close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Наименования посуды и кухонной утвари в воронежских говорах

код для вставкиСкачать
ФИО соискателя: Гончарова Лариса Ивановна Шифр научной специальности: 10.02.01 - русский язык Шифр диссертационного совета: Д 212.038.07 Название организации: Воронежский государственный университет Адрес организации: 394006, г.Воронеж, Университетс
На правах рукописи
Гончарова Лариса Ивановна
НАИМЕНОВАНИЯ ПОСУДЫ И КУХОННОЙ УТВАРИ В
ВОРОНЕЖСКИХ ГОВОРАХ
Специальность 10.02.01 – русский язык
Автореферат
диссертации на соискание учѐной степени
кандидата филологических наук
Воронеж 2012
Работа выполнена в Воронежском государственном университете
Научный руководитель:
Ковалев Геннадий Филиппович,
доктор филологических наук, профессор
Официальные оппоненты: Данькова Татьяна Николаевна,
доктор филологических наук, доцент,
Воронежский государственный аграрный университет,
доцент кафедры истории Отечества и философии
Кривова Надежда Ивановна,
кандидат филологических наук, доцент,
Воронежский государственный педагогический
университет, доцент кафедры русского языка, современной русской и зарубежной литературы
Ведущая организация:
Борисоглебский государственный педагогический
институт
Защита состоится 29 марта 2012 г. в 15.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.038.07 при Воронежском государственном университете
по адресу: Россия, 394006, г. Воронеж, пл. Ленина, 10, ауд. 85.
С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке Воронежского государственного университета.
Автореферат разослан 27 февраля 2012 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
Н.М. Вахтель
2
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Важным источником информации о повседневной деятельности человека
являются посуда и кухонная утварь, которые, как неотъемлемая часть материальной культуры человечества, с давних пор привлекали внимание многих исследователей. Некоторые сведения об ассортименте посуды и кухонной утвари
непосредственно Воронежского края, а также об их наименованиях находим в
работах историков-краеведов XIX-XX века: М.А. Дикарева, Ф. Железнова,
Д.К. Зеленина,
П.В. Малыхина,
Ф.И. Поликарпова,
А.М. Путинцева,
А.В. Селиванова, И.П. Тарадина, Г.Г. Ткачѐва и др.
Серьѐзный научный вклад внесли работы Г.В. Судакова, в частности, по
истории наименований предметов быта, посуды и кухонной утвари, специфике
их функционирования в памятниках письменности. Особого внимания в плане
фиксации и анализа воронежских лексем заслуживают труды Н.П. Гринковой,
В.И. Хитровой, В.И. Собинниковой, В.И. Дьяковой. Предметно-бытовой лексике в украинских говорах Воронежской области уделила внимание Т.Е. Воронина.
Актуальность работы обусловлена тем, что исследуемая лексика (наименования посуды и кухонной утвари) зачастую носит архаичный, то есть уходящий характер, связано это с историческими и социальными изменениями в
жизни русского села, с коренной перестройкой быта и традиций крестьян. Поэтому значительный по объѐму накопленный материал наименований посуды и
кухонной утвари в воронежских говорах представляет немалую ценность для
диалектологии, фольклористики и этнографии.
Цель исследования: определение путѐм комплексного анализа специфики
системно-структурной организации тематических групп (ТГ) «Наименования
посуды» и «Наименования кухонной утвари» в воронежских говорах, а также
выявление особенностей материальной культуры населения исследуемого региона, отраженных в лексической системе.
Намеченная цель предполагает решение следующих задач:
1) выявить массив слов, обозначающих «наименования посуды» и «наиме3
нования кухонной утвари» в воронежских говорах;
2) классифицировать лексемы исследуемых групп лексики в соответствии
с функциями в быту посуды и кухонной утвари;
3) описать изучаемые наименования с точки зрения семантики, определить
полный объѐм значений данных групп лексики;
4) сопоставить диалектные слова исследуемых ТГ со словами литературного языка в количественном и качественном отношениях;
5) выявить мотивировочные признаки, способы номинации, показать своеобразие деривационных средств в воронежских говорах, обратиться к этимологии немотивированных слов;
6) выделить слова с общеславянским корнем, а также лексемы, заимствованные из других языков; выяснить связь отдельных наименований с лексикой
других русских говоров, а также с лексикой других славянских языков (в особенности, исходя из специфики региона, – украинского языка); отграничить
слова узколокального характера.
Объектом исследования стали наименования посуды и кухонной утвари,
представленные в русских говорах Воронежской области.
Предмет исследования – система номинационных, деривационных и других компонентов, организующих данные тематические группы.
Источниками материала послужили:
1) Картотека Словаря воронежских говоров, хранящаяся в Лаборатории
воронежского лингвокраеведения им. В.И.Собинниковой при кафедре славянской филологии ВГУ;
2) воронежские памятники письменности XVII-XVIII вв. в обработке
Н.К. Соколовой, В.И. Хитровой, В.И. Собинниковой и В.И. Дьяковой;
3) печатные источники: монографии, диссертации и статьи (особенно в
сборнике «Материалы по русско-славянскому языкознанию», Воронеж, вып.
1-30-), посвящѐнные изучению воронежских говоров;
4) лексикографические источники: Словарь В.И. Даля, Словарь русских
народных говоров, словарь «Славянские древности», а также данные «Словаря
4
воронежских говоров» и «Словаря украинских говоров Воронежской области»;
5) собственные полевые записи, сделанные в ряде населѐнных пунктов
Лискинского района Воронежской области.
В итоге в исследовании было использовано более 700 лексических единиц
с диалектными контекстами.
Методы исследования. В процессе исследования применялись лексикографический и полевой методы. Изучение собранной лексики производилось на
основе применения метода комплексного анализа, который включил в себя
элементы
контекстуального,
лексикографического,
сравнительно-
исторического, описательного, а также использование этимологического анализа.
Научная новизна. Наименования посуды и кухонной утвари в воронежских говорах в качестве системно-структурного образования впервые подвергаются целостному многостороннему исследованию. В научный оборот вводится лексика, выявленная автором и прежде не отмеченная словарями.
Теоретическая значимость. Диссертация продолжает системную исследовательскую работу коллектива учѐных ВГУ по изучению отдельных тематических групп лексики воронежских говоров. Исследование вносит посильный
вклад в решение проблем устройства, функционирования и развития воронежских и русских говоров других регионов, национального языка в целом, а также
описания специфики быта населения исследуемого региона.
Практическая значимость диссертации определяется тем, что в научный
оборот введѐн новый большой по объѐму лексический материал, который может быть использован 1) в практике преподавания русской диалектологии, лексикологии, семасиологии в высшей школе; 2) в практике школьного преподавания отдельных тем русского языка 3) в процессе лингвокраеведческой работы;
4) в процессе пополнения данных по программе подготовки ЛАРНГ.
Положения, выносимые на защиту:
1) тематические группы «Наименования посуды» и «Наименования кухонной утвари» занимают значительное место в областном диалектном словаре;
5
структурное своеобразие изучаемых тематических групп заключается в наличии многочисленных лексико-семантических групп и подгрупп, между которыми наблюдаются разнообразные взаимопереходы, в связи с чем классификация исследуемых наименований имеет многоступенчатый характер;
2) лексика посуды и кухонной утвари в воронежских говорах представляет собой системное образование, в котором основными отношениями лексических единиц являются родо-видовые, синонимические и вариативные;
3) в исследованных тематических группах активно происходят такие процессы, как исчезновение одних и появление других лексем, расширение и сужение семантики отдельных слов и др., эти явления обусловлены внутренними
закономерностями развития лексики говоров, а также экстралингвистическими
факторами;
4) специфику исследуемой лексики составляет многообразие принципов и
способов номинации (при этом ведущим типом является суффиксация), преобладание слов с прозрачной этимологией;
5) в анализируемых тематических группах выделяется пласт общеславянских лексем, многие из которых имеют древние корни и сохраняют свою исконную семантику; большую часть рассмотренных наименований посуды и кухонной утвари составляет лексика общерусская и южнорусская, наблюдается
значительное количество воронежской узколокальной лексики, в том числе выявленной автором и прежде не отмеченной письменными источниками.
Апробация результатов работы.
Основные результаты исследования
были обсуждены на ежегодных научных сессиях филологического факультета
ВГУ (Воронеж, 2005-2011), на международных научно-методических конференциях (Арзамас 2009; Борисоглебск 2009, 2011).
Структура работы. Диссертация состоит из Введения, трѐх глав, Заключения,
Списка литературы, включающего 358 наименований, и списка сокращений названий населѐнных пунктов и районов. Общий объѐм исследования составляет 258
страниц.
6
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во Введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, освещается разработка вопроса, называются объект, предмет изучения
и источники материала, формулируются цель и задачи работы, излагаются основные положения, выносимые на защиту, определяются методологическая база, научная новизна, теоретическая и практическая значимость исследования.
В Первой главе «Теоретические предпосылки изучения наименований посуды и кухонной утвари в воронежских говорах» освещается круг проблем, являющихся ключевыми при анализе лексического материала.
В параграфе «Этнолингвистический подход» излагаются основные постулаты антропоцентрической лингвистики, изучающей язык в тесной взаимосвязи
с такими человеческими феноменами, как ментальность, культура, духовная и
практическая деятельность, общество и этнос.
Комплексное изучение языковых и культурных факторов является очень
информативным: «этнографические показания дополняют и завершают лингвистические, и, наоборот, лингвистические показания дают часто прочную базу этнографическим разысканиям» [Толстой 1997: 231]. Особенно важна информация экстралингвистического характера при исследовании лексики, так
как изучение еѐ семантического наполнения требует постоянного обращения к
фактам внеязыковой действительности.
Номенклатура посуды и кухонной утвари отражает важную часть материальной культуры, и применение этнолингвистического подхода при исследовании данной стороны славянской народной жизни является необходимым, «пока ещѐ живы в быту или в памяти некоторые еѐ архаические черты» [Толстой
1997: 216]. При этом обращение к внеязыковой действительности будет способствовать достижению большей точности лингвистического анализа, так как
в семантике конкретно-предметных существительных наблюдается самая тесная связь лексического значения слов с конкретными свойствами реалии
[Б.А. Ларин, О.Н. Трубачев].
В параграфе «Тематический подход» подчѐркивается, что «язык представ7
ляет собой не простой набор разнородных элементов, а своеобразное единство
взаимосвязанных, взаимообусловленных и взаимодействующих частей и что его
отдельные элементы должны рассматриваться в их отношении друг к другу и к
тому целому, в состав которого они входят» [Распопов 1976: 44].
Как справедливо отмечал Ф.П. Сороколетов, «исследовать лексику диалектов как систему – это значит исследовать состав и отношения элементов внутри
тематических и лексико-семантических групп, изучать вопросы варьирования,
исследовать семантические и экспрессивно-стилистические связи, отношения и
оппозиции, проявляющиеся в отношениях синонимии, антонимии, омонимии, в
отношениях общего и частного, в различной сфере употребительности; это значит исследовать связи и отношения активного и пассивного запасов лексики,
слов диалектных и общенародных, терминологической (специальной) и нетерминологической (неспециальной) лексики» [Сороколетов 1978: 14].
В современной лингвистике перспективным признаѐтся изучение номенклатуры посуды и кухонной утвари в составе тематических групп (ТГ) – объединений слов, основывающихся «на классификации самих предметов и явлений»
[Филин 1982: 231]. Исследование указанных ТГ как системных образований
предполагает их разбивку на лексико-семантические группы (ЛСГ), в основе
которых лежат лексико-семантические связи словесных единиц.
В параграфе «Тематическая классификация» подчѐркивается мысль о необходимости построения чѐткой группировки лексических единиц, позволяющей проиллюстрировать лексическое богатство той или иной части диалектного словаря, установить принципы отбора слов в состав лексических объединений и их типологических разновидностей и выяснить основные закономерности
их системных отношений. При этом в основу тематической классификации
должны быть положены логические взаимосвязи тематических единиц, отражающие существующие в действительности взаимоотношения предметов и явлений. Ср. утверждение Д.Н. Шмелѐва: «… названия предметов, созданных человеком, функционально ориентированы в семантическом отношении. Функциональный элемент является, по-видимому, неотъемлемым элементом их се8
мантической организации … Функциональное назначение предмета, действительно, часто представляет собой тот элемент в семантике слова, который наиболее устойчив исторически» [Шмелѐв 1973: 234-235].
Так, для русского сознания в сфере посуды и кухонной утвари наиболее
важным оказывается классификатор «назначение». При этом у некоторых исследователей точки зрения на функцию отдельных предметов не совпадают.
Отчасти это объясняется тем, что в разные исторические периоды, а также в
различных населѐнных пунктах одна и та же посуда и утварь использовались неодинаково, поэтому в вопросе классификации изучаемых групп лексики необходимо по возможности опираться на более объективные критерии, одним из которых следует считать показания контекста.
Вторая глава «Наименования посуды в воронежских говорах» посвящена
выявлению состава и описанию каждой выделенной в данной тематической
группе ЛСГ. Как отмечал Г.В. Судаков, в понятие «посуда» в русском языковом
сознании уже в древности входили «посуда столовая (для подачи пищи на стол
и для приѐма пищи), поваренная (для приготовления пищи) и погребная (для
хранения столовых запасов и готовой пищи)» [Судаков 2010: 163].
ЛСГ «Общие наименования посуды» включает слова, выражающие понятие “посуда” в общем виде, безотносительно к еѐ разновидности: П’ьр’ашла′
ана′ к н’аму′ ф ха′ту, зънав’э′ск’и пр’ин’асла′, пъсуд’о′нку къй-каку′йу (Почепское, Лискинский);
Саф’с’э′м γала′йь к нам пр’ишла′: н’и тр’а′пъчк’и
н’ькако′й, н’и пасу′д’инк’и (Там же); Ты бы пасу′тку памы′лъ, ф хат’ь
пр’ибрала′с’, вот мълад’э′ц была′ бы (Там же); Ты ф’с’э сутк’и′ скла′дывъй, а йа
апас’л’а′ сама′ памо′йу (Там же).
К ЛСГ «Наименования поваренной посуды» отнесены:
1) наименования посуды для варки пищи: Кубγа′н с ру′чкъйу, д’ит’у′
ка′шу
ма′ннуйу
вар’у′
(Большая
Верейка,
Рамонский);
Мал’у´ткъй
кастр’у′л’к’у д’э′цкуйу нъзыва′л’и (Почепское, Лискинский); Махо´тъчк’и
бы′л’и нъ пал-л’и′тръчкъ, д’ит’а′м ма′л’ьн’к’им ка′шку вар’и′л’и (Верхнее Турово, Нижнедевицкий); Быва′лъ, ба′бушкъ, ца′рствъ н’иб’э′снъйь, чьр’апу´шку
9
с ка′шъй наво′р’ь, мы в ад’и′н м’их заγло′т’им и да′л’шъ, хто чаво′ д’э′лъйь
(Почепское, Лискинский);
2) наименования посуды для жарения: Приняси их, вазьми абажу´р и нажарь (Дерезовка, Верхнемамонский) [СВГ-1: 26]; Картошку у жари´нках нажарють и у духофку ставють (Н. Ольшанка, Нижнедевицкий) [СВГ-2: 262];
Нъ круγа´х ин’д’у′шък жа′р’ил’и (Репное, Новоусманский); На л’и′ст карто′шък
накро′шыш и п’ьрвара′чивъйьш, штоп н’ь зγар’э′л’и (Ярки, Каменский);
3) наименования посуды для замешивания теста: Бл’ины′ м’э′с’ут’ у
бл’и´н’н’ицъ (Новоспасовка, Терновский); Йа т’э′стъ у дубо´ф’к’ь зъм’ас’и′лъ
(Нижний Икорец, Лискинский); Т’э′стъ у нас ста′в’ут’ л’и′бъ ф твар’и´лк’ь,
л’и′бъ ф квашн’э´, л’и′бъ в д’ажэ´ (Садовое, Аннинский); Хл’э´бн’ицы бы′л’и
бал’шы′йь: пъ п’атна′ццът’ кавр’и′х вып’ака′л’и ис’ т’э′стъ (Ломово, Рамонский);
4) наименования посуды для выпекания мучных изделий: Хлеп у двух жуко´фках пасадила ф печку (Русская Буйловка, Павловский) [СВГ-2: 302]; Паста′в’илъ ско´върду лаба′с’т’икъф ф’ п’эч ды забы′лъ, а ан’и′ ф’с’э как йэ′с’т’
пъγар’э′л’и (Панино, Панинский); Вын’ама′йьш хл’э´бн’ицу ис’ п’ачи′ с
γар’а′чим’и кавр’э′шкъм’и (Ведуга, Семилукский);
5) наименования посуды для кипячения воды: Сагрей вады у га´чику (Бабка, Павловский) [СВГ-2: 49]; Съмава´р’н’ицу паста′вл’у, чийко′м пъпайу′ (Чигорак, Борисоглебский).
В ЛСГ «Наименования посуды для заготовки и хранения столовых
запасов, готовой пищи и воды» анализируются:
1) наименования посуды для заготовки припасов методами соления, квашения, мочения и брожения: Агурцы салили в бача'х [Золототрубова 2009: 106];
Капусту на зиму солим в бача´ги или ка'тки бальшой (Садовое, Аннинский)
[СВГ-1: 134]; А в ейша'х сала хранили (Коршево, Бобровский) [СВГ-2: 243];
Да′в’ьчь зат’э′илъс’ квас к М’ико′л’ь д’э′лът’, а квас’н’и'цъ у сва′т’йи, но′н’ь
д’в’э н’ид’э′л’и, кък вз’ала′, ф’с’о н’ика′к н’ь адда′с’ (Почепское, Лискинский);
У нас напо'л пат’о′к, йа′блък’и-тъ у напо'л’и мачи′л’и (Долгомаховатка, Семилукский); С’кл’а'нък пашт’и′ н’э′ былъ, сал’и′л’и ф’ чана′х (Гнилуша, Семилук10
ский);
2) наименования посуды для сбора и хранения молока и молочных продуктов: Дайо′нкъ – йэ′тъ в’адро′ така′йь, ф като′руйу до′йут’ (Средний Карачан,
Грибановский); γл’э´чик – тако′й з γо′рлышкъм, γд’э мълако′ (Платава, Репьѐвский); Ку´хр’ик мълака′ нал’э′й (Гололобово, Новоусманский); Мат’и´т’ьр
памы′т’ на′дъ: зъ мълако′м ит’и′т’ (Грибановка, Грибановский); С’м’ата′ну
съб’ира′л’и в мук’и´тр’у (Криница, Петропавловский);
3) наименования ѐмкостей для хранения сыпучих продуктов: Хлеп в биса′рки клали (Усть-Муравлянка, Репьѐвский) [СВГ-1: 108]; Ф кубар’и′ хл’эп
ссыпа′л’и (Новосильское, Семилукский); У м’ин’э′ мука′ аста′лъс’ ат’ п’ираγа′,
вы′сып’ йийо′ в му′чн’ицу (Усть-Муравлянка, Репьѐвский);
4) наименования посуды для хранения и переноски жидкостей: Воду насили в баклашке′, он малинькай (Залужное, Лискинский) [СВГ-1: 57]; Калодиц, а
на нѐм баклу′ша диривянная, иѐ виртять и воду дастають (Кочетовка, Хохольский) [СВГ-1: 58]; Жба′ны воду вазили ф поли – диривянныи, жилезныи
обручи, збоку дырка (Бродовое, Аннинский) [СВГ-2: 264];
5) наименования вместилищ для переноски продуктов: В биристя′нки
усигда сабирали ягаду (М. Ясырки, Эртильский) [СВГ-1: 99]; Нъбрала′ д’в’э лако′шк’и γр’ибо′ф (Оськино, Хохольский); Сап’э′тъм карто′х’и нас’и′л’и у
по′γр’ьп (Шубное, Острогожский).
В ЛСГ «Наименования столовой посуды» рассматриваются:
1) наименования посуды для подачи на стол кушаний: Пастафь на стол
блю′дник, скора гости придуть (Малые Ясырки, Эртильский) [СВГ-1: 116];
Нал’э′й мн’э по′лнуйу γл’и′нку щэй (Данково, Каширский); Ишо′ йэ′л’и ис калга′н’чикъф (Студѐное, Аннинский); Йэ′тъγъ сала′тъ палу′чиццъ ус’иγо′ вот
йэ′тк’их д’в’э чаху′ръчк’и (Усть-Муравлянка, Репьѐвский);
2) наименования посуды для разливания жидкостей и подачи на стол напитков: Вну′чк’а борш с к’и′слъй капу′стъй стра′х кък л’у′б’а, пр’ам
аб’м’ира′йь: два къфшычк’а' йэй нал’йу′, ана′ туда′ хл’э′бушкъ накро′шъ и
зъмулы′к’ивъйь (Почепское, Лискинский); Бра′л’и лапо'в’ьн’ и ръз’л’ива′л’и
11
ка′жнъму (Коршево, Бобровский); Пъдн’асу′ йаму′ стъкано′к, он тада′ лу′ччь
рабо′тъйь (Тресоруково, Лискинский); На пра′з’н’ик вы′п’йут: ат’э′ц – сташо′к во′тк’и, а мълады′м н’ил’з’а′ (Ломово, Рамонский); Пада′й им чапо′к,
н’аха′й пап’йу′т’ вдо′въл’ (Почепское, Лискинский);
3) наименования столовых приборов: С’л’иву′хъ: карто′шк’и пъталку′т, а
во′ду н’ь выл’ива′йут, чут’-чут’ патсо′лн’ьчнъвъ ма′слъ – и ло′шкъм’и йид’а′т
(Синие Липяги, Нижнедевицкий); Чи′кълкъй йэ′тъй д’у′жъ н’а ло′фкъ йис’т’
(Васильевка 2-я, Верхнехавский).
Третья глава диссертации содержит описание ЛСГ, входящих в тематическую группу «Наименования кухонной утвари».
В ЛСГ «Наименования кухонной утвари для измельчения продуктов»
анализируются:
1) наименования ножей: Касы′р’ – р’о′брушк’и м’ил’чи′т’, пъскабл’и′т’
чаво′ (Почепское, Лискинский); Хл’э′бн’ик-тъ тупо′й: в’эс’ хл’эп нъ стал’э′
(Большой Самовец, Эртильский); Чур’и′к наш саф’с’э′м зътуп’и′лс’ь (Новохреновские Выселки, Панинский);
2) наименования топоров: Ту′шку с’ак’и′ръй ру′б’ут’ (Братки, Терновский); У м’ин’э′ тапо′р’ик ло′фкый йэс’, щас йим бы′стръ ф’с’у ту′шу
раз’д’э′лъйьм (Почепское, Лискинский);
3) наименования сечек: Капу′сту ру′б’иш лапа′ткъйу ф каду′шк’ь, тълкачо′м да′в’иш дъ в друγу′йу п’ьр’ьклада′йьш (Кочетовка, Хохольский); Капу′сту
мы р’э′зъл’и нажа′м’и: с’ика′ч н’ь даста′л’и (Хреновое, Бобровский); Бла′γъ,
с’э′чьчкъ йэс’, а то нажо′м зъмудо′хъйьс’с’ь крашы′т’ (Почепское, Лискинский);
4) наименования мясорубок: Машы′нкъ слама′лъс’: н’ика′к м’а′съ н’ь
пръв’арну′ (Почепское, Лискинский); Щ’ас нъ съмару′пку йэ′ту прапу′с’т’им
(Большая Верейка, Семилукский);
5) наименования тѐрок: Памо′й дра′чку, а то засо′хн’а (Малые Ясырки,
Эртильский); Па ша′нсу патр’о′ш и махо′тъчку даш д’ит’у′ (УстьМуравлянка, Репьѐвский);
6) наименования разделочных досок: Што ты нъ в’асу′ крамса′йьш?
12
До'съчку ваз’м’и′, лаф’чэ′йь бу′д’а (Почепское, Лискинский); Ты сматр’и′
кл’ийо′нку н’ь прар’э′ш, кружо´к пъдлажы′ и тада′ крашы′ (Почепское, Лискинский); На н’э′й р’э′жут’ м’а′съ, м’ас’н’и´цы быва′йут’ д’ьр’ав’а′нныйь
(Шестаково, Павловский); Хл’эп р’э′зъл’и, крашы′л’и на сто´л’н’ицъ (Братки,
Терновский).
В ЛСГ «Наименования кухонной утвари для толчения» исследуются:
1) наименования пестов: Н’ь л’убл’у′ жыл’э′знуйу м’а'лку, ф’с’у жыз’
д’ьр’ав’а′ннъйь была′
(Тресоруково, Лискинский); Акро′шку д’э′лъйу: лук с
со′л’йу талку'шкъй памну′, йаи′чкъ туда′, аγу′р’чик патру′, с’м’ата′нкъй
зъб’ил’у′, и квасо′к (Почепское, Лискинский); Шво'р’н’и бы′л’и, тълкачи'
бы′л’и: вът тако′й вът д’л’и′ннъй, а пъс’ир’о′тк’ь хвата′л’ис’а зъ н’аво′ и
талкл’и′ у сту′пъх, а шво'р’н’ьм йэ′с’л’и талкл’и′, тъ стака′н’чик’и бы′л’и, кък
вайэ′нныйь у вайну′ (Красный Лог, Новоусманский);
2) наименования
ступ:
Така′йь фо′рмъ
бал’ша′йь,
а
тут
wо′т
д’ьр’ав’а′ннъйь, а тут wо′т б’и′л’и, штоп ана′ раз’м’а′лъс’, этъ и была′
сту′п’н’а (Усть-Муравлянка, Репьѐвский).
Рассматривается ЛСГ «Наименования кухонной утвари для размешивания»: Балту′шкъй т’э′стъ м’аша′йьм, мълако′ к’и′слуйу, а ино′й рас ка′шу
скат’и′н’ь (Почепское, Лискинский); Быва′лъ, с’а′д’ьм, γута′р’им, а са′м’и
кълату′шкъм’и ма′слъ з’б’ива′йьм (Почепское, Лискинский); Сбивали масло
ска′лом (Россош. Ворон.) [СРНГ-37: 377].
В ЛСГ «Наименования кухонной утвари для изготовления масла» входят:
1) наименования маслобоек: Бо′йкъ – йэ′тъ пасу′дъ така′йь, н’аро′внъйь,
кн’и′зу шыро′къйь, с’в’э′рху у′скъйь, в’ н’эй ма′слу з’б’ива′йут’ (Кучугуры,
Нижнедевицкий); Бы′л’и с’п’ица′л’ныйь д’ьр’ив’а′нныйь збо´йн’ицы, у каво′ –
круту´шкъ, ма′слъ з’б’ива′л’и (Красный Лог, Каширский); У мас’л’о′нк’ь
з’б’ит’ ма′слъ л’э′хчь и быстр’э′й, чьм у чэ′т’в’ьр’т’и (Усть-Муравлянка,
Репьѐвский);
С’м’ата′нку
з’б’ива′йьш
талкн’о′ццъ (Залужное, Лискинский);
13
у
з’б’ива′л’н’ичк’ь,
ма′слъ
ат-
2) наименования кухонной утвари для выжимания растительного масла:
Ма'с’л’ьнкъ н’ь у ва ф’с’э′х была′, а у каво′ была′, т’э ма′слъ нъ прада′жу
жа′л’и (Терновка, Терновский); Нъ хвал’о′ф’к’ь ма′слъ мнут’, па н’э′й и
т’ик’о′т’ ана′ (Залужное, Лискинский).
ЛСГ «Наименования кухонной утвари для размола и дробления продуктов» включает:
1) наименования мукомольных мельниц: Ваз’му′т ан’и′ жырно'ф’к’и и
ста′нут мало′т’ (Усть-Муравлянка, Репьѐвский); З’арно′ нъ крут’и'лк’ь мало′л’и (Медвежье, Семилукский);
2) наименования крупяных мельниц: Засы′п’ в дра'нку кукуру′зы (Русская
Гвоздѐвка, Рамонский); Йэс’ ру'шилкъ бал’ша′йь: на н’эй в’э′н’ик’и мало′т’ут’,
а йэс’ дл’ь з’арна′ (Почепское, Лискинский).
К «Наименованиям кухонной утвари для просеивания, промывания и
процеживания» отнесены:
1) наименования решѐт: Чичавику прасеить нада чериз гро'хат, Павесиш
гро'хат на казѐлик и веиш (Краснолипье, Репьѐвский) [СВГ-2: 122]; Скрос’
р’ьшаццо' прас’э′йу, штоп б’ьс камко′ф была′ (Почепское, Лискинский); На
с’и'тку с’э′йу (Борщѐво, Хохольский);
2) наименования дуршлагов: Вы′шн’и лажы′л’и в друшл’а'к (Шестаково,
Бобровский); Цв’атну′йу вар’у′, нъ трушл’аку' фстр’ахну′, пато′м в йайцо′ ды
в мучи′чк’ь абвал’а′йу (Почепское, Лискинский);
3) наименования цедилок: Кака′йь памо′шн’ицъ рас’т’о′: и в’ид’о′ркъ
вы′мъйь, и цыд’и'лъчку пъс’т’ира′йь, ско′ръ и Зо′р’ку сама′ даи′т’ бу′д’а (Почепское, Лискинский); Каро′ф падо′йут’, а йэ′тъ цыд’и'л’н’ицъ – мълако′
цэ′д’ут’ (Большая Верейка, Семилукский).
Анализируется ЛСГ «Наименования кухонной утвари для зачерпывания сыпучих веществ»: Зерно сыпьти жылянкай (Фѐдоровка, Семилукский; Н.
Курлак, Аннинский) [СВГ-2: 270]; Пад’и′ въ вр’ам’а′нку, лапа'ткъй атсы′п’
з’арна′, ско′л’к’ь на′дъ, астал’но′йь накро′й, как бы′лъ (Почепское, Лискинский); Это называется насы'пка по-старому [СРНГ-20: 211].
14
ЛСГ «Наименования кухонной утвари для подготовки теста к выпечке» включает:
1) наименования скалок: Кат’э′лкъй раска′тывъл’и п’ираγ’и′ (Красный
Лог, Новоусманский); Ска′лъ – д’л’и′ннъйь, д’ьр’ив’а′ннъйь, лапшу′ раска′тывъйут’ (Усть-Муравлянка, Репьѐвский);
2) наименования помазков: Н’ь забу′т’ пама′скъй па пр’а′н’икъм
прайт’и′ццъ, а то бл’э′дныйь палу′чуццут’ (Ермоловка, Лискинский).
В ЛСГ «Наименования кухонной утвари, используемой в качестве
вспомогательных орудий труда (в основном при приготовлении пищи в
печи или на открытом огне)» исследуются:
1) наименования ухватов: Йимко'м γаршк’и′ с’ п’ичи′ дъстайо′м (Русская
Буйловка, Павловский); У нас жила из Воронежской области гражданка, у них
ухва′т называется рога′тик [СРНГ-35: 120]; Хва′тъм чуγунк’и′ ис’ п’э′чк’и
таска′л’и (Перелѐшино, Панинский);
2) наименования сковородников: Ну чо ты ру′к’и п’ик’о′ш, дъ ваз’м’и′
скъваро´дн’у и дъстава′й йэй (Затон, Воробьѐвский); Скъваро´дн’ик, а пъс’ича′снъму – ца´пъл’н’ицъ (Бродовое, Аннинский); Чапл’у´шкъ – этъ
тру′бъчкъ, ана′ б’ир’о′т’ ско´въръду, ана′ из жыл’э′зъ, нъ бал’шо′й па′лк’ь (Коршево, Бобровский);
3) наименования лопаток для посадки теста в печь: Ф’ п’э′чк’ь ф’с’о
вым’ита′йут, а хто вът тако′й бал’шо′й л’ист ат капу′сты б’ир’о′т’ и пр’ам
сажа′ит’ т’э′стъ на э′тът л’ист лапа′тъчкъй (Синие Липяги, Нижнедевицкий); У вас хл’э'бнъйь лапа′тъ-тъ цала′? (Хреновое, Бобровский);
4) наименования подставок под посуду: Таγа´нък – тр’и но′шк’и из
жыл’э′зъ – чуγу′нку стънав’и′т’ (Коршево, Бобровский); Аб’э′т ф по′л’ь
съб’ира′т’ начн’о′м, сы′м’ьм чуγуно′к с таγу´нъ (Лавы, Белгородская обл.); Тала´н паста′в’иш, аγо′н’ ръз’в’ид’о′ш, ус’а′ у′л’ицъ γато′в’илъ (Артюшкино, Аннинский);
5) наименования крышек для посуды: Што ты стаи′ш γл’ад’и′ш,
кры′шъчкъй накро′й, и н’аха′й во′р’иццут’ (Почепское, Лискинский); Нъ
15
п’ат’с’а′т л’эт йэй брат’йа′ събрал’и′с’а, куп’и′л’и пасу′ду н’им’э′цкуйу с празра′чным’и кры′шкъм’и (Тресоруково, Лискинский).
В Заключении представлены основные итоги исследования.
Номенклатура посуды и кухонной утвари занимает значительное место в
лексической системе изучаемых говоров. Она отличается от литературной разнообразием, детализацией, экспрессивностью, что свидетельствует о широких
словообразовательных возможностях говоров, развитом речевом словотворчестве диалектоносителей. Некоторое количество диалектных существительных
совпадает с литературными словами только в плане выражения, различаясь
планом содержания (абажу′р, круг, кружо′к, малю′тка).
Тематические группы «Наименования посуды» и «Наименования кухонной утвари» в воронежских говорах обладают системной организованностью и
распадаются на лексико-семантические группы, в рамках которых идѐт их
дальнейшее членение на лексико-семантические подгруппы.
Дифференциальным признаком, послужившим основанием для их выделения, является функциональный признак. Наибольшее число номинаций и их
развитая дифференциация характерны для названий посуды для сбора и хранения молока (90), названий ѐмкостей для заготовки припасов способами соления,
квашения, мочения и брожения (71), для наименований сковородников (27),
маслобоек (21) и ножей (16), что объясняется прежде всего факторами экстралингвистического характера. Количественный состав указанных подгрупп выявляет наиболее часто используемые в воронежских сѐлах посуду и кухонную
утварь, говорит об употреблении в качестве основного продукта питания молока, а также о важности заготовки продуктов на зиму.
Следует отметить, что в исследуемых тематических группах происходит
взаимное перекрещивание группировок. Так, выявленные многозначные слова
в воронежских говорах в одних ЛСП занимают ядерное положение, в других –
находятся на периферии (например, дежа´ и де´жка в группе наименований
посуды для замешивания теста занимают ядерное положение, а в группе наименований посуды для заготовки припасов – периферийное, лексема кры´нка в
16
ЛСП наименований для сбора и хранения молока и молочных продуктов –
ядерное, а в ЛСП наименований посуды для варки пищи – периферийное). Анализ номенклатуры посуды и кухонной утвари показал также, что в изучаемых
ТГ происходят процессы появления или утраты некоторых элементов. Таким
образом, данная часть диалектного словаря в воронежских говорах характеризуется открытостью своих границ, является подвижной и вместе с тем довольно устойчивой, имеет сложноорганизованный системный характер.
Целостность и системность исследованных ТГ во многом обусловлены
существованием в них таких отношений между лексическими единицами, как
родо-видовые, синонимические и вариативные. Однокоренные варианты представлены в воронежских говорах очень широко: акцентологические варианты
являются следствием подвижности и разноместности русского ударения
(жба′нок – жбано′к, жу′ковка – жуко′вка, ко′новка – коно′вка, му′чник – мучни′к, реше'тце – решетцо'), фонетические различаются обычно одним звуком в
пределах основы слова (квасни′ца – квашни′ца, шво'лень – шво'рень), грамматические представляют собой слова разного рода (бочо´нок – бочо´нка, до′йник –
до′йница, кубга′нок – кубга′нка), словообразовательные варианты предполагают
наличие разнообразных формантов при тождестве корня (боча´ – боча´га –
бо'ченик – бо´ченька – бо´чечка – бо´чка – бочо´нка – бочо´нок – бочу´рка; доѐнка – дои´лка – дои´льник – до´инка – до´йка – до´йник – до´йница – дойны´чка – доя´рка).
При этом самую многочисленную группу вариантов слов составляют словообразовательные (чаще суффиксальные) варианты. В рамках суффиксальной
вариантности центральное место занимают варианты с уменьшительными суффиксами. Данное явление объясняется, на наш взгляд, двумя факторами: 1) различные эмоциональные оттенки в таких образованиях характерны для повседневной речи, 2) лексика посуды входит в активный запас словаря прежде всего
женщин, ежедневно пользующихся предметами кухонного обихода и с чисто
женской мягкостью называющих их ласкательными словами. Кроме того, названия с отрицательной коннотацией практически отсутствуют среди наимено17
ваний посуды и кухонной утвари, что, видимо, связано с традиционным благодарным отношением русского человека к предметам домашнего обихода.
Дублетные наименования в говорах, в отличие от литературного языка, не
имеют тенденции к исчезновению, так как, характеризуя предмет с разных сторон, они в совокупности перечисляют его значимые черты. Поэтому появляется
возможность употреблять тот или иной вариант без добавления конкретизаторов.
В названиях посуды воронежских говоров широко представлена полисемия. С одной стороны, можно предположить, что многозначное слово отражает
супердетализацию артефактов в говорах, с другой, нельзя забывать об экстралингвистических факторах: у людей, имеющих бедное хозяйство, зачастую
один и тот же предмет мог служить для выполнения различных функций (например, разделочная доска может использоваться по прямому назначению, в
качестве крышки для посуды, как гнѐт на соленья).
В семантической структуре некоторых наименований, обозначающих
предметы кухонной утвари, которые используются в трудовом процессе, требующем одновременно активного орудия труда и пассивного предмета, совмещаются оба значения (например, па´хталка – “мутовка для сбивания масла” и
“маслобойка”).
В
исследованных
ТГ
происходят
различные
процессы
лексико-
семантического характера: расширение и сужение семантики отдельных слов,
возникновение и утрата некоторых единиц, перемещение их из активного запаса в пассивный и наоборот. Это продиктовано как внутренними закономерностями развития лексики говоров, так и факторами экстралингвистического плана: диалектные наименования, обозначающие посуду и кухонную утварь, архаичны, они выходят из употребления, так как в быту уже редко используются
предметы, обозначаемые этими словами. В пассивный запас уходят многие
слова, обозначающие глиняные и деревянные сосуды, и, наоборот, диалектная
лексика активно пополняется словами, называющими стеклянную и металлическую посуду, изготовленную фабричным способом. В современных воронежских говорах практически утеряны слова, зафиксированные воронежскими па18
мятниками письменности XVII-XVIII вв. (боченикъ, водоливь, достоканъ, кандея, кляга, коновь, кровля, крюк, куфа). Многие лексемы, кроме основного значения, обозначали также тип измерительного сосуда и были способны употребляться в качестве наименований мер объѐма (га′рец, дежа′, кадь, решето´), в
настоящее время такое значение отсутствует.
Своеобразие номенклатуры посуды и кухонной утвари в воронежских говорах состоит в наличии большого количества мотивированных лексем, форма
которых соответствует их содержанию. Так, для изученных наименований характерны следующие мотивировочные признаки: функция (болту'шка, дои′лка,
жаре′вня, квашня′, колото'вка, кроши′лка, мя'лка, насы'пка, па'хталка,
ру'шилка, сбива'лка, цеди'льник, черпа'лка), продукт, для которого предназначена посуда (ка′шник, ка'шница, ква′сник, моло′шка, му′чни′к, мясни'ца, хле'бник),
материал (гли'нка, до'сточка, дубо′вка, жестя'нка, ли′повка, стекля′нка, черепу′шка, чугуно′к), размер (малю′тка, махо′тка), вместимость (литро′вка, полтора′шка, трѐхлитро′вка, че′тверть), форма (косы'рь, круг, рога'тик, столбу′н, трено'жка, уша′т), способ изготовления (самоде′лки). Отражение в диалектных названиях посуды и кухонной утвари таких признаков свидетельствует
о прагматическом подходе русского человека к номинации артефактов, а также
об образности и экспрессивности речи сельских жителей.
Главным средством номинации является суффиксация (би'лка, бли′нница,
жарѐнка, котѐльчик, меси'лка), представлены приставочно-суффиксальный
(накра′йник, поварѐшка, подо′йник) и сложно-суффиксальный (крупору′шка,
самоде′лки, самору′бка) способы, а также сложение основ (ботворе'з).
По структурному признаку названия кухонной утвари подразделяются на
однословные и двухсловные. Последние образуются по схеме “прилагательное
плюс существительное” (дежно'й нож, ку'хинный нож, тага'нный рога'ч,
хле'бная лопа'та). В таких словосочетаниях номинирующую функцию выполняют прилагательные, так как содержат прямое указание на специальное назначение
предметов.
В этимологическом плане основная масса наименований представлена
19
лексемами общеславянского и русского происхождения (би´лка, глек, дра´чка,
напо´л, хват), некоторые из которых сохраняют свою исконную семантику. Необходимо отметить тесную генетическую связь воронежской номенклатуры посуды и кухонной утвари с праславянским языком (горшо′к, корча′га, кри′нка,
ла′тка, пест, сту´па, топо´р, черпа′к), а также со словами других славянских
языков (жбан, котѐл, куба′н, си´то, сковорода′), особенно украинского и белорусского, что является подтверждением общности материальной культуры этих
народов. Кроме того, поскольку южные районы Воронежской области населены
украиноязычным населением, нередки случаи употребления украинских названий или испытавших влияние украинского языка. Главную часть рассматриваемых ТГ составляют лексемы южнорусского (доѐнка, гле′чик, кубга′н, ку′хля,
куши′ник, лазбе′нь, махо′тка, ночѐвки, сапе′т) и общерусского характера
(бо′йка, корча′га, коше′ль, лагу′н, плету′шка, солони′ца, ста′вец, стекля′нка).
Выделяется значительное количество воронежских узколокализмов (абажу′р,
желя′нка, каля′ушка, ка′шница, кружи′лка, лапо′вень, лапы′рь, накра′йник, прикадок, рога′тик, садовница, ска′ло, сту′пня). Встречаются также наименования,
характерные для среднерусского (бау′л, ко′новка), севернорусского (жерно′вцы,
ку′холь, самогра′й), средне- и южнорусского (емки′, колото′вка, поло′вень), северно- и среднерусского (лукно′, приѐмцы) словаря.
При этом лексика посуды легко воспринимает заимствования из других
языков: из французского (бак, бидо′н, буты′ль, кастрю′ля), немецкого (друшла´к, рю′мка, таре′лка, фля′га), тюркских (каза′н, корча′га, стака′н, тага′н) и
других языков. Правда, эти названия в основном были заимствованы через посредство русского литературного языка.
Таким образом, исследование номенклатуры посуды и кухонной утвари в
воронежских говорах выявило определѐнные черты и закономерности в системе лексических единиц одного региона. Анализ исследуемых наименований
пополняет сведения о лексике воронежских говоров, а также обогащает знания
об устройстве и функционировании диалектного русского языка, о духовной и
материальной культуре русского народа.
20
Важно подчеркнуть, что проведѐнное изучение воронежских названий
посуды и кухонной утвари не является окончательным, оно требует продолжения полевой, исследовательской и словарной работы с привлечением исторических источников и географических данных.
Содержание диссертации отражено в следующих публикациях.
В издании, рекомендованном ВАК:
1. Гончарова Л.И. Особенности наименования предметов крестьянского
обихода в воронежских говорах (сковородник) // Вестник ВГУ. Серия: Филология. Журналистика, 2009. – № 2. – С. 29-31 (0,2 п. л.).
В других изданиях:
2. Гончарова Л.И. Названия бочек в воронежских говорах // Край Воронежский: Межвузовский сборник научных трудов. – Воронеж: ВГПУ, 2009. –
Вып. V. – С. 102-105 (0,3 п. л.).
3. Гончарова Л.И. Наименования посуды для жарения в воронежских говорах // Родной язык: проблемы теории и практики преподавания: Материалы II международной научно-методической конференции (19-20 октября 2009 г.). – Борисоглебск, 2009. – С. 96-100 (0,3 п. л.).
4. Гончарова Л.И. Названия приспособлений для сбивания масла в русских
говорах Воронежской области // Русское народное слово в языке и речи: Материалы Всероссийской научно-практической конференции (22-24 октября
2009 г.). – Арзамас – Саров: СГТ, 2009. – С. 94-99 (0,4 п. л.).
5. Гончарова Л.И. Особенности наименований кувшинов и горшков для
хранения молока и молочных продуктов в воронежских говорах // Труды молодых учѐных. Серия: Филология. – Воронеж: Воронежский государственный
университет, 2010. – Вып. 1-2. – С. 227-231 (0,3 п. л.).
6. Гончарова Л.И. Наименования кухонной утвари для размешивания в воронежских говорах // Родной язык: проблемы теории и практики преподавания:
Материалы III международной научно-методической конференции (17-18 октября 2011 г.). – Борисоглебск, 2011. – С. 145-149 (0,3 п. л.).
21
7. Гончарова Л.И. Наименования посуды для подачи на стол кушаний в
воронежских говорах // Проблемы изучения живого русского слова на рубеже
тысячелетий: Материалы VI международной научно-практической конференции. – Воронеж: Воронежский государственный педагогический университет,
2011. – С. 70-76 (0,4 п. л.).
8. Гончарова Л.И. Особенности номинации посуды для замешивания теста
в воронежских говорах // Воронежское лингвокраеведение: Межвузовский
сборник научных трудов. – Воронеж: Издательско-полиграфический центр Воронежского государственного университета, 2011. – Выпуск 2. – С. 157-162
(0,4 п. л.).
9. Гончарова Л.И. Наименования ножей в воронежских говорах // Экология
языка и речи: Материалы Международной научно-практической конференции
(17-18 ноября 2011 г.). – Тамбов: Издательский дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2012.
– С. 286-288 (0,2 п. л.).
Общий объѐм опубликованных работ составляет 2,8 п. л.
22
Документ
Категория
Филологические науки
Просмотров
364
Размер файла
618 Кб
Теги
кандидатская
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа