close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Формирование российской политико-цивилизационной идентичности (на примере республики Дагестан)

код для вставкиСкачать
РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА и ГОСУДАРСТВЕННОЙ
СЛУЖБЫ ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Северо-Западный институт управления
На правах рукописи
Алибегилов Шамиль Абдулаевич
Формирование российской политико-цивилизационной идентичности
(на примере республики Дагестан)
специальность: 23.00.02 ─ политические институты, процессы и технологии
АВТОРЕФЕРАТ
на соискание ученой степени
кандидата политических наук
Санкт-Петербург
2018
0
Диссертация выполнена в Федеральном государственном образовательном
учреждении высшего образования "Российской академии народного хозяйства и
государственной службы при Президенте РФ"
Научный руководитель:
Волков Виталий Александрович,
доктор политических наук, профессор, профессор кафедры
государственного и муниципального управления. СевероЗападный институт управления – филиал «Российская
академия народного хозяйства и государственной службы
при Президенте Российской Федерации»
Официальные оппоненты:
Стребков Александр Иванович,
доктор политических наук, профессор, заведующий
кафедрой
конфликтологии.
ФГБОУ
ВО
«СанктПетербургский государственный университет».
Зеленев Евгений Ильич,
Доктор исторических наук, профессор, руководитель
департамента Востоковедения и африканистики. НИУ ВШЭ
Национальный исследовательский институт
Ведущая организация:
ФГБОУ
ВО
«Российский
государственный
педагогический университет и. А.И.Герцена»
Защита состоится " 28 " марта 2018 г. в 16 часов 00 мин. на заседании
диссертационного совета Д 504.001.24 по адресу: 199178, г. Санкт-Петербург, В.О.,
Средний пр., д.57, ауд. 324
С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке "Северо-западного института
управления – филиала ФГБОУ ВО «Российская академии народного хозяйства и
государственной службы при Президенте РФ" по адресу: 199178 Санкт-Петербург, В.О.,
8-я линия, д.61.
Автореферат разослан "
"
2018 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
кандидат политических наук
Н.В. Горбатова
1
Актуальность исследования.
Политическая идентичность государства является фундаментальной предпосылкой
его единства и целостности. История знает множество форм государственности
обеспечивающих их единство и целостность. Деспотии и города-государства, империи и
монархии, нации-государства опирались на свою политическую идентичность.
Государственная политика России во всех направлениях опирается, прежде всего, на
понимание и определение своей собственной идентичности.
Кардинальные проблемы политической истории России в ХХ веке показали, что на
уровне концепций национальной политической идентичности государственная политика
не находит решений, обеспечивающих стабильное общественно-политическое развитие,
ни во внутриполитической, ни во внешнеполитической сферах.
Политическая
идентичность
России
как
многонационального
и
многоконфессионального государства складывалась в течение нескольких веков. Эта
политическая идентичность приобрела в итоге форму империи, которая не выдержала
испытания временем. Советский Союз имел еще более короткую историю. Национальный
вопрос остается проблемой для России и в двадцать первом веке. Казалось бы, очевидная
задача формирования национальной гражданской идентичности, наоборот политизирует
этнические и национальные идентичности республик. Выстраивание иерархии из наций
разного уровня указывает на противоречивость всей конструкции. Российская
идентичность как национальная по образцу европейских национальных государств
испытывает значительные теоретические и практические затруднения. Подготовка
законопроекта о российской нации под руководством В. Тишкова столкнулась с
многочисленной критикой.
В то же время, глобальные изменения во всем мире, выявили фундаментальные
изменения, лежащие в основании современной политической идентичности. Современные
процессы глобализирующегося мира создают соблазн отрицания государств как реальных
субъектов в экономике и политике. Европейский Союз и Соединенные штаты Америки,
несмотря на противоречия, исходят в политике из своего цивилизационного единства как
реального субъекта политических интересов. В этом контексте Россия начинает
задумываться о своей цивилизационной идентичности. Цивилизационная проблематика
является предметом ожесточенных споров, которые несут неизбежно ценностную
окраску. Подобно западникам и славянофилам, сегодня противостоят друг другу
западники и евразийцы. Так Ерасов Б.С. подчеркивает непризнание частью российской
научной элиты евразийской темы, и признает, что «…глухое неприятие «азиатчины»
характерно преимущественно для откровенно прозападных кругов российской столицы,
сформировавшихся в условиях тесного «симбиоза» с Европой… Атмосфера
«периферийных» обсуждений евразийской тематики разительно отличается от
московской»1 . Вместе с тем, еще в 2007 году идеологи политической партии «Единая
Россия» заявили о том, что Россия является не только государством, но и цивилизацией с
уникальным комплексом свойств, требующим сохранения и развития. В чем заключается
ее уникальность? В чем состоят интересы Российской цивилизации? Правильное
1
Ерасов Б.С. Социокультурные и геополитические принципы евразийства // Полис. Политические
исследования. 2001. № 5. С. 66.
2
осознание своей цивилизационной идентичности позволит преодолеть ее кризис и
сохранить целостность России и ее политическую субъектность.
Актуальность диссертационного исследования определена методологическим
поворотом от этнонационального дискурса к цивилизационному в исследовании
политической идентичности России. В преамбуле Российской Конституции говорится:
«Мы, многонациональный народ Российской Федерации, соединенные общей судьбой на
своей земле…»2 . Эти слова подвергаются критике со стороны многих ученых различных
специальностей. Неприемлемым кажется соотношение терминов народ и нация. Несмотря
на это, выражение отражает существо проблемы. Пример республики Дагестан позволяет
по разному интерпретировать выражение. Республика Дагестан представляет собой
«многонациональный народ» без «титульной» нации. Сохранение и формирование
цивилизационной идентичности России на примере республики Дагестан позволяет
особенно ярко высветить всю сложность в сопряжении противоречивых процессов.
Современные вызовы, стоящие перед Россией, требуют не только национальной
политики, они требуют государственной политики в сфере развития цивилизационной
идентичности России. Президент России В.В. Путин 19 сентября 2013 года в своей речи
перед членами Клуба «Валдай» обозначил основной тренд: «Именно из модели
государства-цивилизации вытекают особенности нашего государственного устройства.
Оно всегда стремилось гибко учитывать национальную, религиозную специфику тех или
иных территорий, обеспечивая многообразие в единстве»3 .
Методологический недостаток традиционных исследований современной
идентичности России заключается в том, что игнорируется действительная
многослойность и разнообразие политического мира, не сводимая к европоцентристскому
видению мира, за которым скрываются различные формы редукционизма. Исследование
политико-цивилизационной идентичности позволит разрешить эту проблему.
Предметом исследования является процесс формирования политикоцивилизационной российской идентичности (на примере Республики Дагестан)
Степень разработанности проблемы. Комплексность и сложность проблемы
политики цивилизационной идентичности обусловлена, в том числе, и богатством
материалов и исследований в изучения таких феноменов как «цивилизация»,
«идентичность», «этнос», «народ», «нация», «нациестроительство», «государственная
политика». Существо дело осложняется и распространенностью скептического отношения
к указанным концептам как строго определенным в научном отношении. Начиная со
знаменитой работы С. Хантингтона «Столкновение цивилизаций»4 , проблематика
цивилизаций отличается высокой степенью политизированности. В России корни
противостояния в оценке ее истории и будущности восходят еще к знаменитой полемике
западников, таких как А.И. Герцен, Н. П. Огарев, В. Г. Белинский, И. С. Тургенев, П. Я.
2
Конституция Российской Федерации. М. 2014. С.3.
Путин В.В. Выступление на заседании Клуба «Валдай». // Российская газета, 19.09.2013.
4
Хантингтон С. Столкновение цивилизаций/Самюэль Хантингтон; - М.: Издательство
АСТ, 2015. – 571с.
3
3
Чаадаев, и славянофилов, таких как А. С. Хомяков, братья К. С и И.С. Аксаковы, Ю.Ф.
Самарин и др.
Проблема идентичности получила освещение в работах З. Фрейда, К.Юнга,
Э.Эриксона, Ю. Хабермаса, В.Хесле, И.Кона, В.Ядова, И.Семененко В.С.Малахова,
А.Н.Крылова, И.С.Семененко, Х.Г.Тхагапсоева и др 5 .
Этнос изучали в рамках различных дисциплин такие известные ученые как С.М.
Широкогоров, Л.Н. Гумилев, Ю.В. Бромлей, А.Г. Дугин, В.А. Тишков, М. Вебер, Р.
Турнвальд, В. Мюльман, Ф.Боас, Б. Малиновский, и др 6 .
Понятием нации занимались такие видные исследователи как Эрнест Геллнер,
Энтони Смит, Бенедикт Андерсон, Эрик Хобсбаум, Роджерс Брубейкер и многие другие 7 .
Проблема политической идентичности рассматривалась в трудах таких ученых как
Ю. Хабермас, М. Кастельс, С. Хантингтон, В.Малахов, О. Попова, И. Тимофеев, О.
Шкаратан, Л.Сморгунов, И.Семененко и др 8 .
5
Фрейд З. Психология Я и защитные механизмы. М., 1993; Юнг К. Психологические типы.
М., 1996. Хабермас Ю. Демократия. Разум. Нравственность. М., 1995. Хесле В. Кризис
индивидуальной и коллективной идентичности. // Вопросы философии. 1994. N10. С. 113123. Кон И. С. Открытие Я. М., 1978. Кон И. С. В поисках себя. М., 1984. Ядов В. А.
Саморегуляция и прогнозирование социального поведения личности. М., 1979. Эриксон Э.
Идентичность: юность и кризис: М.: Издательская группа "Прогресс», 1996. Малахов В.С.
Идентичность // Новая философская энциклопедия. М.: Мысль Т.3. Тхагапсоев Х.Г. В
поисках новой методологической парадигмы политической науки. Принцип идентичности
// Полис, 2013, № 4. Политическая идентичность и политика идентичности: в 2-х тт. / Отв.
ред. И.С. Семененко. М.: РОССПЭН, 2012.
6
Широкогоров. Избранные работы и материалы, Книга 1., Владивосток, Издательство
Дальневосточного университета, 2001. Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. Л.:
Гидрометеоиздат, 1990. Бромлей Ю.В. Этносоциальные процессы: теория, история,
современность. М.: Наука, 1987. Тишков В. А. Очерки теории и политики этничности в
России, М.: Русский мир, 1997. Дугин А.Г. Этносоциология. — М.: Академический Проект,
2011. Вебер М. Избранные произведения. М.: Прогресс, 1990.
7
Геллнер Э. Нации и национализм. – М.: Прогресс, 1991. Андерсон Б. Воображаемые
сообщества. М.: Канон-Пресс-Ц; Кучково поле, 2001. Смит Э. Национализм и модернизм:
Критический обзор современных теорий наций и национализма / Пер. с англ. А. В.
Смирнова, Ю. М. Филиппова, Э. С. Загашвили и др. — М.: Праксис, 2004. Брубейкер, Р.
Этничность без групп [Текст] / пер. с англ. И. Борисовой; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа
экономики». — М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2012. Хобсбаум Э. Нации и
национализм после 1780 года.СПб.: Алетейя. 1998.
8
Хабермас Ю. В поисках национальной идентичности: филос. и полит, статьи / Ю.
Хабермас; пер. с нем. В. С. Малахова. Донецк: Донбасс, 1999.- 123 с. Кастельс М.
Информационная эпоха: экономика, общество и культура / М. Кастельс; пер. с англ. под
науч. ред. О. И. Шкаратана. М.: ГУ ВШЭ, 2000. Хантингтон С. Кто мы? Вызовы
американской национальной идентичности. Пер. с англ. А. Башкирова. М., АCT, 2008.
Попова О.В. Развитие теории политической идентичности в зарубежной и отечественной
политической науке //Идентичность как предмет политического анализа. И.С. Семененко
(отв. редактор) М., ИМЭМО РАН, 2011. Сморгунов Л.В. Политическая идентичность и
понятие политического // Полис. 2012. № 6. Тимофеев И.Н. Политическая идентичность
4
В XIX веке европейские ученые, такие как А. де Сен-Симон, О. Конт, Г. Бокль, Г.
Спенсер, Л. Морган, Ф. Энгельс активно разрабатывали варианты концепции развития
цивилизации. Проблема цивилизации получает свою актуальность в работах
Н.Я.Данилевского,
К.Н.Леонтьева,
евразийцев
П.Н.Савицкого, К.С. Трубецкого
Г.В. Вернадского, Г.В. Флоровского. Л.Н. Гумилева.
В европейской традиции ХХ в. проблема цивилизаций получила развитие в работах
О. Шпенглера, А. Тойнби, Ф. Броделя, К.Квигли, С. Хантигтона, Х. Маккиндера,
К.Хаусхофера, К.Шмитта и др9 .
Современные западные исследователи такие как Нойман. А., Айзенштадт С.,
Катценштайн П., Холл М., Джексон П. и др. уделяют много внимания проблемам
цивилизационной идентичности 10 .
В отечественной литературе проблема цивилизации затрагивалась такими учеными
как С.С. Аверинцев, А.Г.Дугин, И.В. Бестужев-Лада, А.А. Зиновьев, А.С. Панарин, В.Л.
Иноземцев, Н.Н. Моисеев, И.Б. Орлова, В.В. Ильин, И.Н. Ионов, В.М. Хачатурян, С.С.
Сулакшин, С.Г. Кара-Мурза, Б.Н. Кузык, Ю.В. Яковец и многими другими.
Истории Дагестана и Северного Кавказа посвящена огромная литература, начиная
с девятнадцатого века. Большой вклад в изучение вопросов кавказоведения внесли такие
авторы как Д. А. Милютин, В.А. Потто, Фадеев Р. А., Ковалевский П. И. и др 11 .
Политико-конфессиональные проблемы современного Дагестана освещены в
работах таких авторов как Ибрагимов М., Мацузато К., Буттаева А., Бобровников В.12
России в постсоветский период: альтернативы и тенденции. — М.: МГИМО-Университет,
2008.
9
Шпенглер О. Закат Европы. Т. 1-2. М., 1993, 1998; Вебер М. Избранные произведения. М.,
1991; Тойнби А. Дж. Постижение истории. М., 1991; Quigley Carroll. The Evolution of
Civilizations: An Introduction to Historical Analysis. Liberty Press, 1979; Бродель Ф.
Материальная цивилизация, экономика и капитализм XV-XVIII вв. Т. 1-3. М., 1990-1992;
Современные теории цивилизаций. Реферативный сборник. М., 1995;
10
Neumann Iver B. Russia and the Idea of Europe: A Study in Identity and International Relations.
London and New York: Routledge, 1996. 253 p.; Eisenstadt S.N. The civilizational dimension of
modernity: modernity as a distinct civilization, International Sociology, 2001.Vol. 16, no. 3, pp. 320–340,
- Режим доступа: https://doi.org/10.1177/026858001016003005/; Katzenstein, Peter J. Civilizations in
World Politics: Plural and Pluralist Perspectives. London, UK: Routledge. 2010. 236 p.; Hall M., Jackson
P.T. Civilizational Identity: The Production and Reproduction of “Civilizations” in International Relations.
New York: Palgrave Macmillan, 2007. 242 p.; O’Hagan Jacinta, Discourses of Civilizational Identity // Hall
M., Jackson P.T. Civilizational Identity: The Production and Reproduction of “Civilizations” in
International Relations. New York: Palgrave Macmillan, 2007. p. 15-32.; Kennedy Paul, Danks Catherine
J. Globalization and National Identities Crisis or Opportunity? Palgrave Publishers Ltd 2001. ;Mozaffari,
Mehdi. “The Transformationalist Perspective and the Rise of a Global Standard of Civilization.”
International Relations of the Asia-Pacific 2001. 1: 247–264.
Bowden, Brett. «Reinventing Imperialism in the Wake of September 11.» Alternatives 2002. 1 (2): 28–
46.
11
Милютин Д. А. Описание военных действий 1839 года в Северном Дагестане. СПб:
Типография военно-учебных заведений, 1850, Потто В.А. Кавказская война: в 5 т. – М.: ЗАО
Центрполиграф, 2007. Фадеев Р. А. Шестьдесят лет Кавказской войны // Государственный
порядок. Россия и Кавказ / сост. С. В. Лебедев, Т. В. Линицкая; отв. ред. О. А. Платонов. М.:
Институт русской цивилизации, 2010, Ковалевский П. И. Завоевание Кавказа Россией:
исторические очерки. 2-е изд. СПб, 1911.
5
Проблемы государственной политики в истории, современное положение
Дагестана рассматривали советские и российские исследователи, такие как Абдулатипов
Р.Г., Дибиров А.-Н. З., Гаджиев В.Г., Тишков В.А., Дегоев В. В., Магомедов Р.М.,
Летифов А.Л. Османов А. И. Кониев Ю. И. Даудов А. Х., Месхидзе Д.И. и многи е
другие13 .
Ряд диссертационных исследований затрагивает проблемы, политической
идентичности, этнической идентичности, цивилизационной идентичности, политики
идентичности. Среди них работы Безуглый В.Ф. Трегуб С.В. Киноян О. В. Максимова О.
Н. Лепехин В.А. Цумарова Е.Ю. Гусев А. С. и др.14 .
Анализ политологических, социальных, исторических, философских исследований
позволяет сделать вывод о том, что изучение проблемы цивилизационной российской
12
Ибрагимов М., Мацузато К. Чужой, но лояльный: причины “нестабильной стабильности”
в Дагестане. – Полис. Политические исследования. 2005. № 3. Буттаева А. Ислам в
поликонфессиональном пространстве современного Дагестана // Центральная Азия и
Кавказ. Том 15 Выпуск 1 2012. Бобровников В. «Исламское возрождение» в Дагестане: 20
лет спустя // Центральная Азия и Кавказ№ 2(50), 2007.
13
Российский Кавказ: проблемы, поиски, решения: Научное издание / Под общ. ред. Р. Г.
Абдулатипова, А.-Н. З. Дибирова. — Издательство «Аспект Пресс», 2015. — 600 с.
Северный Кавказ в национальной стратегии России / под ред. В. Тишкова. - М.:
Росинформагротех, 2008. - 264 с. Гаджиев В.Г. Разгром Надир-шаха в Дагестане.
Махачкала: Тип. Мининформпечати РД, 1996. – 260с. Дегоев В. В. Введение в
политическую историю Северного Кавказа (XVI век – 1917 год): учеб. пособие. М.: Навона,
2009; Магомедов Р.М. Борьба горцев за независимость под руководством Шамиля.
Махачкала, 1991; Летифов А.Л. Возникновение и развитие советской национальной
государственности народов Дагестана. Махачкала: Дагкнигоиздат, 1968; Османов А. И.
Дагестан в XX веке: исторический опыт регионального развития: в 2 т. Махачкала: ДИНЭМ,
2007; Кониев Ю. И. Автономия народов Северного Кавказа: о зарождении и развитии
форм советской национальной государственности на Северном Кавказе. Орджоникидзе:
Ир, 1973; Зорин В.Ю. Национальная политика в России: история, проблемы, перспектива.
М.: ИСПИ, 2002; Даудов А. Х., Месхидзе Д. И. Национальная государственность горских
народов Северного Кавказа (1917–1924 гг.), СПб.: СПбГУ, 2009;
14
Киноян О. В. Политизация этнической идентичности как фактор мобилизации
этнических групп в условиях конфликта. Автореф. дис. …канд. полит. наук. Ставрополь –
2009. Трегуб С.В. Цивилизационная идентичность России в условиях глобализации:
социально-философский анализ Автореф. дис. …канд. филос. наук. Москва – 2008.
Безуглый В.Ф. Мобилизационный потенциал этнической идентичности в политических
конфликтах Автореф. дис. …канд. полит. наук. СПб. – 2015. Максимова О. Н.
Этнополитическая культура современного российского региона. Автореф. дис. …док.
полит. наук. М. – 2015. Лепехин В.А. Антропологический подход в исследовании
проблемы сущностных признаков российской цивилизации: дисс. … канд. филос. наук. –
М.: МГУ, 2015. Цумарова Е.Ю. Политика идентичности в регионах России: Теоретический и
практический аспекты (на примере Республики Карелия). Автореф. дисс… канд. полит.
наук. СПб. - 2014. Гусев А. С. Формирование политической идентичности в современной
России (на примере Санкт-Петербурга и амурской области). Автореф. дисс… канд. полит.
наук. СПб. - 2014.
6
идентичности обращено во многом на внешние аспекты и недостаточн ом изучении
внутриполитического процесса формирования цивилизационной идентичности.
Гипотеза исследования. Целостность государства определяется господствующим
типом и характером политической идентичности. Этническая, народная, национальная
идентичности в качестве политических идентичностей для федеративной России могут
нести в себе угрозу и дезинтеграционный потенциал как внутри государства, так и в
ближайшем окружающем пространстве. Республики России, обладая этническими и
национальными идентичностями, имеют возможность политического использования
такого ресурса. Равностатусность национальных идентичностей республик между собой
может стать источником конфликта наций. Российская национальная идентичность
подразумевает два уровня наций у которых разный статус. Гражданская идентичность не
может стать эффективной альтернативой национальной идентичности в силу ее
абстрактности.
Закономерным образом возникает вопрос. Какой должна быть политическая
идентичность России, которая бы обеспечивала целостность государства и не несла в себе
неразрешимых противоречий?
Гипотеза исследования заключается в том, что для России наиболее адекватной
идентичностью является политико-цивилизационная идентичность в качестве основы
единства ее народов и наций. Необходимо формирование политической цивилизационной
российской евразийской идентичности, как основы целостности государства и единства
политического пространства, которая бы позволила деполитизировать потенциальные
конфликты всех других форм идентичности.
Республика Дагестан, являясь моделью многонациональной России, отражает
общее и особенное в процессах формирования политико-цивилизационной идентичности
Российской Федерации и ее субъектов.
Существование альтернативных политических цивилизационных проектов России
является достаточным основанием для принципиально возможной опровержимости
результатов диссертационного исследования.
Цель исследования – раскрыть содержание российской политикоцивилизационной идентичности как определяющей в отношении других форм
идентичностей на примере Республики Дагестан.
Цель диссертации раскрывается через постановку и решение нескольких задач
диссертационного исследования:
определение теоретико-методологических основ исследования политики в
сфере цивилизационной идентичности;
анализ понятия политической цивилизационной идентичности;
рассмотрение основных этапов становления российской евразийской
цивилизации;
определение основного вектора политического «интереса» Республики
Дагестан;
выявление конфликта проектов цивилизационной идентичности Дагестана;
7
рассмотрение политики цивилизационной российской идентичности в
республике Дагестан.
Диссертационное исследование осуществляется посредством применения ряда
методов. Методологическую основу исследования составляет нормативный подход.
Применяется в исследовании системный и исторический методы. Содержание
раскрывается в движении от нормативного определения понятий к историческим фактам,
и от них к системному построению теории. Политологический подход заключается в
выявлении и анализе основных сталкивающихся интересов субъектов политики на разных
уровнях общности. Сравнительный и институциональный подходы имеют важное
значение при изучении и исследовании структуры субъектов государственной политики,
отдельных фактов и процессов.
Научная новизна работы заключается в обосновании следующих утверждений:
1. Выявлена основная неопределенность в сфере формирования российской
политической идентичности, разрешение которой необходимо для развития
политики цивилизационной российской идентичности.
2. Предложено структурированное определение политической идентичности с
целью рассмотрения политики цивилизационной идентичности.
3. Определены основные характеристики российской политико-цивилизационной
идентичности в соответствии со структурными уровнями модели цивилизации.
4. Предложено историко-логическое непротиворечивое соотношение терминов
«этнос», «народ», «нация», «цивилизация».
5. Охарактеризован политический «интерес» Республики Дагестан.
6. Определена проблема цивилизационной идентичности Дагестана в ситуации
конфликта идентичностей.
7. Выявлены
структурные
характеристики
политики
цивилизационной
идентичности Дагестана.
Достигнутые в ходе диссертационного исследования результаты сформулированы,
и на защиту выносятся следующие положения:
1. Государственная политика в сфере политико-цивилизационной идентичности
направлена на преодоление двойственности установок на культивирование
модернизационного развития и единства российской цивилизации, и, в то же
время, сохранения религиозной и этнической уникальности общностей,
проживающих на определенных территориях.
2. Политическая идентичность – это модус одной из форм коллективной
идентичности в рамках которой: (1) актуализируется «интерес» к ее
переформатированию, связанный с угрозой кризиса идентичности; (2)
оформляется устойчивое отношение к Другому в высоких степенях
интенсивности различий: свои – чужие; друзья – враги; (3) формируется
властное единство общности, направленное на установку и реализацию целей
(политика идентичности).
8
3. Российская евразийская политико-цивилизационная идентичность определена
общими интересами, ориентируясь на которые возможно выстраивание
политики идентичности. К ним относятся такие векторы как солидарность,
поликонфессиональность, идеократичность в духовной сфере; державность,
наднациональность, модернизационность в государственно-политической
сфере, государственно-корпоративные формы организации производства и
распределения в экономике; сочетание традиции и инновации в
технологическом укладе, поликультурность и полиэтничность общества,
территориально-многообразное единство евразийского ландшафта.
4. При рассмотрении современной коллективной российской идентичности,
различные термины – этнос, народ, нация, подчеркивают ее определенную
характеристику. Делая акцент на этничности, подчеркивают тему
происхождения и генезиса общности. Применяя термин «народ», подчеркивают
ее историческое единство. Термин «нация» характеризует общность как
совокупность индивидуумов-граждан в определенном государственноправовом пространстве. Следствием такой диалектики является то, что термин
«многонациональный народ» оказывается не логической ошибкой, а понятием,
подчеркивающим историческое единство определенного круга наций,
имеющих единое цивилизационное пространство. Выражение «мы - один
народ» подчеркивает важность единства исторической судьбы, а не отрицание
национальных особенностей.
5. Политический «интерес» Республики Дагестан состоит в развитии своей
субъектности посредством институтов социализации и модернизации в
цивилизационном взаимодействии народов России и Евразии.
6. По существу, проблема цивилизационной идентичности Дагестана в ситуации
конфликта идентичностей определена двумя большими блоками противоречий.
Первый блок противоречий относится к вопросу цивилизационной
идентичности всей России. Современная Россия есть поле борьбы между
силами, определяющими Россию как периферийную часть западной
капиталистической цивилизации, и силами, определяющими Россию как
самостоятельную евразийскую модернизирующуюся цивилизацию, не
определяемую логикой Западного капитализма. Второй блок противоречий
относится собственно к особенностям идентичности Дагестана и Северного
Кавказа. Здесь происходит противоборство между религиозной идентичностью
исламской
цивилизации
арабского
Востока
и
надрелигиозной,
поликонфессиональной идентичностью Российской цивилизации. Три
разнонаправленных вектора цивилизационной идентичности: западнонеоархаический, российский, исламский, определяют особенности ситуации в
Дагестане. Только российский вектор цивилизационной идентичности несет в
себе для Дагестана потенциал модернизации.
7. Политика цивилизационной идентичности состоит из двух составляющих.
Первая составляющая – это репрезентативная идентичность. Она должна иметь
направленность как в прошлое так и в будущее, должна давать представление о
единой евразийской цивилизации на протяжении всей истории. Вторая
составляющая – это деполитизация коллективных идентичностей менее общих
9
уровней, чем цивилизационный. В них должно быть переведено потенциально
политизированное содержание в правовую плоскость. В противном случае, они
будут выступать в качестве альтернативных политик идентичности. Это не
значит отказ от этнической, народной, национальной идентичностей. Наоборот,
их утверждение как неполитических идентичностей должно быть обеспечено в
поле политики цивилизационной идентичности. Под деполитизацией следует
понимать интеграционные процессы, которые разрешают противоречия и
конфликты определенного уровня, переводя их из общественной сферы в поле
закона и приватности.
Теоретическая и практическая значимость.
В представленном исследовании автор сумел решить поставленные задачи и
обосновал необходимость формирования политико-цивилизационной идентичности в
современной российской политике. Значимость результатов исследования заключается в
том, что материалы и положения диссертации могут применяться при разработке
стратегии и планов управления регионом. Результаты работы могут быть положены в
основу политического прогнозирования, разрешения региональных политических
конфликтов, развития и укрепления российской цивилизационной идентичности.
Диссертационный текст может быть ядром и материалом учебных пособий и курсов по
политике цивилизационной идентичности для студентов и слушателей курсов повышения
квалификации по национальной политике.
Апробация работы.
Ключевые положения диссертационного исследования были опубликованы
автором в ряде статей, а также в озвучены в докладах и сообщениях на научных
конференциях, методологических семинарах. Результаты работы были изложены на IV
международном политологическом форуме «Российский Кавказ 2016», международной
конференции «Горчаковские чтения». Диссертационное исследование прошло
обсуждение на заседании кафедры государственного и муниципального управления
Северо-Западного института управления РАНХиГС при президенте РФ и рекомендовано к
защите.
Структура работы. Диссертационное исследование состоит из введения, трех
глав, заключения и списка использованной литературы.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во Введении дается обоснование актуальности темы диссертационного
исследования, выявляется степень научной разработанности проблемы, предмет, цель и
задачи исследования, излагается его методологическая основа, определяется научная
новизна и практическая значимость исследования.
Первая глава «Теоретико-методологические основы исследования государственной
политики в сфере цивилизационной идентичности» состоит из трех параграфов.
Рассмотрение цивилизационной идентичности как политической требует разворачивания
понятия цивилизации в спектр теорий цивилизации, а также совокупности содержательно
10
с ним связанных концептов и понятий, и раскрытием их методологического основания. В
рамках обозначенного предмета исследования необходимо рассмотреть, как само понятие
идентичности, так и многообразие типов идентичностей, актуализированных в
российском обществе. В первом параграфе «Идентичность: понятие и типологии»
рассматриваются различные представления
идентичности,
которые требуют
необходимого теоретического раскрытия. Начало изучения идентичности, несмотря на то,
что термин уже употреблялся в психологии и социологии, относят к исследованиям
американского психолога Эрика Эриксона (1902-1994) и его работе «Идентичность:
юность и кризис». Эриксон, считавший себя последователем З. Фрейда, рассматривал
идентичность как центральное свойство личности, связанное с полноценным восприятием
мира и своего в нем места. В то же время он подчеркивал социогенетическую
детерминанту идентичности, избегая ее однозначного определения. В. Хесле указывает на
различие между индивидуальной и коллективной идентичностями, которые, в то же
время, проецируют друг на друга свои элементы. Коллективную идентичность человек
преднаходит в качестве структур, в которых только и возможен опыт. Человек рождается
в семье, у него есть родители, деды, родственники. Он является частицей определенного
народа, в конкретном государстве, которое структурировано общественными
институтами, имеет свою историю и мифологию. Он живет в определенном
цивилизационном пространстве, культуре, структурированной обычаями, ритуалами,
религией, ценностями. Важнейшей составляющей идентичности является ее кризис,
поскольку его преодоление представляет собой необходимую характеристику развитой
идентичности. Традиционные ценности подвергаются переоценке, и им на смену
приходят конкурирующие комплексы ценностей, носителями которых часто являются
политические оппоненты. В.Хесле формулирует одну из главных задач государственной
политики: «Политики, однако, пока еще не поняли, что одной из главных задач великого
государственного мужа должна быть организация рационального контроля над кризисами
идентичности и, если возможно,-участие в устроении новой, более разумной
идентичности»15 . Яростно презираемое прошлое, традиции, культура именно вследствие
глубинной идентичности, вызывают бурю эмоций и лихорадочную активность по
размежеванию с ними. Кризис идентичности становится проблемой, порождающей
необходимость принятия управленческих решений и действий. Кризис — это всегда
переломный момент в направленном развитии личности, семьи, государства,
цивилизации, когда осмысленное движение утрачивает, или ставит под сомнение цели смыслы, определяющие его координаты.
Анализ кризиса идентичности предполагает выявление типа идентичности, а
значит и определенной типологии, поскольку необходимо понять какая из идентичностей
подвергается разрушению. Для решения задач исследования следует предложить
типологию идентичностей, которая бы соответствовала этим задачам. Находясь в рамках
коллективной идентичности, можно выделить несколько ее типов, которые характеризуют
ее сложность и иерархичность. Мы предлагаем типологизировать коллективную
идентичность в рамках понятий: этнос, народ, нация, цивилизация. Есть сторонники и
противники сущностного различения этих понятий. Этнос является малорасчлененным
15
Хёсле В. Кризис индивидуальной и коллективной идентичности // Вопросы философии. - 1994. - №10. - С.
120.
11
сообществом и проявляет себя целостно в рамках поведенческих норм, закрепленных в
мифах. Его существование направлено на неизменность, статичность цикличность.
Жрецы, старейшины воплощают в себе ответственность за стабильность в неизбежных
процессах и изменениях, сопровождающих жизнь этноса. Важнейшим средством
консолидации этноса является язык. В языке и именах отливается мифическая жи знь
этноса. Существование народа связано не с его данностью как некоторой формой
общности, а с достижением цели его духовной общности, выраженной в развитых
религиозных формах и образах героев прошлого и настоящего. Народ живет в истории, и
это героическая история борьбы с внешними врагами и внутренними притеснителями.
Народ оформляется в традиционном обществе. Это общество стратифицировано.
Основное деление на сословия молящихся, воюющих и трудящихся, с одной стороны
разрывает традиционное общество, с другой стороны, функциональное различие
сплачивает народ в единство, в котором государственное и общественное еще не
различены. Народ защищается от нашествий во главе со своими героями -вождями,
духовенство молится о благоденствии народа. Герой создает новое качество народа. В
герое как индивидуальности воплощается дух всей массы народа, его коллективной
идентичности. Именно поэтому, когда делаются попытки разложения народа, совершают
подмену и дискредитацию его духовных героев и лидеров. Следующей формой
коллективной идентичности является нация. Нация — это еще более сложная форма
организации общества, в которой народ и этносы занимают подчиненное положение.
Нация создается не на общности этнического ядра и общей истории, а на общественном
интересе и приоритете общественного блага. Нация предполагает интеграционные
процессы в обществе, обеспечиваемые мощными коммуникационными ресурсами
государства, единого пространства образования, литературы, культуры. Э.Геллнер
подчеркивал, что современные нации создал печатный станок16 . Нация – это сообщество
граждан, индивидов, которые создают рациональную политическую организациюгосударство на основе правового равенства, единого экономического пространства и
общественного интереса. Городские жители – буржуа составляют ядро нации.
Гражданское общество отодвигает на задний план особенности сословий, народов,
этносов, религий, подчеркивая правовую общность и, в то же время, индивидуализируя
гражданина. С другой стороны, часто понятия этноса, народа, нации употребляются даже
в научной литературе как синонимы, или в разных формах соподчинения. Делая акцент на
этничности, подчеркивают тему происхождения и генезиса общности. Применяя термин
«народ», подчеркивают его историческое единство. Термин «нация» характеризует
общность как совокупность индивидуумов-граждан в определенном государственноправовом пространстве. Цивилизационная идентичность диалектически включает в себя
все предшествующие типы коллективной идентичности как подчиненные.
Второй параграф «Цивилизационный дискурс как форма развития коллективной
идентичности» рассматривает основные концепции и типологии цивилизаций,
являющиеся основными инструментами в ходе исследования и обсуждения
цивилизационной идентичности России. Понятие цивилизации представляет собой
высшую форму коллективной идентичности. Причем оно несет двойственный смысл. Речь
может идти либо о человечестве, либо о таких предельных общностях, в которых
16
Геллнер Э. Нации и национализм. – М.: Прогресс, 1991. – С.6.
12
фиксируется его разнообразие. В первом случае цивилизация понимается как высший этап
развития человечества в контексте процессов глобализации, результатом которого должно
стать всемирное гражданское общество. Во втором случае цивилизация понимается как
наднациональное сообщество, обнаруживающее свою особость в столкновении с другими
подобными общностями на определенном уровне социально-технологического развития в
рамках глобальных процессов. Локальные цивилизации исследовали Н.Данилевский, К. Н.
Леонтьев, В. С. Соловьев, Н. А. Бердяев, Освальд Шпенглер, Арнольд Тойнби, Фернан
Бродель, Самуэль Хантингтон, П.Н. Савицкий, Г.В. Вернадский, Н.С. Трубецкой, Г.
Флоровский, Л.Н. Гумилев.
В России концепт цивилизации стал особенно актуален после развала Советского
Союза и утраты советской идентичности. И.В.Бестужев-Лада сформулировал концепцию
«Альтернативной цивилизации»17 , В.Л. Иноземцев – автор «Расколотой цивилизации»18 ,
Н.Н. Моисеев, И.Б. Орлова – сторонники «Российской», «Евразийской цивилизации»,
А.С.Панарин рассматривает «Православную цивилизацию»19 и др.
Цивилизацию можно понимать, как высшую ступень развития общества и
коллективной идентичности по сравнению с этносом, народом, нацией. Вместе с тем,
предполагается, что она существует до определенного времени вне самосознания, в
латентной форме, в качестве основания последних. Следовательно, цивилизация
выступает как форма сосуществования этносов, народов и наций и имеет сложную
многомерную структуру. Отсюда возникает необходимость описать структуру
цивилизации.
Структура цивилизации не определяется какой-то одной доминантой коллективной
общности. Структуру цивилизации представляют в виде пирамиды, вершину которой
образует духовный мир20 . Ниже идут политические отношения, экономические
отношения, технологии, население (этносы, народы, нации), экология. Каждый этаж
пирамиды обладает качественным своеобразием, дающим преимущества конкретной
цивилизации. Продуктивно будет использовать понятие «код цивилизации», который и
подразумевает сложную конфигурацию составляющих цивилизации. Код – это набор
символов, за которым скрывается действительное содержание. С. Сулакшин предложил
свое видение цивилизационного кода, состоящего из двенадцати ценностей, которые
мотивируют человеческое развитие по направлению к Божественному образу и подобию.
Российская цивилизационная идентичность базируется на высоких показателях
ценностей-мотиваторов таких как: сопереживание, семья, коллективизм, терпимость. За
двадцатый век были утрачены или подвержены кризису идентичности такие ценности как
душа, нематериальные ценности, инновации. Креативность, ценность человеческой
жизни, стремление к совершенству, труд представляются для российской
цивилизационной идентичности относительно невысокими ценностями. Таким образом,
цивилизационный дискурс проходит несколько стадий. На первой стадии возникают
представления о цивилизованных странах. Затем возникают идеи о цивилизационном
магистральном пути развития человечества. На следующем этапе утверждается
17
Бестужев-Лада И.В. Альтернативная цивилизация. — М.: ВЛАДОС, 1998. -352 с.
Иноземцев В.Л. Расколотая цивилизация. Наука, Академия 1999 317с.
19
Панарин, А. С. Православная цивилизация / А. С. Панарин. – М.: Институт русской цивилизации, 2014. –
248 с.
20
Кузык Б.Н., Яковец Ю.В. Цивилизации: Теория история, диалог, будущее. В 2-х т. Т.1. Теория и история
цивилизаций. М.: Институт экономических стратегий. 2006. С.90.
18
13
многообразие цивилизаций, обладающих несоизмеримыми особенностями. Важнейшей
характеристикой цивилизации является культура. Культура трактуется и как восходящий
этап в развитии цивилизации, и как особый уникальный регулятор социальных
отношений, и как особый мир материальных и духовных ценностей. После этого
возникают представления об истории как совокупности диахронных и синхронных
цивилизаций. Исследуются древние цивилизации, средневековые цивилизации,
цивилизации Нового времени, современные цивилизации. Далее следуют попытки синтеза
многообразия цивилизаций и единства человеческой цивилизации.
Концепт цивилизационной идентичности фиксирует тот факт, что мир не достиг
тотальной однородности, к которой апеллируют адепты глобализации. С другой стороны,
поскольку цивилизационная идентичность имеет высокую степень абстрактности,
связанную с особенностями ее природы, она должна с неизбежностью становиться
предметом государственной политики. На бытовом уровне могут формироваться только
зачатки такой идентичности. Вместе с этим, в информационном культурном пространстве
государства должны выстраиваться смысловые структуры и маркеры, которые позволили
бы человеку ясно видеть координаты и ориентиры государственной политики.
Параграф третий «Понятие политической идентичности как основание политикоцивилизационной идентичности» посвящен рассмотрению политической идентичности
как особой
характеристики
коллективных идентичностей. Политологическое
исследование относит политическую идентичность к особому измерению коллективной
идентичности, поскольку она не соотносима с индивидуальным опытом, но служит его
условием и предпосылкой. Концептуализация политической идентичности начинается с
идентификации партийной, идеологической принадлежности избирателей при господстве
социально-психологического подхода и позднее распространяется на самый широкий
спектр социальных установок. Причем ядром политической идентичности оставалась
партийная идентичность. На следующем этапе политическая идентичность начинает
пониматься как идентичность с политическими институтами такими как национальное
государство, Евросоюз, а также с этническими группами в контексте становления
политики мультикультурализма и толерантности. Учитывая ценные моменты
существующих определений и интерпретаций политической идентичности, мы
предложим свою трактовку политической идентичности.
Политическая идентичность – это модус одной из форм коллективной
идентичности в рамках которой: (1) актуализируется «интерес» к ее переформатированию,
связанный с угрозой кризиса идентичности; (2) оформляется устойчивое отношение к
Другому в высоких степенях интенсивности различий: свои – чужие; друзья – враги; (3)
формируется властное единство общности, направленное на установку и реализацию
целей (политика идентичности).
Коллективная общность может обладать одной, несколькими или всеми типами
идентичности – этнической, народной, национальной, цивилизационной идентичностями,
но только одна идентичность в ней выступает в качестве доминирующей и приобретает
статус политической идентичности. Первая характеристика идентичности коллективного
субъекта касается проблематизации его самоопределения. Коллективная идентичность
становится политической, когда возникает необходимость в ее изменении,
воспроизведении, защите. Проблема самоизменения идентичности отсылает нас к
вопросу о ее происхождении, «истинной» основе идентичности.
14
Формы коллективной идентичности общности, со стороны их происхождения
рассматриваются с нескольких точек зрения. Примордиализм - от латинского
«primordialis», «изначальный»21 . Смысл примордиализма заключается в том, что признаки,
отличающие ту или иную общность, рассматриваются как их неотъемлемое свойство,
обусловленное общим родственным происхождением. Эта общность выражается в вере в
общих предков, единстве обрядов и языка. Конструктивисты утверждают, что все
общности являются продуктом деятельности политических элит, решающих насущные
стратегические проблемы. В рамках конструктивизма истинная идентичность
коллективной общности лежит в плоскости адекватности конструкции тем задачам,
которые стоят перед политической элитой. Политическая идентичность обществ а
заключается в правильном понимании этих задач. Третий подход получил название инструментализм — от латинского «instrumentum» и является разновидностью
конструктивизма. В рамках этого направления исследователи пытаются объяснить тот
факт, что, несмотря на развитие общества, наличие народов, и наций, утверждающегося
гражданского общества, этносы могут играть значительную и ведущую роль в
общественной жизни. Инструментализм рассматривает возрождение этносов как
инструмент для достижения самых различных целей.
Второе измерение политической идентичности общности, определяемое через
противопоставление свои – чужие; друзья – враги, позиционирует общность в отношениях
к другим. Идентичности становятся политическими в результате трансформации
неполитических коллективных идентичностей, через противопоставление другим
идентичностям. В рамках второго измерения коллективная общность противопоставляет
себя в определении друзей и врагов другим коллективным общностям либо как этнос,
либо как народ, либо как нация, либо как цивилизация, в качестве доминирующей
идентичности и тем самым приобретает политическую идентичность.
Третьим измерением политической идентичности является необходимость наличия
политики идентичности. Первое измерение проблематизирует наличную идентичность,
второе измерение противопоставляет ее другим политическим единствам в борьбе с ними,
третье измерение создает единство ценностей, целей и методов их достижения для
успешного сохранения, и развития политической идентичности. Политика идентичности
направлена, прежде всего, на определение целей и ценностей. Принципом политики
идентичности является понятие солидарности, прообразом которой выступает
комплиментарность – понятие, разработанное в теории Л.Н. Гумилева. Солидарность
наций и народов, солидарность различных религий, солидарность экономических и
технологических укладов, солидарность экологических ниш – это образ цивилизации.
Российская (Евразийская) цивилизация представляет пример такого соединения народов,
религий, экономических укладов, ландшафтов. Политический интерес к цивилизационной
общности рождается из потребности в интеграционных и демаркационных проектах.
Политика идентичности в свете цивилизационного образа вырабатывает уникальную
систему ценностей, в рамках которой вырабатывается свой язык, смыслы, алгоритмы,
связывающие её с миром повседневности. Политика идентичности и призвана
артикулировать многообразные смыслы глобального цивилизационного проекта.
21
Дугин А.Г. Этносоциология. — М.: Академический Проект, 2011. С.50.
15
Следующим шагом политика идентичности вырабатывает набор правил, которым
необходимо следовать в осуществлении глобального проекта. Политико-цивилизационная
идентичность – это идентичность сообщества народов, наций, хозяйственных укладов,
религий, идеологий, основанная на принципе солидарности, противостоящая другим
цивилизационным идентичностям, имеющим иную конфигурацию культуры, и
обладающая самостоятельной политикой идентичности.
Вторая глава работы «Дагестан в контексте становления цивилизационной
идентичности России» состоит из двух параграфов.
Параграф первый «Цивилизационная идентичность Российской империи. Дагестан
в пространстве Российской империи» посвящен рассмотрению первого этапа становления
российской цивилизационной идентичности и роли и месту Дагестана в этом процессе.
Становление, институализация и осмысление российской цивилизации происходит в
форме империи. В период расцвета российской империи в конце XIX века была
обозначена территория Евразии в форме границ Российской империи от Вислы и Дуная до
тихоокеанского побережья, и от арктической тундры до горных хребтов и пустынь на
границах Ирана, Афганистана, Китая. На этом пространстве, на протяжении веков
проживали множественные конгломераты народов, отличающиеся друг от друга
разнообразной культурой, языками и уровнями развития, которые на протяжении второго
тысячелетия стали приобретать единые формы организации государственности, начиная
от монгольской империи Чингисхана до Российской империи. Россия провозглашает себя
Империей в 1721 году во время правления Петра Великого. Контроль над вновь
присоединенными землями осуществлялся в основном за счет местной знати. В то же
время, военная защита, в обмен на которую признавалась власть русского царя,
сопровождалась созданием военно-административного управления. Значительная часть
российского цивилизационного пространства получила единую политическую структуру
империи, в которой соединялись многие народы и территории с асимметричным
административным устройством. Таким образом, складывался противоречивый симбиоз
либеральной политики, направленной на сохранение культурного, языкового и
конфессионального своеобразия традиций народов и ассимиляции местных элит в
государственные военно-административные структуры
управления. Правление
Екатерины, в продолжение политики Петра, закладывает основы Европейской
идентичности России и, в то же время, усиливает раскол культуры на европейскую
дворянскую культуру и традиционную евразийскую культуру более широких слоев
общества. Расширение Российской империи мотивировалось не столько экономическими
причинами и выгодами, сколько военно-политическими потребностями в установлении
прочных границ и ослаблении геополитического давления соседей.
В рамках евразийского пространства происходит присоединение к России и такого
образования как Дагестан. В силу своего географического положения земли Дагестана
постоянно подвергались нашествиям. В период арабского нашествия в равнинной части
Дагестана в VIII веке находилась столица Хазарского Каганата. В XI в. произошло
нашествие сельджукских турок, которое сменилось господством Азербайджана. В XII–
XIII вв. Грузия расширила свои владения до Каспия. XIII век отмечен монголо-татарским
нашествием. С XV в. и до XVIII в. Дагестан становится ареной борьбы между Ираном и
16
Турцией. Господство Турции и Ирана носили для Дагестана разрушительный характер. В
свете этого с XVI века начинаются периодические контакты с Россией. В этот период,
вплоть до восемнадцатого века, происходит процесс политического взаимодействия двух
самобытных культурно-исторических субъектов - России и Дагестана. Элита Дагестана
ищет службы и покровительства в России от военного давления южных соседей. После
присоединения Северного Кавказа к России в начале XIXвека на первый план выходит
задача совмещения в одном государственном устройстве различных социокультурных
организаций. С одной стороны, Дагестан пронизывают архаичные, традиционные
структуры, с другой стороны, его территории включаются в совместные
модернизационные процессы, захватывающие всю Россию. Несмотря на сложную картину
истории вхождения Дагестана в Российскую государственность, изобилующую
сражениями, поражениями и победами, периодами дружбы и включения под
покровительство Империи, оно носило по большей части, объективный характер.
Российская империя искала естественных границ и выхода к морям в ситуации
постоянного давления Османской империи и Ирана. Российская государственность несла
закон, порядок и военную защиту от агрессивной ассимиляции соседних государств и
совершенно не влияла на бытовые особенности местных народов. Государственность
давала модернизационный импульс тем народам, которые еще полностью были
погружены в традиционные способы хозяйствования. Присоединенные территории
обладали низким уровнем социально-экономического развития, и вхождение в единое
государственное пространство сопровождалось скачком в общественном развитии,
приобщением к «высокой» культуре. Дагестан формирует свою цивилизационную
идентичность на основе расширения горизонта культуры, преодолевая границы
религиозной и этнической идентичности.
Февральская революция 1917 года обозначила себя как проявление политических
сил, опирающихся на европейский, буржуазный вектор цивилизационного развития,
грозящий России потерей политической субъектности. Октябрьская революция 1917 года
была антикапиталистической. Она отказывалась не только от монархической
государственности России, но и от обязательств перед европейскими буржуазными
структурами, интересы которых гарантировало Временное правительство. В
противоборстве политических сил в гражданской войне приходит осознание того, что
Россия должна вернуться к строительству цивилизации на собственных основаниях.
Дагестан, несмотря на критичность ситуации во время падения Российской
империи, не рассматривает себя вне единой исторической судьбы России. Модернизация
социально-экономического уклада пронизывает и развитие Дагестана. И все же в
Дагестане основная масса населения остается приверженной ценностям и устоям
традиции. Более того, регионы России, базирующиеся на традиционном укладе,
составляют широкое основание для сохранения Российской цивилизационной
идентичности.
Второй параграф «Цивилизационная идентичность СССР. Дагестан в пространстве
Советского Союза» выявляет особенности второго этапа становления Российской
цивилизации и места Дагестана в структуре этого процесса. Слом Российской империи в
феврале 1917 года не разрешил, а обнажил глубинные противоречия в государственном
17
развитии России. Октябрьская социалистическая революция 1917 года стала реальной
альтернативой системному кризису, из которого буржуазное правительство не смогло
найти выход. Советский Союз становится носителем особой цивилизационной
идентичности. Во-первых, он отказался от вхождения в европейскую цивилизацию в
качестве периферийного государства, находящегося под контролем иностранного
капитала. Во-вторых, Советский Союз противостоит Западу как самостоятельная
цивилизация, отвергнувшая капиталистическую альтернативу. Сущность ее как
евразийской цивилизации определили идеологи русского евразийства П.Савицкий,
Н.Трубецкой и др. Советские идеологи определили ее как новую ступень формационного
развития цивилизации. Некапиталистический путь развития соединяет в себе иную
экономику, ценности, философию, нравственность, выраженные в идеологии марксизма.
Уже на этапе создания СССР происходит собирание государства в рамках евразийского
пространства. Одновременно с образованием государства оформляется решение
национального вопроса. Национальная политика СССР создала несколько уровней
коллективной идентичности, которые оказались потенциально противоречивыми друг
другу. Политика общегражданской, советской идентичности обнаружила свою
абстрактность перед лицом политики идентичности национальных республик.
Февральская и Октябрьская социалистическая революция 1917 года оказали огромное
влияние на судьбу Дагестана. В переломный период народы Дагестана сделали
однозначный выбор в пользу модернизационного развития и общественного прогресса, а
не возврата к архаике прошлого. Прогресс связывался с возрождением России и не
связывался с возможностью отдельного самостоятельного пути. Активные попытки
иностранных государств, геополитических противников России, спровоцировать
сепаратистские процессы не увенчались успехом. В 1921 г. Была образована Дагестанская
Автономная Советская Социалистическая Республика. В том же году была п ринята
Конституция. Таким образом, Дагестан получил политический статус в составе
Советского Союза. Создание национально-территориальных автономий укрепило доверие
широких масс к советской власти. Национально-территориальные автономии отражали
этно-территориальные структуры расселения народов на основе самоорганизации которых
и происходило политическое самоопределение на Северном Кавказе. Смысл создания
автономий и заключался во встраивании традиционного самоуправления в единую
систему государственного управления всего государства.
Особой темой в политической истории советского Дагестана, является тема
депортаций и репрессий против народов Дагестана в советский период. Первые
депортации происходят в середине тридцатых годов по распоряжению СНК СССР «О
переселении 1000 кулацких хозяйств из Дагестана и Чечено-Ингушской области» №911150сс от 21.05 1936г. Масштабной депортации подверглось и духовенство республики. К
концу тридцатых годов в Дагестане не осталось ни одной действующей мечети. Процесс
реабилитации начался в 50-х годах, продолжался до 90-х годов ХХ века и в результате
было реабилитировано около шестидесяти тысяч человек22 . В целом эта проблема
22
Алибегилов Ш.А. Государственные акты по вопросам политико-правовой реабилитации
репрессированных народов Северного Кавказа // Вестник Санкт-Петербургского
университета. Серия 9. Вып. 3. Востоковедение. - Санкт-Петербург, 2011. - С. 168-172.
Алибегилов Ш.А. О полной политической и правовой реабилитации репрессированных
18
существует до сегодняшнего времени. История Великой отечественной войны полна
примерами героизма и стойкости дагестанцев. В борьбе с фашизмом дагестанцы
приобретают опыт формирования советской идентичности. Вторая мировая война
показывает, что советская идентичность народов Советского Союза носит
цивилизационный характер. Победа в войне стерла значимость национальных различий до
минимальных величин. Особенность Дагестана, заключающаяся в полиэтничности
населения, отсутствие титульной нации, а также в том, что русский язык является языком
общения в республике, повлияла на то, что советская идентичность наиболее прочно
вошла в мировоззрение дагестанцев.
Процессы реформирования в годы перестройки были направлены на ключевые
скрепы политической системы Советского Союза. Политика идентичности переводится с
уровня категории «советский народ» на уровень «наций» и «межнациональных
отношений». Эти проблемы немедленно актуализировали вопрос о федеративных
отношениях в СССР. Нациестроительство шло по пути государствообразования.
Требования о расширении прав и самостоятельности союзных республик
распространялись и на статус автономных образований. В начале 1990 года был принят
закон о выравнивании прав союзных и автономных республик. Этот закон потенциально
дробил РСФСР на множество субъектов, оппозиционных руководству республики. В 1991
году республика была переименована в Дагестанскую ССР, а 17 декабря 1991г. было
принято новое название – Республика Дагестан.
Советская цивилизационная идентичность основывалась на единой исторической
судьбе и закреплялась конституционным статусом государства, а не союзным договором.
Евразийское пространство является месторазвитием цивилизации, имеющей свой особый
социокультурный код. На этом месте развивается и утверждается российская цивилизация
и постепенно обретает свое самосознание. По месторазвитию ее можно называть
евразийской цивилизацией. При акценте на социокультурный код ее можно называть
российской цивилизацией.
Третья глава работы «Политика в сфере развития цивилизационной идентичности
России (на примере республики Дагестан)» полностью посвящена анализу политикоцивилизационной идентичности Дагестана.
В параграфе первом «Идентичность как политический «интерес» республики
Дагестан» рассматриваются процессы, раскрывающие первый модус политической
идентичности в современном Дагестане. Он состоит из ответа на вопросы: кто мы, откуда
мы и чего мы хотим. После распада Советского Союза Российская Федерация
погружается в системный кризис идентичности. Утрата политической воли к
самоопределению, к самостоятельному позиционированию в политических отношениях
создавало угрозу дальнейшего распада государства, утраты российской идентичности. В
ситуации кризиса коллективной идентичности возникает насущный интерес в том, чтобы
найти оптимальную конфигурацию идентичностей, чтобы сохранить все содержание,
ценности и завоевания в развитии Республики Дагестан. Политический «интерес» к
идентичности Дагестана не затухает и сегодня, а значит кризис идентичности не исчерпан.
народов Северного Кавказа // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 12.
Вып.2. Востоковедение. – Санкт-Петербург, 2011 – С. 15-19.
19
С одной стороны, это создает определенные угрозы, в частности со стороны экстремизма,
терроризма, нестабильности в социально-экономическом развитии, с другой стороны,
здесь заложен большой потенциал для развития идентичности республики Дагестан.
Особенностью Дагестана является во многом уникальность его характеристик. Это
самая крупная республика Северного Кавказа. Территория Дагестана органично входит в
евразийский ландшафт и представляет его форпост. Дагестан в этническом отношении
является самым пестрым регионом России. В республике нет титульного этноса как в
других республиках Кавказа. Народы Дагестана разговаривают на двадцати девяти языках
и семидесяти диалектах. Четырнадцать языков имеют письменность, остальные являются
бесписьменными. Начало девяностых годов в свете распада советской идентичности
вызвало всплеск общественной активности в попытках выстраивания национальных
идентичностей в Дагестане. На волне этой активности были созданы аварское народное
движение (АНД), кумыкское народное движение «Тенглик», лакское – «Кази-Кумух»,
лезгинское – «Садвал», ногайское – «Бирлик», Кизлярский круг Терского казачьего
войска. Очень быстро эти движения приобрели политический характер и стали орудием
для реализации национально-политических интересов внутри Дагестана. Проблемы
депортированных народов, их реабилитации, а также переселения народов внутри
Дагестана стали отправной точкой для политизации национальных отношений.
Разделение границей между Азербайджаном и Россией лезгинского народа, ногайского
народа между границами субъектов РФ, переселений лакского народа стали причинами
политических требований и дестабилизации межнациональных отношений.
В девяностые годы ХХ века экономика Дагестана, как и всей России, переживала
процесс деиндустриализации. В рамках федеральной социально-экономической политики
России выравнивания уровня жизни и социального развития субъектов, Дагестан остается
дотационным регионом. «Если попытаться одним словом охарактеризовать основное
направление политики государства в отношении Северокавказского региона, то подобным
словом, без сомнения, будет «модернизация». Именно с данным процессом связывается
решение основных проблем региона: депрессивной экономики, низких доходов населения,
распространения экстремизма и т.п». 23
Под модернизацией следует понимать в широком смысле процесс создания
системы политических и социально-экономических институтов, способных адекватно
отвечать на вызовы современного мира. Динамика самых разнообразных процессов в
Дагестане показывает, что объяснение проблем и конфликтов в республике кроется не в
этнических и языковых особенностях народов, их истории, а в кризисе идентичности,
утрате прежней идентичности и конкуренции альтернативных идентичностей.
Политический «интерес» Дагестана состоит в цивилизационном развитии, в
модернизации, приобретении идентичности гражданского общества. В то же время,
политический интерес может реализоваться через альтернативные идеалы и выборы
европейской цивилизации, исламской цивилизации, российской цивилизации,
неоархаичной идентичности, традиционной идентичности, национальной идентичности.
23
Северный Кавказ: модернизационный вызов / И.В. Стародубровская, Н.В. Зубаревич,
Д.В. Соколов, Т.П. Интигринова, Н.И. Миронова, Х.Г. Магомедов. — М.: Издательский дом
«Дело» РАНХиГС, 2011. — С.35.
20
Пройти этот лабиринт представляется сложнейшей задачей государственной политики.
Цивилизационно-политический «интерес» Республики Дагестан состоит в развитии своей
субъектности в цивилизационном единстве и взаимодействии народов России .
Второй параграф «Формирование политико-цивилизационной идентичности
Дагестана в ситуации конфликта идентичностей» посвящен анализу отношения к
Другому, к различению: свои – чужие; друзья – враги. Это вопрос об идентичности
Дагестана на разных уровнях от этничности до цивилизационности. По существу,
проблема цивилизационной идентичности Дагестана определена двумя большими
блоками противоречий. Первый блок противоречий относится к вопросу
цивилизационной идентичности всей России. Современная Россия есть поле борьбы
между силами, определяющими Россию как периферийную часть западной
капиталистической цивилизации, и силами, определяющими Россию как самостоятельную
евразийскую модернизирующуюся цивилизацию, не определяемую логикой Западного
капитализма.
Западная цивилизация охотно приветствует стремление самых разных государств
стать частью Западной цивилизации, но только в качестве периферии, поскольку
современная мир-экономика капитализма строится на модели: ядро – полупериферия –
периферия24 . Ядро невозможно без периферии как пространства конкурентных
преимуществ и господства развитых стран. Странам Запада нужны рынки сбыта, рынки
дешевой рабочей силы, сырьевые ресурсы. Контроль за ресурсами в ситуации их
ограниченности осуществляется комплексом инструментов широкого диапазона - от
навязывания чуждых цивилизационных кодов до военно-политического доминирования,
результатом применения которых становится управляемый хаос на периферийных
пространствах.
Второй блок противоречий относится собственно к особенностям идентичности
Дагестана и Северного Кавказа. Здесь происходит противоборство между религиозной
идентичностью исламской цивилизации арабского Востока и надрелигиозной
идентичностью Российской цивилизации. Находясь длительное время под влиянием
арабской культуры, Дагестан является не только «страной гор», но и центром учености и
распространения ислама на весь Северный Кавказ. С другой стороны, развитие
религиозных учреждений и традиций, взаимодействие с другими религиями,
государственными и политическими структурами, сформировали свои особенности в
понимании своей цивилизационной идентичности, не определяемой исключительно
религией. Три разнонаправленных вектора цивилизационной идентичности: западно неоархаический, российский, исламский определяют особенности ситуации в Дагестане.
Причем необходимо заметить, что только российский вектор цивилизационной
идентичности несет в себе потенциал модернизации, поскольку именно Россия
развивалась альтернативно Западной цивилизации как модернизационный проект.
24
См. Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире. Пер. с
англ. П. М. Кудюкина. Под общей редакцией канд. полит, наук Б. Ю. Кагарлицкий — СПб.:
Издатальство «Университетская книга» ,2001.
21
Российская цивилизация, решая вопросы своей идентичности, выдвигала два
суждения. Россия - это Европа. Россия – это Россия, Евразия. Дагестан, находясь в
социально-политическом пространстве России, имеет перед собой те же варианты.
Интересы европейского выбора поддерживают либерально настроенные круги
интеллигенции и бизнесменов. В фокусе их рассмотрения находится проблематика прав
человека, правозащитная деятельность, условия защиты и ведения бизнеса. Российскоевразийская идентичность воплощается в деятельности республиканских политиков,
концентрирующихся на проблемах управляемости в республике, городского
индустриального
населения,
научно-технической
интеллигенции,
работников
просвещения и здравоохранения, озабоченных восстановлением общего социальноэкономического-пространства. Интересы и потребности городского экономически
активного населения выходят за рамки традиционного образа жизни, своей культуры,
языка.
В то же время перед Дагестаном стоит и специфическая альтернатива. С одной
стороны, в Дагестане существуют давние традиции исламской религии, обращающей его
к исламской цивилизационной идентичности, с другой стороны, в свете современных
культурных синтезов, ислам в Дагестане играет свою особую роль и имеет свое
институциональное своеобразие. Традиционный ислам Дагестана развивается в рамках
пространства российской цивилизационной идентичности, сопрягаясь с особенностями
течений ислама в Татарстане и других российских республиках, межконфессионального
общения с православием и иудаизмом. Иногда он позиционируется как российская версия
ислама. Ваххабизм отрицает всю систему сложившихся в Дагестане социальных сил и
противоборств и представляет крайние антисистемные силы. Ваххабиты или салафиты
остаются средой, в которой молодежь Дагестана получает упрощенные представления об
исламе, национальных традициях мусульман и является поставщиком новобранцев для
террористических организаций и ИГИЛ. В ситуации кризиса идентичности,
противостояние российской цивилизации и исламской цивилизации, российской
цивилизации и европейской цивилизации, формирует политико-цивилизационную
российскую идентичность в борьбе с маргинальным экстремистским ваххабизмом,
воплощающим исламский цивилизационный проект и с оппозиционно-диссидентским
либерализмом, воплощающим европейский цивилизационный проект.
Третий параграф «Политика идентичности в контексте формирования
цивилизационной идентичности Дагестана». Государственная политика идентичности
предполагает широкий диалог по осознанию, развитию и артикуляции всего богатства
материала политического «интереса» Дагестана в качестве «обратной связи» со своей
первой предпосылкой. Государственная политика идентичности определяет и утверждает
линии взаимодействия взаимопроникновения и демаркации с другими цивилизационными
проектами в качестве обратной связи со второй составляющей политикоцивилизационной идентичности. Политика идентичности должна вырабатывать систему
ценностей, в рамках которых утверждаются нормы. Нормы связывают цивилизационные
ценности с жизненным миром повседневности. Она включает в себя не только духовные
компоненты такие как нравственность, наука, искусство, образование, но и особенности
политического устройства, своеобразие экономических отношений, технологий, экологии.
22
Вследствие этого, одной из серьезных задач политики цивилизационной идентичности в
Дагестане является деполитизация этнической и национальной идентичности.
Последовательная работа на этом направлении, создание альтернативных инструментов
привели к тому, что национальные политические движения не прошли регистрацию в
Главном Управлении Регистрационной службы РФ по Республике Дагестан.
Сущностью легитимной политики цивилизационной идентичности является
процесс политической социализации максимально широких слоев и групп населения,
модернизации. Социализация человека, вплоть до выработки мотивов поведения на
основе цивилизационных ценностей, и модернизация среды его деятельности и
хозяйствования
выступают
главным
содержанием
проективной
политики
цивилизационной идентичности. Российская евразийская политико-цивилизационная
идентичность определена несколькими общими векторами, ориентируясь на которые
возможно выстраивание политики идентичности. К ним относятся такие векторы как
солидарность, поликонфессиональность, идеократичность - в духовной сфере;
державность, наднациональность, модернизационность - в государственно-политической
сфере; государственно-корпоративные формы организации производства и распределения
- в экономике; сочетание традиции и инновации - в технологическом укладе;
поликультурность и полиэтничность общества; территориально-многообразное единство
евразийского ландшафта.
Новый вектор политики России в XXI веке - это борьба за евразийскую
цивилизационную идентичность, в рамках которой возможно восстановление статуса
Великой державы в уже многополярном мире и собирание нового Евразийского союза.
Концепт России как цивилизации-государства позволяет легитимировать приоритеты
развития, отказавшись от противопоставления исторических эпох императорской России,
Советской цивилизации и современной России. Соединение традиции и модернизации
определяется как способ возрождения творческого потенциала всех народов евразийского
пространства. Важнейшим инструментом политики российской цивилизационной
идентичности являются программы, направленные на выравнивание территориального
уровня благосостояния и развитие инфраструктуры. Целевые программы, направленные
на модернизацию экономики, инвестиционные проекты создают единое социальноэкономическое пространство всей России.
Ключевую роль в реализации политики идентичности играет система среднего и
высшего образования Дагестана. Активная научная, образовательная деятельность,
инновационная деятельность должны сопровождаться программами интенсивных
студенческих обменов между университетами России. Эта проблема еще требует
принципиальных решений и остается открытой для политики в сфере образования.
Средние и высшие учебные заведения республики являются не только центрами по
получению образования. Они должны быть способны синтезировать в себе самые
разнообразные направления социализации молодежи: искусство, физическая культура,
народное творчество, досуг, туризм, международные коммуникации. Студенческий спорт
также является источником совместных мероприятий и повышения мобильности
молодежи. Политика идентичности на основе государственных образовательных и
воспитательных стандартов постепенно дает положительные результаты. Переосмысление
23
евразийской истории в ее светлых и трагических периодах является мощным механизмом
политики цивилизационной идентичности. Особенностью политики цивилизационной
идентичности является процесс деполитизации религиозной, этнической и национальной
идентичности. Под деполитизацией следует понимать интеграционные процессы, которые
снимают противоречия и конфликты определенного уровня, переводя их из общественноэкономической сферы в поле закона и приватности. Действия, направленные на
политизации этничности, лишают народы их цивилизационной идентичности.
В Заключении диссертации подводятся общие итоги исследования
формулируются основные выводы, вошедшие в Положения, выносимые на защиту.
и
Содержание диссертации отражено в следующих публикациях автора:
Публикации в периодических научных изданиях, рекомендованных Высшей
аттестационной комиссией Российской Федерации:
1. Алибегилов Ш.А. Концептуализация понятия политической идентичности в контексте
формирования цивилизационной идентичности России // Власть № 11 (2016) С. 100105.
2. Алибегилов Ш.А. Волков В. А. Цивилизационная идентичность России как вектор
современной государственной политики // Управленческое консультирование 2016. №
5(89) С.19-24.
3. Алибегилов
Ш.А. Волков В. А. Формирование политико-цивилизационной
идентичности Дагестана в ситуации конфликта идентичностей // Управленческое
консультирование 2017. № 4 (0,7п.л.).
4. Алибегилов Ш.А.
О
полной
политической
и
правовой
реабилитации
репрессированных народов Северного Кавказа
//Вестник
Санкт-Петербургского
университета. Сер. 13. 2011. Вып. 2. С.15-19.
5. Алибегилов Ш.А. О начальном этапе реабилитации репрессированных народов
Северного Кавказа. // Научная мысль Кавказа. Северокавказский научный центр
высшей школы. - № 4. Ч.2. – Ростов-на-Дону, 2010. – С. 137-139.
6. Алибегилов Ш.А. Государственные акты по вопросам политико-правовой
реабилитации репрессированных народов Северного Кавказа // Вестник. С.Петербургского. ун-та. Сер. 9. 2011. Вып. 3. С. 168–172.
Работы, опубликованные в других изданиях:
1. Алибегилов Ш.А. Политическая реабилитация репрессированных народов Северного
Кавказа на основе установок ХХ съезда партии
//Вестник регионального института
инновационных исследований. – № 1. – Элиста, 2010. – С. 47-56.
2. Алибегилов Ш.А. Политико-правовые проблемы депортации и реабилитации
репрессированных народов Северного Кавказа: историография темы // Вестник
Карачаево-Черкесского университета. – Карачаевск, 2011. – С. 49-57.
24
25
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
2
Размер файла
600 Кб
Теги
цивилизационный, политика, республики, дагестан, идентичность, российской, пример, формирование
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа