close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Confyur 027613B1E5

код для вставкиСкачать
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Федеральное государственное автономное
образовательное учреждение высшего образования
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
АЭРОКОСМИЧЕСКОГО ПРИБОРОСТРОЕНИЯ
ЮРИДИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ –
ОБЯЗАННОСТЬ ГОСУДАРСТВА
И(ИЛИ) ДОЛГ И ОБЯЗАННОСТЬ ЮРИСТА?
Международная
научно-практическая конференция,
посвященная Дню юриста
2–3 декабря 2015 г.
Под редакцией П. П. Глущенко, В. М. Боера
Санкт-Петербург
2015
УДК 34(082)
ББК 67я43
Ю70
Рецензенты:
кандидат военных наук, начальник Управления делами
Федеральной службы судебных приставов,
действительный государственный советник юстиции 3 класса А. В. Попов;
руководитель российского отдела международной правозащитной организации
«Международная амнистия» С. А. Никитин
Ю70 Юридическая помощь – обязанность государства и(или)
долг и обязанность юриста?: Международ. науч.-практ. конф.,
посвящ. Дню юриста. 2–3 дек. 2015 г. / под ред. П. П. Глущенко, В. М. Боера. – СПб.: ГУАП, 2015. – 482 с.
ISBN 978-5-8088-1042-6
Приведены материалы Международной научно-практической
конференции, проходившей на юридическом факультете ГУАП 2–3
декабря 2015 г. В работе конференции, круглых столов и проведении
мастер-классов приняли участие более 500 студентов, преподавателей, гостей.
В процессе обсуждения пленарных докладов, научных сообщений
поднимались актуальные вопросы оказания юридической помощи,
повышения уровня правовой культуры, приобретения навыков обращения к механизму правозащитной деятельности, выработки умений использовать правовые методы, средства и способы в процессе реализации и защиты прав, свобод и законных интересов граждан.
УДК 34(082)
ББК 67я43
ISBN 978-5-8088-1042-6
© Санкт-Петербургский государственный
университет аэрокосмического
приборостроения, 2015
Состав организационного комитета
Оводенко Анатолий Аркадьевич – Президент СанктПетербургского государственного университета аэрокосмического
приборостроения, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Антохина Юлия Анатольевна – ректор Санкт-Петербургского
государственного университета аэрокосмического приборостроения, доктор экономических наук;
Боер Виктор Матвеевич – проректор по учебно-воспитательной
работе, декан юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации,
почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;
Семеняко Евгений Васильевич – Президент Федеральной палаты адвокатов России, президент Адвокатской палаты СанктПетербурга, кандидат юридических наук, профессор, заслуженный
юрист Российской Федерации;
Бабурин Сергей Николаевич – Президент Ассоциации юридических вузов, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Петухов Вениамин Григорьевич – профессор, кандидат юридических наук, заслуженный юрист Российской Федерации;
Глущенко Петр Петрович – заместитель декана юридического
факультета ГУАП по научной работе, доктор юридических наук,
профессор, руководитель магистерской программы «Правозащитная деятельность», заслуженный юрист Российской Федерации, почетный адвокат России;
Журавлев Валерий Анатольевич – профессор юридического факультета Северо-Западного филиала РГУП, доктор исторических
наук, кандидат юридических наук, профессор;
Лойт Хиллар Харриевич – заведующий кафедрой государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, заслуженный работник высшей школы Российской Федерации;
Прокофьев Виктор Федорович – декан юридического факультета Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого, кандидат юридических наук, профессор, заслуженный
юрист Российской Федерации;
Сафин Фярит Юсупович – первый заместитель декана юридического факультета, заведующий кафедрой уголовного права и та3
моженных расследований юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации;
Кузнецов Эдуард Вениаминович – заведующий кафедрой теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Цмай Василий Васильевич – заведующий кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, почетный работник высшего
профессионального образования Российской Федерации;
Боер Анна Александровна – заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент;
Попов Андрей Владимирович – начальник Управления делами
Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации,
действительный государственный советник юстиции 3-го класса,
кандидат военных наук;
Соколова Наталья Романовна – начальник Управления государственного экологического надзора, действительный государственный советник 2-го класса;
Булатов Рашид Борисович – профессор кафедры государственно-правовых дисциплин Санкт-Петербургского филиала Академии
СК РФ, доктор юридических наук, доцент.
Ассоциация юридических вузов, Молодежный Союз юристов
России, Санкт-Петербургский государственный университет аэрокосмического приборостроения совместно с юридическими факультетами и институтами Северо-Западного федерального округа,
при поддержке комитетов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по: культуре, образованию и науке,
конституционному законодательству и государственному строительству; Федеральной палатой адвокатов России; Главным управлением правового и документационного обеспечения Секретариата
парламента Союза Беларуси и России; Главным управлением Министерства юстиции Российской Федерации в Санкт-Петербурге;
Главным управлением Федеральной службы судебных приставов;
Хельсинским университетом, Международным институтом трудовых и социальных отношений Беларуси, Донецким национальным
университетом; представителями консульств, государственных,
законодательных, исполнительных и судебных органов России, ее
4
субъектов; представительными органами местного самоуправления; партийными и общественными организациями, правозащитными организациями России, зарубежных государств 2–3 декабря
2015 г. в Санкт-Петербурге, на базе ГУАП проводят Международную научно-практическую конференцию, посвященную Дню юриста, в целях: исследования и повышения уровня правовой культуры, знаний функций правового государства, умения оказания юридической помощи, правовой политики в подготовке высококвалифицированных юристов, способных и готовых крепить правовую
систему государства, поддерживать законность и правопорядок,
оказывать нуждающимся юридическую помощь; овладения методикой организации и осуществления правозащитной деятельности, эффективного использования в процессе оказания квалифицированной и иной юридической помощи правовых методов, средств
и способов.
В работе конференции, секций, круглых столов, мастер-классов изъявили желание участвовать: международные и национальные правозащитные организации; представители администрации
Уполномоченных по правам человека и ребенка в Российской Федерации, субъектах Российской Федерации; депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации,
законодательных собраний Санкт-Петербурга и Ленобласти; судьи
Конституционного Суда Российской Федерации и Уставных Судов
Санкт-Петербурга, Ленобласти, других субъектов федерации; представители Следственного Управления, Генеральной прокуратуры,
прокуратур Санкт-Петербурга и Ленобласти.
По итогам конференции будет издан сборник научных трудов,
обзор выступлений в журнале «Закон. Право. Государство. Lex. Jus.
Civitas» Желающие могут получить электронные версии учебника
«Правозащитная деятельность».
5
ПРОГРАММА
2 декабря 2015 г. (среда)
Санкт-Петербург, ул. Ленсовета, д. 14, Актовый зал (3 этаж)
09.30–10.00 – регистрация участников конференции
10.00–10.10 – приветствия, поздравления, пожелания
10.10–12.00 – пленарное заседание
Доклады
(регламент – до 15 минут)
Боер В. М. Правовая политика и правовая жизнь: теория, практика, проблемы взаимодействия.
Глущенко П. П. Юридическая помощь: право, обязанность, возможность и реальность ее получения.
Лойт Х. Х. Роль и место правовой политики в функционировании правового государства.
Сафин Ф. Ю. Правовая деятельность правового государства: теория и практика.
Цмай В. В. Правовая самооборона (самопомощь): проблемы приобретения навыков.
Научные сообщения
(регламент – до 10 минут)
Конституционное право в механизме правовой самообороны.
Административное право: место и роль в механизме реализации
и защиты прав и свобод граждан.
Муниципальное законодательство на страже прав и свобод граждан.
Гражданское право – основа защиты имущественных прав граждан.
Семейное законодательство в механизме защиты прав ребенка.
Роль и место принципов уголовного права в механизме оказания
юридической помощи.
Порядок и особенности соблюдения прав, свобод и законных интересов граждан в процессе обращения к видам уголовного наказания.
Порядок и особенности соблюдения прав, свобод и законных интересов лиц, при применении к ним принудительных мер медицинского характера.
6
Международно-правовой способ защиты прав, свобод и законных интересов граждан.
12.00–13.00 – кофейная пауза
13.00–16.30 – работа круглых столов
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 1 (Актовый зал)
Правовое государство в механизме обеспечения реализации и
защиты прав и свобод граждан
Модераторы:
Кузнецов Эдуард Вениаминович – заведующий кафедрой теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;
Журавлев Валерий Анатольевич – профессор юридического факультета Северо-Западного филиала РГУП, доктор исторических
наук, кандидат юридических наук, профессор;
Прокофьев Виктор Федорович – декан юридического факультета Новгородского государственного университета им. Ярослава
Мудрого, кандидат юридических наук, профессор, заслуженный
юрист Российской Федерации.
Тематика научных сообщений:
Кузнецов Э. В. Кризис современного правосознания.
Ломакина И. Б. Проблема универсализма прав и свобод в условиях глобализации.
Старин Б. С. Актуальные проблемы социального государства
в России и формирование механизма правозащитной деятельности.
Семенова М. В. Правовая защита института семьи как социальной ценности современного российского государства.
Кузнецова А. В. Государственно-правовой механизм защиты
культурных ценностей в России.
7
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 2 (ауд. 33–07)
Конституция Российской Федерации – юридическая основа
статуса граждан и юридических лиц
Модераторы:
Лойт Хиллар Харриевич – заведующий кафедрой государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального
образования Российской Федерации;
Булатов Рашид Борисович – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, доцент;
Смольяков Анатолий Антонович – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации.
Тематика научных сообщений:
Лойт Х. Х. Конституционные права, свободы, законные интересы: понятие, классификация, содержание, особенности.
Болотина Е. В. Конституционный Суд Российской Федерации –
основной орган судебной власти Российской Федерации.
Бородин С. С. Конституционные права и свободы субъектов таможенных правоотношений.
Смольяков А. А. Роль и место конституционного правосудия
в механизме правозащитной деятельности.
Сергеева Е. И. Право граждан на обжалование в Конституционном Суде Российской Федерации.
Смольяков Андрей А. Место и роль конституционного контроля
в сфере обеспечения реализации и защиты прав и свобод граждан.
Булатов Р. Б. Проблемы реализации предписаний Конституции
Российской Федерации, регламентирующих институт юридической помощи в Российской Федерации.
Игнатьева С. В. Конституционно-правовой статус муниципального служащего и его роль в обеспечении прав и свобод граждан.
Волницкая С. С. Институт референдума в механизме совершенствования деятельности органов государственной власти.
8
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 3 (ауд. 34–04)
Гражданско-правовые основы защиты конституционных прав
и свобод
Модераторы:
Боер Анна Александровна – заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент;
Привалов Константин Витальевич – профессор кафедры гражданского права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, заслуженный работник высшей школы Российской Федерации;
Пиддубривная Альбина Юрьевна – доцент кафедры гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент.
Тематика научных сообщений:
Боер А. А. Роль и место института юридической помощи в сфере
разрешения морально-правовых конфликтов.
Домбровский В. В. Институт юридической помощи в обеспечении бесперебойных автомобильных перевозок в структуре внешней
торговли российского государства.
Пиддубривная А. Ю. Реализация права на судебную защиту через представителя.
Сербин М. В. Гарантии реализации избирательных прав граждан в Российской Федерации.
Привалов К. В. Предпринимательское право: роль и место защиты субъектов предпринимательской деятельности.
Харин К. С. Проблемы оказания юридической помощи субъектам трудовых правоотношений органами государственной власти.
Гуткович О. А. Культура речи юриста.
Долбик Н. Ф. Особенности документационного обеспечения консультационной деятельности юриста.
Макаренкова Е. А. Безопасность юридических лиц в современных российских условиях.
Седова Е. С. Применение принципа разделения властей в России
и за рубежом.
Любаева Е. И. Поисковая реклама как акт недобросовестной
конкуренции.
9
Голятин Е. М. О роли неправительственных правозащитных организаций в России по оказанию правовой помощи гражданам.
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 4 (ауд. 34–01)
Уголовная политика в механизме правозащитной деятельности
Модераторы:
Сафин Фярит Юсупович – первый заместитель декана юридического факультета, заведующий кафедрой уголовного права и таможенных расследований юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации;
Городинец Федор Михайлович – профессор кафедры уголовного и таможенных расследований юридического факультета ГУАП,
доктор юридических наук, профессор;
Бaженов Александр Владимирович – доцент кафедры уголовного права и таможенных расследований юридического факультета
ГУАП, кандидат юридических наук, доцент.
Тематика научных сообщений:
Агаев Г. А. Особенности оказания правовой помощи лицам при
назначении им принудительных мер медицинского характера.
Баженов А. В. Направления государственной политики в сфере
превенции преступности несовершеннолетних.
Гельдибаев М. Х. Порядок и особенности обеспечения прав, свобод и законных интересов свидетелей.
Сафин Ф. Ю. Механизм обеспечения юридической помощи субъектам уголовно-правовых отношений.
Губко А. А. Порядок и особенности оказания юридической помощи субъектам военно-уголовных правоотношений.
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 5 (ауд. 11–17)
Механизм оказания юридической помощи субъектам международно-правовых отношений
Модераторы:
Цмай Василий Васильевич – заведующий кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, док10
тор юридических наук, профессор, почетный работник высшего
профессионального образования Российской Федерации;
Ермолович Геннадий Павлович – профессор кафедры международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор;
Боер Артем Львович – заместитель заведующего кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП,
кандидат юридических наук.
Тематика научных сообщений:
Цмай В. В. Порядок и особенности защиты прав и свобод граждан во время вооруженных конфликтов.
Боер А. Л. Международное космическое право в сфере обеспечения межгосударственной безопасности.
Глущенко П. П. Международно-правовой механизм обеспечения
прав и свобод граждан России: проблемы взаимодействия российских судов с Европейским судом по правам человека.
Ермолович Г. П. Международное гуманитарное право– правовая
основа борьбы с вооруженной агрессией.
Домбровский В. В. Таможенное право в механизме обеспечении
прав и интересов субъектов таможенных правоотношений.
Блинова Е. Ю. Современные механизмы таможенно-тарифного
регулирования для содействия импортозамещению.
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 6 (ауд. 32–15)
Правовая самооборона (самопомощь): теория и практика приобретения навыков
Модераторы:
Боер Виктор Матвеевич – проректор по учебно-воспитательной
работе, декан юридического факультета, заведующий кафедрой
правоведения и таможенного дела юридического факультета ГУАП,
доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального
образования Российской Федерации;
Глущенко Петр Петрович – заместитель декана юридического
факультета ГУАП по научной работе, руководитель магистерской
программы «Правозащитная деятельность», доктор юридических
наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, по11
четный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;
Тимофеева Ирина Вадимовна – заместитель заведующего кафедрой правоведения и таможенного дела юридического факультета
ГУАП, кандидат юридических наук, доцент.
Тематика научных сообщений:
Грызунова Е. В. Основания и особенности обращения к институту юридической ответственности.
Павельева О. Г. Порядок и особенности использования правовых
методов механизма правозащитной деятельности.
Тимофеева И. В. Право – эффективное средство защиты прав,
свобод и законных интересов граждан.
Култышев Е. И. Порядок использования правовых средств защиты прав, свобод и законных интересов субъектов семейных правоотношений.
Беззатеева В. С. Основания и порядок обжалования противоправных действий и решений.
Долиновский С. Л. Общепризнанные принципы и нормы международного права в механизме правозащитной деятельности.
Глушков Ф. Р. Вопросы организации бесплатной юридической
помощи за рубежом.
3 декабря 2015 г. (четверг)
10.00–12.30 – мастер-классы
Мастер-класс № 1 (ауд. 32–13)
Принципы правового государства – правовая база института
правозащитной деятельности
Кузнецов Эдуард Вениаминович – заведующий кафедрой теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации.
Мастер-класс № 2 (ауд. 33–07)
Конституционные гарантии реализации и защиты прав, свобод
и законных интересов граждан
Лойт Хиллар Харриевич – заведующий кафедрой государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, заслуженный работник высшей школы Россий12
ской Федерации, почетный работник высшего профессионального
образования Российской Федерации.
Мастер-класс № 3 (ауд. 34–04)
Уголовно-правовые средства обеспечения реализации и защиты конституционных прав и свобод
Сафин Фярит Юсупович – первый заместитель декана юридического факультета, заведующий кафедрой уголовного права и таможенных расследований юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации.
Мастер-класс № 4 (ауд. 23–02)
Гражданско-правовые способы защиты конституционных прав
и свобод граждан
Боер Анна Александровна – заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент.
Мастер-класс № 5 (ауд. 32–11)
Международно-правовые отношения XXI века
Цмай Василий Васильевич – заведующий кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, почетный работник высшего
профессионального образования Российской Федерации.
Мастер-класс № 6 (ауд. 11–10)
Юридическая помощь: проблемы получения и оказания
Боер Виктор Матвеевич – проректор по учебно-воспитательной
работе, декан юридического факультета ГУАП, заведующий кафедрой правоведения и таможенного дела ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, почетный работник науки и техники Российской
Федерации.
13
Участники пленарного заседания, «круглых столов» и мастерклассов
Антохина Юлия Анатольевна – ректор Санкт-Петербургского
государственного университета аэрокосмического приборостроения, доктор экономических наук;
Оводенко Анатолий Аркадьевич – Президент СанктПетербургского государственного университета аэрокосмического
приборостроения, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Бондарь Николай Семенович – судья Конституционного Суда
Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, заслуженный
юрист Российской Федерации;
Бабурин Сергей Николаевич – Президент Ассоциации юридических вузов, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Никитин Сергей Анатольевич – руководитель российского отдела Международной правозащитной организации «Международная
амнистия»;
Исаков Владимир Борисович – вице-президент Торгово-Промышленной палаты Российской Федерации, доктор юридических
наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, заслуженный юрист Российской Федерации;
Савицкая Светлана Евгеньевна – член Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по обороне, дважды Герой Советского Союза, космонавт;
Бортко Владимир Владимирович – депутат Государственной
Думы Федерального Собрания Российской Федерации;
Малько Александр Васильевич – директор Саратовского филиала Института государства и права РАН РФ, доктор юридических
наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Боер Виктор Матвеевич – проректор по учебно-воспитательной
работе, декан юридического факультета ГУАП, заведующий кафедрой правоведения и таможенного дела ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, почетный работник науки и техники Российской
Федерации;
Лойт Хиллар Харриевич – заведующий кафедрой государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
14
наук, профессор, заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального
образования Российской Федерации;
Сафин Фярит Юсупович – первый заместитель декана юридического факультета, заведующий кафедрой уголовного права и таможенных расследований ГУАП, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;
Боер Анна Александровна – заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент;
Кузнецов Эдуард Вениаминович – заведующий кафедрой теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;
Сербин Михаил Викторович – заместитель декана юридического факультета ГУАП по учебно-методической работе и магистерской
подготовке, член российской академии юридических наук, вицепрезидент Молодежного Союза Российской Федерации, кандидат
юридических наук, доцент;
Цмай Василий Васильевич – заведующий кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, почетный работник высшего
профессионального образования Российской Федерации;
Булатов Рашид Борисович – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, доцент;
Болотина Елена Валентиновна – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, доцент;
Глущенко Петр Петрович – заместитель декана юридического
факультета ГУАП по научной работе, доктор юридических наук,
профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, почетный
адвокат России, почетный работник высшего профессионального
образования Российской Федерации;
Прокофьев Виктор Федорович – декан юридического факультета Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого, кандидат юридических наук, профессор, заслуженный
юрист Российской Федерации;
15
Чернов Сергей Николаевич – декан юридического факультета
Петрозаводского государственного университета, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации;
Ломакина Ирина Борисовна – профессор кафедры теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор;
Бернацкий Георгий Генрихович – заведующий кафедрой теории
и истории государства и права юридического факультета СанктПетербургского государственного экономического университета,
почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, доктор юридических наук, кандидат философских наук, профессор;
Луковская Дженевра Игоревна – заведующая кафедрой теории
и истории права Санкт-Петербургского государственного университета, почетный работник высшего профессионального образования
Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор;
Тимофеев Станислав Владимирович – декан юридического факультета Российского государственного гуманитарного университета, доктор юридических наук, профессор;
Попов Андрей Владимирович – начальник Управления делами
Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации,
действительный Государственный советник юстиции 3 класса, кандидат военных наук;
Бондуровский Владимир Владимирович – заместитель начальника Управления Межпарламентской Ассамблеи государств –
участников СНГ, кандидат юридических наук, доцент;
Бебенин Сергей Михайлович – председатель Законодательного
Собрания Ленинградской области;
Стрекозов Владимир Георгиевич – судья Конституционного Суда Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор,
заслуженный юрист Российской Федерации;
Смольяков Анатолий Антонович – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации;
Бугель Николай Васильевич – профессор кафедры административного права и процесса Санкт-Петербургского университета
управления и экономики, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации;
Игнатенко Дмитрий Иванович – профессор кафедры административного права и процесса юридического факультета Санкт16
Петербургского университета управления и экономики, доктор
юридических наук, доцент;
Жильский Николай Николаевич – профессор кафедры административного права и процесса юридического факультета СанктПетербургского университета управления и экономики, доктор
юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации;
Васильчикова Нина Александровна – заведующая кафедрой
гражданского права Юридического института Генеральной прокуратуры, доктор юридических наук, профессор;
Вихров Алексей Алексеевич – профессор юридического факультета Санкт-Петербургского государственного экономического университета, доктор юридических наук, профессор;
Сапун Валентин Андреевич – профессор кафедры теории и
истории государства и права юридического факультета СанктПетербургского государственного экономического университета,
доктор юридических наук, профессор;
Драпеко Елена Григорьевна – заместитель председателя Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по культуре, профессор, кандидат социологических наук;
Лапина Марина Афанасьевна – заведующая кафедрой административного и информационного права Финансового университета
при правительстве Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор;
Зайченков Сергей Иванович – заместитель директора по развитию Комитета по транспортно-транзитной политике СПбГУ правительства Санкт-Петербурга;
Демидов Алексей Александрович – председатель Экспертной
комиссии по вопросам нравственности социальной информации,
председатель правления МОО «Информация для всех»;
Журавлев Владимир Павлович – Председатель избирательной
комиссии Ленинградской области, кандидат юридических наук, доцент;
Дмитриев Владимир Яковлевич – депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга;
Сокол Святослав Михайлович – член Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по строительству и земельным отношениям, член Правления Российского
Союза товаропроизводителей, кандидат технических наук;
17
Журавлев Валерий Анатольевич – профессор юридического факультета Северо-Западного филиала РГУП, доктор исторических
наук, кандидат юридических наук, профессор;
Петухов Вениамин Григорьевич – кандидат юридических наук,
профессор, заслуженный юрист Российской Федерации;
Семеняко Евгений Васильевич – Президент Федеральной палаты адвокатов России, президент адвокатской палаты СанктПетербурга, кандидат юридических наук, профессор, заслуженный
юрист Российской Федерации;
Чинокаев Рушан Зайдулович – вице-президент адвокатской палаты Санкт-Петербурга;
Токарев Андрей Владимирович – вице-президент «СанктПетербургской Адвокатской коллегии Нарышкиных».
18
БОЕР В. М.
проректор по учебно-воспитательной работе,
декан юридического факультета, заведующий
кафедрой правоведения и таможенного дела,
доктор юридических наук, профессор, заслуженный
юрист РФ
ПРАВОВАЯ ПОЛИТИКА И ПРАВОВАЯ
ЖИЗНЬ: ТЕОРИЯ, ПРАКТИКА, ПРОБЛЕМЫ
ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ
Проблемы взаимодействия между правовой политикой и правовой культурой, без которого сложно утверждать о функционировании правового государства, обеспечение в нем истинной правовой
жизни занимают умы многих политиков, практиков, юристов экономистов, политологов и государственных деятелей. Правовая политика на основе которой и должна осуществляться правовая жизнь,
возможно лишь на основе повышения уровня правовой культуры,
прежде всего должностных лиц различных видов органов государственной власти. Учитывая представленные доводы предпримем
попытку выяснить, в чем предназначение, роль правовой политики
и правовой культуры, и как они взаимодействуют, каким образом
их содержание сказывается на обеспечении осуществления правовой жизни, внедрения ее в деятельность органов государственной
власти, механизм взаимоотношений между государством, обществом и гражданами.
Особенностей как показывает практика, формирования правовой политики и внедрение ее положений, предпочтений в жизнь,
обеспечение исполнения элементов, внедрение ее элементов, предписаний в различные виды деятельности правового государства,
общества, множество. Авторами работающими в сфере действия,
применения положений, направлений правовой политики и частично правовой жизни являются: С. Ф. Афанасьев, Е. В. Вавилин,
А. И. Демидов, И. Д. Невважный, Е. В. Покачалова, В. И. Сенюков1
Однако, как нам представляется наиболее убедительно, доказательно институт правовой политики представлен в работах докторов юридических наук, профессоров А. В. Малько, Н. И. Матузова,
П. П. Глущенко2
Акцентируем внимание на отдельных работах, суждениях ученных, в трудах которых исследуется: правовая культура, правовая
политика, их воздействие на правосознание, правовое воспитание,
законность, правопорядок, что в целом и вправе отнести к право19
вой жизни. Так, А. В. Малько утверждает, что под правовой политикой следует понимать научно обоснованную, последовательную
деятельность государственных и негосударственных структур по
разработке и обеспечению функционирования механизма правового регулирования в целях обеспечения прав и свобод граждан, укрепления дисциплины, законности и правопорядка, формирования
правовой государственности и высокого уровня правовой культуры
и правовой жизни личности и общества3.
Представленный подход к определению сути, содержания правовой политики конечно имеет право на жизнь, однако, по нашему
убеждению, точнее, убедительнее следует признать предложение
П. П. Глущенко о том, что под правовой политикой следует понимать совокупность правовой идеологии, правовой пропаганды, правовой агитации, правового воспитания, правового принуждения,
закрепленных законодательно, на основе которых организуется и
осуществляется внутренняя и внешняя жизнь государства, его видов государственной власти, поддерживаемая большинством граждан4.
Таким образом, из определения правовой политики представленного П. П. Глущенко следует, что ее главное предназначение – организовать внутреннюю политику так, чтобы содержание ст. 2 Конституции России работало повседневно, не допуская деления людей на «наших» и «не наших», т. е. каждый из почти 150 миллионов
граждан являлся бы реально высшей ценностью, а не были таковыми только те, кто владеет большими и даже очень большими ценностями, что не знает как их использовать.
Правовая политика, по нашему мнению, обязана быть проявляема в том, чтобы признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина была обязанностью государства, но не на словах, а на деле. И тогда для излечения от тяжелых заболеваний детей
не нужно ходить с протянутой рукой, просить граждан о помощи, а
иметь надлежащий фонд.
Правовая политика, как нам представляется может быть признанна в наличии, только тогда, когда любое законопредписание
обеспечено экономически, понимается, применяется и исполняется
всеми, всегда и везде одинаково, с пользой для интересов государства, общества, личности. Приведенное имеет прямое отношение
к внутренней жизни, внутренней политике в то время как, правовая политика внешней направленности обязана всех соседей сделать уважительными, добропорядочными, помнящими о том, что
мы на деле этого желаем, ведем себя аналогичным образом, но ни20
кому и никогда не позволим нас унижать, нам угрожать, то есть мы
мирные люди, но как верно подмечено П. П. Глущенко наш «ракетно-ядерный бронепоезд» находится не только на запасном пути.
Правовая политика, правовая жизнь настоятельно требуют представления понятия и функций, составляющих правовую
культуру, над содержанием которой работало еще большее число
ученных, практиков, философов, юристов, политиков. Правовой
культуре посвящены работы, исследования Аристотеля, Аквинского Фомы, Гегеля, Макиавелли, П. И. Новогородцева, Л. И. Петражицкого, Платона, Сократа, В. С. Соловьева, Г. Ю. Цезаря,
С. А. Котляревского, С. С. Алексеева, М. Н. Марченко, В. П. Сальникова, В. А. Сапуна5
Руководствуясь тем, что в октябре 2014 г. нашим факультетом
была проведена международная научно-практическая конференция посвященная правовой культуре, ее роли в становлении юриста, в работе которой приняли участие фактически все, кто присутствует здесь и сейчас, позволим только дать определение правовой
культуре и тем ее неотъемлемым элементам, из которых она состоит
и на основе которых функционирует.
Под правовой культурой: принято понимать совокупность а) знаний каждым гражданином крайне необходимой, определенной части правопредписаний, без знания которых сложно представить цивилизованного, современного человека, тем более будущего юриста,
б) наличие навыков и умений руководствоваться в своей повседневной жизни и деятельности указанным выше объемом правопредписаний и самое главное – в) это стремление, понимание важности,
необходимости всегда и всюду действовать согласно правопредписаний6. Итак, знать, уметь и желать, понимать и исполнять правопредписания. Всегда ли и как часто мы действуем именно в таком
ключе? Увы, количество совершаемых только преступлений, не говоря о правонарушениях свидетельство тому, что с правовой культурой мы еще не дружим.
Ответ на вопрос настоящего доклада «Правовая политика и правовая жизнь: теория, практика, проблемы взаимодействия» требует обязательного объединения исследованных ранее двух правовых
институтов, т. е. правовой политики и правовой культуры. Правовая политика – это показатель того, что собой представляет государство, по средствам ее направленности, содержания можно определить его тип, форму, механизм устройства внутренней жизни,
отношение к ней, процветанию, существованию граждан, готовых
стоять, сражаться, жертвовать, в том числе и жизнью будучи уве21
ренными в том, что это для них, их детей, родных, знакомых, соседей.
История 1380, 1812, 1941–45 гг., в которых проявились качества
народа – патриота, не жалевшего живота своего, есть подтверждение тому, что только в единстве народа и государства возможно массовое проявление патриотизма. Послевоенные годы, годы восстановления и опять жертвования здоровьем, жизнью ради будущего
детей своих, также стали возможными на основе любви к Отчизне.
Однако, всегда ли в указанные времена и особенно сегодня, представленная направленность функции правовой политики в полной
мере учитывалась, претворялась в жизнь, действует в настоящее
время. Участникам конференции предоставляется право ответить
на это самим, учтя при этом свое понимание, поведение, убеждения.
Как нам представляется, правовая политика первична, изначальна, без наличия которой говорить о государственности, тем более о ее привлекательности, долгожительстве бесполезно. Примером тому события имеющие место на Украине. Утверждая о первичности, первостепенности правовой политики невозможно забывать
о значимости, важности правовой культуры, на основе содержания
которой правовая политика формируется, совершенствуется, функционирует как внутри государства, так и вне его. Правовую культуру вправе определять уровнем уважения, проявляемого к своему
государству, народу, его истории, традициям, обычаем. Между правовой политикой и правовой культурой имеют место быть единство
и противоречия. Единство прежде всего в том, что они обе базируются, осуществляются на основе права, его принципов, функций.
Противоречия проявляются в том, что правовая политика будучи
первичной не осуществима без наличия правовой культуры, без ее
внедрения в сознание граждан, выработку у них привычки везде
всегда и всюду сопоставлять свои деяния (действия и бездействия),
мысли и слова с предписаниями, содержанием законов и подзаконных актов.
Как нам представляется, правовая политика и правовая культура немыслимы, никогда не будут осуществимы без учета содержания правовой идеологии, правовой агитации, правовой пропаганды, правового воспитания, а они в свою очередь обязаны осуществляться, действовать с малых лет, учитывая при этом возраст, развитие, поведенческую и функциональную деятельность7.
Осуществленный нами экскурс в область правовой политики и
правовой культуры наделяет правом на ответ по основному вопросу
доклада, действует ли, осуществляется в нашем правовом, социаль22
ном, демократическом государстве правовая жизнь или это не просто мечта, а мечта голубого цвета.
Для полного, убедительного ответа, следует определиться с понятием и содержанием правовой жизни. Об институте правовой
жизни чаще мечтали, чем говорили, тем более писали. Отдельные
элементы данного института можно встретить в учениях и трудах
Сократа, Плутарха, Гуго Гроция, Цицерона, Радищева, Ильина.
В современных источниках отдельные словосочетания касающиеся
правовой жизни встречаются в работах С. С. Алексеева, М. Н. Марченко, В. А. Сапуна, А. В. Малько, А. Е. Михайлова, И. Д. Невважного
И. Д. Невважный и А. Е. Михайлов под правовой жизнью предлагают понимать форму социальной жизни, представляющей совокупность юридической деятельности субъектов права, выражающуюся преимущественно в правоотношениях, характеризующих
специфику и уровень правового развития общества, отношения
субъектов права и степень удовлетворения их интересов8.
По нашему убеждению, это очень загадочное определение, заключающееся в том, что а) это форма социальной жизни; б) деятельность субъектов права, возникающих при различных юридических
фактах; в) выражающаяся преимущественно в правоотношениях;
г) учитывающая специфику и уровень правового развития данного
общества; д) отношение субъектов к праву; е) степень удовлетворения интересов видимо субъектов права.
Естественно, что дано определение не следует отвергать, как и
автору доклада, вправе высказать сомнения относительно некоторых представленных выше положений и содержания в целом,
к определению. Дело в том, что – это на самом деле многообразие
элементов не только правового характера, в силу чего непонятно почему к правовой жизни авторы относят только те правоотношения,
которые характеризуют специфику (какую, не указанно) и уровень
правового развития общества, отношение субъектов (кто под ними
понимается граждане, или только те, кто вступил в правоотношение) к праву. Главным недоразумением является то, что правовой
жизни, представленные авторы правовую жизнь соотносят со степенью удовлетворения субъектов правоотношений (не указывается
каких: правовых, экономических, нравственных). Докладчик руководствуясь тем, что правовая жизнь без наличия продуманной,
удовлетворяющей интересы государства и личности правовой политики, являющейся правовой основой, фундаментом для формирования правовой культуры, ее уровня, означающего понимание,
23
приверженность граждан и государства к правовой системе, неукоснительному исполнению правопредписаний, невозможно, несостоятельно и в силу этого следует согласиться с П. П. Глущенко
в том, что под правовой жизнью следует понимать – повседневную
деятельность граждан, юридических лиц, общественных объединений, в целом государства, регламентированную национальным законодательством, входящим в правовую систему, разработанную
и действующую в полном соответствии с правовой политикой, общепризнанными принципами и нормами международного права,
зависящую от уровня правовой культуры всех субъектов государственно-правовых отношений (государства, граждан, общества).
Мы солидарны с утверждением профессора П. П. Глущенко в силу того, что в его определении представлены: специальные субъекты, правовая база, специальные правоотношения, специальные
объекты, механизм правового регулирования, из чего следует, что
правовая жизнь – это особо важный общегосударственный правовой, межотраслевой институт, от сущности, содержания которого всецело зависит процветание, государства, признание и уважение его на международной арене.
Правовая жизнь в Российской Федерации имеет место быть, но
она еще далека от того уровня, который заслуживает наш народ –
труженик, человеколюб, патриот. По нашему убеждению, доказательства этому являются: а) наличие правозащитного законодательства9; б) возможность обращения в любые органы государственной власти, в том числе и к Президенту Российской Федерации; в) правовые методы (убеждение, принуждение, обжалование,
контроль и надзор)10; г) правовые средства (административное расследование, институт юридической ответственности, возбуждение
уголовных дел); д) правовые способы (административно-правовой,
гражданско-правовые, уголовно-правовой, конституционно-правовой, международно-правовой); е) институт уполномоченных; ж) возможность обращения в Европейский Суд по правам человека; з) обязательность соблюдения предписаний общепризнанных принципов
и норм международного права; и) участие населения в обсуждении
проектов законов; к) совершенствование действия принципа народовластия.
Правовая жизнь по своему содержанию, назначению как утверждает Глущенко П.П., а автор с этим согласен, вправе быть классифицирована по: предмету правового регулирования на конституционно-правовую, гражданско-правовую, административно-правовую, уголовно-правовую и международно-правовую; характеру
24
правового регулирования на материально-правовую и процессуально-правовую; сфере правления, на внутригосударственную и международно-правовую; субъектам, на правовую жизнь государства,
общества, классов и социальных групп; пространственной сфере,
на государственно-правовую, субъектно-правовую; органов государства, на судебную, прокурорскую, адвокатскую, нотариальную;
специфике юридической деятельности, на правотворческую, правоприменительную, учредительную, распорядительную, правозащитную. С данным пониманием мы полностью солидарны.
1 Малько А. В., Саламатин А. Ю. Сравнительное правоведение: УМК. М.: Норма, 2010. С. 71–79.
2 См.: Глущенко П. П. Правовая политика правового государства – основа и показатель содержания правовой жизни // Мир юридической науки. 2012 № 1. С. 78–
91.
3 Правовая политика: Словарь и проект концепции / под общ. ред. А. В. Малько. Саратов, 2010. С. 26–31.
4 Глущенко П. П., Сапун В. А. Правовая политика правового государства – основа и показатель содержания правовой жизни / Ученые записки СПбУУиЭ. 2011.
№ 51. С. 11–21.
5 Правовое государство. Правовая политика. Правовая жизнь: матер. Междунар. науч.-практ. конф. (СПбУУиЭ, (25–26 ноября 2011 г.) / под общ. ред. П. П. Глущенко. СПб., 2013.
6 Правовая культура выпускника вуза – важнейший показатель качества образовательной деятельности: матер. Междунар. науч.-практ. конф., посвящ. году
культуры в РФ (ГУАП, 24–25 октября 2014 г.) / под общ. ред В. М. Боера, П. П. Глущенко. СПб.: ГУАП, 2014.
7 Боер В. М., Глущенко П. П. Правовая культура: Понятие, содержание, проблемы повышения // Закон. Право. Государство. 2014. № 3. С. 5–11.
8 Правовая политика: Словарь и проект концепции. С. 47–53.
9 Боер В. М., Глущенко П. П., Сербин М. В. Правозащитная деятельность: современная теория и практика защиты прав, свобод и законных интересов граждан:
УМП. М.: ЮРИСТ, 2014. С. 9–52.
10 Бабурин С. Н., Прокофьев В. Ф. Порядок обращения к правовым методам и
средствам правозащитной деятельности // Закон. Право. Государство. 2014. № 3. С.
203–213.
25
БУЛАТОВ Р. Б.
доктор юридических наук, профессор кафедры
государственно-правовых дисциплин СанктПетербургского филиала Академии СК РФ
ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ
КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВЫХ НОРМ,
РЕГУЛИРУЮЩИХ РАЗВИТИЕ ИНСТИТУТА
ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ
В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Происходящие в нашей стране демократические преобразования
создают предпосылки формирования зрелого гражданского общества. Положительные сдвиги в этом направлении зависят не только
от развития экономики, совершенствования законодательства и модернизации общественно-правовых отношений, но и от готовности
государства упорядочить их, обеспечить каждому конституционные
гарантии и необходимую защиту. В этом ряду гарантия на получение
квалифицированной юридической помощи занимает особое место1.
Наше государство все более активно проводит в жизнь конституционные положения об оказании юридической помощи своим
гражданам, о чем свидетельствует, в частности, выступление Президента РФ В. В. Путина на VIII Всероссийском съезде судей. Обращаясь к делегатам съезда, он сказал: «Вы ставили вопрос также о
развитии бесплатной правовой помощи социально незащищенным
слоям населения. Соответствующий закон уже работает»2. Таким
образом, формирование в России правового института юридической
помощи, в том числе бесплатной, стало реальностью.
В ст. 7 Конституции РФ Россия провозглашается социальным государством, поэтому право на получение бесплатной квалифицированной юридической помощи является сегодня важным элементом
в системе обеспечения правового статуса личности, закрепленного и
гарантированного конституцией. Изначально в современной России
бесплатную юридическую помощь оказывали лишь адвокаты в соответствии со статьей 26 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»3. Позднее с целью выработки оптимального механизма по реализации государственной политики в области оказания бесплатной
юридической помощи малоимущим гражданам было принято Постановление Правительства РФ от 22 августа 2005 г. № 534 «О проведении эксперимента по созданию государственной системы оказания
бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам»4.
26
Данное Постановление определило 10 субъектов Федерации, на
территории которых проводился эксперимент (Республика Карелия, Чеченская Республика, Волгоградская, Иркутская, Магаданская, Московская, Самарская, Свердловская, Томская и Ульяновская области), срок его проведения, а координацию и регулирование
деятельности созданных в рамках эксперимента государственных
юридических бюро возложило на Федеральную регистрационную
службу. Инициатива проведения указанного эксперимента исходила от Министерства юстиции РФ, а его суть заключалась в проработке механизма обеспечения права на квалифицированную юридическую помощь посредством создания и деятельности своеобразной государственной адвокатуры для малоимущих – государственных юридических бюро5.
Проведенный эксперимент выявил, с одной стороны, проблемы
оказания такого вида помощи, а с другой, – показал востребованность деятельности государственных юридических бюро, их более
высокую доступность для малоимущих по сравнению с адвокатской помощью, обозначил актуальность и нуждаемость людей в системе государственной бесплатной юридической помощи6.
К числу основных нормативных актов в сфере оказания бесплатной юридической помощи необходимо также отнести Постановления Правительства РФ от 25 декабря 2008 г. № 1029 «О государственных юридических бюро» и от 3 декабря 2009 г. № 991, где
устанавливались основания и порядок получения правовой помощи бесплатно у адвокатов и государственных юридических бюро.
При этом следует отметить, что бесплатная юридическая помощь до
2012 г. оказывалась только узкому кругу лиц и по крайне ограниченному перечню вопросов7.
Государственная оценка значимости правовой культуры, развития системы бесплатной юридической помощи и формирования правового государства нашла свое отражение в Основах государственной политики России в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан, утвержденных 28 апреля 2011 г. Президентом
РФ. В п. 16 Основ в качестве главного направления государственной
политики закреплено совершенствование оказания квалифицированной юридической помощи, в том числе создание эффективной
системы бесплатной юридической помощи, а именно поэтапное введение практики оказания адвокатами и нотариусами юридической
помощи и содействия гражданам при получении ими государственных и муниципальных услуг, а также их участие в правовом просвещении граждан и развитии правосознания населения8.
27
Следует подчеркнуть, что все вышеуказанные нормативные
правовые акты хотя и содержали нормы права, касающиеся бесплатной юридической помощи, но в большей степени носили формальный характер. Так, не было дано правового определения бесплатной юридической помощи, сторонам фактически не предоставлялись государственные гарантии, обеспечивающие право
на получение такой квалифицированной помощи, остались неопределенными организационно-правовые формы системы бесплатной юридической помощи. Кроме того, не были в достаточной степени урегулированы вопросы, касающиеся оплаты понесенных расходов адвокатам при оказании бесплатной правовой
помощи.
Важным шагом в обеспечении права на бесплатную юридическую помощь в России стало принятие Федерального закона от 21
ноября 2011 г. № 324-ФЗ «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации» (далее – Закон № 324-ФЗ), вступившего в силу
15 января 2012 г.9
До указанной даты законодателем были предусмотрены три случая, когда лицо могло гарантированно рассчитывать на бесплатную
юридическую помощь:
1) статус подозреваемого (обвиняемого) (ч. 4 ст. 116 Уголовно-процессуального кодекса РФ). Если адвокат участвует в предварительном расследовании или судебном разбирательстве по назначению
(дознавателя, следователя или суда), расходы на оплату его труда
несет федеральный бюджет (ч. 5 ст. 50 УПК РФ)10;
2) статус военнослужащего либо гражданина, уволенного с военной службы, а также членов его семьи (п. 3 ст. 22 Федерального
закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»)11.
Возможность получения такими лицами бесплатной юридической
помощи ограничена лишь вопросами прохождения военной службы и рамками производства уголовного дела;
3) статус гражданина Российской Федерации, среднедушевой доход семьи которого ниже величины прожиточного минимума, установленного в субъекте Федерации, а также статус одиноко проживающего гражданина, доходы которого ниже аналогичной величины (ст. 26 Закона об адвокатуре). Причем адвокаты гарантированно
оказывали бесплатную юридическую помощь лишь в пяти установленных законом случаях:
–– истцам – по рассматриваемым судами первой инстанции делам о взыскании алиментов, возмещении вреда, причиненного
смертью кормильца, увечьем или иным
28
–– повреждением здоровья, связанным с трудовой деятельностью;
–– ветеранам Великой Отечественной войны – по вопросам, не
связанным с предпринимательской деятельностью;
–– гражданам Российской Федерации – при составлении заявлений о назначении пенсий и пособий;
–– гражданам Российской Федерации, пострадавшим от политических репрессий, по вопросам, связанным с реабилитацией;
–– несовершеннолетним, содержащимся в учреждениях системы
профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних – во всех случаях.
Закон № 324-ФЗ изменил перечень таких оснований и добавил
условие о том, что адвокат должен являться участником государственной системы бесплатной юридической помощи.
В соответствии со статьей 15 Закона участниками государственной системы бесплатной юридической помощи являются:
–– федеральные органы исполнительной власти и подведомственные им учреждения;
–– органы исполнительной власти субъектов Федерации и подведомственные им учреждения;
–– органы управления государственных внебюджетных фондов;
–– государственные юридические бюро.
Адвокаты, нотариусы и другие субъекты, оказывающие бесплатную юридическую помощь, могут наделяться правом участия в государственной системе бесплатной юридической помощи в порядке,
установленном федеральным законодательством и законами субъектов Федерации. В то время как негосударственная система бесплатной юридической помощи формируется на добровольных началах, ее участниками являются юридические клиники (студенческие консультативные бюро, студенческие юридические бюро и другие) и негосударственные центры бесплатной юридической помощи
(ст. 22 Закона № 324-ФЗ). Согласно статье 24 рассматриваемого Закона в целях оказания гражданам бесплатной юридической помощи некоммерческие организации, адвокаты, адвокатские образования, адвокатские палаты субъектов Федерации, нотариусы, нотариальные палаты могут создавать негосударственные центры бесплатной юридической помощи.
Таким образом, адвокаты по-прежнему занимают особое положение в системе оказания бесплатной юридической помощи,
правового информирования и просвещения населения, так как
одновременно могут являться участниками и государственной, и
29
негосударственной систем оказания бесплатной правовой помощи12.
Конституционное право на юридическую помощь характеризует одна важнейшая особенность, которая состоит в том, что для реализации и защиты других прав и свобод человека и гражданина
применяется именно это право. И ни одно из закрепленных в Конституции Российской Федерации прав не может эффективно осуществляться без права на получение квалифицированной юридической помощи. Поэтому в науке конституционного права оно рассматривается как юридическая гарантия всех прав и свобод человека и
гражданина. То есть, несомненно, очевидной является значимость
и востребованность права на квалифицированную юридическую
помощь для граждан нашей страны.
Среди ученых-юристов ведутся неутихающие споры, имеются
различные точки зрения, связанные, в частности, с пониманием
сущности и содержания этого важнейшего права, гарантированного обеспечения его реализации. Не отвечает должным требованиям
и нуждается в дальнейшем совершенствовании законодательство,
которое закрепляет механизм реализации права на юридическую
помощь.
Очевидно, что, несмотря на закрепление права на квалифицированную юридическую помощь в конституционном и текущем законодательстве, до сих пор не выработаны единые принципы и стандарты его реализации и обеспечения, имеют место злоупотребления
со стороны как лиц, получающих такого рода помощь, так и со стороны лиц ее оказывающих. Кроме того, в некоторых отраслях законодательства право на квалифицированную юридическую помощь
закреплено недостаточно полно.
Научно-исследовательский интерес к теме обусловлен также необходимостью повышения эффективности использования уже имеющихся способов и средств осуществления права на квалифицированную юридическую помощь и разработки новых, расширяющих
возможность его осуществления, так как сегодня право каждого на
получение квалифицированной юридической помощи можно рассматривать как достояние цивилизованного человечества.
К сожалению, в настоящее время в России отсутствует общегосударственный подход к решению проблем, связанных с оказанием
правовых услуг, не принята федеральная целевая программа предоставления бесплатной юридической помощи населению, отсутствует страхование от некачественного оказания юридической помощи,
не созданы механизмы обеспечения государственного и корпора30
тивного контроля деятельности организаций и лиц, оказывающих
юридическую помощь. Думается, что вышеназванные недостатки,
в плане реализации заявленной в работе проблематики, как раз и
обуславливают необходимость проведения научного анализа конституционного права граждан на квалифицированную юридическую помощь и проблем его обеспечения в Российской Федерации.
Одним из основных направлений развития правовой системы
в Российской Федерации является приоритет человеческой личности, ее прав и свобод. В ст. 2 Конституции Российской Федерации
закреплено положение о том, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.
Вместе с тем, закрепленные в Конституции основные права и свободы граждан могут быть реализованы только при наличии действенного правового механизма их реализации. Согласно ч. 1 ст. 48 Конституции России, каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Тем не менее, до настоящего времени в действующем российском законодательстве отсутствует определение самого понятия «юридическая помощь», а также не
закреплено нормативно и то, в каком случае оказываемая юридическая помощь будет являться квалифицированной.
В научной литературе и судебной практике данная категория
трактуется по-разному. Исследуя конституционную норму (ст. 48
Конституции РФ) следует уточнить содержание юридической помощи через такой ее признак, как «квалифицированность». В подготовленном Федеральной палатой адвокатов РФ проекте закона «Об
оказании квалифицированной юридической помощи в Российской
Федерации» сделана попытка дать определение квалифицированной юридической помощи. Согласно ст. 2 проекта под квалифицированной юридической помощью понимается любая самостоятельная
деятельность по предоставлению на постоянной профессиональной
основе юридических услуг на территории Российской Федерации.
Под юридическими услугами понимается, в частности: консультирование по вопросам права и разъяснение основанных на действующем законодательстве прав и обязанностей юридических и физических лиц, как в устной, так и в письменной форме; подготовка и
составление любых юридически значимых документов, в том числе
заявлений, жалоб, ходатайств; представительство в суде и т. д.13
Необходимо отметить, что нормативно, как квалифицированная юридическая помощь, определяется лишь адвокатская деятельность (ст. 1 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации). Вместе с тем, юридическую помощь
31
могут оказывать и лица, не являющиеся адвокатами, но имеющие
юридическое образование: нотариусы, юрисконсульты, патентные
поверенные, и т. д.
Подчеркнем, квалифицированность юридической помощи охватывает два аспекта – квалификацию (профессионализм) субъекта
оказания (и в этом смысле является признаком, характеризующим
субъекта оказания), и качество самой помощи (это уже признак самой деятельности, ее структуры и содержания). До фактического
осуществления юридической помощи нельзя сказать – квалифицированная она или нет. Отсюда понятия «юридическая помощь» и
«квалифицированная юридическая помощь» соотносятся как родовое понятие и видовое14.
Публичное столкновение точек зрения различных ученых по поводу критерия уровня квалифицированности юридической помощи
нашло отражение в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 1997 г. «По делу о проверке конституционности части четвертой статьи 47 Уголовно-процессуального
кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Б. В. Антипова, Р. Л.
Гитиса и С. В. Абрамова»15. Поводом для рассмотрения дела стал вопрос, допускать ли в качестве защитников при производстве по уголовным делам только адвокатов или любых иных лиц по выбору обвиняемых? В процессе рассмотрения дела основная полемика развернулась вокруг самого понятия «квалифицированная юридическая помощь». Конституционный суд указал, что гарантируя право
на получение именно квалифицированной юридической помощи,
государство должно, во-первых, обеспечить условия, способствующие подготовке квалифицированных юристов для оказания гражданам различных видов юридической помощи, во-вторых, установить с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерии.
И другой пример. В определении от 5 февраля 2004 г. № 25–0
«По жалобе гражданки В. О. Ивкиной на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 45 и статьей 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» Конституционный Суд
РФ (в абз. 8 и 9 п. 3 мотивировочной части) также установил: «...содержащееся в ст. 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации
положение о том, что каждому гарантируется получение квалифицированной юридической помощи, означает конституционную обязанность государства обеспечить каждому желающему достаточно
высокий уровень любого из видов предоставляемой юридической
помощи, но не обязанность потерпевшего и гражданского истца
32
пользоваться помощью только адвоката, в противном случае это нарушало бы также конституционное право, закрепленное статьей 52
Конституции Российской Федерации, в силу которой права потерпевших от преступлений (в том числе признанных гражданскими
истцами) подлежат охране законом, а государство обеспечивает им
доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба»16.
Таким образом, при характеристике существующих в настоящее время подходов к определению круга субъектов, чья деятельность может рассматриваться в качестве юридической помощи, возникает вопрос, есть ли необходимость включения в понятие юридической помощи какой-либо иной деятельности, кроме адвокатской,
а также деятельности государственных юридических бюро и независимых юристов (частнопрактикующих и работающих в юридических фирмах)? С одной стороны, все кажется достаточно простым
и понятным: есть конституционная норма о праве на юридическую
помощь, специальный закон, прямо определяющий адвоката как
лицо, оказывающее квалифицированную юридическую помощь,
нормативные акты, закрепляющие порядок ее оказания государственными юридическими бюро, процессуальные нормы, допускающие к участию в деле любого лица в качестве представителя. Надо ли устанавливать иных субъектов, оказывающих юридическую
помощь, или вычленять в их деятельности те виды, которые представляют собой юридическую помощь? Представляется, что это необходимо сделать17.
Сравнительный анализ дефиниций права на юридическую помощь18 свидетельствует о том, что в ряде таких понятий указывается на предназначение и целенаправленность юридической помощи, раскрывается содержание ее целей, выделяются признаки (Н.
Н. Миняйленко, О. В. Невская, О. М. Решетникова, И. Л. Трунов, И.
Г. Черняков и др.).
Вместе с тем, в ряде определений, на наш взгляд, сужается понятие юридической помощи. Понимание юридической помощи как
деятельности по защите или осуществлению прав значительно обедняет это понятие, исключает из его содержания профессиональное
правовое содействие в ситуациях, когда права и законные интересы
не нарушены и, следовательно, нет необходимости в защите.
Более плодотворным представляется подход, при котором юридическая помощь определяется через понятие «обеспечение прав»,
как наиболее широкое, несводимое к их осуществлению, защите
или охране, – при этом необходимо учитывать, что в обеспечении
права особое место занимает такой способ как «содействие». Опреде33
ление юридической помощи через категорию «содействие», предложенное В. Ю. Панченко19, получило поддержку в литературе. Так,
по мнению Н. Р. Мухудиновой, квалифицированная юридическая
помощь в уголовном судопроизводстве – это деятельность уполномоченных на то законом субъектов, осуществляемая в установленном
законом порядке с использованием своевременно надлежащих правовых средств. Эти средства соразмерны процессуальным обстоятельствам и требованиям закона. И необходимы в целях содействия
в реализации, защите прав, свобод и законных интересов каждого
в уголовном судопроизводстве, восстановлении нарушенных прав,
предотвращении незаконного, необоснованного ограничения прав,
свобод и законных интересов20. Е. Г. Ларин отмечает, что под юридической помощью при производстве следственных действий следует понимать основанную на законе деятельность уполномоченных
на то лиц, осуществляемую в связи с производством следственных
действий по своевременному оказанию содействия участникам уголовного судопроизводства, в соответствии с обстоятельствами уголовного дела, в целях реализации, защиты их прав, свобод и интересов, восстановления нарушенных прав, предотвращения незаконного ограничения прав и свобод21.
Познание понятия «юридическая помощь», кроме научно-теоретического интереса и значения имеет важный прикладной, сугубо практический аспект, – это понятие несет в себе практическую пользу для граждан и организаций. Полезность заключается
в функции понятия «юридическая помощь», состоящей в том, чтобы потенциальный получатель помощи знал к кому и куда он может за этой помощью обратиться. Это первый, ключевой вопрос, на
который должно отвечать научное понятие «юридическая помощь».
Поэтому важно выделить те общие свойства (признаки), которые
позволят установить круг субъектов оказания юридической помощи. Второй вопрос, – на каких условиях и в каком порядке будет
оказывать юридическую помощь тот или иной субъект – здесь уже
речь идет о специальных, видовых признаках юридической помощи, оказываемой конкретным субъектом (адвокатом, нотариусом,
и др.)22.
И последнее. Закон № 324-ФЗ объединил в себе большинство
вопросов, касающихся бесплатной юридической помощи. В нем
в структурированной форме определены: право на получение бесплатной юридической помощи, государственная политика и основные принципы в сфере обеспечения граждан бесплатной правовой
помощью, виды бесплатной юридической помощи, субъекты, ока34
зывающие такую помощь и квалификационные требования к ним.
Главная ценность Закона заключается в том, что его нормы расширили перечень групп граждан, нуждающихся в оказании бесплатной юридической помощи, по сравнению с ранее действующим законодательством. А также установили государственные гарантии
реализации права граждан на получение бесплатной квалифицированной юридической помощи, организационно-правовые основы
формирования государственной и негосударственной систем бесплатной юридической помощи и организационно-правовые основы
деятельности по правовому информированию и правовому просвещению населения23.
1 Конституция РФ: Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. // СЗ
РФ. 2014. № 31. Ст. 4398.
2 Выступление В. В. Путина на VIII Всероссийском съезде судей. Москва, 17–19
декабря 2012 г. // www.news.kremlin.ru/video.
3 Федеральный закон от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и
адвокатуре в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2002. № 23. Ст. 2102.
4 Постановление Правительства РФ от 22 августа 2005 г. № 534 «О проведении
эксперимента по созданию государственной системы оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам» // СЗ РФ. 2005. № 35. Ст. 3615.
5 Ельцов В. Н. Правовой эксперимент по созданию государственной системы оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам // Вестник Томского государственного университета. Серия «Право». 2008. № 10 (66). С. 328.
6 Дмитриев Ю. А. Неудачный эксперимент по созданию государственной системы оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам // Пробелы в российском законодательстве. 2008. № 1. С. 33–35.
7 Постановления Правительства РФ от 25 декабря 2008 г. № 1029 «О государственных юридических бюро» и от 3 декабря 2009 г. № 991 // СЗ РФ. 2009. № 2. Ст.
229; СЗ РФ. 2009. № 50. Ст. 6099.
8 Основы государственной политики Российской Федерации в сфере развития
правовой грамотности и правосознания граждан, утв. Президентом РФ 28 апреля
2011. № Пр-1168 // Российская газета. 2011. 14 июля.
9 Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. «О бесплатной юридической помощи
в Российской Федерации» № 324-ФЗ // СЗ РФ. 2011. № 48. Ст. 6724.
10 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.
11 Федеральный закон от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»
// СЗ РФ. 1998. № 22. Ст. 2331.
12 Курова Н. Н., Вяткина Л. А. Оказание бесплатной юридической помощи в России: развитие института// Адвокат. 2014. № 8. C. 39.
13 Проект Федерального закона «Об оказании квалифицированной юридической
помощи в Российской Федерации» // http://www.kanevskaya.ru/proekt_zakona_ob_
okaza.
14 Панченко В. Ю. Юридическая помощь личности (общетеоретический аспект):
дис. … канд. юрид. наук. Красноярск, 2004. С. 56.
15 Вестник Конституционного суда Российской Федерации. 1997. № 1.
16 Определение Конституционного Суда РФ от 05.02.2004 г. № 25-О «По жалобе
гражданки В. О. Ивкиной ... на нарушение ее конституционных прав частью первой
статьи 45 и статьей 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»
/ http://base.garant.ru/1353459/.
17 Казаков В. Н. Некоторые вопросы конституционного права на оказание квалифицированной юридической помощи // Вестник Екатерининского института.
№ 4 (24). М., 2013. С.69.
35
18 См., например: Трунов И. Л. Современные проблемы защиты прав граждан
в уголовном процессе: дис. … д-ра юрид. наук. М., 2001. С. 232; Невская О. В. Что такое квалифицированная юридическая помощь? // Адвокат. 2004. № 11. С. 39; Черняков И. Г. Реализация конституционного права на квалифицированную юридическую помощь в Российской Федерации (проблемы и перспективы): автореф. дисс. …
канд. юрид. наук. Челябинск, 2007. С. 15; Миняйленко Н. Н. Историографический
обзор понятия института юридической помощи в отечественной правовой науке во
второй половине ХХ в. // История государства и права. 2008. № С. 75; Решетникова О. М. Квалифицированная юридическая помощь в гражданском процессе. // Уч.
записки Юрид. ин-та Краснояр. гос. ун-та. Вып. 1 / отв. ред. Т. В. Сахнова. Красноярск, 2001. С. 320; и др.
19 Панченко В. Ю. Юридическая помощь личности (общетеоретический аспект):
дисс. … канд. юрид. наук. Красноярск, 2004. С. 56.
20 Мухудинова Н. Р. Обеспечение конституционного права каждого на получение квалифицированной юридической помощи в российском уголовном процессе:
автореф. дис. … канд. юрид. наук. Ижевск, 2005. С. 8.
21 Ларин Е. Г. Обеспечение участников уголовного судопроизводства квалифицированной юридической помощью при производстве следственных действий: автореф.. дис. ... канд. юрид. наук. Омск, 2008. С. 8.
22 Казаков В. Н. Некоторые вопросы конституционного права на оказание квалифицированной юридической помощи // Вестник Екатерининского института.
2013. № 4 (24). С.66.
23 Курова Н. Н., Вяткина Л. А. Оказание бесплатной юридической помощи в России: развитие института // Адвокат. 2014. № 8. C. 46.
ГЛУЩЕНКО П. П.
заместитель декана юридического факультета
ГУАП по научной работе, доктор юридических
наук, профессор, заслуженный юрист РФ, почетный
работник ВПО России
ЮРИДИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ: ПРАВО,
ОБЯЗАННОСТЬ, ВОЗМОЖНОСТЬ
И РЕАЛЬНОСТЬ ЕЕ ПОЛУЧЕНИЯ
Название настоящего доклада не случайно, ибо в статье 48 Конституции Российской Федерации имеют место два ее вида, а именно: квалифицированная юридическая помощь и юридическая помощь оказывается бесплатно. Внимательно исследуя часть первую
данной статьи начинаешь задумываться над ее содержанием.
Начало статьи звучит весьма обещающе «Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи», а вот вторая ее часть обязывает вчитываться в каждое слово,
ибо уже не каждому, а только согласно предусмотренных законом
лицам оказывается, и неквалифицированная, а просто юридическая помощь, но правда бесплатно. Можно предположить, что если каждому полагается право на получение квалифицированной
юридической помощи, то его реализация (права), в силу второй составной части статьи 48 возможно только за деньги, а вот бесплатно
36
только указанным категориям лиц и оказывается неквалифицированная, а просто юридическая помощь.
Так и напрашивается вопрос, а что это за бесплатная юридическая помощь, на сколько можно рассчитывать на положительный
результат? Где можно найти ответ? Увы нигде. Более того ни в одном из комментариев Конституции Российской Федерации, а их изданы десятки, при раскрытии содержания статьи 48 Конституции
авторы умалчивают о том, почему каждому гарантирую квалифицированную юридическую помощь, отдельным лицам указанным
в законе, она уже не гарантируется, а лишь оказывается бесплатно.
Получение бесплатной юридической помощи, хотя и не квалифицированной нужно признать большим благом или, неким подаянием? Казалось бы, наоборот имеемо указанным в законе лицам
(ст. 26 ФЗ № 63-ФЗ) следует оказать гарантированную квалифицированную юридическую помощь, а не просто какою-либо, ведь
не понятно почему этих граждан вывели за скобки каждого. Подтверждением нашего мнения, подхода к оказанию бесплатной юридической помощи является перечень, категорий граждан указанных в законодательстве: несовершеннолетние, глухие, слепые и
иные имеющие физические и психические недостатки; граждане не
владеющие языком, на котором осуществляется судопроизводство;
граждане, которым грозит мера пожизненного содержания; гражданам если один из участников имеет защитника; гражданам, если в судебном производстве принимает участие государственный,
либо общественный обвинитель. Видимо этот перечень следует пополнить лицами не имеющими экономических возможностей оплатить услуги лиц оказывающих квалифицированную юридическую
помощь. Сюда же по нашему мнению следует включить военнослужащих срочной службы, вынужденных переселенцев и беженцев.
Итак из содержания части первой ст. 48 Конституции Российской Федерации следует, что как квалифицированная юридическая помощь, так и бесплатная юридическая помощь отданы на откуп органам власти (государственной и муниципальной, а также
лицам имеющим юридические знания). Практика свидетельствует
о том, что органы власти не горят желанием вооружить население
юридическими знаниями, а лица имеющие документы о получении
юридического образования не всегда имеют должный уровень правовых знаний и далеко не всегда с особым рвением относятся к оказанию соответствующим категориям граждан бесплатной юридической помощи. Круг замкнулся. Разомкнуть его можно только по
37
средствам изменения первой части ст. 48 Конституции Российской
Федерации.
По нашему убеждению, в правовом, демократическом, социальном государстве ч. 1 ст. 48 Конституции должна быть исполнена
в следующей редакции: «1. Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, а в случаях
предусмотренных законом она оказывается бесплатно». Предлагаемая редакция устранит те разночтения, применение которых существенно сказывается на имидже государства, стремлении активно участвовать в поддержании законности и правопорядка.
Часть вторая ст. 48 Конституции Российской Федерации гласит:
«2. Каждый задержанный, заключенный под стражу обвиняемый
в совершении преступления имеет право пользовать помощью адвоката (защитника) с момента задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения». В настоящей части абсолютно
верно отсутствует содержание редакции вызывающее недоумение,
вопросы, ибо без упоминания квалифицированной и бесплатной,
каждому гражданину полагается юридическая помощь адвоката
(защитника).
Содержание части второй ст. 48 Конституции Российской Федерации позволяет утверждать, что оказание юридической помощи
каждому задержанному, заключенному под стражу, обвиняемому
в совершении преступления возложено на адвоката (защитника).
Осталось выяснить адвокат (защитник) это одно и то же лицо или
они имеют какие-то отличия. Ответ на данный вопрос содержится
в ст. 25 ФЗ № 63-ФЗ согласно которой адвокат может быть защитником, представителем, защитником доверителя в конституционном,
гражданском, административном и уголовном судопроизводстве.
Отличие состоит в том, что адвокат работает на основе ордера, а защитник, представитель доверителя, на основе соглашения заключаемого между адвокатом, доверителем.
Иные виды юридической помощи адвокат осуществляет на основе договора возмездного оказания услуг. Существенными условиями такого соглашения являются: указание адвоката, согласившегося исполнять поручения в качестве поверенного, его принадлежность к адвокатскому корпусу, адвокатской палате; предмет поручения (объем деятельности); условия выплаты вознаграждения
доверителем; порядок и размер компенсации расходов, связанных
с исполнением поручения; размер и характер ответственности адвоката; адвокату участвующими в качестве защитника в уголовном судопроизводстве, по назначению органа дознания, предвари38
тельного следствия, прокурора или суда оплата осуществляется за
счет федерального бюджета; оплата адвокату за указанную юридическую помощь бесплатно осуществляется распоряжением Правительства Российской Федерации; дополнительное вознаграждение,
выплачиваемое за счет средств адвокатской палаты адвокату, участвующему в уголовном процессе в качестве защитника по назначению правоохранительных органов бесплатно устанавливается ежегодно собранием (конференцией адвокатов).
Оказание юридической помощи гражданам бесплатно, как было
сказано ранее, регламентировано ст. 26 ФЗ № 63-ФЗ. Она заключается в том, что граждане имеющие среднедушевой доход ниже величины прожиточного минимума, устанавливаемого ежегодно вправе получить юридическую помощь бесплатно. К числу таких граждан относятся: а) истцы по делам о взыскании алиментов, возмещении вреда, причиненного смертью кормильца, увечьем или иным
повреждением здоровья, связанным с трудовой деятельностью; б)
ветераны ВОВ, по вопросам, связанным с предпринимательской
деятельностью; в) граждане РФ при составлении заявлений о назначении пенсий и пособий; г) граждане РФ, пострадавшие от политических репрессий по вопросам связанным с реабилитацией; д)
несовершеннолетние, содержащиеся в учреждениях системы профилактики безнадзорности и нарушения законопредписаний.
В своей деятельности адвокат, оказывающий любой вид юридической помощи, обязан руководствоваться принципами адвокатской деятельности: законности, независимости, самоуправляемости, добровольности, гуманизма и нравственных начал профессии.
Правовой статус адвоката включает в себя права (ст. 6), обязанности
(ст. 7), а те и другие регламентированные ст. 6–7 ФЗ № 63-ФЗ, а также принятием присяги (ст. 13) и возможностью наступления ответственности (ст. 16–17).
Особое место в правовом статусе адвоката отводится соблюдению
этических начал, включающих в себя: мораль, право, добро, справедливость, долг, совесть, ответственность, достоинство, честь, гуманизм и конечно соблюдение тайн (ст. 8). Указанные требования
составляющие содержание этики обязаны быть соблюдаемы лицами, имеющими юридическое образование, получившими удостоверение адвоката, при исполнении полномочий: адвоката, защитника, представителя доверителя, ибо это предписано принятой им
присягой, которая согласно ст. 13 ФЗ № 63-ФЗ имеет следующее содержание: «Торжественно клянусь честно и добросовестно выполнять обязанности адвоката, защищать права и свободы и интере39
сы доверителей, руководствуясь конституцией Российской Федерации, законом и кодексом профессиональной этики адвоката».
Исследование содержания правового статуса адвоката убеждает
автора доклада в том, что адвокатская и правозащитная деятельность главным своим предназначением – обеспечение реализации и
защиты конституционных прав, свобод и законных интересов физических и юридических лиц. Мы также убеждены в том, что адвокат является наиболее подготовленным и значимым субъектом правозащитных правоотношений. Более того, принципы деятельности
адвоката, осуществление адвокатской деятельности во многом сходятся с принципами правозащитной деятельности1, а именно: а)
принципа законности, б) добровольности, в) разумности и объективности, г) ответственности, д) гуманности, е) гласности. По своей
подготовленности адвокат, пожалуй единственный субъект правозащитной деятельности, который владеет навыками использования механизма правозащитной деятельности, включающего в себя: а) правовые методы, б) правовые средства, в) правовые способы,
каждая из частей механизма правозащитной деятельности конечно
имеет свои особенности, требующие обязательного учета.
В чем же заключаются особенности использования, прежде всего правовых методов и средств и с какими проблемами приходится при этом сталкиваться? Прежде всего, еще раз вспомним, что же
именуется методами и средствами, что они из себя представляют и
каким образом их можно обратить на пользу гражданам, государству, обществу. Начнем с правовых методов. До сих пор ни в науке,
ни в практике, и не только Российской Федерации, нет единого мнения относительно их классификации. Это и хорошо и плохо; хорошо
потому, что имеются возможности для дальнейшего совершенствования, подбора наиболее эффективных, постоянно работающих методов, а плохо потому, что предоставлена возможность под предлогом поиска новых, не признания действующих, проявлять элементы самоуправства, злоупотребления служебными полномочиями.
Авторский коллектив в составе: А. П. Алехина, А. А. Кармолицкого и Ю. М. Козлова – считает, что в число правовых методов следует включать убеждение и принуждение2. Они не придерживаются
мнения о том, что в свою очередь методы необходимо подразделять
на административные и экономические, где административные одновременно подразделяются на: предупредительные, пресекательные и принудительно-применительные3.
Коллектив авторов под общим руководством В. П. Сальникова4
считает, что следует придерживаться следующей классификации
40
методов: убеждение, принуждение, предупреждение, обеспечение и
взыскание. Примерно такой классификации, за некоторым исключением, а именно методов взыскания, придерживается А. В. Воронков5 Авторский коллектив в составе: С. А. Григоряна, Н. В. Бровко
и Ю. А. Соколовой6 – считает, что в состав методов следует включать: убеждение, принуждение, наблюдение, контроль.
Коллектив авторов учебного пособия «Административное право», основными методами признает убеждение, обжалование и принуждение, и при этом считает, что любые иные являются лишь производными, вспомогательными от них7. Автор исследования согласен с мнением указанного коллектива. Обоснования, касающиеся
того, что предупреждение, обеспечение, взыскание, тем более наблюдение сложно согласуются с механизмом правозащитной деятельности вряд ли подлежат сомнению. Хотя, и это естественно, любой специалист вправе иметь свою позицию, свой подход к тому или
иному явлению.
Предпримем попытку выяснить, что представляют собой эти
правовые методы в сфере обеспечения реализации и защиты конституционных прав, свобод и законных интересов граждан и как и
кому следует иметь их на вооружении. Метод убеждения в нашем
случае применим всеми субъектами института правозащитной деятельности: государством, юридическими лицами, общественными объединениями и физическими лицами (гражданами и должностными лицами). На каком этапе взаимоотношений его можно
использовать? Как нам представляется, на любом, начиная с обращения в соответствующую инстанцию за государственно-правовой
помощью и защитой и вплоть до их получения, убеждая чиновников в необходимости помнить о том, что Конституция РФ и иные
нормативные правовые акты требуют от них признавать, соблюдать
и защищать права, свободы и законные интересы. Однако совестливостью чиновники в настоящее время особенно не страдают, и в силу указанного надежда на возможность убедить не нарушать прав,
свобод, законных интересов, либо своевременно выполнить законные требования граждан о их предоставлении, восстановлении или
защите так и остается лишь надеждой.
Данный метод имеет положительный результат, подтверждением чему являются результаты проведенного исследования, судебная практика если она используется общественными объединениями, вышестоящими органами и должностными лицами, а также
должным образом подготовленными адвокатами. Указанные юридические и физические лица способны убедить строптивого либо
41
допустившего неуважение к закону работника, начальника в целесообразности разрешить положительно создавшуюся ситуацию, не
доводя ее до применения метода принуждения. Итак, гражданам
не особенно приходится рассчитывать на положительный исход от
применения метода убеждения и, в силу указанного, желательно
овладеть методикой использования метода принуждения.
Применение метода принуждения имеет свои особенности, то
есть не сам гражданин его применяет, а только соответствующие
вышестоящие инстанции, должностные лица и правоохранительные органы. Могут ли применить данный метод законодательные
органы, как нам представляется, могут, но его применение имеет
свои особенности, заключающиеся в опосредовании принуждения,
применяемого по ходатайству, обращению, депутатскому запросу
в компетентные органы, наделенные полномочиями по применению
различных видов принуждения, предусмотренных нормами права
(административного, трудового, гражданского, уголовного).
Итак, метод принуждения, применяемый в сфере обеспечения
реализации и защиты конституционных прав, свобод и законных
интересов есть часть функциональных полномочий, в первую очередь, правоохранительных органов. В то же время необходимо напомнить о том, что применение принуждения отвечает соответствующим правилам, установленным действующим законодательством, а именно: наличие основания для принуждения, установление причин совершенного правонарушения, определение степени и
вида вины допустившего нарушение прав, свобод и законных интересов граждан; классификацию видов принуждения; полномочия
органов, должностного лица по применению того или иного вида
принуждения.
Указанные особенности обращения к методу принуждения и
особенно его применение, естественно, породили особенности его
воздействия на взаимоотношения между обратившимся к нему и
обязанными юридическими и должностными лицами должным образом разобраться с поступившим сообщением о допущенных нарушения конституционных прав, свобод и законных интересов граждан. В чем состоят эти особенности, прежде всего в поведении принявших сообщение. Дело в том, что компетентные органы государственной власти, местного самоуправления или должностные лица
обязаны в установленные законопредписаниями сроки уведомить
заявителя вначале о получении заявления, а затем о его результатах. Максимальный срок ответа на поступившее заявление, сообщение равен 30 дням. Его превышение влечет уже иной вид, форму
42
и результат действий со стороны определенных правоохранительных органов и иных органов государственной власти.
Завершая исследование сущности и содержания метода принуждения, важно напомнить о том, что основная нагрузка по его применению, использованию ложится на органы государственной власти, уполномоченные осуществлять правоохранительную, правозащитную деятельность. В силу указанного и нарушения в процессе
его применения допускаются именно ими. Выводы: а) граждане, направляющие жалобы, заявления о нарушении их прав, свобод и законных интересов, должны помнить о подведомственности дел органам, должностным лицам, к которым их направляют, б) правоохранительные органы и их должностные лица в свою очередь должны четко, неукоснительно исполнять свои обязанности и особенно
те, которые обязывают их признавать, соблюдать и защищать права, свободы и законные интересы граждан, и в) вышестоящие органы государственной власти и должностные лица с тем, чтобы предупреждать негативные явления во взаимоотношениях с гражданами, по поводу использования метода принуждения, обязаны чаще
контролировать и надзирать за правоохранительными органами,
находящимися в их подчинении.
Следующую составную часть механизма правозащитной деятельности представляют, о чем уже говорилось ранее, такие правовые средства, как: возбуждение административных (служебных)
расследований, обращение к различным видам юридической ответственности и возбуждение уголовных дел. Предпримем попытку с тем, чтобы исследовать порядок, возможности, основания, условия и особенности использования каждого из названных видов
средств в процессе реализации, восстановления и защиты конституционных прав, свобод и законных интересов граждан. Сразу же
возникает несколько вопросов, имеющих непосредственное отношение к правовым средствам, а именно: а) кто и каким образом их использует? б) какие основания и условия должны этому предшествовать? в) в какие органы, инстанции и каким образом следует обращаться в том случае, если допускаются какие-либо сбои, нарушения, отступления в процессе их использования?
Правом возбуждения административного (служебного) расследования наделены все субъекты государственно-правовых отношений, то есть физические и юридические лица. Разница заключается лишь в том, что одни вправе требовать, добиваться проведения,
другие его назначают и контролируют, третьи осуществляют, проводят, четвертые надзирают за законностью возбуждения, проведе43
ния и принятия мер по его результатам. В жизни любого коллектива (большого, малого) нередко возникают мелкие, средние и большие проблемы, чаще всего их истоки неведомы, неизвестны, и вот
для выяснения ответов на вопросы: кто, что, где, когда, как, почему
и зачем (для чего) назначается административное (служебное) расследование.
Своевременно и с соблюдением требований, предъявляемым
к этому правовому средству, проведенное расследование позволяет
решать такие задачи, как: выявить не только причинителя вреда
(морального, материального), но и определить причины, условия,
поводы, способствовавшие или использованные для нарушения
законных прав, свобод и законных интересов членов коллектива;
восстановить добрый порядок; удовлетворить моральные и материальные требования; принять надлежащие меры для искоренения,
предупреждения причин и условий, приведших к нарушениям
прав, свобод и законных интересов граждан.
Практика обращения к административному расследованию8
свидетельствует о том, что оно способно решать многие вопросы и
задачи: обеспечить поддержание законности, правопорядка, нормальных взаимоотношений в любом коллективе; восстановить, защитить нарушенные права, свободы, законные интересы; вскрыть
причины, условия, поводы, повлекшие, способствовавшие, облегчившие совершение деяний (действий, бездействий), нарушивших
чьи-либо права, свободы и законные интересы; принять надлежащие меры с тем, чтобы не допускать в последующем нарушений
прав, свобод и законных интересов членов коллектива.
Итак, административное расследование как эффективное средство разрешение вышеперечисленных вопросов назначается в тех
случаях, когда имеется нарушение прав, свобод и законных интересов граждан, но еще неизвестно, кто и зачем это сделал либо известен нарушитель, но неизвестны причины, цели его действия
или бездействия. Прибегают к нему и в тех случаях, когда следуют
предписания от вышестоящих органов и должностных лиц. Что касается органов и должностных лиц, то такими являются любые: государственные и негосударственные, общественные объединения,
точнее те, которые управляют коллективами граждан и наделены
определенными правомочиями, в том числе и на назначение административного (служебного) расследования.
Учитывая то, что практика деятельности различных органов,
организаций и должностных лиц свидетельствует о допускаемых
различных отступлениях от порядка и правил назначения и осу44
ществления административного расследования и, в целях их предупреждения, к нему предъявляются следующие требования: а) обеспечение законности возбуждения, проведения и принятия по нему
решений, б) всесторонность проведения расследования и в) объективность оценок всех собранных доказательств. Любое отступление
от названных требований недопустимо и влечет применение соответствующих степени виновности в отступлении от них, мер государственного принуждения.
В тех же целях, то есть для исключения обращения к административному расследованию с тем, чтобы избавиться от неугодного
сотрудника, работника, довести его до подачи заявления об уходе
из коллектива по собственному желанию, «помочь» в объявлении
ему бойкота, приостановлении карьерного роста, значительного
продвижения по службе и т. п., обязательно обоснованная реакции
по отношению к тем, кто его в нарушение законов предпринял. За
время осуществления прокурорских проверок, закрепленных за
прокуратурами соответствующих структур (прокурорского надзора), контрольных проверок деятельности нижестоящих структур и
должностных лиц обязательно проверяются книги учета проведенных административных расследований, что позволяет выявить нарушения и принять соответствующие содеянному и законодательству, меры.
Следующим весьма эффективным и в то же время вызывающим
различные точки зрения специалистов и практиков является обращение к методике применения к виновным в нарушении конституционных прав, свобод и законных интересов граждан различных
видов юридической ответственности. Позволим напомнить их
классификацию: административная, дисциплинарная, материальная, гражданско-правовая, уголовная и конституционно-правовая.
Кстати больше всего споров в настоящее время вызывает именно методика применения конституционно-правовой ответственности за
нарушение конституционных прав, свобод и законных интересов.
Первой причиной множества мнений, связанных с применением в механизме правоохранительной деятельности мер государственного принуждения за допускаемые «вольности» в признании,
соблюдении и защите конституционных прав, свобод и законных
интересов граждан, как об этом свидетельствует организационноправовая и судебная практика, является отсутствие единства в понимании и применении роли и места важнейшего требования принципа законности, – неотвратимости наступления юридической ответственности для любого правонарушителя любых видов правона45
рушений. В силу указанного немногие верят в то, что юридическая
ответственность может и должна признаваться надежным и эффективным средством защиты конституционных прав, свобод и законных интересов граждан.
В каждом конкретном случае названные выше виды юридической ответственности за нарушение конституционных прав, свобод
и законных интересов граждан вправе быть применимы только при
обнаружении в противоправном деянии (действии, бездействии) того или иного юридического либо должностного лица в указанной
сфере всех четырех признаков: субъекта, объекта, субъективной
и объективной сторон, то есть предусмотренного действующим законодательством законного основания. Каждый вид юридической
ответственности за нарушение прав, свобод и законных интересов
человека и гражданина для юридических и должностных лиц применяется с учетом: их правомочий; условий и тяжести нарушения
конституционных прав, свобод и законных интересов граждан;
формы и вида вины правонарушителя; наличия либо отсутствия
повторяемости, многократности нарушений и т. п.
Результаты исследований действующего и не только российского законодательства, организационно-управленческой деятельности существующей и функционирующей в системе государственной
гражданской службы, в правоохранительной в том числе, судебная
практика свидетельствует о том, что различные виды юридической
ответственности, как правило, применяются в конкретных видах
правоотношений и за нарушение конституционных прав, свобод и законных интересов, затрагиваемых именно в процессе участия в них.
Так, за нарушение политических, трудовых, жилищных прав и
законных интересов граждан могут наступать такие виды юридической ответственности, как: административная9 (практически за
любые вышеназванные виды юридических прав), дисциплинарная
применяется в сфере трудовых10 и государственно-правовых отношений11, гражданско-правовая – как правило, в сфере имущественных и право-предпринимательских отношений, уголовная применяется за преступление против личности (ст. 105–125 УК РФ), против свободы, чести и достоинства (ст. 126–130 УК РФ), против половой неприкосновенности и половой свободы личности (ст. 131–135
УК РФ), против конституционных прав и свобод человека и гражданина (ст. 136–157 УК РФ), против прав и интересов экономического
характера (ст. 158–200 УК РФ).
Наиболее сложной и чаще всего оспариваемой многими учеными и практиками является конституционно-правовая ответствен46
ность. Ее особенность заключается в том, что отдельно взятые физические лица ответственность конституционно-правовую не несут. Она применяется лишь к юридическим и должностным лицам
за нарушения конституционных прав, свобод и законных интересов. Вторая особенность этого вида ответственности заключается
в том, что каких-либо форм, видов конституционно-правовой ответственности ни одним законом до сих пор не закреплено, и она
выступает как бы опосредованно, через административную, материальную, гражданско-правовую и уголовную. Имеется и третья
особенность, заключающаяся в том, что к ней обращаются после
того, как иными видами юридической ответственности сатисфакции добиться не удалось. Данное положение легко оспариваемо,
ибо оно не согласуется со ст. 18 Конституции РФ, гласящей о том,
что: «Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание
и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием». Однако действительность такова, что, опираясь лишь
на соответствующие статьи Конституции РФ, решить вопросы невозможно не только в правоохранительных органах, но и в иных
государственных инстанциях, так как они будут требовать, и не
безосновательно, ссылки на конкретные статьи соответствующих
кодексов, законов.
Даже краткий экскурс в существо содержания такого правового средства механизма правозащитной деятельности, как применение мер и видов юридической ответственности позволяет утверждать то, что если бы оно применялось в каждом случае нарушения
прав и свобод граждан, если бы граждане научились должным образом уважать себя и стремились каждое покушение на свои права и свободы не оставлять без должного внимания, то должностные
лица различных органов системы государственной службы России,
и особенно правоохранительной, стали бы более ответственными и
исполнительными.
Третьим средством, успешно используемым в механизме обеспечения реализации и защиты конституционных прав, свобод и законных интересов граждан, является возбуждение уголовных дел.
Естественно, что оно применяется в тех случаях, когда иные средства мер государственного воздействия на нарушителей прав, свобод и законных интересов граждан не возымели должного действия.
Основанием возбуждения предварительного расследования является совершение таких противоправных деяний (действий, бездей47
ствий) против конституционных прав, свобод и законных интересов
граждан, которые подпадают под соответствующие статьи УК РФ.
Граждане – субъекты правозащитных правовых отношений,
чьи права, свободы и законные интересы нарушены, – обращаются
в орган дознания, либо в прокуратуру с письменным или устным заявлением, в котором указывают основание обращения в названные
органы, конкретных виновных лиц, вид и степень тяжести совершенного нарушения и требуемые меры действий со стороны сотрудников правоохранительных органов против правонарушителей.
Особый порядок установлен для дел так называемого частного
обвинения, к которым относятся клевета (ст. 128.1 УК РФ) и побои
(ст. 116 УК РФ). В случае их совершения граждане обращаются не
в органы дознания и предварительного расследования, а непосредственно в суды и не с заявлением, а с жалобой о возбуждении уголовного дела против правонарушителей. Еще одним существенным
отличием является обязанность лиц, участников судебного разбирательства, самостоятельно без адвокатской помощи свидетельствовать, обвинять и защищаться. Из этого следует, что прежде чем
решиться на указанные действия, нужно взвесить свои возможности и не только интеллектуальные, ибо любые обращения в суды,
кроме рассмотрения трудовых споров, стоят денег, порой немалых
(разработка жалоб, исковых заявлений, государственная помощь,
услуги юриста, судебные издержки, стоимость проведения любой
экспертизы и т. д.).
Анализ законодательства, регламентирующего порядок, основания, условия и особенности использования для реализации и защиты конституционных прав, свобод и законных интересов граждан правовых методов и средств, а также практики их применения
позволяют сделать следующие выводы и предложения: обращаться к ним необходимо лишь на первом этапе, более раннем, нарушения прав, свобод и законных интересов и при наличии определенных правовых знаний в сфере того законодательства, нормы которого нарушены; принимая решение об обращении к методам и средствам, желательно предварительно получить консультацию у специалиста; рассчитывать на положительный результат применения
правовых методов и средств можно только в том случае, когда собраны доказательства (желательно письменные) о совершенном правонарушении, результатом которого явилось нарушение конституционных прав, свобод и законных интересов. Важное значение имеют
живые свидетельские показания; перед обращением в соответствующий орган, к должностному лицу обязательно необходимо выяс48
нить, находится ли в их компетенции разрешение возникшей ситуации. Это нужно делать с тем, чтобы не тратить время на прочтение резолюции о том, что содержание жалобы, заявления, иска им
неподведомственно; приняв окончательное решение об обращении
к тому или иному методу, либо средству, необходимо запастись терпением и выдержкой, ибо процесс разрешения отдельных вопросов
может длиться не один десяток месяцев; получив ответ, решение,
заключение, определение либо отказ в рассмотрении, возбуждении
административного расследования, дознания, предварительного
следствия, важно запомнить то, что у Вас всего 7 либо 10 суток для
их обжалования.
В силу указанного необходимо сразу же заявить о своем несогласии с ними и желанием их оспорить, подав либо направив свои возражения и доказательства; эффективное своевременное разрешение любых ситуаций, сопряженных с нарушением конституционных прав,
свобод и законных интересов, во многом зависит от деятельности соответствующих общественных объединений. Вот почему очень важно сосредоточить усилие на скорейшем создании гражданского общества, способного влиять на решения органов государственной власти,
местного самоуправления и должным образом защищать граждан;
надлежащее обеспечение реализации и защиты конституционных
прав, свобод и законных интересов граждан станет более реальным
лишь после завершения объединения всех правоохранительных органов в единую государственную правоохранительную службу Российской Федерации; активность общественности в оказании помощи
правоохранительным органам находится в прямой зависимости от
их желания, стремления и умения быстро и качественно разрешать
любые ситуации, возникающие в сфере реализации и защиты конституционных прав, свобод и законных интересов граждан.
Автор исследования, руководствуясь результатами сравнительно-правового анализа нормативной и источниковедческой баз, национального и международного уровня, уверен в том, что обращение к механизму правозащитной деятельности, обеспечение его
результативности, эффективности зависят от: существенного воздействия многих факторов, оснований, видов, форм, последствий
покушения на права, свободы и законные интересы; содержания и
степени нарушения законных интересов граждан; характеристики
нарушителей (юридическое лицо, государство, общественное объединение, физическое лицо); а также от того, где и кем рассматривалось дело о нарушении прав, свобод и законных интересов граждан
и многие другие.
49
Учитывая наличие сложившейся конкретной ситуации и действие соответствующих факторов, способных нарушить права, свободы или законные интересы гражданина, следует, по убеждению
автора, избрать один из тех правовых способов, который будет наиболее эффективным, но главное обоснованным, правомерным. Национальная и международная юридическая практика, в чем нет
сомнения, знают следующие правовые способы механизма правозащитной деятельности: административно-правовой; гражданскоправовой; уголовно-правовой; конституционно-правовой и международно-правовой.
Административно-правовой способ защиты, свидетельством чему является правовая практика, используется в случае, если имеют место препятствование реализации, тем более защиты законных
прав, свобод, интересов (получение зарплаты, вознаграждения, повышения в должности, предоставления отгула, бесплатной переквалификации, возможность ознакомления со сведениями в материалах, содержащихся в личном деле и т. д. и т. п.) либо их умышленное или неосторожное нарушение.
Потерпевший вправе, в каждом конкретном случае, определить,
каким путем ему решать возникшую проблему; обращаться сначала к административно-правовому, а затем в зависимости от результатов к гражданско-правовому, уголовно-правовому, конституционно-правовому, а возможно и к международно-правовому способу,
решать ему. Административно-правовой способ восстановления и
защиты нарушенных прав, свобод и интересов граждан и юридических лиц является самым простым и доступным. Он не требует особых юридических знаний и экономических, материальных затрат,
однако очень многие должностные лица игнорируют обращения
к ним граждан с жалобами, заявлениями и предложениями, рассмотрение задерживается либо носит поверхностный характер или
передается на откуп третьестепенным лицам, прав на надлежащее
принятие решения не имеющим, и это несмотря на предписания ст.
33 Конституции РФ, Федерального закона № 197-ФЗ от 14.12.1995 г.
«Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и
свободы граждан» и Федерального закона № 59-ФЗ от 02.05.2006 г.
«О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации».
Приняв решение об обращении к административно-правовому
способу защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов
гражданину, по нашему мнению, необходимо определить охранялось ли нарушенное право административным законом, что требует
50
ознакомления с содержанием ст. 1.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях, затем со ст. 2.1, позволяющей определить
относится ли противоправное деяние к административному правонарушению или нет, а после этого определиться, кто есть правонарушитель, ибо административная ответственность применяется
как к физическим лицам ст. 2.5–2.6, так и к юридическим (ст. 2.10),
должностным (ст. 2.4) КоАП РФ). Остается выяснить кто те органы или должностные лица, которые вправе и обязаны разрешить
возникшую проблему. Для указанных нужд следует ознакомиться
с содержанием главы 23 КоАП РФ, в которой несложно найти ответ
на то, кто же из них будет разрешать возникшую ситуацию.
Процедура обращения в вышестоящие инстанции и к должностным лицам, по убеждению автора работы, ничем не отличается от
обычного обращения, за исключением обязательности представления вместе с новой жалобой копии текста предыдущей, ответ на которую не удовлетворил обратившегося либо не последовал вообще.
В прокуратуру, налоговую инспекцию вправе обращаться с жалобой либо заявлением, помня при этом, что обращения в данной ситуации зависит только от основания подключения указанных органов. Злоупотребление властью, превышение полномочий, ненадлежащее исполнение функций, халатное отношение к исполнению
служебных обязанностей являются основаниями для обращения
в прокуратуру с устным либо письменным заявлением. Неправомерные действия, повлекшие причинение материального, экономического вреда наделяют правом для подключения кроме прокуратуры еще и налоговой инспекции. К примеру, заработная плата
не выплачивается, а кабинеты руководящего состава предприятий,
организаций насыщаются дорогостоящей мебелью, оборудованием,
импортным транспортом.
Гражданско-правовые способы механизма правозащитной деятельности используются, как правило, в случае нарушения имущественных либо личных неимущественных прав и интересов граждан, тем более при наличии причинения им материального либо
морального ущерба. Виды и формы нарушения имущественных
прав и интересов, причинения морального и материального ущерба, о чем свидетельствуют судебная и адвокатская практика, очень
разнообразны, однако порядок применения гражданско-правовых
способов защиты от этого не изменяется. Восстановление либо защита нарушенных прав и интересов граждан и юридических лиц
осуществляется на основе подачи в федеральный суд искового заявления, представляющего собой документ, содержащий следую51
щие реквизиты: наименование федерального суда соответствующего района (города), области либо как крайний случай Верховного, а
затем Конституционного Суда России; обращающийся в суд в данном случае именуется истцом и, ему надлежит сообщить в исковом
заявлении фамилию, имя, отчество, юридический адрес прописки
либо регистрации (индекс, город, улица, дом, корпус, квартира); ответчика, которыми признаются юридическое либо физическое лицо, причинившее вред истцу. Заявление должно завершаться соответствующими требованиями (обязать, потребовать, возместить
и т. д.); приложения, если они имеются, а так же подпись заявителя и дата изготовления искового заявления. Оно должно быть исполнено в таком количестве, чтобы можно было обеспечить суд,
ответчика(ов), третьих лиц (если они участвуют в деле).
Гражданско-правовые способы защиты прав, свобод и законных интересов обязательно требуют знания содержания ст. 2, 8, 9,
12, 15, 16, 24–28, 37, 48–65, 151–152, 1069–1070, 1073–1080, 1083–
1092, 1095–1108 Гражданского кодекса Российской Федерации; ст.
12–15, 17 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» в последней редакции Федерального закона РФ № 185-ФЗ от
02.07.2013 г.
Согласно действующей судебной практики реализация права
на компенсацию причиненного морального вреда требует наличия
оснований, т. е.: причиненного вреда жизни или здоровью гражданина; причинение гражданину вреда вследствие его незаконного
осуждения, привлечения к уголовной ответственности, применения незаконной меры пресечения, наложения ареста или осуждения к исправительным работам; причинение вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.
Причинение гражданину вреда посредством совершения незаконных действий либо бездействием государственных органов,
органов местного самоуправления либо должностными лицами
этих органов в любом виде, в том числе и изданием противоправного акта возлагает обязанность возместить его за счет фонда России либо фонда субъекта Российской Федерации. Точно также решается вопрос о возмещении материального вреда, причиненного
гражданину в результате: отсутствия основания для осуждения;
необоснованность привлечения гражданина к уголовной ответственности; незаконного применения в качестве меры пресечения
заключения под стражу или подписки о невыезде; незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
52
Согласно Гражданского кодекса Российской Федерации причинение гражданину увечья либо повреждения его здоровью непременно обязывает виновных возместить ему ущерб в форме утраченного заработка (дохода), если речь идет о работнике, кроме того следует возместить дополнительно понесенные расходы, вызванные
повреждением здоровья (на лечение, приобретение лекарств, дополнительное питание, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных
средств, подготовку к другой профессии и т. д.).
Судебная практика, результаты прокурорских проверок, множество возбужденных дел являются свидетельством тому, что особое место в жизни подавляющей части граждан России в настоящее время занимает проблема возмещения ущерба, причиненного
им различными банками, частными структурами в которые были
вложены сбережения либо с которыми были заключены имущественные договоры, соглашения, не исполнение которых повлекло
значительные потери, оставили граждан без жилья, движимого и
иного имущества. Возможно ли взыскание вложенного, возвращение утраченного? Конечно, возможно, однако при наличии знаний
содержания ст. 393–406 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть это реально, но через суд, а в отдельных случаях и через
прокуратуры, налоговые инспекции, порой посредством обращения
в Европейский Суд по правам человека.
Гражданско-правовые способы защиты прав, свобод и интересов граждан гораздо сложнее, чем административно-правовой, но,
как говорят в народе, не так страшен черт, как его малюют. Главное
препятствие – неуверенность, незнание с чего начать и как действовать. Его необходимо преодолевать и как можно быстрее, интенсивнее, без этого в нынешней России не выжить, не удержаться на плаву. Парткомов, профсоюзов, домкомов, товарищеских судов уже нет
и вряд ли будут в том виде, в каком они беспрепятственно действовали в свое время.
Следующим правовым способом механизма правозащитной деятельности правомерно признается уголовно-правовой, обращение
к которому требует ознакомления с такими статьями Уголовного
Кодекса Российской Федерации как: ст. 2 (охраняемые уголовным
законом права, свободы и интересы), ст. 8 (основание наступления
уголовной ответственности), ст. 14 (понятие уголовного преступления), ст. 20 (возраст, с которого наступает уголовная ответственность), ст. 37–42 (обстоятельства, исключающие наступление уголовной ответственности), ст. 75–78 (основания и порядок освобож53
дения от уголовной ответственности), ст. 79–83 (порядок и условия
освобождения от уголовного наказания), ст. 84 (амнистия), ст. 85
(помилование), ст. 86 (судимость) и ст. 95 (порядок, сроки погашения судимости). К нему следует обращаться в случаях: совершения
уголовного преступления, повлекшего причинение ущерба правам,
свободам и интересам граждан (кража, обман, разбой, грабеж, телесные повреждения, похищение человека, торговля несовершеннолетними, клевета, оскорбление, истязание и т. д.).
Рассмотрение обстоятельств совершения преступлений так называемого частного обвинения, к которым относятся: клевета (ст.
128.1 УК РФ), побои (ст. 116 УК РФ) и другие, обязывают граждан
обращаться с жалобой непосредственно в суд. Судья, которому передают в производство такую жалобу, выносит постановление о возбуждении уголовного дела. В том же случае, если имеют место возможности для примирения, судья вправе обратиться к содержанию
ст. 271, 274, 296 УПК РФ.
Конституционно-правовой способ защиты прав, свобод и законных интересов граждан признается и используется как ещё один
правовой способ механизма правозащитной деятельности. Настоящий правовой способ механизма правозащитной деятельности
может быть использован, но только на основе содержания ст. 2, 6,
7, 15, 17, 19, 22, 32, 33, 45, 46, 125 Конституции Российской Федерации, а обращение к нему, как правило, возможно и применяется если все предыдущие обращения в органы и суды не увенчались
успехом. Порядок и особенности использования возможностей конституционно-правового способа регламентирован частью 4 ст. 125
Конституции РФ. Для обращения необходимо написать жалобу,
в приложении к ней должны быть представлены копии жалоб, с которыми ранее обращался гражданин в различные органы государственной власти, в том числе и судебные.
Особое значение в настоящее время имеет международно-правовой способ защиты прав, свобод и интересов граждан. Согласно ч. 3
ст. 46 Конституции РФ «3. Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой
защиты».
Международная и российская судебная практика свидетельствуют о том, что международно-правовой способ защиты требует учета
предписаний: Международного пакта о гражданских и политических правах; Международного пакта об экономических, социаль54
ных и культурных правах; Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации; Конвенции о ликвидации
всех форм дискриминации в отношении женщин; Конвенции против пыток или других жестоких, бесчеловечных или унижающих
достоинство видов обращения и наказания; Конвенции о правах ребенка, многочисленных Конвенции МОТ, ВОЗ и других международных организаций, сторонами которых является Российская Федерация.
По мнению автора работы, для реализации положений ч. 3 ст.
46 Конституции РФ наибольший интерес представляет (помимо европейских процедур) основополагающий международно-правовой
документ – Международный пакт о гражданских и политических
правах. В результате присоединения Российской Федерации к Факультативному протоколу этого пакта, определяющему механизм
защиты индивидуальных прав, российские граждане также получили возможность использовать механизм рассмотрения индивидуальных сообщений (жалоб). В соответствии с Факультативным протоколом, Комитет уполномочен рассматривать индивидуальные сообщения граждан на нарушение их прав, получивших закрепление
в пакте.
В то же время следует помнить, что обращение в Комитет по правам человека12 ООН обязывает учитывать критерии их приемлемости сообщений, т. е. соответствие им есть непременное условие, без
которого жалоба не подлежит даже рассмотрению, одним из критериев закреплён в Конституции России (ст. 46, ч. 3) является исчерпанность всех имеющихся внутригосударственных средств правовой защиты. Согласно ст. 2 Факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и политических правах «лица,
которые утверждают, что какое-либо из их прав, перечисленных
в Пакте, было нарушено, и которые исчерпали все имеющиеся внутренние средства правовой защиты, могут представить на рассмотрение Комитета письменное сообщение», аналогично звучит содержание ч. 2 ст. 5 Факультативного протокола.
Другим критерием приемлемости рассмотрения сообщений согласно практики деятельности Европейского суда по правам человека, является наличие доказательств о том, что обращающиеся есть
жертвы нарушений какого-либо из прав, изложенных в Пакте. Ст. 3
Факультативного протокола к пакту наделяет Комитет правом признать неприемлемым любое сообщение, которое, по его мнению, является злоупотреблением правом на такую жалобу или несовместимо с положениями Пакта. Комитет может признать неприемлемым
55
любое сообщение, которое является анонимным (ст. 3 Факультативного протокола к Пакту), а это есть еще один из критериев неприемлемости. Следует признать, что использование вышеуказанных
критериев в практике функционирования механизма Пакта о гражданских и политических правах – объективная необходимость, обусловленная не только тем, что правоконстатация – сложнейший
процесс, но и комплексностью самой правозащитной работы.
Итак, правозащитная деятельность, механизм её осуществления, с нашей точки зрения, есть эффективное средство надлежащей
подготовки строителей будущего правового государства, ибо умение бороться с правонарушениями, защищать законные права, свободы и интересы правомерными средствами и методами будет способствовать стремлению граждан управляться законами, правами,
а не эмоциями. Механизм правозащитной деятельности есть совокупность правовых способов, средств и методов, на основе которых
эффективнее решаются вопросы реализации, восстановления и защиты полагающихся гражданам прав и свобод.
Правозащитная деятельность проводится в жизнь на основе закрепленных законами и подзаконными актами правовых способов,
методов и средств, посредством которых обеспечивается реализация, восстановление либо защита прав, свобод и интересов граждан. Его совершенствование зависит от множества условий, а именно: экономических, политических, идеологических, организационных, а также от уровня правовой культуры субъектов и участников
правозащитной деятельности, содержания и направленности законов и подзаконных актов, регламентирующих порядок и особенности реализации, восстановления и защиты прав, свобод и законных
интересов граждан.
1 Боер В. М., Глущенко П. П., Сербин М. В. Правозащитная деятельность: современная теория и практика защиты прав, свобод и законных интересов граждан:
УМП. М.: Юрист, 2014. С. 53–59.
2 Административное право Российской Федерации: учеб. / А. П. Алехин, А. А.
Кармолицкий, Ю. М. Козлов. М.: Зерцало, Текс, 1996. С. 254; Административное
право: 2-е изд. / под общ. ред. П. П. Глущенко. СПб.: Питер, 2011. С. 137–160.
3 Алехин А. П., Кармолицкий А. А., Козлов Ю. М. Указ. соч. С. 264.
4 Административное право (общая часть). СПб., 2000. С. 137–138.
5 Проблемы теории административного права: сравнительно-правовое исследование. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2002. С. 142–144.
6 Административное право / С. А. Григорян, Н. В. Бровко, Ю. А. Соколова. М.:
ИКЦ «МарТ»; Ростов н/Д, 2002. С. 120–121.
7 Административное право / под общ. рук. П. П. Глущенко. СПб.: Питер, 2011.
С. 143–147.
8 Подробнее см.: Глущенко П. П. Методика проведения административного расследования. СПб.: СПбАУЭ, 2007. С. 45.
9 См.: Главы 5–8, 10, 12, 14, 16–21 КоАП РФ.
56
10 ТК РФ. Ст. 54, 86, 234–237, 415–417; КоАП РФ, ст. 2.4, 2.6, 5.27–5.34, 5.42.
11 Федеральный Закон «О государственной гражданской службе Российской Фе-
дерации».
12 Подробнее см.: Рисдал Р. Проблемы защиты прав человека в объединенной
Европе // Защита прав человека в современном мире. М., 1993. С. 120–123; Мейер
Я. Европейская Конвенция прав человека // Права человека в истории человечества
в современном мире. М., 1993. С. 138–149; Туманов В. А. Материалы о рассмотрении
дел в Европейском суде // Государство и право. 1993. № 4. С. 54–57.
БОЕР А. А.
заведующая кафедрой гражданского права,
кандидат юридических наук, доцент
РОЛЬ И МЕСТО ИНСТИТУТА ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ В СФЕРЕ РАЗРЕШЕНИЯ
МОРАЛЬНО-ПРАВОВЫХ КОНФЛИКТОВ
Социально-политические и экономические
преобразования российского общества и государства, происходящие в последние десятилетия, вызвали необходимость коренных преобразований всех социальных институтов.
Эти изменения особенно остро отразились на таких важных социальных явлениях, как мораль и право, их место и роль в решении проблем обеспечения реализации и защиты конституционных
прав, свобод и законных интересов граждан, уяснении важности
своевременного получения юридической помощи, гарантированной
ст. 48 Конституции Российской Федерации1.
Противоречия в сфере морально-правовых отношений всегда
обостряются в периоды социально-политических кризисов, когда
происходит изменение общественных отношений, требующее перестройки правовой базы, которая не может смениться сразу, одномоментно. В тоже время сопутствующая кризису деидеологизация общества влечет за собой размывание нравственных принципов и традиций, образование морального вакуума, оказывая негативное воздействие на систему нравственных ценностей, как общественную,
так и личную, требует эффективности от института юридической
помощи не только населению, но и должностным лицам органов государственной и местной власти.
Так, например, процесс «перестройки», имевший целью демократизацию нашего общества, вызвал необходимость смены государственного строя, изменения законодательства и, прежде всего,
Основного закона страны, Конституции. Существовавшая в советский период система нравственных ценностей частично перестала
57
соответствовать объективной реальности, потребовав появления
новых, однако ничего существенного не предложив взамен.
Социальная напряженность, вызванная конфликтными ситуациями, существенно повысила вероятность возникновения противоправного и аморального поведения. Исследуя противоправное поведение, Кудрявцев В. Н. писал: «…структура и динамика правонарушений испытывают существенные изменения в зависимости от изменений, происходящих в социальной жизни людей»2. Действительно,
неожиданное или быстрое изменение социальной, экономической и
политической обстановки вызывает у людей острую неудовлетворенность условиями жизни, провоцирует антиобщественное поведение,
увеличивает количество и масштаб социальных конфликтов.
Морально-правовая конфликтная ситуация как социально-психологический процесс проходит, по нашему мнению, три стадии
развития: предконфликтный период, когда возникает объективное
противоречие в сфере морально-правовых отношений; собственно
конфликт, то есть высшая стадия развития противоречия, на которой происходят осознание и оценка субъектами существующего
противостояния и осуществляется конфликтное взаимодействие;
завершение конфликтной ситуации, заключающееся в удовлетворении интересов одной или обеих сторон.
Однако в условиях социальной нестабильности устранение противоречий затрудняется или становится невозможным без качественного изменения правовой и социальной систем. В этом случае наступает «тупиковая» стадия развертывания и конфликт перерастает в социальный кризис. В той или иной степени, социальный кризис проявляется во всех областях общественной жизни.
Предельное обострение глубоких, разрушительных противоречий
в сфере действия морали и права можно определить как моральноправовой кризис.
Объективными признаками морально-правового кризиса общества являются, по нашему мнению, следующие обстоятельства: нарушение стабильности социальной системы, требующее качественного изменения всех ее элементов, в том числе общественных отношений; недооценка выработки новых, обоснованных правовых
норм; отсутствие обеспечения функционирования нравственных и
правовых ценностных ориентаций; снижение эффективности права
и морали, обеспечивающих социальную стабильность и управляемость индивидуального поведения.
Субъективным признаком морально-правового кризиса является осознание личностью и социальной группой существующей
58
морально-правовой ситуации как критической, требующей немедленного разрешения. Понимание несоответствия между должным
и сущим, между реальным положением дел и существующими
нормами, между целями деятельности и ее результатами, неблагоприятно отражается на общественном и индивидуальном сознании, вызывает состояние обеспокоенности, социальной неудовлетворенности, критичности. При этом нестабильность социальной
системы усугубляет изменения сознания и может привести к деформации его отдельных элементов, прежде всего правосознания,
морали, системы ценностных ориентаций. Подтверждением указанному служит современная ситуация, когда народ нищает, а отдельные категории граждан мучается в поисках куда потратить
награбленное, когда простых смертных гноят в тюрьмах, а Васильевы, Сердюковы, отдельные губернаторы и прочие грабят государство и издеваются над нашим правосудием и правопорядком,
требует сохранности сведений о наличии у них яхт, летательных
аппаратов.
Кризисная ситуация требует от личности и общества немедленного принятия решений. Существующие в системе морально-правовых отношений противоречия и искаженное сознание создают условия для принятия ненормативных решений, которые могут иметь
как положительный, так и отрицательный антиобщественный характер. Во втором случае принятие ненормативного решения обусловлено неадекватной оценкой личностью фактических обстоятельств, неэффективностью нормативных предписаний, искажением ценностных ориентаций личности, эмоциональным напряжением . Названные условия характерны для состояния моральноправового кризиса. Следовательно, попытка разрешения кризиса
ненормативным путем может вызвать дальнейшую эскалацию конфликта, что естественно требует их предупреждения, своевременной информации об обязательности правомерного воздействия
к сторонам обусловившим его возникновение либо своевременно не
принявших должных, эффективных мер.
Морально-правовой кризис оказывает негативное влияние на общественное и индивидуальное сознание, способствует деформации
поведения личности, приводящей к совершению противоправных
и аморальных поступков, обострению социальных конфликтов.
С другой стороны, осознание невозможности преодоления конфликта может повлечь за собой поиск новых подходов к разрешению сложившейся коллизии, например переосмысление собственных интересов, изменение приоритетов.
59
Современная социология определяет конфликт как столкновение сторон, мнений, сил; предельно обостренные противоречия
в системе отношений людей, социальных групп, социальных институтов, общества в целом, связанные с острыми эмоциональными
переживаниями. В зависимости от сферы проявления социальные
конфликты можно разделить на политические, межнациональные,
семейные, юридические (правовые), нравственные (моральные) конфликты. Данное деление условно, так как зачастую конфликты носят смешанный характер, затрагивая одновременно несколько сфер
общественных отношений, например, политическую и правовую,
семейную и нравственную.
При исследовании правового аспекта социального конфликта
следует более подробно рассмотреть конфликтные отношения между людьми и группами людей в сфере морального и правового регулирования, то есть помнить о том, что это есть смешанный конфликт в системе морально-правовых отношений, внутриличностные противоречия, возникшие порожденные между личными интересами и требованиями права и официальной морали, исходящими
извне, а также противоречия между такими важными социальными институтами, как мораль и право.
Копейкина Л. А. утверждает, что почти каждый конфликт можно назвать юридическим, исходя из возможности его предупреждения, прекращения или разрешения правовыми способами, то есть
с помощью юридических норм и институтов3, с чем естественно
в целом согласиться нельзя. Однако это мнение нам представляется
не совсем верным, обоснованным, ибо сфера действия морали значительно шире, чем сфера действия права, она распространяется
на всю или почти на всю область жизнедеятельности человека. Поэтому любой юридический конфликт, находящийся в сфере пересечения моральных и правовых регуляторов, по способу разрешения
можно определить и как нравственный, и как правовой. Универсальный характер норм нравственности почти всегда дает возможность разрешения конфликта путем морального воздействия. Так,
разрешить трудовой, семейный, бытовой, и даже криминальный
конфликт (на ранней стадии) можно, используя общественное мнение и общественное воздействие, моральные традиции, нравственный опыт, которые позволят конфликтующим сторонам найти общий язык и достичь компромисса4. С другой стороны, право, обладая государственной обеспеченностью, располагает такими инструментами воздействия, которые позволяют добиться требуемого поведения там, где нормы морали бессильны, но для этого необходимо
60
уметь убеждать, показывать состоятельность и значимость правовых норм. Однако эффективность права обеспечивает не только государственное принуждение, но и его моральная направленность.
Достижение наиболее справедливого разрешения конфликта возможно при комплексном использовании нравственных и правовых
приемов и способов. Следовательно, социальный конфликт, возникающий в области морально-правового регулирования, можно
определить как морально-правовой конфликт, для разрешения требующей подключения института юридической помощи, психологического воздействия на стороны его порадевшие либо способные его
спровоцировать.
Поэтому автор предлагает следующую дефиницию названного
вида социального конфликта: морально-правовой конфликт – высшая стадия развития противоречий между правом и моралью как
социальными институтами; между ценностными ориентациями
личности и общепризнанными нравственными и правовыми ценностями, вызывающая острые социальные столкновения.
В своем развитии морально-правовой конфликт, по нашему
убеждению проходит несколько стадий: начальная стадия, характеризующаяся наличием осознанного противоречия и действиями
одного субъекта, наносящими моральный и (или) иной вред другому субъекту; развернутая стадия заключается, прежде всего, в ответных действиях потерпевшего и последующем конфликтном взаимодействии, ведущем к эскалации или деэскалации конфликта,
в зависимости от характера действий субъектов; стадия разрешения, представляющая собой победу одной из сторон, поражение обеих сторон от третьей, примирение интересов сторон.
Противоречия между моральными убеждениями и правовыми
нормами, между различными системами морали (нравственными
нормами разных социальных групп, официальной и индивидуальной, гражданской и личной моралью и др.) часто приводят к негативным процессам в психике человека, к конфликту между человеком и обществом, влекущему за собой взаимную борьбу и ожесточение, и в конечном итоге вызывающему противоправное поведение,
которое может причинить вред самой личности, индивидуумам ее
окружающим и обществу в целом5. При этом в большинстве случаев
такое поведение причиняет моральный ущерб.
Формирование правового государства обусловливает особое внимание современного российского законодателя к охране прав и свобод человека6. Категория морального вреда была введена в законодательство с целью повышения эффективности защиты личности,
61
но простого закрепления в законе возможности имущественного
возмещения нематериального ущерба недостаточно для устранения
его общественной опасности. Необходимо разобраться в причинах
этого явления, определить условия, способствующие возникновению таких отношений, а также отыскать способы устранения негативных последствий морального вреда.
Юридически обеспеченная возможность материальной компенсации7 за причиненный нематериальный вред лишь частично нейтрализует его последствия, так как вызванные правонарушением
психические переживания не могут исчезнуть сразу после получения определенной денежной суммы. Воспоминания о произошедшем будут приносить потерпевшему новые переживания, возможно
не такие сильные, но также причиняющие душевный дискомфорт.
Аналогичные последствия вызывают и страдания, затрагивающие
физиологическую сферу человека. Вряд ли полученные физические
травмы или болезни исчезнут без следа после получения материальной компенсации. Следовательно, необходимо найти и другие способы защиты личности от подобных посягательств. Подробное исследование обстоятельств, способствующих деформации правового и нравственного поведения, позволило бы разработать и принять
комплекс мер правового и социального характера по охране психологической и физиологической сферы личности, а также по предупреждению указанного вида правонарушений.
Моральный вред является результатом межличностных, личностно-групповых и межгрупповых социальных конфликтов, которые возникают в период морально-правового кризиса, являющегося наиболее острым проявлением морально-правового конфликта. Следовательно, предотвращение причинения морального вреда,
как и любого противоправного поведения, возможно, прежде всего,
путем устранения морально-правового конфликта.
Рассмотрим противоречия, которые способны породить морально-правовой конфликт. Общепризнан тот факт, что для обеспечения
адекватного поведения личности в обществе необходима определенная гармония между нормами права и морали. При этом следует
иметь в виду поведение не только потенциального правонарушителя, но и потенциального потерпевшего.
Как справедливо отмечал Ильин И.А., «соотношение между
правом и моралью может быть правильное и неправильное». «Неправильный»8 баланс права и нравственности наиболее ярко проявляется в тех морально-правовых коллизиях, которые порождают
дисгармонию личности и вызывают девиантное поведение. Сильное
62
негативное воздействие на поведение личности оказывает несоответствие моральных критериев оценки объективных фактов социальной действительности правовым критериям. «Нечто вполне позволительное с точки зрения права может быть чем-то таким, что
моралью запрещается» и, наоборот, то, что запрещено законом, –
мораль разрешает. Подобные противоречия искажают правовое и
нравственное сознание личности, деформируя систему ценностей,
ориентаций и установок.
Различия в оценках поведения личности снижают воспитательное значение права и морали, размывают границы дозволенного,
лишают социальную структуру общества устойчивости и стабильности. Игнорируя правовые и моральные нормы под предлогом их
противоречия друг другу, человек перестает быть связанным какими бы то ни было правилами, ориентируясь в своем поведении только на личный интерес, превращает собственную социальную свободу в абсолютную свободу от общества. В подобных условиях неудивительно увеличение количества конфликтов между индивидуумами, основанных на преобладании чувств и эмоций над правовыми и
моральными запретами.
Возможность контроля личности над собой, своими эмоциями,
чувствами и поступками находится в прямой зависимости от уровня правосознания личности, от получения квалифицированной
юридической помощи. Основой формирования правосознания индивидуума является «правильное» соотношение права и морали.
Данная область сознания личности всегда носит положительный
характер. Именно правосознание стоит «всего ближе к поступку,
... предотвращает противоправное поведение»9. В настоящее время
наше общество переживает очевидный кризис правосознания, которое уже не может в полной мере поддерживать правопорядок, а
вместе с ним и современную культуру10. Подобная ситуация не нова
для человечества, аналогичные процессы происходили и в Древнем
Риме, и в России конца Х1Х – начала ХХ века.
Искажение правосознания всегда изменяло отношение человека к человеку, приводило к появлению социального безразличия,
нравственной беспринципности. Современная российская действительность – яркое тому доказательство. Немалую часть, дел рассматриваемых в настоящее время судам, составляют иски о компенсации морального вреда, причиненного нарушением прав потребителей, нанесением вреда здоровью, распространением порочащих сведений. Массовый характер приобретают требования о возмещении
морального вреда в сфере трудовых отношений. Периодически ор63
ганизуются забастовки и голодовки шахтеров и учителей, врачей и
авиадиспетчеров, вызванные невыплатой заработной платы по вине
руководителей и чиновников. Несомненно, участникам этих акций
причинен моральный вред, так как они испытывают нравственные
страдания в связи с отсутствием средств к существованию, а вынужденные голодовки вызывают и физические страдания. Слабая
правовая база, низкий уровень правосознания, отсутствие правовой культуры и верховенство собственных интересов определяют
стиль и методы управления современной бюрократии. Защищая
свои ведомственные интересы, чиновники провоцируют конфликты и взаимное недоверие между различными группами населения.
Безнравственными и циничными представляются заявления высокопоставленных должностных лиц о том, что несвоевременная выплата заработной платы одной категории граждан связана с повышением оплаты труда другой категории.
В свою очередь, деформация правосознания отрицательно воздействует на развитие права. «В указанных условиях право не могло и не
может совершенствоваться до тех пор, пока правосознание и субъект
права не достигнут нормальной, истинно-духовной жизни, порождающей нормальную здоровую деятельность»11. Следовательно, деградация правосознания не только оказывает негативное воздействие на
развитие человеческих отношений, вызывая многочисленные конфликты, но может повлечь кризис правовой системы в целом.
Формирование правосознания индивидуума зависит от многих
факторов (воспитания, образования, социально-правовых установок, конкретных жизненных обстоятельств, степени воздействия
общественного правосознания), в том числе, как верно утверждает Баранов П. П., состояние правосознания предопределяется и состоянием нравственного здоровья личности12, а в свое время Ильин
И. А. называл первоосновой правового сознания духовную зрелость
личности, «…пренебрежение которой таит в себе возмездие»13.
Низкий уровень нравственности является одной из причин деформации правосознания личности и, как следствие, ведет к совершению антиобщественных поступков. В то время как внутренняя
духовная направленность человека на право оказывает существенное положительное влияние на его поведение, приводя в равновесие
личностную систему ценностей. Совпадение нравственных принципов личности и требований права значительно облегчает процесс
преобразования правовых норм во внутренние стимулы. Таким образом, даже относительная гармония между правом и моралью в сознании индивидуума обеспечивает правомерность его поведения.
64
Социальный кризис вызывает в сознании индивида состояние
аномии, то есть такое состояние, при котором возникает ценностно-нормативный вакуум, воздействие норм на индивидов не эффективно. Такое состояние, несомненно, является основой девиантного
поведения. Нормы права зачастую перестают соответствовать интересам граждан, что вызывает их отчуждение на эмоциональном,
психологическом уровне. Их место занимают эмоции, чувства и
собственные потребности. Преобладание нравственных и правовых
установок, основанных на собственных чувствах и потребностях,
над социальными нормами вызывает противостояние между ними
личностной моралью
Чувства и эмоции являются реакцией личности на окружающий
ее мир и других людей и играют большую роль в удовлетворении
человеческих потребностей. Последние, в свою очередь, побуждают
человека к целенаправленным действиям, вызывают стремление
к преобразованию действительности, зачастую предполагающему
вторжение в сферу жизнедеятельности другой личности. Особое
значение системе потребностей придает ее способность определять
образ жизни и деятельности личности. При этом не следует забывать о том, что личные потребности и интересы являются немаловажным фактором, влияющим на сознание человека, на его поведение. Потребности лежат в основе любого поступка и правомерного, и неправомерного. Дисгармония в соотношении отдельных видов потребностей или их деформация вызывает конфликт личности
с законом и окружающими людьми и поэтому реализация искаженных потребностей всегда тесно связана с проступком.
Формирование системы потребностей во многом зависит от социальных условий жизнедеятельности личности. В этом смысле морально-правовой кризис общества оказывает на нее самое негативное влияние. Характерные для состояния морально-правового кризиса противоречия между личными интересами и правилами поведения, заключенными в юридических нормах, и отсутствие четких
нравственных установок делают формальной нормативность правовых и моральных запретов. Как следствие, в обществе формируется правовой и моральный нигилизм, выражающийся в негативном
отношении к праву и нравственности, в превосходстве личного интереса над другими факторами детерминации поведения, в отрицании действенности норм права и морали. Приоритет собственных
деформированных интересов личности вызывает несовпадение индивидуальных моральных и правовых установок с юридическими
нормами и нормами общественной нравственности. Этот процесс
65
также может привести к антисоциальному противоправному поведению, продиктованному деструктивными отклонениями в развитии личности, являющимися одним из последствий деформации
сознания. Кроме того, столкновение интересов двух или более индивидов, по определению, влечет за собой возникновение конфликтной ситуации между ними.
В периоды социальной и политической нестабильности, когда
юридические нормы перестают отвечать требованиям действительности, а нравственные принципы не имеют четких контуров, личный интерес, как фактор, обусловливающий морально-правовое поведение человека, выдвигается на первый план. Возникающее противоречие между действующим правом, официальной моралью и
личностной системой ценностей порождает нравственно-правовой
конфликт личности с окружающей средой, следствием которого может стать антисоциальное, противоправное поведение, в том числе, в сфере морально-правовых отношений, подтверждением тому
факты, свидетельствующие о том, что занимаемые посты, наличие
денежных мешков решают вопросы освобождения от ответственности, невозбуждение либо прекращение уголовных дел.
Психологическая и социальная незащищенность индивидуума
в условиях морально-правового кризиса и длящейся нестабильности приводит к росту количества потерпевших и увеличению размера причиняемого морального вреда. Социальная адаптация личности в этих обстоятельствах происходит с опозданием по отношению к изменяющимся условиям существования, вызывая стрессовые ситуации и отчуждение человека от общества, которые, в свою
очередь, ведут к неадекватному восприятию и оценке субъектом
других людей и самого себя. В условиях социального стресса нравственные переживания, возникающие при правонарушении, усугубляются и могут повлечь вредные изменения не только в психологической, но и в физиологической сфере человека. Так, например,
согласно Федеральному закону « О защите прав потребителей» от
7 февраля 1992 г. подлежит возмещению моральный вред, причиненный потребителю вследствие неисполнения жилищной организацией своих обязанностей перед гражданином14. В действительности реакция нормального человека на бездействие сантехника
или электромонтера может быть довольно спокойной и не повлечь
сильных психических переживаний. Однако, находясь в состоянии
стресса, вызванного морально-правовым конфликтом, человек реагирует на правонарушение более остро и болезненно, что отражается на его здоровье, вызывает не только нравственные, но и физиче66
ские страдания, то есть причиняет больший моральный вред. Также и характерные для настоящего времени невыплаты и задержки
пенсий и социальных пособий, вызванные неправомерными действиями или аморальным бездействием органов государственного
управления, нарушают одновременно имущественные и личные неимущественные права гражданина. При этом отрицательные психические переживания возникают у пожилых, часто нездоровых
людей, что существенно повышает степень перенесенных ими физических и нравственных страданий.
Более того, характерное для состояния морально-правового конфликта недоверие к праву влечет за собой понижение общего уровня юридической грамотности, связанного с отсутствием у большей
части населения интереса к тому, что происходит в области права.
Как следствие, многие потерпевшие просто не в состоянии квалифицировать совершенные против них деяния как правонарушения
и не обращаются за помощью. В результате причиненный вред никак не компенсируется, что, несомненно, увеличивает степень страданий.
История человечества убедительно доказывает, что развитие любого общества связано с множеством социальных конфликтов. «Война – отец всего и царь всего», «В споре рождается истина». Эти изречения известны многим. Однако по своей роли в обществе конфликты могут быть и отрицательными, и положительными. Возникновение и существование конфликтов имеет не только негативные последствия. Наличие конфликта не всегда препятствует
общественному прогрессу. Напротив, в некоторых случаях, состояние борьбы стимулирует развитие общества.
О позитивных сторонах конфликта рассуждали уже древнегреческие философы: Гераклит (530–470 гг. до н. э.), Эпикур (340–270
гг. до н. э.), Платон (427–347 гг. до н. э.), Аристотель (384–322 гг. до
н. э.). Античные классики называли борьбу, конфликт основой существования. Гераклит считал, что столкновения между людьми
определяют место каждого человека в жизни – бог, господин или
раб. Именно в результате конфликта рождается справедливость.
По мнению Эпикура, постоянная борьба между людьми рано или
поздно вызовет желание мира. Платон рассматривал позитивный
конфликт внутри самого человека. Пути его преодоления он видел
в возможностях человеческого разума. Аристотель писал о государстве как о лучшей форме организации совместной жизни людей, образование которой, в числе других причин, было обусловлено необходимостью решения разнообразных конфликтов15.
67
Следующая волна интереса к проблеме конфликта возникла
в эпоху Возрождения. Однако известные гуманисты того периода Ф.
Бэкон, Т. Мор, Эразм Роттердамский, Ф.Рабле выступали с критикой войн и социальных столкновений. В Новое время высказывались противоречивые суждения о причинах конфликтов и способах
их преодоления. Но уже в начале XIX века наметился позитивный
подход к оценке социальных конфликтов. Борьба, столкновения и
конфликты представлялись неизбежными явлениями общественной жизни. Немецкий социолог Г. Зиммель ввел понятие концепции конфликта, согласно которой он является нормальной формой
общественной жизни, определяет характер, принципы и нормы организации социальных общностей, способствует образованию оптимальных связей внутри них.
Значительный вклад в исследование конфликта внесли сторонники социального дарвинизма. С их точки зрения общественная
жизнь представляет собой арену борьбы групп и индивидов за выживание, в которой успеха добиваются наиболее сильные и приспособленные. Социал-дарвинисты описали различные формы конфликта, выражающиеся, например, в столкновении унаследованных норм и новых правовых идей, они положили начало системному изучению норм социального поведения, внутригрупповых и
межгрупповых отношений.
На основе принципа борьбы за существование Г. Спенсер вывел
всеобщий и основополагающий закон конфликта. Согласно этому
закону состояние противоборства, во-первых, обеспечивает социальное равновесие, а во-вторых, способствует повышению общего
уровня развития общества.
Социально-философская теория исторического материализма,
разработанная К. Марксом и Ф. Энгельсом, рассматривает экономические и политические противоречия, классовую борьбу как
движущую силу общественного развития. Согласно данной теории
его закономерным этапом является коммунизм, при котором «все
источники общественного богатства польются полным потоком».
«Марксистская концепция классов и классовой борьбы (с некоторыми существенными оговорками) и теперь вполне может служить основой для определения истоков и сущности крупных социальных
конфликтов»16.
Теории конфликта, созданные в период Нового времени, отразили следующие основные идеи: конфликт является нормальным социальным явлением, он выполняет ряд позитивных функций в процессе развития общества, имеется взаимосвязь между конфликт68
ным состоянием и типом социальной структуры, существует зависимость между экономическими, политическими, духовными изменениями в жизни общества и конфликтными ситуациями.
Являясь формой социального взаимодействия, конфликт, на
определенной стадии своего развития, может не только не нарушить
социальную стабильность, но сохранить и восстановить интеграцию системы, ее сопротивляемость и приспособляемость к изменяющимся условиям. Так, морально-правовой конфликт часто является следствием несовершенства существующей правовой базы. Например, п. 4 ст. 5 Конституции РФ говорит о равноправии всех субъектов Российской Федерации во взаимоотношениях с федеральным
центром. Неточность формулировки правовой нормы позволила некоторым субъектам Российской Федерации выйти на международную арену, заключив договоры с центром. Фактически такое положение нарушило международные правовые нормы, согласно которым субъектом международно-правовых отношений выступает федеральное государство, а не его части. В то же время, с нравственной
точки зрения, поведение субъектов Российской Федерации вполне
оправданно, так как самостоятельная экономическая деятельность
на международном уровне улучшила бы социальное и материальное положение граждан, проживающих на их территории. Итак,
возник очевидный морально-правовой конфликт между нравственными и правовыми нормами, вызванный несовершенством правовой базы. Однако в данном случае разрешить противоречие удалось.
Новый закон об экономических и международных связях субъектов
Российской Федерации разрешил заключение не договоров, а соглашений с такими же частями федеральных государств. И, что самое
главное, именно возникший морально-правовой конфликт вызвал
позитивную реакцию, способствовав совершенствованию законодательства. Таким образом, позитивные стороны конфликта позволяют говорить о возможности его использования на благо общества.
Управление уже существующим конфликтом может направить
его в русло общественных интересов, при этом управляющее воздействие должно носить системный, социально-правовой характер.
Однако управленческое воздействие на конфликтный процесс нередко запаздывает и оказывается недостаточно эффективным. Происходит это потому, что управляющим субъектом не учитываются
стадии развития конфликта и решение начинает вырабатываться
лишь тогда, когда конфликт подошел к границе, за которой уже не
поддается контролю и регулированию. Кроме того, при проработке способов и средств целенаправленного разрешения конфликтов
69
предпочтение часто отдается силовому воздействию властных органов, а не постепенно достигаемому компромиссу или консенсусу.
Управление социальной ситуацией, в том числе и конфликтной,
содержит несколько взаимосвязанных и взаимодействующих элементов: диагностика, прогнозирование, планирование, социальный контроль, надзор, воспитание и т. п. Особую роль в процессе
научного управления конфликтом играют методы диагностики и
прогнозирования. Теоретико-познавательная и практическая ценность названных методов заключается в установлении предмета и
условий возникновения конфликта, в предоставлении информации
о влиянии различных факторов на морально-правовые явления, о
потребностях общества в правовых и нравственных феноменах, возможностях их функционирования.
В широком смысле слова, субъектом управления является общество, и как единое целое, и как совокупность индивидов. В узком
смысле, субъектами управления являются специализированные
государственные и общественные органы и службы, особенно в случаях, связанных с чрезвычайным положением17.
В большинстве случаев полного и окончательного прекращения
конфликта достичь очень трудно, даже при принудительном его
решении. Разрешение одних противоречий неизбежно порождает
другие, связанные с первыми. Поэтому снятие остроты ситуации,
достижение хотя бы временного компромисса, установление предмета конфликта, устранение причин и условий его возникновения
могут стать положительным результатом процесса управления.
Итак, совершенно очевидно, что состояние морально-правового
конфликта и морально-правового кризиса как острейшей формы его
проявления, в котором сегодня находится наше государство и общество, способствует совершению разнообразных правонарушений,
в то числе, причиняющих моральный вред, и создает условия, при
которых последствия указанных действий носят наиболее тяжелый
характер. Однако социальная установка на научное управление существующим конфликтом может сделать реальным его урегулирование в интересах всего общества или его отдельных субъектов.
Результаты проведенного исследования позволяют утверждать о
том, что морально-правовой конфликт является особым правовым
институтом, ибо отвечает 5 признакам, наличие которых позволяет
определенную совокупность правопредписаний признавать правовым институтом.
Морально-правовой конфликт имеет следующие 5 признаков:
специальные субъекты (фактически все государство); особый объ70
ект (все что имеется в государстве); особое правоотношение, а именно морально-правовое; особую правовую базу (все национальное
законодательство, международные договоры государства и общепризнанные принципы и нормы международного права; механизм
правового регулирования разрешения, предупреждения и локализации морально-правового конфликта.
Проведенное исследование позволяет утверждать, что своевременная, обоснованная, объективная, квалифицированная юридическая помощь позволяет не только разрешить любой моральноправовой конфликт, но и это главное, предупредить, локализовать.
Согласно ст. 48 Конституции Российской Федерации государство гарантирует право каждому гражданину на получение квалифицированной юридической помощи, а ст. 26 Федерального закона № 63–
ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» предусмотрено оказание юридической помощи бесплатно.
В тоже время следует констатировать, что очень часто морально-правовые конфликты возникают на почве незнания предписаний законов и подзаконных актов, отсутствие желания заглянуть
в них, своевременно обратиться за оказанием юридической помощи, то есть в силу низкого уровня правовой культуры и, не только
у граждан но и у должных лиц, обязанных предупреждать возникновение любых конфликтов в сфере их полномочий.
1 Теория государства и права: курс лекций. 3-е изд. / под ред. Н. И. Матузова, А.
В. Малько. М.: Норма: ИНФРА-М, 2015. С. 347–359; Боер В. М., Глущенко П. П., Сербин М. В. Правозащитная деятельность: современная теория и практика защиты
прав, свобод и законных интересов граждан: УМП. М.: Юрист, 2014. С. 9–30; Конституция Российской Федерации. М., 2015. Ст. 48.
2 Подробнее см.: Кудрявцев В. Н. Право и поведение. М.: Наука, 1978; Он же.
Правовое поведение: норма и патология. М.: Наука, 1992.
3 Копейкина Л. А. Криминальный конфликт (теоретико-правовой аспект): дисс.
… канд. юрид. наук. СПб., 1999; Матузов Н. И. Способы разрешения юридических
коллизий / Теория государства и права. М.: Норма: Инфра-М, 2013. С. 492–496.
4 Боер В. М., Глущенко П. П. Правовая регламентация правозащитной деятельности в сфере трудовых правоотношений: теория и практика, проблемы: монография. СПб.: ГУАП, 2015. С. 64–89.
5 Матузов Н. И. Указ. соч. С. 347–350.
6 Глущенко П. П., Сапун В. А. Правовая политика правового государства – основа и показатель содержания правовой жизни // Ученые записки СПбУУиЭ. 2011.
№ 51. С. 11–21.
7 Подробнее см.: Боер А. А. Компенсация морального вреда в механизме защиты конституционных прав личности // Межвузовская научно-практическая конференция, посвященная научной сессии ГУАП, 8–9 апреля 2015 г. СПб.: ГУАП, 2015.
С. 78–80.
8 Ильин И. А. Порядок и беспорядок? М., 1917.
9 Подробнее: Кулапов В. Л. Юридически значимое поведение // Теория государства и права. М.: Норма: Инфра-М, 2013. С. 566–572.
10 Подробнее см.: Боер В. М., Глущенко П. П. Правовая культура – понятие, содержание, проблемы повышения // Закон. Право. Государство. 2014. № 3 С. 5–11;
71
Лазарев В. В., Драпеко Е. Г. Правовая культура правового государства: теория,
практика, проблемы повышения уровня значимости // Закон. Право. Государство.
2014. № 3. С. 12–21.
11 Подробнее см.: Воротников А. А. Правовое сознание // Теория государства и
права / под ред. Н. И. Матузова, А. В. Малько. М.: Норма: Инфра-М, 2013. С. 212–
222.
12 Баранов П. П. Правосознание и правовое воспитание. Общая теория права:
курс лекций. Н.Новгород, 1993.
13 Ильин И. А. Указ. соч.
14 Защита прав потребителей с образцами заявлений. М.: Экспо, 2013. Ст. 15–17.
15 Подробнее см.: Котляревский С. А. Власть и право. Проблемы правового государства. СПб.: Лань, 2001; Философия для аспирантов / под ред. И. И. Кального.
СПб.: Лань, 2001; Материалисты Древней Греции. М.: Мысль, 1955. С. 39–55.
16 Подробнее см.: Маркс К., Энгельс Ф. Из ранних произведений. М.: Политиздат, 1956; Они же. Сочинение. 2-е изд. Т. 22. М.: Политиздат, 1962.
17 Подробнее см.: Красняков С. Н., Боер А. А. Роль правовой политики в формировании полномочий органов государственной власти по обеспечению реализации и
защиты прав и свобод граждан в зоне чрезвычайного положения // Правовая политика. Правовое государство. Правовая жизнь: теория и практика, история и современность: матер. межвуз. науч.-практ. конф., посвящ. Науч. сессии ГУАП 8–9 апреля 2015 г. СПб.: ГУАП, 2015. С. 183–205.
ЛОЙТ Х. Х.
заведующий кафедрой государственного права,
доктор юридических наук, профессор, заслуженный
работник Высшей школы РФ
МЕСТО И РОЛЬ ПРАВОВОЙ
ПОЛИТИКИ
В ФУНКЦИОНИРОВАНИИ
ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА
Определение сущности, содержания, роли, места и особенностей
правовой политики в функционировании правового государства
имеет первостепенное значение для выработки правильного восприятия его функций, в силу чего оно занимает видное место в юридической науке в целом, в теории государства и права, конституционном праве и административном праве, в частности. Этой проблеме
посвящены работы специалистов многих отраслей права. Причем
интерес к правовому положению его органов государственной власти, как и вообще к теории функционирования особенно правового
государства, постоянно возрастает, руководствуясь стремлением исследовать его характер, сделать соответствующие выводы, заключения, предпочтения. Новый и значительный импульс к исследованию сущности и содержания функций органов государственной
власти правового государства порожден Конституцией Российской
Федерации и появившимися на ее основе теоретическими и прикладными исследованиями1.
72
В содержание, отдельные положения теории правового государства, правового статуса органов государства и, в частности, в определение и их классификацию, Конституция Российской Федерации
внесла новый и существенный вклад: во-первых, в п. 2 статьи 3 Конституции РФ устанавливается, что народ осуществляет свою власть
непосредственно, а также через органы государственной власти и
органы местного самоуправления; во-вторых, закрепляя принцип
разделения властей, Конституция Российской Федерации провозгласила в соответствии с указанным принципом деление органов
государственной власти на органы законодательной, исполнительной и судебной власти (статья 10). Кроме того, Конституция Российской Федерации провозгласила и гарантировала местное самоуправление и статус органов местного самоуправления (статьи 12,
130–133). Думается что у докторов юридических наук Булатова Р.
Б. и Глущенко П. П. имеются основания утверждать, что местное
самоуправление в правовом государстве достойно преобразования
в местную, муниципальную власть.
Конституция Российской Федерации включила в понятие «органы государственной власти» не только органы законодательной власти, как было по предыдущим конституциям, но и органы исполнительной власти, органы судебной власти, исключив из формулы
«система органов государственной власти» только органы местного самоуправления (статья 12), что у некоторых ученных вызывает
противоречивые суждения. Данные видоизменения оказывают существенное влияние на характер и понятие самого органа государства, его теоретическое осмысливание, правовой статус, функции.
Тем не менее, до сих пор так и не выработаны критерии и основания, нет обоснованных теоретических и практических оснований, которые считались бы общепризнанными для характеристики и определения правового государства, правового статуса органа
государственной власти. Отдельные авторы в учебниках административного права вообще не формулируют понятия, назначения,
например органа исполнительной власти, ограничиваясь лишь утверждением о том, что орган исполнительной власти – всегда орган
государственного управления, в то время как, по нашему мнению
не каждый орган государственного управления является органом
исполнительной власти2.
Своеобразное определение государственного органа дает Бахрах
Д. Н. По его мнению, «государственный (муниципальный) орган –
это организованный коллектив, образующий самостоятельную
часть государственного аппарата (аппарата местного самоуправле73
ния), наделенную собственной компетенцией, выполняющую публичные функции, структура и деятельность которых регламентированы правом»3.
В литературе высказываются и другие точки зрения: «Орган исполнительной власти представляет собой такую организацию, которая, являясь частью государственного аппарата, имеет компетенцию, структуру, территориальный масштаб деятельности, образуется в порядке, установленном законом или другим нормативным
правовым актом, пользуется определенным методом в работе, наделен правом выступать по поручению государства и призван в порядке исполнительной и распорядительной деятельности осуществлять повседневное руководство хозяйственным, социально-культурным строительством, заниматься межотраслевым управлением»4. В этом довольно развернутом определении названы некоторые
из элементов, которые могут быть отнесены к общей характеристике правового статуса органа государства.
Новая формулировка более или менее, как нам представляется
адекватной дефиниции органа государства (государственного органа) должна даваться с учетом того, что соответствующая проблема
исследовалась Козловым Ю. М., Лазаревым Б. М., Василенковым В.
Т., Тихомировым Ю. А., Габричидзе Б. Н. и другими. Некоторые из
перечисленных авторов посвятили целые книги или фундаментальные статьи проблематике теории органов государства.
Так, Тихомиров Ю. А. полагает, что понятие «государственный
институт» может быть одним из ключевых для государствоведения в целом. Это относительно самостоятельный структурный элемент государственной организации, оформленный в организационно-правовом отношении и предназначенный для решения определенных государственных задач. При этом он выделяет три типа
государственных институтов, в частности организационно – функциональных, главной разновидностью которых являются государственные органы.
Не касаясь вопроса о приемлемости предлагаемой Тихомировым Ю. А. классификации государственных институтов, надо признать плодотворными его выводы о том, что эти институты
охватывают не только органы государства, но и все составные части государственной организации, то есть правового государства,
законодательной регламентации государственных институтов,
в частности, закрепления главных элементов того или иного института: его природы, цели, порядка создания и функционирования и другие. Важно также его положение об установлении с по74
мощью закона ряда основных элементов статуса государственных
органов (характеристика системы органов, порядка формирования, основных задач и направлений деятельности, форм взаимоотношений с иными звеньями государственного аппарата), роли и
места правовой политики5.
В свое время было высказано мнение, что конституционно-правовой статус, а именно он в первую очередь регулирует государственные институты, в том числе органы государства становится все более содержательным и динамичным, ибо он покоится, совершенствуется на основе правовой политики государства. Он включает
в себя по нашему мнению: 1) политическую и государственно-правовую характеристику основных органов государства; 2) содержание
особенности правовой политики государства; 3) определение места
различных видов органов власти в общегосударственной системе,
дифференциацию систем, подсистем и видов органов, а также их соотношение друг с другом; 4) основы взаимоотношений органов власти между собой; 5) закрепление важнейших принципов организации и деятельности правового государства и его органов власти; 6)
установление основ компетенции; 7) виды правовых актов, прежде
всего государства, его органов и их место в системе права.
В литературе также звучала мысль о том, что конституционные
основы системы органов государственного управления охватывают
все те нормы Конституции Российской Федерации, которые закрепляют: а) систему органов государственной власти и управления; б)
порядок их образования; в) их правовой статус, подотчетность и взаимоотношения с другими органами; г) компетенцию этих органов;
д) правовую основу их деятельности, наименование издаваемых
ими правовых актов и порядок отмены последних; е) обязательный
учет предписаний правовой политики.
В целом это было правильным выводом для своего времени, вместе с тем он и тогда требовал уточнений. Во-первых, правовой статус
охватывается конституционными нормами, частично. Существуют
такие нормы текущего законодательства, которые образуют в совокупности правовой статус органа, и главное упускалось содержание
значения во всем этом правовой политики, роли и места правового
государства, его особенностей. Далее, дело не только в наименовании правовых актов. Первостепенное значение имеет установление
видов правовых актов и их места в правовой системе, их соотношение с направленностью правовой политики. Наконец, Конституция
Российской Федерации определяет взаимоотношения органов государственного управления не только между представительными ор75
ганами, но и другими, например, между органами управления и органами прокуратуры6.
Исследуем соотношение конституционно-правового и просто правового статуса в начале правового государства, а затем его органов
государства. Как видно из изложенного, конституционно-правовым
статусом охватываются многие важнейшие, основополагающие элементы правового государства, его органов, но далеко не все. Содержание конституционно-правового статуса значительно шире, значимее просто правового статуса, выявление которого предполагает
ответы на вопросы: а) соответствует ли провозглашение правового
государства его фактическому функционированию; б) органом федеральной власти или органом власти субъекта Российской Федерации является данный орган; в) к какому виду относятся по основному содержанию своей деятельности: орган государственной власти,
судебные органы, орган прокуратуры; г) кто учреждает, образует,
формирует персонал; д) кому подчинен, подотчетен, подконтролен,
поднадзорен и перед кем ответствен, кто может отменять, приостанавливать, изменять и опротестовывать его акты; е) какова компетенция органа; ж) кто ему подчинен, подотчетен, подконтролен, чьи
акты он может отменять, приостанавливать, изменять, опротестовывать и так далее; з) какова юридическая сила актов самого правового государства, его органов, каковы официальные наименования этих актов; и) какими государственными символами он может
пользоваться; к) каковы источники финансирования; л) обладает
ли он правами юридического лица. (Примерно такой подход использовал Б. М. Лазарев) Иногда к числу элементов правового статуса
правового государства, его органов государственной власти относят
также его внутреннюю структуру, основные формы деятельности,
виды издаваемых правовых актов. Столь объемное понимание элементов правового статуса правового государства, государственных
органов в целом оправдано7, ибо оно согласуется с содержанием, направленностью правовой политики.
Таким образом, конституционно-правовой и просто правовой
статусы – близкие, родственные, но не идентичные понятия. Соотношение между конституционно-правовым статусом и правовым,
сравнимо с соотношением Конституции, как важного закона, с законодательством, развивающим и конкретизирующим конституционные нормы и положения. Конституция Российской Федерации
стабильна, а текущее законодательство меняется (политическая же
практика, в которой задействованы органы государства, может вообще выглядеть очень причудливо). Как видно из уже ранее сказан76
ного, в литературе высказаны различные мнения и взгляды относительно определения органа государства.
Ю. М. Козлов в свое время полагал, что орган государства представляет собой основную часть механизма государства, непосредственно и от имени государства осуществляющую его задачи и
функции посредством определенного вида государственной деятельности; в этих целях орган наделен государственно-властными
полномочиями8.
Свою, достаточно оригинальную трактовку сущности органа государства представил Б. М. Лазарев Некоторые высказанные им
соображения являются весьма полезными и будут применены при
характеристике и определении органа государственной власти.
Подход Б. М. Лазарева, в котором в начале своего анализа дается общая характеристика органов государственной власти как звеньев механизма всякого социального управления, сводится к тому, что орган может рассматриваться как одна из разновидностей
социального института, то есть учреждения (установления), призванного выполнять конкретные публичные функции, регулировать поведение, деятельность людей ради удовлетворения тех или
иных индивидуальных, групповых или общественных потребностей. Во всех социальных группах, где имеются хотя бы зачатки
организации, кто-то представляет ее интересы вовне, определяет
образ поведения членов группы, принимает решения от имени организации.
Макс Вебер отмечал присущее таким институтам наличие рациональных установлений и аппарата принуждения. Он подчеркивал,
что «насильственное введение определенного порядка может быть
осуществлено органами института, посредством их специфических
функций»10.
Согласно выводу Б. М. Лазарева, орган государства – это «прежде всего определенная государственная институция (установление). Орган учреждается государством, образуется в установленном
им порядке... выступает по уполномочию его вовне». Использование термина «институция» применительно ко всей системе государственной власти, к отдельным ее органам не должно носить абсолютного и безоговорочного характера. В этом случае необходимы
определенные рамки, пределы. Думается, что в принципе был прав
Б. М. Лазарев, подчеркивая этот момент. Выделим дополнительно
такой вывод: не каждое государственное установление и институт –
орган государства. Орган – особая, специфическая категория из
числа государственно-правовых институтов и понятий.
77
В правовом государстве имеется немало структурных частей,
подразделений государственных органов, которые условно также
могут быть названы государственными институциями (например,
отдел кадров, плановый отдел министерства – важные его функциональные подразделения), но это не значит, что они безоговорочно
относятся к органам именно правового государства.
В какой-то мере общепринятым является понятие органа государства, то есть не органа государственной власти. Среди специалистов преобладает мнение о принадлежности каждому органу государства ряда признаков. Это установленный государством (органом
государственной власти) порядок образования, компетенция, закрепленная в правовых нормах, строго соблюдаемый порядок деятельности (процедура), возможность принятия решений обязательных
для исполнения гражданами и должностными лицами, принуждение к исполнению принятых решений, бюджетное финансирование
и т. д.
Поэтому с учетом ранее высказанных соображений можно считать приемлемым следующий вариант понятия органа правового
государства: это составное и, в тоже время относительно обособленное подразделение государственного аппарата, которое участвует
в осуществлении задач и функций государства и действует от его
имени и по его поручению, имеет соответствующую компетенцию
и структуру, наделено установленным законодательством объемом
властных полномочий, применяет присущие ему формы и методы
деятельности.
Органами государственной власти для обеспечения выполнения
своих функций также могут создаваться государственные органы,
представляющие собой мощные звенья госаппарата и входящие
в механизм государства опосредовано. Например, Федеральным Собранием – Счетная палата РФ, Президентом РФ – его Администрация.
Механизм правового государства включает в себя и органы государственной власти – законодательной, исполнительной и судебной. Составной частью государственного механизма являются государственные институты, которые сложно включить в систему органов государственной власти. Это институт Президента Российской
Федерации, занимающий особое положение в государственном механизме. Кроме этого, звеньями, составляющими государственный
механизм, являются государственные учреждения, например, Российская академия наук, Государственный академический Большой
театр, Московский государственный университет и так далее. К го78
сударственному механизму имеют прямое отношение Центральный банк Российской Федерации, государственные унитарные (казенные) предприятия. Таким образом, государственный механизм
включает в себя различные составляющие (органы, институты, учреждения, предприятия), объединенные общим государственным
началом.
Что же должно относить собственно к государственному аппарату? На наш взгляд, органы государственной власти, институт Президента РФ, государственные органы, созданные как непосредственно государством, так и органами государственной власти. Виды государственной власти обладают рядом особенностей, что, конечно,
отражается на характере и определении органа государственной
власти. Рассмотрим признаки такого органа с учетом общих черт,
присущих законодательной, исполнительной и судебной власти, а
затем сформулируем его определение, чтобы в дальнейшем исследовать принципы организации и деятельности органов государственной власти на основе принципа – «разделения властей».
Таким образом, орган государственной власти – составная часть
механизма правового государства, действующего в сфере законодательной, исполнительной либо судебной власти, на основе содержания, направленности правовой политики, по поручению и осуществляющего свою деятельность от его имени, обладающего собственной
компетенцией, имеющего свою структуру, использующего присущие
ему формы и методы деятельности, применяющего правовые нормы
в пределах своей компетенции и издающего нормативные акты.
Вопрос о принципах построения и деятельности государственных органов – многоплановый, сложный, во многом дискуссионный.
Он, можно сказать, в немалой степени касается самой сущности соответствующих государственных органов: органов законодательной,
исполнительной и судебной власти. Специфика принципов и их реализации в особенности сложна и многогранна в процессе анализа
данной проблемы применительно к органам государственной власти,
сущность, статус, место и особенности которых мы исследуем.
Исходя из ч. 2 статьи 3 Конституции Российской Федерации,
гласящей, что народ осуществляет свою власть непосредственно,
а также через органы государственной власти и органы местного
самоуправления. Аккумулируя ранее высказанные соображения
(Г. В. Атаманчуком, К. С. Вельским, Б. М. Лазаревым, Ю. М, Козловым П. Т. Василенковым, Б. Н. Габричидзе, Д. Н. Бахрахом,
А. П. Алехиным, Ц. А. Ямпольской, Д. М. Овсянко, М. И. Пискотиным, В. Г. Вишняковым и другими авторами), попытаемся сгруп79
пировать и представить в целостном виде систему принципов организации (построения) и деятельности правового государства, его
органов государственной власти Российской Федерации. Речь идет
именно о самом правовом государстве и разных видах власти.
Итак, в систему принципов построения и деятельности органов государственной власти входят: 1) принцип федерализма; 2)
принцип иерархии, подчинения нижестоящих органов власти вышестоящим; 3) принцип профессионализма и компетентности; 4)
принцип законности; 5) принцип гласности; 6) принцип участия
граждан в формировании (избрании) органов законодательной и исполнительной власти. Приведенная классификация принципов несколько условна, но она позволяет по-новому взглянуть на данную
проблему в целом, на систему и специфику принципов, которые характерны именно для построения и деятельности органов государственной власти:
Принцип федерализма – это конституционное, объемное и глубокое начало, которое во многом обусловливает характер и специфику
всего организационно-правового строения современного российского государства в целом, а не только органов исполнительной власти.
«Элемент федерализма» закреплен в Конституции Российской Федерации применительно, например, к органам исполнительной власти непосредственно в ряде ее глав и статей. Например, в 4.1 статьи
1; статье 5; ч. 3 статьи 11; статьях 65–70 гл. 3; пп. «г», «е», «т» статьи
71; статье 72; ч. 2 статьи 77; ч. 4 статьи 78. Принцип федерализма
как одна из основ построения органов государственной власти глубоко и всесторонне сочетается с принципом совместной компетенции Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.
Здесь вступает в действие принцип иерархии – подчинения нижестоящих органов вышестоящим. То есть указанное единство системы увязывается с вышеназванными особенностями (пределы ведения Российской Федерации, полномочия субъектов Российской
Федерации). При этом говорится о единой системе исполнительной
власти, а не о единой системе органов исполнительной власти. Как,
например, в статье 8 Таможенного кодекса Российской Федерации
говорится о единой системе таможенных органов Российской Федерации. Этот принцип в полном объеме присущ Прокуратуре Российской Федерации (ч. 1 статьи 129 Конституции Российской Федерации) и отчасти судебным органам, образующим самостоятельную
ветвь «судебной» власти. Словом, принцип иерархии требует дифференцированной интерпретации и применения к определенным
видам государственных органов, в первую очередь к органам ис80
полнительной власти. Например, в системе исполнительной власти
принцип иерархии означает подчиненность нижестоящих органов
вышестоящим, исходя из единства системы, руководство из единого
центра нижестоящими органами.
Принцип профессионализма и компетентности. Хотя данный
принцип можно считать всеобщим для любой из систем органов или
институтов государственной власти, для органов исполнительной и
судебной власти, в силу их характера, особенностей, функций, целевого предназначения и других моментов, данный принцип имеет
особое значение.
В сущности, по содержанию эта деятельность может быть условно
названа правительственной. Для ее осуществления крайне необходим развитый профессионализм и компетентность, без которых ни о
каком эффективном общем управлении, согласовании действий различных по характеру министерств, государственных комитетов, других государственных органов не может быть и речи, не говоря уже
о направленной на решение общегосударственных задач «штабной»
деятельности в целом. Поэтому этот принцип должен быть реализован в правительственной деятельности сотрудников, функционеров
и тем более – занимающих в государственном аппарате более или менее значимые должности лиц. Аналогично это относится к деятельности судов, где установлены особые требования к профессиональной
подготовке лиц, занимающих должности судей.
Принцип законности пронизывает всю систему органов государственной власти. Каждый из них действует на основе Конституции,
федеральных законов, актов Президента и Правительства Российской Федерации. В этом случае необходимо подчеркнуть, что как
вся система власти в Российской Федерации, так и отдельные ее
ветви и органы требуют соответствующего и эффективного правового регулирования, то есть наличия правовой основы. Исходные,
фундаментальные положения на сей счет содержатся в самой Конституции Российской Федерации, остальные (текущее, динамичное
регулирование, касающееся органов власти) – в федеральных законах, других многочисленных нормативно-правовых актах.
Принцип гласности обусловлен самим содержанием и духом
Конституции Российской Федерации и распространяется, с известной спецификой, на органы всех трех ветвей государственной власти. Собственно без открытости, гласности нельзя серьезно говорить о демократизме и правовом государстве.
Принцип участия граждан в формировании (избрании) органов
законодательной и исполнительной власти. В сущности, данный
81
принцип закреплен в статье 32 Конституции Российской Федерации и в текущем законодательстве, в частности, применительно
к выборам глав администраций, краев и областей (губернаторов).
Итак, исследование сущности и содержания нормативной и источниковедческой баз национального и международного уровня относящихся к определению правового статуса правового государства,
его органов, государственной власти позволяет согласится с профессором П. П. Глущенко в том, что орган государства – специфически
обоснованная, соответственно организованная составная часть его
механизма, действующая от имени государства в присущих ей организационно-правовых формах и осуществляющая в рамках своей компетенции государственные властные полномочия в целях выполнения задач и функций государства13.
Правовое государство, орган государственной власти характеризуются следующими признаками: а) действуют в полном соответствии с утвержденной, проводимой в жизнь правовой политикой; б)
наделены властными полномочиями, в) образуют в установленном
государством порядке, г) обладают определенной структурой, д) наделены соответствующей назначению компетенцией, е) являются
частью государственного аппарата, ж) действуют в присущих ему
организационно-правовых формах, регламентированных Конституцией России, международными договорами, общепризнанными
принципами и нормами международного права.
1 Баглай М. В., Габричидзе Б. Н. Конституционное право Российской Федерации. М., 1996; Тихомиров Ю. А. Публичное право. М., 1996; Мальцев Г. В. Правовая
система субъекта Российской Федерации // Государственность и право республики
в составе Российской Федерации. Ростов/н/Д, 1996; Глущенко П. П. Конституционное право России. 2-е изд. СПб.: Питер, 2012.
2 Алехин А. П., Козлов Ю. М. Административное право Российской Федерации.
М., 1994. С. 105.
3 Бахрах Д. Н. Административное право. Часть общая. М., 1993. С. 76.
4 Овсянко Д. М. Административное право. М., 1995. С. 39; Глущенко П. П. Указ.
соч. С.195–199; Административное право. 2-ое изд. / под общ. ред. П. П. Глущенко.
СПб.: Питер, 2011. С. 62–72.
5 Тихомиров Ю. А. Государственные институты и закон // Сов. гос. и право. 1980.
№ 10. С. 39–42.
6 Конституция РФ. М., 2015. Ст. 5, 10, 11, 71–73, 76.
7 Подробнее см.: Глущенко П. П. Указ. соч. С. 195–198.
8 Козлов Ю. М. Органы государственного управления. М., 1960. С. 18.
9 Конституционное право Российской Федерации. 2-е изд. / М. Б. Смоленский,
М. В. Мархгейм, Е. Е. Тонков. Ростов-на-Дону: Феникс, 2009. С. 18, 250–277.
10 Вебер М. Избранные произведения. М., 1990. С. 537–539.
11 Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992. С. 219–220.
12 Овсянко Д. М. Административное право. М., 1995. С. 17; Глущенко П. П. Указ.
соч. С. 62–66.
13 Глущенко П. П. Конституционное право России. 2-е изд. СПб.: Питер, 2012.
82
САФИН Ф. Ю.
заведующий кафедрой уголовного права и
таможенных расследований юридического
факультета ГУАП, доктор юридических наук,
профессор, заслуженный юрист РФ
ПРАВОВАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРАВОВОГО
ГОСУДАРСТВА: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
Назначением настоящего доклада является
показ содержания, сущности, значения нескольких важнейших дефиниций: «правовое государство», «правовая политика», «правовая жизнь», «правовая деятельность». Справедливым
вправе признать, что о таком сочетании, использовании базовых для
любого государства составляющих, основ – ученые, политики, юристы, практики не считают необходимым затевать полемику, руководствуясь тем, что и так все ясно, зачем они все нужны, чем важны.
В этой связи следует с уважением отнестись к работе Малько А. В., который в 2010 г. представил словарь и проект концепции правовой политики1. В нем правда, к сожалению, не нашлось места для дефиниции «правовое государство», и «правовая деятельность», но в тоже время между строк иных, представленных в нем дефиниций, она просматривается, угадывается, а также названа: «правовой жизнью».
Заявленное назначение настоящего доклада требует ответа на
указанные в начале текста доклада его элементы: правовое государство, правовая политика, правовая жизнь, правовая деятельность
взаимосвязь и взаимодействие между ними, причины, ослабляющие такую взаимосвязь и что особо важно, пути их преодоления,
локализации с тем, чтобы взаимодействие углублялось, расширялось и способствовало достижению реальности, сущности, содержания Российской Федерации как правового, демократического, светского и социального государства, политика которого направлена на
создание условий обеспечивающих достойную жизнь и свободное
развитие человека» (ст. 7 Конституции РФ).
Начнем с правового государства. К сожалению фиксированного
каким-либо законом, дефиниции «правовое государство» до сих пор
нет. В силу указанного мы представляем свой вариант, свое видение, не только сущности, но и определения правового государства.
Под правовым государством предлагаем понимать осуществление
политической власти на основе законов во имя их совершенствования и неукоснительного исполнения. Базой, основой такого государства мы считаем принципы: а) верховенства, господства закона;
83
б) взаимной ответственности перед законом, правом человека и государства; в) преимущественного права на защиту законом прав человека, личности и г) всестороннего, повсеместного контроля и надзора за исполнением законопредписаний всеми, всегда и везде.
Лесников А. М., вместо принципов называет следующие условия
создания правового государства2: приведение отечественного законодательства в соответствии с общеевропейским и международным правом; подготовка профессиональных кадров юристов, обеспечивающих защиту интересов юридических и физических лиц;
демократическая, основанная на конкуренции идей политическая
система; свобода предпринимательства и личные права и свободы
граждан, на базе которых и создается гражданское общество.
Мы в свою очередь считаем, что условиями построения правового государства, вправе признать: а) обучение граждан праву, закону, т. е. подготовить строителей правового государства, вооруженных знанием законов; б) проведение в жизнь правовой реформы
с тем, чтобы появилась легитимная, обеспеченная экономическими
возможностями правовая система; в) проведение в жизнь экономической реформы с тем, чтобы умеющим и желающим работать платили зарплату соответствующую существующим условиям жизни;
г) создание механизма контроля и надзора за исполнением законопредписаний, с непременным условием наступления обоснованного, правомерного воздействия за любое совершенное правонарушение, кем бы оно ни совершалось.
Проблема правового государства по мнению, весьма справедливому, Сапуна В. А. занимает центральное место в теории государства и права, конституционном праве, политологии, социологии
права. Конституция Российской Федерации 1993 г. провозглашает
Россию правовым государством, которому присущи основные черты (принципы): верховенство права и закона; свобода личности;
разделение властей. Однако зачастую мы сталкиваемся с нарушением этих принципов. Стоит ли тогда считать Российскую Федерацию правовым государством?
Между правом и государством существует глубокая связь. Можно сказать, что право без властной функции государства – ничто,
иллюзия, в лучшем случае – обычай и традиция. С другой стороны,
и государство без права теряет свою цивилизационную сущность и
превращается по отношению к этой сущности в суррогат, а то и в тиранию, произвол и анархию3. Как справедливо отмечает Четвернин
В. А., «в едином юридическом понятии права и государства предполагается правовое понятие государства»4.
84
Идея правового государства имеет многовековую историю. Она
уходит корнями в античное общество. Философская основа теории
правового государства была сформулирована немецким философом
И. Кантом (1724–1804), а уже в конце XIX столетия российская правовая мысль уделяла проблеме формирования правового государства
огромное внимание5. Построение правового государства – задача
сложная и чрезвычайно трудная, и ее решение возможно лишь при
соблюдении конституционных принципов: разделение властей, независимость суда, законность, правовая защита граждан, право на возмещение ущерба. Как бы ни были прекрасны принципы правового
государства, их никогда не удавалось воплотить в жизнь в атмосфере
нестабильности, безверия и нравственной деградации общества.
Как уже отмечалось, основными признаками правового государства являются: верховенство права и закона; реальность прав и свобод человека; организация публичной власти на основе разделения
властей. Первый признак правового государства заключается в разделении права и закона. При отождествлении этих понятий публичная власть под видом законности, опираясь на изданные ею же законы, может творить произвол. Второй признак предлагает правовую
форму взаимоотношений личности и государства. По существу, он
обеспечивает права человека. Суть третьего признака состоит в том,
что организационно-правовые структуры публичной власти должны соответствовать требованиям закона и быть приспособлены к их
соблюдению. Однако признак разделения властей в России, фактически, ликвидирован всесилием исполнительной власти и силовым
диктатом над законодательной властью, являющейся приоритетной
в демократических обществах6.
Правовое государство – это не просто госудapство, соблюдающее
законы. Это общество и государство, признающие право как исторически развивающуюся в общественном соотношении, расширяющуюся меру свободы и справедливости, которая должна быть выражена в актах международного уровня, в конституции, в законах,
подзаконных актах и практике реализации прав и свобод человека,
демократии, рыночного хозяйства и прочее7.
Формирование в России правового государства – не дань мировым традициям и западным теориям, а существующая российская
действительность и потребность самого государства и гражданского
общества. В соответствии с Конституцией Российской Федерации
соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства (ст. 2). Права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат ему от рождения (ч. 2 ст. 17). Здесь же подчер85
кивается, что права и свободы человека являются непосредственно
действующими (ст. 18). Несомненно, в случае реализации конституционных основ прав и свобод человека мы имели бы серьезные достижения в деле создания правового государства. Однако наблюдается существенный разрыв между положениями Конституции Российской Федерации и правовой действительностью.
Более того, ограничение прав и свобод человека стало одним из
признаков нашей жизни: набирающая темпы безработица лишает
человека свободы использовать право на труд; ухудшается материальное положение большей части населения; растет преступность,
в том числе учащаются случаи террористических актов, заказных
убийств8.
Анализируя проблемы Конституции РФ как правовой основы перехода к устойчивому развитию, профессор Невинский В. В.
справедливо замечает, что «игнорирование провозглашенных прав
превращало Конституцию в бумажную фикцию и подрывало серьезность гуманитарных обязательств, взятых Россией перед международным, прежде всего, европейским сообществом»9.
Большинство русских ученых: Ковалевский М. М., Новгородцев
П. И., Ивановский В. В., Чичерин Б. Н. связывали идею прав и свобод личности с идеей верховенства права и правового государства.
Кистяковский Б. А. отмечал, что в правовом государстве личность
наделена всеми правами и свободно ими пользуется. Культурный
человек и государство – это два понятия, взаимно дополняющие
друг друга. Поэтому культурный человек даже не мыслим без государства10.
Российская Федерация приняла на себя обязательство по соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина. Закрепленные права являются eстecтвенными и неотъемлемыми, обязательными для всех, и прежде всего для государственной власти,
призванной гарантировать их беспрепятственное осуществление.
В программе развития страны, обозначенной в Послании Президента РФ Федеральному Собранию РФ в 2004 г., сказано: «Наши цели – высокий уровень жизни в стране, жизни – безопасной, свободной, комфортной; зрелая демократия и развитое гражданское общество; укрепление позиций России в мире»11.
Права человека и правовое государство – взаимосвязанные понятия, одно дополняет другое. Только в правовом государстве человек
способен выражать и удовлетворять свои потребности посредством
своих способностей, но с учетом интересов других лиц. Права человека в правовом государстве – это тот стержень, вокруг которого
86
кристаллизируется деятельность не только государства, гражданского общества, но и отдельного индивида. Государство должно не
только предоставить своим гражданам весь объем прав и свобод, но
и взять на себя обязанность по защите этих прав. Демократическое
государство становится «сильным», лишь опираясь на право12.
Для России проблема построения сильного государства заключается в том, что реализация этой идеи на практике может привести
к дальнейшему усилению бюрократического аппарата, расширению прав номенклатуры. Государство должно установить общеобязательные правила поведения – законы и обеспечить неукоснительное их исполнение; взять под свое покровительство слабых и умерить притязание сильных13.
В заключение следует отметить, что принцип правового государства неразрывно связан с правами и свободами личности, а также
с деятельностью самого государства в лице его органов и должностных лиц. Российская Федерация не может и не должна отвергать
значимость этой категории, которая нашла свое законодательное
воплощение в нормах и принципах Конституции Российской Федерации. Нельзя не согласиться с академиком Кудрявцевым В. Н.
в том, что, «торжественно провозгласив создание правового государства, мы тут же уничтожаем его основные предназначения – гарантии прав человека»14.
В Российской Федерации отсутствует эффективная система защиты человека от произвола государства. Граждане России далеко
не всегда могут безболезненно, в короткие сроки восстановить свои
нарушенные права, защитить законные интересы. Это во многом
объясняется тем, что государственные и муниципальные органы не
используют весь имеющийся в их распоряжении арсенал организующих и юридических методов для защиты прав граждан, для оказания им правовой помощи. До сих пор многие из этих органов еще
не могут привыкнуть к тому, что не только граждане, но и власть
ограничены правом. Не адаптировались к новой обстановке, складывающейся в России, многие граждане, которые не знают, как
в новых условиях отстаивать свои права, к кому обращаться в тех
или иных случаях, каковы обязанности различных государственных органов в отношении защиты их прав, а государственные и муниципальные органы не оказывают помощи гражданам в ориентации их в окружающей социальной среде. Вот почему построение
в России правового государства потребует больших усилий у государства, и его граждан в преодолении всех этих трудностей и недостатков.
87
Особое место в правовых и не только науках занимает вопрос о
государстве и личности, особенно этот вопрос актуализирован с заявлением России о том, что она есть правовое государство. Человечество с древнейших времён ищет оптимальные формы соотношения личности (как представителя и первичной «клеточки» всего
общества) и государства, сочетания их интересов. В идеальном варианте интересы личности должны стоять на первом месте, благо
народа должно представлять собой высший закон для государства.
Однако практика далеко не всегда свидетельствует о наличии, поддержании в обществе таких высоких идеалов и обычно «останавливалась» на более низких – выгоде для государства, отдельных слоев, облечённых публичной властью15.
Наше понимание государства, утверждающее временный и преходящий характер государственного насилия и угнетения, покоится на нашей вере в человеческую личность. Личность с ее идеальными стремлениями и высшими целями не может мириться с тем,
чтобы государство, долженствующее осуществлять солидарные интересы людей, занималось истреблением и уничтожением их.
Неотъемлемые права человеческой личности не создаются государством; напротив, они по своему существу непосредственно присвоены личности. Среди этих неотъемлемых, непосредственно присущих человеку прав на первом месте стоит свобода совести. Вся
сфера мнений, убеждений и верований должна быть безусловно неприкосновенна для государства. Непосредственным следствием свободы совести является свобода слова. Человек имеет право не только думать, как ему угодно, и верить, во что ему угодно, он имеет
также право свободно высказывать свои мнения и убеждения, проповедовать свои верования, отстаивать и распространять их путем
устного и печатного слова при условии соблюдения определенных
законами требований. Для высказывания своих мнений и проповеди своих взглядов человек должен иметь свободу общения. Без свободы общения не может происходить даже простой обмен мнений и
взглядов. Поэтому среди неотъемлемых прав личности, признаваемых в правовом или конституционном государстве, одним из существенных прав является свобода союзов и свобода собраний. Человек имеет право свободно собираться, объединяться в общества
и союзы. Благодаря неотъемлемым правам и неприкосновенности
личности государственная власть в правовом или конституционном
государстве не только ограничена, но и строго подзаконна.
Государство – это единая политическая организация общества,
распространяющая свою власть на все население в пределах терри88
тории, имеющая для этого аппарат управления и принуждения, и
задающая общеобязательные юридические веления и обладающая
суверенитетом. Сущность государства состоит в том, чтобы обеспечивать с помощью аппарата политической власти целостность общества и его надлежащее функционирование.
Государство следует понимать как общественное явление, состоящее из множества взаимосвязанных внутренних и внешних сторон, придающих ему качественную определенность универсальной
управляющей системы16. Личность – это индивидуально определенная совокупность социально значимых свойств человека, проявляющихся в отношениях между людьми17. Поиск оптимальных
моделей взаимоотношений государства и личности всегда представлял собой сложнейшую проблему. Эти модели в решающей степени зависели от характера общества, типа собственности, демократии, развитости экономики, культуры и других объективных условий. Однако во многом они определялись также властью, законами,
правящими классами, т. е. субъективными факторами18. Характер
взаимоотношений государства и личности является важнейшим
показателем состояния общества в целом, целей и перспектив его
развития. Невозможно понять современное общество и современного человека без учения многообразных отношений людей с государством19.
Личность, независимо от того, является человек гражданином данного государства или нет, имеет по отношению к государству различные права. Принято различать, с одной стороны, прирожденные, естественные права человека (права на жизнь, свободу, собственность и др.), которые, как считается, не могут быть отчуждены государством: его органами по их прихоти (лишение даже
имущества, не говоря уже о жизни или свободы, возможно только
на основании закона и с соблюдением строгой судебной процедуры),
с другой – позитивные права гражданина как члена политического сообщества, предоставляемые человеку от имени государства (например, право на государственную пенсию).
Перечень конституционных прав в основных законах государств,
как правило, соответствует международным стандартам, общим
принципам и нормам международного права (Всеобщая декларация прав человека 1948 г., Пакты о социально-экономических,
культурных, гражданских, политических правах 1966 г., вступившие в силу в 1976 г.). Среди этих прав есть или добавились в последние десятилетия «новые поколения» прав: на чистую окружающую
среду, на достойное человека существование, на информацию и др.
89
Закрепляя права человека и гражданина в конституции, иных
законах и правовых актах, государство берет на себя обязанность
защищать личность, ее жизнь, свободу, достоинство, имущество,
гарантировать осуществление ею своих прав. Индивид может обратиться в суд с иском против государства, его органов, должностных
лиц. В некоторых странах (США и др.) иск против государства (например, по поводу дискриминационных законов) может подаваться как иск против президента как конституционного представителя
государства с требованием восстановить нарушенное право. В России также в последние годы имели место подобные иски (например,
в 1996 г. суд удовлетворил иск мэра Владивостока гражданина Черепкова против Президента России о восстановлении в должности,
поскольку он был ранее смещен указом Президента, а возможность
такого смещения не предусматривается законом). Наряду с судом
(в том числе конституционными судами) права человека охраняют
другие органы государства: прокуратура, омбудсманы (уполномоченные парламента) по правам человека и т. д. Пройдя все стадии
защиты прав в государстве пребывания и будучи неудовлетворенным, индивид (теперь и российский гражданин после ратификации
парламентом в 1997–1998 гг. ряда документов Совета Европы) может обратиться в международные органы (Европейский суд по правам человека в городе Страсбурге). Можно также обращаться в Комиссию ООН по правам человека, но ее решения не имеют обязательного характера.
Личность имеет не только определенные права по отношению
к государству, но несет и определенные обязанности. В самом общем виде это положение сформулировано как конституционное
требование: исполнять конституцию и законы государства, а также общепризнанные принципы и нормы международного права и
ратифицированные государством международные договоры, поскольку в соответствии со многими современными конституциями
эти нормы и акты, ратифицированные государством, составляют
часть права системы страны или даже имеют приоритет по отношению к внутреннему законодательству. Есть и другие конституционные обязанности граждан: платить налоги, служить в армии или на
альтернативной службе. Некоторые конституции (например, Германии) устанавливают, что гражданин обязан защищать конституционный строй и свободный демократический порядок.
Государство имеет определенные права по отношению к личности, возлагает на нее обязанности. Оно вправе требовать от индивидов соответствующего поведения, которое предусмотрено пра90
вовыми нормами (некоторые нормы морали, нравственности в отдельных правовых системах тоже обеспечиваются государством),
и при отклоняющемся поведении может применять санкции. При
совершении индивидом преступлений могут быть применены весьма суровые наказания, вплоть до применения смертной казни (во
многих государствах смертная казнь конституциями и законами
отменена, в России установлен мораторий на ее применение). Государство вправе требовать уплаты установленных законом налогов,
которые идут на затраты для выполнения «общих дел» (оборону государства, расходы по содержанию государственного аппарата для
управления обществом и др.), соблюдения общественного порядка.
В случаях нарушений могут быть установлены штрафные санкции
(административная ответственность). Существует гражданско-правовая ответственность индивида перед государством: помимо возмещения ущерба возможны и другие взыскания. Для служащих, некоторых работников другого рода предусмотрена дисциплинарная
ответственность (выговор, понижение в должности и др.).
Обладая правами, государство несет обязанности по отношению
к личности. Организуя охрану общественного порядка, используя
подчиненные его органам полицию, внутренние войска, другие свои
«материальные придатки», государство обязано защищать человека
и гражданина. В соответствии с конституционными формулировками о «социальном государстве» оно должно предоставлять индивидам на его территории социальные услуги (образования, здравоохранения, пенсионное обеспечение, забота об условиях труда и отдыха и т. д.), должно принимать меры по улучшению качества жизни гражданина. Не всегда отношение личности и государства являются правовыми или осознаются таковыми. В повседневной жизни
индивид обычно даже не задумывается над вопросами правовой
урегулированности. Не всегда эти отношения складываются только
в формах, предписанных правом. Во-первых, как отмечалось, есть
множество фактических отношений, которые не нуждаются в урегулировании правовыми нормами. Во-вторых, существует отклоняющееся, правонарушающее поведение человека (преступления и
др.). Со своей стороны, государство в деятельности его органов нарушает установленные им правовые нормы, не обеспечивает необходимых гарантий личности (например, длительные и массовые задержки выплаты заработной платы и пенсии в России).
Взаимная ответственность личности и государства – неотъемлемый признак правового государства. В недемократическом государстве признается только ответственность гражданина перед госу91
дарством. Оно как бы дарует ему права и свободы и определяет его
статус. В правовом же государстве, напротив, делается акцент на
обязательности наступления ответственности государственных органов и должностных лиц перед гражданами за их посягательство
на их права и свободы. Эта ответственность обретает реальный характер только при наличии соответствующих нормативно-правовых актов, закрепляющих процедуру привлечения к ней должностных лиц, виновных в нарушении прав и свобод граждан и предусматривающих жесткие санкции.
Важным гарантом незыблемости прав и свобод граждан является конституционное положение, в соответствии с которым властные
структуры государства обязаны обеспечить каждому возможность
ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы. В правовом государстве признается и право каждого гражданина защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 33, 45 часть
2 Конституции Российской Федерации). Все это вместе взятое делает государство ответственным перед гражданином. В свою очередь
гражданин несет ответственность за свои незаконные действия перед государством в лице его органов (ст. 57, 58, 59 Конституции Российской Федерации)20.
Соотношение личности и государства может быть весьма различным. Государство рассматривается как необходимое средство согласования интересов различных социальных групп, личности и общества, как организация, подчиненная общественным интересам и
контролируемая обществом. Человек, его основные права и свободы рассматриваются как конечная цель вмешательства государства
в общественную жизнь и одновременно являются пределом такого
вмешательства21.
Связь и соотношение личности и государства находят выражение в правовом статусе личности22. Основы правового статуса личности закреплены в главе 2 Конституции РФ, в которой последовательно перечислены личные, политические, социально-экономические и культурные права и свободы. По своей сути идея закрепления правового статуса – это идея государственного управления.
Посредством статуса осуществляется государственное нормативноправовое регулирование общественных отношений. Статус выступает лишь инструментом, средством юридической регламентации,
характерной чертой которого является абстрагирование от индивидуальных особенностей конкретных правовых субъектов и обобщающее представление их правового положения, закрепление наибо92
лее значимых с точки зрения государства правовых моментов (юридических прав, обязанностей, гарантий и т. д.). Статус есть приложение общей меры, единого лекала к конкретным правовым субъектам, что обеспечивает государству определенные удобства в ходе
осуществления процесса управления обществом, придает данному
процессу унифицированный, системный характер. Само понятие
правового статуса не предполагает персонифицированности правового регулирования, оформления и закрепления индивидуальных
особенностей лица в праве.
Таким образом, закрепление юридического статуса лица можно
рассматривать лишь в качестве вспомогательного приема установления отношений между личностью и правопорядком. Данный прием не заменяет индивидуально-правового регулирования и не должен приводить к ограничению правовой свободы личности, к юридическому ее усреднению, типизации. Для правового государства
закрепление статуса не может выступать средством обязывания
личности (в правовом статусе, на наш взгляд, должен быть только
один обязательный для всех элемент – признание человека в качестве первичного и «суверенного» субъекта права), а может служить
лишь ориентиром для уточнения, детализации правосубъектной
связи, сигналом к установлению и обеспечению тех правовых возможностей, которые еще не гарантированы порядком. Смысл правового статуса заключается в том, чтобы развернуто и доходчиво показать место и значение личности в правовой системе, так, чтобы не
осталось ни малейшей тени сомнений, кто в ней «суверен»23.
Можно сказать, что характер отношений личности и государства
в историческом развитии зависел от принадлежности личности
к определенному классу, социальной группе. В связи с этим государство или подавляло личность, ограничивало его свободу (рабов,
крепостных), или предоставляло привилегии.
Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы. Во-первых, связь личности и государства проявляется во взаимном влиянии и, как следствие, во взаимных правах и обязанностях. Во-вторых, влияние личности на государство проявляется
как в опосредствованных формах, через институты гражданского
общества (партии, движения, общественные объединения), так и
непосредственно. В-третьих, государство обладает большими возможностями влияния на личность, чем отдельная личность – на
государство. Здесь роль государства может проявляться в признании и юридическом закреплении прав и свобод личности, в их охране, возложении на нее определенных обязанностей24. В-четвертых,
93
главным институтом, гарантирующим защиту интересов личности,
является установленная Конституцией РФ судебная защита прав и
свобод человека и гражданина (статья 46 Конституцией РФ).
Далее предпримем попытку разобраться с понятием, содержанием, ролью и местом правовой политики в любом государстве, тем более в правовом. Так, А. В. Малько под политикой вообще предлагает считать объективно обусловленное и целенаправленное участие
больших масс людей, организованных социальных групп в делах
государства, в решении проблем, относящихся к жизни общества
в целом, с помощью использования властных механизмов25. Довольно своеобразное понимание, однако оно имеется, его использует признанный не только в Российской Федерации, специалист по
специальности 12.00.01.
Глущенко П. П. справедливо считает, что политика это выверенная, экономически и социально обоснованная, регламентированная не только национальным правом, но и общепризнанными
принципами и нормами международного права, система взглядов,
идей, положений, принципов, методов и форм осуществления деятельности и взаимодействия органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и иных
юридических лиц, обеспечивающих бесконфликтные отношения
как внутри государства, так и во взаимоотношениях с соседними и
дальними государства, народами.
Под правовой политикой Малько А. В., в указанном выше труде
признает научно обоснованную, последовательную и системную деятельность государственных и негосударственных структур по созданию эффективного механизма правового регулирования, по цивилизованному использованию юридических средств в достижении
таких целей как наиболее полное обеспечение прав и свобод человека и гражданина, укрепление дисциплины, законности и правопорядка, формирование правовой государственности и высокого уровня правовой уровня правовой культуры и правовой жизни общества
и личности. Данное определение еще более пространное и, с нашей
точки зрения, не сконцентрированное, не целенаправленное представление функционирования государства, заявившего о том, что
оно правовое, демократическое, светское и социальное. Однако, это
авторское видение профессора Малько А. В. имеющее право на существование.
Автор считает мнение Глущенко П. П. о том, что правовая политика есть учитывающая сложившуюся социально-экономическую
и международно-правовую ситуацию, обстановку, организация де94
ятельности государственных и негосударственных структур, регламентированная национальным и международным правом, способная обеспечить уровень должной законности, достаточности для реализации предписаний ст. 2 Конституции РФ более обоснованна,
ибо указанная статья констатирует, что «Признание, соблюдение и
защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства» и ст. 18 Конституции РФ согласно которой права и свободы
граждан «определяют» смысл, содержание и применение законов,
деятельность законодательной и исполнительной власти, местного
самоуправления и обеспечиваются правосудием».
Что же следует понимать под «правовой жизнью», «правовой деятельностью»? Неоднократно цитируемый Малько А. В., под ней понимает «форму социальной жизни, представляющей собой совокупность юридической деятельности множества субъектов права и возникающих при этом различных юридических актов, выражающаяся преимущественно в правоотношениях, характеризующая специфику и уровень правового развития данного общества, отношение
субъектов к праву и степень удовлетворения их интересов». Данное
определение конечно вызывает желание получить ответы на такие
вопросы, как: а) почему автор считает, что не все субъекты права,
а лишь «множество» может относиться к «совокупности юридической деятельности»?, б) что собой представляет «форма социальной жизни», как ее понимать, где обнаружить? в) почему правовая
жизнь выражается преимущественно в правоотношениях, а не во
всех видах общественных отношений?
Автор убежден, что прав Глущенко П. П., предлагающий, под
правовой жизнью понимать готовность и обязанность граждан,
юридических лиц, общества, государства в целом, всегда, везде,
в любых видах общественных отношений действовать только на основе законопредписаний, то есть правовая жизнь, это жизнь абсолютно всех граждан, представленных в пределах государственных
границ, а в отдельных случаях и за их пределами, органов и организаций, юридических лиц и общественных объединений осуществляемая только на предписаниях законов и подзаконных актов26.
При ином подходе нам сложно утверждать о наличии правового государства созданного и функционирующего на основе правовой политики.
Таким образом, из заявленного, обещанного, мы не ответили еще
на вопрос, в чем и как отслеживается, проявляется взаимодействие,
взаимосвязь между правовым государством, правовой политикой и
правовой жизнью. С нашей позиции доклада правовая политика на
95
самом деле является определяющим, главным звеном в представленной совокупности, ибо на основе ее принципов, идей взглядов
определяется форма государственного устройства, вид государства
и виды государственной власти. Определившись с формой и видом
государства, требуется для их сохранения, развития, совершенствования подчинить жизнь, деятельность все и везде, то есть создать
условия для правовой жизни, а ее наличие непременно обязано отрицать телефонное и указное право, деление субъектов права на
обязанных соблюдать законы и нести ответственность за их нарушение и не исполнение и «способных» обходить, объезжать, не видеть законы, в силу того, что для них это не целесообразно. Целесообразность же где корень ЛЕС означает, что в лесу медведь хозяин,
а не закон, правопорядок, законность, справедливость. Из всего выше сказанного следует, что правовое государство может быть только
там, где в цене правовая политика, на принципах которой организуется правовая жизнь, а без ее наличия правового государства не
построить.
1 Малько А. В. Правовая политика: словарь и проект концепции. Саратов: Изд-во
Саратов. гос. акад. права, 2010. С. 276.
2 Лесников А. М. Становление правового государства в России: проблемы и противоречия // Материалы международной научно-практической конференции «Правозащитная деятельность правового государства: История и современность, теория
и практика» (Санкт-Петербург, 11–12 ноября 2010 г.). СПб.: СПбАУиЭ, 2010. С. 136.
3 Черненко А. К. Теоретико-методологические проблемы формирования правовой системы общества. Новосибирск, 2004. С. 271.
4 Четвернин В. А. Введение в курс общей теории права и государства. М., 2003.
С. 10.
5 См.: Котляревский С. А. Власть и право, проблемы правового государства.
СПб.: Лань, 2001. С. 49–111.
6 Лонуха А. Д. Правовое государство: гражданское общество, права человека
и обычное право // Современные вопросы теории права: сб. статей. Новосибирск,
2001. С. 125–126.
7 Баглай М. В. Конституционализм и политическая система в современной России // Журнал российского права. 2003. № 11. С. 11.
8 Кокорина Н. В. Защита прав граждан в РФ // Современные вопросы теории
права: сб. статей. Новосибирск, 2001. С. 131.
9 Невинский В. В. Конституция РФ – правовая основа перехода к устойчивому развитию России // Современные проблемы юридической науки. Вып. 3. Томск,
2002. С. 69.
10 Кистяковский Б. А. Государство и личность // Власть и право: из истории русской правовой мысли. Л., 1990. С. 146.
11 Российская газета. 2004. № 5. С. 16.
12 Морозов А. П. Права человека как фактор формирования правового государства // Конституционное развитие России: межвуз. сб. науч. статей. Саратов, 2005.
С. 54.
13 Мамонов В. В. Конституционные основы национальной безопасности Российской Федерации: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Саратов, 2005. С. 20.
14 Кудрявцев В. Н., Керимов Д. А. Право и государство (опыт философско-правового анализа). М., 1993. С. 13.
96
15 Колихин И. Ю. Идея правового государства: история и современность. СПб.,
1993. С. 46.
16 Анохин Д. В. Государство – основа политической системы общества и его роль
в обеспечении прав и свобод личности. Барнаул, 2003. С. 27.
17 Марченко М. Н. Общая теория государства и права. М., 1998. С. 261.
18 Матузов Н. И., Малько А. В. Теория государства и права: курс лекций. М.,
2001. С. 98–99.
19 Брень А. Б. Рефераты по праву. Ростов-на-Дону, 2002. С. 52.
20 Чиркин В. Е. Государствоведение. М., 1999. С. 50–53.
21 Марченко М. Н. Общая теория государства и права. М., 1998. С. 262–263.
22 Черданцев А. Ф. Теория государства и права. М., 2001. С. 106.
23 Архипов С. И. Субъект права: теоретическое исследование. СПб., 1997. С. 180–
181.
24 Черданцев А. Ф. Теория государства и права. С. 105.
25 Малько А. В. Указ. соч. С. 9.
26 Глущенко П. П. Правовая жизнь: действительность или мечта? // Материалы
межвузовской научно-практической конференции, посвященной научной сессии
ГУАП (Санкт-Петербург, 8–9 апреля 2015.). СПб.: ГУАП, 2015. С. 17–22.
преподаватель кафедры правоведения
и таможенного дела юридического факультета ГУАП
БОЕР В. В.
КОНСТИТУЦИОННАЯ ЮСТИЦИЯ СУБЪЕКТОВ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В МЕХАНИЗМЕ ОБЕСПЕЧЕНИЯ
РЕАЛИЗАЦИИ И ЗАЩИТЫ ПРАВ, СВОБОД
И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ ГРАЖДАН
Становление правового государства1 невозможно без совершенствования юридических механизмов защиты конституционных
прав, свобод и законных интересов граждан, в том числе связанных с деятельностью специальных судебных органов, реализуемой
в форме конституционного правосудия. Конституционное правосудие – принципиально новый для России правовой институт, присущий странам с развитыми демократическими традициями. Его
предназначение заключается в обеспечении верховенства и прямого
действия Конституции, ограничении власти, защите прав и свобод
личности. Осуществляемый в форме правосудия, конституционный
контроль выступает как самостоятельный, специальный вид контрольной деятельности государства, весомый элемент правовой защиты Конституции страны.
В условиях перехода к новому государственному и общественнополитическому устройству, объективно требовалось создание институтов, гарантирующих утверждение конституционной законности во всех сферах жизни общества. И таким институтом призван
был стать независимый судебный орган, обеспечивающий консти97
туционный контроль в особой процедуре конституционного судопроизводства.
Впервые институт конституционного контроля и надзора появился в начале XIX века в США, и осуществление данной функции
государства было возложено на Верховный Суд США. С течением
времени органы, призванные обеспечивать конституционный контроль, появились в большинстве государств европейской цивилизации и близких к ней.
В царской России и во времена СССР не возникало потребности
в создании судебного органа конституционного контроля. Но это не
означает, что конституционный контроль отсутствовал вовсе. Такой
контроль возлагался на высшие органы государственной власти2. Эта
их функция находила то или иное отражение во всех конституциях,
начиная с Конституции РСФСР 1918 года до Конституции СССР 1977
года и Конституции РСФСР 1978 года. Идея создания специального
органа, контролирующего соблюдение Конституции – Комитета конституционного надзора СССР – выдвинута М. С. Горбачевым на XIX
Всесоюзной конференции КПСС в июне 1988 года в рамках программы реорганизации системы органов государственной власти СССР и
республик, запланированной на 1989–1990 годы.
На втором Съезде народных депутатов СССР осенью 1989 года
был избран Комитет конституционного надзора СССР в составе 27
человек во главе с доктором юридических наук, профессором С. С.
Алексеевым. Тогда же были приняты законодательные акты, изменившие систему правовой охраны Конституции СССР, в частности,
закон «О конституционном надзоре в СССР».
27 октября 1989 года Верховный Совет РСФСР XI созыва принял
поправки к Конституции РСФСР, утвердившие новую систему органов государственной власти республики. Статья 119 новой редакции Конституции определяла состав, функции и полномочия Комитета конституционного надзора РСФСР. Однако I Съезд народных
депутатов РСФСР (май–июнь 1990 г.) не включил в свою повестку
дня формирование Комитета Конституционного надзора РСФСР, а
избранный на Съезде Председатель Верховного Совета РСФСР Б. Н.
Ельцин заявил, что выступает за формирование не Комитета конституционного надзора, а Конституционного Суда.
12 июля 1991 года пятый (внеочередной) Съезд народных депутатов РСФСР принял закон о Конституционном Суде РСФСР, в котором были подробно урегулированы порядок избрания и статуса
судей, основные принципы его деятельности, особенности рассмотрения отдельных категорий дел и др.
98
Как показывает сравнительный анализ, в основу концепции
Конституционного Суда Российской Федерации была положена европейская модель. Ее преимущество заключается в том, что орган,
предназначенный для защиты и толкования Основного закона государства, независим, стоит «над» политическими схватками, неизбежными в период перехода государства и общества к качественно
новому состоянию, к новой политической системе.
В данном исследовании мы не будем касаться вопросов генезиса Конституционного Суда Российской Федерации. Наша задача
состоит в исследовании особенностей функционирования органов
конституционного контроля в субъекте федерации. Предмет нашего исследования более узкий, чем проблемы организации и функционирования конституционной юстиции в масштабах государства.
Поэтому мы отметим лишь фрагментарно те аспекты, которые помогут в исследовании определенного нами предмета исследования.
В научной литературе отмечается, что возникновение института конституционного контроля, необходимость его существования
и эффективность деятельности непременно связаны с федеративной
формой государственного устройства, с постоянной необходимостью решения задач по реализации, гармонизации федеративных
отношений3.
Впервые, как мы уже отмечали выше, конституционный контроль возник в таком государстве как США, которое является федерацией. Швейцарский конституционный контроль связан исключительно с федеральной сферой. В европейских государствах, имевших ранее социалистическую ориентацию, его появление также
связано с федерациями (Чехословакия и Югославия).
Можно выделить несколько видов осуществления конституционного контроля в российском государстве, обусловленного его федеративным устройством:
– Конституционный контроль, осуществляемый федеральным
законодательным органом государства (парламентом) – Федеральным Собранием. Данный вид контроля является предварительным, представляет собой проверку проектов принимаемых законов,
в процессе законотворчества;
– конституционный контроль, осуществляемый главой федеративного государства – Президентом России. Он проявляется, по
крайней мере, в трех сферах. Прежде всего, при подписании закона, принятого федеральным парламентом государства, Президент
вправе отклонить закон, наложив на него вето. Глава государства
вправе отменить решения (постановления и распоряжения) Пра99
вительства в случае их противоречия Федеральной Конституции,
федеральным законам и указам главы государства. Также он имеет право приостанавливать действие актов исполнительной власти
субъектов федерации в случае их противоречия Федеральной Конституции, федеральным законам, международным обязательствам
государства или нарушения прав и свобод человека и гражданина
до решения этого вопроса соответствующими компетентными органами конституционного контроля (судом);
– конституционный контроль, осуществляемый в порядке обычного судопроизводства. Суды общей юрисдикции вправе поставить
вопрос о конституционности закона, применяемого и подлежащего
применению при разрешении конкретного дела, и направить соответствующий запрос в федеральный конституционный суд;
– конституционный контроль, осуществляемый Федеральным
Конституционным Судом – главным центральным органом конституционного контроля;
– конституционный контроль, осуществляемый законодательными органами субъектов федерации, носящий также как и первый предварительный характер. Ему подвергаются проекты законов субъекта федерации на соответствие их конституциям и уставам этих субъектов;
– конституционный контроль, осуществляемый главами субъектов федерации (президентами и губернаторами). Осуществляется
при подписании ими законов субъекта федерации, обладают правом вето в отношении этих законов. При обнаружении несоответствия решений других органов исполнительной власти соответствующего субъекта федерации основному закону этого субъекта федерации, вправе отменить данное решение;
– конституционный контроль, осуществляемый органами конституционной юстиции субъектов федерации – конституционными
(уставными) судами, комитетами и палатами.
Необходимым условием в стремлении к построению правового
государства является обеспечение реальной правовой защиты конституции, и соблюдение конституционной законности в целом. Это
главная гарантия демократических преобразований. Своему появлению, становлению институт конституционного контроля обязан
конституционной реформе, которая сформировала его правовую основу, систему, механизм взаимодействия с органами законодательной и исполнительной власти. Основу функционирования данного
института составляет фактический материал, сопровождающий
процесс проведения реформы – ситуации противоречия текущих
100
законов и правоприменительной практики конституционному законодательству, порождаемые в результате кризисных явлений во
всех сферах общественной жизни и прежде всего в законодательстве.
По данным Генеральной Прокуратуры Российской Федерации
нарушения Конституции Российской Федерации, конституций и
уставов ее субъектов приобрели массовый характер в нормотворческой деятельности. Прокурорами по Российской Федерации за 1998
год было опротестовано только в области обеспечения режима законности в деятельности органов местного самоуправления более
300 уставов муниципальных образований, в связи с нарушением
закона направлено свыше 500 представлений, 60 заявлений в суды
различных инстанций.
Практика осуществления конституционной юстиции в зарубежных федеративных государствах позволяет говорить о том, что не
только федеральная конституция нуждается в защите, но и осуществление конституционной законности должно иметь место и на
региональном уровне.
Учреждение органов конституционного контроля субъектами
Российской Федерации является необходимым элементом правовой
деятельности и согласуется с идеями демократического федеративного государства, реально работает на их воплощение. Признание
за субъектами Российской Федерации права иметь самостоятельные правовые системы и самостоятельные системы органов государственной власти обусловили необходимость создания эффективных
правовых механизмов защиты Конституции России, конституций
и уставов субъектов федерации. Опыт формирования органов государственной власти в Российской Федерации и ряде ее субъектов
свидетельствует, что эффективной формой защиты Конституции и
Основных законов субъектов Федерации, осуществления конституционного контроля является функционирование в них конституционных (уставных) судов4.
Создание органов конституционного контроля в субъектах федерации способствует созданию единого общегосударственного поля действия данного института. Первоначально органы конституционной юстиции были учреждены в начале 90-х годов в незначительном числе республик и на конец 1998 года действовали в незначительном числе субъектов Российской Федерации. В настоящее время в 11 из 21 республики были созданы конституционные
суды. В условиях «парада суверенитетов» республиканские власти
стремились лишний раз подчеркнуть свою государственность, мол,
101
у нас есть конституционный суд, как и в целом в Российской Федерации. Уставных судов на настоящий момент функционирует лишь
три – в Санкт-Петербурге, Свердловской и Калининградской областях. Несмотря на то, что в соответствии со статьей 5 Конституции
все субъекты Российской Федерации между собой равны, республики считают, что они имеют свою государственность, а другие субъекты – области, края, автономные округа, города федерального значения и автономная область – нет. Последние были образованы по
территориальному принципу и у них не возникал синдром сепаратизма. В республиках, выделенных по национальному принципу,
особенно в начале 90-х годов XX века, процветали идеи отделения
или шантажа центральных властей к предоставлению им особых
условий. Любые недочеты федерального законодателя республики
воспринимали как «выторгованные» ими уступки федерального
центра.
В отношении республик в составе Российской Федерации, создание органов судебного контроля предусматривалось еще Концепцией судебной реформы в Российской Федерации, одобренной по представлению Президента Российской Федерации Верховным Советом
РСФСР 24 октября 1991 года. Право на создание органов судебного
контроля в субъектах Российской Федерации также следовало из
того положения, что согласно Федеративному договору, конституциям и уставам субъектов Российской Федерации контроль за соблюдением их основных законов относился к исключительной компетенции последних. Поэтому субъекты Российской Федерации
вправе были сами устанавливать организационно-правовые формы
осуществления этого контроля и до принятия соответствующего
федерального акта.
Избранная Конституцией Российской Федерации модель федеративного устройства, основанная на равноправии субъектов Российской Федерации, стала импульсом для развития конституционного
судопроизводства не только в целом в России, но и в ее субъектах5.
Конституцией Российской Федерации прямо не предусмотрено создание собственных судебных систем, а следовательно, и конституционных (уставных) судов в ее субъектах. Однако косвенно такое
право у субъектов вытекает из логики статьи 71 (пункт «о»), статей
73 и 128 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации. Окончательно вопрос об образовании названных судов в соответствии с частью 3 статьи 118 Конституции Российской Федерации должен был
решить Федеральный конституционный закон о судебной системе
(далее – ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации»). При102
нятие такого закона в конце 1996 года завершило дискуссию: конституционные (уставные) суды признаны как реальность судебной
системы Российской Федерации (часть 2 статьи 4 Закона).
Статус конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации урегулирован их конституциями и уставами. Как
правило, в них определяются полномочия таких судов, порядок избрания или назначения, общеобязательность их решений, пределы
осуществления их полномочий, право законодательной инициативы, а также предусматривается, что их компетенция, порядок организации и деятельности регулируется специальным законом субъекта Российской Федерации.
Конституционные и уставные суды субъектов Российской Федерации – это судебные органы, деятельность которых осуществляется в процессуальных формах, сближающих их с судами общей юрисдикции. Роднят конституционные суды с судами общей
юрисдикции и общие принципы судопроизводства: независимость,
коллегиальность, гласность, устность, непрерывность, состязательность и равноправие сторон. Они закреплены во всех законах республик о конституционном суде. Во всех республиках, имеющих конституционные суды, положения о них включены в раздел либо главу конституции, посвященные судебной власти или судебной системе. Во многих конституциях республик прямо указывается на осуществление в них судебной власти также в форме конституционного
судопроизводства. В связи с этим конституционный суд включается в судебную систему республики и является ее составной частью
(в республиках Адыгея, Башкортостан, Дагестан, Карелия, Коми,
Марий Эл, Саха (Якутия), в Кабардино-Балкарской Республике).
Согласно конституциям субъектов Российской Федерации, создание специализированных органов конституционного контроля
предусмотрено в 15 республиках (в 12 – конституционные суды,
в 2 – комитеты конституционного надзора, в одной – эти функции
возложены на Верховный Суд). Не решен вопрос об организации
конституционного правосудия в республиках Калмыкия, Мордовия, в Карачаево-Черкесской и Удмуртской республиках. Создание
органов конституционного контроля предусматривается уставами
12 краев и областей, а в двух регионах эти полномочия возложены
на суды общей юрисдикции.
В конституциях и уставах 56 регионов говорится о возможности
создания или о необходимости создания конституционного (уставного) суда субъекта федерации, в 20 из 83 субъектов федерации есть
законы о региональных судебных органах конституционного кон103
троля. Например, в Ч. II. П. 2. Ст. 8 Устава Архангельской области
записано: «В соответствии с областным законом может образовываться Уставный суд Архангельской области».
Помимо конституционных (уставных) судов, конституционный
контроль осуществляется специализированными, но квазисудебными органами (например, Комитет конституционного надзора
в Республике Северная Осетия–Алания, Согласительная палата
в Ставропольском крае, Уставная палата контроля в Челябинской
области).
О том, что это не судебные органы, свидетельствуют соответствующие положения основных законов. Так, согласно части 2 статьи
98 Конституции Республики Северная Осетия–Алания, судебная
власть осуществляется посредством арбитражного, административного, гражданского и уголовного судопроизводства, то есть отсутствует указание на конституционное судопроизводство.
В статье 70 Устава Ставропольского края, помимо аналогичного положения о формах судопроизводства, содержится положение о
судебной системе и перечисляются образующие ее судебные органы,
среди которых нет Согласительной палаты.
Кроме того, в некоторых субъектах Федерации конституционное
правосудие осуществляется судами общей юрисдикции. Так, согласно статье 83 Конституции Ингушетии Верховный суд является
высшим судебным органом республики в сфере не только гражданского, уголовного и административного судопроизводства, но и конституционного. Конституция Республики Алтай уполномочивает
Верховный и Арбитражный суды разрешать конституционные споры о соответствии конституции нормативных правовых актов государственных органов, уставов и актов органов местного самоуправления (статья 155).
Согласно Уставу города Москвы, Московский городской суд дает официальное толкование законов города Москвы (статья 101).
Таким образом, законодательство некоторых субъектов Федерации
возлагает на федеральные суды общей юрисдикции, находящиеся
на их территории, функцию осуществления конституционного правосудия. По мнению В. Кряжкова и Л. Лазарева, такая практика
«не санкционирована федеральным законом и потому она неправомерна».
В тексте Конституции России 1993 года не предрешается вопрос
о создании органов конституционной юстиции субъектов Федерации. Спор о целесообразности существования таких органов был завершен с принятием 31 декабря 1996 года Федерального конститу104
ционного закона «О судебной системе Российской Федерации». Данный закон фактически обобщил практику законодательного регулирования статуса конституционных (уставных) судов субъектов
Федерации и закрепил соответствующие строящимся федеративным отношениям нормы законов субъектов Российской Федерации.
Несмотря на то, что с принятием этого закона создание органов
конституционной юстиции в субъектах Российской Федерации получило правовую основу, к настоящему моменту органы конституционного контроля, как мы уже отмечали выше, созданы и функционируют только лишь в 14 субъектах Федерации. Имея полномочия на создание собственной конституционной (уставной) юстиции,
субъекты федерации, их главы и законодательные органы не спешат этого делать. Одна из причин такого положения очевидно кроется в нежелании их идти на самоограничение и установление судебного контроля за своей деятельностью.
Действующие конституционные (уставные) суды показывают
малую эффективность своей деятельности. Как правило, они принимают в среднем от пяти до десяти решений в год. В результате
такой работы Конституционный Суд Республики Мордовия фактически прекратил свое существование. В прессе все чаще слышны
призывы закрыть и другие суды ввиду их неэффективности. Так,
например, один из парламентариев Республики Карелия высказал
такое суждение: «Ни в одной из соседних с Карелией областей конституционных судов нет, и от этого никак не страдает судопроизводство. Потому как любое дело нынче могут принять к рассмотрению
Верховные суды субъектов Федерации. Когда в 1994 году в Карелии
создавался Конституционный Суд, то для этого имелись объективные причины. Существовавшая тогда федеральная законодательная база была несовершенной, требовалось заполнять многие юридические пробелы. В период становления российской государственности вынужденное появление конституционных судов было объяснимо, тем более, что ряд вопросов, отнесенные к рассмотрению
Конституционного Суда Российской Федерации, не подпадали под
юрисдикцию федеральных судов. Сейчас картина совершенно поменялась. Россия отстраивает свою судебную систему и выясняется,
что атавизм в образе конституционных судов должен естественным
образом отмереть за ненадобностью.
Чтобы понять бессмысленность дальнейшего сохранения Конституционного Суда в Карелии, надо соотнести расходы на его
содержание с судебной эффективностью работы этого института. В 2001 г. на содержание Конституционного Суда Карелии бы105
ло выделено из республиканского бюджета 3 миллиона 500 тысяч
рублей. За весь 2001 г. судьи Конституционного суда рассмотрели
7 дел. Получается, что себестоимость одного судебного дела обошлась налогоплательщикам в полмиллиона рублей. В 2002 г. Конституционному Суду из бюджетных денег было выделено 4 миллиона, а рассмотрено 10 дел. В 2003 г. Конституционный Суд обойдется налогоплательщикам в 4 миллиона 200 тысяч рублей. Могло
быть и больше (просили, по крайней мере, больше), но депутаты
чуть умерили аппетиты судей». Меркантильная оценка эффективности конституционных (уставных) судов субъектов Федерации
с позиций целесообразности, на наш взгляд, не совсем верная. Несоздание таких судов или прекращение их деятельности нарушает
одно из важнейших прав человека – право на равенство прав и свобод человека и гражданина в независимости от места жительства.
В тех субъектах, где действуют конституционные (уставные) суды,
граждане получают дополнительные права, поэтому необходимо
либо сделать создание Конституционных (уставных) судов обязательным, либо законодательно определить другие органы государства, которые будут осуществлять те функции конституционного
контроля, которые выполняют Конституционные (уставные) суды
в тех субъектах, где они функционируют. Мы ведь не ставим вопрос об оценке деятельности депутатского корпуса по количеству
принятых им законов и конкретному вкладу Республики в общефедеральный ВВП.
В организации и деятельности региональных органов конституционного контроля существует много проблем, как теоретического,
так и практического плана. Наиболее значимыми из них являются
следующие: медлительность отдельных субъектов Российской Федерации в создании органов конституционной юстиции; неравномерность их загрузки; отсутствие четкости в разграничении подведомственности между конституционными судами и судами общей
юрисдикции; финансирование конституционных судов субъектов
Федерации из местных бюджетов; отсутствие четкого разграничения полномочий Конституционного Суда Российской Федерации
и органов конституционной юстиции субъектов Федерации (как
в проверке конституционности законов и иных нормативных актов
Субъектов Федерации, принятых по вопросам совместного ведения
Федерации и ее субъектов, так и по вопросам собственного ведения
субъектов Федерации). Многие из перечисленных проблем свидетельствуют о необходимости создания в Российской Федерации единой системы конституционного контроля.
106
Отмечая тот факт, что федеральный Конституционный Суд разрешает дела о соответствии законов и иных нормативных актов
Конституции Российской Федерации, а органы судебного конституционного контроля в субъектах Федерации – о соответствии местных законов и нормативных актов своим конституциям и уставам –
можно сделать вывод о том, что они по сути являются двумя системами органов конституционного контроля в Российской Федерации, действующими, то есть существующими автономно и независимо друг от друга. Однако весьма существенным обстоятельством
при этом являются два момента.
Во-первых, это судебные органы и органы власти единого государства. Различия между ними лишь в том, что один из них – Конституционный Суд Российской Федерации – является федеральным Конституционным Судом, то есть общегосударственным, общероссийским органом, а конституционные суды Республик в составе
Российской Федерации и уставные суды краев и областей – это судебные органы отдельных, составных частей России, ее субъектов.
Во-вторых, это органы судебного конституционного контроля,
по своим задачам, целям и направленности деятельности, по своей юридической природе призванные обеспечить соответствие всего массива нормативных актов Основным законом как федерации
в целом, так и ее отдельных составных частей – государственноправовых образований внутри федерации, то есть субъектов Федерации.
Таким образом, можно констатировать, что между всеми названными органами конституционного контроля гораздо больше общего, нежели различного. Различие, по существу, лишь в пределах
полномочий и размерах территории, на которую распространяются
юрисдикции соответствующего суда.
Главной тенденцией современного развития конституционного
правосудия в Российской Федерации является его федерализация.
А главный вопрос федеративного устройства, как известно, – это вопрос о разграничении полномочий и предметов ведения между Федерацией и ее субъектами, в данном случае – в сфере осуществления конституционного правосудия.
Сравнительный анализ Конституции Российской Федерации и
конституций (уставов) субъектов Российской Федерации, законов
о конституционных (уставных) судах, конституционном (уставном)
судопроизводстве Российской Федерации и субъектов Российской
Федерации – обнаруживает черты коллизионности федерального
уровня правового регулирования и уровня субъектов.
107
Причина этого в том, что, когда учреждался федеральный Конституционный Суд, еще не были созданы конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации. Полномочия Конституционного Суда Российской Федерации определялись из расчета,
что он может быть единственным органом конституционного правосудия и будет единолично осуществлять функцию судебного контроля. Конституционные (уставные) суды субъектов Федерации начали учреждаться позже, при отсутствии четких общефедеральных
ориентиров, на основе не согласованного с центром автономного законотворчества субъектов Российской Федерации по поводу установления полномочий их конституционных (уставных) судов.
Проблема «коллизий» решений Конституционного Суда Российской Федерации и конституционных (уставных) судов субъектов
Российской Федерации могут быть решены одним из двух способов:
перераспределение полномочий Российской Федерации и ее субъектов в сфере осуществления конституционного правосудия, с целью
устранения совпадающих полномочий, либо признание совпадающих полномочий Конституционного Суда Российской Федерации и
конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации в качестве сферы совместного ведения (конкурирующих полномочий) Российской Федерации и ее субъектов по вопросам осуществления конституционного правосудия. Но в этом случае надо признать инсанкционность в системе конституционной юстиции: признать федеральный Конституционный Суд в качестве более высокой
инстанции в сфере, совпадающей с юрисдикцией Конституционного Суда Российской Федерации и конституционных судов субъектов
в сравнении с последними.
–– Между конституционными (уставными) судами и Конституционным Судом Российской Федерации складываются и будут неизбежно развиваться отношения по поводу обеспечения конституционности в России. При этом необходимо исходить из следующего:
–– первое. Конституционные (уставные) суды субъектов Федерации и конституционный Суд Российской Федерации являются элементами государственно-правовой действительности России. Они
функционируют в рамках единого (общего) правового пространства, где федеральное законодательство субъектов Федерации – одно целое, находящееся в логической и иерархической взаимосвязи;
они служат идеям правового государства, обеспечивая конституционность законов, договоров, и государственной деятельности вообще с позиции федеральной Конституции и соответствующих конституций (уставов) субъектов Федерации. Российская конституци108
онность – результат совместных скоординированных усилий органов государственной власти, в том числе и органов специализированного контроля;
–– второе. Конституционные (уставные) суды и федеральный
Конституционный Суд нужны друг другу. Единство способно придать им большую устойчивость, а согласованные отношения между
ними – предпосылка эффективного функционирования каждого из
них и российской конституционной юстиции в целом;
–– третье. Конституционные (уставные) суды и Конституционный Суд Российской Федерации самостоятельны и независимы
в пределах компетенции, очерченной соответствующими конституциями, уставами и законами. При этом, принимая решения, федеральный Конституционный Суд действует с позиции Конституции
Российской Федерации, а конституционные (уставные) суды дают
оценки, руководствуясь конституцией или уставом субъекта Федерации, но только в той мере, в какой они соответствуют Конституции Российской Федерации;
–– четвертое. Конституционный Суд Российской Федерации в отличие от Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не объявляется Конституцией Российской Федерации высшим судебным органом, а конституционные (уставные) суды именуются исключительно судами
субъекта Федерации. Из сказанного вытекает, что федеральный
Конституционный Суд не выступает в качестве кассационной, надзорной или апелляционной инстанции по отношению к данным судам. В его связях с конституционными (уставными) судами исключается административная субординация, иерархичность, но вполне
возможны правовая взаимосвязь, сотрудничество и взаимопомощь.
Отношения конституционных (уставных) судов с федеральным
Конституционным Судом находятся в начальной стадии формирования. Выделяются два блока отношений: организационные и правовые, связанные с осуществлением конституционного судопроизводства. Такое деление отчасти условно, ибо любой вид взаимодействия в конечном счете находится в контексте с идеей конституционной законности.
По мнению Черненко А. Г., «в построении конституционных судов как ветви судебной власти лежат федеративные начала. При исключении субординации названные суды в своей совокупности составляют основу такой власти. Взаимосвязь между ними прослеживается по линии сходства полномочий и заключается в возможности координации определенных направлений деятельности»6.
109
Этому, по нашему мнению, должно способствовать принятие на
федеральном уровне специального модельного закона о Конституционных (уставных) судах субъектов федерации. Создание единой
системы конституционного контроля должно быть закреплено в федеральной конституции и федеральном конституционном законе о
судебной системе.
Унификация конституционного законодательства по совершенствованию организации конституционной юстиции позволит выработать реальный механизм преодоления «коллизий» решений Конституционного Суда Российской Федерации и конституционных
(уставных) судов субъектов Российской Федерации, встречающихся в современной практике. Перед законодателем лежит важная задача, прежде всего, в обеспечении согласования, приведения регионального законодательства в соответствие с федеральными нормами, регулирующими институт конституционного контроля.
Одна из проблем, с которой столкнулось наше государство
в процессе формирования системы конституционного контроля
в России, кроется в неоднородности субъектов федерации с точки
зрения количественных характеристик: численности, населения,
размеров территорий, экономического потенциала и т. п. При сохранении того положения, что финансирование органа конституционного контроля субъекта Федерации осуществляется за счет
бюджетных средств самого субъекта, ставит ряд национальных
субъектов в тупиковые положения. Ввиду отсутствия достаточных
средств для дополнительных расходов они будут вынуждены воздерживаться от создания полноценных собственных органов конституционного контроля. Мы не ставим вопрос, чтобы, особенно
в условиях кризиса, производить финансирование данных органов
их федерального бюджета. Финансирование необходимо по причинам обеспечения независимости конституционного производства
в субъектах. Так, мировые судьи в Российской Федерации являются судьями общей юрисдикции субъектов Российской Федерации.
Но в целях обеспечения независимости данного звена судебной системы, законодатель в ст. 10 Федерального закона «О мировых судах в Российской Федерации» предусмотрел их финансирование
из федерального бюджета7. Поэтому данную проблему можно решить по аналогии.
Республики, как субъекты Федерации, являются наиболее
крупными национальными субъектами. Хотя значительная их
часть не столь и велика (Республика Адыгея, например, по территории составляет 7,6 тысяч квадратных километров, а Респу110
блика Тыва по численности населения 306 тысяч человек), однако
ни размеры территорий, ни численность населения не влияют на
их конституционно-правовой статус. Функции конституционного
контроля в этих субъектах федерации целесообразно возложить
на федеральный конституционный суд основными законами субъектов федерации. В свою очередь, федеральная конституция должна предусмотреть соответствующие положения, согласно которым
законодательным путем со стороны субъекта федерации может
быть предоставлено федеральному конституционному суду право осуществления конституционного судопроизводства, т. е. рассмотрения споров в пределах конкретного субъекта, относительно применения права этого субъекта. Федерация делегирует право
субъекту федерации наделять федеральный орган конституционного контроля, без какого-либо согласования с ним и федеральным
законодателем, полномочиями совершать конституционное правосудие в качестве конституционного суда соответствующего субъекта федерации.
Федеральный конституционный суд по конкретному кругу вопросов, переданных ему субъектом федерации и определенных условиях, становится как бы органом конституционного судопроизводства этого субъекта федерации. По отношению к данному субъекту федерации, его органам, должностным лицам и гражданам
федеральный конституционный суд не утрачивает своих качеств
и в случаях, определенных федеральным законодательством, осуществляет конституционный контроль через присягу федеральной
конституции.
Руководствуясь результатами исследования считаем возможным
сделать следующие выводы и предложения:
– 29 октября 2009 года рабочая группа Межпарламентской Ассамблеи государств-участников Содружества Независимых государств подготовила модельный Кодекс о судоустройстве и статусе
судей;
– статья 4 Кодекса определяет Судебную систему Государства.
В части I данной статьи говорится: «Конституционный Суд Государства – орган судебного контроля за конституционностью нормативных правовых актов в государстве, осуществляющий судебную
власть посредством конституционного судопроизводства. В Государстве могут образовываться иные суды, осуществляющие конституционный контроль на более низких уровнях. В случае отсутствия Конституционного Суда его функции исполняет Верховный
Суд Государства». На основании данного модельного Кодекса следу111
ет разработать модельный федеральный закон, в котором необходимо предусмотреть оптимальный состав конституционного (уставного) суда субъекта, исходя из численности населения субъекта, а также требований к кандидатам на должность судьи на уровне второго
звена судов общей юрисдикции, порядок назначения судей;
– на основании данного модельного федерального закона принять во всех субъектах необходимо принять региональные законы
с учетом специфики субъекта;
– в Модельном федеральном законе «О Конституционных (уставных) Судах субъектов Федерации» указать рекомендательные сроки разработки таких законов в субъектах и формирования составов
судов. В случае необразования таких судов обязать региональных
законодателей урегулировать вопросы конституционного контроля
в субъекте;
– в соответствии со статьей 77 Конституции Российской Федерации и принятым в ее развитие Законом Российской Федерации «Об
общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов
Российской Федерации», следует на федеральном уровне внести в ч.
1 ст. 27 ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» положение о наделении конституционных (уставных) судов субъектов Федерации правом рассматривать любые дела, отнесенные к их ведению самим субъектом Российской Федерации;
– разработать систему мер поощрения тех субъектов Российской
Федерации, где суды работают эффективно;
– в Федеральном законе «О Конституционных (уставных) судах
субъектов Российской Федерации» предусмотреть финансирование
их деятельности за счет федерального бюджета по аналогии с финансированием мировых судей;
– права и свободы граждан России не должны ущемляться отсутствием в том или ином субъекте Российской Федерации Конституционных (уставных) судов, которые обязаны осуществлять конституционный контроль реализации правового статуса личности.
Результаты исследования сущности и содержания конституционного правосудия подтверждает насколько оно является значимым
в процессе разрешения проблем связанных с нарушением прав, свобод и законных интересов граждан и юридических лиц. Указанное
свидетельствует о том, на сколько большое значение имеет содержание деятельности законодательных органов федерального уровня, уровня субъектов федерации и местного, муниципального сообщества.
112
1 Боер В. М., Прокофьев В. Ф. Принципы правового государства, их место и роль
в институте правозащитной деятельности // Закон. Право. Государство. 2014. № 2.
С. 12–23.
2 См.: Кряжков В. А., Лазарев Л. В. Конституционная юстиция в Российской Федерации. М., 1998. С. 323.
3 См.: Овсепян Ж. И. Судебный конституционный контроль в зарубежных странах: правовая защита Конституции. Ростов-на-Дону, 1992. С. 12; Нудель М. А. Конституционный контроль в капиталистических государствах. М., 1986. С. 20–22.
4 Чепурнова Н. Конституционный (уставный) суд как орган судебного контроля
за законностью правовых актов субъекта Федерации // Российская юстиция. 1999.
№ 3.
5 Конституционное правосудие в субъектах Российской Федерации: сб. нормативных актов (вступ. статья М. А. Митюкова). М., 1997.
6 Черненко А. Г. Общероссийская национальная идеология и развитие федерализма в России: Монография. СПб.: СПБУ МВД России; Алетейя, 1999. С. 141.
7 См.: Российская газета. 1998. 22 декабря.
ЦМАЙ В. В.
заведующий кафедрой международного и
таможенного права юридического факультета
ГУАП, доктор юридических наук, профессор,
почетный работник ВПО РФ
ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ ГРАЖДАНАМИ
ЧАСТИ 3 СТАТЬИ 46 КОНСТИТУЦИИ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Положительный результат обращения граждан в Европейский суд
по правам человека возможен при соблюдении гражданами следующих требований: во-первых, четко представлять, какое право заявителя, из предусмотренных Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, является нарушенным, и в чем собственно
нарушение выразилось; во-вторых, соблюсти правила приемлемости;
в-третьих, обосновать свою жалобу, используя существующие доказательства; в-четвертых, мотивировать свою жалобу на основе существующей практики Европейского Суда по правам человека.
Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод и Протоколы к ней гарантируют около 30 прав, которые относятся к категории гражданских (личных) и политических прав.
С точки зрения технологии подготовки жалобы в Европейский Суд
по правам человека начинать следует с определения нарушенного
права и проверки критериев (условий) приемлемости. Большинство
из правил приемлемости предусмотрено в статьях 34–35 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Эффективность направленного обращения в Европейский суд
по правам человека зависит от соблюдения следующих 10 условий:
113
обращаться в Европейский Суд по правам человека можно только
в случае нарушения того права, которое предусмотрено Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод; жалоба может быть подана только тем лицом, чье право непосредственно было нарушено; нарушение права должно произойти на территории, которая находится под юрисдикцией одного из государствучастников Европейской Конвенции о защите прав человека и
основных свобод; нарушение права, по общему правилу, должно
произойти после вступления Европейской Конвенции о защите
прав человека и основных свобод в силу, за исключением случаев
длящихся нарушений; заявитель обязан исчерпать эффективные
средства правовой защиты, существующие в стране; обращение
в Европейский Суд по правам человека должно быть направлено,
по общему правилу, не позднее 6 месяцев с момента принятия последнего судебного решения; жалоба должна быть обоснованной:
на заявителя возлагается обязанность доказать нарушение государством его права; жалоба не может быть анонимной; жалоба не
должна содержать оскорбительных высказываний; нельзя подавать жалобы по одному и тому же поводу одновременно в два и более международных органа.
Кроме того в Европейский Суд по правам человека имеет право
обращаться любое частное лицо: граждане одного из государств Совета Европы, иностранцы, лица с двойным гражданством и лица
без гражданства. Право на обращение в Европейский Суд по правам
человека не ограничивается критерием гражданской дееспособности, заявителем может быть любое физическое лицо, включая душевнобольных и несовершеннолетних. Как правило, в интересах
душевнобольных и несовершеннолетних заявителей в Европейском
Суде по правам человека действуют их представители, но именно
эти лица будут признаны заявителями.
В Европейский Суд по правам человека могут обращаться не
только физические лица, но и группы граждан, и юридические лица – коммерческие и некоммерческие организации, включая религиозные объединения. Жалоба – первое письмо, в котором заявитель поднимает определенные вопросы, регистрируется Секретариатом Европейского Суда по правам человека как досье. Этому досье
присваивается номер, который будет упоминаться во всей последующей переписке, и заявитель должен обязательно указывать его
в своей корреспонденции. Вместе с этим письмом, свидетельствующим о регистрации обращения и прерывающим течение шестимесячного срока, заявителю отправляется пакет документов, в кото114
рый входят формуляр жалобы, Европейская конвенция о защите
прав человека и основных свобод и руководство о том, как заполнять формуляр жалобы и форма бланка о предоставлении денежных средств на оплату адвоката. В письме оговаривается срок, в который заявитель должен представить заполненный формуляр, –
шесть месяцев. Если заявитель этого не сделает, то его досье будет
уничтожено.
Формуляр обращения – это определенная форма представления
жалобы выработанная Европейским Судом по правам человека. Все
разделы этого формуляра составлены таким образом, чтобы после
ознакомления с формуляром можно было составить представление
о нарушении прав человека, и о том, может ли жалоба быть потенциально приемлемой, то есть, соответствует ли она критериям приемлемости1.
Формуляр включает разделы о персональных данных заявителя, государстве, против которого обращается заявитель, описание
фактических обстоятельств дела, перечисление нарушений Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их
обоснование, требования заявителя и ряд других.
В разделе «описание фактов» необходимо последовательно, в хронологическом порядке описать все события, которые произошли
в жизни заявителя в связи с нарушением его прав. Описание фактов должно содержать информацию о конкретных событиях, которые привели к нарушению прав конкретного человека.
После описания фактов необходимо указать, какие именно права, из гарантированных Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заявитель считает нарушенными. В просительной части формуляра следует указать, что заявитель просит
признать нарушенным одно или несколько прав, гарантированных
Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, о нарушении которых заявитель указал в самой жалобе. Здесь
же, указать, что заявитель просит выплатить ему справедливую
компенсацию за вред, причиненный нарушением его прав. Размер
компенсации можно не указывать. Жалоба заполняется на русском
языке, необходимо приложить копии всех документов, на которые
есть ссылка в жалобе.
Европейский Суд по правам человека работает с фотокопиями
документов, справок, письменных свидетельств, фотографий, нотариально заверять копии документов не нужно. В конце жалобы следует сделать список приложений, которыми заявитель подтверждает фактические обстоятельства своего дела.
115
После подготовки жалобы заявитель должен направить жалобу
в Европейский Суд по правам человека заказным письмом с уведомлением. По получении, регистрации и принятия жалобы, по
делу назначается судья докладчик, который изучает документы
и определяет, соответствует ли жалоба условиям приемлемости.
Для того, чтобы жалоба была признана приемлемой, она должна отвечать следующим условиям: предметом жалобы могут быть
только права гражданина гарантируемые Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод и ее протоколами;
жаловаться может только сам потерпевший, жалоба не должна
быть анонимной и не должна являться предметом рассмотрения
другой международной инстанцией; жалоба должна быть подана
не позднее чем через шесть месяцев после исчерпания национальных средств защиты; подавать жалобу можно только на нарушения, которые произошли после ратификации страной Европейской Конвенции; ответчиком по жалобе может быть только государство.
Исходя из критериев приемлемости, юрист рассматривает жалобу и составляет ноту в которой, кратко излагает факты, жалобу
заявителя и предлагает варианты. Далее дело направляется национальному судье и Председателю палаты. На стадии коммуникации,
документы доводятся до сведения сторон, составленные Европейским Судом по правам человека изложение фактов и жалоб заявителя и все документы, которые заявитель прислал в Суд, отправляются Государству.
После извещения Государства, сторонам дается четыре недели
для того, чтобы представить свои соображения по делу. Вначале четыре недели получает Государство, представляя в обязательном порядке свой ответ на русском и английском языках. После этого меморандум Государства пересылается заявителю. У заявителя имеются также четыре недели для того, чтобы ответить на аргументы
Государства и предъявить свои требования о справедливой компенсации за те страдания и тот ущерб, которые были причинены ему
в результате нарушения его прав. Все это пересылается Государству, у которого имеются еще три недели, чтобы прокомментировать представленный заявителем меморандум. Получив от Государства документы, Суд пересылает их заявителю.
На этой стадии Секретариат просит заявителя выбрать своего
представителя. Им может быть любой адвокат, осуществляющий
деятельность на территории Российской Федерации, или другое лицо, обладающее достаточными знаниями в области защиты прав че116
ловека в Европейском Суде по правам человека на одном из официальных языков Совета Европы (английском или французском). На
этой же стадии, заявитель может получить небольшую сумму (сумма не превышает 850 Евро) на оплату услуг адвоката.
На этой же стадии рассматривается возможность заключения
мирового соглашения, что предусмотрено п. b ч.1 ст. 38 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Инициатором заключения мирового соглашения чаще всего выступает Государство. Если заявитель согласен, то определяются условия, при
которых будет заключено мировое соглашение. Процедура конфиденциальна, мировое соглашение не публикуется, однако Европейский Суд по правам человека отслеживает, были ли исполнены условия мирового соглашения.
После того как Европейский Суд по правам человека получил
все соображения сторон и принял решение о приемлемости жалобы и в результате коммуникации никаких фактов, указывающих
на обратное, не выявляется, то происходит разбирательство в Европейском Суде по правам человека2. Разбирательство в Европейский
Суд по правам человека может быть как письменным, так и устным.
Оно проводится в два этапа: разбирательство на предмет приемлемости с вынесением решения о приемлемости жалобы и затем вынесение решения по существу. Письменная процедура разбирательства проходит без участия сторон, стороны представляют свои письменные объяснения, и на их основе выносятся решения. Во время
устного слушания стороны представляют свою позицию по делу,
тексты своих устных возражений.
Решение Европейского Суда по правам человека не оглашается
на заседании, а готовится (публикуется на английском и французском) и направляется сторонам. Решение Европейского Суда по правам человека переводится как Постановление. Решения и Постановления Европейского Суд по правам человека включают несколько
разделов. В вводной части указывается наименование дела, его номер, состав Палаты, представители сторон, сведения о заявителе,
процедура прохождения жалобы в Суде. В описательной части излагаются обстоятельства дела, как они представлены заявителем,
а также внутреннее законодательство страны, если оно важно для
разрешения дела.
Вопросы права являются основной частью решения, именно читая вопросы права можно отыскать прецеденты, то есть те правовые
принципы и нормы, которыми Европейский Суд по правам человека руководствовался при вынесении конкретного решения или по117
становления, а также будет руководствоваться при вынесении всех
последующих решений и постановлений.
В резолютивной части постановления Европейского Суда по правам человека указано, какие именно статьи и части Европейской
Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующие права человека, были признаны нарушенными, а какие нет. А
также, какие именно вопросы Европейский Суд по правам человека счел излишним рассматривать, так как рассмотрел эти вопросы
в других частях. Кроме того, указывается, какая именно справедливая компенсация присуждена заявителю, а также размер возмещения расходов на юридические услуги.
Исполнение решений Европейского Суда по правам человека может включать следующие компоненты: выплата справедливой компенсации и возмещения судебных издержек; принятие мер индивидуального характера; принятие мер общего характера. Выплата
справедливой компенсации и возмещения судебных издержек предусматриваются непосредственно решением Европейского Суда по
правам человека, в котором определяется их размер. Справедливая
компенсация и судебные издержки должны быть выплачены жертве нарушения прав человека в течение 3-х месяцев с момента вынесения окончательного решения. В том случае, если государство не
делает этого, компенсация должна будет выплачиваться с начислением процентов на уровне процентной ставки Центрального Банка
страны. Практика исполнения судебных постановлений, как правило, исполняется государствами без длительных задержек.
Что касается мер индивидуального характера, то они могут быть
различными, и это зависит от конкретного дела. Меры общего характера, как правило, затрагивают изменение законодательства
или судебной и административной практики. После вынесения
Палатой Европейского Суда по правам человека Постановления
по делу, любая из сторон может в течение трех месяцев обратиться в Большую Палату (ст.44 Европейской Конвенции о защите прав
человека и основных свобод). Большая Палата правомочная полностью пересмотреть дело и вынести по нему другое решение. Постановление Большой Палаты является окончательным.
Если же стороны не заявили, что будут просить о передаче дела
в Большую Палату, или же прошли три месяца с даты, вынесения
Постановления, а обращение в Большую Палату не поступило, или
коллегия Большой Палаты отклонила обращения о передаче дела,
то Постановление Европейского Суда по правам человека вступает
в законную силу.
118
Постановление Европейского Суда по правам человека, выявившее нарушение прав человека, рассматривается на ближайшем заседании Комитета Министров Совета Европы, не реже одного раза в шесть месяцев. Если исполнение решения необходимо
срочно (это касается принятия мер индивидуального характера), а
государство не предпринимает достаточных усилий, возможны и
срочные заседания. По мере исполнения, решений Комитета Министров Совета Европы выносит предварительные резолюции, содержащие позицию Комитета Министров Совета Европы по вопросам исполнения решений Европейского Суда по правам человека.
Когда решение полностью исполняется, выносится закрывающая
резолюция.
Комитет Министров Совета Европы осуществляет контроль за
исполнением Постановлений Европейского Суда по правам человека, до тех пор, пока не будут приняты все необходимые меры общего характера, не будет установлена их эффективность в предотвращении новых нарушений, и Комитет Министров Совета Европы не
убедится, что приняты все необходимые индивидуальные меры по
устранению нарушений, признанных в отношении заявителя.
Надзор3 за исполнением решений Европейского Суда по правам
человека, осуществляет Комитет Министров Совета Европы, который следит, предприняли ли Государства, признанные виновными
в нарушении положений Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, адекватные меры по исполнению особых
обязательств или обязательств общего характера, вытекающих из
Постановлений Европейского Суда по правам человека. Государство-ответчик в свою очередь отчитывается также и за меры общего
характера, которые необходимо принять, чтобы не допустить аналогичных нарушений в будущем. В случае, неисполнения Постановления Европейского Суда по правам человека, предусмотрена
процедура приостановления членства страны-нарушителя в Совете Европы, данную санкцию Комитет Министров Совета Европы ни
разу не применял.
Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации
общепризнанные принципы и нормы международного права обязаны неукоснительно соблюдаться государствами ратифицировавшими Европейскую Конвенцию по правам человека. То есть даже
решения Конституционного Суда Российской Федерации обязаны
быть согласованы с содержанием указанной части статьи Конституции. Однако в последнее время Конституционным Судом Российской Федерации изыскиваются основания для иной трактовки ча119
сти 4 статьи 15 Конституции позволяющей обосновать отказ от выполнения решения Европейского Суда по правам человека, по жалобе бывших собственников ЮКОСа.
1 Механизм организации и осуществления государственно-правовой защиты
прав, свобод и законных интересов граждан в Российской Федерации: монография
/ под общ. ред. П. П. Глущенко. СПб., 2013. С. 143–153.
2 Глущенко П. П., Кикоть В. Я., Степанов Д. Ю. и др. Указ. соч. С. 151–152.
3 Глущенко П. П., Цмай В. В. Проблемы взаимодействия национальных и международных судов в процессе разрешения гражданско-правовых, имущественных
споров // «Черные дыры» в российском законодательстве. 2012. № 4. С. 28–30.
ШАПОВАЛОВ Р. С.
магистрант юридического факультета ГУАП
БОЕР А. Л.
заместитель заведующего кафедрой международного и таможенного
права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук –
научный руководитель
РОЛЬ И МЕСТО В ОБЕСПЕЧЕНИИ РЕАЛИЗАЦИИ
И ЗАЩИТЫ ПРАВА ГРАЖДАН НА ЖИЛИЩЕ УРОВНЯ
ПРАВОВОЙ КУЛЬТУРЫ
Под принципами права, по нашему мнению, традиционно понимаются основополагающие идеи, руководящие начала, характеризующие единство и основные тенденции развития правовых норм,
регулирующих соответствующую сферу общественных отношений1. Общая теория права признает наличие трех уровней правовых
принципов: а) общеправовых, б) межотраслевых и в) отраслевых.
Общеправовые, как нам представляется, в подавляющем большинстве преломляются в отраслевых и реализуются через конкретные
нормы определенной отрасли. В эту категорию принципов следует
отнести: принцип равноправия граждан; принцип признания, соблюдения и защиты прав и свобод человека; принцип социального
государства; принцип правового государства; принцип гуманизма
и справедливости. Все они закреплены Конституцией Российской
Федерации и всецело зависят от уровня правовой культуры, умения
гражданами их использовать в процессе реализации и защиты своих прав, свобод и законных интересов.
Общеправовой принцип равноправия граждан, по мнению автора означает, что социальными и правовыми гарантиями вправе
пользоваться граждане вне зависимости от пола, расы, националь120
ности, языка, происхождения, имущественного и должностного
положения, места жительства, отношения к религии, убеждений,
принадлежности к общественным объединениям.
Принцип признания, соблюдения и защиты прав и свобод граждан как общеправовой, реализуется в сфере конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан на жилье посредством возникновения прав и законных интересов человека на основе закона, отсутствия зависимости их объема
и реализации от усмотрения каких-либо органов или должностных
лиц, а также через возложение на государство обязанности развивать, защищать и совершенствовать систему социально-правовых
гарантий населения.
К межотраслевым принципам права, в чем мы абсолютно уверены следует отнести универсальность, всесторонность, доступность. Универсальность – это есть своеобразное преломление общеправового принципа равноправия и справедливости. Принцип
всесторонности относительно социально-правовых гарантий означает, что необходимые гарантии предоставляются во всех случаях, когда возникает соответствующая, признаваемая обществом
потребность. Реализация принципа доступности очень многогранна. Так, для приобретения права на пенсию по возрасту на общих
основаниях достаточно иметь соответствующий полу возраст и
трудовой стаж.
К отраслевым принципам, свидетельством чего является наука
теории государства и права, относятся: принцип социального обеспечения за счет государственных и общественных фондов, принцип гарантированного соответствия размеров обеспечения сложившемуся уровню потребностей и возможностей государства2.
По нашему убеждению, институт конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан на
жилище, имеет свою правовую базу, основу, то есть свои специфические принципы. К их числу, с нашей точки зрения, следует отнести:
– законность обращения к защите прав, свобод и законных интересов граждан в сфере жилищных правоотношений;
– государственного признания правомерности и актуальности
института конституционно-правового регулирования обеспечения
реализации и защиты прав, свобод и законных интересов граждан
в сфере жилищных правоотношений;
– добровольности использования механизма конституционноправового регулирования обеспечения реализации и защиты права
граждан на жилище;
121
– разумность и объективность оценки значимости, эффективности института конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан на жилище;
– ответственность за отступление от порядка и правил осуществления защиты прав, свобод и интересов граждан в жилищных
правоотношениях;
– гласность использования права обращения граждан к механизму конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан на жилище;
– презумпции правомерности граждан требовать предоставления им полагающихся прав, свобод и интересов в сфере жилищных
правоотношений.
Ведущим принципом института конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан на
жилище, конечно, является принцип законности3. Во-первых, потому что он, по нашему убеждению, является базовым вообще для права и не только национального, внутригосударственного. Во-вторых,
данный принцип является показателем истинности законов, их соответствия так называемым международным стандартам. В-третьих,
без его соблюдения все остальные принципы фактически не исполняемы, не реализуемы. Принцип законности института конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты
означает, что любые действия, направленные на реализацию прав,
свобод и интересов граждан в сфере жилищных правоотношений,
восстановление либо их защиту в случае нарушения, обязаны быть
согласованы с действующим законодательством; национальным и
международным. Принцип законности означает, что реализация,
восстановление и защита прав, свобод и законных интересов граждан в любой сфере тем более в жилищной, должны осуществляться
согласно порядка и правил, установленных законами и подзаконными актами. Принцип законности требует единообразного понимания
и применения способов, средств и методов института государственно-правовой защиты права граждан на жилище на всей территории
России, без каких-либо изъятий. Принцип законности такой защиты
не признает никаких видов и форм целесообразности, ибо она является антиподом законности, позволяющая скрыть, обосновать любое
беззаконие, неуважение к праву, свободе, интересу граждан в сфере
обеспечения их жильем либо его изъятия.
Принцип законности функционирования конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты субъектов жилищных правоотношений, по убеждению автора, означает
122
доступность каждого гражданина на восстановление и защиту его
нарушенных прав и интересов, посредством обращения в соответствующие компетентные органы: административные, правоохранительные, национальные и международные правозащитные инстанции. Принцип законности института конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан на
жилище требует от лиц, к ней прибегающих, взаимного уважения
прав, свобод и интересов той стороны, по отношению к которой она
применяется. Принцип законности правовой защиты права граждан на жилье, как об этом уже упоминалось, является конституционным, государственным и международным одновременно, мерилом состоятельности государства, его способности блюсти свои
международные обязательства в части соблюдения международных стандартов прав и свобод граждан.
Следующим важным принципом института конституционноправового регулирования обеспечения реализации и защиты является, по убеждению автора, принцип государственного признания
его правомерности и обязательности4. Данный принцип закреплен конституционно. Ст. 2 Конституции России гласит, что «признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства»; Ст. 18 Конституции утверждает, что
«Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечения правосудием». Ст. 40
Конституции наделяет граждан правом на жилье. Ст. 45 Конституции России уточняет «1. Государственная защита прав и свобод
человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется».
Часть вторая указанной ст. 45 гласит: «2. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом». Статья 80 Конституции России обязывает Президента РФ
как гаранта конституционных прав и свобод граждан требовать от
государственных и муниципальных органов власти реального обеспечения граждан жилищем. 125 статья Конституции России обязывает Конституционный Суд Российской Федерации рассматривать любые обращения граждан к нему за помощью, в том числе и
в сфере нарушения жилищных прав. Таким образом, в чем автор
абсолютно убежден, принцип государственного признания правомерности и обязательности института конституционно-правового
регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан
на жилище является обоснованным.
123
Принцип добровольности обращения к механизму конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты,
использованию ее механизма для реализации, восстановления или
защиты прав, свобод и интересов граждан в жилищной сфере, как
нам представляется, имеет очень важное значение в системе правозащитной деятельности5. Сущность, назначение этого принципа настолько очевидны, что вряд ли требуются значительные усилия для комментариев, интерпретации. Тем не менее, обратим особое внимание на то, что гражданин самостоятельно решает, как ему
быть в той или иной ситуации: самообороняться или надеяться на
государство, общество, общественные объединения; какой метод,
способ, средство применить в случае обращения к индивидуальной
самообороне; довольствоваться только национальным механизмом
правовой защиты или обратиться к международному; приступить
к самообороне лично или доверить своему представителю, родственнику, адвокату, общественному защитнику.
Наиболее спорным, по нашему мнению, и в тоже время сложным
является принцип разумности и объективности оценки значимости, эффективности правовой защиты права граждан на жилище.
В силу чего данный принцип так неоднозначно воспринимается и
оценивается? Во-первых, потому, что граждане по своему внутреннему убеждению оценивают его значимость, эффективность, игнорируя многие факторы (слабое знание закона, несвоевременность
обращения к ней, неверный выбор правового средства, способа, метода, нежелание считаться с требованиями законопредписаний и т.
д. и т. п.). Во-вторых, отсутствием четких критериев оценки эффективности, кроме как положительно либо отрицательно завершившаяся операция по реализации, восстановлению или защите прав,
свобод и интересов граждан в жилищной сфере (без учета сколько
сил, времени, экономических затрат, здоровья было на эту «пиррову» победу затрачено). Принцип разумности и объективности оценки значимости, эффективности правовой защиты требует наличия
должного уровня правовой культуры ее участников (с одной стороны потерпевший, с другой стороны нарушитель прав, свобод и интересов, с третей суда или другого органа разрешающего жилищный
спор).
Принцип ответственности за отступление от порядка и правил осуществления конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан на жилище имеет
не маловажное значение и означает, что, не взирая на принцип добровольности, гражданин, обратившийся к ней, но допустивший
124
отступление от принципа законности, обязан отвечать по закону, ибо нельзя создать личное благополучие посредством лишения
его других6. Права, свободы и интересы небезграничны и должны
быть взаимоуважаемы, взаимособлюдаемы. Виды ответственности
зависят от вида и степени нарушений порядка и правил обращения
и пользования механизмом правовой защиты. Оснований для применения этого принципа много, каждое из них имеет свои особенности, свою упорядоченность возникновения и использования. Наличие настоящего принципа имеет особое значение, ибо он способен корректировать поведение участников – сторон государственно-правовых отношений, воздействовать друг на друга, с одной
стороны и помогать исключению, предупреждению более тяжких
последствий отступления от порядка и правил применения ее механизма, с другой стороны.
Принцип гласности на столько понятен, по нашему мнению, и
доступен для использования, обращения к механизму конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан на жилище настолько понятен, доступен для
восприятия, что вряд ли требует дополнительных пояснений.
В какой-то части данный принцип созвучен с принципами законности и государственного признания правомерности и обязательности института правовой защиты и означает запрет какой-либо
закрытости, затруднения обращения к ней, получения информации о ее содержании, результатах. Исключением являются лишь
сведения, способные нанести ущерб государственным интересам
или если они не подлежат разглашению в силу требований нравственности.
Принцип презумпции правомерности требований граждан предоставления им их прав, свобод и законных интересов в сфере жилищных правоотношений означает, что гражданин прав, настаивая на том, что его права, свободы и интересы не представляется возможным реализовать, восстановить и защитить, надеясь
только на обязательность это сделать со стороны государства,
общества. Этот принцип также означает, как нам представляется,
что обязанность опровергать несостоятельность требований граждан, отсутствие у них права на соответствующие права и свободы
возложена на тех, кто подозревается в их ущемлении (кроме дел так
называемого частного обвинения).
Содержание рассмотренных принципов института конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты
позволяет нам сделать следующие выводы:
125
– применение всех семи обоснованных нами принципов делает
их устойчивой юридической базой указанного института, на основе которой уже разработан его механизм обеспечения реализации и
защиты прав граждан на жилище;
– каждый принцип в отдельности служит активизации деятельности граждан в части приобретения навыков самообороны, однако, по убеждению автора, только усвоение всех вместе указанных
принципов способно сделать его надежно защищенным;
– значимость принципов далеко не однозначна, но каждый из
них, по нашему убеждению, служит не только дополнением, но и
продолжением друг друга, что делает их взаимозависимыми и взаимодополняемыми;
– предложенные принципы, как считает автор, обоснованны и
закреплены не только конституционно, но и находятся в полном соответствии с международно-правовыми актами, определяющими
международные стандарты прав и свобод граждан и общепризнанными принципами и нормами международного права;
– механизм конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты, покоящийся на предложенных нами
принципах, доступен каждому гражданину и обязан быть взят на
вооружение всеми, кто уважает себя, кому небезразлично отношение к его личным правам, свободам и интересам со стороны юридических и физических лиц.
Исследование сущности и возможностей принципов института конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты дает, как нам представляется, возможность сделать следующие предложения относительно повышения эффективности, качества механизма личной правозащитной деятельности
в сфере жилищных правоотношений7:
1. На основе требований принципа законности обращения граждан к конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты их права на жилище необходимо значительно
усилить правоохранительную сторону деятельности юридических
и должностных лиц, общественных объединений.
2. Принцип государственного признания правомерности и актуальности института правовой защиты права граждан на жилище
обязывает государственные органы власти: законодательную, исполнительную и судебную кардинально изменить отношение к обеспечению исполнения законов, прежде всего, представителями государственной власти. Указанный принцип налагает особую ответственность на законодательную власть (Федеральное Собрание Рос126
сии, законодательные органы субъектов Российской Федерации,
местного самоуправления), которая ответственна за качество законодательной базы правозащитного характера.
3. Принцип разумности и объективности оценки значимости, эффективности правовой защиты субъектов жилищных правоотношений обязывает ее участников с одной стороны постоянно повышать
их уровень правовой культуры, с другой стороны, предписывает государству, обществу обеспечить свободный доступ к действующему
законодательству, юридической литературе, образцам документов.
Ведь ст. 48 Конституции России гласит, что «1. Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи». Более того, в случаях, предусмотренных законом, она обязана
быть оказываема бесплатно.
4. Принцип ответственности за отступление от порядка и правил
осуществления правовой защиты права граждан на жилье обязывает правоохранительные органы (милицию, прокуратуру, суды)
особое значение уделить пунктуальному исполнению органами, организациями, должностными лицами и гражданами действующих
российских законов, международного правозащитного законодательства8 и прежде всего Федерального закона России «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы
граждан».
5. Принцип гласности использования права обращения граждан к институту конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты их права на жилище, его механизму
налагает обязанность на государство и его органы, организации по
обеспечению полной информации о месте, времени, видах правовой помощи с тем, чтобы всякий в ней нуждающийся мог бы ею воспользоваться.
Сделанные выводы и предложения, по мнению автора, будут способствовать приближению российского общества к правовому, социальному, светскому, демократическому государству, признание
перечисленных ценностей которого, к сожалению, в большинстве
своем пока имеет место лишь в Конституции Российской Федерации и в отдельных федеральных законах.
Результаты исследования позволяет нам сделать следующие выводы: институт конституционно-правового регулирования обеспечения реализации и защиты права граждан на жилище, является,
по нашему убеждению, междисциплинарным правовым институтом в силу того, что он отвечает пяти признакам определения института, а именно имеет своих субъекты и объекты, правоотношения,
127
юридическую базу, механизм государственно-правовой регламентации; история становления и развития института конституционноправового регулирования обеспечения реализации и защиты права
граждан на жилище, свидетельством чему является осуществленный сравнительно-правовой анализ законодательной и источниковедческой баз, прошла на своем пути три этапа развития, каждый
из которых соответствовал времени, содержанию, направленности, политике существовавших государств9; основным показателем
важности и эффективности института конституционно-правового
регулирования обеспечения реализации и защиты прав граждан
в сфере жилищных правоотношений, по убеждению автора является его механизм организации и осуществления; юридической базой
института конституционно-правового регулирования обеспечения
реализации и защиты прав, свобод и законных интересов граждан
в сфере жилищных правоотношений являются конечные его принципы: законности, государственного признания, добровольности,
разумности и объективности, ответственности, гласности, презумпции правомерности обращения к правовой защите.
Эффективность использования права граждан на жилище, как
это предусмотрено ст. 40 Конституции РФ, во многом зависит по
нашему убеждению от уровня правовой культуры граждан, ответственности органов и должностных лиц, уполномоченных исполнять ее предписания и наличия всеобъемлющего контроля и надзора за выполнением обязанностей органами государственной власти
обеспечивать реализацию и защиту жилищных прав граждан.
1 Принципы российского права. Общетеоретический и отраслевой аспекты / Н.
И. Матузов, А. В. Малько, К. А. Струев. Саратов, 2010. С. 29–35.
2 Боер В. М., Глущенко П. П., Сербин М. В. Правозащитная деятельность: современная теория и практика защиты прав, свобод и законных интересов граждан. М.:
Юрист, 2014. С. 53–57.
3 Боер В. М., Глущенко П. П. Роль и место принципов института правозащитной
деятельности в механизме реализации и защите прав и свобод граждан // Закон.
Право. Государство. 2014. № 4. С. 216–220.
4 Ст. 2, 15, 18, 45–46 Конституции Российской Федерации.
5 Ст. 45 Конституции Российской Федерации.
6 Варюшенкова Т. М., Глущенко П. П. Юридическая ответственность граждан и
юридических лиц. СПб.: СПбАУиЭ, 2009. С. 5–12.
7 Подробнее см.: Боер В. М., Глущенко П. П. Указ. соч. С. 216–221.
8 Вишневская И. Г., Гордеев Ю. Е. Международно-правовая регламентация рассмотрения обращения граждан в Европейском суде по правам человека // Закон.
Право. Государство. 2013. № 1. С. 113–119.
9 Боер В. М., Глущенко П. П., Сербин М. В. Указ. соч. С. 39–52.
128
магистрант юридического факультета ГУАП
ДОГАЕВ А. В.
РОЛЬ И МЕСТО УРОВНЯ ПРАВОВОЙ КУЛЬТУРЫ ЧЛЕНОВ
ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ В ПОВЫШЕНИИ
ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРАВОЗАЩИТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Важным, по нашему убеждению, является вопрос о понятии механизма правозащитной деятельности, порядке, основаниях и особенностях его использования политическими партиями. Его уяснение позволит обеспечить всесторонность и объективность анализа
сущности и роли его использования.
Механизм правозащитной деятельности, по нашему убеждению
вправе представить системой закрепленных национальным законодательством и общепризнанными принципами и норами международного права способов, методов и средств воздействия на общественные отношения в целях обеспечения прав, свобод и законных
интересов юридических лиц и граждан, оказания им помощи по
реализации и восстановлению своего правового статуса1. Представленный нами механизм включает в себя: систему юридических способов, методов и средств, установленных либо санкционированных
государством и поддерживаемых, разделяемых обществом; субъекты – пользователей, к которым относятся юридические и физические лица, общественные объединения, государство в целом. Юридические лица и общественные объединения могут быть национальными и международными, межгосударственными и межправительственными, двусторонними и многосторонними; объекты – охраняемые законом ценности материального и морального характера, на
которые посягает правонарушитель либо по поводу которых возникают правозащитно-правовые отношения; правосубъектность
субъектов – объем полномочий и обязанностей по отношению друг
к другу; нормативные акты национального и международного уровня, относящиеся к правозащитной деятельности; акты реализации
конституционных прав и свобод граждан; правовая культура участников правозащитно-правовых отношений; правосознание субъектов правозащитно-правовых отношений; взаимодействие между
субъектами и объектами, то есть правоотношение.
Что же представляют собой правовые методы, средства и способы
механизма правозащитной деятельности, на сколько они способны
повысить эффективность правозащитной деятельности, осуществляемой политическими партиями? Нет оснований не согласится
129
с авторским коллективом учебника2, изданного в 2013 году в том,
что к правовым методам следует отнести: убеждение, принуждение,
обжалование контроль и надзор; к правовым средствам: административное расследование, институт юридической ответственности и возбуждение уголовных дел; к правовым способам: административно-правовой, гражданско-правовые, уголовно-правовой,
конституционно-правовой и международно-правовой.
Выбор видов правовых методов, средств и способы механизма
правозащитной деятельности во многом зависит от оснований, условий, форм нарушения прав, свобод и законных интересов субъектов соответствующих правоотношений. Правовая практика свидетельствует, что политические партии чаще всего используют для
защиты своих прав и законных интересов, а также для обеспечения реализации и защиты прав, свобод и законных интересов своих
членов из правовых методов – убеждение, обжалование и контроль,
из правовых средств – административное расследование и институт
юридической ответственности, из правовых средств – административно-правовой, гражданско-правовые и гораздо реже – уголовноправовой (как правило по вопросам избирательной компании и конституционно-правовой.
Руководствуясь тем, что конкретизация использования политическими партиями механизма правозащитной деятельности обязано быть представлена во второй главе магистерской работы в настоящем параграфе мы акцентируем внимание на обосновании путей,
направлений повышения эффективности использования вышеназванных правовых методов, средств и способов к которым чаще всего
обращаются политические партии.
Практика разрешения проблем, возникающих в процессе избирательных компаний, в сфере ЖКХ, жилищном секторе, в трудовых правоотношениях свидетельствует о том, что политические
партии активно используют высшее нами представленные виды
правовых методов, средств и способов в целях защиты, и восстановления нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан –
функционеров либо нарушенных прав и законных интересов самих
партий, иных структур, имеющих к ним прямое отношение3.
Эффективность, значимость методов, средств и способов механизма правозащитной деятельности во многом зависит от: наличия навыков использования, умения обоснованно к ним обращаться, знаний и навыков разработки соответствующих документов, на
основе которых решаются вопросы удовлетворения законных прав,
свобод и интересов граждан и политических партий; наличие долж130
ного уровня правовых знаний; правильного определения подведомственности органа государственной власти, местного самоуправления, должностного лица, которые обязаны должным образом разрешить возникшую проблему по поводу которой имело место к ним
обращение.
Исходя из указанного и в целях повышения эффективности правозащитной функции политических партий, по нашему убеждению, крайне необходимо: приобрести навыки и умение определения какую часть механизма следует подключить для разрешения
возникшей проблемы, ситуации, то есть правовой метод, правовое
средство или способ; создать центры, структуры, в которых необходимо разместить подготовленных специалистов для разработки необходимых документов и направления их по подведомственности;
обеспечить правовую подготовку руководителей партийных структур в части касающейся умения выбора правовых методов, средств
и способов обеспечения реализации и защиты прав, свобод и законных интересов граждан, политических партий; активизировать
правовое обучение членов политических партий с тем, чтобы они
были готовы к защите и восстановлению своих прав, свобод и законных интересов; совершенствовать формы и методы участия в правотворческой работе любых законодательных органов в целях повышения эффективности правозащитного законодательства.
Всестороннее представление роли и места политических партий
в механизме правозащитной деятельности – целью которой обеспечение реализации и защиты прав, свобод и законных интересов
граждан в различных видах правоотношений, по нашему убеждению невозможно без рассмотрения содержания их конституционноправового статуса и сущности предназначения института правозащитной деятельности, механизма его функционирования.
Конституционно-правовой статус политических партий, как
нам представляется, переопределен требованиями предъявляемыми к ним политическими, юридическими, нравственными и организационными началами, основами закрепленными государством
в Конституции, Федеральных законах, нормативных правовых актах субъектов федерации и согласуемых с общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами и обязательствами Российской Федерации4.
Руководствуясь вышеизложенным предпримем попытку представить и раскрыть в начале требования, предъявляемые к политическим партиям, зарегистрированным на территории Российской
Федерации, признанными правомочными, легитимными, активно
131
участвовать в государственной и общественной жизни и деятельности. Затем представим содержание конституционно-правового статуса политических партий и его места в институте правозащитной
деятельности, а также доказательства того, что институт правозащитной деятельности вправе быть признанным правовым, многопрофильным институтом в силу того, что он вобрал в себя многие
элементы из различных отраслей права (теория государства и права, административное, трудовое, жилищное, конституционное, семейное, уголовное, муниципальное, международное и таможенное
право).
Политические партии по своему назначению, в чем мы убеждены, обязаны соответствовать, выражать и защищать специфические интересы определенных групп и слоев общества, их участие
в политической, управленческой деятельности государства5. Результаты проведенного нами сравнительно-правового и историкоправового анализов исторических, правовых, кадровых и источниковедческих материалов, позволяют утверждать, что усиление
роли политических партий в политики, порождено следующими
причинами: возрастанием роли демократических начал элементов демократизма в сфере общественного управления, под которыми, к сожалению, так называемые преобразователи понимают вседозволенность для себя и проклятие в адрес тех, кто беспокоится о
судьбе России, ее народа; разнообразием различных мнений, убеждений, требований (зачатков идеологического плюрализма), являющихся политической базой, основой формирования для различных
политических партий, к сожалению и тех, которые управляются из
зарубежа; убеждением больших социальных групп, жителей колоний, наций и т. д.) общности своих внутренних интересов и стремление их законодательно закрепить и реализовать, и пагубности
деления населения на наших и чужих; признанием важности обеспечения реализации новых по содержанию избирательных прав
граждан, появлением и закреплением политического плюрализма в основном законе государства; д) необходимостью активизации
честности в процессе проведения избирательных кампаний и совершенствование проведения обоснованной, правомерной агитации за
конкретных кандидатов.
Выше представленное способствовало тому, что политические
партии, постепенно превращаются из второстепенных общественных организаций в весьма значимые, эффективные, доступные
населению составляющие института многопартийности, политической системы, политических отношений. Политические партии
132
уже занимают центральное место в организации избирательных
кампаний, в мобилизации электората (избирателей) в поддержку
конкретных лидеров и политических программ с тем, чтобы активно влиять на политику, экономику, обеспечение реализации и защиты прав, свобод и законных интересов не только своих функционеров (членов).
Значимость политических партий, их авторитет в общественной,
политической жизни и особенно в сфере правозащитной деятельности полностью зависит от содержания их деятельности, функционального предназначения6, в число которых входят следующие:
обеспечение активизации, сплочения различных общественных
слоев, их направление на достижение социально-экономических и
социально-политических целей, возможность реально участвовать
в государственной и общественной жизни страны; формулирование, обоснование и показ сущности, содержания групповых интересов, политического, экономического, социального и управленческого характера и путей, способов их реализации; формирование общественного мнения, подтверждаемого, обоснованного реальным состоянием дел в России, ее субъектах, в каждом районе проживания
граждан; осуществление повседневного, целенаправленного, эффективного, политического воспитания масс, в первую очередь подрастающего поколения, чему, к сожалению, пока не достаточно уделяется внимание; разработка реальной политической, но не политизированной идеологии и политических доктрин, не противоречащих действующему российскому законодательству, направленных
на защиту суверенитета России, незыблемости ее государственных
границ; принятие новых членов политических партии, на основе
реальных, проводимых в жизнь политических программ; воспитание, отбор политической элиты (во многих государствах правительства и представительные органы формируются из членов крупных
политических партий), способной к управлению, правовой защите,
воспитанию, укреплению авторитета политических партий, что,
к сожалению, недооценивается, практически все важные посты,
должности находятся у правящей партии, но результаты их деятельности вызывают обоснованное неудовлетворение; обеспечение
участия в борьбе за достижение государственной власти законными
методами, способами, средствами механизма правозащитной деятельности; обеспечение осуществления государственного управления, отвечающий интересам большинства с приходом к власти.
К сожалению действительность последних 20 лет свидетельствуют о том, что значимость роли политических партий в обществен133
ной и политической жизни общества, не в должной мере отвечает интересам большинства имеют место сложности прежде всего
в социальной сфере, здравоохранении, образовании, пенсионном
обеспечении. Падение роли политических партий, предъявление
к ним обоснованных требований, претензий имеет место в силу следующих, по нашему мнению, факторов: объективных (увеличение
количества социальных конфликтов, размывание классов); субъективных (часть политиков таких, как консерваторы, традиционалисты считают партии злом и провозглашают программы борьбы с ними, доказывают обоснованность, реальность нахождения властных
полномочий у незначительной части населения – миллиардеров,
миллионеров, их родственников и приближенных).
Однако, несмотря на представленные факторы, причины претензий к политическим партиям представить ситуацию полного исчезновения политических партий как субъектов политической системы, а следовательно и института многопартийности в ближайшем будущем, по нашему убеждению, невозможно7. Существенное
влияние на определение их роли в жизни общества оказывает государство, которое способно либо поднимать, либо принижать статус
партий, упрощать или усложнять их существование. Взаимоотношения политических партий, самого института многопартийности
и государства урегулированы законами и подзаконными актами,
определяющими конституционно-правовой статус и гарантирующими их взаимные права и обязанности.
Исследовав содержание и виды требований, предъявляемых
к политическим партиям, вправе представить понятие и сущность
конституционно-правового статуса политических партий. По нашему мнению, под ним следует понимать – совокупность прав, свобод, законных интересов, обязанностей, и видов юридической ответственности, регламентированных национальным законодательством и общепризнанными принципами и нормами международного права. Помня о том, что политические партии есть совокупность
лиц – членов, граждан Российской Федерации, а это означает, что
как члены политических партий, так и они сами, наделены общими правами и свободами, закрепленными в главе 2 Конституции
Российской Федерации, так и особенными правами и свободами,
установленными нормативной базой, регламентирующей создание
и функционирование института многопартийности, о содержании
которого свидетельствует статья 13 Конституции России. Обязанности и виды ответственности также могут быть как общими так
и специальными, присущими действующими в отношении полити134
ческих партий и их членов, но о их содержании, особенностях речь
пойдет позже.
В числе основных прав политических партий, по нашему убеждению, вправе признать следующее: право выдвижения своих кандидатов на любые выборные должности; право осуществления обоснованной критики курса, политики правительства, органов государственной власти, должностных лиц; право свободного распространения информации о своей деятельности, полностью отвечающей законопредписаниям, нацеленной на защиту Отечества,
истории, традиций и обычаев поколений; право на осуществление
свободы внутрипартийной жизни, но не вседозволенности, порой
направленной на подрыв авторитета государства, очернение истории народа, государства; право на получение государственных дотаций и компенсаций в период избирательных кампаний; право на
приобретение, обладание и распоряжение своим имуществом, движимого и недвижимого вида, характера.
Общими обязанностями политических партий следует считать:
признание, уважение и отстаивание нетерпимости посягательств
легальность и легитимность существующего строя; соблюдение
конституции, законов и подзаконных актов; соблюдение порядка и
правил, регламентирующих их деятельность.
Основными обязанностями политических партий, по нашему
убеждению, следует признавать и учитывать при определении их
значимости, роли в государственной и общественной жизни и деятельности: обеспечение повседневного, эффективного претворения
в жизнь предписания ст. 2 Конституции России, т. е. признание,
соблюдение и защита прав, свобод человека и гражданина, являющихся не только членами либо сочувствующими им (партиям); повсеместное разъяснение населению содержания ст. 3 Конституции
России о том, что «народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления», с тем, чтобы не игнорировали любые выборные компании, не подменяли огородную, дачную собственность,
на важное право – выражение власти народа; убеждение граждан
в том, что основные права и свободы человека… принадлежат ему от
рождения, а не даруются государством, партиями, государственными органами, либо кандидатами в депутаты, градоначальниками,
руководителями субъектов федерации; обоснование важности права граждан на объединение, не противоречащее содержанию статьи
30 Конституции, кроме посягающих на основы конституционного
строя, не допускающее возбуждение социальной, религиозной, ра135
совой ненависти и вражды; убеждение граждан в необходимости
участия в управлении делами государства как непосредственно (ст.
3 Конституции России), так и через своих представителей (ст. 3, 32
Конституции России).
В число важнейших, имеющих особое значение обязанностей
политических партий вправе отнести: убеждение граждан взрослого поколения и особенно призывного возраста в том, что защита
Отечества является не только священным долгом, но и обязанностью каждого гражданина, убеждать каждого в том, что уклонение от исполнения предписаний ст. 59 Конституции – есть тяжкое преступление, проявление неуважения к государству, народу,
старшему поколению отдавшего свои жизнь и здоровье, защиту
земли русской, обильно политой кровью и потом; политическое,
нравственное воспитание направленное на защиту интересов государства, общества, законных интересов граждан, выработку крайней нетерпимости к словам и делам, уничижающим традиции и
обычаев поколений, наносящим ущерб экономическим, политическим, оборонным интересам Российской Федерации, народу и
обществу; воспитание убеждения у каждого гражданина о крайней необходимости по настоящему, повседневно заботиться о детях, родителях, старшем поколении, чтить отца и мать, не в коем
случае не оставлять их без помощи, призрения нетрудоспособных
родителей, братьев, сестер и других родственников; систематическое повышение эффективности осуществления правозащитной
деятельности, обучения граждан умению активно и целенаправленно приобретать навыки обращения к институту правозащитной деятельности, его механизму обеспечения реализации и защиты прав, свобод и законных интересов. Подробнее о содержании и
особенностях данной обязанности политических партий будет сказано позже.
От места, занимаемого политической партией в политической системе, заявленных программах деятельности их подразделяют на:
правящие партии – партии, получающие в результате выборов в законодательный орган страны право формировать правительство и
реализовывать политическую программу развития общества в соответствии со своими целями. Правящих партий может быть несколько; оппозиционные партии, сосредотачивающие свою деятельность
на разработке социально-политических программ, альтернативных
выдвигаемым правящей партией. Оппозиционные партии, в свою
очередь, могут быть легально действующими и нелегальными; занимающими значительное место в обществе и не занимающими та136
ковых. В Российской Федерации нелегальные политические партии
не заявлены.
Наконец, в зависимости от отношения к идеологии и ее направленности политические партии делятся на: а) идейно-политические,
деятельность которых строится на базе идеологии (коммунистические, социал-демократические, либеральные, конфессиональные,
монархические, националистические); б) прагматические (электоральные) партии, деятельность которых покоится, осуществляется не на основе идеологии, а определяется достижением конкретной
задачи.
Правовая регламентация формирования конституционно-правового статуса института многопартийности, определения его места и
роли в политической системе государства, отдельно взятых политических партий, являющихся его составными, организующими частями осуществляется на основе Конституции РФ, федеральных законов, нормативных правовых актов субъектов федерации и, конечно, находящихся в соответствии с общепризнанными принципами
и нормами международного прав, международных обязательств
Российской Федерации.
Исследование сущности и порядка образования, ограничения на
создание партий, формирования их конституционно-правового статуса, позволяет сделать следующие выводы:
1. Установленный ФЗ «О политических партиях» и ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц» явочно-регистрационный порядок приобретения политическими партиями легального
статуса, обеспечивая свободу объединения призван вместе с тем воспрепятствовать образованию политических партий, организация,
цели и методы деятельности которых противоречат принципам демократического правового государства, что особенно важно в условиях развивающейся российской многопартийности.
2. Правовое регулирование самого процесса образования политических партий имеет своей целью обеспечить соблюдение принципов законности, демократии и гласности, которые должны быть
основой, базой для осуществления их деятельности, направленной
на доступ к политической власти правомерными способами и методами.
3. Права, свободы, обязанности и ответственность политических
партий, отдельных ячеек института многопартийности, определенные законодательством, политическими программами и уставами
одновременно представляют собой их политико-правовой статус,
который и есть политико-правовой фундамент не только зарожде137
ния, становления и совершенствования, но и дальнейшей демократизации всей политической системы Российской Федерации, формирования гражданского общества, повышения эффективности
обеспечения реализации и защиты конституционных прав, свобод
и законных интересов российских граждан.
4. Закон о партиях переполнен всякого рода ограничениями.
Складывается впечатление, что его авторы стремились не столько
обеспечить многопартийность, сколько создать условия для того,
чтобы партийная жизнь представлялась не серьезным делом. С общегражданской, теоретической точки зрения, партия – общественное объединение, добровольно создаваемое гражданами для выражения коллективной воли, для представительства, для защиты интересов, для участия в тех или иных публичных акциях. Партия
в широком смысле слова политическая организация, которая занимается преимущественно продвижением своих программных целей
и внедрение их в проводимый государством курс.
5. В отношении партий действуют правила. Их деятельность поставлена под непосредственный контроль и под отчет органам исполнительной власти. Каждому региональному отделению, как
коммерческой организации, предписано вести бухгалтерские балансы и финансовые отчеты, регулярно сдавая их в налоговые и финансовые ведомства по месту нахождения и в центральный аппарат
партии, а ему, в свою очередь, предписано составлять сводные балансы и отчеты, представляя их уполномоченным органам государственной власти. С одной стороны это правильно, финансовая деятельность партии должна быть прозрачной.
6. Не доверяя партиям решать самостоятельно вопросы, для которых они, собственно говоря, и создаются, закон предписывает
партиям «создавать мужчинам и женщинам, гражданам разных
национальностей, являющимся членами партии, равные возможности для представительства в руководящих органах, в списках
кандидатов в депутаты и на иные выборные должности в органах
государственной власти и органах местного самоуправления». Декларируя «свободу» политических партий в «определении своей
внутренней структуры, целей, форм и методов деятельности», закон
одновременно предъявляет к ним некоторые требования. Финансовые требования заключается в том, что партиям приходится существовать как обычным хозяйственным единицам, тратить время,
средства и силы на ведение и представление отчётов различным вышестоящим ведомствам. А если в этой горе не нужных самим партиям бумаг, заполненных цифрами, обнаружатся некие неточности
138
или ошибки, сделанные не политиками, а бухгалтерами? Тогда под
вопрос может быть поставлена нормальная деятельность партии.
Разобравшись с понятием, содержанием и особенностями конституционно-правового статуса политических партий, исследуем понятие, содержание института правозащитной деятельности,
представим доказательства тому, вправе ли его именовать правовым институтом, а затем выясним какое место он занимает в деятельности, функциях политических партий. Важное место в институте правозащитной деятельности занимает механизм правозащитной деятельности, в силу указанного нам предстоит уяснить как он
используется политическими партиями в целях повышения эффективности реализации и защиты прав, свобод и законных интересов
населения, в первую очередь, членов партий и им сочувствующих.
Авторский коллектив учебно-методического пособия8, по нашему убеждению обоснованно считает, что под институтом правозащитной деятельности следует понимать – совокупность мероприятий экономического, политического и идеологического, социального, административно-управленческого и правового характера закрепленных национальным законодательством и общепризнанными принципами и нормами международного права, используемая
для обеспечения реализации и защиты прав, свобод и законных интересов граждан и юридических лиц.
Представленное содержание института правозащитной деятельности позволяет утверждать о том, что он имеет свои: особый статус,
субъект, объект, правоотношение, правовую базу, механизм правового регулирования, то есть элементы, которые согласно науке теории государства и права позволяют определенную совокупность
правовых норм признавать самостоятельным правовым институтом.
Возникновение и становление института правозащитной деятельности в историческом плане базировалось на таких идеях, началах как: а) стремление обеспечить эффективную защиту интересов общества; б) создание условий для предотвращения нарушений
прав, свобод и интересов граждан; в) воздание гражданам должного
за их труд, отношение к соблюдению государственных интересов;
г) создание механизма перевоспитания и исправления тех членов
общества, которые допускают посягательство на права, свободы и
интересы других граждан; д) воспитание у граждан нетерпимости
к посягательству на их законные интересы. Выше названные идеи
института правозащитной деятельности и ее механизма и помощи
актуальны и по сей день.
139
На каждом этапе развития общественных отношений, смены
формаций менялись лишь формы, виды, содержание института
правозащитной деятельности. Она же, как обязательное условие
становления государственности, стабилизации отношений между государством и личностью, совершенствовалась, становилась
многогранной и весомой. Ретроспективный анализ содержания,
предназначения правовой защиты и помощи, идей, на которых
базировалось рождение, становление нового правового института, исследование современных начал правозащитной деятельности в России и за рубежом, дают возможность сделать следующие
выводы:
1. Зарождение, становление института правозащитной деятельности диктовалось необходимостью сохранения человеческой популяции, предотвращения самосудов, самозащиты от анархии и вакханалий. Это относится как к глобальным, так и к местным проблемам. Первая и вторая мировые войны, более 800 вооруженных
конфликтов после второй мировой войны – это отсутствие согласованности в работе Лиги Наций, а затем и ООН, которая после разрушения Союза ССР стала открыто проамериканской организацией.
2. Правозащитная деятельность формировалась из отдельно взятых ее элементов, способов, традиций и обычаев, практики жизнедеятельности отдельных наций, народностей.
3. Институт правозащитной деятельности и ее механизм тем
действеннее, эффективнее, чем выше уровень экономики, социально-культурной деятельности, образования в стране, отдельно взятом регионе (крае, области, субъекте Федерации).
4. Создание института правозащитной деятельности – это процесс кодификации норм международного и национального права,
это постоянная замена нецелесообразных, отживших норм, законов, подзаконных актов новыми, соответствующими уровню экономического, социального и идеологического развития в обществе.
5. Эффективность института правозащитной деятельности определяется уровнем уважения гражданина к государству и государства – к каждому своему гражданину.
6. Правозащитная деятельность, ее уровень и эффективность
есть показатель могущества, стабильности, социальной направленности внутренней и внешней политики государства и наоборот.
7. Становление, совершенствование института правозащитной
деятельности всегда предопределялось такими идеями как: создание условий эффективности защиты прав, свобод и интересов граждан, предотвращение посягательств на их законные права, свободы
140
и интересы, вознаграждение граждан адекватно их вкладу в общие
дела государства и общества.
Исследование понятия, сущности, социального предназначения
института правозащитной деятельности и помощи невозможно без
показа содержания и функций его механизма и выработки основных направлений его дальнейшего совершенствования, методики
овладения им государственными и негосударственными структурами, должностными лицами и отдельными гражданами, занимающимися правозащитной деятельностью по должности либо по призванию. Особое отношение это имеет к политическим партиям, ибо
без этого им не получить признание не только населения, но даже
членов партий.
Результаты исследования сущности и содержания института
правозащитной деятельности могут быть активно использованы
в целях коренного изменения взглядов на его предназначение и,
главное, применение в повседневной жизнедеятельности, значительного повышения эффективности.
1 Подробнее см.: Боер В. М., Глущенко П. П., Сербин М. В. Правозащитная деятельность: современная теория и практика защиты прав, свобод и законных интересов граждан. М.: Юрист, 2014. С. 115–130.
2 Боер В. М., Глущенко П. П., Сербин М. В. Правозащитная деятельность. Современная теория и практика. Часть 1. М.: ЮРИСТ, 2013. С. 68–132.
3 Гагиева Н. Р. Правовая политика в механизме формирования и функционирования института многопартийности в Российской Федерации: монография. СПб.,
2013. С. 12–16.
4 Сербин М. В., Сербина Л. А. К вопросу о конституционной реформе избирательного права как необходимой меры модернизации // Закон. Право. Государство.
2014. № 2. С. 61–69.
5 Гагиева Н. Р. Указ. соч. С. 47–62.
6 Зотова З. М. Избирательная кампания политических партий в схемах. М.,
2007. С. 151–156, 160–166.
7 См.: Сокол С. М., Гагиева Н. Р. Единство функций политических партий с предназначением механизма правозащитной деятельности // Закон. Право. Государство. 2014. № 2. С. 297–308.
8 Боер В. М., Глущенко П. П., Сербин М. В. Правозащитная деятельность: современная теория и практика защиты прав, свобод и законных интересов граждан:
УМП. М.: ЮРИСТ, 2014. С. 9–27.
141
ДОМБРОВСКИЙ В. В.
профессор кафедры гражданского права юридического факультета ГУАП,
кандидат юридических наук, профессор
ИНСТИТУТ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ
В ОБЕСПЕЧЕНИИ БЕСПЕРЕБОЙНЫХ АВТОМОБИЛЬНЫХ
ПЕРЕВОЗОК В СТРУКТУРЕ ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ
РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА
Хроника автомобильных перевозок в России свидетельствует о
том, что в 1920-х гг., впервые по Чуйскому пути стала доставляться
продукция советских компаний в Монголию1. Исполнителем данной работы была акционерная организация, имевшая собственное
отделение в Бийске. Главным шагом к активизации деятельности
отечественного автотранспорта в международных перевозках стало
создание в 1970-х гг. генерального управления автомобильных сообщений. Переименованное через некоторое время в ОАО «Совтрансавто», которое действует до сих пор2.
Советским Союзом было заключено примерно 40 межправительственных договоров, правопреемницей каковых стала Российская
Федерация. В процессе экономических реформ в России государство лишилось льготы на продажу и право осуществления международных автомобильных перевозок, этим трудным, прибыльным
делом начали заниматься многочисленные предприятия и индивидуальные предприниматели. Именно в это время как никогда возникла необходимость правового обеспечения использования института юридической помощи субъектам автоперевязочных правоотношений.
В добавление к ранее имевшимся направлениям автоперевозок
появились новые трассы перевозки грузов и пассажиров в международном сообщении. На сегодняшний день, автомобильные перевозки осуществляются более чем 50 стран Европы и Азии, а также и
в СНГ. Однако ограничение доступа на рынок грузовых и пассажирских перевозок не обозначает, что государство в лице своих подготовленных органов отстранилось от регулирования экономических
процессов, в том числе в этой важной в экономическом плане сфере.
Проблема в том, что имели место недостаточные эффективные правовое сопровождение и оказание юридической помощи субъектам
автомобильных правоотношений.
Нынешняя транспортная сеть и ее структура сложилась в процессе формирования международного деления труда, активно воз142
действуя на него. Международные перевозки грузов растут медленнее, чем международная торговля: незначительно увеличиваются
размеры перевозимого сырья; материалоемкое производство перемещается к источникам сырья. Часть транспорта во всемирном ВВП
и, особенно в ВВП индустриально развитых стран, сокращается, все
вышеуказанное требует изменений в оценке роли и места института
юридической помощи.
Во всемирной торговле, доля услуг транспорта понижаются.
Транспортные услуги, невзирая на передовую динамику коммерческих услуг (информационные и коммуникационные процессы.),
играют огромную значимость в обеспечении производительности и
конкурентоспособности торговли товарами. Совместно с этим они
считаются значительным самостоятельным источником денежных
притоков. Российский автомобильный транспорт считается одной
из системообразующих отраслей хозяйства, которые обеспечивают
территориальное единство государства и единство его экономического пространства.
Развитие автотранспорта осуществляется в направлении изучения подобных автотранспортных способов, как интермодальные,
смешанные с участием всевозможных видов транспорта на разных
стадиях перевозки грузов, чему способствует «контейнерная революция» – использование контейнеров международного стандарта,
повышения эффективности юридического сопровождения, оказания надлежащей юридической помощи всем участникам автоперевозок.
Транспортная сеть России главным образом различается от всемирной автотранспортной сети по многочисленным параметрам.
Значительная территория с узкой полосой расселения в самостоятельных больших регионах и мало освоенными пространствами обуславливает преобладание железнодорожного транспорта в сети и
обороте по сопоставлению с автомобильным. На подходах к крупным городам и транспортным узлам страны отмечается нехватка
пропускной способности федеральной сети. Сообщением по автодорогам с твердым покрытием не снабжены около 50 тыс. заселенных
пунктов. Низкий технический уровень дорог объясняет повышение
себестоимости транспортировок в 1,5 раза, затрат горючего на 30%
по отношению к похожим коэффициентам цивилизованных стран3.
Распад СССР усугубил транспортные обстоятельства формирования страны.
Посредством автомобильного транспорта происходит перемещение объектов материального характера. Функции автомобильного
143
транспорта подразумевают обеспечение доступа производственных
ресурсов, а также готовых товаров на рынок. Кроме того с помощью
автомобильного транспорта подразумевается соединение производственных ресурсов.
Во внешнеторговых отношениях роль автомобильного транспорта сводится к категории транспортной составляющей, которая отражает стоимость перевозки к стоимости груза, которые перевозится.
Транспортная составляющая оказывает решающее воздействие на
специализацию международного характера, требующую соответствующего юридического сопровождения, которая, в свою очередь
отражает следующее: при превышении расходов на перевозку стоимости перевозимых товаров реализация этих товаров оказывается
невыгодна, недостатки в сфере оказания своевременной юридической помощи влекут огромные убытки материального и морального
характера.
Для индустриально сформированных стран фрахт (стоимость перевозки) составляет 5% стоимости экспорта и импорта, в развивающихся странах – повыше, потому что удельный вес транспортного
компонента в стоимостях на сырье выше, чем на готовые изделия,
кроме того, положение фрахтового рынка предопределяют не в развивающихся странах. В общем конкурентность, новинки в технологических и бытовой сферах транспортно-логистических комплексов
приводит к понижению издержек производства и снижению цен4.
В этой связи уровень транспортных издержек во многом зависит
от уровня юридической помощи, и определяется посредством баланса требований, предъявляемых заказчиком транспортировки груза,
и возможностей, которые существуют для выполнения таковых требований со стороны исполнителя услуги внешнеторговой перевозки.
Помимо транспортных издержек сюда также входит транспортная
инфраструктура, настоятельно требующая учета действующих законопредписаний национального и международного уровней.
Таким образом, мы видим, что транспортный фактор представляет собой совокупный результат обеспечения транспортом, который отражает деятельность участников процесса транспортной перевозки внешнеторговых грузов, знания ими требований законов и
подзаконных актов. Такая деятельность участников является целенаправленной. Она также включает деятельность производителя
продукта и его потребителя, стивидорных компаний и посредников.
Одновременно автомобильный транспорт характеризуется как
энергоемкий сектор хозяйства государства с инвестиционным циклом длительного характера. Автомобильный транспорт оказывает
144
существенное влияние на формирование ВВП. В разных странах автомобильный транспорт составляет от 4 до 9% всей структуры ВВП.
В Петербурге работает отделение Евроазиатского автотранспортного союза (ЕАТС) с целью координации всех огромных транспортных программ в России, в которых город считается одним из основных звеньев – девятый интермодальный коридор, коридор «СеверЮг». Российский резерв интермодальных коридоров расценивается
в 5–6 млрд. долл. ежегодно.
Спутниковые системы слежения для оптимизации транспортных потоков обширно используют исключительно европейские экспедиторы. Российские автотранспортные предприятия с учетом ее
цены и рентабельности применяют систему исключительно в международных перевозках. Между тем она дает возможность не только наблюдать за автотранспортным средством, но и управлять ими,
тем самым обеспечивая надежность грузоперевозок автомобильным транспортом.
Федеральный проект до 2015 года, важнейшая задача которой
содержится в возмещении нарастающих потребностей госструктур, областей, также всего населения нашей страны в космических
услугах, уделяющая особенное влияние системе – спутнику ГЛОНАСС. Данная система позволяет предоставить навигационную информацию для безграничного количества людей в любой точке мира, и увеличить надёжность определения местоположения предмета. В наше время внешнеторговая деятельность российских участников всей внешнеэкономической деятельности мирового уровня
нуждается в повышении эффективности.
Полагаем, что это связано с организацией транспортно-экспедиторского и юридического обслуживания на качественном уровне.
Само по себе транспортно-экспедиторское техобслуживание требует высшей степени: международного законодательства и законодательство различных стран; международных конвенций в области
транспорта; технических характеристик автосредств, через которые происходит транспортировка; условий функционирования пунктов, на которых происходит перегрузка и перевалка товаров и грузов; посреднического рынка; фрахтового рынка5 и т. д.
Высокоспециализированным организациям экспедиторам, которые концентрируют огромное количество грузов и обеспечивающих
регулярность перевозок, предоставляются скидки от транспортных
структур. Поставка 80% груза всемирной торговли значится за экспедиторами, конструкторами транспортировок6. Транспортно-экспедиторское содержание включает в себя процедуры, объединен145
ные с транспортировкой груза, но вылезающие за грань сферы деятельности экспедитора в мировой практике. Практики ценообразования на автотранспортную продукцию. Транспортно– экспедиторское такое обслуживание делится на две категории операций;
коммерческо-юридические и производственные действия. К первой
категории причисляются: альтернатива оптимального типа транспорта, подписание соглашений о транспортировке грузов, совершение подсчетов с фирмами, оформление санитарных, ветеринарных
формальностей, различных актов с целью предъявления жалоб при
порче, потере и похищении экспедируемого товара. Ко второй категории можно отнести: доставка багажа со склада отправителя до
места разгрузки, активизация, консолидация, формирование стивидорных работ, приемка груза в пункте назначения, помещение и
оберегания груза, тара, маркировка7 и др.
Международная ассоциация перевозчиков (ФИАТА) – межправительственная ассоциация (93 государственные ассоциации из 85
стран и приблизительно 2700 персональных членов из 140 государств
мира), основанная в 1926 г. В ее объединение входит примерно 700
экспедиторских учреждений. В состав объединения входят комиссии
и подкомиссии, специализирующиеся на проблемах транспортировок, в том числе автотранспортных, вопросами документации, страхования и др. Заинтересованность российских экспедиторов в ФИАТА представляет объединение экспедиторов РФ с 1998 г.
Комиссией по стандартизации ФИАТА изобретен основополагающий транспортировочный документ для смешанных транспортировок – транспортная накладная Ф.Б.Л., единственный из типов сквозного коносамента, выписывая который, перевозчик берет
на себя поручительство оператора по смешанным перевозкам и его
обязанность компенсировать эту угрозу страхованием.
Интернациональные перевозки регулируются многосторонними договорами на областном и общемировом уровне в ходе работы
и специализированных органов ООН, примерно 100 межгосударственных учреждений. Так, международное объединение автомобильного транспорта, Ассоциация международных автомобильных
экспедиторов придерживаются принципа свободы транзита (Конвенция о независимости перевозки, Барселона, 1921 г.; Соглашение
о временной транспортировке через территории окруженных сушей
стран, 1965 г.), предполагающего высвобождение транзитных изделий от сборов и акцизов на импорт и экспорт, хотя рациональные
пошлины могут оказаться на самом деле все же оправданными, чтобы компенсировать то нужное обслуживание, которое объединено
146
с товарами8. В соответствии с системой гарантий TIR любая договаривающаяся сторона устанавливает свою национальную ассоциацию по гарантиям, которая и берет на себя ответственность обозначаться в качестве поручителя по всем книжкам МДП в соответствии с Соглашением международной дорожной перевозки.
Характерно то, что сегодня автомобильный транспорт является
преобладающим по объемам перевозки внешнеторговых грузов. Полагаем, это связано с тем, что в условиях процесса модулизации производства, а также широкой индивидуализации спроса, сокращения
размеров предприятий и в то же время роста номенклатуры изделий
только он способен обеспечить доставку на высоком и эффективном
уровне, в основе которой лежит принцип «от двери к двери».
Кроме того, автомобильный транспорт является наиболее конкурентным при перевозке внешнеторговых грузов на любые расстояния – как ближние, так и дальние. Он же остается более конкурентоспособным в случае, когда необходима быстрая доставка груза. При перевозки на короткие расстояния главное преимущество
автомобильного транспорта заключается в том, что расходы на его
эксплуатацию не являются высокими.
В данной сфере соперничество посреди перевозчиков различных
стран, кроме воздействия традиций торговли (ввоз обычно обслуживают экспедиторы страны-импортера), совершается под воздействием политики государственных правительств, использующих
такие инструменты, как квоты, таможенные и налоговые привилегии, вследствие которым отдельные автоперевозчики зарабатывают преимущества в приобретении по лизинговым программам
подвижного состава с превышающими промышленными и природоохранными (ядовитость выброса, степень шума, тяжесть, параметры) характеристиками. Восстановление подвижного состава отечественными автоперевозчиками совершается за счет приобретения
бывших в употреблении тягачей, либо экономят на приобретении
новых тягачей, используя программу trade-in, когда подержанная
машина идет в зачет стоимости новой.
Прогресс деятельности российских автоперевозчиков представляет мероприятия по таким направленностям, как: законодательно-правовое и информационное предоставление перевозок; формирование справочно-логистических центров для наблюдения и регулировки потоков грузов в международном сообщении; усовершенствование таможенных технологий.
Так, последнее подразумевает ограничение периода таможенного оформления, включительно внедрение системы электронного де147
кларирования; исследование и введение принципа «одного окна»,
или «одной остановки», исключающую повторение операций всевозможных контрольных органов; организация совокупных действий контрольных органов при проверке международных экспедиторов; соответствующее обустройство пограничных переходных
пунктов; организация движения транспорта по «зеленому» и «красному» коридорам.
Таким образом, мы можем позволить себе сделать вывод о том,
что автотранспорт превышает другие виды транспорта по размерам
перевозок, потому что гарантирует очень эфективную доставку по
принципу «от калитки к калитке» в критериях модулизации производства, индивидуализации спроса, подъема номенклатуры изделий, понижения масштабов предприятий. Автомобильный транспорт наиболее конкурентоспособен при транспортировке обширной
номенклатуры грузов на всевозможные расстояния, а также при потребности скорой доставки грузов. На автотранспорте эксплуатационные затраты являются более высокими, однако расходы на содержание стабильных устройств сравнительно невелики, что гарантирует самому типу автотранспорта конкурентоспособность при транспортировках на кратковременные дистанции. Максимальная приспособляемость данного вида транспорта в отношении потенциала
подбора другого маршрута перевозки обеспечивает ему первенствующую роль в качестве средства доставки товаров непосредственно потребителю. Исследование позволяет сделать вывод о том, что эффективность автоперевозок международного уровня настоятельно требует значительного повышения значимости правовых знаний, обеспечения всесторонней квалифицированной юридической помощи субъектам и ее участника автоперевозочных правоотношений.
1 Основы логистики: учеб. пособие / под ред. В. Щербакова. СПб.: Питер, 2009.
С. 21–35.
2 Левкин Г. Г. Логистика: учеб. / Г. Г. Левкин, А. М. Попович. Омск.: Изд-во Омского гос. ун-та им. Ф. М. Достоевского, 2014. С. 47–52.
3 Международные экономические отношения: курс лекций / под ред. А. И. Евдокимова. М.: Проспект, 2013. С. 56–68.
4 Агапова Т. А. Мировая экономика: учеб. / Т. А. Агапова, С. Ф. Серегина. М.: Дело и сервис, 2012. С. 112–117.
5 Молокович А. Д. Логистическая модель автотранспортного комплекса в системе международных грузовых перевозок // III Междунар. заоч. науч.-практ. конф.
«Инновационные процессы и корпоративное управление». Минск, 2011. С. 421–425.
6 Основы логистики: учеб. пособие / под ред. В. Щербакова. СПб.: Питер, 2009.
С. 391–397.
7 Шишкин Д. Г. Логистика на транспорте: монография / Д. Г. Шишкин, Л. Н.
Шишкина. М.: Маршрут, 2006. С. 192–223.
8 Таможенное право: учеб. пособие / под ред. И. Ш. Килясханова, И. Б. Кардашовой, С. Н. Бочаровой. М.: ЮНИТИ-ДАНА; Закон и право, 2012. С. 220–223.
148
БАЖЕНОВ А. В.
доцент кафедры уголовного права и таможенных расследований
юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент
ЧАСТНЫЕ ТЮРЬМЫ И ТЮРЕМНАЯ ИНДУСТРИЯ
В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД
Идея создания в стране частных тюрем уже не первый год «витает в воздухе». Российскую общественность она расколола на два полярных лагеря: тех, кто поддерживает инициативу создания, и тех,
кто относится к ней скептически. Первые рассчитывают на привлечение частных инвесторов в реконструкцию, строительство и обслуживание российских тюрем. Это – руководство ФСИН. Вторые
опасаются вкладывать капиталы в столь рискованные объекты.
Это – российский бизнес, который нуждается в надежных государственных гарантиях, льготах, а главное – решении правительства
на этот счет. Сегодня трудно увидеть перспективы окупаемости инвестиций и спрогнозировать риски, связанные с государственными
обязательствами.
У российского экспертного сообщества идея создания частных
тюрем также не находит своей поддержки. Ее внедрение способно
вызвать лишь безудержную эскалацию коррупции и тотальную
криминализацию всей пенитенциарной системы. Если бизнес действительно пустят во ФСИН, то, по мнению аналитиков, сам смысл
«наказания» как такового будет безвозвратно утрачен.
Не взирая ни на какие доводы, нынешнее руководство ФСИНа
настаивает на необходимости изучения зарубежного опыта по созданию частных тюрем и внедрению его в России. Американский и
британский опыт, по их мнению, заслуживает первостепенного внимания. Во вторую очередь следует учесть практику и других стран,
которые последовали примеру США (Бразилия, Австралия, Бельгия, Швеция, Израиль, Япония и даже Эстония с Литвой, Чехией,
Венгрией, Болгарией и Украиной).
По планам чиновников ФСИН и общественного совета при нем
вся текущая работа с заключенными останется в ведении службы
исполнения наказаний, а инвесторы будут отвечать за хозчасть, питание, внешнюю охрану и, помимо дотаций государства, смогут зарабатывать за счет производства, где трудятся заключенные. Также «частники» смогут оказывать и дополнительные услуги: фитнес,
массаж, баня… Первым делом в такие тюрьмы планируется направлять осужденных женщин с детьми, подростков, инвалидов, пожи149
лых людей, и тех, кто совершил преступление по неосторожности.
Во вторую очередь – тех, кто имеет востребованные специальности: программистов, токарей, слесарей, сборщиков оборудования.
Решение по распределению в такие частные тюрьмы будет принимать ФСИН исходя из личности и профессиональных навыков заключенного. Причем стоимость содержания одного заключенного
в частной тюрьме в разы меньше, чем в государственной.
В свете сказанного, обратимся к исследованиям известного норвежского криминолога Нильса Кристи, который превосходно описал систему тюремного бизнеса в работе «Борьба с преступностью
как индустрия. Вперед, к ГУЛАГу западного образца?»1, сделав беспрецедентный вывод – опасаться следует не преступности, а последствий борьбы с ней. В западном мире сегодня сложилась совершенно новая отрасль экономики, основанная на использовании рабского труда заключенных и заинтересованная в высоком уровне преступности. Имя ей – тюремная индустрия.
В тюрьмах США сегодня содержится 2,5 млн. человек, что составляет не менее одной четверти заключенных всего мира. Даже
в перенаселенном Китае объем тюремного населения не превышает
1,5 миллионов.
Практика доказала, что частные тюрьмы – самый доходный бизнес в тюремной индустрии, а тюремный народ – даровая, и следовательно – желанная для бизнеса рабочая сила, при наличии которой
не нужно бороться с профсоюзами, заботиться о страховках, пособиях по безработице, отпускных и адекватной затраченному труду зарплате. Стоимость труда заключенных не превышает 50 центов в час. Таким образом, хозяева частной тюрьмы заинтересованы
только в одном – число заключенных должно год от года не сокращаться, а расти. И тюрем таких в США становится все больше и
больше. 18 частных компаний используют труд заключенных уже
в 37 штатах. Самые крупные из них – Коррекционная Корпорация
Америки (ССА) и ее основной конкурент GEOGroup, на долю которых приходятся 3/4 невольничьего рынка страны и многомиллионные прибыли. Причем, частные тюрьмы еще и от государства получают определенные суммы на каждого заключенного, вне зависимости от стоимости его содержания.
Для увеличения прибыли от тюремной индустрии корпорациям
крайне выгодны приговоры к долгосрочному лишению свободы за
ненасильственные преступления (к примеру, за хранение незначительных порций наркотиков в штате Нью-Йорк полагается от 15 лет
до пожизненного). Так образуются устойчивые коррупционные свя150
зи между судебными учреждениями штатов и руководством частных
тюрем, при которых последниерегулярно дают судьям взятки за вынесение обвинительных приговоров, и на большие сроки. Каждый
дополнительный год заключенного в тюрьме – дополнительная прибыль. По имеющимся данным, в США широко практикуется и длительное удержание людей под стражей. Обвиняемых, ждущих годами решений суда, а также отловленных нелегалов, в основном мексиканцев, направляют в частные тюрьмы как бесплатную рабочую
силу. В таких тюрьмах заключенные могут рассчитывать на сокращение срока за «хорошее поведение». Администрация учреждений
неохотно идет на такие шаги, и только с одной целью – предотвращения забастовок. Однако, существует и система штрафов, способная сделать тюремное заключение пожизненным. За любое нарушение режима дополнительно прибавляется 30 дней, что приносит корпорациям дополнительную прибыль. Исследования тюрем в НьюМехико показали, что федеральные заключенные получают в восемь
раз больше досрочных освобождений за «хорошее поведение», чем
заключенные Коррекционной Корпорации Америки. Сегодня с уверенностью можно сказать, что частные тюрьмы в Америке сформировали новый «тюремно-промышленный комплекс», занимающий ведущее место в промышленном производстве и выпускающий все: от
оборудования для американской армии до офисной мебели и бытовой
техники. Благодаря чему, США стали крайне привлекательной страной для инвестиций в труд. В Техасе, к примеру, были уволены сотни
рабочих и заключен контракт с тюрьмой «Локхарт».
Тюремная индустрия США как быстрорастущая отрасль уже
успела обзавестись собственными торговыми выставками, съездами, веб-сайтами и интернет-каталогами. Она ведет открытые рекламные кампании, владеет проектировочными и строительными
фирмами, инвестиционными фондами на Уолл-стрит, фирмами по
эксплуатации зданий, снабжению продовольствием, а главное – вооруженной охраной.
Неоспоримым следует признать тот факт, что большинство американских политиков используют тюремное заключение в корыстных целях, завлекая избирателей своим строгим подходом к борьбе
с преступностью и одновременно выполняя заказ частных тюремных компаний, для которых увеличение количества заключенных
является залогом растущей прибыли и благосостояния.
Таким образом, мы становимся невольными свидетелями зарождения «тюремного капитализма» в мировом масштабе, «ГУЛАГа западного образца», где востребован только рабский труд мигрантов,
151
гастарбайтеров и зеков из частных тюрем. Внедрение подобной системы в условиях российской действительности способно породить
такое количество заключенных, которое ГУЛАГу сталинского образца даже не снилось.
1 См.: Кристи Н. Борьба с преступностью как индустрия: вперед к ГУЛАГу западного образца. М., 2001.
БЕЛИКОВ Д. А.
магистрант юридического факультета ГУАП
НОВЕЛЛЫ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
В ЧАСТИ ПРИМЕНЕНИЯ АБСТРАКТНОГО МЕТОДА
РАСЧЕТА УБЫТКОВ
С 01 июня 2015 года вступили в юридическую силу масштабные изменения, внесенные в раздел III части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Несомненным
плюсом данных изменений является включение в общую часть ГК
РФ положений, внесение которых назревало давно. Речь идет об
абстрактном методе исчисления убытков. Ранее положение об абстрактных убытках содержалось в п. 3 ст. 524 ГК РФ, посвящённой
исчислению убытков при расторжении договора поставки. Что необоснованно позволяло только по аналогии закона применять указанную норму к другим видам договорных обязательств, связанных
с осуществлением предпринимательской деятельности [7, с. 661].
Включение абстрактного метода исчисления убытков в общую часть
ГК РФ несомненно расширит применение данного метода расчёта
убытков и получит одобрение у судов, предпочитающих опираться
не на аналогию закона, а на прямой текст норм законодательства.
На сегодняшний день абстрактный метод расчета убытков характерен для континентальных стран Европы, а также в англо-американском праве. Под абстрактными убытками традиционно в цивилистике понимается способ расчета убытков, который основан на предполагаемых убытках, которые возникают у любой потерпевшей стороны независимо от особенностей конкретного правонарушения [6, с.
7]. Например, убытки, рассчитываемые на основе разницы между ценой нарушенного договора и текущей или рыночной ценой.
В отличие от абстрактного метода конкретный метод исчисления убытков основывается на фактически понесённых кредитором
152
убытках, в частности на разнице между ценой нарушенного договора и ценой договора, заключенного в замен нарушенного, так называемой замещающей сделки [10, с. 251].
В Английском праве возмещение договорных убытков в первую
очередь направлено на возмещение ожидаемого интереса, то есть
призвано возместить те убытки, которые возникают у потерпевшей
стороны по договору в связи с необходимостью замены исполнения
путем поиска соответствующего товара на рынке. Например, при
определении размера убытков, возникающих при непринятии товара покупателем, если соответствующие товары доступны на рынке,
то размер убытков, если не доказано иное, должен определяться как
разница между договорной ценой и рыночной или текущей ценой
в момент или в моменты, когда товары должны были быть приняты
или (если не был установлен срок для принятия) в момент отказа от
принятия [12, с. 112].
В Германском праве абстрактные убытки прямо предусмотрены только в отношении коммерческих договоров купли-продажи
с определённым сроком исполнения (п. 2 ст. 376 Торгового уложения Германии: «Если требуется возмещение убытков в связи с неисполнением, а товар имеет биржевую или рыночную цену, то может
потребована разница между покупной и биржевой или рыночной
ценами, существующее в то время и в том месте, где должно быть
произведено исполнение» [4, с. 563].
Общее правило, посвящённое абстрактному методу расчета убытков, содержится в п. 2 и п. 3 ст. 393.1 ГК РФ: «Если кредитор не заключил аналогичный договор взамен прекращенного договора (п. 1
ст. 393.1 ГК РФ), но в отношении предусмотренного прекращенным
договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой.
Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте,
где должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей
цены в указанном месте – цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом транспортных и
иных дополнительных расходов» [1].
Аналогичный подход к определению убытков, рассчитываемых
абстрактным методом, закреплен и в наиболее значимых актах
международного права. Например, ст. 76 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Вена, 1980 г., далее –
153
Венская конвенция) предусматривает правило, согласно которому
если договор расторгнут и если имеется текущая цена на данный
товар, сторона, требующая возмещения ущерба, может, если она
не осуществила закупки или перепродажи товара на основании замещающей сделки, потребовать разницу между ценой, установленной в договоре, и текущей ценой на момент расторжения договора, а
также возмещения любых дополнительных убытков [2]. В Принципах международных коммерческих договоров 2004 г. (далее – Принципы УНИДРУА) абстрактные убытки (ст. 7.4.6) также рассчитываются как разница между договорной ценой и текущей ценой, существующей на момент прекращения договора [3].
Таким образом, абстрактный способ исчисления убытков являются общепризнанным правовым инструментом, суть которого, как правильно отметил В. В. Байбак, заключается в предоставленной кредитору возможности наиболее эффективным способом
уменьшить минимально-возможные убытки. Как известно, одним
из основных препятствий к полноценному использованию возмещения убытков, как способа защиты гражданских прав, является их
сложность доказывания. По таким делам истец должен доказать,
что действиями (бездействиями) ответчика причинены убытки,
размер убытков и причинно-следственную связь между действиями
(бездействиями) ответчика и самими убытками [5, п. 12].
При применении абстрактного метода в соответствии с п. 2 ст.
393.1 ГК РФ в значительной степени упрощается сама процедура
доказывания убытков. Истцу необходимо будет доказать:
Факт расторжения договора вследствие неисполнения или ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязанностей по договору.
Цену по расторгнутому договору.
Текущую цену на сопоставимые товары, работы, услуги на дату
прекращения договора.
Не требуется доказывать такое объективное условие гражданской правовой ответственности как причинно-следственная связь.
В данном случае должна действовать презумпция наличия причинно-следственной связи, так как предполагается, что в результате прекращения договора в связи с его неисполнением или ненадлежащем исполнением со стороны ответчика, истцу причинены абстрактные убытки.
Рассмотрим теперь условия применения абстрактного метода исчисления убытков:
Прекращение договора вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения должником договора. П. 2 ст. 393.1 предус154
матривает возможность применения абстрактного метода только
в случае досрочного прекращения договора. Венская Конвенция и
Принципы УНИДРУА также предусматривают прекращение договора как необходимое условия для использования абстрактного метода [2, ст. 76].
По мнению А. Г. Карапетова привязка применения абстрактного
метода к прекращению договора чревата тем, что потерпевшая сторона будет сознательно затягивать момент прекращения договора,
чтобы выждать для себя самого выгодного уровня цен на данный
товар (работу, услугу) для взыскания максимально размера убытков [11, с. 178]. Тем не менее, мы считаем, что абстрактный метод
расчета убытков в первую очередь рассчитан на добросовестных,
действующих разумно кредиторов и позволяет им использовать дополнительный эффективный механизм возмещения убытков, доказываемых в особом, упрощенном порядке. В отношении же действий не добросовестных кредиторов могут применяться положения о злоупотреблении правом (ст. 10 ГК РФ), а также положения
о непринятии кредитором разумных мер по уменьшению убытков
(ст. 404 ГК РФ).
Еще одной проблемой данного условия является необходимость
доказывания самого факта расторжения договора перед заявленным
требованием о возмещении убытков. В случае если потерпевшая сторона вправе в одностороннем порядке отказаться от договора (п. 1 ст.
450 ГК РФ), то особых проблем по доказыванию не должно возникнут. Суду будет достаточно предоставить доказательства того, что потерпевшая сторона известила нарушившую сторону о своем отказе от
договора. Но односторонний отказ от договора является исключением из общего правила. Согласно п. 2 ст. 450 ГК РФ расторжение договора по требованию одной из сторон производится по решению суда,
причем не во всех, а только в названных в законодательстве или договоре случаях. Таким образом, во избежание повторной судебной процедуры истцу при заявлении иска о расторжении договора также следует сразу заявить требование о возмещении абстрактных убытков,
размер которых будет затруднительно сразу определить, так как разница будет высчитываться исходя из текущий цены на момент прекращения договора. Либо истцу сначала придется расторгнуть договор в судебном порядке, а потом после вступления в законную силу
решения суда требовать возмещение абстрактных убытков. Что, несомненно, снижает эффективность данного метода расчета убытков.
Как правильно отмечает В. В. Байбак, сама идея абстрактных
убытков заключается в замене исполнения по нарушенному догово155
ру. При взыскании убытков, определенных абстрактным способом,
дальнейшее существование нарушенного договора, как правило, исключается [6, с. 12]. В случаи неисполнения договора, по общему правилу, требование потерпевшей стороны о возмещении абстрактных
убытков подразумевает прекращение договорных отношений (п. 2 ст.
396 ГК РФ). В случае, если договор был не надлежащим образом исполнен должником, то требование о возмещении абстрактных убытков следует толковать как односторонний отказ от договора.
Следует согласиться с позицией В.В. Байбака, что в п. 2 ст. 393.1
ГК РФ возможность применения абстрактного метода расчета убытков следовало привязать не к прекращению договора, а по аналогии с английским правом привязать к нарушению договорного обязательства. Что позволило бы сделать применение данного метода
более предсказуемым и определенным, в чем и заключается смысл
права [14, с. 89].
Наличие текущей цены на сопоставимые товары, работы и услуги.
Для установления текущей или рыночной цены при взыскании
абстрактных убытков следует руководствоваться двумя факторами: во-первых, следует установить ее территориальную привязку,
во-вторых, дату применения.
Согласно абз. 2 п. 2 ст. 393.1 ГК РФ текущая цена, как правило,
определяется в месте, где должен быть исполнен договор. Если в договоре не определено его место исполнения, то место его исполнения
должно определяться специальными правилами по договорам данного вида, либо, если такие специальные правила отсутствуют, то
общими правилами об исполнении обязательств, предусмотренными ст. 316 ГК РФ.
При отсутствии текущей цены в месте, где договор должен быть
исполнен, то текущая цена соответствует цене, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом
транспортных и иных дополнительных расходов (абз. 2 п. 2 ст. 393.1
ГК РФ).
Больше проблем возникает при установлении момента определения текущей цены. Законодатель взял за основу момент прекращения договора. Из приведенных нами выше аргументов данный подход проставляется не совсем обоснованным.
Во-первых, исходя из смысла абстрактного метода, а также в целях избежание возможных злоупотреблений по затягиванию расторжения договора, текущая цена должна определяться в момент
нарушения договора. Тем более, что согласно ст. 404 ГК РФ суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кре156
дитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению. Абстрактный метод должен рассматриваться как одно из проявлений данной обязанности кредитора. При определении текущей
цены следует ориентироваться на ближайший к договору момент,
когда у кредитора была реальная возможность получить исполнение по рыночной цене, то есть в момент нарушения договора [6].
Во-вторых, остается не понятным, почему законодатель по аналогии с правилами, предусмотренными в отношении установления
даты определения цены общих убытков (п. 3 ст. 393 ГК РФ) не предусмотрел в отношении убытков исчисляемых абстрактным методом другие возможные моменты их определения, в частности в день
предъявления иска об их возмещении, в день вынесения решения
суда об их возмещении.
Одним из основных экономических свойств рыночной цены является то, что она может измениться по истечению определенного
времени. Рыночная цена может существенным образом отличаться
на момент прекращения договора и на момент предъявления иска о
возмещении абстрактных убытков.
Хотя применение абстрактного метода не должно компенсировать все возможные убытки у потерпевшей стороны (п. 3 ст. 393.1
ГК РФ), а напротив он призван компенсировать минимальный их
набор, но применение данного метода должно ставить потерпевшую
сторону в такое положение, в которое она бы находилось, если бы
договор был исполнен надлежащим образом. Установление единственного варианта определение даты текущей цены не может способствовать достижению этой цели.
И в конце, следует остановиться на соотношении абстрактного и
конкретного методов расчета убытков.
Согласно п. 1 ст. 393.1 ГК РФ условиями применения конкретного метода является:
Прекращение договора вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения должником договора.
Заключение заменяющей сделки вместо прекращенного договора.
В ст. 393.1 ГК РФ по аналогии с правилами, предусмотренными в ст. 75 и ст. 76 Венской конвенции и ст. 7.4.5. и ст. 7.4.6, приоритетное значение имеет конкретный метод исчисления убытков, а
абстрактный метод применяется субсидиарно, то есть абстрактный
метод применяется только в том случае, если кредитор не совершил
заменяющей сделки.
157
На практике это означает следующее. Предположим, что покупатель договорился о приобретении 5 тонн угля по цене 10 000 рублей. Продавец не поставил уголь в определённый договором срок,
и покупатель приобрел 5 тонн угля у другого продавца по цене 11
000 рублей (убыток покупателя – 1 000 рублей). Также в обусловленном договором месте передачи 5 тонн угля покупателю есть рыночная цена, по которой 5 тонн угля можно приобрести за 12 000 рублей (убыток покупателя – 2 000 рублей). В данном случае покупатель вправе требовать возмещение убытков в размере 1 000 рублей,
так как в результате возмещение убытков покупатель не должен извлечь выгоду из-за нарушения договора, что соответствует общему
принципу возмещения убытков (п. 2 ст. 393 ГК РФ).
Встает закономерный вопрос, при заключении замещающей
сделки может ли потерпевшая сторона установить в этой сделке цену, превышающую текущую цену на сопоставимые товары (работы,
услуги). В нашем примере, может ли покупатель купить 5 тонн угля
по цене 14 000 рублей?
На данный вопрос следует ответить отрицательно, так как данное поведение покупателя следует признать недобросовестным и направленным не на восстановление своего материального положения, существовавшего до нарушения первоначальным продавцом
своей обязанности по продаже 5 тонн угля, а на извлечение дополнительной выгоды. При заключении такой заменяющей сделки суд
должен будет снизить размер убытков, заявленных истцом согласно
п. 1 ст. 404 ГК РФ.
В итоге проведённого выше исследования стоит еще раз отметить
несомненные положительные моменты введение в общую часть
Гражданского кодекса п. 2 ст. 393.1, позволяющего более простым
способом уменьшить возникшие у потерпевшей стороны убытки.
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая): от 30.11.1994 г.
№ 51-ФЗ (ред. от 13.07.2015 г.) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.10.2015 г.) // СЗ РФ.
1994. № 32. Ст. 3301.
2. Конвенция Организации Объединенных Наций о договорах международной
купли-продажи товаров (заключена в г. Вене 11.04.1980 г.) (вместе со «Статусом
Конвенции Организации Объединенных Наций о договорах международной куплипродажи товаров (Вена, 11 апреля 1980 года)» (по состоянию на 02.05.2014)) // Вестник ВАС РФ. 1994. № 1.
3. Принципы международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА)
(1994 год) // Библиотечка «Рос. газеты». 2001. Вып. 13.
4. Торговое уложение Германии; Закон об акционерных обществах; Закон об
обществах с ограниченной ответственностью; Закон о производственных и хозяйственных кооперативах = Deutscheshandelsgesetzbuch; Aktiengesetz; GmbH-Gesetz;
Genossesenschaftsgesetz / сост. В. Бергманн; пер. с нем. Е. А. Дубовицкая. М.: Волтерс Клувер, 2005.
158
5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23.06.2015 г. № 25 // Рос. газета. 2015. 30 июня.
6. Байбак В. В. Абстрактный метод исчисления убытков // Вестник Высшего
Арбитражного Суда РФ. 2011. № 6. С. 6–19.
7. Брагинский М. И. Договорное право. Книга первая: Общие положения / М. И.
Брагинский, В. В. Витрянский. 3-е изд., стереотип. М.: Статут, 2011.
8. Булыгина М. А. Способы защиты прав добросовестной стороны при нарушении договора мены // Юрист. 2015. № 2. С. 4–8.
9. Добрачев Д. В. Развитие института возмещения убытков в свете модернизации Российского гражданского законодательства: науч.-практ. пособие. М.: Юстицинформ, 2012.
10. Кодификация российского частного права 2015 / В. В. Витрянский, С. Ю. Головина, Б. М. Гонгало и др.; под ред. П. В. Крашенинникова. М.: Статут, 2015.
11. Карапетов А. Г. Средства защиты прав кредитора в свете реформы действующего гражданского законодательства // Вестник гражданского права. 2009. № 4.
C. 176–180.
12. Куликов А. А. Определение размера убытков в английском праве: основные
принципы и современные тенденции регулирования // Журнал российского права.
2004. № 12. C. 112–119.
13. Панова А. С. Особенности возмещения убытков и взыскания неустойки за поставку товаров ненадлежащего качества // Право и экономика. 2015. № 1. С. 62–68.
14. Покровский И. А. Основные проблемы Гражданского права. 6-е изд., стер.
М.: Статут, 2013.
15. Садиков О. Н. Убытки в гражданском праве Российской Федерации. М.: Статут, 2009.
магистрантка юридического факультета ГУАП
БОНДАРЕВА С. В.
ИСТОРИЯ ЗАРОЖДЕНИЯ И СТАНОВЛЕНИЯ ИНСТИТУТА
ПРАВОЗАЩИТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И ЕГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ
В СФЕРЕ ТРУДОВЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ
Известно, что отличительной чертой человека является способность общения с себе подобными. В то время как изначально объединения людей возникали из-за необходимости защиты от врагов,
добычи пропитания, то по мере эволюции самоорганизация общества стала приобретать как принудительную, так и добровольную
формы. Самостоятельное объединение людей по доброй воле формирует такой вид социальных отношений, как гражданское общество. Гражданское общество следует рассматривать в качестве многоуровневой системы независимых от государства связей и организаций, которые представляют интересы отдельных людей и целых
коллективов. Поскольку в число условий, необходимых для формирования гражданского общества, относится наличие у людей общих интересов, осознание и готовность их отстаивать, то вопрос о
существовании и реализации правозащитной деятельности является актуальным для современного общества.
159
Конституция Российской Федерации провозглашает человека,
его права и свободы высшей ценностью, поэтому защита прав, в том
числе и трудовых правоотношений, представляет собой одно из приоритетных направлений политики государства. Для того, чтобы более подробно рассмотреть историю развития правозащитной деятельности в сфере трудовых отношений, рассмотрим немного подробнее развитие правозащитной деятельности в целом.
Зарождение правозащитного движения относят к периоду Советского государства. В условиях Советского государства деятельность по защите прав рассматривалась как часть диссидентской,
т. е. несогласной, существенно отличавшейся от господствовавшей
в обществе идеологии. Правозащитная деятельность представляла
собой борьбу за право людей высказывать собственное мнение. Неудивительно, что истоки правозащитной деятельности пришлись на
годы правления Хрущева, инициатора так называемой «оттепели».
Становление правозащитного движения стало возможным исключительно из-за отсутствия формальных связей между правозащитниками. Такая необычная структура являлась оптимальной для советских условий. Важным событием правозащитной деятельности стало издание информационного бюллетеня «Хроника
текущих событий». Главным его назначением было обнародование
фактов нарушений прав гражданина. Подписание Хельсинских
соглашений придало новый импульс правозащитному движению.
В качестве неформальной организации создается Московская Хельсинская группа. Группа имела колоссальное значение и успешно
осуществляла правозащитную деятельность. Подтверждением служит освобождение Михаилом Горбачевым в силу давления со стороны Запада политических заключенных в 1987 году1. Из Московской Хельсинской группы выросло Хельсинское движение, вышедшее далеко за пределы Москвы, которая в СССР была единственным сосредоточением правозащитной активности на протяжении
более десяти предшествующих лет. Хельсинские группы, аналогичные московской, появились в советских республиках – Литве,
Грузии, Украине и др., а также в государствах советского блока –
Венгрии, Польше; в демократических странах, в США, Канаде2.
Все Хельсинские группы добивались одного: неприменения двойного стандарта, который был заявлен в гуманитарных статьях, документах, всеми сторонами. Позже все Хельсинские группы и комитеты объединились в Международную Хельсинскую Федерацию по
правам человека, в которую ныне входят аналогичные организации
37 стран-участниц Хельсинского процесса, а в самом процессе гума160
нитарные статьи вышли на первый план и определяют цель международного движения.
Что касается конкретно развития защиты трудовых прав и свобод, то здесь важно отметить следующие исторические моменты.
В законодательных актах первые нормы защиты трудовых отношений закреплены в древнейших документах Киевской Руси – «Русской правде», созданной князем Ярославом Мудрым. Основные нормы касались социального положения купцов. Так, например, если
купец стал жертвой кораблекрушения и утратил весь товар, кредиторы не имели права требования возмещения убытков. Если же купец пропивал товар, который ему поручил перевезти иностранный
купец, то ему присуждалось наивысшее наказание – «поток и разграбление»3.
Положение 1835 года «Об отношениях между хозяевами фабричных заведений и рабочими людьми, поступающими на работу по
найму» являлось первым нормативным актом, регулирующим трудовые отношения на территории России. Положение состояло из 10
статей и возлагало на работодателя создание правил внутреннего
распорядка. Касательно самого содержания данных правил в положении ничего не упоминалось, а поэтому работодатель мог действовать по своему усмотрению без вмешательства кого-либо. В самом
начале установления Советской власти были урегулированы некоторые стороны трудовых отношений. Эти реформы в сфере защиты
трудовых прав имели политическое основание, а поэтому носили
скорей декларативный, чем практический характер. Так, устанавливался восьмичасовой рабочий день, гарантировались достойные
условия труда, социальное страхование, охрана труда4.
В период военного коммунизма выходит Кодекс законов о труде
1918 года. В нем все нормы имеют императивный характер, что полностью исключает возможность договорных отношений между администрацией и трудящимся, или профсоюзом. В кодексе закладывался принцип всеобщей трудовой повинности. Все аспекты трудовой деятельности строго регламентировались. Каждый род занятия
имел определенную заработную плату. Ее размер зависел от опасности условий труда, тяжести работы, степени обученности и опытности для ее выполнения5. Впервые было введено понятие сверхурочных работ как единственной причины дополнительной оплаты труда рабочего. К другим правам относились право на больничный – во
время болезни каждый получал пособие через больничные кассы и
право на отпускные – во время отпуска каждому гарантировались
отпускные. Каждый работник обязан был иметь трудовую книжку,
161
которая являлась доказательством его трудового стажа. Ее отсутствие являлось правонарушением6.
Кодекс законов о труде 1922 года имел уже принципиальные отличия от предыдущего. Так, он закрепил право заключать индивидуальные и коллективные трудовые договора. Кодекс существенно
расширил права рабочих. Они получили право на гарантированную заработную плату в соответствии с тяжестью и количеством
выполненной работы, которая не могла быть ниже прожиточного
минимума. Он не отменил обязательную трудовую повинность, но
расширил границы возможного неучастия в ней. Были введены и
нормы, защищающие права несовершеннолетних. Оплата труда несовершеннолетнего должна была быть такой же, как у совершеннолетнего работника за полный рабочий день. Реформировалась система оплаты труда. Теперь заработная плата не должна была быть
ниже не прожиточного минимума, а минимального размера, установленного государством, что уменьшило трудовые гарантии. Все
предприятия, фабрики и заводы лишались права устанавливать заработную плату работникам. Эту функцию взяло на себя государство в лице специально уполномоченных органов.
Новый виток развития в защите трудовых отношений в России
произошел после развала Советского союза с принятием нового Трудового кодекса в 2001 году. В данном кодексе уже отображены основные мировые стандарты трудового права за счет ратификации
Конвенции МОТ «Относительно защиты заработной платы». Закреплены основные принципы труда: равенство, свобода выбора труда, недопустимость дискриминации, принудительного труда, обязательность возмещения вреда, справедливые условия труда и другие. Понятие заработной платы существенно расширилось – к нему
добавились разного рода компенсационные и стимулирующие выплаты. Наконец-то в трудовом праве отобразился уход от изжившей
себя тарификации заработной платы7. Согласно новому кодексу работники получили право приостановить трудовую деятельность,
если работодатель не выплатил им заработную плату в течение 15
дней. Минусом данного кодекса являлось отсутствие законодательного закрепления механизма индексации заработной платы, что является необходимым элементом в связи с постоянным изменением
цен на потребительские товары.
Нынешний Трудовой кодекс хоть и имеет целью нормативное
обеспечение законных прав и свобод в трудовой сфере, он не в состоянии решить ряд нынешних проблем этой сферы. Например, считаю, что необходимо в скором времени с помощью законов обеспе162
чить защищенность прав женщин, поскольку эта проблема влияет
не только на трудовую сферу, но и на демографию страны в целом,
так как женщинам приходится выбирать работу или семью.
Подводя итоги развития защиты трудовых прав работников, следует заметить, что эмпирические данные и повседневный опыт россиян показывают, что задача защиты трудовых прав и свобод не решена удовлетворительным образом. Широко распространены грубые нарушения трудового права, вплоть до оформления трудовых
отношений «гражданско-правовыми» договорами, осознанного полного отказа сторон трудового договора от минимальных гарантий,
предоставленных законом, использования рабочей силы на гране
недопустимого принудительного труда и зависимого состояния. Работники, в свою очередь, во многих случаях не используют существующих правовых форм борьбы за свои права и интересы, обоснованно опасаясь преследований, со стороны работодателей.
При таких обстоятельствах нельзя ожидать серьезных позитивных перемен ни в трудовой сфере, ни в иных сферах деятельности общества, поскольку экономическое благополучие в масштабах страны невозможно без повышения уровня жизни ее населения
(производство ради производства не только бессмысленно, но и невозможно в силу экономических факторов).
Указанные неблагоприятные явления в жизни российского общества объясняются отчасти несовершенством трудового законодательства, которое призвано защищать интересы работника. Основное социальное назначение должно оставаться неизменным, ибо
в нем выражена суть трудового права, его основа основ. И если лишить трудовое право его защитной функции, оно потеряет свой характер, свое назначение для трудящихся, оно перестанет существовать. Поэтому исследование соответствующих норм трудового права, защиты трудовых прав и свобод, практики применения и возможных путей их совершенствования на сегодняшний день является одним из самых так и не решенных вопросов.
1 Алексеев С. С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. М., 1966.
2 Азаров А. Я. Защита прав человека: международные и российские механизмы. М., 2000.
3 Жигачев А. В., Насонова Т. Г. Трудовое законодательство: история и современность. М.: Лабиринт, 2010.
4 Орловский Ю. П., Нуртдинова А. Ф. Трудовое право России. М.: Инфра-М, 2010.
5 Там же.
6 Жигачев А. В., Насонова Т. Г. Указ. соч.
7 Абрамова О. Защита трудовых прав работников // Хозяйство и право. 2002.
№ 11.
163
БAЖЕНОВ А. В.
доцент кафедры уголовного права и таможенных расследований
юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент
ЭТНИЧЕСКАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ:
СОСТОЯНИЕ, ПРОБЛЕМЫ ДЕТЕРМИНАЦИИ И ПРОГНОЗЫ
Наличие в Петербурге большого числа мигрантов неизбежно
влечет за собой рост этнической преступности, подъем националистических настроений, увеличение числа экстремистских организаций и разрастание межнациональных конфликтов. И даже созданный в городской полиции спецотдел по борьбе с преступностью
среди мигрантов и уроженцев Северного Кавказа не способен контролировать и влиять на протекающие внутренние процессы.
Количество совершаемых мигрантами преступлений ежегодно растет на 30–40%. Причем статистика учитывает лишь реально раскрытые преступления, не принимая во внимание объем нераскрытых и более того – латентных. По словам главы городского
Следственного комитета приезжие уже превратили ряд петербургских районов в настоящие национальные гетто, где не действуют
российские законы, а власть переходит в руки местечковых авторитетов. Зачастую они «сбиваются в банды, терроризирующие местное население». В городе ими совершается каждое второе разбойное
нападение, каждое пятое убийство и каждое шестое изнасилование.
Почти 46% изнасилований от общего числа совершают выходцы из
Узбекистана и Киргизии, 15% – таджики и около 12% – граждане
Молдовы.
За гастарбайтерами уже много лет тянется «криминальный
шлейф» деяний, совершаемых в экономическом секторе, в сфере
оборота наркотиков, хищении чужого имущества. Однако, наибольшее опасение, по словам руководителя ГУМВД России по Петербургу и Ленобласти, вызывает то обстоятельство, что каждое
третье преступление, совершенное мигрантами, имеет статус тяжкого или особо тяжкого, вызывая широкий общественный резонанс
и ведя в перспективе к социальному взрыву.
Среди главных причин такой ситуации эксперты называют высокую востребованность труда мигрантов и низкую правовую ответственность бизнеса, привлекающего дешевую (рабскую) рабочую силу. Сегодня доподлинно никому не известно реальное число
гастарбайтеров, находящихся на территории Санкт-Петербурга. Согласно проведенной переписи населения, в Северной столице посто164
янно проживают чуть более 20 тысяч узбеков. Однако, по данным
узбекской национальной диаспоры, в нашем городе находится порядка 600 тысяч рабочих из этой страны.
Всего же, по неофициальным данным, приезжих из Средней
Азии и Кавказа в Петербурге насчитывается от 1 до 2 миллионов
человек (не меньше 20% от коренного населения города). Этот процент значительно выше, чем во Франции, известной своими антимигрантскими бунтами, грозящими перерасти в гражданскую войну.
На основании информации городского ЗакСа и ФМС недавно даже появилась карта Петербурга, на которой четко обозначены национальные гетто или места «компактного проживания мигрантов»,
которые преимущественно заселяют аварийные дома в расселенных микрорайонах. В городе таких домов около трех тысяч.
На Садовой и прилежащей к ней улицам селятся мигранты из
Узбекистана, Таджикистана и Азербайджана (поближе к Апрашке
и Сенному рынку). Российские кавказцы (дагестанцы и ингуши) облюбовали Бумажную улицу. Узбеки, что работают в магазинах и на
местных стройках, заселили аварийные дома и даже заброшенные
заводы по Обводному каналу.
В последние годы мигранты активно заселяют и Ленинградскую
область. Приезжие из Средней Азии облюбовали поселки Бугры,
Колтуши, Федоровское, Сертолово, Горбунки; особенно много их
живет во Всеволожском районе. Проживают мигранты в коттеджных поселках и садоводствах, где занимаются строительством.
В зимний период, когда многие дачники разъезжаются, количество
хищений, совершаемых приезжими резко растет. Загородные дома
значительно удалены от населенных пунктов и полицейских участков, что практически исключает возможность патрулирования коттеджных поселков и садоводческих товариществ. Большинство
краж по этой причине так и остаются нераскрытыми.
По данным правоохранителей мигрантами в Ленобласти совершается каждое пятое убийство, каждый шестой факт причинения
тяжкого вреда здоровью. Весьма любопытно, что проживающие
в Питере мигранты не только держат в страхе и терроризируют
местное население, но и периодически «воюют» друг с другом. Регулярно происходят массовые драки и перестрелки между гастарбайтерами, которые делят сферы влияния (например, в области пассажирских перевозок).
Все помнят события прошлой осени, когда у станции метро «Автово» произошла массовая драка с участием водителей маршрут165
ных автобусов, не поделивших перевозки пассажиров до Ломоносова и Петергофа. Среди разбушевавшихся маршрутчиков оказалось
40 уроженцев Дагестана, один из которых даже умудрился из травматического пистолета ранить полицейского.
По мнению эксперта, коим является депутат питерского ЗакСа
Андрей Анохин, в 2015 году число приезжих в городе увеличится, а
процесс вытеснения иностранцами русских рабочих продолжится.
Причина тому – новый федеральный закон о переводе иностранной
рабочей силы на патентную систему. В его принятии напрямую заинтересованы лица, ведущие строительство центров для регистрации гастарбайтеров и настойчиво лоббирующие свои финансовые
интересы во власти.
Все слухи об оттоке трудовых мигрантов и нехватке в Петербурге иностранной рабочей силы не соответствуют действительности и
являются информационными вбросами, направленными на повышение расценок – заявил в интервью глава комитета по труду Дмитрий Чернейко. По информации «Пулково», в 2015 году количество
рейсов из Средней Азии и загрузка бортов не изменились. Перевод
же на затратную для мигрантов патентную систему набора уже привел к интенсивному росту числа нелегалов. Возросшая криминальная активность приезжих незамедлительно сказалась и на сводке
этнической преступности по Санкт-Петербургу: в рост пошли кражи, грабежи, разбойные нападения.
Неутешительны и результаты соцопросов, проведенных среди
петербуржцев. Почти 40% горожан считают неизбежным возникновение и разрастание в 2015 году конфликтов на национальной почве. Более 70% опрошенных уверены, что действующая власть просто обязана ограничить приток приезжих мигрантов. Еще год назад
названные цифры были гораздо скромнее.
ГОРОДИНЕЦ Ф. М.
профессор кафедры уголовного права и таможенных расследований
юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор
ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ В НАРОДНОМ ВОСПИТАНИИ
Право и педагогика – социальные науки. Они не могут развиваться без анализа социальных аспектов (Р. Г. Гурова). Этническая
педагогика такая отрасль педагогической науки, где этничность –
внешнее проявление национального самосознания, национальные
166
факторы воспитания не совпадают, а иногда и противостоят социальной детерминации воспитания. Этнические черты и свойства
усваиваются самостоятельно при национальном самоопределении,
в процессе этнизации (социализации в этносе) индивидов. Этническая общность человеком воспринимается не только как совокупность общественных связей, но как объединение близких по крови и по культурно-историческому опыту людей. Природная среда,
ландшафт понимаются человеком, родившимся на этой земле, как
родной край, родина. Все члены этноса являются субъектами действия и без них воспроизводство народа как общности не возможно.
Увеличение численности этноса усиливает в нем процессы аккультурации, развивает у людей склонность к полиэтническому самоопределению, ускоряет процессы инфильтрации инонациональных культур. И чем меньше численность народа, тем больше затруднено информационное проникновение иной культуры. Чем меньше численность народа и компактнее он расселен, тем теснее в его
культуре слито природное (этническое) и социальное. В многочисленных этносах, наоборот, в общественном сознании этническое не
доминирует. К примеру, М. Хайслер, утверждает, что снижение этничности у народов Западной Европы связано с их межэтнической
интеграцией, ассимиляцией народов и вытеснением народного воспитания общественным, но общественное воспитание ученый трактует как политическую функцию.
Этничность, по мнению М. Хайслера, сместилась на периферию,
как политических, так и индивидуально-идентификационных процессов. Нечто подобное можно наблюдать и у нас. К примеру, в Белоруссии в 1989 г. белорусским языком пользовались 10,5% белорусов,
в том числе в городах – только 1,5%. Спектакли на белорусском языке шли в 3 из 16 театров республики, кинофильмы на национальном
языке практически не ставились. Однако, вряд ли большая часть отечественных ученых согласится с выводами М. Хайслера. Следовательно, народ сопоставлять с социальной группой, не корректно, хотя он несет в себе социальные качества. Этническое в человеке – это
функция, связывающая его психику с этнической средой, где природа, биосфера играет основополагающую роль. Каждый народ, популяция, состоит из различных социальных групп, но в этнос не объединяются, а в нем рождаются и воспитываются под влиянием родной
природы. Свидетельством тому, все увеличивающийся поток исследований по проблемам этнической психологии и педагогики.
Своеобразие народного воспитания в России заключается в том,
что город и село заселены разными народами. В национально-госу167
дарственных образованиях сельское население преимущественно
автохтонное, а городское, как правило, славянское. По последней
переписи 1989 г. в национально-территориальных образованьях
проживает всего 7% жителей России (10,3 млн. человек) и поэтому
этническое воспитание в большей мере связано с сельской традиционно-бытовой, а не с современной индустриально-городской культурой, что затрудняет определение предметной зоны (педагогического пространства) народной педагогики. Исследования в конце 80-х
годов на Командорских островах М. А. Членовым и И. И. Крупником образа жизни и воспитания алеутов в условиях относительной
изоляции, показали, что коренное население живет вне городов, а
преобладающее большинство жителей островов составляют русские переселенцы или креолы (потомки от браков русских с алеутами), что ведет к «креолизации населения и культуры», то есть к образованию самобытной не русской и не алеутской культуры, которая передается из поколения в поколение и выступает содержанием
этнической педагогики. Очевидно, что в данной ситуации народное
и общественное воспитание не совпадает. Анализ воспитательной
работы в национальных школах показывает, что жестко централизованное обучение не позволяет изучать в полном объеме произведения народного творчества, где воплощена мудрость воспитания,
забыта культурологическая, добро творческая совместная со взрослыми созидательная деятельность, основанная на народных традициях, не используется культурологический опыт старших поколений, утрачена подготовка учащихся к труду, исходя из реальных
природно-климатических и культурно-национальных условий.
Иначе говоря, процесс сочетания этнического и социального
в этнической педагогике только разворачивается и если в отдельных национальных регионах он идет довольно успешно, то в других он только начинается. Основная причина заключается в том,
что понятие этническая общность и его культура стало общепринятым, а вот представление о народе как обществе пока довольно
неопределенное. Есть русский народ, русская идея, русский характер, психологический склад, но об обществе обычно говорят, что
оно российское, так как общество категория не этническая, а политическая. Этнос – это совокупность людей самоидентифицирующих себя с данной общностью, осознающих себя ее частью, принимающих народную культуру, то есть эта общность этнокультурная,
а этническая среда – всегда определенное согласование природы и
общества. Литовский народ – литовцы, а народ Литвы – все ее жители, составляющие литовское общество. При опросе в ходе перепи168
си 1989 г. многие жители Мордовии, Адыгеи, Карелии, некоторых
других национальных регионов, определившись как мокша, эрзя,
адыге, карелы и т. д. предпочли своему родному языку русский или
признали изучение его необходимым для включения в российское
общество. Республика Татарстан на своей территории юридически
закрепила двойное гражданство (республики Татарстан и России)
и равноправный статус двух государственных языков (татарского
и русского) или на правовом уровне объявила вхождение в Российское общество, признала себя его структурной частью. Тоже можно сказать о других национально-государственных образованьях,
включенных в Российскую межэтническую общность.
Цели этнической педагогики каждого народа России направлены на постепенное объединение равноправных народов на основе осмысления исторически сложившейся необходимости единения всех
россиян без ущемления их национального самосознания. Очевидно, что межэтническая интеграция должна быть добровольной и
осознанной, что обусловливает возрастание роли этнической педагогики в России, ибо такую интегрированность можно обеспечить
только по пути совершенствования системы народного воспитания.
Отсюда все структурные и функциональные элементы этнической
педагогики необходимо нацелить на воспитание автохтонного населения в духе межэтнической интеграции (но не ассимиляции),
дружбы, взаимопомощи и взаимной ответственности между народами, признающих Россию метаэтнической общностью. Этническая педагогика, охватывающая национальную, общественную,
профессиональную педагогику, педагогику школы, жизни, акмеологию и т. д., не менее многогранная дисциплина, чем педагогика
общественных институтов, Например, такой институт общества и
школы как библиотека, непосредственно, связан с народным воспитанием, привитием любви к народному творчеству, к национальной
и инонациональной литературе, а главное, к воспроизводству, сохранению и передаче от поколения к поколению этнических ценностей народа, его культуры. Очевидно, что педагогика библиотечного
дела является подсистемой как народного, так и общественного воспитания. К таким выводам приходят сегодня почти все исследователи процесса народного воспитания посредством приобщения подрастающего поколения к книге, к чтению.
Своеобразие этнической педагогики в российском обществе обусловливается различием в уровнях развития народной культуры. Одни народы и регионы успешно развиваются, другие отстают в своем
развитии, хотя когда-то славились своим просвещением. Так, пись169
менность у народов России появилась одновременно в конце первого
тысячелетия на Западе и Востоке континента: в Новгородской республике, Киевской Руси и Древне хакасском государстве, но процветала только в Киевской Руси. Древние культуры были разрушены так,
что и по сей день эти регионы не восстановили свое былое духовное
влияние. Монголы, разрушившие древнюю цивилизацию Хонгароя,
сами оказались отброшенными от магистралей цивилизации, а для
«московитов», одержавших победу над Великим Новгородом, победа
обернулась смутным временем. Или поляки в России. В XVIII–XIX
вв. они составляли второй по численности, после великороссов, и самый образованный народ, так как католическая вера, которой почти
поголовно еле давало польское население, непременно требовала грамотности юношей и девушек к 16 годам, ко времени конфирмации –
официальному включению молодежи в число верующих. По переписи 1926 г. (после отделения Польши) их осталось около 800 тысяч,
причем в Российской федерации – 138,3 тыс. человек. Однако, удельный вес грамотности среди поляков (76%) превышал процент грамотности среди других славянских народов. Ныне уровень образования
поляков ниже, чем у окружающих их народов, что способствует их
ассимиляции во всех ее проявлениях. Следует заметить, что падение
этнического статуса польского населения вызвано искусственно, путем репрессий.
Своеобразием народного воспитания россиян является то, что засилье административного аппарата, ограничения очагов грамотности, круговая порука в поземельной общине, групповщина привело к пренебрежению в нем к человеку, к его свободе и правам. Это
породило парадоксальное явление в отечественной педагогической
науке и практике – при наличии множества эффективных педагогических концепций и богатого воспитательного опыта, почти полное отсутствие востребования этих памятников культуры в официальной педагогике. Например, народная мудрость, проповедуя
единство природы и человека, отрицала излишество («Бережливость – лучшее богатство»), а официальная педагогика склонялась
к помпезности, расточительству, единственным трудом признавала познание. Или народная педагогика приглашала наслаждаться
природой, развивала неприятие негативных действий к природе:
будь то сорванный цветок, посаженная в клетку птичка или другое
животное. Для многих народов характерно ловить только крупную
рыбу, мелкую они выпускают в воду с пожеланием: «Возвращайся
большой». Осуждалась и хищническая охота. А официальная педагогика оценивала и оценивает учащихся по величине гербариев, по
170
количеству наколотых насекомых и посаженных в клетку животных. Пишутся пособия о том, как содержать зверей в неволе и т. д.
Народное воспитание в отличие от общественного опирается на
объективные, природные связи и единство народа основано на единстве языка и культуры, а общество базируется на трех формах общественной жизни: государстве, церкви и семье. Педагогическая структура народа существенно разнообразнее, чем такая же структура общества: этнос – это совокупность природы и общества. Н. А. Добролюбов, отмечал, что национальная культура встанет вровень с народной только тогда, когда она будет опираться на народную мудрость.
Особенностью функционирования этнической педагогики является то, что воспитательный процесс в ней само организуется, наряду с организованным народным воспитанием в национальной
школе и других институтах. Он непрерывен и корректируется реальными результатами формирования национального самосознания, преемственностью воспитательного воздействия. Механизмы преемственности в воспитании исследовались К. Д. Ушинским,
П. Ф. Каптеревым, В. Я. Стоюниным, Н. Ф. Бунаковым, В. И. Водорезовым и др. Педагогические вопросы преемственности изучались
С. А. Зимичевой, С. И. Казаченко, П. А. Михайловым, Р. И. Хмелюк
и др. С. И. Казаченко, изучая преемственность педагогических институтов в деле воспитания будущих педагогов, отмечала, что преемственность между школой и педагогическим вузом является одним из закономерных условий разрешения противоречий профессионального становления педагогов. Преемственность в воспитании
представляет собой определенную последовательность самовоспитания студентов, в процессе которой новые знания, умения, навыки
формируются с опорой на прошлый опыт, но этот опыт пока реализуется стихийно. Стихийно передаются этнические черты и нормы
в ходе народного воспитания. В. Россаде, освещая социокультурный
и этнокультурный подходы в саморазвитии народов, замечает, что
действенность саморазвития народов может быть достигнута во взаимодействии обоих подходов, что всякая подмена национального
социальным при самоорганизации этноса ведет к его разрушению.
Подмена социального национальным – обусловливает развитие этноцентризма, национальной обособленности, что, в конечном счете,
противоречит саморазвитию этноса. Н. В. Бромлей установил, что
влияние социального и национального воздействия асимметрично,
т. е. чем сильнее оно проявляется, тем негативнее воспринимаются
людьми особенности данной культуры и активнее они противостоят социальному воздействию. Данный вывод подтверждается на171
шими наблюдениями в Прибалтике. Следует признать что и национальное и социальное проявляются в народном воспитании во взаимодействии, но каждая сторона единого педагогического процесса
имеет свою структуру и специфические функции.
Арутюнов С. А., Крупник И. И., Членов М. А. «Китовая аллея»: Древности островов пролива Сенявина. М., 1982.
Бромлей Н. В. Этно-социальные процессы: Теория, история, современность.
Бунаков Н. Ф. Избранные педагогические сочинения. М.: Изд-во АПН РСФСР,
1953.
Гурова Р. Г. Социология воспитания: краткий курс лекций. М.: Педагогика,
2001.
Каптерев П. Ф. Избранные педагогические сочинения / под ред. А. М. Арсеньева; сост. П. А. Лебедев; Академия педагогических наук СССР. М.: Педагогика, 1982.
Хмелюк Р. И. Профотбор и первоначальная подготовка студентов педагогических институтов: автореф. дис. … д-ра пед. наук: 13.00.01. Л., 1970.
Ушинский К. Д. Человек как предмет воспитания. Т. 1. СПБ., 1867.
СЕРБИН М. В.
заместитель декана юридического факультета ГУАП, кандидат
юридических наук, доцент
СЕРБИНА Л. А.
преподаватель кафедры правоведения и таможенного дела ГУАП,
магистр юриспруденции
ВЫБОРЫ И ИЗБИРАТЕЛЬНАЯ АКТИВНОСТЬ
В АСПЕКТЕ ФОРМИРОВАНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА
«Демократия не может стать выше уровня
того человеческого материала, из которого
составлены ее избиратели».
Б. Шоу
Существование современного демократического государства невозможно без периодического проведения свободных выборов. Они
представляют собой наиболее цивилизованный способ борьбы за
власть и смены правительства. Именно выборы обеспечивают легитимацию власти и политической деятельности государства в целом.
В условиях демократии политическая власть осуществляется с согласия народа. Главным механизмом, превращающим это согласие
во властные полномочия парламента и правительства, выступают
свободные, равные и тайные выборы.
Выборы являются механизмом реализации конституционного права граждан избирать и быть избранными. Любое конституционно закрепленное право человека должно иметь свой механизм реализации.
Фактически выборы можно понимать сразу в двух основных аспектах:
172
– как форму народовластия, т. е. самостоятельного решения
гражданами вопросов государственного значения в части определения лиц, которые буду занимать государственные должности;
– как способ формирования органов государственной власти и
самоуправления путем проведения голосования граждан.
В таких условиях ошибочно было бы сводить избирательный процесс к формальной процедуре формирования органов публичной власти. Полным и точным представляется определение, согласно которому институт выборов и разнообразие его функций следует понимать, прежде всего, как воплощение народовластия на практике,
способ реализации политической правосубъектности граждан. Фактически, именно выборы в демократическом обществе обеспечивают
легитимность, т. е. законность власти. Посредством избирательных
процедур происходит наделение должностных лиц властью от имени
народа, в чем проявляется его высшее волеизъявление.
В этой связи выборы предполагается должны быть в максимальной степени всенародными, поскольку, чем меньше граждан участвует в выборах, тем больше оснований предполагать, что существующая власть не поддерживается населением и не представляет
его интересы, т. е. это приводит к избранию должностных лиц, которые на деле не пользуются доверием народа.
Именно это объясняет крайнюю актуальность проблемы электоральной активности избирателей, и в первую очередь молодых избирателей. Игнорирование выборов негативно сказывается на всей
системе общественно-политических институтов страны, ведь, как
уже отмечалось, волеизъявление граждан – исходное условие легитимности власти, с помощью которого реализуются общественные
ожидания, сдерживаются и разрешаются социальные конфликты.
Большинство российских экспертов определяют достаточно традиционный и весьма однообразный спектр факторов, связанных
с электоральной активностью избирателей:
– уровень выборов и их совмещение;
– тип избирательной системы;
– особенности общественно – политической жизни;
– влияние политических технологий;
– уровень политической и правовой культуры.
Последний фактор во многом предопределяет электоральное поведение избирателей. Избиратель должен знать, какими законами
регламентированы выборы, каковы права и обязанности участников электорального процесса. Ответственный, взвешенный политический выбор предполагает наличие адекватных представлений об
173
основных принципах функционирования государства, его институтов, о компетенции выборных властных органов. На основании этих
знаний у избирателя формируется позитивное отношение к выборам, вырабатываются навыки активного участия в политической
жизни страны, региона, местного сообщества. Он уделяет больше
времени изучению партийных программ, информации о кандидатах, мероприятиям, проводимым в агитационный период, не ограничиваясь лишь традиционным посещением избирательного участка в день выборов. При организации выборов должно быть уделено
больше внимания созданию условий для голосования граждан, испытывающих в этом затруднения в силу не зависящих от них обстоятельств. Комплексный подход к рассмотрению причин, влияющих на поведение избирателей, позволяет определить основные
пути повышения электоральной активности граждан. При этом необходимо помнить, что участие в выборах и референдумах – право,
а не обязанность. Законодательство нашей страны, а также международные избирательные стандарты прямо запрещают какое-либо воздействие на избирателей с целью принуждения их к участию
или неучастию в голосовании1. Основная задача, стоящая перед организаторами выборов и их участниками, заключается в том, чтобы
создать у избирателя положительную мотивацию участия в голосовании. Человек должен быть уверен в том, что его голос имеет значение в данном процессе, что посредством своих представителей в различных органах власти он участвует в выработке политической воли и управлении делами государства. Необходимо предпринимать
усилия для того, чтобы избирательный процесс был максимально
открытым и понятным для всех его участников, в особенности для
молодых избирателей.
Важную роль здесь призваны сыграть средства массовой информации. Объективное, непредвзятое освещение избирательной кампании будет способствовать формированию у избирателя адекватных представлений об избирательном процессе, затруднит манипулирование волеизъявлением, сможет противодействовать «грязным» технологиям. Государственные средства массовой информации должны освещать политические вопросы, предоставлять
аудитории разнообразные материалы о работе палат Федерального
Собрания Российской Федерации, депутатского корпуса региональных парламентов, органов исполнительной власти и местного самоуправления, о деятельности политических партий и их региональных отделений. Вполне актуальным представляется создание цикла теле- и радиопередач, посвященных различным аспектам изби174
рательной системы нашей страны, рассказывающих о ее становлении и развитии, о проблемах, требующих решения.
Выборы не должны носить виртуальный характер, важно, чтобы
конкуренция в борьбе за голоса избирателей помогала находить пути решения актуальных проблем, имеющих первостепенное значение для большинства избирателей.
Для поддержания электоральной активности на сложившемся
уровне с перспективой ее повышения следует усилить состязательность партий и выдвинутых ими кандидатов на выборах всех уровней, а для этого требуется дальнейшее развитие законодательства о
политических партиях. Укрепление российской политической системы, переход на пропорциональную систему на выборах в федеральный парламент дают основания для аналогичного постепенного перехода и на выборах в органы законодательной власти субъектов Федерации. Это придаст политическим партиям дополнительный импульс, оживит их работу в регионах.
Выборы это всегда обновление кадрового состава законодательного органа власти. Интересно, как молодежь задействована в этом
процессе. Она выступает как самостоятельный политический игрок
или используется зрелыми и опытными политиками в собственной
политической борьбе.
Проблема электоральной активности, как не раз уже отмечалось, имеет в значительной степени комплексный характер и как
следствие имеет множество путей решения, которые целесообразно
применять в совокупности.
Актуальная ситуация позволяет говорить о некоторых позитивных тенденциях в работе с молодежью по повышению ее избирательной активности, оценивая качество и количество приводимых
мероприятий Центральной избирательной комиссией и избирательными комиссиями субъектов, в том числе с использованием Интернет-технологий. Многообразие форм и методов, а также субъектов,
которые вовлечены в эту деятельность позволяет надеяться на формирование устойчивого интереса у большинства молодых граждан
к общественно-политическим процессам и избирательным процедурам в будущем. В этой связи стоит отметить возрастающее внимание государства к проблемам молодежи и ее воспитания в духе
гражданственности и патриотизма, при непосредственном взаимодействии с существующими институтами гражданского общества.
1 Михайлова О. А., Ганичкина М. П. Участие молодежи в выборах помолодежному // Журнал о выборах. 2013. № 4. С. 35–36.
175
СТАРИН Б. С.
заместитель заведующего кафедрой теории права и государства
юридического факультета ГУАП, кандидат исторических наук, доцент,
почетный работник ВПО России
КУЗНЕЦОВА А. В.
магистрантка юридического факультета ГУАП
АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ СТАНОВЛЕНИЯ СОЦИАЛЬНОГО
ГОСУДАРСТВА В РОССИИ И ФОРМИРОВАНИЕ МЕХАНИЗМА
ПРАВОЗАЩИТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
В юридической науке история становления института социальноправовой защиты уходит своими корнями в далекое прошлое. Он существовал и в римском праве. Этот институт дошел с изменениями и
до наших дней, так как направленность и предназначение социальной защиты определяются сущностью государства, тем, как оно намерено защищать своих граждан и как на практике это делает.
В советский период в нашей стране была создана весьма стройная система социально-правовой защиты населения и, несмотря на
то, что пенсии и социальные пособия были невелики, данный институт обеспечивал в основном потребности граждан. Советский опыт
социальной защиты граждан оказывал большое влияние на правительства как капиталистических стран мира, так и отдельных
стран «третьего мира» в необходимости существенного расширения
социальной поддержки своего населения. СССР посещали представители многих стран с целью изучения наработок в социальной сфере: содержание и сущность институтов по обеспечению в старости,
заботе о детях и создание широкой сети детских дошкольных учреждений, развития многопрофильной и многоуровневой системы
образования, бесплатного медицинского обслуживания населения,
обеспечения всеобщей занятости трудового населения.
Отдельные социальные системы советского государства были
успешно внедрены за рубежом. В настоящее время многие советские
социальные наработки, использованные в других странах, в течение прошедшего исторического периода постоянно совершенствовались и обновлялись с учетом развития экономики, то в России, после распада СССР, и, в силу непродуманных рыночных реформ многие социальные системы деградировали, деформировались и вызывают все в большей степени законное недовольство российских
граждан, что ведет к серьезному напряжению в обществе, а это является очень опасным трендом для будущего нашего государства.
176
В связи с распадом СССР произошел развал и некогда мощной
экономики, всей социальной структуры, что самым негативным
образом отразилось на социальном самочувствии граждан России.
Все это привело к подрыву правоохранительной, таможенной и фискальной деятельности, что естественно вели к взвинчиванию ситуации в стране, усилению оппозиционной деятельности, направленной против власти всех уровней, и, могут привести к серьезным
экономическим и социальным потрясениям.
Данная проблема требует серьезных научных исследований и осмысления причин происходящих явлений, необходимости поиска
путей выхода из сложившейся ситуации. Нужно найти ответ на вопрос о том, как быть дальше, что нужно делать сегодня в условиях
санкций, наложенных Западом на Россию и что делать в обозримом
будущем.
Все вышеперечисленное и предопределяет актуальность и важность становления социально-правовой защиты прав и свобод граждан нашей страны. Ежедневно граждане используют набор своих
социальных, экономических и культурных прав, считая их естественным и неотъемлемым элементом жизни. О правах, как правило, задумываются тогда, когда они нарушаются или когда обнаруживается нечто желаемое недоступно.
Следует отметь, что пока нет сбоя в механизме реализации прав,
то в обществе наблюдается относительное социальное спокойствие.
Но как только здесь происходит сбой (не предоставлены социальные
гарантии гражданину или группе граждан), тогда возникает конфликтная ситуация. Нарушение социальных гарантий государства
дает толчок к возникновению правозащитной деятельности, которая должна восстановить справедливость и устранить сбои в функционировании государственной социальной защиты.
Участниками правозащитной деятельности являются: гарант
социальной защиты (государство), нарушитель социальных гарантий (причинах сбоя), пострадавший (объект социальной защиты),
защита (адвокат пострадавшего). На основании легитимных правил государство обязано быть участником спорных вопросов социальной защиты своих граждан. Государство в отдельных случаях –
добровольный, а в других невольный участник правозащитного
процесса.
Научные исследования в сфере социальной политики раскрывают два важных фактора: во-первых, нарушителями социально-экономических прав граждан чаще всего являются само государство
или его уполномоченные. Во-вторых, государство (или точнее его
177
представители в лице чиновников) не хотят участвовать в процессе
восстановления справедливости.
Следует отметить, что в российском государстве как в системе,
охватывающей деятельность публичной власти, особую систему органов и учреждений, образующих в совокупности механизм государства, а также право как совокупность обязательных норм и правил поведения, происходит, к сожалению, постоянное нарушение
порядка реализации общественных отношений. Система при этом
сама себя исправляет и продолжает работу.
Так происходит, например, когда конкретные государственные
структуры не выполняют законов, т. е. когда какие-то элементы системы не подчиняются порядку. Нужна особая провинность «элемента» или его противостояние системе, чтобы он был «наказан»
или даже выведен из процесса. Таким «элементом» может быть личность – чиновник (номенклатура) или социальный институт – отрасль, министерство. Как правило, обычно, провинившегося назначенца наказывают лишь понижением по служебной лестнице или,
в крайнем случае, «отправкой на заслуженный отдых» – пенсию.
В этом проявляется особая солидарность бюрократического аппарата.
Ведь, если чиновник для системы «свой», то обычный гражданин – «чужой». Не случайно в отдельных случаях не предусматривается никакая ответственность чиновников за нарушение прав
граждан. Несмотря на то, что сотрудники структур социальной защиты призваны помогать гражданам в решении социальных проблем в соответствии с законодательством, они, тем не менее, принимают самостоятельные решения в отношении каждого гражданина: помогать ему или не помогать. Принимая решение оказать помощь человеку, чиновник опять оказывается перед дилеммой: помочь ли ему именно опираясь на закон, твердо следуя его букве или,
наоборот, нарушая или деформализуя закон.
Таким образом, можно говорить о двух типах нарушения закона
чиновником: «против клиента» и «за клиента», но в обоих этих случаях он действует против государства. В первом случае чиновник,
как правило, преследует личные интересы и не помогает гражданину или даже усугубляет его ситуацию. Во втором случае, он также
может преследовать личные интересы (например, через получение
взятки) или солидаризироваться с гражданином, ставя себя на его
место и решая безвозмездно «отстаивать» его права, пусть через нарушения закона – подделку документов, выдачу ложных справок и
т. д.
178
Закон является предметом манипуляций, любой закон, работающий в социальной сфере, можно не нарушать, а обойти «за клиента». Причем, такое формальное ненарушение закона ведет к изменению статуса социальных групп. Правозащитная законотворческая
деятельность может решать проблемы одних социальных групп за
счет других, уменьшить одни группы социальной помощи и увеличивать другие.
Система защиты прав или социальной защиты часто заменяется
волевым решением руководителей различных уровней. Чем выше
ранг чиновника, который принимает ответственные решения, кардинально меняя траекторию и принципы социальной политики,
тем больше положительные или отрицательные последствия его деятельности. Часто в погоне за решением экономических проблем региона не всегда просчитывается долгосрочный социальный эффект.
В ситуации противостояния чиновнику может оказаться практически каждый гражданин, но прежде всего тот, который не знает правил игры или стоит на нижней ступени стратификационной
лестницы. Наиболее ярко подобная ситуация проявляется во взаимодействии с государства и представителей социально значимых
групп населения, к которым относятся потребители льгот, дополнительных к основным гарантиям (инвалиды, сироты, многодетные семьи и т. д.).
Это связано с тем, что, во-первых, многие льготы только продекларированы государством, но не подкреплены экономическими
возможностями (например, в сфере лекарственного обеспечения
или выделения жилья). Во-вторых, многие представители льготных категорий не в состоянии отстаивать свои права: они не знают
законов, боятся обращаться в суд, пассивны, не имеют денежных
средств, чтобы нанять адвоката, имеют слабое здоровье и пр.
Попадая В сложную жизненную ситуацию, связанную с нарушением его прав, индивид должен стать актором (субъектом) правозащитной деятельности. Эта ситуация может развиваться по нескольким направлениям:
1) Акторы поневоле или вынужденные акторы. Как правило, это
законопослушные граждане, которые не нарушают законов и ожидают, что в отношении них закон также не будет нарушен. Это люди, которые не проявляют социальной активности в интересах общества или других граждан и потому вряд ли станут правозащитниками. Они, в свою очередь, делятся на три группы:
– пассивные акторы смиряются с ситуацией («мы ничего не можем исправить»), не действуют сами и не обращаются за помощью;
179
– частично активные акторы обращаются за помощью, но в дальнейшем самоустраняются, ожидая, что их проблемы решат другие
люди, (например, правозащитные неправительственные организации). Подобная позиция свойственна людям не привыкшим принимать решения и отвечать за свои действия;
– активные вынужденные акторы отстаивают свои права, пытаясь привлечь к решению как можно больше возможных сил и
средств.
Индивиды также могут стать акторами по инерции, когда, включившись в правозащитный процесс, не могут выйти из него. Несмотря на то, что конфликт исчерпан или результат не имеет для них
принципиального значения.
2) Активные актеры – борцы за справедливость – включаются
в правозащитный процесс, когда дело касается их личных интересов или интересов других людей, остаются в данном процессе, продолжают деятельность правозащитников, создают неправительственные организации, привлекают к правозащитной деятельности новых волонтеров. Их активность не угасает с решением личных проблем.
Активные акторы можно разделить на:
1) стремящихся к сотрудничеству;
2) ищущих компромисс;
3) ведущих оппозиционную деятельность в отношении к государству; а также на искренних борцов за справедливость и тех,
которые создают политический капитал, манипулируя проблемами личности или группы получающие, как правило, зарубежное
финансирование главным образом, от Госдепартамента США или
других фондов, финансируемых Центральным разведывательным
управлением США.
Активных акторов – оппозиционеров государство не хотело бы
видеть в роли правозащитников. Оно отказывается от взаимодействия с ними, игнорирует их, старается вывести их из активного поля. Чтобы защитить себя, государство принимает соответствующие
законы, направленные на ограничение деятельности неправительственных организаций особенно тех, кто получает денежные средства на свое содержание из иностранных источников, объявляя их
«иностранным агентом» или «незаконными организациями». Понять государство можно, так как подобные организации довольно
часто проводят подрывную работу в обществе, направленную на социальные волнения и смену власти в стране. Лидеры российской
оппозиции (М. Касьянов, А. Навальный, Е. Чирикова, И. Понома180
рев и др.) зачастую не являются признанными авторитетами в обществе и стараются активно манипулировать общественным сознанием, пытаясь направить основной удар против авторитета власти
и таким образом, дестабилизировать положение в обществе, захватить власть, а затем подчиниться воле «своих хозяев» из-за океана.
Правозащитные организации действующие на законных основаниях предпринимают попытки «встроить» свою работу в общественно-политическую систему государства. Правозащитникам
недостаточно отстаивать свои права «по случаю». Сегодня наиболее крупные и авторитетные организации претендуют на контроль
за деятельностью государственных структур (например, тюрем,
детских учреждений). Общественные организации разрабатывают проекты законов и предлагают их для рассмотрения в Государственную Думу.
По всей видимости, решающий этап лигитимации общественной
правозащитной деятельности наступит тогда, когда начнет считаться естественным контроль общества (в лице неправительственных
организаций) над государственными субъектами в области соблюдения прав личности согласно основным международным документам.
Однако пока данный процесс идет крайне болезненно, так как
государственные структуры хотят видеть в общественных организациях прежде всего благотворителей, ограничивающиеся оказанием гуманитарной помощи. Идет борьба за открытость государственных структур, а по большому счету и общества. Неправительственные правозащитные организации вступают в конфронтацию
с государственными структурами, вскрывая недостатки деятельности различных государственных органов и чиновников. Основной
тезис, который звучит при этом: «мы заставим государство выполнять свои же законы» и это справедливо по отношению к обществу.
Законы надо выполнять, на то они и законы.
Параллельно процессу легитимации идет процесс солидаризации: обиженных, нуждающихся в защите и правозащитников,
групп с общими интересами.
Если государство заинтересовано в формировании гражданского
общества, то оно должно поддерживать позитивную активность общества в целом и личности, предоставляя им свободу действия, находя новые направления сотрудничества с общественными силами.
К сожалению, в целом, на наш взгляд, на современном этапе общество пока еще нельзя считать активным субъектом (актором) в защите своих социальных прав. Будем надеяться, что это активность
181
проявится в ближайшем будущем, здесь все зависит от всех нас. Будем ли мы готовы активно отстаивать свои права и способны ли своими действиями заставить органы государственной власти исполнять принятые законы.
Воеводин Л. Д. Юридический статус личности в России. М., 1997.
Джильберт Дж. М. Морально-этические основы государственного управления
в России на пороге ХХI века // Кентавр. 1993. № 3. С. 93.
Конвенция о правах человека. ООН, Нью-Йорк, 1991; Основополагающие принципы движения Красного Полумесяца. М., 1996.
Мархгейм М. В. Правозащитная деятельность публичных структур в Российской Федерации. Ростов на Дону, 2006.
Мамичева С. В. Права жертв преступлений и злоупотреблений властью // Журнал российского права. 2001. № 7.
Мордовец А. С. Социально-юридический механизм обеспечения прав человека и
гражданина. Саратов, 1996.
Права человека. Международный билль о правах человека. ООН, 1995. М., 1997.
Стремоухов А. В. Человек и его правая защита: Теоретические проблемы. СПб.,
1996.
Токанова А. В. Права гражданина на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов исполнительной власти // Журнал российского права. 2001. № 11.
КОЛЬЦОВ Е. А.
магистрант юридического факультета ГУАП
БОЕР А. А.
кандидат юридических наук, доцент – научный руководитель
ПРАВО ПОТРЕБИТЕЛЯ НА ПРОСВЕЩЕНИЕ
В СФЕРЕ ЗАЩИТЫ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ
Право на просвещение, право на потребительское образование,
важный элемент в сфере защиты прав потребителей, целью которого
служит привить гражданам осведомленность в своих правах и в правильном толковании норм законодательства Российской Федерации.
Таким образом, это укрепит права потребителей и поможет избежать
многих спорных ситуаций, а так же даст уверенный инструмент самозащиты, для конечного потребителя. Так же это поможет решать
спорные ситуации самолично, прибегая к помощи судебных и иных
организаций, в самых экстренных случаях. Право на просвещение
потребителя закреплено в статье 3 (в последней редакции 23 ноября
2009 года) Закона «О защите прав потребителя». Способы просвещения потребителей возложены на семинары государственных, муниципальных, общественных организаций, печатную прессу (газеты,
182
журналы), телепередачи, интернет и другие источники средств массовой информации1. Право потребителя на информацию, о товаре,
услуге, работе и информации о ее изготовителе, исполнителе, продавце. Каждый потребитель должен знать, что он приобретает или
кто выполняет для него услугу (работу). Право на информацию, закреплено в статье 8 и 9 Закона «О защите прав потребителя». Проинформированность потребителя, не только помогает приобрести нужный, качественный товар (услугу, работу), но и найти исполнителя,
изготовителя который вызывает у него доверие. А так же иметь возможность защитить свои права, если их исполнитель (продавец, импортер, производитель) нарушит. Как было уже выше сказано, продавец обязан предоставить потребителю всю информацию касательно товара (работ, услуг), юридический адрес изготовителя, его фирменное название, режим работы и место расположения, информация
касательно деятельности организации изготовителя. Потребитель
должен быть осведомлен, о требованиях приобретения, продаваемых
товаров (работ, услуг) данными организациями. Помимо информации об изготовителе (исполнителе), для потребителя, важна информация касательно самого товара (работ, услуг).
Положение потребителей характеризуется особыми правами,
которые перечислены в Законе. Эти права условно можно разделить
на две группы:
1) права, возникающие у потребителя, до заключения договора
(преддоговорные). К ним относится право на просвещение, на информацию;
2) права, которые возникают с момента заключения договора.
К этой категории относится право на приобретение товара надлежащего качества, права потребителя, касающиеся срока службы, срока годности, а также гарантийного срока товара, право на безопасность товаров, права потребителя возникающие при выполнении
работ (оказании услуг). Так же, следует выделить третью группу –
право потребителя на защиту. Каждая из групп имеет свои особенности, своё содержание и даже свою историю появления.
Статья 3 закона о защите прав потребителей устанавливает право потребителей на просвещение – это традиционное право, которое
еще 15 марта 1962 г. было провозглашено президентом США Джоном Кеннеди.
Для реализации права на просвещение необходима целая система государственных мероприятий2. Программа потребительского
образования проходит через все ступени: начиная со школьной скамьи в отдельных программах, и после окончания школьной програм183
мы, в постоянных печатных изданиях, программах на телевидении.
В средних и высших учебных заведениях. Статья 3 не только провозглашает право потребителей на просвещение, но и обеспечивает
реализацию этого права путём включения соответствующих требований в государственные образовательные стандарты и программы.
Согласно ст. 7 Закона РФ «Об образовании» № 3266-1 от 10.07.1992 г.
(в редакции Федерального закона от 24.04.2008 г). «О внесении изменений и дополнений в закон РФ «Об образовании», государственный образовательный стандарт определяет обязательный минимум
содержания основных образовательных программ. Система информации потребителей об их правах обеспечивается обязательной информацией, предусмотренной Законом, а также путём проведения
консультаций, семинаров государственными, муниципальными органами и общественными организациями потребителей, издания соответствующих журналов и другой литературы и так далее.
На сегодняшний день система информирования потребителей через средства массовой информации успешно развивается. Имеют популярность такие издания как газета «Известия – Экспертиза», рубрики в Аргументах и Фактах, Куранты и другие специальные журналы.
Так, что развитие системы потребительского образования имеет будущее, и закрепление ее в Законе «О защите прав потребителя» будет
способствовать ускорению этого процесса. Право потребителя на информацию состоит из отдельных элементов, а именно: информация об
изготовителе, товарах, режиме работы продавца. В статье 8 Закона РФ
«О защите прав потребителей» предусмотрено право на информацию
об изготовителе (продавце) и о товарах (работах, услугах).
Потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и
достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце),
режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах).
Указанная в пункте 1 настоящей статьи информация в наглядной и
доступной форме доводится до сведения потребителей при заключении договоров купли-продажи на русском языке, а дополнительно,
по усмотрению изготовителя (продавца), на государственных языках субъектов РФ и родных языках народов России (Закон «О защите прав потребителей» ст. 8 п. 2).
Закон не раскрывает понятия «необходимая информация», и
при возникновении споров, очевидно, следует исходить из обычно
предъявляемых требований, имея в виду, прежде всего интересы
потребителя.
Однако в это понятие, безусловно, должна быть включена информация, которая в соответствии с Законом, является обязательной.
184
Важно подчеркнуть, что наличие у потребителя права требовать предоставления указанной информации означает одновременно обязанность соответствующих организаций предоставить ее. Невыполнение этой обязанности может повлечь ответственность виновных в соответствии со специальными или общими нормами законодательства. Закон устанавливает, что способы доведения информации до
потребителя определяются спецификой отдельных сфер обслуживания, но, во всяком случае, она должна быть доведена в наглядной и
доступной форме. Специфика доведения информации обычно определяется в правилах торговли отдельными видами товаров (видах договоров купли – продажи) и правилах оказания различных услуг.
В статье 9 Закона «О защите прав потребителей», указывается на обязанность изготовителя довести до сведения потребителя
фирменное наименование своей организации, места её нахождения
(юридический адрес) и режим работы. Продавец размещает указанную информацию на вывеске. Изготовитель индивидуальный предприниматель должен предоставить потребителю информацию о государственной регистрации и наименовании зарегистрировавшего
его органа.
Если вид деятельности, осуществляемой изготовителем (продавцом), подлежит лицензированию, потребителю должна быть предоставлена информация о номере лицензии, сроке ее действия, а
также информация об органе ее выдавшем. Информация, предусмотренная статьей 9 пунктами 1 и 2, должна быть доведена до сведения потребителей также при осуществлении торговли, бытового
и иных видов обслуживания потребителей во временных помещениях, на ярмарках, с лотков и в других случаях, если торговля, бытовое и иные виды обслуживания потребителей осуществляются
вне постоянного места нахождения продавца, изготовителя (закон
о защите прав потребителей статья 9 пункт 3). Статья 10 закона о
защите прав потребителей предусматривает право потребителя на
информацию о товарах.
Изготовитель обязан своевременно предоставить потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах, обеспечивающую
возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров
перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством РФ (статья 10 пункт 1 закона о защите
прав потребителей). Которые имеют общеобязательную силу на всей
территории РФ. Так, например, Постановлением Правительства РФ
от 15 апреля 1996 года № 435 утвержден Порядок доведения до потребителей информации о происхождении алкогольной и табачной про185
дукции иностранного производства. Как правило, эти сведения устанавливаются в правилах торговли и оказания услуг.
Правительство РФ Постановлением от 27 декабря 1996 года
№ 1575 утвердило Правила, обеспечивающие наличие на продуктах питания, ввозимых в Российскую Федерацию, информации на
русском языке и запретило с 1 мая 1997 года продажу на территории Российской Федерации импортных продуктов питания без информации о них на русском языке. Согласно Правилам импортеры
в контрактах на поставку должны обязательно предусматривать
наличие на товаре информации на русском языке о составе, пищевой ценности, сроках годности, условиях хранения и применения, а
также других установленных сведений.
Информация в обязательном порядке должна содержать: наименование технического регламента или иное установленное законодательством РФ о техническом регулировании и свидетельствующее
об обязательном подтверждении соответствия товара обозначение;
сведения об основных потребительских свойствах товаров (работ, услуг), в отношении продуктов питания сведения о составе (в том числе
наименование использованных в процессе изготовления продуктов
питания пищевых добавок, биологически-активных добавок, информация о наличии в продуктах питания компонентов, полученных
с применением генно-инженерно-модифицированных организмов,
в случае, если содержание указанных организмов, в случае, если содержание указанных организмов в таком компоненте составляет более девяти десятых процента), пищевой ценности, назначении, об условиях применения и хранения продуктов питания, о способах изготовления готовых блюд, весе (объеме), дате и месте изготовления и
упаковки (расфасовки) продуктов питания, а также сведения о противопоказаниях для их применения при отдельных заболеваниях3.
Перечень товаров (работ, услуг), информация о которых должна
содержать противопоказаниях для их применения при отдельных заболеваниях, утверждается Правительством Российской Федерации5.
– цену и условия приобретения товара (например, приобретение
товара в кредит);
– гарантийный срок, если он установлен: в соответствии с настоящим Законом;
– правила и условия эффективного и безопасного использования
товаров;
– срок службы и срок годности товаров, если он установлен в соответствии с настоящим законом, а также сведения о необходимых
действиях потребителя по истечении указанных сроков и возмож186
ных последствий при невыполнении таких действий, если товары,
по истечении указанных сроков представляют опасность для жизни, здоровья и имущества потребителя или становятся непригодными для использования по назначению;
– место нахождения изготовителя (продавца) и место нахождения организации, уполномоченной на принятие претензий от потребителей и производящей ремонт и техническое обслуживание
товара;
– информация о сертификации товаров, подлежащих обязательной сертификации;
– информация о правилах продажи товаров. Если приобретаемый
потребителем товар был в употреблении или в нем устранялся недостаток, потребителю должна быть предоставлена информация об этом.
Информация, предусмотренная пунктом 2 статьи 10 Закона,
доводится до сведения потребителя в технической документации,
прилагаемой к товарам, на этикетках, маркировкой или иным способом, принятым для отдельных видов товаров (работ, услуг). Информация об обязательном подтверждении соответствия товаров
представляется в порядке и способами, которые установлены законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, и включает в себя сведения о номере документа, подтверждающего такое соответствие, о сроке его действия и об организации, его
выдавшей (статья 10 пункт 3 закона о защите прав потребителей).
Следующее право потребителя – это право на информацию о режиме работы продавца, установленное статьей 11 закона о защите
прав потребителей. Режим работы продавца доводится до сведения
потребителей и должен соответствовать установленному (ст. 11. п. 3
закона о защите прав потребителей).
Изготовитель (продавец) несет ответственность за ненадлежащую информацию о товаре, об изготовителе (продавце) которая
предусмотрена статьей 12 закона о защите прав потребителей. Если
потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения
убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться
от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.
При отказе от исполнения договора потребитель обязан возвратить товар (результат работы, услуги, если это возможно по их характеру) продавцу (исполнителю) (закон о защите прав потребите187
лей ст. 12 п. 1). Продавец (исполнитель), не предоставивший покупателю полной и достоверной информации о товаре (работе, услуге),
несет ответственность, предусмотренную пп. 1–4 статьи 18 или пунктом 1 статьи 29 закона о защите прав потребителей, за недостатки
товара (работы, услуги), возникшие после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации (закон о защите
прав потребителей ст. 12 п. 2).
Вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных
или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме предусмотренном статьей 14 закона о защите
прав потребителей, а также потребовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет4.
Помимо выше изложенных методов просвещения граждан в сфере потребительского прав, стоит, и направить силы на СМИ. Телепередачи, показывающие сюжеты, контрольные закупки товаров (услуг, работ) и освещающие нарушения прав потребителей, и их восстановление, а так же поднесения наказания ответственных за это
лиц. В целях повышения правовой помощи и повышения правовой
грамотности граждан, проводить бесплатные юридические консультации или по телефонам горячей линии, а так же с помощью интернет консультаций. Как было сказано выше, прибегать к помощи печатной прессы, и специальных статей и колонок в газетах, журналах. Использовать рекламу (телерекламу, рекламу в прессе и на рекламных щитах, листовках) в целях просвещения потребителей об
основных правах потребителей и самых доступных способах защиты, ведь реклама один из наглядных доступных форм преподнесения
информации населению. Усиление потребительского образования,
освещение прав потребителей и его форм защиты, существенно повысит качество самозащиты потребителей, ответственность изготовителя (продавца, исполнителя) и повысит защищенность потребителей.
1 Распонин А. Н., Смолянин В. П. Справочник потребителя. Новосибирск:
ЮКЭА, 2005.
2 Защита прав потребителей в Российской Федерации в 2002 году: государственный доклад. М., 2003.
3 Смирных А. Г. Защита интересов добросовестного приобретателя // Журнал
российского права. 2009. № 11. С. 92.
4 Грибанов В. П. Осуществление и защита гражданских прав. М.: Статут, 2003.
5 Чапкевич Л. Е. Качество и безопасность потребительских товаров // Адвокат.
2005. № 7. С. 88.
188
ЖИВОВА Е. А.
студентка института инноватики и базовой магистерской подготовки
ГУАП
ГЛУЩЕНКО П. П.
доктор юридических наук, профессор – научный руководитель
КОНТРАФАКТ – ВОРОВСТВО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ
СОБСТВЕННОСТИ
Контрафакт – это производство продукции, тиражирование и
использование без ведома владельца его торговой марки, наработанного имиджа, деловой репутации, интеллектуальной собственности. Рассмотри несколько парадоксальных моментов. Во-первых,
в обществе многие относятся к контрафакту достаточно снисходительно, поскольку он позволяет с небольшими затратами приобрести на рынке вещи, которые для многих недоступны по цене в магазинах, торгующих лицензионной продукцией. Во-вторых, контрафакт всегда связан с кражей интеллектуальной собственности, со
злостным мошенничеством, с коррупцией в обществе. С данной проблемой можно бороться, главное четко выработать методы борьбы.
Существует проблема защиты интеллектуальной собственности, проблемы «серого» или «черного» бизнеса, неуплаты налогов и
просто некачественной продукции, угрожающей жизни и здоровью
людей. Этому обязательно нужно противостоять. Проблема контрафакта существует во многих странах мира. А что касается России,
здесь отношение к контрафакту весьма снисходительное, что и создает условия для его роста. К примеру, во Владивостоке пресекли
незаконную деятельность завода по производству контрафактных
компьютерных CD и DVD. Было обнаружено 50 тысяч дисков различного содержания, от фильмов, компьютерных программ – до
детской порнографии и милицейских баз данных. Большой новости
тут не было – даже не заведено уголовное дело. В Челябинске был
случай, когда закупили сантехнику с маркировкой итальянского
производителя. Приборы оказались нерабочими – были затоплены
три дома. При дальнейшем разбирательстве продавцы не скрывали,
что произведена сантехника в Китае, поэтому и стоила копейки. Но
уголовного дела и здесь не возбудили – не оказалось законодательных оснований1. В 2003 году Госдума отменила статью № 200 Уголовного кодекса РФ «Обман потребителя», которая позволяла привлечь к ответственности производителей контрафактной продукции2. Теперь в УК РФ этой статьи нет, и творцам нелицензионной
189
продукции стало вольготней жить. Есть ощущение, что в России не
ведется всерьез борьба с контрафактом. И нужно хотя бы начинать
ее, возможно, с создания соответствующего общественного мнения
вокруг этого негативного явления.
Однако всякое явление, в том числе и негативное, существует
только в том случае, если у кого-то сохраняется в нем потребность.
Люди понимают, что, если бы не было контрафакта, многие престижные вещи были бы для них недоступными по цене. С другой стороны, они хотят хотя бы внешне не уступать тем, кто такими товарами владеет – это продукция «раскрученных» марок (джинсы, часы,
украшения и другое). Спрос при этом всегда стимулирует предложение. Причем, если прежде мы получали контрафакт из-за рубежа,
сейчас научились успешно делать его сами. И все эти «бренды» сегодня успешно строчат в Подольске и Мытищах. Что с этим явлением делать? Также здесь встает вопрос: где же, например, москвичам
со скромным достатком производить свои покупки? В городе между
модным дорогим бутиком и рынком ничего нет – простые магазины
исчезли. Очевидно, что прежде, чем ликвидировать рынки, надо восстановить достаточное количество магазинов, доступных для всех.
Нужно также по-настоящему активизировать работу общественных
организаций потребителей. Алексей Суздалов, председатель Совета
общественного движения «Защита прав человека», сообщил: «Мы
как общественное движение не имеем права возбуждать уголовные
дела и вести их. Мы нашли другой выход. В СМИ публикуем списки производителей некачественной продукции или продавцов контрафакта. Поясню, поскольку мы собираемся публиковать списки
контрафактчиков, значит мы их косвенно предупреждаем о грядущих визитах проверяющих органов. А предупрежден – значит вооружен»3. Есть поправка к закону о защите прав потребителей, которая
обязывает суды взимать с производителей недоброкачественной продукции штрафы в пользу общественных организаций по защите прав
потребителей4. Необходимо, чтобы этот механизм заработал. Также
нужно создать такое общественное мнение вокруг контрафакта, что
он станет нетерпимо восприниматься обществом. Не надо уставать
повторять, что контрафакт – это ворованный продукт и относиться
к нему соответственно.
Кроме того, контрафакт – это не только незаконно изготовленная продукция, но и продукция, сделанная некачественно. Основной акцент необходимо сделать на противодействии подделке продуктов питания и лекарств, так как распространение поддельных
продуктов и лекарств оборачивается не просто потерей покупате190
лями денег, а вредом для их здоровья. Основным каналом реализации контрафактной продукции являются рынки. Супермаркеты
дорожат своей репутацией, поэтому они обычно содержат собственные отделы сертификации и берут продукцию для продажи только
у производителей непосредственно. Вся работа по борьбе с контрафактом в каждом конкретном случае начинается с выявления его
производителя. Это не просто, но бывает еще сложнее привлечь его
к ответственности, во-первых, потому, что на наши рынки выбрасывается поддельная продукция, произведенная не только в России,
но и за рубежом, а, во-вторых, потому, что правоприменение у нас
является большой проблемой.
Касательно Западной Европы и Америки, там тоже есть контрафакт, но, если в тех регионах контрафактная продукция используется частным порядком, в личном потреблении, в России же 99%
всех фирм используют исключительно контрафакт, так как он гораздо дешевле. А ведь именно тогда, когда контрафакт используется в чисто коммерческих целях, от него наступает действительно серьезный вред. Всегда на рынке есть выбор: можно купить контрафактное программное обеспечение за 100 рублей, а можно лицензионное – за 4–5 тысяч рублей. Ничем не рискуя, потребитель скорее
всего предпочтет нелегальный продукт. Все это совершенно открыто продается на Митинском рынке. Даже в центре Москвы, не говоря уже о других городах, можно совершенно открыто купить контрафактное изделие, более того с гарантийным чеком. Какие-то меры против этого надо принимать.
В России слабая правоприменительная практика. Дела по поводу контрафакта возбуждаются крайне редко. У нас вообще слабое законодательство в плане наказания за неисполнение законов.
Должны нести ответственность чиновники за то, что не возбуждаются уголовные дела, к примеру, в ситуациях, когда тормозятся
грузы на таможне. На Западе, если появился контрафакт на таможне, он тут же будет арестован, а чиновник, не возбудивший уголовное дело, понесет наказание. А нашему чиновнику что будет? Да
ничего! А должны быть приняты законы, которые не позволяли бы
оставлять без последствий такие факты. Невозбуждение уголовного
дела также должно наказываться, поскольку не осуществляется охрана прав владельца интеллектуальной собственности5.
Воздействовать на контрафакт можно ценовым регулированием.
Чтобы не появлялись на рынке произвольные цены. В США, к примеру, исходят из прибыльности изделия: прибыль ограничивается
у какого-то предела – и дальше резко возрастают налоги. Государ191
ством проделана большая комплексная работа по реформированию
законодательства в области интеллектуальной собственности, но
вместе с тем, работа над его совершенствованием должна быть продолжена. На сегодняшний день актуальны такие вопросы, как необходимость усовершенствования нормативно-правового регулирования порядка проведения экспертизы товара с целью определения
контрафактной и фальсифицированной продукции, а также порядка утилизации и переработки конфискованного контрафактного и
фальсифицированного товара.
Следует призывать предпринимателей не оставаться в стороне
от актуальных сегодня проблем, не рассчитывать, что все проблемы с интеллектуальным пиратством будут решены правоохранительными органами или административным путем, а активно подключаться к борьбе с контрафактом. Нужно менять само отношение к нелегальным изделиям. Важно четко понимать: контрафакт –
это воровство интеллектуальной продукции. Только имея прямые
определения этого явления и прямую ответственность, мы сможем
сформулировать общественное мнение по поводу контрафакта как
изготовление и сбыт краденого. В нормативной базе не прописана
уголовная ответственность за изготовление и реализацию контрафактной продукции – этого нет ни в Уголовном, ни в Административных кодексах.
Подытожим выводы:
1. Необходимо создать такую экономическую ситуацию, когда
выгодно будет инвестировать в Российскую экономику, и именно
в законный бизнес. А вкладывать средства в теневой бизнес – невыгодно и небезопасно. Сегодня капитал уходит за рубеж, в теневой бизнес, и не идет на развитие реального сектора экономики. Мы
видим, как стремительно растет малый бизнес в Китае – для этого
там созданы необходимые условия. У наших малых предприятий
на старте ни финансов, ни помещений – начало предпринимательской деятельности дается с большим трудом.
2. Прежде всего, нужно совершенствовать контрольную деятельность. Сегодня насчитывается 62 федеральных контролирующих органа, и все они в первую очередь осуществляют контроль качества,
документальные проверки. Сегодня буквально все предприниматели говорят об избыточности контроля. Но вовсе не высвечивается во
всех этих проверках контрафакт. А надо, чтобы эта линия высвечивалась. Причем, желательно, чтобы все было документально прописано
по всей технологии контроля, а также во взаимодействии различных
органов госконтроля. Бесспорно, должны быть политическая воля и
192
законодательные рычаги к преодолению производства контрафакта,
с тем, чтобы в стране создавалась нормальная экономическая ситуация для организаций нормального легального производства.
3. Что касается ответственности за производство контрафактной
продукции, надо также создавать соответствующую правовую базу.
Ведь для того, чтобы возбудить уголовное дело, надо иметь для этого достаточные основания и вменяемое законодательство.
Наплыв контрафактной продукции угрожает безопасности государства, лишая его огромных сумм налоговых поступлений, а также лишая бизнес значительной доли прибыли. Часто он угрожает
здоровью людей, поэтому вопрос о борьбе с ним надо ставить решительно. К сожалению, теми силами и средствами, которыми располагают наши правоохранительные органы, невозможно ни уличить,
ни наказать производителей и распространителей контрафакта. Не
помогает этому и закон о защите авторских и смежных прав, а судебная практика по контрафакту и вовсе отсутствует. Это порождает уверенность мошенников в безнаказанности. Борьба с этим будет
успешной, только когда будет использоваться комплекс мер – законодательных, организационных, технических, а усилия государственных, коммерческих и общественных организаций будут хорошо скоординированы. Нужна и активная просветительская работа
среди населения и обратная связь. Ее должны вести СМИ. Для этого
должна быть создана структура, некое «единое окно», которое аккумулировало бы звонки и сообщения потребителей6.
Мы привыкли решать многие вопросы в целом. Так же и с контрафактом, а надо бы посмотреть штучно каждое такое направление – от производства контрафактных пельменей до защиты интеллектуальной собственности. В каждом случае должна быть выстроена законодательная линия, задействованы все структуры контроля – от правоохранительных органов до рядового контролера и
общественных объединений по защите прав потребителя. Каждый
потребитель должен иметь возможность законно защитить себя от
некачественной подделки.
1 Романюк В. Контрафакт: экономика, криминал, право // Бизнес для всех.
2005. № 24.
2 УК РФ от 08.12.2003 г. № 162-ФЗ (часть 8).
3 Суздалов А. Контрафакт: экономика, криминал, право // Бизнес для всех.
2005. № 24.
4 Постатейный комментарий к Закону РФ «О защите прав потребителей» от
01.10.2007 г. / М. Г. Аншаков, Р. Ю. Баршина. М.: ГроссМедиа, 2007.
5 http://www.businesspress.ru/2005/06/28.
6 Там же.
193
ДЗАГНИДЗЕ Г. М.
аспирант юридического факультета ГУАП
ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ ОКАЗАНИЯ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ
СУБЪЕКТАМ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Рассмотрев и проанализировав многосторонние договорные источники международного права, можно сделать вывод, что термином «предпринимательство» они не оперируют. В международной
нормотворческой практике термин «предпринимательство» применяется, лишь в рамках межгосударственных договоренностей
стран, обретших самостоятельность после прекращения существования СССР, а также в русскоязычном переводе некоторых двусторонних договоров, заключенных РФ со странами, так называемого дальнего зарубежья. Меморандум о сотрудничестве между ГКРП
РФ и Экспортно-импортным банком США в преамбуле использует
термин «сектор частного бизнеса РФ», в разделе 1 стороны отмечают
важность малого предпринимательства для экономики РФ и США,
в разделе 2 уже используют термин «Программа малого бизнеса»1.
В принятом в развитие указанного Меморандума российско-американском соглашении 1998г. об оказании поддержки экспортным поставкам из США указывалось, что «Программа по малому бизнесу»
должна учитывать фактическое состояние и особенности малого
предпринимательства в России, а правомочность «субъекта малого предпринимательства» должна определяться в соответствии со
ст. 3 Закона РФ от 14 июня 1995 г. «О государственной поддержке
малого предпринимательства в РФ». В российско-корейском соглашении 1998 г. стороны выразили стремление «… развить сотрудничество в сфере малого бизнеса», хотя в ст. 1 согласились, что будут
«развивать двустороннее сотрудничество с целью поддержки и развития малого и среднего предпринимательства».
Исследуя данный вопрос, было выявлено, что зарубежная научная доктрина рассматривает международное предпринимательское
право как право, составляющее часть международного частного и
публичного права и регулирующее международную коммерцию.
Эта отрасль охватывает такие вопросы, как корпоративные контракты, наем персонала, производство и торговля товарами. В странах, признающих англо-американскую иерархию правовых источников, в так называемое Адмиралтейское право сведены нормы,
регулирующие правоотношения по поводу судоходства и коммерческого мореплавания.
194
Поскольку не существует договорного закрепления понятия
«business law», правовые школы университетов Европы и США поразному группируют правовые источники, предлагая целый набор
объединяющих заглавий. Например, в «Международное торговое
право» включают такие темы, как международная купля-продажа товаров, антимонопольное право; право интеллектуальный собственности и электронная коммерция. Порядок разрешения коммерческих споров зависит от избираемой процедуры. Рассмотрение
споров может происходить как в условиях судопроизводства, так и
вне его. Рассмотрение споров вне суда заключается, как правило,
в обращении к услугам экспертов, третейскому суду или арбитражу. Хочется выделить и рассмотреть следующие международные
арбитражные регламенты, которые сложились к настоящему времени: ЮНСИТРАЛ; Арбитражный суд Международной торговой
палаты (МТП); Лондонский международный третейский суд; Международный центр урегулирования инвестиционных споров2.
1. Рассмотрим, в первую очередь, Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ, который был принят Комиссией ООН по праву международной торговли в 1976 г. и рекомендован к использованию Генеральной Ассамблеей ООН 15 декабря 1976 г. Проанализировав основную деятельность и структуру комиссии, можно выделить его
основные характерные черты:
– арбитраж может состояться, только если стороны договорились о кандидатуре арбитра, который дает недвусмысленное согласие на выполнение арбитражных функций;
– каждая из сторон может просить Генерального секретаря Постоянного третейского суда в Гааге назначить компетентный орган,
если он предварительно не согласован сторонами или отказывается
действовать, или не назначает арбитра в течение 60 дней после получения просьбы об этом от одной из сторон;
– если стороны не договорились о месте арбитражного разбирательства, такое место должно быть определено арбитражным судом;
– арбитражный суд вправе вынести решение по заявлениям, частью которого может быть арбитражная оговорка, рассматриваемая
как независимая от других условий договора, и решение о признании ничтожности договора не влечет за собой автоматически недействительности арбитражной оговорки. Учитывая практическую
разницу между согласительной процедурой и арбитражем, ЮНСИТРАЛ подготовила и в 1980 г. приняла Согласительный регламент,
который так же, как и арбитражный, применяется только в случае
согласия сторон на его использование.
195
2. Регламент Арбитражного суда МТП действует с 1 июня 1975 г.
с изменениями и дополнениями, которые вступили в силу с 1 января 1988 г. Сторонам, намеревающимся передать свои разногласия
на рассмотрение Арбитражного суда МТП, рекомендована следующая контрактная оговорка: «все споры, возникающие в связи с договором, подлежат окончательному урегулированию согласно арбитражному и согласительному регламенту МТП одним или несколькими арбитрами». Данный регламент открыт как для членов, так
и для стран, не являющихся членами МТП. Проанализировав деятельность МТП, можно выделить следующие характерные особенности;
– арбитр должен составить акт о полномочиях и по возможности получить подписи сторон под этим документом до начала арбитражного разбирательства. Целью составления акта о полномочиях
является точное определение перечня спорных вопросов, передаваемых на рассмотрение арбитра;
– до подписания арбитром арбитражного решения он обязан передать его проект для проверки в арбитражный суд МТП в Париже.
Проверка призвана гарантировать возможность принудительного
исполнения решения в той стране, где такое исполнение испрашивается;
– арбитражные расходы обеспечиваются путем залога, который
вносится сторонами в равных долях в порядке аванса.
3. Лондонский международный третейский суд (LCIA) – старейший арбитражный орган в мире. Он был создан в 1892 г. по инициативе Муниципального совета лондонского Сити. В настоящее время
это действующий международный орган.
Регламент LCIA пригоден для использования при любой правовой системе и на любом из основных языков мира, его несомненным
достоинством следует признать возможность устанавливать между
истцом и ответчиком взаимоприемлемые процедуры, а также вполне умеренные ставки арбитражного сбора.
4. Международный центр урегулирования инвестиционных споров (ICSID) создан в Вашингтоне на основании подписанной в 1965 г.
разрешении инвестиционных споров между государствами и гражданами других государств. На основе данной Конвенции урегулированием спора может быть осуществлено примирение или арбитраж либо примирение с последующим арбитражем при неудачной
попытке примирения. Инициатива выбора процедуры может исходить как от государства, так и от инвестора. Сам центр не выступает в роли примирителя или арбитра, а предоставляет необходимые
196
средства; ведет списки квалифицированных специалистов, которые
стороны могут избрать примирителем или арбитром; осуществляет консультативную поддержку на начальной стадии разбирательства. Дав согласие на использование описываемого регламента, государство и иностранный инвестор обязаны выполнять их соглашение; кроме того, государства – участники Конвенции независимо от
того, являются они сторонами спора или нет, обязаны признавать
юридическую силу арбитражных решений, вынесенных в соответствии с Конвенцией, и принимать меры для принудительного исполнения вытекающих из этих решений финансовых обязательств.
Выделю два способа исполнения судебного решения за пределами
юрисдикции национального суда, который его принял: возбуждение нового дела на основе принятого решения в стране, в которой
необходимо исполнение этого решения; регистрация такого решения в стране исполнения, а затем его прямое исполнение, как если
бы оно было принято судом этой страны3.
Готовность инвесторов к вложению капитала в экономику той
или иной страны зависит от существующего в ней инвестиционного климата и способности международного сообщества эффективно
разрешать инвестиционные споры. Для решения последней проблемы под эгидой Международного банка реконструкции и развития
были разработаны две международные конвенции: Вашингтонская
конвенция 1965 г. о порядке разрешения инвестиционных споров
между государствами и иностранными лицами и Сеульская конвенция 1985 г. об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям инвестиций.
Можно выделить основную цель Вашингтонской конвенции
1965 г. – изъятие категории частноправовых (не носящие межгосударственного характера) споров из юрисдикции внутригосударственных судов и передача их на рассмотрение в международный
арбитраж, причем созданный исключительно для реализации этой
цели. В качестве такового должен выступать Международный центр
по урегулированию инвестиционных споров (МЦУИС), учрежденный Вашингтонской конвенцией 1965 г. и функционирующий как
одно из структурных подразделений МБРР4.
Целью МЦУИС является обеспечение разрешения посредством
примирения и арбитража инвестиционных споров между стороной
в лице государства и иностранными инвесторами при условии наличия письменного согласия участников спора о передаче такого спора
для разрешения центру, включающему Административный совет и
Секретариат. Желающие обратиться к примирительной процедуре
197
подают заявление, составленное в письменной форме, на имя Генерального секретаря, который направляет копию заявления другой
стороне. После регистрации заявления учреждается Примирительная комиссия, состоящая из одного или нечетного числа посредников, назначаемых в соответствии с соглашением сторон, которая выясняет обстоятельства, по повода которых между сторонами
возник спор, предлагает сторонам условия, на которых спор может
быть урегулирован. Если стороны достигнут соглашения, комиссия
составляет доклад с указанием спорных вопросов и записью о том,
что стороны достигли соглашения, а если в какой-либо момент примирительной процедуры комиссия придет к выводу, что достижение соглашения между сторонами маловероятно, она прекращает
процедуру, составляет доклад с указанием существа спора и записью о том, что сторонам не удалось прийти к соглашению5.
В случае проведения примирительной процедуры издержки,
связанные с вознаграждением и компенсацией расходов членам Комиссии, а также плату за услуги, предоставляемые МЦУИС, стороны делят пополам. Каждая сторона сама оплачивает дополнительные расходы, которые она понесла в процессе примирительной процедуры.
Каждая из сторон может потребовать изменить решение, направив письменное заявление Генеральному секретарю, если ей стало
известно о новых фактах, которые могли бы существенно повлиять
на решение Арбитража при условии, что эти факты не были известны Арбитражу и заявителю в момент вынесения решения, а также, если незнание заявителя о таких фактах не было результатом
его небрежности. В случае арбитражного рассмотрения Арбитраж
определяет размер расходов, понесенных сторонами в ходе рассмотрения дела, а также кем и в каком порядке эти издержки (включая вознаграждение и компенсацию расходов членам Арбитража) и
расходы за услуги, предоставляемые МЦУИС, будут выплачиваться. Решение по этим вопросам является составной частью решения
Арбитража.
В 1985 г. была учреждена межгосударственная организация –
Многостороннее Агентство по гарантиям инвестиций (далее –
Агентство), которая должна осуществлять страхование инвестиционных рисков. Агентств имеет право заключать контракты, приобретать и отчуждать имущество, выступать в качестве истца и ответчика, пользоваться привилегиями и иммунитетами. Агентство
предоставляет гарантии, включая совместное повторное страхование от некоммерческих рисков в отношении инвестиций, осущест198
вляемых в каком-либо государстве – участнике конвенции и других
государствах-участниках.
Некоммерческие риски, от наступления которых страхует Агентство, включают:
1) перевод валюты, т. е. любое введение государством-реципиентом ограничений на перевод за его пределами валюты данного государства в свободно используемую валюту или другую на валюту,
приемлемую для владельца гарантии, исключая при этом страхование от девальвации валют;
2) экспроприация или аналогичные меры, т. е. любое законодательное или административное действие или бездействие, исходящее от государства-реципиента, в результате которого и инвестор
лишается права собственности на свое капиталовложение, контроля над ним или существенного дохода от такого капиталовложения;
3)нарушение договора, т. е. любой отказ государства-реципиента
от договора с инвестором или нарушение такого договора;
4) война и гражданские беспорядки.
Исследование данного вопроса показало, что разрешение коммерческих споров в разных странах различается, что зависит от судебной системы страны, правил подведомственности и подсудности
коммерческих споров, особенностей рассмотрения указанных споров. Коммерческие споры разрешаются государственными судами
соответствующей страны, а также третейскими судами (коммерческими арбитражами).
Для разрешения торговых споров в отношении между предпринимателями разных стран определенное значение приобретают
надгосударственные суды, создаваемые в рамках тех или иных сообществ государств, являющиеся независимыми от государств, их
учредивших. Разрешение торговых споров в зарубежных странах
осуществляется также третейскими или коммерческими судами.
1 Меморандум о сотрудничестве между Государственным Комитетом Российской Федерации по поддержке и развитию малого предпринимательства и Экспортно-импортным банком Соединенных Штатов Америки от 04.11.1997 г.
2 Яковлев В. Ф. О некоторых вопросах применения части первой Гражданского
кодекса Российской Федерации арбитражными судами // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2006. № 5.
3 См.: Горфинкель В. Я. Предпринимательство. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2009. С. 112.
4 Keenan D., Rches S. Business Law, 7th Edition. Sep. 2004. C. 98.
5 Буднева Т. Н. Гражданское и торговое право зарубежных государств. 4-е изд.,
перераб. и доп., М.: Междунар. отношения, 2005. С. 143.
199
ГОЛЯТИН Е. М.
студент Санкт-Петербургского филиала Академии СК РФ
БУЛАТОВ Р. Б.
профессор кафедры государственно-правовых дисциплин
Санкт-Петербургского филиала Академии СК РФ,
доктор юридических наук – научный руководитель
О РОЛИ НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫХ ПРАВОЗАЩИТНЫХ
ОРГАНИЗАЦИЙ В РОССИИ В ОКАЗАНИИ ПРАВОВОЙ
ПОМОЩИ ГРАЖДАНАМ
В нашей стране, позиционирующей себя как демократическое
гражданское государство, обеспечивающее в соответствии с Конституцией всех без исключения граждан равными правами, на
практике далеко не всегда реализуются правовые механизмы, позволяющие должным образом обеспечить защиту населения от
различного рода противоправных посягательств. Особняком стоит
в настоящее время вопрос правовой грамотности жителей страны,
в большинстве своём редко сталкивающихся с законом, а потому,
юридически недостаточно грамотных или не умеющих в силу различных причин понимать те или иные законодательные акты. Обеспечение граждан квалифицированной правовой помощью является первоочередной задачей современного общества. Что касается
неправительственных правозащитных организаций, то без их участия нормотворческая деятельность государства и её реализация
не были бы полными. Оказание правовой юридической помощи защитникам страны, например, Комитетом солдатских матерей позволяет в полной мере защитить их права.
Целью настоящего исследования является комплексное изучение института неправительственных организаций и разработка научно-обоснованных практических рекомендаций в части совершенствования правового регулирования их деятельности.
Организация объединённых наций (ООН) 10 декабря 1948 года
приняла Всеобщую декларацию прав человека, провозглашающую
права личности, гражданские и политические права и свободы (равенство всех перед законом, право каждого на свободу и личную неприкосновенность, свободу совести и другие). В Декларации заявлено также, что все люди имеют равные права, которые не зависят
от их личностных отличий и от разницы в политических системах
их стран. Декларация принята и ратифицирована Россией [3, с. 45].
200
В конце XX века РФ встала на путь реформирования общества и
государства, в том числе и в области прав и свобод человека и гражданина как одной из основ демократии, конституционного строя,
внутренней и внешней политики государства. В связи с этим в Конституции РФ, принятой в 1993 году, человек, его права и свободы
выделены в отдельную главу и объявлены высшей ценностью [1, ст.
2].
В 90-х гг. ХХ века появились исследования, отразившие новые
подходы к институту общественных организаций. Это работы А. А.
Даркова, Л. А. Морозовой и др. Правозащитные организации выделились в отдельный вид общественных организаций недавно, поэтому научных работ, посвященных их деятельности немного. Среди
них можно назвать исследования Р. Г. Вагизова, Т. Д. Матвеевой, О.
А. Снежко [8, с. 32].
В сфере защиты прав человека общественные организации играют чрезвычайно важную роль. Среди общественных организаций,
активно действующих в этой сфере, особое место занимают неправительственные правозащитные организации (НПО). Есть мнение,
что без участия НПО правозащитное движение не смогло бы сделать
такой внушительный прогресс в первые полвека своего существования. Они играют важную роль в провозглашении и поддержке норм
международного права, прав человека. НПО, работающие в сфере
прав человека, часто сравнивают с мифическим Сизифом, который
сознательно толкает тяжелый камень вверх по склону высокой горы... Вершина может быть никогда не достигнута. Тем не менее, идя
вверх по дороге, преодолевая препятствия, он делает дорогу легче
для других [10, с. 414].
В исследовании предпринята попытка уточнить понятие «неправительственная правозащитная организация», охарактеризованное
как добровольное, негосударственное, некоммерческое, самоуправляемое на основе устава формирование, целью которого или одной
из основных целей является соблюдение обеспечения и защита прав
и свобод человека и гражданина.
Понятие неправительственной организации впервые было использовано при образовании ООН, которая была первой международной организацией, начавшей официально сотрудничать с НПО.
До этого использовалось словосочетание «добровольческое агентство». Лига Наций и Международная Организация Труда, а также
другие агентства сотрудничали с частными организациями строго
на неформальной основе. Впервые в истории представители общественных организаций присутствовали на конференции ООН в Сан201
Франциско в 1945 году. Их вклад заключался во включении в Хартию ООН упоминания о правах и свободах человека, которые не были упомянуты в предыдущих черновых вариантах этого документа [10, с. 414].
Статья 71 Хартии ООН перечисляет возможности сотрудничества
между НПО, ООН и её специализированными агентствами, особенно Экономическим и Социальным советом (ЭКОСОС). Если ранее возможность сотрудничества между ООН и НПО относилась только к одному агентству – ЭКОСОС и, соответственно, только по экономическим и социальным вопросам, то с 1996 года разрешено участие НПО
во всей деятельности ООН. Например, Детский Фонд Организации
Объединенных Наций по делам детей ЮНИСЕФ предоставляет статус консультантов неправительственным правозащитным организациям, занимающимся проблемами детей [10, с. 423].
Подчеркивая важность прав человека в мире, 9 декабря 1998
года ООН приняла Декларацию о правах и обязанностях частных
лиц, групп и общественных органов по поддержке и защите всеобще признанных прав человека и фундаментальных свобод (Декларация Защитников). В декларации заявлена обязанность государства поддерживать и защищать права человека, что включает возможность формировать, присоединяться и участвовать в работе неправительственных организаций [10, с. 424].
Объект деятельности НПО – общественные отношения, связанные с внутригосударственными неправительственными механизмами защиты прав и свобод человека и гражданина в РФ. Предмет
определяется изучением организационно-правовых основ деятельности НПО.
Исследование института НПО видится в решении следующих задач:
– в раскрытии понятия, сущности, проведения анализа института НПО, рассмотрении их структуры;
– в определении состояния и основных направлений совершенствования законодательства о НПО;
– в рассмотрении системы и внутренней структуры, анализе организационно-правовых форм и методов деятельности НПО в РФ;
– в изучении основных направлений взаимодействия НПО с правоохранительными органами в сфере защиты прав и свобод человека
и гражданина и определении путей их совершенствования [8, с. 13].
Мировой опыт создания НПО взят на вооружение российскими
НПО с учетом особенностей и специфики процессов, происходящих
в нашей стране. Существуют проблемы, присущие именно россий202
ским НПО. Это видно из отношения к правозащитным организациям в государстве и обществе. Здесь наблюдается определенное противоречие, т. к. официальная точка зрения государства, закрепленная законодательно, отводит правозащитным организациям все
большую роль в деле защиты прав и свобод человека и гражданина
и признает необходимость их тесного взаимодействия. Однако между государственными органами и правозащитными организациями
существуют определенное недоверие, и даже неприязнь. Несмотря
на их большое количество и активную деятельность, они пользуются слабой поддержкой в народе. Такое положение, полагаем, сложилось из-за того, что современные правозащитные организации
связывают с диссидентскими организациями, когда они получили
широкую известность. Негативно на отношения к НПО со стороны
населения сказываются и их сильная политизированность, зависимость от иностранных инвестиций. Также нужно отметить, что постоянная апелляция к Западу и западной общественности также не
идёт на пользу неправительственным правозащитникам, действительно противопоставляя их российскому обществу. Вообще многое
западное в России воспринимается, и не без оснований, как правило, критически. Перед НПО стоит нелегкая задача – заслужить уважение и авторитет, как в обществе, так и в государстве. Это возможно только благодаря профессиональной и кропотливой работе по защите прав и свобод человека. В связи с этим необходимо определить
наиболее эффективные формы и методы правозащитной деятельности, выработать направления взаимодействия с государственными
органами, органами внутренних дел в частности [8, с. 14].
Международной правозащитной организацией признается общественное объединение, созданное на территории РФ, если в соответствии с его уставом в иностранных государствах создается и
осуществляет свою деятельность, хотя бы одно его структурное подразделение – организация, отделение или филиал и представительство [2, ст. 47].
Общероссийские и межрегиональные правозащитные организации осуществляют свою деятельность в соответствии с уставными
целями на территориях более половины субъектов РФ, и имеют там
свои структурные подразделения – организации, отделения или филиалы и представительства. Межрегиональные правозащитные организации осуществляет свою деятельность в соответствии с уставом [2, ст. 21].
В России в последнее время отмечается рост неправительственных правозащитных организаций, что отражает усиление демокра203
тических преобразований. Классификация неправительственных
правозащитных организаций может быть проведена по различным
основаниям. В соответствии с Федеральным Законом от 19 мая 1995
года «Об общественных объединениях» по масштабу деятельности
можно выделить международные, общероссийские, межрегиональные, региональные и местные правозащитные организации [2, ст.
21].
К сожалению, среди российских правозащитных организаций
преобладают противники сотрудничества с государством. Неприятие и негативное отношение к тоталитарному государству, с которым многие правозащитники боролись в своё время, переносится
на государство вообще. Сегодня, когда идет становление и развитие
новой российской государственности, такой радикализм неприемлем. Необходимо понимание, что только сильное государство может
быть гарантом прав и свобод человека.
По объектам правозащитной деятельности можно выделить неправительственные правозащитные организации, которые занимаются оказанием помощи отдельным категориям лиц: беженцам
и вынужденным переселенцам; реабилитированным и лицам, пострадавшим от политических репрессий; женщинам; детям; военнослужащим и их семьям; коренным народам и национальным
меньшинствам; инвалидам и социально необеспеченным слоям населения; заключенным и т. д. Ещё одним основанием классификации неправительственных правозащитных организаций могут выступать виды деятельности неправительственных правозащитных
организаций. Впервые теоретический анализ видов деятельности
неправительственных правозащитных организаций в РФ был проведен Р. О. Шульгой. В качестве основных видов деятельности им
были выделены следующие:
– деятельность по сбору информации и/или наблюдению за соблюдением прав человека;
– участие в законопроектной деятельности в области прав человека;
– содействие по обеспечению восстановления нарушенных прав
человека и/или гуманитарная помощь жертвам нарушений прав человека;
– деятельность в образовании/просвещении в области прав человека;
– предоставление консультационных услуг в сфере гражданских, политических, экономических, культурных и социальных
прав [9, с. 21].
204
Как видим, виды деятельности неправительственных правозащитных организаций достаточно разнообразны. В зависимости от
направления деятельности правозащитных организаций, каждой
из них присущи свои виды деятельности, закрепленные во внутренних документах и наиболее эффективно способствующие достижению поставленных целей и задач.
По отношению к государству можно выделить конфронтационные
НПО, т. е. те, которые выступают противниками официальной государственной политики и ориентируются на тактику «давления на власть»
и конформистские, – те, которые поддерживают идеи конструктивного сотрудничества и совместных действий с государством [6, с. 13].
Для большинства правозащитных организаций характерны следующие виды деятельности: предоставление правовой помощи малоимущим (судебная защита и экспертное консультирование); законотворческая деятельность, разработка законодательных и иных
предложений, связанных с реформированием в области защиты
прав человека; мониторинг прав человека; правовое просвещение
населения, преподавание и работа со студентами юридических вузов; сбор и распространение информации, издательская деятельность; проведение кампаний по защите общественных интересов;
проведение публичных мероприятий: пикетов, митингов, демонстраций, массовых шествий [6, с. 14].
Как видим, виды деятельности неправительственных правозащитных организаций достаточно разнообразны. В зависимости от
направления деятельности правозащитных организаций, каждой
из них присущи свои виды деятельности, закрепленные во внутренних документах и наиболее эффективно способствующих достижению поставленных целей и задач.
Среди специфических видов деятельности неправительственных
организаций в области защиты прав призывников можно выделить,
например, организацию независимого медицинского и судебно-медицинского обследования призывников, солдат, матросов; выезды
в воинские части, суды, органы прокуратуры; участие в работе призывных комиссий. Неправительственные организации в области защиты прав осужденных оказывают содействие реформам, проводимым в области уголовного правосудия и исполнения наказания; организуют помощь и поддержку заключенным [4, с. 66].
Так, с учётом направлений деятельности правозащитные организации, разделяют на четыре группы:
– общеправозащитные – (Хельсинские комитеты, отделения
Международного общества прав человека, правозащитные центры).
205
В эту группу включены организации, уставные цели которых предусматривают деятельность по всему спектру правозащитных проблем, – профильные. В состав этой группы входят организации,
уставные цели которых предусматривают деятельность по конкретному профильному спектру правозащитных проблем;
– юридические («Фемида» г. Новосибирск, Американская Ассоциация юристов). В эту группу включены организации, осуществляющие прием граждан с бесплатными консультациями;
– социально-благотворительные («Мемориал» (г. Рязань), Международный фонд милосердия и здоровья, Московский благотворительный фонд «Сострадание»). В эту группу включены организации, занимающиеся благотворительной помощью (моральной и материальной) социально не обеспеченным группам населения [6, с. 14].
Несомненно, отправным, основополагающим документом для
деятельности неправительственных правозащитных организаций
в области прав человека в России явилась Конституция Российской
Федерации, принятая в 1993 году [1].
Современная правовая доктрина и Конституция России базируется на либерально-демократической концепции естественного права и равенства в прирожденных правах всех людей. Конституционные положения о человеке, его правах и свободах как высшей ценности, являются мировоззренческим обоснованием всего процесса
реформ, экономических свобод, политического плюрализма, правового государства, гражданского общества, а закрепленные в Конституции России права и свободы соответствуют общепризнанным
стандартам. Одной из существующих классификаций прав человека и гражданина является разделение прав и свобод на личные,
политические и социально-культурные. Исходя из данной классификации, представляется возможным выделить и правозащитные
организации, деятельность которых направлена на защиту отдельных видов прав и свобод человека и гражданина. Так, среди множества неправительственных правозащитных организаций в соответствии с их специализацией деятельности можно выделить несколько основных типов:
– ставящие своей целью защиту личных прав и свобод человека
и гражданина, призванные обеспечивать свободу и автономию индивида как члена гражданского общества, его юридическую защищенность от какого-либо незаконного внешнего воздействия;
– ставящие своей целью защиту политических прав и свобод,
способствующие формированию политики общества в соответствии
со своим идеологическими предпочтениями и интересами;
206
– ставящие своей целью защиту социально-экономических прав
и свобод, и направленные на организацию и поддержку различных
социальных групп, представляющие их интересы в соответствии
с социально-экономическими и культурными запросами отдельных
личностей [6, с. 14].
Такое разделение достаточно условно, так как одна организация может заниматься несколькими направлениями в своей деятельности.
По членству неправительственные правозащитные организации
подразделяют:
– с индивидуальным членством – это большинство существующих организаций;
– с коллективным членством (цель таких организаций – координация усилий разрозненных правозащитных организаций, ставящих перед собой сходные задачи);
– со смешанным членством, когда ряд организаций имеет двойной тип членства – индивидуальный и коллективный. Такие смешанные организации зачастую являются координационным органом сети местных организаций, действующих независимо друг от
друга, но они не просто представляют собой согласовательный орган, но и выступают в качестве самостоятельной организации со
своими интересами, целями и программой [7, с. 143].
Таким образом, действующие в настоящее время российские
правозащитные организации весьма многообразны, а их классификация представляет большой теоретический и практический интерес с точки зрения содействия более точному определению места
правозащитных организаций в системе общественных организаций
и правозащитной системе, выявлению их специфических особенностей, перспектив их развития [6, с. 15].
Анализ развития законодательства о НПО показывает, что основными направлениями его совершенствования являются:
– определение статуса НПО как элемента национальной системы
защиты прав и свобод человека и гражданина;
– повышение эффективности взаимодействия государства и НПО
в сфере защиты прав и свобод человека и гражданина;
– регулирование отдельных видов деятельности НПО в сфере защиты прав и свобод человека и гражданина.
Непосредственная деятельность НПО заключается в оказании
правовой помощи гражданам; подразумевает участие в законодательном процессе с обязательным соблюдением обеспечения прав
и свобод человека и гражданина; включает правовое просвещение,
пропаганду правозащитных идей [6, с. 15].
207
Деятельность правозащитных НПО по защите прав и свобод человека может варьироваться от простого документирования нарушений и мониторинга, проводимого сотрудниками организации, до
активного лоббирования, участия в судебных процессах, сотрудничества с международными структурами. Сфера деятельности НПО
постоянно расширяется (сбор информации, её оценка и распространение; мониторинг; непосредственная защита прав человека; развитие норм права, участие в развитии правозащитных стандартов;
правовая помощь).
Три неправительственные организации России – Международная Амнистия, Международный Комитет Юристов, Международная Федерация Правозащитной Лиги имеют специальный статус
наблюдателей при Руководящем Комитете по правам человека Совета Европы, что позволяет им участвовать в дискуссиях о развитии правозащитных стандартов и процедур, проходящих в Комитете [10, с. 425].
Степень участия неправительственных организаций в судебных заседаниях может быть различной. Они могут возбуждать дела, участвовать как стороны дела, назначаться судом как эксперты
суда или сторон для установления фактов или правового анализа,
представлять свидетельские показания и участвовать в судебном
заседании.
На сегодняшний день известны достоинства, присущие неправительственным правозащитным организациям:
– через правозащитные организации лучше оказывается помощь в тех случаях, когда государственный правоохранительный
механизм не оправдывает своего назначения;
– процедура оказания помощи со стороны правозащитных организаций менее бюрократична, чем процедура по защите прав и свобод, осуществляемая посредством обращения к государственным
органам;
– неправительственные правозащитные организации выступают в качестве нового механизма, в противовес государственной
власти в деле зашиты прав человека, способствуя широкому участию общественности в решении приоритетных вопросов защиты
прав [6, с. 13].
Важное достоинство НПО в их ценностной ориентации, в мотивации того, что побуждает их организовываться и действовать. Они
часто выполняют функцию посредников между властями и гражданами, играя ключевую роль в правозащитных отношениях между
государством и гражданским обществом, зачастую предоставляют
208
достойную большего доверия информацию о состоянии с правами
человека в стране, чем правительственные или ангажированные
средства массовой информации.
Тактика российских НПО нередко фокусируется на защите индивидуальных жертв произвола с помощью:
1) выявления случаев нарушения прав человека и мобилизации
общественного негодования с целью прекращения злоупотребления
и улучшения ситуации. Это наиболее часто применяемая тактика;
2) сотрудничества с ответственными лицами на национальном
и международном уровнях, проведения кампаний и лоббирование;
3) оказания услуг, таких как правовая помощь, обучение навыкам общественной защиты, и более широкой образовательной работы [10, с. 421].
Государственная власть – главный «гарант» прав по своему определению и назначению, но, обладая монополией на применение силы, часто становится их нарушителем. Когда это случается, общественные организации должны высказаться против этих злоупотреблений власти и призвать к соблюдению прав человека. Отношения между правительствами и правозащитными организациями
часто проходят через несколько ступеней – первоначально они просто игнорируются государством, затем, по мере становления гражданских институтов, предпринимаются усилия по их подавлению и
приручению, в результате демократизации и частично в результате
развития социального контроля, правомерное правление осознает
важность и значение сотрудничества с гражданскими институтами,
вследствие чего считается с их деятельностью [10, с. 421].
Согласно мнению многих специалистов, идеальные отношения
между НПО и правительством можно назвать «конструктивным
конфликтом», что даёт НПО право критиковать правительство без
риска подорвать правомерную власть государства. Некоторые НПО
способны и имеют желанию бросить вызов государству, другие
предпочитают не быть в оппозиции. С одной стороны, организации,
которые тесно сотрудничают с государством, имеют возможность
работать над реформами, и могут преследовать более широкие цели, такие как изменение политических структур и тактик. С другой
стороны, партнёрские отношения с государством делает общественные организации зависимыми от государства [10, с. 422].
Для того чтобы считаться правозащитной, организация не обязательно должна основывать свою критику государства на международных актах по защите прав человека – Всеобщей Декларации прав
человека, Международных Пактах по правам человека. Более убе209
дительной, чем формальные источники норм, к которым апеллирует
группа, в этом случае является природа предъявляемых требований
и преследуемых целей. Выбор, на какие документы ссылаться в работе: на международные нормы о правах человека или на внутреннее законодательство, является больше вопросом стратегии. В случае ссылки на внутреннее законодательство, НПО избегает опасности быть обвиненным в восприятии чужеродных неприменимых для
страны концепций. С другой стороны, применение международных
норм также может оказать неоценимую помощь [10, с. 423].
Во многих случаях отношения между государством и НПО зависят
от реакции государства на инициативы последних: это или готовность
принять НПО, их советы и рекомендации или неспособность признать
свои ошибки. Это зависит от готовности государства признать пробелы и недостатки в деятельности собственной администрации. При условии готовности государства и желания признать свои ошибки и бороться за их исполнение вместе с гражданским обществом, они могут
сотрудничать с целью достижения единой цели. Подтверждением сказанному, является реализуемый в России институт прав человека, являющийся связующим звеном в указанной цепи. То есть, если государство развито, демократично и цивилизовано, оно готово к диалогу
и сотрудничеству с гражданскими институтами, они могут быть включены в национальную правозащитную систему, чтобы тем самым усилить весь механизм защиты прав человека.
1. Конституция РФ: Принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г. //
СЗ РФ. 2014. № 31. Ст. 4398.
2. Федеральный закон от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ «Об общественных объединениях» // СЗ РФ. 1995. Ст. 1930.
3. Всеобщая декларация прав человека: сб. международных договоров. Права
человека. ООН. Нью-Йорк, 1989.
4. Ботнев Ю. В. Конституционно-правовое регулирование деятельности неправительственных правозащитных организаций в Российской Федерации: дис. …
канд. юрид. наук. М., 2008.
5. Збаражский Н. В. Место и роль правозащитных организаций в сфере защиты
основных прав человека в России // Современное право. 2010. № 12(1).
6. Збаражский Н. В. Виды и классификация правозащитных организаций применительно к защите прав человека // Пробелы в Российском законодательстве.
2012. № 1.
7. Збаражский Н. В. Роль неправительственных организаций в становлении
гражданского общества и правового государства в России // Аграрное и земельное
право. 2011. № 12(84).
8. Майстренко А. Г. Неправительственные правозащитные организации в Российской Федерации: дис. … канд. юрид. наук. М., 2001.
9. Шульга Р. О. Защита прав человека неправительственными правозащитными организациями: теоретические и практические аспекты: автореф. дис. … канд.
юрид. наук. М.: РАГС, 2001.
10. Утяшев М. М., Утяшева Л. М. Права человека в современной России: учеб.
для вузов и сред. учеб. заведений. Уфа, 2003.
210
ВАРАКИН А. С.
студент Санкт-Петербургского филиала Академии СК РФ
ЯЧМЕНЕВ Ю. В.
заведующий кафедрой государственно-правовых дисциплин
Санкт-Петербургского филиала Академии СК РФ,
доктор юридических наук, профессор – научный руководитель
О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ ОКАЗАНИЯ
БЕСПЛАТНОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ В РОССИИ
И ЗА РУБЕЖОМ И ПУТЯХ ИХ РЕШЕНИЯ
Кодекс поведения для юристов в Европейском сообществе подчеркивает особое назначение юристов во всех цивилизованных обществах, основанных на уважении норм закона. Юрист должен служить интересам правосудия так же, как и интересам тех, кто доверил ему отстаивать и защищать свои права и свободы. В его обязанность входит не только представлять интересы своего клиента, но и
быть его консультантом (советником). Право каждого пользоваться
помощью адвоката (защитника), по крайней мере в уголовном процессе, предусмотрено ст. 14 Международного пакта о гражданских и
политических правах и ст. 6 Европейской конвенции о защите прав
человека и основных свобод, причем в последнем случае как часть
более широкого права на справедливое судебное разбирательство1.
Право на получение гражданами Российской Федерации бесплатной юридической помощи в предусмотренных законом случаях закреплено в ст. 48 Конституции Российской Федерации2. С этой
целью Государственной Думой и Советом Федерации был одобрен и
принят Федеральный закон от 21.11.2011 г. № 324-Ф3 «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации», который поставил перед государством важнейшие задачи:
1) создание условий для реализации установленного Конституцией Российской Федерации права граждан на получение квалифицированной юридической помощи, оказываемой бесплатно в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, другими
федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации;
2) формирование и развитие государственной системы бесплатной юридической помощи, а также содействие развитию негосударственной системы бесплатной юридической помощи и ее поддержка
со стороны государства;
211
3) создание условий для осуществления прав и свобод граждан,
защиты их законных интересов, повышения уровня социальной защищенности, а также обеспечение их доступа к правосудию3.
Право каждого на получение квалифицированной юридической
помощи служит гарантией осуществления других закрепленных
в Конституции прав и свобод, в частности, на защиту своих прав
всеми способами, не запрещенными законом (ч. 2 ст. 45), на судебную защиту (ст. 46), на разбирательство дела судом на основе состязательности и равноправия сторон (ч. 3 ст. 123) и находится во взаимосвязи с ними (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25.10.2001 г. № 14-П). Это право не может быть
ограничено ни при каких обстоятельствах (Постановление КС РФ
от 27.03.1996 г. № 8-П.) Кроме этого, должная реализация 48 статьи
Конституции обеспечит комплексное решение проблем обеспечения
доступности, открытости и прозрачности правосудия, повышения
доверия общества к правосудию и эффективности рассмотрения
дел, обеспечения независимости судей и повышения уровня исполнения судебных актов, а также проблем создания условий для осуществления правосудия.
Существуют определенные проблемы, связанные с должным
обеспечением бесплатной юридической помощью населения, что
отмечает и Правительство Российской Федерации – «имеются недостатки в организации деятельности судей. Нередко судьям приходится выполнять функции, которые без ущерба для качества работы могли бы быть делегированы помощникам и специалистам»4.
Видимо, поэтому Д. А. Медведев на VII Всероссийском съезде судей
2 декабря 2008 г. отметил, что большинство граждан не в состоянии надлежаще защитить свои права в суде и отсюда появляется
«естественное ощущение беззащитности перед судом, как правило,
именно из-за своей правовой неосведомленности и в силу недоступности адвокатских услуг»5.
В Докладе о деятельности Министерства юстиции Российской
Федерации в сфере обеспечения граждан Российской Федерации
бесплатной юридической помощью за 2014 год, также вскрыты серьезные проблемы. В документе сказано, что анализ положения показал, как в ряде регионов, где основными участниками государственной системы бесплатной юридической помощи являются только адвокаты, возникают определенные трудности, связанные со
сложностью подготовки адвокатами отчетов для получения оплаты
труда за оказанную помощь и получение компенсации понесенных
расходов. Как правило, низкий процент освоенных бюджетных ас212
сигнований, выделенных региональным бюджетом на оказание бесплатной юридической помощи адвокатами, обусловлен сложностью
механизма получения выплат за оказанную юридическую помощь.
Кроме большого количества документов, необходимых для формирования отчетности, к таким проблемам относятся трудности подтверждения участия в судебных заседаниях, если рассмотрение дела не окончено, трудности подтверждения представления гражданина в государственных и муниципальных органах, проблема длительных сроков, установленных региональным законодательством
для возмещения расходов6.
Сравнительный анализ позволил выявить несколько основных
проблем и недостатков действующих систем юридической помощи
общих для многих стран, включая, как видно из вышеизложенного, и Россию. Вот главные из них. Бесплатная юридическая помощь
предоставляется лишь по нескольким категориям дел – тем, по которым защита является обязательной по закону. Но даже многие
уголовные дела под эту категорию не подпадают, хотя по ним может назначаться наказание в виде лишения свободы. С другой стороны, отсутствуют четкие критерии малообеспеченности, как условия доступа к бесплатной юридической помощи. В результате круг
лиц, которые могут претендовать на бесплатную юридическую помощь, оказывается неоправданно широк, в то время, как финансовые ресурсы, выделяемые на эти цели, напротив, очень ограничены. Хроническая нехватка ресурсов порой вообще сводит на нет
реальное право на бесплатную юридическую помощь для кого бы
то ни было7. Так, с июля 2014 года, согласно Федеральному закону
от 21.07.2014 г. № 271-ФЗ «О внесении изменений в статью 18 Федерального закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» и статью 20
Федерального закона «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации», право на получение бесплатной юридической
помощи было закреплено за гражданами, пострадавшими в результате чрезвычайной ситуации, к которым отнесены:
а) супруг (супруга), состоявший (состоявшая) в зарегистрированном браке с погибшим (умершим) на день гибели (смерти) в результате чрезвычайной ситуации;
б) дети погибшего (умершего) в результате чрезвычайной ситуации;
в) родители погибшего (умершего) в результате чрезвычайной ситуации;
г) лица, находившиеся на полном содержании погибшего (умершего) в результате чрезвычайной ситуации или получавшие от него
213
помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию, а также иные лица, признанные иждивенцами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации;
д) граждане, здоровью которых причинен вред в результате чрезвычайной ситуации;
е) граждане, лишившиеся жилого помещения либо утратившие
полностью или частично иное имущество, либо документы в результате чрезвычайной ситуации8.
Вторая общая проблема, которая лишь отчасти связана с первой, – низкое качество бесплатной юридической помощи. Дисциплинарные жалобы на низкое качество адвокатских услуг подаются сравнительно редко, но данные опросов говорят, что клиенты часто не удовлетворены работой назначенных адвокатов. Так, в Польше в 2000–2001 гг. лишь 15% обвиняемых, которых защищали
адвокаты по соглашению, были не удовлетворены качеством предоставленных услуг, в то время как для назначенных адвокатов этот
показатель составлял 35%. По многим другим исследованиям показатели неудовлетворенности работой адвокатов по назначению еще
выше. К тому же действующие нормы часто вообще не гарантируют
участия адвоката во многих процессуальных действиях на стадии
предварительного расследования. Адвокат, работающий по соглашению с клиентом, может добиваться своего участия в подобных
действиях, но адвокат по назначению этого делать не станет. В результате многие права малообеспеченных обвиняемых оказываются защищены куда хуже, чем права более состоятельных граждан.
Ситуация еще усугубляется непрозрачностью выбора назначаемых
адвокатов: судебные и следственные власти могут привлекать адвокатов по собственному выбору, и часто это бывают наиболее «пассивные» адвокаты, которые не создают лишних хлопот.
По мнению специалистов, все это – следствие более общих системных недостатков. Один из них – отсутствие в большинстве
стран единого и самостоятельного в своих действиях руководящего органа по предоставлению бесплатной помощи, который был бы
способен принимать решения по конкретным делам и формулировать общую политику. Отсюда и непрозрачность бюджетов систем
юридической помощи: соответствующие ассигнования обычно входят в бюджет министерства юстиции, перераспределяются и направляются в районные и региональные суды и включаются в общую сумму вместе с другими расходами. Результат такого положения дел – полная зависимость системы бесплатной юридической по214
мощи от правоохранительных органов, ведущая к конфликту интересов и к стремлению сэкономить на юридической помощи.
В европейских странах эти системные недостатки пытаются свести к минимуму, совершенствуя законодательное регулирование.
В нескольких странах, где ранее различные аспекты бесплатной
юридической помощи регулировались не связанными между собой положениями гражданско-процессуального и уголовно-процессуального кодексов, законов об административных процедурах, об
адвокатуре, законов о бюджете и т. п., – были приняты единые законодательные акты, регулирующие предоставление такой помощи с единой точки зрения. В числе прочего, в принятых законах
была значительно расширена сфера действия права на получение
бесплатной юридической помощи, например, установлено, что всем
малоимущим обвиняемым помощь в уголовных делах предоставляется не только в случаях обязательной защиты, но и по многим
другим категориям дел. Предусматривается и бесплатная юридическая помощь в гражданских и административных делах, причем не
только на стадии судебных слушаний, но на всех этапах производства по делу, а также во внесудебных процедурах. Целью изменений было не только расширить право на реальный доступ к правосудию для малоимущих граждан, но и развить конкурентность, эффективность и прозрачность системы. Общей чертой для всех проводимых в этих странах реформ была важная роль гражданского
общества. Роль эта варьируется: это, собственно предоставление
бесплатной юридической помощи неправительственными организациями без привлечения финансовых средств из государственных
бюджетов, исследование и оценка методов системы, лоббирование
государственной политики в области бесплатной юридической помощи, сотрудничество с правительством в осуществлении реформы. В Венгрии предусмотрена даже возможность финансировать из
государственного бюджета бесплатной юридической помощи услуги, оказываемые неправительственными организациями и университетскими юридическими клиниками9.
Организация финансируемой государством юридической помощи в разных странах зависит от местных культурных и исторических особенностей, причем последние весьма различаются. Например, у США и Великобритании очень разный опыт даже при наличии похожих систем общего права. Американская система гораздо
шире использует адвокатов, работающих в штате в службах юридической помощи, и государственных защитников. В английской
же системе доминируют частнопрактикующие юристы. Разли215
чия в опыте порождают различия в основных акцентах в работе и
в каком-то смысле территориальную приверженность местной модели. Большинство стран с развитой системой государственного финансирования юридических услуг обычно считают, что самая лучшая модель именно у них. Некоторые могут заявлять об этом с определенным основанием, особенно если они имеют намного больше ресурсов, чем другие. В их числе могут оказаться Нидерланды, США,
Шотландия, Англия, Уэльс, Швеция. Однако практика в этих странах весьма различается. Это говорит о том, что нет никакого единственно правильного ответа, а есть только системы, оптимально
приспособленные к конкретным специфическим обстоятельствам.
Одно является неизбежным: высокий уровень предоставляемых государством юридических услуг непременно требует высокого уровня финансирования.
Модели предоставления юридической помощи исследователями
обычно подразделяются на три категории: judicare, модель государственных защитников и смешанную модель. Рассмотрим подробнее
каждую из них. Модель judicare подразумевает привлечение частнопрактикующих юристов, с которыми каждый раз специально заключается соглашение на ведение каждого отдельного дела. Название такая модель получила от действующей в США системы такого
рода. Эта модель применяется помимо США (а точнее, некоторых ее
штатов) в Англии, Уэльсе, Австралии, Шотландии, Норвегии, Швеции и на большей части Канады. Данную модель в зависимости от
методов выплаты гонораров частнопрактикующим адвокатам разделяют на judicare в чистом виде (pure judicare) и «дежурный адвокат»
(duty counsel) Pure judicare подразумевает, что юристы получают выплаты после оказания ими юридической помощи за каждое ведущееся дело, часто по той или иной форме заверенных сертификатов, подтверждающих выполнение работы. Адвокаты получают компенсации за предоставленные в рамках программы услуги либо от местной
администрации, либо через коллегии адвокатов. Преимуществом
pure judicare можно назвать то, что финансирование осуществляется
в отношении каждого отдельного дела, каждое решение о финансировании может жестко контролироваться. А к недостаткам данной
модели можно отнести возможные проблемы с контролем качества
(если качество остается на совести частнопрактикующих адвокатов).
Обычно данная модель самая дорогостоящая, а контроль издержек
может быть затруднен. Именно высокие затраты по организации и
функционированию данной модели являются основным препятствием для внедрения ее в нашей правовой системе10.
216
Еще одна модель предоставления юридической помощи – это pro
bono (от лат. pro bono publico – ради общественного блага). Такая
система подразумевает, что помощь предоставляется клиентам без
соответствующей компенсации адвокату. Обычно эта помощь организуется самими адвокатскими образованиями без участия государства. В некоторых случаях бесплатная работа по предоставлению юридической помощи в течение определенного количества
часов является необходимым условием членства в ассоциации адвокатов. В США практика предоставления услуг pro bono зародилась в конце XIX в., когда частные юридические фирмы в крупных
городах начали оказывать такую помощь малоимущим гражданам.
К 1917 г. в США действовала 41 программа правовой помощи бедным, а к 90-м годам прошлого века насчитывалось уже более 900
таких программ. Бесплатная юридическая помощь как форма профессиональной ответственности юриста впервые упоминается в Кодексе профессиональной этики Американской ассоциации юристов
(ААЮ). В 1983 г. ААЮ приняла Типовое правило 6.1, в соответствии с которым частнопрактикующим юристам рекомендуется посвящать оказанию бесплатной помощи 50 часов в год. Другая профессиональная организация в области бесплатной юридической помощи – Институт pro bono, специализирующаяся на крупных юридических фирмах, разработала Декларацию принципов pro bono.
Каждая юридическая фирма, подписывающая декларацию, обязана тратить на бесплатную помощь 3–5% совокупного времени работы фирмы, что составляет от 60 до 100 часов в год в расчете на одного юриста11.
Необходимо отметить, что в странах, где модель pro bono не является обязательной для адвокатов, лишь немногие из них согласны оказывать бесплатную юридическую помощь по сложным делам, требующим много времени и усилий. Данная модель наиболее
эффективна тогда, когда гражданам необходимо получить консультацию, совет или представительство своих интересов по рутинным
делам. В некоторых странах Восточной Европы в настоящее время
проходит эксперимент по внедрению программы pro bono. К примеру, в Словакии существуют центры бесплатной юридической помощи, в которых адвокаты работают бесплатно на основе ротации несколько часов в неделю12. Среди моделей бесплатной юридической
помощи иногда упоминают «юридические клиники», действующие
при юридических вузах. В тех странах, где прохождение практики по гражданским и уголовным делам является обязательным элементом юридического образования, делаются специальные исклю217
чения из квалификационных требований, чтобы позволить студентам оказывать юридические услуги определенным категориям клиентов по отдельным видам дел под руководством профессиональных
юристов13.
Иная модель оказания бесплатной юридической помощи действует в Японии. 10 апреля 2006 г. правительство учредило Японский центр правовой поддержки – государственное учреждение, целью которого является управление системой бесплатной юридической помощи. Центр создал 26 региональных офисов в местностях,
где количество адвокатов было до этого недостаточным по отношению к численности населения. Каждый региональный офис укомплектован штатными адвокатами. Деятельность Центра в гражданско-правовой сфере ведется по четырем направлениям: правовое
информирование, бесплатная юридическая помощь по гражданским делам, оказание услуг жителям сельской местности, поддержка жертв преступлений. Центру также были переданы некоторые
функции, ранее выполнявшиеся информационной службой Ассоциации адвокатов. Оказание бесплатной юридической помощи по
гражданским делам – основная задача Центра. Однако существуют
некоторые ограничения, связанные с доступом к получению такой
помощи. В основном они заключаются в регламентировании верхней планки доходов потенциального клиента. Центр также оказывает поддержку таким социально незащищенным группам населения, как беженцы, дети, пожилые и лица, страдающие психическими заболеваниями14.
Превентивной мерой установления надлежащего качества оказываемой бесплатной юридической помощи является повышение
квалификации адвокатов, в том числе в области профессиональной
этики. Также, этому в немалой степени способствует работа адвокатов с более опытными коллегами, как, например, в адвокатских бюро и юридических фирмах. В этой связи необходимо отметить инициативу ФПА РФ, которая в январе 2008 г. приняла решение о необходимости постоянного, систематического повышения профессиональных знаний адвокатов по утвержденной программе обучения.
Не менее 20 часов ежегодно каждый адвокат должен уделять профессиональному обучению и отчитаться, в каких формах, где и как
он это сделает. Это могут быть семинары, курсы повышения квалификации, а также самообразование15. Постоянное, систематическое
повышение квалификации адвоката – реальный и мощный инструмент поддержания надлежащего качества оказываемой юридической помощи, в том числе бесплатной. Ни один иной субъект оказа218
ния бесплатной правовой помощи не может поддерживать такие же
высокие стандарты качества предоставляемой помощи.
Таким образом, в целях улучшения ситуации с оказанием бесплатной юридической помощи адвокатами и повышения качества
такой помощи, на наш взгляд, необходимо возложить на руководящий орган адвокатского сообщества – Федеральную палату адвокатов ряд обязанностей. Прежде всего, ФПА РФ необходимо проверять эффективность работы адвокатов по оказанию бесплатной
юридической помощи гражданам, в том числе помощи по назначению. Также к оказанию бесплатной юридической помощи следует
допускать лиц, работающих в качестве адвоката более одного года
либо прошедших стажировку в адвокатском образовании и получивших статус адвоката. Адвокат не должен иметь дисциплинарных наказаний за нарушение Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката. Кроме того, ФПА РФ необходимо рекомендовать адвокатским палатам направлять адвоката
для оказания бесплатной юридической помощи16.
1 Зорькин В. Д., Лазарев Л. В. Комментарий к Конституции Российской Федерации. М.: Эксмо, 2009–10. С. 396.
2 Конституция Российской Федерации. М.: Эксмо, 2013.
3 Федеральный закон Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. № 324-ФЗ «О
бесплатной юридической помощи в Российской Федерации» // Рос. газета. 2011. 23
нояб.
4 См. постановление Правительства РФ от 21 сентября 2006 г. № 583 «О Федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России» на 2007–2011 годы» // Рос. газета. 2006. 1 нояб.
5 Выступление Д. А. Медведева на VII Всероссийском съезде судей. Москва,
2 декабря 2008 г. // URL: http://archive.kremlin.ru/appears/2008/12/02/1631_
type63374type63376_210020.shtml .
6 Доклад о деятельности Министерства юстиции Российской Федерации в сфере
обеспечения граждан Российской Федерации бесплатной юридической помощью за
2014 год // Рос. газета. 2015. 19 мая.
7 Ковалев С. Какие они, действующие модели? // Официальный сайт Института
по правам человека. URL: http://www.hrights.ru/text/b21/Chapter2%203.htm.
8 Федеральный закон от 21.07.2014 № 271-ФЗ «О внесении изменений в статью
18 Федерального закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» и статью 20 Федерального закона «О
бесплатной юридической помощи в Российской Федерации» // Рос. газета. 2014. 25
июля.
9 Robert Rhudy. Description and Analysis of Legal Aid Models/Legal Aid Models
for Latin America. Цит. по: Доступ к правосудию и субсидируемая юридическая помощь: Анализ международного и российского опыта: сб. материалов. М., 2010. С.
167.
10 Бугаренко А. И. Бесплатная юридическая помощь в некоторых зарубежных
странах // Адвокатская практика. М., 2010. С. 43–46.
11 Regan F. Legal aid without the state: Assessing the rise of pro bono schemes //
UBC Law Review. 2000. С. 383–404.
12 Terzieva V. Access to Justice in Central and Eastern Europe // Comparative
Report. 2002.
219
13 Ястреб Д. С., Калина О. Л. Совершенствование механизмов предоставления
бесплатной юридической помощи // Витебский гос. ун-т им. П. М. Машерова. Витебск, 2012. С. 67.
14 Танабе Масанори. История бесплатной юридической помощи в Японии // Бесплатная юридическая помощь: модель взаимодействия государства и гражданского общества (зарубежный и российский опыт): сб. докладов. М.: Акварель, 2011. С.
194–203.
15 Правовые аспекты оказания бесплатной юридической (адвокатской) помощи гражданам Российской Федерации: Интернет-конференция Президента
ФПА РФ Семеняко Е. В. 29 февраля 2008 г. // URL: <http://www.garant.ru/action/
conference/10086/>.
16 Бугаренко А. И. Теория, правовые аспекты и практика оказания гражданам
бесплатной юридической помощи адвокатами // Юридическая Россия. М., 2010. С.
251.
ЯЧМЕНЕВ Ю. В.
заведующий кафедрой государственно-правовых дисциплин
Санкт-Петербургского филиала Академии СК РФ,
доктор юридических наук, профессор
ПРАВА ЧЕЛОВЕКА В КОНСТИТУЦИОННОМ ИЗМЕРЕНИИ:
СОВРЕМЕННЫЕ АСПЕКТЫ ГАРАНТИЙ РЕАЛИЗАЦИИ
С точки зрения правовой идеологии в доктрине правового государства обосновывается принцип верховенства права, прежде всего,
как верховенство прав человека. Для его утверждения в современных условиях, учитывая общемировые тенденции, Конституции
Российской Федерации провозгласила высшей ценностью человека его права и свободы, их неотъемлемость и неотчуждаемость, что
требует нового подхода к осмыслению соотношения государства,
права и личности. Положения Конституции должны способствовать улучшению взаимодействия государства, права и личности,
уменьшая исторически сложившуюся в России тенденцию их дистанцирования друг от друга.
Особую тревогу вызывает рост количества правонарушений,
правового нигилизма многих слоев населения. Права человека, преступность – это не только российские проблемы. Взаимоотношения
государства, права и личности далеко не благополучны во многих
странах мира.
Но как искать необходимый компромисс между государствами,
государством и гражданином, обществом и личностью? Тот самый
компромисс, от правильного содержательного определения и соблюдения которого зависят судьбы миллионов людей, государств,
а в настоящее время – и всего человечества? Где грань, отделяющая
интерес общественный, заслуживающий охраны и защиты, от неосновательного и недопустимого вмешательства общества в частные
220
дела своих членов? И напротив, где тот предел, за которым устремления отдельного лица должны перестать находить понимание,
уважение, сочувствие и содействие общества? Где тот рубеж, перейдя который, эгоизм отдельной личности должен встретить жесткий
общественный отпор? Почему одним частным интересам общество
сообщает правовую охрану, а другим – отказывает в этом? Какой
из частных интересов заслуживает такой охраны, а какие из них
общество могло бы подчинить интересам собственным (общественным)? А может быть, дело не в самих интересах, а в областях их существования и проявления: в какой-то одной сфере приоритет должен быть отдан интересам частным, а в какой-то другой – публичным? Но, опять же, почему в одной области можно больше наступать на частные интересы, чем в другой?
Ушедший ХХ век не дал ответа на эти вопросы. Особенно проблематичными они являются и сейчас. Известно лишь то, что спор об
оценках – это спор о ценностях, т. е. о победе одной концепции над
другой. И как показал исторический опыт, в зависимости от того
какие ценности общество и государство берут за приоритетные ориентиры, таким будет и правовой режим1, и правовое сознание общества, социальных групп и, конечно, личности.
Когда мы говорим о личности, то имеем в виду человека, живущего и действующего в социальной сфере и в государственно-правовом пространстве. В содержательном смысле, эти взаимоотношения личности (человека) и государства имеют особую юридическую
форму, построенную на взаимных прав и обязанностях. Именно эти
положения, безусловно, актуализируют тему заявленной конференции.
В аксиологическом плане права человека самоценны в том смысле, что они принадлежат ему, прежде всего, как человеку, а не как
гражданину государства, члену какой-либо социальной группы
или участнику социального взаимодействия (коммуникации). Самоценность прав есть одновременно их высшая ценность как исходно существующих, («надпозитивных»), как исходного начала общественной и государственной жизни. Но это никак не означает, что
индивидуальные права и свободы носят некий «надобщественный»,
«надгосударственный» характер, если, конечно, общество и государство не находятся «над» правом или «вне» права, не отчуждены
от человека, не противоречат ему.
Идея равноправия, образующая сердцевину всей системы прав
и свобод человека и гражданина, конкретизировала общеправовой
принцип формального равенства, как «равенства в свободе»2.
221
Современное конституционное регулирование статуса личности
наряду с гражданством, основными правами и свободами человека
и гражданина, их основными обязанностями имеет «появившийся
сравнительно недавно новый аспект: специальные права некоторых
лиц, принадлежащих к отдельным категориям населения (чаще
всего в конституциях упоминаются женщины и дети, иногда – инвалиды, ветераны, крайне редко – пенсионеры»3.
В рамках признанных и международных стандартов правового статуса личности, права человека в юридическом смысле4 можно
охарактеризовать следующим образом.
Во-первых, конституционное законодательство, учитывая условия своей страны, должно включать тот объем прав и обязанностей
человека и гражданина, который соответствует нормам и актам
международного права, ратифицированным государством, обязательствам, принятым на себя государством перед международным
сообществом.
Во-вторых, внутреннее законодательство не должно противоречить закрепленным в международных актах и принятым международным сообществом общечеловеческим ценностям (свобода, равенство, демократия, справедливость и др.). При противоречии, установленном судом, действует международно-правовая норма.
В-третьих, не существует абсолютных прав и свобод (даже естественных), все они могут быть ограничены, но только на основе закона, в пределах, допускаемых конституцией, в соответствии с требованиями международного права и в строго определенных целях,
указанных в международных актах (обеспечение общественного порядка, публичной морали или общественной нравственности и т. п.).
В-четвертых, права и обязанности личности ограничены правами и обязанностями других лиц. Каждый человек обладает арсеналом своих субъективных прав, «правовой автономией», но, осуществляя свои права, он не может вторгаться в права другого лица.
Например, право частной жизни (и личной информации, в том числе) охраняется и гарантируется Конституцией. Однако негативной
тенденцией сегодня является то, что граждане открыто и громко ведут телефонные переговоры, о чем угодно, в общественных местах (в
транспорте, театре, магазинах и т. д.) совершенно не обращая внимания на присутствие других людей. Необходимо взаимное уважение и взаимное соблюдение прав и обязанностей.
В-пятых, запрещается злоупотребление правами, т. е. использование их не столько ради реализации своих прав, сколько с целью
причинения ущерба правам и законным интересам других лиц.
222
В-шестых, права и свободы человека, его обязанности, закрепленные в конституции, являются непосредственно действующими. Лицо может обращаться в суд, ссылаясь непосредственно на
норму конституции. Отсутствие соответствующего закона, детализирующего норму конституции, не является основанием для отказа
в принятии соответствующего иска или заявления.
В-седьмых, в контексте проблематики конференции особо отметим, что права и свободы человека, его конституционные обязанности должны быть обеспеченными (право – гарантиями, а обязанности – соответствующими мерами воспитания, убеждения, принуждения) в той мере, в какой это предусмотрено международными
актами и соответствует условиям страны. Государство не должно
принимать на себя невыполнимых обязательств. Это только дискредитирует власть, порождает правовой нигилизм и неуважение
к государству, его органам, должностным лицам.
Между тем, как представляется, более плодотворным и объективным результатом анализа конституций, в рамках соответствующих гарантий прав граждан, является выявление соотношения
нормативности и декларативности ее положений5. Чаще всего конституционная практика позволяет разграничивать эти два вида
конституционных положений, которые определенным образом соотносятся в тексте конституции. Их соотношение может меняться
в процессе эволюции конституционных норм или развития конституционного законодательства.
Закономерным является вопрос, какие факторы определяют соотношение нормативных и декларативных положений конституции, и как они воздействуют на результативность прямого действия
Конституции. В российском конституционном праве, как и в мировой практике, таковыми факторами являются: 1) степень демократичности функционирования политического режима; 2) развитость
конституционного законодательства; 3) интерпретация норм основного закона Конституционным Судом.
Конституционное положение «прямое действие Конституции»
имеет определенное юридическое и социальное содержание. Следует различать «действие» Конституции не только в узком юридическом смысле как правового акта, но и реализацию Конституции.
По сути, действие Конституции является необходимой юридической предпосылкой (возможностью) реализации конституционных
норм в общественных отношениях. При этом необходимо отметить,
что положения конституции могут действовать в качестве юридических норм, однако не все они и не всегда одновременно реализуются,
223
претворяются в жизнь. Вместе с тем надлежащие действие конституционных ном – это стремление реализовать их в полном объеме.
Конституционное положение о прямом действии Конституции
имеет и особый конституционно-правовой смысл. Это своеобразный
императив, призванный обеспечить надлежащую реализацию конституционных норм в процессе использования гражданами своих
прав, свобод и обязанностей, а также в ходе правоприменительной
деятельности органов государственной власти, их должностных
лиц, принципов и правил, закрепленных на самом высоком юридическом уровне.
В рамках проблематики обсуждаемой на конференции, конечно,
и реализацию гарантии права граждан на получение квалифицированной юридической помощи, включая предоставление в предусмотренных законом случаях бесплатной адвокатской помощи.
По смыслу ст. 48 Конституции Российской Федерации, реализации данной гарантии является обязанностью государства. Однако
данная обязанность государства ограничивается формулировкой
«в случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно», по существу, в весьма усеченном формате. То
есть, данная помощь конкретизирована в процессуальном законодательстве в строго оговоренных случаях. Получается, что в широком смысле юридическая помощь – это обязанность и долг юриста.
1 Ячменёв Ю. В. Правда и закон. Из истории российского правоведения: монография. СПб., 2001. С. 68–100.
2 Луковская Д. И. Конституция Российской Федерации и современные концепции прав человека // Правоведение. 2009. № 5. С. 99.
3 Хабриева Т. Я., Чиркин В. Е. Теория современной конституции. М.: Норма,
2007. С. 132.
4 В ценностном измерении проявляется не только юридический аспект прав индивида, но и психологический, этический аспекты его прав. Последние два вызывают бурные споры во многих странах современного мира (отношение к религиозным
конфессиям, праву на эвтаназию, аборты, однополым бракам, легализации проституции, употреблению наркотических средств, семейному принуждению в воспитании детей и санкциям в отношении родителей и т. д.). На этом фоне вырисовываются диаметрально противоположные мнения – от одобрения до категорического неприятия. Особенно острые споры разгораются, когда законодательство вторгается
в традиционную сферу нравственности (морали) и религии. Примером могут служить некоторые страны Западной Европы, Северной и Южной Америки.
5 Кравец И. А. Российский конституционализм: Проблемы становления, развития и осуществления. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2004. С. 358.
224
ПАЛАГИНА М. М.
студентка института инноватики и базовой магистерской подготовки
ГУАП
ГЛУЩЕНКО П. П.
руководитель магистерской программы «Правозащитная
деятельность»
юридического факультета ГУАП,
доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ,
почетный работник ВПО РФ, академик МСА – научный руководитель
ПРОБЛЕМЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЗАЩИТЫ
ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ
Под интеллектуальной собственностью понимаются охраняемые
законом результаты интеллектуальной деятельности и средства
индивидуализации (согласно ч. 4 ст. 1225 ГК РФ1). В части первой
Гражданского кодекса РФ, введенного в действие с 01.01.1995 г., исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности, которой является интеллектуальная собственность, отнесены
к объектам гражданских прав (статья 128).
В настоящее время объекты интеллектуальной собственности
приобретают большую ценность, в связи с чем требуется усиление
их защиты. К интеллектуальной собственности в общем, можно
отнести: патентное право, средства индивидуализации, авторское
право, и новые объекты интеллектуальной собственности (ноу-хау).
Ниже мы рассмотрим некоторые из них, а именно:
– получение патента. Патентными правами являются интеллектуальные права на изобретения, полезные модели и промышленные
образцы (согласно ч. 4 ст. 1345 ГК РФ). После получения патента
его обладатель наделяется правами запрета любого несанкционированного использования своей интеллектуальной собственности
со стороны любых других лиц;
– средства индивидуализации. К основным средствам индивидуализации относятся: товарный знак и знаки обслуживания, фирменные наименования и т. д. Товарный знак – это обозначение, служащее
для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей (согласно ч. 4 ст. 1477 ГК РФ). Товарный знак
даёт преимущества в защите от конкурентов, привлечении к ответственности нарушителей, беспрепятственного размещения рекламы
в любых средствах информации. Так же, после внесения знака в таможенный реестр запрещается ввоз в Россию контрафактных товаров.
225
О фирменном наименовании написано в ч. 4 ст. 1473 ГК РФ:
«Юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией,
выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах
и включается в единый государственный реестр юридических лиц
при государственной регистрации юридического лица». Полученное наименование даёт гарантию индивидуальности на рынке, гарантию защиты от незаконного использования наименования;
– оформление авторского права. Авторскими правами являются
интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства (ч. 4 ст. 1255 ГК РФ). Автору произведения в данном случае
будут принадлежать следующие права: исключительное право на
произведение; право авторства; право автора на имя; право на неприкосновенность произведения; право на обнародование произведения. Это право будет подтверждать авторское право на произведение.
На сегодняшний день есть множество проблем по защите авторского права. Сейчас очень популярна сеть Интернет и многочисленные сайты-ресурсы внутри неё. В связи с этим, авторам очень сложно защитить свои авторские права, в особенности музыкантам, кинорежиссёрам, писателям. В открытом доступе находятся практически все музыкальные произведения и книги.
Поэтому, хотелось бы остановиться и рассмотреть весьма распространённую проблему пиратства. С каждым годом пиратская продукция распространяется всё больше и больше. Преступники подделывают уже не только музыкальные диски, фильмы, компьютерные игры, одежду и модные аксессуары, но и продукты питания,
лекарства, запчасти.
В число мер борьбы с пиратством входят: штрафы, конфискация товаров; статьи 146, 147 и 180 УК РФ2. Нарушение авторских
и патентных прав, совершённых неоднократно какой-либо организованной группой, считаются преступлениями средней тяжести, и
влекут за собой лишение свободы в срок до 6 лет со штрафом в размере до пятисот тысяч рублей. Так же, в России действует ФЗ от 24
ноября 2014 г. № 364-ФЗ3 «О внесении изменений в Федеральный
закон «Об информации, информационных технологиях и о защите
информации» и Гражданский процессуальный кодекс Российской
Федерации». Безусловно, он в некоторой степени уменьшит выпуск
пиратской продукции. Но на долго ли это будет? На сегодняшний
день этого не хватает. Данный закон не соответствует современному
уровню технического прогресса. Нужно разработать новые законы,
226
которые будут удовлетворять скорости развития технологий в нашей стране;
– ноу-хау. Данное определение не расшифровывается законодательством России. Однако, оно упоминается в ч. 4 ст. 1465 ГК РФ:
«Секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности
в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим
лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает
разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны». Эти сведения охраняются только режимом коммерческой тайны. Однако на ноу-хау
охранный документ государственного образца не выдаётся.
Так же, нужно выделить коммерческую тайну. Согласно п. 1 ст.
3 закона № 98-ФЗ от 29.07.2004 г. (п. 1 в ред. от 18.12.2006)4 коммерческая тайна – это «режим конфиденциальности информации,
позволяющий её обладателю при существующих и возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду». После установления коммерческой тайны обладатель информации в праве требовать принятия
мер по охране конфиденциальной информации от лица, указанного
в ч. 4 ст. 14 № 98-ФЗ. Но эта система не совершенна. В Законе должна быть прописана подходящая защита для каждого из вариантов
угрозы: взлом компьютеров хакерами, умышленное разглашение
информации, похищение с помощью флеш-дисков и т. д. К работнику организации, разгласившему информацию, могут быть применены санкции (согласно ч. 2 ст. 14 № 98-ФЗ, ссылаясь на ст. 192 ТК
РФ5): замечание, выговор, увольнение, и непосредственно, уплата
штрафа, описанного в «Положении о коммерческой тайне».
В любом случае, защищать интеллектуальную собственность
надо! Ниже описаны шаги, которые следует соблюдать при борьбе
с незаконным использованием интеллектуальной собственности:
для начала, необходимо найти нарушение; после этого – исследовать это нарушение. Необходимо провести экспертизу, в результате
которой будут выданы заключения экспертных служб, мнение которых будет играть роль в окончательном решении заключения нарушения; нужно собрать доказательства. Официально зафиксиро227
вать нарушения с помощью нотариуса; досудебное урегулирование.
Возможность разрешить ситуацию двум сторонам без суда. Сюда
входит написание претензии; если стороны не пришли к соглашению, то наступает судебный процесс; после этого наступает исполнение судебного процесса.
1 Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть четвёртая) от 18.12.2006
№ 231-ФЗ (ред. от 23.07.2013) // Рос. газета. 2006. № 289.
2 Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ (ред. от
28.04.2015 г.) // СПС «КонсультантПлюс».
3 Федеральный закон от 24.11.2014 г. № 364-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации».
4 Федеральный закон от 29.07.2004 г. № 98-ФЗ (ред. от 12.03.2014 г.) «О коммерческой тайне».
5 Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ (ред.
от 30.06.2006 г. № 90-ФЗ).
ГЛУШКОВ Ф. Р.
студент Санкт-Петербургского филиала Академии СК РФ
БУЛАТОВ Р. Б.
профессор кафедры государственно-правовых дисциплин
Санкт-Петербургского филиала Академии СК РФ,
доктор юридических наук – научный руководитель
ВОПРОСЫ ОРГАНИЗАЦИИ БЕСПЛАТНОЙ
ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ В ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАНАХ
В большинстве современных государств существует система оказания бесплатной юридической помощи лицам, чьи возможности
не позволяют оплатить работу адвоката. Истоки этого института лежат еще в юридической практике Древнего Рима, откуда к нам пришло понятие pro bono publico – ради общественного блага, который
позже перерос в юридический термин «pro bono». Этот принцип безвозмездного оказания юридических услуг закрепляется в международных нормативно-правовых актах, многие из которых ратифицированы Российской Федерацией. Кроме того, право на бесплатную юридическую помощь закреплено в законах многих стран. Это
стало необходимостью в правовом демократическом государстве.
Обычно субъекты, использующие бесплатные юридические услуги,
относятся к малоимущим лицам или к негосударственным некоммерческим организациям, что еще раз подтверждает необходимость
существования «pro bono» в системе правовых отношений.
228
И теперь, когда во всем мире полным ходом идет развитие гражданского общества, юристы и правоведы просто не могут остаться
в стороне. Оказание бесплатных юридических услуг стало настоящим общественным долгом работника в области юриспруденции.
На европейском континенте упоминание о необходимости оказания профессиональной юридической помощи тем, кто не может
такую помощь оплатить, можно найти еще в документах XIII–XIV
вв., когда французские юридические сообщества стали оказывать
подобную помощь, а французская гильдия адвокатов (batonnier)
признала обязанность адвокатов осуществлять юридическую помощь малоимущим даже тогда, когда полностью отсутствует государственная поддержка или иное финансовое возмещение за предоставленные услуги [8].
Впервые «pro bono» как форма профессиональной ответственности юриста была закреплена в Кодексе профессиональной этики
ААЮ (американская ассоциация адвокатов) в 1969 г. В 1983 г. ААЮ
приняла Типовое правило 6.1, которое, с учетом внесенных изменений, действует до сих пор. В соответствии с данным правилом
частнопрактикующим юристам рекомендуется посвящать 50 часов
в год бесплатной помощь [7].
Наибольшее развитие система «pro bono» получила в англо-саксонской правовой семье, в частности в Англии и США. В Америке
практика оказания бесплатной юридической помощи зародилась
в конце XIX в., когда частные юридические фирмы в крупных городах начали оказывать бесплатную юридическую помощь лицам
с низкими доходами. К 1917 г. в США действовала 41 программа
правовой помощи бедным, а к 90-м гг. прошлого века насчитывалось более 900 таких программ.
По сведениям Американской ассоциации юристов, как минимум
40% семей с низким или средним доходом ежегодно сталкиваются
с проблемами юридического характера. При этом существующая
система субсидируемой юридической помощи справляется только
с 20% юридических проблем малоимущих [8].
Система оказания бесплатной юридической помощи в США
имеет достаточно большое разнообразие. В 1957 г. была создана
схема юридической помощи, финансируемой государством. В середине 60-х годов в рамках правительственных программ борьбы
с бедностью были созданы ведомства и программы юридической
помощи неимущим, финансируемые из федерального бюджета.
В США существуют различные организационные формы оказания бесплатной юридической помощи неимущим и малоимущим
229
гражданам как на федеральном уровне, так и в отдельных штатах,
а именно:
1) в 1974 г. Конгресс США учредил Корпорацию по оказанию
юридической помощи, основная задача которой – финансирование
программ и организаций по оказанию юридической помощи неимущим и малоимущим гражданам по гражданским и другим делам,
за исключением уголовных дел;
2) в отдельных штатах основной формой оказания юридической
помощи являются так называемые ведомства «публичных защитников» (public defender offices) – организации, состоящие на государственном бюджете штата и обслуживающие на бесплатной основе обвиняемых по уголовным делам из числа неимущих или малоимущих граждан;
3) в отдельных крупных городах на контрактной основе с городскими властями создаются организации по оказанию бесплатной
юридической помощи, имеющие статус частных некоммерческих
корпораций;
широкое распространение имеет такая форма как «списочные
адвокаты». К их числу относятся адвокаты, которые, помимо своей основной адвокатской практики, изъявили желание оказывать
юридическую помощь малоимущим. Данные о таких адвокатах
включены в специальные списки муниципалитетов, а также в федеральные списки. Работа таких адвокатов оплачивается государством в форме почасовой или сдельной (оплата за дело);
для юридического обслуживания определенных категорий населения (конкретных этнических или профессиональных групп)
во многих городах организованы общества юридической помощи
(legal aid societies), существующие преимущественно на разного рода благотворительные пожертвования и добровольные взносы; органы власти также могут выделять средства этим обществам;
с 1970 г. функционируют адвокатские конторы, «защищающие
интересы общества» (pro bono publico law firms), которые не ведут
дела отдельных клиентов, а выступают с исками против государства или корпораций, связанными с охраной прав и интересов определенных категорий граждан (потребителей, политических активистов, избирателей, налогоплательщиков) или с охраной природы
и охраной здоровья населения (например, иски против предприятий, загрязняющих окружающую среду, или против строительства
атомных электростанций);
средние и крупные адвокатские фирмы, бесплатно оказывающие
юридическую помощь отдельным гражданам [9].
230
Услуги «pro bono» во Франции предоставляются в основном в виде консультаций с целью обеспечения доступа граждан к правовой
информации и для того, чтобы граждане могли принимать взвешенные с юридической точки зрения решения. Таким образом, услуги
«pro bono» не предоставляются по вопросам, связанным, например,
с судебным представительством или представительством по уголовным делам – т. е. в тех сферах, где услуги адвокатов оплачиваются
в рамках государственной системы субсидируемой юридической помощи [9].
Подобное же развитие деятельности «pro bono», равно как и ограничение оказания юридической помощи «pro bono» по отраслевому
принципу, имело место в Ирландии. Совет адвокатов Ирландии, регулирующий деятельность барристеров, с сентября 2005 г. принял
схему «добровольной помощи», согласно которой создавалась процедура оказания барристерами бесплатной помощи гражданам через сеть некоммерческих организаций, собирающих от граждан заявки на помощь «pro bono». Создание сети НКО, предоставляющих
барристерам запросы клиентов на оказание помощи «pro bono», было обусловлено правилами Кодекса этики Совета адвокатов, предписывающего барристеру быть независимым от каких-либо иных
профессиональных организаций и не работать с населением напрямую, а лишь через посредников в виде НКО [2].
В Великобритании в 1945 г. была учреждена Служба юридической помощи малоимущим, а в 1950 г. создана система юридической помощи. До этого времени бесплатная юридическая помощь
оказывалась дежурными частнопрактикующими адвокатами (солиситорами). Их работа оплачивалась правительством из специальных фондов. До 1987 г. системой предоставления бесплатной юридической помощи управляло профессиональное объединение адвокатов – Юридическое общество, которое впоследствии сменил Совет по юридической помощи, а с 2000 г. – независимый от правительства орган – Комиссия по юридической помощи, работающая
по франчайзинговой или контрактной системе. Юридическая помощь предоставляется, в основном, частнопрактикующими адвокатами (Службой по гражданским делам и Службой защиты по уголовным делам). Особенностью английской системы является доминирование в ней частнопрактикующих юристов. К 1972 г. в Англии
сложились, существующие до сих пор, три системы предоставления
юридической помощи: 1) бесплатная консультация и содействие; 2)
представительство по гражданским делам; 3) защита в уголовном
процессе [9].
231
В Финляндии система предоставления бесплатной юридической
помощи функционирует с 1973 г. с принятием законов «О государственной юридической помощи» и «О безвозмездном судопроизводстве», а в 2002 г. – законов «О юридической помощи» и «О государственных бюро юридической помощи (от 5 мая 2002 года № 258) и
других нормативных правовых актов, регламентирующих организацию и функционирование этой сферы. Этот вид юридической помощи предоставляют службы юридической помощи, сотрудники
которых (государственные юридические помощники) являются государственными служащими, которые назначаются на должность
Министерством юстиции на конкурсной основе. В зависимости от
материального положения клиента юридическая помощь предоставляется бесплатно или за частичную оплату [9].
Также можно рассмотреть практику оказания бесплатной юридической помощи в странах СНГ и бывших странах социалистического лагеря. Так, например, законодательство Республики Беларусь предусматривает случаи, при которых возможно получить
гарантированную государством юридическую помощь. В данной
стране недавно был создан сайт ProBono.by, который облегчил доступ простых граждан к данной услуге. Однако на практике такая
юридическая помощь часто оказывается невысокого качества.
В Украине с 1999 г. стал обсуждаться вопрос о государственной
(муниципальной) адвокатуре, что было расценено адвокатским сообществом как посягательство на независимость адвокатуры. Тем
не менее, это не помешало тому, что в 2006 г. Президентом страны была утверждена Концепция формирования системы правовой
помощи в Украине, которой предусмотрено создание системы первичной и вторичной правовой помощи. Управление этой системой
возложено на специализированный орган управления, подотчетный Министерству юстиции и Кабинету Министров Украины. Было создано три экспериментальных офиса по оказанию бесплатной
правовой помощи по уголовным делам, а к настоящему времени
создается разветвленная система по оказанию бесплатной помощи [9].
В Литве, ставшей первой страной в Восточной Европе, законодательно закрепившей право «pro bono», в 2000 г. был принят Закон
«О гарантируемой государством юридической помощи», в соответствии с которым была создана система государственного финансирования национальной сети офисов общественных адвокатов. Законом была предусмотрена категория лиц, имеющая безусловное право на бесплатную юридическую помощь [9].
232
В Киргизии с 1 января 2010 г. вступил в действие Закон «О гарантированной государством юридической помощи», целью которого является обеспечение предоставления и доступности бесплатной
юридической помощи посредством создания специального органа
управления системой гарантированной государством юридической
помощи – Национального совета по гарантированной государством
юридической помощи при Президенте Кыргызской Республики, а
также системы мотивации участия в данных процессах адвокатского сообщества [6].
В Венгрии в 2000 г. Правительство утвердило программу о создании системы качественного правового консультирования малообеспеченных лиц и юридического представительства их интересов.
В 2003 г. принимается Закон о бесплатной юридической помощи, а
с 2004 г. начала осуществляться Модельная программа по бесплатной юридической помощи, направленная на разработку модели
юридической защиты, представляемой назначенными общественными адвокатами. Контроль качества системы бесплатной юридической помощи и ответственность за ее обеспечение возложены на
Модельный совет по бесплатной юридической помощи [6].
В Молдове с 2003 г. началась работа по проведению реформы
в сфере субсидируемой юридической помощи, результатом которой
стало создание в 2006 г. при содействии Программы Фонд «СоросМолдова» пилотного Бюро общественных защитников в г. Кишиневе. В 2008 г. был принят Закон «О гарантированной государством
правовой помощи», предусматривающий предоставление первичной правовой помощи и квалифицированной юридической помощи.
Управление системой предоставления юридической помощи, гарантируемой государством, возложено на Министерство юстиции, коллегии адвокатов и Национальный совет по юридической помощи,
гарантируемой государством, и его территориальные бюро, в которых, в среднем, работают до 20-ти общественных адвокатов [6].
Относительного успеха в этом направлении достиг Израиль, где
система предоставления юридической помощи начала действовать
в 1972 г. в связи с принятием Закона «О предоставлении юридической помощи по гражданским делам». В 1995 г, в соответствии
с принятым Законом «Об общественном защитнике», было создано
Бюро общественного защитника, являющееся структурным подразделением Министерства юстиции, а также Совет общественного
защитника, состоящий из пяти человек [9].
На Африканском континенте в большинстве стран о развитии «pro
bono» речи не идет, так как сначала нужно побороть массовые болезни
233
и голод. Однако положительным примером на данном материке служит ЮАР, являющемся одним из первых государств, где в 1937 г. в Йоханнесбурге было учреждено первое государственное юридическое бюро. В последующем, в 1969 г., был создан независимый от правительства орган – Совет по юридической помощи в соответствии с Законом о
юридической помощи, который начал действовать с 1971 г. [9].
Общее, что объединяет законы и системы субсидируемой юридической помощи указанных стран:
–– управление системой предоставления бесплатной юридической помощи – это бюджетные органы, создаваемые, как правило,
при Министерстве юстиции;
–– проверка финансового состояния лица, нуждающегося в бесплатной юридической помощи, что определяется имущественным
порогом;
–– зависимость объема юридической помощи от выделяемого государством бюджета;
–– контроль качества юридической помощи возложен не только
на уполномоченный орган, но и на профессиональные объединения
адвокатов;
–– во всех странах ключевая роль в управлении системой бесплатной юридической помощи и в разработке политики в области
бесплатной юридической помощи отведена Министерству юстиции.
Важная роль принадлежит, безусловно, коллегиям адвокатов: они
либо предоставляют такую помощь, либо занимаются и предоставлением помощи, и управлением предоставления бесплатной юридической помощью, а также осуществляют контроль качества услуг;
–– в большинстве стран право на субсидируемую юридическую
помощь имеют только физические лица. Хотя в некоторых странах
таким правом наделены и отдельные юридические лица (например,
в Эстонии правом на бесплатную юридическую помощь могут воспользоваться также юридические лица и неправительственные организации; во Франции и Италии – некоммерческие организации);
–– требование высокого уровня предоставляемой юридической
помощи непременно требует высокого уровня финансирования;
–– объем предоставления юридической помощи включает как
вторичную (квалифицированную), так и первичную юридическую
помощь;
–– эффективность субсидируемой юридической помощи достигается лишь тогда, когда все функции по ее организации, контролю
и координации сосредоточены в одном органе, особенностями правового статуса которого является его независимость. Широко рас234
пространенными механизмами управления юридической помощью
в зарубежных странах являются комиссии, бюро, советы, центры,
которые осуществляют административные (управленческие) функции по вопросам предоставления бесплатной юридической помощи.
Эти структуры, как правило, являются государственными и состоят, обычно, при Министерстве юстиции [9].
Из всех приведенных примеров можно сделать вывод о разнообразии систем оказания бесплатной юридической помощи в различных странах. Классифицируем некоторые из них:
1. Контрактная модель (модель judicare) – система, при которой
специальный государственный орган заключает договор (контракт)
с адвокатом, юридической фирмой о предоставлении юридической
помощи по определенному количеству дел либо по определенным
категориям дел, оплата за которые осуществляется за счет государственного бюджета. Такая модель применяется в Англии и в некоторых штатах США. Эта модель имеет две разновидности:
а) модель judicare в чистом виде (pure judicar»), суть которой заключается в том, что адвокаты получают оплату за оказанную юридическую помощь от государства через местные администрации,
либо через коллегии адвокатов или другую организацию. В некоторых случаях суды направляют лиц, имеющих право на получение бесплатной юридической помощи, к адвокатам, участвующим
в программе по предоставлению субсидируемой государством юридической помощи. В таких случаях адвокаты представляют свои
счета суду для их проверки и последующей оплаты. Выплаты из
бюджетных средств производятся либо за конкретный вид юридической помощи (например, фиксированная сумма за развод по обоюдному согласию), либо в виде почасовой оплаты, либо из расчета
максимального платежа за услугу независимо от продолжительности ее оказания. Опыт зарубежных стран показывает, что такая модель значительно дороже, чем модель, при которой адвокат получает фиксированную заработную плату;
б) модель «дежурный адвокат» (duty counse), суть которой заключается в том, что адвокаты работают на неполной ставке и оплата оказанной ими юридической помощи производится за каждый
день их участия в качестве защитника или представителя в случаях, когда необходимо обеспечить предоставление бесплатной юридической помощи;
2. Модель публичного (общественного, государственного) защитника» характеризуется тем, что государство или орган, управляющий системой юридической помощи, создает поставщика юриди235
ческой помощи – систему офисов (бюро, советы, службы, центры,
комиссии и т. п.) по территориальному принципу, что обеспечивает малоимущим категориям населения доступность к юридической
помощи. Работа в этих офисах, как правило, построена по следующей схеме: с клиентом, обратившимся за юридической помощью,
дежурный сотрудник проводит первоначальное собеседование для
выяснения характера возникшей правовой проблемы. В случае ее
несложности юридическая помощь может быть оказана сразу же
путем правового информирования или консультирования, либо направления заявителя в орган или организацию, где указанная проблема может быть разрешена без участия юристов бюро. В случае
же, когда разрешение проблемы требует более длительного времени, клиент направляется к конкретному юристу офиса, специализирующемуся в определенной сфере права. Такая модель существует в Великобритании, США, Израиле, Литве, России, Украине и некоторых других странах;
3. Модель «еx оfficio», суть которой заключается в том, что государство в лице органов, ведущих уголовное судопроизводство
(прокурора, следователя, полиции, суда) назначает через профессиональные организации адвокатов защитника или представителя
для предоставления лицу юридической помощи и оплачивает его
работу из средств государственного бюджета. Для определенной части адвокатов, не имеющих клиентуры, либо только вступивших
в адвокатское сообщество, либо осуществляющих адвокатскую деятельность в регионах, где численность адвокатов превышает спрос
на юридическую помощь, назначение на такие дела является основным источником их дохода. Что касается высококвалифицированных адвокатов, имеющих, как правило, обширную клиентуру
и, как следствие, всегда обеспечены работой, то их подавляющая
часть, как правило, не ведет такие дела. Данная модель характерна
для большинства постсоветских государств;
4. Смешанная модель представляет собой такую систему, которая
сочетает в себе элементы первых двух вышеуказанных и других моделей: предоставление бесплатной юридической помощи осуществляется через независимую государственную организацию – бюро,
советы, службы, центры и т. п. (т. е. модель публичного защитника) с привлечением частнопрактикующих адвокатов на основе заключенного с ними договора по отдельным делам (т. е. контрактная
модель), а также с использованием других моделей (юридических
клиник, модели «pro bono» (т. е. безвозмездное предоставление юридической помощи), пара-юристов и других разновидностей моделей.
236
Смешанная модель используется во многих странах. Эксперты объясняют это тем, что «приверженность к той или другой модели без использования преимуществ противоположной модели
приводит к тому, что система юридической помощи сталкивается с большим числом проблем, которых она могла бы избежать.
Будучи ограниченным только моделью judicarе или только моделью штатных юристов, орган по управлению системой юридической помощи будет сталкиваться со всеми недостатками, не
уделяя должного внимания преимуществам и компенсирующим
возможностям другой модели. Комбинация моделей – это лучший выбор для обеспечения малоимущих граждан юридическими услугами» [9].
Почему же юридические фирмы и частнопрактикующие юристы
считают необходимым тратить часть своих ресурсов на оказание помощи pro bono? Помимо осознания социальной роли юриста в обеспечении доступа к правосудию, у фирм и юристов есть и вполне
прагматическая мотивация.
Во-первых, оказание помощи «pro bono» повышает конкурентоспособность. Речь идет о привлечении новых клиентов и укреплении связей с уже существующими. Как показали исследования
американских ученых, благотворительная деятельность, в том числе и оказание помощи pro bono, является одним из важных факторов для клиентов, особенно корпоративных, при выборе юриста
(фирмы). Информирование общественности о программах pro bono,
действующих в фирме, помогает фирме создать имидж социально
ответственного бизнеса, а этот имидж в свою очередь работает на повышение доверия клиентов к фирме.
Во-вторых, эффективная программа «pro bono» является признанным показателем успешности для юридического сообщества.
Так, один из ведущих американских журналов для юристов The
American Lawyer ежегодно публикует рейтинг американских и
международных юридических фирм. Количество часов, потраченных на оказание услуг «pro bono», является одним из четырех критериев для составления рейтинга наряду с общим доходом фирмы за
прошедший год, удовлетворенностью сотрудников фирмой и репрезентативностью меньшинств в коллективе.
В-третьих, наличие действующей программы «pro bono» является механизмом привлечения квалифицированных кадров. По данным американских юридических вузов, для молодых юристов наличие в фирме программы «pro bono» является одним из факторов
при выборе места работы [8].
237
Работа по делам «pro bono» рассматривается также как обучение сотрудников: для молодых юристов оказание услуг в рамках
программы «pro bono» является единственной возможностью поработать с «живым клиентом», так как по коммерческим делам им
в ближайшие годы предстоит лишь работать с бумагами. Для фирмы же это дополнительная возможность оценить работоспособность
и квалификацию молодого специалиста [1].
Для более опытных юристов работа «pro bono» является отличной возможностью отвлечься от основной специализации и попробовать свои силы в другой области права. К тому же в силу корпоративной культуры юристы, занимающиеся, помимо основной работы, «социально-полезной» практикой pro bono, получают не только
моральное удовлетворение, но и признание в рамках фирмы. Безусловно, это является мощным фактором, повышающим лояльность
сотрудников по отношению к фирме.
Международное сообщество, понимая актуальность данной проблемы, не могло обойти ее стороной. Многие международные организации закрепили в своих актах право граждан всех стран на «pro
bono». Статья 6 § 3(с) Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» предусматривает, что каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет, как минимум, следующие
права: – защищать себя лично или через посредство выбранного им
самим защитника, – если у него нет достаточных средств для оплаты услуг защитника, иметь назначенного ему защитника бесплатно, когда того требуют интересы правосудия [5].
Общая норма, предусматривающая возможность оказания «pro
bono», получила развитие в Международном пакте «О гражданских
и политических правах» от 16 декабря 1966 года, статья 14 которого закрепляет, что каждый имеет право при рассмотрении любого
предъявленного ему обвинения, как минимум, на следующие гарантии на основе полного равенства: если он не имеет защитника,
быть уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом случае, когда интересы правосудия того требуют, безвозмездно для него в любом таком случае, когда у него нет достаточных средств для оплаты этого защитника [10].
Принципы и руководящие положения Организации Объединенных Наций, касающиеся доступа к юридической помощи в системах уголовного правосудия от 25 апреля 2012 г., утвержденные
Комиссией по предупреждению преступности и уголовному правосудию в Вене 23–27 апреля 2012 г., предусматривают возможность
оказания бесплатной юридической помощи в качестве содержания
238
принципа 3 «Предоставление юридической помощи лицам, подозреваемым или обвиняемым в совершении уголовных преступлений»:
«Государствам следует обеспечивать, чтобы любое лицо, арестованное, задержанное, подозреваемое или обвиняемое в связи с совершением уголовного преступления, наказуемого лишением свободы
или смертной казнью, имело право на получение юридической помощи на всех этапах уголовного производства. Юридическую помощь следует также предоставлять независимо от наличия у лица
необходимых средств, если этого требуют интересы правосудия, например, с учетом срочности или сложности дела, или суровости возможного наказания. Детям следует обеспечивать доступ к юридической помощи на тех же или даже еще более мягких условиях, чем
взрослым» [11].
Таким образом можно проследить четкую тенденцию в развитии
«pro bono»: государства и международные сообщества и организации стараются ввести в свою структуру права ту или иную систему
бесплатной юридической помощи. Кроме того, адвокатское общество само понимает высокое социальное значение данного института и, порой, само на добровольных и безвозмездных началах реализует данный принцип. Однозначно, это говорит о высокой степени
правовой культуры и правового сознания современных законодателей и деятелей в области юриспруденции.
1. Александрова Е. Ю., Блинов О. И. Зарубежный опыт оказания бесплатной
юридической помощи в рамках юридических клиник. М.: КСП МГИМО, 2011. C. 6.
2. Рябцева Е. В. Формы бесплатной юридической помощи в международном праве и практике зарубежных стран // Евразийская адвокатура. 2014. № 6(13).
3. Федеральный закон № 324-ФЗ «О бесплатной юридической помощи» от 21 ноября 2011 г. // СЗ РФ. 2011. № 48. Ст. 6725.
4. Всеобщая декларация прав человека (1948 г.) (ст. 22) // СЗ РФ. 1998. № 14. Ст.
1514.
5. Конвенция «О защите прав человека и основных свобод» (6 § 3(с)) // СЗ РФ.
2001. № 2. Ст. 163.
6. Бугаренко А. И. Бесплатная юридическая помощь в некоторых зарубежных
странах // Адвокатская практика. 2010. № 5.
7. Кодекс профессиональной этики ААЮ. Типовое правило 6.1 // СПС «КонсультантПлюс» … 192116.
8. Лапидус А., Сучкова М. Социальная ответственность юриста // Новая Адвокатская Газета. 2008. № 8(025).
9. Сулейменова Г. Ж. Зарубежный опыт предоставления и оказания сублимируемой государством юридической помощи. М.: Юрид. лит., 2003. С. 232.
10. Международный пакт «О гражданских и политических правах» от 16 декабря 1966 г. (Статья 14) // Бюллетень Верховного суда РФ. 1994. № 12.
11. Резолюция ООН «Об использовании стандартов О