close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

DIPLOM golovanov

код для вставкиСкачать
 СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ .................................................................................... 3
Глава 1 ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПОРЯДОК КАК ОБЪЕКТ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ ...................................................................... 7
1.1 История развития отечественного законодательства об ответственности за нарушения общественного порядка ...................... 7
1.2 Общественный порядок как объект уголовно правовой охраны по УК РФ 1996 г .............................................................................. 23
Глава 2 УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОСЯГАТЕЛЬСТВ НА ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПОРЯДОК ...................................................... 34
2.1. Объективные признаки и квалификация преступлений против общественного порядка ............................................................ 34
2.2. Субъективные признаки и квалификация преступлений против общественного порядка ............................................................ 57
Глава 3 ПРОБЛЕМЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ПРАВОВОГО, ИНФОРМАЦИОННОГО, ОРГАНИЗАЦИОННОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ БОРЬБЫ С ПРЕСТУПЛЕНИЯМИ ПРОТИВ ОБЩЕСТВЕННОГО ПОРЯДКА..................................................................................... 67
ЗАКЛЮЧЕНИЕ .............................................................................. 73
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ .................................... 76
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы. Одним из необходимых и обязательных условий нормального функционирования любого государства является поддержание общественного порядка на должном уровне. Правоохранительные органы прикладывают немалые усилия, осуществляя борьбу с уголовно-наказуемыми формами нарушений правил поведения людей в обществе - вандализмом, хулиганством, массовыми беспорядками. Однако результаты криминологических исследований свидетельствуют, что эти преступления продолжают оставаться весьма распространенными в России (их доля во всей совокупности преступлений составляет в среднем от 5 до 7%), более того ухудшаются их качественные характеристики (меняется мотивация, способы совершения, растет организованность). Эти преступления представляют серьезную опасность для всего общества, поскольку нарушают нормальную работу предприятий, организаций, учреждений; причиняют имущественный ущерб, физический и иной вред личности и т.д. Самое распространенное среди них - хулиганство.
Хулиганство как преступление претерпевает постоянные скачки в росте преступности и отражается в статистике как распространенное преступление. Так, рост числа преступлений, совершенных в общественных местах, с 2010 года постепенно прибавляется: в 2010 г. на 2,5%, в 2011 г. - на 2,3%, в 2012 г. - на 12,4%. За указанные периоды времени, соответственно, регистрация в общественных местах разбойных нападений была разной - (-7,6%); (-12,5%); (+1,8%); хулиганства - (-4,8%); (-14,9%); (+10,8%)1. Таким образом, законодательные изменения 2003 и 2007 годов в составе хулиганства не повысили эффективность борьбы с ним, а, только стали более неустойчивыми к пресечению преступлений.
В минувшем 2012 году в Российской Федерации зарегистрировано 2302,2 тыс. преступлений, что на 4,3% меньше, чем за аналогичный период прошлого года2. Однако анализ данных судебной статистики за 2012 год свидетельствует о том, что нагрузка на суды общей юрисдикции, связанная с рассмотрением уголовных, гражданских и административных дел, остается на достаточно высоком уровне.
Возможности правоохранительных органов эффективно реагировать на факты преступлений против общественного порядка ограничены недостаточно совершенным правовым обеспечением. Поэтому первостепенной задачей в настоящее время является определение оптимального круга уголовно-правовых мер, применение которых наиболее эффективно скажется на состоянии борьбы с преступлениями против общественного порядка.
Степень теоретической разработанности. Проблеме борьбы с преступлениями против общественного порядка были посвящены теоретические исследования таких ученых как Векленко С.В., Власов В.П., Гришанин П.Ф., Даньшин И.Н., Коржанский Н.И., Козаченко И.Я., Красиков Ю.А., Кузнецов А.В., Кузнецова Н.Ф., Ляпунов Ю.И., Лубшев Ю.Ф., Портнов И.П., Труфанов Б.В., Яценко С.С. и др. Однако до сих пор в юридической литературе вопрос о понятии общественного порядка разработан недостаточно, спорные проблемы ответственности лиц, совершающих преступления против общественного порядка, окончательно не разрешены, отсутствует единообразное толкование признаков составов преступлений, предусмотренных ст.212-214 УК РФ.
Эти обстоятельства диктуют необходимость детального рассмотрения широкого круга вопросов уголовной ответственности лиц, совершивших преступления против общественного порядка применительно к современным российским реалиям.
Объектом исследования являются общественные отношения, складывающиеся в сфере уголовно-правовой борьбы с преступлениями против общественного порядка, связанные с проявлениями явного неуважения к общественному порядку, нарушающие общественное спокойствие и безопасность.
Предметом исследования выступают: ранее действовавшее и современное российское законодательство, регламентирующее ответственность за преступления против общественного порядка; материалы соответствующей правоприменительной практики; юридическая и иная литература, посвященная проблематике борьбы с ними.
Целью исследования является подготовка научно обоснованных предложений повышения эффективности борьбы с преступлениями против общественного порядка.
Достижение указанной цели возможно путем реализации следующих основных задач:
- исследование исторических этапов развития уголовно-правовой нормы и ответственности за преступления против общественного порядка;
- детальный анализ составов преступлений, предусмотренных ст. 212-214 УК РФ;
-установление типичных квалификационных проблем по делам о преступлениях против общественного порядка и разграничение их со смежными составами;
- выработка, с учетом выявленных пробелов и недостатков уголовного законодательства и проблемных ситуаций в практической деятельности по его применению, конкретных предложений по его совершенствованию.
Элементы новизны. Научная новизна исследования определяются кругом анализируемых проблем и комплексным подходом к их решению с позиций уголовного права и криминологии. В работе сформулированы конкретные предложения по совершенствованию действующего уголовного законодательства и других нормативных актов. Новизна заключается и в том, что в результате исследования получена новая информация, представляющая интерес для повышения эффективности предупреждения рассматриваемой категории преступлений.
Практическая значимость исследования состоит в разработке и обосновании предложений по совершенствованию уголовного законодательства, регламентирующего ответственность за преступления против общественного порядка.
Основные положения, выводы и предложения работы могут быть использованы при дальнейшей разработке проблем криминологического противодействия преступлениям против общественного порядка.
Внедрение в деятельность правоприменительных органов рекомендаций, разработанных в процессе исследования, позволит избежать нередких ошибок в практике квалификации этих преступных посягательств и разграничении их со смежными преступлениями, оказать помощь в организации профилактики преступлений против общественного порядка.
Материалы работы могут быть использованы в учебном процессе по курсам Особенной части уголовного права, криминологии, а также в спецкурсах, посвященных проблематике борьбы с преступлениями против общественного порядка.
Теоретическая значимость исследования заключается в анализе теоретических и прикладных проблем борьбы с преступлениями против общественного порядка. В теоретическом плане могут представлять интерес положения работы о социальной и психологической сущности преступлений против общественного порядка, их детерминации, что во многом предопределяет стратегию и тактику борьбы с этими преступлениями.
Структура работы определена целями и задачами исследования и состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы.
Глава 1 ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПОРЯДОК КАК ОБЪЕКТ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ
1.1 История развития отечественного законодательства об ответственности за нарушения общественного порядка
Развитие правовой борьбы с преступлениями против общественного порядка в российском законодательстве осуществлялось в зависимости от происходящих преобразований уголовной политики. В период действия советского законодательства сформировалась широкая теоретическая и практическая база, подтвердившая неизбежность наличия хулиганства и массовых беспорядков, создавшая предпосылки для закрепления рассматриваемого вида преступлений в Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 г3.
Историко-правовое исследование становления и развития отечественного уголовного законодательства и науки уголовного права позволяет понять юридическую природу тех или иных уголовно-правовых норм, а также выявить тенденции и перспективы их развития. Историю развития ответственности нарушение общественного порядка в России можно проследить со времени образования Древнерусского государства и до наших дней. Анализируя правовые нормы дошедших до нас памятников русского права древнейших времен, обнаруживаем, что уже тогда законодатель уделял особое внимание деяниям, нарушающим общественное спокойствие, порядок.
Прослеживая в глубинах истории Российского государства начала правового регулирования проступков, затрагивающих устои общественного спокойствия, можно увидеть его ростки уже со времен Русской Правды. Еще в середине прошлого века Н. Ланге в своей работе, посвященной изучению этого памятника отечественного права, отмечал зависимость размера ответственности от мотивов, по которым совершались побои, влекшие за собой причинение вреда здоровью. В том случае, если злонамеренное деяние совершалось без всякого основания, повода, не было ничем спровоцировано, то есть с точки зрения наших дней - из хулиганских побуждений, то наказание существенно усиливалось4. "Различие платы за побои, раны и увечья зависело от того, нанесены ли они в раздражении, в сваде, то есть в ссоре или драке, или же без всякой свады, то есть без раздражения"5. Иными словами, разница оплаты за нанесение побоев и ран, будет зависеть от того, с умыслом либо без него была затеяна драка или ссора.
Краткая Правда (ст. 31) упоминала лишь о наказании в случае совершения преступления несколькими лицами, а Пространная Правда устанавливала ответственность за поджог хранилища собранного урожая - гумна или двора. По мнению А.А.Зимина, это свидетельствовало о том, что составители Правды добивались принятия норм, карающих лиц, пытавшихся открыто выступать против них6.
В условиях отсутствия единого централизованного государства и правовых актов, в том числе содержащих уголовно-правовые запреты, важную роль играли судные грамоты отдельных княжеств и феодальных республик. Так, Новгородская судная грамота, относящаяся к XV в., отражала своеобразие социально-политического устройства, особенности экономического развития этого важнейшего торгового и ремесленного центра Древней Руси. В ст. 6 названного документа запрещалось "наводить наводки", т. е. побуждать толпу к нападению на суд либо на противную сторону. "А истцу на истца наводки не наводить, ни на посадника - ни на иных судей" - указывается в статье. "А кто наведет наводку на посадника или на тысяцкого... или на иных судей, ино взять... на виноватом на боярине 50 рублев."7.
Следующим законодательным актом, где значительное внимание уделялось охране публичного благочиния, стало Соборное уложение 1649 г., составленное и вступившее в действие при правлении Александра Михайловича Романова. В первой главе Уложения "О богохульниках и церковных мятежниках" наряду с преступлениями против церкви предусматривалась весьма строгая ответственность за непристойное, нарушающее спокойствие и порядок во время церковной службы поведение. "А будет кто, во время святыя литургии и иное церковное пение, войдя в церковь божью, начнет говорить непристойные вещи... и тем в церкви божественному пению учинит мятеж... и тому бесчиннику за ту его вину учинить торговую казнь"8.
Следует учитывать, что основным объектом охраны рассматриваемой нормы являлись в первую очередь все же отношения, связанные с порядком проведения церковных служб. Однако здесь просматривается стремление со стороны государства оградить общественное благочиние при наиболее важных по тем временам событиях от различных посягательств и других отрицательных воздействий (мятежные действия могли выражаться не только в произнесении ругательных слов, но также в рукоприкладстве, драках и убийствах).
Особый интерес представляет для нас тот факт, что и бесчестие, и ранение, и убийство в Уложении предусматривались как отдельные преступления, но те же действия, совершенные при указанных выше обстоятельствах, то есть публично, образовывали отдельное преступление, за совершение которого предусматривалась более строгая санкция.
Артикул воинский Петра I (1715 г.) устанавливал норму ответственности за тяжкое государственное преступление - возмущение и бунт, организованные многими людьми. Каждое такое деяние "без всякой милости имеет быть виселицею наказано" (арт. 137). В толковании к норме говорится: "В возмущении надлежит виновных на месте и в деле самом наказать и умертвить. А особливо, ежели опасность в медленни есть, дабы чрез то другим страх подать и оных от таких непристойностей удержать (пока не расширится) и более б не умножилось"9. Таким образом, закон достаточно четко формулировал и опасность указанных действий, которые могут привести к более широкому их распространению, и необходимость применения суровой репрессии.
В артикуле 141 под страхом наказания шпицрутенами запрещались "учинение драк в миру без вызова, хоть никто умерщвлен или поражен не будет"10.
Основной акцент сделан здесь на обстановке драки, то есть "в миру", публично, что, без сомнения, в первую очередь затрагивало общественное спокойствие. Сравнив размер наказания за данное преступление и санкции за побои, причиненные при других условиях, можно сделать вывод о том, что указанное обстоятельство значительно повышало степень опасности и, соответственно, наказуемости данного проступка. В дореволюционной России актом, регламентирующим вопросы связанные с совершением толпой общественно опасных деяний, был Устав Благочиния или Полицейский от 8 апреля 1782 года. С этого периода перечень нормативных актов, регламентирующих вопросы общественно опасных деяний толпы, принятых в России, был значительно расширен следующими нормативными актами: "Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845, 1857, 1885 годов, "Устава о наказаниях, налагаемых Мировыми судьями"; "Устава о предупреждении и пресечении преступлений": "Уголовного Уложения" 1903 года. Устав благочиния (или как его называли "полицейский") 1782 г. ввел в сферу уголовно-правового реагирования такое деяние, как "учинение сходбища, скопа". Статья 272 Устава гласила: "Кто учинит сходбище подозрительное" либо скоп, либо взлом оград, либо "несильное завладение недвижимого имения, того имать под стражу и отослать к суду"11. В тексте Устава не раскрывается содержание понятий "сходбище" и "скоп", поскольку явно подразумевается совершение каких-либо действий толпой. Обращение к словарям русского языка свидетельствует, что "скопище" означают "толпа", "сборище", "все вместе", "сообща".
В 1864 г. был принят Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. В ст. ст. 38 и 39 Устава довольно четко были сформулированы признаки уголовно-правового деликта, объект которого находится в непосредственной связи с кругом общественных отношений, на который распространяется действие хулиганства в наши дни. В ст. 38 Устава предусматривались меры наказания в виде ареста до семи дней или денежного взыскания не свыше 25 рублей "за ссоры, драки, кулачный бой, или другого рода буйство в публичных местах и вообще за нарушение общественной тишины"12. В случае учинения подобных действий целой толпой либо необходимости прекращения беспорядков силой имел место квалифицированный состав этого преступления.
Статьей 39 Устава устанавливалась ответственность за нарушение порядка в публичных собраниях или во время общенародных увеселений, театрализованных и тому подобных представлений. Под нарушением общественной тишины понимались в то время "шум, крики, ругательства, нанесение оскорблений и другие бесчинства в публичном месте, повлекшие за собой нарушение общественного спокойствия".
Дальнейшее развитие отечественное законодательство об ответственности за преступления, направленные против общественного спокойствия и порядка управления, получило в Уголовном уложении от 22 марта 1903 г. Этот законодательный документ расширил сферу уголовного права относительно рассматриваемых преступлений. Так, в гл. 5 "О смуте" была законодательно определена система норм (ст. 120-123 Уложения) о преступном участии и организации публичного скопища.
К группе преступлений, вызывающих и сопровождающих так называемую смуту внутреннюю, относилось, прежде всего, участие в преступных скопищах, грозящих причинением или наносящим вред государственной либо общественной безопасности. Состав уголовно наказуемого деяния образовывали действия, когда "виновный не оставил публичного скопища, от коего заведомо потребовано было полицейской властью, чтобы оно разошлось". В таких случаях данное лицо могло быть подвергнуто аресту на срок не свыше трех месяцев (ст.120). Если для рассеяния скопища была признана вооруженная сила, то лицо, не покинувшее толпы после предъявленного требования разойтись, наказывалось заключением в тюрьму.
Самостоятельный состав преступления образовывали действия участников скопища, подстрекавших других лиц к "ослушанию предъявленному требованию разойтись" (ч. 4 ст. 120). Таким образом, преступное деяние считалось совершенным при двух условиях: наличии факта требования указанного характера и не удалении виновного из толпы по его инициативе.
Ответственность участников публичного скопища согласно ст. 122 Уложения возрастала, если они соединенными силами совершили действия, предусмотренные ст. 269-1 Уложения 1885 г., либо оказали сопротивление или вызвали принуждение, определенные статьями 142, 145 Уложения 1903 г. Квалифицированный состав преступления образовывали действия лица, "устроившего или руководившего при учинении предусмотренных сею статьей деянии, или подстрекавшего к их учинению или продолжению, или употребившего при учинении оных оружие" (ст. 122 Уложения).
А.В. Лохвицкий пишет: "...в этих бурных движениях, обыкновенно к нескольким зачинщикам пристает масса людей, отчасти не знающих настоящей цели движения, отчасти даже просто из-за любопытства, и чем далее, тем более растет толпа: шумное движение имеет притяжательную силу, в особенности, для праздных людей. Наконец, правительству не может быть желательно, подвергать тяжким наказаниям массы граждан, такое наказание приносит вред государству, разоряя местности, производя множество беспомощных сирот, сохраняя в памяти потомства день и причины движения, словом, порождая неприязненные силы"13.
Наряду с традиционными нормами, предусматривавшими ответственность за учинение бесчинств во время осуществления церковных обрядов (ст. 75 Уложения), в гл. XII "О нарушении постановлений, ограждающих общественное спокойствие" была включена ст. 263. В ней давалось понятие состава преступления, объективную сторону которого образовывали "учинение шума, крика или иного бесчинства в публичном месте либо в общественном собрании, или хотя вне оных, но с нарушением общественного спокойствия или порядка"14. Квалифицированным признаком данного преступления признавалось учинение драки, кулачного боя или иного буйства, а равно учинение подобных действий, повлекшее прекращение заседания общественного собрания или участие в бесчинствах толпы, не разошедшейся по требованию властей. На практике под данную категорию подпадали деяния, выражавшиеся в "сквернословии, доходящем до крайних пределов цинизма, хождении по улицам толпой с гармониками, криком, шумом и песнями неприличного содержания, стрельбою и тому подобное; приставании к прохожим... для того, чтобы их оскорбить и выразить им, вызывающим с ними обращением, пренебрежение и неуважение"15.
Включение рассматриваемой нормы в уголовное законодательство продолжило тенденцию по усилению правовых мер, направленных на охрану общественного порядка. Непосредственно это выразилось в увеличении санкций за обозначенные выше деяния. Статьей 38 Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, драка, кулачный бой или иное буйство карались арестом до 7 дней или штрафом не свыше 25 рублей. В Уголовном уложении 1903 г. в ст. 262 размер ответственности за аналогичные действия значительно возрос: продолжительность ареста составила уже один месяц, а сумма штрафа достигла 200 рублей.
После Октябрьской революции 1917 года законодатель отнес массовые беспорядки к категории контрреволюционных преступлений, которые карались по всей строгости революционного времени. Как правило, массовые беспорядки в тот период возникали в результате недовольства, порой самых широких слоев населения, теми или иными преобразованиями, вносимыми новой властью.
По мере укрепления советской власти назрела насущная необходимость принятия единого кодифицированного закона, который пришел бы на смену многочисленным и разрозненным правовым актам, являвшим собой в то время систему уголовного законодательства. В силу этого в 1922 г. обрел жизнь новый Уголовный кодекс РСФСР, который в большей степени соответствовал требованиям и веяниям того времени.
Рассматриваемое нами преступление было отнесено законодателем к гл. V УК РСФСР "Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности". Расположение хулиганства в данной главе вряд ли следует признать верным, так как объект уголовно-правовой охраны этого раздела Кодекса лишь частично соответствует содержанию данного преступления. В ст. 176 УК РСФСР хулиганство определялось как "озорные, бесцельные, сопряженные с явным проявлением неуважения к отдельным гражданам или обществу в целом действия"16.
Такая формулировка хулиганства не могла не вызывать серьезных вопросов. Во-первых, возникали возражения по поводу указания на бесцельность действий, в то время как из основ психологии известно, что любой акт поведения осуществляется вследствие сложной интеллектуально-волевой деятельности и имеет соответствующую мотивацию и направленность. Не меньшие споры вызывало законодательное регулирование субъективной стороны хулиганства, где предусматривалось проявление неуважения не только по отношению к обществу, но также демонстрация пренебрежения к отдельным гражданам. Подобное дополнение в понятии хулиганства существенно искажало его содержание, перемещая акценты с охраны общественных отношений в сфере общественного порядка на межличностные взаимоотношения.
В силу указанных причин в октябре 1924 г. Постановлением 2-й сессии XI созыва ВЦИК ст. 176 УК РСФСР была существенно изменена. Хулиганство, совершенное впервые, рассматривалось как административно-правовой деликт, наказуемый принудительными работами или штрафом. Из понятия хулиганства было также исключено указание на бесцельность действий, а равно такой признак, как проявление неуважения к личности, что более соответствовало правовой природе рассматриваемого преступления. Наряду с этим ст. 176 УК 1926 г. дополнилась второй частью. Квалифицирующими обстоятельствами были признаны совершение хулиганских действий повторно, а равно их упорное непрекращение, несмотря на предупреждение органа милиции или иного органа, на который возложена обязанность поддерживать общественный порядок17.
Новая редакция ст. 176 УК РСФСР 1922 г. в условиях тех лет, когда хулиганские проявления были распространенным явлением (по сведениям А.А. Герцензона, прирост дел о хулиганстве в первом полугодии 1926 г. составил 47% по отношению к показателям за тот же период 1925 г.)18, была явно ущербна. Обусловливалось это несомненной слабостью административно-правовых мер в борьбе с этим обладающим существенной степенью общественной опасности деянием и наряду с этим незначительным размером санкции в квалифицированном составе хулиганства. На практике это выразилось в резком (с 22603 - в 1924 г. до 9532 - в 1925 г.) снижении числа уголовных дел, рассмотренных в судебном порядке, что в условиях роста хулиганства было несомненной ошибкой19. Кроме того, появление в уголовном законе административно-правовой нормы, устанавливавшей основания и размер ответственности за административное правонарушение, очевидно, противоречило его структуре и смыслу как основного источника уголовного права.
Также в УК РСФСР 1922 г. впервые был сформулирован состав преступления массовые беспорядки (статьи 75,77), помещенные во 2-ой раздел главы "О преступлениях против порядка управления" "Государственные преступления".
В УК 1922 года ответственность была дифференцирована в зависимости от характера и степени участия виновных в совершении преступления. В соответствии со ст. 75 УК того периода определялась ответственность за участие в массовых беспорядках при отягчающих обстоятельствах, которыми являлись вооруженность участников и совершение ими погромов, убийств, оказание вооруженного сопротивления властям. При этом различалась ответственность организаторов, подстрекателей, непосредственных исполнителей погромов и других преступлений; лиц, оказавших вооруженное сопротивление властям, прочих вооруженных участников беспорядков, а также пособников и укрывателей.
Статья 77 УК предусматривала ответственность за участие в массовых беспорядках без отягчающих обстоятельств, В этом случае различие проводилось между организаторами и подстрекателями, с одной стороны, и всеми другими участниками беспорядков (исполнителями, пособниками, укрывателями) - с другой. Признавались уголовно наказуемыми агитация и пропаганда, содержащие призывы к массовым беспорядкам (ст. 83), Согласно ст. 82 их участники, не совершившие тяжких преступлений (прежде всего предусмотренных ст. 75) и вовлеченные в беспорядки по малосознательности и невежеству, могли быть приговорены к условному наказанию.
1-го января 1927 года вступил в действие Уголовный кодекс РСФСР (1926г.), который без существенных изменений воспроизвел соответствующие статьи УК РСФСР 1922 года. Новый УК не содержал главы, называвшейся "Государственные преступления". Глава 1 называлась "Контрреволюционные преступления", а глава 2 - "Преступления против порядка управления"20. Таким образом, положение о государственных преступлениях состояло из двух разделов: "О преступлениях контрреволюционных" и "Об особо для СССР опасных преступлениях против порядка управления". Новый УК несколько смягчил санкции.
Положение "О преступлениях государственных"21 предусматривало ответственность за массовые беспорядки в статье 16, которая была помещена в разделе "Особо опасные для Союза ССР преступления против порядка управления". Массовые беспорядки перестали считаться контрреволюционным преступлением. Была исключена уголовная ответственность за агитацию и пропаганду, содержавших призывы к совершению массовых беспорядков. Из числа квалифицирующих был исключен признак вооруженности.
Часть I статьи 16 Положения предусматривала ответственность за массовые беспорядки, сопровождавшиеся погромами, разрушением железнодорожных путей или иных средств сообщения и связи, убийствами, поджогами и другими подобными действиями.
Законодатель провел разграничение между организаторами, руководителями и участниками" совершающими указанные действия или оказавшими вооруженное сопротивление власти. Выделялась также отдельная категория лиц - "не совершившие указанных действий", т.е. пособники и укрыватели.
В части 2 статьи 16 устанавливалась ответственность за совершение действий, не отягченных погромами, разрушениями и т.п. Единственными условиями применения этой нормы остались оказание явного неповиновения законным требованиям властей, а также противодействие исполнению последними возложенных на них обязанностей или понуждение их к исполнению явно незаконных требований.
Таким образом, как и ранее, законодательные органы тщательно определяли санкцию в соответствии с характером и степенью общественной опасности преступления и личности виновного, устанавливали различные меры и сроки наказания, в необходимых случаях вводили альтернативные санкции, предоставляя судам широкую возможность индивидуализации наказания в пределах санкции закона.
В новом УК РСФСР 1926 г. ответственность за хулиганство предусматривалась в ст. 74, которая была перенесена во вторую главу - "Преступления против порядка управления". Простое хулиганство вновь перешло в разряд уголовно-правовых деликтов и определялось как озорные действия, сопровождавшиеся явным неуважением к обществу. За простое хулиганство предусматривалось наказание в виде трех месяцев лишения свободы. Наряду с этим в ст. 74 УК РСФСР сохранялась возможность применения административного взыскания за хулиганство, предусмотренного частью первой этой статьи.
Квалифицированный состав хулиганства помимо повторности и упорного непрекращения озорных действий дополнился такими обстоятельствами, как учинение буйства или бесчинства в процессе его совершения, а равно проявление при совершении хулиганства исключительного цинизма или дерзости22. Наказание за указанные действия возросло по сравнению с ч. 2 ст. 176 УК РСФСР 1922 г. с трех месяцев лишения свободы до двух лет.
Обострение международной политической ситуации, начало Второй мировой войны не могли не отразиться на состоянии дел внутри СССР. В таких условиях, в преддверии войны существенную значимость приобрел фактор, связанный с обеспечением должного общественного порядка. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 августа 1940 г. "Об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве и хулиганство" уголовная ответственность за хулиганские действия на предприятиях, в учреждениях и общественных местах была усилена до одного года тюремного заключения23.
Основные признаки состава получили новую редакцию - "Хулиганские действия на предприятиях, в учреждениях и в общественных местах". После войны произошло сокращение числа особо дерзких, злостных хулиганских действий наряду с ростом количества менее опасного "мелкого" хулиганства. На эти изменения криминологических характеристик хулиганства законодатель ответил введением административной ответственности за мелкое хулиганство.
В Уголовном кодексе РСФСР, утвержденном Верховным Советом РСФСР 27 октября 1960 г., который с многочисленными изменениями и дополнениями действовал вплоть до 1 января 1997 г., хулиганство как вид преступного деяния было расположено в главе 10 "Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения". Текст ст. 206 УК РСФСР был следующим: "Хулиганство, то есть умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу, - наказывается лишением свободы на срок до одного года, или исправительными работами на тот же срок, или штрафом до пятидесяти рублей, или общественным порицанием". Такое законодательное определение более точно соответствовало содержательной стороне хулиганства, вернее определяло хулиганский мотив. Часть 2 ст. 206 УК РСФСР предусматривала уголовную ответственность за злостное хулиганство, т. е. более опасный вид хулиганства по сравнению с "простым". Слова, которыми в законе начинается определение этой разновидности преступного посягательства, - "те же действия" - следует понимать так, что злостное хулиганство образуют такие же действия, что и простое хулиганство (умышленное грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу), но отличающиеся исключительным цинизмом или особой дерзостью либо связанные с сопротивлением представителю власти или представителю общественности, выполняющим обязанности по охране общественного порядка, или иным гражданам, пресекающим хулиганские действия, а равно совершенные лицом, ранее судимым за хулиганство. Исходя из смысла закона, для квалификации действий виновного как злостного хулиганства достаточно хотя бы одного из перечисленных признаков.
Кроме того, ст. 206 УК РСФСР дополнилась частью третьей, где предусматривалась уголовная ответственность за особо злостное хулиганство. Таковым признавались хулиганские действия, совершенные с применением или попыткой применения огнестрельного оружия либо ножей, кастетов или иного холодного оружия или предметов, специально приспособленных для нанесения телесных повреждений. Указанное дополнение ст. 206 УК РСФСР было продиктовано распространенностью подобных способов совершения хулиганства, а равно необходимостью более строгого наказания этого, несомненно, более опасного деяния.
В 1977 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР "О внесении изменений и дополнений в уголовное законодательство СССР" из ст. 206 УК РСФСР был исключен институт административно-правовой преюдиции, в соответствии с которым повторное в течение года совершение административно наказуемого хулиганства квалифицировалось по ч. 1 ст. 206 УК РСФСР24. Устранение этого признака из состава уголовно наказуемого хулиганства было полностью оправданно, так как включение в сферу уголовно-правовых отношений административных проступков, даже совершенных повторно (что, впрочем, не меняло их сущности) явно не соответствовало принципам уголовного права, чрезмерно расширяло границы уголовно-правовой репрессии.
В Уголовном кодексе РСФСР 1960 г. не существовало квалифицированного по признаку группы хулиганства. Однако имелась специальная статья 190 (3) УК РСФСР, регламентировавшая ответственность за организацию или активное участие в групповых действиях, нарушающих общественный порядок. Наличие указанной нормы, наряду со статьей 79, предусматривающей ответственность за массовые беспорядки, порождало весьма существенные трудности, связанные с разграничением этих преступлений.
Следующее крупное изменение норм о преступлениях против общественного порядка связано с принятием уголовного законодательства 1996 г. В ст. 213 "Хулиганство": а) был декриминализирован состав простого хулиганства (без квалифицирующих признаков) в понимании ч. 1 ст. 206 УК РСФСР 1960 года; б) простым хулиганством стало признаваться грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам или угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества; в) исключены оценочные признаки злостного хулиганства в виде "исключительного цинизма" и "особой дерзости"; г) квалифицирующие признаки были конкретизированы весьма четко, чтобы исключить расширительное их толкование практическими работниками.
Несколько изменена была и редакция нормы о массовых беспорядках. Так, согласно ст. 212 УК РФ, уголовно-наказуемыми признаются: организация массовых беспорядков (ч. 1 ст. 212 УК РФ); непосредственное участие в массовых беспорядках, сопряженных с применением насилия, совершением погромов, поджогов, уничтожение имущества, применение огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также оказание вооруженного сопротивления представителю власти (ч. 2 ст. 212 УК РФ); призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и к массовым беспорядкам, а равно призывы к насилию над гражданами (ч. 3 ст. 212 УК РФ).
Кроме того, в ст. 214 УК РФ впервые была установлена уголовная ответственность за вандализм, который законодатель определил как осквернение зданий или иных сооружений, порчу имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах.
Федеральным законом Российской Федерации от 24 июля 2007 г. № 211 "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием Государственного управления в области противодействия экстремизму"25 часть первая статьи 213 УК РФ была изложена в следующей редакции: "1. Хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное: а) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия; б) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы".
В дальнейшем Федеральным законом Российской Федерации 7 декабря 2011 г. № 420 "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации"26 внесены изменения в санкцию ч. 1 и 2 ст. 214 УК РФ. А именно: в абзаце втором части первой слова "от ста двадцати до ста восьмидесяти" заменить словами "до трехсот шестидесяти"; абзац второй части второй изложить в следующей редакции: "наказываются ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок".
Таким образом, завершая экскурс в историю отечественного законодательства об ответственности за нарушения общественного порядка и проведя некоторый анализ, следует отметить следующее, что развитие уголовного законодательства в области охраны общественного порядка имеет довольно обширную по охвату область развития. Непосредственно условно можно охарактеризовать всю периодизацию становления законодательства в области общественного порядка на следующие периоды:
- средневековое уголовное законодательство (IX - XVII вв.);
- уголовное законодательство нового времени (с XVIII до начала XX вв.);
- уголовное право в советский и постсоветский период (XX - XXI вв.).
В качестве итога можно сделать вывод, что безопасность государственной власти, государственной и частной собственности была объектом защиты от массовых беспорядков, хулиганства в любое время и при любой власти. Однако в период постепенного усиления государственной власти, при изменении режимов правления и государственного устройства, разрастании территории, увеличении численности населения законодатель по-разному определял понятие посягательства на общественный порядок. В различные периоды исторического развития России в законодательных актах, регламентирующих ответственность за массовые беспорядки, хулиганство, по-разному акцентировалось внимание на участников, нарушавших общественное спокойствие. Были времена, когда роль субъекта в преступлении не являлась решающей для квалификации преступления. Но наступали времена, когда вопрос о степени виновности и участия поднимался вновь.
1.2 Общественный порядок как объект уголовно-правовой охраны по УК РФ 1996 г.
В научной литературе вопрос о понятии общественного порядка разработан недостаточно как в отраслевых правовых науках, так и в общей теории государства и права. Следует также отметить, что юристы высказывают различные взгляды о круге общественных отношений, составляющих его суть, а поэтому каждый из них по-своему определяет это объективно существующее социальное явление.
В онтологическом аспекте порядок характеризуется философами как понятие категорийного типа, соотносящееся с беспорядком как своей противоположностью. Для нормального функционирования вся структура общества нуждается в упорядочении, создании общественного порядка, являющегося элементарным условием жизнедеятельности людей, организационной стороной человеческой коммуникации в любом обществе, независимо типа последнего.
Некоторые юристы, например Г.А. Туманов, В.И. Фризко27, определяя общественный порядок в широком смысле слова (как социальную категорию), подразумевают под ним все общественные отношения, урегулированные как правовыми нормами, так и нормами нравственности, обычаями, традициями и иными социальными нормами. Они имеют при этом в виду соблюдение и реализацию всех действующих в обществе (во всех сферах жизни) социальных норм как гражданами, так и государственными и общественными организациями.
Определение общественного порядка в широком смысле страдает, на наш взгляд, неконкретностью, оно носит слишком общий характер, не отражает должным образом специфических для данного явления признаков. Из него не видно, какие же стороны общественной жизни, какой порядок отношений между людьми требуется защищать, борясь с правонарушениями.
Предпочтительным представляется понимание общественного порядка в узком, более тесном смысле этого слова. В этом значении, выступая социально-правовой категорией, общественный порядок включает не всю систему урегулированных социальными нормами общественных отношений, а лишь определенные их совокупности, образующиеся в различных областях жизнедеятельности. Такое понимание общественного порядка имеет важное практическое значение, способствуя дальнейшему совершенствованию правового регулирования общественного порядка, улучшению деятельности государственных органов и общественных организаций, ведущих борьбу с правонарушениями.
Две основные концепции общественного порядка в узком смысле были представлены М.И. Еропкиным и А.В. Серегиным.
М.И. Еропкин определял общественный порядок как "обусловленную интересами всего ... народа ..., регулируемую нормами права, морали, правилами ... общежития и обычаями систему волевых общественных отношений, складывающихся главным образом в общественных местах, а также общественных отношений, возникающих и развивающихся вне общественных мест, но по своему характеру обеспечивающих охрану жизни, здоровья, чести граждан, укрепление народного достояния, общественное спокойствие, создание нормальных условий для деятельности предприятий, учреждений и организаций"28.
А.В. Серегин характеризует общественный порядок как "урегулированную нормами права и иными социальными нормами систему общественных отношений, установление, развитие и охрана которых обеспечивают поддержание состояния общественного и личного спокойствия граждан, уважение их чести, человеческого достоинства и общественной нравственности"29.
Как видим, одно из основных различий в понятии общественного порядка у этих исследователей состоит в том, что М.И. Еропкин, определяя круг отношений в данной сфере, выделяет в качестве основного критерия место их возникновения и развития (общественные места), а А.В. Серегин - содержание отношения. Следует также обратить внимание на тесную связь общественного порядка и общественной нравственности, подчеркнутую А.В. Серегиным.
И.Н. Даньшин полагает, что "общественный, порядок, - это порядок волевых общественных отношений, складывающихся в процессе сознательного и добровольного соблюдения гражданами установленных в нормах права и иных нормах неюридического характера правил поведения в области общения и тем самым обеспечивающих, слаженную и устойчивую совместную жизнь людей"30.
По нашему мнению, с последним определением можно согласиться с одной оговоркой. Безусловно, общение не может существовать без наличия четких правил поведения, без социальных норм, которые являются, необходимой предпосылкой упорядочения отношения общения. Именно таким путем достигается соответствие между поведением отдельной личности и интересами других людей и общества в целом. Общественный порядок - это не сами правила поведения, нормы, а конечный результат соблюдения правил поведения, норм. Основа порядка отношений общения лежит в плоскости выполнения гражданами социальных норм, регулирующих эти отношения.
Все посягательства на общественный порядок подразделяются на такие виды:
- аморальный проступок;
- административное правонарушение;
- преступление.
Они различаются между собой по тяжести нарушений общественных отношений, являющихся содержанием общественного порядка. Каждому из этих видов присущ определенный заряд антисоциальности. Эго - материальный критерий, так как он выражает общественно-политическое содержание нарушения общественного порядка. Тяжесть таких нарушений зависит от многих объективных и субъективных факторов: специфики нарушаемых отношений общения между людьми, серьезности последствий, способа, места, времени нарушения, формы вины, характера мотивов и целей, личности нарушителя и т. п. Критерий для разграничения посягательств на общественный порядок усматривается также в содержании, особенностях и видах нарушаемых социальных норм, регулирующих и охраняющих общественный порядок. В основу разграничения анализируемых посягательств положен и характер применяемых санкций, то есть характер ответственности виновных. Такая ответственность может быть различной - моральной, общественной, юридической. Последние два критерия выражают внешнюю формальную сторону содеянного. Они дополняют основной материальный признак посягательств на общественный порядок.
Преступления против общественного порядка относятся к наиболее тяжелым нарушениям социального общения людей. Согласно точке зрения, изложенной в работах И. Я. Козаченко, преступления представляют собой качественно особый вид общественно опасных правонарушений, посягающих на условия существования общества31. Таким образом, существенно необходимый, коренной материальный признак преступлений, в том числе и преступлений против общественного порядка - общественная опасность. По этому признаку они качественно отличаются от других видов правонарушений. Этот вывод вытекает из анализа уголовного закона. Так, в ч. 2 ст. 14 УК РФ сказано: "Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности". Иными словами, закон прямо признает наличие признака общественной опасности у преступлений и отсутствие его в деяниях противоправных, но малозначительных, составляющих суть проступков. К подобным малозначительным деяниям причисляются проступки всех видов, которые хотя и имеют формальное сходство с преступлениями, но по закону не относятся к их числу, ибо лишены такого признака, как общественная опасность.
Юридическим выражением общественной опасности преступлений против общественного порядка является их уголовная противоправность. Наличие в действующем законодательстве уголовно-правовых норм об ответственности за преступления, против общественного порядка вызвано важностью тех общественных отношений, которым эти посягательства причиняют ущерб, известной распространенностью их и, наконец, необходимостью вести, борьбу с ними путем уголовной репрессии. Отсюда следует вывод, что уголовно-правовые нормы, предусматривающие ответственность за посягательства на общественный порядок, в настоящее время социально обусловлены.
В современной уголовно-правовой литературе к преступлениям против общественного порядка большинство ученых относит составы таких преступлений как массовые беспорядки, хулиганство и вандализм (ст. 212-214 УК РФ), которые сосредоточены в главе 24 "Преступления против общественной безопасности" раздела IX "Преступления против общественной безопасности и общественного порядка". Судя по названию раздела IX в нем должны находиться нормы, предусматривающие ответственность за посягательства на общественный порядок. Между тем ни глава 24, ни другие главы, включенные в раздел IX, не содержат в своем названии указания на важнейший объект уголовно-правовой охраны - "общественный порядок".
Можно лишь догадываться, почему законодатель поступил именно так. Очевидно, во-первых, разработчики УК РФ полагали, что понятие "общественная безопасность" охватывает понятие "общественный порядок". Во-вторых, введение общественного порядка в название главы 24 сделало бы его идентичным названному разделу в целом, и остальные главы попросту перестали бы вписываться в его структуру.
На наш взгляд, чтобы признать правомерность этого парадоксального решения законодателя, необходимо уяснить таково ли действительно соотношение терминов "общественный порядок" и "общественная безопасность".
Юридический энциклопедический словарь понятие "общественная безопасность" трактует как систему общественных отношений и юридических норм, регулирующих эти отношения в целях обеспечения общественного спокойствия, неприкосновенности жизни и здоровья населения, нормального труда и отдыха граждан, нормальной деятельности государственных и общественных организаций, учреждений и предприятий32.
Некоторые авторы расширительно толкуют понятие общественной безопасности и характеризуют ее, как правило, нормальным режимом функционирования общественной жизни. Так, А.А. Кармолицкий представляет общественную безопасность как "систему отношений, которые складываются в процессе предупреждения и устранения угрозы жизни, здоровья граждан и их имущества"33, А.А. Николаев - как "состояние, при котором сохраняются общественное спокойствие, неприкосновенность личности, целостность собственности, т.е. нормально функционируют все общественные институты"34.
Более верной представляется точка зрения И.Н.Даньшина, который считает понятие общественной безопасности близким по отношению к общественному порядку, но не тождественным ему. По его мнению, общественная безопасность присуща, как правило, сугубо производственной деятельности, а общественный порядок складывается в области социального общения. Отличаются они между собой и по характеру норм, их регулирующих. Общественный порядок - результат соблюдения социальных норм всех видов; общественная безопасность возникает на основе только правовых и технических норм35.
В связи с тем, что понятия общественной безопасности и общественного порядка не совпадают, представляется неудачным наименование гл. 24 УК РФ "Преступления против общественной безопасности", в которой фактически расположены и преступления против общественного порядка. Выход из создавшегося положения С.Ф. Милюков видит в возвращении к терминологии, принятой в прежнем уголовном законодательстве: глава 10 Особенной части УК 1960 г. именовалась "Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения". На его взгляд, так и следует назвать раздел IX действующего УК РФ. В таком случае его рамки будут логично охватывать деяния, предусмотренные главами 25-й (особенно, если под здоровьем населения понимать не только телесное, но и нравственное благополучие граждан), 26-й и отчасти главой 27-й (транспортные преступления лучше было бы выделить в отдельный раздел). Правда, и в таком случае глава 28-я продолжает выглядеть в анализируемом разделе "инородным телом". Скорее всего, она должна также стать основой самостоятельного раздела УК РФ. Реализация высказанных предложений позволит более адекватно поименовать и главу 24: "Преступления против общественной безопасности и общественного порядка"36.
В целом, разделяя мнение С.Ф. Милюкова, отметим, что логичнее было бы отразить в названии раздела IX и главы 24 все объекты уголовно-правовой охраны. И здесь важно учитывать, что общественная безопасность - это сложная многоуровневая функциональная система. В качестве ее целевого назначения выступает защищенность жизненно важных интересов личности, общества, государства от угроз. Как показывает анализ раздела IX Особенной части УК РФ понятие "общественная безопасность" охватывает: общую безопасность: безопасность всех сфер жизнедеятельности людей, безопасность объектов атомной энергетики, взрывоопасных объектах, безопасность горных, строительных и иных работ; безопасность от общеопасных источников (огня, ядерных, радиоактивных, взрывчатых, легковоспламеняющихся, пиротехнических и ядовитых веществ, оружия, боеприпасов, взрывных устройств); а также экологическую безопасность, безопасность движения и эксплуатации транспорта и информационную безопасность.
Очевидно, что экологическая безопасность, безопасность движения и эксплуатации транспорта и информационная безопасность - это специальные виды безопасности, которые представляют собой самостоятельные родовые объекты, на которые посягают соответствующие преступления. Поэтому обоснованно выделение их в отдельные самостоятельные главы раздела IX Особенной части УК РФ. Кроме того, общественная безопасность выступает как родовой объект деяний террористической направленности, организованной преступной деятельности, а также преступлений, связанных с неправомерным обращением с такими источниками опасности, как огонь, взрывчатые, радиоактивные, легковоспламеняющиеся и едкие вещества, огнестрельное и холодное оружие, боевые припасы, с несоблюдением правил производства строительных и ремонтных работ в общественных местах; правил открытия и функционирования объектов, где обращаются источники повышенной опасности и др.). Это общая безопасность, ибо указанные источники обладают общей потенциальной повышенной опасностью. Например, общеопасные источники используются в самых различных сферах жизни общества, в том числе и в сфере производства, транспорта, науки, быта, спорта, медицины и т. п. Нарушение правил безопасного обращения с ними создает общую опасность, опасность для многих благ, вместе взятых.
На наш взгляд, преступления против общественного порядка обладают общими специфическими признаками, прежде всего сходством объектов посягательства. Иными словами, в процессе массовых беспорядков, хулиганства и вандализма нарушается общественный порядок, т.е. общественные отношения, складывающиеся в процессе сознательного и добровольного соблюдения гражданами установленных в нормах права и иных нормах неюридического характера правил поведения в общественных местах, в сфере общественно-полезной деятельности, в быту и т.д.
Уголовный закон, карая за массовые беспорядки, хулиганство, вандализм охраняет не только общественный порядок, но и личность граждан, собственность и некоторые другие общественные отношения. Это связано с тем, что к общественным отношениям, которые занимают основное место в структуре социального общения, близко примыкают и те отношения, которые обеспечивают: моральную и физическую неприкосновенность личности; сохранность имущества; бесперебойную, равномерную деятельность организаций, учреждений и предприятий, порядок управления, общественную безопасность в сфере обращения оружия.
Исходя из этого, можно сказать, что дополнительными объектами преступлений, ответственность за которые предусматривается в ст.212 УК РФ, выступают безопасность личности, собственности, порядок управления, общественная безопасность в сфере обращения оружия. При совершении хулиганства с применением оружия (п. "а" ч. 1 ст. 213 УК РФ), наряду с грубым нарушением общественного порядка нарушается неприкосновенность личности и общественная безопасность в сфере обращения оружия. Квалифицированное хулиганство (ч.2 ст. 213 УК РФ), сопряженное с сопротивлением представителю власти или иному лицу, выполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, посягает на такой факультативный объект как порядок управления. В случае вандализма (ст. 214 УК РФ) страдает как общественный порядок, так и отношения собственности, а также общественные отношения в области публичной нравственности37.
В завершении сформулируем общее понятие преступных посягательств на общественный порядок. Их можно определить как общественно опасные, уголовно-противоправные, умышленные нарушения правовых и неюридических правил поведения людей в общественных местах, в сфере общественно-полезной деятельности, отдыха и быта, которые причиняют вред или создают угрозу причинения вреда личности, собственности, нормальной деятельности организаций, предприятий и учреждений, порядку управления, общественной безопасность в сфере обращения оружия.
В то же время следует отметить, что существует ряд преступлений, которые посягают в первую очередь на личность, собственность, общественную безопасность, а дополнительным непосредственным объектом имеют общественный порядок. Это такие деяния как убийство, умышленное причинение тяжкого или средней тяжести, легкого вреда здоровью и побоев из хулиганских побуждений, умышленное уничтожение или повреждение имущества по хулиганским мотивам, приведение в негодность объектов обеспечения, приведение в негодность нефтепроводов, нефтепродуктопроводов и газопроводов, жестокое обращение с животными (п."и" ч.2 ст.105, п."д" ч.2 ст.111, п."д" ч.2 ст.112, п."а" ч.2 ст.115, п."а" ч.2 ст.116, ч.2 ст.167, ст.215.2, ст.215.3, 245 УК РФ).
Подводя итог вышесказанному, можно сделать вывод, что преступления, так или иначе связанные с нарушением общественного порядка классифицируются на:
- преступные посягательства, которые основным непосредственным объектом имеют общественный порядок (ст.212-214 УК РФ);
- преступные посягательства, у которых общественный порядок выступает в качестве дополнительного или факультативного объекта (п."и" ч.2 ст.105, п."д" ч.2 ст.111, п."д" ч.2 ст.112, п."а" ч.2 ст.115, п."а" ч.2 ст.116, ч.2 ст.167, ст.215.2, ст.215.3, 245 УК РФ).
Надеемся, что сформулированное в ходе исследования общее понятие преступлений против общественного порядка, позволит точнее выявить смысл и содержание элементов и признаков составов отдельных видов преступлений, входящих в данную группу, и, следовательно, правильнее применять уголовный закон.
Глава 2 УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОСЯГАТЕЛЬСТВ НА ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПОРЯДОК
2.1. Объективные признаки и квалификация преступлений против общественного порядка
Родовым объектом массовых беспорядков, хулиганства и вандализма как и других преступлений, ответственность за которые предусмотрена в главе 24, признаются общественные отношения, составляющие содержание общественной безопасности.
Относительно непосредственных объектов преступлений, предусмотренных ст. 212-214 УК РФ, в уголовно-правовой литературе нет единства мнений.
Непосредственный объект массовых беспорядков некоторые авторы (Гальперин И., Власов В.П., Пионтковский А.А.38) определяют как общественную безопасность. Другие ученые, к ним относятся Ткаченко В.И.39, Брайнин Я.М.40 подчеркивают связь общественной безопасности и общественного порядка, утверждая, что непосредственным объектом массовых беспорядков выступают основы государственного управления в области охраны общественной безопасности и общественного порядка; общественная безопасность в области нормального функционирования государственного механизма охраны общественного порядка, жизни и здоровья граждан от анархии и произвола толпы. Имеется также точка зрения ряда авторов Волкова Б.С. Мишина А.В., Трайнина А.Н.41, к мнению которых мы присоединяемся, полагает, что объектом массовых беспорядков является общественный порядок как специфический компонент общественной безопасности. Массовые беспорядки представляют собой нарушения общественного порядка, совершаемые большой группой людей (толпой). Действительно, массовые беспорядки - это нарушение правил поведения в публичных местах, совершаемое скоплением лиц (толпой), т.е. особая разновидность посягательства на общественный порядок.
Что касается хулиганства, то его непосредственным объектом являются правила общежития, т.е. совокупность общественных отношений, регулируемых социальными нормами, содержащими требования общества к своим членам и определяющими отношения граждан к государству, обществу и друг другу в процессе созидательного труда, в семье, в коллективе, в быту42.
Безусловно, общение не может существовать без наличия четких правил поведения, без социальных норм, которые являются, необходимой предпосылкой упорядочения отношения общения. Именно таким путем достигается соответствие между поведением отдельной личности и интересами других людей и общества в целом. Но твердый порядок в области общения, общественный порядок - это не сами правила поведения, нормы, а конечный результат соблюдения правил поведения, норм. Центр тяжести, основа порядка отношений общения лежит в плоскости выполнения гражданами социальных норм, регулирующих эти отношения.
Поэтому следует согласиться, что непосредственным объектом состава хулиганства является общественный порядок, под которым понимается совокупность общественных отношений, установленных в государстве, основанных на правилах человеческого общежития и определяющих поведение людей в процессе общественной жизни.
Непосредственным объектом вандализма является общественный порядок.
Уголовный закон, карая за массовые беспорядки, хулиганство, вандализм охраняет не только общественный порядок, но и другие дополнительные объекты (личность граждан, собственность и некоторые другие общественные отношения).
Так, дополнительными непосредственными объектами массовых беспорядков с точки зрения одних правоведов выступают жизнь и здоровье человека, а также отношения собственности43. Другие исследователи пишут, что это жизнь и здоровье людей, государственное, личное и общественное имущество, функционирование органов власти и управления44. По мнению Ю.Н.Демидова, дополнительными непосредственными объектами посягательств в период массовых беспорядков могут быть здоровье, честь и достоинство граждан и представителей власти, нормальная деятельность государственных органов, право собственности различных субъектов, личные права и свободы граждан (например, право свободного передвижения и др.)45.
По нашему мнению, анализ объективной стороны массовых беспорядков позволяет сделать вывод, что дополнительными объектами этого преступления выступают безопасность личности, собственности, порядок управления, общественная безопасность.
Хулиганство также относится к многообъектным преступлениям. С.В. Векленко указывал, что в некоторых случаях хулиганские действия посягают на такие факультативные объекты как порядок управления и общественная безопасность46.
Полагаем, что согласно ст. 213 УК РФ при совершении хулиганства с применением оружия или предметов используемых в качестве оружия, неприкосновенность личности, общественная безопасность в сфере обращения оружия выступают в качестве дополнительного объекта хулиганства. В некоторых случаях хулиганские действия посягают на факультативные объекты. Так, квалифицированное хулиганство (ч. 2 ст. 213 УК РФ), сопряженное с сопротивлением представителю власти или иному лицу, выполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка посягает как на общественный порядок, так и на порядок управления.
В литературе отмечается, что вандализм нарушает не только общественный порядок, но и общественные отношения в области публичной нравственности и общественного спокойствия47. По нашему мнению, дополнительным непосредственным объектом вандализма являются не только указанные общественные отношения, но и собственность физических и юридических лиц, поскольку предмет вандализма определен в ст. 214 УК РФ как здания и сооружения, имущество на общественном транспорте или в иных общественных местах.
Преступления против общественного порядка могут быть совершены посредством активных действий, которые носят самый разнообразный характер.
По тексту закона объективную сторону массовых беспорядков образуют три формы преступной деятельности: организация массовых беспорядков (ч. 1 ст. 212 УК РФ); участие в массовых беспорядках (ч. 2 ст. 212 УК РФ); призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и к массовым беспорядкам, а равно призывы к насилию над гражданами (ч. 3 ст. 212 УК РФ).
Иначе говоря, законодатель дифференцирует ответственность за массовые беспорядки в зависимости от той роли, которую выполняет лицо в процессе совершения преступления.
Общественная опасность массовых беспорядков определяется тем, что в этих противоправных действиях принимают участие большое количество людей (толпа), и это значительно осложняет осуществление контроля за их поведением, а сами эти действия создают нестабильность и напряженность в обществе, дезорганизацией деятельности транспорта, работы органов государственной власти и органов местного самоуправления.
С целью выделения повышенной общественной опасности законодатель включил в диспозицию нормы "организацию массовых беспорядков" как своеобразную самостоятельную деятельность. В законе этот термин не раскрывается.
По мнению Дьякова С.В., "организация массовых беспорядков" выражается в действиях организатора с целью объединить толпу либо руководить ею для совершения погромов, разрушений, поджогов и других подобных действий, а также действия по руководству уже собравшейся толпой на совершение указанных действий48.
Организация массовых беспорядков проявляется либо в действиях по подготовке к массовым беспорядкам, либо в действиях по непосредственному руководству массовыми беспорядками в период их совершения (погромами, поджогами и др.). Конкретно эта организация может выражаться в собирании большого количества людей, подстрекательстве их к совершению бесчинств, актов вандализма под предлогом протеста по поводу каких-либо действий, решений органов государственной власти либо органов местного самоуправления49.
При изучении роли организатора массовых беспорядков возникает проблема отграничения деятельности организатора от других форм соучастия, таких как подстрекательство и пособничество. Это обусловлено тем, что действия организатора беспорядков часто объективно содержат в себе признаки и активного участия и подстрекательства, и пособничества в совершении погромов и других действий. По этому поводу М.И. Ковалев отметил, что организатор преступления может быть объективно и в роли подстрекателя, и в роли исполнителя, и в роли пособника, или одновременно в двух и даже трех указанных выше "ролях"50. Сложность квалификации организаторской деятельности заключается и в том, что в отдельных случаях она может состоять как из призывов к совершению массовых беспорядков, так и из действий, направленных на предоставление участникам беспорядков всякого рода орудий и средств, облегчающих их совершение.
Только в результате точного установления признаков организации, пособничества и подстрекательства и их разграничения возможна правильная правовая оценка действий виновных и в дальнейшем назначение наказания.
Деятельность лиц, призывающих толпу к совершению противоправных действий (если в их действиях нет признаков организаторской деятельности), должна быть квалифицирована как соучастие в массовых беспорядках в форме подстрекательства.
Те лица, которые непосредственно не участвовали в совершении погромов, разрушений, поджогов и других действий, но своими действиями способствовали их совершению (к примеру, предоставлением транспортных средств, укрытием предметов и орудий преступления, сообщением сведений об объектах посягательства и т. п.), либо склоняли отдельных граждан к участию в массовых беспорядках, должны признаваться пособниками либо подстрекателями массовых беспорядков. При этом эти лица должны осознавать связь своих действий с массовыми беспорядками51.
При уголовно-правовой оценке фактов непосредственного совершения участниками массовых беспорядков погромов, разрушений, поджогов и других действий необходимо исходить из того, что данная форма преступной деятельности в ходе массовых беспорядков занимает значительное место.
Объективную сторону преступления, описанного в ч. 2 ст. 212 УК РФ образует участие в массовых беспорядках, т.е. совершение деяний, исчерпывающий перечень которых дан в ч. 1 ст. 212 УК РФ: применение насилия, погромы, поджоги, уничтожение имущества, применения огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также оказание вооруженного сопротивления представителю власти.
Насилие как один из признаков массовых беспорядков в одних источниках трактуется только как физическое52, в других - и как физическое, и как психическое53. Оно, как нам представляется, может быть как физическим (причинение физической боли, легкой или средней тяжести вреда, ограничение свободы и др.), так и психическим (угроза причинения вреда здоровью или смерти, уничтожения или повреждения имущества и др.). Причинение смерти или тяжкого вреда здоровью при массовых беспорядках должно квалифицироваться по совокупности со ст. 105 или ст. 111 УК РФ.
Второй разновидностью действий при массовых беспорядках выступают погромы. В уголовно-правовой литературе54 под погромами подразумеваются случаи массового разрушения или повреждения транспортных средств, средств коммуникаций и сигнализации на улицах, магазинов, уничтожение имущества и др.
Большинство авторов (Владимиров В.А., Галкин В.М. и Марогулова И.Л., Кудрявцев В.Н. и другие) толкуют понятие "погром" как разорение, разграбление жилых помещений, магазинов, предприятий, осквернение памятников и других культурных ценностей, учинение насилия или издевательств над гражданами55.
На наш взгляд, погромы отличаются от уничтожения имущества тем, что повреждения наносятся различным объектам недвижимости, предназначенным для общественного или личного пользования. Предметом уничтожения и повреждения государственного и общественного имущества являются здания, сооружения, постройки, средства связи и другое имущество56.
Таким образом, уничтожение и повреждение имущества в результате массового беспорядка является преступлением, посягающим на отношения собственности, но не направленным на обогащение.
Под поджогами в теории уголовного права понимается уничтожение или повреждение чужого имущества путем применения открытого огня; действия, приведшие к воспламенению или горению подожженного имущества, хотя бы оно и не было повреждено или уничтожено, так как начавшийся пожар удалось погасить57.
Статья 212 УК РФ предусматривает ответственность за применение огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств в ходе массовых беспорядков.
Применение оружия, взрывчатых веществ, взрывных устройств - это использование вышеуказанных предметов по своему назначению для причинения вреда здоровью человека, уничтожения имущества в процессе совершения преступления, так и реальная угроза их применения (например, выстрел вверх; на устрашение либо имитация выстрела (взрыва), выстрел (взрыв) на поражение и т. п.).
Поскольку ст. 212 УК РФ не содержит указания на общественно опасные последствия применения оружия, можно считать, что эта разновидность массовых беспорядков относится к формальным составам и преступление признается оконченным с момента совершения действий, независимо от наступления результата, к которому стремился виновный.
Особой формой массовых беспорядков является оказание вооруженного сопротивления представителю власти. Определение понятия представителя власти дается в примечании к ст. 318 УК РФ. Данная норма разъясняет, что в уголовно-правовом смысле под представителем власти следует понимать должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо, наделенное в установленном порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости.
Сопоставительный анализ санкций ч.2 ст. 212 УК РФ и ч.2 ст. 318 УК РФ позволяет сделать вывод, что последняя норма предусматривает более строгое наказание. Иными словами, оказание вооруженного сопротивления представителю власти означает воспрепятствование представителю власти и лицам, привлеченным для восстановления порядка, выполнять возложенные на них обязанности - путем использования огнестрельного оружия, взрывчатых веществ, взрывных устройств. Это может выражаться в угрозах его применения, выстрелах вверх и других манипуляциях, направленных на устрашение представителей власти, а также выстрелах на поражение, причинивших вред, не опасный для жизни и здоровья.
Если в ходе вооруженного сопротивления представителям власти был причинен вред, опасный для жизни и здоровья, содеянное следует квалифицировать по совокупности ч.2 ст. 212 УК РФ и ч.2 ст. 318 УК РФ.
Объективную сторону преступления, описанного в ч. 2 ст. 212 УК РФ образует участие в массовых беспорядках выражается в непосредственном присутствии виновного на месте этих беспорядков и совершении им вместе с другими групповых действий, сопровождающихся насилием, погромами, пожарами, уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также оказанием вооруженного сопротивления представителю власти. Однако одного лишь присутствия в месте массовых беспорядков, если оно не сопряжено с осуществлением насилия, погромов и т.п., недостаточно для его квалификации58.
В ч. 3 ст. 212 УК РФ предусмотрена ответственность за призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и к массовым беспорядкам, а равно за призывы к насилию над гражданами. Призывы означают публичное обращение к массе людей (толпе) в целях подстрекательства, возбуждения у них желания совершить указанные выше действия. Они могут быть устными либо распространяться через СМИ, листовки, плакаты и т.п.
Специфическим признаком преступления, предусмотренного ст. 212 УК РФ; является наличие большого числа людей, т.е. толпы, своими действиями нарушающей общественный порядок, совершающей насилие, погромы, поджоги, уничтожение имущества, оказывающей вооруженное сопротивление власти. Толпа, будучи коллективным участником массовых беспорядков, представляет собой, как правило, скопление большого числа людей, у которых нет предварительного сговора и заранее разработанного "плана преступных действий"59.
Массовые беспорядки - преступление с формальным составом. Преступление признается оконченным при совершении действий, описанных в ст. 212 УК РФ, вне зависимости от наступления каких-либо общественно опасных последствий. Некоторые ученые добавляют, что массовые беспорядки протекают обычно долгое время, пока не успокоится толпа или не будет разогнана с применением водометов, химических средств, физической силы60.
Преступление, предусмотренное ч.1 ст. 212 УК РФ, признается оконченным с момента совершения действий по объединению массы людей для последующего совершения преступлений, руководства этими преступными действиями и других разновидностей осуществления организационной деятельности. Преступное посягательство, описанное ч.2 ст. 212 УК РФ окончено с момента применения насилия, совершения погромов, поджогов, уничтожения имущества, применения огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также оказания вооруженного сопротивления представителю власти.
Преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 212 УК РФ, считается оконченным с момента распространения указанных призывов, независимо от того, удалось ли побудить толпу к совершению общественно опасных деяний.
Если в ходе массовых беспорядков будут совершены более опасные преступления (изнасилование, бандитизм, убийство, причинение тяжкого вреда здоровью с квалифицирующими обстоятельствами, хищение и др.), то все, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений.
Также стоит отметить, что лица, не совершившие никаких преступных деяний, но находившиеся во время массовых беспорядков в толпе, не подлежат уголовной ответственности, даже в том случае, если одобряли цели, с которыми выступают участники беспорядков.
Объективная сторона хулиганства согласно ст. 213 УК РФ характеризуется грубым нарушением общественного порядка, выражающим явное неуважение к обществу, совершенном с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.
И.Н. Даньшин писал, что хулиганским действиям присущи два обязательных признака: во-первых, они грубо нарушают общественный порядок, во-вторых, в них заключено явное неуважение к обществу61.
Согласно разъяснению п.1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений" 62 №45 от 15 ноября 2007г. уголовно наказуемым хулиганством может быть признано только такое грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, которое совершено с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. При решении вопроса о наличии в действиях подсудимого грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, судам следует учитывать способ, время, место их совершения, а также их интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства. Такие действия могут быть совершены как в отношении конкретного человека, так и в отношении неопределенного круга лиц. Явное неуважение лица к обществу выражается в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желанием виновного противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений" №45 от 15 ноября 2007г. в п.2 говорит, что под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, следует понимать умышленные действия, направленные на использование лицом указанных предметов как для физического, так и для психического воздействия на потерпевшего, а также иные действия, свидетельствующие о намерении применить насилие посредством этого оружия или предметов, используемых в качестве оружия.
Хулиганские действия можно квалифицировать по ст. 213 УК РФ только в том случае, когда указанные предметы и оружие применялись виновным в момент совершения хулиганских действий.
К предметам, используемым в качестве оружия, относятся предметы хозяйственно-бытового назначения (кухонные ножи, топоры, бритвы и т.д.), а также любые другие предметы, используемые для причинения физического вреда человеку (камень, дубинка, палка и т.д.). Ст. 213 УК РФ не требует, чтобы эти предметы были специально приспособлены для нанесения телесных повреждений. Поэтому, если виновный применил при совершении хулиганства соответствующий предмет, подобранный на месте его совершения (булыжник, кол и др.), его действия должны квалифицироваться по ч. 1 ст. 213 УК РФ.
Другим альтернативно обязательным признаком хулиганства являются совершение деяния по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.
Хулиганские действия обычно совершаются в общественных местах (на улице, в парке, на рынке и др.). Хотя они могут учиняться и в семье. Однако если, например, в квартире причиняется вред здоровью родственника или знакомого на почве личных неприязненных отношений, то содеянное надлежит квалифицировать как соответствующее преступление против личности в зависимости от характера причиненного вреда. Такие действия образуют хулиганство лишь в случае, когда они сопровождаются грубым нарушением общественного порядка, явным неуважением к обществу. Публичность - характерная черта хулиганства, которая проявляется в совершении хулиганских действий в присутствии людей или хотя в их отсутствии, но в расчете на ознакомление других с результатом этих действий (например, уничтожение или повреждение имущества в общественных местах)63.
Таким образом, местом совершения хулиганства может быть не только общественное место в узком смысле слова (улица, парк, клуб, стадион и т. п.), но и всякое иное место, где должен поддерживаться общественный порядок. Решающее значение для данного состава имеет не место, а люди, общество, которому хулиган бросает вызов своим поведением. Причем хулиганские действия в зависимости от их характера могут быть совершены как публично, т.е. в присутствии граждан (хотя бы одного), так и не публично - в их отсутствии. Отсюда место совершения хулиганских действий, их публичность не составляют обязательных объективных признаков состава хулиганства.
Если хулиганские действия сопровождаются уничтожением или повреждением чужого имущества, то они образуют совокупность преступлений, предусмотренных ст. ст. 213 и 167 или ст. 168 УК РФ.
В ч. 2 ст. 213 УК РФ предусмотрена повышенная ответственность за хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой либо связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка. При квалификации действий виновного как хулиганства, совершенного группой лиц по предварительному сговору, необходимо исходить из требований ч. 2 ст. 35 УК. При решении этого вопроса следует иметь в виду, что предварительная договоренность должна быть достигнута не только о совершении совместных хулиганских действий, но и о применении оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо о совершении таких действий по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы любым из соучастников64. Не имеет значения, все ли виновные, договорившиеся совершить такое преступление, применяли оружие или предметы, используемые в качестве оружия.
По нашему мнению, разграничение групповыми формами хулиганства и массовыми беспорядками следует проводить по степени общественной опасности, масштабности нарушения общественного порядка. Массовые беспорядки - это криминальные действия большого количества людей (толпы). Они отличаются, как правило, широкомасштабным характером противоправных действий. Массовые беспорядки способны парализовать деятельность органов государственной власти и управления, поставить под угрозу общественную безопасность, повлечь за собой человеческие жертвы, нанести серьезный экономический ущерб государству, обществу или отдельным группам лиц.
Признаком квалифицированного хулиганства (ч. 2 ст. 213 УК), кроме перечисленных действий, при соответствующих обстоятельствах, является сопротивление представителю власти или иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка.
По нашему мнению, сопротивление предполагает активное противодействие действиям работников полиции, иных представителей власти, военнослужащих, представителей общественности (например, дружинников), выполняющих возложенные на них функции по охране общественного порядка, а также другим гражданам, пресекающим хулиганские действия. Речь в этом случае идет о сопротивлении представителю власти или иному лицу в процессе совершения хулиганских действий, а не после их завершения. Сопротивление, оказанное, например, при задержании виновного в совершении хулиганства лица, надлежит рассматривать в качестве административного правонарушения, если в его действиях не содержатся признаки иного преступления.
Нельзя рассматривать, как сопротивление пассивное не реагирование на попытки соответствующих лиц восстановить общественный порядок, простое продолжение хулиганских действий с игнорированием предупреждений, предложений и требований прекратить их. В равной мере не является формой сопротивления оскорбление, нанесенное представителю власти, общественности, гражданину, словесные протесты (даже выраженные в грубой форме) по поводу действий, направленных на пресечение хулиганства и задержание преступника. Однако, исходя из принципов квалификации, следует признать, что нанесение оскорблений представителям власти или общественности во время хулиганских действий не охватывается ст. 213 УК РФ и требует дополнительной квалификации по ст. 319 УК РФ.
Если виновный, оказывая сопротивление лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, умышленно причинил средней тяжести или тяжкий вред его здоровью либо совершил убийство такого лица, то содеянное при наличии к тому оснований следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213 УК РФ и соответственно п. "б" ч. 2 ст. 112, п. "а" ч. 2 ст. 111 или п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
В тех случаях, когда сопротивление представителю власти оказано лицом после прекращения хулиганских действий, в частности в связи с последующим задержанием, его действия не должны рассматриваться как отягчающее обстоятельство хулиганства и подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 213 УК РФ и соответствующей статьей УК РФ, предусматривающей ответственность за совершенное преступление65.
Представителем власти, согласно примечанию к ст. 318 УК РФ, признается должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо в установленном законом порядке, наделенное распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости. К ним относятся прокуроры, следователи, дознаватели, сотрудники органов внутренних дел, контрразведки, государственной охраны, контрольных, таможенных органов, надзора и др.
В содержание умысла виновного при совершении хулиганских действий, сопряженных с сопротивлением, входит осознание того, что потерпевшим является представитель власти либо иное лицо, исполняющее обязанности по охране общественного порядка либо пресекающее нарушение общественного порядка66.
Причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести или совершение убийства по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы при отсутствии иных признаков преступления, предусмотренного статьей 213 УК РФ, следует квалифицировать по соответствующим статьям, частям и пунктам Уголовного кодекса РФ, предусматривающим ответственность за преступления против личности (например, по пункту "е" части 2 статьи 112 УК РФ) 67.
В настоящее время в УК РФ хулиганство представлено, по сути дела, в двух аспектах: как "мотив" оно закреплено в п. "и" ч.2 ст. 105, п. "д" ч.2 ст. 111, п. "д" ч.2 ст. 112, ч.2 ст.115, ч.2 ст. 116 УК РФ (убийство, причинение тяжкого или средней тяжести, легкого вреда здоровью и побоев из хулиганских побуждений) и как деяние - в ст. 213 УК РФ (хулиганство). Таким образом, - верно указывает Н. Иванов68, - одна и та же акция в одних случаях выступает в качестве мотива, а в других как деяние, что вызывает недоумение.
В случае нанесения, например, побоев из хулиганских побуждений правоприменитель должен квалифицировать деяние как преступление против здоровья по соответствующей части ст. 115 УК РФ по той естественной причине, что побои действительно являются посягательством на здоровье, какой бы мотив при этом ни сопутствовал правонарушению (тем более что для побоев хулиганский мотив характерен). То же самое касается телесных повреждений и т.д. 69 Однако правоприменитель игнорирует данный логически непротиворечивый алгоритм квалификации, предлагая различные ухищрения ради проведения мифической линии границы между хулиганством и преступлениями, совершенными по хулиганским мотивам. В п. 12 цитируемого Постановления Пленума Верховного Суда РФ70 предлагается отграничивать хулиганство от преступлений, совершаемых из хулиганских побуждений в зависимости от содержания и направленности умысла, мотива, цели и обстоятельств совершенных действий. И далее Пленум определяет: "Под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода". Но в таком случае возникает вопрос о поводе совершения непосредственно так называемых "хулиганских" действий, которые, по определениям высшей судебной инстанции России, выносимым по конкретным делам, также совершаются без повода или с использованием незначительного повода.
Пытаясь хоть как-то нащупать границу между преступлениями, совершаемыми по хулиганским мотивам, и непосредственно хулиганством, Пленум в п. 13 Постановления о хулиганстве отмечает: "С учетом того что субъективная сторона хулиганства характеризуется прямым умыслом, оскорбления, побои, причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести, совершенные в семье, в отношении родственников, знакомых лиц и вызванные личными неприязненными отношениями, неправильными действиями потерпевших и т.п., при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 213 УК РФ, должны квалифицироваться по статьям Особенной части Уголовного кодекса РФ, предусматривающим ответственность за преступления против личности". Какие признаки хулиганства должны отсутствовать для квалификации деяния как преступлений против личности? То обстоятельство, что такие деяния грубо нарушают общественный порядок, сомнений не вызывает хотя бы потому, что подобного рода действия запрещены. Если они совершаются, тем более в публичном месте, и субъект игнорирует факт нарушения общественного порядка, тогда и явное неуважение к обществу становится также очевидным. Значит, деяния, вызванные личными неприязненными отношениями, должны быть совершены без оружия или без экстремистских мотивов71. Но если так, тогда то же самое, но с применением оружия, должно квалифицироваться как хулиганство. Получается занятная картина - есть оружие или иные предметы, используемые в таком качестве, тогда моментально появляется и уголовно наказуемое хулиганство, а если оружия или иных предметов нет, хотя порядок в обществе нарушен, хулиганство чудесным образом отсутствует. Значит, наличие хулиганства зависит лишь от наличия или отсутствия оружия или иных предметов, используемых в таком качестве, или от наличия или отсутствия экстремистских мотивов. А где же специфика объективной стороны хулиганства? Кроме того, субъект совершает конкретно определенное преступление против личности, абсолютно безразлично относясь к факту нарушения общественного порядка и нравственному флеру, сопровождающему его поступок, за что и должен нести ответственность72.
На наш взгляд, с указанной позицией законодателя трудно согласиться. Следует учитывать, что при посягательствах хулигана страдают интересы не одной конкретной личности, а нарушается спокойствие неопределенно широкого круга граждан. Поэтому представляется, что последнее решение законодателя по существу уничтожило превентивный потенциал нормы о хулиганстве. Хулиганство является преступлением с формальным составом. Оконченным оно считается с момента совершения действий, грубо нарушающих общественный порядок и выражающих явное неуважение к обществу, совершенных с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.
Вандализм - еще одно преступление, связанное с нарушением общественного порядка и ответственность за данное преступление наступает по ст. 214 УК РФ. Его общественная опасность выражается, прежде всего, в бездумном, дерзком и человеконенавистническом надругательстве над элементарными нормами общественной нравственности, пренебрежении результатами чужого труда, причинении существенного имущественного и духовного вреда.
Общественная опасность вандализма, в отличие от хулиганства, состоит не только в том, что эти действия грубо нарушают общественный порядок, спокойствие граждан, нормы общественной нравственности, но и причиняют вред имуществу путем осквернения зданий и иных сооружений, порчи имущества на транспорте или в иных общественных местах73. В тех случаях, когда наряду с вандализмом лицо совершает хулиганство, ответственность за которое предусмотрена ст. 213 УК, содеянное следует квалифицировать по совокупности названных статей.
Следует отметить, что вандализм причиняет и духовный вред обществу. Дополнительный объект преступления - отношения собственности.
Предметом преступления могут быть построенные людьми здания и иные сооружения, т.е. недвижимые объекты, различные по функциональному назначению (предназначенные для проживания, работы, обучения, хранения ценностей, имущества, проведения спортивных, культурных мероприятий и т.п.), находящиеся в общественном, коллективном или индивидуальном пользовании (стадионы, мосты, путепроводы, наземная часть трубопроводов, заборы и др.), любое имущество на общественном транспорте или в иных общественных местах (сиденья, стекла, световые приборы, оборудование, кузова транспорта, светофоры, двери, окна, стены помещений клубов, кинотеатров, культурно-развлекательных центров, парков отдыха, аттракционы, пульты управления, переговорные устройства, туалеты и т.д.)74.
Личное движимое имущество, товары, природные объекты, лесные насаждения не являются предметом рассматриваемого преступления.
Объективная сторона вандализма выражается в действиях, оскорбляющих общественную нравственность: в осквернении зданий или иных сооружений; в порче имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах.
Осквернение предполагает различные действия, обезображивающие общественные здания, сооружения или их части, оскорбляющие общественную нравственность. Это выражается в нанесении непристойных рисунков, надписей циничного содержания, нецензурных слов, наклеивании плакатов, репродукций, стихотворений аморального содержания, в загрязнении зданий и сооружений красящими веществами, нечистотами, в повреждении памятников истории и культуры, их художественных элементов, барельефов, вывесок, дверей, в глумлении над общепринятыми духовными и историческими ценностями, например, размещение фашистской символики на монументах борцам против фашизма и нацизма, нанесение на культовых зданиях надписей или изображений, которые оскорбляют чувства верующих.
Не образуют состава вандализма действия, не рассчитанные на оскорбление общественной нравственности или общественную реакцию, например нанесение нецензурных слов на заборе заброшенного здания, нанесение безнравственных рисунков в безлюдных местах, а также самовольное нанесение надписей, не противоречащих общественной нравственности, например художественное изображение на заборе или стене здания природы, животных, птиц, пристойных изречений, лозунгов75.
Полагаем, что осквернение не предполагает повреждения здания в ценовом выражении, иначе бы эти действия пришлось бы квалифицировать по совокупности статей 214 и 167, 214 и 243 УК РФ. По крайней мере, представляется, что стоимость ликвидации скверны должна быть невелика. В то же время, шутливый рисунок или малозаметная (легко стирающаяся) нецензурная надпись не должны рассматриваться как уголовно наказуемые деяния. Также не всегда следует рассматривать в уголовном порядке надписи на зданиях, предназначенных к ремонту или под снос. В свою очередь есть больше оснований рассматривать подобные действия, совершенные в помещениях, имеющих культурное значение (библиотеки, музеи и т.п.), как вандализм.
Осквернение мест захоронения, надмогильных сооружений или кладбищенских зданий образует самостоятельное преступление, предусмотренное ст.244 УК РФ. В случае учинения неприлично грубых настенных изображений, рисунков и надписей в отношении конкретных представителей власти, в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей, содеянное может квалифицироваться по ст.319 УК РФ как оскорбление представителя власти.
Порча имущества тождественна в уголовно-правовом смысле повреждению имущества. В уголовно-правовой литературе к порче имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах относится уничтожение или повреждение сидений в автобусах, трамваях, троллейбусах, электропоездах и в других средствах общественного транспорта; уничтожение или повреждение кресел в кинотеатрах, сооружений на остановках общественного транспорта и т.п.; порча оборудования транспортных средств (сидений, окон и т. д.), лифтов в жилых домах и учреждениях, повреждение и выведение из строя телефонных автоматов, повреждение садового оборудования и аттракционов в парках и совершении других подобных действий.
По своему содержанию это преступление очень схоже с хулиганскими действиями. Вандализм вне всякого сомнения несет в себе и черты грубого нарушения общественного порядка, а также явного неуважения к обществу, что свойственно именно хулиганству. Поэтому в случае причинения значительного ущерба действия виновного квалифицируются по ч.2 ст. 167 УК РФ как умышленное уничтожение или повреждение имущества по хулиганским мотивам. По ст.214 УК РФ ответственность наступает лишь в случаях порчи имущества на общественном транспорте и в иных общественных местах и когда эти деяния не влекут причинения значительного ущерба.
Если исключить требуемое ст. 167 УК РФ причинение значительного ущерба, то получается, что вандализм отличается от предыдущего состава преступления фактически только тем, что происходит не просто уничтожение или повреждение чужого имущества, а осквернение зданий или иных сооружений, порча имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах из хулиганских побуждений. Можно сказать, что вандализм является разновидностью посягательства на собственность из хулиганских побуждений.
На наш взгляд, существование состава "умышленное уничтожение или повреждение имущества по хулиганским мотивам" (ч.2 ст. 167 УК РФ) и состава вандализма, т.е. осквернения зданий или иных сооружений, порчи имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах из хулиганских побуждений (ст. 214 УК РФ) является законодательным излишеством. Вандализм имеет формально-материальный состав; преступление считается оконченным либо с момента выполнения действий, выражающихся в осквернении зданий и сооружений, либо с момента порчи имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах.
К квалифицирующим признакам вандализма (ч. 2 ст. 214 УК) относятся те же деяния, совершенные группой лиц (ст. 35 УК), а равно по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.
Подводя итог вышесказанному, мы предлагаем: - для ст. 212 УК РФ законодательно закрепить критерии подхода к решению вопроса об уголовной ответственности лиц, находившихся в толпе, но покинувших район беспорядков после официального предупреждения властей. Здесь требуется установление факта не совершения этими лицами иных преступлений. Ст. 212 УК РФ дополнить примечанием следующего содержания: "Примечание. Лицо, находившееся в толпе, добровольно или по официальному требованию властей, покинувшее район массовых беспорядков, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления".
-объединить в ст. 213 УК РФ все разновидности преступных посягательств на здоровье и жизнь личности из хулиганских побуждений. В частности, в ч.1 ст.213 УК РФ следует установить ответственность за грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам, не опасного для жизни и здоровья либо угрозой его применения. В ч.2 ст. 213 УК РФ в качестве квалифицирующих признаков деяния указать на совершение его:
- с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия;
- группой лиц, группой лиц по предварительному сговору;
- связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка.
В ч. 3 ст. 213 УК РФ, в качестве особо квалифицирующих признаков деяний, предусмотренных частями первой и второй этой статьи, предусмотреть совершение их: 1) организованной группой; 2) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия; 3) если они повлекли смерть потерпевшего. Из п. "и" ч.2 ст. 105, п. "д" ч.2 ст. 111, п. "д" ч.2 ст. 112, ч.2 ст.115, ч.2 ст. 116, на наш взгляд, необходимо исключить указание на хулиганский мотив.
- для ст. 214 УК РФ исключить из ч.2 ст. 167 УК РФ указание на хулиганский мотив. А в ст. 214 УК РФ предусмотреть ответственность за все разновидности умышленного уничтожения или повреждения имущества по хулиганским мотивам.
Для этого в ч.1 ст.214 УК РФ следует установить наказуемость осквернения, уничтожения или повреждения имущества по хулиганским мотивам. В ч.2 ст. 214 УК РФ целесообразно ввести квалифицированные формы вандализма: 1) осквернение и уничтожение или повреждение объектов, представляющих особую культурную ценность; 2) совершение группой лиц, группой лиц по предварительному сговору; 3) с использованием технических средств, машин и механизмов; 4)причинившее значительный ущерб.
2.2 Субъективные признаки и квалификация преступлений против общественного порядка
В теории уголовного права нет единого мнения относительно субъективной стороны преступлений против общественного порядка. Так, одни ученые полагают, что субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 212 -214 УК РФ, предполагает как прямой, так и косвенный умысел76. По мнению других авторов, субъективная сторона этих преступлений может выражаться только в прямом умысле77.
На наш взгляд, преступления, предусмотренные ст. 212,213 УК РФ имеют формальный состав и могут характеризоваться только виной в форме прямого умысла. Что касается вандализма (ст. 214 УК РФ), имеющим формально-материальный состав, то его субъективная сторона может характеризоваться как прямым умыслом по отношению к действиям, так и прямым или косвенным.
Для квалификации преступлений против общественного порядка чрезвычайно важным является установление мотивов и целей виновного.
Анализ мотивации участия в массовых беспорядках показывает, что агрессивно настроенная толпа обычно возникает на базе отрицательных эмоций части населения, недовольной определенными условиями жизни. Состояние недовольства содержит в себе возможность трансформации его в ненависть, агрессивность. Это доминирующее чувство и определяет в ряде случаев характер поведения толпы78.
Действия человека в обстановке эмоционального напряжения толпы тесно связаны с психологической структурой его личности, устойчивыми и ситуативными мотивами, усвоенными с детства стереотипами поведения. Следовательно, возникает необходимость в исследовании и оценке способности субъекта осознавать конкретную ситуацию, руководить своими поступками, предвидеть их последствия. Здесь следует иметь в виду, что снижение уровня контроля и осознанности поведения в рамках вменяемости может быть обусловлено аффективным состоянием79.
Мотивы и цели участников массовых беспорядков не влияют на квалификацию, хотя должны учитываться при назначении наказания. Таковыми обычно являются недовольство деятельностью органов государства или местного самоуправления, действиями должностных лиц, социально-экономическими условиями жизни, национальная неприязнь, хулиганские побуждения и др.
Необходимость установления конкретного мотива (или мотивов) преступного поведения, питающих его потребностей вызывается существенными различиями мотивации действий субъектов массовых беспорядков. Например, основной мотив их организатора может иметь националистический либо корыстный характер, а действиями других участников бесчинств могут двигать жажда мести, хулиганские побуждения, следование психологическому давлению толпы, страх уклонения от ее стремлений. Различны, как правило, и причины формирования мотивов. Уголовно-правовое значение мотива преступления определяется тем влиянием, которое он оказывает на степень общественной опасности данного деяния и лица, его совершившего. Установление конкретного мотива, побудившего индивида участвовать в преступлении, требуется для назначения справедливого" соразмерного степени вины наказания.
Если массовые беспорядки совершались членами экстремистского сообщества по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, то содеянное квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 212 и 282.1 УК РФ80.
В связи с тем, что массовые беспорядки могут совершаться по мотивам экстремистского характера, и признаются Федеральным законом № 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности"81 разновидностью экстремистской деятельности, правоприменители испытывают трудности при отграничении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 212 УК РФ, от преступления, предусмотренного ст. 280 УК РФ, объективная сторона которого состоит в публичных призывах к осуществлению экстремистской деятельности.
Призывы к осуществлению экстремистской деятельности в смысле ст. 280 УК РФ по существу являются подстрекательством к совершению преступлений, предусмотренных ст. 282, 2821 и 2822 УК РФ, а также преступлений, предусмотренных другими статьями УК РФ (ст. ст. 212, 213, 214 и т.д.). Таким образом, в действующем законодательстве существует коллизия норм, предусматривающих ответственность за призывы к экстремистской деятельности (ст. 280 УК РФ) и призывы к массовым беспорядкам как разновидности экстремистской деятельности (ч.3 ст. 212 УК РФ).
В случае совершения в ходе массовых беспорядков других преступлений (краж, грабежей, разбоев, умышленного уничтожения чужого имущества и др.) содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, т.е. по ст. 212 и соответствующим статьям Особенной части УК РФ.
Для хулиганства характерна умышленная форма вины в виде прямого умысла; поскольку данный состав является формальным, он не предусматривает в качестве обязательного признака наступление каких-то последствий. В одном из постановлений Верховного Суда РФ указано, что деяние не может квалифицироваться как хулиганство, если не установлен умысел на грубое нарушение общественного порядка и на проявление явного неуважения к обществу82. Для него характерны и специальные мотивы - хулиганские побуждения, ненависти, вражды. Хулиганский мотив, как указывается в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)"83, выражается в демонстративном вызове окружающим, стремлении виновного противопоставить свои личные интересы интересам общества, проявить пренебрежительное отношение к нормам социального поведения, стремлении показать свою вседозволенность и безнаказанность.
В основе хулиганских побуждений лежит потребность в самоутверждении, обостренная явным расхождением между уровнем притязаний человека и имеющимися возможностями их удовлетворения, которые ограничены личными способностями и объективными обстоятельствами. Выбор именно хулиганской формы преодоления указанного противоречия определяется особенностями личности - ее низким уровнем культуры, невоспитанностью, агрессивностью, нравственной деградацией.
Обязательным признаком преступления является хулиганский мотив. "Изначально было признано в теории и практике, что специфика хулиганства состоит не во внешних действиях, а в его особом внутреннем качестве, в его "хулиганственности", или хулиганских побуждениях"84.
По этому поводу Б.С. Волков писал, что "хулиганский мотив не может не рассматриваться как обязательный элемент субъективной стороны данного преступления. Без хулиганского мотива не может быть и хулиганских действий"85. В работах ученых-юристов достаточно много внимания уделяется содержательной части, сущности хулиганских побуждений. Они видят сущность хулиганского мотива в грубо пренебрежительном отношении ко всему обществу в целом, в желании противопоставить себя общественному мнению, нормам нравственности, продемонстрировать свое превосходство, грубую силу и т.п.86
Основной специфической чертой хулиганского мотива является отсутствие или (несоразмерность) повода с совершенным преступлением. Действия хулигана бессмысленны с точки зрения представлений и чувств нормального индивида, рационально принимающего решение. Отличительная особенность хулиганства, отмечает Н.И. Коржанский, состоит в том, что оно совершается по явно несущественному поводу, как явно неадекватная реакция на поведение потерпевшего или других лиц в силу необоснованности претензий к ним. Малейшее раздражение, ничтожное для хулигана неудобство обусловливают совершение противоправных посягательств. В этой связи о хулиганских действиях можно говорить как о неадекватном действии виновного87.
А.Р. Ратинов и А.Ш. Рчеулешвили указывают, что общий мотив неуважения к обществу обусловливается наличием у хулигана стремлений продемонстрировать свою независимость от нормативных ограничений88.
По мнению А.Н. Попова, хулиганский мотив можно определить как мотив, проистекающий из эгоизма и агрессивности личности, вызывающий у виновного лица стремление без повода или с использованием малозначительного повода расправиться над потерпевшим89.
Хулиганство, писал А. Мокринский, - это деяние, относительно которого может быть сказано: 1. мотивы, побуждавшие к нему, с точки зрения нормального человека (не хулигана), явно уступали по своему социальному значению мотивам задерживающим и 2. что это бессилие задерживающих мотивов объяснялось ни чем иным, как принципиально пренебрежительным отношением преступника к нарушаемым им правилам поведения90.
Приведенные определения вносят свой вклад в понимание психологической и юридической природы хулиганского мотива. Вместе с тем данные определения все же не обладают четкостью и лаконичностью формулировок, которые необходимы для создания нормативного определения понятия "хулиганские побуждения". Таким образом, называя деяние хулиганским, мы берем во внимание свойства побуждений (потребности, особенности их формирования и проявления), определивших собою действие, указываем причины, почему одни доводы "за" совершение преступления, явно недостаточные с точки зрения нормального индивида, получили перевес над доводами "против". Освещая деяние со стороны характера субъекта мы отмечаем такие источники побуждений как черты нравственной деградации или неразвития.
Также законодатель предусмотрел для хулиганства и вандализма еще один мотив - экстремистский. В п.б ч.1 ст. 213, ч.2 ст. 214 УК РФ сказано, что по мотивам идеологической, политической, расовой, национальной или религиозной ненависти либо вражды, а равно по мотивам ненависти либо вражды в отношении какой-либо социальной группы могут совершаться указанные преступления (преступления экстремистской направленности). Преступлению, типично являющемуся политическим, государственным, придается несвойственный ему статус преступления общеуголовной направленности, не связанной с политической и общественной деятельностью лица, что вряд ли можно считать удачным.
В этой связи, представляется, что не могут квалифицироваться как хулиганство и вандализм деяния, совершенные по мотивам экстремистского характера. В основе экстремизма лежит идеология, направленная на то, чтобы различными, в том числе и силовыми методами добиваться незаконных, несправедливых, необоснованных требований, чаще всего связанных с нарушением основ конституционного строя Российской Федерации. Иными словами, преступления экстремистской направленности не могут совершаться по хулиганским мотивам, свойственным хулиганству и вандализму.
Вандализм и хулиганство совершаются только путем активных действий, способных причинять определенный вред. При этом в диспозиции ст. 213 УК РФ нет указания на осквернение и порчу имущества как на обязательный признак этих действий. Подобные деяния целиком охватываются составом преступления, предусмотренного ст. 214 УК РФ. В случае же если действия виновного в целом по своим признакам подпадают под состав вандализма в форме порчи имущества, но причиненный этими действиями ущерб является значительным, совершенное деяние следует квалифицировать по правилам об идеальной совокупности преступлений, т.е. по ст. 167 и 214 УК РФ, так как эти преступные деяния друг друга не поглощают.
При хулиганстве публичному месту совершения должна соответствовать публичная обстановка исполнения этого преступного деяния. В противном случае можно говорить только о нарушении общественного порядка как таковом, а не о грубой и явной его форме. При совершении вандализма обстановка публичности, как правило, отсутствует либо не охватывается умыслом виновного. Вандализм как в форме осквернения, так и в форме порчи большей частью совершается в отсутствие иных лиц в вечерние или ночные часы (95% случаев)91. Составы хулиганства и вандализма следует разграничивать и по степени общественной опасности, выражающейся в интенсивности и продолжительности совершаемых действий, а также в размере причиняемых в результате их совершения вредных последствий.
В соответствии с доктриной и требованиями уголовного закона (ст. ст. 19, 20 УК РФ) субъектом любого преступления признается вменяемое физическое лицо, достигшее определенного законодателем возраста.
Субъект массовых беспорядков - специальный: лица, достигшие 16-ти лет, перечисленные в диспозиции ст. 212 (организаторы, руководители, участники массовых беспорядков и лица, осуществляющие призывы). Участвующие в массовых беспорядках лица в возрасте от 14 до 16 лет подлежат ответственности за фактически совершенные ими в ходе беспорядков преступления, указанные в ст. 20 УК РФ.
Субъектом хулиганства без отягчающих обстоятельств может быть любое вменяемое физическое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста. Ответственность за хулиганство, предусмотренное ч. 2 ст. 213 УК РФ, наступает с четырнадцатилетнего возраста (ст. 20 УК РФ). Установление минимального возраста уголовной ответственности за "простое" хулиганство с 16 лет и за квалифицированное хулиганство с 14 лет не является научно обоснованным и целесообразным. Представляется, что у подростков уже имеется сознательный комплекс отношений к обществу. Они обладают необходимым уровнем развития духовных способностей, позволяющим им сознательно относиться к своим поступкам, в том числе осознавать общественную опасность грубого нарушения общественного порядка, сопряженного с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, отдавать отчет о своем поведении и управлять им.
Субъект вандализма - лицо вменяемое и достигшее 14-летнего возраста. Установление пониженного возраста уголовной ответственности вызвано распространением этого серьезного общественно опасного деяния, а также совершением его в значительном числе случаев подростками.
Подводя итог вышесказанному, можно сделать вывод, что столь детальная регламентация уголовной ответственности за призывы к экстремистской деятельности (ст. 280 УК РФ) и призывы к массовым беспорядкам как разновидности экстремистской деятельности (ч. 3 ст. 212 УК РФ) представляется излишней и служит дополнительным аргументом в пользу исключения из ст. 212 части третьей.
Что касается хулиганства и вандализма, то они не могут квалифицироваться как деяния, совершенные по мотивам экстремистского характера. Развернутое и обширное перечисление всевозможных форм экстремистской деятельности указанное в Федеральном законе № 114-ФЗ от 25 июля 2002 года "О противодействии экстремистской деятельности" не содержит главного, определяющего содержание экстремизма положения, о том, что он, происходя от латинского "extremus" (крайний), выражает "приверженность к крайним взглядам, мерам (обычно в политике)" К экстремизму относится деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооруженных формирований или участие в них, и преследуемые в уголовном порядке в соответствии с законодательством. Экстремизм - это идеология допустимости использования крайних мер социального поведения, для получения желаемого эффекта. Иначе говоря, преступления экстремистской направленности совершаются по идеологическим, а не по хулиганским мотивам, характерным для хулиганства и вандализма. Поэтому представляется необходимым исключить из ст.1 Федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности" и ст. 2821 УК РФ указание на преступления, предусмотренные ст. 213 и ст. 214 УК РФ.
Глава 3 ПРОБЛЕМЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ПРАВОВОГО, ИНФОРМАЦИОННОГО, ОРГАНИЗАЦИОННОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ БОРЬБЫ С ПРЕСТУПЛЕНИЯМИ ПРОТИВ ОБЩЕСТВЕННОГО ПОРЯДКА
Одним из главных направлений в борьбе с преступлениями против общественного порядка является их предупреждение, представляющее многоуровневую систему мер, направленных на устранение, ослабление или нейтрализацию причин и условий этих преступных посягательств. Системный подход к предупреждению указанных преступлений требует создания механизма взаимодействия различных звеньев предупредительной деятельности, дифференцированных по уровню, масштабу и функциям.
Результативность профилактики зависит от глубокого и всестороннего изучения причин и условий совершения преступлений против общественного порядка. Причины и условия преступлений против общественного порядка неразрывно связаны с общими факторами, влияющими на преступность. К их числу относятся ослабление государственности, резкое имущественное расслоение, межнациональные конфликты, распространение антиобщественной психологии, проявляющейся в эгоизме, агрессии, пренебрежении интересами общества; пьянство, наркомания и токсикомания. Отмечаемые социально-экономические и идеологические процессы имеют свои региональные особенности. Определенное значение имеют недостатки во взаимодействии между правоохранительными органами, участвующими в борьбе с этими преступлениями, невысокий уровень правового, информационного, организационного, кадрового и материально-ресурсного обеспечения указанных органов92.
Исходя из нашего мнения, анализ состояния борьбы с преступлениями против общественного порядка свидетельствует о необходимости использования всего комплекса уголовно-правовых и криминологических мер.
На общесоциальном уровне необходимо развитие отечественного производства, снижение инфляции, формирование слоя частных собственников, содействующих созданию социально ориентированной экономики; социальная защита населения и развитие объектов социальной инфраструктуры. К факторам, блокирующим рост уровня преступлений против общественного порядка, следует отнести стабилизацию политической ситуации в стране, прекращение межнациональных конфликтов, прежде всего, на Северном Кавказе, запрещение на государственном уровне распространения ваххабизма; всемирная поддержка исламских учебных заведений, которые являются проводниками традиционного ислама и противниками распространения среди верующих экстремистских религиозных течений; организация эффективной антиэкстремистской контрпропаганды. Особое значение имеют общесоциальные мероприятия, связанные с комплексным воспитанием членов общества, которые непосредственно формируют широкий круг позитивных потребностей и интересов, культуру поведения и общения, гражданскую активность и ответственность, готовность уважать права и законные интересы других лиц93.
К мерам по устранению причин и условий, способствующих совершению преступлений против общественного порядка, относятся:
- выявление и устранение отрицательных факторов в семье и быту, способствующих формированию личностных качеств, типичных для хулиганов;
- обеспечение своевременной регистрации заявлений об угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью и быстрого реагирования на них органов внутренних дел;
- ограничение торговли спиртными напитками в определенное время суток и в определенных местах, запрет на их отпуск лицам, не достигшим совершеннолетия, находящимся в состоянии опьянения; установление ответственности за нарушение этих ограничений;
- запрет распространения сильнодействующих возбуждающих веществ, ограничение посевов содержащих их растений, установление контроля за отпуском и ответственности за незаконное изготовление, сбыт и потребление таких веществ;
- усиление контроля за соблюдением специальных правил приобретения и хранения огнестрельного оружия; привлечение к ответственности лиц за незаконное ношение, хранение, изготовление или сбыт оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ;
- изъятие органами внутренних дел оружия у лиц, уклоняющихся от его регистрации, а также систематически нарушающих общественный порядок, злоупотребляющих спиртными напитками, страдающих психическими заболеваниями;
- выявление случаев изготовления учащимися и рабочими самодельного холодного и огнестрельного оружия в цехах или учебно-производственных мастерских;
- принятие мер, затрудняющих совершение деяний против общественного порядка в общественных местах; обеспечение надлежащего освещения, распределение сил и средств органов внутренних дел с учетом мест наиболее частого совершения хулиганства и вандализма;
- четкая организация деятельности различных служб органов внутренних дел: дежурных частей, нарядов и патрулей, подразделений по делам несовершеннолетних, уголовного розыска и следствия в целях борьбы с преступлениями против общественного порядка;
- рассмотрение уголовных дел в отношении лиц, совершивших преступления против общественного порядка, по месту их работы или учебы;
- осуществление постоянного контроля за состоянием преступлений против общественного порядка со стороны администрации региона, регулярное обсуждение этих вопросов с привлечением заинтересованных лиц - руководителей предприятий, учреждений, учебных заведений, правоохранительных органов;
- организация правового обучения и воспитания населения.
В качестве итога можно сделать вывод, что залогом успешной борьбы с преступлениями против общественного порядка является усиление противодействия алкоголизму, наркомании, токсикомании, влияющим на физическое и духовное здоровье общества. Во-первых, следует в ближайшее время принять решительные меры по предотвращению распространения в СМИ и киновидеопрокате культа потребления алкоголя, наркотических средств и психотропных веществ. Во-вторых, необходимо осуществлять жесткий контроль за реализацией алкогольных напитков, соблюдением запрета на продажу их несовершеннолетним. Усилить административную ответственность за нарушение правил торговли алкогольными напитками, за появление в общественном месте в нетрезвом состоянии и т.п.
Для повышения эффективности специально-криминологического предупреждения преступлений против общественного порядка требуется обеспечить комплексность мероприятий, взаимодействие всех субъектов этой профилактики, достигаемые путем программирования профилактической деятельности на основе ее мониторинга, а также правовых и организационных мер по ее координации. В частности, необходимо:
1) предусмотреть в единой комплексной общегосударственной программе борьбы с преступностью специальный раздел, касающийся противодействия преступлениям против общественного порядка. Этот раздел программы должен опираться на криминологический прогноз и мониторинг профилактики и представлять собой целостную концепцию защиты общества от этой разновидности преступных посягательств;
2) создать региональные целевые программы (подпрограммы) борьбы с преступлениями против общественного порядка на основе изучения и прогнозирования криминологической ситуации в регионе, учета выявленных исследованием изменений в способах противоправных действий преступников, в которых будут определены основные цели и направления данной борьбы, пути и средства их достижения. Данные мероприятия особо значимы для регионов, граничащих с Чечней и некоторыми другими республиками Северного Кавказа;
3) создать единую межведомственную информационно-аналитическую службу на уровне Российской Федерации и ее субъектов, интегрирующую данные о преступных посягательствах, в том числе и преступлениях против общественного порядка; распространенности и динамике процессов и явлений, непосредственно на них влияющих; о контингенте лиц, состоящих на профилактическом учете; а также о мерах устранения (ограничения) действия детерминант этих преступлений; об эффективности применения уголовного и иного законодательства, регламентирующего ответственность за их совершение;
4) осуществлять информационное обеспечение подразделений Службы общественной безопасности в рамках развития информационно-вычислительной системы МВД России, которая предусматривает использование сведений, накапливаемых в интегрированных банках данных оперативно-справочного, розыскного, криминалистического и статистического назначений, а также информации, содержащейся в банках данных специализированных территориально распределенных автоматизированных систем;
5) в целях повышения эффективности информационного обеспечения оперативно-служебной деятельности сотрудников подразделений Службы общественной безопасности необходимо обеспечить оснащение стационарных постов мобильных нарядов полиции, различных контрольно-пропускных и диспетчерских пунктов программно-техническими средствами, автоматизированными рабочими местами для оперативного доступа сотрудников к информации основного централизованного учета лиц, объявленных в федеральный и межгосударственный розыск, утраченного и выявленного огнестрельного оружия. В дальнейшем, с развитием телекоммуникационных средств, обеспечить подключение автоматизированных рабочих мест к интегрированным банкам данных общего пользования и базам данных специализированных территориально распределенных автоматизированных систем регионального уровня;
6) привлекать к охране общественного порядка казачьи формирования, неправоохранительные, частные охранно-сыскные и иные организации, а также специализированные общественные объединения;
7) проводить последовательную специализацию сотрудников структурных подразделений ОВД, занимающихся борьбой с преступлениями против общественного порядка, сочетаемую с профильным обучением, переподготовкой и повышением квалификации; усилить в учебных заведениях криминологическую подготовку специалистов для правоохранительных органов; создать необходимые организационные и финансовые условия для привлечения к решению разнообразных и сложных задач предупреждения преступлений против общественного порядка различных экспертов из числа специалистов в области экономики, политологии, социальной работы, психологии, педагогики и других отраслей знаний;
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проведенное исследование рассмотренных в работе проблем дает возможность сделать следующие выводы:
1. Преступления против общественного порядка (ст. 212-214 УК РФ) - это общественно опасные, уголовно-противоправные, умышленные нарушения правовых и неюридических правил поведения людей в общественных местах, в сфере общественно-полезной деятельности, отдыха и быта, которые причиняют вред или создают угрозу причинения вреда личности, собственности, нормальной деятельности организаций, предприятий и учреждений, порядку управления, общественной безопасности в сфере обращения оружия.
2. Преступления, так или иначе связанные с нарушением общественного порядка, можно классифицировать следующим образом:
- преступные посягательства, которые основным непосредственным объектом имеют общественный порядок (ст.212-214 УК РФ);
- преступные посягательства, у которых общественный порядок выступает в качестве дополнительного или факультативного объекта (п. "и" ч.2 ст. 105, п. "д" ч.2 ст. 111, п. "д" ч.2 ст. 112, п. "а" ч.2 ст.115, п. "а" ч.2 ст. 116, ч.2 ст. 167, ст. 215.2, ст. 215.3, 245 УК РФ).
3. Анализ норм, регламентирующих ответственность за преступления против общественного порядка, свидетельствует о необходимости их совершенствования. В частности, следует:
- в ч.1 ст. 212 УК РФ установить ответственность за организацию и руководство массовыми беспорядками, сопровождавшимися насилием, нарушением неприкосновенности жилища, поджогами, повреждением и уничтожением имущества, применением оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, предметов, используемых в качестве оружия, а также оказанием вооруженного сопротивления представителю власти;
- в ч.2 указанной нормы предусмотреть ответственность за участие в массовых беспорядках.
4. В ст. 213 УК РФ предусмотреть ответственность за все разновидности преступных посягательств на здоровье и жизнь личности из хулиганских побуждений. Так, в ч.1 ст.213 УК РФ установить ответственность за грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное без повода или с использованием незначительного повода, сопровождающееся применением насилия к гражданам, не опасным для жизни и здоровья либо угрозой его применения.
В ч.2 ст. 213 УК РФ в качестве квалифицирующих признаков деяния указать на совершение его:
- с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия;
- группой лиц, группой лиц по предварительному сговору;
- связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка.
В ч.3 ст. 213 УК РФ в качестве особо квалифицирующих признаков деяний, предусмотренных частями первой и второй этой статьи, предусмотреть совершение их:
- организованной группой;
- с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия;
- если они повлекли смерть потерпевшего.
5. Уголовную ответственность за все разновидности хулиганства следует установить с 14 лет. Для этого необходимо внести соответствующее дополнение в ч. 2 ст. 20 УК РФ.
6. В ст. 214 УК РФ предусмотреть ответственность за все разновидности умышленного уничтожения или повреждения имущества по хулиганским мотивам.
Для этого ч.1 ст.214 УК РФ установить наказуемость осквернения, уничтожения или повреждения имущества по хулиганским мотивам.
В ч.2 ст. 214 УК РФ целесообразно ввести квалифицированные формы вандализма:
- осквернение и уничтожение или повреждение объектов, представляющих особую культурную ценность;
- совершение группой лиц, группой лиц по предварительному сговору;
- с использованием технических средств, машин и механизмов;
- причинившее значительный ущерб.
7. Из составов убийство, умышленное причинение тяжкого или средней тяжести, легкого вреда здоровью и побоев из хулиганских побуждений, умышленное уничтожение или повреждение имущества (п. "и" ч.2 ст. 105, п. "д" ч.2 ст. 111, п. "д" ч.2 ст. 112, ч.2 ст.115, ч.2 ст. 116, ч.2 ст. 167 УК РФ) исключить указание на хулиганский мотив.
Для совершенствования практики квалификации преступлений против общественного порядка необходимо издать специальное постановление Пленума Верховного Суда РФ, в котором, перечислить ряд наиболее значимых признаков, характеризующих составы массовых беспорядков, хулиганства и вандализма, особое внимание обратить на возможную мотивацию этих преступлений, отграничение от массовых беспорядков от групповых форм хулиганства, провести разграничение между вандализмом и смежными преступлениями.
Реализация обозначенных предложений позволит, по нашему мнению, укрепить законность, обеспечить законодательную дифференциацию ответственности за преступления против общественного порядка, повысить эффективность практики предупреждения, предотвращения и пресечения этих преступлений.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Нормативно-правовые акты
1. Конституция Российской Федерации : Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. М. : Юрист, 2013.
2. Уголовный кодекс Российской Федерации [Электронный ресурс] : от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ : по сост. на 05 апр. 2013 г. // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет-версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=140160. (дата обращения 10.04.2013).
3. О противодействии экстремистской деятельности [Электронный ресурс] : Федер. закон Рос. Федерации от 25 июля 2002 № 114-ФЗ (ред. от 25.12.2012) // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет - версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=139786. (дата обращения 20.03.2013).
4. О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму [Электронный ресурс] : Федер. закон Рос. Федерации от 24 июля 2007 № 211-ФЗ : по состоянию на 24.07.2007 г. // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет-версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=52146http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=52146. (дата обращения 18.02.2013).
5. Соборное уложение 1649 г. // Российское законодательство X - XX веков. Т. 3. Отв. ред. А.Г. Маньков. М. : Юридическая литература, 1985. С. 21-188. 6. Артикул Воинский Петра I от 1715 г. // Российское законодательство X-XX веков. Законодательство периода становления абсолютизма. Т. 4. М. : Юридическая литература, 1986. С. 92-264. 7. Уголовное уложение от 22 марта 1903 г. // Исаева Т.С. Основные памятники русского права. Владивосток: ДВГУ, 2007. С. 197-224. 8. Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. // Хрестоматия по истории отечественного государства и права (послеоктябрьский период) / под ред. А.И. Чистякова. М. : Юристъ, 2004. С. 65-78. 9. Постановление 2-й сессии XI созыва ВЦИК от 17 октября 1924 г. (утратило силу) // Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР 1917-1952 гг. / под ред. И.Т. Голякова. М. : Госюриздат, 1953. С. 44-47. 10. Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. // Хрестоматия по истории отечественного государства и права (послеоктябрьский период) / под ред. А.И. Чистякова. М. : Юристъ, 2004. С. 188-205. 11. Положение о преступлениях государственных (контрреволюционных и особо для Союза ССР опасных преступлениях против порядка управления) [Электронный ресурс] Постановление ЦИК СССР от 25.02.1927 г. // Консультант Плюс : справ.-правовая система : Интернет-версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=16474. (дата обращения 17.02.2013).
12. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 10 августа 1940 г. "Об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве и за хулиганство" // Ведомости Верховного Совета СССР. 1940. № 29. С. 67. 13. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 февраля 1977 года исключил уголовную ответственность за повторное мелкое хулиганство // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1977. № 7. С. 116.
Судебная практика
14. О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ) [Электронный ресурс] : постановление Пленума Верх. Суда Рос. Федерации от 27 янв. 1999 № 1 (ред. от 03.12.2009) // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет - версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=94544. (дата обращения 20.03.2013).
15. О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений [Электронный ресурс] : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15ноя. 2007 № 45 // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет - версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=72601. (дата обращения 18.03.2013).
16. Постановление президиума Томского областного суда от 12 мая 1999 г. "Действия осужденного необоснованно квалифицированы как хулиганство" (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. №2. С. 22. Научная и учебная литература
17. Аистова Л. С. Квалификация хулиганства: Учебно-практическое пособие. СПб., 2008. 40 с.
18. Алехин А.П., Кармолицкий А.А., Козлов Ю.М. Административное право РФ. М., 2003. 608 с.
19. Брайнин Я.М. Уголовная ответственность и ее основание в советском уголовном праве. М., Юрлитиздат. 1963. 568 с.
20. Бриллиантов А.В., Долженкова Г.Д., Иванова Я.Е. и др. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) "Проспект", 2010. 1044 с.
21. Векленко С. В. Уголовно-правовые меры воздействия на хулиганские проявления. Лекция. М., 1998. 55 с. 22. Волженкин Б.В., Питерцев С.К., Шимановский В.В. Расследование дел о хулиганстве. Л.: ЛГУ, 1979. 126 с. 23. Волков Б.С. Мотив и квалификация преступлений. Казань: КГУ, 1968. 219 с. 24. Волков Б.С Ответственность за уничтожение и повреждение имущества по советскому уголовному праву / под ред. Горшенев В.М. - Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1961. 91 c.
25. Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. Харьков, 1971. 404 с.
26. Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. М., 1973. 327 с.
27. Демидов Ю.Н. Массовые беспорядки: уголовно-правовой и криминологический аспекты. М., Норма. 2004. 264 с.
28. Дьяков С. В., Игнатьев А.А., Карпушин М.П. Ответственность за государственные преступления. М., Юрлитиздат. 1988. 482 с.
29. Ермакова Л.Д. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова и др. / Отв. ред. А.И. Рарог. М.: ТК Велби, Проспект, 2006. 839 с. 30. Еропкин М.И. Управление в области охраны общественного порядка. М. : МГУ, 1951. 76 с. 31. Забарин С.Н. Квалификация преступлений участников массовых беспорядков, совершенных на почве межнациональных конфликтов. М., Эксмо. 2008. 378 с.
32. Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Часть 2. М., Статут. 2000. 486 с.
33. Козаченко И.Я. Воплощение ленинских идей в советском уголовном законодательстве о необходимости эффективной борьбы с хулиганством: (Сравнительно-исторический анализ) // Межвуз. сб. науч. тр. / СвЮИ. Свердловск, 1977. Вып. 54. С. 34-42. 34. Комментарий к КоАП / Под общ. ред. А.А. Николаева. Т. 2. М. : Изд-во "Эксмо", 2003. 1120 с. 35. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). под ред. Чучаева А.И. 2-е изд., испр., перераб. и доп. - М. : Инфра-М, Контракт. 2010. 1032 с.
36. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). под ред. Чучаева А.И. 2-е изд., испр., перераб. и доп. - М., Контракт. 2011. 768 с. 37. Коржанский Н.И. Квалификация хулиганства: Учебное пособие. Волгоград. 1989. 56 с. 38. Криминология / под ред. Долговой А.И. 3-е изд., перераб. и доп. М. : Норма, 2005. 912 с.
39. Криминология: Учебник / под ред. Малкова В.Д. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Юстицинформ, 2006. 528 с.
40. Ланге Н. Исследования об уголовном праве Русской Правды. СПб., 1860 // СПС "Гарант". База "Классика российского правового наследия" (дата обращения 7.02.2013).
41. Лебедев В.М. (ред) Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации 9-е изд., перераб. и доп. - "Издательство Юрайт", 2010. 287 с.
42. Лохвицкий А. В. Курс русского уголовного права. М., Спарк. 1995. 782 с.
43. Лучинский Н.Ф. Меры борьбы с праздношатайством и хулиганством [Электронный ресурс] : по изд. Тюремный вестник. 1915. №3 С. 566-577. // Доступ из СПС "Гарант". База "Классика российского правового наследия" (дата обращения 7.02.2013).
44. Марогулова И.Л. Преступления против общественной безопасности. М., Юнити. 2007. 260 с.
45. Матюнин А.Ф. Криминологический анализ и предупреждение хулиганства: Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. - М., 2008. 201 с.
46. Милюков С.Ф. Российское уголовное законодательство. Опыт критического анализа. СПб., 2000. 376 с.
47. Неклюдов В.Г. Агрессивная толпа как элемент социального субъекта массовых беспорядков на почве межнациональных конфликтов М., Волтерс Клувер. 2005. 198 с.
48. Памятники русского Права / под ред. Юшкова С.В. М., Юридическая литература. 1952. 642 с.
49. Петров С.В. Рекомендации по организации деятельности ОВД в условиях межнациональных конфликтов. М. : Академия МВД РФ. 1997. 346 с.
50. Пионтковский А.А. Советское уголовное право. М., Госюриздат. 1961. 836 с.
51. Попов А.Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. СПб. : Юридический центр Пресс, 2003. 916 с. 52. Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 1. / под ред. Чистякова О.И. М., Юридическая литература. 1984. 476 с.
53. Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 4. / под ред. Чистякова О.И. М., Юридическая литература. 1986. 482 с.
54. Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 5. / под ред. Чистякова О.И. М., Юридическая литература. 1987. 496 с.
55. Серегин А.В. Советский общественный порядок и административно-правовые средства его укрепления. М.: ЮИ МВД РФ, 1975. 212 с. 56. Ситковская О.Д. Некоторые особенности субъективной стороны отдельных видов общественно опасных действий. // Актуальные проблемы применения уголовного законодательства в деятельности органов внутренних дел. М., Академии управления МВД РФ. 2006. 476 с.
57. Таганцев Н.С. Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями [Электронный ресурс] : Изд. XVIII. 1885. С. 170-171. // Доступ из СПС "Гарант". База "Классика российского правового наследия" (дата обращения 7.02.2013).
58. Ткаченко В.И. Государственные преступления. М., Юридическая литература. 1986. 312 с.
59. Трайнин А.Н. Учение о составе преступления. М., Статут. 2006. 602 с.
60. Уголовное право. Общая часть / отв. ред. И. Я. Козаченко. - 4-е изд., перераб. и доп. М. : Норма, 2008. 720 с.
61. Уголовное право России. Общая и Особенная части / под ред. В.К. Дуюнова. М., 2008. 651 с.
62. Уголовное право России. Части Общая и Особенная: курс лекций/А.И. Рарог (и др.); под ред. А.И. Рарога - 2-е изд.. перераб. и дополн. М. : Проспект, 2009. 480с.
63. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник / под ред. Иногамовой-Хегай Л.В., Рарога А.И., Чучаева А.И. М. : Инфра-М. 2008. 742с.
64. Уголовное право. Особенная часть / Бобылев О.В., Бородин С.В., Босхолов С.С., Бурковская В.А., и др.; Под общ. ред.: Гаухман Л.Д., Максимов С.В. - М.: Инфра-М, Форум, 2003. 400 c.
65. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова, Г.А. Есаков и др.; под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. 2-е изд., испр. и доп. М. : КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2009. 800с.
66. Уголовное право России. Особенная часть: Учебник / под ред. Ф.Р. Сундурова, М.В. Талан, Статут, 2012. 943 с.
67. Уголовно-правовая характеристика хулиганства: Монография / Р.А. Базаров, А. В. Рагулин; Восточный институт экономики, управления и права. Юридический факультет. Уфа, 2007. 170 с.
68. Юридический энциклопедический словарь / Гл. ред. А.Я. Сухарев. М., 1984. 415 с.
Периодическая печать
69. Борзенков Г. Проблемы квалификации преступлений против жизни и здоровья, совершенных из хулиганских побуждений // Законность. 2008. №5. С. 33-38. 70. Донченко А. Ненаказуемый вандализм? // Российская юстиция, 2008. № 6. С 47-54.
71. Дубровин А.К. О разграничении форм противодействия сотруднику милиции [Текст] // Общество и право. 2008. № 2. С. 260-263.
72. Иванов Н. Хулиганство: проблемы квалификации // Российская юстиция. 1996. №8. С. 39-41. 73. Мальцев В. Ответственность за хулиганство. Законность, 2007. № 7. С. 24-28.
74. Мокринский А. Озорство и хулиганство // Еженедельник Советской юстиции. 1924. № 37. С. 45-61.
75. Пашутина О.С. Статья: Объект вандализма: понятие и сущность// "Адвокатская практика", 2007, № 3. С 30-32.
76. Ратинов А.Р., Рчеулешвили А.Ш. О психологической природе хулиганского мотива // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 45. М. : ЮИ МВД РФ, 1987. С. 41-58. 77. Туманов Г.А., Фризко В.И. Общественная безопасность и ее обеспечение в экстремальных условиях // Советское государство и право. 1989. № 8. С. 20-28.
Электронные ресурсы
78. Состояние преступности в РФ [Электронный ресурс] : Статистика МВД за 2010-2012 гг. // Пресс-центр МВД России. URL: http://mvd.ru/presscenter. (дата обращения 10.04.2013).
79. Состояние преступности в РФ [Электронный ресурс] : Статистика МВД за 2012 гг. // Пресс-центр МВД России. http://mvd.ru/upload/site1/document_file/vlXMMRlab8.pdf. (дата обращения 10.04.2013).
1 Состояние преступности в РФ [Электронный ресурс] : Статистика МВД за 2010-2012 гг. // Пресс-центр МВД России. URL: http://mvd.ru/presscenter. (дата обращения 10.04.2013).
2 Состояние преступности в РФ [Электронный ресурс] : Статистика МВД за 2012 гг. // Пресс-центр МВД России. http://mvd.ru/upload/site1/document_file/vlXMMRlab8.pdf. (дата обращения 10.04.2013).
3 Уголовный кодекс Российской Федерации [Электронный ресурс] : от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ : по сост. на 05 апр. 20123 г. // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет-версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=140160. (дата обращения 10.04.2013). (Далее по тексту УК РФ).
4 Ланге Н. Исследования об уголовном праве Русской Правды [Электронный ресурс] : СПб., 1860. С. 112 // Доступ из СПС "Гарант". База "Классика российского правового наследия" (дата обращения 7.02.2013).
5 Там же. С. 150. 6 Памятники русского Права / под ред. Юшкова С.В. М. : Юридическая литература. 1952. С. 175.
7 Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 1. / под ред. Чистякова О.И. М. : Юридическая литература. 1984. С. 304.
8 Соборное уложение 1649 г. // Российское законодательство X - XX веков. Т. 3. Отв. ред. А.Г. Маньков. М. : Юридическая литература, 1985. С. 114. 9 Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 4. / под ред. Чистякова О.И. М. : Юридическая литература. 1986. С. 362,379.
10 Артикул Воинский Петра I от 1715 г. // Российское законодательство X-XX веков. Законодательство периода становления абсолютизма. Т. 4. М. : Юридическая литература, 1986. С. 140. 11 Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 5. / под ред. Чистякова О.И. М. : Юридическая литература. 1987. С. 384-385.
12 Таганцев Н.С. Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями [Электронный ресурс] : Изд. XVIII. 1885. С. 170-171. // Доступ из СПС "Гарант". База "Классика российского правового наследия" (дата обращения 7.02.2013).
13 Лохвицкий А. В. Курс русского уголовного права. М. : Спарк. 1995. С. 385.
14 Уголовное уложение от 22 марта 1903 г. // Исаева Т.С. Основные памятники русского права. Владивосток: ДВГУ, 2007. С. 211. 15 Лучинский Н.Ф. Меры борьбы с праздношатайством и хулиганством [Электронный ресурс] : по изд. Тюремный вестник. 1915. №3 С. 566-577. // Доступ из СПС "Гарант". База "Классика российского правового наследия" (дата обращения 7.02.2013).
16 Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. // Хрестоматия по истории отечественного государства и права (послеоктябрьский период) / под ред. А.И. Чистякова. М. : Юристъ, 2004. С. 68. 17 Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР 1917-1952 гг. М., 1953. С. 45. 18 Герцензон А.А. Рост хулиганства и его причины // Хулиганство и поножовщина. М., 1927. С. 24 (Цит. по: Козаченко И.Я. Воплощение ленинских идей в советском уголовном законодательстве о необходимости эффективной борьбы с хулиганством: (Сравнительно-исторический анализ) // Межвуз. сб. науч. тр. / СвЮИ. Свердловск, 1977. Вып. 54. С. 34-42). 19 Козаченко И.Я. Воплощение ленинских идей в советском уголовном законодательстве о необходимости эффективной борьбы с хулиганством: (Сравнительно-исторический анализ) // Межвуз. сб. науч. тр. / СвЮИ. Свердловск, 1977. Вып. 54. С. 38. 20 Уголовный кодекс РСФСР [Электронный ресурс] : от 01 янв. 1927 г. // Консультант Плюс : справ.-правовая система : Интернет-версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=3274. (дата обращения 17.02.2013).
21 Положение о преступлениях государственных (контрреволюционных и особо для Союза ССР опасных преступлениях против порядка управления) [Электронный ресурс] Постановление ЦИК СССР от 25.02.1927 г. // Консультант Плюс : справ.-правовая система : Интернет-версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=16474. (дата обращения 17.02.2013).
22 Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. // Хрестоматия по истории отечественного государства и права (послеоктябрьский период) / под ред. А.И. Чистякова. М. : Юристъ, 2004. С. 191. 23 Указ Президиума Верховного Совета СССР от 10 августа 1940 г. "Об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве и за хулиганство" // Ведомости Верховного Совета СССР. 1940. № 29. С. 67. 24 Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 февраля 1977 года исключил уголовную ответственность за повторное мелкое хулиганство // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1977. № 7. С. 116.
25 О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму [Электронный ресурс] : Федер. закон Рос. Федерации от 24 июля 2007 № 211-ФЗ : по состоянию на 24.07.2007 г. // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет-версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=52146http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=52146. (дата обращения 18.02.2013).
26 О внесении изменений в уголовный кодекс и отдельные законодательные акты Российской Федерации [Электронный ресурс] : Федер. закон Рос. Федерации от 07 дек. 2011 № 420-ФЗ (ред. от 30.12.2012) // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет - версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=52146. (дата обращения 18.02.2013).
27 Туманов Г.А., Фризко В.И. Общественная безопасность и ее обеспечение в экстремальных условиях // Советское государство и право. 1989. № 8. С. 21.
28 Еропкин М.И. Управление в области охраны общественного порядка. М., 1951. С. 7.
29 Серегин А.В. Советский общественный порядок и административно-правовые средства его укрепления. М., 1975. С. 4.
30 Даньшин И.Н. Уголовно - правовая охрана общественного порядка. Харьков, 1971. С. 68.
31 Уголовное право. Общая часть / отв. ред. И. Я. Козаченко. - 4-е изд., перераб. и доп. М. : Норма, 2008. С.165.
32 Юридический энциклопедический словарь / Гл. ред. А.Я. Сухарев. М., 1984. С. 204.
33 Алехин А.П., Кармолицкий А.А., Козлов Ю.М. Административное право РФ. М., 2003. С. 559.
34 Комментарий к КоАП / Под общ. ред. А.А. Николаева. Т. 2. М. : Изд-во "Эксмо", 2003. С. 1023.
35 Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. М., 1973. С. 142-143.
36 Милюков С.Ф. Российское уголовное законодательство. Опыт критического анализа. СПб., 2000. С. 243.
37 Уголовное право России. Части Общая и Особенная: курс лекций/А.И. Рарог (и др.); под ред. А.И. Рарога - 2-е изд.. перераб. и дополн. М. : Проспект, 2009. С. 347.
38 Пионтковский А.А. Советское уголовное право. М. : Госюриздат. 1961. С. 306.
39 Ткаченко В.И. Государственные преступления. М. : Юридическая литература. 1986. С. 43.
40 Брайнин Я.М. Уголовная ответственность и ее основание в советском уголовном праве. М. : Юрлитиздат. 1963. С. 61.
41 Трайнин А.Н. Учение о составе преступления. М. : Статут. 2006. С. 67.
42 Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. М. : Юридическая литература, 1973. С. 68. 43 Дьяков С. В., Игнатьев А.А., Карпушин М.П. Ответственность за государственные преступления. М. : Юрлитиздат. 1988. С. 110.
44 Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник / под ред. Иногамовой-Хегай Л.В., Рарога А.И., Чучаева А.И. М. : Инфра-М. 2008. С. 378.
45 Демидов Ю.Н. Массовые беспорядки: уголовно-правовой и криминологический аспекты. М., 1994. С. 56.
46 Векленко С.В. Уголовно-правовые меры воздействия на хулиганские проявления. Лекция. М., 1998. С. 48.
47 Пашутина О.С. Статья: Объект вандализма: понятие и сущность // "Адвокатская практика", 2007, № 3 С. 30.
48 Забарин С.Н. Квалификация преступлений участников массовых беспорядков, совершенных на почве межнациональных конфликтов. М. : Эксмо. 2008. С. 112.
49 Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова, Г.А. Есаков и др.; под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. 2-е изд., испр. и доп. М. : КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2009. С 198.
50 Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Часть 2. М. : Статут. 2000. С. 72.
51 Дьяков С.В., Игнатьев Л.А., Карпушин М.П. Указ. соч. С. 115.
52 Уголовное право России. Общая и Особенная части / под ред. В.К. Дуюнова. М., 2008. С. 487.
53 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). под ред. Чучаева А.И. 2-е изд., испр., перераб. и доп. - М. : Инфра-М, Контракт. 2010. С. 311.
54 Уголовное право России. Особенная часть: Учебник / под ред. Ф.Р. Сундурова, М.В. Талан, Статут, 2012. С. 245.
55 Марогулова И.Л. Преступления против общественной безопасности. М.: Юнити. 2007. С. 26.
56 Волков Б.С Ответственность за уничтожение и повреждение имущества по советскому уголовному праву / под ред. Горшенев В.М. - Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1961. С. 34-35.
57 Демидов Ю.Н. Массовые беспорядки: уголовно-правовой и криминологический аспекты. М. : Норма. 2004. С.68. 58 Уголовное право России. Особенная часть: Учебник / под ред. Ф.Р. Сундурова, М.В. Талан, Статут, 2012. С. 246.
59 Дубровин А.К. О разграничении форм противодействия сотруднику милиции [Текст] // Общество и право. 2008. № 2. С. 261.
60 Петров С.В. Рекомендации по организации деятельности ОВД в условиях межнациональных конфликтов. М. : Академия МВД РФ. 1997. С. 9-13.
61 Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. М. : Юридическая литература, 1973. С. 72.
62 О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений [Электронный ресурс] : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15ноя. 2007 № 45 // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет - версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=72601. (дата обращения 18.03.2013).
63 Уголовное право России. Особенная часть: Учебник / под ред. Ф.Р. Сундурова, М.В. Талан, Статут, 2012. С. 247.
64 Мальцев В. Ответственность за хулиганство. Законность, 2007. № 7. С. 28
65 Матюнин А.Ф. Криминологический анализ и предупреждение хулиганства: Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. - М., 2008. С. 135
66 Аистова Л. С. Квалификация хулиганства: Учебно-практическое пособие. СПб., 2008. С. 34
67 Ермакова Л.Д. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова и др.; Отв. ред. А.И. Рарог. М. : ТК Велби, Проспект. 2006. С. 402.
68 Иванов Н. Хулиганство: проблемы квалификации //Российская юстиция. 1996. № 8. С.7-9.
69 Бриллиантов А.В., Долженкова Г.Д., Иванова Я.Е. и др. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) "Проспект". 2010. С. 691.
70 О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений [Электронный ресурс] : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15ноя. 2007 № 45 // Там же.
71 Уголовно-правовая характеристика хулиганства: Монография /Р. А. Базаров, А. В. Рагулин; Восточный институт экономики, управления и права. Юридический факультет. -Уфа, 2007. С. 96.
72 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). под ред. Чучаева А.И. 2-е изд., испр., перераб. и доп. - М. : Инфра-М, Контракт. 2010. С. 432.
73 Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник 2-е издание, исправленное и дополненное // под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. М. : КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2009. С. 454.
74 Пашутина О.С. Статья: Объект вандализма: понятие и сущность// "Адвокатская практика", 2007, № 3 С. 32.
75 Донченко А. Ненаказуемый вандализм? // Российская юстиция, 2008. № 6. С. 47.
76 Ситковская О.Д. Некоторые особенности субъективной стороны отдельных видов общественно опасных действий // Актуальные проблемы применения уголовного законодательства в деятельности органов внутренних дел. М. : Академии управления МВД РФ. 2006. С. 79-83.
77 Уголовное право. Особенная часть / Бобылев О.В., Бородин С.В., Босхолов С.С., Бурковская В.А., и др.; Под общ. ред.: Гаухман Л.Д., Максимов С.В. М. : Инфра-М, Форум, 2003. С 210.
78 Неклюдов В.Г. Агрессивная толпа как элемент социального субъекта массовых беспорядков на почве межнациональных конфликтов М. : Волтерс Клувер. 2005. С. 144-148.
79 Ситковская О.Д. Указ. соч. С. 121.
80 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). под ред. Чучаева А.И. 2-е изд., испр., перераб. и доп. - М., Контракт. 2011. С. 314.
81 О противодействии экстремистской деятельности [Электронный ресурс] : Федер. закон Рос. Федерации от 25 июля 2002 № 114-ФЗ (ред. от 25.12.2012) // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет - версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=139786. (дата обращения 20.03.2013).
82 Постановление президиума Томского областного суда от 12 мая 1999 г. "Действия осужденного необоснованно квалифицированы как хулиганство" (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. №2. С. 22. 83 О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ) [Электронный ресурс] : постановление Пленума Верх. Суда Рос. Федерации от 27 янв. 1999 № 1 (ред. от 03.12.2009) // КонсультантПлюс : справ.-правовая система : Интернет - версия. - 2013. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=94544. (дата обращения 20.03.2013).
84 Борзенков Г. Проблемы квалификации преступлений против жизни и здоровья, совершенных из хулиганских побуждений // Законность. 2008. №5. С. 33. 85 Волков Б.С. Мотив и квалификация преступлений. Казань, 1968. С. 152. 86 Волженкин Б.В., Питерцев С.К., Шимановский В.В. Расследование дел о хулиганстве. Л.: ЛГУ, 1979. С. 8. 87 Коржанский Н.И. Квалификация хулиганства: Учебное пособие. Волгоград, 1989. С. 46.
88 Ратинов А.Р., Рчеулешвили А.Ш. О психологической природе хулиганского мотива // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 45. М., 1987. С. 45. 89 Попов А.Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. СПб. : Юридический центр Пресс, 2003. С. 862. 90 Мокринский А. Озорство и хулиганство // Еженедельник Советской юстиции. 1924. № 37. С. 47.
91 Лебедев В.М.(ред) Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации 9-е изд., перераб. и доп. - "Издательство Юрайт", 2010. С. 115.
92 Криминология: Учебник / под ред. Малкова В.Д. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Юстицинформ, 2006. С. 110.
93 Криминология / под ред. Долговой А.И. 3-е изд., перераб. и доп. М. : Норма, 2005. С. 589.
---------------
------------------------------------------------------------
---------------
------------------------------------------------------------
3
Документ
Категория
Рефераты
Просмотров
514
Размер файла
444 Кб
Теги
diplom, диплом, golovanov
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа