость родителей, их постоянные „нельзя“. Помним об этом.
2. Проявите такт. Если это делается часто, то ужасно раздражает мамочек и они начинают „действовать“. Поскольку в это время ребенком владеет дух отрицания, он заупрямится. Ваше вмешательство будет
расценено ребенком как попрание его независимости.
3. Займите руки ребенка. Как только вы видите, что палец тянется ко рту, незаметно отвлеките внимание ребенка и переключите на что-то другое, менее ущербное. Если руки ребенка заняты – он сжимает в
руках, допустим, мячик – ребенок не сможет сосать палец.
4. Обеспечьте ребенку спокойную жизнь. Малыш сосанием пальца компенсирует недостаток вашего к нему внимания, что помогает уменьшить одиночество и неразделенность чувств. Он сосет свой палец и др., чтобы расслабиться и палец – первый помощник ему в этом.
5. Примените „напоминание“. Если ребенку, сосущему палец, уже больше четырех, попробуйте договориться с ним и наклейте на его палец лейкопластырь.
Как реагировать на плохое поведение ребенка.
Бьет и пинает вас? Проявляет агрессивность? Да. Нужно быть начеку, чтобы вовремя обуздать его в
этом. Устранить эту привычку у ребенка нужно как можно раньше, чтобы она не сделалась нормой у взрослого ребенка. Действовать на поведение ребенка, когда он кусает, толкает или пинает их, нужно всегда оди48
наково: следует остановить его. Если вы не позволите ребенку использовать вас вместо подвесной боксерской груши, когда он еще очень мал, он вряд ли позволит другим бить его самого, когда он подрастет. Вы
можете на своем примере научить его, как остановить удар, например, подняв руку в защитном жесте. Вы
не позволяете бить себя, но отказываетесь от нанесения удара со своей стороны. Запрещая бить, снабдите
его шарами или дайте мяч, по которому можно бить, подушку, которую можно колотить.
В таких случаях нужно включать семейное табу. На какое-то время всем членам семьи придется стать
актерами, ибо в выработке табу и в самом деле есть нечто театральное. Если ребенка держали на руках, то
его тут же спускают на пол. С этого момента и до конца сцены никто не обращается прямо к нему. Все реплики подаются через его голову. Мама: „Как! Мой сын меня ударил! О Боже! Что же мне делать! Как я
несчастна!“ (сидит, закрыв лицо руками, потом медленно, стеная, удаляется в другую комнату). Папа: „Невероятно! Разве можно бить маму?! Какой кошмар! И это мой сын! Мне грустно. Я не желаю его видеть
и разговаривать с ним“ (удаляется вслед за женой и там громко утешает ее, продолжая громко возмущаться поступком сына).
Отчуждение от родителей – самое страшное и невероятное событие в жизни маленького ребенка. В результате вышеописанной сцены (если, конечно, при этом никто не хихикает) ребенок убеждается в том, что
есть поступки, которые могут перевернуть его мир с ног на голову. Тут уж не до экспериментов. Только учтите, что подобную реакцию должен встречать каждый табуированный проступок ребенка. Не может быть такого, чтобы сегодня все стенали, как сумасшедшие, а назавтра на то же самое не обратили внимания. Подобная непоследовательность куда вреднее, чем отказ от системы табу вообще.
Не кусайтесь в ответ. „Но ведь ребенок должен знать, что укушенному больно!“. Да, верно, однако
ребенок не поймет, что кусаться нельзя, если вы тоже кусаетесь. Преподайте урок: прижмите руку ребенка к
его верхним зубам, но не в порыве мести, а с видом ученого-экспериментатора, доказывающего свою
мысль: „Видишь, больно, когда кусаются!“. Однако не ждите чуткости от ребенка, не достигшего трех лет.
Не бейте ребенка за то, что он бьет кого-то. Ребенок, который в жизни сталкивается с агрессивностью, становится агрессивным. Агрессивность заразительна – и это надо понимать. Вы видите, как один ребенок бьет (толкает или пинает) другого для того, чтобы завладеть игрушкой. Станьте третейской судьей.
„Посмотри мне в глаза“ – мягко, но плотно опустите руку ему на плечо и установите с ним зрительный контакт: „Нельзя никого бить. Если тебе хочется поиграть этой игрушкой, подожди, пока твой друг наиграется ею, или скажи маме, и мы вместе попробуем договориться. Если я хочу чего-нибудь от тебя, я
же тебя не бью. Я вежливо прошу тебя“. Драчун не желает слушаться? Тогда обратитесь к обиженному и
посоветуйте, что сказать обидчику: „Я больше не буду играть с тобой, если ты будешь драться“. Двухлетние дети, вероятно, не сумеют сказать столько слов, но сказанное вами они поймут. Не угрожайте ребенку,
не применяйте силу – просто помогите ему обратить внимание на ваши требования.
Ваш ребенок ломает игрушки, колотит кукол, пинает кошек, стучит по стенам... Такое поведение может
быть сигналом накопившегося в ребенке напряжения и раздражения. Смягчайте озлобленность: „Обними
мишку“, „Погладь котеночка“, „Приласкай куклу“.
14. Надо ли учиться владеть собой?
Сохраняйте трезвый взгляд на вещи. Если вы дали волю гневу – пропало дело. Раздражение лишает вас способности действовать разумно в экстремальной ситуации. Гнев затуманивает разум, и вы уже
не способны мыслить. Остерегайтесь возмущаться, если уже ничего не поправишь – не вернуть в кастрюлю
убежавшее молоко, не надеть красивые штаны, если на коленках они продрались. Произнесите мудрую
фразу: „Итак, чему нас может научить этот случай?“. Пофантазируем: ваша четырехлетняя дочь покрасила собачьи лапы акварелью, а собака оставила оранжевые следы на ковре... Прекрасный случай взорваться. Стоп! Чем возмутительнее поступок ребенка, тем более необходимо вам сохранять ясную
голову. Бездумно давая волю гневу, вы только усугубляете ситуацию. Другое решение проблемы потребует
от вас хладнокровия и толики юмора: хватайте собаку и мчитесь в ванную комнату, на бегу окликая ребенка
(самым веселым голосом, на который вы способны) и приглашая его помочь вам отмыть собаку в ванне и
почистить ковер. Ваш ребенок узнает, как вы можете действовать в критической ситуации и как много возни с „этой покрашенной собакой“. Выйдя из себя, вы сравняетесь с незрелым, капризничающим ребенком
и ничуть не продвинетесь к наведению порядка. Ваше деструктивное поведение на чаше весов перетянет
выходку ребенка. Ведь это очевидно.
Дойдя до точки кипения:
• Начинайте стучать ложкой о кастрюлю или деревянной скалкой по столу. Это может быть не только
„красным“ сигналом, но и хорошим способом избавиться от негативных эмоций.
• Разозлившись, лучше рычите. Или войте. Удивительно, но такой способ выражения раздражения получается более человечным.
• Скорчите страшную рожу или проведите воспитательную работу в форме пантомимы.
• Попробуйте ругаться шепотом. Если совсем маленький – достаточно „страшным“ голосом.
• Уйдите в другую комнату и там выскажите все, что думаете, дивану или табуретке.
Ошибки – это способ научиться чему-то. На маленьких детей угнетающе действует зрелище утратившего власть над собой папы или пришедшей в ярость мамы. Взрослые люди должны отвечать за себя,
т.е. контролировать себя. Нельзя ставить ребенка в такое положение, когда он чувствует себя виновником
вашего состояния. Если вы не умеете справляться с гневом, обращайтесь за помощью к специалистам. Сохранять разум в любом эмоциональном состоянии – признак зрелости характера и этот пример вы подаете
своему ребенку. Ваш ребенок научится тому, как обуздывать гнев, наблюдая за вами.
49
Каждый человек может раздражаться – это нормально (вы – живое существо). Гнев сам по себе не добродетель и не порок, но то, ЧТО мы совершаем во гневе, может быть крайне предосудительным. Если вас с
ребенком связывают здоровые отношения, вам не надо тревожиться. На самом деле ребенку даже полезно
знать, что вы недовольны, что вы рассержены. Искренние взаимоотношения предполагают порой искреннее возмущение, которое не пугает и не травмирует ребенка.
Можно „прокручивать“ в уме: „Меня возмущает то, что он натворил, но я могу держать себя в руках“ , „Я сохраню спокойствие, и мы научимся чему-нибудь“. Затвердите свою роль, повторяя ее вновь и
вновь. Да, на деле все намного труднее, чем на словах, но разве есть варианты?.. Бывает, приходя в ярость,
мы часто страдаем больше, чем ребенок, вызвавший эту ярость. Мы чувствуем себя опустошенными. И это
нередко угнетает нас даже больше, чем факт, что ботинок брошен в унитаз, сорвана занавеска, раздавлены
яйца в холодильнике... Когда я осознала, что я в большей мере способна контролировать свои действия и
эмоции, чем дети – свое поведение, мне стало намного проще. Набираясь опыта как мать\отец, вы со временем поймете, что только свои действия вы и можете контролировать. А значит, и ваши дети либо
выиграют, либо пострадают. Если вас все же угораздило взрорваться, будет мудро с вашей стороны извиниться перед ребенком (вы также вправе ожидать извинений от детей). Разумно быть честным с самим собой и признавать свое несовершенство.
Что я хотела еще сказать... А вот что: вы можете сколько угодно читать о том, как воспитывать у детей
правильное поведение, но в пылу баталии, когда вся „ученость“ вылетает у вас из головы, вы становитесь самими собой и произносите те слова, которые идут из вашего нутра. Да, здесь есть риск, и такое ваше поведение может нанести вред, если вы не контролируете себя. И все же, если в основе ваших отношений с ребенком лежит привязанность, ваша несдержанность чаще всего обернется в вашу пользу. Порой искренность –
единственная вещь, способная пробить стену, которой окружают себя упрямые дети.
Почему нельзя кричать на ребенка. Что такое крик? Это напряженный, громкий звук голоса,
вопль. Мы издаем этот звук, когда пытаемся привлечь чье-то внимание, иногда от безысходности, иногда от
страха. А если перед нами наш ребенок, который нас не слушается или делает (сделал) что-то не так как нам
хотелось? Эта та ситуация, когда невозможно привлечь его внимание кроме как крича?! Или мы кричим от
страха? Или от безысходности? А теперь представим себя на месте ребенка. Если вам будут что-то пытаться
объяснить (ваш проступок, действие неправильное или еще что-то) и при этом с криком и унижением, вы
быстро поймете, что от вас хотят? Или у вас будет одно желание все это прекратить? Вот такие же чувства и
испытывает ребенок. При этом он маленький человек с неокрепшей нервной системой. Взрослый человек,
умеющий владеть своими эмоциями, не имеет права кричать на ребенка, находящегося заведомо в подчиненном положение, не могущего ответить. Обращайте внимания на важности – и проблем будет меньше.
Детская проблема. Ребенок, который постоянно плохо себя ведет, все время безобразничает – это
обозленный ребенок. Если вы не знаете, что дальше с ним делать, поищите скрытую причину. Причин может быть две: либо в семье царит озлобление, и мать с отцом постоянно раздражены, а значит, ребенок перенимает эти эмоции, либо ребенок негодует из-за того, что его чувство благополучия оказывается под
угрозой. Обычно надо начинать с ревизии семейных отношений в целом.
Родитель, которого трудно воспитывать.
1. Родители будущего или о взрослых, именующих себя родителями.
1. – Мне вот мой (1,11) сегодня на ногу молоток скинул, потом бутыль разбил, в которой
папа наливку делал, потом попытался полракушки бросить на тарелочку с кошачьей едой))
После тарелочки я его нашлепала и он ревел 20 мин)
– А он сделал все это специально, назло вам? По какой причине?
– Нет, просто играл. Ребенку ведь еще и двух лет нет, так что „назло“ у него еще не работает, я думаю.
– Получается, вы его наказали ни за что. Ребенок в этом возрасте просто еще не способен понимать разницу между причиной и следствием (если я сделаю ТАК, получится ЭТО.)
– Ну, улыбаться и говорить „молодец“, когда он шкодничает тоже не стоит.
– По вашему, это „шкодничество“ ?
– А по вашему что?
– Ребенок не шкодничает, а так он познает мир, в том числе и через битье папиной бутыли. Таких „бутылей“ у них в этом возрасте каждый день десятки. И за это наказывать?
– Я сказала, не наказала, а поругала. Сказала „нельзя“ и шлепнула по попе. Я думаю, что
вы, воспитывая своих детей не смотрели бы мирно улыбаясь, как они бьют все подряд, познавая мир.
– Увы, такой возраст... они учатся. У взрослых тоже что-то частенько выскальзывает из рук. Их надо наказывать?..
– Что-то я не пойму, что именно вы пытаетесь мне доказать?
– Только одно: наказав ребенка, вы поступили неправильно.
***
2. – Как действуете/действовали при истерике у ребенка 1,8? Истерика, связанная с требованием запрещенного предмета.
– Какой это предмет?
– Айпад.
50
– Он что, гвозди им собрался забивать?..
– Нет, там фото всякие. Давала ей посмотреть из своих рук.
– Почему из своих? То есть вы не доверяете своему ребенку? 2. Айпад дороже, чем он?
– Ребенку 1,8. Сейчас она посмотрит, а потом он улетит в стену.
– Почему сразу улетит? Вы уверены в этом или это ваши страхи? Вы рядом (замах по-любому можно перехватить) + говорите: „Посмотри, потом отдай маме!“ .
– Не, не, лучше совсем не давать. Отнимаешь, а они не отдают, как будто это не мой планшет, а их. Вот, не жалко было планшет, а теперь мне жалко их!
– Да, не просто сделать выбор между „не дам“ и „без истерик, но чтобы ребенок и вещь были в сохранности“. 1. Просто. 2. Сложнее. Тем более – возраст такой: прет любознательность и сдерживать ее, я уверена
в этом, неправильно.
–Это не тот предмет, который надо изучать именно сейчас. Мать ставит дочке рамки и абсолютно права.
– Мы говорим не об изучении, а об истерике. Если мать выбрала „истерику“, то это, конечно, ее право.
И выбор.
– Выбрала не только мать, но и ребенок. К некоторым детям очень легко в рабство попасть.
– Ребенок, в силу отсутствия разума, выбрал эмоции... мама выбрала истерику в силу отсутствия чего?..
Мама никогда не попадет в рабство, если будет удовлетворять естественную потребность ребенка в познании. Рамки ставить ребенку нужно в другом месте.
***
3. – Подскажите дельным советом! Сыну 3 года, не успела оглянуться как он стал устанавливать свои правила. Слово „нет“ не воспринимает. Закатывает истерики, при этом никого
не слышит а талдычит свое. Например: на прогулку хочет одеть мокрые джинсы, или в теплую погоду-шапку вместо кепки, то футболку не такую ему дала, то сандалии категорически
хочет носить не на ту ногу. Если я стою на своем он будет истерить по 30-60 мин. Если что то
увидел и ему не дали это или не купили та же песня, на пороге дома будет валяться и орать.
Выбирает из какой посуды будет есть и пить, мне приходится переливать еду и питье по нескольку раз, пока его не устроит. Я пробовала объяснять ему (когда он спокойный) что так некрасиво, что я расстраиваюсь когда он себя так ведет. Пробовала посадить на стульчик со словами: успокойся, посиди, потом мы поговорим, я тебя люблю. Пробовали угрозы (ремешок)
если будет плохо себя вести папа тебя накажет. Сегодня для эксперимента продавец из магазина, в котором он устроил истерику взяла его за руку, посадила в свою машину и сказала что
увезет его если не успокоится (он ее не слышит орет все про то что он шапку хочет). Как исправить ситуацию?
(полное непонимание своего ребенка, поэтому – без коммента).
Это маленькая толика того, что читаешь в сети. Такое, мягко говоря, неразумное отношение к маленьким детям я постоянно наблюдаю на улице, в магазине, вижу, как относятся к своим детям родственники,
друзья, знакомые. И все в большее недоумение впадаю: „Почему у нас, взрослых людей, все так запущено?“. У взрослых, имеющих разум, образование, жизненный опыт, умеющих читать? То, что я вижу, даже
близко нельзя назвать воспитанием. Детей шлепают, кричат на них, наказывают их – по любому пустяку, а
по большому счету – ни за что! На форумах большинство мам – за насилие и принуждение. Маленькие дети их „сводят с ума“, для них это „неполноценная раса“, которую они тупо программируют на неуспех. Неосознанно, конечно, но при этом они думают, что делают все правильно.
Читаю: любящие родители
• никогда не утрачивают связь со своими детьми; проявляют сочувствие;
• тратят больше времени на то, чтобы добиться от ребенка желательного поведения;
• имеют представление о поведении, соответствующем возрасту ребенка;
• обращаются к юмору и иронии, чтобы добиться взаимодействия с ним;
• способны незаметно для ребенка направлять его поведение в нужную сторону.
Это кто вообще? Родители будущего?..
Родители делятся на две категории: которые слишком много знают и которые ничего не знают и не понимают, но делают вид, что все знают. Говорят, когда заводят аквариумных рыбок или экзотическое животное, то обязательно покупают книгу о том, как вырастить и ухаживать за ними. А когда заводят ребенка, то
обычно надеются, что само собой все образуется и воспитается. Меня это поражает, т.к. не смотря на то, что
сейчас любую информацию можно найти просто сидя дома за компьютером, причем совершенно бесплатно, многие родители даже не хотят пошевелить пальцем для того, чтобы узнать, как вырасти своего ребенка
без психической патологии (слово „успешным“ в контексте нашего бытия как-то не звучит).
Сейчас в России детская психология хорошо популяризирована, но перекосов в воспитании, из-за которых страдают дети, не становится меньше, скорее наоборот. Виной всему, помимо других факторов, является неграмотность родителей в вопросах воспитания, которые так или иначе являются причиной детских
проблем и отклонений в поведении. Российских родителей можно безошибочно узнать по сумасшедшему
напряжению по отношению к детям, которое периодически вырывается криком. Причина номер два – это
устоявшиеся с детства модели поведения. Телесные наказания – нормальная тысячелетняя практика. Если
наши мамы били нас, то мы подсознательно бьем своих детей. Это на уровне подкорки заложено. Как говорится, генетическая память.
Действительно, у нас до сих пор живет стереотип, что мать имеет право срывать все свое зло на детей, а
51
дети обязаны это терпеть и прощать. Человек не знает другого опыта: его родители точно так же его воспитывали. На нас ТАК кричали, потом мы много раз наблюдали, как кричали на других и, в конце концов, как
губка, вобрали в себя все это за свою историю взросления. Мы все подвержены неким стереотипам поведения. Мы действуем машинально, согласно давно сложившимся привычкам общества, оперируем рефлексами, а вовсе не взрослым ответственным поведением. По-большому счету, мы не умеем правильно родительствовать. И это, скорее, не наша вина, а наша беда.
Метод воспитания без наказания, даже не воспитания, а понимания своих детей – это не для России,
слишком долго и много нужно сломать в головах у людей, чтобы появилась возможность изменить это отношение. Только „иностранные“ мамы, уехавшие из России, понимают, что у нас происходит и они в сетях говорят об этом. Я вижу у американцев много недостатков, но за что уважаю – так это за то, что они смогли защитить своих детей от насилия в семьях. Попробуйте в США или Израиле проболтаться, что вы отшлепали
своего отпрыска – его отберут, а вас затаскают по судам. У евреев позитивная „модель-программа“ передается из поколение в поколение и по-другому они уже не могут относиться к своим детям.
У нас ситуация прямо противоположная и очень запущенная, где уж нам до цивилизации. Нам, россиянам, до еврейской методики человеческого отношения к своим детям ой как далеко! Наверное, к середине
текущего столетия дорастем до того, чтобы тоже перестать бить своих же родных детишек. Если мы ответственные родители, то нам этими моделями тоже нужно заниматься, учиться как НЕ наказывать! Нужно в
какой-то момент сказать себе: „Стоп! Остановись! Сделай глубокий вздох“. Если сознание подсказывает,
что так делать нельзя, то стараться так не делать. Все-таки мы цивилизованное общество, индивидуумы
должны поступать не по традиции или по вере, а по велению разума.
2. Как мы калечим собственных детей – 6.
Почему возникают „детские“ проблемы?
1. Потому что большинство родителей (70% или более) – за физическое наказание. А ведь это, по сути, основа взаимоотношений с детьми! От правильного отношения родителей к теме „наказания“ зависит и
все воспитание детей в целом. Это фундамент, без которого здание быстро развалится. Правда, режущее
слух слово „бить“ мамы заменяют на более благозвучное „легкий шлепок“. Разумеется, под разными „благовидными и уважительными“ причинами („иногда“, „по делу“, „я же не железная“ и т.д). Мамы, которые наказывают ребенка, убеждены, что они защищают его от угрожающего ему мира. „Если для этого однажды
наиболее эффективным средством окажется злополучный шлепок, трагедии точно не случится“ (??!).
Многим кажется, будто не жестокое, а „с умом“ избиение не принесет ребенку вреда, но сделает его послушнее. При этом говорят, что детей пороли с незапамятных времен и ничего с ними не случалось. Нам кажется: ничего, вырастут – поймут, забудут. Но они не забывают, они помнят, как помнит все побои и унижения каждый взрослый человек. Вот одно из самых опасных педагогических рассуждений: „Меня били, и я
буду бить“. В результате получается, что иные родители оставляют своим детям лишь одно наследство –
привычку бить детей. Кто бьет сына, тот бьет и не родившихся еще внука и правнука. Как прервать эту эстафету насилия, уходящую в будущее? Лишь одним способом – самому отказаться от воспитания битьем.
Общественные движения („Родительское собрание“, „Ассоциация родительских комитетов“ поддерживают право родителей „использовать умеренные физические наказания в воспитательных целях“. Они
выступили против закона о насилии в семье. И это еще больше удивляет! Альтернативных движений, отрицающих жестокое обращение с детьми и настраивающих родителей на разумное родительствование, у нас
нет. Некоторые психологи вносят свою лепту, программируя родителей на наказания: „Родители, которые
не наказывают своих детей за провинности, на самом деле не любящие родители“, „Разные дети+разные поступки=разные наказания“, „Наказания убрать из процесса взаимодействия с ребенком невозможно, это скорее всего утопия“, „Невозможно воспитать ребенка, ни разу не наказав его“. Что это?..
Вместо того, чтобы убеждать, как НЕ наказывать, эти „специалисты“ дают родителям лазейку, которую те
превращают в б-о́-ольшую дыру! Если даже психологи не могут между собой договориться и придти к единому мнению, тогда ЧТО остается делать родителю, далекому от детской психологии? Достучаться до него
вряд ли получится.
Уроки правильного поведения, нравственность страхом наказания привить ребенку невозможно. Ребенок нас не услышит, а скорее, „уйдет камнем на дно“, да так, что и искать потом бесполезно – в полный „отказник“. Или уйдет к другому полюсу влияния, например, к ровесникам. У меня есть уверенность в том, что
с любым (СВОИМ!) ребенком можно договориться без наказания, просто процесс этот займет несравнимо
больше времени, чем применять „блюдо быстрого приготовления“. Проблема в мозгах каждого из нас, или
они есть, или их... просто нет. Проблема во взрослых, которые не желают предпринимать волевые усилия
для подкрепления терпения, не желают тратить свое „драгоценное время и драгоценные нервы“, а предпочитают для достижения сиюминутной цели использовать более радикальные меры воздействия. Как говорится, зачем искать ключ к двери, когда можно влезть через форточку?..
2. Потому что „кнут и пряник – лучшие методы воспитания на все времена! У нас так не одно поколение выросло воспитанных людей“ (??!). Как родители заставляют детей делать то, что требуется, а также
побуждают детей хотеть того же? Это старая как мир проблема воспитания – вопрос не только управления
ребенком и его поведением, но также вопрос мотивации поведения. Мотивация бывает внешняя и внутренняя. Выбор у человека должен быть внутренний (т.е. мотивирующий), но не внешний – стимулирующий.
Это две большие разницы. Внутренняя мотивация означает, что вам просто нравится что-то делать, потому
что это вам нравится, а внешняя – вы делаете что-то, чтобы получить награду или избежать наказания. Это
разница в том, читает ли ребенок книгу, потому что ему интересно, что произойдет в следующей главе, или
52
потому, что за ее прочтение ему пообещали шоколадку.
Родители, понятное дело, идут по второму пути, ведь он гораздо легче первого: не надо напряга, терпения, разума, извините. Как бы мы не пытались своими „стимулами“ внушить что-то ребенку, он все равно
будет оставаться при своем мнении, это не станет свойством его личности. В этом все дело. Главное даже не
в том, что внешняя мотивация стоит ниже внутренней. Я хочу сказать, что внешняя мотивация постепенно
разрушает внутреннюю. Чем больше внешней мотивации, тем меньше внутренней. Чем больше людей награждают „пряником“ за какое-то действие или применяют „кнут“, тем больше шансов, что они потеряют
интерес к тому, что им приходится делать. Короче говоря – не важно, насколько „мотивирован“ ваш ребенок что-то делать (ходить на горшок, учиться пианино, ходить в школу и т.д.). Вопрос в другом – КАК мотивирован ваш ребенок? Или другими словами, важно не количество мотиваций, а ее тип. Это то, что мы бы
хотели видеть у наших детей: истинный интерес, который не иссякает, даже когда наград уже больше нет.
Принуждений – тоже.
Человек на то и называется человеком, потому что может словом изменить сознание другого человека.
Попробуйте собаке объяснить словами, почему так или иначе делать нельзя. Не получится. Поэтому мы
применяем принуждение-стимул к дрессировке животных. Но постойте, разве ребенок собака?.. Малыша
нужно воспитывать, а не дрессировать, как животное. Но даже, когда мы дрессируем собаку, мы же не прибегаем к насилию? А ребенок – не животное, а более высокоорганизованное существо, то бишь – человек. В
том и фишка, что поступки должны быть осознанные, а не рефлекторные. Человек может понимать, почему
нельзя, а не „потому, что так надо“. Если, конечно, хочешь вырастить умного, самостоятельно мыслящего
человека, а не стадного. Человек обладает интеллектом и в состоянии понять, по каким причинам нельзя
совершать то или иное действие. Битье же способствует исключительно выработке рефлексов без осознания
собственной вины и анализа поведения. Таким образом ребенок не усваивает моральных ценностей, он просто запоминает, что родителям лучше не попадаться за каким-то занятием. Вот и все.
Воздействуя на ребенка с помощью „кнута и пряника“, мы лишаем его возможности выработать в себе
ответственность. Ребенок, которому не привили чувство ответственности, став взрослым, легче попадать
под влияние других людей. Приучите его бездумно и привычно подчиняться грубой силе – сделаете из него
легкую жертву для всякого рода негодяев. Сколько бы вы ни шлепали своего ребенка, это его не защитит,
если вас не будет рядом.
3. Потому что родители (многие) не хотят (им некогда и др.) „изучать“ своего ребенка. Они не считают
„полезным опираться на теоретиков“, читать „вумные ксижки“. Незнание детской психики у них не просто нулевое, оно в минусе! „Психология – это наука как штамповать психов“ , „Сам читай этот хлам,
земной глупец, и другим не всучивай!“, „Никогда не читал эту макулатуру“, „Всех психологов и прочих
теоретиков надо учить в первую очередь“ – это цитаты. Они нервно реагируют на любые советы. Даже библию цитируют. А чаще: „Роди пятерых, тогда и лезь со своим уставом в чужой монастырь!“. Или – помните Эллочку Щукину (будущая „яжемать“) из 12 стульев с ее: „Не учите меня жить!“. „Яжематери“ давят
любые проявления самостоятельности своего чада, гордо неся перед собой лозунг: „Я же мать, я лучше
знаю“. Для „яжематери“ ценность того, что делает ребенок, не так важна. Часто у таких женщин большие
проблемы с самооценкой. Они пытаются ее повысить за счет успешности своих детей.
4. Потому что родители не умеют сдерживать свои эмоции, их чувства частенько затмевают разум (по
сути, они превращаются в детей). Они не умеют признавать свои ошибки, они стоят на „медном родительском пьедестале“ и не способны дурачиться со своими детьми. Им не хватает терпения и снисходительности, спокойствия и доброты (не добро делает детей избалованными, а беспринципность и вседозволенность). Они не готовят детей к школе, а потом бурно реагируют на их „неуды“. И еще многое чего не умеют.
Но они умеют быть прислугой, надзирателями, умеют „воспитывать“, приказывать, наказывать и быть в абсолютной уверенности в своей „правильности“, если ребенок делает что-то „не так“, „не по-нашему“ и т.д.
Вы портите ребенку детство своими комплексами. Не теряете ли вы легко контроль над собой? Именно этого надо бояться больше всего – задолбать своего ребенка и передать ему свою модель поведения. Но где та
золотая середина, где воспитывают все-таки, но не замордовывают?..
Родители, уверенные в своей „правильности“, не способны слушать и слышать своих собственных детей.
Они постоянно ищут себе оправдания своей непогрешимости. Мол, требовать от всех мам оставаться спокойными просто невозможно, характер и темперамент у всех разный, у детей тоже. Это себе, ошибившись,
они всегда придумывают оправдание – плохое самочувствие, настроение, день не задался, „я не робот и не
железная“, „на ошибках учимся“, „кто не был глуп, тот не был молод“. Что там еще? А понять ребенка
частенько бывает просто некогда, вот и стараются подогнать его под свои стандарты и свое понимание „правильности“ начала 19 века. Проблема всегда в родителях, в их поведении и неумении найти подход к своему
ребенку. Они не способны, у них не получается или им некогда выстраивать отношения со своими детьми.
Сосредотачиваются на поведении сына\дочери, а не на отношениях с ними.
Самое печальное то, что эти мамочки не понимают, насколько ужасающи их поступки и к чему они приводят. Они не понимают последствий своих действий. Они не задумываются над своим поведением. Просто,
скорее всего, даже не видят этого, в их реальности этого нет. Предположим, мамы понимают, что творят (и
страдают не меньше детей). Тогда они просто не знают, что делать, не умеют владеть собой.
5. Потому что время сейчас другое, и к детям надо относиться соответственно. Дети-то тоже другие!
Или вы не замечаете этого? Именно потому, что времена изменились, и родители тоже должны меняться.
Учиться правильно выстраивать отношения с ними. Не происходит это само собой, тем более, если начинаете „закручивать гайки“, беря пример с ваших бабушек. Воспитывать надо лидеров, способных приспособиться к реалиям, способных вести за собой. Зачем нам учить детей подчинению?! Зачем им подчиняться?
Мы какое поколение растим? Покорное? Не умеющее отстоять свою точку зрения? Послушное и тихое?..
Потому что уверены, что только взрослость, статус „родитель“, а не наличие знаний, ума или мудрости,
53
дает нам право воспитывать своих детей. Часто бывает, что мы самоуверенны в своей „правильности“ и не
способны учиться у своих детей. Руководствуемся не здравым смыслом, а программой, которая пришла к
нам из прошлого. „Если вы хотя бы попробовали изменить себя, то поняли бы, насколько ничтожны ваши шансы изменить других“. Мне кажется, родителей самих в детстве слишком сильно по голове долбили
порядком – дисциплиной. А что даст это приучение с малых лет? Думаете, в 2-4 года очень понятно, что это
про дисциплину, а не про издевательство над ребенком? Потом, надо понимать, что дисциплина возможна
тогда, когда на нее есть силы и есть понимание того, зачем это надо. Тут явно у ребенка сил не хватает, а понимания „зачем“ тоже нет.
Детей не нужно целенаправленно воспитывать, с ними нужно просто жить и стараться слышать и понимать. Учиться у них, договариваться, идти на компромиссы, объяснять. Убедить в этом родителей, как и изменить их, к сожалению, невозможно. Потому что нужно для этого менять полностью сознание людей, их
собственное прошлое и детство.
6. Потому что взрослые склонны чаще критиковать за ошибки, чем хвалить за хорошие поступки. А
если ребенок не получает подкрепление своего хорошего поведения, то он перестает себя вести хорошо.
Чтобы развивать в нем положительные качества, нужно учиться „ловить“ хорошие поступки ребенка.
Представьте, что положительные и отрицательные качества ребенка – это растения, а родительское
внимание – это вода для полива этих растений. Чем больше внимания мы будем обращать на положительные качества (хвалить, радоваться и т.п.), тем лучше будет расти „позитивное“ растение, потом оно зацветет
и принесет плоды. Соответственно, чем больше мы будем обращать внимание на отрицательные качества
ребенка (ругать, наказывать и т.п.), тем лучше будет расти „негативное“ растение и тоже принесет через некоторое время плоды.
Но вы можете не согласиться, мол, на плохие поступки все равно нужно обращать внимание и ругать за
них. Да, действительно, плохое поведение или поступки не стоит оставлять без внимания. Но... 1. Понаблюдайте за частотой своих положительных и негативных высказываний в адрес ребенка. 2. Как мы обычно
говорим об этих поступках ребенку? Разве мы, разговаривая с ребенком, произносим такие слова: „Ты хороший мальчик, но этот поступок меня сильно расстроил, потому что…“?
7. Потому что – и это самая распространенная причина – непонимание возрастных особенностей ребенка. Ребенок воспринимает окружающую действительность совершенно не так, как мы, взрослые. Понимать ребенка – значит, научиться смотреть на мир его глазами, занимать позицию „на равных“. Для того,
чтобы установить контакт, нужно научиться разговаривать с ним на понятном ему (одном) языке, подстраиваться „снизу“, а не „сверху“ (как М. Галкин в „Лучше всех“). Тогда мы начинаем понимать, почему он именно так реагирует на наши слова и действия, ведет себя именно так, а не иначе. Тогда малыш, в свою очередь, будет способен услышать и понять все, что ему говорится. Будет реагировать на нас адекватно. Как к
своему другу.
Можно с ребенком общаться по-дружески, но субординация не отменяется никогда. Роли разные, права
и обязанности разные, ответственность тоже. Позиция „на равных“ – это прежде всего, диалог, который не
подразумевает оценочных суждений, указаний. Это позиция, когда ребенок, наравне с родителем может открыто и честно говорить о своих желаниях и потребностях, чувствах и мыслях, не боясь иронии, упрека или
обесценивания. Ребенок должен жить в уверенности, что он будет услышан, и к нему отнесутся с уважением. Тогда ему не надо защищаться (капризничать, плохо себя вести, протестовать), он будет чувствовать,
что его понимают, хотя и не соглашаются.
Детей нельзя ни обижать, ни унижать, к ним надо относиться по-человечески, уважать их, только тогда
ими можно управлять. Некоторые взрослые обладают этим даром (у них это идет, вероятно из детства). К
ним их родители относились именно так, другим надо почитать про детскую психику. Но большинству уже
ничего не поможет (они убеждены, что детей надо держать в „ежовых рукавицах“ и т.д.). Их самих надо воспитывать.
Если мы не можем относиться к своему ребенку, как к равному себе – грош нам цена. Некоторые народы, тайцы, например, считают, что ребенка они должны только наставить на правильный путь в этой жизни
– он сам по себе, вам он не принадлежит, это не ваша собственность. Он дан во временное пользование –
вырастить и отпустить. И чем меньше вы будете давить, доверяя ему, но не бросая все на самотек, тем больше он будет доверять вам и считаться с вашим мнением. Не требуйте от детей того, к чему они еще не способны в силу своих возрастных особенностей.
8. Потому что маленькие дети сморят на мир по-своему. Не так, как мы на него смотрим. Дети чаще
всего бастуют против абсолютно ненужных наших правильностей. Им присущи другие, отличные от привычных нам, способы восприятия окружающего мира. Природа „восстаний“ детей в этом: родительский
мир для них слишком „правилен“, „геометрически выверен“, ненатурально „выстроен“. Сами дети – это, по
сути, другой мир! Он, кстати, лучше добрее, прекраснее, чем мы это себе представляем. Взрослым проникнуть в этот мир, чтобы относиться к поведению ребенку разумно, без знаний детской психики невозможно.
Ребенок, может, не такой способный, каким были вы в его годы, не такой настойчивый, не такой старательный, смышленый и т.д. И в этом нет его вины. Он просто другой, в этом и есть его особенность, и это
надо учиться видеть и принимать. Он пришел в этот мир не за тем же, зачем в него пришли вы. У него свои
задачи, и они могут совершенно не совпадать с вашими (так чаще всего и бывает). У меня иногда создается
ощущение, что некоторые родители просто обезумели от „любви“ настолько, что просто не видят, как губят
собственного ребенка. Они как будто „отрываются“ на нем за свое „счастливое“ детство. Я понимаю, что современное общество на 50% заполнено невротиками, но зачем же вы издеваетесь над родными детьми, дорогие родители? Остановитесь, наконец, в своем стремлении „догнать и причинить им добро“.
9. Потому что мы не хотим развиваться, совершенствоваться. А зачем? Образование у нас есть, мы работаем, отдыхать тоже умеем, детей вот растим. Какие еще цели нам нужны? Общаться со своими детьми
54
мы умеем? Если кормим, одеваем, обуваем, учим, воспитываем, как можем – так не так, судить не нам – это
достаточно? А сколько детям травм своим от незнания „воспитанием“ причиняем – это нормально? Они никуда не деваются, остаются в ребенке, растут вместе с ним, мучают его, жить мешают. Дети потом не знают,
что с этим всем делать. Дети – это полные копии своих родителей. Или вы об этом не знали? Поэтому, если
хотите, чтобы ваш ребенок достиг чего-то в жизни и научился чему-то, значит, вам самим нужно быть ему
хорошим примером в этом. А то получается: родила – уже мать, а купил пианино – музыкант? Что такая мама вообще может дать детям?..
Растить детей – это большой труд, именно растить, а не потакать и отмазываться. Основа этому – ежедневная работа над собой. Мы учимся вместе с нашими детьми. Нужно начинать с себя и смотреть на свои
поступки по отношению к ребенку и к миру. Своим отношением к детям, к другим людям и вообще – к жизни, мы и воспитываем своих детей. Дети вырастут, считая это нормой и полностью унаследуют поведение и
культурный уровень родителей. То есть как вы себя ведете, так и он себя будет вести, изменяйте себя и ребенок будет изменяться. В счастливых семьях детей не наказывают. Это закономерность. Ситуация, когда в
скотских условиях вырос прекрасный цветочек – это из кино.
Нет эталона правильного воспитания и никто не изменит отношения к воспитанию МОЕГО ребенка. Вы
придерживаетесь своего мнения, и исходя из собственных убеждений, воспитываете своих детей. Заметьте,
воспитываете себе подобных! Представьте, вам кто-нибудь скажет, что ваши методы воспитания не приемлемы. Да вы их и поменять при всем желании не сможете! Потому что воспитание – это не искусственный
процесс, а естественный. Воспитание, по сути, это личный пример во всех сегментах нравственности + отношение к окружающему миру. Человек воспитывает ребенка собой, своим поведением, манерами, привычками. Чтобы правильно воспитать детей, нужно самому быть правильным. Хорошие дети вырастают у хороших родителей. Хорошие родители не те, которые умеют воспитывать, а те, которые умеют правильно жить.
Я таких еще не встречала. Все мы не идеальны. Родители совершенно не хотят терпеть недостатки детей и
повсюду хотят на изъян указать, а сами под собственным носом своих черных дыр, в которых потонули, не
видят.
Мы не можем формировать судьбу детей, у нас нет таких полномочий. Невозможно просчитать все ходы наперед, но помочь взращивать благие качества в детях, раскрыть их природный потенциал, а также самим быть положительным примером и культивировать те качества в себе, которые мы хотели бы видеть в
детях, – нам под силу. С одной стороны, собственный пример родителей, их жизненная позиция, моральные устои, убеждения, ориентиры, привычки, так или иначе, дети перенимают автоматически. Детское восприятие, словно губка, впитывает любой пример, показанный родителями. Поэтому мудрее воспитывать не
детей, а делать акцент на собственном развитии.
Можно внушать ребенку что угодно, но если родители себя ведут не так, как сами, но требуют это от ребенка, никакого воспитания не выйдет. Воспитывать нужно себя, и ребенок будет перенимать (а он и так перенимает!) ваше поведение. Дети ведут себя так, как показали родители. Именно по-ка-за-ли (сказать-то
можно многое). И тогда ребенок просто посмотрит на родителей и научится этому у него сам. Это то главное, что родители не хотят понимать. Неидеальные родители требуют идеальности от детей. Родители, которые учились далеко не на 5, требуют, чтобы дети учились хорошо. Выпивающие и курящие отцы требуют,
чтобы дети не курили и не пили алкоголь. Если ребенок видит, что возвращаясь домой, отец ложится на диван, а всю работу делает мама, у него формируется искаженное восприятие реальности, он считает, что и
ему не нужно ничего делать. Мама, еще вчера рассказывавшая чаду о хороших манерах, сегодня распихивает всех в очереди, громко ругаясь. Или заставляет ребенка вылезти из-за компьютера и почитать книгу, а
сама тут же садится у телевизора, да и книг в руках со школы не держала.
Так во всем. Хотим, чтобы ребенок разговаривал культурно – сами разговариваем культурно, не материмся, не кричим. Хотим, чтобы ребенок был послушным, сами научимся быть послушными (и тогда поймем, что это совсем не то качество, которое сделает жизнь человека комфортной). Хотим, чтобы ребенок к
нам хорошо относился, проявлял любовь и уважение, сами учимся проявлять к ребенку любовь и уважение.
Короче: неправильно вдалбливать в детские головы что-либо, не подкрепленное собственным примером. А
обратка обязательно придет – детки быстро отзываются на все хорошее.
10. Потому что наша главная ошибка в том, что ищем ответ на вопрос, как лучше „прижучить“ ребенка (по нашему – стимулировать), чтобы он делал или не делал то-то и то-то. А может, полезнее сосредоточиваться на том, как выстраивать отношения с ним? Вы не считаете нужным (у вас не получается или
вам некогда) запустить этот процесс. Мы об этом даже не задумываемся, видимо, считаем, что это само собой разумеется или что это происходит само собой, или нам помогут последствия. Естественные – да! Но
если ими заморачивается родитель, то он легко может скатиться к волюнтаризму.
Родители сосредотачиваются на чем? На поведении, поступках детей, на выкрутасах, неадекватах, на
нежелании выполнять их требования и т.д., и т.п. Мы постоянно что-то „дельно“ советуем детям, критикуем, делаем замечания. Причем зачастую выражаем свое отношение к этому эмоционально, с негативом:
крик, шум, шлепки. Ругаем, применяем санкции. Ребенок замыкается, связь с ребенком не то, что не устанавливается, а наоборот, слабеет или вообще теряется. И как результат – еще большее непослушание, неадекватность и т.д. Об этой связи (о привязанности) ребенка к вам надо в первую очередь задумываться, а не о
причинно-следственных. Они, конечно, хороши (если включать разум, а не маразм), НО... Мы спокойны,
т.к. считаем, что дети ДОЛЖНЫ нас любить, уважать и слушать только за то, что мы родители! Но не ЭТОТ
наш статус делает ребенка послушным, а его привязанность к родителю. В этом весь фокус!
Влиять на ребенка, убеждать в чем-то, наставлять его, как говорится, на путь истинный, можно только в
одном случае: если налажены доброжелательные отношения с ребенком. Но не наоборот: „Буду тебя любить, если ты...“. Только тогда ребенок нас услышит. А если уже подросток, то поздно даже вникать:
„дорога ложка к обеду“. Своими методами вы не убедите его, что курить, например, вредно. Или запрети55
те?..
11. Потому что мы не умеем управлять собой. Стремление нажимать на „кнопки“ (т.е. вызывать определенные эмоциональные реакции и соответствующее поведение) – это потребность существует и у родителей, и у детей. Это факт. Не осознав этого факта, мы (родители) сосредотачиваемся лишь на том, чтобы помешать детям нажимать на наши „кнопки“, и таким образом, загоняем себя в тупик, в тот самый замкнутый
круг приступов недовольства и гнева.
Почему нам постоянно приходится считаться с интересами и потребностями детей? Потому, что это не
только наша обязанность, но и наша главная задача. Задача – наладить отношения с нашими детьми, понимать их точку зрения, учитывать уровень их развития, знать чего можно от них ожидать. Сложно, да? Но
это только на первый взгляд.
Что касается требовательности к детям – это нормально. За исключением тех случаем, когда мы заставляем детей нести ответственность за наши чувства и вести себя так, чтобы нам было удобно, чтобы нам было комфортно – это неправильно. В первую очередь требовательным надо быть к себе, а уж во вторую – к детям. Дети, в свою очередь, нажимая на наши „кнопки“, учат нас, давая нам возможность развиваться и совершенствоваться – и это хорошо. Вопрос лишь в том, будем ли мы учиться, воспользуемся ли мы этой возможностью, или же будем продолжать ругать детей за непослушание, а себя за некомпетентность. Можно
еще обманывать себя, веря, что действуем в интересах детей, когда заставляем их становиться и быть такими, какими мы хотим их видеть. Одни дети соглашаются с этим, другие – нет. Последние и есть наши учителя.
Учиться у детей – это учиться управлять собой, сдерживать свои эмоции. А с появлением навыка самоуправления и самообладания появляется умение управлять происходящей ситуацией, а вместе с этим управлять и всеми участниками данной ситуации, причем не важно, кто в ней участвует – наши дети или посторонние люди. Лучше, когда эти навыки к моменту рождения детей уже есть. Но если их не хватает – дети будут постоянно давать нам возможность выработать и применять эти умения. Уметь управлять собой – очень
полезный навык, так просто он не дается, только трудом и усилием: власть над собой. Как только научитесь
управлять собой – никого бить и ни на кого орать не потребуется (это просто детский способ разрядиться).
Мы все совершаем ошибки, порой делаем не то, что нужно, говорим то, что не стоило бы. Это нормально! Главное – нужно осознавать это, вовремя останавливаться, признавать свою неправоту, если погорячились. Надо учиться быть родителями. Мамы не виноваты в том, что их так научили. Но нежелание научится
тому, чему их не научили будет сказываться в жизни не лучшим образом.
Взрослым многое нужно переосмысливать в своем поведении, менять на ходу свои принципы, понимать и принимать своих детей такими, какие они есть. Главное – научиться себя успокаивать. Это – нелегко.
Особенно правильно реагировать на детские истерики, неадекваты, непослушание и т.д. Ситуации бывают
непростые. Бывает, трудно думать, разумно молвить и принимать правильные решения... в стрессовых ситуациях почти невозможно. Но надо учиться этому, если мы хотим быть „существами разумными“. Как?
Ну, хотя бы для начала мы должны знать, как нельзя поступать по отношению к детям. К любому(!), а не
конкретному, например, вашему, ребенку. Никакие „благие намерения“ и „уважительные причины“ не могут оправдать родительский негатив – крик, истерику, угрозы, агрессию. Но этого родители, выворачиваясь
на изнанку, не хотят признавать.
Дети для нас благо. Они, как маленькие учителя, учат нас разумно действовать, не впадать в ступор, не
терять самообладание, т.е. владеть собой. Держать себя в руках, одним словом. Они учат нас включать
юмор, иронию и, не побоюсь пафоса – мудрость, великодушие, добро, родительское чутье. Согласитесь,
взрослым этого так не хватает...
3. Демагогия на тему „нужно ли наказывать детей?“.
Чем больше вникала в тему, тем в большее недоумение впадала. Потому что на вопрос „бить или не
бить?“ ПОДАВЛЯЮЩЕЕ большинство мамочек отвечает: „Бить“. Причем аргументы + причины удивительные (я просто в ступоре). Главная – мол, легкий шлепок не повредит и даже на пользу будет моему
ребенку. Чего стоит только этот „шедевр“(!) педагогики: „Надо разделять избиение и наказание. Я против избиения детей. Но к телесному наказанию иногда прибегаю“. А такие „коменты“ вообще убивали: „Я
шлепаю своего, когда не слушается, все равно через памперс не больно“, „наказание ремнем по попе никаких повреждений не несет“ (!?..)
Итак, цитаты из сети, почему родители наказывают своих детей:
„ребенка можно шлепать, но не часто и по делу, чтоб дите знало, за что“,
„я не вижу какого-то криминала в небольшом шлепке“,
„им достается за дело“, „ничего это не унижает, если по делу“,
„конечно, не стоит раздавать шлепки направо и налево, но для купирования кипучей деятельности
– не вижу ничего ужасного“, „когда ребенок плохо себя ведет, естественно, нужно наказать“,
„детей не только можно, но и нужно наказывать (но следует делать это правильно)“,
„хороший шлепок по попе достаточно надежно страхует от повторения“,
„маленькие дети-шкодники просто напрашиваются на некоторую шлепку“,
„наказывать (в разумных пределах) ребенка за то, что он не прав“,
„мы наказываем с целью предостеречь, дать наказ, т.е. передать наставление на будущее“.
„он должен понять, что так делать нельзя, как без наказания-то?!“,
„иногда они просто вынуждают“, „потому что они – дети, а я – мама“,
„в исключительных случаях“, „ей только дай слабинку“, „есть наказание по справедливости“,
56
„но иногда просто надо, во благо самого ребенка!“, „как самая крайняя мера это может быть“,
„когда ребенок выходит за пределы“, „мы наказываем не за непослушание, а за проступки“.
Суммируя всё, выделим четыре:
• „Им все будет сходить с рук, если не применять наказание“.
• „Иногда я просто обессилена и не знаю, что еще сделать“.
• „Если я не накажу ребенка, то он не поймет, что он поступил неправильно“.
• „По-другому („по-хорошему“) он/она просто не понимает!“.
Если внимательно посмотреть на этот список, становится понятно, что по своей внутренней природе наказания родителей – это способ выразить свое собственное бессилие, свою злость, недовольство ребенком
или даже разочарование. То есть получается, что наказание по большому счету – способ родителя снять
свое собственное напряжение от сложившейся ситуации.
В этом месте мне становится грустно. Неужели мы так близоруки, что не понимаем, что отсутствие любого рукоприкладства, независимо от „типа хлопок по попе, тормозящий деточку“ – это не „вселенская
педагогическая мудрость“?! Что в словах „шлепать“ и „бить“ нет различия – это одно и тоже?! И если думать, что от шлепка ничего страшного не произойдет – я же не бью, а только шлепаю, то это просто лгать
самому себе! Почитаешь в инете и посмотришь наяву, как эти мамочки общаются с детьми – глаза вылазят
и волосы шевелятся от удивления! И начинаешь крамольно думать: „Неужели детский мир без наказания
утопичен?..“. Как быть тем, кто хочет растить детей по-другому, без понятия „наказание“ в семье? И здесь
появляется надежда. Именно с вопроса „КАК БЫТЬ?“ начинается новое, трудное, неизведанное путешествие.
Путешествие в мир ребенка.
Нет приятнее музыки, чем смех ребенка. Вы о состоянии ребенка думаете? Он для вас объект вашего
воспитания, а не самостоятельный субъект со своими мыслями и чувствами. Как предмет, с которым вы можете сделать, что захотите. Поэтому ваше насилие ничего не сдерживает и не останавливает. Нет любви к
ребенку. Но есть сильно преувеличенная любовь к себе и сосредоточенность на своих чувствах. Есть махровый эгоизм, есть болезнь, которая называется неврастения.
Я пытаюсь понять: что чувствует ребенок, первый раз ощутивший на себе всю силу такой родительской
„любви“? Кажется, взрослому не дано даже представить – это страх? горечь? разочарование? обида? Или
все вместе? А какова сила этого чувства, если учесть, что в детстве все воспринимается в тысячу раз острее?
Непонятно – как можно дисциплинировать ребенка страхом, унижением, обидой? Могут ли детские слезы,
обиды, затаенная боль быть наказанием? Вряд ли наказание принесет какой-то иной эффект, кроме недоверия к матери\отцу, даже если внешне ребенок становится послушней. Наказания вызывают у ребенка озлобление и не ведут к исправлению поведения. Лучше сто раз незаслуженно похвалить, чем один раз незаслуженно обидеть. Это остается на всю жизнь. Возможно ли передать наказ без наказания? Какую цель вы преследуете, наказывая ребенка? За что наказывать-то?..
Насилие – от бессилия. „Я боялся своего отца, так пусть и мои дети боятся меня“. Людей, обращающихся с детьми „как в старые добрые времена“, у нас хватает. Мы почти все уверены в том, что насилие и
принуждение совершенно необходимы для воспитания детей – в их интересах! Мы сердимся на молодежную музыку, но послушай тот тяжелый педагогический рок, который звучит в иной семье с утра до вечера:
„Стой, я кому сказала!“, „Иди сюда!“, „Ешь!“, „Спи!“. Семейный очаг становится школой насилия, мы сами
создаем грубый мир, и потом хоть вой, хоть плачь, хоть молись...
В идеале воспитание должно быть воспитанием без насилия. Но увы! Мы не представляем себе воспитания без принуждения, мы сами – разносчики этой заразы, бациллоносители насилия. И не только те, кто
пренебрегает родительским долгом и не воспитывает детей, но и любящие, воспитывающие, заботящиеся.
Пора же наконец всем понять, что воспитание по формуле „потребуй и накажи“ становится не просто антигуманным, каким оно было всегда, но и бессильным, бессмысленным. Придерживаться этого принципа –
совершенно равнозначно совету разбежаться и посильнее удариться лбом о стену. Не пробили? Ударьтесь
посильнее.
***
Да, верно, корни у наказания лежат в НАКАЗЕ. Но какой смысл мы в него вкладываем? Наказание
шлепком или лишением чего-то как мера воздействия за проступок – это одно. „Наказание“ как поучение,
внушение, объяснение – это другое. Проблема в том, что мы начисто забыли первоначальное, исконное
(старославянское) значение слова наказание – „наказная грамота“. Речь идет о „дать наказ“ (указ, повеление, наставление, предписание, инструкцию, правило) как правильно поступать. Или от древнерусского
„КАЗ“, „казать“ – наставлять, увещевать. Кстати, приКАЗ подразумевает передачу какой-то важной информации. Наказания (в этом смысле) должны быть постоянными! Учить, направлять, вразумлять – вот это и
есть НАКАЗание (а не карать, как иные размышляют). Не зря же сказано о Боге – „кого люблю, того и НАКАЗываю“ , ведь, не сказано же „кого люблю того и караю“? Мы даем ребенку наказ и это ничего общего не
имеет с криками и физическим воздействием.
У детей проблем нет, проблема есть у родителя. Который во-время не научил, не объяснил, не подсказал + не владеет своими эмоциями. Но он наказывает. „За провинности“, „непослушание“, „выходки“, „баловство“, „проказы“, „неадекваты“, „закидоны, „если начинают за рамки выходить“, „дашь сейчас слабинку – на голову сядет“, „орет дурниной“, „...и что, можно куролесить?“, „что попало делают“, „когда
ребенок выходит за пределы“, „за преступлением должно следовать наказание“, „если нашкодил“, „потому, что набезобразничал“, „чтоб на „выкрутасы“ не оставалось времени“, „не прекращают дурачиться“... Можно цитировать еще, но есть смысл в этом? Меня во всем этом интересуют конкретные примеры,
а не абстрактные теории. Но примеров просто нет, они не существуют априори! Маленький ребенок в
принципе не может сделать то, за что его можно наказать. Не будете же вы наказывать малыша за
то, что он вазочку разбил, порвал штаны, залез в аптечку, съел кошачий корм или показал язык бабушке,
57
которая опять невпопад воспитывает?..
Вот мне интересно, за ЧТО вообще люди наказывают своих детей? За ЧТО можно наказать ребенка, особенно маленького?! Если ли ПОВОД? Дети поступают „не так“ по незнанию или неосторожности или в силу
эмоций или любознательности. Они учатся, набираются опыта и должны бить ваши горшки! Если вы понадеялись на разум маленького ребенка и не убрали их вовремя. А еще они отрезают куклам волосы, разрисовывают их лаком для ногтей, портят столешницу письменного стола, кладут пульт от телевизора в микроволновку и включают ее, ломают технику, хватают нож, роняют планшет в ведро с водой, хотя были предупреждены о том, лезут по́ уши в грязь в новых(!) штанах, норовят поковыряться в розетке, выбежать на дорогу, покрутить ручки на газовой плите, крадут игрушку, бросаются яблоком вместо мяча... Продолжать?
Смысл? Главное – за что наказывать-то?..
„Я вчера в углу стояла, я наказана была.
А за что мне вдруг попало? Так понять и не смогла.
Я на папиной „восьмерке“, у стекла, ближе к рулю
Нацарапала отверткой: „Папа, я тебя люблю!“.
Нацарапала красиво, фразу из красивых слов.
Разве это справедливо ставить в угол за любовь?“.
Все сторонники наказания совершают ошибку. Они калечат психику своих детей. Любое наказание,
даже словесное, может сделать ребенка психически нездоровым, скованным, особенно, если наказания входят в систему воспитания. Это неизбежно ведет психотравме. У такого ребенка нет шансов вырасти психологически здоровым и уравновешенным. Это – потенциальный невротик. Это главная причина, почему
нельзя наказывать детей.
***
По-доброму, без истерик и крика, надо относиться к ребенку любого возраста, но к малышу еще важнее.
Почему? Реальное воспитание и вся начинка нашей личности закладывается очень рано – до 3-4 лет. Все в
человеке: основа психики, интеллекта, поведение, привычки, понятия „хорошо-плохо“, „добро-зло“ и т.д.
формируются максимум до 5 лет. Именно в этом возрасте закладывается и основа взаимоотношений с родителями, с родными. В зависимости от линии поведения родителей. Дальше – все, реальное воспитание заканчивается, потом можно тушить свет, как говорится. И как бы мы не „тужились“, не пытались что-то изменить в ребенке, это будет сделать невозможно!! Гены – понятие успокаивающее, они без правильного отношения родителей к детям ничего не значат. Темперамент – врожденное, характер – формируется. И мы,
вольно или невольно, принимаем в этом участие. Что может заложить в ребенка мама, которая не может
справиться со своими эмоциями, истерит + применяет, пусть и символические, шлепки „по делу“ – можно
разве догадаться и пожалеть этого ребенка. Можно посмотреть вокруг...
Дети не способны „сеять зло“ осознанно. Стоит немного вникнуть в ситуацию, чтобы найти вполне безобидный мотив „дурного“ поступка. Не наказывать удается тем папам и мамам, которые никогда не допускали и мысли, что ребенок совершил свое „злодеяние“ намеренно. Как минимум лет до пяти он не способен на это! А раз никто не обижал, так чего обижаться? А нет проступка, нет и наказания.
***
Любое наказание – это стресс для ребенка. Не важно, шлепнули ли вы его или лишили мультика. Психология малыша отлична от взрослого человека. Для него это трагедия! Любое наказание так или иначе вызывает обиду, рождает озлобленность в душе, страх. Регулярное давление на психику ребенка (даже без рукоприкладства) ни к чему хорошему не приведет. Смысла от наказаний нет вообще никакого, они приносят
лишь вред детской психике. Ведь дети не преследуют цели „выбесить“ или напакостить. Маленькие дети любят родителей совершенно искренне, они ничего не делают назло (даже, если ребенок сбрасывает ваши очки, льет сок на батарею или пинает кошку ногой и при этом „смотрит мне хитро в глаза“), хотя иногда
они проверяют нас на прочность. Кричать – бессмысленно (потом придется орать все громче и громче всю
жизнь), бить – тоже (лет через 10 можно получить в ответ). Прислушайтесь к ним, поймите их, поставьте себя на их место. Помогите найти правильный выход из ситуации, научите ребенка извиняться. Обсуждайте с
ним его поступки, поступки других людей и тогда вам не придется даже думать о наказании. А подходящие
слова будут с каждым разом находится легче, если поставить себе цель – научиться их находить. Хотя это
поначалу будет сложнее, чем привычный крик и шлепок. Зато впоследствии сбережет маме нервы, а ребенку здоровье.
Дети все понимают и так. Для меня самым сильным стимулом было, что родители расстроятся, будут
волноваться или разочаруются. Говорить не только о том, ЧТО ребенок плохо сделал, но и что вы сами по
этому поводу чувствуете. Обидно вам или больно. В целом, наверное, это самый оптимальный вариант. Разочарование мамы – страшнее угла. Есть у меня рядом семья, где дочку наказывают по несколько раз
на день, начиная с того момента, как она первый раз пошла. Теперь на нее не действует ни крик, ни ремень,
ни уговоры. А ей всего шесть лет.
***
Я как родитель (и еще есть) против любого насилия по отношению к детям, и физического, и психологического. Мое мнение: бить – нет, ругать ребенка – нет. Ругать поступки – да, объясняя маленькому человеку что и почему. Это если в двух словах. Мы обходимся без битья, без угла, без наказаний. Обходимся просто одними разговорам, потому что в таких делах поможет только разговор и внушение. Объясняем что так
поступать нельзя и к чему это может привести. Дети они все понимают. Ведь есть какие-то причины, что побуждают ребенка так поступить. Устраняем эти причины. Да и с ребенком мы стараемся быть на равных.
Ведь это тоже личность, со своими желаниями и запросами. И чем больше с ребенком разговариваешь, чем
больше уделяешь ему внимания, тем меньше шалостей и глупостей делает ребенок. Он становится, если
можно так выразится, управляемым ребенком. Смысл орать, бить ребенка и рвать на себе волосы, если это
58
уже произошло? Главное не допустить повтора данной ситуации.
Он и не должен слушаться, он не на военной службе. Это в казарме все слушаются с первого раза: „Напра-во! Кру-гом!“. В обычной жизни мы, взрослые, бывает, тоже не слушаемся, но у нас это плюс, это называется „проявить инициативу“. Кто же будет учить этому детей, т.е. поступать по-своему?.. Заинтересуйте
ребенка, чтобы он сам захотел сделать так, как вам нужно. Предоставьте ему право выбора. Никогда не заставляйте и не приказывайте, а объясните, почему нужно сделать так, а не иначе. Вы растите раба или свободного человека? Почаще с ним разговаривайте, советуйтесь, объясняйте. Пусть он боится, что обидит вас,
а не наказания. В два года ребенок понимает очень многое, особенно когда его считают человеком, а не кукленком.
Все команды так же бесполезны. Если хочешь добиться чего-то от ребенка (хотя бы реакции) задавайте
ему вопросы: „Зачем (он это делает?); почему?; куда?; это тебе нужно?“. Правда, через некоторое время
он начинает отвечать: „Потому что!“. И продолжает делать свое дело. Все равно надо настаивать, добиваться, чтобы ребенок задумался о целесообразности своих действий. Ребенок учится, так учите же его, не
делайте из него робота-раба. Его самосознание, и его поведение формируются на примерах исключительно.
Слова в его сознании начинают задерживаться только после многократного повторения. Применяем и более подробные и извилистые объяснения. Например, не просто „нельзя бросаться песком“ и не просто „нельзя бросаться песком, потому что он может попасть в глазки“, а так: „Если будешь бросаться песком,
он попадет в глазки, глазки будут болеть, и ты не сможешь смотреть мультфильмы“. И они все поймут.
***
Что такое „плохое“ и „хорошее“ поведение для маленького ребенка? Он, в принципе, не может вести себя плохо. Он ведет себя так, как ведет. Понятие „правильно - неправильно“ – относительно. Но взрослые
своей „правильностью“ буквально гнобят своих детей. Конечно, я должна учить ребенка, направлять, наставлять его, подсказывать ему и т.д. Но причем здесь наказания?! Семья – не судебная система, ребенок – не
взрослый, он учится познавать наш мир, совершая ошибки. Наказывают взрослых за преступления, а какие
„преступления“ совершают наши маленькие дети, чтобы их наказывать?! Да никакие! Разве они умеют поступать правильно или иначе? Мы их научили??.. Объяснили вовремя, показали, подсказали? Им по статусу
положено баловаться и озорничать. Если взрослые, „умные“ люди, осознают ЭТО, необходимость наказания
отпадет само собой. Родителям (если ты, действительно, считаешь себя Родителем, а не обслуживающим
персоналом) надо стремиться к тому, чтобы вообще не наказывать. И неважно – физически или психологически. Это возможно, хотя, на первый взгляд, может показаться и нереальным.
Наказывая ребенка, вы не доверяете ему, подчиняете его своей воле. Он должен сам, понимаете – САМ,
сделать выбор между плохим и хорошим, а не потому, что ему мама приказала или папа побил. А родители
для того, чтобы ему в этом помочь. И если с самого раннего детства относиться к ребенку, как к осознанной
личности, говорить с ним на равных, опять таки, объяснять, то потом и наказывать не придется. Наказание
не дает ребенку понимания ошибки, оно дает только понятие того, что родитель на него разозлился. Все дело в том, какую цель вы преследуете: показать ребенку, что его поведение вас огорчило или дать ему понять,
к чему его самого привело подобное поведение?
***
Это абсолютно НЕ значит, что любые поступки ребенка надо принимать „на ура“! Проявлять попустительство, вседозволенность, потакание и т.д. Мы разве об этом говорим? Разумная строгость, принципиальность, твердость никуда не деваются, это должно быть у каждого родителя, иначе получим неуправляемое
эгоистичное нечто, от которого всем плохо будет. Нужно еще терпение, спокойствие, невозмутимость, а
главное – разум. Объяснять, убеждать, показывать на личном примере – только так. Все это, конечно, сильно усложняет родителю жизнь. Всегда можно пойти по пути наименьшего сопротивления и тупо отдавать
приказы и наказывая за провинности. Только потом не удивляйтесь резко протестным реакциям в подростковом возрасте или получением на выходе „дудуванчиков“.
Отсутствие наказания – НЕ значит вседозволенность! Наказанием может быть и слово, и взгляд, и ограничение действий – без шлепков. Истинную дисциплину никогда не воспитаешь с помощью криков, угроз
или лишением чего-то, высокой сознательности этим не добиться. Да, после нашего шлепка ребенок становится более послушным, сговорчивым, так сказать. Но это будет не настоящее послушание, а ее иллюзия:
ребенок-то остается при своем мнении! Если мы будем питаться иллюзиями, то сильно „похудеем“. Если наладить добрые отношения с ребенком, только тогда вы сможете влиять, убеждать, наставлять его, как говорится, на путь истинный. Отношения надо строить, а не наказывать. Дорога с наказаниями – тупиковая, поэтому и работы у психологов – непочатый край.
***
Не слушаются! Как добиться послушания? Как наказывать, если не слушаются? Ох, уж это послушание!
Главная, с точки зрения мамы, добродетель в ребенке и далеко не самая уважаемая черта характера в нашем, взрослом, мире. А уважать личность собственного ребенка не пробовали? Ребенок, как бы замусолено
это не звучало, тоже личность как и все прочие. Дети, они тоже люди. „Свежая“ мысль, да? Но из-за физических возможностей и недостатка знаний, умений, навыков они неспособны пока к самостоятельной жизни.
При этом ребенок не имеет (и не обязан иметь) каких-либо обязательств и благодарностей по отношению к
своим родителям, кроме тех, которые он сам, добровольно и без принуждения, взял или возьмет на себя. По
той простой причине, что у него никто не спрашивал согласия и одобрения, при организации процесса его
появления на свет. Это вы захотели иметь ребенка, а ребенок просто появился на свет!
Просто удивительно, как мы любим командовать! А что в итоге? А в итоге ребенок все равно делает посвоему. Почему? Да потому что он (повторим) – ЛИЧНОСТЬ! С двух лет ребенок говорит: „Я“. Таким образом
он начинает разделять себя и окружающий мир. С этого момента любое вторжение в его „Я“, даже с самыми
59
благими намерениями, воспринимается маленьким человеком враждебно. И это не удивительно. Посмотрела бы я на вас, если бы вам кто-то, кому вы не можете противостоять, постоянно говорил, как делать нельзя
(или надо). А еще хуже, если бы этот кто-то применял к вам санкции. Как вы, мои праведные, называете
гаишников, чей стиль поведения с вами очень похож на ваш с вашим ребенком?.. Все еще удивлены, что ребенок не идет, куда надо (вам), не ест, когда надо (вам) и не спит когда надо... сами угадайте кому?
И тут встает вечный вопрос – что делать? Можно шлепать. Но тогда придется отвечать на другой вопрос
– кто виноват? Делать-то уже будет нечего. Но как говорить с ребенком, который, кажется, не понимает
слов? Ответ одновременно простой и сложный – говорить, говорить и еще раз ГОВОРИТЬ. И при том терпеливо. Когда я мечтала о ребенке, я думала: „Буду с ним разговаривать“. Как ни странно, все годы моего материнства только подтвердили верность этого подхода, если его можно так назвать. Не нужно кричать и ругаться, иногда хватает неодобрительного взгляда: он быстро улавливается детьми. Они чувствуют, что ты
чем то расстроена. А вот если у вас, мои замечательные папы-мамы, дите не понимает слов, то это проблема, скорее, не незрелого ребенка, а косяк говорящего. И почему мы срываемся на нем за то, что неумело
объясняем? Меня родители никогда не шлепали и я придерживаюсь такого же мнения, что мозги находятся
не в попе.
***
Но в жизни часто бывает, что родители в порыве гнева срывают свои эмоции на беззащитном человечке. Это полное невежество. Чаще родители орут и лупят детей не потому, что это их метод воспитания, а либо от бессилия, либо от напряжения, которое накопилось у них. Практически во всех случаях применения
насилия к ребенку, САМ ребенок не виноват. „Иногда случается“ потому, что виноваты расшатанные мамины нервы (накопившаяся усталость, бытовуха, проблемы ужас как заедают, папа не помогает и т.д.) и незнание как реагировать на ситуацию (агрессия от ощущения потери контроля над ситуацией). Проще – у мамы
просто сил нет что-то объяснять. „Что бы не реагировать так на выходки ребенка, надо быть „железной“.
Станьте железной, в чем проблема?..
Это себе, ошибившись, мы всегда придумаем оправдание – плохое самочувствие, настроение, день не
задался, „я не робот и не железная“, „на ошибках учимся“, „кто не был глуп, тот не был молод“, „роди пятерых – и умничай!“. Что там еще?.. А понять ребенка частенько бывает просто некогда, вот мы и стараемся
подогнать его под свои стандарты и свое понимание „правильности“. В лучшем случае, учим ребенка мимикрировать (по-простому – хамелеонить, я подстраиваюсь, хотя, на самом деле, таковым не являюсь). В худшем – ломаем. Это мы зачастую неспособны (или не хотим?) понять ПОЧЕМУ ребенок поступает так, как
нам не нравится? А нам что, должно ВСЕ нравится?.. Маразмом попахивает, извините. Я принимаю все стороны своего ребенка и приемлем для меня он любой. Я ему мама, а не прокурор. И не думаю, что следует насаждать в нем чувство, что вести он себя должен так, чтобы маме было удобно, хорошо и приятно.
С себя надо начинать, мамочки, с себя, если детки ведут себя подозрительно – сами мы дерганные, психованные и дети так же себя ведут. Тогда вопрос: за что „прилетает“? Тут главное – понимать, что ребенок
изначально хороший и хочет изо всех сил таким оставаться. Все плохое, что мы стремимся потом выбивать,
мы сеем в нем сами. Уверена – с любым ребенком можно договориться, просто процесс этот займет несравнимо больше времени, чем пресловутый „шлепок“. Нужны усилия, выдержка, хитрость, разум, извините.
Но мы идем по пути наименьшего сопротивления, облегчая жизнь себе и только себе. Невозможно каждую
минуту нашего времени пытаться сделать своего ребенка хорошим, иначе сам родитель станет глубоко несчастным человеком, а только у счастливых, вменяемых, уравновешенных родителей вырастают разумные,
благополучные и успешные детки.
***
Надо разобраться, почему ребенок ведет себя не так, как я хочу. А может, он и не должен всегда вести
себя именно так, как я хочу? Он не робот и не игрушка, он живой человек со своим, пусть пока складывающимся, характером, со своими интересами, желаниями и т.п. И это нужно учитывать. Он многого не знает и
не понимает. Но при этом он все хочет знать и понимать. Он не просто хочет понять, можно или нет брать
камни в рот. Он хочет понять, почему это можно или нельзя делать, что произойдет? А значит, это тоже
нужно учитывать.
Почему ребенка наказывают? Это происходит чаще всего от из-за неподготовленности самих родителей
к воспитанию детей (ими самими не занимались, дефицит времени для детей, необходимость зарабатывать
и др.). Конечно, я говорю не о всех родителях, но о большинстве.
1. Представление о детской психике у этих родителей нулевое, точнее, со знаком минус. Психология
для них – наука, „как штамповать психов“. Они, не имеющие ни малейшего представления как общаться с
малышом, чувствуют себя обладателями вселенско-педагогической мудрости.
2. Наказывая ребенка, они убеждены, что они защищают ребенка от угрожающего ему мира.
3. Они самоуверенны в своей „правильности“. Постоянно ищут себе оправдания своей непогрешимости.
Они несамокритичны и не способны смотреть на себя в „зеркало“.
4. Не умеют владеть собой. От бессилия, либо напряжения, либо от усталости, которое накопилось у
них.
5. Они запрограммированы поступать так со своими детьми, потому что, скорее всего, к ним самим точно так же относились их родители. Человек не знает другого опыта, поэтому ему сложно избавиться стереотипа такого поведения.
6. Они не умеют любить своих детей, проявляют собственническую любовь, а не настоящую, без всякого
„если“. На подсознательном уровне включается частнособственнический эгоизм.
7. Отсутствие опыта и образованности + не желание и не способность учиться.
8. Это проще в исполнении, не надо напрягаться, не надо искать в себе „ни разум, ни фантазию“.
***
„Усталость и бессилие мам + непослушание ребенка = наказание“. В чем же непослушание? Если ваш
60
малыш старше года, то самое интересное для него – исследовать мир. Залазить на компьютерный стол, в
шкаф, рвать документы, топить телефон, рисовать на обоях и на себе, пытаться „изучить“ (в нашем понимании – испортить) учебник брата, есть корм попугая из клетки, кидать обувь в ванну, лить воду из кружки на
пол и т.д., и т.п. Но это – нормально! Так и должно быть!
Если ребенок не знает, что можно, а что нельзя в вашем доме – это ваша ошибка. Объяснять 29 раз, повторять снова и снова. У нас были периоды, когда папа превращался в попугая, а мама – в невозмутимого
Буду. Нормально, в чем проблема?.. Ошибка заключается в том, что мамы искренне думают, что один раз
сказанного слова достаточно, а малыш специально „делает гадости, чтобы позлить“. Детям необходимо
не один месяц, чтобы, зная все правила, научиться управлять и контролировать свое поведение. И действовать надо, мы об этом говорили, учитывая возраст малыша.
Итак, если вы горите праведным гневом и строите планы наказания на год вперед, то сначала выдохните. Спросите себя, стоит ли ваших нервов и сил совершенный проступок? Оцените последствия здесь-и-сейчас. Поинтересуйтесь, как можно исправить сделанное сейчас и предотвратить в будущем. Оцените детские
обещания. Сможет ли ребенок прекратить лазать через забор, рисовать на обоях, проверять глубину луж,
т.е. украшать и исследовать мир?..
Замечая новое поведение, новые возможности ребенка, родители думают, что могут повысить свои требования к поведению малыша. Именно здесь и кроется подвох. Дети же в этом возрасте не только изучают
окружающий мир, но и проявляют свой характер, свою волю и желания, которые могут не совпадать с мироощущением матери или отца. Мама ожидает от ребенка более взрослого поведения, а не получая его, начинает раздражаться и злиться.
***
Вспомним себя в детстве, вам была польза от наказания?.. Представьте последствия и чувства ребенка.
Ребенок после ваших „щадящих“ методов наказания становится „внимательнее“ к вашим словам, послушнее, потому что „ПОНЯЛ“ вас или потому, что стал побаиваться вашей реакции (ора, угроз и т.д.)? И вообще,
до какого возраста вы собираетесь таким образом воспитывать в нем „нормальное“ поведение, „внимание“,
усидчивость и т.д.?..
Воспитывать ребенка по „человеческой“ системе, значит, видеть в нем ЧЕЛОВЕКА, а не куклу, быть ему
другом, не позволяя при этом садиться тебе на голову. Мы с самого рождения воспитывали только собственным примером, ТОЛЬКО объяснениями, только разговорами и только совместным трудом. И никак иначе.
Как объяснить мальчику необходимость помощи по дому, если папа после работы лежит на диване и сам тарелки не моет? НИКАК. Только вот таким насильственным „потому что я так сказал(а)“ и наказанием.
Что вызовет непонимание и отторжение родительского мнения.
В моем доме запрещено даже повышать голос, разве только для смеха. Только – диалог. Все, кто с этим
несогласны – идут лесом. Мы со своими детьми общались точно также, как друг с другом. У нас нет „высшего“ и „низшего“ существа. Когда в семье идет полноценный диалог всех ее участников – наказание вообще
не нужно. Есть ответственность за свой выбор и поступок, но не наказание.
То, что наши дети видят в семье – это и есть потом для них норма. Даже если внутренне критикуют, все
равно подсознательно тянутся к тому же. Винить, если что-то пошло „не так“, можно в этом только папу и
маму. Дети впитывают в себя любовь (именно любовь) к труду только из семьи. А семья – это ответственность и самодисциплина. Повторю: при лежащем на диване папе будет очень сложно воспитать помогающего по дому мальчика. Возникнет вопрос: почему папе можно, а я должен посуду мыть? Я считаю, что от меня зависит счастье его жены и детей: не будет помогать матери, вряд ли поможет и жене, когда вырастет.
При неухоженной, постоянно ноющей маме, которая готовит кастрюлю супа на неделю, и у которой по
углам живут пауки, девочка тоже вряд ли станет хорошей хозяйкой. Она вырастет дистиллированной лентяйкой и неумехой – мама ничему не научила. Не обязательно, не обязательно. Но – теория вероятности...
***
Родители строят иллюзии, что наказанием можно что-то внемлить детям: „Я детей не бью, я их физически наказываю (шлепок по мягкому месту)“, „Маленький ребенок (с 2 лет) может понимать многие вещи
только через боль“, „пощечина вовсе не всегда насилие“. Что это?! Для меня родители, бьющие своих детей
делятся на садистов и истериков. Первые бьют обдуманно. Вторые бьют на волне захлестнувшей эмоции.
На заре своего родительства несколько раз была в числе родителей истериков. Потом поняла, что это путь в
никуда. Дети у меня психически сохранные, почему они должны страдать от моей педагогической и психологической несостоятельности?..
Строгость воспитания – это не серьезность наказаний, а прежде всего, постоянство, предсказуемость,
последовательность и согласованность родительских действий. Требования, запреты и санкции без этого не
работают. Не надо преувеличивать способность ребенка понимать связь между наказанием и тем, за что, с
позиции нашей взрослой логики, оно совершается. Я вас уверяю, если плохой проступок вы вообще никак
физически подкреплять не будете – эффект будет не хуже. Потому как, наказание, как известно, освобождает от чувства вины. Но можно поговорить с ним и объяснить, что его проступок (не он сам, а проступок!)
так огорчил родителей, что разговаривать с ним они сейчас не хотят. Работает, уверяю вас!
***
Не наказывать. До идеала это, конечно, далеко, но хотя бы к этому надо стремиться. Путь к нему не бывает легким и лежит он через воспитание родителями самих себя – воспитании в себе терпения, любви, веры, доброты, смирения. Путь к сердцу ребенка лежит через Добро (дети очень восприимчивы к Добру).
Я убеждена, что взаимоотношения родителей и детей строятся по принципу „как аукнется, так и откликнется“. Аукаем мы, родители, а откликаются дети. Поэтому, по большому счету, во всех негативных
проявлениях наших детей виноваты мы, родители. Корень всех проблем поведения детей я ищу прежде всего в себе. Конечно, моя гуманность ничего не гарантирует мне, но она гарантирует детям мою безусловную
61
любовь и их принятие не смотря ни на что, что бы они ни сделали – это для них самое главное, именно этого, мне кажется, они ждут от родителей.
Мне кажется, что суть проблемы конечно же не в детях, а в нас – родителях. Я думаю, что и тему эту
можно было бы закрыть, если бы каждый из нас признал тот факт, что когда мы опускаемся до раздражения, криков, шлепков, доходим до физического наказания детей – это от нашей слабости и несовершенства.
Конечно же, это очень непросто проявлять всегда сдержанность, спокойствие и терпение. Но все мы должны признать, что именно к этому надо стремиться. Воспитав в первую очередь в себе то, что мы хотим видеть в наших детях, уверена нам никогда бы не пришлось задаться таким вопросом „бить или не бить?“.
Я категорически против средневековых методов воспитания. Раньше – да, было так, а сейчас – время
другое. Воспитывать надо лидеров, способных приспособиться к реалиям, способных вести за собой. Зачем
нам учить детей подчинению?! Зачем им подчиняться? Мы какое поколение растим? Покорное? Не умеющее отстоять свою точку зрения? Послушное и тихое?.. Бить – это не метод воспитания, это метод держать в
страхе. Битье никогда не решит проблему, оно только показывает, что ребенок – это низшее существо, обязанное подчиниться воле старшего, который почему то хочет, что бы он сделал то, что надо старшему. Подобные вещи у детей вызывают не понимание проблемы, а желание сделать потихоньку по-своему. Главное, не попасться, чтобы не лишили того, что нравится. То есть это не подстегивает их подумать над случившимся, а просто заставляет искать способ, как избежать наказания.
Для детского ума наказание болью, унижением несопоставимо с проступком, несправедливо. Да, ребенок становится послушным. Но только из-за страха, боли и обиды. Вы хотите, чтобы ребенок испытывал к
вам такие чувства?.. Проблема всегда во взрослых, в их поведении и неумении найти подход к своему ребенку. Мы же, взрослые, не деремся, когда спорим и т.д.?.. Надо кое-кому очень „провентилировать“ свою головку, чтобы понять это.
И можно сколько угодно говорить, но бьют от ощущением своей беспомощности и слабости, от того что
не могут договориться с собственным ребенком. А это уже пробелы в общении и понимании. Заставить уважать нельзя, можно заставить только бояться. Некоторых можно выдрессировать, да, они будут вести себя
прилично, чтобы не получать. Но на этом ВСЕ. Авторитет можно заслужить (даже если речь идет об уважении пятилетнего пацана) только своим примером и отношением к ребенку, семье, к жизни. Только так. Мы
хотим показать ему, кто главный. Зачем?! Будем равны! Не надо главенствовать над ребенком. Если у родителей ничего не выходит, значит, они что-то делают не так.
Те, кто бьет детей не задумываются о том, сколько бы раз их били за их ошибки. Наверное, надо так и
делать, чтобы на себе всю эту „прелесть“ прочувствовали. Взрослые дали бы отпор. А ребенок не может постоять за себя. Его можно гнобить, можно бить, можно ругать ни за что и ничего взрослому не будет. Наказания за это, как в других странах, у нас не предусмотрены. Видимо потому, что детские дома у нас и так переполнены.
***
Милые мамы, вас самих не ужасает ваша уверенность в том (ведь некоторых из вас самих били), что
прав тот, кто сильнее и кто может наказать и как следствие унизить? Вы не задумывались о том, насколько
вы старше своего дитя, а значит, вроде как и умнее, насколько вы сильнее, что ребенок полностью зависит
от вас и вы можете сделать с ним все что угодно? Ведь битье, это не что иное как унижение человека, независимо от того, какие „благие“ цели вы преследуете. Вы можете накидать на „умного учителя“ кучу камней, а
вот просто сесть в уголке и подумать... Или ребенок – это, по вашему, несмышленая кукла? Может быть,
все-таки откроем дверь в „чулан“, где лежит ваш разум? Вам что, нравится унижать своих детей? Наверное
– да, раз вы с удовольствием продолжаете свои семейные традиции.
Ударить слабого в гневе легко, ведь так легче, не правда ли? Шлепнул пару раз и не надо читать „вумные ксижки“, искать аргументы, пытаться найти контакт с ребенком. Чтобы найти другой метод убеждения,
нужно приложить усилия. А зачем заморачиваться? Зачем объяснять, тратить время? Есть же старый, испытанный, дедовский метод – подзатыльник. Вам не кажется, что если ваш ребенок растет в нормальной
семье, где родители уважают друг друга и сами являются примером, шлепок как средство воспитания просто не нужен? Но – да, это выше вашего понимания и это демагогия. Так, ни о чем...
Зачастую вы орете и лупите детей не потому, что это ваш метод воспитания, а либо от бессилия, либо от
напряжения, которое накопилось у вас. Если вслушаться в себя, нередко оказывается, что раздражаемся-то
мы даже не на детишек, а на себя самих. Потому что устали, надо разрядиться, муж не помогает или его нет
вовсе, нет сил выслушать дитя, ребенок делает все не „так“. Мы не умеем реагировать на капризы и т.д. Причин может быть множество, но они – в нас. Свои проблемы мы переносим на ребенка. Но причем здесь ребенок?! Это ВАШИ проблемы, но не его! Говорить о вреде „легких“ шлепков на ранимую психику ребенка с
мамочками, которые не понимают этого, бессмысленно, а тем более - о чем-то другом, более „высоком“ ее
предназначении. Бесполезно ждать от них внятного объяснения своего неадеквата, надеяться, что у них откроются „глазки“, они „промоют уши“, что они будут думать, прежде, чем открыть рот.
***
В сети самая моя „любимая“ категория родителей (а их % за 70) – родители-недоучки. Инстинктивно
отпрыска сделали, а что дальше делать – не представляют. То, что чады большинства из вас вырастут с искаженным пониманием силы – это не обсуждается (если я сильнее, значит, прав). Что еще интереснее, так это
их адаптированность в обществе. Она нулевая, ибо его проблемы ни кому не интересны – даже родителям.
По сути, вы выращиваете овощ, не способный в дальнейшем развиваться. Он будет просто существовать:
дом-семья-работа – ни фига себе, я на море съездил!
Ребенка важно научить, прежде всего, думать и контролировать свое тело. Большинству смертных не
даны способности к анализу (уж простите, кто-то будет новатором, а кто-то прислугой). Мало кто из вас искал ключ к ребенку через себя (а точнее никто). Дело в том, что вы проходите мимо решений собственных
62
проблем каждое утро, идя на работу. Более того, идя по пути найменьшего сопротивления, вы ищите, где бы
заплатить и проблема рассосется (это касается всяческих курсов).
Мой путь к воспитанию ребенка лежал через ребенка внутри меня. Когда мы слушаем и понимаем нашего внутреннего ребенка, это полностью меняет наши отношения с собой и другими. Зажимы исчезают,
страх, стыд и гнев могут быть признаны, выслушаны и „поставлены на место“. Взрослый в нас начинает
мыслить яснее и становится более свободным. Вы же, словно обиженные котята, вымещаете зло на своих
детях, а они на своих. На грабли „отцы и дети“ наступает чуть ли не каждый уже десятки лет, но никто не
делает выводов.
Вот кто-то пишет о капризах... Он ведь не просто так закатил истерику – этому был вполне логичный
повод. Например, вы отказали ему в том, чтобы посмотреть на большие мыльные пузыри, которые надувает
другой ребенок или еще кто, не важно. Признайтесь себе – вы ведь знали что так будет?.. А теперь отбросим отмазку типа „спешил(а) на работу“. Что остается?.. Причина в том, что он не захотел одеть нужные
вам носки и рубашку? Ну да, по логике это вывело вас из себя. Но причина не это. И совсем не просмотр
мультиков вместо „Дома -2“ являлось причиной. Мы постепенно доходим до самого глубокого аргумента.
Вы желаете контроля над ним – это вам подсказывает ваш внутренний родитель, который всегда знает как
ему положено себя вести, что является правильным и неправильным. Но вы боитесь себе признаться в этом.
Внутренний родитель формируется в человеке от рождения до пяти лет под влиянием его собственных
настоящих мамы и папы. Чем строже были в детстве родители, тем, как правило, суровей и их внутренний
образ. Внутренний родитель склонен стремиться к абсолютной власти над поведением. А теперь узнаем
причину, почему ребенок начал капризничать и получил шлепок – это ваша защитная реакция на нежелание принять ответственность и сделать иначе, чем вы знаете. По сути, вы отказываетесь быть новатором,
вы отказываетесь развиваться. Вы отказываетесь разорвать этот порочных круг поведенческих стереотипов,
который пришел к вам из прошлого. Чему вы научите ребенка?.. Корни проблемы не в ребенке, а в вас самих. Если вам нужен кнут, чтобы не стоять на месте, возьмите розги и станьте перед зеркалом (и ребенок
цел и по логике горе-родителя – родитель усвоил урок, а нет – еще получит). Но нет... как же так себя, любимого!
Я вот, что хочу сказать: общество уничтожает само себя, играя в оправдания. Вы порождаете фриков
(людей со странностями в силу ограниченности своего ума) и их же потом проклинаете. Как нас вообще угораздило придумать понятие „наказание“? Научив ребенка справляться со своим телом, вы решите половину
проблем. А поняв первопричину его поведения, сможете не допустить истерики или неадекватного поведения. Я подвела вас к правильному выводу: „Предупредить, а не наказать - основа воспитания“. Вам же остается ответить на вопрос: „Способны ли вы это осознать?“. Если нет –то подумайте, как спасти будущее
вашего ребенка.
4. Почему стоит отказаться от наказаний.
Австралийские родители-аборигены никогда не бьют своих детей. Не только не бьют, но и не наказывают. „Дети австралийских аборигенов живут беззаботно, потому что, какие бы испытания ни перепадали на долю их семьи, родители всегда отдают им самую лучшую еду и всегда обращаются с ними самым нежным образом. Родители ругают их, когда те плохо себя ведут, но никогда не наказывают“. Этот
факт произвел на меня самое сильное впечатление из прочитанного на тему о наказаниях. Насилие в отношении детей отличает от любых других форм насилия именно то обстоятельство, что наше „цивилизованное“ общество его оправдывает, и это я считаю невыразимым позором. Значительная часть родителей во
всем остальном образованные, добрые и снисходительные люди по-прежнему утверждают, что своевременная затрещина не только допустима, но и желательна, что это полезный педагогический инструмент, которым мы помогаем жертве исправиться. Пострадавшему говорят: „Это для твоего же собственного блага“.
Никто не посмел бы подобным образом оправдывать насилие по отношению к взрослому человеку (кстати,
вы не задумывались, почему бить взрослых это насилие в семье, а детей – это телесное наказание?..).
Многим импонируют все эти „да, но...“, потому что в обществе бытует представление о том, что крайности – это плохо и благоразумные люди должны придерживаться умеренных взглядов. Но это не всегда верно. Благоразумие зачастую требует выбирать одну из крайностей. Например, полицейские никогда не должны пытать подозреваемых; мужья никогда не должны бить жен. „Никогда“ – не слишком ли это фанатично? Может, следовало бы занять какую-то более умеренную позицию? Ну, скажем, пытать можно, но только
чуть-чуть. Или – только убийц и террористов. Или – бить только неверных жен. Однозначно – НЕТ. Поэтому я не могу признать „вовремя данную затрещину“ ничем, кроме жестокого обращения с ребенком, и не
могу найти ни единой причины, по которой днем быть внимательным к ребенку можно, а ночью – нельзя.
Хотя эти методы и могут заставить детей лучше есть, дольше спать, молча делать, что им сказано или говорить тише, применять их нельзя. Просто есть вещи, делать которые НЕЛЬЗЯ. И все!
Я не считаю, что детям для того, чтобы чему-то научиться, необходимы наказания, точно так же, как не
нужны они и нам, взрослым. Ребенок, который знает, что провинился, без всякого наказания постарается
больше так не делать. Дети не хотят, чтобы родители были несчастны, и изо всех сил стремятся к этому (хотя иногда и не знают, как этого добиться). А если малыш не знает – достаточно ему это объяснить. Если он с
вами не согласен, если он действительно уверен в том, что он прав, наказанием его передумать не заставишь. Напротив, это разозлит его и унизит, и он при первой же возможности снова поступит так же. Максимум, чему можно научить наказанием, – так это тому, что определенные вещи нужно делать тайком, чтобы
не поймали. Это не совестью называется, а откровенным лицемерием.
63
Насилие – отвратительно. Битье ребенка – рабский метод. Наказывать детей нельзя, потому что ничего
положительного из этого не получится, только – вред. Любые наказания абсолютно бессмысленны. Они ничего не дают, кроме чувства вины у родителей, оскорбленного достоинства у детей и покалеченных на всю
жизнь отношений. Ничто не мешает воспитать ребенка без наказаний и без угроз наказания. Что делать?
При большом желании можно обойтись и без применения наказаний, надо просто стараться. „При этом я
должна быть роботом?“. Станьте роботом, в чем проблема?..
Почему вы ругаете детей? Зачем вы решили наказать своего ребенка? Трудно представить, что громкий
голос, угрозы и многословные причитания с наказаниями имеют какой-то педагогический эффект. Но сдержаться не всегда получается – раздражение, бессилие, обида, злость, усталость вырываются наружу. Это
входит в привычку. Легче шлепнуть, чем выяснить, что же произошло. Потому как жаль тратить собственные силы, время, эмоции на тобою же рожденного ребенка. Но задумайтесь, делаете ли вы это со зла, от
обиды или чувствуя свою беспомощность? Затем остановитесь, успокойтесь и постарайтесь переосмыслить
вашу реакцию. Спросите себя: „Чему я хочу научить своего ребенка прямо сейчас? Должна ли я это делать наказанием?“. Нет смысла переубеждать родителей в том, что не является абсолютной истиной. Нет
двух одинаковых детей и каждая мама воспитывает своего ребенка по-своему. Вы избираете одни методы,
кто-то другие. Но – НЕТ (!) методики, которая приветствовала бы шлепки, подзатыльники и оплеухи! Наказывать не правильно. Я берегу своих, потому что верю, что могу поговорить с ними и они поймут или хотя
бы попытаются.
Все понимают, что нельзя бить детей, но все равно позволяют рукоприкладство, а потом ищут себе
оправдание. Значит, вы настолько слабы, что не находите слов для убеждения? Бить того, кто слабее и не
может вам ответить - это слабодушие. Бить того кого любишь – подло вдвойне, а бить того, кто, при всем
прочем, любит тебя – подло стократно. И не надо искать оправданий, мол, я не ударил, а так, слегка шлепнул. Есть одна - единственная причина, почему наказывают детей. А именно – оные дяденьки и тетеньки
прекрасно осознают, что этот самый ребенок мал, слаб, целиком и полностью от них зависит. А потому никуда не денется, как его ни лупи и ни гноби - воспитывай – ну вот некуда ему деться. И не менее прекрасно
понимают, что никаких последствий в виде увесистой и симметричной „сдачи“ они от этого самого ребенка
не получат – силенок (что физических, что моральных) у него маловато. Так что лупи – не хочу. Хошь ремнем, а хошь словами, что побольней ремня.
Для тех, кому моральная сторона вопроса не совсем понятна, скажу по-другому. Не всегда вы будете
сильным волевым родителем, и ребенок не останется в детстве. Когда вы постареете и ваша немощь будет
раздражать повзрослевшее дитя, подзатыльники вернутся, но получать оплеухи будете вы. Это будет также
подло, но по отношению к вам справедливо. Вот так и получают некоторые горе-родители в старости вместо
любви – жалость или презрение. Что же в этом хорошего?..
Поэтому ответ однозначный, нельзя бить детей! Ни подзатыльник, ни оплеуха, ни малейший толчок –
категорически недопустимы! Помочь дитю выбрать правильное направление движения, а не показать КТО в
доме хозяин – вот главная цель родителей. И самая большая ошибка, когда родители пытаются идти по пути наименьшего сопротивления, а именно: демонстрации силы. Но весовые категории-то разные! Я против
физического наказания по одной этой причине: нельзя бить заведомо слабого, находящегося „в другой весовой категории“. Давайте вам, вместо того чтобы что-то объяснить, заедут по заднице или оттаскают за
уши? Прониклись? Все поняли? Или хочется что-нибудь такому воспитателю сделать? Если бы взрослый за
каждый свой шлепок получал сдачу (физически), он бы быстро нашел нужные слова для конструктивного
диалога и взаимоотношений. Это уж точно.
***
Родители, все еще поколачивая детей, искренне верят, в то, что шлепки необходимы „для их же пользы“. Этот метод воспитания живуч, несмотря на то, что сотни исследований подтверждают пагубное, а
вовсе не благотворное влияние шлепков на поведение ребенка. Родители оправдываются тем, что „мы не
бьем – мы шлепаем“. Какая разница! Когда один взрослый человек наносит удар другому взрослому, мы говорим: „Бьет“. Когда один ребенок наносит удар другому ребенку, мы тоже говорим: „Бьет“. Однако, когда
взрослый человек наносит удар ребенку, родители смягчают формулировку, используя глагол „шлепать“.
Обыкновение раздавать шлепки закрепляется у родителей, которые сами в детстве получали шлепки и
тычки, а также у тех родителей, которые не знают других методов воспитания. Безденежье, усталость не повод для наказания тех, кого сами захотели родить. Они об этом не просили. А значит и вины их нет в причиненных неудобствах. Драть? Ребенка? За что? За то что родитель оказался хреновым воспитателем? То есть
получается драть ребенка за собственную несостоятельность как родителя? Очень логично... Необходимость
наказывать – это тот штраф, который платят родители, не сумевшие правильно и своевременно провести в
жизнь своего чада все необходимые запреты.
Восемь причин не бить ребенка.
1. „Насилие родит насилие“. Дети всегда подражают родителям. Они считают, что им можно делать все то, что делаете вы. Методы, к которым обращаетесь вы, ваши дети, скорее всего, унаследуют, став
родителями. Используя детей в качестве „громоотвода“, родители не задумываются о том, что, впитывая,
словно губки, такое отношение к себе, дети возвращают „долги“ в виде равнодушия (как минимум) к ним самим. Чем чаще детей бьют, тем выше вероятность того, что они будут жестко обращаться со своими будущими детьми (вашим внукам тоже достанется). „Насилие родит насилие, и ложь порождает ложь“. Когда они
становятся подростками и взрослыми, физическое насилие у них считается нормой. Вырастет еще один человек, который с легкостью будет поднимать руку на другого такого же.
64
Семья – это школа, где дети учатся тому, как разрешать конфликты. Дети усваивают, что это вполне
нормально, когда люди бьют людей. Ощущая свою беззащитность, ребенок усваивает единственный урок:
прав тот, кто сильнее. Став взрослым, он, скорее всего, перенесет этот способ взаимодействия на отношения
с братьями и сестрами, со сверстниками и, в конце концов, на отношения с супругой/супругом и своим детям. Вы можете возразить: „Но в основном же я отношусь к нему с любовью и нежностью. Редкий шлепок
по попке не обидит его“. Да, с одними детьми это действительно так, но другие дети, скорее, запомнят редкие шлепки, чем вашу многолетнюю заботу о них. Пусть в вашем доме на сто объятий приходится один шлепок, все равно есть риск, что ваш ребенок сохранит в памяти не сотню объятий, а как раз этот удар, пусть
легкий, особенно если он достался ребенку несправедливо. Важно понять: не только шлепок, но сама допустимость таких действий формирует сознание ребенка.
2. Битье лишает ребенка чувства самоуважения. Наказания отражаются на психике ребенка, и
он со временем начинает ощущать себя неполноценным. И этот комплекс собственной неполноценности
преследует его потом всю жизнь. Можно добиться послушания, но при этом отбить уверенность в себе, самоуважение, инициативу. Это приводит к понижению чувства собственного достоинства, заниженной самооценке. Такой ребенок стремится оградить свою пошатнувшуюся самооценку от ваших нападок, он замыкается в себе, прячется в спасительную скорлупу. Для ребенка это ужасно – чувствовать себя „плохим“. Не
считая себя хорошим, он не может и вести себя хорошо. Ребенок замыкается в себе, утрачивает живость.
Внешне он – „хороший мальчик“. Но внутри он чувствует себя маленьким, слабым, ничего не значащим. И
если это чувство не замещается иным, позитивным, ребенок играет назначенную ему роль „бяки“. Шлепками вы внушаете ребенку: „Ты слаб и беззащитен, я могу делать с тобой все, что угодно“.
Для того, чтобы ребенок вел себя хорошо, он должен считать себя „хорошим“. Самооценка ребенка возникает, когда его оценивают другие (прежде всего родители). Даже в семьях, где царит любовь, обычай шлепать ребенка дезориентирует его, ведь ребенок незрел еще и не в состоянии понять, почему его бьют.
Дети считают себя только хорошими, плохими, по их мнению, могут быть другие. Родители пестуют у малыша чувство, что им дорожат. Но вот ребенок разбивает стакан, вы шлепаете его и он решает: „Я, наверное,
плохой“. Ведь в глазах маленького ребенка вы всегда правы. Ребенок делает вывод: разбитый им стакан
бо́лее ценен, чем он сам. Разумеется, вы ударили ребенка, потому что рассердились или были не в настроении в тот момент, но ребенок далек от ваших проблем: „Раз мама ударила меня, значит, я плохой“. Вы считаете, что ребенок должен научиться не поступать так, а КАК он должен поступать, в эти моменты вам не до
объяснений. Да, он учится, однако не тому, чему вы думаете. Вот почему родителям должны посмотреть на
вещи глазами их ребенка, встать на его место и мир предстанет другим.
3. Битье лишает родителей чувства уверенности, потому что в глубине души они понимают, что
поступают неправильно, прибегая к таким методам. Эти родители начинают ощущать свое бессилие. Нередко они шлепают детей (или кричат на них) от отчаяния, поскольку не знают, как им поступить, но потом их
одолевает чувство беспомощности – когда они видят, что рукоприкладство не дает результатов.
Битье вредит взаимоотношениям родителей и детей. Это ситуация обоюдного проигрыша: родители и
ребенок отдаляются друг от друга, возникает дистанция между тем, кто бьет, и тем, кого бьют. В то время
как одни дети склонны прощать шлепки и быстро восстанавливают свое равновесие, другим трудно поверить, что о них заботится та же рука, которая бьет их. Ребенок теряет уважение к родителю и, значит, продолжает вести себя плохо, что приводит еще к большему насилию. Круг...
У меня был период, когда я вдруг осознала, что стала часто повышать на ребенка голос и даже несколько раз шлепала по попе. И меня это, мягко говоря, не порадовало, т.к. я увидела, что этим методом я добилась только того, что с каждым разом кричать и шлепать приходится все чаще. Так как именно вследствие
такого метода ребенок перестает понимать другие объяснения. Я призналась самой себе, что шлепки это
только проявление моей слабости, а вовсе не удачный метод воспитания. И кроме того, это не добавляет мира моей душе, что тоже крайне неприятно для меня самой. Значит, надо с этим что-то делать, искать другое,
свое.
4. Битье может привести к жестокости. Битье порождает гнев у родителей. Жестко обращаясь с ребенком, родители добиваются только одного – дают выход своему гневу. Но они не осознают этого. Поразмыслите над моментами (если у вас такие случаи были), которые говорят о том, что вы способны терять
контроль над собой. Не обзываете ли вы ребенка („ублюдок!“, „мерзавец!“), вынуждая его отшатнуться и подальше спрятаться от вас? Если вы, отвечая на этот вопрос, скажете „да“, это означает, что вы не способны
управлять своими эмоциями. Вам трудно справиться с собой. Поищите помощи у тех, кто в этом хорошо
разбирается.
Наказание, так часто бывает – процесс, идущий по нарастающей. Сначала вы „немножко“ побьете ребенка, потом… Где вы остановитесь? Опасность телесных наказаний в том, что вам захочется применить и
более внушительные меры: ваша ладонь может сжаться в кулак; полотенце вы со временем замените ремнем; свернутая трубочкой газета уступит место деревянной линейке... Невинные, казалось бы, вначале
шлепки поведут по нарастающей, к по-настоящему жестокому обращению с ребенком. Родители, поддавшиеся искушению шлепнуть ребенка, обречены утяжелять кару, и, главным образом потому, что не научились иным методам воздействия. Они сразу переключаются „в режим“ наказания, как только ребенок чтото „натворил“ и т.д. Лучший способ удержаться от импульса отшлепать ребенка – это выработать в себе два
убеждения: (1) мы обойдемся без рукоприкладства; (2) мы будем искать лучший выбор.
5. Битье не исправляет поведения детей. Шлепки подрывают основы хорошего поведения. Шлепки ухудшают, а не улучшают поведение ребенка. И вот почему. Вспомните о побудительной причине желательного поведения: ребенок, который считает себя хорошим, и ведет себя хорошо (см. 2). Чем больше он
бедокурит, тем больше его бьют и тем хуже он становится в своих глазах. Он чувствует себя плохим, и эта
65
внутренняя самооценка проявляется в его мстительном поведении. Получается замкнутый круг! В результате у ребенка не вырабатываются навыки самоконтроля.
Мы хотим немедленно прекратить совершаемое ребенком, и шлепок – способ достичь желаемого. Но,
может быть, важнее выработать у него внутренний контроль, то бишь мотивацию, а не внешний (т.е. стимул)? Сформировать шлепками внутренний контроль невозможно прежде всего потому, что когда ребенка
шлепают, его сознание угнетает унижение и сама тяжесть наказания, поэтому ребенок „забывает“ о причине шлепков. Ребенок может просто искренне не понимать, что же от него хотят. Ведь наказание несет информацию лишь о нежелаемом способе действия, однако ничего не говорит о желаемом. Верный ход, если
вы вообще откажетесь от шлепков. Другие методы скорее заставят ребенка задуматься о своем поведении,
но они требуют бо́льших затрат времени и душевных родительских сил. Это одна из главных причин, почему родители склонны применять шлепки: так проще.
6. Битье – это нарушение библейских заповедей. Не надо ссылаться на Библию, оправдывая
шлепки. Фразу „Пожалеешь розгу – испортишь ребенка“ (которая не обнаружена в Библии) нельзя понимать буквально. Смысл, который вкладывается в слово „розга“ – недоразумение. В словаре иврита слово
„розга“ (shebet) означает палка (указка), используемая для наказания, но также и для письма, направляющих действий, ходьбы и прочего. Да, „розгой“ можно пользоваться для нанесения ударов, но пастухи используют „розгу“ не для того, чтобы бить своих овец, а для того, чтобы направлять их на верный путь, слегка
подталкивая их и заставляя прибиться к стаду. Розги это, скорее, образ власти, чем буквальное толкование.
Именно в таком смысле „розга“ упоминается в в библейских псалмах: родители, управляйте своими детьми.
В разных частях Библии, особенно в Новом Завете, присутствует мысль о том, что уважение, ответственность и мягкость должны главенствовать в отношении к детям у верующих людей. Христос проповедует
кротость, любовь, согласие и выступает противником всякого сурового обращения с использованием розги:
„И вы, отцы, не раздражайте детей ваших“. Нигде в Библии не говорится, что вы должны бить вашего ребенка, иначе вам не стать хорошими родителями. На картине Макса Эрнста „Мадонна, бьющая младенца
Христа“ у Мадонны есть нимб, она делает это из благих намерений, а у младенца нимб падает – он теряет
свой потенциал. Об этом нельзя забывать.
7. Битье порождает страх, злость, унижение. Страх не то чувство, которое может внятно обеспечить лояльность детского поведения. Вы можете так напугать ребенка, что в результате он сразу перестанет
вести себя плохо. Вовремя данная затрещина творит чудеса: дети кажутся уступчивыми. Но это впечатление
обманчиво! Внутри они кипят от возмущения. Да, результат быстрый, но надежный ли? Страх перед болью
порождает ложь, изворотливость, хитрость. А нужно добиться сознательности! Это только кажется вам, будто шлепки могут вызвать у ребенка страх повторять нежелательные поступки, на самом деле они заставляют ребенка бояться того, кто его шлепает. Ребенок становится упрямым, а зачастую и мстительным. Он
думает о том, чтобы свести счеты со своим обидчиком, а не о том, какой урок необходимо извлечь для себя.
Дети не способны мыслить здраво, как взрослые, но им присуще врожденное чувство справедливости,
пусть даже их „нормы“ не имеют ничего общего с нормами взрослых. Именно поэтому наказание не подействует так, как вы рассчитываете, оно только разозлит ребенка. Нередко чувство несправедливости у ребенка перерастает в чувство унижения. Даже легкие шлепки по попе – это сильное унижение. Когда наказание
унизительно для детей, они либо протестуют, либо замыкаются в себе. Это оскорбляет индивидуальность,
понижает самооценку и лишает элементарного самоуважения. Ребенок – отдельный человек, пусть и незрелая, но тоже личность, у нее есть свое мнение, собственное достоинство. Что можно сформировать унижением? Правильно. Послушание. До поры-до времени. Замешанное на страхе и обиде. Вы показываете ребенку свою силу и то, что ребенок находится в полностью подчиненном положении, он слабее, не может постоять за себя, не может ничем вам ответить. Раздражение взрослых не проходит бесследно: у ребенка накапливается злость, неприятие родителя, возникает барьер между ним и ребенком.
8. Битье имеет длительные пагубные последствия. Это слишком дорогая цена за спокойствие,
имеющие отдаленные и очень неприятные перспективы. Шлепки могут оставить глубокие шрамы в душе
ребенка, покрасневшим следом на попке дело не исчерпывается. Дети все помнят, потому что любое физическое наказание – унижение и стресс – никогда не забываются! Сильные переживания сами по себе не проходят. Это не насморк. Шрамы в душе остаются и тогда, когда физические уже сошли. Даже объятие, которым вы после шлепка попробуете снять с себя вину за случившееся, не избавит его от горечи. Он будет ощущать боль от удара – и на теле, и в душе – еще долго после вашего объятия.
Переступить черту и опуститься до жестокого обращения с детьми можно и словесным наказанием.
Брань и обзывание могут повредить ребенку еще сильнее – в плане психики. Эмоциональная жестокость
всегда оправдана, это жестокость „из лучших побуждений“. В семьях, где принято меньше хвалить и больше
ругать, применять „санкции“, унижать словесно, дети более склонны к антисоциальному поведениюи эгоизму, из них вырастают агрессивные, бездушные люди. Скрываемая в душе обида, недовольство часто побуждает ребенка замкнуться.
♦ Еще из курса физики мы знаем, что при усилении давления возрастает и сопротивление. Вместо вразумления ваших „стимулов“, получите протест. Вам нравится, когда вам бьют в морду? Вам бы понравилось,
если кто-нибудь заставлял вас что-нибудь сделать при помощи пинка под зад? Да мы бы такое не стерпели!
А малыш маленький – ответить не может и подчиняется, но при этом ломается. Могу смело предположить,
что его чувства – смесь обиды, непонимания и недоумения, нанесенной человеком, на любовь которого он
рассчитывал. За ЧТО??..
♦ Быть авторитетом для ребенка – это значит, пользоваться его доверием и уважением. У меня большие
сомнения, что авторитет может строиться страхом наказания. Это не вы авторитет. Это ремень в вашей руке
„авторитет“. А без ремня – вы никто. И ребенок, кстати, это понимает. И сделает выводы... на потом. Родитель поднимает руку, когда не может „достучаться“ до ребенка. Когда утерян контакт. Вроде вас слушают,
66
только не слышат. Наказания создают дистанцию между родителем и ребенком – он растет в страхе, замыкается в себе и перестает вам доверять. Вы сами способны любить человека, который унижает вас, чуть что
– бьет в морду? Нет? Так и от ребенка этого не ждите. Если ваши действия не способствует улучшению ваших отношений с ребенком, не порождают в нем чувство, что вы справедливы и последовательны, ребенок
вряд ли будет придерживаться ваших границ.
♦ При наказании внутренний контроль (самоконтроль) ребенка за своим поведением подменяется
контролем взрослого, следовательно, ребенок становится зависимым от него. Когда он ведет себя так, как
считает необходимым, он учится отвечать за свои поступки сам. Наказание, наоборот, не влияет и не может
влиять на его способность отвечать за свои поступки в принципе. Ребенок учится только скрывать свои
ошибки, бояться родителей, а не отвечать за свои поступки. Провинившийся ребенок старается выйти сухим из воды. Все запретное он будет делать тайно.
♦ Наказание делает ребенка недоверчивым. У него появляется чувство униженности, неравенства, зависимости. И ребенок начинает обманывать. Недоверие к взрослым – первая причина лжи. Ребенок обманывает, потому что боится, что его накажут (дабы не получить, буду тщательнее скрывать). Кроме того, моделируется поведение в зависимости от обстоятельств. А обстоятельства дело изменчивое. Дети учатся врать,
подстраиваться под наши, порой неадекватные требования.
♦ Последствия „легких“ шлепков – это не только невроз у ребенка. Это повышенная тревожность (особенно, если угрожают часто), повышенная агрессивность (дети всех лупят, считая это нормой), нарушение
контактов (ребенок не понимает, пока не шлепнут). Это поведение, продиктованное чувством страха, вера в
то, что действовать с позиции силы – единственный способ добиться желаемого.
♦ Наказание замедляет эмоциональное и интеллектуальное развитие, и таким образом препятствует обучению. Мозги ребенка заняты, как избежать наказания, а не „высшей математикой“. Наказание снижает
любознательность (не буду лазить никуда, а то получу).
♦ Ну а главное, разве наказаниями можно дать понятие о нравственном законе? Да и вообще, нравственность демонстрируют, а не вбивают. Как вы думаете? Наказывать детей и при этом ожидать от них собственных моральных принципов, мягко говоря, наивно. Вместе с „дурью“ наказание выбивает главные человеческие регуляторы поведения: совесть, добро, сочувствие.
***
Физическое наказание ломает личность – и в результате вам просто становится не с кем вести диалог.
У ребенка не будет ресурсов, из которых он может строить свое поведение, таких ресурсов, которые дадут
возможность ему духовно расти. Родитель берется за ремень в ситуации, когда он не может изменить себя,
когда он не может найти в себе ресурс для помощи ребенку.
Представьте, что перед вами не ребенок, а взрослый человек. Если вы с ним не согласны или он делает то, что вам кажется неправильным, стали бы вы его наказывать? Даже если в ярости? В подавляющем
большинстве случаев, нет. А ребенка вы бьете, потому что ответить не может? Взрослого вы боитесь, вдруг
покалечит? А ребенка – нет. Почему мужей не наказывают, соседей, начальство и продавщиц в магазине? А
позволяют себе ударить своего родного, самого близкого человека? Вы наказываете тех, чье поведение вам
не по нраву или только тех, кто не в состоянии вам сопротивляться?
Проницательные, думающие родители никогда не наказывают своих детей, не повышают голоса. Никогда не услышите в их семьях окриков, одергивания и ругательств. Мама всегда рядом, мама все объясняет, все разрешает и одновременно оберегая. Объясняет и поправляет. При этом неодобрение мамы – это
худшее наказание. Мама показывает пример, как вежливо разговаривать, вежливо попросить и приветствовать. Первые слова и навыки общения маленький ребенок слышит в семье и с малых лет воспринимает
предельно вежливое и доброжелательное отношение к окружающим.
Маленького ребенка бесполезно и пагубно ругать и наказывать до 7 лет. Он открыт миру, он познает
все, что его окружает. Он должен все попробовать, потрогать, подвигать и потеребить. Он познает мир, везде лезет и это нормально. Значит, ребенок здоров и хорошо развивается. В его понимании нет ничего плохого и запретного. Ему еще незнакома мораль, законы этики и эстетики. Для него без разницы: играть игрушками или топить пуговицы в тазике с вермишелью. Наказывая его, можно отбить у него желание что-то
делать, верить в свои силы и способности и воспитать лентяя и неудачника вместо успешного человека и
„достигатора“. Ведь самые успешные люди – те, кто постоянно ищет новые возможности и уверен, что многое может. Если бы Томаса Эдисона в детстве наказывали за все подряд, мир до сих пор мог бы жить без
электричества. Лучше папе с мамой чуть побольше потрудиться, убрать из поля зрения опасные предметы и
лекарства, поставить защиту на розетки и позволить ребенку быть самим собой.
Ребенок вырастет в уверенности, что родители его любят, а это залог его психического здоровья. Наказание, особенно в раннем возрасте, ребенком воспринимается как нелюбовь к нему и унижение, а тех результатов, на которые рассчитывают родители, оно не дает. Ребенок, которого не наказывают, а которому
обьясняют тридцать девять раз, как делать нельзя, а как нужно, вырастает хорошим, добрым, уверенным в
себе человеком, знающим свои права и обязанности, лишенным потребности в агрессии. Такой ребенок вырастает человеком, требующим к себе уважения и сам уважающий других. Практика это доказывает.
Насилие применяют тогда, когда надо у человека что-то отнять, а отнимать-то уже нечего. Например,
если ты даешь человеку нежность, заботу, а хочешь его „наказать“ – то лишаешь нежности, становишься холодным. Если даешь внимание, то наказываешь игнором. А если ничего не даешь, но наказать очень хочется – то наказываешь лишением телесной безопасности. Вот и бьют родители детей, мужья – жен. Бойтесь
следующего шага. Когда вам уже станет все равно, что вас бьют, у вас не останется ничего, что бы можно было отнять, кроме жизни. Которую, разумеется, они вам дали. Родители, которые унижают своих детей, этим
самым полностью получают эту „плату за жизнь“, и дети им после этого уже ничего не должны.
67
5. Что нужно знать при подготовке ребенка к школе.
Наша конечная цель как родителей – чтобы дети могли жить без нас. Это долгий процесс, мы постепенно передаем им ответственность за свою жизнь. Парадокс процесса развития заключается в том, что когда
мы даем детям зависеть от нас, щедро им помогаем, им самим хочется брать руль в свои руки. А когда мы
преждевременно выталкиваем их из гнезда, они в него вцепляются. Это известный психологический эффект – лимитирование. Иногда им пользуются маркетологи, чтобы вызвать у нас ощущение, что товар заканчивается, тогда нам непременно хочется его купить, чтобы не упустить. А если мы будем знать, что его
будет достаточно и завтра, и через неделю, не будет такой озабоченности этим вопросом. Это к вопросу о
принуждении при подготовке ребенка к школе (и не только). Наше горячее желание побыстрее „продать
товар“ (т.е. научить свое чадо „чему-нибудь и как-нибудь“) наталкивается на детское равнодушие и даже
сопротивление. Не „покупают“ они его!
Да, но как найти эту золотую середину между – чтобы не оттолкнуть ребенка и чему-то его научить?
Что может помочь нам думать в правильном направлении? Заботиться о ребенке (брать на себя ответственность, в том числе и за его мышление) без его на то согласия – порождать дальнейшие проблемы. Середину мы можем увидеть на границе гиперопеки и нормального взаимодействия: при гиперопеке мы не
даем ребенку делать самому то, что он уже может и просит сделать сам. Или даем, но постоянно советуем,
критикуем, подсказываем без запроса, оцениваем. Если навязывать свои желания, знания, ценности и опыт
детям даже из самых лучших побуждений, у них убивается собственная инициатива. Если же помогать советами, но только тогда, когда дети просят нас об этом, то это совсем другое дело. Неважно, умеет ли он
уже сам ходить/есть/читать – если в данный момент ребенок просит, значит, это ему нужно. И нужно помочь, причем сделать это нужно щедро и от души. Ведь иногда это не просьба сама по себе о чем-то конкретном, а приглашение к совместной деятельности, к времени вместе. Его важно проводить и просто так, без
особой цели. Со взрослыми, которые уделяют ребенку внимание, создают спокойную, а не нервную обстановку, он учится легко и с удовольствием. Обучение идет незаметно в этом приятном общении.
Три способа предложить знания ребенку:
1. Ребенок прибегает к маме и спрашивает: „Мама, а почему небо голубое?“. У ребенка возник запрос,
потребность в новом знании, и он прибежал к маме ее удовлетворять (+).
2. Мама (уловив момент, когда ребенок не занят или крутится около нее без дела) спрашивает: „Хочешь
опять поиграть в сказку с буквами?“. Или предлагая: „Давай-ка я расскажу тебе басню „про ворону“,
ждет кивка (+).
3. Мама присаживается к ребенку и предлагает: „А теперь давай мы с тобой позанимаемся“. Никакого
исходного запроса от ребенка не было, он вообще мирно играл, инициатором занятия была мама с очередной порцией знаний (–).
***
Учеба – это труд. Маленькие дети не способны постичь идею труда и действовать целеноправленно,
чем-то жертвовать, отказываясь от удовольствия. С этим не соглашаются родители, их выводит из себя детская недальновидность, отсутствие мотивации, настойчивости и склонность легко сдаваться, когда становится трудно. И интересный вопрос возникает: „Когда ребенок готов к труду?“. Ответ – когда мозг достаточно развит. При нормальном развитии это обычно происходит между 5 и 7 годами. Когда ребенок способен на смешивание чувства и мысли, у него появляется контроль над импульсами, требующими терпения и
концентрации внимания. Иными словами, ключом к успехам в учебе является зрелость, а не раннее обучение. Когда мы вынуждаем детей учиться слишком рано, это приводит к обратному результату.
Лучшая подготовка к школе – это не занятия, а свободная игра. В этом возрасте есть смысл сосредоточиться на обучении через игру вместо инструкций и занятий. Элемент развлечения можно добавлять в любое занятие, которое может быть истолковано как труд. Например, в уборку игрушек, приучение
к горшку, гигиену или изучение цифр и букв. Финские дети получают образование через игру (в Испании
тоже так), а формальное образование там вводится после 6 лет. Нет ни одного доказательства, что чтение с
5 лет ведет к большему успеху в учебе. Более того, слишком раннее обучение может негативно повлиять на
настрой и мотивацию ребенка к учебе. Чтение в 5 лет может восприниматься ребенком как принуждение.
Контроль и влияние на процесс обучения лишь укрепят в ребенке стремление дистанцироваться от учебы.
Мы можем помочь маленьким детям раскрыть свой потенциал в учебе, однако это возможно только через
игру, а не за ее счет. Вряд ли в этом случае заметите у них усталость и раздражение от занятий. Вопрос в
том, какие это должны быть „занятия“?
Сегодня прогрессивные мамы гонятся за ранним развитием, озабочены тем, что ребенка надо развивать прямо таки с рождения. А как же! Ведь „после трех уже поздно“. Современная жизнь подливает масла
в огонь, не отставая в своих требованиях. Вот и боятся родители отстать от этого темпа. Произошла подмена
понятий. То, что предлагается под видом „развития“, на самом деле является „обучением“. Смешивая „раннее развитие“ с „ранним обучением“, некоторые родители доводят идею до абсурда. Жить и развивать – это
одно, а превращать жизнь ребенка в череду занятий – это другое.
Меня так и подзуживает спросить: „А каким эти мамы хотят видеть своего ребенка в подростковом
возрасте?“. Ведь большинство из развивающих методик для малышей не развивают креативные способности, не стимулируют творчество, не учат учиться, не прививают любовь к познанию. Нет ни одной методики, которая бы развивала привязанность, сердечные отношения, любознательность, спонтанное творчество,
68
жажду познания, стойкость при столкновения с трудностями на этом пути. Лишь только память, внимание,
мышление, скорость мыслительных операций, силу мышц, зрительное, слуховое, тактильное восприятие. А
кому что важнее, каждый родитель сам выбирает для себя и своих детей.
Почему в первом классе одни дети „тянут“ программу, а другие – нет. Известно, что основные
знания человек приобретает до 5 лет, поэтому чем раньше ребенок начнет активно развиваться, тем лучше
для него. Раннее развитие – фундамент интеллекта. Способность развиваться наиболее сильна у ребенка
именно ДО и в этом возрасте, далее – она падает. Память ребенка в этом возрасте как губка, которая впитывает информацию, и чем больше ее, тем лучше. Гены-генами, но и родители своим действием или бездействием влияют на мышление (и не только) малыша.
Все родительские ошибки проявляются в первом классе. Часто родители, сами инфантильные, не подозревают, что если их ребенок в первом классе „не тянет“, значит, они не готовили его к школе или „готовили“, но ТАК, что напрочь отбили у него желание овладевать какими-либо знаниями. Конечно, во всех бедах
они винят ребенка, а не себя. Они „вдруг прозревают“ и начинают „усиленно заниматься“ с ребенком. Хотя сами так учились, но хотят, чтобы их дети были лучше их, успешнее. Родители хотят видеть в детях то, к
чему стремились сами. Через детей исправить свои промахи и неудачи и осуществить мечту. Но – „дорога
ложка к обеду“...
Если ребенок учится хорошо, единственное, что мы должны делать, – интересоваться его успехами,
сдержанно хвалить. Если же учится плохо – надо помочь ему. Не заставлять, возмущаться или наказывать,
а помочь. Учить ребенка письму, чтению и арифметике – дело трудное, оно требует терпения и благожелательности. И если мы не можем пересилить себя, если срываемся, лучше оставить ребенка в покое, не помогать ему вовсе, потому что не так страшны двойка и все плохие отметки, вместе взятые, как эти ссоры, брань
и крик. Только наша заинтересованность и надежда непременно поправят дело. Если сохранится чувство
уверенности в себе – все будет в порядке.
Проблема №1. Из двух главных потребностей каждого ребенка – потребности в безопасности и в развитии – для нас, родителей, важнее первая, а для ребенка – вторая. Мы оберегаем его: обуздать, укротить,
остановить, запретить! Самый тяжелый возраст – от года до двух, когда ребенок начинает ходить. Всюду лезет, все тянет, все ломает. Но ведь вы спрашивали: как развить мышление? Вот так, дайте ему ходить, смотреть, тянуть. Да, и в рот. А как иначе узнать вкус? Кричит и не перестает делать то, что нельзя? Это потому,
что интеллект жаждет пищи, как год назад его желудок просил молока. Нельзя не кормить новорожденного
– он умрет, нельзя отнять питание у мозга годовалого ребенка – он зачахнет, нельзя недодать ласки его душе – вырастет животное. Природой ребенку дано врожденное любопытство, а родители его часто убивают
для своего удобства: „Не бери, не делай ЭТО, не лезь, не приставай!“. Когда он протягивает руку, чтобы это
любопытство удовлетворить, его атакуют командами „нельзя“, а он не понимает: почему? Но побочный эффект убитой любознательности – гарантированное равнодушие к учебе.
Неужто, у кого-то еще есть иллюзия, что есть дети, которые спокойны весь день, едят и спят много, играют не разливая и не раскидывая? Я, слава богу, таких не встречала. Хотя нет... мальчик с аутизмом. Представьте, что вы – педагогический гений и воспитали образцового ребенка: тихого, всегда уважительного, который никогда не бунтует и делает все, что взрослые от него хотят. Он высокоморален, совестлив и аккуратен, никогда никого не обманывает. „Образцовый“ ребенок – не счастливый ребенок. Это ребенок под маской, а внутри у него серьезные эмоциональные проблемы. Если ребенок беспрекословно слушается (читай
– подчиняется), кушает все, что дают, баиньки – бегом по первому клику, на улице не вылезает за пределы
песочницы, а дома чинно играет кубиками, не доставляя родителям никаких хлопот – звоночек, что надо к
доктору, что-то тут не так: дите должен шалить и периодически не слушаться. Иначе как личность-то вырастет?..
О детском внимании. В раннем возрасте (от 4 до 6-7 лет) у ребенка непроизвольное запоминание
очень развито. Оно на порядок выше, чем произвольное. Программа запечатлевания речи + распознавания
образов вообще начинает работать на бессознательном уровне с рождения. И это надо использовать.
Требовать от детей что-то запомнить бесполезно: они просто физиологически не могут этого сделать! С
чего начинается первый класс? „Сели ровно, руки на парту, не крутитесь, слушайте учителя“. То есть ребенку предельно выключают систему непроизвольного внимания и включают систему внимания произвольного, которая у него в силу возраста очень слабо развита. Если попросить нас взлететь хотя бы на пару
сантиметров, это, наверное, будет равнозначно тому, что учитель требует от ребенка. Непроизвольное внимание возникает само собой, без усилий, т.е. „запоминание“ (запечатлевание) происходит само по себе, автоматически. Произвольное внимание требует определенных волевых усилий, ребенок не может сознательно управлять этим процессом, сколько его ни проси. Это происходит только в школьном возрасте, в 7 лет и
старше. Чем лучше развита речь у ребенка, тем раньше формируется произвольное внимание.
Разница между „запоминать“ и „заучивать“ кажется незначительной, но она огромна! Способность к „запоминанию“ у ребенка с самого рождения, но вот „заучивать“ что-либо, т.е. настраивать себя на соответствующий лад, он сможет… Стул рядом? К десяти годам. Это тот возраст, когда мозг ребенка созревает настолько, чтобы реализовывать то, что гордо именуется „произвольным вниманием“. До этого мозг в соответствующую „позицию“ не встает, как ты его ни заставляй. Если заинтересовался – запомнит, не заинтересовался – до свидания. Когда с дошкольниками ТАК занимаются (сидя за партой), всякий интерес к познанию
теряется. Поэтому не просить детей запоминать нужно, а в игры его включать и в другие самые разные виды деятельности. Хорошо запечатлевается все то, что вызвало яркие эмоции. Забывается то, что оставляет
равнодушным.
Готовность ребенка к школе выражается не в его умении читать и писать, а в том сформирована ли у него учебная мотивация? Часто к учебной она не имеет никакого отношения. Важны не умения ребенка сами
по себе, а уровень его познавательной активности. Ваш ребенок любознателен? Интересно ли ему изучать
69
новое? Увлекается ли он каким-то делом? Если вы ответите „да“, – читать, писать и считать он научится
естественным образом, проявляя интерес к новому. И это будет осмысленным следствием естественного
развития, а не механическим запоминанием букв и цифр, которые дети повторяют в 3 года и забывают, как
только с ними перестают заниматься.
Ребенок будет хорошо развит, если мама (и папа):
• пройдут непростое испытание. Потому что корни интереса к миру и продуктивной активности лежат в
таких чертах, которые в детях могут быть не самыми комфортными для них. В первую очередь, это любопытство, шаловливость, фантазия и стремление все превращать в игру. От этого родители могут сильно уставать: тяга к экспериментам со всем подряд опасна и разорительна. Любопытство приводит к бесконечным
„почему“, а вопросами можно из взрослого человека просто душу вынуть. Проказы кажутся веселыми только если вы в них участвуете как инициатор, а все время играть просто невозможно – ни фантазия, ни нервы,
ни распорядок дня этого не выдерживают. Но все же именно эти вещи делают ребенка развитым, а в будущем – успешным человеком.
• внушают слово „надо“. У ребенка должны быть обязанности и первые его обязанности – выполнение
режимных моментов. Волевое развитие поможет ему управлять своим поведением, принять систему школьных требований. Ведь школа будет учить его не только формулам и правилам правописания. А дисциплине,
терпению и умению заниматься тем, что не всегда нравится или хочется делать. Это один из ключевых навыков успешных людей, но именно это приводит к успеху.
• одобряют уход за собой (сам оденься, почисти зубы и т.д). Это и есть умение управлять собой и самостоятельность. Помощь семье. Убрать за собой тарелку, помочь накрыть на стол, покормить кота и т.д. Если
у ребенка сформирована воля, он, что называется, „недостающее попой возьмет“. А ребенок натасканный,
но без воли, через полгода в классе станет неуспешным.
• ребенком „занимаются“. Что это значит? Есть упражнение, которое называется время, проведенное
„просто так“. Когда 30 минут или более в день без телевизора, без планшета полностью уделяем внимание
ребенку. Слушаем его без критики и оценок, задаем вопросы. Интересуемся, как прошел его день, чем занимался в детском саду, как дела у его друзей. Можно сказать: „ Давай и я тебе расскажу! Сегодня я...“. Это
время, когда мы можем, как бы между прочим, вклинить буквенный или арифметический элемент.
• приветствуют желание помогать, а не: „Я лучше сам(а)“. Создают развивающую среду. Дают играть посудой, мыть пол, играть с водой, крупами, просят достать продукты или положить их в холодильник, загрузить белье в стиральную машину, читают книжки, в магазине изучают овощи-фрукты, посещают зоопарк,
знакомят с природой и др.
• поощряют любознательность, понимая, что это одна из основ разума. Заинтересовался малыш муравьем – мама не спешит, постоит рядом, расскажет про насекомое. Когда ребенка не одергивают на каждом шагу: „Ты еще слишком мал, чтобы...“ – он активнее познает мир, проявляет больше любознательности. Следовательно, он быстрее развивается и имеет фору перед своими сверстниками.
• знают о потребности ребенка „хочу все знать“ и содействуют тому, чтобы ребенок изучал как можно
больше вещей и предметов. Не заматывают веревкой дверки на шкафах. Безопасность – да. Но можно ВСЕ
трогать, (но потом мыть руки); разливать воду (переливать из одной чашки в другую), рассыпать крупу (на
улице кормить птичек и др.), рвать бумаги (изучать процесс со старыми газетами); лезть в розетки (купить +
выключатель); гладить утюгом (на полу, контроль, нагрев минимальный).
• дают возможность вести „научно-познавательную“ деятельность. Малыш ломает игрушки, отрезает
волосы у куклы, разбивает тарелки – это не проявление „дурного характера“, а способ познания мира. Этому нужно порадоваться: ребенок по натуре исследователь. А потраченные на „исследования“ деньги не надо
жалеть – они ведь все равно пошли ему на пользу. Ходить по лужам приветствуется, валяться в луже тоже. Я
исхожу, в первую очередь, из того понимания, что ребенок изучает мир, и он (ребенок) не идеален. Такими
были и мы в детстве.
• повышают свою педагогическую компетентность. Читают литературу, и в случае необходимости обращаются за консультацией психолога.
• создают в семье атмосферу заботы и доверия в отношениях и считают, что такой путь формирования
качеств более важен (хотя и сложен), чем путь „вдалбливания“ знаний. Но именно эти качества делают ребенка успешным не только в школе, но и в жизни. Главное – это движение души, а не интеллектуальные
головоломки и не подтягивание на турнике. Давайте развивать в нем человечность.
Заключение.
Воспитание – это терапия для родителей. Процесс воспитания ребенка выявляет все лучшее и все худшее в самих родителях. Они сами встают перед необходимостью поступать как примерные взрослые люди,
какими они и хотят вырастить своих детей. Значит, воспитывая своего ребенка, вы одновременно воспитываете себя. Для того, чтобы исправить поведение ребенка, вы должны сами исправиться. Дисциплинируя
ребенка, вы дисциплинируете самих себя. Проблемы вашего прошлого могут отражаться на ваших способностях как воспитателя. Если вас в детстве плохо воспитывали, есть риск, что вы передадите свои проблемы
„по наследству“. Стремление быть хорошим воспитателем заставляет вас исправлять все нездоровое в самих
себе. Не только родители развивают ребенка, но и ребенок развивает своих родителей. „Воспитание детей
есть только самосовершенствование, которому никто не помогает столько, как дети“ .
Все дети разные, и большинство из них, скорее, хорошие. И тем не менее наше предвзятое отношение
определяет, считаем мы ребенка другом или недругом. Многое, если не все, зависит от способа мышления.
Кому-то свойственно всех подозревать изначально в дурных намерениях, а кому-то, наоборот, хочется ве70
рить в доброе и светлое. Одни люди убеждены, что дети – нежные, утонченные, беспомощные, любящие и
невинные создания, что наша забота и внимание нужны им для того, чтобы вырасти и стать замечательными взрослыми людьми. Другие считают детей эгоистичными, испорченными, злобными, жестокими и расчетливыми манипуляторами и полагают, что лишь заставляя ребенка подчиняться нашей воле лишь с помощью жесткой дисциплины, можно удержать его от греха и вырастить из него стоящего человека. Только
вот что-то мне подсказывает, что дети „платят“ нам той же монетой, оправдывая либо наше доверие, либо
опасения и ожидания от них „бяки“.
Ребенок – это другая жизнь. Он рожден не копией меня, он не мой двойник. У него все другое: боль, радость, желания, и каждую минуту мы будем ощущать это. Если вы хотите вырастить успешными своих детей, то оставьте их в покое и займитесь своей жизнью. Очень много решений и выборов родители делают
вместо детей. И под благовидными предлогами стараются контролировать все их дела, они становятся обслуживающим персоналом для ребенка. Эти родители верят, что таким образом делают детей счастливыми,
обеспечивая им самое лучшее детство. Хочется сказать им – оставьте детей в покое, займитесь собой. Потому что вы портите своим детям жизнь. Многие родители объясняют свое такое поведение желанием, чтобы
их дети выросли успешными, обеспеченными, имели возможности выбора в жизни и т.д. Но проблема в
том, что мы не можем прожить за детей их жизнь и не можем уберечь их от ошибок. Свои ошибки они все
равно должны будут сделать сами. А если мы пытаемся их излишне страховать, то лишаем их возможности
получить свой собственный опыт, не даем им взрослеть. Мы делаем их безынициативными, инфантильными, они не знают чего хотят, не имеют своего мнения и жизненной позиции. Как у ребенка возникнет и
сформируется ответственность, если значимые решения для него принимаем МЫ?
Маленькие дети растят взрослых. Дети в какой-то степени воспитывают нас. Они меняют наши
взгляды, заставляют делать ради них такое, что мы никогда не сделали бы ради себя, учат смотреть на мир
их глазами. Способны мы понять это? Способны „начать учиться, чтобы учить“, заново пережить свое
детство? Способны ли мы воспринять урок, который преподают нам наши дети, а именно: мы должны выступать перед ними не как воспитатели, а просто как обычные люди?
Дети не против, чтобы их учили, но они не терпят принуждения, командного тона. Вы делаете детям замечания на каждом шагу, а сами любите выслушивать замечания? Не любите? Тогда воздержитесь от придирок. Воспитывать детей, не воспитываясь самим, невозможно. У нас нет другого пути выращивания (намеренно не говорю воспитания) хороших детей, кроме одного: перевоспитываться самим. Каждый раз, когда мы замечаем какой-то недостаток в характере или в поведении сына, стоит задуматься: чей это недостаток? Сына или ваш? Задуматься, чтобы направить воспитательные усилия по адресу. Мы строги к детям и
снисходительны к себе.
Быть может, мы не хотим взрослеть, не хотим знать о своих несовершенствах и замечать свою незрелость, но все это приходит к нам, когда мы воспитываем ребенка. Быть родителем – это нечто большее, чем
список того, что мы делаем, это то, кем мы являемся для наших детей и кем становимся из любви к ним. Дети могут вызывать в нас такие эмоции, о которых мы даже не подозреваем. Оказывается, у нас, как и у нашего ребенка, бывают истерики, мы застреваем в сопротивлении и очень хотим командовать. Словно зеркала
нашей незрелости, дети обнаруживают наши слабые места и заново знакомят нас с самим собой.
Для жизни, для поддержания духа нам нужна наша собственная любовь к детям, без нее детей не поднять. Нелюбимые дети становятся невыносимо надоедливыми – как, впрочем, и нелюбимые мужчины и,
наверное, женщины. Но для воспитания нам надо, чтобы дети тоже любили нас. Но как вызвать в ребенке
это драгоценное чувство, как развить важнейшую душевную способность – способность любить? Вот где нужен был бы рецепт или хотя бы дельный совет! Размышляя о воспитании детей, постепенно добираешься
до этого ядра педагогики и останавливаешься в недоумении. Спорят о происхождении жизни на Земле, о
том, самозарождается она или занесена из других миров... Но вторая, аналогичная по таинственности и по
важности, тайна почти никого не интересует – тайна зарождения любви в человеческом сердце, в детском
сердце. Одно я могу сказать: любовь рождается от радости. Радуйте ребенка, радуйтесь вместе с ним – и он
научится любить. Недаром ведь в сказке о царевне Несмеяне отец безрадостной девушки, которая никого не
любила, готов был полцарства отдать тому, кто обрадует его дочь. В конечном счете, самое-самое в воспитании – это детская радость.
Наверное, самая великая добродетель, к которой мы можем стремиться, – это стать уравновешенной
личностью. Забота о детях порождает необходимость самообладания, терпения, участия, способности прощать. Это один из жизненных парадоксов: когда мы растим маленьких детей, они дают толчок тому же самому процессу внутри нас. Только наша любовь к ребенку способна подтолкнуть нас к тому, чтобы понять,
что нам делать с нашими эмоциями, когда мы встречаемся с эмоциями ребенка. Ирония заключается в том,
что чем более эмоционально зрелыми мы будем становиться, тем яснее мы будем видеть все, в чем мы не
дотягиваем и с чем не справляемся.
Дети не должны себя хорошо вести, чтобы быть любимыми, они должны быть любимы независимо от
поведения. Пожалуй, самое важное в воспитании – это стремление стать великодушным родителем. Для
этого нам нужно не ставить приглашение к отношениям в зависимости от того, соответствует ли ребенок нашим критериям. Это означает, что когда ему не удается угодить нам или он не оправдывает наших надежд,
мы все равно показываем ему свое желание быть вместе. Быть великодушным родителем – дать ребенку понять, что никакие его поступки не заберут у него любовь родителей, это и есть то, что мы называем „безусловно любить ребенка“. Так наши отношения становятся для него колыбелью, в которой он может играть, расти и развиваться.
Внешний мир не направит нас в родительстве, если мы не прислушиваемся к собственному сердцу и
разуму. Не инструкции нам нужны, мы сами являемся ответом на нужды ребенка. В вопросах любви и заботы трудиться должны родители – не ребенок. В неудаче воспитания несчастные родители склонны винить
71
не себя, а мужа (жену), тещу (свекровь), детсад, школу, систему и Вселенную. Удивительная история: самые
умные люди глупеют на глазах, лишь только речь заходит о воспитании детей. Но гораздо важнее другое.
Гораздо важнее не считать себя святым. Многим людям это дается с большим трудом или вообще не дается.
Если сформулировать общую причину неудач в воспитании, можно было бы сказать так: несовершенные,
мы пытаемся вырастить совершенных детей. А это невозможно. Невозможно воспитать святого, если сам не
святой. Святых не воспитывают, святыми становятся. И чем упорнее мы в наших упорных стремлениях и
стараниях, тем хуже получается результат. Чем сильнее наше желание воспитать ребенка, тем слабее наши
воспитательные возможности, и мы губим детей. Но разве не должны мы стараться, чтобы ребенок был лучше? Не должны. Нам не дано знать, что лучше и что хуже, мы не боги, мы не святые. Особенно если кажемся себе святым.
Ранние годы – волшебные. Но мы рискуем утратить чистоту, красоту и невинность этого возраста: волшебство, в которое верят маленькие дети, их прямоту жизни одной эмоцией и мыслью в каждый момент
времени. Внутренний мир ребенка больше никогда не будет таким тихим и спокойным. Раннее детство –
особое время, полное импульсивного и эгоистичного поведения, которе приносит вместе с собой и радость,
и печаль. Маленькие дети имеют право быть незрелыми, а нам хорошо бы направить свою энергию на размышления о том, как создать им безопасные условия, как позволить им играть, обеспечивая рамки, и как
создать им цветущий „сад“ отношений, в котором они могут расти и развиваться. Благодаря своему свежему
взгляду, они открывают нам то, к чему мы уже привыкли или то, что не замечали. Простые вещи становятся
приятнее и притягательнее – от встречи с божьей коровкой до восхитительного вкуса мороженого. Маленькие дети живут мгновением, и если мы за ними последуем, они возьмут с собой и нас. Если бы не было этих
чудесных гостей на земле – детей, то мир погиб бы не от старости, нет, еще прежде – от бездуховности
своей...

khrnko@mail.ru
октябрь 2017 г.
72
Автор
sneg1917
Документ
Категория
Педагогика
Просмотров
25
Размер файла
1 370 Кб
Теги
дети воспитание
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа