close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Мировоззрение этноса как социокультурное явление философский анализ

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
ИТКУЛОВА Лэйсян Ахметовна
МИРОВОЗЗРЕНИЕ ЭТНОСА КАК СОЦИОКУЛЬТУРНОЕ ЯВЛЕНИЕ:
ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ
Специальность 09.00.11 – Социальная философия
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
доктора философских наук
Уфа-2018
Диссертация выполнена на кафедре философии и политологии
факультета философии и социологии
ФГБОУ ВО «Башкирский государственный университет»
Научный консультант
– Галимов Баязит Сабирьянович
доктор философских наук, профессор
кафедры философии и политологии ФГБОУ ВО
«Башкирский государственный университет»
Официальные оппоненты: Анжиганова Лариса Викторовна
доктор философских наук, профессор
кафедры философии и культурологии
ФГБОУ ВО «Хакасский государственный
университет им. Н.В. Катанова»;
Зарипов Айрат Янсурович
доктор философских наук, профессор
кафедры философии и истории ФГБОУ ВО
«Уфимский государственный авиационный
технический университет»
Федотов Василий Артемьевич
доктор философских наук, профессор
кафедры философии, социологии и педагогики
ФГБОУ ВО «Чувашский государственный
университет им. И.Н. Ульянова»
Ведущая организация:
ФГБОУ ВО «Калмыцкий государственный
университет им. Б.Б. Городовикова», г. Элиста
Защита состоится « 07 » июня 2018 г. в 14.00 ч. на заседании
диссертационного совета Д 212.013.03 в Башкирском государственном
университете по адресу: 450076, г. Уфа, Тукаева, 1 (вход с ул. К. Маркса, 3/4),
корп. «И», к. 402.
С диссертацией и авторефератом можно ознакомиться в научной
библиотеке Башкирского государственного университета, а также - на
официальном сайте БашГУ: http://www.bashedu.ru/dissovets?d=3.
Автореферат разослан «_14_» апреля 2018 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
Р.Х. Лукманова
2
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность
диссертационного
исследования
обусловлена
следующими аргументами:
1. Исследование этнических особенностей мировоззрения приобретает
особенное значение в современную эпоху, характеризующуюся процессом
глобализации. Глобализация сопровождается глубоким мировоззренческим
кризисом, духовной разобщѐнностью людей и вместе с тем поиском новых
жизненных и культурных ориентиров. Перед многими этносами (в том числе и
башкирским) стоит реальная угроза утраты этнической и культурной
идентичности,
растворения
в
инонациональной
среде.
Глобальный
постмодернистский дискурс основывается на признании права на духовный,
культурный и интеллектуальный прогресс только за избранными народами,
принадлежащими к так называемому «свободному» миру. В этой ситуации
каждому этносу жизненно важно не раствориться в социальных функциях чисто
экономического и социального субъекта; в условиях интенсивного культурного
полилога необходимо особенно бережно относиться к собственному культурному
и духовному наследию. Необходимо подчеркнуть, что непродуктивно
рассматривать культуру этноса с точки зрения еѐ соответствия
европоцентристским стандартам. Вместо этого необходимо выявить подлинные
ценности мировоззрения этноса, сознательные и бессознательные основания его
культуры. Только такой подход позволит избежать индифферентного отношения
к «незападным» культурам как отсталым или примитивным.
2. Этнос в своѐм историческом развитии проходит определѐнные этапы
становления как единого природного и культурного сообщества, вплетая яркие и
самобытные цвета в общую картину духовного развития человечества. Во все
времена, на разных ступенях социально-экономического и культурного развития
человек не переставал размышлять и рассуждать о сущности бытия, о своѐм
месте в мироздании, о жизненном целеполагании и экзистенциальных ценностях.
Попытки ответить на эти, в сущности, метафизические вопросы возникли на
самых ранних этапах развития культуры, когда человеческое поведение
перестало определяться только животными, чисто инстинктивными
побуждениями. Культура изначально носит этнический характер и в этом смысле
обусловлена образом жизни, мироощущением и мировидением этносов.
3. Культура каждого этноса заслуживает рассмотрения с точки зрения
собственных критериев. Она содержит в себе ответы на глубинные
экзистенциальные потребности человека, но делает это собственным,
аутентичным его внутреннему характеру, способом. Актуальным сегодня
является подход, согласно которому, исследование того или иного этноса
осуществляется в понятиях его культуры, еѐ мировоззренческих составляющих.
4. В аспекте создания целостной картины этого процесса остается
актуальной проблема исследования мировоззрения башкирского этноса. Имеется
достаточно много работ, посвящѐнных исследованию различных аспектов
мировоззрения башкир. Но в основном эти работы сводятся к исследованию
эмпирической истории этноса, его мировоззренческих позиций. Само бытие духа,
3
выраженное в национальной культуре, гораздо глубже и многограннее
эмпирической национальной истории. Необходимость философского осмысления
оснований мировоззрения этноса определяет актуальность диссертационного
исследования.
Степень научной разработанности проблемы. Проблема мировоззрения
в зарубежной и отечественной философской литературе исследована достаточно
полно, что обусловлено еѐ важной ролью в социокультурной сфере этноса. Надо
отметить, что вычленение мировоззрения в качестве объекта исследования
представляет определѐнную трудность, поскольку оно (мировоззрение) является
сложным комплексом самых разных уровней бытия человека и социума. Понятия
«миросозерцание», «мировоззрение», «картина мира» вводятся и анализируются
в сочинениях немецких мыслителей Ф.Д. Шлейермахера, И. Канта, И. Фихте,
Г.В.Ф. Гегеля, Г. Риккерта, М. Шелера. В целом в немецкой философии под
влиянием Г.В.Ф. Гегеля мировоззрение рассматривается как рациональные
представления о началах бытия человека и природы, то есть мировоззрение
совпадает с философией. В продолжение традиции Г.В.Ф. Гегеля в исследовании
духа Ф. Фукуяма внес значительный вклад в анализ антропологических
потребностей, обусловливающих мировоззрение.
В осмысление проблемы мировоззрения огромный вклад внесли В. Дильтей
(отметим его идею о том, что мировоззрение вырастает из опыта жизни,
традиций, обычаев), основоположник феноменологии Э. Гуссерль (подчеркнѐм
его мысль о том, что область мировоззрения определяется повседневным
жизненным миром (Lebenswelt), а не философией). Согласно М. Хайдеггеру,
мировоззрение не является предметом теоретического знания, оно всегда
обусловлено народом, расой, местоположением, культурой. Следует оговориться,
что слово «раса» в немецком языке примерно соответствует слову «этнос». Таким
образом, мировоззрение всегда формируется в конкретном этническом и
культурном контексте. К аналогичным выводам, уже в области антропологии,
пришли Э. Дюркгейм, М. Мосс, Э.Э. Эванс-Причард, К. Гирц, К. Леви-Стросс,
З. Фрейд, К.-Г. Юнг и их последователи исследовали бессознательные пласты
сознания человека, поставив тем самым вопрос об иррациональных элементах
мировоззрения.
Проблема соотношения философии и мировоззрения, вопросы типологии
мировоззрения рассматривалась в трудах А.П. Шептулина, П.В. Алексеева,
Р.А. Арцишевского, В.С. Буянова, Р.Г. Яновского, А.С. Тонких, М.Г. Ашманиса,
В.А.
Василенко.
В
исследованиях
В.И. Шинкарука,
В.П. Иванова,
В.П. Козловского, Н.Ф. Тарасенко был поставлен вопрос о самостоятельном
статусе мировоззренческого сознания. Указанные авторы выступили против
редуцирования мировоззрения к философии, считая, что мировоззрение является
особым способом духовно-практического освоения мира и определяет
ценностные основания бытия человека.
В рамках логико-гносеологического подхода уточняются границы
и содержание самого понятия, исследуется объект и предмет мировоззрения, его
специфика как формы общественного сознания, анализируются структурные
элементы, осмысливается роль мировоззрения в процессе научного познания.
4
В работах таких отечественных исследователей, как П.В. Копнин,
Е.К. Быстрицкий, В.С. Овчинников, В.Ф. Черноволенко, В.Н. Сагатовский,
М.Г. Ашманис, А.Н. Чанышев, К.П. Шуртаков, А.К. Уледов, С.Ф. Анисимов
обосновывается статус мировоззрения как особого духовного образования,
являющегося формой общественного самосознания человека. В работах
современных
исследователей
анализируются
онтологическая
основа
мировоззрения (М.П. Арутюнян), мировоззрение как картина мира (В.С. Степин,
Р.Ю. Рахматуллин), ценностные основы мировоззрения (Н.С. Розов),
соотношение понятий «мировоззрение» и «картина мира» (В.С. Степин),
мировоззрение как субъективная реальность (В.С. Хазиев, Е.В. Хазиева),
эмоционально-интуитивные
основания
мировоззрения
как
знаниевого
образования (В.А. Кувакин), мировоззренческие основания творчества
(А.И. Столетов), образ человека в мировоззрении (З.Н. Хабибуллина),
взаимосвязь мировоззрения и культуры (М.В. Садовски), общая теория
мировоззрения (А.А. Владимиров, Л.А. Зеленов). Проблемы национального
(этнического) мировоззрения (духа) и традиции подробно анализируются в
работах Г. Гачева, С.Л. Франка, А.П. Андреева, А.И. Селиванова, С.Е. Рыбакова,
А.Г. Дугина, З.Я. Рахматуллиной, Ф.В. Даминдаровой, А.А. Шаова; соотношение
общечеловеческого и этнического в мировоззрении – в работах А.И. Столетова,
Р.Х. Лукмановой.
Таким образом, в отечественной философии накоплен определѐнный
теоретический опыт исследования проблемы мировоззрения. В ходе оживлѐнной
дискуссии о сущности мировоззрения было преодолено во многом упрощѐнное
понимание этого феномена. Осмысление мировоззрения как особого способа
освоения мира позволило на более высоком теоретическом уровне исследовать не
только личностное мировоззрение, но и отражѐнные в форме мифологии,
фольклора мировоззренческие системы отдельных социальных групп, этносов и
народов (Ф.Х. Кессиди, В.И. Пропп, Е.М. Мелетинский и др.).
В современной философии, этнологии, этносоциологии, культурной
антропологии и других науках были разработаны различные концептуальные
подходы к изучению феномена этноса. Это обусловлено тем, что в современном
мире существует множество полиэтнических государств, наблюдается активная
этническая мобилизация. Всѐ многообразие взглядов на сущность этноса и
этнического обычно сводят к двум парадигмам – конструктивизму и
примордиализму, хотя в рамках каждой из них обнаруживаются различные
концептуальные подходы. Для конструктивистских концепций характерно
теоретико-методологическое единство, выражающееся в том, что этнос и
этничность обладают следующими чертами: ситуативностью (релятивностью),
конструируемостью, инструментальностью. На конструктивистской парадигме
основаны работы таких исследователей, как Б. Андерсон, Ф. Барт, Т. Парсонс,
А.Р. Рэдклифф-Браун, А.Д. Смит, Э. Геллнер, Э. Хобсбаум и др. В отечественной
этнологии принцип конструктивизма развивает, прежде всего, В.А. Тишков и его
последователи.
В отличие от конструктивизма в примордиалистских концепциях
подчеркивается изначальность и исконность культурного единства этноса перед
5
его социальностью. Примордиалистская концепция представлена работами
К. Гирца, П. Ван ден Берге, Х. Айзекса и др. Близкой к ней является теория этноса
Ю.В. Бромлея с еѐ основным тезисом об устойчивости этнических сообществ, а
также теория этногенеза Л.Н. Гумилѐва. К отечественным исследователям,
стоящим на позициях примордиализма, можно отнести С.М. Широкогорова,
И.Ю. Заринова, С.Е. Рыбакова, Ф.С. Файзуллина, А.Я. Зарипова и др.
Специфические черты архаического и традиционного мировоззрения
становится объектом анализа не только философских, но и антропологических,
этнографических,
этнологических,
культурологических,
исторических
исследований (А.Я. Гуревич, А.М. Сагалаев, И.В. Октябрьская, П.К. Дашковский,
Р.М. Юсупов, Е.В. Галанина, В.Д. Шинкаренко). Результаты этих исследований
имеют теоретико-методологическое значение при изучении этноса как
социокультурного феномена.
В последние десятилетия в отечественной философии усиливается интерес
к исследованию феномена этноса, этничности, этнического сознания
и самосознания. В работах С.Е. Рыбакова, А.Я. Зарипова, Ф.С. Файзуллина,
В.А. Федотова,
В.В.
Иванова,
Н.Н.
Томашевской,
М.П. Арутюнян,
О.А. Рудецкого, Н.А. Берковича и др. философскому анализу подвергнуты
проблемы методологии изучения феномена этноса, его сущности, структуры,
формирования, ценностных оснований и социального бытия. Анализу духовнонравственных и мировоззренческих оснований бытия этноса, вопросам
взаимосвязи языка, фольклора и мировоззрения этноса посвящены работы
В.Н. Бадмаева,
М.И. Билалова,
Л.В. Анжигановой,
М.П. Арутюнян,
М.С. Инкижековой,
В.П.
Иванова,
В.М.
Терентьева,
Г.Д. Петровой,
М.Ю. Арчимачевой, К.Ж. Нагапетян, В.В. Петровой, Н.К. Даниловой и ряда
других исследователей.
Исследование мировоззренческих представлений башкирского этноса тесно
связано с именем Д.Ж. Валеева, работы которого посвящены истории
философской, общественно-политической мысли и нравственной культуры
башкирского народа. Мифология, эпос, легенды и предания исследовались
Д.Ж. Валеевым в рамках философского дискурса, поскольку эти фольклорные
произведения содержат богатую информацию о мировоззрении древних башкир,
их исторической эволюции.
Различные аспекты мировоззрения как сложного комплекса архаических,
традиционных воззрений башкир о мироздании и об отношении «человек-мир»
исследованы в трудах представителей философской школы Башкортостана
Д.М. Азаматова,
Ф.С.
Файзуллина,
А.Я. Зарипова,
Х.С. Вильданова,
З.Я. Рахматуллиной, З.Р. Валиуллиной, С.Н. Семенова и А.Н. Семеновой,
З.Г. Аминева,
А.Х.
Давлеткулова,
Г.Г. Салихова,
А.Я. Фаткуллиной,
Л.Р. Хасановой и др.
Объектом диссертационного исследования выступает мировоззрение
этноса в его социальном, духовном и культурном измерениях.
Предметом диссертационного исследования являются социальнофилософские основания мировоззрения этноса как примордиальной основы
6
идентификации и самоидентификации человека и общества на примере
башкирского этноса.
Цель диссертационного исследования – социально-философский анализ
сущности мировоззрения этноса как открытой, способной к самопознанию и
саморазвитию органической структуры. Основной акцент уделяется анализу
оснований мировоззрения башкирского этноса, сохранившего архаические
пласты культуры, архетипы и сакральные образы.
Данная цель предусматривает решение следующих взаимосвязанных между
собой задач:
- выявить теоретические основания исследования мировоззрения как
предмета философского осмысления;
- раскрыть сущность и содержание мировоззрения этноса;
- исследовать этноантропологические корни мировоззрения этноса;
- проанализировать социокультурный хронотоп этноса;
- обосновать
и
исследовать
мировоззренческую
составляющую
этнокультурной идентичности башкир;
- исследовать евразийские традиции диалога культур в мировоззрении
башкирского этноса;
- выявить
характерные
этнокультурные
архетипы
мировоззрения
башкирского этноса;
- рассмотреть религиозные источники мировоззрения этноса;
- исследовать мировоззренческие идеи в башкирской культуре;
- проанализировать аксиологическое (этическое) измерение фольклора
башкирского этноса;
- осуществить социально-философский анализ духовно-практических
принципов освоения мира башкирским этносом.
Методологическая основа диссертационного исследования. В качестве
методологической основы исследования выступает понимание этноса как
единства природного (космического) и духовного (культурного) начал. В этом
плане этнос не совпадает со стремлением народа превратиться в нацию как нечто
цивилизационное (техническое) и в то же время остаться чем-то природным.
Социокультурный подход, использованный в диссертации, направлен
исключительно на обнаружение того, что есть ценного и бесценного в самом
этносе, в его мировоззренческом потенциале.
Применение антропологического, аксиологического, цивилизационного,
феноменологического, системного и компаративистского подходов позволило
выстроить базовые методологические основания исследования мировоззрения
этноса, сформировать модель непосредственной, «играющей мудрости» этноса, в
основе которой лежит идея сведения всех вещей и культурных процессов к их
предельной смысловой выразительности. Так, в башкирском этносе его
мировоззренческие и социокультурные основания достигают значения
жизненных сил народа, что находит своѐ выражение в основных архетипах и
диалогическом, примордиальном характере башкирского мировоззрения как
основания этнокультурной идентичности.
7
Сложность избранной темы работы во многом определяется тем, что она
носит междисциплинарный характер и находиться на стыке наук, так или иначе
занимающихся исследованием проблем этноса (культурная антропология,
этнофилософия, история, этнография, этносоциология, фольклористика,
этнокультурология и др.). Анализ с позиции философской рефлексии
теоретических наработок и фактологического материала указанных областей
научного знания позволил выявить универсальные основания и специфические
черты мировоззрения этноса.
Научная новизна диссертационного исследования заключается
в разработке концепции, согласно которой, мировоззрение этноса, формируясь
как диалогическая структура, представляет собой примордиальную основу
воспроизводства жизненных сил народа и его нравственной субстанции,
постоянно возобновляющейся в силу гармонии природного (космического)
и духовного начал (этничности). Эта концепция раскрывается в следующих
положениях:
1. Обосновано, что сущность мировоззрения этноса как социокультурного
явления раскрывается как базовая характеристика примордиальности, которая
позволяет реализовать смысловые основы существования человеческого рода
как природной и социальной ценности.
2. Выявлено, что этноантропологические основания мировоззрения этноса
связаны
с
витальными
и
антропологическими
потребностями,
экзистенциальными потребностями, признанием этноса со стороны этнических
сообществ, укоренѐнностью человека в этносе как природном и культурном
бытии.
3. Обосновано, что утрата этносом своего культурного хронотопа приводит к
его смерти как уникального единства пространственных и временных форм.
При этом само восприятие пространства и времени в мировоззрении этноса
является фундаментальным, что детерминирует особенности мышления этноса,
его самоутверждение в социокультурном бытии.
4. Доказано, что основные этнокультурные архетипы башкир реализуются в
образах, связанных с этноцентрумом как духовным ядром этноса. Башкир
направляет свою духовную и социальную энергию на гармонизацию «центра» и
«автономии», природного и социального.
5. Обосновано, что мировоззрение является интегральным образованием духа,
культуры, философии и нравственности, в котором осуществляется синтез
эмоционально воспринятых системно-рационализированных знаний, а также
форм миропонимания человека.
6. Доказано, что функционирование мировоззренческих идей башкирской
культуры обеспечивалось социальными институтами йыйынов, батыров и
сэсэнов, выражающими духовно-нравственные принципы существования
этноса.
7. Обосновано, что мировоззрение башкирского этноса носит диалогический
характер, это обусловлено интенсивными культурными контактами с
евразийскими народами, их культурными пространственно-временными
топосами.
8
8. Выявлено, что религиозные источники мировоззрения башкир носят
сложный, многоуровневый, синкретический характер, включают элементы
зороастризма, тенгрианства, восточно-иранские и финно-угорские культы,
ислам и такое его течение, как суфизм.
9. Установлено, что для духовно-практического освоения башкирским
этносом
бытия
характерен
синкретизм
этических,
эстетических
и познавательных ценностей. Это единство, в свою очередь, становится
важнейшей
предпосылкой
экологических,
морально-нравственных,
эстетических принципов освоения социального бытия.
10. Выявлено, что функционирование мировоззрения башкирского этноса
обусловлено его этнокультурной идентичностью, выражающейся в его развитии
в качестве самодостаточного сообщества, скреплѐнного общностью языка,
пространством Урала как «месторазвития» башкир и России как общей
Отчизны, его коллективными ценностями и традициями ислама.
11. Обнаружено, что аксиологическое (этическое) измерение фольклора
башкирского этноса связано с трансляцией повседневного жизненного опыта и с
идеей гармонии природного и социального.
Исходя из указанных пунктов новизны исследования, а также
в соответствии с изложенной актуальностью проблемы, целями и задачами
работы на защиту выносятся следующие положения:
1. Мировоззрение этноса, его теоретико-методологические основания
представляют собой интегральное образование духа, культуры, философии и
нравственности. Оно вырастает из наличного бытия человека, задаѐт
творческую направленность его отношения к миру (космосу), задаѐт саму силу
жить осмысленно, причѐм в любых жизненных обстоятельствах. В
мировоззрении происходит синтез эмоционально окрашенных системных
знаний, а также представлений человека о ценностных основаниях своего бытия
в космосе и социуме. В мировоззрении представлены как внерациональные
(мироощущение, мировосприятие), так и рациональные (миропонимание,
способность выстраивать умозаключения в соответствии с законами разума и
мудрости) уровни, что говорит о богатстве предметного содержания данного
феномена. Субъектом (носителем) мировоззрения выступает как отдельная
личность, так различные социальные группы, религиозные и этнические
общности, а также общество в целом. Мировоззрение этнически окрашено, что
проявляется в культурной интерпретации окружающего мира посредством
символического познания, лежащего в основе формирования мира ценностей и
ценностных ориентаций.
2. Сущность мировоззрения этноса как социокультурного феномена
раскрывается как особая природная и социальная общность, члены которой
воспроизводят свою объективную этничность на примордиальной основе. Этнос
является неизменным, базовым элементом общества, задающим структуру
всякого общества. Мировоззрение этноса выступает фундаментальным уровнем
душевного и духовного бытия этноса и в этом смысле является необходимой
предпосылкой социокультурной и духовной жизни. В мировоззрении этноса
возрастает его моральная ответственность за судьбы человеческого рода как
9
природного и социального образования, поэтому мировоззрение может
анализироваться как социокультурное и нравственное явление, способное
определять жизненный пульс самой социальной и душевно-духовной
реальности. В структуру мировоззрения этноса включается комплекс
мифологических, религиозных, нравственных, философских и художественных
воззрений. Мировоззрение этноса складывается на всем протяжении
исторического существования, оно подвержено эволюции, но при этом
сохраняет своѐ культурное ядро.
3. Этноантропологические предпосылки мировоззрения человека как
представителя определѐнного этноса связаны с удовлетворением витальных и
антропологических потребностей, порождающих ценностное отношение к миру.
Среди них важную роль играют потребность в «признании» этноса со стороны
других этносов, потребность в духовно осмысленной жизни, экзистенциальные
потребности, в том числе потребность в укоренѐнности человека в этносе как
природном и культурном бытии. Становление коллективного духа этноса
обусловлено антропологическими потребностями, интересами и ценностями
носителей самой этнической традиции.
4. Социокультурный хронотоп этноса обретает для его представителя смысл
только через их рассмотрение в мировоззренческом аспекте. Восприятие
пространства
и
времени
обнаруживается
в фундаментальных
мировоззренческих координатах мира, которые детерминируют особенности
мышления этноса, его самоутверждение в мироздании. Утрата этносом своего
хронотопа приводит к потере им своей идентичности, что означает его смерть
как уникального социума. Герой одноименного башкирского эпоса Урал-батыр
окропляет живой водой окружающий мир природы, ибо именно она должна
быть вечной и давать жизнь своему народу. В этом акте отказа от личного
бессмертия в пользу природы, пространства и времени выражен глубокий
нравственный смысл. Жизнь этноса как носителя коллективного духа гораздо
важнее жизни индивида.
5. Этнос является органической (естественной) формой бытия человека, где
достигается гармония телесного, душевного и духовного начал. Этнокультурная
идентичность как неотъемлемая характеристика этноса скреплена общим
этнонимом, традициями, языком, общей территорией, образом жизни, то есть
она интегрирует в себе разные характеристики культуры в едином
мировоззрении, основным вопросом которого является вопрос об отношении
человека к миру. Структура мировоззрения этноса при этом включает в себя как
сознательные, так и глубинные бессознательные формы переживания человеком
своей причастности к этнической общности, а также формы манифестации
последней. На наш взгляд, для этнокультурной идентичности башкир
характерны следующие черты: 1) наличие этнонима «башкорт», который
обеспечил этносу выход на историческую и мировоззренческую арену и
признание его в качестве самостоятельной общности; 2) представление об Урале
как об Отчизне, пространстве формирования башкир как единого этноса;
3) осознание своего единства с общей исторической судьбой народов России; 4)
язык, в котором нашла отражение уникальность мировидения, мироощущения и
10
миропонимания этноса; 5) осмысление в соответствии с ментальными
характеристиками и мировоззренческими установками фундаментальных
ценностей культуры (коллективизм, героическая интенция мировоззрения,
стремление к свободе, справедливости, благу, добру и красоте); 6) наличие
такого объединяющего башкирский этнос мировоззренческого фактора, как
духовные ценности ислама, а также ценности иных религий и философских
традиций, образующих российский суперэтнос.
6. Диалогический характер башкирского мировоззрения как основания
этнокультурной идентичности связан с вопросом этнической или национальной
самобытности, с вопросом о дополнительности самих культурных традиций.
При этом сам диалог культур Евразии выстраивается на базе осознания равной
ценности каждого представителя человеческого рода и этносов, осознания
своеобразия каждой этнической культуры. Уникальное со-бытие евразийских
народов заключается в умении общаться на равных, в способности жить не
только для себя, но и для других, в желании аккумулировать в своѐм
культурном пространственно-временном топосе ценности иных культур.
Мировоззрение башкир, как и других народов России, формируется в результате
интенсивного диалога культур народов, детерминированного общностью
базовых мировоззренческих принципов организации коллективного разума,
устремлѐнного к мудрому отношению к жизни.
7. Религиозные источники мировоззрения башкир имеют сложный,
многоуровневый, синкретический характер. Такие комплексы религиозных
воззрений, относящихся к тенгрианству, зороастризму, восточно-иранским и
финно-угорским культам, исламу и такому его течению, как суфизм, имеют
определяющее значение для башкирской традиции, они оставили свой
неповторимый след в культуре башкир, обогатив еѐ плодами религиозных и
мировоззренческих поисков. Башкиры включали в свой религиозный космос
только те системы, которые были аутентичны базовым мировоззренческим
принципам. Принятие ислама было обусловлено не столько миссионерской
деятельностью, сколько внутренними потребностями башкирского этноса,
который осознал себя культурным и политическим субъектом. Другими
словами, башкирский этнос вступил в историю, включился в мусульманскую
цивилизацию, которая на тот исторический момент переживала расцвет в сфере
науки, философии, литературы и искусства. Исследования различных его
пластов свидетельствуют о том, что религиозная и художественная система
башкир носила открытый характер и формировалась в условиях интенсивного
взаимодействия различных по своему происхождению культур.
8. Мир архетипических мифологических образов демонстрирует глубокую
связь башкир с культурным пространством не только Урала. У башкир как
у архаического этноса, который сохранил свою идентичность в процессе
взаимодействия с евразийскими народами, свод памятников духовной культуры
сохранился и воспроизводится несравненно лучше, чем у народов,
подверженных процессу модернизации. В разных этнических культурах
преобладают объективации совершенно конкретных архетипов. В башкирской
культуре к таковым можно отнести архетип «героя», «мудреца-сэсэна», «родной
11
земли», «матери», «воды», «горы», «души». Выявленные этнокультурные
архетипы «мировоззренчески нагружены», имеют ценностный характер.
Приоритетные архетипы башкирского мировоззрения в основном связаны с
этноцентрумом, что вполне объяснимо. Архаический этнос органически связан
с вмещающим ландшафтом, поэтому логично, что в мировоззрении
башкирского этноса реализуются архетипы, связанные с освоением социального
и культурного пространств, с борьбой искусственного и естественного, хаоса и
порядка, сил добра и зла.
9. Идеи коллективизма в форме родовой солидарности, патриотизма,
свободолюбия, справедливости можно отнести к социокультурным
и философским основаниям российского суперэтноса. В этом плане любовь к
отечеству, готовность отдать жизнь за свободу своего народа выражают
изначальные коллективные (родовые) формы организации башкирского этноса.
Социокультурные основания и смысловые ориентиры данного этноса, в свою
очередь, связаны с усвоением жизненно важных ценностей: открытости души,
стремления поэтизировать мир, умения жить для других, а не только для себя.
Указанные основания и смысловые ориентиры, мировоззренческие идеи
реализуются в конкретных социальных институтах. Институт йыйынов стал
конкретной реализацией духа коллективизма в мировоззрении башкир,
выражением демократических ценностей горизонтальной структуры общества.
В этом плане институт батыров является наиболее яркой объективацией
героической культуры, высшим проявлением которой выступает стремление к
свободе, мужество, доблесть и честь. Институт сэсэнов был призван соблюдать
справедливость во взаимоотношениях между людьми. Оружием сэсэнов было
слово, которым они останавливали споры, улаживали конфликты, воспевали
героев, давали мудрые советы людям. Наличие этих институтов, сама их
культурная и мировоззренческая обоснованность выступают уникальным
явлением башкирского этноса и его основанием.
10. В фольклорном наследии этноса отражается весь спектр духовной
культуры,
особенности
менталитета,
исторических
судеб
народа.
Мировоззренческие основания и этические ценности фольклора башкир
наиболее рельефно обнаруживают себя в сказке, которая представляет собой
уникальный способ познания действительности в рамках фольклорного и
мифологического сознания. Сказка имеет важное общественное и
аксиологическое значение, еѐ главной целью выступает нравственное
наставление и передача жизненного опыта подрастающему поколению. Отражая
жизненный мир людей, сказка выражает ценности повседневного мира людей:
семейное счастье, материальное благополучие, стремление жить в согласии
с культурными традициями. Если эпический герой спасает весь космос, то
сказочный герой спасает нечто конкретное (царевну, членов своей семьи,
родную деревню или город). В то же время сказочные герои демонстрируют
верность ценностям коллективизма, но здесь акцент переносится с вселенского,
космического масштаба эпоса на земной, природный и культурный ландшафты.
Герой сказки демонстрирует в своих действиях такие нравственные качества,
как уважение к старшим, трудолюбие, бескорыстие, верность долгу, храбрость,
12
честность. Очевидно, сказка средствами художественного осмысления событий
характеризует мировоззренческие основания и этические ценности, связанные с
поэтизацией чувства справедливости, что как раз позволяет этносу полнее
выразить себя в стремлении к независимости, любви к родной природе, к своему
народу.
11. Духовно-практические принципы освоения мира башкирами определяются
ценностными основаниями бытия человека, в которых происходит синтез его
потребностей, интересов, мотивов деятельности и принципов познавательной и
духовно-практической деятельности. На этом единстве вырастают
экологические, морально-нравственные, эстетические принципы освоения мира.
Принципы
духовно-практического
освоения
бытия
в
башкирском
мировоззрении выступают в своѐм синтетическом единстве. Ценности истины,
добра и красоты отражаются в искусстве певцов и сказителей-сэсэнов,
в экологическом и моральном духе, патриотизме и свободолюбии батыров, в
демократизме всебашкирских собраний – йыйынов. При этом сами моральные
нормы зачастую выступают не только как запреты, но и как императивы
активной жизненной позиции и поведения.
Теоретическое значение диссертационного исследования обусловлено
его результатами, позволяющими осмыслить основные закономерности
формирования мировоззрения этноса (в том числе и башкирского).
Теоретическое значение диссертации состоит в исследовании мировоззрения
этноса как социокультурного феномена, диалогического характера башкирского
мировоззрения как основания этнокультурной идентичности, в анализе архетипов
мировоззрения, этических ценностей народного фольклора, а также духовнопрактических принципов освоения мира таким социоприродным и
социокультурным образованием, как этнос.
Работа имеет комплексный характер и представляет интерес для
философов, социологов, культурологов и историков, занимающихся проблемами
мировоззрения, национального духа, духовной культуры этносов. Выводы
диссертации инициируют поиск новых философских оснований для понимания
социальных и духовных оснований мировоззрения этноса.
Практическая значимость диссертационного исследования. Концепция,
сформулированная в данной работе, является ответом на социальный запрос на
разработку соответствующей современным реалиям государственной политики в
сфере культуры и межнациональных отношений, государственных и
региональных программ, направленных на возрождение, сохранение и развитие
духовной культуры этносов, гармонизацию межэтнических взаимодействий как в
России, так и за рубежом.
Результаты диссертационного исследования могут способствовать
углублению понимания роли и места мировоззрения этноса в современной
общественно-политической жизни государств, сталкивающихся с этническим
фактором, а также найдут своѐ применение в образовательном процессе: при
разработке и чтении курсов по социальной философии, философии этноса,
социокультурной антропологии, культурологии.
13
Апробация работы. Основные положения, результаты и выводы
диссертации опубликованы в 1 монографии и 15 статьях в рецензируемых
научных изданиях, входящих в перечень ВАК Минобрнауки России, а также
изложены в выступлениях на таких международных, российских, региональных
конференциях, конгрессах, как: Международная научная конференция
«Евразийство: историко-культурное наследие и перспективы развития» (Уфа,
2000), Всероссийская научная конференция «Эпос “Урал-батыр” и мифология»
(Уфа, 2003), научная конференция «Антропологические конфигурации
современной философии» (Москва, 2004), Международная научная конференция
«От общего тюркского прошлого к общему тюркскому будущему» (Баку, 2004),
Всероссийская научная конференция «Культурное наследие России: универсум
религиозной философии (к 110-летию со дня рождения А.Ф. Лосева)» (Уфа,
2004), IV Российский философский конгресс «Философия и будущее
цивилизации» (Москва, 2005), Межрегиональная научная конференция
«Евразийство и национальная идея» (Уфа, 2006), V Всероссийский съезд
востоковедов «Восток в исторических судьбах народов России» (Уфа, 2006),
Международная
научно-практическая
конференция
«Проблемы
социокультурного бытия в национальном измерении», посвященная 60-летию
ЮНЕСКО (Уфа, 2007), научно-практическая конференция «Россия и
Башкортостан: история отношений, состояние и перспективы» (Уфа, 2007),
Международная научно-практическая конференция «Зайнулла Расулев –
выдающийся башкирский мыслитель, философ, теолог и педагог-просветитель
мусульманского мира» (Уфа, 2008), Международная научная конференция «В
связи с творчеством академика РАН А.А. Гусейнова» (Москва, 2009),
Республиканский научно-методический семинар «Уроки добра, истины и
красоты» (Уфа, 2010), V Российский философский конгресс «Наука. Философия.
Общество» (Новосибирск, 2009), VIII Всероссийская конференция «Проблемы
российского самосознания: народ, интеллигенция, власть» (Уфа, 2011),
Международная научно-практическая конференция «Философия и научная
картина мира» (Уфа, 2012), V Всероссийская тюркологическая конференция,
посвященная 80-летию Института истории, языка и литературы Уфимского
научного центра РАН «Урал-Алтай: через века в будущее» (Уфа, 2012),
VI Российский философский конгресс «Философия в современном мире: диалог
мировоззрений» (Нижний Новгород, 2012), Международная конференция
«Саммит Гражданского общества тюркского мира» (Эскишэхэр, Турция, 2014),
научная конференция с международным участием «Культура как вдохновитель
устойчивого развития» (Уфа, 2014), Международная научно-практическая
конференция «Нематериальное культурное наследие тюркских народов как
объект сохранения» (Казань, 2014), XI конгресс антропологов и этнологов России
(Екатеринбург, 2015), VII Российский философский конгресс «Философия.
Толерантность. Глобализация. Восток и Запад – диалог мировоззрений» (Уфа,
2015), научно-практический семинар «Человек. Культура. Общество»,
посвященный 30-летию со дня основания кафедры этики, культурологии и связей
с общественностью факультета философии и социологии БашГУ (Уфа, 2016),
VIII Всероссийская научно-практическая конференция «Актуальные проблемы
14
коммуникации: теория и практика» (Уфа, 2016), Всероссийская научнопрактическая конференция, посвящѐнная Году экологии в Российской Федерации
«Природа и человек в пространстве культуры» (Уфа, 2017), XII Конгресс
антропологов и этнологов России (Ижевск, 2017).
Структура работы определена поставленными задачами и состоит из
введения, трех глав, 11 параграфов, заключения и списка использованной
литературы. Объем текста составляет 325 страниц.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность темы, рассматривается степень
еѐ научной разработанности, формулируется цель и задачи исследования,
указываются элементы новизны, определяются теоретико-методологические
основы исследования, теоретическая и практическая значимость, а также способы
апробации основных положений диссертации.
В
первой
главе
«Теоретико-методологические
предпосылки
исследования мировоззрения этноса» исследуются социально-философские
основания социокультурного бытия этноса.
В параграфе 1.1. «Теоретические основания исследования мировоззрения
как предмета философского осмысления» рассматриваются различные
концептуальные подходы к анализу сущности мировоззрения в мировой
философской мысли. Отмечается, что понятие «мировоззрение» возникло только
в конце XVIII – нач. XIX вв. в немецкой классической философии. Очевидно, его
появление не случайно совпадает с возникновением науки как системы знаний о
закономерностях развития природы, общества и мышления.
В отечественной философской литературе понятие «мировоззрение» стало
употребляться с XIX в. как смысловая калька немецкого слова «Weltanschanung».
До его появления содержание данного понятия обозначали через такие понятия,
как «мудрость», «философия», «метафизика» и т.д., под ними понималось некое
высшее знание, которое задает человеку правила жизни, учит согласовывать свои
поступки с действием всеобщих сил или с вечными и неизменными законами,
довлеющими над Вселенной и над самим человеком. Со времен И. Канта под
мировоззрением в философии традиционно понимается система наиболее общих
представлений человека о себе и о мире, об отношении мира к человеку и
человека к миру. Являясь формой общественного сознания, мировоззрение
отражает потребности, интересы, убеждения, ценности, идеалы и принципы
практической и познавательной деятельности, которые определяют мотивы и
линию поведения индивидов, а также содержание духовной жизни общества.
Содержание мировоззрения воплощается средствами религии, морали, искусства,
права и науки, что позволяет исследовать мировоззренческий аспект названных
форм общественного сознания.
Философско-антропологический подход открывает новые возможности для
исследования мировоззрения, поскольку оно есть результат самовыражения
человека, познания им собственной сущности и сущности мира. Человек как
15
живое существо со своими психобиологическими особенностями, ценностными
установками, потребностями и интересами является смыслонесущим центром
мировоззрения. Философско-антропологический подход раскрывается в
выявлении предельных и экзистенциальных смыслов, формирующих
мировоззрение и ценности личности и общества.
Мировоззренческий образ мира, в котором находят отражение не только
знания, но и базовые ценности, определяющие специфику мироощущения,
мировосприятия формируется только в ходе оценки. Ценности тесно связаны с
интересами и потребностями человека как субъекта. Отсюда возникает
необходимость исследования роли потребностей в возникновении и развитии
мировоззрения. Потребностный подход позволяет понять, как человек реализует
свое активное отношение к миру. Потребность как сущностное свойство человека
играет важную роль в осмыслении происхождения и функционирования всей
совокупности мировоззренческих представлений человека.
Специфика
национального
мировоззрения
определяется
фундаментальными образами пространства и времени, обретающими глубинную
смысловую наполненность благодаря человеку как воспринимающему субъекту.
Данные образы составляют костяк культуры, определяют специфику
самоопределения человека в мире. В основе образов пространства, времени и
человека, сформировавшихся в культуре народов России, лежат евразийские
архетипы духовности, которые способствовали их мировоззренческому общению
и диалогу. Последовательный анализ этих образов позволяет сделать вывод о
том, что понимание сущности человека детерминируется особенностями
пространственно-временного восприятия мира в культуре.
Соединение социально-философского и философско-антропологического
осмысления проблемы мировоззрения позволяет дать этому феномену такое
определение, которое является основополагающим для нашего диссертационного
исследования. Мировоззрение этноса, его теоретико-методологические основания
представляют собой интегральное образование духа, культуры, философии и
нравственности. Оно вырастает из наличного бытия человека, задаѐт
определѐнную направленность его отношению к миру (космосу), даѐт силу жить
осмысленно, причѐм в любых жизненных обстоятельствах. В мировоззрении
происходит синтез эмоционально воспринятых системных знаний, а также
представлений человека о ценностных основаниях своего бытия в космосе и
социуме. В мировоззрении представлены как внерациональные (мироощущение,
мировосприятие), так и рациональные уровни (миропонимание, способность
выстраивать умозаключения в соответствии с законами разума и мудрости), что
говорит о богатстве предметного содержания данного феномена. Субъектом
(носителем) мировоззрения выступает как отдельная личность, так различные
социальные группы, религиозные и этнические общности, а также общество в
целом. Мировоззрение этнически окрашено, что проявляется в культурной
интерпретации окружающего мира посредством символического познания,
лежащего в основе формирования мира ценностей и ценностных ориентаций.
В параграфе 1.2. «Сущность и содержание мировоззрения этноса»
раскрывается содержание мировоззрения этноса как сложного социокультурного
16
феномена.
Сущность мировоззрения может быть исследована как социокультурный
феномен, определяющий смыслозначимые основы бытия человека в мире. Мы
рассматриваем общество как целостную социокультурную систему, состоящую
из постоянно взаимодействующих друг с другом людей. Другими словами,
мировоззрение является сложной духовной конструкцией, включающей знания,
повседневный опыт, предрассудки, суеверия, верования, стереотипы
мировосприятия, то есть всѐ, что помогает человеку в любых жизненных
обстоятельствах найти свой путь духовно-практического освоения мира.
Поскольку человек смотрит на мир «глазами» этноса, то, очевидно, его
представления о мире носят этнический характер.
Для полноценного анализа категории «мировоззрение этноса» прежде всего
необходимо уяснить вопрос о соотношении понятий «этнос» и «народ». Понятие
«народ» мы будем использовать в его этнографическом смысле, то есть как этнос,
являющийся формой проявления такого примордиального свойства людей, как
этничность. Мы исходим из того, что не всякий этнос является народом, но
всякий народ в своѐм основании есть этнос. Этнические различия состоят в
символической, ритуальной, этической, эстетической интерпретации процесса
творения и функционирования космоса из хаоса. Этнический мир не
рефлексируется в научных категориях, а проживается, конструируя мир с
помощью мифа, поэтому этническое мышление интенционально, в нѐм нет
разрыва между образом мира и самим миром.
Мировоззрение этноса вырастает из воззрений его представителей на себя,
на окружающий мир и на своѐ место в этом мире. Этнос является неизменным,
базовым элементом, определяющим структуру всякого общества. Это особая
социальная общность, члены которой воспроизводят свою объективную
этничность на примордиальной основе. В основе этничности лежит духовная
близость и вера в кровное родство. Главной сферой раскрытия этнического
мировоззрения является культура как квинтэссенция духовного наследия этноса.
Этническая культура раскрывается в богатстве устного народного творчества, в
искусстве, традициях и ритуалах, обеспечивающих духовно-нравственную
преемственность поколений.
Осмысление сущности и содержания мировоззрения этноса будет
неполным без анализа духовно-преобразующей деятельности самого человека.
Сущность мировоззрения этноса как социокультурного явления раскрывается как
базовая характеристика примордиальности, которая позволяет реализовать
смысловые основы существования человеческого рода как природной
и социальной ценности.
Индивид несѐт в себе этнические ценности и в этом смысле является
выразителем интересов и потребностей всего коллектива. Антропологическими
основаниями мировоззрения этноса выступают потребности и интересы людей,
их представления о добре и зле, жизни и смерти, поэтому природа этноса может
быть раскрыта, отталкиваясь от личности, обладающей этничностью как
антропологическим качеством.
17
Мировоззрение этноса является фундаментальным уровнем душевного и
духовного бытия этноса и в этом смысле выступает необходимой предпосылкой
социокультурной жизни. Этнические различия состоят в символической,
ритуальной, этической, эстетической интерпретации процесса творения и
функционирования космоса из хаоса. Этнический мир не рефлексируется
в научных категориях, а проживается, конструируя мир с помощью мифа,
поэтому этническое мышление интенционально, в нѐм нет разрыва между
образом мира и самим миром. На мировоззрение этноса оказывает влияние
окружающая среда, исторический опыт, борьба народов за пространство
(территорию) и за физическое выживание. При этом неизбежна борьба
мировоззрений «за власть над душой», когда побеждает мировоззрение, более
соответствующее духу времени.
В мировоззрении этноса возрастает его моральная ответственность за
судьбы человеческого рода как природного и социального образования.
Мировоззрение в связи с этим может рассматриваться как социально-культурная
и нравственная ценность, которая оказывается способной задавать жизненный
пульс самой социальной реальности. В структуру мировоззрения этноса
включаются комплекс его мифологических, религиозных, нравственных,
философских и художественных воззрений. Мировоззрение этноса складывается
на всем протяжении исторического существования, оно подвержено эволюции,
но при этом сохраняет свое культурное ядро.
В параграфе 1.3. «Этноантропологические корни мировоззрения этноса»
рассматривается вопрос о предельных основаниях мировоззрения этноса.
Духовное единство этноса всегда обусловлено изначальными потребностями
человека в социально-духовном становлении, в обретении доверия
к собственному бытию, в признании со стороны социума. Источником
мировоззрения каждого человека и народа выступает метафизика как выражение
предельных и экзистенциальных смыслов человеческого бытия, как самобытное
отражение
национального
духа.
Объяснение
мировоззрения
через
метафизические смыслы человеческого бытия является антропологическим
прорывом в анализе данной категории, который выражается в переносе акцента
(при рассмотрении отношения «человек – мир») на человека как на самоценного
субъекта этого отношения.
Мировоззрение этноса вырастает из повседневного (домашнего)
жизненного мира (Lebenswelt по Э. Гуссерлю). Этнический мир, согласно
Э. Гуссерлю, и есть жизненный мир. В силу этого положения этнос необходимо
рассматривать в контексте окружающей среды, где человек и «вмещающий
ландшафт» (Л.Н. Гумилев) воспринимаются в единстве. Жизненный мир и
репрезентирующая его культура служат человеку ориентиром в его бытии,
формируя его установки, потребности и ценности. Для исследования
мировоззрения этноса необходимо «вживание» в его «жизненный мир», изучение
языка и культуры.
Этноантропологический подход предполагает исследование повседневного
бытия этноса, метафизических оснований его культуры. Соответственно, под
этноантропологическими корнями мировоззрения мы понимаем способы
18
удовлетворения этносом антропологических и экзистенциальных потребностей.
Этноантропологические корни мировоззрения этноса тесно связаны с
удовлетворением потребности в «признании» как самостоятельного субъекта
истории. В качестве выражения этой потребности в «признании» следует
рассматривать комплекс доминантных символов этноса, с помощью которых он
конструирует собственное мироздание, где каждый его фрагмент наполнен
ценностным содержанием.
Ценности играют ключевую роль в существовании этнокультуры, в рамках
которой личность обретает смысл своего вот-бытия. Ценностно-нормативные
установки, формируемые под влиянием объективных (исторических,
экономических,
культурных,
этнических)
факторов
закрепляются
в мировоззрении народа, формируют определѐнный социальный тип.
Доминирование в этнокультуре того или иного социального типа определяет
философию, искусство, мораль, экономический и политический строй этноса.
Этноантропологические
основания
мировоззрения
человека
как
представителя определѐнного этноса связаны с удовлетворением витальных и
антропологических потребностей, порождающих ценностное отношение к миру.
Среди них важную роль играют потребность в «признании» этноса со стороны
других
сообществ,
потребность
в
духовно
осмысленной
жизни,
экзистенциальные потребности, в том числе потребность в укоренѐнности
человека в этносе, религии как природном и культурном бытии. Указанные
фундаментальные потребности обусловливают, таким образом, поиск человеком
мировоззренческих основ своего существования в мире. Удовлетворение этих
потребностей позволяет народу существовать, сохраняя этническое
самосознание, язык, обычаи. Необходимо подчеркнуть, что мировоззрение этноса
основано на извечном стремлении человека обрести духовно-эмоциональное
равновесие, следовать обычаям и традициям своего народа, страны, ценностям
родной культуры.
В параграфе 1.4. «Социокультурный хронотоп этноса» исследуются
пространственная и темпоральная координаты этноса, которые обретают смысл
только через их рассмотрение в мировоззренческом аспекте. Время
и пространство, будучи продуктом коллективных представлений, носят
социальный характер. Они образуют парадигмальную структуру этнической
культуры, детерминируя еѐ ценности и нормы.
Для обозначения неразрывной и существенной связи времени и
пространства М.М. Бахтиным был введѐн термин «хронотоп», который имеет
важное методологическое значение при исследовании мировоззрения этноса.
Понятие «хронотоп» выражает единство пространства и времени, когда время
может раскрываться через признаки пространства, а пространство, в свою
очередь, осмысливается и измеряется временем. Хронотоп тесно связан с
человеком и социальными отношениями. Социально обозначенное пространство,
по сути, есть окультуренное, сконструированное пространство, то есть результат
«очеловечивания» природной среды. Можно утверждать, что человек
воспринимает физическое пространство сквозь призму своих социокультурных
19
установок, проецируя на него определѐнные социальные отношения
и социальные процессы.
Пространственные представления этноса обозначаются предложенным
В. Мюльманом термином «этноцентрум». Этноцентрум включает в себя
физическое окружение, территорию проживания, предания и сказания, ушедших
в иной мир предков, потомков, богов и духов этноса. В этом сакральном
пространстве разворачивается жизнь этноса, природы и космоса. У этноса
этнотемпоральность подчинена этноцентруму, она чаще всего даже передаѐтся
через пространственные категории.
Окружающая среда в пространственном измерении становится «своей» в
ходе еѐ эмоционального переживания и оценки как благоприятного и родного. В
этом процессе пространство не подчиняется, а переживается. Так возникают
представления о разнородном пространстве, различные части которого обладают
неодинаковой ценностной значимостью для человека. Для архаического человека
территория его рода имеет особое значение, что проявляется в еѐ актуализации
через мифологические легенды и предания. Для него пространство – это часть
мира, в которой существует данный род со своими атрибутами: общим предком,
тотемом, сакральными местами, связанными с их деятельностью и т.д.
В традиционном сознании различаются сакральное время и время
профанное, эмпирическое. Сакральное, или мифологическое время характерно
для архаических мифов, оно представляет собой некое «пра-время», время
«первотворения», «первопредметов», «перводействия», «время сновидений». В
этом времени действуют божественные существа, демиурги, культурные герои,
первопредки, которые могли выступать в образе людей, животных, растений и
даже неодушевлѐнных природных объектов. В традиционных культурах время
является циклическим, а не линейным, оно носит не количественный, а
качественный характер и может быть обратимым. Жизнь человека также
представлялась в виде некоего круга с чѐтко обозначенными тремя фазами или
точками: рождение – брак – смерть. Смерть в этом кругу смыкалась с рождением.
Отождествляя себя с предками, человек не «осознавал» прошлое, а скорее
глубоко и эмоционально «переживал» его заново.
Для кочевых этносов характерно особое понимание темпоральности. У
кочевых этносов, как и у земледельческих, оно имеет циклический характер,
однако вследствие перемещения в пространстве кочевник видит, что временные
циклы не совпадают в точности, то есть он не вовлечѐн в смену времен года как
земледелец, не так зависим от сезонных работ. Поэтому цикличность времени у
кочевников тяготеет к тому, чтобы быть разомкнутой. Но окончательно
циклическое время уступает место линейному времени только с принятием
мировой религии. Однако коллективное бессознательное не может измениться
радикально и продолжает существовать в циклическом времени.
Центральное место в любом мировоззрении, в том числе и этноса, занимает
человек, который творит мир культуры. Усилия человека по конструированию
цельного мировоззрения в конце концов направлены на уяснение собственного
места в мироздании. Образ человека в этническом мировоззрении
«хронотопичен», так как он в значительной мере определяется хронотопом.
20
Пространственная и темпоральная характеристики мира обретают для человека
эмоционально-волевую окраску только через их осмысление в аспекте
собственного бытия в границах рождения и смерти, в соотнесении с собственной
жизнью.
Восприятие пространства, времени и человека в этническом мировоззрении
указывает на определяющую роль в нѐм родового принципа. Парадигма рода
определяет значимость тех или иных отрезков пространства-времени, самого
человека как члена сообщества. Для него нет абстрактного пространство, но есть
сакральное пространство его рода. Представления о хронотопе определяют
историческую судьбу этноса. Разрыв циклического времени у кочевых этносов,
появление элементов линейного времени означает появление истории как
движения от начала к концу. Если этнос живѐт в координатах вечного
возвращения, то народ – это этнос, вступивший в историю.
Таким образом, пространственная и темпоральная координаты этноса
обретают для его представителя смысл только через их рассмотрение в
мировоззренческом аспекте. Восприятие пространства, времени и человека,
являющихся фундаментальными мировоззренческими координатами мира,
детерминируют особенности мышления этноса, его самоутверждение в
мироздании. Утрата этносом своего хронотопа приводит к потере им своей
идентичности, что означает его смерть как уникального социума, единства
природных и космических сил.
Во второй главе «Социокультурные истоки традиционного
мировоззрения башкирского этноса» исследуется процесс функционирования
мировоззрения башкирского этноса, который выражается в формировании
этнокультурной идентичности, диалогическом характере его формирования, в его
архетипических основаниях и религиозных источниках.
В параграфе 2.1. «Мировоззрение как основа этнокультурной
идентичности» исследуется вопрос о развѐртывании этничности через культуру
как социальное образование, порождѐнное деятельностью человека. В
современном
мире,
характеризующемся
культурным
многообразием,
обезличенностью
и
маргинальностью,
актуализируется
потребность
в этнокультурном самоопределении. Многим народам предстоит в самое
ближайшее время бороться за сохранение этнической самодостаточности
и внутренней устойчивости. Для осмысления современного состояния
мировоззрения этноса как ядра культуры мы должны обратить особое внимание на
его «нижние», архаические пласты, служащие фундаментом устойчивых
традиционных элементов.
Вокруг понятия «этнокультурная идентичность» в отечественной
философии и этнологии в последние годы идет оживлѐнная дискуссия. Вопрос об
этнокультурной идентичности неразрывно связан с пониманием сущности самого
феномена этноса. Примордиалистская парадигма основывается на тезисе о
существовании вполне реальных этнических различий, как на материальном, так
и на духовном уровнях. Этническое самосознание и коллективное
бессознательное этноса образуют такой социальный атрибут личности, как
этничность. Контакт сознательного и бессознательного в этничности
21
обозначается понятием «этническая апперцепция» (С.Е. Рыбаков). Думается, что
понятие «этническая апперцепция» открывает определѐнные возможности и в
изучении этнокультурной идентичности, включающей в себя интеллектуальнорефлексивные
процессы
(этническое
самосознание)
и
сознательнобессознательный феномен этничности, проявляющийся в эмоциональном
переживании отношения к собственному этносу и в ментальности как душевном
складе личности.
Этнокультурная идентичность скреплена традициями, языком и общей
территорией. Это обеспечивает сплоченность этноса, представители которого
воспринимают его как органическое сообщество себе подобных. Этнокультурная
идентичность занимает особое место в ряду прочих форм социальной
идентичности в силу свойственной ей интегрирующей функции, выражающейся
в консолидации общества на основе отношений родства, общей территории,
языка, образа жизни, выработки общего этнонима и др. В структуре
этнокультурной идентичности ведущую роль играет этническое самосознание,
которое в широком смысле тождественно этнической идентичности.
Издревле на территории Южного Урала, расположенной на границе
природно-климатических зон Азии и Европы, происходило постоянное
взаимодействие людей. Как показывают археологические исследования, в этой
контактной зоне ещѐ с эпохи неолита процессы этно- и расогенеза протекали при
участии разных по происхождению сообществ. В структуре башкирской
этнокультуры присутствуют разные по происхождению культурные элементы,
историческая судьба которых в разные эпохи была тесно связана с территорией
Южного Урала, поэтому для башкир довольно рано встал вопрос о границах
идентичности и всегда был актуален вопрос сохранения самобытности и
самодостаточности в условиях многократного этногеополитического передела
евразийского пространства. Культурная идентичность башкирского этноса
предполагает достаточно высокий уровень духовного света, который, видимо,
может быть познан в связи с осмыслением особенностей исторической эпохи,
с особенностями мышления башкир, уклада их быта. Для того чтобы этнос
осознал свою самобытность, необходимо вступление его в диалог
с сообществами с иными ценностными ориентациями.
Исходя из анализа сущности мировоззрения этноса, его структурных
элементов и форм реализации можно выявить основные структурные элементы
мировоззрения башкирского этноса. На наш взгляд, для этнокультурной
идентичности башкир характерны следующие черты: 1) наличие этнонима
«башкорт», который обеспечил этносу выход на историческую и
мировоззренческую арену и признание его в качестве самостоятельной общности;
2) представление об Урале как об Отчизне, пространстве формирования башкир
как единого этноса; 3) осознание своего единства с общей исторической судьбой
народов России; 4) язык, в котором получила отражение уникальность
мировидения, мироощущения и миропонимания башкир; 5) осмысление в
соответствии с ментальными характеристиками и мировоззренческими
установками фундаментальных ценностей культуры (коллективизм, героическая
интенция мировоззрения, стремление к свободе, справедливости, благу, красоте);
22
6) наличие такого объединяющего башкирский этнос мировоззренческого
фактора, как духовные ценности ислама, а также ценности иных религий и
философских традиций, образующих российский суперэтнос.
Представления об этническом единстве на основании культурных
признаков играют интегрирующую роль в стремлении башкир к единству,
в осознании себя как целостности. Выявленные нами культурные параметры,
объединяющие башкир, разумеется, могут быть дополнены в ходе дальнейшего
изучения данного вопроса.
В параграфе 2.2. «Евразийские традиции диалога культур в
мировоззрении башкирского этноса» исследуется сложный процесс
взаимовлияния, сложного переплетения разных культур, который наложил свой
отпечаток на комплекс мировоззренческих представлений, языческую религию
и искусство народов Южного Урала, Поволжья и Южной Сибири.
Все современные культуры сформированы в результате длительного
культурного диалога. Условием для диалога является желание и умение людей
кооперироваться для достижения общезначимых целей. Отсюда следует, что
потребность в общении, коммуникации является этическим основанием
возникновения самой культуры, которая и есть необходимое звено во всех
формах коммуникации. Мы понимаем общение как осуществление духовной
культуры и приобщение к жизненным смыслам, ценностям, нравственным
ориентирам этноса.
Анализ
проблемы
диалога
культур
предполагает
осмысление
мировоззренческого аспекта этого духовного феномена. Общение, диалог тесно
связаны с основным вопросом мировоззрения – отношением «человек – мир», что
предполагает приобщение к общему жизненному и культурному опыту.
Духовное развитие любого этноса испытывает в той или иной степени влияние
других культур, так как оно протекает в ходе интенсивного культурного
взаимодействия. Для того чтобы некое человеческое сообщество превратилось в
народ (этнос), необходимо не только осознание собственного этнического
единства, но и признание этого соседними этносами. Таким образом, главным
условием начала диалога культур является способность к сравнению и
различению различных культурных традиций и ценностей.
Этнические
культуры
отличаются
определѐнной
иерархией
мировоззренческих ценностей, значений, стереотипов поведения, но в своих
предельных основаниях они близки, что и делает объективно осуществимым их
равноправный диалог. Диалог – это такое взаимопонимание, при котором
происходит постижение ценностей иной культуры, признание их равноценными
своей, синтез уникального и универсального, это способ войти в общемировой
культурный контекст. Совместное существование культур основывается на
глубоком осмыслении человеческого бытия как элемента «многообразного бытия
целого» (А.П. Андреев). Желание познать и признать ценности иной культуры
является, пожалуй, исключительным требованием к процессу постижения
глобальной человеческой культуры и еѐ общезначимых и уникальных моментов.
Диалоговая составляющая бытия этноса детерминируется антропологической
потребностью в установлении контактов и коммуникацией с другими этносами в
23
процессе духовно-практического освоения мира. В этом ключе потребность в
диалоге может рассматриваться как реальная потребность и объективное
требование эволюции общечеловеческой культуры. Все этносы стремятся
сберечь сердцевину или ядро собственной культуры, то есть те
мировоззренческие ценности и идеалы, которые составляют еѐ уникальность.
Следовательно, взаимодействие культур, а значит, и составляющих их базис
мировоззренческих парадигм, представляет собой трудный и противоречивый
процесс.
Мировоззрение башкирского этноса возникло в ходе многовекового
диалога разных по происхождению и типу культур, носители которых обитали на
бескрайних просторах Евразии в разные исторические эпохи. Южный Урал,
территория которого находится на стыке Европы и Азии, сыграл определяющую
роль в формировании, развитии, взаимовлияния трѐх евразийских культур –
восточно-иранской, угро-финской и тюркской, что духовно сближает башкир с
народами Южной Сибири, Средней и Центральной Азии, а также Европы. Этим
объясняется удивительное многообразие образов и мотивов башкирской
культуры, которое обнаруживается при анализе различных аспектов
материальной и духовной культуры этих народов, о чем свидетельствуют
эмпирические данные этнографии и фольклористики, а также письменные
источники.
Кочевой образ жизни способствовал формированию таких черт
менталитета башкир-номадов, как толерантность по отношению к
представителям иных культур, эмоциональность и образность мышления,
экологические принципы взаимодействия с природой. Исследование развития
мировоззрения башкир указывает на то, что уже с древности на территории
Южного Урала прослеживается уникальная линия духовной культуры, основные
элементы которой дошли до нас в нематериальном наследии уральских этносов.
Сложность структуры башкирского этноса, таким образом, определила
специфические черты его мировоззрения, включающего элементы восточноиранской, финно-угорской и тюркской культур. Таким образом, для
характеристики башкирской культуры было бы справедливым применение
понятия «пограничная культура».
Диалогический характер башкирского мировоззрения как основания
этнокультурной идентичности связан с вопросами этнической или национальной
самобытности, с вопросом о дополнительности культурных традиций. При этом
сам диалог евразийских культур выстраивается на основе признания
равноценности всех людей и народов, самобытности каждой национальной
культуры. Уникальное со-бытие евразийских народов заключается в способности
к бескорыстному общению, в умении жить не только для себя, но для других, в
желании аккумулировать в своѐм культурном топосе ценности иных культур.
Мировоззрение башкир формируется в результате интенсивного диалога культур
Евразии, детерминированного общностью базовых мировоззренческих принципов
организации коллективного разума, устремлѐнного к мудрому отношению к
жизни. Общность базовых принципов организации духа объективно обусловлена
общими евразийскими традициями духовности, а также влиянием русской
24
культуры. Вхождение башкир в социокультурное пространство России делает их
подлинно евразийским народом.
В параграфе 2.3. «Этнокультурные архетипы в мировоззрении башкир»
раскрывается связь глубинных мировоззренческих паттернов с коллективным
бессознательным этноса, анализируются базовые архетипы мировоззрения
башкирского этноса. Этнос, его природа погружены в сокровенный личностный
мир, в экзистенциальные ценности и потребности, интересы людей. Для изучения
глубинных уровней культуры этноса необходимо обратиться к его коллективной
памяти, хранящей архаические пра-образы его «душевности».
Основатель аналитической психологии К.Г. Юнг считал мифы и народные
сказки продуктом коллективного бессознательного, которое является
хранилищем прообразов или архетипов культуры. Учѐный неоднократно
подчеркивал, что понятие «архетип» стоит в одном ряду с терминами «мотивы»,
«коллективные представления», «категории воображения», «примордиальные
мысли», а также другими терминами, используемыми учѐными-антропологами
(Л. Брюль, М. Мосс, А. Бастиан, А. Юбер). Культурные архетипы выявляются в
процессе изучения влияния религиозного, политического, хозяйственного,
социокультурного ландшафта и других факторов на их формирование. Понятия
«культурный архетип» и «этнокультурный архетип» в данном исследовании мы
понимаем как тождественные.
Сегодня под архетипом преимущественно понимают фундаментальные
компоненты культуры, образующие константы духовности. Само по себе
коллективное бессознательное является лишь хранилищем неких пра-образов, не
образующих никакого текста. Они прорываются в сознании человека в виде
мифологических и сказочных образов, интуитивных озарений, неврозов,
творческого порыва и т.д. Стереотипы, правила поведения, неосознаваемые
механизмы регулирования жизни человека формируются через приобщение к
коллективному бессознательному.
Объективация архетипов в мифах и сказках, в религии выводит их на
социокультурный уровень. Для коллективного бессознательного башкир
характерно доминирование архетипов Героя и мудреца, что находит своѐ
выражение в культуре. Архетип Героя тесно связан с архетипом родной земли,
лежащим в основе образа Родины. Именно родную землю Урал-батыр, жертвуя
личным бессмертием, окропляет живой водой и благословляет на вечное
процветание.
Космос рождается из Хаоса, а затем Хаос вновь поглотит Космос – так
завершается вечный цикл возникновения и конца мира. Коллективные усилия
людей в ритуале направлены на то, чтобы природные циклы не нарушались, а
харизматические герои фольклора – батыры – бросают вызов силам Зла, спасая
мир от полного разрушения. Выявленные архетипы «мировоззренчески
нагружены», имеют ценностный характер. Приоритетные архетипы башкирского
мировоззрения в основном связаны с этноцентрумом, что вполне объяснимо.
Архаический этнос органически связан с вмещающим ландшафтом, поэтому
логично, что в мировоззрении башкирского этноса реализуются архетипы,
25
связанные с культурным освоением пространства, с борьбой искусственного и
естественного, хаоса и порядка, сил добра и зла.
Источником этнокультурных архетипов этноса являются такие творения
фольклора, как миф, эпос, сказка, песня, предания и легенды. Устное народное
творчество у башкир сохранилось во всѐм богатстве и разнообразии, что даѐт
богатый материал для философского осмысления фольклорного сознания этого
этноса. Дальнейшее исследование архетипов башкирского мировоззрения будет
способствовать дальнейшему осмыслению духовных ценностей народа,
формированию более полной картины его духовной культуры.
В параграфе 2.4. «Религиозные источники мировоззрения этноса»
исследуется историческая эволюция религиозных воззрений башкирского этноса.
Исследование мировоззрения этноса как чрезвычайно многогранного явления
было бы неполным без обращения к анализу религиозных воззрений его
представителей.
В структуре мировоззрения башкир религиозный компонент играет важную
роль. Развитие религиозного мировоззрения у башкир прошло этапы языческих
верований и принятия мировой религии – ислама. Комплекс доисламских
верований башкир носил синкретический характер и имел схожие черты с
языческими верованиями восточно-иранских, тюркских и угро-финских народов
Евразии. Как во всяком традиционном обществе, религиозные архетипы, мифы,
образы, символы функционировали в башкирском обществе и в
рефлексированной, и в нерефлексированной форме. Мы выделили комплексы
религиозных воззрений, относящиеся к тенгрианству, зороастризму, восточноиранским и финно-угорским культам, исламу и такому его течению, как суфизм.
Каждый из них оставил свой неповторимый след в культуре башкир, обогатив еѐ
плодами религиозных и мировоззренческих поисков.
Древнейшими пластами башкирского мировоззрения являются анимизм и
тотемизм, связанные с верой в одушевлѐнность природы и всеобщую связь,
существующую между объектами мира. В башкирской культуре благополучие
человека не мыслится без гармонии с природой. С верой в родство человека и
природных объектов, как живых, так и неживых, связано экологическое сознание
башкир. Это указывает на то, что уже в доисламскую эпоху у башкир имелась
детально разработанная картина мира, которая отвечала социокультурным
запросам этноса.
Консолидирующим для башкирского этноса фактором явилось принятие
ислама (XIII–XIV вв.). Племенные культы, о которых в X в. писал арабский
путешественник Ибн-Фадлан, не способствовали религиозно-духовной
интеграции башкирских племен. Принятие башкирским этносом ислама
свидетельствовало о стремлении к принципам духовно-практического освоения
мира, характерным для развитого религиозного сознания.
При этом башкирам был чужд мусульманский фанатизм, слепое следование
канонам шариата в ущерб старинным обычаям. Ислам привнѐс в социальную
жизнь башкир нормы шариата, которые всѐ же окончательно не вытеснили
предписания обычного права. Нормы обычного права (адата) были
интегрированы в мусульманское законодательство, основанное на Коране
26
и хадисах. У таких последовательных приверженцев традиционных обычаев, как
башкиры корреляция шариата и адата способствовала более успешному
регулированию общественных отношений. В ходе взаимодействия ислама
и местных религиозных практик на основе синтеза традиционной этнической и
мусульманской культур сформировался своеобразный культурно-идеологический
комплекс, в котором доминировала идеология ислама. В этом синтезе важную
роль сыграл суфизм, который достаточно гибко относился к традиционным
воззрениям. Переосмысленные в мусульманском ключе архаические
представления легко находили отклик у этносов, сохраняющих в своей культуре
элементы языческих верований.
Система духовной жизни и философского созерцания суфиев оказалась
близкой «созерцательному интеллекту» (А. Корбен) башкир. Познавательные
традиции, нормы и идеалы суфийского ислама являются результатом их
культивирования и развития в науке, искусстве, правовом и моральном сознании
и т.д. В мировоззрении башкир это проявлялось в том, что практической
активности они предпочитали созерцательное любование родной природой,
наблюдение за повседневной жизнью, воспевание подвигов героев в эпических
сказаниях и преданиях. Напряжѐнная духовная жизнь башкир направлена как бы
внутрь, выражается через созерцательность и уклонение от активного
вмешательства в ход событий.
Башкиры включали в свой религиозный космос только те системы, которые
соответствовали их базовым мировоззренческим принципам. Принятие ислама
было обусловлено не столько миссионерской деятельностью, сколько
внутренними потребностями башкирского этноса, который осознал себя
политическим субъектом. Восприятие канонов ислама означало вступление
башкир в историю путѐм осознания своей миссии в мире, целей и задач
существования. Это выражается и в том, что циклическое время окончательно
переходит в линейное, перед народом появляется историческая перспектива, то
есть грядущее.
В третьей главе «Мировоззрение этноса и его созидательный потенциал
(на примере башкирского этноса)» исследуются социокультурные и
философские основания мировоззрения башкирского этноса. В качестве этих
оснований выступают идеи коллективизма, справедливости, свободолюбия
и патриотизма.
В параграфе 3.1. «Мировоззренческие идеи в башкирской культуре»
рассматриваются идеи коллективизма, патриотизма, свободы, справедливости,
которые относятся к социокультурным и философским основаниям мировоззрения
башкир как евразийского этноса. В мировоззрении башкир понимание
коллективизма связано с родом как социальным ядром. В башкирской культуре,
ценности которой складывались в рамках кочевого общества, коллективизм
приобретает форму родовой солидарности. Коллективистские устремления
детерминируют ценности свободы, справедливости, патриотизма башкирского
этноса. У башкир все остальные формы идентичности (религиозная, гендерная,
сословная) определяются коллективистской идентичностью.
27
Выражением примата коллективизма в форме родовой солидарности
в социальной жизни общества выступали йыйыны, народные съезды, на которые
собирались представители волостей, дорог или всей Башкирии. Башкирские
йыйыны как выражение коллективистского принципа формировали
надындивидуальные цели, организовывали народ для решения общих задач.
Идея справедливости также обусловлена коллективистским духом
башкирского мировоззрения и связана с деятельностью сэсэнов. Деятельность
института сэсэнов выражала агональный дух башкирской культуры, где высоко
ценилась победа в публичной борьбе, физической или словесной. Сэсэны в своих
выступлениях призывали к справедливости, взывали к славному прошлому
народа, вдохновляли сородичей на борьбу с врагами. Устойчивая традиция
словесного творчества в башкирской культуре является признаком
приверженности к высшим духовным идеям справедливости и свободы.
Идея героического в башкирском мировоззрении реализуется в образе
батыра. Статус батыра, в отличие от тархана или князя, был связан не с
благородным происхождением или материальным достатком, а только с его
храбростью и смелостью. История сохранила имена многих батыров,
прославившихся во время войн и восстаний – Алдар Исекеев, Таймас Шаимов,
Кусюм, Карасакал, Салават Юлаев и многие другие. Эти батыры в совокупности
с героями мифологического эпоса и преданий составляют мощный духовный
пласт, формирующий в конечном итоге мировоззренческие ценности этноса. В
башкирской культуре батыр выступает защитником Родины, покровителем
обездоленных, противником всякого зла, именно поэтому образ батыра является
одним из самых значимых символов башкирской культуры.
Любовь башкирского народа к родной природе – это такая особенность их
мировосприятия, которая активизирует, в свою очередь, сам дух справедливости
и патриотизма. Для башкира чувство патриотизма связано в первую очередь с
пространством Уральских гор (Уралом). Об Урале повествует множество
преданий, легенд, сказок, эпосов башкирского народа, которые составляют
сокровищницу его духовной культуры. Уральские горы – это не просто
«вмещающий ландшафт» или «месторазвитие» башкирского народа, это его дом,
его Космос. Возникнув как любовное отношение к локальным местам обитания,
любовь к природе впоследствии распространилась на весь Урал и окрестные
земли, а затем на всю Россию. Как и другие народы России, башкиры являются
аборигенами Евразии, которые освоили этот континент в ходе многовекового сожительства в тесном контакте друг с другом. Располагаясь в самом сердце
Евразии, Башкортостан как бы скрепляет духовное единство еѐ народов, в
основаниях культур которых лежат универсальные символы, выражающие их
неразрывную связь с родной землей.
В башкирской культуре ценность свободы тесно увязывается с идеей любви
к Родине, с чувством патриотизма и имеет самодовлеющее значение. В целом
свобода в башкирской культуре и в дальнейшем еѐ развитии осмысливается как
условие сохранения целостности народа. Башкирскому народу на протяжении
многих столетий приходилось обороняться от разных враждебных сил,
покушавшихся на его свободу, на Отчизну, на само его существование. В силу
28
особенностей истории башкирского народа в его культуре сформировалось
понимание феномена свободы как высшей ценности, ради которой человек
должен быть внутренне готов бороться до конца.
Таким образом, идеи коллективизма, патриотизма, свободы, справедливости
можно отнести к социокультурным и философским основаниям мировоззрения
башкир как евразийского этноса. В этом плане любовь к отчему краю, готовность
отдать жизнь за свободу своего народа выражают изначальные коллективные
формы организации башкирского этноса. Социокультурные основания и
смысловые ориентиры данного этноса, в свою очередь, связаны с усвоением
жизненно важных ценностей: открытости души, стремления поэтизировать мир,
жить не только для себя, но и для других. Указанные основания и смысловые
ориентиры, мировоззренческие идеи, как было показано, реализуются в
конкретных социальных институтах. Институт йыйынов стал в мировоззрении
башкир реализацией духа коллективизма, выражением демократических
ценностей горизонтальной структуры общества. Институт батыров является
наиболее яркой объективацией героической культуры, высшим проявлением
которой выступает стремление к свободе, мужество, доблесть и честь. Институт
сэсэнов был призван соблюдать справедливость во взаимоотношениях между
людьми. Оружием сэсэнов было слово, которым они останавливали споры,
улаживали конфликты, воспевали героев, давали мудрые советы людям. Наличие
этих институтов, сама их культурная и мировоззренческая обоснованность
выступает уникальным явлением башкирского этноса.
В параграфе 3.2. «Аксиологическое (этическое) измерение фольклора
башкирского этноса» рассматриваются мировоззренческие основания устного
народного творчества башкир. В фольклорных произведениях отражается весь
спектр духовной культуры, особенности менталитета, исторических судеб народа.
Социокультурные основания башкирского фольклора обнаруживаются в
афористических и иррационалистических формах философии. Фольклорные
тексты содержат общезначимый для этнического сообщества набор информации,
обеспечивающей эффективную коммуникацию внутри него. В фольклоре
отражались мировоззренческие представления, способствующие выживанию
человека и общества, гармонии социального и природного миров. Позитивная
направленность фольклора на сохранение гармонии коллективного бытия,
выражение его духовно-нравственных ценностей составляет причину его широкой
распространѐнности и востребованности.
Для рассмотрения мировоззренческих идей и этических ценностей
башкирского фольклора мы обратимся к сказке как более «приземлѐнному»,
повседневному виду фольклора. Сказка принадлежит к фольклорному сознанию,
отражающему действительность посредством художественно осмысленных
архетипических образов. В народной сказке обнаруживается трансформация
содержания нравственных ценностей. Думается, что сказка отражает
взаимоотношения людей особым способом, который обусловлен особенностями
первобытного мышления, сказочной логики и фольклорного сознания в целом. В
процессе своего развития сказка вбирала в себя и отражала в соответствии со
своими закономерностями новые явления в системе духовной культуры. При
29
отсутствии художественной литературы она наряду с другими жанрами
архаического фольклора удовлетворяла духовные запросы людей традиционного
общества.
Хотя мораль как универсальный способ регулирования поведения людей
абстрагируется от этнической специфики, она, тем не менее, отражает специфику
реализации своих норм в разных обществах. В башкирской народной сказке
нашло отражение представление о том, что мудрость предполагает в человеке
высокую нравственность, а стремление к мудрости – это стремление к
нравственному совершенствованию. Отражение такого взгляда на природу
мудрости обнаруживается в древнегреческой философии (Сократ), а позднее в
трудах философов Востока Ибн-Рошда, Аль-Фараби, Бируни, Юсуфа Баласагуни
и др. Умный человек стремится к получению знаний, даже тех, которые с точки
зрения обыденного сознания не имеют сиюминутной прикладной ценности. Но
жизнь показывает, каждая толика знания ждѐт своего часа, когда человек с
радостью обнаруживает, что его усилия были ненапрасными. Сказки типа
«Старая мать», «Мудрый старик и глупый царь», «Сундук мудрости», сюжет
которых широко распространѐн у многих народов мира, исторически отражают
переходный период от родового общества к классовому, являют собой пример
сострадания и сопереживания, понимания того, что без советов стариков,
мудрость которых является результатом нравственного и жизненного опыта,
невозможно решить многие сложные проблемы. Главный дидактический вывод
сказки – «старый человек – хранилище мудрости, а мудрость – дороже золота».
Часто героем башкирской сказки является человек простого происхождения,
который поднимается на высшую социальную ступень благодаря своим личным
качествам – уму, физической силе, упорству, целеустремлѐнности. Сказочные
герои, в отличие от мифических, уже не полубоги-демиурги, а обыкновенные
люди. Происхождение героя имеет чаще всего социальные формы (царевич и
бедняцкий сын). В качестве героя в сказке часто выдвигается обездоленный
представитель социума, в подобных сюжетах о гонимых и униженных важно то,
что даже такой человек может подняться на высокую социальную ступень, что он
имеет такое же право на счастье, как и остальные. Таким образом, в башкирской
сказке поднимается проблема достоинства человека, независимо от его
социального происхождения, положения в семье. В башкирской сказке герой не
конкретная личность с еѐ неповторимым духовным миром, а некий персонаж, в
котором воплотились качества многих. Данная черта детерминируется
коллективной сущностью художественного осмысления мира фольклором,
отличительным признаком которого является типизация, абстрагирование от
индивидуальных признаков персонажей.
Древние нравственные ценности поддерживают нравственные ориентиры
поведения, позволяющие человеку быть частью социума. Сказка является
продуктом коллективного творчества, что определяет еѐ направленность на
важное и ценное не столько для отдельной личности, сколько для семьи
и общества в целом, поэтому на первый план выдвигаются проблемы
взаимопомощи, дружбы, единства, верности, щедрости, умение подчинять
30
личное общему и т.д. Соответственно, сказка порицает эгоизм и индивидуализм,
направленные против коллективистских интересов.
Герой сказки демонстрирует в своих действиях такие нравственные
качества, как уважение к старшим, трудолюбие, бескорыстие, верность долгу,
храбрость, честность. Средствами художественного осмысления событий сказка
характеризует мировоззренческие основания и этические ценности, связанные с
поэтизацией чувства справедливости, что позволяет башкирскому этносу полнее
выразить себя в стремлении к независимости, любви к родной природе. В
процессе исторического развития этноса сказка, так же как и другие
произведения фольклора, складывалась, бытовала и менялась в соответствии с
мировоззренческими установками этноса, выражая его уникальное мировидение.
Таким образом, мировоззренческие основания и этические ценности
фольклора башкир наиболее рельефно обнаруживают себя в сказке, которая
представляет собой уникальный способ познания действительности в рамках
фольклорного и мифологического сознания. Сказка как один из самых
распространѐнных видов фольклорного искусства слова является своеобразным
способом познания мира в единстве природного и социального начал. В сказке
выражается антропологическая потребность башкирского этноса в социальнодуховном развитии. Сказка как более «приземлѐнный», повседневный вид
фольклора отражает жизненный мир этноса, в отличие, например, от эпоса,
который носит сакральный характер и исполняется по особым случаям.
Сказка для башкир имеет важное общественное и этническое значение, еѐ
главной целью выступает нравственное наставление и передача жизненного
опыта подрастающему поколению. Отражая жизненный мир людей, сказка
выражает ценности повседневного мира людей: семейное счастье, материальное
благополучие, стремление жить в согласии с культурными традициями. Если
эпический герой спасает весь Космос, то сказочный герой спасает нечто
конкретное (царевну, членов семьи, свою деревню или город). В то же время
сказочные герои демонстрируют верность ценностям коллективизма, просто
акцент переносится с вселенского масштаба эпоса на земной, природный и
культурный ландшафты.
В параграфе 3.3. «Духовно-практические принципы освоения мира
башкирским этносом: социально-философский анализ» мировоззрение этноса
рассматривается как форма духовно-практического освоения действительности.
Культура любого народа представляет собой результат реализации жизненных
смыслов, мотивирующих поведение человека, обусловливающих его
мировоззренческие установки. Эти мировоззренческие установки нацелены на
духовное освоение людьми своего бытия.
Главным духовно-практическим принципом освоения мира башкирским
этносом выступает особый этический принцип. Башкирский этнос в процессе
духовно-практического освоения мира сближает этику с природой. В таком
подходе можно выделить определѐнное отношение человека к природе: любовь к
природе, возделывание природы. Данные отношения могут быть мнимыми и
магическими, реальными и производственными. В этом плане одним из духовнопрактических принципов освоения мира башкирским этносом выступает сама
31
культура, то есть «возделывание» взаимоотношений человека и природной
среды. Культурный человек бережно относится к природе, которая может быть
как благоприятной, так и неблагоприятной к нему, в процессе производственной
и общественно-исторической деятельности человека происходит духовное
освоение действительности.
Основными принципами освоения социокультурного бытия башкирским
народом являются художественное и духовно-практическое освоение
мироздания. В этом плане башкиры постигают собственное бытие в мире
культуры посредством совокупности связанных между собой образов и
рационально организованной системы духовно-практических принципов.
Мировоззрение отражает потребности и цели деятельности человека в духовном
аспекте. Оно выражает жизненные цели, надежды и мечты человека, даѐт ключ к
их реализации. Духовно-практическое освоение мира дополняет и компенсирует
его практическое освоение в соответствии с потребностями и интересами
общества.
Мировоззрение башкирского этноса отражает его самобытную культуру,
способы освоения им пространства и времени, осмысления ценностных основ
своего существования в мире. Кочевой образ жизни способствовал
формированию таких черт менталитета кочевников, как толерантность,
эмоциональность и образность мышления, экологизм. Патриотизм и
самозабвенная любовь башкир к Уральским горам, рекам и долинам отчего края
объясняется именно этими чертами народного характера. Башкир ощущает
нравственную ответственность перед миром в своих поступках для сохранения
гармонии бытия своего народа. Духовное освоение мира – это его познание,
оценка, наделение какими-то значимыми свойствами (в мифе, религии),
эмоциональное переживание (страх, наслаждение). Время и пространство этноса
неоднородно, они делятся на сакральные и профанные части. Духовнопрактическое освоение мира представляет собой введение этих соответствующим
образом маркированных частей мира в структуру общественных отношений и
человеческой деятельности.
Выражением этического и эстетического принципов освоения мира
необходимо считать соревновательный (агональный) дух, присущий башкирской
культуре. Целью агонального духа являлось выявление в человеке лучших
нравственно-эстетических качеств. Состязания разного рода формировали
идеалы мудреца, мужчины, воина (героя), что способствовало нравственному и
физическому
воспитанию
подрастающего
поколения.
Приоритет
коллективистских ценностей, как мы уже отмечали, является одной из главных
идей мировоззрения башкир. Эстетический принцип освоения мира связан с
пониманием красоты как экзистенциального переживания его субъектом –
человеком. В процессе духовно-практического освоения мира происходит синтез
этического и эстетического, добра и красоты. Истина как элемент трилистника
(истина, добро и красота) выражается в мудрости, носителем которой выступает
сэсэн или аксакал. Духовно-практическое освоение башкирами своего бытия в
мире предполагает соблюдение этических принципов, предусматривающих
неукоснительное выполнение нравственных требований коллектива (этноса). В
32
этих требованиях постулируются мировоззренческие ценности башкирского
социума.
Духовно-практические принципы освоения мира башкирами определяются
ценностными основаниями бытия человека, в которых происходит синтез его
потребностей, интересов, мотивов и принципов познавательной и духовнопрактической деятельности. На этом единстве уже вырастают экологические,
морально-нравственные, эстетические принципы освоения мира. Принципы
духовно-практического освоения бытия в башкирском мировоззрении выступают
в своѐм синтетическом единстве. Ценности истины, добра и красоты отражаются
в искусстве певцов и сказителей-сэсэнов, в экологическом и моральном духе,
патриотизме батыров, в демократизме всебашкирских собраний – йыйынов. При
этом сами моральные нормы зачастую выступают не только как запреты, но и как
императивы активной жизненной позиции и поведения.
В заключении подводятся итоги проведенного исследования, излагаются
основные выводы, подчеркивается теоретическая и практическая значимость
работы, намечаются перспективы дальнейшего исследования.
Основные положения диссертационного исследования получили свое
отражение в следующих публикациях общим объемом более 44 п.л.:
Статьи в рецензируемых журналах, рекомендованных ВАК
Минобрнауки России для публикации результатов диссертационных
исследований на соискание ученой степени доктора наук:
1. Традиционная модель мира у башкир // Вестник Башкирского университета.
– 2004. – № 3. – С. 139–142.
2. Истоки башкирского мировоззрения: этноантропологический аспект //
Вестник Башкирского университета. – 2004. – № 4. – С. 96–98.
3. Духовно-нравственные ценности башкирской сказки как феномена народной
культуры (в соавторстве) // Социально-гуманитарные знания. – 2007. – № 9.
– С. 57–67.
4. Мировоззрение как предмет философско-антропологического исследования
// Социально-гуманитарные знания. – 2007. – № 9. – С. 142–151.
5. Образы Пространства и Времени в традиционном мировоззрении башкир //
Социально-гуманитарные знания. – 2007. – № 12. – С. 241–250.
6. Об архетипах мифологического мировоззрения башкир // Социальногуманитарные знания. – 2008. – № 9. – С. 195–204.
7. Мировоззрение как интегральное образование: Сущность и структура //
Вестник Башкирского университета. – 2010. – № 1 (Т. 15). – С. 164–167.
8. Метафизические смыслы и закономерности социального, душевного и
духовного общения древних башкир // Вестник Челябинского
госуниверситета. – 2015. – № 9 (364). – С. 36–39.
9. Башкирское просвещение в контексте общественной мысли Башкортостана
// Теория и практика общественного развития. – 2015. – № 19. – С. 187–189.
10. Метафизический смысл духовного общения башкир: история и
современность // Гуманитарные и социальные науки. – 2015. – № 6. – С. 28–
35.
33
11. Правовые идеи в башкирской культуре: мировоззренческий аспект // Теория и
практика общественного развития. – 2015. – № 20. – С. 249–250.
12. Мировоззрение как социокультурный феномен // Теория и практика
общественного развития. – 2015. – № 21. – С. 209–211.
13. Диалог культур как антропологическая потребность: мировоззренческий
аспект // Научное обозрение. Сер. 2: Гуманитарные науки. – 2015. – № 4. – С.
142–146.
14. Этноэкологическое измерение традиционных праздников (в соавторстве) //
Социально-гуманитарные знания. – 2015. – № 10. – С. 6–15.
15. Экологический дух башкирского мировоззрения // Евразийский
юридический журнал. – 2016. – № 10 (101). – С. 370–371.
16. Ислам и мировоззрение башкирского этноса // Исторические, философские,
политические и юридические науки, культурология и искусствоведение.
Вопросы теории и практики. – Тамбов: Грамота, 2017. – № 12. – Ч. 1. – С.
87–89.
Монография
17. Нравственный выбор в башкирской сказке (философско-мировоззренческий
анализ). – Уфа: РИО БашГУ, 2002. – 137 с.
Другие публикации
18. Дух состязательности в народной сказке // Евразийство: историкокультурное наследие и перспективы развития: материалы международной
научной конференции. – Уфа: Восточный университет, 2000. – С. 165–166.
19. Нравственные ценности башкирской сказки // Бельские просторы. – 2001. –
№ 1. – С. 116–123.
20. Архетип женщины-матери в народной сказке // Мать и дитя у народов
Башкортостана:
материалы
межрегиональной
научно-практической
конференции. – Уфа: Китап, 2001. – С. 255–259.
21. Мировоззрение
древних
тюрков
как
предмет
философскоантропологического исследования // От общего тюркского прошлого к
общему тюркскому будущему: материалы международной научной
конференции. – Баку: Сада, 2004. – С. 220–224.
22. Миф как форма сознания: история и современность // Эпос «Урал-батыр» и
мифология: материалы всероссийской научной конференции. – Уфа: Гилем,
2003. – С. 103–105.
23. Традиционные символы греческой этнокультуры по трактату Порфирия «О
пещере нимф» // Культурное наследие России: Универсум религиозной
философии (К 110-летию со дня рождения А.Ф. Лосева): материалы
всероссийской научной конференции. – Уфа: РИО БашГУ, 2004. – С. 196–
199.
24. Архетипические образы башкирской народной сказки // Башкирский
фольклор: исследования и материалы. Вып. V. – Уфа: Гилем, 2004. – С. 119–
125.
34
25. Человек в народной сказке // Антропологические конфигурации
современной философии: материалы научной конференции (3–4 декабря
2004 г.). – М.: Современные тетради, 2004. – С. 86–87.
26. Мировоззрение этноса как философская проблема // Философия и будущее
цивилизации: тезисы докладов и выступлений IV Российского философского
конгресса (Москва, 24–25 мая 2005 г.). Т. 3. – М.: Современные тетради,
2005. – С. 48.
27. Архаическое мировоззрение башкирского народа // София: Альманах. Вып.:
А.Ф. Лосев: ойкумена мысли. – Уфа: Здравоохранение Башкортостана, 2005.
– С. 349–356.
28. О евразийских основаниях мировоззрения башкирского народа //
Евразийство и национальная идея: материалы межрегиональной научной
конференции. – Уфа: Аэрокосмос и ноосфера, 2006. – С. 106–108.
29. Ценностный аспект образов Пространства и Времени в башкирской культуре
// Восток в исторических судьбах народов России: материалы V
Всероссийского съезда востоковедов (26–27 сентября 2006 г.). Кн. 3. – Уфа:
Вили Окслер, 2006. – С. 57–59.
30. Этноантропологические корни мировоззрения башкирского народа
в контексте диалога культур // Некоторые актуальные проблемы
современной антропологии. – СПб.: Изд-во МАЭ РАН, 2006. – С. 154–160.
31. Сказка как выразитель мировоззренчески-нравственных ценностей народа //
Урал-Алтай через века в будущее: материалы III Всероссийской
тюркологической конференции, посвященной 110-летию со дня рождения
Н.К. Дмитриева. – Уфа, 2008. – С. 100–104.
32. Дидактическая роль народной сказки // Духовное воспитание: опыт и
проблемы: сборник научных статей. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2008. – С. 71–82.
33. Метафизические смыслы мировоззренческого общения // Актуальные
проблемы коммуникации: теория и практика: материалы Всероссийской
научно-практической
конференции,
посвященной
100-летию
Башгосуниверситета (г. Уфа, 23 апреля 2009 г.). – Уфа: РИЦ БашГУ, 2009. –
С. 169–171.
34. О ценностном аспекте взаимодействия культур // Проблемы
социокультурного бытия и идея диалога: глобальное, национальное,
духовное измерения. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2009. – С. 8–12.
35. Об основных формах мировоззренческого отражения мира // Философское
наследие и современность. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2009. – С. 90–95.
36. Антропологическая концепция этноса // Наука. Философия. Общество:
материалы V Российского философского конгресса. Т. II. – Новосибирск:
Параллель, 2009. – C. 520.
37. Сказка в системе духовной культуры этноса // Философия в современном
мире: диалог мировоззрений: материалы VI Российского философского
конгресса (Нижний Новгород, 27–30 июня 2012 г.): в 3 т. Т. II. –
Н. Новгород:
Изд-во
Нижегородского
госуниверситета
имени
Н.И. Лобачевского, 2012. – С. 373–374.
35
38. Historical background of Euroasia bashkurts formation // Turkic world NGO
summit (Eskişehir / 11–13 Mayıs / May / мая 2014): сборник материалов
конференции «Саммит Гражданского общества тюркского мира»
(Эскишэхэр, Турция 11–13 мая 2014 г.). – Анкара, 2014. – С. 315–316.
39. Взаимодействие культур как диалог равноправных субъектов // Культура как
вдохновитель устойчивого развития: материалы научной конференции с
международным участием. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2014. – С. 104–108.
40. Роль представлений о душе в традиционной медицине башкир //
Медицинская антропология, проблемы, методы, исследовательское поле:
сборник статей / отв. ред. В.И. Харитонова; Ин-т этнологии и антропологии
РАН им. Н.Н. Миклухо-Маклая; Ассоциация медицинских антропологов. –
М.: Публисити, 2015. – С. 194–202.
41. Взаимодействие культур в процессе социодухогенезиса этноса // Философия.
Толерантность. Глобализация. Восток и Запад – диалог мировоззрений:
тезисы докладов VII Российского философского конгресса (г. Уфа, 6–10
октября 2015 г.): в 3 т. T. I. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2015. – С. 212.
42. Антропологические основания диалога культур // Человек. Культура.
Общество: материалы научно-практического семинара, посвященного 30летию со дня основания кафедры этики, культурологии и связей
с общественностью факультета философии и социологии БашГУ (Уфа, 29
апреля 2016 г.). – Уфа: РИЦ БашГУ, 2016. – С. 138–141.
43. Диалог культур как антропологическая потребность народов Евразии //
Перекресток культур: межкультурный диалог и сотрудничество на
евразийском пространстве. Евразийский гуманитарный форум: материалы
международной научно-практической конференции (Уфа, 28 мая 2016 г.). –
Уфа: Скиф, 2017. – С. 215–217.
44. Этнос и пространство // XII Конгресс антропологов и этнологов России:
сборник материалов (Ижевск, 3–6 июля 2017 г.) / отв. ред. А.Е. Загребин,
М.Ю. Мартынова. – М.; Ижевск: ИЭА РАН, УИИЯЛ УрО РАН, 2017. – С.
398–399.
36
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
2
Размер файла
452 Кб
Теги
анализа, явления, социокультурное, мировоззрение, этнос, философские
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа