close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Современный текст средств массовой коммуникации в аспекте аксиологии журналистики

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
Милославская Зоя Александровна
СОВРЕМЕННЫЙ ТЕКСТ СРЕДСТВ МАССОВОЙ
КОММУНИКАЦИИ В АСПЕКТЕ АКСИОЛОГИИ
ЖУРНАЛИСТИКИ
специальность 10.01.10 – журналистика
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание
учёной степени кандидата филологических наук
Москва – 2018
2
Работа выполнена в ФГБОУ ВО
«Московский педагогический государственный университет»
в Институте филологии на кафедре русской литературы
НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ – доктор филологических наук, доцент
Солдаткина Янина Викторовна
ОФИЦИАЛЬНЫЕ ОППОНЕНТЫ:
Волкова Ирина Ивановна, доктор филологических наук, доцент, ФГАОУ ВО
«Российский университет дружбы народов» (г. Москва), филологический
факультет, кафедра массовых коммуникаций, доцент кафедры
Баранова Екатерина Андреевна, кандидат филологических наук, ФГБОУ ВО
«Российский государственный социальный университет» (г. Москва),
факультет коммуникативного менеджмента, кафедра журналистики, доцент
кафедры
ВЕДУЩАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ – ФГБОУ ВО «Воронежский государственный
университет»
Защита состоится 18 июня 2018 г. в 12:00 часов на заседании
диссертационного совета Д 212.154.15 на базе ФГБОУ ВО «Московский
педагогический государственный университет» по адресу: 119991, г. Москва, ул.
Малая Пироговская, д. 1, стр. 1, ауд. 304.
С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВО
«Московский педагогический государственный университет» по адресу: 119991,
г. Москва, ул. Малая Пироговская, д. 1, стр. 1 и на официальном сайте
университета по адресу http://www.mpgu.su
Автореферат диссертации разослан «___»______________ 2018 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
Шаряфетдинов Рамиль Хайдярович
3
I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Проблема трансформации средств массовой коммуникации (СМК) под
влиянием технологической революции и процессов конвергенции находится в
фокусе пристального внимания целого спектра современных наук в силу того,
что медиа из инструмента информирования общества превращаются в
глобальное коммуникационное пространство: социальное, экономическое,
политическое, культурное, научное, образовательное. СМК, включающие
классические СМИ, новые медиа, социальные сети и мессенджеры,
представляют собой общедоступную площадку, объединяющую основные
информационно-коммуникационные
потоки,
деловую,
творческую и
пользовательскую
активность.
Это
пространство
является
полем
креолизованного текста, появившегося как продукт медиаконвергенции –
процесса слияния разножанровых, разноформатных медиаматериалов на
площадке сети Интернет1 – и рассматриваемого как единый информационнокоммуникационный организм. Результатом синтеза текстов разного типа (в
широком, семиотическом смысле) стало формирование глобальной категории
«медиатекст», или «текст СМК», понимаемой современными исследователями
как совокупность всех видов контента, представленного в медиа. С точки зрения
современных исследователей2 термин «СМК» представляет результат слияния
средств массовой информации и социальных сетей, что дает право использовать
его как синоним определения «конвергентные медиа», обозначающего
аналогичное явление. Синонимичность терминов «СМК» и «конвергентные
медиа» приводит к тому, что термины, закрепленные за обозначением контента
и конечного продукта этих двух явлений, – «текст СМК» и «медиатекст» – в
научной литературе также синонимичны и взаимозаменяемы. Таким образом,
отдельные вербальные, невербальные и мультимедийные произведения разного
назначения получают общее определение «медиатекст» (или «текст СМК»).
Интернет является универсальной технологической базой для
сближающихся разноформатных, разножанровых, профессиональных и
любительских медиатекстов. Он – единая точка доступа к медиапродукту любого
типа:
- журналистскому: оцифрованные печатные материалы; собственно
сетевые тексты (мы исходим из классического определения: веб-текст – это
текстовая информация, опубликованная в сети3); воспроизводимые в интернете
телевизионные и радийные произведения;
- PR- и рекламному;
Копылов, О.В. Профессионализм журналиста в условиях медиаконвергенции: трансформация, эволюция,
апгрейд? / О.В. Копылов // Вестник Томского государственного университета. Филология. – 2012. – №3(19). – С.
122-130. – С.124.
2
Шилина, М.Г. Медиакоммуникация: тенденции трансформации. Новые парадигмы исследований массовых
коммуникаций / М.Г. Шилина // Медиаскоп. – 2009. – № 3. – Режим доступа: http://www.mediascope.ru/node/404
(дата обращения 09.01.18).
3
Грузова, А.А. Организация текстов в веб-среде для повышения эффективности информационного
обслуживания пользователей / А.А. Грузова // Вестник СПбГУКИ. – 2011. – Сентябрь. – С.59-62. – С.59.
1
4
- вербальным и невербальным текстам культуры (мы включаем
художественный текст в категорию медиатекста, так как он доступен в СМК,
однако в рамках данной работы не рассматриваем его как материал
исследования);
- к контенту соцсетей, который представлен в медиа и относится к
категории медиатекста. Соответственно, исследование медиатекстов,
находящихся в сети (то есть медиатекста интернета), способно показать
текущее состояние огромного информационно-коммуникационного организма
СМК, демонстрирующего с одной стороны новые возможности – оперативное
информирование, мгновенную коммуникацию, равный простой доступ к
информации; с другой стороны – новые опасности: кризисные изменения
медиаполя в целом и журналистской профессии в частности. Отметим, по
крайней мере, три серьезных вызова: технологизацию медиапроцессов,
вытесняющую человеческий труд; формирование в сети феномена
«коллективного авторства» (доступность медиаполя для любого пользователя);
коммерциализацию, тесно связанную с погоней за рейтингом и, соответственно,
с примитивизацией медиапродукта. Динамично развивающееся «коллективное
авторство» особенно влияет на медиапространство и журналистику: во-первых,
способствуя повышению травматичности медиатекста интернета (рост агрессии
и количества недостоверной информации; обилие рекламного и PR-контента;
опасные для пользователя СМК ситуации) и снижая доверие к нему; а во-вторых,
лишая СМИ монополии на производство информации, что вынуждает
журналиста менять классические форматы работы на новые4. Единым подходом
для параллельного исследования этих взаимосвязанных проблем, на наш взгляд,
может стать аксиологический, постулирующий приоритет нравственных
ценностей (этических идеалов) над деструктивными тенденциями.
(Исследователи признают, что каждая культура формирует свои ценности: в
русскоязычном пространстве сегодня, например, ценны: любовь, дружба,
здоровье, свобода, вера, творчество5. В то же время, фиксируется, что
«национальные» ценности не могут противопоставляться общечеловеческим –
нравственным и эстетическим нормам, признаваемым большинством,
независимо от расы, нации и культуры – любви, дружбе, добру, милосердию,
альтруизму6).
Актуальность исследования обусловлена необходимостью изучить с
аксиологической позиции кардинальные изменения в журналистике и в целом в
медиа на данном этапе их развития. Подход к формированию и изучению
медиапродукта с позиций теории ценностей имеет давние научные традиции: от
первых ценностных установок в журналистской практике (М.В. Ломоносов),
через разработку деонтологической проблематики (учение о долге журналиста
Журналистика и конвергенция: почему и как традиционные СМИ превращаются в мультимедийные / под ред.
Качкаевой А.Г. – М.: Аспект Пресс, 2010. – 200 с. – С.34-47.
5
Чиркова О.И. Способы изучения нравственных ценностей / О.И. Чиркова // Вестник ЮУрГУ. – 2012. – № 25. –
С. 140-141. – С. 141.
6
Комаров, А.С. Общечеловеческие ценности: опыт апологии / А.С. Комаров // Перспективы науки и образования.
– 2013. – №4. – С.21-29. – С.23-24.
4
5
предполагает не только соблюдение правил профессиональной этики,
основанных на «общепринятых в обществе этических принципах»7; его роль
включает «социальную ответственность» и требует действий в рамках
«нравственного сознания»8) – к современной междисциплинарной парадигме
изучения медиатекста, в которой аксиологический подход доказывает свою
востребованность. Обращение к аксиологическим научным категориям для
интерпретации и оценки качества текста, в том числе медиатекста, вызвано
расширением методологического спектра в современной гуманитаристике:
филологические подходы совмещаются, с одной стороны, с технологическими
способами анализа (например, с анкетированием), с другой – со взглядом с
позиции теории ценностей.
В рамках указанной междисциплинарной тенденции и формируется
аксиология журналистики. Почву для её появления как самостоятельной
дисциплины годами готовили исследователи различных направлений и, в первую
очередь, филологи (в МПГУ, например, разрабатывались концепции
«исторического сознания»9 профессора Л.А. Трубиной и идеала в литературном
и журналистском творчестве профессора В.А. Славиной). Соответственно,
аксиологическая традиция в отечественной науке и медиапрактике плодотворно
развивается. Однако именно сегодня у аксиологии журналистики появился шанс
стать методологией изучения медиапроблематики: современные исследователи
ставят вопрос о том, что методы анализа процессов резко изменившегося мира
пока не сформировались10, и аксиология журналистики вполне способна занять
место новой методологии.
Главной аксиологической задачей нам видится восстановление прерванной
отечественной традиции ориентации в медиа на базовые человеческие
ценности русскоязычной культуры. Если обратиться к истории СМИ
предыдущего глобального исторического этапа, то одной из отличительных черт
советских СМИ была установка на ценность качества, которое выражалось в
четком соответствии жанру, чистоте языка, большом исследовательском и
художественном потенциале. Существовала научно-популярная журналистика,
базировавшаяся на идее ценности знания. Качественной с ценностных позиций
была философская публицистика – жанр, в котором работали философы,
писатели и журналисты – отражавшая актуальные на тот момент
метафизические, этические, эстетические концепции (Е. М. Богат, Т. Н. Тэсс,
И.П. Руденко, Э. В. Ильенков, М. А. Лифшиц). Явным преимуществом СМИ
советского периода в целом было наличие огромного пласта интеллектуального
продукта: журналистика органично переплеталась с научной и художественной
литературой, образовывая читателя и участвуя в формировании его взглядов
Прохоров, Е.П. Введение в теорию журналистики / Е.П. Прохоров. – М.: Аспект Пресс, 2009. – 351 с. – С. 329330.
8
Лазутина, Г.В. Профессиональная этика журналиста / Г.В. Лазутина. – 3-е изд., перераб. и доп. – М.: Аспект
Пресс, 2013. – 224 с. – С. 130.
9
Трубина, Л.А. Историческое сознание в русской литературе первой трети ХХ века: типология, поэтика: автореф.
дис. … док. филол. наук: 10.01.01/ Трубина Людмила Александровна. – МПГУ. М., 1999 – 40 с. – С. 2.
10
Сидоров, В.А. Ценностное понимание мира в гуманитарном знании XXI в. / В.А. Сидоров // Вестник Томского
государственного университета. Филология. – 2016. – №5 (43). – С. 172-184. – С.175.
7
6
(например, «Новый мир» А.Т. Твардовского: А.И. Солженицын, Б.Л. Пастернак,
И.Г. Эренбург). Нам представляется принципиально важным возвращение
журналистики к ценностным ориентирам – но уже в контексте современного,
информационного, общества – и соответственно, отражение этого процесса в
исследованиях. Поворот к ценностному подходу сегодня очевиден:
исследования отражают интерес ряда медиа к тому, насколько внимательно
аудитория изучает материал и, соответственно, к его качеству, а также к
социальному эффекту11. По этой причине в фокусе нашего внимания находятся
новейшие медиатексты, принадлежащие, согласно официальной периодизации, к
пятому этапу становления постсоветской журналистики (с 2000 г.; Я.Н.
Засурский) и пятому этапу становления Рунета (с 2010 г.; Е.Л. Вартанова) 12.
Выбор именно 2014 г. в качестве точки отсчета связан с его ярко выраженной
переломной ролью для России в сферах: политэкономической, социальной,
культурной, медийной. 2014-й рассматривается как:
- старт экономико-политического кризиса и момент зарождения
российской «идеологии патриотизма»13;
- год «крымского кризиса», спровоцировавшего «конфликты внутри
больший и малых социальных групп» в России14;
- точка появления новой медийной риторики, связанной с
информационными войнами15; и т.д. Таким образом, 2014 г. воспринимается в
обществе как начало нового этапа в разных областях, которое неминуемо
отражается на состоянии медиаполя и требует аксиологической оценки.
Выбор медиатекстов, находящихся в сети (медиатекста интернета), в
качестве материала для исследования продиктован тем, что интернет содержит
совокупность всех типов медиатекста СМК, и соответственно, демонстрирует
ключевые тенденции глобального информационно-коммуникационного
пространства. Наш подход к тексту СМК как к гипертексту – неотграниченной
глобальной знаковой системе – соответствует актуальному современному
семиосферному подходу к медиатексту в филологии. Медиатекст в нашей работе
раскрывается как многогранный феномен: аксиологический (определение
отмирающих и формирующихся ценностей); медиаэкологический (поиск правил
взаимодействия с технологиями передачи информации); информационнокоммуникационный (изучение новых способов информирования и
коммуникации); филологический – лингвистический и культурный
(исследование текущего изменения языка медиа); семиотический (анализ
разнообразия сетевых материалов в рамках единого медиатекста); социальный
Что происходит с цифровыми медиа [Электронный ресурс] // Медиапроекты. – Режим доступа:
https://media.mail.ru/now/ (дата обращения 09.01.18).
12
Вартанова, Е.Л. Постсоветские трансформации российских СМИ и журналистики / Е.Л. Вартанова. – 2-е изд.,
испр. – М: МедиаМир, 2014. – 280 с. – С. 57-60, 80-82.
13
Ручкин, Б.А. Российское общество: патриотизм XXI века / Б.А. Ручкин // Знание. Понимание. Умение. – 2015.
– №1. – С.52-70. – С. 53.
14
Сибиряков, И.В. Российская интеллигенция и события в Крыму весной 2014 года: коллективные письма и
обращения / И.В. Сибиряков // Вестник Южно-Уральского государственного университета. – 2015. – № 2. – С.4851. – С.48.
15
Загидуллина, М.В. Информационное поле в России в 2014 году: о хрупкости «культурного слоя» / М.В.
Загидуллина // Медиасреда. – 2014. – № 9. – С.5-9. – С.6-9.
11
7
(осмысление перемен в медиапространстве в целом и трансформации
функционала журналиста в частности); психологический (фиксация
взаимоотношений причастных к медиатексту, и потенциальных опасностей,
создаваемых этим общением). Комплексный взгляд на явление отвечает
современным тенденциям в развитии гуманитаристики, а новый
аксиологический подход позволяет рассмотреть потенциал медиатекста –
особенно, журналистского – в области саморегулирования.
Степень изученности проблемы. Исследованию медиатекста с
ценностных позиций в мире посвящен целый ряд работ, изучающих: кризисные
трансформации медиаполя как результат медиаконвергенции; трансформацию
функционала и этических принципов журналиста в конвергентных медиа;
последствия интеграции пользователя в институт СМК. Аксиология
журналистики, появившаяся в точке пересечения журналистики и философии,
направление молодое. Родоначальником аксиологического подхода в
отечественной журналистике, вероятно, условно можно назвать М.В.
Ломоносова, вспомнив «Рассуждения об обязанностях журналистов при
изложении ими сочинений, предназначенных для поддержания свободы
философии». Рассматривая советский и постсоветский периоды, необходимо
отметить работы по деонологии журналистики Л.Г. Свитич («Нравственные
ценности как регулятор профессионального поведения журналиста»), Г.В.
Лазутиной («Профессиональная этика журналиста»), И.А. Панкеева
(«Журналистская деонтология: от суммы к системе»), ставшие прологом к
появлению аксиологии журналистики. В начале XXI в. на проблему ценностей в
контексте медиа обратила внимание Е.В. Поликарпова. Выделив ряд категорий
аксиологически вредной информации, исследователь описала последствия ее
потребления и поставила вопрос о потенциальной угрозе психике пользователя
СМК16. Другой основоположник дисциплины, В.А. Сидоров, отвечая на вопрос
о принципиальной возможности отражения зла в медиа, счел это допустимым,
но лишь в качестве инструмента для улучшения реальности, а не для повышения
рейтинга17. В.А. Сидоров же, как было упомянуто, актуализировал задачу поиска
современных действенных методов изучения информационного общества.
Подход к медиа с ценностных позиций прослеживается в работах: И.М.
Дзялошинского, М.И. Дзялошинской, а также группы исследователей МПГУ:
В.А. Славиной, Т.Н. Владимировой, И. А. Фатеевой, Н.В. Кодола, Т.В.
Василенко.
В немалой степени базой для аксиологии журналистики стали работы по
медиаэкологии, превратившейся сегодня в международное междисциплинарное
поле, в котором идет анализ процессов, происходящих в сети и мобильных
технологиях. Упомянем основоположников медиаэкологии М. Маклюэна
(«Понимание медиа: Внешние расширения человека») и Н. Постмана
Поликарпова, Е. Аксиологические функции масс-медиа в современном обществе [Электронный ресурс] //
Библиотека Гумер. – Режим доступа: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Gurn/Polikarp/04.php (дата обращения
09.01.18).
17
Сидоров, В.А., Ильченко, С.С., Нигматуллина, К.Р. Аксиология журналистики: Опыт становления новой дисциплины :
под. общ. ред. В.А. Сидорова. - СПб., 2009. – 174 с. – С. 92-94, 97.
16
8
(«Исчезновение детства»), а также других западный авторов, в работах которых
отражена идея экологии медиа и гармоничного сосуществования человека с
миром техники и технологий: Л. Мамфорда («Миф машины. Техника и развитие
человечества»), Ж. Эллюля («Техника», «Пропаганда», «Политическая
иллюзия»), Г. Инниса («Предвзятость в коммуникации»), Л. Стрейта («Изучение
медиа как медиа»).
Новизна исследования: с помощью аксиологического подхода нами
созданы концепции «троллетекста» и «экотекста». Выделим несколько аспектов.
Во-первых, сформулированы характеристики травмирующего медиатекста:
впервые комплексно описаны 8 типов травмирующих факторов медиатекста;
впервые выведена категория «троллетекста» – агрессивного, оскорбительного,
манипулятивного, психологически опасного типа сетевого медиатекста.
Во-вторых, дано определение «экологичному» – комфортному для
пользователя – медиатексту: впервые выведена категория аксиологически
состоятельного «экотекста» – конструктивного, уважительного, познавательного
медиатекста, представляющего собой открытый диалог, базирующийся на
эмпатии; определяющими для «экотекста» являются ценностные установки,
проявляющиеся в отношении автора к героям и теме высказывания и
порождающие соответствующие формы высказывания, непосредственным
образом связанные с содержанием.
В-третьих, сформулированы рекомендации по противодействию
травмирующим факторам и созданию «экологичного» медиатекста для
профессиональных журналистов и обычных пользователей.
Основная гипотеза исследования. Журналистский медиатекст является
потенциальным полем формирования процесса экологизации продукта СМК.
Поскольку современный журналист, в рамках новой системы разделения труда,
обусловленной медиаконвергенцией, занимается отбором и обработкой
информации (постепенно утрачивая исконную роль её производителя), он имеет
возможность влиять на качество и тональность интерпретируемого им
материала. Таким образом, в рамках журналистского медиатекста способны
актуализироваться аксиологические функции текста СМК: журналистское
произведение не только транслирует информацию, но может также создавать
потребность в гармонизации медиаполя и отвечать на этот запрос.
Объект исследования. Исходя из сформированной гипотезы, мы
выделяем в качестве объекта исследования новейшие медиатексты, содержащие
ярко выраженные аксиологически вредные или очевидные «экологичные»
элементы. Мы рассматриваем их как аксиологический, медиаэкологический,
информационно-коммуникационный,
филологический,
семиотический,
социальный и психологический феномен.
Предметом исследования являются кризисные трансформации –
технологические и аксиологические – в массиве медиатекста, приводящие к
формированию травмирующих факторов и создающие запрос на экологизацию
медиапространства.
9
Материалом исследования является массив материалов отечественных
СМК за период 2014-2017 гг., представленный медиатекстами Рунета, который,
согласно классификации сетевых медиа, объединяет: онлайновые версии
традиционных СМИ (печатных, электронных), собственно онлайновые издания,
частные сетевые журналы (соцсети)18. Критерий отбора – наличие в тексте ярко
выраженных аксиологически вредных или очевидных «экологичных» элементов
(элементов «троллетекста» и «экотекста»).
Цель исследования – определить набор характеристик журналистского
медиатекста (и, соответственно, навыков его автора), необходимых для
гармонизации медиапространства в условиях кризисных трансформаций
современных медиа.
Задачи исследования. Исходя из цели исследования, нами был поставлен
ряд задач:
1)
Изучить природу кризисных трансформаций современного медиатекста,
вызванных медиконвергенцией, с позиций аксиологического и
семиотического подходов.
2)
Проследить изменение сути журналистской профессии и функционала
журналиста в конвергентных медиа.
3)
Выделить категорию аксиологически опасного, травмирующего
пользователя медиатекста; вывести дифференциальные признаки
предположительно
существующего
типа
сетевого
медиатекста
«троллетекст».
4)
Исследовать запрос на категорию аксиологически состоятельного
медиатекста и выделить её; вывести дифференциальные признаки
предположительно существующего типа сетевого медиатекста «экотекст».
5)
Обозначить потенциал журналиста как гармонизатора медиапространства
и очертить спектр навыков и инструментов, необходимых для реализации
им своей новой компетенции.
Методологическая база. В нашей работе мы опирались на следующие
группы исследований и концепций:
1)
концепцию семиосферы Ю.М. Лотмана; концепцию ноосферы В.И.
Вернадского; концепцию диалога М.М. Бахтина; концепцию «смерти автора» Р.
Барта;
концепции
информационно-коммуникационного
универсума,
информационной экосистемы, открытого диалога И.М. Дзялошинского 19;
концепцию «исторического сознания» Л.А. Трубиной; концепцию идеала в
литературном и журналистском творчестве В.А. Славиной.
2)
филологические исследования в области текста, медиатекста и
журналистики (Ю.М. Лотман, И.Р. Гальперин, Г.Я. Солганик, Т.Г.
Добросклонская, Л.Г. Свитич, О.В. Красноярова, Г.С. Мельник, Н.В. Чичерина,
Алгави, Л.О. К вопросу о периодизации российской онлайн-журналистики / Л.О. Алгави // Вестник РУДН.
Литературоведение. Журналистика. – 2013. – № 3. – С.76-84. – С.81-84.
19
Дзялошинский, И.М. Медиапространство России: коммуникационные стратегии социальных институтов:
монография / И.М. Дзялошинский. – М.: Издательство АПК и ППРО, 2013. – 479 с.; Дзялошинский, И.М.,
Пильгун, М.А. Технология диалога в современном медиапространстве: анализ и перспективы / И.М.
Дзялошинский, М.А. Пильгун // Вопросы теории и практики журналистики. – 2014. – № 5. – С. 42-54.
18
10
В.В. Богуславская, Л.П. Шестеркина). Классические работы Ю.М. Лотмана, И.Р.
Гальперина, Г.Я. Солганика, а также современные исследования Т.Г.
Добросклонской, О.В. Краснояровой, Г.С. Мельник, Н.В. Чичериной, В.В.
Богуславской позволили нам проследить эволюцию понятия «текст». Работы
Т.Г. Добросклонской – автора термина «медиатекст» – стали отправной точкой
в исследовании современного состояния медиатекста и его типологии. Работы
Я.В. Солдаткиной послужили материалом для изучения взаимоотношений
медиатекста и его подвида, журналистского текста, с позиций семиотики.
3)
исследования в области коммуникативистики и PR (М. Маклюэн, М.
Кастельс, Н. Луман, Е.Л. Вартанова, А. П. Суходолов, А.П. Короченский, С.А.
Шомова, М.Г. Шилина). Работы М. Маклюэна, М. Кастельса, Н. Лумана были
использованы нами для изучения формирования конвергентных медиа,
образовавших медиатекст. Наблюдения М. Кастельса ценны еще и тем, что в них
очерчены вполне современные контуры новой информационно-технологической
парадигмы и содержатся размышления о начале формирования в медиа
«супертекста» и «метаязыка». Труды Е.Л. Вартановой постулируют идею
главенства сети как основной технологической базы СМК. Из научных статей А.
П. Суходолова20 мы взяли для дальнейшего изучения два впервые комплексно
описанных им явления – «PR-аддикция» и «PR-журналистика». Истоки
размышлений о начале сращивания журналистики и PR («пиарналистика») мы
нашли у А.П. Короченского в работах начала 2000 гг.. Концепция СМК как
сочетания СМИ и социальных сетей перенята у М.Г. Шилиной, из работ С.А.
Шомовой почерпнута идея социокультурной тенденции к анонимности в
политических коммуникациях XXI в.
Методология исследования базируется на двух основных подходах к
тексту СМК (медиатексту):
1)
в рамках аксиологического подхода мы исследуем основные виды
аксиологически опасной – идущей вразрез с ценностями жизни, физического,
психического и психологического здоровья человека – информации и выводим
способы противодействия ей;
2)
в рамках семиосферного подхода мы рассматриваем текст СМК как
семиотическое пространство гипертекста, что позволяет увидеть взаимосвязь
всех внутренних процессов.
Методы исследования. В данной работе мы использовали следующие
методы и приемы исследования: анализ, индукция, аналогия, синтез,
классификация. Из методов эмпирического исследования мы задействовали:
эксперимент и анкетирование. Также нами были применены описательный,
структурно-типологический, структурно-семиотический методы научного
познания и междисциплинарный исследовательский подход.
Теоретическая значимость исследования определяется тем, что в
работе:
Суходолов, А. П. «PR-аддикция» как новый вид поведенческой зависимости / А.П. Суходолов, А.М. Бычкова
// Вопросы теории и практики журналистики. – 2015. – Т. 4, № 4. – С. 321–334; Суходолов, А.П. PRжурналистика: право на существование / А.П. Суходолов, М.П. Рачков // Вопросы теории и практики
журналистики. – 2013. – Т.5, № 2. – С. 169-173. – С.170.
20
11
- впервые описаны категории аксиологически небезопасного медиатекста
«троллетекст», аксиологически состоятельного медиатекста «экотекст» и
введены соответствующие понятия;
- дана классификация факторов, травмирующих пользователя
современного медиатекста.
Практическая значимость исследования. Материалы исследования
могут быть использованы: а) в курсах бакалавриата по специальностям
«Журналистика», «Реклама и связи с общественностью», «Профессиональная
этика журналиста», посвященных вопросам журналистского мастерства,
аксиологии журналистики и медиаэкологии; б) в курсах переподготовки
журналистов для работы в PR; в) в качестве основы для магистерских программ
по теории медиатекста и аксиологии журналистики.
Положения, выносимые на защиту:
1)
Текст СМК, подвергшийся кризисным трансформациям, демонстрирует
две разнонаправленные тенденции: с одной стороны, агрессию и
конфликтность «коллективного автора», рост травматичности контента,
изобилие недостоверной информации; с другой стороны, активно
формирующийся запрос на «экологичность» информационного и
коммуникационного медиапродукта.
2)
Одним из серьезно травмирующих потребителя медиатекста факторов
является аксиологически небезопасный, агрессивный и деструктивный тип
медиатекста «троллетекст».
3)
В массиве текста СМК идет процесс формирования «экотекста» –
аксиологически состоятельного типа медиатекста, базирующегося на
эмпатии и как следствие на принципах открытого диалога.
4)
Ключевым актором в процессе экологизации медиатекста способен стать
современный
журналист,
находящийся
в
процессе
смены
профессиональных
навыков
по
причине
углубляющейся
медиаконвергенции. Владение приемами противодействия травмирующим
факторам и навыками приведения разноформатных медиаматериалов к
стандартам классического журналистского качества позволит ему
выполнять функцию гармонизатора медиапространства.
Апробация результатов исследования. Основные положения
диссертации были апробированы в ходе следующих научных конференций: II-я
и III-я научно-практические конференции «Медийные процессы в современном
гуманитарном пространстве: подходы к изучению, эволюция, перспективы»
(Москва, МПГУ, 2016, 2017), 11-я международная научно-практическая
конференция «Россия в период трансформации: общие ценности в России и в
Европе» (Ярославль, Московское представительство Фонда имени Конрада
Аденауэра, Международная академия бизнеса и новых технологий (МУБиНТ),
2017), IV очно-заочная всероссийская научно-практическая конференция с
международным участием «Современные медиа: процессы и контексты»
(Ярославль, ЯГПУ, 2016), IV-я и V-я Международные научно-практические
конференции «Ценностные ориентиры современной журналистики» (Пенза,
12
ПГУ, 2016, 2017), Вторая Открытая межвузовская студенческая научнопрактическая конференция «Экология медиасреды: проблемы безопасности
рационального использования коммуникативных ресурсов» (Москва, ВШЭМПГУ, 2017), 16-я Международная конференция студентов, магистрантов и
аспирантов «Медиа в современном мире. Молодые исследователи» (СанктПетербург, СПбГУ, 2017), Международная научная конференция «Наука о
коммуникации как дисциплина и область знания в современном мире: Диалог
подходов» (Москва, ВШЭ, 2015).
Содержание диссертационного исследования отражено в четырнадцати
публикациях, в том числе в четырех статьях, размещенных в изданиях из перечня
ВАК.
Логика и структура диссертационного исследования. Работа состоит из
введения, трех глав, которые поделены на параграфы (каждая глава открывается
вводной частью, в которой изложены поставленные в ее рамках цели и задачи, в
конце каждой главы подводятся итоги и представляются выводы, обобщающие
ее ключевые положения), заключения. Содержит 12 приложений. Объем
исследования составляет 195 страниц печатного текста, библиография содержит
384 наименования.
II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обоснована актуальность исследуемой темы, дана
характеристика степени ее изученности, определены объект и предмет
исследования, изложена гипотеза, цель и задачи работы, охарактеризована
научная новизна исследования, изложены практическая и теоретическая
значимость работы, положения, выносимые на защиту, очерчена структура
работы в целом.
Глава 1. «Понятие современного медиатекста: свойства, функции,
значение для СМК». В данной главе в трех параграфах проводится анализ
понятия «медиатекст»: его свойств, функций и значения для СМК.
В первом параграфе «От понятия «текст» к понятию « медиатекст» с
помощью выбранной методологии – лингвистического, семиотического и
культурфилософского подходов – прослеживается путь эволюции сугубо
лингвистического понятия «текст» в понятие социокультурное «медиатекст».
Формулируются дифференциальные признаки медиатекста, отражающие его
синтетическую природу: гипертекстуальность, интегративность (способность
соединять разрозненные компоненты в единое смысловое целое), высокая
технологичность, диалоговость. Указанные черты являются прямым следствием
феномена медиаконвергенции, предполагающей: слияние информационных и
коммуникационных ресурсов, соединение технологических баз, синтез видов
творчества и типов текста, трансформацию традиционных жанров, стирание
грани между информационно-аналитическим и развлекательным контентом. В
рамках анализа трансформации текста в медиатекст исследуются характерные
черты современных средств массовой коммуникации (конвергентных медиа),
13
продуктом которых и является медиатекст; обозначаются условия,
располагающие к возникновению в медиаполе аксиологически небезопасного
контента.
Второй параграф «Диалог в медиатексте и феномен «коллективного
авторства» посвящен феномену «коллективного авторства», сформированному
в условиях медиаконвергенции (литературный исток явления можно видеть в
средневековых текстах, а журналистский – в агентской журналистике, берущей
начало в середине XIX в.), и его аксиологически негативному следствию –
искажению принципа диалога в медиа (возникновению в СМК
псевдодиалоговых журналистских и нежурналистских медиатекстов).
Прослеживаются причины и следствия искажения диалогового общения.
Проблема диалога в СМК, на наш взгляд, требует внимания в силу наличия
парадокса: сама природа конвергентных медиа предполагает двустороннее
общение, на деле же диалог нивелируется, разрушается. Эта тенденция
выражается, например, в изобилии псевдодиалоговых телевизионных и
радийных ток-шоу, в «недиалоговых» по своей сути интервью, в манере общения
в сети, при которой собеседники не слышат друг друга. Постановочные,
работающие на рейтинг, скандальные телевизионные шоу – иногда с элементами
рукоприкладства – становятся общей практикой. Примечательно, что само
журналистское сообщество уже осознало присутствие в информационном поле
псевдодиалога, при котором стороны не слышат друг друга, а пользователь не
получает информации. Два громких интервью 2017 года – Владимира Путина
Оливеру Стоуну21 и Светланы Алексиевич журналисту Сергею Гуркину 22 –
заставили задуматься о низкой эффективности диалога, ведущегося без
соблюдения ключевых правил диалогического общения: открытости, уважения
к собеседнику, конструктивного подхода и нацеленности на решение вопроса.
В третьем параграфе «Функции журналиста: вызовы конвергенции и
аксиологический аспект» рассматривается трансформация классических
функций и задач журналиста в рамках процесса конвергенции и формирования
медиатекста. Описаны три основных вызова конвергентных медиа
современному журналисту: необходимость погони за рейтингом в конкурентной
борьбе с коллегами, соревнование с высокими технологиями и соперничество с
набирающим силу т.н. «коллективным автором». В параграфе сформулирована
проблема целей, ценностей и ответственности журналиста, ставятся вопросы: о
месте журналиста в мире конвергентных медиа, о его новых навыках и
возможной роли «гармонизатора» медиапространства.
Глава 2. «Травмирующий пользователя контент СМК: типология и
аксиологические оценки» разделена на четыре параграфа. В первом параграфе
Разговор с закрытыми ушами [Электронный ресурс] // Газета.ru. – Режим
https://m.gazeta.ru/comments/2017/06/22_e_10732511.shtml (дата обращения 22.12.17).
22
Все перевернули, переиначили [Электронный ресурс] // Радио Свобода. – Режим
https://www.svoboda.org/a/28570896.html (дата обращения 22.12.17).
21
доступа:
доступа:
14
«Травмирующие факторы, опасный и неприятный медиатекст: к определению
понятий» дается определение травмирующих факторов текста СМК
применительно к нашему исследованию – как следствия формирования
феномена медиатекста в рамках становления конвергентных медиа.
Нами выделены 8 типов аксиологически небезопасного, травмирующего,
контента, форма и/или содержание которого способны причинить
психологический или физический вред пользователю СМК: шокирующий
контент (сцены насилия и убийства; противоправные действия и услуги онлайн); шоковая реклама; вредящий здоровью контент (материалы определенных
форматов, способные вызвать приступ хронического нервного заболевания);
сетевой негативизм (оскорбления, преследования, психологическая травля и
издевательства в сети); зависимости (интернет-аддикция, PR-аддикция);
фейковая информация (ложные, ангажированные материалы, ошибки);
чрезмерная открытость; сетевой «мусор» (злоупотребление иноязычной
лексикой, жаргоном, нецензурная лексика, интернет-мемы низкого качества).
Предлагаемая типология выстроена на основе контент-анализа материалов
СМК, а также анализа результатов анкетирования с участием 60 человек,
разбитых на 3 возрастные группы в соответствии с теорией поколений, которые
ответили на вопрос, какой контент СМК является для них опасным и
неприятным по форме и содержанию. Отметим, что подобная выборка
недостаточно велика для того, чтобы привести к масштабным выводам, поэтому
при подсчете результатов мы акцентируем внимание не на числовых данных, а
на выявленных тенденциях и качественных оценках. К опасному контенту
большинством отнесены: пропаганда насилия/экстремизма и самоубийства,
разжигание ненависти/неприязни, искажение информации/ложь. К этой
категории причислены также: пропаганда (в значении «навязывание»,
«манипулирование») как таковая, пропаганда ЛГБТ-ценностей, религиозная
пропаганда, порнография, секс, «отупляющие» программы и материалы,
политически ангажированный контент, навязывание чуждого образа жизни,
подталкивание к расколу общества. К неприятному медиаконтенту большинство
респондентов отнесло: сцены убийств, насилия, издевательств над людьми и
животными, подробности болезней и трагедий; «грязное белье», светские
сплетни, склоки, скандалы; навязчивую рекламу, PR, селфи; пропаганду,
политическую пропаганду, политизированный контент; несоблюдение правил
русского языка, нецензурную лексику, безграмотный и непрофессиональный
медиаконтент.
Второй параграф «Виды зависимого поведения, формируемые
современным медиатекстом» посвящен двум видам технологической
зависимости пользователя – «интернет-аддикции» и «PR-аддикции».
Демонстрируются результаты контент-анализа медиатекста социальных сетей.
Интернет-аддикция – смещение жизни в виртуальную реальность:
навязчивая проверка электронной почты и соцсетей, ненормированное сетевое
общение, зависимость от игрового контента, бесцельное блуждание в сети.
Расстройство чревато серьезными стрессовыми состояниями: история сербки С.
15
Павлович, попавшей в психиатрическую клинику после того, как ее пост в
Facebook не привлек внимания «друзей» («синдром Снежаны»), стала общим
местом в истории сетевой коммуникации23. «PR-аддикция»24 (подвид интернетаддикции) – навязчивая самопрезентация в сети. Возможность технически
простой самопрезентации способствует стиранию грани между личным и
публичным: пользователь открыто повествует об интимных событиях и
обстоятельствах, потому что это его «новости». Как подвид PR-аддикции
рассматривается
социомедийная
эпидемия
«селфодемия»:
средняя
периодичность публикации PR-зависимыми своих селфи – несколько десятков в
день. Непредумышленный «селфицид» – гибель при попытке сделать
экстремальное селфи – одна из крайностей «селфодемии».
Техническая общедоступность медиатекста для любого пользователя
формируют новую культуру, которой свойственна жизнь в сети и жизнь
«напоказ» – «культуру медиазависимых»; зависимости же являются серьезным
травмирующим пользователя СМК фактором.
В третьем параграфе «Фейковый медиатекст. PR-журналистика в
контексте угроз недостоверного текста» дается общее описание категории
недостоверной (ложной, ангажированной, ошибочной) информации; сделан
акцент на PR-тексте как источнике необъективной информации. В качестве
одного из видов аксиологически опасных фейков рассматриваются
виртуальные/полувиртуальные
конструкции
–
несуществующие
медиаперсонажи; приводятся примеры фейковых медиафигур из российской и
зарубежной медийной практики. На примерах создания виртуальных
конструкций рассматривается процесс сращивания журналистского мастерства
и PR-компетенций, идущий сегодня в массиве медиатекста и способствующий
формированию нового типа медиаспециалиста, негласно именуемого «PRжурналистом»25. Принцип работы «PR-журналиста», в том числе его действия
при создании симулякра, иллюстрируется экспериментом с выведением в
информационное поле эксперта-«плацебо», подтверждающего предположение о
том, что полная виртуализация персоны – физическое отсутствие – не лишает её
цитируемости. На основе результатов эксперимента и контент-анализа
медиаматериалов дается оценка «PR-журналистики» с аксиологической
позиции. Выявлены плюсы явления: возможность самореализации для
журналиста, уходящего из профессии; высокое качество PR-материалов,
созданных профессиональными журналистами. Среди ключевых минусов
обозначены: вытеснение массовой информации проплаченной, падение цены
экспертного мнения. В заключение анализа категории недостоверной
информации доказывается мысль о том, что любой медиатекст, искажающий
Костерина, Л. Соцсети – яд и лекарство [Электронный ресурс] // Росбалт. – Режим доступа:
http://www.rosbalt.ru/style/2014/09/30/1321170.html (дата обращения 22.12.17).
24
Суходолов, А. П. «PR-аддикция» как новый вид поведенческой зависимости / А.П. Суходолов, А.М. Бычкова
// Вопросы теории и практики журналистики. – 2015. – Т. 4, № 4. – С. 321–334. – С. 323.
25
Суходолов, А.П. PR-журналистика: право на существование / А.П. Суходолов, М.П. Рачков // Вопросы теории
и практики журналистики. – 2013. – Т.5, № 2. – С. 169-173. – С.170.
23
16
реальную картину мира – намеренно или нет – является травмирующим
пользователя СМК фактором.
Четвертый параграф ««Троллетекст» как новая форма аксиологически
небезопасного медиатекста» посвящен анализу формирующегося типа
медиатекста «троллетекст», являющегося производным такого травмирующего
фактора, как троллинг (провокационное, оскорбительное, часто анонимное
поведение в сети)26.
«Троллетекст» – формирующийся вид медиатекста
Адресат
Цель
Задачи
Канал
Авторство
Характеристика
Жанр
Формат
Модальность
Эмоциональный
статус
Тип «авторства»
Возможная
классификация по
специфике
(орфография в
примерах
сохранена)
интернет-сообщество
привлечь внимание к себе; отвлечь от острой темы
оскорбить, задеть, отнять время; обмануть; вовлечь в перепалку
СМК, мобильные сети
коллективный автор
- диалог по форме, монолог по сути: автор принципиально не слышит собеседника;
- провокационность, авторитарность;
- исполнение от примитивного до изысканного;
- придирки к словам.
- часто: несоблюдение правил языка, ненормативная лексика; анонимность /
использование вымышленной личности.
комментарий, реже авторская колонка
текст, видео, аудио, фото, анимация, графика (фотожабы, мемы)
субъективно-оценочная
эмоциогенная коммуникация
- профессиональный: работа в рамках оплачиваемого проекта
- любительский: способ самовыражения
Неадекватный агрессивный: отсутствие смысла; наличие агрессии и элементов
оскорбления.
Неадекватный миролюбивый: отсутствие смысла; отсутствие агрессии и элементов
оскорбления.
Адекватный панибратский: не лишенное смысла мнение; отсутствие агрессии и
элементов оскорбления; тон неуважительный/снисходительный.
Адекватный оскорбительный: наличие смысла; наличие агрессии и элементов
оскорбления; часто попрание человеческих ценностей.
Дифференциальные признаки «троллетекста» раскрываются в процессе
анализа примеров медиатекста СМК: пользовательских комментариев в
социальных сетях и на медиаплатформах. Очерчена сфера применения данного
типа медиатекста: общение простых пользователей между собой и их
комментарии к журналистским материалам; шоу-бизнес; политика и сфера
госслужбы; журналистика (элементы «троллетекста» содержатся в
медиаматериалах и в личных блогах журналистов). Дается итоговое определение
«троллетекста»: тип аксиологически небезопасного текстового творчества,
диалогичный по форме, но монологичный по сути; часто абсурдный, лживый или
наносящий оскорбление оппоненту; написанный, как правило, в жанре
оценочного и авторитарного комментария (реже – колонки).
Рассмотрение групп аксиологически небезопасных факторов медиатекста
заканчивается выводом о необходимости определения тех мер, которые
Внебрачных, Р.А. Троллинг как форма социальной агрессии в виртуальных сообществах / Р.А. Внебрачных //
Вестник Удмуртского университета. Философия. Психология. Педагогика. – 2012. – № 1. – С. 48-51. – С. 48.
26
17
способен принять журналист, работающий с медиатекстом: для минимизации
вреда пользователю, исходящего от текста СМК в незащищенном
информационном поле; для повышения качества медийного продукта в условиях
борьбы за рейтинг.
Глава 3. «Аксиология СМК и современная журналистская практика»
состоит из четырех параграфов. В первом параграфе «Аксиологический подход:
взгляд на проблему и требования к профессиональным навыкам журналиста»
дается обзор двух основных дисциплин, исследующих проблемы этики и
безопасности в медиа – аксиологии журналистики и медиаэкологии.
Высказывается предположение о том, что журналист способен быть
регулятором современной медийной экосистемы, поскольку в силу своего
изначального предназначения – служить обществу – может и в условиях
информационного общества продолжить нести ответственность за свой продукт.
Остальные участники «коллективного авторства» – непрофессиональные авторы
и некоторые категории медиапрофессионалов – фактически, от ответственности
освобождены. Обычный пользователь не видит смысла в соблюдении какихлибо правил; специалисты по PR и рекламе руководствуются соображениями
потенциальной выгоды и также не заботятся об экологичности
информационного поля. Именно поэтому основные надежды последователей
аксиологического подхода сегодня связаны с журналистской деятельностью.
Второй параграф «Экотекст» как потенциальная форма аксиологически
состоятельного медиатекста» посвящен анализу формирующегося типа
медиатекста «экотекст» – конструктивного, уважительного, построенного на
эмпатии; рассматриваются особенности его формы и содержания. В начале
параграфа приводятся параметры «экологичного» – комфортного для
восприятия – контента, определенные в ходе уже упомянутого во второй главе
анкетирования: даны ответы респондентов на вопрос, какой контент в СМК
является для них приемлемым по форме и содержанию. К экологичному контенту
большинством респондентов отнесены образовательный/познавательный
медиатекст и качественное художественное кино, а также: качественная
аналитика,
новости
спорта,
развлекательные
проекты,
юмор,
неполитизированный и неоскорбительный медиапродукт. Ключевым критерием
для определения экологичности контента, по мнению респондентов, является
психологический комфорт при чтении/просмотре; также отмечена полезность
медиатекста – его способность образовывать, расширять кругозор; особый
акцент сделан на ценности открытого – уважительного и конструктивного –
диалога в соцсетях.
Исходя из параметров экологичного контента, проведено исследование
«экотекста» – безопасного, комфортного для восприятия пользователя и, в
идеале, приносящего ему пользу.
«Экотекст» – формирующийся вид медиатекста
Адресат
- интернет-сообщество; пользователи социальных сетей; интерактивный
радийный и телеэфир (за исключением тех, что построены по принципу
псевдодиалога);
18
Цель
Инструменты
Канал
Авторство
Характеристика
Жанр
Формат
Модальность
Классификация по типу
«авторства»
Возможная
классификация по
специфике
- пользователи оффлайн-ресурсов.
решение проблемы
доказательства, аргументы, дискуссия, полемика, сравнительный анализ,
обсуждение, спор
СМК, мобильные сети
коллективный автор
открытый диалог; аргументированность; уважительность; нацеленность на
результат; запрет на игру, неестественное поведение, оскорбление и анонимность;
соблюдение правил языка
любой журналистский жанр, кроме памфлета;
PR-жанры: бэкграундер, ньюз-релиз, пресс-релиз
текст, видео, аудио, фото, анимация, графика
Тяготеет к объективно-оценочной модальности
Профессиональный: автор – журналист
Любительский: автор – пользователь СМК
журналистский
информирующий текст пресс-служб
пользовательский
при определенных условиях, рекламный и PR-текст
Характеристики «экотекста» раскрываются в процессе анализа различных
медиатекстов: журналистских27, рекламных (в первую очередь, в жанре
социальной рекламы28), PR-материалов29, а также пользовательских. Определена
широкая сфера применения «экотекста»: все области жизни, все типы
медиаматериалов, любые тематики, так как «экологичность» определяется
ценностными установками, проявляющимися в отношении автора к героям и
теме высказывания и порождающими соответствующие формы высказывания,
непосредственным образом связанные с содержанием. Несмотря на кажущуюся
утопичность концепции «экотекста», поворот к такой модели взаимодействия,
при которой автор – персонифицированный или коллективный – совместно с
аудиторией ищет ответ на значимые вопросы, очевиден в медиаполе.
Конкурентность этого формата общения обусловлена растущей усталостью
общества от агрессии и жестокости.
В третьем параграфе «Противодействие журналиста травмирующим
факторам медиатекста» приводятся: способы борьбы с медиазависимостями
через отработку проблемы в журналистских материалах; алгоритмы определения
ангажированных материалов; комплекс действий по верификации информации
и медиаперсон в СМК (фактчекинг); техники вычисления авторов,
использующих приемы троллинга, и правила общения с ними.
В четвертом параграфе «Новые компетенции журналиста в условиях
конвергенции медиатекста» рассматривается набор новых компетенций,
необходимых журналисту при работе с современным высокотехнологичным
медиатекстом. К традиционным уже универсальным журналистским навыкам (Д.
Черных, А. «Вместо диалога им кричат: вы расисты, вы наследники линчевателей» [Электронный ресурс] //
Коммерсант.ru.
–
Режим
доступа:
https://www.kommersant.ru/doc/3389375?utm_source=kommersant&utm_medium=all&utm_campaign=spec
(дата
обращения 22.12.17).
28
Социальная реклама «Позвоните родителям!» [Электронный ресурс] // YouTube. – Режим доступа:
https://www.youtube.com/watch?v=ZN4ipujSe60 (дата обращения 22.12.17).
29
Первый инклюзивный конкурс искусств «Особые таланты» [Электронный ресурс] // Press-release.ru. – Режим
доступа: http://www.press-release.ru/branches/org/170db69733d4d/ (дата обращения 22.12.17).
27
19
Рендалл, «Универсальный журналист») добавлены навыки, необходимые для
работы в логике транспрофессионализма: знание правил создания медиатекста
на различных технологических базах (интернет, печать, радио, ТВ); знание
жанров/форматов различных словесных и несловесных произведений; навыки в
области PR (профессиональная коммуникация, архетипические сюжеты); знание
способов выявления травмирующего медиатекста. Делается акцент на
необходимости знания специфики журналистского мастерства и у других
категорий медиапрофессионалов – для сохранения в медиаполе стандартов
журналистского качества и повышения экологичности медиапродукта. Решение
этих двух задач рассматривается как условие достижение аксиологического
баланса в медиаполе.
В заключении формулируются основные выводы, подводятся итоги
работы и намечаются дальнейшие перспективы исследования в области
аксиологии журналистики и гуманитаристики в целом, а также в прикладных
областях, связанных с подготовкой будущих журналистов в контексте
аксиологического подхода к медиа. Данная работа была написана с целью
выделить приоритетные направления развития журналистского медиатекста и
принципиальную роль журналиста в деле экологизации медиапространства, а
также предложить ряд практических решений в этой сфере. На наш взгляд, одной
из новых и крайне значимых функций в трансформирующемся функционале
журналиста может и должно стать умение поддерживать равновесие в
экосистеме современных СМК.
Список работ, опубликованных автором по теме диссертации:
1.
Милославская, З.А. Медиатекст: синтез журналистского,
рекламного и PR-текста в условиях конвергентных СМИ / З.А.
Милославская // Вопросы теории и практики журналистики. – 2016. – Т.5. –
№ 4. – С.576-587 (0,9 п.л.).
2.
Милославская, З.А. Потенциальная опасность современного
медиатекста: причины и следствия / З.А. Милославская // Вестник
Российского университета дружбы народов. Серия: Литературоведение.
Журналистика. – 2017. – Т.22. – №1. – С.115-122 (0,5 п.л.).
3.
Милославская,
З.А.
PR-журналистика
как
продукт
гибридизации журналистского и PR-текста / З.А. Милославская //
Преподаватель XXI век. – 2017. – № 2. – часть 2. – С. 377-388 (0,7 п.л.).
4.
Милославская,
З.А.
Работа журналиста
в условиях
гибридизации медиатекста / З.А. Милославская // Вестник Воронежского
государственного университета. Серия: Филология. Журналистика. – 2017.
– № 1. – Январь-март. – С.137-142 (0,5 п.л.).
5.
Милославская, З.А. PR-плацебо: виртуализация персоны в
информационном поле / З.А. Милославская // Наука о коммуникации как
дисциплина и область знания в современном мире: диалог подходов : сб. ст.
Международной научной конференции (Москва, 9-11 июля 2015 г.). – М.:
Факультет коммуникаций, медиа и дизайна департамента интегрированных
20
коммуникаций Национального исследовательского университета Высшая
Школа Экономики, 2015. – С. 233-241 (0,5 п.л).
6.
Милославская, З.А. Медиатекст и трансформация навыков
журналиста / З.А. Милославская // Ценностные ориентиры современной
журналистики : сб. науч. ст. IV Междунар. науч.-практ. конф., посвящ. 20-летию
кафедры журналистики Пенз. гос. ун-та (Пенза, 28-30 сентября 2016 г.) / под ред.
Е.К. Рева. – Пенза: Изд-во ПГУ, 2016. – 194 с. – С.128-133 (0,3 п.л.).
7.
Милославская, З.А. «Троллетекст» как специфический формат
современного медиатекста / З.А. Милославская // Медийные процессы в
современном гуманитарном пространстве: подходы к изучению, эволюция,
перспективы : материалы II научно-практической конференции / под ред. Я.В.
Солдаткиной. – М.: МПГУ, 2017. – 198 с. – С. 158-168 (0,5 п.л.).
8.
Милославская, З.А. «Коллективный автор» как причина
возникновения травмирующих факторов медиатекста / З.А. Милославская //
Медиа в современном мире. Молодые исследователи : материалы 16-й
международной конференции студентов, магистрантов и аспирантов (15-17
марта 2017 г.) / под. ред . А.С. Смоляровой; сост. А. Н. Марченко – СПб.: С.Петерб. гос. ун-т, 2017. – 605 с. – С. 104-106 (0,1 п.л.).
9.
Милославская, З.А. Травмирующие факторы современного
медиатекста / З.А. Милославская // Экология медиасреды: проблемы
безопасности рационального использования коммуникативных ресурсов : сб. ст.
участников второй Открытой межвузовской студенческой научно-практической
конференции (Москва, 27 апреля 2017 г.) / отв. ред. И.М. Дзялошинский; И.В.
Жилавская. Науч.ред. М.А. Пильгун. – М.: АПК и ППРО, 2017. – 268 с. – С. 8898 (0,4 п.л.).
10. Милославская, З.А. «Коллективный автор» и безопасность
медиатекста / З.А. Милославская // Актуальные вопросы теории и практики
медиаобразования в педагогической сфере : сб. трудов международного форума
«Медиаобразование в педагогической сфере: опыт и новые подходы к
управлению» (Москва, 16-17 марта 2017 г.) / под. ред. И.В. Жилавской, И.А.
Фатеевой. – М.: МПГУ, 2017. – 464 с. – С.104-110 (0,3 п.л.).
11. Милославская, З.А. «Экотекст» как тип современного медиатекста /
З.А. Милославская // Россия в период трансформации: общие ценности в России
и в Европе : материалы одиннадцатой международной научно-практической
конференции (Ярославль, 10-11 апреля 2017 г.) / под ред. В. Н. Степанова. –
Ярославль: Московское представительство Фонда имени Конрада Аденауэра,
Международная академия бизнеса и новых технологий (МУБиНТ), 2017. ― 144
с. – С.106-108 (0,1 п.л.).
12. Милославская, З.А. «Экотекст» как элемент «экологичной»
медиасреды / З.А. Милославская // Медийные процессы в современном
гуманитарном пространстве: подходы к изучению, эволюция, перспективы :
материалы III научно-практической конференции) / под ред. Я. В. Солдаткиной.
– Москва: МПГУ, 2017. – 216 с., С.136-144 (0,4 п.л).
21
13. Милославская, З.А. Гибридная специализация «PR-журналистика» /
З.А. Милославская // Современные медиа: процессы и контексты : материалы IV
очно-заочной
всероссийской
научно-практической
конференции
с
международным участием, посвященной 5-летию кафедры и 20-летию
журналистского образования в Ярославле (25-26 ноября 2016 г.) / науч. ред. Е.А.
Ермолин, А.А. Маслова, Т.В. Юрьева. – Ярославль: РИО ЯГПУ, 2017. – 151 с. –
С.75-81 (0,2 п.л.).
14. Милославская, З.А. Контент СМК в контексте аксиологии
журналистики / З.А. Милославская // Ценностные ориентиры современной
журналистики : сб. науч. ст. V Всерос. науч.-практ. конф. (Пенза,12–13 октября
2017 г.) / под ред. доц. Е. К. Рева. – Пенза : Изд-во ПГУ, 2017. – 214 с. – С.140147 (0,4 п.л.).
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
5
Размер файла
475 Кб
Теги
современные, журналистика, аксиология, аспекты, массовой, коммуникации, средств, текст
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа