close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Традиции и новации в одежде восточнославянского населения Кубани второй половины XIХ – начала ХХ века.

код для вставкиСкачать
ФИО соискателя: Шарапова Марина Владимировна Шифр научной специальности: 24.00.01 - теория и история культуры Шифр диссертационного совета: ДМ212.009.08 Название организации: Астраханский государственный университет Адрес организации: 414056, г.Астр
 На правах рукописи
ШАРАПОВА Марина Владимировна
ТРАДИЦИИ И НОВАЦИИ В ОДЕЖДЕ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКОГО НАСЕЛЕНИЯ КУБАНИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIХ - НАЧАЛА ХХ ВЕКА
24.00.01 - "Теория и история культуры"
(исторические науки)
А В Т О Р Е Ф Е Р А Т
Диссертации на соискание ученой степени
кандидата исторических наук
Астрахань - 2012
Работа выполнена на кафедре теории и истории культуры ФГБОУ ВПО "Краснодарский государственный университет культуры и искусств"
Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор ГАНГУР Наталья Александровна
Официальные оппоненты:ЯКУШЕНКОВ Сергей Николаевич доктор исторических наук, профессор
ФГБОУ ВПО "Астраханский государственный университет" заведующий кафедрой истории зарубежных стран
БИЧ Юлия Геннадьевна
кандидат исторических наук, доцент
ФГБОУ ВПО "Кубанский государственный университет физической культуры, спорта и туризма" доцент кафедры философии, истории и социальных коммуникаций Ведущая организация:ФГБОУ ВПО "Кубанский государственный университет"
Защита диссертации состоится "3" ноября 2012 г. в 12-00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.009.08 при ФГБОУ ВПО "Астраханский государственный университет" по адресу: 414056, г. Астрахань, ул. Татищева, 20, ауд. 201.
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Астраханского государственного университета, 414056, г. Астрахань, ул. Татищева, 20 а.
Автореферат разослан " "_______________2012 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
доктор исторических наук, доцентЕ.В. Савельева
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования. Одежда отражает самоидентификацию; по ней можно судить о месте проживания человека, его принадлежности к какому-то сообществу, социальном статусе и материальном положении, об идеологических и эстетических убеждениях1. И если костюм (инвариантная часть одежды) кубанских казаков является одной из важных форм самоидентификации, то с женским костюмом все обстоит намного сложнее. Одни специалисты в рамках фактографического исследования занимаются поисками "генетического кода" в составе "движущегося этноса" (на уровне гипотез), другие (общепринятая точка зрения) манифестируют о завершении "внутриутробной стадии" формирования общекубанского женского казачьего костюма в середине XIX в., рассматривая в качестве такового городской костюм ("парочка")2. В художественной практике канонизируется и массово тиражируются в качестве "казачьего" для фольклорных, самодеятельных коллективов городской костюм "казачок" и украинский национальный костюм, причем последний в поздних, частью модифицированных своих формах. Однако по мере углубления исследовательской оптики подобные "натяжки" обнаруживают свою уязвимость. Если для части населения западных районов Краснодарского края, идентифицирующих себя с казачеством, украинский костюм может быть реактуализирован хотя бы в рамках сценической площадки, то для населения восточных районов - только отчасти. Именно в этой контактной зоне высвечивается весь спектр женских восточнославянских костюмных комплексов, принадлежащих к разным культурным слоям. На повестку дня встает вопрос: какой костюм для старожильческого (казачьего) населения этих районов является формой их самоидентификации. Проходивший в 2012 г. краевой фестиваль-конкурс "Во славу Кубани, во благо России", посвященный 75-летию образования Краснодарского края снова актуализировал этот вопрос. Картина оказывается очень многомерной, чтобы ее можно было свети к единому знаменателю. Более того, когда представления формируются на материале источников позднего происхождения, неизбежны абберации, произвольные объяснительные схемы. Изучение форм, закономерностей взаимодействия культур, выявление многочисленных напластований, интерференций имеет важное научное значение, так как иногда заимствованные элементы могут попасть на "орбиту" националистических настроений. Специалисты, занимающиеся данной проблемой, оставаясь в рамках фактографического исследования, "зачастую не утруждают себя поиском объяснения причин развития3, а только ограничиваются констатацией различий в разные темпоральные промежутки. Все исследователи, так или иначе соприкасающиеся с казачьей проблематикой, отмечают повышенный интерес в научной среде к разнообразным аспектам истории и культуры российского казачества, в связи с усилившимися процессами казачьего "возрождения" в начале 1990-х. Для нашего региона эта тема остается актуальной, что и конституирует принятый 28 июня 2007 г. Законодательным собранием Краснодарского края закон "О государственной политике в сфере сохранения и развития традиционной народной культуры". Исследователи, сфокусировавшись на казачьей проблематике в лихорадочном поиске образовавшихся лакун, отодвинули вглубь другие сословия тогдашнего общества, многие из которых по традиции включаются в аморфную по своей конфигурации категорию иногородних. При этом трудно избежать редукционизма: для объяснения непонятных "тектонических сдвигов" в системе казачьей одежды, извлекаются из культурного ландшафта иногородние, на которых и перекладывается ответственность за трансмиссию европейских форм. Другая крайность - элиминирование из общего культурного пространства одной части и рассмотрение ее в качестве целого ("pars pro toto") именно в тот период, когда эта часть растворилась в целом. В данной работе, не принижая важности исследования казачьего костюма и не игнорируя социально маркированные формы одежды других сословий, мы стремились рассмотреть последнюю как бы изнутри той эпохи ("ab intra"), в категориях и оценках носителей данной культуры. Таким образом, в теоретическом осмыслении истории вопроса меняется направление перспективы, в которой ранее рассматривалась эта история. Это неизбежно влечет за собой изменение смыслового ракурса, в котором на данный момент нам видится объяснение всему многообразию различных типов одежды, сформировавшихся в данном регионе под влиянием внутренних и внешних факторов либо транспонированных из других систем, вследствие усилившихся обменных процессов во второй половине XIX в. Другой фактор, приведший к кардинальному пересмотру традиционных подходов в изучении проблемы - разработка глубинных, еще не тронутых пластов в огромном массиве "открытых" источников, составивших фундаментальную основу данного исследования. Степень научной разработанности проблемы. В отечественной науке существуют различные подходы к анализу феномена костюма и его функций: культурологический, этнографический, искусствоведческий, дизайнерский и специально-технический, в рамках каждого из которых существует немало специальных работ. В фокусе данного исследования оказывается традиционный костюм восточных славян (русские и украинцы) и модные (европейские) формы одежды. В конце XIX - начале ХХ в. в научной литературе появляются многочисленные описания локальных типов одежды восточных славян, что было связано с деятельностью различных научных обществ, местных статистических комитетов и земств4. Более системно этнографические сведения по украинскому костюму представлены в исследованиях Б.С. Познанского, Н. Степового, В.В. Богданова5. Значительный вклад в изучение украинской народной одежды в этот период внес русский и украинский ученый Ф. К. Волков (Вовк), осветивший в своем фундаментальном труде вопросы генезиса и эволюции традиционного украинского костюма 6. В советский период повышается интерес к истории материальной культуры восточных славян, организуются многочисленные экспедиции в различные районы страны, возрастает исследовательская и публикаторская деятельность краеведческих обществ. Оодновременно с продолжением накопления фактического документального материала углубляется разработка вопросов теории, особенно в трудах таких ученых, как Д.К. Зеленин, Б.А. Куфтин, В. Белецкая7. На этом этапе заметный вклад в исследование русской народной одежды внесли Н.П. Гринкова, М. Е. Шереметьева, Н. И. Лебедева, Е. Н. Клетнова8. В 1950-1980-е гг. выходят в свет крупные работы обобщающего характера (издания Института этнографии АН СССР), сборники материалов и исследований по этнографии Европейской части бывшего СССР, историко-этнографические атласы9. В них содержатся подробные описания комплексов и компонентов народного костюма, характера орнаментации, выявляются многообразие форм, технических приемов его украшения, намечаются районы распространения основных типов убранства крестьянской одежды и др.10. При подготовке атласа "Русские" была разработана методика картографического определения типов и комплексов традиционной одежды. Картографирование выявило слабую изученность одежды русского населения Кубанской области и множество незаполненных лакун. Выходят в свет и фундаментальные исследования, в которых привлекаются сравнительно-этнографические материалы по одежде русского, украинского, белорусского народов11. Систематическое изучение русского народного костюма, его орнаментации проводилось в течение трех десятилетий искусствоведами научно-исследовательского Института художественной промышленности12. 1990-е ознаменовались выходом в свет коллективных трудов, посвященных описаниям отдельных этнических общностей, а также возросшим интересом к изучению традиционной культуры российского казачества, в том числе и повседневной одежде (двухтомное издание "Очерки традиционной культуры казачеств России")13. На современном этапе значительный вклад в исследование украинского народного костюма внесли труды Т.В. Кара-Васильевой, Л. Булгаковой-Ситник, Т.А. Николаевой, Г.Г. Стельмащук, О.В. Косминой, которые важны для изучения генезиса и эволюции традиционных форм костюма украинской этнографической группы (черноморское казачество) и более поздних форм переселенцев14.
Вторую тематически обширную группу по исследуемой проблеме составляют работы по истории моды Н. М. Мерцаловой, В. М. Зайцева, А.А. Васильева, Р. М. Кирсановой, Ф. Ф. Комиссаржевского, Р. В. Захаржевской, Дж. Нанн, И. В. Блохиной, С. Н. Поповой и др.15. В региональной историографии вопросы исследования традиционной одежды населения Кубани в последние два десятилетия стали предметов пристального внимания историков, дизайнеров, конструкторов. Целенаправленное изучение традиционной культуры Кубани началось в середине ХХ в. "Хрестоматийной" для многих исследователей стала коллективная монография "Кубанские станицы" (автор раздела по одежде Н.А. Дворникова), написанная по основе материалов этнографической экспедиции, организованной в 1950-е гг. Институтом этнографии Академии наук СССР и Московским государственным университетом16. Наиболее значительный вклад в изучение одежды восточнославянского населения и ее отдельных компонентов внесли этнографы Н.А. Дворникова и А.А. Лебедева, но несмотря на бесспорные достоинства этих работ, описание традиционной одежды дано без сословной дифференциации17. Особый ракурс исследования проблемы задают работы специалиста по этнографии северокавказского казачества Л. Б. Заседателевой, в которых выявляются основные причины эволюции костюма русского и украинского населения Северного Кавказа, отмечаются сословные различия и признаки имущественной дифференциации в одежде казаков и иногородних18. Историческое исследование форменной одежды кубанских казаков проводилось кубанскими историками Б.Е. Фроловым и О. В. Матвеевым19. Имеются многочисленные статьи по одежде кубанского казачества, обобщающего и локального характера, в которых рассматриваются вопросы типологии, орнаментации, традиций и новаций и т.д.20 Логическим завершением активной публикаторской деятельности местных ученых явились диссертационные исследования И.В. Ярошенко, А.В. Шаповаловой21, Л.С. Царевой, посвященные казачьему костюму. Однако, несмотря на широкие хронологические рамки, исследователи оказались "привязанными" к концу XIX - нач. ХХ века, оперируя имеющейся доказательной базой. Кроме того преобладает односторонний подход в исследовании костюма кубанского казачества, глубинно не изучается на местном материале европейские формы одежды, не исследуются процессы трансформации традиционных форм казачества и иногороднего крестьянства. "При акцентировании внимания на казачестве практически не изученной остается культура русских и украинских сел Кубани и Черноморья, культура иногороднего крестьянства"22, - справедливо отмечает историк О. В. Матвеев.
Цель исследования - реконструировать экспозицию традиционных восточнославянских и европейских форм одежды в социокультурном ландшафте региона и перейдя от статики к динамике выявить и проанализировать различные факторы, повлиявшие на процесс вытеснения костюма как сословного социального маркера общегородским костюмом во второй половине XIX - начале XX в. Данная цель определяет постановку целого ряда взаимосвязанных и взаимообусловленных задач:
- изучить историографию вопроса и выявить всю совокупность источников (письменных, вещественных, изобразительных), имеющих прямое или опосредованное отношение к данной проблеме;
- определить методологические подходы, направленные на изменение парадигмальной установки и направления перспективы в теоретическом осмыслении и исследовании вопроса;
- выявить традиции и новации в одежде восточнославянского населения Кубани;
- осуществить компонентный анализ традиционных костюмных комплексов восточнославянского населения Кубани сквозь призму этнических и сословных характеристик (казачья/крестьянская) и проследить динамику их развития; - рассмотреть в диахронии основные формы традиционной верхней одежды и дополнительные элементы костюма;
- проанализировать социально-экономические и другие факторы, приведшие к кардинальной перестройке всех элементов традиционной системы и замены ее костюмом европейского типа;
- охарактеризовать общегородские формы мужского и женского костюма в контексте европейской моды. В исследовательскую оптику попадает казачья, крестьянская и мещанская одежда, представленная во всем многообразии ее видовых форм. При изменении угла зрения и направления перспективы для решения поставленных задач одни сословия выдвигаются на передний план, другие отодвигаются вглубь. Объект исследования - одежда восточнославянского населения Кубани, взятая во всем историческом и культурно-типологическом многообразии.
Предмет исследования - историко-этнографическая реконструкция традиционной одежды восточнославянского населения Кубани и ее трансформация в ходе модернизационных процессов, протекавших в российском обществе в пореформенное время.
Хронологические рамки исследования условно ограничены второй половиной XIХ - началом ХХ в. 8 февраля 1860 г. указом императора Александра II образована Кубанская область, а 19 ноября - Кубанское казачье войско, в состав которого вошли Черноморское казачье войско и шесть бригад Кавказского линейного казачьего войска. Территориальные границы исследования включают в себя территорию Кубанской области и выделившейся из нее в 1896 г. Черноморской губернии. Теоретико-методологическими основами исследования являются принципы историзма, объективности и системности. Важную часть методики исследования составляет сравнительно-исторический метод, для решения поставленных задач применяются три вида исторических сравнений: типологические, генетические и диффузные. Компаративисткий метод помогает выявить генезис некоторых форм одежды, скрытых под позднейшими напластованиями, и реконструировать те из них, которые оставили слабый "след" в письменных источниках. Тесно связаны с компаративистикой и другие методы исследования: анализа и синтеза, исторических параллелей, диахронный и синхронный в сочетании с научными приемами аналогии и экстраполяции, компонентный анализ. Историческое исследование диахронно по определению, оно имеет целью показ истории, т.е. изменений во времени. Сочетание двух разных аспектов - диахронного и синхронного, по справедливому замечанию А. Я. Гуревича, сопряжено с немалыми методологическими трудностями, даже на "формальном" уровне23. Изменение ракурса исследования, парадигмальных установок во многом связано с применением для решения определенной исследовательской задачи либо эмного либо этного подхода (важные понятия культурологии). "Эмность" понимается как внутреннее, насущное строение и проявление изучаемой культуры, "этность" - ее дополнение, реконструкция, истолкование фактов культуры внешним исследователем. Каждый термин, применяемый казаками для обозначения компонентов одежды, тканей, аксессуаров является знаком, фиксирующим определенные характеристики обозначаемого предмета. Идя от знака к характеристике, исследуя семантику и этимологию отдельных терминов, можно получить культурно значимые признаки исследуемых объектов. В данной работе автор стремился максимально точно фиксировать этнолингвистические факты и интерпретацию их значения самими носителями изучаемой культуры, сопоставляя с фактами их других культур. Метод реконструкции широко применяется в историко-этнографических исследованиях материальной культуры (жилище, одежда) населения различных регионов России. В основе использования метода исторической реконструкции лежит идея о возможности воссоздания целостной картины какого-либо процесса, явления, периода путем детального и комплексного анализа частных составляющих этого целого (от частного к общему)24. Реконструкция костюмных комплексов не возможна без применения кросс-культурного метода, этнографических аналогий, экстраполяций.
Теоретическую основу исследования составили работы отечественных и зарубежных культурологов, этнографов - Э.С. Маркаряна, С.А. Арутюнова и др., в которых разрабатываются узловые вопросы традициологии как науки25; по семиотике культуры и семиотике текста (и костюма) - труды М. М. Бахтина, Ю.М. Лотмана, Б.А. Успенского, Р. Барта, Г. Кнабе, П.Г. Богатырева, Н.М. Калашниковой.
Источниковая база исследования достаточно обширна, более того, в научный борот вводятся новые источники, значительно расширяющие диапазон видения проблемы. До середины 1870-х годов основным источником являются неопубликованные документы из фондов Государственного архива Краснодарского края (ГАКК), Государственного архива Ставропольского края (ГАСК), Краснодарского государственного историко-археологического музея-заповедника им. Е.Д. Фелицына (архив КГИАМЗ). Наиболее многочисленный материал по исследуемому вопросу отложился в фондах ГАКК: "353 "Полковое правление 1-й бригады ККВ"; 454 "Канцелярия начальника Кубанской области и наказного атамана Кубанского казачьего войска"; 482 "Окружной суд Черноморского казачьего войска; Екатеринодарский окружной суд министерства юстиции"; 483 "Екатеринодарский городской сиротский суд". Это дневные журналы, дела, содержащие описи движимого и недвижимого имущества казаков, а также об учреждении опеки над сиротами и годовые отчеты о состоянии опеки, о разделе имении между родственниками, о пожарах, кражах, убийствах и других происшествиях в городах и уездах Кубанской области, рапорты уездных начальников о несчастных случаях и т.д. В них содержится информация об одежде, тканях и аксессуарах в основном казаков и отдельно мещан, эпизодически проходят крестьяне, купцы, священники. Описания лаконичны и достаточно "регламентированы", фиксируется материал, его цветовые характеристики, декор. Значительно расширяет информационное поле и включает исследуемый предмет в социокультурный контекст другой тип источников: казенные и частные объявления в местной периодике - газетах "Кубанские войсковые ведомости", "Кубанские областные ведомости". Первая рубрика содержала объявления канцелярии начальника области и наказного атамана о розыске преступников и похищенного, об обнаруженных "трупах" неизвестного звания людей, о найденных и отобранных ("по подозрению в неблаговидном приобретении") вещах, сыскные статьи. Ценность этого материала в том, что иногда приводятся очень подробные сведения о предметах одежды, вплоть до подметки и цвета подошвы на сапогах. Систематически рекламные объявления появляются на страницах "Кубанских областных ведомостей" с конца 1880-х. Одни из них содержали только вербальные сообщения, к другим "подверстывались" графические. В этот период объявления были в основном развернутыми, содержали, насколько это было возможно, разноплановую и информацию: название и адрес магазина, имя владельца, подробный анонс мануфактурных товаров (от тканей и предметов одежды до аксессуаров) с указанием фирмы-производителя, иногда и ценового диапазона. На рубеже веков рекламе стали отводить отдельный (четвертый) лист названной газеты. Большинство магазинов были постоянными рекламодателями этой газеты или часто упоминались в рубрике "Часть неофициальная" (затем "Частные объявления"), содержавшей рекламные объявления самого различного характера. Причем товар расписан до мелочей, иногда дополнен иллюстрациями. Это самая обширная, ранее не использовавшаяся исследователями группа источников, вокруг которой группируются все остальные. С 1880-х годов круг источников расширяется вещественными источниками, фотографиями, полевыми материалами, публикациями различного характера в периодических изданиях. К группе изобразительных источников относятся кабинетные фотографии дореволюционного периода, хранящиеся в КГИАМЗ им. Е.Д. Фелицына, станичных и городских краеведческих музеях Краснодарского края и частных коллекциях. Диссертантом изучена этнографическая коллекция предметов женской и мужской одежды, головных уборов КГИАМЗ (в количестве 183 предметов), а также отдельные этнографические коллекции историко-краеведческих музеев Краснодарского края. В качестве сравнительных параллелей, для выявления генезиса и атрибуции некоторых женских форм костюма привлекались вещественные памятники и учетные документы из фондов Старочеркасского историко-археологического музея-заповедника, Ростовсокго областного музея краеведения. Этнографические источники - полевые материалы (дневники) этнографических экспедиций 1978-1981, 1988-1990 годов КГИАМЗ включают описания записи устных сообщений информаторов (рассказы людей преклонного возраста из старожильческой и иногородней среды), они сопоставляются, коррелируются с архивными и печатными источниками. Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем: это первое научное исследование одежды восточнославянского населения Кубани, в котором в исторической ретроспективе дана развернутая экспозиция традиционных и городских (европейских) форм костюма, рассмотренных сквозь призму сословных характеристик (казачья, крестьянская, мещанская). Выявлены и проанализированы на основе эмного подхода и исторических сравнений, параллелей, аналогий костюмные комплексы крестьянского и казачьего населения, принадлежащие к различным темпоральным периодам. Детально проанализированы с привлечением многочисленного материала, подвергшегося статистической обработке, все компоненты одежды, рассмотрены их функции, конструкция (покрой), материал, декор. Впервые на региональном уровне рассмотрены социально-экономические факторы (развитие модной индустрии, торговли, маркетинговые стратегии), повлекшие за собой кардинальные изменения в структуре народной одежды и ускорившие процесс перехода на общегородской костюм. В-третьих, данная работа является первой попыткой обобщения материалов по обозначенной теме в указанных хронологических рамках. В-четвертых, впервые на комплексной основе исследуется генезис, процесс развития и смены исторических форм одежды в ходе модернизации российского общества. В-пятых, в научный оборот вводятся неопубликованные архивные документы, вещественные источники из музейных коллекций, материалы периодических изданий. В-шестых, работа сделана на стыке истории, этнографии и культурологии. Теоретическая и практическая значимость исследования состоит в том, что впервые в отечественной историографии на основе широкого круга источников исследуются вопросы традиций и новаций в одежде восточных славян Кубани. В теоретическом осмыслении истории вопроса изменяется направление перспективы, в которой ранее рассматривалась эта история. Результаты исследования могут быть использованы для написания обобщающих работ по истории культуры региона; для создания лекционных курсов и учебных пособий по истории материальной культуры, декоративно-прикладного искусства; в музейной (формирование экспозиций, научно-просветительская деятельность) и художественной практике. Апробация результатов исследования. Основные результаты и положения отражены в статьях, докладывались на международных и межрегиональных научно-практических конференциях. Результаты исследования были внедрены: в культурно-просветительскую и научно-методическую деятельность Краснодарского государственного историко-археологического музея-заповедника им. Е. Д. Фелицына.
Структура и объем работы обусловлены целью и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, разделенных на параграфы, заключения, библиографического отдела. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во Ведении обосновывается актуальность темы исследовании, характеризуется степень ее научной разработанности, определяются цель и задачи, истчониковая база, методологические основы диссертации, раскрывается ее научная новизна и практическая значимость. Первая глава "Традиционный костюм восточнославянского населения Кубани: структурно-функциональный анализ" состоит из четырех параграфов. В первом параграфе "Сословная специфика мужского казачьего костюма и его знаково-престижные функции" рассматривается мужской костюм как одна из важных форм идентификации и самоидентификации кубанских казаков. Сословные характеристики одежды в текстах распределяются между двумя полюсами: на одном - казачья (своя), на другом - не казачья (чужая), вербализованные в ценностно-маркирующих категориях ("мещанская", "крестьянская"). Определение "казачья" распространяется не только на черкеску (платье), но и на другие компоненты костюма, выступая в различных семантических связях, но чаще всего для акцентации различий в типах одежды. Бинарность, реализуемая на всех уровнях (от материала до предмета одежды), заложена в самой структуре текста, даже при отсутствии одного из членов оппозиции. Маркирующим признаком во всех случаях выступает покрой одежды (казачьего покроя /крестьянского покроя; казачьего образца /азиатского образца). Предметом рассмотрения являются те компоненты казачьего костюма, которые в текстах-описаниях того времени по ряду признаков идентифицируются как казачьи: верхняя одежда (бешмет, черкеска, полушубок, бурка), пояса, головные уборы (шапка, фуражка, башлык). С 1861 г. мундир кубанских казаков получил официальное название черкеска. В апреле 1870 г. вводятся черные черкески, красные бешметы и красный верх погон и папах. Черкеска являлась форменной (мундир), партикулярной, вседневной и праздничной одеждой. Повседневную службу казаки несли в партикулярных черкесках всевозможных расцветок и размеров. Черкески изготавливали в основном из сукна различного качества: домашнего и местного кустарного производства ("азиатское"), фабричного; использовались другие шерстяные (твин, бобрик, мельтон) и хлопчатобумажные (камлот, молескин) ткани. Цветовой диапазон довольно широкий при доминировании ахроматических. Для отделки применялись серебряный галун, черный гарус. Вседневные черкески, как правило, не декорировались ("без отделки", "без оправы", "без обшивки"). Особое внимание обращается на семантику термина "чекмень". В документах 1860-х гг. этим термином обозначают различную по своему функциональному назначению одежду. Под определение "простой", "простого изделия" попадает "классический" чекмень. Это один из противоречивых терминов. Исследователи трактуют его, как аналогичный бешмету (позднее название), "зипуну" (старинная форма), "сиряку" / "кирее" (верхняя дополнительная одежда). Употребление этого термина в последних значениях выявлено применительно к крестьянской одежде. В большинстве случаев эта лексема встречается в описаниях одежды казаков восточных станиц. Нередко констатируются, как и на черкеске, газыри (или их отсутствие), наличие отделки. Термин "чекмень" очень часто употреблялся в качестве синонима "черкески", что и зафиксировано в документах того времени. Этим термином обозначали и одежду горцев с определением "азиатский". Обязательным было ношение с черкеской узкого кавказского пояска с чеканными медными или серебряными бляшками и наконечниками. Как и в других случаях, определение "казачий" (казацкий, казачий пояс) выполняет функцию маркера. Можно выделить два основных типа поясов: металлические (серебряные) и кожаные (ременные) - с металлическим набором. Богато украшенный пояс выполнял престижную функцию, а также указывал на социальный и имущественный статус своего владельца. Бешмет (балахон) - верхняя плечевая одежда, также заимствованная у народов Северного Кавказа (черкесов). Контекстуальный анализ разных документов задает несколько параметров, по которым можно рассматривать этот компонент казачьего костюма: соотношение "казачье - не казачье", с вариабельным правым членом оппозиции ("казачьего покроя - черкесского покроя", "казачьего покроя - русского покроя", "казачьего образца - азиатского образца"). Определение "казачий" указывает, что описываемый предмет обладает рядом характерных признаков (при доминирующем главном), отличающих его от "азиатских" бешметов, имевших довольно сложный крой, подробно описанный Е.Н. Студенецкой. В западных районах устойчиво сохранялся термин балахон в значении "бешмет". Бешмет изготавливался из шерстяной материи красного цвета (шалон), на крючках, с закругленным воротником, который обшивался серебряным галуном, у нижних чинов - без галуна. На практике, цветовой спектр парадных бешметов отличался от "эталонного" (форменного) и "не поддавался" строгой регламентации (кроме кавалерии). Красный (пунцовый, бордо) цвет оставался приоритетным и для вседневных бешметов. Бешметы изготавливались по достатку из различных по качеству и расцветке тканей, но особой популярностью пользовались атлас, ластик, канаус, сатин, люстрин, прюнель. Престижным было иметь бешмет, сшитый из дорогой шелковой или иной ткани с гладкой блестящей лицевой поверхностью, оформленный серебряным галуном. В источниках бешметы нередко дифференцируются на холодные и теплые (ватные). Ватные бешметы имели широкое хождение в повседневной жизни, постепенно вытеснив тяжелые овчинные полушубки и в походном быту. Знаковая функция присуща в немалой степени и "нейтральной" зимней одежде - шубам и полушубкам (нагольные, крытые, на меху, вате). Н.А. Дворникова выделяет два вида мужских овчинных шуб: одни по крою походили на бешмет, но с открытой грудью, как у черкесок, другие - распашные, длинные, прямоспинные, расходящиеся вниз колоколом, с глубоким запахом и небольшим воротником (кожух). Определение "казачья"/"казачий" корреспондирует с первым типом шуб /полушубков. Сохраняется оппозиция "казачьего покроя" /не казачьего покроя /крестьянского покроя, иногда конкретизируется (предикат) правый член оппозиции ("сшитый по образцу, принятому иногородними лицами"). Принадлежностью казачьего костюма была войлочная бурка, которая также часто выступает в оппозиции "казачья /казачьего образца - азиатская /азиатского изделия /азиатской работы". В описаниях "казачьих" бурок фигурирует цветная подкладка, обшивка ворота тканью, шнурком, тесьмой, кожей, нередко применялась галунная или мишурная отделка, в сочетании с декоративными швами, кожаными нашивками. Шапка - папаха (казачья шапка), изготовленная из ткани и меха, входила в обмундирование казаков ("форменная", "смотровая"), но на практике единообразия не наблюдалось даже в строевых частях (разный фасон, размер, сорт меха). Вседневная папаха имела покрой одинаковый с форменной, но цвет курпея и верха - произвольный. Папаха стала традиционным головным убором кубанских казаков, принадлежностью не только форменного, но и бытового костюма. В ХХ в. высокую папаху сменила низкая шапка - кубанка. В летнее и весеннее внеслужебное время казаки чаще носили фуражку / картуз (картус). Башлык - суконный головной убор входил также в число предметов обмундирования кубанских казаков и для артикуляции его знаковой функции также употребляется определение "казачий" (в отличие от солдатских). Поясная одежда (шаровары) и обувь (сапоги, чувяки с ноговицами), за редким исключением (казацки чоботы), не элиминируется из общего предметного поля. Черкесская обувь давно была в ходу казачьих станицах. В различных источниках ее называют башмаками, чувяками (чевяками). На основе многочисленных текстов-описаний мы выделили (с позиции "изнутри") в системе традиционной одежды элементы с той или иной степенью престижной означенностью. В общей структуре традиционного казачьего костюма системообразующее значение имела черкеска, которая собственно и составляла "казачье платье" (костюм, одежду). Все другие компоненты казачьего костюма могут быть отнесены к "открытым" структурам. Эти виды одежды отмечаются (в документах) в структуре одежды крестьян, мещан, отставных солдат, нередко с пометой "казачьи". Исследование традиционного костюма кубанского казачества показало, прежде всего, что он является завершенным, вполне сформировавшимся явлением, неотъемлемой частью материальной культуры населения исследуемого региона, сложившейся в процессе исторического развития. Традиционный казачий костюм обладал: знаками имущественных различий; знаками сословной принадлежности (казачье сословие и не казачье славянское население - иногородние); знаками региональной принадлежности; функции сословной и региональной принадлежности практически совпадают. Во втором параграфе "Восточнославянские костюмные комплексы: компонентный анализ" реконструируется экспозиция костюмных комплексов казачьего и крестьянского населения Кубани, рассматриваются их функции, конструктивные и художественные особенности (материал, декор, технические приемы орнаментации), привлекаются сравнительные материалы по одежде населения Дона, Ставрополья, локальных групп русских и украинцев. Отмена крепостного права и окончание военных действий в Закубанье, а также ряд законов, особенно 1868 г., разрешивший лицам невойскового сословия селиться и приобретать недвижимую собственность на казачьих землях, открыли широкие возможности для заселения Кубани переселенцами из других губерний России. На смену дореформенной, в основном военно-казачьей колонизации пришел более мощный процесс крестьянского заселения и экономического освоения Кубани. Основную массу переселенцев составили крестьяне, затем мещане, видную роль играли и отставные солдаты, прибывавшие из разных губерний (Харьковская, Полтавская, Курская, Воронежская, Орловская). Одни виды одежды формировались и претерпели трансформацию до 1860 г. ("terminus ante quem"), другие - после ("terminus post quem"). Причем в первом случае их формирование происходило в границах расселения двух групп казачества - гетерогенного по своему этническому составу линейного (русская этнографическая группа) и гомогенного черноморского (украинская этнографическая группа). В источниках основной массив фактологического материала по одежде в разном соотношении распределяется по трем группам: казаки, крестьяне, мещане, эпизодически проходят отставные солдаты, купцы, священники, дворяне. Наше внимание фокусируется в основном на первых сословиях. По материалам письменных источников, этнографических данных можно выделить пять комплексов женской одежды, бытовавших в середине XIX века в Кубанской области: с плахтой, с поневой, с домотканой юбкой, с сарафаном и с бешметом. Украинский комплекс одежды с плахтой был специфичен для населения западных станиц, а также имел локальное бытование и в восточных среди украинских переселенцев. Запаска и плахта к середине ХIХ в. не являлись основными типами поясной одежды старожильческого населения, сохраняя какое-то время статус традиционной одежды среди поздних украинских переселенцев. Старинные формы украинской национальной одежды в рассматриваемый период активно вытеснялись юбками ("сподницами"), сшитыми из домотканых или фабричных тканей. Изопрагмы бытования комплекса одежды с понёвой размыты и неопределенны, в виду отсутствия какой-либо информации в архивных и этнографических источниках, что делает практически невозможным реконструкцию самого комплекса. Лексический рудимент "понька" (одно из названий понёвы) зафиксирован в говорах населения станиц Новой Линии применительно к короткой юбке. Понёва - поясная одежда замужних женщин - характерна для всех южновеликорусских губерний. Понёвы различались по крою, расцветке, технике изготовления ткани и орнамента. Из всех известных типов понев в музейных коллекциях выявлены единичные образцы понёвы с прошвой (глухая понева) переселенцев из Воронежской губернии. Архивные, этнографические и вещественные материалы свидетельствуют о бытовании в Кубанской области различных типов сарафана: косоклинного (глухого и со швом спереди), или клиника и прямого круглого на лямках. До середины XIX в. сарафан являлся крестьянской девичьей (однодворческие селения) и частью казачьей одеждой (русское население линейных станиц), в более позднее время только крестьянской. Сарафан (вместе с кокошником), переместился в обрядовую сферу, сохранив за собой функцию свадебной одежды. В документах 1870-х встречаются упоминания о другой верхней одежде, ставшей традиционной для некоторой части казачьего населения линейных станиц (ст. Кавказская), основанных донскими казаками, - женских бешметах. Они характерны для комплекса женской одежды ("полуазиатский костюм") терско-гребенского казачества, в которой отчетливо прослеживается горское влияние. В середине ХIХ в. основным типом одежды в кубанских станицах становится комплекс с юбкой. Будничные юбки были домотканые холщовые и суконные, нередко крашеные, или в цветную полоску. Появление шерстяной полосатой юбки на Кубани исследователи связывают с поздними переселениями украинских и русских групп, вошедших в состав казачества. Среди разнообразных по качеству, расцветке и орнаментации тканей доминируют полосатые - домашней и фабричной выработки: пестрядь, "тяжина", ситец, демикотон. Украинские названия "летник" и "дымник" зафиксированы в этнографических источниках применительно к юбкам в первом случае из широких, а во втором - из узких полос. В состав каждого из названных комплексов входила рубаха /сорочка. В рассматриваемый период бытовали: рубаха туникообразная с прямым разрезом и невысоким стоячим воротником; рубахи с поликами цельнокроеные и составные, рубаха "на кокетке" (с талейкой). Документы свидетельствуют о широком бытовании составных рубах, в которых верхняя часть (стан, станки) сшита из тонкого полотна или фабричных хлопчатобумажных тканей (ситец, сарпинка, кумач, бриллиантин), а нижняя (подол, подставка, пидтычка) - из холста различного качества. Составные рубахи носили с юбкой и кофтой и без нее. Они характерны для казачек восточных районов Кубани, где доминировало русское население. Цельнокроеные рубахи изготавливались из холста и белых хлопчатобумажных тканей - ситца, миткаля, коленкора, бязи, но к началу ХХ в. нарастает полихромия рубашечных тканей. Под влиянием городской культуры в моду входят разбеленные пастельные тона: голубой и особенно розовый. Не только казачки, но и состоятельные крестьянки имели в своем гардеробе более дюжины рубах из фабричных тканей и холста домашнего изделия. Характер декора и способы его оформления выступают в качестве сигнала этноопределителя ("с русской вышивкой", "малороссийской работы", "русская (казачья)", "русской работы"). Из повседневной плечевой одежды рубаха все больше становилась или только домашней (рабочей), или нижней нательной одеждой, на которую чаще всего надевали кофту. Под воздействием урбанистической культуры эволюция традиционной рубахи шла по нескольким направлениям: изменение кроя; замена традиционных материалов на фабричные при сохранении принципов декоративного строя или отказа от него. На смену льняному и конопляному холсту домашней выработки приходят белые фабричные ткани, но традиционные приемы оформления рубахи остаются прежними. Одним из элементов традиционного женского костюма являлся передник: туникообразный (занавеска, зановеска) и поясной (хвартук, фартух, завеска, опыначка). Девушки надевали занавески на рубахи или сарафаны, в тех районах, где сарафан был девичьей одеждой, замужние женщины - поверх рубахи и поневы. Чаще всего с сарафаном носили передник, укреплявшийся завязками выше груди, либо запон с грудкой (с нагрудкой, с грудинкой). Передник не был у кубанских женщин обязательной частью костюма, его надевали главным образом для работы. Согласно этнографическим материалам, письменным и вещественным источникам, короткий, укрепляющийся на талии передник (завеска, передник) с немецким названием фартук (носили в основном с юбкой, реже с сарафаном поздних покроев), повсеместно распространяется в станицах и селах Кубанской области в середине ХIХ в. Сведения о нагрудной женской одежде - корсетке, теплушке в письменных источниках единичны, как и предметы из музейных собраний. Корсетка (керсетка, кирсетка) - украинская безрукавная одежда, изготовленная из разнообразных по качеству тканей, в зависимости от местных традиций она имела свои отличия в форме, пропорциональных соотношениях верхней и нижней частей, используемых материалах и характере декора, а также в способе ношения, ее носили со "спидницей" и плахтой. У кубанских казачек в различные темпоральные периоды их истории также бытовала безрукавная одежда под называнием карсет (корсет, кирсет) и теплушка. Основу мужского костюма составляли традиционные компоненты одежды - рубаха и штаны-шаровары. Наиболее массовый материал в документах выявлен по рубахе / сорочке. Во всех рассмотренных контекстах эта одежда нейтральна, лишена каких-либо аксиологических коннотаций. На основе анализа письменных источников выделены типы рубах: косоворотка ("рубаха с косым воротом", "рубаха с боковым воротником") и рубаха с кокеткою. Косоворотка вытеснила в ХIХ в. существовавшую у русских сорочку с прямым разрезом. Одновременно на Кубани бытовала и рубаха с прямым разрезом ворота, являвшаяся типичной для украинцев. В начале ХХ в. среди сельской молодежи появилась под влиянием города рубаха с кокеткою ("с талейкой"), но широкого распространения она не имела. Косоворотку носили не только казаки, но и крестьяне, мещане, рабочие, представители других сословий и сословных групп. Шили рубаху из шелковых, хлопчатобумажных, льняных гладкоокрашенных тканей, чаще всего красных, иногда оформляли декоративными швами (вышивка). Характер декора и способы оформления рубах имели свои традиции у различных этносов и этнических групп восточных славян ("с русской вышивкой", "вышита малороссийским узором", "с малороссийским шитьем на груди"). В исторической ретроспективе эта аксессуарная часть мужского костюма оказалась мобильной и весьма восприимчивой к модным новациям. Уже в середине ХIХ в. имущая часть казачества использует для шитья рубах фабричные ткани различного качества. Холст домашней выработки все более переходит в разряд бельевых тканей, предназначенных для нижних рубах, "исподних" штанов. Облигатный белый цвет аксессуарной части мужского костюма замещается хроматическим рядом, в котором инвариантами выступают красный и синий (голубой, серо-голубой). Кроме однотонных широко использовались и орнаментированные ткани - в клетку и полоску ("американ"). Анализ источников показывает, что процессы трансформации традиционных типов одежды затронули не только декоративный строй аксессуарной части костюма (будничного, праздничного), они повлекли за собой изменение ее семиотического статуса. Традиционная белая рубаха, оформленная декоративными швами или без них, постепенно понижалась по шкале престижности (нарядности). Функциональная дихотомия произошла и на понятийном уровне: "верхняя" (из цветной фабричной ткани) и "сподняя" (из простого белого холста). Холщевая рубашка в комплекте с подштанниками (сподники) переходит в разряд нательной домашней и рабочей одежды. Базовая часть мужского костюма - штаны дает массовый материал, поддающийся статистической обработке только по двум константным параметрам: материал и его цветовые характеристики. В сельский быт широко входят штаны из фабричных тканей, сшитые на городской манер, и брюки. Казаки носили повседневные шаровары произвольного цвета и материи, забирая их в сапоги или ноговицы. Цветовой диапазон очень широкий. Покрой поясной одежды фиксируется редко ("штаны покроя простого", "в простых штанах широкого покроя"). Картографирование комплексов мужской одежды показало бытование в Кубанской области в рассматриваемый период широких штанов с квадратной или ромбовидной вставкой. В текстах-описаниях иногда мелькают диалектизмы, этнографизмы - шеровары, шальвары, холоши /колоши (штанины). Шаровары носили немногие, дольше всего эта часть одежды сохранялась среди украинских переселенцев в западных районах Кубанской области. Долго не выходят из обихода штаны на шнурке, вздержке - очкуре (учкур, вучкур). Итак, для населения Кубани характерен комплекс мужского костюма: туникообразная рубаха с прямым разрезом, надеваемая со штанами широкого покроя, при этом рубаха заправляется в штаны (отличительная черта). В третьем параграфе "Трансформация верхней одежды: между традицией и инновацией" исследуется верхняя демисезонная и зимняя одежда. Отдельные виды являлись исключительно женскими или мужскими, но в целом отмечается общность конструктивных форм, при вариативности в деталях кроя, цвете, отделке. Различия в одежде фиксируются по двум основным признакам: половозрастному и сословному, последний присущ мужской одежде. До конца XIX в. казачий костюм на шкале престижных оценок стоял, выше, чем одежда крестьянства и даже мещанства, что проявилось в заимствовании (копировании) последними отдельных его компонентов (шапка, бешмет, полушубок). Бешмет (балахон) фигурирует в описаниях примет разыскиваемых крестьян, мещан, отставных солдат ("балахон казачьего образца", "казачий бешмет"; "бешмет казачьего покроя"). Причем эта одежда, сохраняя свой крой, частью модифицируется. Традиционные виды восточнославянской народной одежды - зипун, свита, халат переходят из сферы нарядной, праздничной одежды в разряд будничной (рабочей) или дополнительной, надеваемой в непогоду либо в дальнюю дорогу. Свита (свыта, свитка) - верхняя распашная женская и мужская одежда удерживала свои позиции на всем протяжении ХIХ в. Широко бытовала среди казачьего, крестьянского и мещанского населения Кубанской области. На основе изучения документов выделено несколько видов этой одежды: простая свита (свита с башлыком), свита-черкеска и свита со сборами. Покрой свит не описывается, только в отдельных случаях отмечается: "черкесского покроя", или "сшита черкескою"; "крестьянского покроя"; "простого покроя". По данным историко-этнографического атласа в Кубанской области бытовала свита халатообразного покроя и свита с клиньями (в талию). Остается в активе свита черкеска, или черкесская (сшита черкескою) - традиционная казачья одежда черноморских казаков. Казаки надевали свиту поверх бешмета или прямо на рубашку, подпоясывали широким поясом, а крестьяне - поверх жилета или пальто. Этим термином часто обозначают верхнюю одежду отставных солдат, иногородних крестьян, чернорабочих. По женской свите материалы очень бедны, по-видимому, этот вид одежды у казачек потеснили "кохты" и пальто. Среди русского населения линейных станиц был распространен зипун - основная будничная и праздничная весенне-осенняя одежда крестьянского населения Европейской России. Зипун имел различные варианты кроя (с клиньями, со сборками), использовался и в качестве дополнительной верхней одежды. Зипун бытовал среди казачьего населения линейных кубанских станиц, иногородних (чернорабочих), отставных солдат, крестьян. В крестьянских селениях Кубанской области эта традиционная русская одежда под влиянием модных тенденций подверглась модификации (сшитый сюртуком). Сфера бытования дополнительной верхней одежды - мужского халата ограничена в основном крестьянской средой ("мужичий"). Как и свита, халат также шился с капюшоном - башлыком. Какое-то время сохранял статус нарядной одежды и у казаков и крестьян женский халат - праздничная распашная одежда, приталенная, с клиньями либо со сборками и отложным воротником. В источниках выявлен еще один верхней весенне-осенней крестьянской одежды под названием чумарка. Эта форма также трансформируется в соответствии с модными тенденциями, повторяя в силуэте крой сюртука. Особенно популярна была в крестьянской среде поддевка - верхняя мужская (мужского покроя) и женская одежда, со стоячим или отложным воротником, на подкладке или на вате. Поддевку носили представители разных сословий - мещане, крестьяне, отставные солдаты, ремесленники, за исключением казаков. Она изготавливалась из разнообразных фабричных тканей, имела различные варианты кроя - с клиньями и со сборами ("на образец бешмета", "сзади со сборами"). Знаковые функции этой одежды (указание на сословные характеристики) также присутствуют в текстах ("крестьянская", "мужичья", "русская"). Поддевку мужчины надевали на жилет, пиджак, рубаху с разного типа головными уборами (картузы, вязаные шапки, папахи) и обуви - от лаптей до сапог-ботфортов. Широко распространенной будничной и праздничной женской одеждой становится кофта на вате (кохта, теплая кофта, пальто на вате) - вид полупальто, прямого покроя, с широкими полами. "Кохту" шили из различных по качеству тканей чаще темных тонов. Зимняя верхняя одежда широко представлена тулупами, шубами и полушубками. Мещане носили шубы на вате и на меху (овчина, енот, хорек, выхухоль, волк), крытые сукном, драпом. В крестьянской и казачьей среде основным материалом служила овчина, но в широком ходу были и шубы на вате. В повседневном быту распространены нагольные шубы из дубленых белых, черных, красновато-желтых (красной дубки, желтой дубки), дымленых и белых сыромятных овчин. Покрой шуб (кожухов) был разнообразным: с клиньями, со сборами. Крой также выступает в качестве маркирующего признака (сохраняется оппозиция "казачьего покроя" - "крестьянского покроя"). В повседневном быту казаки иногда надевали шубы и "не казачьего покроя". В названии основных видов зимней одежды, как и материалов, в западных станицах, а местами и в восточных, среди украинского населения, устойчиво сохраняется украинский лексический пласт: кожух, толуб, смухи (смух, смушек), тхор (укр. "тхiр"), линтавари (лынтвари). Казачки и крестьянки шили шубы на овчинном (смуховые, курпейчатые, линтваревые), заячьем и беличьем меху, нагольные и крытые. Шуба была распространенным видом зимней казачьей одежды. Крестьянки носили чаще всего дубленые шубы. Получает широкое распространение шубка на вате - осенняя и зимняя праздничная одежда девушек и молодых замужних женщин, она входила в состав приданного казачки среднего достатка. В начале ХХ в. казачки из богатых семей стали носить шубки на лисьем или другом меху, крытые бархатом, шелком или атласом. Распространенной казачьей и крестьянской одеждой были полушубки - крытые и нагольные на меху (овчине) и вате, с опушкой и без нее. Эта одежда трансформируется, "европеизируется" ("сюртучного покроя, "сшит в пальто"). Тулуп (толуп) - дополнительная зимняя меховая одежда бытовала у разных сословий и сословных групп. В четвертом параграфе рассматриваются "Дополнительные элементы традиционной одежды: уборы головы, пояс, обувь", являвшиеся неотъемлемой частью комплекса народной одежды. Одним из важных компонентов мужского и женского костюма был пояс (кушак). Пояса имели различную структуру поверхности и орнаментацию. Кушак представал собой тканую или вязаную полосу шерстяной или полушерстяной ткани, которой подпоясывалась преимущественно верхняя одежда (поддевка, свита, полушубок, пальто). Пояса (кушаки) изготавливались также из фабричных тканей - нанки, китайки, ситца. По документам прослеживаются кожаные пояса, представленные двумя видами: ремень (ременный пояс /ременной кушак) и казачий пояс с набором. Ременный пояс заменил тканый кушак, им подпоясывались рубаха, брюки. Очень часто ремень фиксируется в костюмном комплексе иногородних. В середине ХIХ в. происходит упрощение не только традиционного костюма, но и головных уборов. По материалам музейных коллекций, письменных источников выделены различные названия девичьих и женских головных уборов, бытовавших на Кубани у различных этнических групп. В западных районах Кубани бытовали несколько типов традиционных головных уборов: лента, венок, очипок (чепец, колпак), намитка, платок. Замужние женщины надевали очипок /очепок (колпак), сшитый в виде шапочки из хлопчатобумажной или шелковой материи, разнообразной формы. Очипки по функциональному признаку подразделяют на две основные группы: мягкие (сборники) и твердые (шапкообразные), хотя существует и множество промежуточных форм. Поверх очипка повязывали платок или драпировали намитку (наметка) - старинный прямоугольный платовый убор. В некоторых закубанских станицах, основанных в 1860-е гг., наметка вместе с шлычкой фигурирует в обряде "повивания" невесты. Очипок, как и намитка, входил в комплекс одежды с плахтой и с юбкой. В официальной лексике мягкие женские головные уборы (шлычка, очипок, колпак) чаще всего назывались чепцами. Шлычка - род маленькой шапочки, состоявшей из круглого донышка и узкого бортика, известна в двух своих вариантах (полная шлычка и шлычка "на шиш"). Поверх шлычки летом надевали легкие ситцевые или шелковые платки, а зимой - теплые, вязаные или шали. В начале ХХ в. шлычка местами сохраняется в костюмном комплексе пожилых женщин, а среди молодых широкое употребление получают платки, косынки, шали. В составе праздничного костюма переселенцев с сарафаном встречались кокошник и сборник, использовавшиеся в основном как свадебные уборы. Платок становится широко распространенным будничным и праздничным головным убором девушек и замужних женщин разных сословий. Его носили с мягкими головными уборами в виде небольшой шапочки-чепца из легкой фабричной ткани - повойником, сборником (очипок, шлычка, колпак) и в качестве самостоятельного головного убора, как девичьего, так и женского. На Кубани большая степень зажиточности казачества и крестьян позволяла многим семьям иметь в гардеробе от нескольких штук до нескольких десятков платков различных размеров, сортов и расцветок. Мужские головные уборы: шапка, соломенный бриль, войлочная шляпа. В ходу были и войлочные шляпы с конической тульей и широкими полями (полстянка). Шляпы различались по выработке (мягкие и жесткие), цвету, способам отделки. Статистические результаты обработки данных позволяют выделить по материалу несколько видов шапок: из ткани, из меха, из меха и ткани. Головные уборы крестьян обнаруживают много общих черт ("крестьянского образца", "шапка по образцу тех, которые носят крестьяне Черниговской или Полтавской губернии"). Многочисленную группу составляют шапки двух типов: вязаные и плетеные. Первая группа головных уборов отличается полифонией дефиниций: вязаная, шапка-"вязанка /"вязенка", везенковая, вязаная под курпей. За ними "закреплен" черный цвет, вариабельность проявляется в материале - сочетание шерсти и ткани. Второй тип шапок - плетенка (шапка-плетенка, плетеная), с матерчатым верхом и без него. Повседневной и рабочей обувью были постолы (поршни), лапти, башмаки с "ушками" и на шнурках, чувяки, черевики, коты, сапоги домашнего пошива. Башмаки - общее название всех видов низкой обуви на каблуках (подборы) или без них из кожи или ткани, с разными способами крепления подошвы. Различные типы башмаков носили с полстяными, суконными онучами (портянками), шерстяными чулками, носками. Лапти встречались только у крестьянского населения. Широко распространенной обувью служил род грубых туфель из сыромятной кожи с пришивной подошвой - "черевики", "чирики" (чиреки, чиряки"), "чувяки", "башмаки", "ходаки". Девушки и молодые женщины носили сафьяновые, юфтевые, козловые и шагреневые башмаки (черевики) - открытые туфли из кожи или с матерчатым верхом, с широким невысоким каблуком. Пара шагреневых башмаков с чулками входила в состав приданого казачки. Из этнографических и письменных источников известен еще один вид женской обуви, так называемые башмаки с ушками с двумя полукруглыми выступами на подъеме с боков. Сапоги (чоботы) - широко распространенный среди всех сословий вид шитой кожаной обуви, с голенищами разной высоты. Основной материал - черная юфть разного качества, белый и черный опоек. Праздничные и форменные сапоги казаки шили из глянцевой и шагреневой (шегреневой) кожи. Проведенное исследование показало, что традиционные костюмы восточнославянского населения Кубани обладали: знаками сословной принадлежности (казачье сословие и не казачье славянское население - иногородние), которые характерны для мужского костюма; знаками имущественных различий; знаками национальной принадлежности (русские и украинцы); знаками региональной принадлежности (функции сословной и региональной принадлежности совпадают). К концу ХIХ в. в костюме казачьего населения станиц Кубанской области значительно утратились особенности тех мест, откуда это население пришло. Украинская плахта, русский сарафан и понёва, кубелек и "полуазиатский" бешмет, кое-где бытовавшие в середине ХIХ в., повсеместно выходят из употребления. Вторая глава "Модные новации в одежде восточнославянского населения Кубани и распространение общеевропейского костюма" состоит из трех параграфов. В первом параграфе "Развитие индустрии готового платья, торговли и маркетинговые стратегии: российский и региональный уровни" рассматриваются причины, повлекшие смену одних групповых стереотипов другими ("европеизация") и выявляются катализаторы это процесса. Российские текстильные предприятия наладили выпуск недорогих, но модных тканей для внутреннего рынка. К началу ХХ в. Россия стала одним из ведущих производителей хлопчатобумажных тканей. В середине XIX в. развилось фабричное производство готовой одежды, заметно потеснившее шитье на заказ. Развитию индустрии готового платья в России способствовали и правительственные реформы. Основными центрами производства готового платья были Москва и Петербург, Одесса, Варшава, Киев, Рига, Ростов-на-Дону и Екатеринослав, отделения готового платья существовали почти во всех российских провинциальных городах. В Екатеринодаре и других городах Кубанской области стали появляться магазины западного образца, так называемые "модные", или "модно-мануфактурные". Рекламные объявления о модных новинках из Варшавы и Вены появляются на страницах "Кубанских областных ведомостей" с конца 1880-х. Наиболее часто мелькала реклама товаров оптово-розничных, модных и модно-мануфактурных магазинов К. А. Демержиева, С. Х. Хара-Гильева, С. Гольденберга, Х. Р. Хачадурова, М. А. Купцова, Торгового дома Бр. Тарасовых ("Товарищество мануфактур Братьев Тарасовых"), Торгового дома "Бр. К. и Х. Богарсуковых" (затем и "Никиты Богарсукова с С-и"). И если раньше модная одежда являлась привилегией элиты, то с появлением дешевых и доступных копий европейской одежды, средние и даже низшие сословия стали проявлять интерес к новостям мира моды. Переход от художественного, фотографического образа предмета в модном журнале к его материальному воплощению совершался несколькими путями: приобретение готового платья в магазине, станичной лавке, на ярмарке, пошив на заказ в специализированной мастерской или на дому (у портнихи или собственноручно). Магазины западного образца существовали или вновь открывались рядом с традиционными русскими лавками, ярмарками и рынками. Товар доставлялся из различных городов Российской империи: Ростова-на-Дону, Одессы, Харькова, Москвы, Нижнего Новгорода. В сельской местности большинство казаков и иногородних совершали покупки на ярмарках и в станичных лавках, хотя существовала и другая практика - отправляться за покупками в близлежащие города. В начале ХХ века увеличивается сеть магазинов готового платья (З. Грубман и А. Хайтович, Я. М. Буровского), предлагавших большой выбор готового платья новейших фасонов. Розничные отделения продавали платье "прямо с вешалки". Периодически в магазинах проводились распродажи. Причем такая практика не являлась редкостью. В Екатеринодаре, как и в столице, появляются магазины с претенциозными названиями: мануфактурный магазин "Город Лион", "Европейский магазин" мужского, дамского и детского платья, позиционировавший себя, как первый большой магазин в "местностях Кубанской и Терской областей". Последние новости готового платья, полученные от первоклассных русских и заграничных фирм, предлагались по "самым доступным ценам". В 1870-х Российская империя импортировала готового европейского платья почти на два миллиона рублей. В конце 1880-х "Торговый дом Братья К. и Х. Богарсуковы" осуществлял в больших масштабах оптовую и розничную торговлю. Богарсуковы организовали разветвленную торговую сеть, охватывавшую не только южные города страны (Екатеринодар, Армавир, Майкоп, Новороссийск, Сухуми), но и Москву, Санкт-Петербург, Лодзь, даже города Франции и Англии. В 1890 г. наладил свое производство и создал разветвленную сеть магазинов по продаже изделий собственного производства и готовой импортной обуви М. Э. Попов. Изделия его фирмы в 1906 году были удостоены золотой медали в Антверпене. Кроме изделий собственного производства, магазины Попова осуществляли торговлю обувью "первоклассных фирм" (Вейса Нейдера и др.) и предлагали потенциальным покупателям дополнительную услугу - пересылку "заочного заказа почтой за счет магазина". В 1860-х предприниматели, с целью расширения рынка сбыта товаров и увеличения покупательного спроса среди разных слоев населения во всех уголках Российской империи, стали издавать почтовые каталоги, по которым можно было сделать заказ. Развитие индустрии готового платья не вытесняет шитье на заказ, более того они сосуществуют друг с другом. Модно-мануфактурные магазины (депо, склады) принимали заказы на мужское, дамское, детское, военное форменное верхнее платье, которые выполнялись в собственных мастерских. Функционировали в городах и специальные так называемые модные дамские мастерские, где принимались заказы на платья по последним французским фасонам. В сельской среде пошивом женской одежды на заказ (юбки, кофты, платья) занимались модистки. У части сельского и городского населения появилась возможность изготовить копию модного фасона в домашних условиях, благодаря новым технологиям - "механизации" ручного труда. В 1860-х в России появилась домашняя швейная машинка, экономившая огромное количество времени. Реклама швейной машинки системы "Зингер" не сходила с последней страницы "Кубанских ведомостей". "Благодаря недорогой ткани фабричного производства, доступным выкройкам и швейным машинам, платье европейского образца стало возможно изготовить и на дому. Благодаря "Зингеру" французское платье могли теперь шить в каждом крестьянском доме по всей империи" (К. Руан). Вэти факторы привели к тому, что к началу ХХ в. европейская одежда получает повсеместно широкое распространение в России, проникая во все слои тогдашнего общества. Эти изменения происходили не только в столичных городах, но и в российской глубинке. Нам предстоит рассмотреть это на конкретном материале, используя имеющуюся в нашем распоряжении доказательную базу. Во втором параграфе "Эволюция мужской одежды: от традиции к европеизации" анализируются эти процессы, отмечается повсеместное широкое распространение городских форм одежды в конце XIX - нач. XX в. Эти процессы затронули даже казачество. "До 1908 года в жизни казаков было мало изменений. Казак любил свою одежду (бешмет и черкеску) и носил ее с гордостью. Теперь же многие завели мещанские пиджаки, офицерского покроя тужурки, пальто и прочее - бешмет и черкеска вытесняются" (Г. С. Сирота). На "склонность, проявляющуюся все более и более среди казацкого населения к замене своего родного костюма - обыкновенным городским платьем", отметила в своем исследовании и С. И. Давыдова. В "Кубанских областных ведомостях" 1880-х мелькают объявления о розыске казаков той или иной станицы с указанием их примет. Описание одежды сведено к лаконичной формулировке: "в мещанской одежде", "в цивильном костюме /одежде", "в штатском платье". Крестьяне, отставные солдаты еще раньше переходят на городские формы одежды, что прослеживается при анализе всего корпуса источников. Мужской костюм - двойка (пиджачная пара, сюртучная пара) и тройка все более утверждается в статусе не только выходной, но и повседневной одежды. Костюм представлен несколькими вариантами: с пиджаком, с жакетом, с сюртуком и с визиткой (брюки+жилет). Наибольшей популярностью пользовался пиджачный костюм - с жилетом и без него. В крестьянском быту пиджаки появились в последней трети XIX в. как модная городская одежда. Сюртук (сертук) - верхняя мужская одежда типа легкого пальто в 1850-е разделяется на три категории: уличный сюртук для прогулок, обычно двубортный, из темного сукна; более короткий, однобортный в талию; двубортный и однобортный жакет. По мере просачивания сюртука в народную (крестьянскую) среду создаются не только дешевые копии европейских форм, но и их "гибридные" варианты: зипуны, поддевки и полушубки сюртучного покроя. Крестьяне носили сюртук с традиционными видами верхней одежды (шуба), головными уборами, обувью. Жакет (жикет) в источниках жакеты дифференцируются на: осенний, теплый (ватный) и летний (холодный). Другая разновидность сюртука - визитка, однобортная, с низкой отрезной талией и закругленными полами просачивается в крестьянскую среду под названием "жакетка" (жокетка, жекетка). Русский эрзац репрезентирует себя в различных социальных средах, варьирует палитру цветов и ассортимент тканей, что приводит к понижению статуса (престижности) этой одежды. Жилет (желет, желетка) в начале 1870-х фигурировал среди предметов "обыкновенной крестьянской одежды". Аксессуарная часть мужского костюма - рубаха все чаще кроилась из фабричных тканей. Такие элементы, как манжеты с пуговицами, кокетки, нагрудные левосторонние планки, боковые карманчики, выстроченные стоячие воротники, манишки и накладные обшлага свидетельствуют об усложнении кроя и разнообразии фасонов мужских рубах. Белые рубахи - простые или декорированные вышивкой все более оттесняются в сферу нижнего белья (исподнее платье), а цветные - однотонные, преимущественно синие и красные, гладкие и орнаментированные утверждаются в статусе верхней одежды. Базовая часть мужского костюма - штаны (брюки, панталоны) также подчинялась требованиям моды. Городское население носило брюки навыпуск, крестьяне, мастеровые, прибывавшие в города на заработки, заправляли брюки в сапоги. В мужском костюме прочно утверждается исподнее платье, состоявшее из рубашки и подштанников (сподники, исподние брюки, кальсоны). С пиджачным костюмом или другими европейскими формами одежды носили сапоги, ботинки и штиблеты (штеблеты, щиблеты), головной убор - различных фасонов фуражка (картуз). В категориях того времени эти компоненты одежды и составляли так называемый европейский или мещанский костюм. Переход на городскую одежду раньше всего наметился среди иногородних. Документы свидетельствуют, что прибывавшие на Кубань в поисках заработка из разных концов Российской империи крестьяне были нередко одеты в городскую одежду. Неизбежной коррозии подвергся и традиционный казачий костюмный комплекс. И хотя на кабинетных фотографиях начала ХХ в. казаки, по-прежнему эффектно репрезентируют свой костюм, письменные источники различного происхождения свидетельствуют о его слабой сопротивляемости европейским формам. Традиционные формы одежды активно вытесняются городским пальто. В 1990-е пальто завоевало в мужском и женском и детском гардеробе постоянное место, и с этого времени его крой, силуэт, ткани и отделка полностью подчинялись общим стилевым направлениям в одежде. Актуализируется оппозиция "военное / штатское /цивильное". Мех хорька и выхухоли часто использовался для мужской зимней одежды мещан, а медвежий мех, шедший в основном на тулупы и шубы, "адаптировался" к модным сак-пальто. В источниках пальто фигурирует в описях крестьянского и мещанского имущества с середины 1860-х. К концу XIX в. пальто становится самым распространенным видом мужской верхней одежды среди различных сословий тогдашнего общества. Наряду с пальто, современники отмечают распространившиеся среди казачьего населения тужурки - "продукт влияния пришлого населения". В целом мужской костюм оказался довольно лабильным, восприимчивым к различного рода модным новациям (в материале, отделке, крое одежды, аксессуарах) и быстро пошел по пути европеизации. Не удивительно, что основной массив собранного материала по одежде приходится на модифицированные и частью урбанизированные формы. В третьем параграфе "Женский костюм в зеркале европейской моды" предметом рассмотрения являются модифицированные формы одежды. В конце XIX в. современники констатируют смену старого покроя не только мужской, но и женской одежды и неуклонное стремление следовать моде. Народный костюм - это система взаимосвязанных элементов, соответственно изменения и нововведения даже в одном из них часто ведут к перестройке всей системы. Ретроспективный взгляд фиксирует изменения в 40-50-е гг. XIX в., когда черноморские казачки начинают примерять на себя европейские формы одежды. По мере приближения fin de siècle все труднее становится обнаружить "следы" традиционных костюмных комплексов, уже в середине столетия их активно вытеснял городской комплекс - юбка с кофтой модных фасонов. Юбка являлась одним из основных компонентов будничного и праздничного костюма казачек и иногородних: ее носили с рубахой на кокетке и с кофтой различных фасонов. Юбки, в соответствии с тенденциями европейской моды, украшались кружевами, оборками, воланами, лентами, бархотками. Самым популярным материалом для летнего комплекса был ситец, а для зимнего - шерсть. Зажиточные казачки имели до двух десятков разных юбок и нередко шили их из одной ткани ("парочка"). В 1850-е в костюмном комплексе казачек происходит разделение юбки по функциональному признаку на нижнюю и верхнюю. Нижняя юбка, будучи типичной формой европейского женского костюма, не оставалась в стороне от модных тенденций. Казачки также не оставили без внимания эту деталь туалета, закрепив за ней традиционный белый цвет и определенные приемы оформления. Нижняя юбка (сподняя, исподняя, спидница, сподница) из беленого миткаля (зона), коленкора называлась "зоновой", "зоновкой", "белым подолом", "миткальной". Холщевые юбки не ушли полностью из костюмного комплекса, фабричные ткани оттеснили их в разряд нижних. В 1880-1890-х в костюме иногородних, прибывавших из разных губерний России, отмечено несколько компонентов нательной и верхней поясной одежды: рубаха и две - три юбки. Городская одежда - юбка с кофтой занимает постоянное место в женском гардеробе. Кофточки отличались разнообразием фасонов: кофта с талейкой, кофта с пухлями, матене, кираса, гусарка, гейша, кофта-жакет (баска) и городской костюм - "казак" (казачок). Они мели прямой (гейша, матене) или приталенный крой (баска, кираса, казак), прямой узкий или объемный рукав. Кофты украшались кружевом, пуговицами, вышивкой, оборками, бахромой, аграмантом, сутажом, стеклярусом. В казачьей среде имели широкое хождение "кохточки" из белой хлопчатобумажной ткани, так называемые зоновые, миткальные. Кофты - "матене" широко распространяются на Кубани как элемент нарядного костюма замужней женщины; кирасы (кираска, кирас), плотно облегающие корпус, снабженные косточками является своеобразным откликом на европейскую моду середины 1870-х. Кофты шились преимущественно из однотонных тканей, нередко в паре с юбкой из того же материала. Казачки имели в своих гардеробах широкий ассортимент кофт, сшитых разных тканей. В крестьянском гардеробе также возрастает число предметов одежды городского типа. Женский костюм - "парочка" широко входит в моду, как среди казачьего, так и иногороднего населения Кубанской области. В письменных источниках широко встречается термин "платье", бытописатели того времени, отмечают, что они "сшиты по моде" либо "по модному журналу". В 1888 г. в описи приданого казачки станицы Ахтанизовской значатся платья: кашемировое и ситцевые. В 1870-х в женской городской моде отмечен еще один комплекс одежды - платье с кофтой. Платье, состоявшее из узкого лифа и юбки, и кофта шились из одной ткани. В западных районах Кубани, особенно вблизи крупных городов, была распространена домашняя одежда (капот) покроя "принцесс". Другая верхняя городская одежда - пальто отвоевывает себе место в женском гардеробе, активно вытесняя традиционные виды одежды. Появилось много типов пальто, но в источниках называется сак (и полусак). Нарядное пальто входило в приданое девушки из казачьей семьи среднего достатка. Модны были разнообразные накидки: бурнусы, ротонды, пелерины, дипломаты, тальмы. Дипломат - длинная, преимущественно черного цвета накидка, расшитая тесьмой, аграмантом, стеклярусом проходит по описям казачьего и крестьянского имущества.
Большая шаль удерживала свои позиции в европейской моде только до конца 1860-х, но в провинции мода на них сохранялась значительно дольше. В широком ассортименте представлены шали в списках краденого казачьего имущества - суконные, пуховые, шерстяные, кашемировые, однотонные и цветные, теплые и летние. В начале ХХ века от казаков стремятся не отстать и крестьяне - ни по качественным характеристикам, ни по количественным показателям. В музейных собраниях встречаются красивые кружевные шали, вязаные с помощью коклюшек. Функцию шейного платка принимает на себя шарф, служивший дополнением и к нарядному платью и к верхней женской одежде. С городским костюмом, верхней одеждой и казаки и иногородние носили сшитую на заказ или покупную обувь: башмаки, ботинки, штиблеты, полусапожки (полсапожки), сапоги. Модны были женские ботинки "из гамбургского товара", или с гамбургскими передами, в которых комбинировались лакированная и матовая кожа различного сорта, козловые и шагреневые (шавровые) ботинки на пуговицах (пуговках), а также прюнелевые. Полусапожки (полсапожки) - женская кожаная праздничная обувь из тонкой козловой, шагреневой кожи, на резинках или на пуговицах; гусары, гусарки - кожаные цветные сапожки, на шнурках и высоком каблуке, гетры - полусапожки или высокие ботинки с пуговицами на боку, с застежкой на крючках. В казачьих станицах девушки и молодые женщины носили сафьяновые, юфтевые, козловые и шагреневые башмаки. Пара шагреневых башмаков с чулками входила в состав приданого казачки. Из этнографических и письменных источников известны так называемые башмаки с ушками. Мещане носили европейских фасонов туфли - тканевые (прюнель, сукно) и кожаные, лакированные черные и коричневые туфли-лодочки. Элегантную обувь из кожи, бархата или гладкоокрашенной блестящей прюнели, ластика могли позволить себе и казачки, и крестьянки. Для большего щегольства на полусапожки и ботинки надевали резиновые калоши. В мужской моде отмечены лакированные сапоги и с гамбургскими передами, а также хромовые, со скрипом, на низком каблуке и с узким носком. Лакированные сапоги носили с городскими формами одежды (пальто, тужурка) мещане, казаки и крестьяне. Таким образом, не только среди старожильческого (казачество), но и иногороднего населения проходил интенсивный процесс вымывания традиционных элементов костюма под сильным воздействием городской культуры. В ее "силовое поле" оказался втянутым даже казачий костюм, "иммунная система" которого к этому времени оказалась ослабленной. В Заключении подводятся итоги, формулируются основные выводы диссертационного исследования. По теме диссертационного исследования опубликованы следующие работы: В периодических научных изданиях, входящих в Перечень, рекомендованный ВАК Министерства образования и науки РФ:
1. Шарапова М.В. Традиции и новации в культурно-историческом развитии костюма кубанского казачества (Женская одежда второй половины ХIХ - начала ХХ века) // Культурная жизнь Юга России. - 2011. - № 3. - С. 51 - 53. - 0,34 п.л. 2. Гангур Н.А., Шарапова М.В. Мужская одежда различных сословных групп сельского и городского населения Кубанской области второй половины XIX - начала XX века: диахронный анализ // Культурная жизнь Юга России. - 2011. - № 4. - С. 132 - 135. - 0,47 п.л.
3. Шарапова М.В. Мужской костюм восточнославянского населения Кубани: от традиции к европеизации (конец ХIХ - начала ХХ в.) //Теория и практика общественного развития [Электронный ресурс]. - 2012. - № 9. - URL: http://www.teoria-practica.ru (дата обращения: 27.09. 2012). - 0,4 п.л.
В других изданиях:
4. Шарапова М.В. Традиционная бытовая одежда кубанских казаков: компонентный анализ (середина XIX - начало ХХ века) // Фелицынские чтения (XII): Материалы межрегиональной научной конференции. - Краснодар, 2010. - С. 68- 74. - 0,39 п.л.
5. Гангур Н.А., Шарапова М.В. Традиционная одежда кубанских казаков: традиция и мода (середина XIX - начало ХХ века) // Культура. Наука. Образование. Ученые записки кафедры теории и истории культуры Краснодарского государственного университета культуры и искусств. Вып. 1: сб. науч. ст. - Краснодар, 2010. - С. 140-155. - 0,91 п.л.
6. Шарапова М.В. Традиционная женская одежда восточнославянского населения Кубани второй половины XIX-начала ХХ века и городская мода // Материалы VII международной научно-практической конференции "Динамиката на съвременната наука -2011". - Т. 7: Психология и социология. История. - София, 2011. - С. 64 - 69. - 0,41 п. л.
7. Шарапова М.В. Украинские традиции в одежде восточнославянского населения Кубани второй половины XIX - начала ХХ века (диахронный анализ) //Кубань-Украина: вопросы историко-культурного взаимодействия. Вып. 5: Материалы международных конференций "Кубань-Украина: вопросы историко-культурного взаимодействия". - Краснодар-Киев, 2011. С. 98 - 108. - 0,75 п.л. 8. Шарапова М.В. Женский костюм восточнославянского населения Кубани: традиции и мода (вторая половина XIX- начало XX в.) // Традиционная культура славянских народов в современном социокультурном пространстве: Материалы научно-практической конференции в рамках VIII Международного фестиваля славянской культуры "Славянск - 2011". - Славянск-на-Кубани, 2012. - С. 159 - 162. - 0,29 п.л.
Общий объем опубликованных работ -4 п. л. 1 Руан К. Новое платье империи: история российской модной индустрии, 1700 - 1917. М., 2011. С. 15. 2 Очерки по истории Кубани с древнейших времен по 1920 г. /Под общей редакцией В. Н. Ратушняка. Краснодар, 1996. С. 552; Ярошенко И. В. История традиционного бытового костюма кубанских казаков XIX- начала XX веков. Дис.на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Краснодар, 2009; Царева Л. С. Социально-экономическая повседневность станиц Новой Линии в 1840 - 1917 гг. (на примере костюма). Дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Славянск-на-Кубани, 2012. 3 Гуревич А. Я. Исторический синтез и Школа "Анналов" М., 1983. С. 282. 4 Чубинский П.П. Труды этнографическо-статистической экспедиции в Западнорусский край, снаряженной императорским Русским географическим обществом. Юго-западный отдел. Материалы и исследования / Собр. П.П. Чубинским. СПб., 1877. Т. VII; Жизнь и творчество крестьян Харьковской губернии: Очерки по этнографии края /Под ред. В. В. Иванова. Харьков, 1898. Т. 1; Бабенко В. А. Этнографический очерк народного быта Екатеринославского края. Екатеринослав, 1905; Сумцов М. Ф. Слобожане: Исторично-етнографична розвiдка. Харькiв, 1918.
5 Познанский Б.С. Одежда малороссов // Труды XII археологического съезда в Харькове. М., 1905. Т. III.; Степовой Н. Малорусская народная одежда. Нежинский уезд // Киевская старина. 1893. № 5; Его же: Малорусская народная одежда. Козелецкий уезд // Киевская старина. 1893.№ 12; Богданов В.В. Из истории женского южно-великорусского костюма // Этнограф. обозрение. М., 1914.-№ 1-2. 6 Волков Ф. Этнографические особенности украинского народа. // Украинский народ в его прошлом и настоящем. Пг., 1916. Т.2.; [Волков Ф.К.] Вовк Х.К. Студiï з украïнськоï етнографiï та антропологiï. Прага, 1926. 7 Зеленин Д.К. Об исторической общности культуры русского и украинского народов // Сов. этнография 1940. № 3; Куфтин Б.А. Материальная культура русской мещеры. М., 1926; Бiлецька В. Украïнськi сорочки, ïх типи, еволюцiя й орнаментацiя // Матерiали до етнологiï та антропологiï .Львiв, 1929. Т. XXI-XXII. Ч. 1.
8 Гринкова Н.П. Русская понева юго-западных районов РСФСР // Труды Института этнографии. Т. 12. 1949; Шереметьева М.Е. Крестьянская одежда Калужской гамаюнщины: Этнографич. очерк // Труды Калужского общества истории и древностей. Калуга, 1925; Лебедева Н.И. Материалы по народному искусству Рязанской губернии // Труды Общества исследователей Рязанского края. Вып. 18. Рязань, 1939; Клетнова Е.Н. Символика народных украс Смоленского края.. Смоленск, 1924.
9 Материалы и исследования по этнографии русского населения Европейской части ССС. М., 1960; Народы европейской части СССР. М., 1964. Т. 1. ("Народы мира"); Русские. Историко-этнографический атлас. Земледелие. Крестьянское жилище. Крестьянская одежда (середина ХIХ - начало ХХ в.). М., 1967; Русские. Историко-этнографический атлас: Из истории русского народного жилища и костюма. Середина ХIХ - начало ХХ в. М., 1970; Этнография восточных славян. Очерки традиционной культуры. М., 1987.
10 Крестьянская одежда населения Европейской России. М., 1971; Чижикова Л.Н. Русско-украинское пограничье: История и судьбы традиционно-бытовой культуры (ХIХ - ХХ вв.). М., 1988.
11Маслова Г.С. Народная одежда русских, украинцев и белорусов в ХIХ - начале ХХ в. // Восточнославянский этнографический сборник. М., 1956; Она же: Народная одежда в восточнославянских традиционных обычаях и обрядах ХIХ - начала ХХ в. М., 1984; Матейко К.I. Украïнський народний одяг. Киïв, 1977. 12 Работнова И.П. Русская народная одежда. М., 1964.
13 Русские. Народная культура (история и современность). Т. 2: Материальная культура. М., 1997; Русские. М., 1997. (Народы и культуры); Украинцы. М., 2000. (Народы и культуры).
14 Николаева Т.А. Традицiйний селянський одяг Киïвщини // Етнографiя Києва i Киïвщини. Киïв, 1986; Она же: Украинская народная одежда: Среднее Поднепровье. Киïв,. 1987; Она же: Iсторiя украïнського костюма. Киïв, 1996; Она же: Украïнський костюм. Надiя на ренессанс. Киïв, 2005; Стельмащук Г.Г. Давнє вбрання на Волинi. Луцьк, 2006; Булгакова-Ситник Л. Подiльска народна вишивка: Етногр. аспект. Львiв, 2005; Космiна О. Ю.: Традицiйне вбрання украïнцiв. Киïв, 2008. Т. I: Лiсостеп. Степ. 15 Мерцалова М.Н. Костюм разных времен и народов. М., 1993 Т. 1-4; Она же: История костюма. М., 1972; Зайцев В. Этот многоликий мир моды. М., 1982; Нанн Дж. История костюма, 1200-2000.. М., 2008. Васильев А. Русская мода: 150 лет в фотографиях. М., 2004; Комиссаржевский Ф.Ф. История костюма. М., 2005; Захаржевская Р.В. История костюма: От античности до современности. М., 2005; Кирсанова Р.М. Русский костюм и быт XVIII-XIX вв. М., 2002; Блохина И. В. Всемирная история костюма, моды и стиля. Минск, 2009; Попова С.Н. История моды, костюма и стиля: Большая иллюстрированная энциклопедия. М., 2009; Кирсанова Р.М. Русский костюм и быт XVIII-XIX веков. М., 2002; Она же: Розовая ксандрейка и драдедамовый платок: Костюм - вещь в русской литературе XIX века. М., 1989.
16 Кубанские станицы. Этнические и культурно-бытовые процессы на Кубани. М., 1967. 17 Лебедева А.А. Дон и Северный Кавказ (область войска Донского, Терская и Кубанская области, Ставропольская губерния) // Крестьянская одежда населения Европейской России (ХIХ - начало ХХ в.). М., 1971; Дворникова Н.А. Русские и украинские традиции в одежде населения бассейна р. Кубани (конец ХIХ - начало ХХ в.) // СЭ. 1964. № 1; Она же: Одежда // Кубанские станицы..-М., 1967.
18 Заседателева Л. Б. Культура и быт русского и украинского населения Северного Кавказа в конце XVI - XIX веке // Кавказский этнографический сборник. Т. VIII. М., 1984; Она же Специфика культурно-бытового уклада северокавказского казачества конца ХIХ - начала ХХ века // Археолого-этнографические исследования Северного Кавказа. Краснодар, 1984.
19 Фролов Б.Е. Одежда черноморских казаков в конце XVIII - начале XIX вв. // Новые материалы по этнографии кубанских казаков. - Краснодар, 1993. С. 12-24; Матвеев О.В., Фролов Б.Е. Очерки истории форменной одежды кубанских казаков (конец XVIII - 1917 г.). - Краснодар, 2000. 20 Гангур Н.А. Орнамент народной вышивки славянского населения Кубани ХIХ - нач. ХХ века. Краснодар, 1999; Румянцева Г.В. Традиционная одежда восточнославянского населения станицы Преградной // Итоги фольклорно-этнографических исследований этнических культур Кубани за 1988 год. Дикаревские чтения (5). Краснодар, 1999; Кулинич М.В., Щурик Н.Л. женский костюм как этнографический источник (к вопросу о женском костюмном комплексе кубанского казачества) // Вопросы казачьей истории и культуры. - Майкоп, 2002.
21 Шаповалова А. В. Костюм черноморского казачества: традиции и мода (конец XVIII - 1860 г.). Дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Астрахань, 2009. 22 Матвеев О. В. Некоторые итоги и перспективы изучения культуры славян Кубани и Черноморья // Традиционная культура славянских народов в современном социокультурном пространстве: Материалы научно-практической конференции в рамках VIII Международного фестиваля славянской культуры "Славянск - 2011". Славянск-на-Кубани, 2012. С. 109. 23 Гуревич А. Я. Категории средневековой культуры. М., 1972. С. 22. 24 Уйбо А. Реконструкция исторического прошлого как междисциплинарная задача // Смысловые концепты историко-философского знания: Труды по философии. Вып. XXXV. Тарту, 1990. С. 76-92. (Ученые записки Тартуского ун-та).
25 Абрамян Э.Г. Инновация и стереотипизация как механизмы развития этнической культуры // Методологические проблемы этнических культур. Материалы симпозиума. Ереван, 1978; Маркарян Э.С. Узловые проблемы теории культурной традиции // Сов. этнография. 1981. № 2. С. 78-96; Арутюнов С.А. Инновации в культуре этноса и их социально-экономическая обусловленность // Этнографические исследования развития культуры. М., 1985; Он же: Народы и культуры: развитие и взаимодействие. М., 1989. С. 100-195.
---------------
------------------------------------------------------------
---------------
------------------------------------------------------------
4
Документ
Категория
Искусствоведение
Просмотров
635
Размер файла
264 Кб
Теги
кандидатская
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа