close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

bd000103169

код для вставкиСкачать
юв
На правах рукописи
Молчанова Елена Павловна
ГОЛЕВАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ ФОРМАЛЬНЫХ
И НЕФОРМАЛЬНЬЕХ ЛИДЕРОВ ОСУЖДЕННЫХ
Специальность 19.00.05 - Со101альная психология
Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
кацдвдата психологических наук
Томск-2003
Работа вьшолнена на кафедре социальной и гуманистической психологии факульте­
та психологии Томского государственного университета
Научный руководитель:
доктор психологических наук
Мещерякова Эмма Ивановна
Официальные оппоненты:
доктор психологических наук
Галажинский Эдуард Владимирович
кандидат психологических наук
Залевский Владислав Генрихович
Ведущее учреждение:
Кемеровский государственный университет
Защита состоится « 24 » октября 2003 года в 10.00 на заседании диссертационного
совета Д 212.267.16 по присуждению ученой степени кандидата психологических
наук при Томском государственном университете по адресу: 634050, г. Томск, пр.
Ленина, 36.
С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Т Г У по адресу:
г. Томск, пр. Ленина, 34.
Автореферат разослан «
» сентября 2003 года
Ученый се1фетарь
диссертационного совета,
кандидат психологических наук
Бохан Т.Г.
ZM'iil
х-^^е»ллт
3
О Б Щ А Я ХАРАКТЕРИСТИКА Р А Б О Т Ы
Актуальность проблемы. Постановка проблемы идентичности формальных и
неформальных лидеров осужденных своим ролевым функциям и определение пси­
хологических оснований ее проявления является актуальной задачей не только по
причине отмечаемого исследователями кризисавдентнчностисовременного челове­
ка, особенно в пенитенциарных условиях (Г. М. Андреева, Т. М. Буякас, А. В. Кузь­
мин, Д. Орлов, М. В. Заковоротная, Л. М. Путилова, А. В. Лукьянов и др.), но и на­
зревшими в связи с этим психотерапевтическими задачами. Учет особенностей ро­
левой идентичности лидеров о<^'жденных имеет теоретическое и практическое зна­
чение как в плане исследования состояний самоидентичности осужденных, так и в
работе с ними по достижению определенного уровня личностного роста и преодо­
лению их кризисных состояний. Вместе с тем исследователями отмечается, что в
настоящее время отсутствуют научные критерии подобной работы с осужденными,
проводимой в экзистенциально-гуманистическом ключе.
Острая необходимость подобного исследования связана с преодолением кри­
зисных явлений в социально-экономической жизни общества, требующем ради­
кального переосмысления деятельности государственных институтов, в том числе
правоохранительных органов. Резкий рост преступности, обесценивание человече­
ской жизни, легкость, с какой совершаются тяжкие преступления, пугают общест­
во, снижая уровень социального сопротивления преступности. Это обусловлено, по
мнению многих ученых, утяжелением криминологических характеристик осужден­
ных; консолидацией неформальной среды осужденных; активизацией противоправ­
ной деятельности лидеров тюремного мира. В трудах М.Н. Гернета (1923, 1991),
С В . Познышева(1923), B.C. Утевского (1925), А.Г. Ковалева (1968,1991), А.С. Ма­
каренко (1956), Ю.М. Аверкиева (1973), К.К. Платонова (1985), В.Н. Мясшцева
(1968), В.Ф. Пирожкова (1^76, 1998), А.Д. Глоточкина (1985), В.Л. Васильева
(1997), А.И. Зубкова (1989,1998), Ю.В. Чуфаровского (2001), М.И. Еникеева (1996),
В.Г. Деева (1986), А.Н. Сухова (1987) и др. указывается на необходимость глубокого
изучения фактов, механизмов и закономерностей функционирования личности и
групп осужденных, стратификации их среды, социально-психологических характе­
ристик лидеров, ценностных ориентации представителей антисоциальной суб10'льтуры для индивидуальной и групповой психокоррекционной и психотерапевтиче­
ской работы с ними.
Дифференциация психологической работы с осужденными осложняется посто­
янной борьбой их за авторигет в зоне, выдвижением в массе осужденных нефор­
мальных лидеров. Сегодняшнее «омоложение» лидеров, особенно в колониях стро­
гого и-особого режимов, создает множество проблем для администрации исправи­
тельных учреждений. Возникает конфронтация групп различной направленности,
что опасно для закрьггых учреждений, в которых содержатся большие массы людей,
так как случаются открытые столкновения групп, чреватые своими непредсказуе­
мыми последствиями. (Вальяно Д.Б., 2001). Особенно жестко неформальные лиде­
ры противостоят формальным, сотрудничающим с администрацией. Последние не
принимают нормы криминальной субкультуры и, будучи в явном меньшинстве, с
трудом противостоят неформальной среде.
РОС НАСМ')!!* РЬ(!А>|
БИВЛИОТЕкЛ
CneTcp6jpi
ZOO^PK
L
в оптимизации и гуманизации процесса исполнения наказаний психологу мо­
жет помочь постоянное изучение, идентификация деятельности неформальных ли­
деров, коррекция их идентичности в сторону нейтральной или позитивной, со­
ставление программ психокоррекции и психологического консультирования. На
это указывают успешные результаты эксперимента с аутотренингом осужденных
А.С. Новоселовой (1998), рекомендации А.И. Мокрецова, В.П. Голубева, А . В . Шамиса (1998), В.Г. Деева, А.Н. Сухова, А.И. Ушатикова, А.Г. Ковалева (1999) и др.
Деятельность неформальных лидеров как «состояние социальной неадекватности»
(по Ю.М. Антоняну, 1975,1990) должна постоянно отслеживаться и изучаться, т.к.
знание причин возникновения подобных состояний с позиции изменений, происхо­
дящих как в социальной среде, так и в личности осужденного, задаст алгоритм воз­
действия на данное состояние. В этом плане сложность изучения проблемы иден­
тичности ролевых функций формальных и неформальных лидеров и их психологи­
ческой коррекции отмечают многие ученые. С И . Кузьмин (1994) и М.П. Стурова
(1994) подчеркивают, что если формальные лидеры пытаются показать себя в луч­
шем свете, то неформальные лидеры, напротив, блокируют контакты, изучая воз­
можности доверия психологу в личном общении. В.Г. Деев (1999) в своих рекомен­
дациях советовал учитывать при работе с лидерами осужденных их «противостоя­
ние» методам диагностики и психокоррекции, проявление враждебности при первых
контактах, завышенный уровень требований к личности психолога.
Очевидно, что, апеллируя в психологическом исследовании к состоянию Я ли­
деров осужденных, их статусу идентичности, корректируя изменения ролевых
функций их поведения, можно оказьшать положительное влияние на большие груп­
пы осужденных, оптимизируя социально-психологическую обстанов!^ в их среде.
Таким образом, все вышеизложенное делает тему исследования актуальной.
Целью исследования
является выявление социальных и индивидуальнопсихологических особенностей формальных и неформальных лидеров осужденных,
их идентичности с точки зрения возможности осуществления дифференцированно­
го психокоррекционного воздействия для изменения их ролевых функций в пози­
тивную сторону.
Данная цель определила следующие задачи исследования:
1. Провести анализ литературных данных по проблеме специфических особен­
ностей лвдерства в среде осузвденных, соотносящихся с особенностями уголовнопрофессиональной субкультуры.
2. Составить комплекс психодиагностических методик, позволяющих опреде­
лить ролевую идентичность формальных и неформальных лидеров.
3. Определить наиболее значимые параметры личностных особенностей лиде­
ров осужденных, обусловливающих характер их ролевой идентичности, и устано­
вить наиболее значимые параметры стиля общения.
4. Разработать и апробировать дифференцированные профаммы психокоррек­
ции и психологического консультирования формальных и неформальных лидеров
по критерию их идентичности ролевым функциям.
5. Проанализироать эффективность проведенных программ психологического
консультирования и психокоррекции лидеров осужденных.
5
Объект исследования: формальное и неформальное лидерство осужденных в
пенитенциарных учреждениях.
Предмет исследования- ролевая идентичности формальных и неформальных
лидеров осужденньгс.
В основу исследования была положена следующая гипотеза: имеются специ­
фические различия идентичности формальных и неформальных лидеров осужден­
ных по ролевым функциям, принятие во внимание которьпс в пенитенциарных усло­
виях дает исследователю возможность выбора способов индивидуального психоло­
гического консультирования и группового психокоррекционного воздействия.
Методы исследования: психодиагностические: опросник Р. Кетгелла, опрос­
ник диагностики межличностных отношений Т. Лири и тест У Н П (уровень невропатизации и психопатизации), наблюдение, беседа, полуструктурированное интер­
вью по Дж. Марсиа (1980); психокоррекционные: недирективная психотерапия
(Роджерс К., 1994), ролевая игра, социодрама, эмоционально-волевой тренинг (Ушатиков А.И., Поздняков В.М., Шаламов О.И., 1992), гештальт-терапия (Перлз Ф.,
Гудмен П., Хефферли Р., 1992).
Надежность и достоверность данных, полученных в диссертационной работе,
обеспечивается комплексностью методов исследования, применением апробиро­
ванных и валидизированных психологических методик, статистической обработкой
результатов исследования, включающей применение ькрнгерия Стьюдента и мето­
дов корреляционного и дисперсионного анализа.
Выборка исследования сформирована на базе исправительной колонии стро­
гого режима г. Томска. Работа проводилась с 264 лидерами (98 неформальных, 166
формальных лидеров) осужденных. Конгрольную группу составили 96 осужден­
ных-нелидеров с аналогичными социально-демографическими и криминологиче­
скими хгфактеристиками. Экспертные оценки получены путем опроса 30 сотрудни­
ков ИК-4.
Научная новизна представляемой работы состоит в том, что впервые проведе­
ны исследования особенностей идентичности формальных и неформальных лиде­
ров осужденных на предмет соответствия их ролевым функциям. Впервые показа­
но, что психологическое воздействие на лидеров осужденных в моменты «пиков пе­
реживания», «кризисов духовного пробуждения» приводит к изменениям их роле­
вых функций, позитивно влияет на общий психологический климат среды осуж­
денных. На основе анализа полученных данных предложен комплекс психологиче­
ской диагностики; обоснована целесообразность применения индивидуального и
группового подхода в работе с ролевой идентичностью лидеров.
Теоретическая значимость исследования состоит в том, что впервые рас­
сматривается проблема идентичности формальных и неформальных лидеров на ма­
териале неоднократно осужденных. Теоретически новым является изучение пробле­
мы идентичности лидерства осужденных с высоким уровнем криминогенности в
гуманистическом контексте - самоопределения и духовного пробуждения. Обосно­
вано, что такой подход позволяет установтъ контакт с неформальными лидерами,
дает возможность сотрудникам исправительных учреждений вести с ними диалог,
влиять на переориентацию неформальных лидеров и укреплять позиции формаль­
ных лидеров.
Практическая значимость исследования состоит в том, что на основании
полученных критериев разработаны методические рекомендации для психологов и
начальников отрядов, где дается алгоритм исследования и составления психологическиого портрета формального и неформального лидеров; предложены комплексы
психокоррекционных методик для воздействия на лидеров в ходе психологического
консультирования с целью изменения ролевой идентичности формальных и нефор­
мальных лидеров в позитивную сторону.
Основные положения, вьгаосимые на защиту:
1. В условиях изоляции принадлежность к формальным и неформальным груп­
пам осужденных определяет у их лвдеров социальную позитивную или негативную
идентичность, которая влияет на исполнение ими ролевых функций, формирует яв­
ления «социальной неадекватности поведения», что проявляется в особенностях
личностных характеристик лвдеров, стилях поведения.
2. В зависимости от статусов вдентичности формальных и неформальных лиде­
ров, особенностей личностных психологических характеристик можно определить
наличие кризисного периода в деятельности лвдеров, возможность изменения
идентичности их ролевьк функций.
3. Существует зависимость сппуса вдентичности формальных и неформальных
лвдеров от возраста осужденных.
4. Психологическими условиями формирования ролевой вденгичности фор­
мальных и неформальных лвдеров являются:
а) создание в ходе психокоррекционного воздействия позитивного отношения
осужденных к возможности формирования и изменения вдентичности формаль­
ных и неформальных лвдеров как основы для проектирования и реализации осу­
жденными своей жизненной позиции через диалогизацию общения с психолога­
ми, а затем и с администрацией учреждения - переходу от антисоциального по­
ведения к познгивным социальным позициям.
б) подчинение базовых принципов и стратегии психологического тренинга экзи­
стенциальной логике, согласно которой наиболее важным является обеспечение
процессов личностного самопознания осужденных, обогащение их собственным
позитивным опытом, организация психологической поддержки в осуществлении
жизненного выбора после освобождения, способствующего принятию осужден­
ными на определенном уровне основных экзистенциалов.
5. Дифференциация профамм психологического консультирования и психо­
коррекции формальных и неформальных лвдеров позволяет учитывать особенности
их вдентичности ролевым функциям, стилей поведения. Для формальных лвдеров
возможны как индивидуальные, так и групповые формы работы; для неформаль­
ных- индивидуальное консультирование.
Апробация и внедрение результатов исследования осуществлялись в процессе
экспериментальной работы на базе колонии строгого режима ЯУ-114/4 У И Н М Ю
Р Ф по Томской области, в лекциях и тренинговых занятиях по курсу «Пенитенциар­
ная психология» для слушателей Томского филиала Академии права М Ю Р Ф , на
занятиях по служебной подготовке при Управлении исправительных наказаний на­
казаний М Ю Р Ф по Томской области и в учреждении ЯУ-114/4 У И Н М Ю Р Ф по
Томской области, в рамках проведения служебных семинаров для психологов пени-
тенциарных учреждений по Томской области. Результаты исследований обсужда­
лись на научно-практической конференции «Социально-психологические проблемы
организации исполнения уголовных наказаний» (Томск, 1996); научно-практической
конференции «Проблемы совершенствования деятельности психологической служ­
бы в ИТУ» (Москва, 1996); Международном симпозиуме «Психологический уни­
версум образования человека ноэтического» (Томск, 1998); научно-пракгическом
семинаре «Опьгг и актуальные проблемы совершенствования психологической
службы уголовно-исполнительной системы» (Томск, 1999); семинаре «Проблемы
профилактики суицидальных состояний среди личного состава исправительного уч­
реждения» (Томск, 2002).
Основные результаты исследования опфажены в 6 научных публикациях. Струк­
тура диссертации. Работа содержит Введение, 3 главы. Заключение, список литера­
туры (270 наименований, из них 23 - на иностранном язьпсе), 2 приложения, 14 таб­
лиц и 8 рисунков.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ Р А Б О Т Ы
Во Введении обоснована актуальность выбранной темы, которая определяется
современньтми научно-психологическими, социально-экономическими и правовыми
тенденциями; сформулированы цели и задачи диссертационной работы; указаны
предмет, объект и научно-методическая база исследования; определены научная но­
визна, теоретическая и практическая значимость результатов.
Первая глава «Особенности ролевой идентичности формальных и неформаль­
ных лидеров осужденных» посвящена теоретическому анализу изучения проблем
идентичности в современной психологи; рассмотрению специфики лидерства в ус­
ловиях изоляции; вопросу формирования ролевой идентичности в пенитенциарном
учреждении, психологических условий коррекционной работы с лидерами осуж­
денных.
Раздел 1.1. «Проблема идентичности в современной психологии» представляет
анализ теорий идентичности в трудах отечественных и зарубежных психологов.
Исторически первой социально-психологической концепцией идентичности являет­
ся концепция «Я» Дж. Мида (1975), где идентичность рассматривается как способ­
ность человека относиться к себе рефлексивно. В исследованиях Э. Эриксона (1980)
вдентичность определяется как внутреннее постоянство и тождественность лично­
сти самой себе. Представители Self-психологии У. Джеймс (1991), К. Юнг (1992), X.
Коут (1971) считают, что осуществление жизненно важных социальных контактов
возможно лишь при условии первоначального формирования собственной истинной
идентичности, «ядра субъективности». Дж. Марсиа (1970,1980) в своих работах оп­
ределил идентичность как структуру Эго, «внутреннюю самосоздающуюся, дина­
мичную организацию потребностей, способностей, убеждений и индивидуальную
историю». В исследованиях А. Ваттермана (1982) в большей степени акцентируется
ценностно-волевой аспект идентичности, автор подчеркивает необходимость ис­
следования идентичности в единстве динамической и содержательной ее сторон.
Представления разных авторов о видах, типах и структуре идентичности доста­
точно многообразны. В частности, Э. Эриксон (1968), Р. Фогельзон (1982), выделя­
ют эго-идентичность, позитивную и негативную идентичность. Исследуя ролевую
8
идентичность, многие авторы определяют ее как выполнение ролей, связанные с
официальными требованиями организации, куда входит субъект. Р. Хамфри, Д.
Саттлер (1978) выделяют социальные роли, обусловленные местом индивида в сис­
теме социальных отношений, усвоенных в ходе развития, в процессе идентифика­
ции. 3. Фрейд (1998) рассматривал идентификацию как важнейший механизм социализгщии, проявляющийся в принятии индивидуумом роли при вхождении в
группу, в осознании им фупповой принадлежности, формировании социальных ус­
тановок. Углубляя понятие социальной роли, Р. Мертон (1990) вьщеляет формаль­
ные роли, которые служат для образования различных социальных институтов и бо­
лее крупных структур, и неформальные роли, помогающие реализации социального
взаимодействия. Рассматривая проблему соотношения социальной детерминации и
свободы личности, Дж. Мид (1985) и Е. Гофман (1963) вьщелили три вида идентич­
ности: социальная идентичность - типизация личности другими людьми на основе
атрибутов социальной группы, к которой она принадлежит; личностная идентич­
ность - индивидуальные признаки человека и уникальная комбинация фактов его
жизни; Я-идентичность - субьективное ощущение индивидом своей жизненной си­
туации, своего своеобразия. Свой вклад в теорию идентичности внесли С. Тайлор
(1989) и В. Тернер (1985), представляя ее как когнитивную систему, регулируюи<ую
поведение. По мнению B.C. Агеева (1990), идентичность оказывается важным регу­
лятором самосознания и социального поведения личности В представляемом иссле­
довании идентичность рассматривается как условие целостности и саморазвития
личности, как динамичная, изменяющаяся в соответствии с изменениями социаль­
ной ситуации, структура.
В разделе 1.2. «Ролевые функции формальных и неформальных лидеров
осужденных» рассматриваются специфика лидерства в условиях изоляции,
особенности
ролевой идентичности формальных и неформальных лидеров
осужденных-рецидивистов.
Сложность лидерства как социально-психологического феномена породила
многочисленные теории, главньпли из которых являются теория черт (Гальтон Ф.;
Бэрд К. и др.), ситуационная теория лидерства (Шнейдер Дж., 1994; Хч)тли Э., 1986
и др.), реляционная (Стогдилл Р., 1994; Холландер Э., 1984) и синтетическая (Парыгин Б.Д., 1981; Андреева Г.М., 1988 и др.). К. Бэрд (1986) составил список из 79
черт, называемых различными исследователями как "лидерские". Хотя, по мнению
многих ученых, теории черт носят субъективистский характер, тем не менее они на­
ходят применение в консультативной практической работе. В соответствии с си­
туационными теориями лидерства, появление лидера есть результат места, времени
и обстоятельств. По мнению Дж. Шнейдера (1994), в различных конкретных ситуа­
циях групповой жизни вьщеляются отдельные члены группы, которые превосходят
дфугих, по крайней мере в каком-то одном качестве, но поскольку именно это каче­
ство и оказывается необходимым в этой ситуации, человек, обладающий им, стано­
вится лидером.
Ситуационная теория лидерства подчеркивает относительность черт, присущих
лидеру, предполагает, что качественно разные обстоятельства могут потребовать
качественно разных лидеров (Зимичев A.M., 1993). Модификация этой теории Э.
Хартли (1986) основана на предположении, что, во-первых, если человек становит-
ся лидером в одной ситуации, не исключено, что он им станет и в другой; вовторых, в результате стереотшгаого восприятия лидеры в одной ситуации рассмат­
риваются фуппой как "лидеры вообще"; в-третьих, лидером чаще выбирают чело­
века, имеющего мотивацию к достижению этой позиции. Г. Герт и С. Милз (1986)
предложили компромиссный вариант теории лидерства - личностно-ситуативный.
Р. Стогдилл (1994) предложил изучать лидерство с точки зрения статуса, взаимо­
действия, восприятия и поведения индивидов по отношению к другим членам груп­
па. Следуя этой традиции, Р. Кеттелл (1972) предложил рассматривать лидерство
как динамичное взаимодействие между целями лидера и целями и потребностями
последователей, где функция лидера сводится к выбору и достижению групповых
целей. Ф. Фидлер (1995) выделяет два возможных стиля лидерства: ориентацию на
задачу и ориентацию на межличностные отношения, иначе говоря, инструменталь­
ное и эмоциональное лидерство. Можно заметить, что подобное разделение функ­
ций и ролей, разфаничение сфер деятельности инструментального и эмоционально­
го лидера отдаленно напоминает разделение функций руководителя и лидера, при­
нятое в отечественной социальной психологии (Андреева Г.М.,1986, Парьптш Б.Д.,
1973, Донцов А.И., 1984 и др.)
Иное понимание лидерства дается в теориях гуманистического направления, ут­
верждающих, что человеческое существо по природе своей - сложный мотивиро­
ванный организм, а OIq)yжeниe в принципе всегда управляемо. Поэтому лидер дол­
жен так преобразовать его, чтобы каждому индивиду была обеспечена свобода для
осуществления его собственных целей, потребностей (Франкл В., 1990; Фромм Э.,
1986) и др.
Особенностью пребьшания осужденных в местах лишения свободы является не­
соответствие их правового положения, определяемого государством, моральным
«нормам», вносимым самими осужденными в условия исправительного учреждения.
В.Н. Волков и Ю. М . Антонян (1989) считают, что в исправительной колонии так
называемая «личная жизнь» сохраняется и течет в зависимости от принадлежности
осужденных к тому или иному уровню иерархии их сообщества или тому или ино­
му неформальному обьединению. По мнению Б.Б. Водолазского и Ю.А Вакутина
(1979), эти процессы, хотя и касаются жизненных ингересов осужденных, но про­
текают относительно незаметно для администрации и базируются не на формальных
предпосылках, а на преступных традициях и социальных ценностях среды осужден­
ных. Б.Б. Казак (2001)считает, что, их основой являются криминальный опьгг,
авторитет и широта контактов в преступном мире, длительность и частота
пребывания в колониях, знание правил и законов преступного мира и их
соблюдение, ловкость и умение обманывать представителей администрации,
следственных органов и суда, пренебрежение к труду и общественной морали, культ
физической силы. Поэтому, по мнению В. Ф. Пирожкова (1999), как правило,
неформальными лидерами в среде осужденных становятся те субъекты, которые
имеют высокий авторитет и пользуются влиянием среди преступников вообще, а не
только в рамках конкретного сообщества осужденных. Лидерство в условиях
исправительного учреждения своего рода маска - роль, и насколько умело лидер
обращается с образом, который он создает, настолько доверяют ему его окружение
и сотрудники исправительных учреждений (Антонян Ю.М., 1989).
10
На необходимость психологической работы с неформальными лидерами в мо­
мент кризиса их идентичности указывали А.Г. Ковалев (1997), А.С. Новоселова
(1989), А.В. Пищелко (1995) и др., считая, что это позволит перейти барьер отчуж­
денности этих осужденных в отношении администрации, оказать помощь в
преодолении кризиса идентичности, направить ее в сторону позитивных установок.
По А.С. Новоселовой (1993), процесс переориентации неформального лидера или
адаптация формального лидера - это «узнавание масок» (Ивлева Л.Б., 1998),
раскрытие истинной личностной сути лидера и коррекция его ролевой идентичности
в соответствии с этой сутью.
Формальные лидеры - это осужденные, для которых основным является соци­
альная активность, направленная на формирование позитивного образа жизни
(Ушатиков А.И., 2(Ю1). В коллективе осужденных к формальным лидерам непростое
отношение: их назьгоают «приспособленцами, красными, администрацией без погон
и т.д.». Любой формальный лидер, какую бы он должность ни занимал (руководи­
тель секции дисциплины и порядка или секции досуга), одинаково подотчетен ад­
министрации. Проявление таких качеств в деятельности формального лидера, как
грубость, цинизм, нечестность, конфликтность (Первозванский В.Б., 1985), указы­
вают на отсутствие его идентификации с вьтолняемой социальной ролью. В осу­
ществлении ролевой функции формального лидера серьезной проблемой является
влияние неформальной среды, давление неформальных лидеров, отсутствие опыта
социального соревнования, завьшхенная самооценка (АнтополыЖая Т.А., 2(ХЮ), что
приводит к кризису идентичности, к отходу от принятых ценностей и установок.
Личностный рост и духовное самоопределение формального лидера могут идти в
направлении как аюуализации в себе самости, развития исходных предпосылок или
потенций, так и воплощения себя в какой-то роли, определенном образце, «что не
умаляет значения подобной духовной трансформации для данной личности» (Ме­
щерякова Э.И., 2(Ю1).
Поэтому С И . Кузьмин (1996) и М.П. Стурова (1994) считают, что в исправитель­
ных учреждениях нужно коренным образом перестраивать работу с лидерами осуж­
денных в духе гуманизации и демократизации процесса отбьгоания наказания. Все
эти высказывания подтверждают мысль о необходимости изучения индивидуальнопсихологических особенностей феномена лидерства, ролевой идентичности лиде­
ров; разработки системы психологической подготовки формальных лидеров к осво­
бождению, к принятию законопослушания и закреплению таких качеств, как прин­
ципиальность, деловитость, контактность, эмоциональная раскрепощенность, аль­
труизм и конформность в решении сложных жизненных проблем . Естественно, в
пенитенциарных условиях у осужденных-рецидивистов возможность формирования
подобных качеств имеет свой диапазон приемлемости.
В разделе 1.3. «Особенности формирования ролевой идентичности формальных
и неформальных лидеров осужденных» рассматривается кризис ролевой идентич­
ности формальных и неформальньк лидеров как начало их трансформации. Как
формальные, так и неформальные лидеры пытаются через лидерскую ролевую
идентичность обрести социальную значимость и уверенность в избранном пути.
Многие пенитенциарии отмечают, что для неформальных лидеров в условиях изо­
ляции характерно негативное отношение к требованию закона и морали (Деев В.Г.,
11
1990; Дебольский М.Г., 1990; Пищелко А.В., 1993 и др.). Негативная идентичность
неформальных лидеров проявляется в отрицании своих свойств и ролей, которые в
норме способствуют формированию и стабилизации идентичности. Исследуя фе­
номен негативного отношения к ценностям, С В . Кудрявцев (1991) замечает, что
неформальный лидер не имеет права сомневаться в выборе своей роли среди осуж­
денных, законы группы для него превьппе всего, ему приходится постоянно это доказьгеать, личностная идентичность отходит на второй план, на первом - социальная
идентичность. Уместно предположить, что достижение идентичности лидера воз­
можно как посредством актуализации личностной, так и путем формирование соци­
альной вдентичности.
А.Д. Глоточкин, К.Е. Игошев, К.К. Платонов (1985) отмечают, что выполнение
социальной роли неформального лидера осужденных происходит на фоне постоян­
ной борьбы за свой статус. В деятельности неформальных лидеров главным моти­
вом является самоутверждение. На трансформацию идентичности формальных и
неформальных лидеров оказьгаают влияние самооценка, самосознание и установки
личности.Негативная трансформация идентичности приводит к ее кризису, разви­
тию дезадаптивного поведения.
Проблема кризиса идентичности неформального лидера связана с формировани­
ем того качественного внутреннего мира личности, который включает наиболее
важные для его экзистенции элементы (Гилев Г.П., 1991). Этот внутренний мир вхо­
дит в структуру идентичности, определяет во многом не только ее содержание, но и
стабильность. Поиск смысла жизни включает в себя реализацию сил человека, его
возможностей (Фромм Э., 1994). Как отмечает Е.И. Исаев (1990), формирование но­
вой мотивации неформального лидера, новой ролевой функции связано с пробужде­
нием духовности, желанием познать самого себя, прочертить новые ориентиры дея­
тельности, направляя ее в позитивное русло.
Изучая деятельность формальных лидеров осужденных, А.И. Зубков (1997) дела­
ет вьгеод об их позитивной идентичности. Роль лидера-организатора просматрива­
ется всеми осужденными. Самостоятельность лидера ограничена правовыми, дис­
циплинарными, трудовыми нормами и контролируется администрацией. Вот почему
часто формальный лидер называется руководителем (руководитель секции, руково­
дитель отряда), хотя при этом имеет значение, какой неформальный авторитет у та­
кого лидера в массе осужденных. Важным, по мнению А. И. Ушатикова, Б. Б. Каза­
ка (2001), является искренность выполнения обязанностей, как показатель измене­
ния преступных установок и негативной направленности.
Исследователи единодушны во мнении, что кризис ролевой идентичности фор­
мальных лидеров определяется мерой соответствия их деятельности тем требовани­
ям администрации, которые она предъявляет к своим помощникам. Возможность
преодоления кризиса зависит от социальных обстоятельств и саморегуляционных
навыков личности. Но лишь в единичных работах исследователями отмечается, что
наиболее важным в этот момент является корректировка психического состояния
осужденного, тренировка навыков саморегуляции стрессоустойчивости и ролевых
умений.
В разделе 1.4. «Психокоррекционная работа с формальными и неформальными
лидерами» рассматриваются научные принципы построения психокоррекционной
12
работы с осужденными, определяются методы воздействия, анализируются виды
психологического консультирования. В.Г. Деевым (1999) отмечается, что наличие
кризиса идентичности у формальных и неформальных лидеров связано с желанием
приобретения подлинной психологической независимости; преодолением кризиса
идентичности, ролевой диффузности, выхода на новый виток социализации в среде
осужденных, основанной на установлении более глубоких эмоциональных отноше­
ний.
К сожалению, в настоящее время психокоррекция и консультирование являются
новой областью психологической практики в местах лишения свободы. Психокор­
рекция ставит своей целью работу с отклонениями в личности осужденного и на­
правлена на изменение его поведения в позитивном направлении (Овчарова Р.В.,
2001). Цель психолога - не избавить лидера от проблем и конфликтов, а научить его
анализировать и разрешать подобные противоречия в будущем (Немов Р.С., 1999),
т.е. следует создать условия, в которых человек сможет пережшъ новый эмоцио­
нальный опыт, споссйбствующий осознанию и принятию себя (Роджерс К.Р., 1995).
Структура консультирования в пенитенциарных условиях представлена следующи­
ми составляющими: это терапия поведения (Роджерс К.,1994), рациональноэмоциональная терапия (Элисс Э., 1999), ориентированная на осужденного экзи­
стенциальная терапия (Джорж Р.Л., Кристиани Т . С , 1990).
Сложность психологического консультирования усиливается в местах лишения
свободы (Мокрецов А.И., Голубев В.П., Шамис А.В. (1998), наиболее эффективной
является деятельность тех психологов, которые обладают как личной, так и соци­
альной зрелостью. Особенностью консультирования осужденных является барьер
между ними и психологом, как представителем администрации. Психологу, по
мнению исследователей, необходимо совместно с осужденным разработать конст­
руктивную стратегию постижения своего внутреннего мира. У осужденного в ходе
поиска нового смысла могут возникать экзистенциальные конфликты и кризисы.
Кризисные ситуации связываются с нарушениями в самореализации личности, в ее
самоаетуализации, полноценном функционировании (Новоселова А.С. 2001).
Основная проблема - проблема преодоления «кризиса духовности» понимается
многими неформальными лидерами, но решение её осложняется традициями, не­
формальными законами, перед которыми лидер оказывается бессильным. Формаль­
ные лидеры ощущают свою слабость в реализации ролевых функций, зависимость
от администрации, от неформального лидерства. Завершение кризиса идентичности
формальньпс и неформальных лидеров во многом зависипг от их желания выйга за
пределы самого себя и обрести духовное состояния личностной свободы (Леонтьев
Д. А. 1999).
В о второй главе «Материалы и методы исследования» для изучения особенно­
стей идентичности формальных и неформальных лидеров осужденных была опре­
делена методология исследования и набор диагностических и психокоррекционных
методик.
В разделе 2.1. «Методология исследования идентичности неформальных и фор­
мальных лидеров осужденных» обозначены методологические основы данного ис­
следования, интегрирующие различные концепции: Л С. Выготского (1975)-о при­
сущей человеку системе функций социокультурного порядка; С.Л. Рубинштейна
13
(2000)-о направленности личности и ее ценностных ориентациях; А.Г. Асмолова
(1984)-о критериях сформировавшейся личности; А.Н. Леонтьева (1999)-о деятельностном подходе к изучению проблемы лидерства, в соответстврш с которым глав­
ными детерминантами процесса лидерства были цели и задачи группы, определяв­
шие, кто станет лидером и какой стиль лидерства более эффективен; М.И. Еникеева
(20(Ю)-о личностно-психологической коррекции; Ю.М. Антоняна (1995)-о сущност­
ных причинах криминализации личности; А.Д. Глоточкина и В.Ф. Пирожкова
(1974)-о комплексе мер, направленньк на исправление осужденного; Б.Г. Ананьева
(1994)-о ценностных образованиях как базальных свойствах личности; А. Грошева
(1998)-о взаимосвязи идентичности, неудовлетворенной потребности в социальной
адапгации и совершения преступления.
Данные концепции позволяют рассмотреть психические и социальные особен­
ности личности лидеров осужденньпс (формальных и неформальных) в их взаимо­
связи и взаиморазвитии.
По мнению многих ученых (Шороховой Е.В., 1975; Андреевой Г.М., 1988; Пи­
рожкова В.Ф., 1985; АнгопольскоЙ Т.А., 2000), лидерство
представляет собой
сложный (многомерный) феномен, отражающий системно-уровневую организацию
личности, и является ведущим свойством процесса группообразования. Рассматри­
вать его необходимо с позиций деятеяьностного подхода (Платонов К.К., 1986), от­
ношений и ролей (Дебольский М.Г.,1990). Специфика лидерства в условиях изоля­
ции связана как с личностными особенностями самих лидеров, так и с их идентич­
ностью своим ролевым функциям.
На необходимость изучения личностных особенностей лидеров осузаденных и
вьшолняемой ими социальной роли неоднократно указывали И. Шмаров (1981);
Ю.М. Антонян (1989); М.И. Еникеев (1996). Поэтому содержание исследования со­
ставило всестороннее изучение личностных характеристик лидеров, включающее
рассмотрение временных (срок отбывания наказания), по составу преступления,
возрастных и психологических характеристик, статусов идентичности формальных
и неформальных лидеров, стилей их поведения. Исследование включало в себя ряд
этапов: разработку методологии и программы исследования с отбором методик;
проведение экспериментально-психологического исследованрм; разработку про­
граммы индивидуального психокоррекционного воздействия на неформальных ли­
деров и программы группового психокоррекционного воздействия на формальных
лидеров; апробацию
психокоррекционных программ; изучение эффективности
предложенных программ.
В разделе 2.2. «Характеристика материала исследования» анализируются дан­
ные двух групп осужденных формальных и неформальных лцдеров. В контексте ис­
следования особенностей лидерства в среде осужденных на первом этапе проводил­
ся подготовительный отбор респондентов, составлялись списки формальных и не­
формальных лидеров в колонии строгого режима г. Томска. Было отобрано 264 че­
ловека, из них 98 неформальных лидеров, состоящих на учете оперативной службы
учреждения, и 166 формальных лидеров, являющихся бригадирами, завхозами,
председателями различных общественных секций. Контрольную группу составили
96 осужденных - нелидеров с аналогичными социально-демографическими и кри­
минологическими характеристиками. Для получения экспертных оценок было оп-
14
решено 30 сотрудников. На протяжении пребывания осужденных в данном учреж­
дении (срок наказания) лидерский статус не менялся, т.к. в условиях пенитенциар­
ного учреждения строгого режима социальный статус осужденного четко контроли­
руется общей массой осужденных, и любые изменения статуса, переход из нефор­
мальных лидеров в формальные осужденными воспринимаются настороженно.
В разделе 2.3. «Методы психолого-диагностического исследования» описьшаются методы анализа и интерпретации результатов исследования. В ходе проводимого
исследования использовались методы, определяющие типы социального поведения
в группе (методика Лири,1947), степень вьфаженности личностных особенностей
(16-фаеторный личностный опросник Р. Кэттелла, 1970), показатели невротическо­
го радикала (тест У Н П Бажина Е.Ф., Ласко Н.Б., Тархан А. У.,197б), уровни иден­
тичности формальньк и неформальных лидеров (метод полуструктурированного
интервью по Дж. Марсиа, 1980). Кроме того, получена информации на основе вер­
бальной коммуникации (беседа) и изучения объекта на уровне чувстгвенного позна­
ния (наблюдение).
В разделе 2.4. «Статистические методы экспериментально-психологического ис­
следования» описьшаются методы организации исследования и сбора эмпирическо­
го материала. Статистическими методами анализа данных служили следующие: 1)
метод анализа таблиц сопряженности по критерию Пирсона (хи-квадрат), который
вычислялся на основе сравнения разности между фактической и ожидаемой часто­
тами. Сопряженность между данными о формальных и неформальных лидерах об­
разует те показатели, которые позволяют найти разницу между свойствами фор­
мальных и неформальных лидеров (по образованию, по cpoiq' отбывания наказания,
по статье У К ) ; 2) метод корреляционного анализа с использованием коэффициента
ранговой корреляции Спирмена, который, в отличие от критерия частотности, опре­
деляющего квантигативные характеристики каждого признака отдельно от осталь­
ных, позволил определить свойство признака через его соотношения со всеми ос­
тальными, а также степень достоверности каждого показателя; 3) дисперсионный
анализ по F-критериго Фишера, позволивший установить зависимость количествен­
ных скалярных признаков от качественных номинальных; с помощью F-критерия
Фишера установлена достоверность различий средних значений признака в разных
группах наблюдений.
В разделе 2.5. «Методы психокоррекционной работы» описываются методы
психологического консультирования и психокоррекционного воздействия. Они на­
правлены или непосредственно на отдельные свойства формальных и неформаль­
ных лидеров (недирективная психоторапия К. Роджерса, 1994), или действуют на
них косвенно - через участие в ролевых играх, заставляя переживать те или иные
состояния, связанные с лицерскими позициями (гештальт-терапия Перлза Ф., Гудмена П., Хефферлина Р., 1992). С целью разработки Программы профилактики и
психокоррекции лидерских качеств были использованы методы, определяющие
уникальность субъективного опыта личности, уровень развития функций воли, воз­
можности осознание человеком самого себя (эмоционально-волевой тренинг А. И.
Ушатикова, В.М. Позднякова, О. И. Шаламова,1992). Оценка эффективности психо­
коррекции и психологического консультирования осуществлялась по анализу субъ­
ективных самоотчетов, итогов работы в психокоррекционных группах.
15
Третья глава «Анализ результатов экспериментально-психологического иссле­
дования ролевой идентичности формальных и неформальных лидеров осужденных»
представляет результаты анализа экспериментально - психологического исследова­
ния личностных особенностей формальных и неформальных лидеров среды осуж­
денных, статусов идентичности, стилей общения. Полученные данные исследова­
ния рассматриваются с точки зрения применения их в психокоррекционной работе с
данной категорией осужденных для изменения идентичности их ролевых функций.
В разделе 3.1. «Сравнительный анализ идентичности ролевых функций формаль­
ных и неформальных лидеров осужденных» исследуются полученные результаты по
статусам идентичности, особенностям личностных характеристиж и стилям меж­
личностных отношений.
В параграфе 3.1.1. «Анализ результатов исследования типов межличностных
отношений формальных и неформальных лидеров осужденных» для изучения от­
ношений лидеров с группами и окружением бьши проанализированы данные значе­
ний шкал теста Лири. Определились значимые типы межличностных отношений:
автократически-властвующий, скромно-застенчивый, скептически-недоверчивый,
конвенциально-сотрудничающий, прямолинейно-агрессивный. Уровень «автократи­
ческого» признака у неформальных лидеров вьппе, чем у формальных и контроль­
ной группы (неформальные - 9,71, F=7,62 при р<0,00б2; формальные 8,71, В=7,62
при р<0,0062; контрольная группа-6,8, F = 7,62 при р<0,0062).
Признак «скромность-застенчивость» проявляется в подчиняемости, исполни­
тельности, обязательности, подчеркнутой скромности, осторожности, которая у
формальных лидеров (7,97, F=6,34 при р<0,0124) выше, чем у неформальньпс (7,03,
F=6,34 при р<0,0124), но ниже, чем в котрольной группе (8,1, F=6,34 при
р<0,0124). Неформальным лидерам свойственно отсутствие склонности к подчине­
нию, уступчивости, сдержанности; резкость высказываемых суждений. Уровень
«агрессивности» у неформальных лидеров (8,56, Р=8,97 при р<0,003) выше, чем у
формальных (7,64, Р=8,97 при р<0,003) и в контрольной группе (7,3, F = 8,97 при
р<0,003). Им свойственны упрямство, настойчивость, энергичность, жесткость. У
формальных лидеров и в контрольной группе уровень «недоверия, скептичности»
ближе к норме (6,97 и 6,5, F=5,32 при р<0,0219), им свойственны критичность, ре­
альный взгляд на жизнь, адекватная оценка отношения к себе ;фугих людей. Не­
формальные лидеры проявляют недоверие, скептицизм (7,73, F=5,32 при р<0,0219).
Тип отношений конвенциально-сотрудничающий, альтруистический у формальных
лидеров и в контрольной группе (9,17 и 9,7, F=5,86 при р<0,0161) выражается в по­
требности следования социальным нормам, желания оказывать помощь, но при
этом возникают неискренность, стремление быть замеченным. Неформальные лиде­
ры используют альтруизм как возможность доказать свою действенность и беско­
рыстие (8,36, Р=5,86прир<0,0161).
В параграфе 3.1.2. «Анализ соотношения личностных особенностей лидеров
осужденных с уровнем их психической устойчивости» значения шкал теста Кэтгелла были соотнесены со значениями шкал теста УНП. Показатели фактора Б «кон­
формность-доминантность» (5,43 при р<0,0001) выше у неформальных лидеров
(стремление к независимости, самостоятельности, проявление властности). У фор­
мального лидера значение «конформности-доминантности» (4,42 при р<0,0001, под-
16
чиняемость, конформность), выше, чем в контрольной группе (3,9 при р<0,001). По
фактору F «озабоченность-беспечность» (5,82 при р<0,0П5) лидируют неформалы
(не задумываются над событиями, невысокий уровень притязаний). У формальньк
лидеров (5,24 при р<0,0001) проявляется жизнерадостность, активность, временами
беспечность. В контрольной группе показатели данного фактора F ниже (4,6, при
р<0,0115). По фактору Н «робость-смелость» (6,07 при р<0,0006) вьппе значение у
неформальных лидеров (невосприимчивость к угрозе, тяга к риску и острым ощу­
щениям). У формальных лидеров и в контрольной группе показатели фаюгора Н
«смелость- робость» ниже (5,26 и 5,0 при р<0,0006), проявляется решительность,
смелость, легкость общении. Показатели фактора Оз «импульсивностьсамоконтроль» (7,7 и 7,54 при р <0,0192) вьппе в контрольной группе и у формаль­
ных лидеров (самоконтроль, упорство по преодолению препятствий, забота о впе­
чатлении, производимым на окружающих). У неформальных лидеров значение фак­
тора ниже (6,95, аккуратность, упорядоченность, выполнение социальных требова­
ний). Показатели фактора Q4 «релаксированность-фрустрированность» (5,78 при
р<0,0416) выше у неформальных лидеров (беспокойство, суетливость, напряжен­
ность, усталость). У формальных лидеров значение факгора Q4 «релаксированность
- фрустрированность» ниже (5,15 при р<0,0416), проявляется терпеливость, невоз­
мутимость. В контрольной группе показатели фактора Q4 (4,8 при р<0,416). Для
психического фона формальных лидеров типичны осмотрительность, гибкое реаги­
рование на изменение ситуации, уступчивость, тактичность, ориентация на мнение
окружающих, приверженность общепринятым нормам морали и правилам поведе­
ния. Для психического фона неформальных лвдеров в большей степени присущи
психическая неустойчивость, беспечность, легкомыслие, холодность в отношениях с
людьми, упрямство в межличностных отношениях.
В параграфе 3.1.3. «Когнитивные и эмоционально-волевые особенности фор­
мальных и неформальных лидеров осужденных в соотношении с уровнем их психи­
ческой устойчивости» значения личностных особенностей осужденных, выявленные
по 16-факторному тесту Р. Кетгелла, были соотнесены со значениями шкал У Н П . С
помощью коэффициента ранговой корреляции Спирмена были выявлены наиболее
значимые факгоры с достигнутым уровнем достоверности (р<0,05). Шкала невротизации формальных лидеров (г= 0,34 при р<0,05) соотносится со шкалой С - «сла­
бость «Я» - сила «Я», что указывает на устойчивость, зрелость, отсутствие случай­
ных колебаний. У неформальных лидеров уровень невротизации (г=0,30 при р<0,05)
указывает на беспокойство, усталость, желание уклониться от реальности. Значи­
мым для неформальных лидеров является корреляция шкалы В «низкий интеллект высокий интеллект» (0,21 при р<0,05) со шкалой С «слабость Я- сила Я » , что ука­
зывает на умение зрело оценить обстановку, быстро усвошъ новые понятия, нали­
чие развитой интеллектуальной интуиции.
Уровень корреляции шкал Q4 « релаксированность - фрустрированность» (i^0,54
при р<0,05) и О «гипотимия - гипертимия» формальных лидеров означает напря­
женность, активность и нетерпеливость. У неформальных лидеров значимыми ком­
понентами являются С «слабость» «Я»- сила «Я»; Е «конформность - доминант­
ность»; Н «робость- смелость». Корреля1щя шкал Q^ «реклаксированность - фруст­
рированность» и 0«гипотимия - гипертимия» (г=0,46 при р<0,05), указывает на
17
эмоциональную неустойчивость, пониженное настроение, напряженность, фрустрированность. У неформальных лидеров проявляется активная неудовлетворенность
стремлений. В такой ситуации возможны конфликты, сложные межличностные от­
ношения, снижение своего авторитета. Формальные лидеры всегда ощущают под­
держку администрации, имеют возможность использовать ее для укрепления своего
авторитета.
В параграфе 3.1.4 «Соотношение характерологических, поведенческих и комму­
никативных особенностей ролевой идентичности формальных и неформальных ли­
деров осужденных» определены значимые компоненты основных психологических
характеристик формальных и неформальных лидеров, полученных по шкалам ме­
тодик Лири, Кэттелла и У Н П . Для формальных лидеров из обозначенных 15 значи­
мых компонентов выделено 4 наиболее важных: фактор Е «конформность - доми­
нантность» (г=0,26 при р<0,05) коррелирует с «автократически- властвующим» (со­
четание властности, настойчивости с энергичностью, успешностью в делах); фактор
Н «робость - смелость» (г=0,36 при р<0,05 ) соотносится с «автократически - власт­
вующим» (проявляются как уверенность в себе, так и необязательность, эгоистич­
ность); фактор Оз «импульсивность- самоконтроль» (г=0,25 при р<0,05) коррелиру­
ет с «конвенциально - сотрудничающим» (дружелюбие, способность к сотрудниче­
ству сочетаются с самоконтролем и упорством в преодолении препятствий); фактор
Q4 «релаксированность - фрустрированность» (г=0,25при р<0,05) коррелирует с
«зависимым - послушным» (сочетается беспокойство, суетливость, напряженность с
послушностью и беспомощностью). Формальные лидеры имеют средний уровень
доминантности, их самостоятельность ограничивается требованиями администра­
ции и рамками ролевых функций, они находятся под постоянным контролем со­
трудников и обязаны выполнять все их требования.
Для неформальных лидеров из вьвделенных 20 в^иантов ранговой корреляции
значимыми стали 12. Наиболее важными оказались: уровень смелости Н (г=0,25 при
р<0,05) и авторитарности (г=0,27 при р<0,05). Неформального лидера отличает
практичность, склонность к хитрости, расчетливость, но иногда проявляется неуме­
ние мыслить, отсутствует проницательность и социальной ловкости. Наблюдается
отсутствие идентичности лидеров выполняемой ими роли: низкий уровень сотруд­
ничества, слабое желание помогать людям, («они не стоят того», по вьфажению од­
ного из авторитетов). Высокий уровень фрустрированности способствует кон­
фликтности и осложнению межличностных отношений с лидерами других группи­
ровок. Неформальные лидеры приучаются жить в отчуждении (узкий круг обще­
ния).
Отчуждение связано с потерей индивидом чувства своей субъектности в общении
со значимыми другими людьми, переживанием невозможности обладать подлинной
свободой самопроявлений.
В параграфе 3.1.5. «Соотношение уровней идентичности формальных и нефор­
мальных лидеров» были проанализированы результаты исследования изменений
уровней идентичности лидеров осужденных в зависимости от их возраста. Группы
лидеров и контрольная группа были разделены на возрастные подгруппы. Подгруп­
па молодых неформальньпс лидеров от 20 до 30 лет находится в стадии диффузной
идентичности по общему статусу - 2 5 % , по профессиональному и религиозному
18
статусу - (44% и 37%) в стадии принятой идентичности, по семейному статусу в
диффузной стадии - 0 % . Формальные лидеры находятся на уровне принятой иден­
тичности по общему статусу- 34%, по профессиональному статусу - 6 4 % - на уров­
не моратория, по религиозному - 2 3 % и политическому статусу -17 % - на уровне
диффузной идентичности, а по семейному статусу на уровне принятой идентично­
сти - 27%. В контрольной группе осуяаденные находятся по общему статусу на
уровне принятой идентичности - 49%, моратория - 58%, по семейному, религиоз­
ному статусу - на уровне принятой идентичности - 4 2 % , по политическому статусу
- на уровне диффузной идентичности - 20%. Профессиональный статус имеет уро­
вень достигнутой идентичности - 77%. В подгруппе от 31-40 лет формальные (44%)
и неформальные (35%) лидеры находятся на уровне принятой идентичности по об­
щему статусу. Для формальных лидеров профессиональный статус (85%) на уровне
достигнутой идентичности и семейный (38%) на уровне принятой идентичности
имеют большое значение, в этот период жизни они ясно определяют жизненные це­
ли, преодолевают 1физисный период. У неформальных лидеров религиозный статус
и профессиональный статус выходят на уровень принятой идентичности с перехо­
дом в мораторий (45%). В этот период неформальные лидеры ощущают кризисные
состояния, пытаются найти выход в жизненных ситуациях, поэтому семейный ста­
тус повьппается до уровня принятой вденгичности (21%). В контрольной группе
общий статус имеет уровень принятой идентичности (48%), профессиональный ста­
тус находится на уровне достигнутой идентичности (80%), семейный статус также
находигся на уровне достигнутой идентичности - 77%, а религиозный и политиче­
ский статусы (19%) находятся на уровне диффузной идентичности.
В подгруппе от 41 до 50 лет неформальные лидеры имеют общий статус на уров­
не принятой идентичности - 3 3 % , формальные - 44%. Наиболее важными статусами
для неформальных лидеров в этгой подгруппе являются религиозный (52%) и поли­
тический (32%). Для формальньпс лидеров профессиональный статус (94%) и семей­
ный (37%) являются основными. Религиозный - 29% и полшический статус -18%. В
контрольной группе общий статус находится на уровне моратория - 58%, профес­
сиональный статус также находится на уровне моратория - 70%, уровень достигну­
той идентичности имеет семейный статус (82%), религиозный статус достиг уровня
моратория -52%, политический статус находится на уровне принятой идентичности
-29%.
Подгруппы от 51 до 60 лет имеют общий статус: неформальные лидеры - на
уровне принятой идентичности (33%), формальные - на уровне моратория (51%).
Важным в этот период для неформальных лидеров является повышение профессио­
нального статуса до уровня моратория (67%). В тоже время снижаются до уровня
диффузной ицентичности религиозный статус (17%) и политический статус (17%), а
статус семейный поднимается до уровня принятой идентичности. У формальных
лидеров этой возрастной подгруппы профессиональный статус остается на месте
уровня достигнутой идентичности (80%), в то же время резко повышается религи­
озный статус до уровня моратория (60%), ослабевает интерес к политике и семей­
ным отношениям (20%). В контрольной группе общий статус принятой идентично­
сти (49%), профессиональный статус на уровне достигнутой идентичности (100%),
семейный статус на уровне моратория (60%), религиозный статус достигает уровня
19
принятой идентичности (33%), а политический статус находится в состоянии диф­
фузной идентичности (0%).
В целом, гругаты лидеров имеют общий статус принятой идентичности 32% неформальные лидеры, 4 3 % - формальные. Профессиональный статус находнггся на
уровне достигнутой идентичности у формальных лидеров (80%), у неформальных
лидеров он выходит на уровень принятой идентичности (47%). Религиозный статус
формальных и неформальных лидеров остается на уровне принятой идентичности
(48% - у неформальных лидеров, 36% - у формальных). Политический статус фор­
мальных (21%) и неформальных (23%) лидеров остается на уровне диффузной иден­
тичности. Семейный статус формальных лидеров находится на уровне принятой
идентичности (30%), у неформальных лидеров снижен до уровня диффузной иден­
тичности (17%). В контрольной группе общий статус находится на уровне морато­
рия (53%), профессиональный статус имеет уровень достигнутой идентичности
(84%), семейный статус находится на уровне моратория (68%), политический статус
имеет уровень диффузной идентичности (21%) и религиозный статус достигает уро­
вень принятой идентичности. Анализ уровней идентичности формальных и нефор­
мальных лидеров по сравнению с контрольной группой показал зависимость этих
уровней от возраста осужденных. Обе группы находятся на уровне принятой иден­
тичности, контрольная группа находится на уровне моратория, хотя внутри их на­
блюдается все разнообразие статусов идентичности (диффузная, принятая, морато­
рий, достигнутая). Многие из формальных и неформальных лидеров приняли на се­
бя обязательства, но без достаточного исследования альтернативных возможно­
стей, часто акцентируя выбор, предложенный друзьями, сотрудниками, иногда
близкими родственниками.
Уровень идентичности этих лидеров редко достигает статуса моратория. Немно­
гие из них, обычно к 40-50 годам, переживают кризис идентичности, обретают но­
вые уровни самосознания, примером для них становится изменение идентичности в
позитивную сторону. У формальных лидеров зрелого возраста на первом месте профессиональные и религиозные ценности, их меньше волнуют проблемы поли­
тики, семьи, т.к. к 50 годам их социальные связи ослабевают. В колонии они зани­
мают должности опытных завхозов, бригадиров, ведут позитивный образ жизни.
В разделе 3.2 «Анализ эффективности психокоррекционной работы с формаль­
ными и неформальными лидерами осужденных» исследуются возможности психо­
логического воздействия психолога на формирование идентичности ролевых функ­
ций формальных и неформальных лидеров с помощью программ психокоррекционных занятий и психологического консультирования. Для решения проблем фор­
мальных и неформальных лидеров, связанных с кризисом ролевой идентичности,
бьши составлены психокоррекционные программы. В составлении психокоррекци­
онной программы бьши учтены типовой и индивидуальный вид модели коррекции.
Для неформальных лидеров приемлемо психологическое консультирование наедине
с психологом. Формальные лидеры пропши курс групповой терапии и индивидуаль­
ного консультирования. В связи с особенностями межличностных отношений осуж­
денных были учтены законы неформального общения, возможность нахождения ли­
деров разных уровней в группе. В ходе психокоррекционной работы обращалось
внимание на адекватность программ личностным особенностям и ролевым функци-
20
ям лидеров в условиях кризисного периода идентичности; расширение возможности
осознания лидерами происходящих с ними перемен, сочетание концептуальности
подхода в построении программ и конкретных методов и приемов выработки соци­
ально-психологических навыков; недирективность позиции ведущего группы и са­
мих программ, стимулирование самостоятельных выводов и выборов; осторожное,
пошаговое движение в освоении материала; постепенность приобретения и закреп­
ления нового опыта в циклах программ для лидеров осужденных. В ходе проводи­
мых коррекционных занятт1Й осужденные формальные лидеры обучались: умению
понимать себя; внимательно изучать другого человека; выстраивать социальнонормативные межличностные отношения; оценивать поведение и поступки как
свои, так и чужие, готовить себя к жизни на свободе. В о время занятий напряженная
атмосфера постепенно сменилась доброжелательностью, желанием больше знать о
себе и о людях, разрешить в индивидуальных консультациях проблемы, связанные с
вопросами адаптации на свободе, социального общения. Индивидуальные консуль­
тации касались адаптационного периода пребывания формального лидера в должно­
сти; в ходе процесса общения выяснялись проблемы межличностных отношений с
другими осужденными; давались советы по вопросам брачных и семейных отноше­
ний и индивидуально-психологических особенностей личности.
Неформальные лидеры во время проведения консультационных занятий пыта­
лись определить такие наиболее значимые для себя понятия, как духовная свобода,
любовь, смысл жизни и др. Проведенная психокоррекционная и консультационная
работа позволила провести сравнительный анализ личностньк характеристик, сти­
лей поведения, статусов идентичности до проведения занятий и после них.
При сравнении стилей общения с группой и окружающими у неформальных ли­
деров имеет место достоверно значимое при (р<0,05) снижение уровня автократиче­
ски - властвующего стиля (с 9,71 до 8,24). В то же время у формальных лидеров
уровень автократически - властвующий повышается (с 8,71 до 9,01). Отмечено дос­
товерно значимое (р<0,05) повьппение уровня скромно - застенчивого стиля у неформальньк лидеров (с 7,03 до 7,80). Это повышение уровня больше, чем у фор­
мальных лидеров (с 7,97 до 8,12). Связано это с осознанием чувства вины неформальньге лидеров, которое у формальных лидеров было высоким. Психокоррекционное воздействие изменило в сторону снижения при (р<0,05) скептически - недо­
верчивый стиль общения с окружением и сотрудниками (с 7,73 до 7,22). Одновре­
менно у формальных лидеров уровень скептически - недоверчивого стиля общения с
окружением и сотрудниками повысился, (с 6,79 до 7,02 при р<0,05). Повысился
уровень конвенциально - сотрудничающего стиля общения при (р<0,05) как у не­
формальных (с 8,36 до 8,92), так и у формальных лидеров (с 9,17 до 9,73). Снизился
уровень прямолинейно- агрессивного стиля общения при (р<0,05) как у неформаль­
ных (с 8,56 до 7,53), так и у формальных лидеров (с 7,64 до 7,12).
В ходе психокоррекционной работы менялось отношение к понятию социальная
смелость. При (р<0,05) показатель смелости у неформальных лидеров снизился (с
6,07 до 5,65), а у формальных лидеров он повысился (с 5,26 до 5,60). Показатель са­
моконтроля при (р<0,05) у неформальных лидеров повысился с 6,95 до 7,32, у формальньпс лидеров - с 7,54 до 7,74. Психокоррекционные занятия повлияли на уро­
вень фрустрированности, который при р<0,05 понизился с 5,78 до 5,34 - у нефор-
21
мальных лидеров, у формальных лидеров - с 5,15 до 4,86. Все изменения личност­
ных особенностей, отмеченные при сравнительном анализе, определили общий пси­
хологический фон лидеров. Уровень невротизащга снизился при значимом - р<0,05
у неформальных лидеров с 12,84 до 19,80. У формальных лидеров снижение уровня
невротизации в пределах статистической нормы (с 29,39 до 32,14). Уровень психопатизации неформальных лидеров снизился (с 0,68 до 4,72 при р<0,05), у формаль­
ных лидеров снижение наблюдается в пределах нормы (с 6,19 до 8,2).
Сравнительный анализ показателей уровней идентичности формальных и не­
формальных лидеров до и после психокоррекщюнных занятий выявил следующие
результаты. Уровень общего статуса принятой иденгичности обеих групп изменился
в сторону статуса моратория (от 3 2 % до 5 1 % у неформальных лидеров, от 4 3 % до
58% - у формальньпс). Наблюдается состояние кризиса идентичности, поиск экзи­
стенциальных ценностей, меняется отношение к профессиональному статусу (у не­
формальных лидеров от 4 7 % до 60% -статус моратория, у формальных от 80% до
82% - статус достигнутой идентичности), повьппается значение релипюзного стату­
са (от 38% до 6 2 % у неформальных лидеров - craiyc моратория, от 36% до 52% у
формальных лидеров - статус моратория). В ходе психокоррекционных занятий
стал появляться интерес к политическому статусу (от 2 3 % до 5 2 % у неформальньпс
лидеров - статус моратория, от 21 % до 4 2 % у формальных - статус принятой иден­
тичности). Семейный статус также претерпел изменения (от 17% до 3 2 % у нефор­
мальных лидеров - статус принятой идентичности, от 30% до 58% у формальных статус моратория). Неформальные лидеры постепенно меняют отношение к сферам
семьи, работы и религии, формальные лидеры укрепляют статус идентичности, го­
товясь к выходу на свободу и обращая больше внимание на проблему создания се­
мьи и наличие работы.
Приведенные данные позволяют считать возможным использовать психокоррекционные программы для воздействия на личностные качества лидеров, стили их по­
ведения и идентичность их ролевых функций.
В Заключении говорится о том, что результаты проведенного исследования
подтвердили предположение о необходимости изучения идентичности формаль­
ных и неформальных лидеров осужденных, о возможности целенаправленного
формирования на основе экзистенциальных установок ролевой идентичности фор­
мальных и неформальных лидеров осужденных с помощью создания специальньк
психологических условий, актуализирующих диалогическую рефлексию лидеров
осужденных в плане усовершенствования и изменения своей ролевой идентичности.
Все зпго позволило сделать следующие выводы:
1. Анализ литературных данных и результаты проведенного исследования свиде­
тельствуют о наличии специфических особенностей лидерства в среде осужденных,
концентрирующих/отвергающих ценности уголовно-профессиональной субкульту­
ры.
2. Определены наиболее значимые харакгеристики личностных особенностей
осужденных, обусловливающих характер их ролевой идентичности. У формальных
лидеров - это конформность; самоконтроль; уровни невротизации и психопатизации находятся в пределах нормы. У неформальных лидеров-доминантность; бес-
22
' печность; смелость; самоконтроль; фрустрированность; повьпыены уровни невротизации и психопатизации.
3. Установлены наиболее значимые стили общения формальных и неформаль­
ных лидеров осужденных. Для формальных лидеров наиболее значимы стили обще­
ния;
авторитарно-властвующий;
скромно-застенчивый;
конвенциальносотрудничающий.
Для неформальных лидеров значимы: авторитарновластвующий; скептически-недоверчивый; конвенциально-сотрудничающий; пря­
молинейно-агрессивный.
4. Обнаружены различия ролевой «принятой» идентичности в зависимости от
статуса лидера (формального и неформального) и от возраста. «Принятая» ролевая
идентичность неформальных лидеров осужденных, по данным проведенного иссле­
дования, характеризуется негативизмом личностных проявлений, скрытой агрессив" ностью, «двойным стандартом» в поведении, покровительственным отношением к
осужденным, насаждением криминальных традиций в среде осужденных, формиро­
ванием групп с негативной направленностью. «Принятая» ролевая идентичность
формальных лидеров по результатам проведенного анализа характеризуется законо­
послушностью, подчиняемостъю требованиям администрации, социальной активно­
стью, коммуникабельностью и исполнигельностью в деятельности. С возрастом ро­
левая идентичность формальных и неформальных лидеров переходят в статус мора­
тория, в профессиональном плане - в статус достигнутой идентичности.
5. Выявлено, что показатели ролевой идентичности формальных лидеров ниже
показателей ролевой идентичности неформальных лидеров, что связано с необходи­
мостью для неформального лидера постоянно подгверждапгь свои лидерские качест­
ва в среде осужденньк. Для неформального лидера характерны состояния психиче­
ской напряженности, закрытости в общении, что приводит зачастую к кризису роле­
вой идентичности. Формальные лидеры, назначенные администрацией, обязанные
выполнять ее законные требования, пользуются поддержкой сотрудников, облегчая
тем самым выполнение своих ролевых функций.
6. В результате проведенной психокоррекционной работы изменили стиль обще­
ния и показате-пи личностных особенностей 6 3 % неформальньк лидеров и 8 5 %
формальных лидеров. 28% неформальных лидеров не изменили стиль общения с
группами и окружением, показатели их личностных особенностей остались преж­
ними, у 9% неформальных лидеров снизились многие показатели стилей общения
и личностных характеристик. У 12% формальных лидеров показатели стилей обще­
ния и личностных характеристик остались на прежнем месте, у 3% формальных ли­
деров снизились многие показатели стилей общения и личностных характеристик.
7. Психокоррекционная работа с формальными и неформальными лидерами под­
твердила гипотезу о необходимости психологического сопровождения лидеров осу­
жденных для укрепления ролевой идентичности формального лидера и переориен­
тации ролевой идентичности неформального лидера, формирования позитивных
норм формального лидерства и снижения негативного влияния неформальных ли­
деров (изменения направленности их ролевой функции). Изменили направление со­
циальной идентичности в сторону позитивной 2 2 % неформальных лидеров, фор­
мальные лидеры укрепили позитивную социальную идентичность (большинство ли­
деров освободились условно-досрочно).
23
СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ
1. Молчанова Е.П. Из опыта формирования психологической службы
//Проблемы совершенствования деятельности психологической службы в
И Т У . Домодедово, 1996. С.80-83.
2. Молчанова Е. П. Психологическая служба В Т К Томской области //Социальнопсихологические проблемы организации исполнения уголовных наказаний.
Домодедово, 1996. С.49-53.
3. Молчанова Е.П. Социально - психологические проблемы отечественной пени­
тенциарной психологии (некоторые аспекты)// Материалы Межцун^юдного
симпозиума 27-29 сентября 1998, Томск, 1998. С.87-92.
4. Молчанова Е.П. Из опыта организащюнного методического обеспечения дея­
тельности психологической лаборатории в исправительной колонии строгого
режима. // Материалы научно - практического семинара. М., 1999. С.163-169
5. Молчанова Е.П. Особенности психологических характеристик формальных и
неформальных лидеров в среде осужденных, использование их в психокоррекционной работе с ними.// Материалы научно практического семинара. Мо­
сква, 1999. С. 195-204.
6. Молчанова Е. П. Психологические особенности насильственных преступни­
ков. Томск, 2002, 22 с.
РНБ Русский фонд
2006-4
24387
Заказ 696. Тираж 100. Печать плоская. Формат 60x84/16. Объем 1 п. л.
Размножено ООО «Дельтаплан». Лицензия ИД Jfe 01282 от 22.03.2000,
564551 А
204780
0 9 анпооз
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
1
Размер файла
1 476 Кб
Теги
bd000103169
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа