close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Особенности языкового сознания носителя языка в условиях многоязычия (на материале эвенкийского якутского и русского языков)

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
Захарова Наталия Егоровна
ОСОБЕННОСТИ ЯЗЫКОВОГО СОЗНАНИЯ НОСИТЕЛЯ ЯЗЫКА В
УСЛОВИЯХ МНОГОЯЗЫЧИЯ
(на материале эвенкийского, якутского и русского языков)
10.02.19 - Теория языка
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата филологических наук
Кемерово 2018
Работа выполнена в Институте гуманитарных исследований и проблем
малочисленных народов Севера СО РАН
Научные руководители:
доктор филологических наук,
Роббек Василий Афанасьевич
доктор филологических наук,
Варламова Галина Ивановна
Официальные оппоненты:
Бутакова Лариса Олеговна, доктор филологических наук, профессор,
заведующий кафедрой русского языка, славянского и классического языкознания
федерального государственного бюджетного образовательного учреждения
высшего
образования
«Омский
государственный
университет
им.
Ф.М.Достоевского»;
Проскурина Анастасия Викторовна, кандидат филологических наук, доцент
кафедры стилистики и риторики федерального государственного бюджетного
образовательного
учреждения
высшего
образования
«Кемеровский
государственный университет»
Ведущая организация: федеральное государственное автономное
образовательное учреждение высшего образования «Северо-Восточный
федеральный университет имени М. К. Аммосова»
Защита состоится «09» ноября 2018 г. в 10.00 часов на заседании
диссертационного совета Д212.088.01 на базе федерального государственного
бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Кемеровский
государственный университет» по адресу: 650000, Кемерово, ул. Красная, 6.
С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Кемеровского
государственного университета и на сайте http://www.d01.kemsu.ru
Автореферат разослан___________2018 г.
Материалы по защите
http://www.d01.kemsu.ru
размещены
на
официальном
Ученый секретарь
диссертационного
совета
М.Н. Образцова
2
сайте
КемГУ:
Общая характеристика работы
Настоящая работа является комплексным исследованием языка, сознания и
культуры эвенков и посвящена исследованию общего и специфического в
содержании образов языкового сознания эвенков, якутов, русских - жителей
эвенкийских сел Республики Саха (Якутия) – на примере концепта «Бэе/Человек».
Актуальность исследования. Изучение особенностей межкультурных
различий (в нашем исследовании – эвенков, якутов и русских), находящих свое
отражение в языке и сознании, является одним из приоритетных направлений,
разрабатываемых
в
отечественной
психолингвистике.
Проблематика
реконструкции языкового сознания эвенков в сравнении с якутами и русскими,
связанная с проблемами функционирования языка как психического феномена, с
психолингвистическим и социопсихолингвистическим аспектами изучения
моноэтничного (языковое сознание эвенков) и полиэтничного языкового сознания,
представляется нам актуальной. Существующие связи между словами и стоящими
за ними концептами, основывающиеся и на ассоциативных отношениях,
позволяют выявить и сопоставить традиционное, национальное и новое,
заимствованное в восприятии концептов, которые являются частью окружающего
нас мира.
Теоретической основой исследования послужили признанные труды в
области психолингвистики В. П. Зинченко, А. Н. Леонтьева, Ю. Ф. Тарасова, Н. В.
Уфимцевой и др. В нашем исследовании язык рассматривается как средство
доступа к сознанию, а ассоциативный эксперимент – как инструмент,
позволяющий описать образы языкового сознания представителей различных
этносов.
Объект диссертационного исследования: языковое сознание носителя языка,
проживающего в полиязыковой среде.
Предмет исследования: содержание образов языкового сознания двух- и
трехъязычного населения эвенкийских сел Якутии.
Цель диссертационного исследования – выявление особенностей
языкового сознания носителя языка, существующего в полиязыковой среде, на
примере языкового сознания эвенков, проживающих в эвенкийских селах Южной
Якутии, в сравнении с якутами и русскими.
Поставленная цель предполагает решение следующих задач:
1)
определить концептуальную базу и понятийный аппарат исследования;
2) реконструировать инвариантную эвенкийскую картину мира на основе
исторических, этнографических, лингвокультурологических, фольклорных
источников и собственных наблюдений для определения особенностей
эвенкийского языкового сознания;
3) выявить факторы, влияющие на формирование образа мира носителя
эвенкийского языка в условиях многоязычия;
4) определить особенности взаимодействия языков контактирующих народов
(эвенков, якутов и русских) в социопсихолингвистическом аспекте, включающие
3
экстралингвистические характеристики языковой ситуации поселений – мест
совместного проживания,
5) выявить специфику ассоциативного поля заимствованных слов
посредством направленного ассоциативного эксперимента среди населения
эвенкийских сел и якутов других районов Якутии;
6) определить общее и специфическое в языковом сознании носителя языка
проживающего в условиях многоязычия посредством свободного ассоциативного
эксперимента среди населения эвенкийских сел Южной Якутии;
7) обозначить круг слов-стимулов, входящих в семантическое поле
«Человек», и на примере этого концепта описание содержания образов сознания
носителей языка, проживающих в условиях многоязычияв эвенкийских селах
Южной Якутии;
8) рассмотреть сходства и отличия в стратегиях ассоциирования носителей
эвенкийского, якутского и русского языков;
9) выявить основные константы (архетипы) в лингвокультуре эвенков,
существующих в полиязыковой среде, на примере устойчивости концептов.
Методы исследования определены его целями и задачами:
- для сбора языкового материала использованы методы полевого
исследования (наблюдение, сравнение, интервью, анкетирование, естественный
эксперимент),
косвенного
наблюдения
(изучение
документации),
экспериментальные методы (свободный и направленный ассоциативный
эксперимент);
- для представления результатов исследования применены описательный,
сравнительно-сопоставительный, статистический методы.
Материалом исследования выступает концепт «Человек», который
рассматривается в лингвокультурологическом и психолингвистическом аспектах.
Лингвокультурологический аспект рассматривает семантические характеристики
концепта «Человек» в лингвокультуре индивидов, существующих в полиязыковой
среде. Психолингвистический аспект связан с исследованием образов сознания
индивидов, полученных при помощи ассоциативного эксперимента. Источниками
исследования лингвокультурных особенностей эвенкийского концепта «Человек»
послужили лексические и фразовые примеры, собранные автором в ходе полевых
наблюдений над языком эвенков Якутии, тексты художественных и фольклорных
произведений на русском и эвенкийском языках, лексикографические издания и
словарь фразеологизмов эвенкийского языка [36].
В ходе свободного ассоциативного эксперимента в качестве слов-стимулов
выступила группа слов, входящая в семантическое пространство концепта
«Бэе/Человек» – Энекэ (бабушка), Акин (старший брат), Нэкун (младший), Дыл
(голова), Дылган (голос), Хунат (девочка), Юкагир, Хутэ (ребенок), Аси
(женщина), Тонгус (тунгус), Чукча, Дэрэ (лицо), Омолги (мальчик), Эни (мать),
Эвэн (эвен), Илмакта (молодежь), Эды (муж), Бэе (человек), Илэл (народ), Луча
(русский), Яко (якут), Амнга (рот), Нгалэ (рука), Турэн (язык/слово), Эвэнки
(эвенк), Эса (глаз). Для выявления общих и специфических характеристик в
ассоциировании разных этносов (эвенков, якутов и русских), мы сопоставили
образы, данные якутами и русскими на эти же стимулы: Эбээ/Бабушка, Убаай,
4
таай/брат, Младший, Төбө, бас/Голова, Куолас/Голос, Кыыс/Девочка, Юкагиир,
Ођо/Ребенок, Дьахтар/Женщина, Тоңус, Чукча, Сирэй/Лицо, Уол/Мальчик,
Ийиэ/Мать, Эбээн, Эдэр/Молодежь, Эр, кэргэн/Муж, Эр киhи/Мужчина, Ойох,
Киhи/Человек, Норуот/Народ, Нуучча, Ум, Саха, Айах/Рот, Илии/Рука, Тыл/Слово,
язык, Эбээңки, Харах/Глаз.
В качестве эталона русского языкового сознания были использованы
материалы Русского ассоциативного словаря (сост. Ю.Н. Караулов, Ю.А. Сорокин,
Е.Ф. Тарасов, Н.В. Уфимцева, Г.А. Черкасова, М., 1998).
Всего проанализировано 5400 реакций на якутском языке, 5400 реакций,
данных населением эвенкийских сел (не включая материалы РАС, и материалы
якутского ассоциативного словаря).
Методологическую основу исследования составили наиболее значимые в
области теории языковых контактов работы – И. А. Бодуэна де Куртенэ, У.
Вайнрайха, Л. В. Щербы и др.; в области лингвокультурологии работы – В. В.
Красных, З. Д. Поповой, Ю. С. Степанова, И. А. Стернина и др. В вопросах
языкового контактирования использованы работы современных лингвистов В. М.
Алпатова, Н. Б. Мечковской, Н. Б. Вахтина, Ю. Н. Караулова и др., а также работы,
в которых представлены исследования эвенкийско-якутского и якутско-русского
взаимовлияния: П. А. Слепцова, А. В. Романовой, А. Н. Мыреевой, П. П.
Барашкова, И. Н. Новгородова и др. Для описания картины мира эвенков
основополагающими стали работы Б. А. Серебренникова, Г. М. Василевич, Г. И.
Варламовой, Н. Ю. Мальчакитовой, Е. В. Мерекиной, Е. Л. Калининой, Г. В.
Быковой, А. Лаврилье; в описании образов языкового сознания - традиции
Московской психолингвистической школы, представления о сознании,
разработанные в рамках теории деятельности А. Н. Леонтьева, и концепция
языкового сознания, и теория межкультурного общения Е. Ф. Тарасова.
Научная новизна заключается в том, что в данном исследовании впервые:
- сделана попытка реконструкции инвариантной картины мира эвенков;
- реконструирован экспериментальным путем состав языкового сознания
эвенков, якутов и русских, живущих в одном дву- и трехъязычном социуме;
- представлена языковая картина мира эвенков через культурные константы,
входящие в семантическое поле концепта «Бэе/человек» - (Энекэ (бабушка), Акин
(старший брат), Нэкун (младший), Дыл (голова), Дылган (голос), Хунат (девочка),
Юкагир, Хутэ (ребенок), Аси (женщина), Тонгус (тунгус), Чукча, Дэрэ (лицо),
Омолги (мальчик), Эни (мать), Эвэн (эвен), Илмакта (молодежь), Эды (муж), Бэе
(человек), Илэл (народ), Луча (русский), Яко (якут), Амнга (рот), Нгалэ (рука),
Турэн (язык/слово), Эвэнки (эвенк), Эса (глаз);
- проведен сравнительный анализ содержания образов сознания эвенков,
якутов и русских на примере семантического пространства концепта «Человек»;
- на основе анализа результатов эксперимента подтверждено наличие
эвенкийских констант (архетипов) в лингвокультуре эвенков, проживающих в
поликультурном обществе;
- выявлены факторы, формирующие основные фрагменты языкового
сознания носителя языка, проживающего в условиях многоязычия.
Теоретическая значимость:
5
1) реконструкция эвенкийской картины мира может стать основой для
дальнейших лингвистических, культурологических и других исследований,
касающихся языка и культуры эвенков;
2) выявление общего и специфического в образах мира носителей
эвенкийской, якутской и русской культур способствует решению проблемы
формирования структур языкового сознания индивида, существующего в
поликультурной среде;
3) сопоставительное описание сознания билингвов и монолингвов
продвигает теорию языкового сознания в части развития методологии
реконструкции разных типов языковых сознаний.
Практическая значимость работы: языковой материал и полученные
результаты могут быть использованы в дальнейших исследованиях языкового
сознания
и
межкультурной
коммуникации,
кросс-культурных,
лингвокультурологических исследованиях; в лексикографической практике
составления ассоциативного словаря; теории перевода (особенно эвенкийских
литературных, фольклорных и песенных текстов); для спецкурсов по проблемам
языкознания и межкультурной коммуникации.
На защиту выносятся следующие положения:
1. Реконструированная этническая картина мира эвенков позволяет
определить культурные константы этноса и сопоставить ее с действующими
образами. Такая картина мира будет инвариантной для современных эвенков,
проживающих в полилингвокультурном социуме.
2. Содержание полученных ассоциативных полей сохраняет национальную
специфику, свойственную культуре эвенков, в силу того, что эти слова являются
культурными константами.
3. Благодаря константам культуры, представляющим собой ее каркас,
культурной традиции, сознания и языка, такие понятия, как «национальный язык –
язык МСП» и «национальная культура – культура МСП» становятся
эквивалентными и функционируют в таком виде в повседневной жизни.
4. В процессе формирования образа мира индивида, живущего в условиях
многоязычия, важна роль первого языка. Индивид, формирование языкового
сознания которого происходит на основе смешанного языка, находится в
окружении культуры, состоящей из частей нескольких культур. Он имеет языковое
сознание, лишь приближенное к языковому сознанию какого-то (или каких-то) из
взаимодействующих этносов.
5. В поликультурном обществе определяющим фактором в формировании
языкового сознания будет являться, в первую очередь, место совместного
проживания (далее МСП), где языком общения становится система всех языковых
механизмов, обеспечивающих порождение и понимание речи в данном МСП.
6. Эвенки, проживающие в условиях многоязычия, используют переводную
стратегию как основную для выражения своих мыслей, а также средства второго и
третьего языка для выражения особенностей родной культуры. У современного
носителя эвенкийского языка нет тех знаний, которые может предложить родной
язык.
6
7. Стратегии ассоциирования индивидов, живущих в условиях
многоязычия, различны в зависимости от этнической принадлежности, их возраста
и места проживания (т.е. языкового окружения).
Апробация
результатов
исследования.
Основные
выводы
диссертационного исследования были обсуждены на заседаниях сектора
эвенкийской филологии Института гуманитарных исследований и проблем
малочисленных народов Севера СО РАН (г. Якутск). По отдельным положениям
работы сделаны доклады на международных, всероссийских и региональных
научно-практических конференциях в гг. Санкт-Петербург (2001), Кызыл (2012),
Якутск (2001-2017гг.) .
Структура работы. Работа состоит из введения, трех глав, заключения,
списка использованной литературы и приложений (тематической классификации
лексики отражающей быт эвенков, образцы анкет, ассоциативный словник,
таблицы, содержащие результаты ассоциативного эксперимента).
Основное содержание работы
Во введении обосновывается актуальность, научная новизна, практическая и
теоретическая значимость полученных результатов, указываются методы анализа,
объект и предмет исследования, определяются цель и содержание поставленных
задач, формулируются положения, выносимые на защиту, дается характеристика
источников. Представлены также сведения об апробации работы.
В Главе I «Семантическое пространство эвенкийского языка как
отражение окружающего эвенков мира» предпринята попытка реконструкции
инвариантной эвенкийской картины мира на основе исторических,
этнографических, лингвокультурологических, фольклорных источников. В
современной науке широко применяется антропоцентрическая модель
исследования языка, которая основана на взаимосвязи языка, сознания и культуры.
В параграфе 1.1. дается определение понятиям концепт, концептосфера и
семантическое пространство языка. Выделен концепт Человек как основной
субъект культуры. Вокруг человека выстраиваются все концепты, человек сам их
формирует, он творец своей культуры.
Концепт Человек описывается по следующим параметрам: 1) человек вообще,
так как он выделен из всего остального мира и 2) национальный человек, или
человек-эвенк, так как он отличает себя от других людей. Нам интересен архетип
человек, как основа всей концептуальной картины культуры.
В лингвокультуре эвенков понятие «человек» подразделяется на два
подобраза: «человек вообще, т.е. любой человек» и «человек-эвенк». С
мировоззренческими представлениями эвенков в прошлом также связано и то, что
в эвенкийском языке нет деления предметов на одушевленные и неодушевленные.
Но вопрос «Кто?»/ «Нги?» существует, и ставится он только к словам, его
обозначающим. Функция этого вопроса – выделение человека из всего остального
мира. Так, вопросительные местоимения: Нги? – Кто? (относится только к
человеку); Экун? – Что? (относится ко всему остальному). Так, сулаки (лиса), бэюн
(дикий олень, лось), дэги (птица) и т.д. отвечают на вопрос Экун? (Что?). Примеры:
1) Таду дёло – Там камень. Вопрос: Таду экун? 2) Таду нгинакин – Там собака.
7
Вопрос: Таду экун?- Там кто? 3) Классту таткамнгу. В классе учительница.
Вопрос: Нги классту? - Кто в классе? 4) Эрэ би ом. Это я сделал. Вопрос: Нги эрэ
оча? Кто это сделал? В мировоззрении эвенков Человек – это своеобразный центр,
с которого и в сравнении с которым начинается познание окружающего мира.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что концепт «человек вообще» в
языковом сознании эвенков сложился ранее, чем концепт «человек-эвенк», и
предшествовал ему.
Полный образ человека-эвенка (мужчины) сосредоточен в следующем
изречении-самоопределении: Дюр нгалалкан, дюр халгалкан, дюлакин дэрэлкэн,
эвунки ехалкан, конгнорин дылилкан, дуннэ чэчэвэн чэчэридери эвэнки-бэе – Две
руки имеющий, две ноги имеющий, голое (без шерсти) лицо имеющий,
поперечные глаза имеющий, всю кромку земли исхаживающий в своих кочевках
человек-эвенк.
Это
изречение-самоопределение
является
эталоном
самоидентификации эвенка и национальным образом настоящего (этнического)
мужчины-эвенка – образом человека эвенкийской культуры.
Социальный архетип эвенкийки довольно образно и точно выражен в
народных речениях гуктэ, гукит и заповедях эвенков Иты, якобы данных им
творцом Сэвэки, сотворившим землю и все, что находится и живет на земле, а
также сотворившим и самого человека-эвенка. В эвенкийских пословицах и
поговорках дана характеристика женщины-эвенкийки как основательницы рода и
семьи; хозяйки дома-жилища, а в фразеологизмах как основы семьи и воспитателянаставника мужа.
В параграфе 1.2. рассматриваются термины языковая картина мира и
языковое сознание эвенков.
Описывая образы сознания эвенков, овнешненные с помощью языковых
средств родного языка, мы полагаем, что через них реализуется, раскрывается
этническая (инвариатная) картина мира эвенков. Термин «языковая картина мира»,
на наш взгляд, также вполне приемлем и оправдан, когда идет речь о языковой
специфике в отражении окружающего мира.
Определение картины мира в самом общем виде предполагает
упорядоченную совокупность знаний о действительности, сформировавшуюся в
общественном сознании. Этническая (когнитивная) картина мира эвенков,
рассматриваемая в нашей работе, понимается нами как образ действительности,
сформированный когнитивным сознанием человека или народа в целом, как
результат отражения действительности в процессе мышления. Таким образом,
эвенкийские стереотипы сознания заданы эвенкийской культурой.
Для описания особенностей языкового сознания эвенков мы будем опираться
на определение, предложенное Е.Ф. Тарасовым: «Языковое сознание – это образы
сознания, овнешняемые языковыми средствами – отдельными лексемами,
словосочетаниями, фразеологизмами, текстами, ассоциативными полями и
ассоциативными тезаурусами как знания, формируемые самими субъектами
преимущественно в ходе речевого общения, и чувственные знания, возникающие в
сознании в результате переработки перцептивных данных, полученных от органов
8
чувств в предметной деятельности»1 .Из этого определения видно, что языковое
сознание каждой из исследуемых нами этнических групп (эвенки, якуты и русские)
имеет свои отличия и свою специфику. Отсюда следует, что сознание формируется
в процессе деятельности этнической группы. Для его исследования рассматрены
образы сознания, овнешняемые языковыми средствами родного языка. В связи с
этим в исследование вводится термин «инвариантный образ мира», который
соотносится с особенностями национальной культуры, поскольку «в основе
мировидения и миропонимания каждого народа лежит своя система предметных
значений, социальных стереотипов, когнитивных схем. Поэтому сознание человека
всегда этнически обусловлено; видение мира одним народом нельзя2 простым
«перекодированием» перевести на язык культуры другого народа». Таким образом,
в нашей работе этническая (эвенкийская) картина мира будет рассматриваться в
сопоставительном плане как отправная, инвариантная картина мира.
Образ мира это основной компонент культуры, и именно в виде образов
действительности, обобщенных в значениях слов, культура сохраняется в сознании
людей. Человек в результате своей социализации приобретает опыт своего
сообщества, опыт поведения, коммуникации, обращения с предметами этой
культуры и может ориентироваться в окружающем его мире. Так, следуя
традициям эмпирического языкознания, мы ставим перед собой основную задачу –
показать национальные, вербализованные языком эвенков образы существующего
мира в аспектах, важных для эвенкийского этноса.
Для описания особенностей языкового сознания эвенков нам необходимо
рассмотреть факторы, влияющие на национальную культуру этноса: среда
обитания, быт и хозяйственная деятельность, непосредственно язык.
Среда обитания эвенков. Эвенки как кочевой народ освоили большую
территорию. Главным ориентиром в освоении природного пространства являлись
реки. Так, «определяя свою идентичность, эвенк выдает комплексное уравнение,
где смешиваются генеалогия, фамилия, родовое наименование, названия рек и
притоков» ( А. Лаврилье)
Хозяйственная деятельность эвенков. Охота и оленеводство, быт
приспособлены к кочевому образу жизни в тайге. Это четко спланированный
годовой цикл кочевания, который принимает во внимание всю необходимую
информацию (топографические, климатические, биологические, зоологические,
возможно и физические знания) в комплексе. Оленеводство не является главным
видом хозяйствования для эвенков, в отличие от охоты, так как существовали и
пешие группы охотников-эвенков (безоленных) и конные. Оленеводство у эвенков
имеет больше транспортное значение. Таким образом, хозяйственная деятельность
и кочевой образ жизни эвенков определили особенности образа мышления.
Язык. В своем исследовании мы рассматриваем бытовую лексику как
основу древнего пласта словарного фонда языка. Обозначив круг бытовой лексики,
и классифицировав ее по тематическим группам, мы определяем содержание всего
1
Тарасов, Е. Ф. Языковое сознание – перспективы исследования / Е. Ф. Тарасов // Языковое сознание: содержание и функционирование: XII
Международный симпозиум по психолингвистике и теории коммуникации. - М., 2000. – С. 2-3.
2
Леонтьев, А. А. Языковое сознание и образ мира // Язык и сознание: парадоксальная рациональность / А. А. Леонтьев. – М. : ИЯ РАН. – 1993. –
С.20
9
семантического поля быта, отражающим в себе повседневные потребности
человека. Именно это будет овнешнением этнокультуры эвенков. Весь собранный
нами лексический материал разделен на три основные части: материальная
культура, духовная культура и социальные отношения. В свою очередь, каждая из
них делится на тематические группы, которые распадаются на лексикосемантические группы. Анализ лексического материала привел нас к выводу, что
необходимо разделить лексико-семантические группы на еще более мелкие
лексико-семантические подгруппы. В нашей работе они получат следующее
определение: лексико-семантическая подгруппа – это объединение слов,
относящихся к одной и той же лексико-семантической группе и наиболее полно
раскрывающих семантические связи этой группы. Такое членение необходимо в
силу того, что лексико-семантические группы отражают различные стороны своего
предмета. Например, тематическая группа (ТГ) лексики, отражающей
традиционные виды хозяйствования, включает в себя несколько разных по своему
содержанию лексико-семантических групп (ЛСГ) – оленеводство, охота,
рыболовство, собирательство. В свою очередь, все эти ЛСГ необходимо разделить
на лексико-семантические подгруппы (ЛСП), т.к. ЛСГ «оленеводство» включает в
себя названия оленей, которые различаются по половозрастным, внешним
признакам, по нравам и выполняемой ими работе.
Анализ полученной классификации показал, что детализированное значение
слов встречается только в тех областях, которые отражают непосредственно
исконную лексику эвенков. Также в результате проведенного анализа выявлено
значительное количество заимствованных слов, среди которых наблюдается
большое количество якутских (около 800 слов) и русских (около 400 слов)
заимствований. Это объясняется тем, что для классификации были выбраны слова,
функционирующие на территории Якутии. Почти все они являются именами
существительными, которые выражают конкретно-предметные и абстрактноотвлеченные понятия. В результате этого выявлены области, в которых
осуществляются контакты и которые поставляют наибольшее число
заимствований.
В параграфе 1.3. Рассматривается грамматический строй эвенкийского языка
как специфика языкового сознания эвенков.
Падежная система эвенкийского языка является примером отражения
языкового сознания эвенков. Пространственное мышление эвенков выработало
свою падежную систему, в которой много так называемых «пространственных
падежей»: направительный, направительно-продольный, направительно-местный,
местный, продольный, отложительный, исходный падежи. Суффиксы
пространственных падежей занимают значительную долю всех имеющихся в
языке суффиксов. Наличие пространственных падежей и их многочисленных
падежных суффиксов важны для четкой ориентации, быстрого и безошибочного
движения в огромном природном пространстве. Поэтому у эвенков разработана до
мелочей маркировка движения относительно природных и других объектов.
Наличие немалого количества специфических пространственных падежей
эвенкийского языка основано на языковом мышлении и пространственной
ориентации эвенков как необходимого способа жизни в тайге.
10
Каждый пространственный падеж имеет свое конкретное значение, отличное
от других пространственных падежей. При правильном переводе на русский язык
они требуют дополнительных слов, чтоб верно отразить сказанное эвенком. Для
передачи значения пространственных падежей важно учитывать «точку отсчета» от чего, к чему направлено движение, также важно, каким образом это движение
осуществляется или вам следует осуществить. К примеру, исходный падеж имеет
значение места или предмета, со стороны которого производится действие. Аси
дюгит нгэнэдерэн. Женщина идет со стороны юрты. Моты урикиткит
хуктыдечэн. Лось бежал со стороны стойбища.
Притяжательные суффиксы и суффиксы обладания также являются
отражением специфики языкового сознания эвенков. В эвенкийском языке имена
(существительные и прилагательные), кроме форм падежа и числа, обязательно
имеют притяжательные формы (суффиксы). Любое употребление эвенкийского
слова в предложении невозможно без употребления этих суффиксов. Эвенкийская
правильная речь без притяжательных суффиксов просто невозможна – таковы
требования и законы эвенкийского языка, что и является проявлением языкового
сознания и лингвокультуры эвенков. Притяжательные суффиксы функционируют
наряду с притяжательными местоимениями. Однако, если в предложении уже
имеется притяжательное местоимение, употребление притяжательного суффикса
также обязательно. Например: Бэе хутэви ичэрэн. Мужчина ребенка своего увидел
(лично-притяжательный суффикс –ви, переданный в русском переводе
местоимением свой). Бэе мэнниви хутэви ичэрэн. Мужчина своего ребенка своего
увидел.
Суффикс обладания -лкан указывает на постоянство обладания; имеет свою
особую роль, которая отведена в языковом сознании эвенка – с его помощью
образуются различные обозначения человека, отличающие его от животного
(природного) мира,
выделяющие человека, по выражению философов, из
природного окружения. Таким образом, суффиксы –чи и –лкан хотя и являются по
значению суффиксами обладания, не одинаковы по своему смысловому значению:
первый указывает на наличие предмета у лица в момент говорения, второй
указывает на обладание как постоянный признак, присущий лицу или объекту.
Как грамматическая категория у эвенков не сформировался так называемый
«средний род». Грамматическая категория рода у эвенков сформировалась только
в виде того, что существует два типа суффиксов: суффиксы обозначающие
женщин и суффиксы, обозначающие мужчин: -нкур, -гир, -лан – определяет
мужчин, -мнгу – определяет женщин. Например: Кэптукэнкур – мужчина рода
Кэптукэ, Кэптукэмнгу – женщина рода Кэптукэ. Таткалан - учитель, таткамнгу –
учительница. Дукулан – писатель, дукумнгу – писательница.
Глава II «Формирование образа мира эвенков в условиях многоязычия».
Параграф 2.1. рассматривает экстралингвистические характеристики
языковой ситуации в местах совместного проживания эвенков, якутов и русских.
В нашем исследовании Якутия является неким коммуникативным
пространством и выступает как ареал совместного проживания эвенков, якутов и
русских. Однако нам интересен вопрос, является ли пространство совместного
проживания общим культурным ареалом. Под культурным ареалом в данном
11
случае мы подразумеваем «пространство, внутри которого у разных культур
обнаруживается сходство в основных чертах» [216].
Языковая ситуация в Якутии такова: 1) реально существует язык (якутский),
который в определенной степени ассимилировал язык (эвенков); 2) и язык
(русский), который является языком интернациональным в данном социуме; 3)
отметим другую важную особенность функционирования эвенкийского языка в
Якутии - все эвенкийские села находятся в удаленных от других населенных
пунктов местах и располагаются компактно, в нашем исследовании они получают
название – места совместного проживания (далее МСП). Можем отметить еще и
определенную замкнутость в с. Тяня и с. Иенгра эвенкийского языка от якутского,
и в меньшей степени от русского (т.к. дети учатся на русском). Итак, исследуемые
МСП представляют собой локальные очаги, расположенные в разных районах на
территории современной Якутии: 1) поселения совместного проживания удалены
друг от друга, население этих сел между собой практически не контактирует; 2)
языковая ситуация в МСП несбалансированная и весьма различается:
преобладающее эвенкийско-русское двуязычие, (с. Иенгра), с преобладающим
якутско-русским двуязычием (с. Тяня), с преобладающим якутско-русским
двуязычием - (с. Кутана), преобладающее якутско-русское двуязычие, (с. Кюпцы).
Также следует отметить, что основной язык общения (якутский или русский) в
данных МСП имеет свои региональные особенности и может отличаться от норм
литературного языка.
В МСП проявляются два разнопорядковых, но близких явления: смешение
языков и интерференция. Примеры: явление интерференции: ногам ыалдьар – нога
болит; илиту дай – руку дай; явление смешения эвенкийского и якутского языков:
Павлик моторит куугунаппыт. - Павлик быстро уехал на моторной лодке;
высказывание на эвенкийском языке осложненное заимствованиями: Тар бэе
мотыва умун пулянун олок сэпсем варэн. – Тот человек одной пулей убил лося
наповал.
В параграфе 2.2. рассмотрены вопросы взаимодействия эвенкийского,
якутского и русского языков. Понятия «языковой контакт» и «билингвизм»
теснейшим образом взаимосвязаны и являются сторонами одного явления –
взаимодействия языков. Языковой контакт всегда влечет за собой определенные
изменения в языке взаимодействующих народов. А двуязычное общество, в том
числе носитель языков (билингв), будет местом для реализации двуязычия.
Поэтому для полноты исследования мы рассматриваем двуязычие как
определенную языковую ситуацию, как индивидуальное двуязычие, смешение,
взаимопроникновение двух или нескольких самостоятельных языковых систем.
Весь процесс заимствования элементов одного языка другим включает в себя
комплекс вопросов и нелингвистического характера: тесные политические,
экономические и другие связи, которые мы имеем, активизировали заимствование
слов. В связи с этим рассмотрены традиционный быт и хозяйствование эвенков,
якутов и русских, которые отличаются, но в ходе многовекового взаимодействия
на единой территории во многом стали схожи. Это необходимо для выявления так
называемых «культуроспецифических слов» в которых запечатлен прошлый опыт
12
этноса. Как известно, индивид строит свой образ мира и зависит он от социальной
структуры социума, культурных и языковых различий и т.п.
В нашем исследовании предпринята попытка изучения языкового сознания
билингвов, принадлежащих к так называемому смешанному билингвизму, или
даже мультилингвизму. Как уже упоминалось выше, в последнее время
формируется бикультурное сообщество, в котором все больше проявляются
индивиды с так называемой маргинальной идентичностью. Они как бы находятся
между двумя культурами, не овладевая при этом в должной мере ни одной из них.
Предполагаем, что маргиналы могут испытывать внутриличностные конфликты,
от которых может зависеть и восприятие окружающего их мира. Соответственно,
они имеют свои особенности мышления. Нам интересно языковое сознание
естественных билингвов, обладающих идентичностью своего этноса.
Ситуация в Якутии выглядит следующим образом: 1) реально существует
язык (якутский), который в определенной степени ассимилировал язык (эвенков);
2) также существует язык (русский), который является языком интернациональным
в данном социуме; 3) отметим другую важную особенность функционирования
эвенкийского языка в Якутии – все эвенкийские села находятся в удаленных от
других населенных пунктов местах и располагаются компактно, в нашем
исследовании они получили название места совместного проживания (далее –
МСП). Так, мы имеем в наличии еще и определенную замкнутость эвенкийского
языка, ограждающую от влияния якутского языка (используется только
разговорный якутский язык, функционирующий непосредственно в данном
поселении) и в меньшей степени от русского (русскоязычное обучение в
образовательных организациях, СМИ, Интернет, художественная и иная печатная
продукция, в основном, на русском языке).
Процессы смешения языков, переключения кодов и интерференции являются
сегодня обязательным условием би- и полилингвальных социумов. Если при
смешанном языке индивид попеременно использует в речи целостные
высказывания то на Я1, то на Я2 и т.п., то при разноязычии, по С.Г. Васильевой,
индивид использует целостные высказывания на Я1+Я2. Если смешанный язык и
разноязычие возможно использовать при условии, что коммуниканты владеют и
Я1, и Я2, то в случае, когда адресат не владеет одним из языков, используемых в
речи, то вступает третий тип речевой гетерогенности – переключение кодов.
Обратим внимание также на явление интерференции, которое подразумевает
«случаи отклонения от норм любого из языков, которые происходят в речи
двуязычных в результате того, что они знают больше языков, чем один, т.е.
вследствие языкового контакта»3. Таким образом, это явление принципиально
отличается от разноязычия.
Рассмотрение этих процессов не является целью нашего исследования,
однако приведем несколько примеров, подтверждающих присутствие таких
явлений в исследуемых языках.
3
Вайнрайх, У. Языковые контакты: Состояние и проблемы исследования / У. Вайнрайх. – Киев : Вища школа, 1979. – С. 22.
13
№1. ногам ыалдьар – нога болит (высказывание построено на якутском
языке, с русским вкраплением ногам); илииту дай – руку дай (высказывание
построено на русском языке, с якутским вкраплением илииту).
На первый взгляд можно предположить, что это примеры смешения языков
(в данном случае якутского и русского), т.к. на языке, на котором построено
предложение, отклонений нет. Но в то же время, слова ногам и илииту ни к
якутскому, ни к русскому языку не относятся:
нога-м (русское слово нога + конечный якутский согласный м, по аналогии с
якутским суффиксом от атаҕым –букв. моя нога); илии-т-у (якутское слово илии
«рука» + якутский суффикс т по аналогии от илииттэн «за руку» + русское
окончание у по аналогии с руку).
Таким образом, мы наблюдаем явление интерференции.
№2. Павлик моторит куугунаппыт – высказывание состоит из двух частей
на эвенкийском и якутском языках.
Эвенкийская часть высказывания Павлик моторит осложнена русским
заимствованием моторит от мотор + эвенкийский суффикс -ит (букв. на моторе)
переводится как «Павлик на моторной лодке».
Якутская часть высказывания куугунаппыт (букв. заставил шуметь)
переводится как «быстро уехал».
Таким образом, это явление смешения языков, в данном случае –
эвенкийского и якутского.
№3. Тар бэе мотыва умун пулянун олок сэпсем варэн. – Тот человек одной
пулей убил лося наповал.
Вышеприведенное высказывание на эвенкийском языке осложнено русским
пуля-нун (от рус. пуля) и якутским олок «совсем» заимствованиями, а также сэпсем
(от рус. совсем), заимствованного из русского языка посредством якутского.
Интересно использование якутского и русского заимствований со значением
«совсем» одновременно. Это придает эвенкийскому слову варэн «убить» значение
«сразу наповал».
Таким образом, носитель языков – это индивид, представитель этнической
культуры, порождающий тексты и воспринимающий тексты с помощью своего
этнического языка и других известных ему языков, когда в одном индивиде
«живут», сосуществуют два и более языков, и это не просто смешение нескольких
языковых систем, не взаимопроникновение или их наложение. Благодаря сложной
нейрофизиологической деятельности, он может построить свою речь из
нескольких частей известных ему языков, подбирая для этого слова и выражения,
которые (на его взгляд) наиболее четко отражают его мысли.
Результаты сравнительно-сопоставительного анализа языкового сознания
носителя языка, существующего в условиях многоязычия даны в параграфе 2.3. где
выявляется специфика ассоциативного поля заимствованных слов на примере
бытовой лексики эвенкийского языка. Методом позволяющим максимально
приблизиться к ментальному лексикону, вербальной памяти, культурным
стереотипам человека выбрали ассоциативный эксперимент.
В качестве слов-стимулов в эксперименте использованы 40 существительных
эвенкийского языка (16 якутских заимствований, 14 русских заимствований, 10
14
собственно эвенкийских слов), входящих в семантическое поле «Быт»: эвэкэ
(бабуска), брат, газета, голова, город, семья, учительница, человек, лодка, мотор,
соль, орон, дю, унтал, олло, мо, укумни, му, того, матал, турукэрук, серга, тус,
туннук, сукэ, талки, сари, атир, соттор, абасы, балаган, ты, егас, сордон,
мусустар, барелак, байтаhун, мать, лампа, отец.
Их выбор не случаен и обосновывается следующим.
1) Существительные идентифицируют вид: вид людей, вид вещей. Главное
отличие существительных и прилагательных, по мнению А. Вежбицкой, состоит,
во-первых, в том, что «существительные обозначают виды вещей, наделённые
некими свойствами», а прилагательные «обозначают свойства как таковые», и, вовторых, существительное заключает в себе большое число свойств, а
прилагательное обозначает единичное свойство4.
2) Слова того/огонь, человек, дю/дом, му/вода, мать, отец, бабушка,
включенные в наше семантическое поле, являются культурными концептами и
внесены в «Словарь русской культуры» Ю.С. Степанова. Культурные концепты
являются «как бы сгустками культурной среды в сознании человека; (это) то, в
виде чего культура входит в ментальный мир человека. И, с другой стороны –
концепт – это то, посредством чего человек – рядовой, обычный человек, «не
творец культурных ценностей» - сам входит в культуру, а в некоторых случаях и
влияет на нее»5.
3) Для выявления реального бытования в языковом сознании заимствованных
из других культур образов мы включили в список стимулов якутские и русские
заимствования, относящиеся к активной лексике и входящие в семантическое поле
«Быт».
4) Не менее интересны слова, которые имеют фонетические варианты в другом
языке: того (эвенк. огонь) – тоҕо (якут. почему?), мо (эвенк. дерево) – мо (рус.
аббревиатура или междометие), му (эвенк. вода) – му (междометие), балаган
(эвенк. жилая постройка) – балаган (рус. переездной театр, шапито), орон
(эвенк. олень) – орон (якут. кровать), серга (эвенк. сани, нарты) – серьга
(рус.украшение на уши), сари (эвенк. кожа, ровдуга) – сари (индийский
национальный костюм), ты (эвенк. лодка) – ты (рус. местоимение).
Для сравнения языкового сознания населения эвенкийских сел и русских и
якутов, живущих в другом языковом пространстве, мы использовали авторский
словник якутских заимствований эвенкийского языка, а также словник,
составленный С.В. Пинигиной6. В качестве эталона русского языкового сознания
были использованы материалы Русского ассоциативного словаря (сост. Ю.Н.
Караулов, Ю.А. Сорокин, Е.Ф. Тарасов, Н.В. Уфимцева, Г. А. Черкасова)7. В
нашем исследовании они получат следующие обозначения: Эвенки – ответы
эвенков; Якуты 1 – ответы якутов, проживающих в МСП; Якуты 2 – ответы якутов,
Вежбицкая, А. Семантические универсалии и описание языков / А. Вежбицкая ; под ред. Т. В. Булыгиной ; пер. с англ. А. Д. Шмелева. – М. :
Языки русской культуры, 1999. – С. 102.
5 Степанов, Ю. С. Язык и метод. К современной философии языка / Ю. С. Степанов. – М. : Языки русской культуры, 1998. – С.40.
6 Пинигина, С. В. Сопоставительный анализ якутского и русского языкового сознания: тематическое поле «семья» : дис. … канд. филол. наук /
Пинигина Саргылана Васильевна – М., 2004. – 224с.
7
Русский ассоциативный словарь. Прямой словарь от стимула к реакции / Ю. Н. Караулов, Ю. А. Сорокин, Е. Ф. Тарасов и др. – М. : РАН, Ин-т
рус. яз., 1998. – 202 с
4
15
проживающих в других улусах; Русские 1 – ответы русских, проживающих в
МСП; Русские 2 – по данным РАС.
Необходимо отметить, что в процессе межъязыковых сопоставлений нами
учитывалась разница в количестве участников ассоциативных экспериментов. Для
корректности сопоставления статистических данных просчитывалось процентное
соотношение отмеченных в АП эквивалентных стимулов ответных реакций.
Выбор данного семантического поля был обусловлен тем, что понятия,
связанные с бытом, являются в любой культуре значимыми и основополагающими.
Предположим, что в разных культурах по-разному истолковываются понятия,
связанные с непосредственной жизнедеятельностью человека, понятия, связанные
с окружающим человека миром и т.п. Мы попытались выявить особенности
языкового сознания этнического человека, живущего в многоязычном социуме,
при этом устанавливались не только черты, общие для разных народов, но и
специфичные для каждого из них.
Таким образом, результаты сравнительно-сопоставительного анализа
семантического и ассоциативного полей на основе 40 слов-стимулов, наиболее
интересных для нашего исследования и входящих в активную лексику эвенков
изученных МСП, привели к таким выводам:
1. Всего из 229 совпавших реакций, данных населением МСП, 186 даны
парой «эвенки-якуты», 26 являются общими для всех трех этнических групп
респондентов, 11 – парой «эвенки-русские» и 6 даны парой «якуты - русские».
Таким образом, в образах своего языкового сознания Эвенки и Якуты 1 имеют
друг с другом больше общего, чем Эвенки и Русские 1 или Якуты 1 и Русские 1;
2. Преобладают реакции на русском языке. На высоких позициях находятся
слова, отображающие реальный повседневный быт населения МСП эвенков и
обозначающие предметы и реалии, сопровождающие слово-стимул (семантическая
зона ЧТО);
3. Ядра АП у всех трех народов в целом схожи, а у 26 общих совпадений
присутствуют понятия, которые входят в основные, служат для лучшего
взаимопонимания народов, живущих в одном социуме;
4. Возрастная группа «55 и старше» респондентов – это группа, наиболее
сохранившая язык, культуру, образ жизни: формирование их языкового сознания
происходило в среде родного языка.
Глава III. «Экспериментальное исследование особенностей языкового
сознания носителя языка, существующего в условиях многоязычия (на
примере эвенкийского концепта «БЭЕ/ЧЕЛОВЕК»)»
В параграфе 3.1. рассмотрены принципы описания и анализа материалов. Они
состоят в том, что в своих сравнениях и наблюдениях мы отталкиваемся от
эвенкийской языковой культуры. В связи с этим в качестве стимулов выбрана
группа слов, отражающих понятие «Бэе/человек» – Энекэ (бабушка), Акин
(старший брат), Нэкун (младший), Дыл (голова), Дылган (голос), Хунат
(девочка), Юкагир, Хутэ (ребенок), Аси (женщина), Тонгус (тунгус), Чукча, Дэрэ
(лицо), Омолги (мальчик), Эни (мать), Эвэн (эвен), Илмакта (молодежь), Эды
(муж), Бэе (человек), Илэл (народ), Луча (русский), Дял (ум), Яко (якут), Амнга
(рот), Нгалэ (рука), Турэн (язык/слово), Эвэнки (эвенк), Эса (глаз).
16
Для выявления общих и специфических характеристик в ассоциировании
разных этносов (эвенков, якутов и русских) мы сопоставили образы, данные
якутами и русскими на эти же стимулы: Эбэ(бабушка), Убай, таай(брат),
Младший, Төбө, бас(голова), Куолас(голос), Кыыс(девочка), Юкагиир,
Оҕо(ребенок), Дьахтар(женщина), Тоҥус, Чукча, Сирэй(лицо), Уол(мальчик),
Ийэ(мать), Эбээн, Эдэр(молодежь), Эр, кэргэн(муж), Эр киhи(мужчина),
Ойох(жена), Киhи(человек), Норуот(народ), Нуучча, Саха, Айах(рот),
Илии(рука), Тыл(слово, язык),Эбэҥки, Харах(глаз).
Для сравнения языковых сознаний населения эвенкийских сел и русских и
якутов, живущих в другом языковом пространстве, мы использовали словник
эвенкийских слов-стимулов, а также словник якутских слов-стимулов,
составленный группой лингвистов Северо-Восточного федерального университета
[205]. В качестве эталона русского языкового сознания были использованы
материалы Русского ассоциативного словаря [217].
В нашем исследовании в качестве метода использован свободный
ассоциативный эксперимент, позволяющий получить информацию относительно
психологических эквивалентов «семантических полей», а также определить общее
и специфическое в языковом сознании носителей двух и более языков, живущих в
тесном контакте. Кроме того, он прост для выполнения испытуемыми любого
возраста.
Материалы проведенных массовых ассоциативных экспериментов позволяют
выявить: 1) общее и специфическое, реально присутствующее в сознании носителя
данной культуры и неосознанно определяющее его поведение, оценки и
отношение к миру; 2) роль первого (родного) языка в процессе формирования
образа мира родной культуры; 3) влияние особенностей культуры на образы
языкового сознания носителя.
В результате анализа и обобщения материалов свободного ассоциативного
эксперимента составлен ассоциативный словарь, который содержит данные о
прямых (от стимула к реакции) связях между словами, сопровождаемые
количественными показателями, свидетельствующими о силе этих связей.
В параграфе 3.2. дается сравнительно-сопоставительный анализ содержания
образов языкового сознания эвенков, якутов и русских в одном и разных языковых
социумах. Дается описание отдельно по каждому слову-стимулу для всех групп
испытуемых.
По образу бэе-киhи-человека вообще имеются ассоциации, выраженные на
двух языках – эвенкийском и русском. Выделим многочисленные ассоциации на
эвенкийском языке (19%): бултамни, бэюмни, бултадяра, конгномо, хавалдяра,
хавалдяран, нгэнэдерэн, нгэнэктэдерэн, нгэнэми, хокто, конгномо; этэечимни,
орон, орорви ичэтчэрэн. Из полученных ассоциаций складывается древний
эвенкийский архетип мужчины-эвенка охотник, охотится, черный, работает,
ходит, идет, дорога, оленевод, олени, оленей пасет. Архетип эвенкийского Бэе
мужчины-охотника пополнился лишь единственной ассоциацией, расширяющей
род занятий мужчины – учитель (на русском). Выявленные ассоциации
показывают сохранение древнего стереотипа мужчины-охотника и оленевода в
17
МСП. Большинство эвенкийских мужчин, а также и мужчин-якутов и коренных
мужчин-русских и сейчас охотятся, даже если работают по другой профессии.
Человек в русском языковом сознании это невидимка 4% и амфибия 3%, это
словосочетания, ставшие устойчивыми по названию популярных произведений
«Человек-невидимка» и «Человек-амфибия». Присутствуют такие оценочные
характеристики человека как хороший 4%, добрый 3%, умный 2%, большой 2%.
Многочисленными и высокочастотными реакциями являются на якутский
Киhи сүөһү (скот) 5%; кыыл (животное) 2% и на русский Человек животное 2%,
зверь 2%, обезьяна 2%, ыт (собака) (0,8%); а также разумный 3% и өйдөөх
(умный/разумный) 2%. Таким образом, если в якутском и русском языковом
сознании человек и животное являются чем-то единым, то у эвенков бэе прежде
всего это человек (10%).
В якутском языковом сознании Киhи ассоциируется с дьон (люди) 8%;
аймах (родня) 5%; киһи (человек) 3%; норуот (народ) 2%; человек (0,8%);
обозначения человека - эр киһи (мужчина) 3%; мин (я), эр(мужчина) 2%; тыыннаах
(живой) 2%; олох (жизнь) 4%;
Для описания образа Бэе также интересно рассмотреть АП таких слов как
юкагир, эвэн (эвен), эвэнки (эвенк), яко (якут), луча (русский), чукча, тонгус
(тунгус). Они обозначают людей, но разных национальностей.
Таким образом, в языковом сознании эвенков все люди независимо от
национальности входят в АП бэе (человек). Бэе (человек) есть существо отличное
от других живых существ. Между собой люди отличаются местом обитания и
занятиями, внешними чертами, языком и обычаями. Анализ содержания образов
разных национальностей показал, что в языковом сознании эвенков есть такое
понятие как «другой (отличный от меня), но человек».
Образ человека-мужчины бэе и человека-женщины аси.
Здесь следует отметить, что эвенкийское слово «бэе» переводится не только
как «человек вообще», но и как «мужчина». Образ Бэе - мужчины это охотник и
оленевод, который постоянно ходит – он в пути, и работает. Он может быть и
отцом и отчимом, и братом, и другом, и дядей, и мужем, и просто стариком и
др.
Содержание эвенкийского образа Аси (женщина вообще) мы также как и
эвенкийское Бэе (мужчина) поделим на части: человек-женщина Аси вообще и
человек-женщина Аси жена. В данном случае рассматриваем Аси, как женщину
вообще. Это в первую очередь эня/мать/мама 5%, женщина как таковая 3%, а
также она может быть и сестра 3%, жена, бабушка, девочка, тетя.
Высокочастотными являются оценочные характеристики (18%): ая (хорошая), со
ая, гудей/красивая, сагды/пожилая.
У эвенков Аси (женщина) уллидерэн (шьет) 4%, бутуннувэ хаваливки/все
делает 4%, много работы у женщины, работящая женщина, хава. Также
связанные с работой слова, обозначающие профессии – локтур (врач) 2%,
алагувумни, алагумни – учительница. Женщина это семья, дом, пример детям,
главная хозяйка.
Образ Дьахтар (женщина) у якутов как и у эвенков ассоциируется прежде
всего с мамой - ийэ 19%; ыал ийэтэ (мать семейства), ийэм (моя мама), мама, оҕо
18
ийэтэ (мать ребенка), ийэ баһылык, ийэ киһи, ийэ хотун ыал, хаһаайка, хотун,
дьиэ, далбар, домохозяйка, дьиэ-уот, муударай– 4,8%.
Следующие по частоте реакции обозначения Дьахтар (женщины) – она
может быть: чүөчэ (женщина, тётка) 12%, кыыс (девушка) 8%, киһи (человек)
3,2%, оҕо (ребенок) 3%, ойох кэргэн (жена) 2%; эдьиий (старшая сестра), дьахтар
(женщина), эмээхсин (старуха), тётя, төрөөбүт кыыс (рожавщая), женщина,
кыыс оҕо (девочка) - 1%.
Встречается реакция Дьахтар эр киһи (мужчина) 5%; дьээдьэ (дядька), эр
(муж), уол (мальчик).
Таким образом, образ Аси/Дьахтар/ в эвенкийском и якутском языке имеет
больше общего, чем с русским образом Женщины. Так как, стимул Женщина это
прежде мужчина 13%, затем красивая 12%, лишь потом мать 7%.
Также рассмотрены: Образ человека-мужа эды и человека-жены аси; Образ
человека - старшего брата акин и младшего (брата, сестры и др.) нэкун; Образ
человека-женщины аси – энекэ (бабушки), эни (матери); Образ человека-девочки и
человека-мальчика; Образ человека-ребенка хутэ и человека-молодого илмакта;
Образ головы дыл, как части тела человека; Образ руки нгалэ, как части тела
человека.
Таким образом, Образ Бэе/Человека в эвенкийском языковом сознании это:
во-первых, человек (или люди) вообще, не зависимо от пола, рода занятий,
родственной принадлежности, или каких-то физических или нравственных
особенностей; во-вторых, мужчина, хороший, добрый, большой (соответственно
здоровый и сильный), занимающийся традиционно охотой или оленеводством, или
же совершающий какое-либо действие - работает, ходит; в-третьих, это муж, отец,
дядя, отчим – добытчик, кормилец, человек старше, возможно наставник или
советчик.
В Заключении подводятся общие итоги исследования, изложены основные
результаты в соответствии с поставленными задачами. Таким образом, в работе
сделана попытка охарактеризовать процесс формирования языкового сознания
носителя, выросшего в окружении и непосредственном взаимодействии
нескольких культур.
Вышесказанное и результаты проведенного исследования привели нас к
выводу, что в поликультурном обществе определяющим фактором в
формировании языкового сознания будет являться, в первую очередь, место
совместного проживания (далее МСП), где языком общения становится система
всех языковых механизмов, обеспечивающих порождение и понимание речи в
данном МСП. В результате смешения культур. Здесь в ситуации смешения культур
выделяются пары эквивалентных понятий «национальный язык-язык МСП»,
«национальная культура-культура МСП». Эквивалентными они становятся только
благодаря константам культуры, которые представляют собой каркас культуры,
культурной традиции, сознания и языка. Это образы предметов культуры,
зафиксированные в значениях слов.
Языковая картина мира эвенков связана с их мышлением и сознанием,
сформировавшимися в специфических условиях их жизни и хозяйствования –
образе жизни. Она находит свое отражение в их языке через специфические
19
суффиксы обладания, падежную систему с наличием многих пространственных
падежей и других своеобразных грамматических категорий, как, например,
суффиксы, с помощью которых образуются мужские или женские имена.
Языковое сознание эвенков сформировало и «овнешнило» в своем языке
посредством определенных формул образы-концепты «человек вообще – всякий
человек» и «человек-эвенк». В лингвокультуре эвенков имеются свои формулы
«овнешнения» образа женщины-эвенкийки и мужчины-эвенка. На основании этого
еще раз убеждаемся, что языковая картина мира эвенков весьма специфична.
Результаты свободного ассоциативного эксперимента, проведенного с целью
выяснения общего и специфического в языковом сознании носителей эвенкийского,
якутского и русского языков разных регионов Якутии показали:
1. Языковое сознание мультилингвов, представителей различных этносов,
живущих в одном языковом социуме, приближается к языковому сознанию
представителей того этноса, чья традиционная этническая культура будет
доминирующей в данном МСП. Носители эвенкийской культуры, считающие
якутский или русский язык первым языком вследствие незнания родного (сс.
Кутана, Кюпцы, частично с. Тяня), имеют больше отличий в сознании от
носителей эвенкийской культуры (с. Иенгра), владеющих родным языком, и, как
результат этого, больше общего с носителями якутской или русской культуры,
соответственно, проживающими в других улусах Якутии.
2. В каждом социуме присутствуют образы культуры адаптированные,
переработанные, в связи с особенностями быта, среды обитания и
взаимодействующих этносов (культура МСП). Соответственно, в сознании
индивидов заложены образы той культуры, которая присутствует в данном селе
(МСП).
3. Для языкового сознания трех групп с. Иенгра, Тяня, Кюпцы, типичными
являются слова, обозначающие предметы и реалии, сопровождающие словостимул (зона по классификации ЧТО), а реакции обозначающие персоналии (зона
КТО) отражены во всех четырех группах с чуть меньшей частотой. Также нами
выявлено, что во всех четырех группах испытуемых не даются реакции,
отражающие место и время (зоны ГДЕ и КОГДА). Слова-реалии (зона ЧТО)
являются носителями лингвокультурологического компонента. Соответственно,
через раскрывается национальная специфика языкового сознания.
4.
Возрастная группа «55 и старше» респондентов лучше сохранила язык,
культуру, образ жизни, так как они воспитывались в среде родного языка.
5.
Испытуемые в ходе свободного ассоциативного эксперимента
используют переводную стратегию как основную. Эвенки в ходе ассоциативного
эксперимента использовали средства второго и третьего языка для выражения
особенностей родной культуры. Это говорит о том, что у носителя эвенкийского
языка нет тех знаний, которые язык может предложить.
Итак, человек - эвенк, носитель языков - достраивает предложения
посредством других языков для передачи той информации, которая содержится в
его сознании. И делает он это для того, чтобы наиболее полно и точно передать
(выразить) свои мысли. Во многом это усложняет общение между людьми разных
национальностей или разных мест проживания, и, возможно, это явление
20
преодолевается лишь посредством образования, привитием навыков культуры
речи, что не является препятствием для сохранения и развития традиционной
культуры.
Таким образом, эвенки представляют сегодня четыре типа носителей
эвенкийского языкового сознания: 1) билингвы, считающие свой родной язык
первым языком, а русский - вторым; 2) эвенки, считающие русский язык своим
первым языком ввиду незнания родного; 3) мультилингвы, считающие якутский
язык - вторым; 4) эвенки, считающие якутский язык своим первым.
Носитель языка не может передать свои мысли посредством родного языка
тогда, когда:
1)
он не достаточно хорошо владеет им;
2)
в языке нет эквивалентов (заимствование)
3)
соприкасаясь с другой культурой, он перенимает ощущения и знания,
которые свойственны этой другой культуре.
Но, несмотря на все это, основным выводом по работе будет то, что
выработанные в этнической картине мира эвенков социальные роли мужчины и
женщины (т.е. архетипы мужчины и женщины) также остаются и живы до сих пор.
Этническая картина мира эвенков по результатам эксперимента во многих своих
блоках остается неизменной, в принятых в аксиому: а) человек отделяется от всего
остального, б) эвенк всегда - охотник, кочующий оленный человек.
Основные положения диссертационной работы изложены в текстах 17
научных статей.
В ведущих рецензируемых научных изданиях, включенных в Перечень ВАК
Минобрнауки РФ:
1.
Захарова Н.Е. Иноязычные заимствования в бытовой лексике
эвенкийского языка. Вестник МГЛУ, выпуск 547. Язык. Сознание. Межкультурная
коммуникация. Серия лингвистика. М-Калуга. 2007, С.63-66.
2.
Захарова Н.Е., Николаева Н.П. Образ человека-женщины аси как
константа культуры эвенков // Филологические науки. Вопросы теории и практики.
– 2016, №7, Ч.1. – с. 86-88.
3.
Захарова Н.Е. Анализ образов языкового сознания индивидов,
существующих в полилингвокультурной среде обитания (на материале основных
терминов родства) // Филологические науки. Вопросы теории и практики. – 2016,
№5 (59) ,Ч.1. – С. 79-82.
В материалах всероссийских и международных научных конференций,
сборниках научных трудов:
4.
Захарова Н.Е. К проблеме языковой интерференции // Тюркские и
северные языки: мат.науч.-прак.конф., посв. 100-летию Луки Никифоровича
Харитонова (Якутск, 25-26 окт.2001г.). – Якутск, АН РС(Я), Ин-т гуманит. исслед.,
2002. – С.318-321.
5.
Захарова Н.Е. Эвенкийско-якутские контакты (на материале бытовой
лексики)//Мат-лы конф, посвящённой 100-летию со дня рождения В.И. Цинциус. СПб., 2003. - С.120-127.
21
6.
Захарова Н.Е. Ассоциативный эксперимент как метод исследования
лексикона языковой личности // Языки коренных малочисленных народов Севера в
системе этнокультурного взаимодействия: сб.нач.тр..В.1. (К 100-летию В.И.
Цинциус). – Якутск, 2003. - С.42-51
7.
Захарова Н.Е. Языковое сознание эвенков // Коренные малочисленные
народы Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации в условиях
модернизации общества: Материалы научно-практической конференции,
посвященной международному десятилетию коренных народов мира. –
Новосибирск: Наука, 2005. – С.223 -225.
8.
Захарова Н.Е. Иноязычные заимствования в эвенкийском языке//сб.
«Эвенкийский этнос в начале III тысячелетия», вып.2, Благовещенск, 2007. –
С.114-118.
9.
Захарова Н.Е. Якутские и русские заимствования в эвенкийском языке.
// Языки коренных малочисленных народов Севера в начале 3-го тысячелетия:
материалы респ.науч.-практ. конф. (7 дек.2006 г., г. Якутск). – Новосибирск:
Наука, 2008. – С.75-82.
10. Захарова Н.Е. Этнокультурная специфика языкового сознания эвенков,
якутов и русских (на примере населения эвенкийских сел)//сб. по материалам
науч.-практ. конф. «Научное наследие Е.А. Крейновича: языки и фольклор народов
Севера», Якутск, июнь, 2006. – Новосибирск: Наука, 2008. – С. 67-73.
11. Захарова Н.Е. Этнокультурная специфика языкового сознания эвенков
// Проблемы филологии и межкультурной коммуникации на современном этапе:
Материалы науч.-практ. конф. (Якутск, 27-29 сентября, 2007). Т.1. – Якутск, ЯГУ,
2008. – С. 229-232.
12. Захарова Н.Е. Экспериментальное исследование языкового сознания
эвенков Якутии (на материалах якутских и русских заимствований в эвенкийском
языке) // Психолiнгвiстика: зб.наук.праць ДВНЗ «Переяслав-Хмельницький
державний педагогiчний унiверситет iменi Григорiя Сковороди». – ПереяславХмельницький: ПП «СКД», 2009. – Вип. 4. - С.145-150.
13. Захарова Н.Е. Сопоставительный анализ языкового сознания эвенков,
якутов и русских, проживающих в одном языковом социуме // Диалог языков и
культур: теоретический и прикладной аспекты: сб.науч.статей. вып.4. –
Архангельск: Поморский университет, 2010. - С.28-31.
14. Захарова Н.Е. Языковая ситуация и региональные особенности
русского языка в РС(Я) // Slavica Helsingiensia 40 – соав. Заморщикова Л.С.,
Тобурокова В.М., Федорова К.И.. – Helsinki, 2010. – С. 94-106.
15. Захарова Н.Е. Формирование языкового сознания эвенков-билингвов //
Проблемы изучения и сохранения языков и культур коренных малочисленных
народов Севера Республики Саха (Якутия): Материалы регион. науч.-практ. конф.
(г. Якутск, 9 сентября 2011г.). – Якутск, 2011. – С. 50-56.
16. Захарова Н.Е. «Дьиэ», «Дю», «Дом» в языковом сознании эвенков,
якутов и русских (по результатам ассоциативного эксперимента) // Тюркомонгольские народы Центральной Азии: язык, этническая история и фольклор (к
100-летию со дня рождения В.М. Наделяева)». Материалы Международной
22
научной конференции (г. Кызыл, 20–23 мая 2012 г.). Абакан, Хакасское книжное
издательство, 2012. – С. 151-153.
17. Захарова Н.Е. Архетип эвенкийки в своем социуме и лингвокультуре
эвенков // Научные основы устойчивого развития коренных народов Севера:
Материалы респ. науч.-практ. конф. (г. Якутск, г. Якутск, 17 февраля 2012). –
Новосибирск: Наука, 2013. - С.46-49.
23
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа