close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

confyur1

код для вставкиСкачать
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Федеральное государственное автономное
образовательное учреждение высшего образования
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
АЭРОКОСМИЧЕСКОГО ПРИБОРОСТРОЕНИЯ
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ НА СТРАЖЕ ПРАВ
И СВОБОД ГРАЖДАН, ОБЩЕСТВА,
ГОСУДАРСТВЕННЫХ ИНТЕРЕСОВ
Международная
научно-практическая конференция,
посвященная Дню юриста
7–8 декабря 2016 г.
Санкт-Петербург
2016
УДК 340.143
ББК 67.400
Ю73
Ю73 Юриспруденция на страже прав и свобод граждан, общества, государственных интересов: Международная научнопрактическая конференция, посвященная Дню юриста (7–8
декабря 2016 г.) / под ред. П. П. Глущенко. – СПб.: ГУАП,
2016. – 325 с.
ISBN 978-5-8088-1154-6
Научно-практическая конференция, посвященная Дню юриста
(ГУАП, 7–8 декабря 2016 г.), ставила задачей в работе круглых столов
и мастер-классов всесторонне рассмотреть роль и место юриспруденции в обеспечении защиты прав граждан, общества, государства.
С докладами и научными сообщениями выступили доктора юридических наук Боер В. М., Лойт Х. Х., Сафин Ф. Ю., Глущенко П. П., представитель Уполномоченного по правам человека Алании, прокурор
Гатчинского района Ленинградской области.
УДК 340.143
ББК 67.400
ISBN 978-5-8088-1154-6
© Санкт-Петербургский государственный
университет аэрокосмического
приборостроения, 2016
СОСТАВ ОРГАНИЗАЦИОННОГО КОМИТЕТА
Оводенко Анатолий Аркадьевич – Президент СанктПетербургского государственного университета аэрокосмического
приборостроения, доктор технических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Антохина Юлия Анатольевна – ректор Санкт-Петербургского
государственного университета аэрокосмического приборостроения, доктор экономических наук;
Боер Виктор Матвеевич – проректор по учебно-воспитательной
работе, декан юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации,
почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;
Семеняко Евгений Васильевич – Президент Федеральной палаты адвокатов России, президент Адвокатской палаты СанктПетербурга, кандидат юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации;
Бабурин Сергей Николаевич – Президент Ассоциации юридических вузов, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Глущенко Петр Петрович – заместитель декана юридического
факультета ГУАП по научной работе, доктор юридических наук,
профессор, руководитель магистерской программы «Правозащитная деятельность», Заслуженный юрист Российской Федерации, почетный адвокат России;
Лойт Хиллар Харриевич – заведующий кафедрой государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, Заслуженный профессор ГУАП;
Прокофьев Виктор Федорович – декан юридического факультета Новгородского государственного университета имени Ярослава
Мудрого, кандидат юридических наук, профессор, Заслуженный
юрист Российской Федерации;
Сафин Фярит Юсупович – первый заместитель декана юридического факультета, заведующий кафедрой уголовного права и таможенных расследований юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской
Федерации;
3
Кузнецов Эдуард Вениаминович – заведующий кафедрой теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Цмай Василий Васильевич – заведующий кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, почетный работник высшего
профессионального образования Российской Федерации;
Боер Анна Александровна – заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент;
Попов Андрей Владимирович – начальник Управления делами
Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации,
действительный государственный советник юстиции 3-го класса,
кандидат военных наук;
Соколова Наталья Романовна – начальник Управления государственного экологического надзора, действительный государственный советник 2-го класса.
4
Ассоциация юридических вузов, Молодежный Союз юристов России, Санкт-Петербургский государственный университет аэрокосмического приборостроения совместно с юридическими факультетами
и институтами Северо-Западного федерального округа, при поддержке комитетов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по: культуре, образованию и науке, конституционному законодательству и государственному строительству; Федеральной палатой адвокатов России; Главным управлением правового
и документационного обеспечения Секретариата парламента Союза
Беларуси и России; Главным управлением Министерства юстиции
Российской Федерации в Санкт-Петербурге; Главным управлением
Федеральной службы судебных приставов; Хельсинским университетом, Международным институтом трудовых и социальных отношений Беларуси, Донецким национальным университетом; представителями консульств, государственных, законодательных, исполнительных и судебных органов России, ее субъектов; представительными органами местного самоуправления; партийными и общественными организациями, правозащитными организациями России,
зарубежных государств 7–8 декабря 2016 г. в Санкт-Петербурге, на
базе ГУАП проводят Международную научно-практическую конференцию, посвященную Дню юриста, в целях: исследования и повышения уровня правовой культуры, знаний функций правового государства, умения оказания юридической помощи, правовой политики
в подготовке высококвалифицированных юристов, способных и готовых крепить правовую систему государства, поддерживать законность и правопорядок, оказывать нуждающимся юридическую помощь; овладения методикой организации и осуществления правозащитной деятельности, эффективного использования в процессе оказания квалифицированной и иной юридической помощи правовых
методов, средств и способов.
В работе конференции, секций, круглых столов, мастер-классов изъявили желание участвовать: международные и национальные правозащитные организации; представители администрации
Уполномоченных по правам человека и ребенка в Российской Федерации, субъектах Российской Федерации; депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации,
законодательных собраний Санкт-Петербурга и Ленобласти; судьи
Конституционного Суда Российской Федерации и Уставных Судов
Санкт-Петербурга, Ленобласти, других субъектов федерации; представители Следственного Управления, Генеральной прокуратуры,
прокуратур Санкт-Петербурга и Ленобласти.
5
По итогам конференции будет издан сборник научных трудов,
обзор выступлений в журнале «Закон. Право. Государство. Lex. Jus.
Civitas» Желающие могут получить электронные версии учебника
«Правозащитная деятельность».
6
ПРОГРАММА КОНФЕРЕНЦИИ
7 декабря 2016 г. (среда)
Санкт-Петербург, ул. Ленсовета, д. 14, Актовый зал (3 этаж)
09.30–10.00 – регистрация участников конференции
10.00–10.10 – приветствия, поздравления, пожелания
10.10–12.00 – пленарное заседание
Доклады
(регламент – до 15 минут)
Боер В. М. Порядок и особенности обеспечения реализации и защиты личных прав и свобод граждан в Российской Федерации.
Глущенко П. П. Правовая регламентация защиты политических
прав и свобод российских граждан.
Лойт Х. Х. Порядок и особенности обеспечения реализации и защиты социально-культурных прав, свобод и законных интересов
граждан.
Боер А. А. Механизм обеспечения защиты экономических прав,
свобод и законных интересов граждан в Российской Федерации.
Сафин Ф. Ю. Юридические права: гарантии, их содержание, порядок и особенности реализации и защиты.
Орловский Е. А. Уголовно-процессуальные основы производства
контроля и записи переговоров, ограничивающего конституционное право граждан на тайну телефонных переговоров.
Цмай В. В. Правовое обеспечение гарантий прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации.
12.00–13.00 – кофейная пауза
13.00–16.30 – работа круглых столов
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 1 (Актовый зал)
Принципы и нормы российского права –
основа российской юриспруденции.
Модераторы:
Кузнецов Эдуард Вениаминович – заведующий кафедрой теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Рос7
сийской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;
Ломакина Ирина Борисовна – профессор кафедры теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор;
Прокофьев Виктор Федорович – декан юридического факультета Новгородского государственного университета им. Ярослава
Мудрого, кандидат юридических наук, профессор, Заслуженный
юрист Российской Федерации.
Тематика научных сообщений:
Кузнецов Э. В. Всемирный конгресс по праву и участие в них
юристов России.
Старин Б. С., Ломакина И. Б. Некоторые проблемы правового
воспитания граждан и становление правовой культуры в Российском государстве.
Ломакина И. Б. Проблема соотношения позитивного, обычного и
естественного права в современной российской юриспруденции.
Сулейманов Б. Б. Права и свободы в различных правовых системах.
Серов Е. А. Государственный суверенитет и проблемы политической власти.
Голубев Н. А. Историко-правовой анализ института вины периода российской государственности начала XVIII века до Октябрьской
революции 1917 года.
Гаджиев Т. М. Роль институтов гражданского общества в обеспечении прав и свобод человека.
Джаруллаев С. Особенности национальной правовой системы.
Муслимов М. Правовая политика в сфере модернизации права:
основные черты.
Исмаилов Х. Эффективность права: основные подходы.
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 2 (ауд. 33-07)
Конституционное право – важнейшая отрасль
российского законодательства.
Модераторы:
Лойт Хиллар Харриевич – заведующий кафедрой государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, Заслуженный работник высшей школы Россий8
ской Федерации, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, Заслуженный профессор ГУАП;
Булатов Рашид Борисович – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, доцент;
Смольяков Анатолий Антонович – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации.
Тематика научных сообщений:
Бородин С. С., Волницкая С. С. Защита прав граждан административно-правовыми способами и средствами.
Смольяков А. А. Особенности конституционного регулирования
трудовых прав граждан.
Булатов Р. Б. К вопросу обеспечения права детей на образование.
Смольяков Андрей А. Конституционно-правовая характеристика экологических правоотношений.
Будилов А. П. Основные тенденции реализации современной государственной политики в сфере защиты прав потребителей.
Карасева А. А. Конституционные основы осуществления судебной власти в РФ и принципы правосудия
Жарова В. Ю. История формирования и совершенствования конституционно-правового статуса судебной власти РФ.
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 3 (ауд. 34-04)
Гражданско-правовые средства и способы защиты прав,
свобод и законных интересов граждан, общества, государства
Модераторы:
Боер Анна Александровна – заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент;
Привалов Константин Витальевич – профессор кафедры гражданского права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации;
Пиддубривная Альбина Юрьевна – доцент кафедры гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент.
9
Тематика научных сообщений:
Боер А. А. Возмещение неимущественного вреда в истории российского права.
Пиддубривная А. Ю. Рассмотрение и разрешение судами споров,
возникающих в результате переустройства и перепланировки жилого помещения.
Привалов К. В. Экономические основы реальной востребованности прав человека в защите прав граждан.
Литвинова Е. С. Проблемы защиты прав граждан в сфере социального обеспечения в Российской Федерации.
Сербин М. В. Выборы в России (современные реалии).
Хватова А. А. Защита прав кредиторов (физических лиц) при реорганизации юридического лица.
Ракова К. М. Нарушение жилище прав детей-сирот и детей,
оставшихся без попечения родителей.
Алешин Н. В. Гражданско-правовая ответственность за причинение вреда при эксплуатации воздушного транспорта.
Иванова А. И. Отрасль личного страхования в Российской Федерации: формы и виды личного страхования.
Провоторова В. В. Содержание права собственности на объекты
исторического и культурного наследия в Российской Федерации.
Путилова В. А. Перспектива использования процедуры медиации в рамках исполнительного производства.
Расторопов Г. В. Основания лишения/ограничения гражданской
дееспособности
Федоров А. В. Момент возникновения правоспособности граждан: вопросы, требующие решения.
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 4 (ауд. 34-01)
Уголовно-правовые средства защиты прав,
свобод и законных интересов граждан, общества, государства.
Модераторы:
Сафин Фярит Юсупович – заведующий кафедрой уголовного
права и таможенных расследований юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист
Российской Федерации;
Городинец Федор Михайлович – профессор кафедры уголовного и таможенных расследований юридического факультета ГУАП,
доктор юридических наук, профессор;
10
Орловский Евгений Анатольевич – прокурор Гатчинского района Ленинградской области.
Тематика научных сообщений:
Бaженов А. В. Криминологический анализ проблем исполнения
уголовного наказания в современном мире.
Кузьмин Д. Н. Правовые основы и особенности правоприменительной практики в области защиты прав субъектов правоотношений.
Булатов Т. Р. О деятельности прокуратуры Российской Федерации и Уполномоченного по правам человека в сфере обеспечения и
защиты прав человека.
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 5 (ауд. 34-05)
Международно-правовые средства и способы обеспечения защиты граждан и государственных интересов.
Модераторы:
Цмай Василий Васильевич – заведующий кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, почетный работник высшего
профессионального образования Российской Федерации;
Ермолович Геннадий Павлович – профессор кафедры международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор;
Боер Артем Львович – заместитель заведующего кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП,
кандидат юридических наук.
Тематика научных сообщений:
Ермолович Г. П. Международное право и современные проблемы.
Завьялова А. А. Проблемы международного сотрудничества оперативно-розыскных органов РФ и аналогичных органов других государств.
11
КРУГЛЫЙ СТОЛ № 6 (ауд. 32-11)
Правозащитные правоотношения: содержание, особенности возникновения.
Модераторы:
Боер Виктор Матвеевич – проректор по учебно-воспитательной
работе, декан юридического факультета, заведующий кафедрой
правоведения и таможенного дела юридического факультета ГУАП,
доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального
образования Российской Федерации;
Глущенко Петр Петрович – заместитель декана юридического
факультета ГУАП по научной работе, руководитель магистерской
программы «Правозащитная деятельность», доктор юридических
наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации, Заслуженный профессор ГУАП;
Тимофеева Ирина Вадимовна – заместитель заведующего кафедрой правоведения и таможенного дела юридического факультета
ГУАП, кандидат юридических наук, доцент.
Тематика научных сообщений:
Бахвалова А. В. Способы защиты прав и свобод человека и гражданина.
Волкова А. Е. Особенности обеспечения государственными служащими прав и свобод граждан.
Гацалов Р. Р. Институт Уполномоченного по правам человека
Российской Федерации и ее субъектов в механизме правозащитной
деятельности.
Леушева М. В. Проблемы обеспечения защиты прав граждан, пострадавших в процессе жилищного строительства.
Гречихина Н. А. Роль и место общественных организаций в обеспечении защиты прав и свобод граждан, пострадавших от сектантских объединений.
12
8 декабря 2016 г. (четверг)
10.00–12.30 – мастер-классы
Мастер-класс № 1 (ауд. 32-13)
Правовое, социальное государство: понятие,
содержание, принципы
Кузнецов Эдуард Вениаминович – заведующий кафедрой теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации.
Мастер-класс № 2 (ауд. 33-07)
Конституционно-правовой статус граждан
Российской Федерации: механизм его функционирования
Лойт Хиллар Харриевич – заведующий кафедрой государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, Заслуженный профессор ГУАП.
Мастер-класс № 3 (ауд. 34-05)
Уголовно-правовая защита прав, свобод
и законных интересов физических и юридических лиц
Сафин Фярит Юсупович – первый заместитель декана юридического факультета, заведующий кафедрой уголовного права и таможенных расследований юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской
Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации.
Мастер-класс № 4 (ауд. 23-02)
Гражданско-правовая защита прав, свобод
и законных интересов граждан и юридических лиц
Боер Анна Александровна – заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент.
13
Мастер-класс № 5 (ауд. 32-11)
Международно-правовые средства защиты
российских граждан за рубежом
Цмай Василий Васильевич – заведующий кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор, почетный работник высшего
профессионального образования Российской Федерации.
Мастер-класс № 6 (ауд. 34-04)
Таможенное дело, его место и роль в обеспечении защиты
интересов граждан и государства
Боер Виктор Матвеевич – проректор по учебно-воспитательной работе, декан юридического факультета ГУАП, заведующий кафедрой правоведения и таможенного дела ГУАП, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации.
Участники пленарного заседания, «круглых столов»
и мастер-классов
Антохина Юлия Анатольевна – ректор Санкт-Петербургского
государственного университета аэрокосмического приборостроения, доктор экономических наук;
Оводенко Анатолий Аркадьевич – Президент СанктПетербургского государственного университета аэрокосмического
приборостроения, доктор технических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Бондарь Николай Семенович – судья Конституционного Суда
Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, Заслуженный
юрист Российской Федерации;
Бабурин Сергей Николаевич – Президент Ассоциации юридических вузов, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Никитин Сергей Анатольевич – руководитель российского отдела Международной правозащитной организации «Международная
амнистия»;
Исаков Владимир Борисович – вице-президент Торгово-Промышленной палаты Российской Федерации, доктор юридических
наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, Заслуженный юрист Российской Федерации;
14
Савицкая Светлана Евгеньевна – член Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по обороне, дважды Герой Советского Союза, космонавт;
Бортко Владимир Владимирович – депутат Государственной
Думы Федерального Собрания Российской Федерации;
Малько Александр Васильевич – директор Саратовского филиала Института государства и права РАН РФ, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации;
Боер Виктор Матвеевич – проректор по учебно-воспитательной
работе, декан юридического факультета ГУАП, заведующий кафедрой правоведения и таможенного дела ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, почетный работник науки и техники Российской
Федерации;
Лойт Хиллар Харриевич – заведующий кафедрой государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, профессор, Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, Заслуженный профессор ГУАП;
Сафин Фярит Юсупович – первый заместитель декана юридического факультета, заведующий кафедрой уголовного права и таможенных расследований ГУАП, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;
Боер Анна Александровна – заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, доцент;
Кузнецов Эдуард Вениаминович – заведующий кафедрой теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;
Сербин Михаил Викторович – заместитель декана юридического факультета ГУАП по учебно-методической работе и магистерской
подготовке, член российской академии юридических наук, вицепрезидент Молодежного Союза Российской Федерации, кандидат
юридических наук, доцент;
Цмай Василий Васильевич – заведующий кафедрой международного и таможенного права юридического факультета ГУАП, док15
тор юридических наук, профессор, почетный работник высшего
профессионального образования Российской Федерации;
Булатов Рашид Борисович – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических
наук, доцент;
Болотина Елена Валентиновна – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, доцент;
Глущенко Петр Петрович – заместитель декана юридического
факультета ГУАП по научной работе, доктор юридических наук,
профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации, почетный
адвокат России, почетный работник высшего профессионального
образования Российской Федерации;
Прокофьев Виктор Федорович – декан юридического факультета Новгородского государственного университета имени Ярослава
Мудрого, кандидат юридических наук, профессор, Заслуженный
юрист Российской Федерации;
Чернов Сергей Николаевич – декан юридического факультета
Петрозаводского государственного университета, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации;
Ломакина Ирина Борисовна – профессор кафедры теории права и государства юридического факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор;
Бернацкий Георгий Генрихович – заведующий кафедрой теории
и истории государства и права юридического факультета СанктПетербургского государственного экономического университета,
почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, доктор юридических наук, кандидат философских наук, профессор;
Луковская Дженевра Игоревна – заведующая кафедрой теории
и истории права Санкт-Петербургского государственного университета, почетный работник высшего профессионального образования
Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор;
Тимофеев Станислав Владимирович – декан юридического факультета Российского государственного гуманитарного университета, доктор юридических наук, профессор;
Попов Андрей Владимирович – начальник Управления делами
Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации,
действительный Государственный советник юстиции 3 класса, кандидат военных наук;
16
Бондуровский Владимир Владимирович – заместитель начальника Управления Межпарламентской Ассамблеи государств –
участников СНГ, кандидат юридических наук, доцент;
Бебенин Сергей Михайлович – председатель Законодательного
Собрания Ленинградской области;
Стрекозов Владимир Георгиевич – судья Конституционного Суда Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор,
Заслуженный юрист Российской Федерации;
Смольяков Анатолий Антонович – профессор кафедры государственного права юридического факультета ГУАП, кандидат юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации;
Бугель Николай Васильевич – профессор кафедры административного права и процесса Санкт-Петербургского университета
управления и экономики, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации;
Игнатенко Дмитрий Иванович – профессор кафедры административного права и процесса юридического факультета СанктПетербургского университета управления и экономики, доктор
юридических наук, доцент;
Жильский Николай Николаевич – профессор кафедры административного права и процесса юридического факультета СанктПетербургского университета управления и экономики, доктор
юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской
Федерации;
Васильчикова Нина Александровна – заведующая кафедрой
гражданского права Юридического института Генеральной прокуратуры, доктор юридических наук, профессор;
Вихров Алексей Алексеевич – профессор юридического факультета Санкт-Петербургского государственного экономического университета, доктор юридических наук, профессор;
Сапун Валентин Андреевич – профессор кафедры теории и
истории государства и права юридического факультета СанктПетербургского государственного экономического университета,
доктор юридических наук, профессор;
Драпеко Елена Григорьевна – заместитель председателя Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской
Федерации по культуре, профессор, кандидат социологических наук;
Лапина Марина Афанасьевна – заведующая кафедрой административного и информационного права Финансового университета
17
при правительстве Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор;
Зайченков Сергей Иванович – заместитель директора по развитию Комитета по транспортно-транзитной политике СПбГУ правительства Санкт-Петербурга;
Демидов Алексей Александрович – председатель Экспертной
комиссии по вопросам нравственности социальной информации,
председатель правления МОО «Информация для всех»;
Журавлев Владимир Павлович – Председатель избирательной
комиссии Ленинградской области, кандидат юридических наук, доцент;
Дмитриев Владимир Яковлевич – депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга;
Сокол Святослав Михайлович – член Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по строительству и земельным отношениям, член Правления Российского
Союза товаропроизводителей, кандидат технических наук;
Журавлев Валерий Анатольевич – декан юридического факультета филиала ФГОБОУ ВПО «Российская академия правосудия»,
доктор исторических наук, кандидат юридических наук, профессор;
Петухов Вениамин Григорьевич – кандидат юридических наук,
профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации;
Семеняко Евгений Васильевич – Президент Федеральной палаты адвокатов России, президент адвокатской палаты СанктПетербурга, кандидат юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации;
Чинокаев Рушан Зайдулович – вице-президент адвокатской палаты Санкт-Петербурга;
Токарев Андрей Владимирович – вице-президент «СанктПетербургской Адвокатской коллегии Нарышкиных».
18
АНТОХИНА Ю. А.
ректор Санкт-Петербургского государственного
университета аэрокосмического приборостроения,
доктор экономических наук
ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ СТАНОВЛЕНИЯ
ИНСТИТУТА ПРАВОЗАЩИТНОЙ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Содержание правовых основ организации и
осуществления правозащитной деятельности
включает в себя национальное и международное правозащитное законодательство, в числе которого: Конституция Российской Федерации, Федеральные Конституционные законы, федеральные законы, кодексы, законы субъектов Российской Федерации, Всеобщая
Декларация прав человека, Международные пакты о правах человека, Конвенция о правах ребенка и иные международно-правовые
акты в которых представлены общепризнанные принципы и нормы
международного права, международные договоры Российской Федерации, признаваемые составной частью правовой системы государства.
Правовые основы функционирования института правозащитной
деятельности позволяют всесторонне представить: содержание самого института, историю его становления; формирование правовой
базы правозащитной направленности; порядок внедрения международных правозащитных норм в российский правозащитный механизм; функции правового государства и его принципы; проблемы
осуществления правозащитной деятельности в условиях военного и
чрезвычайного положения; порядок и особенности взаимодействия
между органами государственной власти, местного самоуправления и правозащитными общественными организациями: национального и международного уровня.
Важным назначением правовых основ правозащитной деятельности является: обеспечение регламентации, управления субъектами правозащитного механизма, правозащитных правоотношений;
разрешение проблем возникающих в процессе взаимоотношений
между органами системы государственного управления, поддержания законности и правозащитными организациями.
Обобщая понятия «социальное государство», «социальная помощь», «социальная защита», «социальное обслуживание», «правовая помощь», «правовая защищенность» и «социальная защищенность», «правовое государство», можно вычленить следующие
19
основные элементы содержания института правозащитной деятельности правового государства (как совокупности политических,
экономических, социальных, организационно-административных
и правовых мероприятий, мер, направлений, санкционированных
либо не запрещенных действующими законами и подзаконными
актами, общепризнанными принципами и нормами международного права, на основе которых осуществляется деятельность государственных и негосударственных органов, организаций и общественных объединений, юридических и физических лиц в целях оказания юридической помощи для реализации, восстановления и защиты конституционных прав, свобод и интересов граждан):
• совокупность мер, мероприятий, направлений политического,
экономического, социального, административного и правового характера;
• наличие соответствующей нормативно-законодательной базы
таких мер и такой деятельности;
• организационно-административный аппарат и механизм реализации правовой помощи и защиты (государственные органы и организации, общественные объединения, физические лица);
• основания и условия получения такой помощи и защиты;
• виды и формы оказания правовой помощи и защиты конституционных прав и свобод граждан.
Поименованные составные части института правозащитной деятельности, по нашему мнению, позволяют утверждать, что они
имеет свои субъекты и объекты, правомочия и юридические обязанности субъектов, участвующих в правовых отношениях. В свою
очередь, наличие правоотношений свидетельствует о существовании конкретной системы норм, на основе которых регламентируются общественные отношения в сфере правовой защиты и которые
вправе именовать правовыми отношениями, возникающими по поводу оказания помощи либо обеспечения защиты конституционных
прав и свобод граждан. Правовые отношения представляют собой
разновидность правоотношений, относящихся к самостоятельному правовому институту, а именно к институту правозащитной деятельности. Институт правозащитной деятельности отличается от
любого из существующих тем, что он является комплексным, ибо
в него входят нормы различных отраслей права (конституционного, административного, трудового, финансового, жилищного, уголовного) и др., а также общепринятые принципы и нормы международного права. Соотношение норм различных отраслей российского
права в правовых отношениях в каждом конкретном случае зави20
сит от содержания и вида конституционного права или свободы, по
поводу которых они возникают.
История становления института правозащитной деятельности
как самостоятельного направления в юридической науке уходит
глубоко в прошлое. Существовал он и в римском праве1. До наших
дней этот институт дошел с существенными изменениями, так как
предназначение и направленность правовой защиты определяются
сущностью государства, его внешней и внутренней политикой, тем,
как оно намерено защищать своих граждан и как фактически оно
это делает. Недавняя наша история свидетельство тому, что в советское время была создана стройная система социально-правовой защиты. И, несмотря на то, что пенсии и пособия были невелики, этот
институт обеспечивал в основном потребности граждан. Именно это
привлекало представителей многочисленных комиссий из США,
Англии, Канады, Японии, из стран «третьего мира», которые прибывали в СССР с тем, чтобы изучать наработки в социальной сфере: сущность и содержание институтов по обеспечению в старости,
заботе о детях (в детских учреждениях), системы образования, медицинского обслуживания, занятости населения (кстати, этой у нас
фактически не существовало до 1991 г.). И надо сказать, что многие
социальные системы СССР и РСФСР сейчас с успехом внедрены за
рубежом. Они заставляли работодателя идти на затраты ради главного – выстоять в конкурентной борьбе и заработать на этом в будущем. Сейчас многие за рубежом, верно подчеркивают, что лучшее,
взятое из советского опыта, спасало их страны. К сожалению, когда
на Западе наши наработки совершенствовались, обновлялись, реально работали на ту часть населения, от которой зависело будущее
государства, у нас в это время в силу непродуманных реформ указанные системы деформировались, деградировали и вызывают все
в большей степени законное недовольство масс, сильное напряжение в обществе.
Развал некогда мощной экономики, всей социальной структуры,
разрыв традиционных взаимоотношений с народами, населяющими территорию, как Российской Федерации, так и всего СССР, значительный подрыв правоохранительной, финансовой, таможенной,
фискальной деятельности (касающейся интересов государственной
казны) с каждым днем усугубляют обстановку, взвинчивают ситуацию и влекут большие экономические и социально-правовые потрясения.
Безусловно, данная проблема самостоятельна и требует обязательных исследований, осмысливания причин происходящего, по21
иска путей выхода из сложившейся ситуации, нахождения ответа
на вопрос о том, как быть дальше, что нужно делать сегодня, завтра, в обозримом будущем. Но именно это и предопределяет актуальность становления института социально-правовой защиты прав
и свобод граждан.
В силу того, что права и свободы по своему значению, содержанию, роли в жизни человека различны (к примеру, реализация права на труд означает возможность получить рабочее место, а, следовательно, средства к существованию не только на этапе участия
в трудовых правоотношениях, но и будучи на пенсии, а право участия в выборах, даже реализованное, вряд ли сравнимо с первым).
Показ сущности, содержания и особенностей механизма правовой защиты конституционных прав и свобод граждан как в России,
так и за рубежом невозможен без исследования истоков и этапов
становления института правозащитной деятельности. Ретроспективный анализ нормативных актов (национальных и международно-правовых), относящихся к правозащитной деятельности, а также действующее российское, международное и зарубежное законодательство вышеуказанного назначения свидетельствуют о том, что
институт социально-правовой защиты прав и свобод граждан прошел несколько периодов становления, совершенствования.
Первым периодом, с нашей точки зрения, является период обоснования необходимости принятия элементарных правил сохранения самых сильных, приспособленных к тем условиям жизни человеческих особей. В этот период действует практически в любых
так называемых государственных формированиях, отбор имеющих
право на жизнь с первого дня появления на свет и до способности
человека приносить «эффективную» пользу для семьи, рода, общества. Понятно, что это были элементарные ростки так называемого института самозащиты рода, племени за счет больных, раненых,
престарелых соплеменников, родственников. Длился данный период фактически до завершения феодальных взаимоотношений и начала формирования капиталистических отношений. В силу этого
на более поздней стадии первого периода институт социально-правовой защиты пополняется такими положениями, как: сохранение
жизни пленных, порабощенных, установление различных видов ответственности за покушение на жизнь и здоровье, виды собственности. Однако в этот период шло только количественное накопление элементов института правозащитной деятельности. Качественный рост стал возможным только со сменой социально-экономической формации. Вначале родоплеменная формация была сметена
22
рабовладельческой, затем рабовладельческая – феодальной и, наконец, последняя – капиталистической. Несомненно, что на каждом этапе стадии первого периода становления, точнее, зарождения
истоков гуманных правил борьбы за жизнь человека, само его существование, происходили изменения, пересмотр, использование
опыта, накопившегося в других родах, племенах, государствах.
Самые примитивные были в родоплеменном строе, значительно новыми, эффективными по сравнению с первыми правилами человеческих взаимоотношений, стали способы и средства защиты прав,
свобод и интересов человека в рабовладельческих государствах и
наиболее гуманными, значимыми они стали в период существования феодальных отношений. Стоит отдельно подчеркнуть, что переход от одной стадии зарождения «института социально-правовой
защиты» прав, свобод и интересов к другой первого периода сопровождался постепенным отказом от примитивизма в пользу нового,
эффективного с тем, чтобы сохранить рабочие руки и те ценности,
которые ими создавались. В этот же период, начиная со стадии рабовладельческой, появляются первые ростки международных стандартов прав и свобод человека, которые от этапа к этапу каждого
периода становились все более полными и жизнеобеспечивающими.
Второй период – период зарождения основных элементов института правовой защиты прав, свобод и интересов граждан, как уже
упоминалось выше, начинается со сменой феодального строя и началом становления капиталистической социально-экономической
формации. Этот период характеризуется бурным ростом промышленности, механизации различных производственных циклов;
жаждой передела сфер влияния любой ценой; появлением многочисленных армий, укомплектованных сложной, дорогостоящей
техникой, оснащенных новыми разрушительными видами оружия;
вовлечением в вооруженные столкновения фактически всего населения соперничающих государств; способностью к полному уничтожению промышленного потенциала соперника. Указанные характерные особенности второго периода не могли не сказаться на сущности, содержании правозащитной деятельности, направленности
института социально-правовой защиты прав, свобод и интересов
граждан. Именно в этот период шло быстрое развитие тех составных частей института социально-правовой защиты прав, свобод и
интересов граждан, которые выходили на трудовые, жилищные,
имущественные правоотношения.
Особенно быстро и эффективно шло становление международного направления института правовой защиты прав, свобод и интере23
сов граждан. Начинается формирование эффективного механизма
защиты юридических и физических лиц с началом военного периода взаимоотношений. Появляются все новые законы и обычаи войны (сухопутной, морской, минной, воздушной)2. Второй период,
как и первый, также имеет свои этапы, стадии. Первый этап занял
время от смены феодальных отношений до 1917 г. – этапа появления социалистического государства, с иной направленностью социальных преобразований. Второй этап берет свое начало с 1917 г. и
завершается в 1949–1950 гг. – появлением социалистической системы. Третьим этапом второго периода считаем возможным признать
период с 1949–1950 гг. до 1985 г. – начала так называемой капитуляции СССР и умышленного, санкционированного международным капиталом развала всей социалистической системы.
Важность каждого из определенных нами этапов второго периода становления института правовой защиты прав, свобод и интересов граждан далеко не однозначна, имеет свои особенности, отличия, однако, общим для них является: стремление надежно защитить права власть имущих; не допустить социальных потрясений;
обеспечить будущее так называемых цивилизованных государств
за счет государств третьего мира, к которым с 1991 г. следует отнести Россию, бывшие республики СССР и государства, входившие
в социалистическую систему, кроме Китая и Кубы.
Главной особенностью второго периода становления института правовой защиты является выработка в основном его понимании международных стандартов прав, свобод и интересов человека.
Именно в этот период в подавляющем большинстве государств принимаются Конституции, в которых и закрепляются основные права
и свободы. Одновременно в международном масштабе государствами
принимаются конвенции, пакты, декларации и резолюции, обязывающие либо рекомендующие им уважать, соблюдать и охранять основополагающие права и свободы человека, такие как право на: жизнь,
труд, обеспечение в старости, образование, медицинскую помощь3.
Третий период, с нашей точки зрения, частично берет свое начало с 1917 г. и в силу этого совпадает со вторым и третьим этапами
второго периода становления института социально-правовой защиты конституционных прав, свобод и интересов граждан. Указанная
особенность наложения одного периода на другой предопределена
вначале появлением одного социалистического государства среди стран капиталистического мира, а затем возникновением целой
социалистической системы, которые и продолжали соревнование
в этой области вплоть до 199 1г., пока так называемые реформаторы
24
(старые и молодые), и не только в России, не создали «условия» для
утраты своими государствами суверенности и независимости (экономической, политической, военной).
На развитие и становление элементов института правовой защиты конституционных прав и свобод граждан в третьем периоде оказали воздействие внешняя и внутренняя политика, вначале Советского Союза, а затем государств социалистической системы. Значимость, направленность, содержание институтов социально-правовой защиты прав, свобод и интересов граждан социалистической
и капиталистической систем имели существенные отличия. Так,
в государствах социалистической системы, и прежде всего в Советском Союзе, социальная политика занимала ведущее место, а поэтому и институт социально-правовой защиты прав и свобод граждан как таковой в меньшей степени беспокоил большинство участников данного вида правоотношений. Вопросы реализации прав,
свобод и интересов в основном решались государством и профсоюзами, а в случае их нарушения, правоохранительными органами (милиция, прокуратуры, суды). Фактически отсутствовали проблемы
в части реализации права на труд, образование, отдых, медицинское обеспечение, обеспечение в старости, а, следовательно, и не было особой нужды в совершенствовании института социально-правовой защиты прав и свобод граждан.
Иное происходило в капиталистических государствах. Наличие
социалистической системы, с решенной в основном проблемой социального обеспечения, ликвидации безработицы, безграмотности населения, ежегодной диспансеризацией всего населения понуждали
государственные, общественные, правозащитные организации постоянно вносить коррективы в свои социальные программы, пополнять институт социально-правовой защиты прав, свобод и интересов
граждан все новыми и значительно точными положениями, предписаниями, способами и средствами правозащитной деятельности.
В это же время большое значение уделялось обучению граждан приемам, методам правовой самозащиты. Необходимо честно признаться, что суды и иные правоохранительные органы в этих государствах
работали и работают гораздо четче и быстрее и гораздо эффективнее
разрешали и разрешают возникающие коллизии во взаимоотношениях между участниками социально-правовых отношений.
Таким образом, третий период становления института правовой
защиты конституционных прав, свобод и интересов граждан в основе своей зависел от социальных преобразований, происходивших
в социалистических государствах и в значительной степени обязы25
вавших соответствующие инстанции в капиталистических государствах не доводить своих граждан до социальных бунтов, делиться с ними результатами их же труда. Одновременно следует подчеркнуть, что уровень социально-правовой обеспеченности граждан государств социалистической системы, конечно, желал быть гораздо
лучше, хотя по сравнению с нынешним периодом, о том уровне социально-правовой защиты населения остается лишь мечтать подавляющему большинству граждан не только Российской Федерации.
Третий период становления института правовой защиты конституционных прав, свобод и интересов граждан требует особого внимания и подхода и не только потому, что он частично совпадает со
вторым. Во-первых, это следует сделать в силу того, что его становление шло разными путями, с различной степенью интенсивности,
но при общей цели, направленности, – облегчить участь работающего, воздать должное утратившему способность трудиться, защитить детей, инвалидов, иные группы мало защищенных граждан.
Во-вторых, это необходимо сделать еще потому, что наработки ученых и практиков различных государств в данной области крайне
необходимы с тем, чтобы обеспечить сложение общих усилий на
повышении эффективности, отдачи правозащитной деятельности.
В-третьих, особенно для граждан России и других государств социалистической системы, их правозащитных инстанций, органов социального обеспечения, изучение особенностей становления института социально-правовой защиты конституционных прав, свобод
и интересов граждан важно тем, что в этих государствах повторяются проблемы, которые уже успешно разрешены в капиталистических государствах. К числу проблем относятся такие «радости»
демократических преобразований в России как безработица, утрата
жилья, платное обучение, медицинское обслуживание, непомерная
стоимость оплаты жилья, железнодорожных, воздушных перевозок, которые многим не дают возможность даже выехать на похороны родственников.
1 См.: Сode du travil. Nouvelle edition 1992. Prat / EVROPA, EDITEUR 34, rue
Truffat – 75017 Paris, 1992; Бартошек М. Римское право / пер. с чеш. М., 1989. С.
368–379.
2 Международное право. Ведение боевых действий. Сборник Гаагских конвенций и иных соглашений. МККК. М., 1995; Кальсховен Ф. Ограничения методов и
средств ведения войны. МККК. М., 1994; Женевские конвенции от 12 августа 1949
г. и дополнительные протоколы к ним. МККК. М., 1997.
3 Права человека. Международный билль о правах человека. ООН. Нью-Йорк,
1995; М., 1997; Конвенция о правах человека ООН. Нью-Йорк, 1991; Основополагающие принципы движения Красного Полумесяца. МККК. М., 1996.
26
БАБУРИН С. Н.
доктор юридических наук, профессор, Президент Ассоциации
юридических вузов, Президент Славянской академии наук, образования,
искусств и культуры, главный научный сотрудник ИСПИ РАН,
профессор Московского университета им. С. Ю. Витте, заслуженный
деятель науки Российской Федерации
МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЕ И КОНСТИТУЦИОННОЕ
ОТРАЖЕНИЕ НАРАСТАЮЩЕГО КРИЗИСА ГУМАНИЗМА
B самом начале 2016 года произошло событие, которое знаменует
начало новой эпохи человеческой истории. 12 февраля 2016 г. в Гаване впервые за всю историю христианства встретились Папа Римский
и Святейший Патриарх Московский и всея Руси. Папа Франциск и
Патриарх Кирилл по итогам встречи подписали Совместное заявление, суть которого воплотилась в словах: «Этот мир, в котором стремительно подрываются духовные устои человеческого бытия, ждет
от нас сильного христианского свидетельства во всех областях личной и общественной жизни» (п. 28 Совместного заявления)1.
Предстоятели подчеркнули, что Европа нуждается в верности своим христианским корням, дабы она смогла сохранить «свою душу,
сформированную двухтысячелетней историей»2. Как ни вспомнить,
что в проекте Европейской конституции, которую чуть не приняли
в 2004, о христианском прошлом Европы «толерантно» не упомянули.
В начале ХХI века есть все основания говорить о наличии международно-правовых и национально-конституционных признаков
кризиса гуманизма. Но вначале о самом гуманизме. Пришествие
в человеческое общество гуманизма – это, конечно, эпоха Возрождения, устранившая Бога и основанную на его существовании нравственность из сферы человеческих отношений.
В современную эпоху, которую почему-то называют научной, гуманизм опирается на эклектическую смесь идей и представлений,
сконцентрированных на вере в высшую ценность и самосовершенствование человеческой личности. При этом, как уверен, например,
Эрих Фромм, не человек должен приспосабливаться к обществу,
а общество должно считать удовлетворение человеческих потребностей нормой своего существования. Говоря о существовании совместного гуманистического опыта, Э. Фромм видит его в том, что
«каждая отдельная личность несет в себе всё человечество, что «человеческая ситуация» одинакова для всех людей. «Этот гуманистический опыт состоит в ощущении, что мне не чуждо ничто человеческое, что «я есть ты», что я могу понимать другое человеческое
27
существо, поскольку в нас обоих имеются элементы человеческого
существования»; человек ощущает, что «несет в себе всё, чем было
человечество и чем оно станет в будущем»3.
Гуманизм, при всех философских различиях в понимании этого явления, предстает нам как «демократическая, этическая жизненная позиция, утверждающая, что человеческие существа имеют
право и обязанность определять смысл и форму своей жизни. Гуманизм призывает к построению более гуманного общества посредством этики, основанной на человеческих и других естественных
ценностях, в духе разума и свободного поиска, за счет использования человеческих способностей. Гуманизм не теистичен и не принимает «сверхъестественное» видение реального мира»4.
Это определение гуманизма в Уставе Международного гуманистического и этического союза, занимающегося с 1952 года пропагандой идей гуманизма, атеизма, рационализма, светского общества, скептицизма, свободомыслия, этичности, содействующих, по
планам членов союза, развитию и становлению нетеистического общества. Штаб-квартира союза – в Лондоне.
Именно такой нормативный, по определению Э. Фромма, гуманизм и получил ныне своё конкретное закрепление в международном праве. Ещё на заре ХХ века, и даже в Женевской и Гаагской
конвенциях, право и интересы конкретных людей государствами полностью игнорировались. Как записали «великие державы»
в Декларации об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль, «единственная законная цель, которую должны иметь
государства во время войны, состоит в ослаблении военных сил неприятеля; для достижения этой цели достаточно выводить из строя
наибольшее, по возможности, число людей»5. В 14 пунктах Вудро
Вильсона, положенных в основу Версальского мироустройства после первой Мировой войны, правам человека и гуманизму как феномену места не нашлось.
Лишь при создании ООН, с завершением второй Мировой войны,
гуманизм вышел на передний план мировой политики. Устав ООН
начинается утверждением, что Объединенные Нации преисполнены решимости «вновь утвердить веру в основные права человека,
в достоинство и ценность человеческой личности, в равноправие
мужчин и женщин и в равенство прав больших и малых народов»6.
10 декабря 1948 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла Всеобщую декларацию прав человека, которая и ныне остается вершиной гуманистической мысли, воплощением политико-правовой и
нравственной гармонии ценностей человеческого общества, прин28
ципы которой восходят к религиозным принципам всех без исключения народов.
К началу ХХI века положения Всеобщей декларации 1948 года
окончательно стали интерпретироваться англо-атлантическими идеологами иначе, чем Декларация была задумана. Определяющим признаком кризиса гуманизма стало его отождествление с секуляризмом.
Деградация гуманистических ценностей пошла по двум направлениям: через отрицание семьи или изменение её сути, и через отрицание нравственности. Уже в Конвенции о защите прав и основных свобод человека, подписанной государствами – членами Совета
Европы 4 ноября 1950 г., были заложены секулярно-гуманистические подходы, реально выходящие за рамки Всеобщей декларации
прав человека 1948 года. Ст. 8 Конвенции: «Каждый имеет право
на уважение его частной и семейной жизни... Вмешательство публичной власти в осуществление этого права не допускается»7. Ст. 9
Конвенции, подтвердив право на свободу мысли, совести и религии,
предусмотрела ограничения, которые могут устанавливаться законом и «необходимы в демократическом обществе в интересах общественного спокойствия, охраны общественного порядка, здоровья и
нравственности, или для защиты прав и свобод других лиц»8. На
практике, отказавшись от религиозных и культурно-нравственных
ограничений, случаи противоречия нравственности стали именовать понятием «нетрадиционный».
Итак, первый принцип гуманистического секуляризма: Бога
нет, человек есть мера всех вещей, в котором Сократу принадлежит
лишь вторая часть формулы, стал использоваться сугубо рационалистично. Как это записали в Парижской хартии для Новой Европы
от 21 ноября 1990 г., «Права человека и основные свободы с рождения принадлежат всем людям, они неотъемлемы и гарантируются
законом. Их защита и содействие им – первейшая обязанность правительства. Их уважение – существенная гарантия против обладающего чрезмерной властью государства. Их соблюдение и полное
осуществление основа свободы, справедливости и мира»9.
Однако права и потребности человека достаточно быстро стали
толковаться эгоистично, как вседозволенность личности. Наиболее
ярко это нашло выражение в проблеме однополой любви. Гомосексуализм, начавшийся ещё в глубокой древности как сексуальное
развлечение и проявление моральной распущенности, в конце XX
века стал претендовать на включение в неотъемлемые права человека. Нетрадиционность сделали культом, олицетворением толерантной демократии. Такова позиция ПАСЕ.
29
«Все права человека универсальны, неделимы, взаимозависимы
и взаимосвязаны. Международное сообщество должно относиться к правам человека глобально, на справедливой и равной основе,
с одинаковым подходом и вниманием. Хотя значение национальной и региональной специфики и различных исторических, культурных и религиозных особенностей необходимо иметь в виду, государства, независимо от их политических, экономических и культурных систем, несут обязанность поощрять и защищать все права
человека и основные свободы» (п. 5 Венской декларации и Программы действий от 25 июня 1993 г.). В толковании ПАСЕ эта и подобные нормы европейского права легализуют многие социальные отклонения, в том числе однополые браки.
Возьмите ст. 16 ч.3 «Семья является естественной и основной
ячейкой общества и имеет право на защиту со стороны общества и
государства». Но решения ЕСПЧ и ПАСЕ о равноправии однополых
семей вывернули европейскую мораль наизнанку. Не случайно первосвященники двух основных церквей христианства вынуждены
ныне в своем Совместном заявлении подчеркивать: «20. Семья основана на браке как акте свободной и верной любви между мужчиной
и женщиной. Любовь скрепляет их союз, учит их принимать друг
друга как дар. Брак – это школа любви и верности. Мы сожалеем,
что иные формы сожительства ныне уравниваются с этим союзом,
а освященные библейской традицией представления об отцовстве и
материнстве как особом призвании мужчины и женщины в браке
вытесняются из общественной жизни»10.
Задам непростой и для современной России вопрос: как согласуется ч. l ст. 6 Конвенции о правах ребенка от 20 ноября 1989 г. «Государства-участники признают, что каждый ребенок имеет неотъемлемое право на жизнь»11 с производством абортов, не вызванных
медицинскими показаниями?
Кризис гуманизма в его секулярном варианте нашел отражение
в современных конституциях отдельных государств, в том числе
в Конституции Российской Федерации 1993 года. Ст. 2 Конституции закрепила только приоритеты неолиберализма, записав: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина
обязанность государства».
В 2006 году Х Всемирный русский народный собор принял Декларацию о правах и достоинстве человека, подтвердив ключевой
принцип: «Человек как образ Божий имеет особую ценность, которая не может быть отнята. Она должна уважаться каждым из нас,
30
обществом и государством. …Права человека имеют основанием
ценность личности и должны быть направлены на реализацию ее
достоинства. Именно поэтому содержание прав человека не может
не быть связано с нравственностью».
Декларация особо подчеркнула, что существуют ценности, которые стоят не ниже прав человека. Это такие ценности как вера,
нравственность, святыни, Отечество»12. К сожалению, российское
государство, да и всё ещё пропитанные нигилизмом формально самые разные политические силы до сих пор не обращают внимания
на этот призыв православной общественности.
Другой пример конституционного выражения кризиса гуманизма. В Российской Федерации признается идеологическое многообразие. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве
государственной или обязательной (ст. 13 Конституции РФ). Если
вдуматься, то российская Конституция уравняла добро и зло. Закрепила нигилизм как конституционный принцип. А нигилизм
приведет к гибели любое общество.
Можно ли конституционную норму сформулировать иначе? И
можно, и нужно! Разительно отличается в лучшую сторону от российской ситуация белорусская. В ст. 4 Конституции Республики
Беларусь, посвященной аналогичной проблеме, записано: «Демократия в Республике Беларусь осуществляется на основе многообразия политических институтов, идеологий и мнений. Идеология
политических партий, религиозных или иных общественных объединений, социальных групп не может устанавливаться в качестве
обязательной для граждан»13. Это – образец продуманности борьбы
против любой идеологической монополии при обеспечении духовно-мировоззренческой цельности общества.
Когда Президент России В. В. Путин провозглашает, что российская идеология – это патриотизм, он принципиально прав, хотя его
позиция не основывается на Конституции.
Именно Россия выступает сегодня последним оплотом прав и достоинства человека, закрепленных в международных пактах о правах человека. Главное, что незамедлительно необходимо делать, –
укреплять православные основы нашего советского государства.
Тогда Россия спасется, а значит, она спасет и Мир.
1 Совместное заявление Папы Римского Франциска и Святейшего патриарха
Кирилла // Славяне: Журнал международной Славянской академии. 2016, весна.
С. 9.
2 Там же. С. 8.
3 Фромм Э. Душа человека (пер. c нем.). М.: Республика, 1992. C. 68.
31
4
5
URL: lheu.org/IHEU Minimum Statement on Humanism.
Декларация об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль, заключенная в С.-Петербурге 29 ноября (11 декабря) 1868 г. // Ф. Лист. Международное право в систематическом изложении. Пер. В. Э. Грабаря. Юрьев (Дерпт), 1917.
C. LXXXVII.
6 Устав Организации Объединенных Наций // Действующее международное
право: В 3 т. / сост. Ю. М. Колосов и Э. С. Кривчикова. Т. 1. М.: Изд-во МНИМП,
1996. С. 7.
7 Устав Организации Объединенных Наций // Действующее международное
право: В 3 т. / сост. Ю. М. Колосов и Э. С. Кривчикова. Т. 2. C. 111.
8 Там же. С. 112.
9 Устав Организации Объединенных Наций // Действующее международное
право: В 3 т. / сост. Ю. М. Колосов и Э. С. Кривчикова. Т. 1. C. 42.
10 Совместное заявление Папы Римского Франциска и Святейшего патриарха
Кирилла // Славяне. С. 9.
11 Там же. Т. 2.С. 50.
12 URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/103235.html.
13 Конституция Республики Беларусь от 24 ноября 1996 года // Конституции государств Европы: В 3 т. Т. 1 / под ред. Л. А. Окунькова. М.: НОРМА, 2001. С. 299.
ЛУКАШЕВА Е. А.
член-корреспондент PAH, доктор юридических наук, главный научный
сотрудник Института государства и права РАН
МЕЖДУНАРОДНЫЕ ПАКТЫ О ПРАВАХ ЧЕЛОВЕКА:
ИТОГИ КОМПРОМИССА
Принятие Международных пактов о правах человека – огромное
историческое событие в социокультурном развитии человечества.
В преамбулах к Пактам сформулированы универсальные принципы,
которые призваны обеспечить свободное развитие человека, создание
нормальных условий его жизнедеятельности, реализацию прав и свобод, обязанность государств поощрять всеобщее уважение и соблюдение прав и свобод человека. Признание достоинства, присущего всем
членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав человека
является основой свободы, справедливости и всеобщего мира.
Принятию Международных пактов предшествовала длительная и трудная борьба, выражавшая противостояние систем, основанных на различных принципах организации экономического,
политического, социального, культурного устройства. Права человека – индикатор деятельности этих систем, раскрывающий взаимоотношения человека и государства, степень свободы человека, и,
в конечном счете, персоноцентристский либо системоцентристский
характер общества.
Известно, что Всеобщая декларация прав человека также принималась непросто. Но этот документ был принят в 1948 г., когда
32
еще в памяти поколения были живы воспоминания об ужасах Второй мировой войны.
В Преамбуле Декларации подчеркивалось, что пренебрежение
и презрение к правам человека привели к варварским актам, возмущающим совесть человечества. Поэтому необходимость создания
такого мира, в котором люди будут иметь свободу слова и убеждений и будут свободны от страха и нужды, провозглашалась как высокое стремление людей.
Всеобщая декларация была принята через 3 года после окончания войны как рекомендательный документ, который не был подписан Советским Союзом в связи с его несогласием по ряду позиций,
противоречащих социалистическому подходу к природе, назначению и сущности прав человека.
Международные пакты принимались в сложной обстановке обострения отношений между Советским Союзом и Соединенными
Штатами. Известно, что после принятия Декларации Генеральная
Ассамблея ООН поручила Комиссии по правам человека разработать единый Пакт, включающий всю систему прав человека – не
только гражданских и политических, но и экономических, социальных, культурных. На пятой сессии Генеральной Ассамблеи был
рассмотрен проект Пакта, включавший только гражданские и политические права. Советский Союз выразил несогласие с такой позицией, настаивая на включении в проект экономических, социальных и культурных прав. США считали, что достаточно включить
права гражданские и политические, поскольку экономические и социальные притязания не являются правами, подлежащими судебной защите.
В 1952 г. Генеральная Ассамблея приняла резолюцию по подготовке двух пактов – Пакта о гражданских и политических правах
и Пакта об экономических, социальных и культурных правах. Обсуждение проектов этих пактов заняло длительное время (около 20
лет) и только 16 декабря 1966 г. оба проекта были одобрены Генеральной Ассамблеей ООН.
Столь длительное обсуждение и острые дискуссии были закономерны, поскольку в них отразилась несовместимость двух концепций прав человека либеральной и социалистической. Речь шла не о
частных расхождениях, а о принципиальных позициях двух подходов. В чем состояло различие либеральной и социалистической
концепций?
1. Либеральная концепция прав человека возникла и развивалась в условиях европейской цивилизации с ее высокой гуманисти33
ческой культурой. Она продолжила социокультурные традиции, зарождавшиеся в древнегреческой философии, развитые в Средневековье, оформившиеся в трудах великих мыслителей Ж.-Ж. Руссо,
Ш.-Л. Монтескье, Г. Гроция, Б.
Спинозы, Т. Гоббса, Дж. Локка и др. Идеологическая основа либеральной концепции – это естественно-правовое учение. Эта доктрина выдвигала идеи, согласно которым права свободной личности
принадлежат каждому человеку от рождения. Эти права неотчуждаемы и неотъемлемы. Обеспечение естественных прав человека –
это не только способ гарантирования свободы и автономии индивида, но и условие преуспевания общества, разумности его государственного устройства, моральности права, политики и власти.
Социалистическая концепция прав человека, основанная на
утопических постулатах марксистско-ленинской теории, решительно отвергала естественно-правовой подход к правам человека.
В качестве основного условия обеспечения прав человека она считала классовую борьбу, которая должна завершиться насильственной революцией и установлением диктатуры пролетариата. Нет и не
может быть никакого равенства между трудящимися и эксплуататорскими классами. Последние подлежат полному исключению из
политической и экономической жизни. Государство определяет, какие классы и в каком объеме будут наделены правами.
Само понятие диктатуры пролетариата несовместимо с идеей прирожденных, естественных прав человека. «Научное понятие диктатуры, писал В. И. Ленин, – означает не что иное, как ничем не ограниченную, никакими законами, никакими абсолютно правилами не
стесненную непосредственно на насилие опирающуюся власть»1.
Режим, установленный после октябрьского переворота, отверг
главные демократические ценности – свободу, господство права,
права человека, правовое государство. Авторитаризм, полное нивелирование индивидуальности и самобытности, отрицание прав человека на свободу мнений и убеждений стали универсальными правилами новой жизни.
Проблема человека, его свободы была одной из наиболее уязвимых
мест в марксистском учении. Основоположники были непримиримы
к завоеваниям буржуазных революций. Вместе с тем, у них встречается и высокая оценка прав человека «в той форме, какую они получили у североамериканцев и французов, открывших эти права»2.
Социалистическая концепция не оставалась неизменной. В период 70–80-х гг. она была существенно скорректирована с учетом
изменения ситуации в стране. Но гражданские и политические пра34
ва, несмотря на их провозглашение в Основном законе, продолжали
оставаться формальными.
Диктатура пролетариата в качестве основной ценности советского режима сохранялась в стране и в ее Основных законах 60 лет.
Только Конституция 1977 г. исключила диктатуру пролетариата из
политического обихода.
2. Либеральная концепция прав человека (права первого поколения) разделила их на права человека и права гражданина. Гражданские права охватывали сферу личной свободы человека и включали собственность, свободу делать всё, что не наносит вреда другим, неприкосновенность личности, жилища, бумаг, имущества,
право на публичное рассмотрение его дела судом. Декларация независимости 1776 г. к таким правам относит не только жизнь и свободу, но и «стремление к счастью». Декларация прав человека и гражданина 1789 г. – «свободу, собственность, безопасность и сопротивление угнетению».
Буржуазные революции осуществлялись с целью устранения сословных ограничений феодального строя и создания простора для
развития капиталистической экономики. Поэтому индивидуальная
свобода в раннебуржуазных теориях (т. е. сфера личных прав) определялась как истинная, а политическая – как гарантия свободы индивидуальной. Речь по сути дела шла об установлении границ деятельности государства, которое не должно вмешиваться в сферу личной свободы, в частности в сферу экономической деятельности. Такую позицию занимали Б. Констан, Дж. Локк, А. де Токвиль и др. По
мнению B. Гумбольдта, государство должно ограничить себя в той
сфере, которая затрагивает частную жизнь граждан и определяет
меру их свободной и беспрепятственной деятельности. Чем большее
воздействие оказывает государство, тем более «сходными становятся люди, исчезает их индивидуальность и своеобразие. … Слишком
пространная забота государства о гражданах наносит большой вред
энергии деятельности и моральному характеру людей»3.
Раннебуржуазные учения отрицали социальную роль государства, поскольку в новых политических и экономических условиях
каждый человек должен сам заботиться о своем благосостоянии,
реализации своих индивидуальных интересов.
Социалистическая концепция прав человека путь к свободе личности и всеобщей свободе видела в преодолении индивидуализма,
в растворении личности в государстве, а индивидуальных интересов – в классовых. Сведение разнообразных индивидуальностей, их
чувств и помыслов к классовым интересам – одно из важных зве35
ньев марксистского учения, определяемое стремлением сделать, человека «рядовым существом» нивелируя его индивидуальность и
неповторимость.
Основоположники марксизма не признавали деления прав, завоеванных буржуазной революцией, на права человека и гражданина. По их мнению, права человека как члена гражданского общества формируют «ограниченного», замкнутого в себе индивида.
Марксистское учение не оставляет места для индивидуальных прав
и интересов, развивающихся в гражданском обществе.
Такие права являются «эгоистическими» и поощряют частные
интересы и желания вопреки интересам общества. Поэтому надо
устранить индивидуальную сферу жизни человека и превратить его
в «родовое» существо. Человек не должен «выбиваться» из «рода»;
в коллективе (политическом и социальном) человек должен стать
«винтиком» новой политической системы. Заботясь о свободе и счастье человечества, классики марксизма забывали самого человека
с его потребностями и интересами. Вхождение человека в «род» становится определяющей силой, которая приведет единомыслящий
пролетариат к социалистическому обществу, подлинной эмансипации. Этим обусловлена резкая критика гражданского общества,
в котором человек «действует как частное лицо, рассматривает других людей как средство, низводит себя самого до роли средства и
становится игрушкой чуждых сил»4. Критика Марксом «так называемых прав человека», существующих в гражданском обществе,
имела целью подвести теоретическую основу под «обобществление
человека, его слияние с государством».
Реализация этих установок при социализме правела к поглощению гражданского общества государством, а человек, которому навязывались новые убеждения и ценности, растворялся в коллективе, утратив право на самобытность и автономию. П. И. Новгородцев
отметил, что такая конструкция «была законченной и замкнутой
системой абсолютного коллективизма», которая видела весь смысл
жизни человеческой – в практике общественных отношений»5.
3. Согласно либеральной концепции прав человека одной из важнейших составляющих гражданского общества является частная
собственность как священное и неприкосновенное право человека.
Для марксистского учения частная собственность – основное зло,
подлежащее немедленному уничтожению после победы социалистической революции. С обобществления и централизации производства начинаются социалистические преобразования. Установление государственной собственности и жесткого руководства ею со
36
стороны властных структур привело к разрушению гражданского
общества, устранению свободных форм производства и обмена, исключению свободы выбора индивидом сферы и характера своей деятельности.
Исторический опыт убедительно показал всю утопичность идеи
создания свободного общества путем уничтожения частной собственности, ликвидации рыночных отношений, поглощения государством гражданского общества.
4. Противостояние позиций либеральной и социалистической
концепций прав человека проявилось в различной оценке значимости прав первого поколения (гражданских и политических) и прав
второго поколения (экономических, социальных, культурных). Либеральная концепция придавала первостепенное значение гражданским и политическим правам, считая права ‚второю поколения вторичными, либо вовсе отрицая их. Это характерно было для
ранних стадий развития либеральной модели прав человека, когда
упор делался на собственные силы человека, который своим трудом
должен был добиться благосостояния для себя и своей семьи. Однако по мере развития Капитализма обнаружилось резкое расслоение
общества, началась борьба рабочего класса за свои права, за социальное реформирование.
Господствующие классы вынуждены были идти на уступки, опасаясь революционного взрыва, социальных катаклизмов. Поэтому уже во второй половине XIX в. возникли идеи социального реформирования общества, связанные с необходимостью обеспечения
прав второго поколения.
Но эти идеи встретили и продолжают встречать резкое противодействие сторонников невмешательства государства в экономику,
поскольку социальная деятельность государства ведет к нарушению «справедливости» свободного рынка, порождает слой пассивных людей, уповающих на помощь государства и не желающих активно включаться в состязание и конкуренцию свободного рынка.
5. Социалистическая концепция прав человека отводила первостепенную роль экономическим, социальным и культурным правам граждан. Преодолев ужасы гражданской войны и военной интервенции, государство осуществило индустриализацию и сумело
обеспечить бесплатное образование‚ бесплатное медицинское обслуживание, социальное обеспечение, ликвидировать безработицу. И
хотя эти права были гарантированы на минимальном уровне, они
сыграли важную роль в изменении общественного сознания народа,
поддержке власти.
37
Обеспечение гражданских и политических прав в условиях тоталитарного строя было нереально. Массовые репрессии несовместимы с правом человека на жизнь, на достоинство, неприкосновенность личности, судебной защитой его прав и интересов. В стране
сохранялись выборы без выбора, свобода слова, печати, право на
проведение митингов, собраний, уличных шествий и т. д., которые
носили формальный характер, инакомыслие жестоко пресекалось.
И либеральная, и социалистическая концепции установили своего рода иерархию системы прав человека. Это была ошибочная позиция обеих сторон, поскольку все права и свободы равноценны и
никакой вид прав не может обладать приоритетом перед другими
правами.
В статье обозначены лишь наиболее принципиальные расхождения рассматриваемых концепций. В процессе работы над Пактами
дискуссии возникали практически по формулировке любой статьи
этих документов. При оценке значимости этих документов невольно
возникает вопрос: как при таких диаметрально противоположных
позициях возможно было их принятие? Тем более, что мир уже находился в состоянии «холодной войны», и отношения между Советским
Союзом и США крайне обострились. Активно действовали пропаганда и контрпропаганда, в центре которых находилась проблема прав
человека. США и Советский Союз выдвигали взаимные обвинения
в нарушении прав человека. Однако принятие Международных Пактов явилось огромной победой коллективного человеческого разума
основанного на осознании опасности, связанной с обострением международной ситуации, гонкой вооружения, атомной угрозой.
Положение облегчалось тем, что уже была принята Всеобщая декларация прав человека, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (4 ноября 1950 г.). Вместе с тем, нельзя не
оценить способность ведущих держав мира идти на компромиссы,
поскольку они не забывали главного – предотвратить возможность
новой мировой войны. Так, Советский Союз принял после упорного противодействия естественную концепцию прав человека. После
распада СССР идея прирожденных неотчуждаемых прав была провозглашена в Конституции РФ 1993 г.
Зарубежные государства под давлением Советского Союза и других
социалистических стран исключили из Пактов фундаментальные положения о праве каждого владеть собственностью и о запрете насильственного произвольного лишения этого права6. Достигнут компромисс относительно принятия Пакта об экономических, социальных и
культурных правах. Генеральная Ассамблея OOH B резолюции 421/V
38
подчеркнула необходимость включения в Пакты таких прав, поскольку их отсутствие у индивида ограничивает свободу человека.
Разумеется, наивно было полагать, что принятие Международных
пактов изменило мировоззрение их участников. Они отстаивали свои
позиции и после принятия Пактов, и права человека продолжали находиться в центре идеологической борьбы. Споры о состоянии прав
человека велись непрерывно. Отечественные ученые по-прежнему
утверждали, что в советском обществе права человека не только соответствуют Международным пактам, но и намного превосходят их.
В печати упоминания о Пактах были крайне редки, их не популяризировали. Характерно, что когда Институт государства и права
РАН подготовил в начале 80-х годов небольшую справочную брошюру «Международные пакты о правах человека и советское законодательство», один из отделов МИД СССР приостановил ее издание, ссылаясь на нецелесообразность, поскольку граждане, ознакомившись
с Пактами, будут обращаться с жалобами в международные органы.
Работа вышла в свет только в начале перестройки в 1986 г.
Права человека – вечная проблема человечества. Вокруг них
всегда велась и продолжает вестись острая борьба различных социальных сил, и ни одно демократическое государство, ни международное сообщество не существовали без целенаправленных усилий,
связанных с обеспечением и защитой прав человека. И это понятно, поскольку права человека – это своего рода «путеводитель человечества», дающий ориентиры обеспечения свободы и достоинства
человека, упорядочения общественных отношений в глобальном и
региональном масштабах. Поэтому для утверждения прав человека
и в отдельных государствах, и в международном сообществе нужны
компромиссы, взаимные уступки, верность взятым на себя обязательствам. К сожалению, современное международное сообщество
утрачивает терпимость, способность к взаимным уступкам, компромиссам. Это тем более важно в XXI веке, поставившем перед человечеством новые вызовы, на которые нет согласованных ответов.
Эти вызовы вновь выводят на права человека – право на жизнь, на
безопасность, свободу, взаимное уважение и обеспечение достоинства человека и народов, недопустимость нарушения суверенитета.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 41. C. 385.
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 125–126.
3 Гумбольдт В. Язык и философия культуры. М., 1985. С. 34–37.
4 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. C. 390–391.
5 Новгородцев П. И. Об общественном идеале. М., 1991. C. 214.
6 Карташкин В. А. Права человека: международная защита в условиях глобали-
зации. М., 2009. C. 34.
39
БОЕР В. М.
проректор по учебно-воспитательной работе
ГУАП, декан юридического факультета,
заведующий кафедрой правоведения и таможенного
дела, доктор юридических наук, профессор,
заслуженный юрист Российской Федерации,
почетный работник ВПО Российской Федерации
ПОРЯДОК И ОСОБЕННОСТИ ОБЕСПЕЧЕНИЯ
РЕАЛИЗАЦИИ И ЗАЩИТЫ ЛИЧНЫХ ПРАВ
И СВОБОД ГРАЖДАН
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Согласно результатов исследования нормативной и источниковедческой баз, имеющих прямое отношение к конституционно-правовому статусу граждан Российской Федерации практически ни
в одной из них нет противоречия тому, что в состав указанного статуса входят права и свободы, как важнейшая его составная часть1.
Авторы различных источников солидарны во мнении, что конституционные права и свободы граждан, входящие в состав конституционно-правового их статуса делятся на: личные, политические, социально-экономические, социально-культурные. Правда, в работе
профессора Глущенко П. П. представлены еще и юридические права – гарантии человека и гражданина2. В учебнике под редакцией
Кокотова А. Н. и Кукушкина М. И. политические права представляются идентичными публичным, экономические, – социальноэкономическими, а социально-культурные, – духовно-культурными3. Автор в этом не усматривает значительного отличия, правда
в названии, а не в классификации и, тем более в содержании, о чем
будет сказано ниже. Профессор Баглай М. В. предпочитает рассматривать отдельно социальные и культурные права4, что также не
вызывает как-либо отрицания, не согласия со стороны автора выпускной квалификационной работы.
Разобравшись с видами прав и свобод входящих в конституционно-правовой статус граждан Российской Федерации исследуем точки зрения ученых и практиков на их классификацию и главное, на
содержание, механизм обеспечения реализации и защиты. Начнем
с классификации личных прав и свобод граждан. Практическое
единодушие имеют место в отнесении к личным правам, таких как:
право на жизнь (п. 1 ст.20 Конституции РФ); право на достоинство
(п. 1 ст. 21 Конституции РФ); право на безопасность (п. 2 ст. 21 Конституции РФ), однако мы убеждены, что вернее, обоснованнее счи40
тать не право на безопасность, а право на недопустимость применения насилия, унижающего человеческое достоинство5. К сожалению, отступление от данного права имеют место повседневно и
даже в процессе задержания, содержания в местах содержания, отбытия наказания; право на свободу и личную неприкосновенность
(п. 1 ст. 22 Конституции РФ); право на неприкосновенность частной
жизни, личную и семейную тайну, защиту чести и доброго имени
(п. 1 ст. 23 Конституции РФ); право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (п. 2
ст. 23 Конституции РФ); право на ознакомление с документами и
материалами, непосредственно затрагивающими права и свободы
(п. 2 ст. 24 Конституции РФ); право на неприкосновенность жилища (ст. 25 Конституции РФ); право на определение и указание своей
национальной принадлежности (п.1 ст. 26 Конституции РФ); право
на пользование родным языком (п. 2 ст. 26 Конституции РФ); право
свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства
(п. 1 ст. 27 Конституции РФ); право свободно выезжать за пределы Российской Федерации и беспрепятственно возвращаться (п. 2
ст. 27 Конституции РФ); свобода совести и вероисповедания (ст. 28
Конституции РФ); свобода мысли и слова (п. 1 ст. 29 Конституции
РФ); право на информацию (п. 4 ст. 29 Конституции РФ).
Не отрицая обоснованности отнесения к личным правам и свободам
все выше представленные, считаем уместным заметить, что к личным
правам необходимо относить право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции РФ) ибо без этого права, право на жизнь просто пожелание. Более того в последнее время именно это право вызывает обоснованные
претензии, а именно: а) отсутствие медикаментов, особенно тех, без которых больные не способны воспользоваться правом на жизнь; б) так
называемая оптимитизация завершается сокращением медицинских
учреждений, работников, невозможностью воспользоваться скорой,
неотложной медицинской помощью, оставлением тяжело больных
лишь на соучастие в их излечении граждан, сборов денежных средств.
Убеждены также в том, что право на объединение, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов обязано
быть отнесено к личным правам, ибо «2. Никто не может быть принужден к вступлению в какое-либо объединение или пребывать в нем
(ст. 30 Конституции РФ). Отдельные представленные личные права и
свободы граждан Российской Федерации имеют к сожалению значительные отличия, в части касающихся провозглашения, звучания и
понимания, применения как в процессе их реализации, так, особенно
при их защите, восстановлении.
41
Часть 2 ст. 22 Конституции РФ, как нам представляется, необоснованно исключается практически всеми учеными и практиками
из права на свободу и личную неприкосновенность, а ведь в ней имеют место проблемы и значительное число вопросов. Первый, относительно того, что арест, заключение под стражу и содержание под
стражей допускаются только по судебному решению, почему вдруг
отменяется необходимость судебного решения и представляется
возможность подвергнуть человека задержанию на срок более 48
часов. Указанная раздвоенность в одной и той же части, одной и той
же статьи позволяла и позволяет часть 1 ст. 22 Конституции понимать и исполнять так, как это к сожалению понимается правоохранительными органами и, бороться с ними практически невозможно. Ответ на вопрос, а почему так, чаще всего звучит – не обязывать
же судей дежурить по ночам. Дежурят же адвокаты, вправе предусмотреть и дежурство судей, либо задержание до судебного решения
не должно превышать 24 часов. Получается звучание части 1 ст. 22,
отвергается и отменяется частью 2-ю этой же статьи.
Сложно согласиться с тем, что обеспечивается пунктуальное соблюдение содержания ст. 23 Конституции РФ в целом, в силу того,
что наличие современной техники и, необходимость своевременного пресечения тяжких преступлений, особенно террора влечет так
называемую забывчивость получения «судебного решения» для использования ограничения просматривать, прослушивать. В современных магазинах имеют место различные технические приспособления, позволяют легко обходить рассматриваемое нами конституционное право каждого гражданина России.
Множество вопросов вызывает и практика реализации гражданскими содержания ст. 24 Конституции РФ причем, не только ее второй части, ведь первая часть имеет не менее важное значение для
граждан. Вчитаемся в ее содержание: «1. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица
без его согласия не допускается». Каким образом необходимо оценивать деятельность органов государственной власти, местного самоуправления, их должностных лиц не обеспечивающих граждан
возможность ознакомления с документами, материалами, пасквилями непосредственно затрагивающими их права и свободы, с одновременным их «разглашением, ознакомлением» других лиц? Естественно, что необходимо всю статью относить к праву граждан на
недопущение оглашения, использования любых сведений о них до
ознакомления их с ними. Приводим конкретный пример, судебный
пристав К. получив информацию о якобы имевшем место наруше42
нии правил индивидуальной торговли фруктами гражданкой И.
направляет информацию об указанном администрации учреждения где она работает.
Вместо того, чтобы руководствуясь ст. 24 Конституции РФ разобраться в происшедшем, гражданку выставили на «показ». По прошествии времени и, только после обжалования «действия» судебного пристава, администрации стало известно, что она никакого отношения к деянию не имеет. В данной ситуации, в отличие от содержания ст. 22 Конституции РФ претензий к ст. 24 нет, имеются
к ее пониманию и особенно, к исполнению. Следует, на наш взгляд,
акцентировать внимание на то, что 24 ст. чаще всего нарушается
в период аттестации военнослужащих, государственных гражданских служащих, муниципальных служащих посредством того, что
нередко «забывают» ознакомить с результатами аттестации и теми замечаниями, выводами, которые требовали уточнения, уяснения. Сложности имеются и в процессе реализации, особенно защиты права граждан на неприкосновенность жилища (ст. 25 Конституции РФ). В указанной статье провозглашено: «Никто не вправе
проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе
как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения» Казалось бы все ясно, без желания,
согласия проживающих в жилище лиц, проникать в него возможно
если только это разрешено федеральным законом, или имеется на
это судебное решение. Итак либо федеральный закон либо судебное
решение предписывают лицам, проживающим в жилище открыть
дверь и не препятствовать проникновению в него соответствующих
представителям конкретных служб, органов.
Проблемы действия данной статьи, реализации права граждан
на неприкосновенность жилища состоят, проявляются в том, что:
а) подавляющая часть граждан не ведает о том, какими федеральными законами они обязаны выполнять предписания соответствующих служб, органов о проникновении в их жилище; б) службы
и органы мягко говоря не считают нужным надлежащим образом
проинформировать граждан, подкрепив это соответствующими
ссылками на указанные выше свои права и обязанности войти беспрепятственно в жилище; в) многие местные структуры и работающие под них незаконным, а чаще преступным образом требуют и
добиваются проникновения в жилище, с вытекающими из этого последствиями. Имеются ли возможности предупреждения, разрешения, локализации указанных проблем, конечно имеются? На наш
взгляд, к ним следует отнести: а) наличие у каждого жильца памят43
ки о том, кто, когда, на основе какого нормативного акта вправе войти в жилище; б) органы и службы наделенные правом требовать
проникновения в жилище обязаны это делать в присутствии участкового, представителя домового управления и, желательно соседей
по лестничной площадке; в) пунктуально соблюдение предписаний
ст. 139 УК РФ (нарушение неприкосновенности жилища, прежде
всего органами и службами, которым федеральным законом, судебным решением дозволено руководствуясь ими требовать правомерного проникновения в жилище6.
Не вызывает особых сложностей понимание содержания ч. 1 ст.
26 Конституции РФ гласящей: «Каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность. Никто не может быть
принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности». Данное содержание п. 1 ст. 26 вызывает следующие вопросы: а) определить и указывать национальную принадлежность
родителей, родителя? Б) как понимать ст. 48 СК РФ, на основании
которой устанавливается происхождение ребенка с одновременным
решением вопроса о его фамилии и национальной принадлежности
по родителям, а не пожеланию определять и указывать любую? в)
более того согласно ст. 57 решая вопросы регламентация которых
предусмотрена ст.ст. 59, 72, 132, 134, 136, 143 и 145 СК РФ, обязано
получить согласие ребенка, достигшего возраста десяти лет; г) согласно ч. 2 ст. 58 СК РФ «Имя ребенку дается по соглашению родителей, отчество присваивается по имени отца, если иное не предусмотрено законами субъектов РФ или не основано на национальном
обычае». Естественным является и то, что в данном случае ребенок
получает национальную принадлежность либо по матери либо по
отцу, а не любую, как это следует из ч.1 ст. 26 Конституции РФ.
Мы сомневаемся даже в том, что после достижения совершеннолетия гражданин вправе избирать национальность иную, чем имеют его родители. Крайний случай, усыновленные (удочеренные), как
нам представляется вправе определять свою национальную принадлежность по приемным родителям, если они зная о своих родителях
не пожелают указать их национальность. Руководствуясь изложенным считаем, что если бы в ч. 1 ст. 26 Конституции РФ было зафиксировано, что «Каждый в праве определять и указывать свою национальную принадлежность», то аналогично выше возникших вопросов не возникало бы, ибо национальность обязана определяться как
правило по национальности родителей либо одного из родителей.
Право пользования родным языком предусмотренное ч. 2 ст. 26
Конституции Российской Федерации в целом не вызывает сомне44
ний, за исключением тех, которые связаны с ч. 1 этой же статьи.
Тем не менее совершеннолетний гражданин вправе требовать признавать его родной язык, даже если он избрал его таковым по приемным родителям, согласно их решения либо самостоятельно, по
достижении совершеннолетия.
Не все просто с реализацией права граждан свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства (ч. 1 ст. 27 Конституции РФ). Дело в том, что свобода передвижения, выбора места
жительства и пребывания связаны с обязательной регистрацией
в пределах избранного места пребывания, не говоря уж в месте жительства7. Даже временное пребывание требует стать на регистрационный учет, а само пребывание требует наличия соответствующих возможностей (чаще денежных) для получения права на его
реализацию. Еще сложнее решается вопрос о свободе жительства,
особенно помня о том, сколько сотен тысяч граждан фактически
лишены права на жилище из-за его дороговизны, обманных действий соответствующих строительных структур, отсутствия повседневного контроля и надзора за скорее всего устроителями, а не
строителями и надзирающими» за ними органами государственной
и местной власти. Итак, из этого следует, что красивое, значимое
право, но недостижимое для его реализации, тем более защиты как
раз той части граждан, которая в этом крайне нуждается. Однако,
проблема не в содержании данной и иных статей конституции РФ, а
в их понимании и обеспечении неукоснительного исполнения органами и их должностными лицами, уполномоченными предоставить
возможность как указано в статьях «каждому», а не избранным реализовать и защитить соответствующее право.
Менее проблематично понимание и исполнение ч. 2 ст. 27, ибо абсолютно важно, что нельзя как было ранее, высылать своих граждан за пределы собственного государства либо запрещать им возвращаться домой. В тоже время данную статью активно используют далеко не самые «преданные» государству лица, грабящие его
и всячески клевещущие, подрывающие его авторитет, жаждущие
захвата власти, положения, позволяющего перераспределения материальных ценностей по их усмотрению, пониманию. Особо значимое и, в тоже время далеко неоднозначное понимание и отношение
у граждан к праву каждого на свободу совести , свободу вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно
с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно
выбирать, иметь и распространять право религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними. Данное право гаранти45
ровано каждому согласно ст. 28 Конституции Российской Федерации.
Указанная статья подкреплена Федеральным законом от
26.091997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных убеждениях» (в ред. от 06.07.2006 г.)8. Неоднозначное понимание и отношение к данному праву порождено прежде всего тем, что фактически
с 1917 и по 1990 г. в государстве не только не признавалось такое
право, а даже запрещалось. В настоящее время у граждан также
нет единства в силу того, что в некотором роде навязывание религиозного воздействия начиная со школьного возраста далеко не всем
пришлось по нраву. Появление новых конфессий, особенно работа
под них религиозных сект, воздействующих пагубно на сознание
многих граждан9. Сказывается также появляющаяся информация
о священнослужителях, допускающих порочащие православие, деятельность религиозных учреждений многое делающих для воспитания населения в духе уважительного отношения к Отечеству,
истории своих народов, традициям и обычаям народов Российской
Федерации.
Должное место занимает содержание ст. 29 Конституции Российской Федерации гласящей, что: «1. Каждому гарантируется свобода
мысли и слова. 2. Не допускается пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового,
национального, религиозного или языкового превосходства. 3. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. 4. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом. 5. Гарантируется
свобода массовой информации. Цензура запрещается. Содержание,
понимание данной статьи не может не вызывать определенных минимум вопросов. Первым из них является вопрос о том как определить свободу мысли которая гарантируется каждому. Как ее определить, где ее искать, ведь она у каждого в голове и лишь проявление
в словах, делах, заявлениях позволяет с ней, свободой мысли ознакомиться. Да на самом деле содержание части 1 ст. 29 Конституции
находится в полном соответствии со ст. 19 Международного пакта о
гражданских и политических правах, со ст. 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Однако, п. 1 ст. 19 указанного Международного пакта гласит подругому, а именно: «Каждый человек имеет право беспрепятствен46
но придерживаться своих мнений», не гарантируется ему свобода
мысли и слова – ч. 1 ст. 29 Конституции РФ, а имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений. Ст. 10 Европейской
конвенции о защите прав человека и основных свобод гласит: «1.
Каждый человек имеет право на свободу выражать свое мнение, а
не гарантируется ему свобода мысли, которую пока он не выразит
мне о ней (мысли) никогда, ничего не узнаем. Вывод, разработчики
Конституции Российской Федерации, по нашему мнения, не вчитались в содержание приведенных статей Международного пакта о
гражданских и политических правах и Европейской конвенции о
защите прав человека и основных свобод, а результатом стало далеко не то, что должно быть.
Имеются вопросы по содержанию ч. 2 рассматриваемой нами ст.
29 Конституции РФ, ибо под социальную вражду подпадали и будут подпадать высказывания, заявления относительно того, почему
60% населения в настоящее время находятся ниже черты бедности,
а в это время растет число долларовых миллиардеров, на свадьбы
детей тратятся сотни миллионов евро, Правительство уже который
год не считает нужным установить дифференцированные налоги
на «богатство» и подоходный налог. В ч. 4 ст. 29 вызывает сомнение обоснованность предоставления права каждому искать и распространять информацию любым законным способом, ведь не секрет о том, что имеет место определенное число лиц, допущенных
до различных сведений, далеких от государственной тайны, но наносящих значительный ущерб имиджу, государственным интересам, государственному суверенитету. В силу указанного слово каждому в части 4 вряд ли уместно либо требует пояснений «если она не
наносит ущерб государственным интересам». Вправе возразить, что
ведь имеет место упоминание «любым законным способом», но ведь
и законные способы понимаются многими по-разному.
Исследовать точки зрения теоретиков и практиков занимающихся исследованием конституционно-правового статуса граждан
Российской Федерации, в части касающихся классификации и частично содержания личных прав и свобод граждан, – одной из значимых составных частей их статуса акцентируем внимание на обоснование сущности механизма обеспечения их реализации и особенно защиты. В состав механизма правозащитной деятельности
используемого для защиты и эффективного функционирования
конституционно-правового статуса граждан Российской Федерации
входят правовые методы (убеждение, принуждение, обжалование,
контроль и надзор), правовые средства (административное рассле47
дование, юридическая ответственность и возбуждение уголовных
дел), правовые способы (административно-правовой, гражданскоправовой, уголовно-правовой и международно-правовой).
В данной части исследования, по нашему убеждению, необходимо представить обоснования, доказательства относительно того какую часть и в каком объеме правовых методов, средств и способов
можно использовать в процессе использования и защиты личных
прав и свобод граждан России.
Право на жизнь (ст. 20) и охрану здоровья (ст. 41) конституции
Российской Федерации могут быть реализованы и защищены посредством таких правовых методов10 как: убеждение, обжалование, контроль и надзор, где наиболее эффективным и доступным
для граждан является обжалование11; правовых средств: административное расследование12, юридическая ответственность, возбуждение уголовных дел; правовых способов: административноправового, уголовно-правового и гражданско-правового.
Право на достоинство и безопасность (ст. 21 Конституции РФ),
по нашему убеждению, подкрепленному юридической практикой,
может быть реализовано и защищено такими правовыми методами как: убеждение и обоснование; правовыми средствами – административным расследованием, возбуждением уголовного дела и
различными правовыми способами (административно-правовым,
гражданско-правовым, уголовно-правовым, конституционно-правовым и даже международно-правовым, согласно части 3 ст. 46 Конституции РФ. Данное многообразие вариантов правового регулирования на нарушение права граждан закрепленного ст. 21 Конституции порождено различными вариантами его нарушения и наступившими последствиями.
Фактически и оставшиеся права и свободы, входящие в систему личных прав и свобод человека, то есть полностью зависимых от
конкретного человека, в части касающихся выбора правовых: метода, средства или способа реализации и защиты. Правда, при этом
нелишне напомнить, что выбор и использование механизма правозащитной деятельности зависят от правовых знаний и умений
граждан, ответственности органов и их должностных лиц при рассмотрении обращений граждан и разрешении содержащихся в них
проблем и вопросов.
Завершая рассмотрение порядка и правил реализации и защиты
личных прав и свобод граждан важно подчеркнуть их значимость
для каждого гражданина, однако при этом следует акцентировать
внимание на том, что первичными из них, базовыми мы считаем
48
право на жизнь (ст. 20) и право на охрану здоровья (ст. 41) Конституции Российской Федерации, остальные права и свободы закрепленные статьями (21–29) всецело, по нашему убеждению зависят
от первых двух (ст. 20, 41) Конституции Российской Федерации.
1 Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации: учеб. для вузов.
3-е изд. М.: Норма, 2001. С. 158–162; Конституционное право России: учебник. 3-е
изд. / отв. ред. А. Н. Кокотов и М. И. Кукушкин. М.: Норма, 2008. С. 142–144; Комментарий к Конституции Российской Федерации / под ред. С. А. Комарова. СПб.,
2008. С. 51–52; Смоленский М. Б., Мархгейм М. В., Тонков Е. Е. Конституционное
право Российской Федерации. 2-е изд. Ростов н/Д.: Феникс, 2009. С. 191–198; Шурухнов Н. Г., Мечников В. В. Конституционное право Российской Федерации. 2-е
изд. М.: Эксмо, 2010. С. 68–70; Глущенко П. П. Конституционное право России.
СПб.: Питер, 2012. С. 52, 54–55.
2 Глущенко П. П. Указ. соч. С. 157.
3 Конституционное право России. М.: Норма, 2008. С. 146–147.
4 Баглай М. В. Указ. соч. С. 146.
5 См.: Ст. 5 Всеобщей декларации прав человека; п. «а» части 1 ст.8 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах.
6 Подробнее см.: Шаповалов Р. С. Механизм правовой реализации защиты прав,
свобод и законных интересов субъектов жилищных правоотношений // Закон. Право. Государство. 2015. № 3(7). С. 335–344.
7 См.: Закон РФ от 25.06.1993 N 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах
Российской Федерации» (ред. от 02.06.2016 г.) // Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. №
32. Ст. 1227.
8 Подробнее: СЗ РФ. 1997. № 39. Ст. 4465; 2006. № 11. Ст. 1159.
9 Подробнее см.: Гречихина Н. А. Проблемы оказания юридической помощи
гражданам, попавшим под влияние сект // Закон. Право. Государство. 2015. № 3(7).
С. 33–37; Федеральный закон от 25.07.2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»; Гречихина Н. А. Правовые основы защиты детей от вовлечения в деструктивные организации // Закон. Право. Государство. 2015. № 4(8). С.
222–231.
10 Антохина Ю. А., Боер В. М., Глущенко П. П. Указ. соч. С. 124–134; Смольяков
А. А., Шкилева Е. О. Правовые способы и методы обеспечения реализации и защиты прав, свобод и законных интересов в Российской Федерации // Закон. Право. Государство. 2015. № 2(6). С. 325–334; Бабурин С. Н., Прокофьев В. Ф. Порядок обращения к правовым методам и средствам механизма правозащитной деятельности //
Закон. Право. Государство. 2014. № 3. С. 203–213.
11 Боер В. М., Глущенко П. П. Институт обращений граждан в органы государственной власти и местного самоуправления: история и современность, теория и
практика // Закон. Право. Государство. 2013. № 1. С. 237–254.
12 Боер В. М., Глущенко П. П. Административное расследование – эффективное
правовое средство обеспечения реализации и защиты конституционных прав и свобод граждан // Закон. Право. Государство. 2014. № 2. С. 251–274.
49
Приложение
Задачи (ситуации), упражнения – методика усвоения
содержания, приобретения, навыков и умений защиты
личных прав и свобод граждан.
Задача (ситуация) №1
В процессе семинарского занятия студент И. заявил о том, что
ч. 2 ст. 19 Конституции Российской Федерации противоречит ст. 2
Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. ратифицированной Государственной Думой ФС РФ.
Представьте обоснования содержания ст. 19 Конституции Российской Федерации и ст. 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, сделайте заключение по заявлению студента И.
Задача (ситуация) №2
Согласно ч. 2 ст. 22 Конституции РФ арест, заключение под стражу и содержание по стражей допускается только по судебному решению. В то же время в указанной части 2 ст. 22 содержится текст
согласно которому: «лицо не может быть подвергнуто задержанию
на срок более 48 часов». Как следует понимать данную часть ст. 22
и кто кроме суда двое суток вправе держать человека под стражей,
что означают слова: «только по судебному решению».
Задача (ситуация) №3
Ст. лейтенанту Петрову И.Н. стало известно о том, что в процессе
аттестации в его личное дело внесено несколько замечаний, однако
ему о них не сообщили.
Он прибыл к Вам за советом в части касающейся его дальнейших
действий, т. е. вправе обращаться с жалобой в аттестационную комиссию или нет. Руководствуясь ч. 2 ст. 24 Конституции РФ, дайте
ответ и представьте реквизиты обращения.
Задача (ситуация) №4
Петров отказался открыть дверь своей квартиры по требованию
лица, представляющегося сантехником, не предъявившего соответствующего сведения о том органе, должностном лице которое его
направило для проверки состояния трубопровода в ванной комнате.
Примерно через 20 минут он прибыл с гражданином, заявившим о
том, что он из управляющей компании, которая проверяет состояние водопроводных сетей.
Петров заявил, что он объявлений об этом не видел, сообщений
не получал и открывать дверь не намерен.
Оцените действия сторон используя действующее законодательство.
50
Задача (ситуация) №5
В процессе обсуждения содержания ст. 26 Конституции РФ возник спор относительно слов «каждый вправе определять и указывать
свою национальную принадлежность». Большая часть участников
спора отстаивала позицию, что национальность может определяться
только по национальности родителей. Другая часть, руководствуясь
приведенным содержанием части 1 ст. 26 считает, что может указать
любую, но по достижении совершеннолетия, т. е. 18-ти лет.
Требуется представить доказательства любой из приведенных
частей спорящих.
Задача (ситуация) №6
Петров при рассмотрении ст. 27 Конституции РФ заявил о том,
что она фактически невыполнима, ибо свобода передвижения и выбора места жительства требует регистрации и наличия жилища.
Представьте обоснования ч.1 ст. 27 позицией указанного заявления Петрова, руководствуясь как Конституцией РФ, так и иных
нормативных правовых актов.
Задача (ситуация) №7
В процессе рассмотрения содержания ч.1 ст. 29 Конституции РФ
студенты заявили о том, что практически невозможно определить
содержание свободы мысли, ибо она может быть определена посредством слов, деяний. Согласно ч. 1 ст. 19 Международного пакта о
гражданских и политических правах «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений».
Что вправе признать более верным: а) право на свободу мнений;
б) право придерживаться своих мнений. Представьте доводы, обоснования.
Задача (ситуация) №8
К. сообщили, что в фае фотоателье вывешена его фотография. К.
обратился к хозяину ателье с вопросом о том, почему это сделано
без его согласия, тем более что имеют место недостатки: затемнена
часть лица, плохо уложены волосы и главное фото он делал на документы, но не для рекламы. В силу указанного он потребовал фото
убрать, принести извинения, считая изъяны на его фото умилением его достоинства. Получив отказ в части касающейся извинений
прибыл к Вам за советом.
Советуем, руководствоваться ч. 1 ст. 21 Конституции РФ и ч. 1
ст. 152.1 ГК РФ.
Задача (ситуация) №9
Задержанный Х. заявил о желании вести разговор с сотрудниками полиции только с переводчиком на грузинском языке. Русский
51
знает в совершенстве, ибо родился и жил в Москве. В паспорте указано, что он украинец.
Как должно поступить в настоящей ситуации, применяема ли
в данном случае ст. 26 Конституции РФ.
Задача (ситуация) №10
Иванов в военкомате заявил, что не может проходить военную
службу в силу того, что это не позволяет его вероисповедание. Родители отрицают сведения сына и настаивают на его призыве на военную службу.
Военком обратился к Вам за помощью. Руководствуясь действующим законодательством окажите надлежащую помощь.
Упражнение №1
Разработайте проект документа по нарушению права гражданина Б. на тайну переписки и направьте ее по подведомственности.
Упражнение №2
Сотрудник приемной администрации органа местного самоуправления отказалась регистрировать очередную жалобу гражданина А. на непринятие должных мер по устранению протечек
в квартире.
А обратился к Вам за помощью. Помогите составить соответствующий документ для отправки в компетентные органы.
Упражнение №3
Разработайте проект документа в целях обеспечения прав гражданина за отказ сотрудников скорой помощи отправить его на медицинское освидетельствование в поликлинику, ибо он не в состоянии
это сделать самостоятельно.
Упражнение №4
Гражданин А. просит Вас помочь ему в подготовке жалобы в прокуратуру за бездействие отдела полиции в части касающейся «хулиганских действий» подростков в подъезде после 22:00.
Упражнение №5
Составьте проект искового заявления в суд о защите чести и достоинства П. и взыскании денежной суммы за оскорбление его доброго имени.
52
ВОСТРЕЦОВ С. А.
депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской
Федерации, член Комитета по природным ресурсам, природопользованию
и экологии, кандидат педагогических наук
РОЛЬ И МЕСТО МЕХАНИЗМА ПРАВОЗАЩИТНОЙ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В СФЕРЕ ТРУДОВЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ
Субъекты охраны труда по своим полномочиям существенным
образом отличаются от иных, в силу чего их обращения к государственно-правовой защите и особенно расчет на ее результативность,
эффективность зависят от многих факторов, таких как: основание,
вид, форма, последствия покушения на их особые права, свободы и
законные интересы в сфере безопасности деятельности; виды прав,
свобод и законных интересов, подвергшихся нарушению (обеспечение средствами индивидуальной защиты, выдача расходных материалов, молока и т. п.); кто явился нарушителем (юридическое лицо, государство, работодатель, общественное объединение, физическое лицо); где и кем рассматривалось дело о нарушении прав, свобод и законных интересов (КТС, государственное управление охраной труда, служба охраны труда, комитет (комиссия) по охране
труда) и иные государственные и общественные структуры.
Руководствуясь конкретной ситуацией и соответствующими
факторами, наличие которых сказалось либо могло воздействовать
па нарушение прав, свобод или законных интересов работника,
иного участника трудовых правоотношений, применяются правовые методы, средства и способы их реализации либо восстановления, защиты, о которых было сказано ранее. Однако автор считает
наиболее эффективными из представленного способы обеспечения
реализации и защиты прав и законных интересов субъектов института охраны труда.
Национальная и международная юридическая практика знают
следующие правовые способы государственно-правовой защиты:
административно-правовой; гражданско-правовой; уголовно-правовой; конституционно-правовой; международно-правовой.
Административно-правовой способ защиты применяется
в случаях, когда в процессе служебных, соподчиненных правоотношений допускается непредставление возможности воспользоваться законными правами, свободами или законными интересами (получение зарплаты, вознаграждения, обеспечение безопасных условий работы, повышение в должности, выдача необходимых средств защиты, предоставление отгула, бесплатная пере53
квалификация, получение сведений о материалах, содержащихся
в личном деле и т. д. и т. п.) либо их умышленное или неосторожное нарушение (ст. 5.27–5.34, 5.39–5.42, 5.45, 6.3–6.4, 8.1, 8.4–8.5,
9.1, 11.1–11.14, 11.16–11.17, 11.20, 11.26, 12.212, 12.23, 12.31–12.32.
14.12, 14.25 КоАП РФ).
Потерпевший вправе, в каждом конкретном случае, определить,
каким путем ему решать возникшую проблему. Воспользоваться ли
сначала административно-правовым, а затем в зависимости от результатов, гражданско-правовым, уголовно-правовым, конституционно-правовым, а возможно и международно-правовым способом, решать ему. Административно-правовой способ восстановления и защиты нарушенных прав, свобод и интересов является самым простым и доступным. Он не требует особых знаний и экономических, материальных затрат. Однако, в современной ситуации,
сложившейся в России, очень многие должностные лица игнорируют обращения к ним граждан с жалобами, заявлениями и предложениями. Рассмотрение задерживается либо носит поверхностный
характер или передается на откуп третьестепенным лицам, прав на
надлежащее принятие решения не имеющим.
В таком случае не стоит отчаиваться и опускать руки. Во-первых,
потому, что не все должностные лица являются безответственными
и не желающими вникать в проблемы, и их разрешать. Во-вторых,
на такое реагирование с их стороны, имеются запасные варианты:
а) обращение к вышестоящим инстанциям, должностным лицам; б)
подключение для этих целей прокуратур, налоговых органов, при
наличии естественно оснований и поводов; в) использование полномочий федеральных судов общей юрисдикции.
Приняв решение об обращении к административно-правовому
способу защиты нарушенных прав, свобод и интересов, субъектами института охраны труда необходимо определить, охранялось ли
нарушенное право административным законом. Для этого следует
ознакомиться с содержанием ст. 1.2 КоАП РФ, затем со ст. 2.1, которая позволяет определить относится ли противоправное деяние
к административному правонарушению. После этого определиться,
кто есть правонарушитель, ибо административная ответственность
применяется как к физическим лицам (ст. 2.5–2.6.), так и к юридическим (ст. 2.10), должностным – 2.4 (КоАП РФ). Остается выяснить, кто те органы или должностные лица, которые вправе и обязаны разрешить возникшую проблему. Для указанных нужд следует ознакомиться с содержанием гл. 23 КоАП РФ, в которой содержится ответ на то, кто же из них будет решать вопрос.
54
Процедура обращения к вышестоящим инстанциям и должностным лицам ничем не отличается от обычного обращения, за исключением обязательности представления вместе с новой жалобой копии текста предыдущей, ответ на которую не удовлетворил обратившегося либо не последовал вообще. В прокуратуру, налоговую
инспекцию можно обращаться с жалобой либо заявлением. Вид
обращения в данной ситуации зависит от основания подключения
указанных органов. Злоупотребление властью, превышение полномочий, халатное отношение к исполнению служебных обязанностей являются основанием для обращения в прокуратуру с устным
либо письменным заявлением. Неправомерные действия, повлекшие наступление проблем материального, экономического характера дают возможность для подключения кроме прокуратуры еще и
налоговой инспекции. К примеру, заработная плата не выплачивается, средства индивидуальной защиты устарели, рабочие места не
оборудованы защитными устройствами, а кабинеты руководящего состава предприятий, организаций насыщаются дорогостоящей
мебелью, оборудованием, а руководители обзаводятся импортным
транспортом.
Гражданско-правовой способ государственно-правовой защиты
используется в случае нарушения имущественных прав и интересов субъектов трудоохранных правоотношений, причинения им материального либо морального ущерба, в процессе исполнения ими
трудовых функций. Виды и формы нарушения имущественных
прав и интересов, причинения морального и материального ущерба
очень разнообразны, однако порядок применения гражданско-правового способа защиты от этого не изменяется. Восстановление либо защита нарушенных прав и интересов осуществляется на основе
подачи в федеральный суд жалобы либо искового заявления. Они
представляют собой документы, содержащие следующие реквизиты: наименование федерального суда соответствующего района (города), области либо как крайний случай Верховного, а затем Конституционного Суда России; обращающийся в суд именуется заявителем либо истцом и, он обязан указать свои полные фамилию, имя,
отчество и юридический адрес прописки либо регистрации (индекс,
город, улица, дом, корпус, квартира); ответчиком – работодателем
признается юридическое либо физическое лицо, причинившее вред
работнику. Об ответчике – работодателе должны быть представлены такие же данные, как и об истце – работнике (фамилия, имя,
отчество, индекс, город, улица, дом, корпус, квартира); наименование искового заявления (об истребовании долга, залога; о возмеще55
нии морального и (или) материального ущерба); текст жалобы, заявления, в которых необходимо подробно раскрыть содержание все
тех же семи вопросов: кто, что, где, когда, как, каким способом и
какие последствия? Заявление, жалоба должны завершаться соответствующими требованиями (обязать, потребовать, возместить и
т. д.); приложения, если они имеются, а так же подпись заявления и
дата изготовления жалобы, искового заявления. Они должны быть
исполнены в таком количестве, чтобы можно было обеспечить суд,
ответчика(-ов), третьих лиц (если они участвуют в деле).
Обращение к гражданско-правовому способу защиты прав, свобод и интересов требует знаний ст. 2, 8–9, 12, 15–16, 24–28, 37, 48–
65, 151–152, 1069–1070, 1073–1080, 1083–1092, 1095–1108 Гражданского кодекса Российской Федерации ст. 12–15, 17 Российской Федерации «О защите прав потребителей» в реализации Федерального
закона РФ № 2-ФЗ от 09.01.1996 г. (в ред. от 25.10.2007 г.) № 234ФЗ. Так, если гражданину причинен моральный вред, который,
как правило, выражается в виде физических и (или) нравственных
страданий действиями, нарушающими его неимущественные права или посягающими на принадлежащие ему иные нематериальные
блага, он вправе обратиться в суд с исковым заявлением о возмещении ему вреда. При определении размеров компенсации морального
вреда суд принимает во внимание степень вины нарушения, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства. Важно подчеркнуть, что суд обязан в каждом конкретном случае определяя
степень физических и нравственных страданий исходить из индивидуальных особенностей пострадавшего (состояние здоровья, непереносимость болей, возбудимость, возникновение ассоциаций
с ранее перенесенными травмами и т. д.). Моральный вред гражданину может быть нанесен посредством распространения сведений,
порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию, и в этом
случае также возникает право требовать возмещения убытков в материальном виде.
Основаниями для реализации права на компенсацию причиненного морального вреда признаются: вред, причиненный жизни или
здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред,
причиненный гражданину вследствие его незаконного осуждения,
привлечения к уголовной ответственности, применения незаконной
меры пресечения, наложения ареста или осуждение к исправительным работам; вред, причиненный распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, незаконным увольнением, сокращением, отказом в возмещении ущерба в объемах уста56
новленных законами и подзаконными актами. Размер компенсации
морального вреда определяется судом исходя из характера причиненных гражданину физических и нравственных страданий, степени виновности причинителя вреда, а также посредством учета требований разумности и справедливости. К сожалению, понятие разумности и справедливости у каждого судьи личное, и многое зависит от
убедительности доказательств потерпевшего либо виновного. Из этого следует, что прежде чем определять сумму взыскания, необходимо
детально продумать как объективнее, убедительнее представить степень физических и нравственных страданий.
Материальный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий либо бездействием государственных органов,
работодателей, органов местного самоуправления либо должностными лицами этих органов в любом виде, в том числе и изданием
противоправного акта, подлежит возмещению за счет фонда России либо субъекта Российской Федерации. Точно также решается
вопрос о возмещении материального вреда, причиненного гражданину в результате: причинения ущерба несчастным случаем, имевшим место на производстве, незаконного осуждения; привлечения
к уголовной ответственности; незаконного применения в качестве
меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде;
невыплатой положенного вознаграждения, незаконным увольнением, сокращением, переходом на ниже оплачиваемую работу, незаконного наложения административного, дисциплинарного, материального взыскания (в виде выговора, строгого выговора), тем более
ареста или исправительных работ. Расчет производится за счет фонда России или субъекта Российской Федерации либо казны муниципального образования в полном объеме независимо от виновности работодателей, должностных лиц, органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
Материальный ущерб в указанных выше случаях возмещается
соответствующими финансовыми органами России, субъекта Российской Федерации либо муниципального образования. В случае
причинения материального ущерба источником повышенной опасности он возмещается его владельцем, за исключением случаев если он докажет, что его источник повышенной опасности выбыл из
обладания в результате противоправных действий других лиц. На
объем возмещаемого материального вреда влияет умысел потерпевшего, его противоправные либо неадекватные ситуации действия,
а также имущественное положение владельца источника повышенной опасности.
57
Причинение гражданину увечья либо повреждения его здоровья
влечет необходимость возмещения ему утраченного заработка (дохода), который он имел либо мог иметь, а также дополнительно понесенных расходов, вызванный таким повреждением здоровья, в том
числе расходов па лечение, приобретение лекарств, дополнительное
питание, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное
лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т. д.
На определение объема утраченного заработка (дохода) пенсия
по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или
иным повреждением здоровья, а также иные пенсии, пособия, выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью влияния не оказывают. В состав утраченного заработка (дохода)
потерпевшего включается все виды оплаты его труда по трудовым
и гражданско-правовым договорам, как по месту основной работы,
так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом, выплаченное пособие за период временной нетрудоспособности и отпуска по беременности и родам, доходы от предпринимательской деятельности и авторский гонорар. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.
Важно акцентировать внимание на том, что причинение ущерба гражданам наделяет их правом на последующие изменения размеров вреда. Основаниями для этого являются: уменьшение трудоспособности либо ее повышение; улучшение материального положения виновного либо ухудшение; повышение стоимости жизни; увеличение минимального размера оплаты труда. Материальный вред
здоровью может, к сожалению, быть причинен и посредством конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы
или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной
информации о товаре (работе, услуге). Возмещение вреда возлагается по выбору потерпевшего на продавца либо изготовителя.
Особое место в жизни подавляющей части граждан России, в том
числе и работников, в настоящее время занимает проблема возмещения ущерба, причиненного им различными банками, частными
структурами, в которые были вложены сбережения либо с которыми были заключены имущественные договоры, соглашения, неисполнение которых повлекло значительные потери. Возможно ли
взыскание вложенного, возвращение утраченного? Конечно, возможно, однако при знании содержания ст. 393–406 ГК РФ. То есть
это реально, но через суд, а в отдельных случаях и через прокуратуры, налоговую инспекцию. Итак, гражданско-правовой способ за58
щиты прав, свобод и интересов субъектов института охраны труда
гораздо сложнее, чем административно-правовой. Главное препятствие – неуверенность, незнание, с чего начать и как действовать.
Следующим правовым способом государственно-правовой защиты прав, свобод и интересов субъектов трудоохранных правоотношений является уголовно-правовой. Обращение к данному правовому способу защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов
субъектов института охраны труда требует ознакомления с такими
статьями Уголовного Кодекса РФ, как: ст. 2 (охраняемые уголовным законом права, свободы и интересы), ст. 8 (основание наступления уголовной ответственности), ст. 14 (понятие уголовного преступления), ст. 20 (возраст, с которого наступает уголовная ответственность), ст. 37–42 (обстоятельства, исключающие наступление
уголовной ответственности), ст. 75–78 (основания и порядок освобождения от уголовной ответственности), ст. 79–83 (порядок и условия освобождения от уголовного наказания), ст. 84 (амнистия), ст.
85 (помилование), ст. 86 (судимость) и 95 (порядок, сроки погашения судимости), ст. 143 (нарушение правил охраны труда), ст. 145–
1451 (отказ в приеме на работу, невыплата зарплаты). Он используется в случаях: совершения уголовного преступления, повлекшего
причинение ущерба правам, свободам и интересам граждан (незаконная банковская деятельность (ст. 172), лжепредпринимательство (ст. 173), неправомерные действия при банкротстве (ст. 195),
преднамеренное банкротство (ст. 196), фиктивное банкротство (ст.
197), злоупотребление полномочиями (ст. 201), нарушение правил
безопасности на объектах атомной энергетики (ст. 218), прекращение или ограничение подачи электрической энергии либо отключение от других источников жизнеобеспечения (ст. 2151), нарушение
правил безопасности при ведении горных, строительных или иных
работ (ст. 216), нарушение правил безопасности на взрывоопасных
объектах (ст. 217), нарушение правил пожарной безопасности (ст.
219), нарушение санитарно-эпидемиологических правил (ст. 236),
сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность
для жизни или здоровья людей (ст. 237), нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ (ст. 246), нарушения
правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного,
воздушного или водного транспорта (ст. 263), нарушение правил,
обеспечивающих безопасную работу транспорта (ст. 268), нарушение правил безопасности при строительстве, эксплуатации или ремонте магистральных трубопроводов (ст. 269). Методика его применения особых сложностей не доставляет.
59
Обращение в органы дознания либо в прокуратуру требует подготовки заявления. Основными его реквизитами признаются: наименование органа – в верхнем правом углу листа; ниже в этом же
углу фамилия, имя, отчество и полный юридический адрес обращающегося заявителя; в средине листа с большой буквы Заявление; с новой строки содержание заявления, в котором обстоятельно
представляются ответы на семь вопросов: кто, что, где, когда, как,
каким способом, каковы последствия, возможные причины совершения преступления. Заканчивается заявление приложениями (если они имеются), подписью заявителя и датой исполнения (число,
месяц, год).
Иным образом происходит рассмотрение обстоятельств совершения преступлений так называемого частного обвинения, к которым
относятся: клевета (ст. 129 УК РФ), оскорбление (ст. 130 УК РФ) и
другие. По таким преступлениям, субъекты института охраны труда, имеющие основания считать себя оскорбленными или оклеветанными в процессе участия в трудовых правоотношениях обращаются с жалобой непосредственно в суд. Судья, которому передают
в производство такую жалобу, выносит постановление о возбуждении уголовного дела. Реквизиты жалобы те же, что раскрыты были
ранее. Постановление о возбуждении уголовного дела по жалобе потерпевшего включает в себя такие сведения как: число, месяц, год;
фамилия, инициалы судьи соответствующего федерального суда;
содержание рассмотренной жалобы потерпевшего (ф., и., о. полностью) на гражданина (ф., и., о. полностью), допустившего оскорбление либо клеветнические измышления, связанные с трудовой деятельностью и обеспечением ее безопасности; выводы о наличии возможностей для примирения и оснований для проведения судебного
заседания на основе ст. 271, 274, 296 УПК РФ; избрание меры пресечения; определение вида судебного заседания (открытого, закрытого) и его даты; определение лиц, вызов в судебное заседание которых
обязателен и подпись судьи.
Конституционно-правовой способ защиты прав, свобод и законных интересов субъектов института охраны труда обязывает изучить содержание ст. 2, 6–7, 15, 17, 19, 22, 32–33, 45–46, 125 Конституции РФ и особенно внимательно исследовать сущность ст. 37.
Конституционно-правовой способ защиты применяется в том случае, если все предыдущие обращения в органы и суды не увенчались успехом. Основанием для обращения в Конституционный Суд
Российской Федерации является нарушение конституционного
права гражданина на труд, безопасные условия его организации и
60
осуществления одним из судов. Для обращения необходимо написать жалобу. В приложении к такой жалобе должны быть представлены копии жалоб, в которые ранее обращался гражданин.
Особое значение в настоящее время имеет международно-правовой способ защиты прав, свобод и интересов субъектов института
охраны труда. Согласно ч. 3 ст. 46 Конституции РФ, «каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав
и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты». Жалоба, как это усматривается из сути приведенной статьи, может быть подана после отказа
лицу во всех судебных инстанциях Российской Федерации. Она может быть подана в Комитет по правам человека, действующий согласно Международному пакту о гражданских и политических правах.
Присоединение России к Факультативному протоколу этого пакта создает условия для реализации каждым своего конституционного права на обращение в этот орган. Комитет принимает жалобы,
если они не анонимны и не являются злоупотреблением права на
жалобу. Получив жалобу, Комитет проверяет, не рассматривается
ли вопрос в соответствии с другой процедурой международного разбирательства и исчерпало ли лицо все доступные средства правовой
защиты, предусмотренные национальным законодательством.
Основными международно-правовыми актами, относящимися
к проблемам регламентации государственно-правовой помощи и защиты, являются: Международный пакт о гражданских и политических правах; Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах; Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации; Конвенция о ликвидации
всех форм дискриминации в отношении женщин; Конвенция против пыток или других жестоких, бесчеловечных или унижающих
достоинство видов обращения и наказания; Конвенция о правах
ребенка, многочисленные конвенции МОТ, ВОЗ и других международных организаций, сторонами которых является Российская Федерация.
Выше приведенные, равно как и другие международно-правовые документы, предусматривают разнообразные меры содействия
реальному осуществлению соглашений по правам человека, защиты их неотъемлемых прав. Международные процедуры в области
прав человека по методам осуществления и источникам получения
информации подразделяются на различные группы и включают:
61
рассмотрение докладов государств о выполнении ими своих обязательств в области обеспечения прав человека; рассмотрение претензий государств друг к другу за нарушения таких обязательств; изучение и расследование ситуаций, связанных с предполагаемыми
или установленными нарушениями прав человека; составление специальных списков, содержащих информацию о лицах, виновных
в нарушениях прав человека; возбуждение вопроса об индивидуальной уголовной ответственности; рассмотрение жалоб отдельных
лиц, групп или неправительственных организаций по проблемам
нарушения прав, свобод и интересов.
В интересах реализации положений ч. 3 ст. 46 Конституции РФ
наибольший интерес представляет (помимо европейских процедур)
основополагающий международно-правовой документ – Международный пакт о гражданских и политических правах1. В результате присоединения Российской Федерации к Факультативному протоколу этого пакта, определяющему механизм защиты индивидуальных прав, российские граждане также получили возможность
использовать механизм рассмотрения индивидуальных сообщений
(жалоб). В соответствии с Факультативным протоколом, Комитет
уполномочен рассматривать индивидуальные сообщения граждан
на нарушение их прав, получивших закрепление в пакте.
1 Права человека. Основные международные документы. М., 1990. С. 3365; Международный билль о правах человека. ООН. Нью-Йорк, 1995; Дети и война. Сборник
статей. MOS ORDER: CAW–096; Действия Международного комитета Красного Креста в случае нарушений международного гуманитарною права. MOS ORDER: AIВ–
011; Международное право: Ведение боевых действий. Сборник. OS ORDER: ILC–224.
ВЛАСОВ В. М.
депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской
Федерации VII созыва, член комитета ГД по физической культуре,
спорту, туризму и делам молодежи
ГОСУДАРСТВЕННАЯ ДУМА О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ
ЗАЩИТЫ ПРАВ МОЛОДЕЖИ В РОССИИ
Мой опыт работы в Государственной Думе пока невелик, однако
можно отметить, что совместно с коллегами по партии, нами разработаны законодательные инициативы, направленные на повышение гражданской активности молодых людей, защите их прав и
свобод. В свою очередь хочется привлечь внимание ученых-юристов
к проблемам молодежи России, в связи с чем я предлагаю обсудить
62
в рамках международной конференции наши предложения о внесении изменений в действующее законодательство.
Так, проект Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам
обеспечения реализации активного избирательного права гражданами Российской Федерации, достигшими возраста 16 лет» нами
разработан в целях вовлечения в избирательный процесс молодежи, а также повышения явки на выборах в органы местного самоуправления, государственной власти субъектов Российской Федерации и федеральных органов, которые формируются прямым голосованием: Президента РФ, депутатов Государственной Думы РФ,
депутатов законодательных органов субъектов Российской Федерации и депутатов представительных органов муниципальных образований. В связи с этим предполагается наделить активным избирательным правом граждан Российской Федерации, достигших
шестнадцатилетнего возраста.
В настоящее время мировыми избирательными системами
успешно применяется практика наделения шестнадцатилетних
граждан политическими правами. Подобный опыт опробован в таких зарубежных странах как: Куба, Бразилия, Никарагуа и др. Если говорить о последних значимых событиях, то например, для участия в референдуме о независимости Шотландии возрастной ценз
был также снижен с 18 до 16 лет. На сегодняшний день, законодательство уже содержит возможности вступления в определенные
правоотношения с достижения возраста 16 лет. Так, Семейный кодекс Российской Федерации предусматривает возможность снижения брачного возраста до 16 лет при наличии уважительных причин, если это разрешено законодательством субъекта Российской
Федерации. Трудовое законодательство дает возможность вступить
в трудовые права (заключать трудовой договор) с определенными законом дополнительными гарантиями также с 16 лет. Гражданское
законодательство допускает занятие гражданами предпринимательской деятельности с шестнадцатилетнего возраста при выполнения ряда условий (так называемая эмансипация).
Таким образом, представляется обоснованным наделение шестнадцатилетних граждан необходимыми политическими правами
для обеспечения полноценной реализации своих семейных, трудовых и гражданских прав.
По итогам выборов в Государственную Думу VII созыва, можно
сделать вывод о том, что явка на выборы, всех уровней продолжила
снижаться. Необходимо «влить новую кровь» в избирательный про63
цесс в современной России. Молодежь России хочет быть активной
частью избирательной системы государства.
Принятие подобных мер также стимулирует на активные избирательные действия и граждан среднего возраста, поскольку те, кто
раньше не ходил на выборы задумаются (например, родители), что
теперь власть выбирают на равных представители юного поколения
(их дети). Таким образом будет достигнут идеальный вариант: молодежь получит избирательное право, а старшее поколении станет
более дисциплинированным и ответственным. Представляется, что
снижение возрастной планки поднимет и качество российского парламентаризма, так как молодежь имеет больше доступа к источникам информации: блоги, социальные сети и сайты, где они могут
обсуждать кандидатов и узнавать о них различные факты. Старшее
же поколение информацию получает из агитационных газет, где зачастую отсутствует любая критика. Если сравнивать представителей глубоко старшего поколения и поколения молодого, то последние более погружены в информацию и разбираются в политике.
Одной из целей законопроекта также является «деболотизация»
и «демайданизация» молодежи: предоставление реальных механизмов формирования властных институтов, закрывая им тем самым неконструктивный путь протестной «уличной» активности.
Известно, что молодежь является главным объектом манипулирования оранжевыми технологиями: именно на них опираются российские последователи Джина Шарпа. Ее вовлечение в протестную
деятельность главным образом происходит из-за отсутствия права
выбора, когда молодые люди не могут участвовать во «взрослых»
политических процессах.
Учитывая изложенное, предлагается принять проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные
акты Российской Федерации по вопросам обеспечения реализации
активного избирательного права гражданами Российской Федерации, достигшими возраста 16 лет».
Другая проблема молодежи состоит в том, что система оценки
знаний выпускников школ на основе ЕГЭ в современных условиях
развития общества далеко несовершенна.
Поэтому другим проектом федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» (далее – законопроект) предлагается отменить единый государственный экзамен (ЕГЭ) в качестве выпускного и вступительного в образовательные учреждения высшего образования. Форма
единого государственного экзамена должна быть заменена государ64
ственными экзаменами, которые будут сдаваться обучающимися
по образовательным программам основного общего и среднего общего образования.
С введением формы ЕГЭ подразумевалось, что такой экзамен
искоренит коррупцию, а также обеспечит эффективную и беспристрастную проверку знаний выпускников. Однако в настоящее время видно, что реформа образования, начавшаяся в 2002 году с введением ЕГЭ, не приносит результатов, которые должны были бы выражаться в высоком качестве знаний учеников, доступности высшего образования, снижении коррупции.
Кроме того, количество абитуриентов в настоящее время меньше,
чем мест в вузах. Российские вузы способны принять всех желающих
и для этого нет необходимости проводить ЕГЭ. К сожалению, Министерство образования и науки РФ постоянно меняет правила проведения ЕГЭ, то вводя, то отменяя дополнительные виды испытаний.
Такой подход абсолютно неприменим по отношению к детям, которые не успевают адаптироваться к процедуре проведения ЕГЭ. По
сути, происходит эксперимент над детьми и школами, что является
недопустимым. Форма ЕГЭ, требуя от школьников ответы на тестовые вопросы, учит детей только «проставлять галочки в клеточках».
Важно, на наш взгляд, и то, что самостоятельная подготовка школьника к ЕГЭ почти невозможна – для эффективной подготовки необходимо дополнительно нанимать репетиторов. В настоящее время ЕГЭ
является стрессом для школьников, так как, не сдав этот экзамен,
они не смогут поступить в вузы и получить высшее образование.
Кроме того, проведение ЕГЭ требует значительных расходов от
государства, которые растут из года в год. Поэтому полагаем, что
форма ЕГЭ неэффективна, так как не отражает реальных знаний
учащихся и её необходимо отменить. Принятие Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об образовании
в Российской Федерации» позволит определять уровень поступающих в вузы исходя из их знаний, а не на основании сомнительных
результатов ЕГЭ; позволит проводить более качественный отбор
среди кандидатов на поступление в образовательные учреждения
высшего образования.
Немаловажно и то, что принятие Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» предоставит стране высококвалифицированных
специалистов, ведь знания и убеждения, которые сегодня закладываются в умы школьников, завтра станут политикой и экономикой
России.
65
ГРЕЧИХИНА Н. А.
ведущий специалист-эксперт ТУ Росимущества в городе СанктПетербурге, референт государственной гражданской службы Российской
Федерации 2 класса, магистрантка юридического факультета ГУАП
НЕОЯЗЫЧЕСТВО – НОВАЯ УГРОЗА ГОСУДАРСТВЕННОМУ
СТРОЮ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Хороводы в русских сарафанах и косоворотках, венки, прыгание
через костры на Ивана Купалу, деревянные идолы с намазанными
жертвенной пищей губами, заплетение кос берёзам и разноцветные
ленточки на ивах… Как умилительно звучит: возвращение к истокам, родноверие, традиции, «неоведизм», «современное язычество».
А если неоязычество – то уже обидно: нет, мы хотим вернуть Россию, Русь к её началу, к тому, что было в основе её веры задолго до
христианства и всего, что пришло потом.
А что было до христианства? Дело в том, что достоверных сведений о древнем язычестве, которое так настойчиво хотят возродить
родноверы и иже с ними, сохранилось очень мало: смутные следы
в народных сказках и в пословицах, в суеверных обрядах. Не было
письменности, которая донесла бы до нас цельную мировоззренческую систему.
Сохранились названия «богов»: Перун, Стрибог, Даждьбог, Хорс,
Симаргл, богиня Макошь. Упоминаются Велес, Сварог, Род и рожаницы, этнографы 17-го века добавили Ладу и Леля, у западных славян известны Святовит, Сварожич, Яровит, Дева, Жив, Радогост…
[1] Но их функции практически неизвестны, степень распространённости так же осталась тайной. К тому же и о количестве их судить невозможно, т.к. часто одно божество имело несколько имён.
Родноверие (неоязычество) следует отличать от традиционного язычества, не терявшего преемственности бытования, распространённого среди некоторых представителей Сибири и Поволжья
(якутские верования, удмуртские, марийские и др.). «Родноверие»
основано на вольной спекулятивной реконструкции древнеславянских верований, дополнено собственными представлениями приверженцев, заимствованием из верований и обрядов других народов
и оккультизма.
При своём возникновении (середина 70-х – 80-е годы прошлого
века) неоязычество носило чисто этнографический характер, общины организовывались интеллигентами-интеллектуалами (Н. Сперанский, Г. П. Якутовский, А. Рядинский, В. Бутров, А. Добровольский и некоторые другие.) с целью изучения дохристианского
66
прошлого России и познания мировоззренческой и творческой традиции[2]. Чаще всего новые последователи неоязыческих сект не
представляют себе, во что их втягивают «волхвы», что предлагаемые проповедниками книжки с «историей истоков» – беспринципная и грубая ложь, поверив которой люди становятся исполнителями воли наглых и хитрых обманщиков.
Неоязычество в России не существует как централизованная
структура и имеет множество организаций и групп, различающихся своими взглядами, иногда очень существенно [3, с. 97–100]. Большая часть неоязыческих сект аполитична, но другая часть активно
проповедует избранность славянства, превосходство данного рода,
участвует в русских маршах для поднятия авторитета и национального духа своего рода. Т.е. налицо обыкновенный фашизм, что подпадает под понятие экстремизм, закрепленное частью 1 статьи 1 Федерального закона от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности». За что в Российской Федерации предусмотрена уголовная ответственность в соответствии со статьями 280,
280.1, 282, 282.1, 282.2 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Но и аполитичные родноверы совсем небезобидны. Знания наших предков, белые вышитые рубахи, традиции, целительство,
славления, праздники, фестивали. Вот уж воистину благими намерениями выложена дорога в ад. Людям затуманивают мозг «учениями» о каких-то неведомых энергиях, зависящих от силы Рода, о
посвящениях в Живу, причем в разных степенях…Ходят сказания
о волшебных исцелениях, вплоть до регенерации органа! Причём не
единичные случаи! Информацию о подобных чудесах без зазрения
совести (т. е. не подтверждая никакими документами) дают в своей
книге «Жива – энергия жизни»[6, с. 57, 60, 62] Владимир и Лада
Куровские, потомственные волхвы, а по совместительству – руководители секты родноверов «Родосвет». На сайте этой организации
(http://alatyr.org.ua/)есть много предложений: пройти различные
курсы, семинары, поездки в Индию – естественно, небесплатно.
Пройти посвящения в Живу. – В общем, деньги текут рекой. В карман «волхва». Но кроме личного обогащения «вождей», секты преследуют и другие цели.
Одно из направлений родноверия – инглиизм и ещё несколько
других родноверческих организаций признаны экстремистскими.
В Ставропольском крае были возбуждены уголовные дела по статье
282 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении пяти
человек, у них изъята запрещённая литература, аудио– и видеопродукция[7]. Эта организация была создана в Омске в 1992 году Алек67
сандром Хинкевичем на основе теории о расовом превосходстве,
в обиходе использовалась нацистская символика.
Популярным фактом сегодняшней действительности является увлечение современной молодёжи разными видами боевых искусств. И здесь тоже не обошлось без родноверов: появились и оформились «ратоборства», фактической разработкой которых занимался А. Белов (Селидор), филолог по образованию. На основе материалов этнографических экспедиций он создал систему славяно-горицкой борьбы (горица–курган), главное отличие которой – активное
передвижение, использование локтей и коленей, импровизация.
Многие бойцы называют её «русской дракой». И всё бы хорошо, но
тут же возник культ Перуна – бога воинов, а распространение школ
ратоборств по стране стало распространением языческих сект[2]. Но
и этим дело не исчерпывается. Идею русского боя взяли на вооружение неофашисты, в частности, баркашовцы. Их привлекает культ
силы, мужественности, возможность религиозного обоснования расизма и нового осмысления лозунга «Россия для русских».
Анализируя произведения неоязыческих идеологов (если можно
так назвать авторов всяческих брошюр и более солидных текстов по
данной тематике), один из ведущих специалистов в данной сфере О. В.
Асеев выделил основные положения, общие для большинства общин:
1) необходимость построения новой России в виде мононационального государства. Закрепление принципа «бессубъектное» и
в Конституции и законодательстве;
2) подбор государственных служащих снизу доверху по национальному признаку, формирование правящей элиты только из лиц
русской национальности;
3) необходимость создать все условия для культурно-национальной автономии малых народов; отказаться от принципа вовлечения
нерусских наций и народов в русскую цивилизацию; ввести лицензии на право пользования русским языком для нерусских, проживающих в России, кроме славян;
4) предоставление полной государственной самостоятельности
народам, населяющим Северный Кавказ, и установление жесткой
непроницаемой границы на территориях, прилегающих к этому
району;
5) присоединение к России части территорий Казахстана, Киргизии, а также тех территорий бывших республик СССР, где преобладает русское население[3, с. 97-100].
Мороз по коже от таких «идей», а они, тем не менее, имеют место быть и продвигаются современными неоязычниками, для ко68
торых Родина – лишь средство удовлетворения собственных корыстных интересов, которые как угодно трактуют нашу историю,
отвергают нашу культуру и наши духовные ценности.А.Довркин
в своем докладе «Неоязычество в России: современная ситуация»,
на Восьмой встрече межправославного совещания центров по изучению новых религиозных движений и тоталитарных сект» отметил, что неоязыческие настроения распространены cpeди спортивных болельщиков, сотрудников среднего звена силовых структур.
Есть свидетельства о наличии групп неоязычников в спецподразделениях «Альфа» и «Вымпел». Неоязыческое движение пополняется за счет патриотически настроенных людей при поиске ими своей
идентичности в условиях морального и экономического кризиса….
а кроме того людей, озабоченных проблемой экологии и «естественных» способов сохранения здоровья. И как никогда актуальны слова Президента Российской Федерации В.В. Путина, произнесенные
им на встрече с представителями общественности по вопросам патриотического воспитания молодёжи: «Как показывает... исторический опыт, культурное самосознание, духовные, нравственные ценности, ценностные коды – это сфера жёсткой конкуренции, порой
объект открытого информационного противоборства, не хочется говорить агрессии, но противоборства – это точно, и уж точно хорошо
срежиссированной пропагандистской атаки. И это никакие не фобии, ничего я здесь не придумываю, так оно и есть на самом деле.
Это как минимум одна из форм конкурентной борьбы».
И в этой борьбе за русского человека нам нельзя проиграть. В настоящее время принят Федеральный закон от 06.07.2016 № 374-ФЗ
«О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии
терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности», расширивший
полномочия правоохранительных органов и определивший порядок
осуществления миссионерской деятельности. Федеральный закон
от 06.07.2016 № 375-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс
Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности»,
ужесточивший уголовную ответственность за преступления, в которых часто виновны представители сектантских организаций. Российское общество по-разному восприняло данные нормативно-правовые акты. Ясно одно, добросовестное исполнение и отсутствие превышения полномочий зависит от человеческого фактора.
69
Источники:
1. Славянские языческие боги и их назначение. URL: https://veles.site/news/
slavyanskie-bogi.
2. Современное славянское неоязычество (обзор) // Энциклопедия современной религиозной жизни России (2000 год) [Электронный ресурс]. – URL: http://
slavyanskaya-kultura.ru/arisk/rodnoverie-v-rossii.html.
3. Гиндер И. А. Обзор проблемы славянского неоязычества в современной России // Молодежь и наука – третье тысячелетие: Сб. матер. всерос. науч. конф. (16 декабря 2004 г.) / сост. В. В. Сувейзда. Красноярск: ГУЦМиЗ, КРО НС «Интеграция»,
2004. С. 97–100.
4. Федеральный закон от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (ч. 1 ст. 1).
5. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ (ред. от
06.07.2016 г.) (ст. 280, 280.1, 282, 282.1, 282.2).
6. Куровский В. Жива – энергия Жизни. Украина: ЦЕНТРПОЛИГРАФ, 2008. С.
57, 60, 62.
7. Илющенко Роман, Протоиерей Андрей Хвыля-Олинтер. Родноверы: чужие
среди своих. – URL: http://ruskline.ru/analitika/2015/11/13/rodnovery_chuzhie_
sredi_svoih/.
8. Из доклада А. Дворкина «Неоязычество в России: современная ситуация», на
Восьмой встрече межправославного совещания центров по изучению новых религиозных движений и тоталитарных сект», 17–20 сентября 2015, Оточец, Словения... –
URL: http://www.k-istine.ru/paganism/paganism_dvorkin.htm.
9. Федеральный закон от 06.07.2016 г. № 374-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности».
10. Федеральный закон от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности».
ЛЕУШЕВА М. В.
ведущий специалист – юрисконсульт, магистрантка юридического
факультета ГУАП
ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ И ОБЯЗАННОСТИ ГРАЖДАН
В СФЕРЕ ЗЕМЕЛЬНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ
Земля является важнейшим природным ресурсом, участвующим
в гражданском обороте. Конституцией Российской Федерации установлено, что земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности
народов, проживающих на соответствующей территории, подтверждая основополагающую роль земельных участков в социальных, экономических, политических и правовых отношениях. Земля и другие
природные ресурсы могут находиться в частной, государственной,
муниципальной и иных формах собственности [1, ст. 9].
В соответствии со статьей 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть,
70
пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно
с другими лицами [1, ст. 35].
Любые правовые отношения регулируются, прежде всего, Конституцией Российской Федерации, а также Федеральным и иным
законодательством. Земельные правовые отношения регулируются
нормами земельного права по поводу приобретения прав на землю,
использования и охраны земель, складывающиеся между участниками таких правоотношений – субъектами. К субъектам земельных правоотношений в соответствии со статьей 5 Земельного кодекса можно отнести физических и юридических лиц, Российскую
Федерацию, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования [2, ст. 5]. В данной статье будет рассматриваться субъект
земельных правоотношений – физическое лицо.
По смыслу правовых норм, земельный участок является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи [2, ст. 6]. Собственность же
можно определить как вид общественных отношений, при котором
лицо владеет, пользуется и распоряжается тем или иным объектом.
Видится, что земельные участки могут находиться в частной собственности как физических, так и юридических лиц.
Исходя из анализа положений 17 главы Гражданского кодекса
Российской Федерации[3, гл. 17] граждане, у которых находится
в собственности земельный участок, вправе продавать, дарить, отдавать в залог или сдавать в аренду и распоряжаться им иным образом постольку, поскольку соответствующие земли в соответствии
с федеральным и региональным законодательством не исключены
из оборота или не ограничены в обороте. Возникает вопрос, в какой
момент возникает право собственности у физического лица на земельный участок и как его можно подтвердить?
Исходя из анализа правового поля Российской Федерации физическое лицо может приобрести земельный участок в частную собственность несколькими способами, такими как: наследство, совершение сделки купли-продажи, на основании акта исполнительного
органа государственной власти и так далее. Конечно, в настоящее
время самыми распространенными способами приобретения земельного участка является наследство и купля-продажа.
На территории Российской Федерации право собственности на
земельный участок законодательно защищено. В этой связи правообладатель имеет право защищать свое имущество в случае незаконного владения в рамках действующего законодательства. Кроме
71
того, при не устранении нарушений в отношении земельного участка собственник оставляет за собой право обратиться в суд. Чем же
подтверждается право собственности на земельный участок, и в какой момент оно возникает?
В рамках рассматриваемого вопроса можно привести несколько
примеров, каким образом можно получить в собственность земельный участок. Однако в настоящей статье будет рассмотрено возникновение права собственности при совершении сделки купли-продажи, а также обязанности физического лица в соответствии с положениями действующего законодательства.
Итак, гражданин заключил сделку купли-продажи земельного
участка и заплатил продавцу некую сумму денежных средств. Продавец передал гражданину все имеющиеся документы на земельный
участок, и теперь гражданин стал собственником земельного участка.
Фактически гражданин имеет право владеть, пользоваться и распоряжаться данным участком как пожелает, но в рамках правового поля.
Однако юридически гражданин право собственности на земельный участок не закрепил, и не может им юридически распоряжаться. Не зря выделяют понятия «собственник» и «правообладатель».
Исходя из анализа литературы, можно прийти к выводу, что собственник – физическое лицо, выступающее в роли владельца собственности. Правообладатель же – это собственник, чье право на
эту самую собственность зарегистрировано в установленном порядке и в соответствии с действующим законодательством.
В соответствии со ст. 25 Земельного кодекса[2, ст. 25], права
на земельные участки возникают по основаниям, установленным
гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним». В этой связи право на земельный
участок, подлежащее государственной регистрации, возникает
с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное
не установлено законом[3, п. 2 ст. 8]. Очевидно, что фактически
гражданин имеет право пользоваться, распоряжаться и владеть земельным участком, однако свои права на имущество необходимо
юридически закрепить.
В настоящее время информация о правообладателе того или иного земельного участка вносится непосредственно в две базы:
– государственный кадастр недвижимости (информация о площади, обременениях, о характерных точках границ земельного
участка и так далее);
72
– Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним (информация о правообладателе, обременениях).
Вместе с тем с 01 января 2017 году вступает в силу Федеральный
закон от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», который подразумевает совместить в себе указанные
базы в одну – Единый государственной реестр недвижимости, что,
возможно, упростит процедуру оформления земельного участка
в собственность.
Кроме перечисленного согласно со статьей 40 Земельного кодекса[2, ст. 40] Российской Федерации собственник земельного участка
имеет право:
– использовать полезные ископаемые, пресные воды и так далее
в границах своего земельного участка;
– возводить жилые и иные здания в соответствии с категорией
земель участка и видом разрешенного использования;
– проводить мелиоративные работы.
Говоря о праве собственности на земельный участок у физического лица нельзя не упомянуть и об обязанностях. Обязанностью
можно назвать мера должного поведения физического лица. Статьей 42 Земельного кодекса Российской Федерации[2, ст. 42] говорится о том, что у собственников земельных участков, и лиц, не являющихся собственниками земельных участков, имеются обязанности по их использованию.
В соответствии с указанной статьей Земельного кодекса Российской Федерации выделяют следующие обязанности:
1) использовать земельный участок в соответствии с целевым назначением категории земель и разрешенным использованием способами, которые не должны наносить вред окружающей природной
среде, земле как природному объекту. Земельное право предусматривает осуществлять деятельность лица в соответствии с категорией земель и вида разрешенного использования участка. Использование же участка не в соответствии целевого назначения и влечет
применение мер юридической ответственности. Кроме того, в обязанности правообладателя входит не наносить ущерб окружающей
природной среде содержится[2, ст. 36].
2) сохранять межевые, геодезические и другие специальные знаки, установленные на земельном участке в соответствии с законодательством.
3) осуществлять мероприятия по охране земель, соблюдать порядок пользования лесами, водами и другими природными объектами.
73
4) своевременно приступать к использованию земельных участков в случаях.
5) своевременно производить платежи за земельные участки.
6) соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил,
нормативов.
7) не допускать загрязнения, захламления, деградации и ухудшения плодородия почв на землях соответствующих категорий.
8) выполнять иные требования, предусмотренные Земельным
кодексом, иными федеральными законами. К иным обязанностям
физических лиц можно отнести не нарушение прав других собственников земельных участков.
Источники:
1. Конституция Российской Федерации. М., 2016.
2. Земельный кодекс Российской Федерации от 25.10.2001 № 136-ФЗ.
3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая). М., 2016.
ГЛУЩЕНКО П. П.
заместитель декана юридического факультета
ГУАП по научной работе, главный редактор
научно-практического журнала «Закон. Право.
Государство», доктор юридических наук, профессор,
заслуженный юрист Российской Федерации,
заслуженный профессор ГУАП
ПРАВОВАЯ РЕГЛАМЕНТАЦИЯ ЗАЩИТЫ
ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРАВ И СВОБОД
РОССИЙСКИХ ГРАЖДАН
В правовом, демократическом государстве, признающим политическое многообразие, многопартийность особое место отводится,
мы убеждены в этом, политическим правам и свободам. Классификация и особенно содержание политических прав и свобод граждан
Российской Федерации имеют значительный разброс во мнениях,
убеждениях, предпочтениях.
Шурухнов Н. Г., Мечников В. В. в учебном пособии к политическим правам и свободам граждан Российской Федерации как составной части их конституционно-правового статуса относят право
на объединения, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов (ч. 1 ст. 20 Конституции РФ). Автор
74
соглашаясь полностью в том, что данное право имеет политическое
звучание, тем не менее убежден в необходимости отнесения его одновременно к личным правам и свободам граждан, ибо они самостоятельно решают нужны ли им какие-либо союзы, объединения
или нет.
Указанные выше ученые к политическим правам и свободам
также относят: право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетировать (ст. 31
Конституции РФ); право участвовать в управлении делами государства (ч. 1 ст. 32 Конституции РФ); право избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления, участвовать в референдуме (ч. 2 ст. 32 Конституции
РФ); право обращаться лично, направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного
самоуправления (ст. 33 Конституции РФ); право участвовать в отправлении правосудия (ч. 5 ст. 32 Конституции РФ).
Баглай М. В. в учебнике к политическим правам и свободам также относит право на свободу печати и информации. Авторский коллектив1 под ответственным редактированием Кокотова А. Н. и Кукушкина М. И. к политическим правам и свободам, на наш взгляд,
обоснованно относят: а) право нормотворческой инициативы; б)
право на местное самоуправление; в) право на свободу мысли, слова; г) право на свободу массовой информации; д) право на защиту
Отечества.
Сравнительно-правовой анализ содержания правовых и литературных источников, имеющих выход на классификацию политических прав и свобод позволил убедиться в том к политическим правам и свободам граждан Российской Федерации – составной части
их конституционно-правового статуса вправе отнести: а) право на
непосредственное выражение власти народа, посредством участия
в референдумах (ч. 3 ст. 3 Конституции РФ); право на сохранение
гражданства и запрет его изменения (ч. 3 ст. 6 Конституции РФ);
право на объединение, включая право создавать профессиональные
союзы для защиты своих интересов (ст. 30 Конституции РФ); право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и
демонстрации, шествия и пикетирование (ст. 31 Конституции РФ);
право на местное самоуправление (ст. 12 Конституции РФ); право на
свободу политического многообразия, многопартийности (ч. 3 ст. 13
Конституции РФ); право на участие в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей (ч. 1 ст.
32 Конституции РФ); право избрать и быть избранным в органы го75
сударственной власти и органы местного самоуправления (ч. 2 ст. 32
Конституции РФ); право на равный доступ к государственной службе (ч. 4 ст. 32 Конституции РФ); право участвовать в отправлении
правосудия (ч. 5 ст. 32 Конституции РФ); право обращаться лично,
коллективно в органы государственной власти и органы местного
самоуправления (ст. 33 Конституция РФ); право на получение достоверной информации об окружающей среде (ст. 42 Конституции
РФ); право на обращение в межгосударственные органы по защите
прав и свобод человека (ч. 3 ст. 46 Конституции РФ); право на получение квалифицированной юридической помощи, в том числе и
бесплатно (ст. 48 Конституции РФ); право на защиту отечества (ч.
1 ст. 59 Конституции РФ); право на защиту и покровительство Российской Федерации за ее пределами (ч. 2 ст. 61 Конституции РФ);
право иметь гражданство иностранного государства (двойное гражданство) (ч. 1 ст. 62 Конституции РФ); право законодательной инициативы граждан (отсутствует).
Далее всесторонне исследуем содержание указанных выше политических прав и свобод, порядок и особенности их реализации и
защиты, проблемы этому препятствующие, пути, направления повышения эффективности правозащитной деятельности2 в процессе реализации и особенно защиты представленной классификации
политических прав и свобод граждан Российской Федерации. Автор убежден в том, что первостепенное значение в числе политических прав граждан, в том числе российских следует отдавать праву
граждан на непосредственное заявление, выражение власти через
референдум и свободные выборы, закрепленные ч. 3 ст. 3 Конституции РФ. Правда сразу следует оговориться в части касающейся референдумов и, не только потому, что после принятия Федерального
конституционного закона о Референдуме ни один из них еще не был
проведен. Причины в механизме его запуска. Обращение к референдуму фактически возложено только при условии согласия на него
Президента России и Единой России, ведь его нельзя использовать
за год до выборов и один год после выборов, а затем после утверждения главой государства. Касательно свободных выборов, вызывает недоразумение по поводу того, что не имеет никакого значения
количество участвующих в выборах, за исключением выборов Президента, а ведь ч. 1 ст. 3 Конституции гласит: «1. Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ». Отказ от права граждан голосовать против всех, тоже показатель «свободных выборов».
К результатам свободных выборов необходимо отнести подбор и
76
расстановку избирательных комиссий, досрочное голосование, открепительные талоны, возможности наблюдателей за ходом подсчетов голосов и многое другое, требующее действий, а не заявлений о
важности свободных выборов и участии граждан в референдумах.
Важным политическим правом мы считаем право на незыблемость, сохранение гражданства и запрет его изменения как это закреплено ч. 3 ст. 6 Конституции РФ, гласящей, что «3. Гражданин
Российской Федерации не может быть лишен своего гражданства
или права изменить его». История свидетельствует о том, что ранее данный «институт» исправно срабатывал, в том числе не без помощи «зарубежных друзей» наносят существенный политический
ущерб государству. Правда, одновременно следует сказать и о том,
что «поведение» отдельных так называемых реформаторов, жаждущих переустройство, но в их пользу не мало, однако с ними нужно
работать, а не «предоставлять» возможность путем лишения гражданства пускаться во все тяжкие против государства, народа.
Право на объединение, включая право создания профессиональных союзов для защиты своих интересов закрепленное ст. 30 Конституции РФ имеет особое значение политического характера, ибо
гражданин сам решает самостоятельно либо совместно следует ему
решать многие вопросы и проблемы. Кстати данное право, одно из
тех которое провозглашено Всеобщей декларацией прав человека,
Международными пактами о гражданских, политических, экономических, социальных и культурных правах, закреплено Декларацией прав и свобод человека и гражданина 22 ноября 1991 г., Конвенцией о защите прав человека и основных свобод 1950 г., Конвенцией СНГ о правах и основных свободах 1995 г.
Следует отдать должное Международной организации труда, которая в Декларации о целях и задачах Международной организации труда от 10 мая 1944 г. и Декларацией об основополагающих
принципах и правах в сфере труда от 19 июня 1998 г. к числу основополагающих прав человека относят а) свободу объединений и
действенное признание права на ведение коллективных переговоров3. К сожалению, но приходится констатировать, что профсоюзы в Российской Федерации утратили функции, которые исполняли в прошлом государстве. В настоящее время они раздроблены и
не способны как прежде быть адвокатами, судьями, прокурорами –
настоящими защитниками трудящихся, а не работников4. Одновременно важно подметить, что созданное объединение народного
фронта (ОНФ) не без участия, стремления Президента Российской
Федерации, имеющее право отношения к политическим правам и
77
свободам играет значительную, позитивную роль в обеспечении реализации и защиты прав, свобод и законных интересов граждан и
юридических лиц5.
Ст. 31 Конституция РФ закреплено весьма знаменательное политическое право граждан собираться мирно, без оружия, проводить
собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.
Его реализация и защита осуществляются не без проблем, нарушений, которые нередко специально провоцируют спецорганы, уполномоченные обеспечивать порядок на использование своих сил,
спецсредств, затем тиражируемых в искаженном виде за рубежом.
Другое дело, что представители таких органов обязаны быть подготовлены так, чтобы не давать поводов, принимая дозволенные меры
заранее, в целях локализации отдельных эксцессов. Некоторые решения относительно запрета пикетирования конечно вызывают сомнения и вопросы, ибо нужно защищать права и законные интересы тех, чьи права нарушены, а ответа от должностных лиц не получить иным образом, кроме пикетирования. Согласно ст. 12 Конституции РФ «В Российской Федерации признается и гарантируется
местное самоуправление… в пределах своих полномочий самостоятельно». Из этого следует, что каждому гражданину – субъекту
муниципальных правоотношений предоставлено право на участие
в местном самоуправлении. Более того согласно ч. 2 ст. 3 Конституции РФ «2. Народ осуществляет свою власть непосредственно, а
также через органы государственной власти и органы местного самоуправления»6.
Важным политическим правом, политической свободой граждан Российской Федерации автор считает закрепленное ч. 3 ст. 13
Конституции РФ политическое многообразие, многопартийность.
В силу того, что в самом названии права содержится ответ на то, что
политическое многообразие, политический плюрализм, многопартийность, провозглашенные правовым, демократическим государством ко многому обязывают все органы государственной и местной
власти, все взрослое население, ибо от провозглашения до реального срабатывания данного права еще далеко. Подтверждением тому
реальность, отношение к существующим, действующим партиям и
зарегистрированным министерством юстиции России, однако мало
чего делающих, способных делать для пользы народа – избирателя,
государства в целом.
Особое место в ряду политических прав и свобод реально занимают: а) право на участие в управлении делами государства как
непосредственно, так и через своих представителей (ч. 1 ст. 32 Кон78
ституции РФ); б) право избирать и быть избранным в органы государственной власти и органы местного самоуправления (ч. 2 ст. 32
Конституции РФ); в) право на равный доступ к государственной
службе (ч. 4 ст. 32 Конституции РФ) и право участвовать в отправлении правосудия (ч. 5 ст. 32 конституции РФ).
Представленные политические права и свободы, закрепленные
ст. 32 Конституции Российской Федерации фактически вправе признать политическим ядром, фундаментом политической жизни государства, общества, каждого здравомыслящего человека жаждущего процветания государству. Уверен, что абсолютное большинство граждан разделяет ответ Президента Российской Федерации
В. В. Путина одному из журналистов на форуме региональных СМИ
7 апреля 2011 г. о том, что он видит Россию самостоятельной, мощной, эффективной, современной, устремленной в будущее страной,
в которой жить приятно и престижно7. Однако хотеть, желать и добиться желаемого не одно и тоже. Проблемы имеют место в реализации абсолютно всех перечисленных политических прав в ст. 32
Конституции РФ. Гражданин Российской Федерации получивший
высшее образование бакалавра не только не имеет равного доступа
к государственной службе, но даже на любую должность не допускается. Вряд ли представитель любой политической партии, кроме
Единой России способен на равных соревноваться при поступлении
на государственную службу, в процессе избрания в Парламент, на
иные важные должности как-то: Уполномоченные по правам человека, председатели избирательных комиссий, судьи конституционного, Верховного судов, губернаторы и иные высокопоставленные
должности. При таком подходе, появление Российской Федерации,
как ее определил выше Президент России ждать придется очень
долго.
Особенно не терпимым считаем фактически отмену содержания
ч. 3 ст. 32 Конституции РФ в которой черным по белому записано,
что «3. Не имеют право избирать и быть избранными граждане,
признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда», ст. 5 Федерального закона № 51-ФЗ от 18 мая 2005 г. «О выборах депутатов Государственной
Думы Федерального Собрания Российской Федерации» (в ред. ФЗ
№ 106-ФЗ, № 107-ФЗ, № 128-ФЗ, № 274-ФЗ 2006 г. и № 64-ФЗ от 26
апреля 2007 г.)8.
В силу особой значимости данного «законотворчества», которое
запрещено ст. 135 Конституции Российской Федерации гласящей,
что «1. Положения глав 1, 2 и 9 Конституции Российской Федера79
ции не могут быть пересмотрены Федеральным Собранием», приводим содержание ст. 5 указанного выше ФЗ № 51-ФЗ в полном объеме без купюр.
Глава 1. Общие положения
4. Не имеет права избирать и быть избранным, участвовать в осуществлении других избирательных действий гражданин Российской Федерации, признанный судом недееспособным или содержащийся в местах лишения свободы по приговору суда.
41. Не имеет права быть избранным депутатом Государственной
Думы гражданин Российской Федерации, имеющий гражданство
иностранного государства либо вид на жительство или иной документ, подтверждающий право на постоянное проживание гражданина Российской Федерации на территории иностранного государства.
42. Не имеет права быть избранным депутатом Государственной
Думы гражданин Российской Федерации:
1) осужденный к лишению свободы за совершение тяжкого и
(или) особо тяжкого преступления и имеющий на день голосования
неснятую и непогашенную судимость за указанное преступление;
2) осужденный за совершение преступления экстремистской направленности, предусмотренного Уголовным кодексом Российской
Федерации, и имеющий на день голосования неснятую и непогашенную судимость за указанное преступление;
3) подвергнутый административному наказанию за совершение
административного правонарушения, предусмотренного статьей
20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, если голосование на выборах депутатов Государственной Думы состоится до окончании срока, в течение которого лицо
считается подвергнутым административному наказанию;
4) в отношении которого вступившим в силу решением суда установлен факт нарушения ограничений, предусмотренных пунктом
1 статьи 56 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», либо совершения действий, предусмотренных
подпунктом «ж» пункта 7 и подпунктом «ж» пункта 8 статьи 7б Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и
права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»,
если указанные нарушения либо действия совершены в период, не
превышающий четырех лет до дня голосования.
5. Гражданин Российской Федерации, в отношении которого
вступил в законную силу приговор суда о лишении его права зани80
мать государственные должности и течение определенного срока, не
может быть зарегистрирован в качестве кандидата на выборах депутатов Государственной Думы, если голосование на выборах состоится до истечения установленного судом срока.
Вызывает недоумение неоднократное обращение в различные органы, в том числе и в Конституционный суд Российской Федерации
с обоснованием рассмотреть предложение об избрании в качестве
присяжных заседателей студентов старших курсов «3-го и старше)
юридических факультетов, зарекомендовавших себя подготовленными и ответственными, главное, знающими законодательство гораздо в большей степени те, кто не является юристом. Гораздо больше было бы пользы для граждан, имиджа судов, а студенты могли
бы составить запасной, будущий список лиц, на должности в судах.
К праву отправления правосудия также относятся общественные
защитники и обвинители допускаемые в уголовный процесс.
Президент Российской Федерации предлагает возможности института присяжных заседателей значительно повысить и обязательно использовать его в процессе рассмотрения дел в отношении женщин, пенсионеров и иных лиц. Несмотря на то, что автор противник
нынешнего порядка подбора присяжных заседателей, считает, что
наличие 12 мнений значимей одного или даже трех судей. В тоже
время мы убеждены в том, что после избрания присяжных заседателей необходимо обучать уголовному праву и уголовно-процессуальному праву.
Особую роль в жизни граждан обязано сыграть право на обращения лично, коллективно в органы государственной власти и местного самоуправления закрепленное ст. 37 Конституции Российской
федерации и подкрепленное Федеральными законами: «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы
граждан» и «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», в которых четко, конкретно представлены порядок и правила использования указанного выше конституционного
права. Практика свидетельствует о том, что данный правовой метод
защиты прав, свобод и законных интересов используется гражданами более чем в 90 из 100 случаев восстановления конституционных прав и свобод.
В условиях проблем существующих в окружающей среде, состоянии экологии, должное место уже занимает и будет занимать право граждан на получение достоверной информации, закрепленное
ст. 42 Конституции РФ9 Гражданам нередко приходится обращаться за получением достоверной информации об окружающей среде,
81
экологической обстановке в государственные и частные инстанции,
нередко в прокуратуры, занимающиеся расследованием преступлений и правонарушений экологического характера.
В современных условиях межгосударственных правоотношений, далеко не дружеского отношения многих государств к Российской Федерации, отстаивающей многополярность, пунктуальное соблюдение Устава ООН крайне важное значение заняло право
граждан на обращение в межгосударственные органы по защите
прав и свобод граждан, закрепленное ч. 3 ст. 46 Конституции РФ.
Порядок и особенности использования данного права определены
ч. 3 ст. 46 Конституции РФ гласящей, что «Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод
человека, если исчерпаны все имеющиеся внутри государственные
средства правовой защиты». Из статьи, по нашему убеждению следует, что для обращения в межгосударственные органы по защите
прав и свобод человека необходимы: а) наличие межгосударственного договора Российской Федерации о такой возможности и б) исчерпание всех имеющихся внутригосударственных средств правовой защиты. Непросто гражданам, но возможно выяснить наличие
конкретного международного договора Российской Федерации о
правовой помощи10, сложнее определиться с тем, что понимать под
исчерпанностью всех имеющихся внутригосударственных средств
правовой защиты. Мы убеждены в том, что исчерпанностью следует признавать отказ государственных или местных органов решить
проблему гражданина по существу и, обращение в судебный орган
положительных результатов не достигло11. Однако имеет место точка зрения о том, что исчерпанность налицо только, если все органы
власти и Конституционный суд Российской Федерации отказали
положительно решить проблему гражданина.
Сложности возникли в связи с тем, что Государственная Дума
Федерального Собрания Российской Федерации в 2015 г. наделила
Конституционный суд Российской Федерации правом решать исполнять или отказать в исполнении решения Европейского суда по
правам человека. Сложность заключается в том, что согласно ч. 3
ст. 46 Конституции РФ Конституционный суд РФ обязан исполнять
решения и постановления Европейского суда по правам человека до
тех пор, пока не будет изменено содержание ч. 3 ст. 46 Конституции РФ. Более того Государственная Дума согласно ст. 135 Конституции Российской федерации не вправе пересматривать самостоятельно положения глав 1, 2 и 9 Конституции РФ, о чем мы ранее
82
уже упоминали. Данное решение естественно ни политических, ни
экономических «преимуществ» не добавит, а ухудшение межгосударственных отношений на данной почве весьма вероятно.
Важное место следует, по нашему мнению признать за правом
граждан на получение квалифицированной, в том числе, бесплатной юридической помощи12, как это следует из ч. 1 ст. 48 Конституции РФ, правда ее содержание далеко не безупречно в силу того, что второе предложение ч. 1 ст. 48 фактически отменяет первое.
Доказательства нашему заключению: первое предложение гласит,
что «1. Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи», итак каждому гражданину России
гарантируется именно квалифицированная юридическая помощь.
Однако, второе предложение звучит иначе, а именно: «В случаях,
предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается
бесплатной». Получается, что в законе представлена некая часть
граждан, которым не гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, а ведь это самые нуждающиеся именно в квалифицированной юридической помощи. С тем, чтобы в этом убедиться достаточно ознакомиться с содержанием ст. 26
Федерального закона от 26.04.2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», гласящей, что
«Юридическая помощь гражданам Российской Федерации, среднедушевой доход которых ниже величины прожиточного минимума,
установленного законом соответствующего субъекта Российской
Федерации, оказывается бесплатно в следующих случаях:
1) истцам – по рассматриваемым судами первой инстанции делам
о взыскании алиментов; возмещении вреда, причиненного смертью
кормильца, увечьем или иным повреждением здоровья, связанным
с трудовой деятельностью;
2) ветеранам Великой Отечественной войны – по вопросам, не
связанным с предпринимательской деятельностью;
3) гражданам Российской Федерации – при составлении заявления о назначении пенсии и пособий;
4) гражданам Российской Федерации, пострадавшим от политических репрессий, – по вопросам, связанным с реабилитацией.
Перечень документов, необходимых для получения гражданами Российской Федерации юридической помощи бесплатно, а также порядок предоставления указанных документов определяются
законами и иными нормативными правовыми актами субъектов
Российской Федерации. Юридическая помощь оказывается во всех
случаях бесплатно несовершеннолетним, содержащимся в учреж83
дениях системы профилактики безнадзорности и правонарушений
несовершеннолетних. Содержание данной ст. 48 Конституции РФ
получается следует понимать так, что при наличии оплаты гарантируется квалифицированная юридическая помощь каждому, имеющему соответствующую денежную сумму, а бесплатная только
тем, кто представлен в ст. 26 Федерального закона № 63-ФЗ, ибо они
не располагают теми суммами, которые установлены за получение
квалифицированной юридической помощи. Указанное, и не только обязало студенческую юридическую клинику юридического факультета ГУАП еженедельно по понедельникам и средам оказывать
бесплатно юридическую помощь в ней нуждающихся, а с 16 апреля
по субботам она будет оказываться еще и профессором Глущенко П.
П., который с 1982 г. оказывает ее бесплатно в библиотеке «Ржевская» Красногвардейского района.
Исключительно важным и значимым, автор исследования считает право и обязанность защиты Отечества, закрепленных ст. 59
Конституции РФ, одновременно являющимся и священным долгом
перед народом, обществом, государством, памятью тех, кто государство строил, защищал и восстанавливал. Необходимо подчеркнуть,
что в последние годы стало гораздо меньше тех, которые кичились
способностью уйти от военной службы, а тех, кто шел добровольно
служить считали недостойными с ними общаться.
Право на защиту и покровительство Российской Федерации за
ее пределами, закрепленное ч. 2 ст. 61 Конституции РФ свидетельствуют о том, что «Человек, его право и свободы являются высшей
ценностью», в силу чего таковыми признаются даже в период его
нахождения за пределами государственных границ.
Нельзя не обратить внимание на содержание ч. 1 ст. 62 Конституции РФ согласно которой «Гражданин Российской Федерации может иметь гражданство иностранного государства (двойное
гражданство)» и одновременно выразить свое недоумение касательного того, как такой гражданин будет исполнять свой гражданский
долг сразу перед несколькими государствами. По нашему мнению,
указанный вид так называемой демократии вряд ли полезен государству, и фактов это подтверждающих предостаточно.
Рассматривая содержание политических прав и свобод граждан
в Российской Федерации, не считаем ошибочным заявить о том, что
очень жаль, что ст. 104 Конституции РФ «источнику власти в Российской Федерации… – многонациональному народу», человеку,
провозглашенному высшей ценностью не представлено право законодательной инициативы. Кстати это единственный народ в Ев84
ропе, который таким правом почему-то не наделен. Мы убеждены
в том, что в правовом демократическом государстве данное политическое право обязано быть закреплено конституционно.
Завершая исследование содержания, значимости политических
прав и свобод – важной, если не первостепенной составной части
конституционно-правового статуса граждан Российской Федерации
следует заявить, руководствуясь юридической практикой и личным опытом, что для их реализации и защиты с успехом могут быть
использованы ранее представленные правовые методы: убеждение,
обжалование, контроль и надзор; правовые средства: возбуждение
административных расследований, обращение к институту юридической ответственности; правовые способы: административно-правовой, гражданско-правовой, уголовно-правовой, конституционноправовой и международно-правовой.
1 Конституционное право России: учебник / отв. ред. А. Н. Кокотов и М. И. Кукушкин. М.: Норма, 2008. С. 146.
2 Подробнее см.: Боер В. М., Глущенко П. П. Теория и практика организации осуществления правозащитной деятельности: монография. СПб.: ГУАП, 2015; Боер В.
М., Глущенко П. П. Правовая регламентация правозащитной деятельности в сфере
трудовых правоотношений: теория и практика, проблемы: монография. СПб.: ГУАП, 2015.
3 Сборник правовых актов Международной организации труда, действующих
в Российской Федерации / сост. С. П. Маврин. СПб., 2004. С. 18–29. В настоящее
время Сергей Петрович Маврин является заместителем председателя конституционного суда российской Федерации, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации.
4 Харин К. С. Трудовое право России. Особенная часть: курс лекций. СПб.: ГУАП, 2008. С. 449–483; Он же. Трудовое право Германии: монография. СПб.: ГУАП,
2013. С. 343–383; Институт охраны труда в Российской Федерации: история и современность: монография / под общ. ред. П. П. Глущенко. СПб.: СПбАУиЭ, 2010. С.
54–162.
5 «Комсомольская правда» в Санкт-Петербурге. 08.04.2016. С. 38.
6 Подробнее см.: Булатов Р. Б., Глущенко П. П. Муниципальная власть в механизме правозащитной деятельности: история и современность, теория и практика:
монография. СПб., 2016; Глущенко П. П., Булатов Р. Б. Механизм правозащитной
деятельности: полномочия и предметы ведения его осуществления органами муниципальной власти // Закон. Право. Государство. 2016. № 2(10).
7 «Комсомольская правда» в Санкт-Петербурге. 08.04.2016. С. 2.
8 Научно-практический комментарий к Федеральному закону «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации». М.:
МедиаПресс, 2007. С. 34–45.
9 Подробнее см.: Экологические и эколого-правовые риски в сфере недропользования / Н. Р. Соколова, О. В. Меркуцева // Закон. Право. Государство. 2016. № 1(9).
С. 246–252; Соколова Н. Р. Совершенствование правовой регламентации обращения
с отработанными нефтепродуктами – эффективное направление охраны окружающей среды, обеспечения экономической безопасности // Закон. Право. Государство.
2015. № 2 (6). С. 132–139.
10 См.: Список действующих договоров о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам // Механизм организации и осуществления государственно-правовой защиты прав, свобод и законных интересов граждан в Российской Федерации: монография / под рук. П. П. Глущенко. СПб.: СПбУУиЭ, 2013. С.
427–429.
85
11 Подробнее см.: Цмай В. В. Механизм рассмотрения и разрешения жалоб в Европейском суде по правам человека и порядок исполнения принятых постановлений // Закон. Право. Государство. 2014. № 2. С. 114–123; Вишневская И. Г. Особенности исполнения решений Европейского Суда по правам человека судами Российской Федерации // Там же. С. 124–136; Цмай В. В. Проблемы реализации гражданами части 3 статьи 46 Конституции Российской Федерации: матер. междунар. науч.практ. конф., посвящ. Дню юриста (2–3 дек. 2015 г.). СПб.: ГУАП, 2015. С. 113–119.
12 Подробнее см.: Глущенко П. П. Юридическая помощь: право, обязанность,
возможность и реальность ее получения // Юридическая помощь – обязанность государства и (или) долг и обязанность юриста?: матер. междунар. науч.-практ. конф.,
посвящ. Дню юриста (2–3 дек. 2015 г.). СПб.: ГУАП, 2015. С. 36–56.
Приложение
Задачи (ситуации), упражнения – методика усвоения
содержания, приобретения навыков и умений защиты
политических прав и свобод граждан
Задача (ситуация) №1
Группа студентов одного из негосударственных вузов подготовила документы для создания студенческого общества за право контроля расходования денежных сумм взимаемых за обучение. Приказом ректора члены группы были отчислены за «несвоевременную
сдачу» курсовых работ.
Оцените произошедшее, дайте заключение и подготовьте необходимые документы для разрешения сложившейся ситуации.
Задача (ситуация) №2
Профсоюзная структура действовавшая в объединении перестала «удовлетворять» требованиям администрации и она потребовала ее изменения с тем, чтобы ее представители осуществляли свои
полномочия только в цехах и филиалах. Руководство профсоюзного
органа отказалось от таких видоизменений и заявило о возможной
забастовке.
Оцените действия сторон, предложите соответствующие законодательству совместные действия.
Задача (ситуация) №3
Группа лиц пенсионного возраста узнав о том, что их пенсии не
будут проиндексированы согласно имеющей место инфляции устроили пикетирование у здания правительства субъекта РФ. По указанию руководства наряд полиции насильно разместил пикетчиков
в транспортное средство и высадил их у ближайшего метро, предупредив, что в случае повтора они будут наказаны.
Оцените позиции сторон и руководствуясь Конституцией РФ,
международно-правовыми актами, ратифицированными РФ сделайте соответствующее заключение.
86
Задача (ситуация) №4
Петрову отказали в приеме документов для решения вопроса
о его допуске к участию в конкурсе на замещение должности государственного гражданского служащего. На его вопрос почему,
ответили – нужно правильно выбирать в какую партию следует
вступать.
Петров обращается к Вам с просьбой помочь, а именно как ему
поступить и в какую инстанцию следует обращаться.
Руководствуясь действующим законодательством разрешите
сложившуюся ситуацию.
Задача (ситуация) №5
И. и К. отказали в регистрации кандидаты в депутаты в силу того, что у них имелись не снятые административные взыскания.
И. и К. ссылаясь на ч. 2 ст. 32 Конституции РФ просят подготовить соответствующий данной ситуации документ и направить его
по подведомственности. Действуйте руководствуясь действующим
законодательством.
Задача (ситуация) №1
Гражданка А., инвалид 2-ой группы обратилась в студенческую
юридическую консультацию с просьбой помочь ей решить проблему, заключающуюся в том, что она из-за сочувствия к квартиранту передала ему на основе расписки 60 тысяч рублей. По истечении
месячного срока квартирант съехал, но условия расписки не выполнил. Адвокат назначенный из аппарата администрации района,
проблему фактически не решил.
Руководствуясь действующим законодательством разработайте
план решения проблемы по существу, разработайте соответствующие документы для отправки по назначению.
Задача (ситуация) №6
В процессе исследования содержания п. 5 ст. 32 Конституции РФ
студенты К. и П. заявили о том, что фактически данный пункт не
достигает цели в силу того, что фактически не используется потенциал граждан имеющих юридическое образование.
Предлагается представить возможные варианты эффективности
данного пункта 6 ст. 32, в том числе и посредством использования
студентов юридических факультетов.
Задача (ситуация) №7
Согласно ст. 26 Федерального закона №63-ФЗ от 31.05.2002 «Об
адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»
оказание юридической помощи гражданам Российской Федерации
осуществляется бесплатно. Часть 1 ст. 48 Конституции РФ гласит о
87
том, что «1. Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи».
Как следует понимать первое и второе предложение части 1 ст.
48 Конституции РФ?
Задача (ситуация) №8
Представитель адвокатской консультации №15 на основе заключенного договора обязан в суде защитить право пенсионера, инвалида 2-ой группы на получение путевки в санатории, однако в силу недостаточности подготовки положительного результата не добилась.
Борисов прибыл к Вам с просьбой разъяснить ему почему адвокат не вручила копии договора и искового заявления и как следует
поступить, в какую инстанцию следует обратиться.
Помогите руководствуясь действующим законодательством.
Упражнение №1
Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ: «4. Общепризнанные принципы и нормы международного права… являются составной частью
ее правовой системы». Правомерно ли наделять Конституционный
Суд РФ правом решать проблемы исполнения постановлений Европейского Суда по правам человека или нет?
Упражнение №2
Назовите основные принципы адвокатской деятельности и дайте
им краткую характеристику.
Упражнение №3
Согласно ст. 16 Международного пакта о гражданских и политических правах: «Каждый человек, где бы он не находился, имеет
право на признание его правосубъектности». Раскройте содержание
правосубъектности и слов «где бы он не находился».
Упражнение №4
Раскройте содержание ч. 1 ст. 29 Конституции РФ гласящей,
что «1. Каждому гарантируется свобода мысли и слова» и ч. 1 ст.
19 Международного пакта о гражданских и политических правах,
согласно которой «Каждый человек имеет право беспрепятственно
придерживаться своих мнений».
88
ГЛУЩЕНКО П. П.
заместитель декана юридического факультета ГУАП по научной
работе, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист РФ,
Заслуженный профессор ГУАП
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ КАК И ЮСТИЦИЯ ОЗНАЧАЕТ –
СПРАВЕДЛИВОСТЬ?
Прежде всего следует уяснить вправе ли считать, что юриспруденция, юстиция по своему назначению, содержанию фактически идентичны. Юстиция в переводе с греческого означает справедливость, что
позволяет утверждать о ее важности, необходимости для граждан, общества, государства.
Юриспруденция, как и юстиция, есть собирательное понимание о
науке, дисциплине, механизме законотворчества, законопонимания,
законоприменения, то есть организации жизнедеятельности общества, народа на основе справедливой направленности всей законодательной массы, требующей и обеспечивающей единство понимания,
применения и исполнения законов и подзаконных актов на всей территории государства и абсолютно всеми гражданами и юридическими
лицами.
Попытаемся разобраться в том, насколько желаемое совпадает
с действительностью. Вправе ли утверждать о том, что как национальное, так и международное законодательство, предназначенные для
обеспечения реализации прав, свобод и законных интересов граждан
абсолютно отвечают содержанию, предназначению института справедливости, одинаково готовы и способны защищать, обеспечивать
каждого хотя бы минимумом нормальных, человеческих условий.
Оставим в стороне сущность, назначение, справедливость правовых систем зарубежных государств, сосредоточившись на нашей, национальной, которая согласна прежде всего Конституции РФ создана
и действует на основе таких принципов, как: признание, соблюдение
и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства (ст. 2); единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ (ч. 1 ст. 3); Российское
государство – социальное государство, политика которого направлена
на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное
развитие человека (ст. 7); права и свободы человека и гражданина …
определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность
законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления
и обеспечиваются правосудием (ст. 18); все равны перед законом и судом (ч. 1 ст. 19); каждому гарантируется свобода мысли и слова (ч. 1 ст.
89
29); каждый имеет право на жилище (ч. 1 ст. 40); каждый имеет право
на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41); гарантируется общедоступность и бесплатность дошкольного, общего и среднего профессионального образования (ч. 1, 2, 4 ст. 43); каждому гарантируется право на получение
квалифицированной юридической помощи (ч. 1 ст. 48).
Фактически каждая из 137 статей Конституции РФ вместе с преамбулой звучат справедливо, убедительно, но когда дело доходит до их
применения, исполнения, возникают справедливые вопросы, удивления и возмущения.
В силу указанного в процессе учебного процесса, как нам представляется, обучаемым желательно откровенно предоставлять информацию о том, что в процессе реализации, тем более защиты прав, свобод
и законны интересов, возложении необоснованных обязанностей и
особенно привлечении к любому виду юридической ответственности
важно конкретно, всесторонне анализировать содержание конкретной
статьи, даже ее части с тем, чтобы не причинить вред обратившемуся
за юридической помощью.
Подтверждением сказанному является содержание ч. 1 ст. 48, в которой одновременно предоставляется право каждому на получение
квалифицированной юридической помощи, а следующим предложением этой же части оно упраздняется, отменяется.
Аналогично звучат ч. 2 ст. 43 и ч. 4 этой же статьи. Вторая гласит
о том, что «2. Гарантируется общедоступность и бесплатность дошкольного, основного общего и среднего профессионального образования…», а в ч. 4 ст. 43 уточняется, а именно «Родители или лица
их заменяющие, обеспечивают получение детьми основного общего
профессионального образования.». Вот такой разворот, а ведь этого не
должно быть в Конституции, важном законе правового, социального,
демократического государства. К тому же в ч. 1 ст. 43 утверждается,
что «1. Каждый имеет право на образование.», спрашивается, как это
возможно, чтобы ч. 4 ст. 43 отменяла содержание ч. 1 и 2 этой же статьи?
Возьмем содержание ч. 1 ст. 40 Конституции, утверждающей, что
«1. Каждый имеет право на жилище. Никто не может произвольно
лишен жилища». Оказывается, произвольно лишать не может, а непроизвольно (обманом) сколько угодно.
Ч. 1 ст. 41 Конституции гласит: «1. Каждый имеет право на охрану
здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждений здравоохранения оказывается гражданам бесплатно…». Однако, даже белье, посуда, тем более
медикаменты обязаны предоставлять граждане. Ежедневно мы слы90
шим по телевизору обращения к совести гражданам о необходимости
помощи деньгами детям, излечение которых стоит неподъемных для
родителей сумм. Вот тебе и бесплатная медицинская помощь. Аналогично сконструированы и другие статьи Конституции Российской Федерации, федеральных законом, законопредписаний субъектов федерации и органов местного самоуправления.
Однако, не все так безнадежно, если граждане внимательно вчитываются в содержание каждого предлагаемого им «документа», «предписания», чаще всего изготовленного на тарабарским наречии, а потом
стремятся получить советы, помощь знающих, осведомленных специалистов, то есть множество раз думают, советуются, прежде чем принять соответствующее решение.
Указанное содержание Конституции России и иного законодательства требует прежде всего от ППС юридических факультетов поиска
форм, методик ведения занятий (лекций, практических занятий, тестовых заданий) с тем, чтобы выпускник был готов к оказанию нуждающимся того объема сведений, которое будет достаточно для положительного, правового разрешения возникших проблем.
Следует подчеркнуть, что новое на нашем факультете делается либо уже сделано. Вот только отдельные из примеров: большинство дисциплин в своем содержании имеют от 80 до 90% практических заданий, требующих разрешения задач, ситуаций, исполнения тестовых
заданий, разработки необходимых образцов документов. По крайней
мере, именно такое соотношение имеют такие дисциплины, как: «Правозащитная деятельность и права человека», «Актуальные проблемы
прав человека», «Нотариат и адвокатура», «Теория и практика правозащитной деятельности», имеющие в своем составе образцы документов и методику обращения к правовым методам, средствам и способам
механизма правозащитной деятельности. В настоящее время завершается разработка учебно-методического пособия «Основы правоведения и таможенного дела», в котором также будут представлены образцы документов, необходимые для реализации и защиты прав, свобод
и законных интересов субъектов конституционно-правовых, административно-правовых, гражданско-правовых, семейно-правовых, жилищно-правовых, трудовых, уголовных видов правоотношений.
Источники:
1. Конституция Российской Федерации. М., 2016.
2. Трудовой кодекс Российской Федерации. М., 2016.
3. Гражданский кодекс Российской Федерации. М., 2016.
4. Жилищный кодекс Российской Федерации. М., 2016.
5. Семейный кодекс Российской Федерации. М., 2016.
91
ПРИВАЛОВ К. В.
профессор кафедры гражданского права юридического факультета ГУАП,
Заслуженный работник высшей школы РФ, доктор юридических наук,
профессор
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ
РЕАЛЬНОЙ ВОСТРЕБОВАННОСТИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА
В ЗАЩИТЕ ПРАВ ГРАЖДАН
Идея прав человека и места государства в их обеспечении впервые обрела свою четкую форму, адекватную современному пониманию, в XVII веке в трудах английского философа Джона Локка
(1632–1704 гг.). По Локку, государство создано общественным соглашением для гарантии естественных прав человека (свободы, равенства, частной собственности).
Практическая реализация этой идеи началась в годы французской буржуазной революции путем принятия Национальным Собранием Франции 26 августа 1789 года Декларации прав человека
и гражданина. Ее преамбула провозгласила: «Представители французского народа, образовав Национальное собрание и полагая, что
невежество, забвение прав человека и пренебрежение к ним являются единственными причинами общественных бедствий и пороков
правительств, приняли решение изложить в торжественной декларации естественные, неотъемлемые и священные права человека,
чтобы такая декларация, неизменно пребывая перед взорами всех
членов общественного союза, постоянно напоминала им их права и
обязанности»1. Далее в тексте Декларации сформулированы основные политические и гражданские права человека.
Примерно в тоже время, 15 декабря 1791 года, была завершена
ратификация, предложенного Конгрессом США Билля о правах
в качестве десяти поправок к Конституции, которые закрепили основные права и свободы человека и гражданина (поправки 1–5) и
обеспечивали механизм их реализации (поправки 6–10)2.
Таким образом, оба документа – Декларация прав человека и
гражданина во Франции и Билль о правах в США – юридически
воплотили и закрепили идеи эпохи Просвещения о том, что люди
не являются достоянием государственной власти. Они имеют права,
которые государство обязано соблюдать и защищать.
Однако эта востребованность прав человека в политике зарождавшихся буржуазных государств покоилась на абстрактно реалистических схемах: на рационализме, на разумном, рассудочном отношении к общественной жизни. В силу этого представители основ92
ных политических идеологий того периода: либерализма, консерватизма и социализма по-разному понимали и трактовали проблему
прав человека.
Сторонники либерализма считали, что общество получает наибольшую выгоду, если каждый в рамках свободной конкуренции на рынке
товаров и услуг попытается удовлетворить свои собственные интересы. Общественный экономический порядок, базирующийся на экономической свободе, личной инициативе и личной заинтересованности,
должен, по их мнению, обеспечить достижение максимальных производственных возможностей и максимального индивидуального удовлетворения потребностей. Поскольку либерализм ставил на первый
план индивида, его правовые требования были направлены, прежде
всего, к частной собственности. Она должна быть защищена всеми возможными средствами, а свобода распоряжаться принадлежащим объектом – каким бы он ни был – максимально полной.
Представители консерватизма, появление которого связано с реакцией на террор и разрушительность французской революции в ее
заключительной стадии, относились весьма скептически к способности человека успешно и быстро реформировать общество.
Ведущий философ консерватизма, основатель этой идеологии,
английский политик партии вигов Эдмунд Бёрк (1729–1797 гг.)
в своих произведениях решительно отверг основной тезис идеологии Просвещения о возможности рассмотрения природы человека,
гражданского общества и политической власти с общих позиций
разума, рационализма и теории «естественного права», которую он
называл «нравственно и политически ложной» главным образом за
то, что она утверждала природное, «естественное» равенство людей.
Просветительскому рациональному представлению о природе социальных явлений он противопоставил положение о сложности и органичности общества.
Бёрк в своих рассуждениях приблизился к мистике. Народ состоит из цепи поколений, утверждал он, составляющих единое
целое из мертвых, живущих и тех, кто придет в будущем. Иными
словами, народ составляет органическое единое целое во времени и
пространстве. Задача политики – беречь это органическое единство,
особенно защищать интересы тех, кто придет в будущем, не теряя
исторического наследия3. Теоретические воззрения консерватизма
сыграли важную роль при формировании правового регулирования
становившейся рыночной экономики, основанной на частной собственности. Они способствовали узакониванию институтов права
частной собственности и особенно права наследования.
93
Принципиально иной взгляд на права человека был у идейных
лидеров социализма. К. Маркс и Ф. Энгельс, отстаивающие права лиц наемного труда, считали, что частная собственность ведет
к усилению эксплуатации человека человеком, обострению основного противоречия капиталистического способа производства –
между общественным характером производства и частной формой
присвоения. Это обостряющееся противоречие может быть разрешено только уничтожением частной собственности и установлением общественной собственности на средства производства при политической власти рабочего класса в форме диктатуры пролетариата.
Если либерализм был выражением интересов и взглядов нарождавшейся буржуазии: промышленников и торговцев, а консерватизм – дворянства, высокопоставленных государственных служащих и зажиточного крестьянства, то социализм был таким же
естественным выражением интересов лиц наемного труда. Причина
страстной борьбы за толкование и реализацию прав человека между либералами, консерваторами и социалистами в XIX веке была,
конечно, не только в уверенности в своей правоте. Это обычно для
сторонников различных политических движений. Фактически все
были правы в том смысле, что соответствующие идеологии являлись выражением того, что эти социальные группы испытывали
в сложнейший период промышленной революции и должны были
воспринимать как рациональное, правильное и справедливое.
Общественная практика как критерий истинности социального
знания уже к концу XIX века во многом разрешила спор между основными идеологиями в пользу сторонников либерализма. В конце
XIX века стали складываться объективные экономические условия, выразившиеся в резком нарастании деструктивных, неправовых процессов, подрывавших основы функционирования рыночного хозяйства, приведшие к реальной востребованности естественных прав человека первого поколения в правовой политике демократического государства.
Таким неправовым экономическим феноменом стало образование
американских трестов в результате действия объективных законов
развития рыночной экономики, выразившихся в сосредоточении
производства на все более крупных предприятиях. Хозяйничанье
трестов, первых американских монополий, привело к подавлению
права человека первого поколения – права на свободу производительного и потребительного поведения, в форме подавления конкуренции. По меткому замечанию П. Лафарга, это привело к установлению своего рода «капиталистического феодализма»4. Система
94
монополистических союзов, упраздняя конкуренцию, уничтожала
свободу отдельного капиталиста и торговца, разрушала свободу ценообразования, свободу потребительского выбора граждан.
Общественное реакцией на неправовую деятельностью трестов
стало формирование в США антимонопольного законодательства,
путем принятия законов Шермана, Клейтона и закона об образовании Федеральной торговой комиссии. Антимонопольным законодательством США было положено начало развивавшейся в дальнейшем закономерности реальной востребованности естественных
прав человека первого поколения в защите прав граждан. Так, можно отметить принятый в США в 1906 году Закон о чистых пищевых
продуктах и лекарствах, запрещающий использование любых вредных и опасных для здоровья веществ при изготовлении лекарств и
продуктов питания5. Этот закон и многочисленные поправки к нему являли собой великолепный пример непосредственной правовой
защиты такого права человека первого поколения, как право на здоровье и жизнь.
На рубеже 1920–1930-х годов рыночная экономика подвела ведущие страны Запада к необходимости ее глубоких качественных
преобразований. Однако сама она этого сделать не смогла и только
породила самый разрушительный экономический кризис. Западное общество столкнулось с ситуацией, когда потребности, возникшие в начале XX века, поставили два предела. Первый – насыщение
традиционных материальных потребностей в продуктах питания,
одежде, обуви, которые составляли сферу деятельности частной фабричной индустрии. В таких рыночных условиях даже небольшое
увеличение объемов сбыта товаров требовало значительного снижения цен на них.
Другой предел был поставлен появлением в массовом масштабе
потребностей в социальной защите человека, названных впоследствии правами человека второго поколения. Они включают в себя
право на труд, права на социальную защищенность, включая социальное обеспечение, право на защиту и помощь семье, матери и
ребенку, право на доступное медицинское обслуживание, достаточный уровень жизни, приобщение к культурным ценностям и т. д.
Потребности, лежащие в основе этих прав, принципиально отличались от выше упомянутых традиционных потребностей. Они не могли превратиться в эффективный спрос отдельных граждан и удовлетворяться обычным рыночным способом. Расходы по финансовому обеспечению защиты социальных прав граждан должно было
взять на себя государство.
95
Ограниченность платежеспособного спроса на традиционные
товары по сравнению с возможностями производства, в связи с насыщением традиционных потребностей, в конечном счете, ударила
по прибылям предпринимателей. В Соединенных Штатах с 1902 по
1929 год норма прибыли корпораций (до выплаты налогов) снизилась с 13,6% до 7,9%6. Стихийное рыночное регулирование, доведя до крайности перенакопление капитала, не позволяло ему устремиться в социальную сферу. В результате экономика ведущих стран
Запада погрузилась в трясину тяжелейшего экономического кризиса 1929–1933 годов.
В ряде европейских стран, прежде всего, в Германии, выход из
социально-экономического тупика был найден в создании нацистской идеологии расового превосходства (концепции расовой гигиены)7, подкрепленной созданием военно-государственно-монополистического капитализма. Усилиями государства при подавлении
практически всех прав человека был создан мощный военный потенциал, направленный на развязывание агрессивных захватнических войн, дававших ресурсы для удовлетворения потребностей
населения своей особой нации. Германия втянула народы в кровопролитнейшую вторую мировую войну, разрушившую дотла практически всю Европу.
В противоположность этому в США в ходе Великой депрессии
всем обществом была осознана необходимость реализации в государственной политике защиты прав человека второго поколения.
Администрация демократической партии во главе с Ф. Рузвельтом
приступила к разработке и реализации масштабной программы государственного страхования населения.
Значение политики президента Ф. Рузвельта состоит в том, что
она открыла дорогу объективно созревшему закону социализации
общественного прогресса, выразившемуся в сформировавшейся потребности государственной защиты прав человека второго поколения.
Новый курс Ф. Рузвельта положил начало формированию социального государства, ставшего феноменальным явлением XX века.
В послевоенные годы он получил всеобщее признание и поддержку в форме принятия 10 декабря 1948 года Генеральной Ассамблеей ООН Всеобщей декларации прав человека «в качестве задачи,
к которой должны стремиться все народы и государства» (преамбула). Всеобщая декларация провозгласила, в частности, в ст. 22, что
«каждый человек, как член общества, имеет право на социальное
обеспечение и на осуществление необходимых для поддержания его
96
достоинства и для свободного развития его личности прав в экономической, социальной и культурной областях через посредство национальных усилий и международного сотрудничества и в соответствии со структурой и ресурсами каждого государства»8.
Новая социальная политика, направленная на реализацию прав
человека второго поколения, постепенно стала осуществляться во
всех ведущих странах мира, включая Германию. Социальные расходы, начиная с 1980-х годов, твердо заняли первое место в бюджетах демократических государств (США, Япония, Германия, Франция и др.), превысив по объему финансирования все прочие статьи
вместе взятые9.
Со второй половины 1960-х годов правовая политика ведущих
государств мира в условиях разрушительных последствий для природы функционирования умножающегося применения традиционных индустриальных технологий стала формироваться с учетом реальной востребованности еще и прав третьего поколения. Речь идет
о естественном и неотъемлемом праве человека на благоприятную
среду обитания. Забота об окружающей среде впервые проявилось
на уровне отдельных государств. Она привела к принятию многочисленных законодательных актов по защите окружающей среды
в целом или ее различных компонентов – таких как воздух, вода и
леса. Так, к началу 1990-годов в США насчитывалось 19 законодательных актов о защите атмосферы, 6 – о борьбе с шумом, 32 – по
проблемам океана и т. д.10
Однако довольно быстро государство и специализированные учреждения осознали, что только национальной политики в области
охраны окружающей среды недостаточно по причине масштабности
и транснационального характера многих проблем окружающей среды и что необходимо принять международные нормы. Поэтому вопрос о защите и охране окружающей среды был включен в повестку
дня многих организаций, действующих в области международного
права. Их усилия завершились принятием значительного и постоянно увеличивающегося свода правил, известных как международное экологическое право. Эти нормы охватывают широкий круг вопросов, включая предотвращение ущерба окружающей среде и развитие международного сотрудничества в ликвидации его последствий11.
Усилиями интеллектуалов мирового сообщества на Конференции ООН по окружающей среде и развитию (июнь 1992 г., Рио-деЖанейро) выработано новое понятие «устойчивое развитие»12. Его
суть сводится к переходу к такой модели движения человечества,
97
при которой удовлетворение жизненных потребностей нынешнего поколения людей должно достигаться не за счет лишения такой
возможности будущих поколений. Защита естественного права человека третьего поколения (на благоприятную окружающую среду) – одно из главных слагаемых политики государств по переходу
к устойчивому развитию.
Важным шагом на пути к устойчивому развитию стал Киотский
протокол (декабрь 1997 года). Первое глобальные соглашение об охране окружающей среды, основанное на рыночном механизме регулирования – механизме международной торговли квотами на выбросы парниковых газов13. На смену Киотскому протоколу приходит Парижское соглашение по климату, принятое на 21-ой сессии
Конференции ООН по изменению климата, завершившейся 12 декабря 2015 года в Париже14.
Итак, эмпирическая экономическая востребованность прав человека всех трех поколений в правовом регулировании общественных отношений, направленных на защиту прав граждан демократического государства, обусловила становление доминирующей позиции естественно-правовой концепции в современной правовой
мысли и формирование объективных основ становления демократического правового социального государства во второй половине XX
века – начале XXI века.
1 Документы истории Великой французской революции / под ред. В. А. Адо. Т.
1. М., 1990. С. 112.
2 http://www.grinchevskiy.ru/17-18/bill-o-pravah.php.
3 См.: Аннерс Э. История европейского права (пер. со швед.). М., 1996. С. 290.
4 Лафарг П. Американские тресты / пер. с франц. С-Петербург, 1906. С. 33.
5 https://books.google.ru.
6 Роль государства в социально-экономическом развитии США. М., 1997. С. 40.
7 https://ru.wikipedia.org/wiki/Нацистская_расовая_политика.
8 Международная защита прав и свобод человека: Сборник документов. М.,
1990. С. 14, 18.
9 См.: Государственные финансы: из опыта индустриально развитых стран /
общ. ред. И. М. Осадчая. М., 1995. С. 5, 15.
10 Роль государства в социально-экономическом развитии США… С. 140.
11 См.: Защита окружающей среды в международном государственном праве.
М., 1995. С. 6.
12 http://philosophy-sd.narod.ru/concsd.htm.
13 https://lenta.ru/news/2012/12/09/extend/.
14 https://zakon.ru/blog/2016/1/7/itogi_parizhskoj_konferencii_po_izmeneniyu_
klimata_2015.
98
СТАРИН Б. С.
заместитель заведующего кафедрой теории права и государства
юридического факультета ГУАП, почетный работник высшего
профессионального образования России, кандидат исторических наук,
доцент;
ЛОМАКИНА И. Б.
профессор кафедры теории права и государства юридического
факультета ГУАП, доктор юридических наук, профессор
К ВОПРОСУ ПРАВОВОГО ВОСПИТАНИЯ ГРАЖДАН
И СТАНОВЛЕНИЯ ПРАВОВОЙ КУЛЬТУРЫ
В РОССИЙСКОМ ГОСУДАРСТВЕ
Правовая культура и правовое воспитание – это два взаимосвязанных явления в общественной жизни граждан той или иной страны и оказывают большое воздействие на эффективное развитие и
становление гражданского общества. Данная проблема является
особенно актуальной для граждан Российской Федерации, так как
в нашем обществе характерной особенностью как для власти, так и
для некоторой части народа характерной чертой стал правовой нигилизм и игнорирование законов и правовых положений. Особенно
это проявлялось в переломный период нашей истории – перехода от
тоталитарного советского общества к обществу, построенному на демократических принципах и основных принципах народоправства.
Следует отметить, что актуальность исследования проблемы
правового воспитания и становления правовой культуры обусловлена двумя факторами: прежде всего разработкой и внедрением
в жизнь новых основ российского законодательства, а также присоединением Российской Федерации к международным документам о
соблюдении прав граждан.
В современное время роль правовой культуры в условиях формирования демократического российского правового государства и становления зрелого гражданского общества существенно возрастает. Право
играет особую, главенствующую функцию в процессе создания правового государства и активного гражданского общества. Суть проблемы
в том, что необходимо найти оптимальное сочетание вмешательства
государства в жизнь общества и обеспечение свободы граждан. В наше время необходимо конструктивное взаимодействие общества и государства, особенно по проблемам образования и воспитания.
Необходимо отметить, что единственным инструментом, позволяющим обеспечить участие общества в государственных делах, га99
рантом его интересов выступает Закон. Однако, недостаточно только наличие хороших и справедливых законов. Во всем обществе
должна сложиться обстановка безусловного уважения закона. Иначе закон, гарантирующий самые передовые демократические нововведения, будет фикцией, пустым звуком. Исходя из данного постулата, необходимо наличие высокого правосознания личности и общества, высокой правовой культуры.
Ведущими принципами в осуществлении системы правового воспитания являются принцип гуманизма и принцип законности. Принцип гуманизма предполагает признание человека высшей
ценностью, защиту его достоинства и гражданских прав, создание
условий свободного и всестороннего проявления способностей личности. Право на достоинство является основной целью всех остальных прав человека. В этом смысле – достоинство человека – источник его прав и свобод. Ведь, достоинство – это признание обществом
социальной ценности, уникальности конкретного человека. Достоинство может быть нравственным и интеллектуальным. Никто не
может быть подвергнут пыткам, жестокому обращению или необоснованному наказанию.
Принцип законности предполагает строгое выполнение законов
и основанных на них правовых актов всеми государственными органами, должностными лицами, общественными организациями и
гражданами.
Назначение правового воспитания состоит в том, чтобы служить
осуществлению политики государства, прежде всего по социальной
поддержке нуждающихся слоев населения, и особенно по защите
детей и молодежи, но эту роль оно может выполнять только при условии строжайшего соблюдения всех норм права.
Конечно, нам всем хотелось бы жить в правовом демократическом государстве и чувствовать, что ты защищен дома, на улице, на
работе. Россия идет по пути коренного обновления правовой системы и путь этот, к сожалению, долог и непростой, он сложен и противоречив. Выдающийся российский мыслитель, правовед и философ Иван Александрович Ильин написал такие слова: «Государственное и политическое обновление может прийти только из глубины правосознания и человеческого сердца»[3, с. 4]. Необходимо
отметить, что справедливость этих слов ежедневно подтверждается самой жизнью. Вот почему правовое воспитание личности относится к числу ключевых проблем, стоящих перед Российским государством. Это направление может быть названо фундаментальным
в силу своего влияния на все сферы общественной жизни.
100
Безусловным является то, что правовое воспитание – это целенаправленная деятельность государства, общественных организаций,
отдельных граждан по передаче юридического опыта, систематическое воздействие на сознание и поведение человека в целях формирования определенных позитивных представлений, взглядов, ценностных ориентиров, установок, обеспечивающих соблюдение, исполнение и использование юридических норм.
Правовое воспитание предполагает создание специального инструментария по донесению до разума и чувств каждого человека
правовых ценностей, превращение их в личные убеждения и внутренний ориентир поведения, в этом и состоит главная задача государства и общества.
Правовое воспитание – это довольно сложная и многоаспектная
деятельность, проявляющаяся в нескольких форма. Среди таких
форм:
– пропаганда права всеми средствами массовой информации;
– массовое издание литературы по юридической проблематике;
– понятная для широких масс устная правовая пропаганда;
– профессиональное правовое образование;
– правовое образование граждан;
– влияние юридической практики;
– наглядная правовая информация;
– влияние произведений литературы и искусства.
Главными целями правового воспитания являются:
– создание у граждан устойчивой ориентации на правомерное
поведение, формирование установок и привычек законопослушания, навыков и умения участвовать в правосудии и иных формах
юридической деятельности, а также создание атмосферы протеста
и нетерпимости ко всем случаям его нарушения и неотвратимости
ответственности;
– повышение авторитета закона как непреложной социальной
ценности, уважения к нему, решительная борьба с правовым нигилизмом;
– достижение прочных знаний людей о законотворчестве, законности, правах и обязанностях человека и гражданина, в первую
очередь, тех норм, которые касаются непосредственно граждан.
Кризис современного правосознания в России во много определяется низким уровнем правовой культуры. Как только российское
общество отказалось от тоталитарных методов советского неправового государственного управления и попыталось встать на путь правового государства, как только скованные ранее в политическом и
101
экономическом плане люди получили более или менее реальную
возможность пользоваться правами и свободами, тотчас же дали о
себе знать низкий уровень правовой культуры общества, десятилетиями царившие в нем пренебрежение к праву, его недооценке.
Правовая культура предполагает определенные знания исходных начал, основных положений действующего законодательства и
умение ими пользоваться. Не имея необходимых знаний в правовой
системе государства, действующем законодательстве – граждане не
могут реализовывать свои права и обязанности, защищать свои интересы. Особенно неприемлемым является ситуация, когда юридически неграмотными оказываются лица осуществляющие законотворческую деятельность или работающие в судебных, правоохранительных органах, а также занимающие высокие посты в органах государственной власти и управления.
Понятие «правовая культура» используется для характеристики
всей правовой надстройки общества. Она пронизывает само право,
правосознание, правовые отношения, законность и правопорядок,
законотворческую и правоприменительную, а также иную правовую деятельность, всю позитивную юридическую деятельность
в функционировании развитии ее составных частей.
Правовая культура представляет собой часть культуры общества, создаваемой постепенным, преемственным общественным
развитием, совокупной работой сменяющих друг друга поколений, капитализацией их общей деятельности и накопленного опыта. Культура общества – это исторически сложившаяся система общечеловеческих духовно-нравственных ценностей, в соответствии
с которыми формируется образ жизни людей и осуществляется социальная регуляция отношений между ними.
Правовая культура как система духовно-нравственных и правовых ценностей выражается в достигнутом уровне развития правовой действительности, нормативных правовых актах, правосознании, в соответствии с которыми формируется законопослушный
образ жизни и осуществляется правовое регулирование общественных отношений.
Правовая культура представляет собой сложное, многогранное
явление предполагающее:
– определенный уровень правосознания, т. е. осмысленного восприятия правовой действительности;
– общие культурные предпосылки, уровень цивилизованности,
национальные корни и устои, историческую наследственность, обычаи и традиции;
102
– надлежащую степень знания населением законов, высокий
уровень уважения к нормам права, их авторитет;
– высокое качество процессов правотворчества и реализации
права;
– эффективные способы правовой действительности;
– законопослушность граждан и должностных лиц.
Правовая культура немыслима без человека и его деятельности,
без прогрессивной направленности этой деятельности и передового
мышления. Она выступает как социальное явление, имеющее ярко выраженную цель, охватывающее всю совокупность важнейших
ценностных компонентов правовой реальности в ее фактическом
функционировании и развитии. При этом важно сделать акцент на
назначении юридических средств – прогрессивном развитии личности и общества, правовая культура в полной мере может быть понята лишь в общем контексте социального прогресса. Правовая культура не жизненна без преемственности всего лучшего из прошлой
истории. Она также не может успешно развиваться без приобщения
к правовым культурам других народов.
Опыт недавнего российского исторического прошлого показал
какие печальные последствия имеют попытки ограничивать культуру, в том числе и правовой ее срез, лишь собственными рамками.
Правовая культура призвана аккумулировать в себе прогрессивные достижения всех типов правовых культур как нынешних, так
и прошедших эпох.
Правовая культура личности, будучи компонентом правовой
культуры общества, отражает степень и характер развития общества, так или иначе обеспечивающего социализацию личности и
правомерную деятельность индивида. Эта деятельность должна соответствовать прогрессивным движениям общества и его культуры в сфере права, благодаря чему происходит постоянное правовое
обогащение как самой личности, так и общества в целом. Правовая
культура, выступая компонентом правового сознания и бытия в их
органическом единстве, сопряжена не только с отражением всего
общественного бытия, но и с активным обратным воздействием на
него. Присущие ей идеалы, правовые нормы, принципы, традиции
и образцы поведения могут способствовать консолидации людей,
концентрации их усилий на формирование правового государства,
а это особенно является крайне актуальным для современного российского общества.
Правовая культура, равно как и любая другая разновидность
культуры, подвержена качественным оценкам. Можно говорить
103
о высшем, среднем и низком уровнях правовой культуры. Разные
люди, разные общности людей, политические партии, лица, находящиеся у власти, и оппозиционеры могут по-разному оценивать
культурные достижения в государственно-правовой сфере. Речь
идет как о субъективном, так и об объективном восприятии правовых явлений, об интерпретации культурных завоеваний. Однако,
история выработала некоторые общецивилизационные критерии
в определении уровня правовой культуры, и на этой основе создается возможность для определения основных направлений развития
правовой культуры и оценки ее достижений.
Высокий уровень правовой культуры предполагает фактическое
правовое поведение людей, позитивное отношение к праву и правовым явлениям, осознание социальной значимости права и правопорядка, признание уважительного отношения к правам другого человека, привычку к правомерному поведению и, наконец, гражданско-правовой активности.
В наше время, к сожалению, нельзя говорить не только о высоком, но даже и о среднем уровне правовой культуры российского общества. Кризис современного правосознания во многом определяется именно низким уровнем правовой культуры. Повысить ее способны тщательно продуманная правовая пропаганда в средствах
массовой информации, широкий доступ к нормативно-правовой базе, разработка и внедрение действенных форм вовлечения граждан
в правотворческую и правоохранительную деятельность.
История свидетельствует о том, что во всех государствах осуществляется особая деятельность по распространению воззрений о
праве и правопорядке, для чего используются имеющиеся в распоряжении средства: литература, искусство, школа, церковь, печать,
радио, телевидение, специальные юридические учебные заведения.
Правовое воспитание является составным элементом идеологической функции в государстве. По мере развития и совершенствования государственности, изыскиваются более действенные способы
и формы осуществления этой функции, все более обосабливается и
специализируется правовое воспитание как самостоятельный вид
деятельности государства, его органов и их служащих, а также органов местного самоуправления и общества в целом.
Меняются содержание и тактика, объекты, формы и способы
воздействия на сознание людей и отдельных граждан, но и в значительной степени стабильной (и прежде всего в развитых государствах) является его сущность в виде представлений о праве и правосознании, их смысле, ценности и функциях.
104
Правовое воспитание – это прежде всего целенаправленная, систематическая деятельность государства, его органов и их служащих, общественных объединений и трудовых коллективов по формированию и повышению правового сознания и правовой культуры.
Правовое воспитание и правовое обучение органически связаны
между собой. Воспитывающее обучение предполагает непрерывную связь процессов целенаправленного формирования сознания
личности законопослушного гражданина и юриста-профессионала,
включая правосознание, нравственные идеалы, правовые установки и ценностные ориентации, специальные, профессионально необходимые знания. Крайне важно сформировать соответствующую
мотивацию – положительное отношение к праву, правовым явлениям и потребность к постоянному расширению и углублению правовых знаний. Потребность такого рода должна характеризоваться
своей насыщенностью, прежде всего для юристов-профессионалов,
государственных служащих, чиновников органов местного самоуправления, а также граждан. Лишь в этом случае можно считать,
что человек будет не только декларировать значение теоретических
знаний для практической деятельности, но и найдет возможность
для овладения этими знаниями и их правильного применения
в юридически значимых ситуациях. Правовое воспитание и обучение является частью всего процесса духовного формирования личности, без которого нельзя обойтись при реализации цели построения в России правового государства.
Следует отметить, что правовое воспитание обладает относительной самостоятельностью целей, спецификой методов их достижения и организационных форм. Оно представляет собой многоцелевую деятельность, предполагающую наличие стратегических,
долговременных целей и целей тактических, ближайших, общих и
устных. Цели могут быть конкретизироваться с учетом специфики
субъекта и объекта воспитательного воздействия, изучаемых форм
и средств этой деятельности, а также институту, осуществляющих
правое воспитание.
Правовое воспитание и обучение состоит в передаче, наполнении
и усвоении знаний, принципов и норм права, а также в формировании соответствующего отношения к праву и трактовке его реализации, умения использовать свои права, соблюдать запреты и исполнять обязанности. Отсюда необходимость в осознанном усвоении
основных положений законодательства, выработке чувства глубокого уважения к праву. Полученные знания должны превратиться
в личное убеждение, в прочную установку – строго следовать право105
вым предписаниям, а затем во внутреннюю потребность и привычку соблюдать правовой закон, проявлять правовую и профессионально-юридическую активность.
К средствам правового воспитания относятся: правовая пропаганда, правовое обучение, юридическая практика, самовоспитание.
В основе применения всех указанных средств лежит осуществление
правовой информированности, предполагающий передачу, восприятие, преобразование и использование информации о праве и практике его реализации.
Необходимо подчеркнуть, что особое место здесь занимает проблема «правового минимума», некого обязательного уровня знания
права, которым должен обладать каждый гражданин, независимо от его социального статуса. Ибо существует четкое правовое понимание: «Незнание закона гражданином – не освобождает его от
юридической ответственности». К сожалению, уровень этой работы не отвечает современному этапу развития российского общества.
Государственные органы, призванные решать эту проблему, действуют весьма разобщенно. В эту деятельность слабо вовлекаются
общественные объединения. Происходит естественное разрушение
системы правового воспитания, созданной в предшествующий период. В современной России практически не ведется последовательная пропаганда действующего законодательства.
В целях создания стройной, взаимосвязанной системы правового воспитания и правового просвещения граждан Российской Федерации, включающей в себя государственные органы, средства массовой информации и общественные объединения следует:
– обеспечить разработку и внедрение во всех типах учебных заведений (школа, профессионально-техническое училище, среднее и
высшее специальное учебное заведение) учебные программы самостоятельного курса по изучению основ российского законодательства. Одновременно принять меры по восстановлению практики
подготовки преподавателей права;
–  разработать и осуществить конкретные мероприятия по организации широкой пропаганды законодательства и повышению
уровня правового сознания населения (по месту жительства граждан, на предприятиях, в учреждениях и других организациях) путем обеспечения активного участия в этой работе судей, сотрудников прокуратуры, работников полиции и др.;
– возродить просветительскую работу общества «Знание».
Иван Александрович Ильин в своей замечательной работе «Путь
духовного обновления», написанной в начале 30-х годов ХХ напи106
сал слова, которые являются актуальными и в наше время: «Современный мир переживает глубокий кризис – религиозный, духовный и национальный. Из него необходимо найти выход. Этот выход
надо каждому из нас найти прежде всего в самом себе, творчески
создать его, убедиться и удостовериться в его верности. И только потом можно будет указать его другим, надо самому быть по-новому.
Обновленные люди, одолевающие соблазн, найдут друг друга. Найдя, они заткут новую ткань духовного бытия. Это единственный
путь. Иного нет»[3, с. 5].
Источники:
1. Алексеев С. С. Право. Законы, правосудие, юриспруденция в жизни людей.
М., 1998.
2. Болотов В. А. Проблемы правового образования в контексте модернизации
общего образования. М., 2002.
3. Ильин И. А. Путь духовного обновления. Мюнхен, 1962.
4. Ильинский И. Образовательная революция. М., 2002.
5. Карельский В. М. Теория государства и права. М., 1999.
6. Кургузов В. Л. Наука в амплитуде колебаний. Улан-Удэ, 2009.
7. Селевко Г. К. Энциклопедия образовательных технологий. М., 2006.
БАХВАЛОВА А. В.
специалист 1 категории по решению вопросов местного значения и
муниципальному заказу Местной администрации внутригородского
Муниципального образования Санкт-Петербурга муниципальный
округ Московская застава, референт муниципальной службы 2 класса,
магистрантка юридического факультета ГУАП
(Боер В. М., проректор по учебно-воспитательной работе, декан
юридического факультета ГУАП, д.ю.н., профессор – научный
руководитель)
СПОСОБЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА
И ГРАЖДАНИНА
История развития человечества свидетельствует о том, что обретение человеком прав и свобод, расширение их номенклатуры всегда становились ареной острых столкновений между индивидом и
государством. Добровольно и активно предоставлять социальные
блага и политические свободы государство не стремилось никогда.
Все ныне существующие права человека, закрепленные в международных документах, конституциях, законодательстве, были выстраданы и отвоеваны человечеством. История показывает, что данная битва еще не окончена, что новым поколениям нужно снова и
снова защищать свои права. В настоящее время, к сожалению, еще
107
не представляется реальной ситуация, при которой не будет требоваться усилий для поддержания и защиты прав и свобод человека.
В полной мере права могут быть обеспечены и защищены в демократическом, социальном, правовом государстве.
Конечная цель деятельности демократического правового государства состоит в обеспечении прав и свобод человека и гражданина. Достижение этой цели неразрывно связано с обязанностью государства создавать систему защиты прав и свобод, а также устанавливать четкие юридические процедуры такой защиты.
Конституции зарубежных стран предусматривают возможность
человека защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Под словом «охрана» прав человека понимается не только их защита от всевозможных нарушений, но и создание необходимых условий для того, чтобы человек мог обладать и
пользоваться своими правами без всяких незаконных на них посягательств.
Механизм реализации символизирует движение, в данном случае процесс превращения прав и свобод, юридических возможностей в действенное их осуществление.
Реализация прав и свобод и результат их осуществления неразрывно связаны, но между ними необходим определенный механизм,
способный обеспечить эффективный переход от одного к другому.
Это происходит либо в процессе соблюдения гражданами установленного правопорядка, либо при осуществлении правоохранительной деятельности государства.
Хотя права и свободы действуют непосредственно, нельзя говорить о том, что не нужно создавать механизм для их реализации и
защиты. Потребность в правозащитном механизме возрастает, когда права нарушаются. Помимо деятельности органов государства по
защите прав граждан, правозащитный механизм включает в себя
борьбу самих граждан за претворение в жизнь предоставленных им
законодательством прав и свобод.
Конституции предусматривают возможность человека защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом1.
Формами защиты прав личности являются:
1) защита прав органами публичной власти;
2) защита прав граждан общественными объединениями;
3) самозащита прав человеком, включающая в себя: обращения
в государственные органы и органы местного самоуправления; обжалование действий (бездействия) должностных лиц, нарушаю108
щих права граждан; обращения в средства массовой информации и
правозащитные организации, общественные объединения; публичные выступления граждан в защиту своих прав; обращения в международные органы по защите прав человека.
В правовом государстве одним из наиболее действенных и распространенных способов защиты прав и свобод является судебная защита. Конституционное право граждан на судебную защиту включает в себя два вида правомочий. Во-первых, материальное
содержание этого права (право потерпевшего на возмещение ущерба или вреда, причиненного преступлением либо незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц).
Во-вторых, его процессуальное содержание (право на судебный иск,
на индивидуальную или коллективную жалобу).
В системе правозащитных органов институт омбудсмена впервые
появился в 1809 году в Швеции, когда была введена новая должность специального парламентского контролера за законностью
деятельности администрации. Во многих странах было установлено свое название этого института, например, Проведор юстиции –
в Португалии, Парламентский посредник (медиатор) – во Франции,
Коллегия народной правозащиты – в Австрии, Уполномоченный
по гражданским правам – в Польше, Адвокат народа – в Румынии,
Парламентский комиссар по делам администрации – в Великобритании, Защитник парода – в Испании, Уполномоченный по публичным расследованиям – в Израиле, Уполномоченный Бундестага по
обороне – в Германии, Парламентский омбудсмен – в Литве, Уполномоченный по правам человека – в России2. Сейчас институт омбудсмена существует более чем в 100 странах мира. Основной причиной появления данного правозащитного института является то,
что во второй половине XX века ранее существовавшие механизмы
обеспечения социально-экономических прав человека оказались
недостаточными для разрешения новой разновидности конфликтов
между государством и гражданином.
В системе разделения властей Уполномоченный по правам человека занимает особое место и, по сути, не относится ни к судебной, ни
к исполнительной, ни к законодательной власти. Он выполняет публично-представительную функцию, его деятельность распространяется на самую конфликтную сферу общественных отношений – отношений гражданина и государства, особенно гражданина и чиновника. Его деятельность дополняет существующие средства защиты
прав и свобод граждан, но не отменяет и не влечет пересмотра компетенции государственных органов, обеспечивающих защиту и восста109
новление нарушенных прав и свобод. Он призван защищать граждан
от недобросовестной работы административных органов, выявлять и
анализировать сбои в работе органов власти, приводящие к нарушению прав человека, вырабатывать рекомендации по совершенствованию их деятельности в области защиты прав человека.
Права человека и их защита в современном мире регулируются
не только национальным, но и международным правом. Право каждого на обращение в межгосударственные органы возникает только
тогда, когда исчерпаны все внутригосударственные средства правовой защиты. Всеобщая декларация прав человека 1948 года, которая носит лишь морально-политический характер, признает право
каждого «на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами». Развивая данное положение, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 года закрепляет за каждым человеком право «на справедливое судебное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основе закона». Исходя из этого, все
право – и дееспособные субъекты права, проживающие на территории государств, являющихся членами Совета Европы, при исчерпании возможностей защиты своих прав согласно национальному
законодательству могут обращаться в Европейский Суд по правам
человека. Одним из важнейших достижений в международном регулировании прав человека является учреждение и функционирование межгосударственного механизма их защиты. В настоящее
время в соответствии с положениями международных договоров
сложилась определенная система межгосударственных органов, наделенных функциями международного контроля за деятельностью
государств в сфере обеспечения прав человека. Такой контроль осуществляется на различных уровнях: на универсальном – главные
и вспомогательные органы Организации Объединенных Наций; на
региональном – в Европе на уровне Совета Европы и других институтов, в американских государствах – в рамках Организации американских государств. Некоторые международные правозащитные
институты созданы и на постсоветском пространстве в рамках Содружества Независимых Государств.
Таким образом, каждый человек должен иметь возможность свободно выбрать способ защиты своих нарушенных прав. При этом,
он должен быть уверен в том, что государство гарантирует равную
возможность для любого, независимо от его веры, расы, места жительства, возраста и пола, воспользоваться этими способами защиты. В противном случае, стремление современного государства к де110
мократии, законности, свободе, равенству, гуманизму, правовому
государству, выраженное в конституционных нормах и принципах,
останется только декларацией о намерениях.
1 См.: Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ,
от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) // СЗ РФ. 2014. № 31. Ст. 4398.
2 См.: Федеральный конституционный закон от 26.02.1997 № 1-ФКЗ (ред. от
31.01.2016) «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» //
Рос. газета. 2016. 03 февр.
магистрант юридического факультета ГУАП
ФЕДОРОВ А. В.
МОМЕНТ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ПРАВОСПОСОБНОСТИ
ГРАЖДАН: ВОПРОСЫ, ТРЕБУЮЩИЕ РЕШЕНИЯ
Гражданскую правоспособность нельзя оделить от самого факта
существования человека. На всем временном промежутке человеческой жизни начиная от рождения и заканчивая смертью, пока человек жив, он обладает правоспособностью, которая неотчуждаема.
Определение гражданской правоспособности закреплено в гражданско-правовой норме, а именно в ст. 17 Гражданского Кодекса
Российской Федерации (далее – ГК РФ)1.
Давая определении жизни можно сказать, что она представляет собой саморегулирующийся, протекающий в определенный временной отрезок, взаимосвязанный с окружающей средой процесс,
который осуществляется на основе многоступенчатой системы наивысшей степени сложности, главным результатом которой является существование человека.
Ученный Мейре Д. И. считал, что рождение человека, это и есть
акт отделение младенца от чрева матери., определяя это как исходный пункт с которого начинается существование физичкой личности, а начальным моментом юридической жизни человека связан
с началом самостоятельного бытия человека.
Дольше человек прожил или меньше, продолжительность жизни никак не должна отражаться на правоспособности гражданина. И одной минуты хватит, что бы родившийся младенец считался
субъектом права.
Законодательное определение дееспособности в ст. 17 ГК РФ
предполагает единство правоспособности. Однако стоит опреде111
лить, всеми элементы гражданской правоспособности, предусмотренные законом, одновременно с рождения наделяется человек.
В литературе бытует мнение, согласно которому гражданская
правоспособность возникает в момент рождения, на наш взгляд,
данная формулировка не отражает полной мере всю специфику
гражданской правоспособности, хотя и опирается на формулировку
отраженную в ст. 17 ГК РФ. Хотелось бы отметить, что некоторые
из элементов, которые включены в содержание гражданской правоспособности возникают с наступлением определенного возраста, а
следовательно одного момента наступления жизни у новорожденного недостаточно, что бы возникла правоспособность в полном объеме. В нормах Российского законодательства отраженны такие элементы, но определить их можно исходя их правового анализа и назначения конкретных прав и обязанностей2.
Опекунами и попечителями, исходя из правового анализа п. 2
ст. 35 ГК РФ, могут быть совершеннолетние и дееспособные физические лица достигшие восемнадцатилетнего возраста, то есть граждане не достигшего данного возраста не могут обладать правами и
обязанностями опекунов и попечителей, для них отсутствует данный элемент правоспособности.
Представителем согласно правовым нормам гражданского законодательства, а именно ст. 182 ГК РФ может быть гражданин обладающей дееспособностью в полном объеме, а значит и способность
быть представителем признается не за всеми гражданами.
Можно рассмотреть завещательную способность, как один из
элементов гражданской правоспособности и придти к выводу, что
она возникает одновременно с дееспособность гражданина, а следовательно реализация этой правовой возможности связана с истечением определенного временного отрезка, за который физическое лицо сформируется как социальная зрелая личность, способная девствовать самостоятельно.
Рассмотрев и изучив нормы Российского гражданского законодательства можно сделать вывод, что отдельные элементы, которые входят в содержание гражданской правоспособности не возникают с момента рождения человека, а возникают только по достижению определенного возраста, который регламентируется законом и при наличии
у него соответствующей дееспособности. Данные обстоятельства родили в науке мнение, что существует частичная правоспособность3.
Можно согласиться с мнением профессора Сулимайнова С. А. и
определить частичную гражданскую правоспособность как категорию гражданского права и сказать, что частичная гражданская
112
правоспособность это возможность иметь гражданские права полностью не с момента рождения, а по достижению несовершеннолетними определенного возраста указанного в законе. Следовало бы подобное положение закрепить в нормах гражданского законодательства, дабы способствовать более точному и правильному применению определения правоспособности. А так же такая норма устранила бы явное и ничем не оправданное противоречие.
Интересное мнение на этот счет, хотя и не бесспорное высказал
профессор Борисов В. В., согласно которому: «В момент рождения
человек приобретает весь объем правоспособности. Таким образом,
комплекс правомочий на потенциальное обладание гражданскими
правами возникает у человека в момент рождения, однако реализовать и воспользоваться он может в момент приобретения необходимого объема дееспособности для совершения рода юридически значимого действия»4.
Представляется, что не родившейся и родившейся гражданин –
это только стадии развития одного и того же человека, данный вопрос разжег целый ряд дискуссий и полемик в научном сообществе
относительно поправок в ГК РФ. Одна из основных идей планируемых поправок заключается в следующем – это принципиально новый подход определения с которого начинается гражданская правоспособность гражданина, не с момента рождения бедующего человека, как это определенно в ст. 17 ГК РФ, а с момента его зачатия.
В обосновании приводиться ряд доводов и аргументов, первую очередь о фактическом, хотя и частичном признании правоспособности зачатых, но еще не рожденных лиц в действующих нормах российского законодательства путем признание за ними определенных
прав, например, таких как право на жизнь и право на наследство.
Мы полагаем, что если в Российской Федерации на законодательном уровне признают правоспособность за зачатым, но еще не
родившемся ребенком, то такая инициатива не будет гарантом сохранения его прав и законных интересов, а внесет только неразбериху в нормы российского законодательства и создаст массу спорных моментов и открытых вопросов. Один из которых: в какой момент будет возникать правоспособность у еще народившегося ребенка? Ведь момент зачатие в большинстве случаев невозможно
определить моментально и устанавливается только спустя несколько недель. Еще встанет вопрос: следует ли отнести момент зачатия
к актам гражданского состояния, которые подлежат обязательной
государственной регистрации? Или не следует момент правоспособности регистрировать? На наш взгляд, однозначно следует, тогда
113
придется вносить изменения в ст. 47 ГК РФ, на практике будет означать, что часть не родившихся детишек будут регистрироваться на
разных стадиях беременности, еще в утробе матери, а часть только
после появления на свет, что приведет к путанице и множеству неразрешимых вопросов, ибо как мы излагали выше, весьма сложно
определить момент начала жизни5.
Еще один, наверно, самый сложный вопрос: когда возникает правоспособность зачатого ребенка, если это зачатие произошло искусственным методом репродукции человека? На сегодняшний день
Семейный кодекс Российской Федерации (далее – СКРФ) включает
три метода:
– искусственное оплодотворение (ч. 1 п. 4 ст. 51);
– имплантация эмбриона (ч. 1 п. 4 ст. 51);
– имплантация эмбриона в тело суррогатной матери (ч. 2 п. 4 ст.
51)6.
Но не СК РФ, ни другие федеральные законы, не дают объяснение этих медицинских терминов, их содержания и сущности, что
порождает немало вопросов относительно рассматриваемой проблемы – вопроса определения зачатия и возникновения гражданской
правоспособности у еще не родившихся граждан.
Представляется, что необходимо определить, с какого момента
право на жизнь в полной мере распространяется на внутриутробный плод человека и ограничено ли данное право его физиологическими данными, в частности, его жизнеспособностью или болевыми
реакциями, так как от этих вопросов зависит разрешение проблем,
связанных с распоряжением эмбрионами, их органами и тканями,
использованием их в качестве трансплантатов и т. д. Принятие соответствующего законодательного акта, несомненно, станет важным этапом дальнейшего совершенствования гражданского законодательства и важной гарантией охраны прав зачатых, но еще не
рожденных детей.
1 Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51ФЗ // Рос. газета. 1994.
2 Быков Р. А. Гражданское право: учеб. пособие для бакалавров. 7-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт. 2015. С. 145.
3 Воронов С. К. Гражданская правоспособность и дееспособность. 2012. № 4. С.
100.
4 Климентьев Г. А. Гражданское право: учебник для вузов / под ред. акад. А. Л.
Лебедева. М.: Новый Юрист. 2014. № 6. C. 198.
5 Фролов Д. В. Гражданское право: учебник для вузов / под ред. акад. А. К. Дементьева. М.: Новый Юрист. 2015. № 6. C. 56.
6 Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от
30.12.2015).
114
студентка юридического факультета ГУАП
САЛЫКИНА А. О.
КРИМИНОГЕННЫЕ УГРОЗЫ СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЕЙ
И ИХ ВЛИЯНИЕ НА ПОДРАСТАЮЩЕЕ ПОКОЛЕНИЕ
Новость о двоих пятнадцатилетних подростках, которые открыли огонь по полицейской машине из окна дома, захлестнула средства массовой информации 14 ноября 2016 года. В поселке Струги
Красные школьники Денис и Екатерина на протяжении нескольких часов вели прямую трансляцию происходящего с ними в социальных сетях. В кадр попало все: от приготовления подростками
пищи до стрельбы по полицейской машине1.
По словам Кати, которая вела видеотрансляцию, она и её молодой человек сбежали из дома из-за плохих отношений с родителями.
В дом в поселке Струги Красные пятнадцатилетние Денис и Екатерина проникли, взломав окно. Дом принадлежал отчиму погибшей
девушки. Именно в его сейфе они и нашли оружие, из которого были произведены выстрелы по полицейской машине. После обстрела
«полицейского бобика», подростки покончили с собой, попрощавшись перед этим со своими зрителями во время видеообращения.
В социальных сетях подростки изъявили желание «уйти красиво».
Безусловно, в данном происшествии заслуживает внимание то обстоятельство, что подростки транслировали все происходящее в сеть
и даже находили какие-то отклики в виде комментариев, которые
оставляли другие пользователи сети. То, что подростки желали привлечь к себе внимание – очевидно. В своей видеотрансляции подростков возмущал факт, что их наблюдает слишком мало «зрителей».
Социальные сети уже давно не просто не препятствуют, но и во
многом способствуют криминогенному влиянию на сознание несовершеннолетних. Стоит выделить криминологически значимые
особенности социальных сетей и рассмотреть их применительно
к несовершеннолетним.
Первой особенностью следует назвать поддержку со стороны части подростков социально опасных взглядов. Эта особенность влечет
за собой наибольшие риски. Наблюдая за преступным поведением
некоторых лиц, афиширующих свои деяния через социальные сети, не в состоянии дать этим действиям реальную оценку, подростков привлекает тот резонанс, который вызывают эти действия, привлекает количество наблюдающей аудитории и сам факт того, что
человек безнаказанно совершает те или иные преступные деяния.
115
Кроме того, в социальных сетях создаются различные сообщества,
имеющие криминальный характер, осуществляющие преступную деятельность на постоянной основе. И легче всего к такой деятельности
привлекаются подростки, которые не обладают устоявшейся психикой, убеждения которых могут легко склоняться в сторону девиантного поведения. Также особенную опасность представляют так называемые «группы смерти»2 – сообщества, которые имеют своей целью
пропаганду суицида среди подростков. Действие создателей таких
групп, и людей, ведущих непосредственную пропаганду самоубийств
бесспорно является преступлением, посягающим на жизнь человека.
Второй особенностью стоит выделить влияние на психическое состояние пользователей социальных сетей (особенно несовершеннолетних). Угроза ознакомления подростка с информацией, способной нанести физический или психологический вред его развитию, а также
информацией, которая является пропагандой преступного поведения,
является основным риском, которому подвергается несовершеннолетний в социальных сетях. Исследования показывают, что в социальных сетях скорость распространения негативной информации и широта охвата аудитории в 2–2,6 раза превышает аналогичные показатели
для позитивных новостей3, в результате этого вероятность ознакомления несовершеннолетних с такой информацией велика.
К негативной информации, которая может оказать влияние на
подростка может относиться как пропаганда вредных привычек,
антиобщественного поведения, совершения преступных деяний,
так и информация, способствующая раннему началу половой жизни, обладающая сексуальным характером.
В социальных сетях подростки подвержены высокой опасности
стать жертвой преступлений сексуального характера. Педофилы
с помощью социальных сетей находят потенциальных жертв4, отслеживают некоторые факты об их жизни и времяпрепровождении, склоняют подростка во время личной переписки ко вступлению в сексуальные отношения.
Криминогенное влияние социальных сетей на несовершеннолетних связано с угрозами, которые можно подразделить на 2 группы:
– угроза негативной информации, которая способна оказать влияние на психическое или физическое здоровье подростка, а также
побудить его к совершению антиобщественных действий или преступлений;
– использование личных сведений о подростке в противоправных целях (примером может послужить информация, полученная
с целью хищения имущества у самого подростка или его близких).
116
Подверженность рассмотренным рискам оказывает негативное
влияние на психическое здоровье подростка, его еще не сформированные ориентиры и жизненные ценности. В подростковом возрасте
у ребенка могут легко сформироваться криминогенные установки
«о возможности и приоритетности противоправного поведения»5.
Если проанализировать то, как изменилось сознание молодежной среды современной России, можно сделать вывод, что все чаще
для них считается допустимым поведение, связанное с нарушением норм морали ради достижения собственной цели. С помощью социальных сетей наиболее возможно целенаправленное вовлечение
подростка в преступную деятельность.
Моде на то, чтобы выкладывать в сеть различные факты и моменты из своей жизни подвержена огромная часть современной молодежи. Озабоченность желанием привлечь к себе внимание тем
или иным способом иногда приводит к ужасающим последствиям.
История Псковских подростков не первая и, как кажется, не последняя в своем роде.
Громкое дело о «живодерках из Хабаровска»6 также вышло
в свет из социальных сетей. Студентки из Хабаровска убивали животных и выкладывали фотографии в интернет, сопровождая кадры небольшими подписями. Дело, которое поражает своей жестокостью по отношению животным, обрело огромную огласку. В данный момент девушкам грозит наказание по части 2 статьи 245 Уголовного кодекса Российской Федерации7.
Социальные сети на сегодняшний день безусловно оказывают
влияние на психическое здоровье личности. Для подростков мир,
существующий в социальных сетях, в интернете, кажется наиболее реальным и ярким, чем окружающая действительность. Большой объем негативной информации, которой подвержен подросток
в сети, способен привести к негативным последствиям, связанным
с противоречием между большим объемом информации и невозможностью ее восприятия и правильной переработки.
Чаще всего подросток остается один на один с информацией, которую он получает в интернете, и родители не имеют возможности
пресечь криминогенное влияние на самой ранней его стадии. Семья играет одну из первых ролей в противодействии криминогенного влияния социальной сети на несовершеннолетних. Заинтересованное участие взрослых, способных осуществлять контроль, пусть
даже части информации, которая окружает несовершеннолетнего
в социальной сети, способно правильно сориентировать подростка
в информационном потоке. Вовремя фильтруя и давая оценку все117
му, что видят глаза ребенка в интернет пространстве, родители в силах предостеречь его от негативного влияния сети. Большое значение приобретает работа образовательных учреждений. Помимо профилактических бесед, направленных на то, чтобы обезопасить подростка от вступления в контакты с людьми, общение с которыми
является для него потенциальной угрозой, педагоги должны обращать более пристальное внимание на изменения в поведении и мировоззрении подростка.
Противодействие распространению негативного влияния на подростков в социальных сетях – это новый вид деятельности, который
должен объединить усилия многих ведомств. Правоохранительные органы не должны оставлять без внимания жизнь подростков,
разворачивающуюся на просторах социальных сетей, чтобы не допустить наступление необратимых общественно-опасных последствий. Должны быть определены жесткие критерии информации,
к которой подросток имеет доступ, критерии допустимости размещения информации в сети. Попадающие в сеть ролики, содержание которых может иметь негативное влияние на умы подростков,
должны немедленно проверяться на предмет наличия в их содержании состава преступления и удаляться.
Весь перечень угрожающих факторов, оказывающих отрицательное влияние на подростков в социальной сети сложно рассмотреть в рамках одной статьи. Но даже исходя из рассмотренных рисков, можно сделать вывод о необходимости разработки новых стратегий противодействия и нейтрализации негативной информации
в социальных сетях, и в интернет пространстве в целом.
1 Вахрушев К. Псковские Бонни и Клайд снимали на видео свои последние часы жизни [Электронный ресурс] // Комсомольская правда: [сайт]. Режим доступа:
http://www.pskov.kp.ru/daily/26606/3623389/ (дата обращения 15.11.2016 г.).
2 Мурсалиева Г. Группы смерти [Электронный ресурс] // Новая газета: [сайт].
Режим доступа: https://www.novayagazeta.ru/articles/2016/05/16/68604-gruppysmerti-18 (дата обращения 13.11.2016г.).
3 Ларина Е., Овчинский В. С. Кибервойны XXI века. О чем умолчал Эдвард Сноуден. М.: Книжный мир, 2014.
4 Левченко А. О. Дети онлайн: Опасности в сети. М.: Эксмо, 2015.
5 Антонян Ю. М., Аванесян В. В., Тимошина Е. М. Причины преступности в России. М., 2013.
6 Живодеркам из Хабаровска ужесточили статью. [Электронный ресурс] // Аргументы недели: [сайт]. Режим доступа: http://argumenti.ru/society/2016/10/471580/
(дата обращения 15.11.2016 г.).
7 Уголовный кодекс Российской Федерации. М., 2016.
118
студентка юридического факультета ГУАП
СЕРГЕЕВА Е. А.
ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНОЙ
АДАПТАЦИИ МИГРАНТОВ
31 октября 2016 года Президент Российской Федерации, провел
заседание Совета по межнациональным отношениям в Астрахани.
На повестке дня был поднят вопрос о реализации Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации, утвержденной на период до 2025 года1. Программа разработана в целях укрепления единства и целостности России, также сохранения
этнокультурной самобытности ее народов.
Президент отметил, что в реализации данной стратегии нужно
определить федеральный орган, отвечающий за адаптацию мигрантов. Также необходимы специалисты по межэтническим и межконфессиональным отношениям.
В современном обществе нетрудно заметить разрушительные
тенденции по размыванию традиционных ценностей, сложившихся в процессе культурного, этнического и исторического развития
России. Поэтому так важно сохранять общественное и духовное
единство народа.
Жуковская Ю. О. отмечает, что «сейчас трудно говорить о наличии общей теоретико-методологической концепции анализа этих
процессов»2. Действительно, при наличии сформированной стратегии, возможно отметить лишь разработанные «ряды подходов, отражающих основные тенденции», которые практически слабо реализованы».
По данным Всероссийской переписи населения 2010 года, на территории Российской Федерации проживают представители 193 национальностей. Для многих народов Россия стала их исторической
родиной. Пребывание мигрантов в иммигрированной стране подразумевает их автоматическое внедрение в социальную среду страны. Они становятся субъектами общественных отношений, обладающими определенными правами и обязанностями. Каждая национальность имеет свои традиционные ценности, которые могут не совпадать со сложившимися историческими ценностями, например,
России. В процессе смешения традиционных ценностей отдельных
национальностей с нашими, возникает потребность в усилении общероссийского гражданского самосознания и духовной общности
российской нации, а также обеспечение социально-культурной
119
адаптации мигрантов, прибывших на территорию Российской Федерации.
По прибытии в Россию у иностранных граждан возникают права и обязанности, которые они несут наравне с гражданами Российской Федерации, обозначенные в Конституции Российской Федерации3. Однако в силу своего правового статуса, мигранты имеют перечень специальных обязанностей:
– получить и заполнить миграционную карту при въезде в Российскую Федерацию;
– постановка на миграционный учет;
– пройти процедуру дактилоскопии4;
– при осуществлении трудовой деятельности получить патент
или разрешение;
– соблюдать сроки пребывания в России;
– иметь полис медицинского страхования;
– иметь средства для проживания на территории России и последующего выезда из нее;
– обязанность сдать миграционную карту должностному лицу
органа пограничного контроля в пункте пропуска через государственную границу Российской Федерации при выезде из нее.
Важным направлением адаптации мигрантов является их правовое просвещение и информирование в области миграционного
законодательства, что несомненно послужит рычагом формирования правосознания иностранного гражданина. Стоит отметить,
что данный процесс должен иметь характер двустороннего порядка
как принимающей стороны, так и эмигрированной страны. Недавнее нововведение в миграционное законодательство, предусматривающее обязательную сдачу экзаменов по русскому языку, истории
России, основам законодательства Российской Федерации для трудящихся-мигрантов, является ярким примером социальной адаптации иностранцев.
Социальная адаптация – процесс взаимодействия личности с социальной средой, в ходе которого согласовываются их взаимные
требования и ожидания. Рассматривая вопрос данного процесса,
в первую очередь, акцент направлен на механизм правового просвещения мигрантов.
Процесс адаптации мигранта представляет собой комплекс мер по
обеспечению приспособление адаптанта к новым условиям жизни. На
период 2016 года для мигрантов существует определенный пакет социальных льгот, включающий, например, социальные пособия, медицинское и пенсионное обеспечение, а также право на образование5.
120
Право на пособия за счёт федерального бюджета имеют постоянно проживающие на территории Российской Федерации иностранные граждане, лица без гражданства, беженцы, а так же временно
проживающие на территории России и подлежащие обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством иностранные граждане и лица без
гражданства6.
Но из общего правила имеются исключения, так мигранты, лишенные родительских прав или ограниченные в них, не имеют претендовать на: единовременное пособие при рождении ребёнка; единовременное пособие при передаче ребёнка на воспитание в семью;
ежемесячное пособие по уходу за ребёнком.
Социальные пособия предоставляется семьям, в которых ребенок (дети) и хотя бы один из родителей является лицом без гражданства/беженцем/иностранным гражданином, имеющим по крайней мере место пребывания в Санкт-Петербурге.
Региональные выплаты осуществляются в виде ежемесячного
пособия независимо от доходов семьи следующим категориям:
– на несовершеннолетнего ребенка из семьи, где оба законных
представителя являются инвалидами I или II групп;
– на несовершеннолетнего ребенка-инвалида;
– на несовершеннолетнего ребенка-инвалида из семьи, где оба законных представителя являются инвалидами I или II групп;
– на несовершеннолетнего ВИЧ-инфицированного ребенка;
– на ребенка-инвалида с особыми потребностями.
В случае, когда данные категории семей имеют статус «малообеспеченной семьи», т. е. семья, имеющая среднедушевой доход семьи
ниже полуторакратного размера величины прожиточного минимума в расчете на душу населения, установленного в Санкт-Петербурге
за последний квартал, за который определена эта величина, им назначается ежемесячное пособие на ребенка:
– от рождения до полутора лет;
– в возрасте от полутора до семи лет;
– в возрасте от семи до шестнадцати лет либо до окончания образовательной организации (но не старше восемнадцати лет).
Однако стоит отметить, что право на пособие имеют иностранные граждане, имеющие не место пребывания, что относится к лицам без гражданства и беженцам, а место жительство в СанктПетербурге.
Мигранты, приезжающие на территорию Российской Федерации, имеют право находиться на ней в течение девяноста дней. Для
121
продолжительного времяпрепровождения в России может быть получено разрешение на временное проживание (РВП), срок действия
которого 3 года, после возможна подача документов на получение
вида на жительство (ВНЖ). В отношении мигрантов, имеющие
ВНЖ, пакет социальных льгот увеличивается. Появляется право
на пенсию как на страховую и на накопительную, так и по государственному пенсионному обеспечению. Это право осуществляется
наравне с российскими гражданами.
В поддержку трудовой деятельности иностранного гражданина
налог на доходы составляет 13%, равно как для граждан России.
Иностранный гражданин имеет право обращаться в Центры службы занятости за помощью в поиске работы. Для трудящихся мигрантов и его семьи, являющиеся членами Евразийского экономического союза7 предусмотрен большой социальный пакет:
– обязательное страхование на случай временной нетрудоспособности;
– обязательное страхование в связи с материнством8;
– обязательное медицинское страхование;
– посещение дошкольных учреждений;
– обучение в образовательных организациях;
– пользование бесплатной медицинской помощью.
Невозможность определения реальной цели пребывания иностранцев в стране, и их собственная неопределенность приводит
к затруднению реализации программ по адаптации мигрантов.
«Жизнь вносит коррективы в классические представления, согласно которым существует четкое разделение между временной и постоянной, а также вынужденной и экономической миграцией. Миграционное поведение людей становится все более гибким, а критерий разделения потоков по целям перемещений – менее четким», –
отмечает Е. В. Тюрюканова9.
Культурная адаптация мигрантов – понятие, подразумевающее
под собой как языковую сферу, так и принятие норм, устоев, ценностей принимающего общества, которые проявляются и в деловой
жизни, и в непроизводственной сфере, и в политической культуре.
При стратегии ассимиляции аккультурация для индивида может завершиться потерей прежней этнической идентичности, когда
он идентифицирует себя либо с доминирующей группой, либо с государственной, гражданской общностью10. К сожалению, на практике это происходит редко. Однако это является одним из основных
факторов, влияющих на количество возникающих проблем, связанных с мигрантами, среди которых, несомненно, самой важной
122
является ухудшение криминогенной ситуации в стране. Непонимание и отрицание устоев и обычаев, принятых у основной части населения крупных городов России, приводит к априорному противоречию двух лиц разных народностей. В свою очередь, незнание русского языка является основным барьером на пути к изучению и пониманию культуры основных групп населения городов Российской
Федерации, сближению с этими группами. Результатом становится
обособление групп мигрантов по национальному признаку: живут,
общаются, питаются, отдыхают группами, состоящими из соотечественников.
Исходя из выше сказанного, можно сделать вывод, что культурная адаптация напрямую влияет на пребывание мигрантов на территории Российской Федерации. Помимо языковых курсов, которые в недавнем времени получили широкое распространение, необходимо рассказывать об обычаях и устоях, а также объяснять их
смысл и значение для коренного населения. Полезным дополнением станет включение посещений культурных объектов в образовательную программу. Стоит отметить, что в законодательстве Российской Федерации не предусмотрено никаких ограничений посещений культурных объектов для иностранцев.
В целях сокращения количества случаев предоставления некачественных образовательных услуг мигрантам, требуется разработка единой государственной образовательной программы. Для соответствия единой государственной программе программ частных
образовательных компаний, предлагается лицензировать деятельность частных компаний, предоставляющих услуги данной направленности.
Все эти меры необходимо предпринимать в качестве подготовительного этапа к получению патента, позволяющего вести трудовую
деятельность. При этом в структуру экзамена предлагается включение не только вопросов, касающихся знания непосредственно русского языка, но и вопросов о культурных обычаях того или иного
субъекта Российской Федерации. Данные меры призваны произвести первичную подготовку мигранта к нахождению и ведению трудовой деятельности на территории неизвестного ему государства.
Предлагаемые меры относятся только к мигрантам, находящимся на территории Российской Федерации без визы, то есть тем, кому
необходимо получить патент, чтобы вести трудовую деятельность.
Безвизовый въезд установлен для граждан всех стран СНГ, кроме
Туркмении, а также для граждан иных государств, например, Израиль.
123
Данные нововведение предлагается произвести в рамках запланированного «Года единства российской нации». Так как российская нация насчитывает около 190 народов и этногрупп, одним из
основополагающих вопросов «Года единства российской нации»
станет единение всех народностей. Поэтому мероприятия в рамках
этого года актуально объединить с мероприятиями в рамках облегчения адаптации мигрантов в Российской Федерации. Это позволит
сократить бюджетные расходы, так как программы окажутся схожими по тематике.
1 См.: Указ Президента РФ от 19 декабря 2012 г. № 1666 «О Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года».
2 См.: Жуковская Ю. О. К вопросу о социальной адаптации трудовых мигрантов
в российской среде // Журнал социологии и социальной антропологии. 2009. Том
XII. № 1. С. 179.
3 См.: Ч. 3 ст. 62 Конституции Российской Федерации // СЗ РФ. 2009. № 4. Ст.
445.
4 См.: Ст. 9 Федерального Закона от 25 июля 1998 г. № 128-ФЗ «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации».
5 См.: Ст. 78 Федерального Закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании
в Российской Федерации».
6 См.: Ст. 1 Федерального Закона от 19.05.1995 № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей».
7 Государствами-членами Евразийского экономического союза являются Республика Армения, Республика Беларусь, Республика Казахстан, Кыргызская Республика и Российская Федерация.
8 См.: Ч. 1 ст. 2 Федерального Закона от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством».
9 См.: Тюрюканова Е. В. Трудовая миграция в России // Отечественные записки.
Журнал для медленного чтения. 2004. № 4(19).
10 См.: Шаклеин В. М. О некоторых вопросах лингвокультурной адаптации мигрантов // Вестник РУДН. Серия: Русский и иностранные языки и методики их преподавания. 2014. № 3. С. 9.
БУЛАТОВ Р. Б.
профессор кафедры государственного права юридического факультета
ГУАП, доктор юридических наук, доцент
К ВОПРОСУ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРАВА ДЕТЕЙ НА ОБРАЗОВАНИЕ
В деятельности органов муниципальной власти одним из основных направлений по обеспечению прав детей является реализация их права на образование. Полномочия органов муниципальной власти в образовательной сфере определены действующим законодательством Российской Федерации, в первую очередь Федеральным законом от 29 декабря 2012 г. «Об образовании»[4]. Эти
полномочия должны осуществлять органы местного самоуправле124
ния муниципального района. Обращает на себя внимание то, что
закон исключает из круга вопросов местного значения, решаемых
муниципальными районами, организацию профессионального образования.
На основании п. 11 ч. 1 ст. 15, п. 13 ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 6 октября 2003 г. «Об общих принципах организации местного
самоуправления в Российской Федерации»[2], к вопросам местного
значения муниципальных районов и городских округов относятся:
– организация предоставления общедоступного и бесплатного начального общего, основного общего, среднего (полного) общего образования по основным общеобразовательным программам,
за исключением полномочий по финансовому обеспечению образовательного процесса, отнесенных к полномочиям органов государственной власти субъектов РФ;
– организация предоставления дополнительного образования
детям (за исключением предоставления дополнительного образования детям в учреждениях регионального значения);
– организация предоставления общедоступного бесплатного дошкольного образования;
– организация отдыха детей в каникулярное время.
Полномочия органов муниципальной власти по решению указанных вопросов местного значения конкретизируются в других
федеральных законах и подзаконных нормативных правовых актах. Так, в п. 1 ст. 9 Федерального закона «Об образовании» о полномочиях органов муниципальной власти муниципальных районов и
городских округов в сфере образования, отдельно упоминаются[4]:
– организация предоставления общедоступного и бесплатного
дошкольного, начального общего, основного общего, среднего общего образования по основным общеобразовательным программам
в муниципальных образовательных организациях (за исключением полномочий по финансовому обеспечению реализации основных
общеобразовательных программ в соответствии с федеральными государственными образовательными стандартами);
– организация предоставления дополнительного образования детей в муниципальных образовательных организациях (за исключением дополнительного образования детей, финансовое обеспечение
которого осуществляется органами государственной власти субъекта Российской Федерации);
– создание условий для осуществления присмотра и ухода за
детьми, содержания детей в муниципальных образовательных организациях;
125
– создание, реорганизация, ликвидация муниципальных образовательных организаций (за исключением создания органами
местного самоуправления муниципальных районов муниципальных образовательных организаций высшего образования), осуществление функций и полномочий учредителей муниципальных образовательных организаций;
– обеспечение содержания зданий и сооружений муниципальных образовательных организаций, обустройство прилегающих
к ним территорий;
– учет детей, подлежащих обучению по образовательным программам дошкольного, начального общего, основного общего и
среднего общего образования, закрепление муниципальных образовательных организаций за конкретными территориями муниципального района, городского округа;
– осуществление иных установленных настоящим Федеральным
законом полномочий в сфере образования.
Отмеченные полномочия, хотя в Законе и перечисляются наряду с названными выше вопросами местного значения (а не в их
рамках), в действительности являются полномочиями по решению этих вопросов местного значения и никоим образом не расширяют компетенцию органов муниципальной власти по сравнению с Федеральным законом «Об общих принципах организации
местного самоуправления в Российской Федерации», а лишь конкретизируют ее. Эти полномочия представляют собой организационно-правовые средства, через которые органами местного самоуправления реализуется функция по организации предоставления перечисленных видов образования. Состав полномочий,
перечисленный в ст. 9 Федерального закона «Об образовании», не
является закрытым и развивается в других нормах данного Закона.
В рамках решения вопросов местного значения в сфере образования, органы муниципальной власти могут осуществлять и любые
иные полномочия, названные в ст. 17 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», а также использовать иные организационно-правовые механизмы, закрепленные другими законами.
Субъекты РФ осуществляют лицензирование и государственную
аккредитацию муниципальных образовательных учреждений, за
исключением ряда учреждений, лицензирование и государственная аккредитация которых отнесены к компетенции федеральных
органов государственной власти[5].
126
Собственные полномочия субъектов РФ в сфере образования перечислены в подп. 13, 13.1, 14, 14.1 п. 2 ст. 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 г. «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»[1]. В соответствии с п. 6 этой же статьи, указанные полномочия могут передаваться органам местного самоуправления.
Итак, из системного анализа законодательства (Федерального
закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти
субъектов Российской Федерации» и Федерального закона «Об образовании») следует, что могут передаваться на местный уровень
следующие полномочия субъектов РФ в сфере образования:
– организация предоставления общедоступного и бесплатного
дошкольного, начального общего, основного общего, среднего (полного) общего образования по основным общеобразовательным программам в образовательных учреждениях, находящихся в соответствии с федеральным законом в ведении субъекта РФ (это коррекционные и иные специализированные образовательные учреждения
для отдельных категорий детей);
– организация предоставления начального, среднего и дополнительного профессионального образования (за исключением образования, получаемого в федеральных образовательных учреждениях,
перечень которых утверждается Правительством РФ);
– организация предоставления дополнительного образования
детям в учреждениях регионального значения. С изложенных позиций, на наш взгляд, должны решаться и вопросы о допустимости
передачи иных полномочий, закрепленных за субъектами законодательством об образовании.
Таким образом, следует признать, что органы муниципальной
власти могут создавать любые учреждения дополнительного образования детей, в т. ч. в виде разного рода спортивных школ (детско-юношеских спортивных школ, детско-юношеских спортивных
школ олимпийского резерва). Органы муниципальной власти лишены Законом возможности создавать центры спортивной подготовки как физкультурно-спортивные организации (учреждения,
предприятия), осуществляющие учебно-тренировочный процесс.
Однако в настоящее время отличия таких центров от учреждений
дополнительного образования не вполне ясны, кроме того, что первые являются физкультурно-спортивными организациями, а вторые – образовательными организациями. Можно предположить,
127
что речь идет о ранее известных школах высшего спортивного мастерства, центрах олимпийской подготовки, училищах олимпийского резерва, которые по Федеральному закону от 4 декабря 2007 г.
«О физической культуре и спорте в Российской Федерации»[3] создавались только федеральными или региональными органами власти. В любом случае это требует дальнейшей конкретизации[6].
В принципе, отнесение указанной функции к полномочиям субъектов означает, что на базе муниципальной собственности не должны создаваться специализированные физкультурно-спортивные организации и образовательные учреждения для инвалидов и других
лиц с ограниченными возможностями здоровья. Соответственно,
такие специализированные муниципальные учреждения должны
быть переданы субъекту РФ (в порядке разграничения имущества)
либо перепрофилированы.
Однако, поскольку Закон не вполне последователен в отношении
возможности создания муниципальных организаций для инвалидов, в данный момент, видимо, нет безусловной необходимости, обязательности совершения таких радикальных шагов.
Источники:
1. Федеральный закон от 6 октября. 1999 г. «Об общих принципах организации
законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной
власти субъектов Российской Федерации» // СЗ РФ. 1999. № 42. Ст. 5005.
2. Федеральный закон от 6 октября 2003 г. «Об общих принципах организации
местного самоуправления в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2003. № 40. Ст. 3822.
3. Федеральный закон от 4 декабря 2007 г. «О физической культуре и спорте
в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2007. № 50. Ст. 6264.
4. Федеральный закон от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» // Российская газета. 2012. 31 декабря. Федеральный выпуск
№ 5976 (303).
5. О порядке лицензирования образовательной деятельности см.: Постановление Правительства РФ от 18 октября 2000 г. № 796 «О порядке государственной аккредитации образовательных учреждения». Приказ Минобразования России от 22
мая 1998 г. № 1327.
6. Мадьярова А. В. Деятельность органов местного самоуправления в сфере физической культуры и спорта // Официальный сайт СПС КонсультантПлюс [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www.consultant.ru.
128
БУЛАТОВ Т. Р.
студент юридического факультета Северо-Западного института
управления РАНХиГС при Президенте Российской Федерации
(Глущенко П. П., заместитель декана юридического факультета ГУАП
по научной работе, д.ю.н., профессор, заслуженный юрист РФ, почетный
адвокат России – научный руководитель)
О ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРОКУРАТУРЫ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И УПОЛНОМОЧЕННОГО
ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА В СФЕРЕ ОБЕСПЕЧЕНИЯ
И ЗАЩИТЫ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА
В международном праве содержатся базовые стандарты в области прав человека, такие как: свобода и равенство людей по рождению; право человека на жизнь, на свободу и личную неприкосновенность; право на свободу передвижения и выбор местожительства; право на труд[5]; равенство всех людей перед законом и право
на равную защиту законом[6].
Несмотря на то, что за двадцать лет современного развития России было немало сделано для соблюдения конституционных прав
и свобод граждан, факты нарушения прав человека по-прежнему
имеют место быть. Данное положение отражает переходный характер реформируемого российского общества[13].
Среди важнейших правовых институтов обеспечения и защиты
прав граждан особый интерес представляет изучение статуса органов Прокуратуры РФ и института Уполномоченного по правам человека.
Согласно ст. 1 Федерального закона от 17 января 1992г. № 22021 «О прокуратуре Российской Федерации», прокуратура осуществляет от имени Российской Федерации надзор за соблюдением Конституции РФ и исполнением законов, действующих на территории
РФ[4]. В целях защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства, прокуратура Российской Федерации осуществляет надзор за исполнением законов, соблюдением прав и свобод человека и гражданина федеральными министерствами, федеральными службами и иными
федеральными органами исполнительной власти, представительными (законодательными) и исполнительными органами субъектов
Российской Федерации, органами местного самоуправления, органами военного управления, органами контроля, их должностными лицами, субъектами осуществления общественного контроля за
обеспечением прав человека в местах принудительного содержания
129
и содействия лицам, находящимся в местах принудительного содержания, органами управления и руководителями коммерческих
и некоммерческих организаций, а также надзор за соответствием
законам издаваемых ими правовых актов.
Основные направления работы прокуратуры по защите прав и
свобод человека и гражданина определяются, исходя из особенностей конкретно-исторической обстановки в целом в стране, определенном регионе и состояния законности. В настоящее время органами прокуратуры приоритетное значение придается защите закрепленных в Конституции Российской Федерации трудовых, имущественных, жилищных, экономических, политических прав, права
на социальное обеспечение, неприкосновенность частной жизни.
Это связано в последние годы, прежде всего, с изменениями в экономике и социальной сфере, активизацией политической жизни
в стране.
Прокуратура наделена универсальными полномочиями, призванными способствовать ее эффективному реагированию на обращения граждан по фактам нарушения их прав и свобод. Это и самостоятельные формы прокурорского реагирования в рамках собственно государственной внесудебной защиты прав граждан, и обязанность применения соответствующих юрисдикционных форм
(уголовное, гражданское, административное судопроизводство),
когда внесудебная защита трансформируется в судебную форму защиты права[9, с. 114].
Действенность правозащитной деятельности прокуроров подтверждает все возрастающее количество обращений граждан в прокуратуру, которое превышает количество аналогичных обращений
за судебной защитой. Так, в 2015 г. в органы прокуратуры Российской Федерации поступило 4 412 370 обращений граждан и было
принято граждан на личном приеме у руководителей – 1 130 453.
Тогда как в 2014 г. (соответственно): 4 020 380 и 1 037 778; в 2013 г. –
3 983 604 и 1 005 975[12]. Подобная ситуация объясняется большей
доступностью и оперативностью органов прокуратуры в вопросах
защиты прав граждан.
Одним из направлений деятельности государства по развитию
демократических институтов, которые предназначены для дальнейшего укрепления статуса личности, гарантий реализации прав
и свобод человека и гражданина, было создание института Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации.
В ст. 103 Конституции Российской Федерации упоминается о введении в систему государственных органов Уполномоченного по пра130
вам человека в Российской Федерации[1], основной задачей которого, согласно Федеральному конституционному закону от 26 февраля
1997 г. «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», является «обеспечение гарантий государственной защиты
прав и свобод граждан, их соблюдения и уважения государственными органами, органами местного самоуправления и должностными
лицами»[3].
В деятельности Уполномоченного по правам человека подавляющее большинство граждан увидело дополнительный механизм
правовой защиты от произвола чиновников, возможность поставить заслон их исключительности в оценке собственного поведения
и получения при этом бесплатной квалифицированной юридической помощи в борьбе за правду и справедливость [9; 14, с. 112]. Не
случайно, что к Уполномоченному по правам человека в Российской
Федерации сразу стали обращаться люди социально не защищенные, не видящие иных способов защитить свои права от беззакония
и круговой поруки, административных барьеров и бюрократического формализма должностных лиц[13].
Одной из главных особенностей Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации является практически полное отсутствие у него каких-либо силовых функций. Он не правомочен
на вынесение государственно-властных решений. Его деятельность
не отменяет и не влечет пересмотра компетенции государственных
органов, обеспечивающих защиту и восстановление нарушенных
прав и свобод. Можно сказать, что этот конституционно-правовой
институт в большей степени является публично-правовым средством защиты, т. е. «властью авторитета», так как лишен каких-либо признаков «власти силы»[8, с. 19].
Следовательно, уполномоченный по правам человека строит свою
работу, исходя из презумпции добросовестности, благонамеренности и рациональности государства в важнейшем деле обеспечения
прав и свобод человека, подвергая нелицеприятной критике органы государственной власти и местного самоуправления, заостряя
внимание на негативных тенденциях государственной политики по
обеспечению прав и свобод граждан Российской Федерации. И необходим он не только как правовой орган, наблюдающий за законностью действий государственных органов и обеспечивающий соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина в определенной сфере, но и для повышения правовой культуры, просвещения
граждан по вопросам прав и свобод, форм и методов их защиты[9,
с. 114].
131
Так как российский омбудсмен не имеет карательных полномочий, ему приходится тесно сотрудничать с судебными и правоохранительными инстанциями для оказания воздействия на нарушителя прав. Согласно ст. 29 ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», он может обратиться в суды общей
юрисдикции с заявлением в защиту прав и свобод, в правоохранительные органы – с ходатайством о возбуждении административного либо уголовного производства, а также в Конституционный суд –
с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод граждан
конкретной нормой закона в каждом конкретном случае[3].
В связи с этим представляется необходимым расширить полномочия омбудсмена относительно возможности его обращения в Конституционный суд РФ[2]. Согласно действующему законодательству, Уполномоченный может обратиться в данный орган, только
если чьи-то права уже были нарушены несоответствующей Конституции РФ нормой. Однако, полагаем, что данный подход следует
считать недостаточным, так как более эффективно было бы предотвращать возможность нарушения прав граждан, а не восстанавливать уже нарушенные права. Бывший Уполномоченный по правам
человека в Российской Федерации О. О. Миронов отмечает относительно российского омбудсмена: «У него в этом отношении такие
же возможности как у каждого гражданина, который прибегает
к помощи адвокатов, последние же абсолютно резонно рекомендуют ему без всяких посредников направлять жалобу в Конституционный суд»[10, с. 277]. Следовательно, было бы рациональнее предусмотреть право омбудсмена обращаться в Конституционный суд
за проверкой соблюдения нормами законов конституционных прав
граждан, даже если эта норма еще не успела нарушить чьих-либо
прав[11, с. 166].
Таким образом, следует отметить последовательность органов
прокуратуры и Уполномоченного по правам человека в Российской
Федерации в отстаивании, основанных на законе, позиций при рассмотрении актуальных вопросов, затрагивающих права широкого
круга граждан, а также пресечении и устранении нарушений охраняемых законом прав, свобод и законных интересов социально незащищенных категорий населения, интересов общества в целом[7,
с. 111]. Заметной частью правовой базы взаимодействия органов
прокуратуры и института Уполномоченного по правам человека
в Российской Федерации стали Соглашения о сотрудничестве региональных уполномоченных по правам человека и прокуратур субъектов Российской Федерации. Их заключение вызвано необходимо132
стью осуществления эффективного контроля за реализацией конституционных прав граждан на местах[13].
Источники:
1. Конституция Российской Федерации. М., 2015.
2. Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ (с изм. на
14.12.2015) «О Конституционном Суде Российской Федерации» // СЗ РФ. 1994. №
13. Ст. 1447.
3. Федеральный конституционный закон от 26 февраля 1997 г. № 1-ФКЗ (ред. от
31.01.2016) «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» //
СЗ РФ. 1997. № 9. Ст. 1011.
4. Федеральный закон от 17 января 1992 г. № 2202-1 (ред. от 28.11.2015) «О прокуратуре Российской Федерации» // ВСНД РФ и ВС РФ. 1992. № 8. Ст. 366.
5. Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН
10.12.1948) // Российская газета. 1998. 10 декабря.
6. Международный пакт о гражданских и политических правах // Бюллетень
Верховного Суда РФ. 1994. № 12.
7. Взаимодействие органов прокуратуры с уполномоченными по правам человека в Российской Федерации в сфере защиты прав и свобод человека и гражданина.
Научное пособие АГП РФ. М., 2012. С. 111.
8. Институт уполномоченного по правам человека в субъекте Российской Федерации: Учебное пособие. СПб.: Норма, 2003. С. 19.
9. Кирилочкин И. В. Прокуратура и уполномоченный по правам человека в РФ //
Права человека и правоохранительная деятельность (посвящается памяти профессора А. В. Зиновьева): матер. регион. науч.-практ. конф. 21 мая 2015 г. / СПб.: Издво СПбУ МВД России, 2015. С. 112–114.
10. Миронов О. О. Очерки государственного правозащитника. М.: Изд-во СГУ,
2009. С. 277.
11. Никабадзе Н. Н. Институт уполномоченного по правам человека как способ
охраны прав и свобод граждан в Российской Федерации // Права человека и правоохранительная деятельность (посвящается памяти профессора А. В. Зиновьева). С.
166.
12. Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации за 2013, 2014 и 2015 гг. [Электронный ресурс].
URL: http://genproc.gov.ru/stat/data/.
13. Таранцова Д. Н. Взаимодействие российской прокуратуры и Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в сфере защиты прав человека и
гражданина: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. / АГП РФ. М., 2013.
14. Юридическая помощь – обязанность государства и (или) долг и обязанность
юриста?: матер. междунар. науч.-практ. конф. 2–3 декабря 2015 года. СПб.: Изд-во
СПб ГУАП, 2015.
133
БАЧИЛО И. Л.
Россия, Москва, ИГПРАН;
ВУС М. А., КОНДРАТЬЕВ В. В.
Россия, СПб., СПИИРАН;
МАКАРОВ О. С.
Республика Беларусь, Минск, ИНБ
ДВАДЦАТИПЯТИЛЕТИЕ СОДРУЖЕСТВА
НЕЗАВИСИМЫХ ГОСУДАРСТВ: ПРАВОВОЙ ВЕКТОР
ОБЕСПЕЧЕНИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
В современных условиях перед правовой мыслью
стоит сложнейшая задача: как практически единовременно
повторить классический цикл развития правового регулирования
для совершенно нового вида общественных отношений,
дать цивилизации признаваемую всеми субъектами
систему правил поведения в информационной сфере.
Отмечающее своё 25-летие Содружество Независимых Государств (СНГ) – признанная международным сообществом региональная межгосударственная организация1. Четверть века своего
существования СНГ ведёт поиск оптимальных форм сотрудничества и адаптации его институтов и механизмов к потребностям многостороннего взаимодействия. Углублению и расширению взаимодействия в рамках Содружества способствуют формирование общего информационного пространства, расширение межгосударственного информационного обмена, создание и развитие совместных информационно-телекоммуникационных систем.
Важнейшее направление взаимодействия государств – участников СНГ – противодействие новым вызовам и угрозам. Большое
внимание уделяется обеспечению безопасности и противодействию
организованной преступности и терроризму в их различных формах и проявлениях. Межгосударственное сотрудничество в этой
сфере является сегодня наиболее востребованным.
Формирование системы обеспечения международной информационной безопасности определяется степенью политического доверия между правительствами государств с учётом принципов взаимопонимания, равноправия и согласованности интересов. Вследствие этого очевидна необходимость ведения диалога по всему
спектру этих вопросов, разработка и совершенствование международных договоров и национального законодательства в области информационной безопасности.
134
Развитие системы обеспечения международной и коллективной
безопасности зависит сегодня от единого понимания правовых подходов к формированию системы информационной безопасности. Существует настоятельная необходимость всесторонней углубленной
научной проработки принципиальных целей, задач и направлений
развития сотрудничества государств по противодействию современным вызовам и угрозам в информационной сфере.
Развитие
информационно-коммуникационных
технологий
(ИКТ) сегодня все более становится причиной перемен в политической, экономической и социально-культурной сферах. При этом вопросы обеспечения информационной безопасности сопровождают, а
часто и предопределяют, безопасность во всех направлениях жизни
каждого государства и их взаимодействия в процессе сотрудничества и партнерства. Защищённость информации и информационной среды является фактором, активно влияющим на состояние национальной безопасности государств.
Бурное развитие и внедрение информационных технологий повлекло нарастающий разрыв в темпах энергоемкости технологической структуры информатизации и усвоении потенциала ИКТ
в управлении делами общества и государства, в реализации прав
человека и его включенности в этот процесс2. Представляется, что
решение возникших при этом проблем находится не в технической,
а в социальной плоскости, и предполагает осознание обществом новых, обусловленных процессами информатизации условий социальной жизни и выработку определенных правил безопасной межличностной, общественной, государственной и межгосударственной коммуникации с последующим их юридическим закреплением
и формированием соответствующего механизма обеспечения безопасности складывающихся отношений.
Информационная безопасность представляется состоянием социума, позволяющим достигать консенсуса субъектов правоотношений
(человека, общества и государства) в естественном многообразии их
прав и интересов на определенном этапе общественного развития.
Это многообразие и существующая пока степень неопределенности
интересов субъектов (даже в рамках одного государства, а тем более в рамках ассоциаций государств) определяет сложность правового регулирования статуса и взаимодействия конкретных субъектов
между собой в разных областях жизнедеятельности общества.
Результатом формирования информационного общества на рубеже веков стало возникновение глобального информационного пространства, в котором развернулась острая борьба за достижение ин135
формационного превосходства. Наряду с этим современное общество
всё более трансформирует свои социальные отношения, перемещая
их в информационную сферу, в которой традиционные, выработанные тысячелетиями регуляторы безопасности не действуют или действуют недостаточно эффективно, а адекватных систем защиты социальных отношений в информационной сфере пока не выработано.
Информационное пространство и киберпространство постепенно
превращаются на практике фактически в «зону боевых действий».
В связи с реальной возможностью применения потенциала новейших
ИТК в целях обеспечения военно-политического превосходства, силового противоборства и шантажа проблема обеспечения информационной безопасности стала сегодня глобальной проблемой.
Для прогрессивного развития информационного общества необходимо обеспечить эффективное противодействие угрозам использования современных информационных технологий в целях нарушения мира и безопасности, совершения преступлений, подготовки и осуществления террористических актов, распространения террористической идеологии в практике разрешения противоречий
общественного развития. Такая работа, в силу трансграничности
угроз информационной безопасности, должна проводиться как на
национальном уровне, так и с позиций международного (регионального) взаимодействия.
Учет динамики процессов использования информационных технологий и информационных ресурсов, а также необходимость своевременной реакции на изменения в трендах соответствующих
сфер социального и информационного развития определяют направления, масштабы и формы правового и организационного обеспечения информационной безопасности. Это одинаково актуально
как на национальном уровне, так и в рамках международного сотрудничества государств – участников СНГ.
Публично-правовая сущность информационной безопасности
выделяет в качестве регулятора складывающихся в связи с ее обеспечением отношений государство. С позиций права цель обеспечения информационной безопасности может рассматриваться как
поддержание сбалансированного состояния урегулированных правом общественных отношений, посредством которых субъекты могут свободно реализовывать свои информационные интересы в условиях информатизации общества.
В целях обеспечения информационной безопасности (как комплексного социально-правового явления) государство выстраивает
политику развития информационного общества, стратегию инфор136
мационной безопасности и формирует соответствующую правовую
основу обеспечения информационной безопасности. Непременным
условием решения вопросов правового и организационного обеспечения информационной безопасности является понимание того,
что государство находится в неразрывной связи и взаимодействии
с другими аналогичными структурами и субъектами, реализуя
функции стратегического и тактического партнерства, сотрудничества и добрососедства.
Проблема правового регулирования обеспечения международной информационной безопасности является одной из самых
острых и актуальных в современном национальном и международном законотворчестве. Развитие информационной сферы сформировало новые вызовы правовому регулированию и определило актуальность работы по совершенствованию модельного информационного законодательства СНГ. Решение задач обеспечения информационной безопасности требует сотрудничества и партнерства на
всех уровнях: индивидуальном, корпоративном, государственном и
международном.
С позиций права цель обеспечения информационной безопасности может рассматриваться как поддержание сбалансированного состояния урегулированных правом общественных отношений,
посредством которых субъекты могут свободно реализовывать свои
информационные интересы в условиях информатизации общества.
Для поддержания стратегической стабильности и партнерства, и
одновременно для создания условий формирования безопасного информационного общества во всех областях жизни социума настоятельно необходима адекватная нормативно-правовая основа.
В науке информационного права правовое обеспечение информационной безопасности понимается широко, с учетом всего диапазона общественных отношений, формирующихся и реализуемых
в процессе развития информационного общества. Регулирование
отношений в области обеспечения информационной безопасности
охватывает формирование и использование информационных технологий, коммуникаций и все формы работы с информацией, затрагивающие права и интересы человека, общества и государства.
В государствах – участниках СНГ сформирована определённая
законодательная основа регулирования информационных отношений, предназначенная для опосредования отношений в области как
внутреннего развития информационных ресурсов и технологий,
так и их использования во всех сферах жизнедеятельности общества. Однако нарастающий разрыв в темпах информатизации и ус137
воении потенциала ИКТ в управлении делами общества и государства, в реализации прав человека и его включенности в этот процесс
преодолевается национальными правовыми системами с большим
трудом и издержками.
Особую роль в обеспечении информационной безопасности призвано выполнить взаимодействие правовых систем разных государств и отраслей национального законодательства в рамках каждой правовой системы. Для эффективного взаимодействия необходимы выработка понятийного аппарата и согласованное использование базовых терминов и дефиниций в научной и практической
деятельности, процессах международного взаимодействия, нормативных актах3.
Само понятие «информационная безопасность» является достаточно широким и в разных контекстах отличается своим содержательным наполнением. Это обстоятельство отражается, прежде всего, на лексике сферы информационной безопасности.
В доктринальных документах СНГ обеспечение информационной безопасности государств – участников СНГ трактуется как «система мер правового, организационно-технического и организационно-экономического характера по выявлению угроз информационной безопасности, предотвращению их реализации, пресечению и
ликвидации последствий реализации таких угроз»4.
Обеспечение международной информационной безопасности в государствах – участниках СНГ базируется на концептуальном подходе рассмотрения сущности данного явления как активной деятельности выделенной социальной подсистемы безопасности по выявлению и нейтрализации угроз. Вследствие этого обеспечение международной информационной безопасности на пространстве СНГ можно
рассматривать, как деятельность государственных органов и организаций по поддержанию состояния безопасности личности, общества и государства в информационном пространстве при создании
и использовании информационных, коммуникационных технологий
(и средств их применения) и информационных ресурсов в целях стабильного безопасного функционирования и развития всех социальных и государственных институтов и механизмов.
Анализ состояния национальных и международного законодательств показывает, что сегодня нельзя констатировать достижение
состояния урегулированности отношений по обеспечению информационной безопасности. Достигнутые в настоящее время результаты можно охарактеризовать как концептуальные, определяющие
основы правового поведения, либо локальные, регулирующие уже
138
сложившиеся отношения, как правило, сопровождающие очередной шаг информатизации общества.
Многогранность отношений информатизации и обеспечения безопасности информационной сферы ведёт к наращиванию числа законов и других нормативных правовых актов. При этом их взаимодействие плохо обеспечивается, ибо каждый новый закон требует
поправок и изменений в уже действующие. «Создается цепочка работы правовой системы и законодательства фактически самой
на себя с очень малым коэффициентом полезного влияния на реальные отношения социальных акторов»5. В итоге целостного иерархически структурированного правового механизма регулирования
обеспечения информационной безопасности в настоящий момент не
существует.
Схожим является состояние современного модельного информационного законодательства. В вопросах регулирования обеспечения информационной безопасности имеет место слабая согласованность между отдельными модельными законами об информации, о
доступе к информации, о публичных услугах, о персональных данных и иных категориях информации ограниченного доступа, об использовании электронной подписи и т. д. Такое положение дел настоятельно требует консолидирующего акта на основе согласования
общей терминологии, методов регулирования отношений и удержания процесса в безопасном состоянии.
Действенное совершенствование международного информационного права, а тем более, гармонизация национального законодательства в целях обеспечения международной информационной
безопасности требуют учета таких объективных условий, как сопрягаемость концептуальных подходов и теоретических взглядов
государств на вектор развития информационного права, цели и
принципы обеспечения информационной безопасности, совместимость национальных правовых систем.
Представляется, что наиболее эффективному правовому регулированию международного информационного сотрудничества государств – участников СНГ в целях обеспечения информационной
безопасности способствовала бы разработка некоего национального
стандарта нормативно-правовой обеспеченности в данной области,
состоящего из конечного количества заданных параметров, характеристик. Совокупная реализация таких наперёд заданных характеристик будет свидетельствовать о достижении удовлетворяющего
современным потребностям регионального взаимодействия уровня
правового обеспечения информационной безопасности в конкретном
139
государстве. На соответствие такого рода стандарту и должна проводиться оценка национального законодательства государств – участников СНГ в целях его последующего сближения и гармонизации6.
В период 2010–2016 гг. реализованы важные шаги на пути становления правового обеспечения информационной безопасности на
пространстве СНГ; был подготовлен и принят целый комплекс основополагающих межгосударственных документов. В указанный период интернациональным научным коллективом разработаны стратегические направления обеспечения информационной безопасности, сформирован и научно обоснован определенный понятийный
аппарат, обоснованы и предложены новые модельные конструкции
обеспечения защиты критически важных объектов информатизации и открытых телекоммуникационных сетей, а также информационных ресурсов ограниченного доступа.
Как показало проведенное сравнительно-правовое исследование, нормативная и теоретико-правовая обеспеченность информационной безопасности модельным законодательством и рекомендательными актами, имеющая место сегодня в СНГ, с отрывом опережает любую из национальных правовых систем союзнических
государств. Одновременно выявлено, что среди государств СНГ отсутствует несомненный лидер в плане нормативно-правового закрепления отношений в сфере обеспечения информационной безопасности. Такое положение дел позволяет сделать вывод о том, что
на современном этапе сближение и гармонизацию законодательства государств – участников СНГ в рассматриваемой сфере целесообразнее осуществлять не эталонным путем (беря за основу наиболее эффективные механизмы правового регулирования одной из
стран – участниц и адаптируя их для других государств), а методом
правового моделирования – ставя задачу построить на основе сравнительно-правового анализа механизмов национального правового
регулирования обеспечения информационной безопасности не имеющую в настоящее время практических аналогов правовую модельную конструкцию и предложить её для рассмотрения и согласования государствам СНГ7.
Анализ нормативной базы государств – участников СНГ, а также актов иных международных и межгосударственных образований, позволяет определить в качестве самостоятельных подсистем:
обеспечение национальной информационной безопасности и обеспечение международной информационной безопасности. При этом
соотношение указанных подсистем не может рассматриваться просто как разноуровневое, а их содержание имеет не только террито140
риально-географические (масштабные), но и методологические различия. Соответственно следует различать основные национальные
задачи обеспечения информационной безопасности и задачи международного взаимодействия по обеспечению информационной безопасности. На позициях такой дифференциации стоит российский
законодатель, закрепивший «внутренние» задачи в Доктрине информационной безопасности России, а «внешние» в Основах государственной политики РФ в области международной информационной безопасности на период до 2020 г.
Обобщение научных подходов и сравнительно-правовое исследование законодательства государств – участников СНГ позволяют
выделить основные задачи обеспечения информационной безопасности на национальном уровне. Это: информационное сопровождение государственной политики; защита информационной инфраструктуры; защита информационных ресурсов; пресечение преступлений против информационной безопасности; обеспечение безопасности информационной среды от деструктивного информационного воздействия; защита прав и интересов субъектов отношений.
С учетом существующих различных подходов к трактовкам и
практике обеспечения информационной безопасности российскими
и белорусскими учёными сформулированы основные задачи государств – участников СНГ по обеспечению международной информационной безопасности. Такие задачи включают:
– построение системы международной информационной безопасности и налаживание в рамках ее эффективного взаимодействия;
– обеспечение информационной безопасности с учетом направлений основных угроз национальной безопасности: терроризм, экстремизм, преступность, посягательства на государственный суверенитет;
– преодоление «цифрового неравенства», равноправное участие
в мировых информационных процессах.
Следует обратить внимание на то обстоятельство, что если на национальном уровне задачи обеспечения информационной безопасности направлены на общественное развитие, то на международном
уровне обеспечение информационной безопасности касается этого
аспекта только в ракурсе преодоления препятствий, формирующих
отставание государств, а развитие «отдается на откуп» национальным системам. Система же международной информационной безопасности направлена в первую очередь на коллективное противодействие транснациональным угрозам, реализующимся в информационной сфере, то есть носит ярко выраженный «оборонитель141
ный» характер. Всё выше изложенное только подтверждает тезис о
том, что национальные и международная системы обеспечения информационной безопасности имеют неоднородную направленность
и дифференцируются по основным задачам её обеспечения.
Обеспечение международной информационной безопасности
на пространстве ОДКБ и СНГ базируется на следующих основных
принципах:
– рассмотрение деятельности по обеспечению международной
информационной безопасности в рамках методологии обеспечения
национальной безопасности (что предполагает введение методологической конструкции «интересы – угрозы – меры», а также подход, согласно которому обеспечение безопасности не может эффективно осуществляться в рамках самозащиты права только внутренней «иммунной» системой субъекта, а должно обеспечиваться специальной надстроечной системой);
– соблюдение баланса интересов личности общества и государства в информационной сфере;
– учет современного состояния, динамики информационной сферы и приоритетных направлений ее развития.
Специальным принципом правового регулирования обеспечения информационной безопасности является принцип «безопасность через развитие», определяющий в качестве основного условия обеспечения информационной безопасности устойчивую динамику развития информационных средств реализации сбалансированных интересов личности, общества и государства8.
На региональном уровне Содружества Независимых Государств
общими целями правового регулирования обеспечения информационной безопасности является создание правовых условий для системной реализации сбалансированных интересов личности, общества и государства, проведения независимой государственной политики, развития информационного общества и расширения международного информационного обмена9.
Постулируя, что информационная безопасность – есть состояние защищенности сбалансированных интересов личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз в информационной сфере, то есть всех разновекторных интересов в совокупности
представляется, что осуществление правового регулирования обеспечения международной информационной безопасности возможно
посредством введения юридической конструкции «правовой статус информационной безопасности». При этом правовой статус информационной безопасности понимается как интегрированная со142
вокупность качественных характеристик реализации нормативно
закрепленных прав и обязанностей субъекта во всех видах информационных отношений.
Правовой статус информационной безопасности государства
(«информационный суверенитет») – это способность государства самостоятельно осуществлять функции государства в информационной сфере с целью соблюдения прав и свобод граждан, обеспечения
национальной и коллективной безопасности10.
Можно выделить три основных направления обеспечения государственного информационного суверенитета:
1) законодательное определение стратегических путей построения и развития национальной информационной инфраструктуры,
защита информационной инфраструктуры и национальных рынков информационных и телекоммуникационных услуг на основе
единой государственной политики;
2) выработка норм, формирование правовых основ и границ деятельности зарубежных и международных субъектов в национальном информационном пространстве;
3) определение и последовательная защита национальных интересов в мировом информационном пространстве и международных
информационных отношениях.
Правовым средством согласования, гармонизации механизмов
правового регулирования обеспечения международной информационной безопасности представляется комплексная интегрирующая
категория «стандарт правового обеспечения информационной безопасности».
Представляется, что стандарт правового обеспечения информационной безопасности должен представлять собой совокупность
правовых средств и методов, результатом применения которых является надлежащее обеспечение безопасности информационного статуса личности, общества и государства. Важной задачей при
этом является выработка качественных параметров для оценки состояния правового обеспечения информационной безопасности государств – участников СНГ, таких, например, как эффективность
функционирования правоохранительной системы.
Для оценки состояния нормативно-правового обеспечения информационной безопасности государств могут применяться также
параметры имплементации в национальное законодательство модельных законов и рекомендательных актов и параметры ратификации основных международных соглашений в данной сфере (в первую очередь соглашений, заключённых в формате СНГ).
143
Актуальность развития системы организационно-правовых мер
обеспечения информационной безопасности государств – участников СНГ и перехода от концептуально-доктринального определения
теоретических основ информационной безопасности к стратегическому планированию направлений достижения приемлемого (заданного) уровня информационной безопасности повлекла разработку проекта Стратегии обеспечения информационной безопасности
государств – участников Содружества Независимых Государств.
Документ был одобрен на 41-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи СНГ11. Этот документ представляет платформу для дальнейшего развития исследований и решения проблем
укрепления информационной безопасности на пространстве взаимодействия государств – участников Содружества.
1 СНГ был образован главами РСФСР, Беларуси и Украины, подписавшими 8 декабря 1991 г. соглашение, именуемое в СМИ «Беловежским».
2 Бачило И. Л. Факторы развития гражданского общества в условиях информатизации // Государство и право XXI век. Реальное и виртуальное. М., 2012. С. 99–
129.
3 Словарь-справочник терминов и определений понятий модельного законодательства государств – участников СНГ / под ред. М. А. Вуса и В. В. Бондуровского.
СПб.: Юрид. Центр-Пресс, 2012.
4 Концепция сотрудничества государств – участников Содружества Независимых Государств в сфере обеспечения информационной безопасности: решение Совета глав государств Содружества Независимых Государств, 10 октября 2008 // Содружество. Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ. 2008. № 2(32). С. 106–113.
5 Бачило И. Л. К вопросу о развитии информационного законодательства СНГ
/ И. Л. Бачило, М. А. Вус, О. С. Макаров // Информатизация и связь. 2014. № 1. С.
13–16.
6 Стратегический вектор обеспечения международной информационной безопасности: Сборник / сост. М. А. Вус, О. С. Макаров; предисл.: чл.-кор. РАН Р. М.
Юсупов. СПб.: Изд-во СПИИРАН; Анатолия, 2016. С. 35–54.
7 О совершенствовании и гармонизации национального законодательства государств – участников СНГ в сфере обеспечения информационной безопасности / И.
Л. Бачило, В. В. Бондуровский, М. А. Вус, М. М. Кучерявый, О. С. Макаров // Информационное право. 2013. № 1(32). С. 24–27.
8 Обоснованность и актуальность рассмотрения данного принципа подтверждается его применением в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента РФ от 31.12.2015 г. № 683.
9 Данная цель закреплена в Рекомендациях по совершенствованию и гармонизации национального законодательства государств – участников СНГ в сфере обеспечения информационной безопасности (приняты на тридцать восьмом пленарном заседании МПА СНГ, постановление № 38-20 от 23.11.2012 г.).
10 Информационный суверенитет представляется, как исключительное право
государства в соответствии с национальным законодательством и нормами международного права самостоятельно реализовывать национальные интересы в информационной сфере, проводить государственную информационную политику, распоряжаться собственными информационными ресурсами; формировать инфраструктуру национального сегмента информационного пространства, создавать условия
для интеграции в мировую информационную среду.
11 Постановление МПА СНГ от 28.11.2014 г. № 41-13 (Информационный бюллетень МПА СНГ. 2015, № 62. Часть 2. С. 27–57).
144
КУЗНЕЦОВА А. В.
магистрантка 3 курса юридического факультета ГУАП, секретарь
кафедры теории права и государства юридического факультета ГУАП
ОСОБЕННОСТИ ОРГАНИЗАЦИИ АДВОКАТСКОЙ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЗА РУБЕЖОМ И ПЕРСПЕКТИВЫ
ЕГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В РОССИИ
В западных странах имеется устоявшаяся судебная практика
по делам об ответственности адвокатов, позволяющая знать, какие
участки работы должны контролироваться особенно тщательно.
С учетом этого юридическими фирмами выработаны правила построения своей работы с клиентами и стандартные формулировки,
используемые в исходящих от них документах, подстраховывающие от однозначного толкования спорных моментов как юридической ошибки. В западных юридических фирмах партнеры составляют малую часть от числа всех работающих в них юристов. Их
основными задачами являются представительские функции, привлечение клиентуры, а также высший контроль за результатами
важнейших направлений работы. Адвокаты обладают большими
знаниями, опытом, авторитетом и связями. Все это приобретается
в процессе многолетнего движения к вершине – приобретения статуса партнера. Они дают работу обычным юристам и платят им зарплату, строго спрашивая с них1.
По нашему мнению, наиболее принципиальные позиции в правовой защите граждан, организаций и интересов общества занимает
адвокатура таких стран, как Франция, Германия, Великобритания
и США. В рамках задач, определенных магистерской работой в данном параграфе постараюсь сформулировать предложения по совершенствованию правового регулирования деятельности адвокатуры
в системе правозащитной деятельности опираясь на опыт адвокатских сообществ вышеуказанных государств. Рассмотрим особенности правового статуса и положительные свойства функционирования, а так же возможное использование положительного примера
в условиях отечественной правоприменительной практики.
Во Франции долгое время практически любой гражданин, имеющий минимальный уровень юридического образования, мог давать правовую консультацию, прямо не связанную с ведением судебной тяжбы, Значительная часть юристов разного уровня занималась этим профессионально и имела статус советника по юридическим вопросам (юрисконсульта работая на управления и надзора
145
акционерных обществ, других организаций). В ходе «малой» реформы, осуществленной Законом от 31 декабря 1971 г., было упразднено различие между адвокатом и поверенным. Последующий Закон
от 31 декабря 1990 г. реализовал большую реформу юридических
профессий, благодаря которой единый правовой статус адвоката
распространился и на советников по юридическим вопросам. Таким образом, в настоящее время лицо, обладающее этим статусом,
может представлять сторону в суде, выступать с речью в судебном
заседании, а также оказывать внесудебную правовую помощь2.
Благодаря новациям статус адвоката доступен не только для
граждан Франции, но и для иностранцев на условиях взаимности
(ч. 8 ст. 50 Закона 1971 г.). Иначе говоря, иностранец вправе рассчитывать на положительное решение о предоставлении ему статуса
адвоката по его ходатайству, если подобный статус предоставляется
юридическим представителям Франции в его стране. Закрепления
принципа взаимности в международном соглашении не требуется,
достаточно, если он соблюдается фактически. Общее условие предоставления статуса адвоката – моральные и профессиональные качества претендента. Адвокатами не могут стать лица, осуждённые за
уголовные преступления, совершенные против чести, совести и добрых нравов, а также лица, привлеченные к административной или
дисциплинарной ответственности за проступки того же характера
(ч. 4, 5 ст. 11 Закона 1971 г.). Кроме того, адвокаты не могут заниматься теми видами деятельности, которые наносят ущерб свободе
и независимости Франции3.
Французское законодательство устанавливает условия, обеспечивающие необходимую профессиональную квалификацию адвоката. В указанном нами законе Франции закреплено положение,
о том, что для вступления в члены адвокатов необходимо как минимум иметь степень магистра права и сертификат пригодности
к адвокатской деятельности. Для получения сертификата кандидат
должен, прежде всего, выдержать вступительный экзамен в профессиональный региональный учебный центр адвокатуры, затем
успешно завершить в этом центре двенадцатимесячный курс специальной теоретической и практической подготовки (ст. 12 Закона
1971 г.). Кандидат, отвечающий установленным требованиям, подает в коллегию адвокатов прошение о зачислении его в стажерский
список. Решение по ходатайству принимает совет коллегии, проверяя соблюдение заявителем всех установленных законом условий.
В случае удовлетворения ходатайства он проходит стажировку в течение приблизительно двух лет под контролем профессионального
146
регионального учебного центра. За это время стажер практикуется в различных органах юстиции, при этом он уже именуется адвокатом и может совершать любые процессуальные действия. Успешное завершение стажировки подтверждается соответствующим сертификатом. Лишь после этого допустимо прошение о зачислении
в коллегию адвокатов. Это прошение также рассматривается в совете коллегии. Список зарегистрированных адвокатов с указанием
их специализации публикуется ежегодно и депонируется в трибунале большой инстанции. Иностранный юрист, ходатайствующий
о принятии во французскую коллегию адвокатов, должен представить доказательства, что в своей стране он допущен к юридической
практике. Таким образом, французское законодательство гарантирует не только наличие необходимых моральных, но и профессиональных качеств сотрудников адвокатуры, чего нет в российском
адвокатском сообществе.
Адвокаты Франции сгруппированы вокруг трибунала большой
инстанции и образуют коллегию. Руководство коллегией осуществляется советом, избираемым на три года общим собранием. Возглавляет совет и является его законным представителем председатель, который избирается на два года также общим собранием
коллегии. Региональные коллегии входят в состав Национального совета коллегий, учрежденного Законом 1990 г. Совет обладает
статусом юридического лица, состоит из 60 членов, избираемых адвокатами по сложной двухступенчатой избирательной системе. Он
занимается гармонизацией и координацией правил и обычаев, регулирующих адвокатскую деятельность; системы профессиональной подготовки адвокатов в региональных центрах. Свои профессиональные функции адвокат может выполнять, прежде всего, индивидуально, а также используя различные формы объединения сотрудничества с другими адвокатами.
Объединяясь в ассоциации, адвокаты сохраняют свою самостоятельность. Каждый из них несет самостоятельную ответственность
перед клиентом, имеет в ассоциации индивидуальные права, которые не могут передаваться (ст. 124 Декрета 1991 г.). Находясь в отношениях сотрудничества, адвокат несет ответственность за действия,
которые вместо него совершил его компаньон. Если адвокат, выступая вместо своего компаньона, намеревается привести доводы,
противоположные тем, которые предполагал использовать компаньон, то его необходимо об этом прежде уведомить. Адвокат должен
указывать как свое имя, так и имя сотрудника, вместо которого он
действует (ст. 130–132 Декрета 1991 г.)4. Во Франции оплата услуг
147
адвокатов по уголовным делам определяется соглашением с клиентом, а по гражданским делам – согласно с тарифами, установленными ГПК. Возможные споры относительно оплаты услуг адвоката и
претензий по качеству его работы сначала рассматриваются председателем коллегии адвокатов, решение которого может быть пересмотрено президентом апелляционного суда. Все адвокаты в обязательном порядке страхуют свою ответственность перед клиентами.
В английских Правилах судопроизводства в отличие от ГПК
Франции и Германии нет строгой обязательности адвокатского
представительства, которая установлена, например, во Франции и
Германии, однако это нисколько не снижает значения деятельности
английских адвокатов. Без всякого преувеличения можно утверждать, что она является важной частью правовой системы, в определенном смысле ее генератором. Детализированный, многосторонний анализ фактических и правовых аспектов дела, лежащий
в основе практически любого английского судебного решения, формулировка и обоснование правовых принципов, применяемых для
разрешения спора, являются результатом адвокатского состязания.
Судья своим решением лишь подводит итог работы, проделанной
адвокатами5. Правовой системе Англии историческим сформировались две категории юристов – солиситоры и барристеры. Солиситоры выполняют функции консультантов по общим вопросам. Это,
как правило, специалист широкого профиля (домашний адвокат).
Основная часть работы солиситора не связана с разрешением споров
в суде. Он обеспечивает нормальное развитие правоотношений:
– ведет переговоры, совершает сделки, следит за их исполнением;
– составляет завещания, управляет имуществом;
– решает несложные проблемы в семейных и трудовых правоотношениях; занимается урегулированием вопросов, касающихся
иммиграции и деятельности компаний. Все это позволяет английским семьям избежать многих излишних правовых конфликтов и
нежелательных судебных тяжб6.
При возникновении сложных правовых конфликтов, для разрешения которых требуется судебное вмешательство, возможности солиситора несколько ограничены. Традиционно солиситор активно действует на подготовительной стадии процесса (возбуждает
производство, собирает доказательства), а часто представляет клиента в судах графств и в магистратах. Но в органах Верховного суда (в Высоком суде правосудия, Апелляционном суде, Суде короны)
и в Палате Лордов, как правило, действуют барристеры, хотя фор148
мальные препятствия к тому, чтобы солиситор мог вести процесс
в этих судах, устранены Законом о судах и юридических услугах
1990 г, (ст. 27–28 Закона)7. Право на ведение дел в высших судебных
инстанциях предоставляется особым решением Правового общества тем солиситорам, которые имеют опыт судебной адвокатской
деятельности. Основная масса солиситоров (чуть менее 90%) занимается частной практикой, действуя индивидуально или в составе
фирм: на крупных (главным образом лондонских) фирмах, где, как
правило, специализируются на определенных правовых отраслях
или институтах, либо на мелких (провинциальных) насчитывающих от трех до десяти солиситоров, организованных в форме товариществ.
Около 5% солиситоров заняты в государственных учреждениях и приблизительно столько же в торговых и производственных
корпорациях. Правовой статус солиситоров регулируется Законы
о солиситорах 1974 г. В Законе определяются условия вступления
в юридическую корпорацию, основные правила профессиональной деятельности, меры дисциплинарной ответственности, оплата
услуг. Кроме того, имеются Правила солиситорской деятельности
1990 г., а также Правила солиситорской деятельности за пределами
Англии и Уэльса 1990 г. Здесь также необходимо учитывать судебную практику. В Англии по сравнению с другими странами иски,
предъявляемые к солиситорам в связи с осуществлением ими своей
профессиональной деятельности, не являются редкостью. Принимаемые по ним решения существенным образом дополняют предписания закона и правил. Солиситор является служащим Верховного
суда (ст. 50 Закона о солиситорах). В силу этого он подчинен определенным нормам поведения не только при осуществлении профессиональных функций, но и в иных областях деловой активности и
даже в своей личной жизни. Установленные дисциплинарные санкции могут быть применены в любом случае, когда поведение солиситора способно дискредитировать его профессию. Как служащий
суда, солиситор отвечает за ненадлежащее исполнение своих обязанностей перед лицами, не являющимися его клиентами. Правовой статус солиситоров в Шотландии регулируется Законом о солиситорах 1980 г., в Северной Ирландии – Положением о солиситорах.
С клиентом солиситор находится в непосредственных, договорных отношениях, регулируемых агентским правом. Перед третьими лицами он несет деликтную ответственность. Клиент вправе
требовать от него возмещение убытков, вызванных ошибочными
действиями, совершёнными в пределах предоставленных право149
мочий, а в случае превышения полномочий – убытков, возникших
вследствие нарушения доверенности. Что же касается деликтной
ответственности перед лицами, то основанием для нее может стать,
например, неправильно составленное завещание. Эта ошибка причиняет бенефициару ущерб, и он вправе требовать его возмещения,
хотя солиситор в договорных отношениях с ним не состоит. В дополнение к договорным обязанностям на солиситора возлагается
ответственность, обусловленная доверительным характером отношений с клиентом. В частности, действует презумпция ненадлежащего воздействия со стороны солиситора и клиента. На этом основании суд, например, отказываются признавать договоры дарения,
оформленные солиситорами от имени клиента в пользу своих родственников. Аналогичным образом, хотя и менее строго, суды поступают с завещаниями, выгодными для солиситора. Далее, солиситор не может заключать сделок с клиентом, если он не докажет,
что по сделке выплачена справедливая цена и он представил клиенту всю относящуюся к ней информацию8.
Другое правило, вытекающее из доверительных отношений, запрещает солиситору использовать имущество клиента для личного обогащения. Оплата услуг солиситора осуществляется с учетом
предписаний Закона о солиситорах 1974 г., Положения о солиситорском вознаграждении 1972 г., Правил солиситорской деятельности
1990г. на основе соглашения между солиситором и клиентом. Различается два вида соглашений: (1) для оплаты услуг, не связанных
с разрешением спора, например, по подготовке и заключению сделки, а также по ведению переговоров о компенсации ущерба, причиненного деликтом, если судебное производство не возбуждается
(ст. 57 Закона о солиситорах), и (2) об оплате работы, выполняемой
в связи с разрешением спора в суде или третейском суде (но не в трибунале), в том числе получение свидетельства о праве на наследство
для его использования в уже начатом судебном производстве (ст. 59
Закона о солиситорах)9.
Барристеры (именуемые также адвокатами, советниками – особая категория английских юристов, чья деятельность традиционно
связана с судопроизводством. До 1994 г. они обладали монопольным
правом на ведение дел в Высоком суде правосудия, Апелляционном
суде и Палате Лордов.
Барристеры в Англии должны обладать определенными знаниями эксперта, быстротой мышления, способностью хорошего оратора, умеющего воздействовать на аудиторию, опытом разрешения
конфликта с использованием процессуальных средств. Знания экс150
перта предполагают узкую специализацию, например, на вопросах
доверительной собственности, деятельности компаний, арендных
отношениях, налогового или морского права. Как правило, барристер действует по поручению солиситора. Согласно традиционным
правилам обращение солиситора оформлялось особым образом.
В настоящее время от архаичных традиций отошли, и форма общения упростилась. Барристер получает скрепленные скоросшивателем документы. Во-первых, это само поручение солиситора. Его
содержание никак не регламентируется, рекомендуется краткий и
деловой стиль изложения он должен содержать вопрос, на который
ожидается ответ. Во-вторых, к запросу прилагаются материалы, отражающие объективное положение дела (например, показания свидетелей, полицейские протоколы). В необходимых случаях эти материалы сопровождаются комментарием солиситора.
Свои функции барристер реализует в форме: (1) письменных консультаций по правовым проблемам с учетом перспектив судебного
производства; (2) устных консультаций «на конференции»; (3) составления конкретных правовых документов; (4) участия в судебном заседании. Статус барристеров регулируется Законом о судебной и юридической работе 1990 г. и Кодексом поведения барристеров Англии и Уэльса. Ныне действующий кодекс вступил в силу 31
марта 1990 г. Он разрабатывался и принимался Общим советом барристеров с учетом рекомендаций консультативного комитета лордканцлера по юридическому образованию и этике10.
В отличие от солиситоров барристеры являются служащими не
Верховного суда, а правосудия. При выполнении профессионального долга от него требуется проявление бесстрашия и готовности защищать клиента всеми подходящими и правомерными действиями
без учета собственных интересов. Но как служащий правосудия он
несет обязанность и перед судом. Как на служащего правосудия, на
него возложена обязанность содействовать его отправлению. С этическими нормами несовместимо сознательное введение суда в заблуждение (§ 206–211 Кодекса поведения). Барристер должен представлять все относящиеся к делу доводы, даже если они невыгодны;
не вправе отрицать факты, признанные его клиентом; обязан содействовать восстановлению справедливости. Необычным образом организуются отношения между барристером и клиентом. Согласно
традиционным нормам какие-либо прямые контакты между ними
не допускаются, посредничество солиситора обязательно; считается, что между ними договорных отношений не существует. Из этого
следовало, что, во-первых, формально клиент не обязан платить го151
норар (оплату услуг адвоката обеспечивает солиситор), а во-вторых,
иммунитетом. Впрочем, тот же иммунитет признается и за солиситорами при осуществлении ими функций адвоката (судебного представителя). Профессиональной подготовкой барристеров занимаются особые правовые школы, в которых студенты должны приобрести необходимые для барристеров, знания (доказательственного и
процессуального права, профессиональной этики); навыки, в особенности проведения правовых исследований, допроса и переговоров; составления документов; умение на практике использовать полученные знания и навыки, это достигается в форме ситуационных
мер, имитации судебных заседаний. Анализируя вышеизложенное
можно отметить, что в Европе сложилось два пути развития и образования двух систем адвокатуры:
а) англо-французская система организации адвокатуры, строящаяся на следующих принципах: относительной (в отличие от абсолютной) свободе профессии адвоката; сословной организации адвокатуры; отделения адвокатуры от судебного представительства;
тесной связи адвокатуры с магистратурой; относительной безвозмездности труда адвоката.
Подводя итоги, вышесказанному можно сделать вывод, что
в англо-французской системе адвокат – это правозаступник, юрисконсульт, осуществляющий устную защиту в суде. Место его работы – собственный кабинет и зал суда. Он – член коллегии адвокатов, т. е. своих товарищей. Их поддержку он ощущает постоянно, а ответственность перед ними считал своим долгом. Адвокат не
только дает советы и выступает в защиту прав клиентов в качестве
их патрона, но и имеет в перспективе судебную или иную высокую
государственную должность и считает недостойным вести речь о какой-либо оплате своего труда. Здесь адвокат находится на высоте общественного престижа, причем такой, на какой находятся суд или
прокурор;
б) Германская система. По ней организация адвокатуры имеет
некоторые принципиальные различия то есть: относительная свобода адвокатской профессии; сословная организация адвокатуры;
совмещение адвокатской деятельности с правовым представительством; отсутствие какой-либо связи адвокатуры с магистратурой;
эквивалентная возмездность труда адвоката.
В германской системе адвокат – это не только юрист и оратор,
но и практический делец, действующий в зале суда, на аукционе,
в нотариате, в полиции, в государственных инстанциях, на торгах, в управлении чужими делами и пр. Адвокат занимается всем,
152
за что предварительно согласились ему заплатить. Он – наемный
юрист-ремесленник у клиента. Поэтому такого адвоката никогда не
могли избрать или назначить судьей. За его труд никто не платил
больше положенной таксы или установленного обычаем вознаграждения. Хотя он и входил в организацию адвокатов, но он находился
в числе себе подобных лиц, в отличие от англо-французской системы не пользующихся особым уважением у народа.
В целом, можно сделать вывод, что характерной особенностью
юридической деятельности стран Западной Европы является то,
что, партнерская структура юридической деятельности возможна
лишь при условиях: 1) строгой иерархии «юридической фабрики»
с несколькими партнерами во главе и основной массой юристов и помощников на среднем и нижнем уровнях; 2) обеспечения партнерами основной массы юристов постоянным объемом работы и достойной ее оплатой. Этих условий в большинстве коллективных образований российской адвокатуры сегодня нет. Центральным звеном
объединения Европы является Общий рынок ЕС, регулирование
которого формирует и так называемое «европейское право». Понятие Общий рынок может включить все многообразие в пределах которого сегодня формируется общая экономика ЕС: отсутствие границ, беспрепятственное движение товаров, граждан и денег, а также все то пространство, на котором можно свободно выбрать место
для осуществления предпринимательской деятельности. Все выше
перечисленные права и свободы были объявлены указаны в тексте Римского Договора о Европейском экономическом сообществе
(ЕЭС), вступившем в силу в 1958 году. Стоит отметить, что последующая действенность описываемых прав и свобод находилась в сильной зависимости от последующей законотворческой деятельности
в рамках Европейского экономического сообщества (ныне – Европейского Сообщества). Все законы, нормы и правила, принимаемые
в европейских странах были направлены на единство, общность и
стандартизацию национальных законодательств государств-участников. Это условие позволило снять большинство препятствий на
пути объединения и реализации гражданских прав и свобод. Именно подобная политика европейских стран, позволившая выстроить
общий экономический рынок, отразилась на адвокатской деятельности, внеся преобразования и в этот институт. Считаю, что оказание адвокатских услуг в современной Европе неотделимая часть
всей экономической деятельности и данные услуги, стоит так же
рассматривать в данном ключе, поскольку именно этот фактор позволяет распространять правовой режим на общий европейский ры153
нок рынка. Опираясь на эти доводы можно сделать вывод, что работа подобного общего рынка подразумевает тот факт, что адвокаты
одного государства-члена имеют возможность работать, оказывать
услуги и осуществлять адвокатскую деятельность в любом другом
государстве-члене. Принятые и существующие «свободы адвокатов» условно можно разделить на две части:
1) свобода передвижения, означающая, что адвокат имеет право
оказывать услуги и вести свою деятельность в одном государствечлене на постоянной основе, и временно, или эпизодически оказывать услуги на территории другого государства (например, быть
представителем клиента в судах разных государств);
2) свобода организации (учреждения) и (свобода выбора места
осуществления постоянной предпринимательской деятельности),
означающая, что адвокат может выбрать любое государство ЕС,
переехать в него, на постоянное место жительство и свободно заниматься на его территории своей профессиональной деятельностью.
Указанные выше свободы практически подчинены разным правовым режимам и в этом заключается смысл их разделения. Основным различием подчеркивающим этот факт является Договоре о
ЕЭС (Римский договор), котором данным положениям посвящены
две разные главы (главы 2 и 3 Раздела III).
Указанные свободы, могут применяться к различным видам экономической деятельности, но стоит отметить, что общим является
тот факт, что нормы не устанавливают различия, условий осуществления прав и свобод общего рынка касающихся случаев, когда возникают правовые препятствия. Именно этот факт указывает, на то,
что общих положений для практического применения перечисленных прав и свобод адвокатской деятельности недостаточно для беспрепятственного осуществления подобной деятельности на общем
рынке ЕС. Подобные барьеры правового характера и политического
характера требуют введения дополнительных мер, направленных
на стандартизацию правового регулирования условий деятельности и порядка осуществления адвокатских функций.
Главный барьер стоящий на пути свободы выполнения адвокатских услуг в пределах общего рынка ЕС, носит несомненно политический характер. Большинство государств ЕС крайне осторожно
относятся к возможности допуска к адвокатской деятельности лиц,
получивших статус в ином государстве, разъясняя подобную осторожность особой природой деятельности адвокатов и различными
механизмами допуска. Особо подчеркивая, что суть адвокатской деятельности не ограничивается исключительно возмездным оказа154
нием услуг с конкретной целью извлечения прибыли, так как сами
понятия «экономическая деятельность» и «предпринимательство»
не охватывают ряд важнейших аспектов адвокатской деятельности. Немаловажная особенность деятельности адвоката в государстве, заключается именно в том, что они выполняют важнейшую
функцию, которая носит публично-правовой характер – содействие
правосудию. Не вызывает сомнений то, что без адвокатов и адвокатуры функционирование правовой функции демократического государства в полном смысле этого слова было бы практически невыполнимо. Поэтому можно смело делать вывод, что адвокат не просто находится на защите интересов своего доверителя, но, что самое
важное объективно содействует повышению качества правосудия.
Если принимать во внимание все вышеперечисленные особенности, то можно понять почему законодатели стан ЕС уделяю такое
пристальное внимание качеству адвокатских услуг и настолько интенсивно регулируют различные аспекты адвокатской деятельности. При этом основной остается проблема, касающаяся условий допуска к реализации адвокатской деятельности. Большинство государств предъявляют существенные и довольно строгие требования
к лицам, претендующим на получение статуса адвоката. Наряду
с тем, что претендент обязан выполнить определенные условия для
того, чтобы вступить в адвокатуру, например, пройти конкурсный
отбор, состоящий иногда из нескольких этапов, он должен соответствовать еще ряду определённых критериев (достаточным уровнем
образования, несудимым, иметь определённые моральные качества).
Национальное законодательство стран ЕС, закрепляя определенную систему условий при соблюдении которых лицо допускается к осуществлению адвокатской деятельности, учитывает публично-правовой характер деятельности адвокатуры. Таким образом,
государство поручается за нужную профессиональную квалификацию адвокатов и ограничивает доступ в адвокатуру лицам, Профессиональные, моральные и этические качества которых не позволяют доверить им выполнение публично-правовой функции адвоката
(например во Франции адвокатами не могут быть граждане, которые когда-либо привлекались к ответственности за проступки, совершённые против чести и совести). Очевидно, что в ЕС допуск в адвокатуру одного государства из другого не может быть бесспорным
и автоматическим, несмотря на то, что согласно общему правовому
режиму рынка эта возможность существует. Поэтому для объединения адвокатских услуг в общий рынок, для которого характерны
155
свобода экономической деятельности необходимо создать определенные правовые решения, позволяющие учитывать публично-правовой аспект адвокатской деятельности и связанные с этим интересы государств-членов.
Согласно поставленной в статье задаче по формулировке предложений совершенствования правового регулирования деятельности адвокатуры в системе правозащитной деятельности, опираясь
на опыт адвокатских сообществ европейский государств можно сделать вывод, что, благодаря национальному законодательству, стран
ЕС, свидетельствующему об эволюции в направлении облегчения
исполнения адвокатами возможности заниматься адвокатской
практикой, осуществление адвокатской деятельности, не зависит
от того, где было получено профессиональное образование и статус
адвоката. Считаю, что опыт европейских государств, в части касающейся оказания юридической помощи, представляет как и теоретический, и практический интерес для нашей страны:
• Теоретический (сравнительно-правоведческий) интерес: опыт
правового регулирования деятельности адвоката, на мой взгляд,
может быть принят российской теоретической школой и реализован в российском законодательстве. Реализация права граждан на
получение квалифицированной юридической помощи основа правового регулирования деятельности адвоката во многих странах ЕС;
• Практический интерес – будет полезен для практикующих
юристов, адвокатов и адвокатских образований, деятельность которых направлена на представление интересов и защиту иностранных граждан. Без анализа особенностей зарубежного опыта быть
конкурентоспособными и иметь успех таким адвокатам будет невозможно. Кроме того, практически имеется потенциал для продвижения российскими адвокатами (или юридическими фирмами)
своих услуг с помощью создания филиалов в иностранных государствах. В современных условиях услуги российских адвокатов могут
распространяться не только в рамках отдельного государства, но и
в рамках общеевропейского рынка юридических услуг при условии
получения допуска к адвокатской деятельности в соответствии с европейскими законами, где требования к иностранным адвокатам
наиболее либеральны.
1 Воскресенский Г. А. Адвокаты должны зависеть только от Закона // Адвокат.
2014. № 2. С. 28.
2 Мирзоев Г. Б. Предисловие к книге В. И. Сергеева «Адвокат и адвокатура». М.:
Юнити, 2013. С. 46.
156
3 Тарло Е. Г. Роль адвокатуры в системе обеспечения конституционного права на
юридическую помощь: российская действительность и мировой опыт: автореф. дис.
… канд. юрид. наук. М., 2011. С. 15.
4 Борботов С. В. правосудие во Франции: учеб. пособие. М.: Ин-т гос. и права
РАН, 2004. С. 36.
5 Решетников Ф. М. Правовые системы стран мира: справочник. М.: Юрид. лит.,
2003. С. 276.
6 Адвокатская деятельность: учеб.-практ. пособие / под общ. ред. канд. юр. наук
В. Н. Буробина. Изд. 2-е перераб. и доп. М.: ИКФ «ЭКМОС», 2003. С. 226.
7 Горемыкина Е. Г. Организация адвокатуры некоторых зарубежных стран западной Европы // Сб. тезисов аспирантов и соискателей. М.: Изд-во Мос. Ун-та,
2005. С. 48.
8 Горемыкина Е. Г. Указ. соч. С. 50.
9 Баренбойм П. Д. Адвокатура в Великобритании // Адвокат. 2013. № 1. С. 38.
10 Там же. С. 41.
СУЛЕЙМАНОВ Б. Б.
заведующий кафедрой гражданского права и экономической безопасности
филиала СПбГЭУ в г. Кизляр, к.и.н., доцент, Заслуженный юрист
Дагестана;
ГАДЖИЕВ Т. М.
студент Северо-Кавказского филиала Всероссийского государственного
университета юстиции (бывш. РПА Минюста России)
РОЛЬ ИНСТИТУТОВ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА
В ОБЕСПЕЧЕНИИ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА
Структуру общественного строя можно разделить на три условных элемента: государство и власть, бизнес-сообщество и институты гражданского общества, которые являются самостоятельными
и в то же время взаимозависимыми и взаимопроникаемыми секторами. Наряду с рынком и государством гражданское общество понимается не как единичный институциональный сектор, а как область различных групп и форм организаций (формальных или неформальных), которые образуют его институты. Институты гражданского общества имеют весьма разнообразные формы своего
выражения. Они могут быть как организованными, так и неорганизованными, созданными временно или постоянно, на международном, или региональном (локальном) уровнях. В мире существует множество примеров институтов гражданского общества, такие
как частные музеи, культурные объединения, спортивные союзы и
клубы, благотворительные фонды, больницы и приюты при церквях, партии, объединения по интересам, небольшие группы самопомощи и даже добровольные пожарные части, которые широко распространены в Германии. Тот факт, что все эти объединения и ор157
ганизации являются формой выражения гражданского общества,
пробуждает в нас здоровый интерес относительно юридических, политических и социальных аспектов анализируемого вопроса1.
Есть множество определений понятия: «институты гражданского общества», но в нашей работе мы будем отталкиваться от определения доктора социологических наук – Ирины Альбертовны Халий.
В своей работе: «Институты гражданского общества в современной
России»2, Ирина Альбертовна пишет, что под институтами гражданского общества понимаются организованные так или иначе объединения граждан, действия которых направлены на реализацию
каких-либо целей и задач, на разрешение собственных, общих для
групп проблем. Чаще всего сегодня это общественные движения,
неправительственные организации, еще неорганизованные, но уже
объединившиеся неформально для консолидированных коллективных действий граждане – такие группы называют гражданскими
инициативами, а также структуры, их объединяющие, например,
сетевые общероссийские или региональные неправительственные
организации, общественные палаты, комитеты и т. п. Иными словами анализу подлежат субъекты социального действия или социальные факторы.
К основным видам институтов гражданского общества, по мнению большинства ученых относят: организации, в которых личность получает все необходимое для удовлетворения своих жизненно важных потребностей, например, в еде, пище, жилье. Это могут быть профсоюзные организации, производственные или потребительские союзы. Ко второй группе институтов относятся семья,
церковь, спортивные организации, творческие союзы. В них индивид удовлетворяет свои духовные потребности, физические. Третья
группа – политические партии и движения удовлетворяют потребности в управленческой деятельности.
Для чего служат институты гражданского общества? И какую
роль они играют в жизни каждого гражданина? Процесс институционализации включает в себя ряд моментов. Одним из необходимых условий появления институтов гражданского общества служит соответствующая социальная потребность. Институты призваны организовывать совместную деятельность людей в целях удовлетворения тех или иных социальных потребностей. Так, институт
семьи удовлетворяет потребность в воспроизводстве человеческого
рода и воспитании детей, реализует отношения между полами, поколениями. Институт высшего образования обеспечивает подготовку рабочей силы, дает возможность человеку развить свои способно158
сти для того, чтобы реализовать их в последующей деятельности и
обеспечивать свое существование3.
Возникновение определенных общественных потребностей, а
также условия для их удовлетворения являются первыми необходимыми моментами институционализации. Институты гражданского общества образуются на основе социальных связей, взаимодействия и отношений конкретных лиц, индивидов, социальных
групп и иных общностей. Но они, как и другие социальные системы, не могут быть сведены к сумме этих лиц и их взаимодействий.
Институты гражданского общества носят индивидуальный характер, обладают своим собственным системным качеством.
Следовательно, институты гражданского общества представляет собой самостоятельное общественное образование, которое имеет
свою логику развития. С этой точки зрения институты могут быть
рассмотрены как организованные социальные системы, характеризующиеся устойчивостью структуры, интегрированностью их элементов и определенной изменчивостью их функций. Прежде всего,
это система ценностей, идеалов, а также образцов деятельности и
поведения людей и других элементов социокультурного процесса.
Эта система гарантирует сходное поведение людей, согласовывает
и направляет в русло их определенные стремления, устанавливает
способы удовлетворения их потребностей, разрешает конфликты,
возникающие в процессе повседневной жизни, обеспечивает состояние равновесия и стабильности в рамках той или иной социальной
общности и общества в целом.
Само по себе наличие этих социокультурных элементов еще не
обеспечивает функционирование гражданского института. Для того, чтобы он работал, необходимо, чтобы они стали достоянием внутреннего мира личности, были интернализованны ими в процессе
социализации, воплотились в форму социальных ролей и статусов. Интернализация индивидами всех социокультурных элементов, формирования на их основе системы потребностей личности,
ценностных ориентации и ожиданий является вторым важнейшим
элементом институционализации. Третьим важнейшим элементом
институционализации является организационное оформление социального института.
Внешне институты гражданского общества представляют собой
совокупность лиц, учреждений, снабженных определенными материальными средствами и выполняющими определенную социальную функцию. Так, институт высшего образования состоит из
определенной совокупности лиц: преподавателей, обслуживающего
159
персонала, чиновников, которые действуют в рамках таких учреждений, как вузы, министерство или Госкомитет по высшей школе и
т. д., которые для своей деятельности располагают определенными
материальными ценностями (зданиями, финансами и т. д.).
Итак, каждый институт гражданского общества характеризуется наличием цели своей деятельности, конкретными функциями,
обеспечивающими достижение такой цели, набором социальных
позиций и ролей, типичных для данного института.
Изучением прав и свобод человека занимались такие выдающиеся ученные, как: О. Е. Кутафин, С. А. Авакьян, Г. А. Гаджиев,
В. Н. Лихачев, Е. И. Козлова, А. И. Лукьянов, В. Е. Чиркин.
С. А. Авакьян в своих трудах по конституционному праву писал,
что права человека – это совокупность предназначенных природой
индивида условий, принципов, норм, правил и способов деятельности, обеспечивающих ему возможность достойной жизни в обществе. Такие права, как право человека на жизнь, право на свободу и
неприкосновенность личности, на достаточный уровень жизни, на
участие в политической жизни и другие, являются необходимыми
условиями полноценной жизни каждого человека в любом обществе4.
Словосочетания «права человека» и «свободы человека» получили широкое распространение в эпоху революций XVII–XVIII вв., во
время которых были выдвинуты политические требования, основанные на идеях свободы, равенства и братства всех слоев общества.
Также о соблюдении, а главное – признании прав и свобод человека говорится во многих основных нормативно-правовых актах различных государств. К примеру: статья вторая Конституции
Российской Федерации гласит: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав
и свобод человека и гражданина – обязанность государства»5. Конституция США в первоначальном своем виде не закрепляла прав и
свобод граждан, поскольку они содержались в конституциях штатов, а цель Конституции США ограничивалась созданием системы органов государственной власти. Но такое положение вызывало
широкое недовольство народа, поставившее под угрозу процесс ратификации Конституции. Вследствие этого в 1791 г. были введены
в действие первые десять поправок к Конституции, известные как
«Билль о правах». Эта важнейшая часть Конституции, дополненная впоследствии и другими поправками, исходит из признания за
каждым человеком естественных и неотчуждаемых прав, и прежде
всего – на равенство и свободу. Лишить человека жизни, свободы и
160
собственности можно только через независимый суд, охрана прав
является первостепенной обязанностью государства.
Самое общее деление прав и свобод – деление их на права человека и права гражданина – связано с дуализмом гражданского и политического общества. Как член гражданского общества человек
имеет равные права со всеми другими, но как член политически организованного общества он имеет равные права только лишь с теми, кто, как и он, принадлежит к данному государству; у него больше прав и обязанностей в своей стране, чем у тех, кто к данному государству не принадлежит.
Понятия право и свобода – в значительной степени равнозначны
(зачастую их отождествляют, а в некоторых отраслях права о свободах не говорится вообще). Но между ними есть и различие. «Свобода» – понятие более общее, чем «право», нередко под «свободой» понимается группа прав (в частности, политических).
Иногда права и свободы подразделяют на индивидуальные и коллективные (солидаристские). Большинство индивидуальных прав
и свобод человека и гражданина могут осуществляться и коллективно, тогда как коллективные права и свободы индивидуально
осуществлены быть не могут. К коллективным, в частности, относятся право на объединение (ст. 30 Конституции РФ), свобода собраний, митингов, демонстраций, шествий (ст. 31), право на забастовку (ч. 4 ст. 37), права коренных малочисленных народов и национальных меньшинств (ст. 69 Конституции, Федеральный закон от
30.04.99 № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации»), право петиции, право на гражданское неповиновение и др.5
Права и свободы можно разделить на основные и дополнительные (посредством которых реализуются основные). Так, право
граждан РФ на участие в управлении делами государства (ч. 1 ст.
32 Конституции РФ) реализуется в том числе и через право граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления, участвовать в отправлении
правосудия, поступать на государственную службу (ч. 2, 4, 5 ст. 32);
право на неприкосновенность частной жизни (ч. 1 ст. 23) конкретизируется в праве каждого на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ч. 2 ст. 23); свобода передвижения, выбора места пребывания и жительства (ч. 1
ст. 27) подкрепляется правом каждого свободно выезжать за пределы Российской Федерации и правом граждан РФ беспрепятственно
возвращаться в Российскую Федерацию (ч. 2 ст. 27)5.
161
Права и свободы можно разделять на общие (принадлежащие
достаточно широкому кругу лиц) и особенные (частные), принадлежащие значительно меньшему кругу лиц. Например, если права пенсионеров рассматриваются как общие, то права пенсионеровинвалидов, военных пенсионеров – как особенные; права государственных служащих – как общие, а права помощников депутатов,
работников прокуратуры – как особенные. Права, принадлежащие
одной и той же группе лиц, в одних случаях могут рассматриваться
как общие, а в других – как особенные. В частности, в паре «права
граждан РФ – права наемных работников» права наемных работников являются особенными, а в звене «права наемных работников –
права работающих женщин» те же права являются общими.
Выделяют абсолютные права и свободы (т. е. те, которые ни при
каких условиях не могут быть ограничены) и права и свободы, подлежащие законодательному ограничению. К первым относятся право на жизнь, достоинство личности, право на жилище, на судебную
защиту, свобода совести, свобода предпринимательской деятельности, неприкосновенность частной жизни и др. (ч. 3 ст. 56 Конституции РФ). Ко вторым – свобода печати, свобода передвижения, право
собственности, тайна переписки и др.
Искать предпосылки становления гражданского общества имеет
смысл лишь на рубеже феодализма, перехода от аграрного к индустриальному обществу. Именно в этот период, переживаемый в разных обществах не одновременно и со своей спецификой, индивид обретает возможности горизонтальной и вертикальной мобильности.
Этому способствует крушение сословного покровительства, кризис
феодальных экономических отношений, развитие торговли, предпринимательства, производства6.
Значительно более активно этот процесс шел там, где авторитарное давление власти сказывалось в меньшей мере – в городах-республиках Северной Италии. Здесь власть вынуждена была уступать
не только в экономике, но и в политике. Как отмечал Н. Макиавелли, мир и безопасность граждан, наслаждение своим имуществом и
богатством, право каждого иметь и отстаивать свои убеждения рассматривались в качестве общественных ценностей. Городское самоуправление, хотя и носило цензовый характер, значительно расширило возможности граждан, подтолкнув к тому же их потребность
в более высоком уровне образования и политической культуры.
Нейтральное сосуществование общества и государства в Европе
XIX в. и с начала XX в. повсеместно сменилось острой борьбой «экономического» человека с властными структурами.
162
В структуре гражданского общества в этот период происходило активное формирование новых экономических (производственных, торговых, финансовых) ассоциаций предпринимателей; добровольных объединений трудящихся (общества взаимопомощи,
кооперативы, профсоюзы и т. п.); оппозиционных государству политических группировок разных социальных групп, с течением
времени оформлявшихся в партии; независимой от государства
прессы. Разъединение «снизу» с государством (и это специфика Запада в сравнении, например, с Россией) привело к тому, что политическая жизнь общества разделилась на государственную и негосударственную. Первая влияла на формирование и принятие политических, административных решений, вторая вырабатывала общественное мнение.
Послевоенное развитие Запада дает основание говорить, что реальным элементам гражданского общества придан новый импульс
технологическими, структурными и культурными переменами, соответствующими постиндустриальному обществу. На рубеже 80–
90-х гг. «востребована» из запасников социально-философской, политической и исторической памяти сама идея гражданского общества – причиной стали события в коммунистическом мире, где кризис политических, социальных, экономических структур «реального социализма» потребовал замены системы «целерациональной
легитимации» (выражение Т. X. Ригби) на систему легитимации,
в основе которой должны быть права человека и нормы закона, под
лозунгом гражданского общества, выдвинутым оппозицией7.
Кризис коммунизма пока создал лишь предпосылки гражданского общества на Востоке и более благоприятные условия гражданской самоорганизации при перераспределении политических
ресурсов на Западе.
1 Давлетшина Р. Р. Вестник Башкирского университета. Т. 17. № 4. Уфа, 2012.
2 Халий И. А. Институты гражданского общества в современной России / Инсти-
тут социологии РАН. М., 2007.
3 Учебное пособие: Институты гражданского общества. Методология государственного управления. СПб., 2011.
4 Авакьян С. А. Конституционное право. Энциклопедический словарь. М., 2000.
5 Конституция Российской Федерации, 1993.
6 Кальной И. И. Гражданское общество: истоки и современность. СПб., 2000.
7 Вестник МГУ. 1994. № 5.
163
КОНЕВИЧЕНКО И. Л.
магистр юриспруденции, соискатель кафедры теории права и
государства юридического факультета ГУАП
РОЛЬ ПРАВА В СТАНОВЛЕНИИ
ПРАВОВОГО СТАТУСА КАЗАЧЕСТВА
По мнению В. В. Макеева, обычное право, представляющее собой совокупность обычаев, санкционированных или нашедших государственную защиту правил поведения, сложившихся в бытовых
отношениях, до принятия 26 мая 1835 г. Высочайшего «Положения об управлении Войска Донского» играло совместно с нормами
нравственности, религиозными нормами и традициями ведущую
роль в регулировании общественных отношений у донских казаков.
Обычное право, как показывают научные исследования, являлось
высшим установлением, более важным, чем приказы и указания
войсковых начальников и даже общие законы Российского государства1.
Как полагает Г. Г. Небратенко, для выявления историко-правового наследия и возможной его рецепции необходимо с помощью научного анализа реконструировать систему обычного права донских
казаков, ибо она была использована при разработке законодательства Российской империи, определявшего правовой статус казачьих войск2.
Более того, профессор Д. Ю. Шапсугов высказал мнение, что содержание обычного права с точки зрения его реальных правовых
компонентов оказывается более богатым, чем то содержание права,
которое оно имеет в рамках сугубо нормативного понимания, преобладающего в современной теоретико-правовой литературе3.
Сегодняшняя гражданская позиция официального казачества,
добивающегося не льгот и привилегий, а возложения на себя обязанностей по охране государственной границы Российской Федерации, обеспечению правопорядка на территории компактного проживания казаков, обучению и воспитанию молодежи, заслуживает
одобрения. Однако расширение сферы деятельности казаков должно обосновываться историко-правовой практикой, имевшей место
в давние времена или хотя бы получившей широкое распространение в недалеком прошлом.
Правовое регулирование статуса российского казачества можно
условно разделить на два основных периода. Первый – XVI–XVIII
вв., в продолжение которого основным регулятором правоотноше164
ний у казаков выступало обычное право, и второй – XIX–XX вв. –
законодательство Российского государства. В настоящее время
определенную ценность представляют исследования, касающиеся
обычного права донских казаков, т. к. именно в хронологический
период его активного применения были заложены правовые основы
феномена казачества, в последующем воспринятые законодателем
при разработке нормативно-правовой базы всего казачества.
Основными субъектами обычного права донских казаков выступали войско Донское, казачья община и индивид, при этом под
субъектом следует понимать социального субъекта, выступавшего
носителем правового статуса, зафиксированного в нормах обычного
права и выраженного в определенных правах и обязанностях. Кроме того, субъект обычного права обладал правосубъектностью, характеризовавшейся правоспособностью, дееспособностью, а в ряде
случаев – деликтоспособностью.
Войско Донское являлось «начальственным» субъектом обычного права донских казаков, изначально представлявшим собой протогосударственную, военно-политическую организацию. До конца
XVII в. его правовое положение определялось исключительно обычным правом и характеризовалось наличием ряда признаков: политическим суверенитетом; собственной территорией; функционировавшими в форме военной демократии потестарными институтами
власти; консолидированным в рамках самоуправляемых общин населением; компенсировавшей недостатки экономического развития
агрессивной военно-политической деятельностью; обычным правом как базовым регулятором общественных отношений (правовым
суверенитетом)4.
К функциям войска Донского относилась коалиция самоуправляемых общин, защита их населения от военной агрессии, организация захватнических нападений с целью наживы, обеспечение
международного диалога, сохранение внутреннего порядка и публичное наказание его нарушителей, предоставление индивидам
возможности реализации духовных потребностей. Между тем протогосударство не обеспечивало функции защиты частной собственности зажиточных казаков, сдерживая процесс формирования политической элиты, а также производительного экономического развития, что в совокупности выступало основными причинами невозможности генезиса на Дону государства.
Основными чертами политического суверенитета войска Донского как базового признака протогосударства являлись: наличие
независимых легитимных институтов народовластия; существова165
ние и применение обычного права; возможность беспрепятственной
миграции на Дон населения соседних регионов. В то же время Российское государство, осознававшее свою сопричастность к процессу
генезиса донского казачества, постоянно предпринимало попытки
к ограничению, а в последующем – к ликвидации независимости
края и уравниванию правового положения местного населения с положением «московских служилых казаков».
В 1671 г., после подавления восстания под предводительством
старшины Степана Разина, донские казаки были вынуждены принести присягу на верность московскому царю (чего ранее не бывало), тем самым признав свое подданство российскому монарху и
верховенство его законодательства над партикулярным обычным
правом. Однако окончательная трансформация правового статуса
войска Донского от протогосударственного образования к автономно-территориальному произошла только на рубеже XVII–XVIII вв.
и была связана с изменением статуса институтов войскового круга
и войскового атамана (от потестарного к публичному), фактическим
прекращением казаками международного диалога, а также с ужесточением порядка миграции на Дон неказачьего населения. Но даже после этого в течение XVIII в. обычное право выступало в качестве важнейшего регулятора общественных отношений у донских
казаков.
Наличие собственной территории выступает самостоятельным
признаком, который тесно связан с обладанием войском Донским
в определенный хронологический период политическим суверенитетом. Приобретение коллективного права собственности на донские земли осуществлялось путем «вольной заимки» – захвата находившейся вне юрисдикции какого-либо государства территории.
Однако подтверждение этого права, а равно и сохранение суверенитета потребовали от донских казаков ведения постоянной борьбы
с соседними нехристианскими народами. В этих условиях граница
войска Донского до XVIII в. носила подвижный условно-договорной
характер, определяясь текущим состоянием сил противоборствующих сторон5.
С потерей политического суверенитета право собственности на
землю получило Российское государство, при этом войско Донское
не было лишено его полностью, утратив правомочие владения, ограничивалось в правомочии распоряжения. В 1711 г. край на правах
автономии вошел в состав Азовской (Воронежской) губернии, а
в 1793 г. был признан полноправным субъектом Российской империи с наименованием «земля войска Донского»6.
166
Функционирование в форме военной демократии потестарных
институтов власти также является важнейшим признаком правового положения войска Донского. Генезис военной демократии у казаков представлял собой один из последних в Европе примеров данной организации власти. Однако ее появление стало не следствием
разложения первобытнообщинной, или родовой, демократии, а результатом миграции на Дон и консолидации представителей различных этнических групп, уже проходивших эти этапы организации власти.
Тем не менее, у донских казаков отсутствовал свойственный военной демократии институт «совета вождей», но имело место народное собрание – войсковой круг, выборный «вождь» – войсковой атаман, участие всех полноправных казаков в работе войскового круга
и возможность баллотировки каждого из них на должность войскового атамана, массовое вооружение населения.
Отсутствие общественно-правового размежевания социума и институтов власти указывает на то, что последняя была облечена в потестарную форму, характеризовавшуюся непосредственным участием в управлении, нормотворчестве и судопроизводстве всех членов
социума, отсутствием единоличной или узкогрупповой узурпации
власти. В связи с этим публично регулировались только те отношения, которые затрагивали интересы всего общества или существенной его части, а остальные правоотношения «нормировались» партикулярными нормами обычного права казаков, так называемым
«станичным правом».
Основными потестарными институтами власти войска Донского являлись войсковой круг, объединявший полноправное мужское
население, и войсковой атаман, выбираемый для выполнения решений круга и представления интересов казачества. В начале XVIII в.
произошла трансформация потестарной власти в публичную форму, приведшая к возвышению «иерархического начала» управления в лице атамана и войсковой старшины как привилегированной
части казачества.
Следующим признаком правового положения войска Донского
являлось консолидированное по самоуправляемым общинам население. Появление на Нижнем Дону оседлого казачьего населения,
ставшего «ядром» донского казачества, относится к первой половине XVI в. Крайне агрессивные условия существования определили
необходимость его консолидации по самоуправляемым общинам,
формируемым не по признаку родства или соседства, а по признаку осуществления совместной военно-хозяйственной деятельности.
167
К середине того же столетия относится генезис стационарных казачьих поселений – «городков», число которых постоянно возрастало, а также наличие сведений о существовании казачьих атаманов.
В каждом из городков действовали схожие по организации органы
местного самоуправления и институты обычного права. В то же время важнейшие управленческие функции были делегированы созданным не позднее 70-х гг. XVI в. органам потестарной власти войска Донского, власть которых до начала XVII в. «обнимала» только
Нижний Дон. В период Смутного времени под предводительством
«низовых казаков» произошло объединение всех донских казачьих
поселений.
Очередной признак – компенсировавшая недостатки экономического развития агрессивная военно-политическая деятельность
казачества, ставшая следствием отсутствия у войска Донского экономического суверенитета, восполняемого хищническими нападениями на соседние нехристианские народы, а также за счет гуманитарной помощи Московского царства. Экспроприация имущества у неприятеля осуществлялась как в результате самостоятельно
организованных казаками нападений, так и во время участия в войнах в составе русской армии. С конца XVI в. неограниченная военная деятельность донцов стала предметом активного вмешательства российского правительства, полностью взявшего ее под свой
контроль только в начале XVIII в. С этого же времени мобилизация
и направление старшин и рядовых казаков к местам постоянной
дислокации или на войну осуществлялись строго по очереди, за ведение которой отвечало донское правительство, а основным источником получения прибавочного продукта у казаков постепенно становилось сельское хозяйство.
Наконец, последним признаком правового статуса войска Донского являлось применение на территории края обычного права
как базового регулятора правоотношений у донских казаков, что
указывало на наличие у протогосударства правового суверенитета.
Функционирование обычного права основывалось на общенародном убеждении в необходимости следовать выработанным путем неоднократного применения обычно-правовым нормам.
Естественное развитие обычного права у донских казаков осуществлялось в XVI–XVII вв. Однако уже в 1671 г. казаки признали над собой верховенство российского законодательства и начался
процесс инволюции обычного права, протекавший с разной степенью интенсивности в течение всего XVIII в. В первой половине XVIII
в. в связи с отстранением войскового круга от реальной власти и со168
средоточением ее в руках войскового атамана и старшины обычное право приобрело волевой характер, отражая интересы местной
аристократии. В целях прекращения злоупотреблений войскового
старшины в последней четверти XVIII в. начался процесс создания
подотрасли российского законодательства, регулировавшей правоотношения непосредственно в войске Донском.
В последней четверти XVIII в. процесс замены обычного права
донских казаков российским законодательством приобрел более
стремительный характер. Он не сопровождался «слепым» распространением формально зафиксированных норм права, а характеризовался разработкой целого ряда нормативно-правовых актов, вобравших в себя комплекс правовых обычаев. Нормативно-правовые
акты конца XVIII – начала XIX в., касавшиеся донского казачества, и «полезные» с точки зрения законодателя обычаи были систематизированы в межотраслевой кодифицированный правовой
источник – «Положение об устройстве войска Донского», утвержденное 26 мая 1835 г.7
Генезис норм обычного права протекал в одной плоскости с образованием социума, а не государства. У донских казаков нормотворческий процесс начался с момента консолидации индивидов
в рамках самобытного социума, т. е. в первой половине XVI в. Нормы обычного права формировались преимущественно следующими способами: из имевших элементарную внутреннюю структуру правил поведения казаков – мононорм; в результате принятия
административных и судебных прецедентов потестарной власти;
вследствие заключения войском Донским международных договоров с прочими государственными и безгосударственными образованиями региона, а также соглашений между субъектами обычного
права донских казаков; путем естественного восприятия основных
христианских заповедей, канонов и прочих религиозных норм православной церкви; в результате рецепции отдельных обычно-правовых норм соседних нехристианских народов; на основе нормативноправовых и нормативных актов Российского государства (грамот,
указов, присяги казаков на верность царю).
Норме обычного права донских казаков были свойственны следующие признаки: обладание властным характером, обеспечивавшим регуляцию определенных правоотношений; наличие сложной внутренней структуры, соответствующей структуре нормы позитивного права; казуальность норм, содержавших обязывающие
предписания, и преимущественная перманентность норм, включавших дозволяющие предписания; существование естественного
169
порядка образования и прекращения действия обычно-правовых
норм, базирующегося не на юридическом акте, а на факте их применения на практике. Кроме того, содержание нормы обычного права передавалось в устной форме, поэтому норма обладала лишь условно определенным содержанием, предоставлявшим возможность
различной его трактовки; норма была обязательна для выполнения,
но предоставляла субъектам обычного права, в зависимости от их
статуса, различный объем прав и обязанностей, т. е. носила дифференцированный предоставительственно-обязывающий характер.
Контроль над выполнением норм возлагался на правообразующий
социум и формируемые им органы потестарной власти.
В соответствии с этим нормой обычного права являлось обладавшее рядом специфических признаков и обеспечиваемое обществом
вербальное предписание, выработанное применительно к непосредственному объекту правового регулирования, регламентировавшее
поведение субъектов (или субъекта) обычного права при вступлении в определенные общественные отношения.
Базовыми источниками обычного права донских казаков являлись обычаи, юридические прецеденты и договоры. Каждый из источников обычного права обладал рядом специфических признаков. Так, обычай характеризовался обычно-правовой нормативностью, субинституциональностью, синкретичностью, традиционностью, санкционированностью, публичностью, партикулярностью,
непрерывностью, длительностью и многократностью применения.
В соответствии с этим обычай в широком смысле представлял собой
основанный на многократном применении, санкционированный
обществом традиционный источник права, объединявший в каждом конкретном случае несколько взаимосвязанных между собой
обычно-правовых и иных социальных норм, действие которых было
направлено на регулирование определенной разновидности общественных отношений.
Для юридического прецедента как источника обычного права
донских казаков были характерны следующие признаки: нормативность, казуальность, партикулярность, убедительность. Юридический прецедент у донских казаков являлся официальным инструментом саморегулирования обычно-правовой системы войска
Донского, обеспечивавшим оперативное устранение нормативных
пробелов в обычном праве и упразднение не отвечавших совокупным потребностям социума обычаев. Таким образом, юридический прецедент выступал в качестве традиционного источника
права, основанного на содержащих обычно-правовые нормы адми170
нистративных или судебных решениях потестарной власти, которые при условии их общественного санкционирования в будущем
становились примером разрешения схожих дел по аналогии. При
вынесении соответствующих казуальных решений власть руководствовалась общественными предписаниями, содержавшимися
в обычаях или в ранее заключенных договорах, но могла выступать творцом новых обычно-правовых норм или же инициатором
отмены прежних.
Наконец, основными признаками договора по обычному праву
донских казаков являлись: регулирование как международных,
так и «внутрисоциумных» правоотношений; необязательность условия равенства сторон, заключавших договор; доминирование
вербально-символичной формы заключения соглашений; обеспечение выполнения условий международных договоров сторонами, их
заключавшими, а «внутрисоциумных» – органами войсковой, станичной администрации и «сторонами». Руководствуясь вышеперечисленными признаками, договор – это источник обычного права,
основанный на добровольных преимущественно вербально-символических соглашениях, содержавших правила, предписания общего порядка, выражавшие общность тех или иных интересов сторон, в результате следования которым происходило подтверждение
прежних или генезис новых обычно-правовых норм.
Завершив рассмотрение последнего признака правового положения войска Донского, переходим к рассмотрению юридического
статуса общины по обычному праву донских казаков. Последний
определялся следующими основными признаками: наличием органов местного самоуправления; регулированием общественных отношений обычно-правовыми нормами партикулярного действия;
наличием политико-правового межобщинного взаимодействия;
существованием военно-корпоративного принципа консолидации
местного населения; обеспечением его прироста вследствие миграционных процессов; наличием в пределах общины коллективной
собственности на земли, недра, воду и биологические ресурсы.
Органы местного самоуправления общин по конструкции организации властвования были идентичны между собой и схожи с институтами потестарной власти войска Донского. Высшим органом
власти, наделенным в пределах общины исполнительными, нормотворческими и судебными функциями, выступал казачий круг,
с начала XVIII в. именовавшийся станичным кругом (сбором). В его
работе принимали участие только полноправные казаки, хотя в редких случаях в него приглашали и неказачье население.
171
Исполнительным органом казачьей общины выступала «станичная изба», включавшая атамана, есаула, стариков и писаря. Станичный атаман являлся непосредственным организатором выполнения решений казачьих сходов, есаул выполнял поручения атамана. Станичные старики принимали деятельное участие в рассмотрении административно-судебных и социально-бытовых вопросов,
касавшихся местного общества. Писарь реализовывал делопроизводственные функции.
Регулирование общественных отношений в пределах общины
осуществлялось при помощи обычно-правовых норм партикулярного действия (станинного права). В различных стационарных общинах донских казаков публичные обычно-правовые нормы, базировавшиеся на обычаях, были практически идентичны, а частноправовые нормы, содержавшиеся по большей части в юридических
прецедентах, различались.
Регулирование общественных отношений обычно-правовыми
нормами партикулярного действия не стало основанием для политико-правовой разобщенности казачьих станиц, так как межобщинные правоотношения обеспечивались «начальственными» по
иерархии нормами «войскового права». При этом если функционирование конкретной общины не затрагивало интересов войска Донского, то она в организационно-правовом плане развивалась практически самостоятельно. В то же время в случае особой необходимости интересы отдельных общин подчинялись интересам всего Донского казачьего войска.
Наличие политико-правового единства казаков определялось
тем, что ежегодно большинство из них собиралось в столице края,
где на войсковых кругах естественным путем происходило введение
в практику юридических прецедентов, применение обычаев и заключение договоров, информация о которых впоследствии проецировалась индивидами на нормативно-регулятивную деятельность
стационарных казачьих поселений.
Население стационарных казачьих общин консолидировалось
не по признаку родства или соседства, а по признаку принадлежности к казачьей общности, обеспечивавшей на военно-корпоративной основе сохранение внешней безопасности местного населения в условиях окружения враждебными нехристианскими народами. При этом межцивилизационный диалог с последними представлял собой череду военных столкновений с целью физического
уничтожения и хищения имущества друг у друга. В этих условиях общинно-образующим фактором выступала принадлежность
172
индивидов к корпорации казаков, спаянной общими целями и задачами.
До вхождения войска Донского в состав Российского государства
основным способом прироста населения общин являлась миграция
из соседних регионов, а после эти процессы стали регулироваться
российским законодательством. Первоначально для получения статуса казака было необходимо положительное решение станичного
круга, а с 30–40-х гг. XVIII в. – постановление донского правительства.
Население общины обладало правом коллективной собственности на земли, недра, воду, другие биологические ресурсы. При этом
правомочие владения до конца XVII в. сохранялось за войском Донским, правомочие распоряжения – за станичным обществом, которое могло те или иные участки (земельные, лесные, речные и проч.)
на определенное время распределить между всеми местными казаками или сдать кому-либо в аренду для пополнения общественных
сумм. Правомочие пользования закреплялось за индивидами.
Завершив рассмотрение правового положения общины по обычному праву донских казаков, переходим к рассмотрению правового
положения индивидов. Оно формировалось из общего и особенного
статусов. Общий статус характеризовал положение физических лиц
независимо от их субъективных особенностей (возраста, благосостояния, занимаемой должности, вероисповедания, национальности, семейного положения и проч.) как представителей конкретной
социальной общности. Общий статус включал права, а также обязанности, связанные с принадлежностью индивида к соответствующей социальной группе. Особенный статус формировался исходя из
нескольких составных критериев, детализировавших правовое положение индивидов, предоставляя им специальные права и возлагая специальные обязанности.
Так, особенный статус донских казаков формировался исходя из
нескольких критериев: геополитического, социально-экономического, геронтологического, общественно-политического и религиозного. По геополитическому критерию донцы классифицировались
на «верховых» и «низовых» казаков, по социально-экономическому
критерию – на домовитых казаков и голытьбу, по геронтологическому – на стариков и молодых казаков, по общественно-политическому – на войсковую старшину и рядовое казачество, по религиозному – на христиан и иноверцев.
Неказачье население в значительном количестве появилось во
второй половине XVII в. в городках Нижнего Дона, где не каждый
173
из мигрантов получал право именоваться казаком, но обретал при
этом «вид на жительство». Причиной этому являлось нежелание
«низового» казачества делить царское жалование с недавно мигрировавшими на Дон индивидами. «Верховые городки», присваивавшие незначительную часть царского жалования, не ограничивали
прием в свои ряды новых членов.
Особенный статус неказачьего населения войска Донского формировался исходя из социально-ассимиляционного, семейного и
этнического критериев. По социально-ассимиляционному критерию соответствующие индивиды классифицировались на «бродячих», «зажилых» и «оземейных»; по семейному критерию – на
лиц, состоявших в браке или не имевших собственной семьи; по
этническому – на великороссов, малороссов, «базовых калмык» и
представителей иных менее численно представленных национальностей. Индивиды, рожденные в смешанных браках неказаков
с казачками, поражались в правах, получая возможность стать
полноправным «гражданином войска Донского» в «отроческом»
возрасте.
Правовое положение лиц, временно находившихся на территории войска Донского, определялось по критерию наличия или отсутствия у них личной свободы. Если индивид находился в крае
в качестве пленника, то он не выступал самостоятельным субъектом обычного права. Захват пленников осуществлялся с целью
обмена на невольников-казаков, получения выкупа, вступления
в брак (с турчанками, татарками и проч.).
Положение лично свободных иностранцев, временно находившихся на территории Донского казачьего войска, определялось
в зависимости от их правового статуса в собственном государстве.
В то же время ни чины, ни звания, ни цель визита в войско Донское
не давали лицу иммунитета от преследования по обычному праву
донских казаков, действие которого распространялось на всех физических лиц, находившихся в крае. Также правовое положение
лиц, временно находившихся на территории войска Донского, зависело от их национальности. Если индивид являлся представителем
этноса, дружественного донскому казачеству, то он обладал привилегированным статусом (например, великороссы и малороссы).
Представители враждебных донцам народов ограничивались в своих правах, так как их нахождение в войске Донском считалось нежелательным, посягающим на безопасность казачества.
Рассмотрев обычно-правовое регулирование правового статуса
Войска Донского и казачьей общины, представляется важным и
174
обоснованным рассмотреть проблему реализации судебно-процессуальных отношений в традиционном обществе донских казаков.
Судопроизводство на Дону в XVI–XVII вв. осуществлялось на основе обычного права, действовавшего на всей территории войска
Донского, а также за его пределами, но только среди казаков. «У
донских казаков нормотворческий процесс начался с момента их
появления на геополитической арене региона. Остро стояла потребность регулирования всех сторон жизнедеятельности, так как каждый индивид имел собственные интересы, часто идущие в разрез
с интересами всего общества. Неограниченная реализация личных
потребностей могла повлечь за собой уничтожение зарождающегося протогосударства»8.
Назначение правосудия носило примитивный характер и определялось как прекращение тяжб и обид, примирение тяжущихся и
защита обиженных, наказание виновных. Под тяжбами подразумевались судебные дела имущественного характера (гражданское производство), а под обидами – дела, связанные с совершением деликтов (уголовное производство)9. И по тем, и по другим казачеством
выносились итоговые решения, именовавшиеся приговорами.
Специализированных органов правосудия (судов, прокуратуры,
предварительного следствия, дознания, адвокатуры) не существовало, и рассмотрение дел возлагалось на традиционные институты
казачества: войсковой круг, круги казаков отдельных городков, походного атамана, атамана зимовой станицы, атаманов легких станиц, атаманов ватаг, круги ватаг. Соответственно, не выделялось и
самостоятельного уголовного и гражданского производства, а все
возникавшие судебные дела рассматривались «елико возможно»
всем казачеством или одними лишь атаманами.
Порядок осуществления правосудия изначально не устанавливался, вырабатываясь практикой реализации «народной юстиции»,
приобретя в рамках обычного права устоявшуюся вербально-символическую форму, в общих чертах соблюдаемую последующими
поколениями казачества. Специальных требований об обязательности следования устоявшемуся порядку судопроизводства не существовало, но он в целом соблюдался, с некоторыми лишь «изъятиями», которые не имели никакого значения для легитимности совершаемых действий. Вербальное закрепление юридически значимых
процедур допускало возможность отступления от их содержания,
т. к. память и воля позволяли различные трактовки, двусмысленность и даже противоречия в восприятии одних и тех же событий
и фактов.
175
Определенное воздействие на судебно-процессуальные отношения в войске Донском оказывало Российское государство, но это
влияние осуществлялось опосредованно (диспозитивно) при помощи царских грамот, а также международных договоров, носивших
формулярный характер, который предусматривал присоединение
или отказ от присоединения к условиям, выдвигаемым противоположной стороной (формализованным в грамотах). В то же время
донские казаки вплоть до конца XVIIв. не признавали российское
законодательство в качестве источника регулирования судебнопроцессуальных отношений. Так же, по-видимому, определенное
воздействие на регулирование данных отношений оказало взаимодействие с прочими государствами и народами, окружавшими войско Донское (магометанскими и ламаистским). Так, обыкновение
брать в походах ясырей с целью продажи или обмена – тому хороший пример.
Действие «судебно-процессуального права» донских казаков распространялось по всей территории войска Донского и на всех субъектов обычного права: не только на физических лиц, но и на непосредственные казачьи городки, население которых всегда могло
быть подвергнуто наказанию по принципу круговой поруки. В этом
случае атаманов, есаулов и прочих «лучших» казаков «казнили
смертию», а прочих – приговаривали к телесным наказаниям и
«в юрте всем отказывалось». В донских юртах под «юрисдикцией»
обычного права находились не только казаки, но и местное неказачье население, а также прибывшие в войско Донское иноземцы вне
зависимости от их правового положения на родине и цели визита
(например, дипломатической).
За пределами войска Донского судебно-процессуальные отношения «промеж» донских казаков также регулировались обычным
правом. В Российском государстве казаки до конца XVII в. пользовались иммунитетом, признавая над собой только «казачий присуд». Причем иммунитет распространялся не только на «старых»
донских казаков, но и на вновь принятых: «Скрывались на Дону и
всякие грабители, разбойники, быв на Дону одну неделю или месяц, а случиться им с чем-нибудь в Москву, и до них впредь дела
никакого ни в чем ни бывает никому, что кто своровал, потому что
Доном от всяких бед освобождаются»10.
На территории Российского государства, с которым войско Донское поддерживало союзнические отношения, иммунитет казачества соблюдался практически неукоснительно. Причем царь неоднократно обращается к Войску с просьбой наказывать виновных ка176
заков по войсковому обычаю. Для официального наказания казака
в Российском государстве требовалось специальное разрешение войскового круга. В то же время в периоды царской опалы и замораживания официальных дипломатических отношений донские казаки лишались иммунитета. В целом же до начала XVIII в. действовала обычно-правовая норма: «С Дона выдачи нет!».
Традиционные институты власти казачества, реализовавшие судебные функции, по обычному праву классифицировались на органы, осуществлявшие «общее производство» на территории войска
Донского, и органы, реализовавшие «особенное производство» за
пределами края в период нахождения донских казаков в походе.
К первым относились войсковой круг, а также круги казаков непосредственных городков, ко вторым – походный атаман (в походном
войске), атаман зимовой станицы, атаманы легких станиц, атаманы ватаг (ватманы) или круги ватаг.
Подсудность дел по обычному праву определялась по фактической подведомственности определенной территории или группы казаков тому или иному институту власти, исключая тяжкие деликты, нарушения «заказов», а также дела о «скопищах воров», рассматриваемые только в войсковом круге. Органы, осуществлявшие «общее производство», классифицировались на две «инстанции»: круг
казаков непосредственного городка – первая и войсковой круг – вторая. Приговоры «первой инстанции» (нижестоящей) могли обжаловаться в «суде второй» (вышестоящей), что, однако, по обыкновениям донских казаков, считалось большим позором для городка, неспособного самостоятельно примирить своих жителей.
Приговоры «суда второй инстанции» обжалованию не подлежали, приводясь в исполнение немедленно. Кроме того, войсковой круг
мог выступать в качестве «суда первой инстанции» (об этом выше
уже упоминалось). Для возбуждения «общего производства» в войсковом круге часто ждали очередного сбора казачества или более
значимого повода для его внеочередного созыва. Войсковой круг,
собравшийся в плановом порядке, включал максимальное количество донских казаков. Если же он созывался вне установленного
времени, то состоял из казаков столицы войска Донского (Главного
войска), близлежащих к ней городков и «гостюющих» донцов, все
в совокупности выступая малым числом.
Малые войсковые круги проводились довольно часто, нося, тем
не менее, экстраординарный характер, означавший, что войсковой
атаман имеет необходимость вынести на всеобщее обсуждение безотлагательные вопросы, но из-за невозможности в скором време177
ни собрания всего войска приглашает только «ближних» казаков.
Именно эти собрания обсуждали основную массу текущих административно-судебных вопросов. Малый войсковой круг отличался
большей скрупулезностью в рассмотрении дел, а большой войсковой круг, созываемый для самых важных нужд, не нисходил до подробностей изыскания истины или вообще отказывался от рассмотрения малозначительных судебных дел.
Подобная же практика сложилась и в отдельных городках, с тем
отличием, что созыв местных казачьих кругов был менее бюрократизирован и осуществлялся в любой момент. Если дело было спешным, то его рассматривали в тот же день, а терпящие отлагательства судебные дела откладывались до более подходящего момента.
Состав местных кругов, созываемых с весны по осень, был немногочислен, включая атамана, есаула, стариков и «хворых» казаков, а
с осени по весну – всех местных казаков.
Органы, реализовавшие «особенное производство» в период нахождения донских казаков в походе, не классифицировались на соподчиненные инстанции. За пределами войска Донского в отрядах
казаков царила дисциплина и практически беспрекословное подчинение ранее избранному атаману. «В походах... вся военно-административная, судебная, дисциплинарная, хозяйственно-интендантская часть оставались в ведении походного атамана и выборных
войсковых начальников»11. Состав «судебных органов», осуществлявших «особое производство», был всегда одинаков, включая одних лишь атаманов, а в ватагах – еще и ватажников. Хотя атаманы,
осуществлявшие судебные функции за пределами войска Донского,
старались при рассмотрении дел пользоваться советами прочей походной старшины (по принципу «одна голова хорошо, а две – лучше!»), дабы разделить с ним часть ответственности за принятые решения. Тем не менее единолично выносили приговоры, которые тут
же приводились в исполнение.
Казаки подчинялись приказаниям походных атаманов до момента возвращения в войско Донское, где последний в войсковом круге
отвечал за ранее вынесенные приговоры и вполне мог пасть жертвой «вердикта» общего сбора казачества. Поэтому «вожаки» обычно
не злоупотребляли своими полномочиями. «Походный атаман мог
казнить смертью за малейшее непослушание. Беспрекословно повиновались и выборным есаулам и сотникам. Но кончался поход, возвращались казаки к своим делам и опять все были равные»12.
В ватагах, создаваемых казаками без участия войскового круга,
также царила дисциплина, но власть ватмана была более зависи178
ма от мнения ватажников. Поэтому приговоры по судебным делам
обычно выносились кругом казаков ватаги, хотя из судебного процесса ватман не исключался, сохраняя за собой «в неясных делах»
решающий голос. Соотношение полномочий между ватманом и ватажниками определялось в казуальном порядке.
Кроме традиционного порядка осуществления правосудия обычное право донских казаков не запрещало внесудебного разбирательства дел. Самосуд фактически представлял собою признание вины
и наказание индивидов без реализации необходимых процедур.
Кроме того, самосуд производился, когда виновная сторона отказывалась выполнять «судебный приговор». В этом случае имеющими значение условиями «судилища» являлась соразмерность (адекватность) наносимого ей вреда. Хотя в рамках самосуда наказание
«бить и грабить» являлось обыденным призывом к насилию не только над субъективно осуждаемым, но и над членами его семьи, т. к.
никто уже не мог обеспечить неприкосновенности людям, имуществу и жилищу. Причиной применения самосуда в традиционном
обществе было то, что основным принципом, обеспечивающим действие обычного права, являлась инициативная самозащита субъектов права. Принцип инициативной самозащиты заключается в том,
что любой субъект, которому причинен ущерб, вправе восстановить
нарушенное право по собственному усмотрению13.
За организацию судебного процесса отвечали атаманы всех уровней, и проведение самосудов было следствием их неосведомленности или попустительства. В пределах своих полномочий атаманы
обязывались обеспечивать принятие мер к досудебному примирению тяжущихся и удовлетворению обиженных, сохранению мира и
спокойствия среди казаков; созыву внеочередных казачьих кругов
для рассмотрения тяжб и обид; обвинению лиц, совершивших тяжкие деликты против казачества; организации немедленного приведения приговоров по судебным делам в исполнение. Неспособных
к этому атаманов смещали.
В целом судебный процесс в рамках «общего производства» носил гласный публичный характер и делился на три стадии: досудебное оглашение дела, судебное разбирательство, вынесение и приведение в исполнение приговора. По общему производству между стадиями допускались существенные хронологические разрывы, а по
особенному производству они практически отсутствовали. По тяжбам возбуждение особого производства вообще не осуществлялось,
т. к. в походе у казаков все делилось поровну и являлось общим (особенно у односумов). Смысла «тягаться» за имущество в чужом крае
179
не было, его надо было еще доставить в войско Донское (сохранив
свою голову и жизни «сотоварищей»). Обиды же в скором порядке
рассматривались атаманом (в ватагах – с непосредственным участием ватажников), который мог делать это как по своей инициативе,
так и по обращению потерпевшей стороны. Такой суд был скорым,
а порою жестоким, при этом не делалось никакой пощады трусам,
предателям и всем тем, кто своими поступками поставил под угрозу
жизни и свободу донцов.
При рассмотрении тяжб и обид «оценивались» предъявляемые
сторонами доказательства правоты. Основным доказательством являлись показания сторон, очевидцев или иных лиц, понаслышке
знакомых с событиями и фактами рассматриваемого дела. Сбором
и оценкой весомости вещественных доказательств никто не занимался, а их существование обычно подтверждалось устными показаниями, высказываемыми сторонами процесса, или иногда сопровождалось демонстрацией «вещдоков», что являлось совсем необязательным. Впрочем, достоверность доказательств никто не проверял, а их недостаточность компенсировалась присягой (клятвой)
с употреблением религиозно-символических действий (например,
наложением крестного знамения, прикосновением ладони к Св.
Евангелию и проч.), ссылкой на доброе имя и честный нрав лица,
поручительством старшин и прочих уважаемых казаков.
Приговоры выносились большинством казаков, но при этом голоса не подсчитывались – после долгих споров обычно старались
прийти к консенсусу. Вне зависимости от личных качеств, заслуг,
званий и занимаемых «должностей» голоса всех участников собрания имели одинаковую силу. Одному только войсковому атаману предоставлялось право руководить процессом рассмотрения дел
и направлять его в конструктивное русло. На него же возлагалась
обязанность организации выполнения решений казачьих сборов.
С учетом того, что в войске Донском применялся самосуд, можно
утверждать, что приведение к ответу, признание виновности и применение наказания не являлись исключительным правом традиционных институтов казачества, наделенных судебными функциями.
Отменить или изменить можно было только приговор, вынесенный
кругом казаков непосредственного городка, да и то по решению войскового круга, в который также подавались жалобы на атаманов
городков, несправедливо отказывающих казакам в суде и расправе.
Приговоры, вынесенные в походе, оставались неизменными. Жалобы на атаманов, возглавляющих казаков за пределами войска Дон180
ского, также подавались в войсковом круге и могли закончиться наказанием оных14.
Из вышеизложенного следует, что в процессе генезиса и экзистенции традиционного общества у донских казаков естественным
путем сформировался особый порядок регулирования судебно-процессуальных отношений, который имел вербальную формализацию в партикулярном обычном праве.
Состояние развития судебно-процессуальных отношений у донских казаков было адекватным уровню развития традиционного общества, позволяя разрешать конфликты и ассиметрично отвечать
на угрозы, возникающие как для самого социума, так и для его отдельных членов, в условиях отсутствия необходимых органов публичной власти.
Таким образом, обычное право в XVI–XVIII вв. являлось важнейшим регулятором общественных отношений казаков. До конца
XVII в. оно носило естественный, а в XVIII в. – волевой характер.
В конце XVIII – начале XIX вв. обычное право было практически
полностью выведено из правоприменительной практики. Однако
с его учетом осуществлялась разработка нормативно-правовой базы, регулировавшей деятельность казачества того времени.
1 Макеев В. В. Обычное право – основной регулятор общественных отношений
у донских казаков (на примере первой трети XIX в.) // Обычное право в России: проблемы теории, истории и практики. Ростов н/Д, 1999. С. 348.
2 Небратенко Г. Г. Онтология обычного права донских казаков: историко-правовой аспект // Юристъ-Правоведъ. 2008. № 2. С. 80.
3 Шапсугов Б. Ю. Обычное право и его роль в правовом развитии общества //
Обычное право в России: проблемы теории, истории и практики. Ростов н/Д, 1999.
С. 252.
4 Небратенко Г. Г., Куксенко Е. И. Теория и история обычного права донских казаков. Ростов н/Д, 2005. С. 81.
5 Небратенко Г. Г., Куксенко Е. И. Теория и история обычного права донских казаков. Ростов н/Д, 2005. С. 39.
6 Куксенко Е. И. Эволюция обычного права донских казаков (XVI – начало XIX
вв.): дис. … канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2005. С. 128.
7 Макеев В. В., Небратенко Г. Г. Организационно-правовое становление и развитие общей полиции на территории Донского казачьего войска (середина XVIII – начало XX вв.). Ростов н/Д, 2002. С. 40.
8 Небратенко Г. Г. Реализация судебно-процессуальных отношений в традиционном обществе донских казаков // Юристъ – Правоведъ. 2009. № 3. С. 86.
9 Куксенко Е. И. Эволюция обычного права донских казаков: дис. … канд. юрид.
наук. Ростов н/Д, 2005. С. 66.
10 Терское казачество в прошлом и настоящем / сост. М. А. Караулов. Владикавказ, 1912. С. 55.
11 Гордеев А. А. История казаков. М., 1992. Т. II. С. 229.
12 Хрестоматия по истории донского казачества / сост. М. А. Астапенко. Ростов
н/Д, 1994. С. 96.
13 Алимжан К. А. Вопросы теории обычного права. Алматы, 2003. С. 181.
14 Небратенко Г. Г. Реализация судебно-процессуальных отношений в традиционном обществе донских казаков // Юристъ – Правоведъ. 2009. № 3. С. 89.
181
ЛОЙТ Х. Х.
заведующий кафедрой государственного права
юридического факультета ГУАП, доктор
юридических наук, профессор, заслуженный
работник Высшей школы РФ, заслуженный
профессор ГУАП
ПОРЯДОК И ОСОБЕННОСТИ
ОБЕСПЕЧЕНИЯ РЕАЛИЗАЦИИ ЗАЩИТЫ
СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНЫХ ПРАВ,
СВОБОД И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ
ГРАЖДАН
Важное место, по убеждению автора монографии в конституционно-правовом статусе граждан Российской Федерации занимали, занимают и будут занимать социально-культурные права и
свободы, ибо наличие культуры политической, правовой, экономической существенным образом сказывается на единении народа, государства, общества. Личность, имеющая должный уровень
культуры общей, правовой не пойдет на сделку с совестью, не продаст интересы государства, общества, семьи. Воспитание культуры в гражданах фактически начинается до появления младенца и
должно длиться по дней его последних. К сожалению, в последние
годы отношение к культуре понимания, что плохо, а что хорошо,
какое место следует отводить интересам государства, общества, а
какое отдельно взятой личности стало измеряться денежной массой, экономическими возможностями, идеологической наживы.
Вот почему нередко и, обоснованно социально значимые права и
свободы культурного характера именуют нравственными, духовными.
Так, в учебнике «Конституционное право России» утверждается, что « духовно-культурные права, свободы нацелены на обеспечение индивидуумом возможности творческого развития, приобщения к ценностям своего и других народов, цивилизация, приумножение и совершенствование окружающей их культурной среды»1.
Право каждого на участие в культурной жизни предполагает
возможность осуществления деятельности по сохранению, созданию, распространению и освоению культурных ценностей всех наций и народностей, обоснованно утверждает авторский коллектив
учебника. Автор настоящей статьи в свою очередь считает, что результатом, показателем состояния в любом государстве, обществе,
в коллективе служил, служит и будет служить уровень правовой
182
культуры, ибо без его наличия не обеспечить законности, правопорядка, реализации и защиты прав и свобод граждан, в том числе и
социально-культурных2.
Согласно статье 27 Всеобщей декларации прав человека «1. Каждый человек имеет право свободно участвовать в культурной жизни общества, наслаждаться искусством, участвовать в научном прогрессе и пользоваться его благами. 2. Каждый человек имеет право
на защиту его моральных и материальных интересов, являющихся
результатом научных, литературных или художественных трудов,
автором которых он является».
Ст. 15 Международного пакта об экономических, социальных
и культурных правах гласит, что: «1. Участвующие в настоящем
Пакте государства признают право каждого человека на: а) участие
в культурной жизни; б) пользование результатами научного прогресса и их практического применение; с) пользование защитой моральных и материальных интересов возникающих в связи с любыми научными, литературными или художественными трудами, автором которых он является. 2. Меры, которые должны приниматься участвующими в настоящем пакте государствами, для полного
осуществления этого права включают те, которые необходимы для
охраны, развития и распространения достижений науки и культуры. 3. Участвующие в настоящем Пакте государства обязуются уважать свободу, безусловно необходимую для научных исследований
и творческой деятельности. 4. Участвующие в настоящем Пакте государства признают пользу, извлекаемую из поощрения и развития
международных контактов и сотрудничества в научной и культурной областях».
Фактически содержание ст. 27 Всеобщей декларации прав человека и ст. 15 Международного Пакта об экономических, социальных и культурных правах закреплено ст. 44 Конституции Российской Федерации, гласящей: «1. Каждому гарантируется свобода
литературного, художественного, научного, технического и других
видов творчества, преподавания. Интеллектуальная собственность
охраняется законом. 2. Каждый имеет право на участие в культурной жизни и пользование учреждениями культуры, доступ к культурным ценностям. 3. Каждый обязан заботиться о сохранении
исторического и культурного наследия, беречь памятники истории
и культуры».
Гораздо сложнее обстоят дела с сохранением, сбережением ценностей доставшихся нам от предков. Чаще приходится сталкиваться с вандализмом, варварством, свидетельствующих о том, что уро183
вень культуры, состояние охранной деятельности еще очень далеки
от желаемого. Виной в этом не только проблемы воспитания, но и
качество нормативной базы, обоснования назначения на должности лиц, уполномоченных оберегать культурные ценности, наследие. Подтверждением тому могут служить факты хищения, злоупотреблений допущенных чиновниками Министерства культуры РФ,
субъектов РФ.
Важное место в составе социально-культурных прав и свобод
правомерно отводится праву граждан на образование. Автор, руководствуясь тем, что как совершеннолетние граждане, так и их
родители, опекуны, попечители самостоятельно решают вопрос о
том, где и чему им учиться, естественно за исключением обязанностей родителей обеспечить детям основное общее образование.
В тоже время, в силу значительных расхождений между содержанием ст. 26 Всеобщей декларации прав человека, ст. 13 Международного Пакта об экономических, социальных и культурных правах и ст. 43 Конституции России вынуждены акцентировать внимание на том, что ст. 43 по своему содержанию в значительной мере противоречит международным, ратифицированным выше названным документам.
Так, согласно ст. 26 Всеобщей декларации прав человека «…высшее образование должно быть одинаково доступным для всех на
основе способностей каждого». В ст. 13 Международного Пакта об
экономических, социальных и культурных правах п. с) гласит, что
«выше образование должно быть сделано одинаково доступным для
всех… в частности… на основе постепенного введения бесплатного
образования». В то время как согласно ч. 3 ст. 43 Конституции РФ
гласит, что «Каждый вправе на конкурсной основе бесплатно получить высшее образование…». Во первых конкурсную основу нужно
еще преодолеть, а это уже не каждый может сделать. Во вторых,
как в ст. 26 Всеобщей декларации прав человека, так и в ст. 13 Международного пакта, речь идет о необходимости сделать высшее образование «одинаково доступным для всех, что существенно отличается от конкурсной основы, которую преодолевают далеко не все.
Шурухнов Н. Г., Мечников В. В. считают, что в состав социальнокультурных прав и свобод человека под которыми они понимают те,
которые призваны обеспечить социальные потребности человека,
следует включать: свободу труда (п. 1 ст. 37), право на труд (п. 3 ст.
37), право на отдых (п. 5 ст. 37), право на защиту от безработицы (п.
3 ст. 37), защиту материнства и детства, семьи (п. 1 ст. 38), право на
социальное обеспечение (п. 1 ст. 39), право на жилище (п. 1 ст. 40),
184
право на охрану здоровья и медицинскую помощь (п. 1 ст. 41), право
на благоприятную окружающую среду (п. 1 ст. 42).
Автор категорически не согласен с представленными, так называемыми правами и свободами социально-культурного назначения,
ибо подавляющая их часть относится к социально-экономическим,
часть к личным правам, но не к культурным. Дело в том, что социальными, значимыми являются, по нашему убеждению абсолютно
все виды прав и свобод, входящих в состав конституционно-правового статуса граждан Российской Федерации. Отнесение указанными авторами к социально-культурным права, право на образование
(ст. 43), право на пользование родным языком, свободу выбора языка общения, воспитания, обучения и творчества (ч. 2 ст. 26), авторы
данного исследования считают обоснованным.
Автор солидарен с авторским коллективом, утверждающим,
что в состав социально-культурных прав и свобод – составной части конституционно-правового статуса Российской Федерации
вправе относить: – свободу выбора нравственных, эстетических и
других ценностей; – право на доступ к государственным, библиотечным, музейным, архивным фондам, иным собраниям во всех
областях культурной деятельности; – право на гуманитарное и
художественное образование; – право на собственность в области
культуры; – право на создание общественных объединений культурно-просветительского профиля (ассоциации), гильдии, творческие союзы и т. д.; – свободу творчества (литературного, художественного, научного, технического). Для реализации, особенно
защиты представленных нами признаваемых прав и свобод социально-культурного характера, вида, входящих в состав конституционно-правового статуса граждан Российской Федерации могут
быть использованы правовые методы (убеждение, принуждение, и
особенно обжалование, контроль и надзор), правовые средства (административное расследование, требующее помнить о римской семихвостке, т. е. получить ответы на семь вопросов (кто, что, где,
как, когда, каким способом, какие последствия?), возбуждение
уголовных дел и наиболее вероятный, эффективный – институт
юридической ответственности – дисциплинарной, материальной,
административной, уголовной, гражданско-правовые, муниципально-правовой, конституционно-правовой и международно-правовой.
Обращение к механизму правозащитной деятельности обусловлен: а) видом правоотношения, в котором были нарушены представленные нами социально-культурные права и свободы граж185
дан; б) степень, тяжесть наступивших последствий; в) характер вины (умышленно, неосторожно) причинившего ущерб нарушившего право, свободу, отказавшего предоставить, воспользоваться и г)
наличие в нем причинно-следственной связи между нарушением и
наступившими последствиями либо возможным их наступлением.
Своевременное, обоснованное обращение к выше перечисленным
правовым методам, средствам, способам всецело зависит от подготовленности органов их должностных лиц, сотрудников, уполномоченных обеспечивать реализацию и защиту социально-культурных
прав и свобод граждан.
Исполнение правозащитной функции указанными субъектами правозащитных правоотношений во многом зависит от того на
сколько грамотно, объективно подготовлены документы (жалобы), обращения, исковые заявления, и адресованы они по подведомственности или нет. Указанное требует определенных знаний
законов, либо обращения в адвокатские структуры, социальные
органы, студенческие юридические консультации с тем, чтобы получить надлежащие советы, либо помощь в подготовке таких документов.
В качестве выводов вправе акцентировать внимание на том, что
главное назначение социально-культурных прав и свобод граждан
заключается в: – совершенствовании деятельности направленной
на повышение уровня правовой культуры, обоснованности обращения в органы правозащитной деятельности; – воспитании, прежде
всего у должностных лиц уважения, чувство ответственности за
престиж государства, органов власти, уполномоченного обеспечивать реализацию и защиту конституционных прав и свобод граждан; – стремление овладеть методикой обращения к правовым методам, средствам и способам механизма правозащитной деятельности; – активизация использования наиболее эффективных направлений воспитательного воздействия на обучаемых с тем, чтобы привить им чувство ответственности, гордости, за Отечество,
приобретаемую специальность, желание и способность оказывать
надлежащую юридическую помощь лицам, в ней нуждающихся.
1 Подробнее см.: Конституционное право России: учебник / отв. ред. А. Н. Кокотов, М. И. Кукушкин. М.: Норма, 2008. С. 147.
2 Подробнее см.: Правовая культура выпускника вуза – важнейший показатель качества образовательной деятельности // Материалы международной научнопрактической конференции, посвященной Году культуры в Российской Федерации
/ под общ. ред. В. М. Боера, П. П. Глущенко. СПб.: ГУАП, 2014.
186
Приложение
Задачи (ситуации), упражнения, их роль и место
в приобретении навыков и умений защищать
социально-культурные права и свободы граждан.
Задача (ситуация) №1
В процессе обсуждения содержания ч.1 ст. 37 Конституции РФ,
в части касающейся слов «труд свободен», мнения студентов разделились на признающих и убежденных в том, что «узаконенное тунеядство» наносит серьезный социально-моральный ущерб обществу, в котором не работая можно быть миллиардером.
Представьте свое отношение к спорящим.
Задача (ситуация) №2
Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на
труд. В это же время несколько миллионов трудоспособных граждан не могут его реализовать. В данной ситуации каким образом
следует давать оценку происходящему. Отсутствует экономическая
обеспеченность права на труд или на лицо вина органов государственной и местной власти неспособных должным образом занять
всех желающих работой? Представьте свои доводы, обоснования,
предложения относительно разрешения указанной проблемы.
Задача (ситуация) №3
Петров предъявил претензию к ООО «Артек» относительно отказа предоставить ему отдых. Администрация ООО посоветовала Петрову внимательно прочесть содержание второго предложения ч. 5
ст. 37 Конституции РФ.
Разрешите ситуацию согласно действующего законодательства и
оцените позиции сторон.
Задача (ситуация) №4
Содержание ч. 3 ст. 37 Конституции РФ в части касающейся права каждого на защиту от безработицы наделяет ли граждан правом
на обращение к механизму правозащитной деятельности? Если да,
то какие из правовых методов, средств и способов следует использовать в настоящей ситуации?
Задача (ситуация) №5
В соответствии с ч.1 ст. 38 Конституции РФ «Материнство и детство, семья находятся под защитой государства». Многие матери –
одиночки задают вопрос о том, право ли это или констатация того,
что так должно быть?
187
Ответьте на вопрос, представьте свои доказательства, сомнения,
причины его не срабатывания, предложения для разрешения указанной ситуации.
Задача (ситуация) №6
Согласно ч. 1 ст. 40 Конституции РФ: «Каждый имеет право на
жилище…». Один квадратный метр жилой площади сегодня стоит
не менее 50 тыс. рублей, сколько потребуется времени семье, получающей доход менее 50 тыс. рублей в месяц, чтобы стать каждым?
Попытайтесь предложить варианты выхода из ситуации. Сегодня взрывают уже готовое жилье, возведенное с нарушениями,
уничтожаются дома в бывших военных гарнизонах, обманываются дольщики, имеют место злоупотребления правом детдомовцев на
получение.
Задача (ситуация) №7
Согласно ст. 39 Конституции РФ «Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом».
Вправе ли считать социально обеспеченным гражданина, если у него после оплаты жилого помещения остается 2, 3 тысячи
рублей, учитывая те цены на продукты, которые действуют даже
в так называемых народных магазинах. Обоснуйте ваше мнение по
указанной проблеме.
САФИН Ф. Ю.
заведующий кафедрой уголовного права и
таможенных расследований юридического
факультета ГУАП, доктор юридических наук,
профессор, заслуженный юрист Российской
Федерации, почетный работник ВПО РФ
ЮРИДИЧЕСКИЕ ПРАВА–ГАРАНТИИ,
ИХ СОДЕРЖАНИЕ, ПОРЯДОК
И ОСОБЕННОСТИ РЕАЛИЗАЦИИ
И ЗАЩИТЫ
Конституционно-правовой статус человека и гражданина, включая его основные права, свободы и обязанности, влияет как на создание сбалансированных способов взаимодействия людей, так и на
формирование гармоничных отношений человека, общества, государства1. Государство, принимая на себя обязательства по обеспече188
нию прав человека, и само вправе требовать от него поведения, соответствующего эталонам, зафиксированным в юридических нормах.
При этом, государство как носитель политической власти располагает специальными механизмами обеспечения прав человека и выполнения им своих обязанностей.
Система обеспечения прав и свобод человека, удовлетворения его
потребностей и интересов предполагает наличие и функционирование механизма социальной и правовой защиты, представляющего
собой совокупность средств и факторов, создающих необходимые
условия соблюдения прав и основных свобод человека для его свободного и полного развития2.
По определению В. И. Гоймана3, механизм обеспечения прав и
свобод человека – это «комплекс взаимосогласованных мер материально-технического, организационно-управленческого, идеологического (социально-политического) и специально-юридического
характера, осуществляемых государством, его органами и должностными лицами и имеющими своим назначением обеспечить реальное действие закона, то есть создать условия, при которых граждане, их объединения и организации согласовывают свои действия
с требованиями закона, а также беспрепятственно и эффективно используют предоставленные им возможности удовлетворения многообразных интересов и потребностей4. Что касается права на жизнь,
то, впрочем, как и в случаях с другими правами человека, ключевым средством в механизме его реализации выступают гарантии –
политические, социально-экономические, историко-культурные,
духовные, юридические. Эффективность использования всех перечисленных гарантий способствует фактическому обретению блага
жизни, использования и распоряжения им, то есть обеспечивает
возможность для субъекта защищать и требовать восстановления
права на жизнь а случае необходимости.
Сначала разберемся, что же такое гарантии вообще и какие существуют гарантии прав человека, после чего перейдем к анализу
гарантий именно права на жизнь. В научной литературе нет единства относительно понятия и видов гарантий. Так, предлагается несколько оснований классификации гарантий. Они подразделяются
по назначению, служебной роли на гарантии реализации и гарантии охраны (защиты) прав и свобод человека и гражданина. Достаточно широкое распространение получило разграничение гарантий
на базисные и надстроечные. Предлагаются также их классификации на объективные и субъективные. По отраслям права – на конституционно-правовые, административно-правовые, уголовно-пра189
вовые и другие. Традиционно разделение гарантий на общие и специальные (юридические), хотя однозначного понятия юридических
(специальных) гарантий в теории права не выработано5.
По определению В. П. Федорина6, например, гарантии – это совокупность благоприятных условий и средств, обеспечивающих выполнимость прав человека и гражданина. Благодаря гарантиям,
права человека становятся властными полномочиями, и личность
приобретает возможность действовать своей властью и в своём интересе. Назначение гарантий состоит в том, чтобы создать обстановку, при которой провозглашенные права и свободы стали бы фактическим положением каждого. Наличие развитых гарантий создаёт
в обществе и у граждан уверенность в том, что нет права без возможности его осуществления. Таким образом, гарантии – это некоторые позитивные факторы действительности, вид обеспечительных условий. Однако, помимо изложенного выше и утвердившегося как признаваемого большинством специалистов определения гарантий прав и свобод личности существуют точки зрения, согласно
которым в определяемом понятии акцент делается не на условиях и
средствах, а условиях и предпосылках, благодаря чему реально осуществляются основные права и свободы, исполняются обязанности
человека и гражданина, обеспечивается их охрана от незаконных
ограничений и посягательств.
При этом, предпосылки, рассматриваемые как элемент гарантий, оказываются ближе к условиям, а сами средства обеспечения
прав и свобод неоправданно выпадают из такого рода определений.
Следовательно, понятие гарантий лишается важнейшей сущностной характеристики данного института. Ввиду многообразия содержания прав и свобод человека и их разновидностей, требуется и разный набор социальных инструментов для их воплощения. Полагаю
необходимым отметить, что классификация гарантий, так же как
и классификация основных прав и свобод достаточно условна. Как,
например, определить, к какой группе отнести гарантии социальной защиты: наличие специальных государственных органов, материальная поддержка отдельных социальных групп может рассматриваться как экономические гарантии; наличие соответствующих
нормативных актов, возможность обжаловать в суд действия или
бездействие органов, призванных обеспечивать данные гарантии –
как гарантии юридические.
Например, вышеупомянутый исследователь В. П. Федорин, выделяет в системе гарантий гарантии-условия обеспечения прав человека и гарантии-средства обеспечения прав человека.
190
Гарантии-условия, по его мнению, определяют обстановку, которая способствует поддержанию прав. Фактически это социально
благоприятная для прав человека среда, состоящая из элементов
общественного и государственного строя (конституционного строя),
помогающих существованию прав. Такими элементами строя являются демократический режим, социальная правовая государственность, развитая правовая культура, устойчивое экономическое развитие, благосостояние и другие. Гарантии-средства обеспечения прав человека – это социальные инструменты и технологии,
используемые для целенаправленного воздействия на среду и поведение людей для обеспечения прав, когда одних условий оказывается недостаточно. В отличие от гарантий-условий, средства гарантии специально создаются обществом и государством для устранения (ликвидации) препятствий, возникающих на пути реализации
прав, либо для формирования новых способов осуществления прав,
не существовавших до этого.
В российской юридической литературе не получил однозначного
решения вопрос о месте гарантий в характеристике правового статуса индивида. Е. А. Лукашёва, например, ограничивает понятие правового статуса категориями прав, свобод и обязанностей, которые
в своём единстве образуют выраженный в юридической форме правовой статус индивида7. С ней солидарен Н. В. Витрук, который рассматривает указанные категории в качестве основных структурных
элементов изучаемого понятия, а в качестве дополнительных – законные интересы. Гарантии же прав, свобод и обязанностей данные
авторы предлагают включить в понятие «правовое положение личности» как «послестатусный элемент»8. Е. А. Лукашёва рассматривает систему гарантий как категорию, далеко выходящую за пределы
правового статуса. Если здесь уместны аналогии, то они напрашиваются сами собой, когда речь идёт о правовом статусе лиц, являющихся специальными субъектами правоотношений (депутатов, судей,
лиц, занимающих государственные должности). В число обязательных структурных элементов их правового статуса включены права,
обязанности, ограничения, гарантии и ответственность. Понятно,
что об ограничениях и ответственности не следует говорить применительно к правовому статусу индивида. Но почему в нём нет места
для юридических гарантий? Ведь без правовых средств, обеспечивающих соответствующие права, свободы и обязанности, правовой статус может оказаться чистой декларацией9.
По своей социальной природе гарантии-средства могут быть экономическими, политическими, идеологическими, воспитательны191
ми, организационными, правовыми. В системе обеспечения прав
человека правовые средства играют далеко не последнюю роль, так
как связывают идеальное (модель желаемого или должного, то есть
норму о правах человека) с реальным результатом (получением благ
и ценностей, заключённых в правах).
Юридические средства-гарантии подразделяются на: социальноправовые инструменты и юридические технологии. Социально-правовые инструменты – это средства-установления, в которые включаются субъективные права, юридические обязанности, льготы, запреты, поощрения, ответственность, меры наказания и так далее.
Юридические технологии представляют собой средства-деяния, направленные на использование юридических инструментов обеспечения прав. Это акты реализации права (осуществление прав, исполнение обязанностей, соблюдение запретов), правоприменение,
правотворчество, толкование, правоохранительная деятельность и
так далее.
В зависимости от сферы распространения гарантии прав человека подразделяются на: международные и внутригосударственные.
Под международными гарантиями понимаются коллективные меры человеческого сообщества, предпринимаемые для поддержании
уважения достоинства личности. В них отражён широкий подход
к определению того, что должно охватываться содержанием гарантий. Поэтому они касаются и создания стандартов прав человека,
и формирования механизмов ответственности, и восстановления
нарушенных прав, и порядка возмещения причиненного ущерба,
и разработки проектов глобальной безопасности, и финансирования программ обучения, и консультаций правительств по разнообразным проблемам прав, и оказания помощи конкретным лицам,
оказавшимся в затруднительных ситуациях, и тому подобное. В отличие от международных, внутригосударственные гарантии направлены на практическую охрану прав. В демократических государствах они образуют достаточно разветвлённую систему социальных, экономических, политических, духовно-нравственных, юридических условий и средств. Помимо нормативного (статического)
закрепления они включают также и организационные (динамические) элементы (например, меры по налаживанию чёткого порядка
деятельности, объединению усилий, координации связей, бесперебойности работы, эффективного использования ресурсов, кадровой
подготовки, материально-технического обеспечения, информирования, обмена опытом, учёта и контроля, надзора и ин-спектирования
и так далее)10.
192
Юридические гарантии занимают особое место в системе вышеперечисленных гарантий, поскольку выполняют специфические
функции, а именно: они связаны с правотворческой деятельностью
по созданию позитивных норм, адекватно отражающих права человека, эффективностью правового регулирования общественных
отношений контролем и надзором за реализацией прав, профилактикой, своевременным выявлением и пресечением их нарушений,
привлечением к юридической ответственности виновных лиц, восстановлением нарушенных прав, формированием у граждан и государственных служащих практических навыков и умений обеспечения прав и так далее.
Юридические гарантии прав человека в зависимости от стадий
применения разделяются на11: гарантии охраны прав и гарантии
защиты прав. На стадии охраны прав действуют те юридические
гарантии, которые направлены на положительную реализацию
прав, то есть на создание системы условий и средств, поощряющих
и стимулирующих инициативную реализацию прав, а также предупреждающих возможные нарушения прав либо устраняющих
препятствия на пути их осуществления. На стадии защиты прав сосредоточены механизмы и институты восстановления нарушенных
прав, привлечения виновных лиц к ответственности и возмещения
причиненного ущерба. Особенностью юридических гарантий прав
человека является их закрепление в официальных государственных и муниципальных нормативно-правовых актах, в силу чего их
поддержание и развитие превращается в юридическую обязанность
соответствующих субъектов права.
Субъектами-адресатами, к которым апеллирует закон с требованиями создания либо поддержания гарантий прав человека, являются граждане, общественные объединения, органы государства
и местного самоуправления, их служащие. Однако главным координатором и основным субъектом ответственности за соблюдение и
развитие гарантий прав человека все же следует считать государство, его органы и должностных лиц, поскольку именно они контролируют выполнение законов о правах человека, они содействуют их
осуществлению, выявляют и пресекают посягательства на права,
восстанавливают нарушенные права, наказывают виновных лиц.
При этом, гарантировать права способна лишь устойчивая, стабильная и повседневная работа всего государственного аппарата, опирающегося на поддержку граждан и общественных структур.
Все гарантии, в том числе и юридические, сами по себе в разрозненном виде малоэффективны. Их практический результат (реа193
лизация прав человека) может быть достигнут только в комплексе
действия совокупного механизма, связывающего все его элементы
в единое целое. Для юридической части особенно значима слаженность взаимодействия правового и иных компонентов этого механизма, использование для осуществления прав человека в конкретных ситуациях таких юридических приёмов и средств, которые
наиболее эффективно работают во взаимодействии с иными блоками механизма и не вступают с ними в коллизии.
Вопрос о структуре механизма реализации прав граждан в юридической науке является дискуссионным. В. П. Федорин, например, выделяет следующие структурные звенья юридического механизма реализации гарантий прав человека: закрепление прав человека в позитивных нормах; определение границ и способов осуществления субъективных прав; утверждение правил ограничения
прав; дифференциацию режимов реализации прав; фиксацию процедур охраны и защиты прав; установление ответственности и других мер принуждения за нарушение прав; указание на формы и размеры восстановления нарушенных прав и возмещения причинённого вреда; перечисление мер профилактики и предупреждения возможных нарушений прав.
Собственно говоря, на предупреждение нарушений прав человека направлена вся совокупность элементов, входящих в механизм
гарантий прав. Среди них выделяются меры, направленные на общее оздоровление экономической, социальной, политической и духовной сферы общества, и меры целенаправленного воздействия на
явления, провоцирующие нарушения прав. Практическая предупредительная деятельность базируется на предварительном анализе нарушений, выявлении порождающих их причин и условий и соответствующем прогнозировании. Она выражается в ограничении
и устранении, ослаблении, нейтрализации, блокировании явлений
и процессов, ведущих к нарушению прав, путем введения в общественную жизнь ряда позитивных обстоятельств.
В юридической литературе классификация гарантий, в том числе сфере прав человека и гражданина, при некоторых различиях
имеет одно основание – их деление на общие и специальные (по характеру используемых средств защиты)12.
Общие гарантии обусловлены сложившимися господствующими
общественными отношениями экономического, социального, политического, организационного характера и не связаны с конкретными юридическими механизмами, направленными на охрану (защи194
ту) прав личности. Их деление на экономические, социальные, политические и духовно-культурные считается общепризнанным.
Специальными называют юридические гарантии прав и свобод
человека и гражданина. Это значит, что они получили закрепление
в правовых нормах и институтах и обеспечивают возможность эффективной реализации конкретных прав и свобод, а также их защиты в случае нарушения.
Вместе с тем, система юридических гарантий зачастую подразделяется на: судебные гарантии и несудебные (общие) гарантии. Данная классификация понятна и оправдана с точки зрения механизмов их реализации (обеспечения). Общесоциальные гарантии прав,
свобод, обязанностей и законных интересов личности представляют собой позитивно влияющие на их реализацию, охрану (защиту)
условия и средства. В литературе понимание этих условий и средств
не всегда равнозначно: в одних случаях они называются материальными гарантиями, в других – под материальными гарантиями понимаются только экономические условия как один из видов общих
гарантий правового статуса.
Представляемая составная часть конституционно-правового статуса граждан Российской Федерации – юридические права-гарантии занимают особое место в понимании, классификации, обосновании в механизме обеспечения реализации и защиты конституционных прав, свобод, законных интересов граждан в Российской Федерации13.
Баглай М. В. считает, что следует различать Конституционные
гарантии прав и свобод граждан, т. е.: а) защита прав и свобод обязанность государства (ст. 2), б) самозащита прав и свобод (ст. 45), в)
судебная защита (ст. 19, 46–47, 50), г) международная защита (ч. 3
ст. 46), д) возмещение вреда (ст. 52–53), е) неотменяемость прав и
свобод (ст. 17). Он также убежден в том, что отдельно следует признавать и конституционные гарантии правосудия: а) гарантии подсудности (ст. 47), б) право на юридическую помощь, в) презумпция
невиновности (ст. 49), г) запрет повторного осуждения (ст. 50), д) недействительность незаконно-полученных доказательств (ст. 50), е)
гарантия от самообвинения (ст. 51), ж) право потерпевших на возмещение ущерба от преступлений и злоупотреблений властью (ст. 52),
з) запрет обратной силы закона (ст. 54).
Автор в целом считают возможным такой подход классификации юридических прав – гарантий и одновременно убеждены в том,
что имеет место повторов излишней детализации. Автор предлагает
юридические гарантии конституционных прав и свобод подразде195
лять на: а) общие конституционные гарантии и б) специальные конституционные гарантии, где к общим конституционным гарантиям
они относят: а) закрепление прав и свобод человека и гражданина
Конституцией – актом высшей юридической силы, б) незыблемость
основ конституционного строя, а в число специальных они относят:
а) гарантии внесудебного характера, б) судебные гарантии. Автор
считают такой подход мало чем обоснованным, но он конечно имеет
право на существование.
К несудебным гарантиям вправе относить: а) запрет на применение любых нормативных правовых актов, имеющих отношение
к правам, свободам и обязанностям человека и гражданина, то есть
составным частям конституционно-правового статуса граждан Российской Федерации. Данный запрет содержится в ч. 3 ст. 15 Конституции Российской Федерации; б) обеспечение государственно-правовой защиты прав, свобод и законных интересов человека и гражданина (ч. 1 ст. 45 Конституции РФ); в) право на самозащиту14 незащищенными способами (ч. 2 ст. 45 Конституции РФ); г) запрет на
издание законов отменяющих, либо умоляющих права и свободы человека и гражданина (ч. 2 ст. 55 Конституции РФ) и д) ограничение
прав и свобод граждан только согласно предписаний Конституции (ч.
3 ст. 55, 56 Конституции РФ). Авторы работы не усматривают в содержании приведенных статей каких-либо особенностей, специфики, ведь речь идет о Конституции правового, демократического, социального государства, признающего человека высшей ценностью.
К судебным гарантиям как правило относят: – равенство всех
перед законом и судом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ); – соблюдение
подсудности (ч. 1 ст. 47 Конституции РФ); – гарантии права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей (ч. 2 ст. 47 Конституции РФ); – гарантии получения квалифицированной юридической помощи, а в случаях предусмотренных
законом, бесплатной юридической помощи (ст. 48 Конституции
РФ); – признание презумпции невиновности ч. 1 ст. 49 Конституции
РФ; – право не свидетельствовать против себя и близких родственников ст. 51 Конституции РФ; – недопустимость использования доказательств в нарушения закона (ч. 2 ст. 50 Конституции РФ).
В судебных гарантиях как и в несудебных авторами представлены права и свободы относящиеся к ранее исследованным правам и
свободам личного, политического, социально-экономического и социально-культурного характера, в силу указанного мы не считаем
обоснованным их отнесение к так называемым специальным конституционным гарантиям прав и свобод граждан.
196
Авторский коллектив учебника изданного в Ростове на Дону
считает обоснованным в состав юридических прав-гарантий включать: права, свободы, обязанности закрепленные ч. 1 ст. 17, ч. 2 ст.
19, ст. 28–29, ч. 4 ст. 35, ч. 5 ст. 37, ч. 1 ст. 39, ч. 2 ст. 43, ч. 1 ст. 44,
ч. 1 ст. 45, ч. 1 ст. 46, ч. 1 ст. 48, ч. 2 ст. 61 Конституции Российской
Федерации.
Указанная классификация юридических прав-гарантий – составной части конституционно-правового статуса граждан Российской Федерации по нашему убеждению вызывает частичное отторжение в силу того, что названные статьи имеют прямое отношение
к правам свободам личного, политического, частично социальноэкономического и социально-культурного видов. Авторы в свою очередь руководствуясь личной практикой правозащитной деятельности, содержание Конституции Российской Федерации, иных законодательных актов, общепризнанных принципов и норм международного права, судебной практики, считает, что к юридическим
правам-гарантиям, имеющим основание быть включенными в состав конституционно-правового статуса граждан Российской Федерации вправе отнести следующее: а) право на государственную защиту прав и свобод (ч. 1 ст. 45 Конституции РФ), б) право на самозащиту (ч. 2 ст. 45 Конституции РФ), в) право на судебную защиту своих прав и свобод (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ), г) право на получение
квалифицированной юридической помощи (ч. 1 ст. 48 Конституции
РФ), д) право на обращение к услугам адвоката (ч. 2 ст. 48 Конституции РФ), е) право не свидетельствовать против себя, близких родственников (ст. 5 Конституции РФ), ж) право на компенсацию причиненного ущерба (ст. 52–53 Конституции РФ), з) право на презумпцию невиновности (ст. 49 Конституции РФ).
1 Безуглов А. А., Беломестных Л. Л. Конституционное право России: учебник.
М.: Юрайт, 2009. С. 343–344.
2 Мордовец А. С., Магомедов А. А., Силантьева Л. В., Чинчиков А. А. Права человека и деятельность органов внутренних дел. М.: Норма, 2014. С. 48.
3 Гойман В. И. Механизм обеспечения реализации законов в современных условиях // Государство и право. 2011. № 12. С. 12–13.
4 Там же.
5 Бережнов А. Г. Права личности: некоторые вопросы теории. М.: Проспект,
2009. С. 250.
6 Федорин В. П. Гарантии конституционных прав и свобод человека и гражданина. М.: Норма, 2009. С. 8.
7 Лукашева Е. А.Общая теория прав человека. М.: Проспект, 2011. С. 30.
8 Витрук Н. В. Основы правового положения личности в социалистическом обществе. М.: Юрайт, 2009. С. 25.
9 Федорин В. П. Гарантии конституционных прав и свобод человека и гражданина. М.: Норма, 2012. С. 9.
197
10 Тхакахов А. М. Обеспечение прав человека в современном мире. СПб.: Просвещение, 2010. С. 112.
11 Бережнов А. Г. Указ. соч. 2009. С. 198.
12 Азаров А., Ройтер В., Хюфнер К. Права человека: международные и российские механизмы защиты. М.: Закон, 2008. С. 24.
13 Подробнее см.: Баглай М. В. Указ. соч. С. 256–268; Конституционное право
России: учебник. 3-е изд. / отв. ред. А. Н. Кокотов, М. И. Кукушкин. М.: Норма,
2008. С. 155–159; Шурухнов Н. Г., Мечников В. В. Указ. соч. С. 84; Смоленский М. Б.,
Маркгейм М., Тонков Е. Е. Указ. соч. С. 226–231; Глущенко П. П. Указ. соч. С. 56–57.
14 См.: Смоленский М. Б., Маркгейм М. В., Тонков Е. Е. Указ. соч. С. 226–231.
ОРЛОВСКИЙ Е. А.
прокурор Гатчинского района Ленинградской области
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ
ПРОИЗВОДСТВА КОНТРОЛЯ И ЗАПИСИ ПЕРЕГОВОРОВ,
ОГРАНИЧИВАЮЩЕГО КОНСТИТУЦИОННОЕ
ПРАВО ГРАЖДАН НА ТАЙНУ
ТЕЛЕФОННЫХ ПЕРЕГОВОРОВ
Анализ уголовно-процессуального законодательства, нормативных правовых актов, регламентирующих производство контроля и записи телефонных и иных переговоров (ст. 186 УПК
РФ), ознакомление с исследованиями ученых1, практикой позволили выявить и сформулировать содержание правовых и организационных основ осуществления этого уголовно-процессуального средства. Как представляется, они включают в себя комплекс
последовательно выполняемых действий, согласований, принимаемых решений, к числу которых относятся: 1) принятие решения о необходимости и возможности осуществления контроля и записи переговоров. Проведенное исследование позволяет
привести следующие данные, характеризующие проведение рассматриваемого следственного действия в процессе расследования
преступлений. В 2011 году судами Российской Федерации было
рассмотрено 144 762 ходатайства следователей (дознавателей) о
проведении контроля и записи переговоров, их оказалось удовлетворенными 141 632, соответственно отказано в удовлетворении 3130. В 2012, 2013 годах соответственно: 163 469; 159 767;
3729; 189 741; 185 969; 3772. Из приведенного усматривается тенденция увеличения количества проведения рассматриваемого
уголовно-процессуального средства. В определенной степени это
объясняется и характером совершаемых преступлений, использованием при этом различных информационных технологий. Что
198
касается отказа судьями в удовлетворении ходатайств следователей (дознавателей), то он стабилен и составляет примерно 2% (см.
приложения № 1–3).
Проанализируем приведенные данные применительно к отдельным регионам. Так, в суды Владимирской области в 2011 году поступило 28 095 ходатайств о производстве следственного действия, предусмотренного ст. 186 УПК РФ, из них было удовлетворено 2788, отказано в удовлетворении 17. В 2012, 2013 гг. соответственно: 2526, 2513, 13; 1928, 1906, 22. В судах Тульской области
в 2011, 2012, 2013 годах соответственно: 1605, 1597, 8; 1271, 1261,
10; 1314, 1312, 2. Заметим, что показатель отказов в удовлетворении ходатайств в проведении анализируемого следственного действия в судах Владимирской и Тульской областей ниже российского (см. приложения № 4–9). В дополнение к приведенному укажем, что при расследовании преступлений несовершеннолетних
контроль и запись переговоров в 2011 году использовалось 465 раз,
в 2012 – 681 и в 2013 – 631 раз;
2) вынесение следователем (дознавателем) постановления о возбуждении перед судом ходатайства о производстве контроля и записи переговоров; 3) направление ходатайства субъекта расследования в суд по месту производства предварительного следствия
или проведения данного следственного действия; 4) вынесение судьей по итогам рассмотрения ходатайства постановления об осуществлении контроля и записи телефонных и иных переговоров
или об отказе в его производстве с указанием мотивов отказа; 5)
направление следователем (дознавателем) постановления о разрешении контроля и записи телефонных переговоров в оперативное
подразделение, осуществляющее оперативное обеспечение предварительного расследования; 6) истребование субъектом расследования у органа, осуществляющего контроль и запись телефонных и
иных переговоров, фонограммы (в любое время и в течение всего
срока производства), для ее осмотра и прослушивания; 7) проведение осмотра и прослушивания фонограммы; 8) вынесение следователем (дознавателем) постановления о прекращении проведения
следственного действия; 9) вынесение следователем (дознавателем)
постановления о приобщении фонограммы к уголовному делу как
вещественное доказательство; 10) направление фонограммы в экспертно-криминалистическое подразделение для проведения фоноскопической экспертизы; 11) оценка доказательств, полученных
в результате контроля и записи телефонных и иных переговоров2
(см. табл. 1).
199
Таблица 1
Правовые основы осуществления контроля и записи
телефонных и иных переговоров
1.Принятие решения о необходимости и возможности осуществления
контроля и записи переговоров
2. Вынесение следователем (дознавателем) постановления о возбуждении перед судом ходатайства о производстве контроля и записи переговоров
3. Направление ходатайства субъекта расследования в суд по месту производства предварительного следствия или проведения данного следственного действия
4. Вынесение судьей по итогам рассмотрения ходатайства постановления об осуществлении контроля и записи телефонных и иных переговоров или об отказе в его производстве с указанием мотивов отказа
5. Направление следователем (дознавателем) постановления о разрешении контроля и записи телефонных переговоров в оперативное подразделение, осуществляющее оперативное обеспечение предварительного
расследования
6. Истребование субъектом расследования у органа, осуществляющего
контроль и запись телефонных и иных переговоров, фонограммы (в
любое время и в течение всего срока производства), для ее осмотра и
прослушивания
7. Проведение осмотра и прослушивания фонограммы
8. Вынесение следователем (дознавателем) постановления о прекращении проведения следственного действия
9. Вынесение следователем (дознавателем) постановления о приобщении фонограммы к уголовному делу как вещественное доказательство
10. Направление фонограммы в экспертно-криминалистическое подразделение для проведения фоноскопической экспертизы
11. Оценка доказательств, полученных в результате контроля и записи
телефонных и иных переговоров
1. Принятие решения о необходимости и возможности осуществления контроля и записи переговоров базируется на дополнительном изучении материалов уголовного дела, сведений оперативно-розыскного характера (под углом зрения принятия рассматриваемого
решения), из которых могли бы усматриваться фактические и юридические основания для проведения данного следственного действия. Как было отмечено ранее, фактическое основание – это объективная непосредственная причина проведения следственного действия, которая содержит совокупность сведений, доказательств, по200
зволяющих полагать, что во время записи переговоров конкретного
лица могут быть получены сведения, имеющие значение для дела.
При этом фактические данные, послужившие основанием к производству данного следственного действия, могут содержаться в показаниях свидетелей, потерпевших, протоколах различных следственных действий, материалах оперативно-розыскного сопровождения
расследования преступления3, заявлениях потерпевшего, свидетеля
или их близких родственников, родственников, близких лиц.
Юридическое основание – это предусмотренное уголовно-процессуальным законодательством и документально оформленное решение. Применительно к рассматриваемому уголовно-процессуальному средству законодательством предусмотрено два вида юридических оснований, исходящих от участников уголовного судопроизводства:
а) постановление судьи о разрешении производства следственного действия «Контроль и запись переговоров»4 (это самое распространенное следственное действие среди тех, которые проводятся на
основании судебного решения);
б) заявление (в письменной форме) потерпевшего, свидетеля.
В исключительных случаях при наличии угрозы совершения насилия, вымогательства и других преступных действий в отношении
потерпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников, близких лиц данное следственное действие допускается по
письменному заявлению указанных лиц, а при его отсутствии – на
основании судебного решения (ч. 2 ст. 186 УПК РФ). В заявлении
или письменном согласии гражданина должно быть указано, на какой срок он разрешает прослушивание своего телефона и согласны
ли на это проживающие с ним члены семьи. Звукозаписывающую
аппаратуру следует включать только при вызове абонента для фиксации поступающих в его адрес угроз. Прослушивание телефонных
переговоров по заявлению граждан может осуществляться непосредственно субъектом расследования с привлечением при необходимости технических специалистов.
Установленные уголовно-процессуальным законодательством
специальные правила осуществления контроля и записи телефонных и иных переговоров призваны повысить эффективность расследования, гарантировать соблюдение принципов уголовного судопроизводства5, исключать разглашение данных предварительного
расследования и, как результат, не допустить утечку содержания
телефонных переговоров, являющихся конституционным правом
граждан на их тайну.
201
К числу обязательных условий рассматриваемого следственного
действия следует отнести:
– наличие постановления о возбуждении уголовного дела (ч. 1 ст.
146 УПК РФ);
– наличие достаточных оснований полагать, что телефонные и
иные переговоры подозреваемого, обвиняемого и других лиц могут содержать сведения, имеющие значение для уголовного дела,
или в случае, если существует реальная угроза применения в отношении потерпевшего, свидетеля или в отношении их близких родственников, родственников, близких лиц насилия, вымогательства
и других преступных действий;
– наличие в производстве уголовного дела о тяжком, особо тяжком или средней тяжести преступлении (ч. 4, 5 ст. 15 УК РФ, ч. 1
ст. 186 УПК РФ). Обозначая законность и обоснованность проведения контроля и записи переговоров, следует сказать, что за 10 месяцев 2013 года по инициативе прокуроров было предотвращено 200
необоснованных следственных действий, связанных с контролем
телефонных и иных переговоров6. Дальнейшие действия субъекта
расследования включают последовательное оформление комплекса
уголовно-процессуальных документов. В число субъектов, участвующих в данном процессе, входят: следователь (дознаватель), прокурор, руководитель следственного органа, судья, должностные лица
оперативных подразделений, операторы связи7, непосредственно
осуществляющие контроль и запись переговоров.
2. Вынесение следователем (дознавателем) постановления о
возбуждении перед судом ходатайства о производстве контроля и
записи переговоров. В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством оно должно содержать следующие сведения:
а) фабулу уголовного дела (когда, где и какое именно преступление имело место, обстоятельства, позволяющие его отнести к категории средней тяжести, тяжких или особо тяжких преступлений
или же свидетельствующие о существовании реальной угрозы применения в отношении потерпевшего, свидетеля или в отношении их
близких родственников, родственников, близких лиц насилия, вымогательства и других преступных действий);
б) основания производства контроля и записи переговоров (доказательства, подтверждающие, что при разговоре указанные в постановлении субъекты могут сообщить сведения, имеющие отношение
к делу);
в) фамилию, имя и отчество лица, в отношении переговоров которого будут осуществляться контроль и запись;
202
г) срок осуществления контроля и записи;
д) наименование органа (учреждения, подразделения), которому поручается техническое осуществление контроля и записи телефонных и иных переговоров. После оформления ходатайства следователь должен получить согласие руководителя следственного органа, а дознаватель – прокурора, надзирающего за органом предварительного следствия (ч. 1 ст. 165 УПК РФ).
3. Направление ходатайства следователя (дознавателя) в суд
по месту производства предварительного следствия или проведения данного следственного действия. Отметим, что производство
контроля и записи переговоров в соответствии с п.5 ст. 186 УПК РФ
может быть установлено на срок до 6 месяцев. На основании п. 2
ст. 165 УПК РФ ходатайство о производстве следственного действия
подлежит рассмотрению единолично судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня по месту производства предварительного следствия или производства следственного действия
не позднее 24 часов с момента поступления указанного ходатайства.
В судебном заседании вправе участвовать прокурор, следователь,
дознаватель.
Поступившие материалы судья лично регистрирует в специальном журнале и принимает меры к сохранению в тайне ставших ему
известных сведений. Судья, рассматривающий материал, обязан
убедиться в следующих обстоятельствах:
– есть ли основания подозревать, что данное лицо совершило,
совершает или готовится совершить конкретное средней тяжести,
тяжкое или особо тяжкое преступление;
– могут ли быть получены в результате контроля и записи переговоров подозреваемого, обвиняемого существенные данные, имеющие отношение к расследуемому преступлению;
– что из себя представляет место, где предполагается проводить
контроль и запись переговоров, имеет ли оно отношение к подозреваемому, обвиняемому, чьи переговоры предполагается фиксировать.
4. Вынесение судьей по итогам рассмотрения ходатайства постановления об осуществлении контроля и записи телефонных и
иных переговоров или об отказе в его производстве с указанием мотивов отказа. В постановлении судьи8 указываются принимавшие
участие в рассмотрении ходатайства должностные лица, излагается суть заявленного ходатайства, указываются мотивы разрешения
или отказа в разрешении контроля и записи переговоров, формулируется само решение судьи. В случае разрешения производства кон203
троля и записи переговоров в постановлении указываются технический исполнитель, срок контроля и записи переговоров, а также
абонентские номера подлежащих контролю средств связи.
В процессе общения с судьями, уполномоченными принимать решения о проведении контроля и записи телефонных и иных переговоров, нами были установлены два типичных (для настоящего времени) мотива, по которым судьи отказывали в проведении рассматриваемого уголовно-процессуального средства, это: 1) прослушивание телефона, зарегистрированного на другую фамилию, которая
не является фамилией подозреваемого обвиняемого. Как правило,
в постановлениях следователи (дознаватели) не приводят аргументированных данных о связи данного телефона с лицами, подозреваемыми или обвиняемыми в совершении обозначенных категорий
преступлений. В таких случаях существует реальная угроза ограничения конституционного права на тайну телефонных переговоров гражданина, который не имеет отношения к совершенному преступлению; 2) слабая аргументированность постановления субъекта расследования о причастности конкретного лица (подозреваемого) к совершению расследуемого преступления.
5. Направление субъектом расследования постановления о разрешении контроля и записи телефонных переговоров в соответствующий орган (оперативное подразделение), осуществляющий
оперативное обеспечение предварительного расследования9. Оперативно-розыскное обеспечение представляет собой самостоятельную
систему в структуре взаимодействия субъекта расследования с органом дознания. Ее можно определить как комплекс правовых и организационно-тактических мер, обусловливающих взаимосвязь следователя (дознавателя) и уполномоченных лиц оперативно-розыскных
аппаратов органов внутренних дел в целях всестороннего, полного и
объективного исследования обстоятельств уголовного дела.
В научной литературе отмечается, что при оперативно-розыскном обеспечении субъект расследования напрямую контактирует
либо с руководителем оперативного аппарата, либо с оперативным
работником, обеспечивающим работу по уголовному делу10.
К числу органов, могущих осуществлять оперативно-розыскное
обеспечение, относятся: аппараты уголовного розыска, подразделения по борьбе с экономическими преступлениями, незаконным оборотом наркотиков, подразделения специальных технических мероприятий и др. Участие каждого из обозначенных органов и подразделений во многом обусловлено спецификой совершенного уголовно наказуемого деяния. На основании постановления следователя
204
(дознавателя) должностное лицо от имени органа, осуществляющего оперативно-розыскное обеспечение, составляет соответствующие
документы, которые направляет в подразделение по производству
специальных технических мероприятий, обладающее как соответствующими специалистами, так и техническими средствами.
На практике подобная опосредованная передача следователем
(дознавателем) материалов в подразделения по производству специальных технических мероприятий обусловлена необходимостью соблюдения режима секретности в связи с тем, что сведения в области
оперативно-розыскной деятельности относятся к государственной
тайне (ч. 4 ст. 5 Закона РФ «О государственной тайне»)11. Кроме того, должностные лица в соответствии с положениями Инструкции о
порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне, утвержденной Постановлением Правительства РФ от 06.02.2010 г. № 6312, должны иметь соответствующий допуск, которого субъекты расследования не имеют.
Технический исполнитель, в лице подразделения по производству специальных технических мероприятий, при получении соответствующих документов приступает к функциональной стадии
данного мероприятия и проводит комплекс мероприятий по негласному и непосредственному подключению к телефонным, радиотелефонным системам связи в целях контроля и фиксации разговоров
подозреваемых. Подключение производится в любом месте телефонной линии, где обеспечивается необходимая скрытость. Наиболее часто подключение осуществляется на АТС. В настоящее время
на телефонных станциях система технических средств оперативного контроля может соединяться с пунктом управления (ПУ) правоохранительных органов путем взаимодействия на расстоянии (до 16
км) данного пункта с оборудованием станции13.
6. Истребование субъектом расследования у органа, осуществляющего контроль и запись телефонных и иных переговоров, в любое
время и в течение всего срока производства фонограммы для ее осмотра и прослушивания. Ознакомление с материалами уголовных
дел, следственной практикой указывает, что данное уголовно-процессуальное правило контроля и записи переговоров не всегда выполняется и, естественно, не всегда отражается в материалах уголовного дела. Письменный запрос следователя (дознавателя) об истребовании фонограммы имелся лишь в каждом третьем уголовном
деле. Также в каждом третьем случае фонограмма была направлена по инициативе органа, технически осуществляющего контроль и
запись переговоров.
205
В процессе подготовки и оформления для передачи субъекту расследования фонограммы переговоров оперативно-техническими
подразделениями должны приниматься необходимые меры по защите сохранности и целостности представленных материалов при
пересылке их в адрес (защита от деформации, размагничивания,
обесцвечивания, стирания и т. п.).
Сотрудниками органа, осуществляющего техническое исполнение следственного действия, фонограмма опечатывается и с сопроводительным письмом, в котором указываются даты и время начала и окончания записи телефонных и иных переговоров и краткие
технические характеристики использованных средств, передается
следователю (дознавателю). Если аудиокассета с содержанием записи телефонных и иных переговоров представлена вообще не опечатанной или неправильно опечатана, это может послужить поводом
в последующем для заявления о возможной подмене носителей записи, что равноценно утверждению о фальсификации фактических
данных и необоснованному вторжению в конституционное право
гражданина на тайну телефонных переговоров. Закон не лимитирует количество запросов субъекта расследования о предоставлении
фонограммы. На практике почти в каждом втором уголовном деле
следователи (дознаватели) истребуют фонограмму только один раз.
Дважды ее истребуют лишь в каждом пятом случае. Три и более
раза она истребовалась в 17% уголовных дел.
7. Проведение осмотра и прослушивания фонограммы. О результатах осмотра и прослушивания фонограммы субъект расследования с участием понятых и при необходимости специалиста, а также лиц, чьи телефонные и иные переговоры записаны, составляет
протокол, в котором должна быть дословно изложена та часть фонограммы, которая, по его мнению, имеет отношение к расследованию данного преступления. Лица, участвующие в осмотре и прослушивании фонограммы, вправе в том же протоколе или отдельно
изложить свои замечания14. В протоколе осмотра указывается продолжительность звукозаписи. Если по техническим причинам невозможно прослушать всю звукозапись либо ее часть, в протоколе
делается об этом отметка.
Укажем, что на момент производства осмотра и прослушивания
фонограммы должны быть точно установлены лица, принимавшие
участие в зафиксированном на ней разговоре. В процессе осмотра и
прослушивания фонограммы не допускаются:
– нарушение и ограничение прав и законных интересов как участвующих в нем, так и других лиц;
206
– унижение чести и достоинства участвующих в данном действии лиц, а также окружающих;
– угроза здоровью и жизни лица, за чьими переговорами осуществляется контроль и их запись15.
8. Вынесение следователем (дознавателем) постановления о
прекращении проведения следственного действия. Анализируемое
уголовно-процессуальное средство, законно ограничивающее конституционное право гражданина на тайну телефонных переговоров
в процессе расследования средней тяжести, тяжких и особо тяжких
преступлений, прекращается по постановлению следователя (дознавателя), если необходимость в данном уголовно-процессуальном
средстве отпадает, но не позднее окончания предварительного расследования по данному уголовному делу.
9. Вынесение следователем (дознавателем) постановления о
приобщении фонограммы к уголовному делу как вещественного доказательства. Фонограмма хранится в опечатанном виде в условиях, исключающих возможность ее прослушивания и тиражирования фонограммы посторонними лицами и обеспечивающих ее сохранность и техническую пригодность для повторного прослушивания, в том числе в судебном заседании. На наш взгляд, с требованием законодателя о приобщении фонограммы исключительно как
вещественного доказательства нельзя согласиться. Содержание фонограммы может свидетельствовать о ее принадлежности к таким
источникам доказательств, как иные документы. Поэтому в ст. 186
УПК РФ следовало бы указать, что фонограмма приобщается к делу
по правилам, предусмотренным для вещественных доказательств.
При этом в литературе, указывая значимость фонограммы, некоторые авторы вполне объективно отмечают, что она является и документом, и вещественным доказательством.
10. Направление фонограммы в экспертно-криминалистическое
подразделение для проведения фоноскопической экспертизы. При
этом следователь выносит постановление о назначении фоноскопической экспертизы. Данное решение принимается следователем для
установления достоверности, допустимости, относимости и подлинности приобщенной к уголовному делу фонограммы. В этом случае экспертиза становится одним из основных источников доказательств.
11. Оценка доказательств, полученных в результате контроля
и записи телефонных и иных переговоров. Как показывает практика, эффективность контроля и записи переговоров весьма высока:
более чем в 75% случаев данные, полученные в ходе осуществления
207
процессуального средства, имели значение для расследования преступления.
Безусловно, что сведения, полученные в ходе такого следственного действия, как «Контроль и запись переговоров», нужно подвергать оценке согласно требованиям уголовно-процессуального закона. Для этого необходимо выполнение положений УПК РФ, регламентирующих собирание (ст. 86 УПК РФ), проверку (ст. 87 УПК РФ)
и оценку доказательств (ст. 88 УПК РФ). Соответственно, результаты рассматриваемого следственного действия должны быть подвергнуты лицом, осуществляющим предварительное расследование,
тщательной, всесторонней и полной проверке и оценены с точки
зрения требований уголовно-процессуального закона об их относимости, допустимости, достоверности и в совокупности – достаточности для разрешения находящегося у него в производстве уголовного
дела.
Относимость – правовое требование, обращенное к содержанию
доказательств, означающее способность доказательства со стороны содержания служить средством установления истины по уголовному делу и возможность их дальнейшего использования следователем для установления предмета доказывания (ст.73 УПК РФ).
Иными словами, доказательства должны быть относимыми к данному конкретному делу, т. е. между содержанием доказательств и
обстоятельствами, входящими в предмет доказывания, должна существовать определенная связь. Наличие такой объективной связи
позволяет восстановить, на основе доказательств, фактические обстоятельства преступления. При решении вопроса об относимости
доказательств применяются различные методы установления причинной связи между явлениями. Эти методы составляют один из
видов научной индукции.
Относимость имеющихся фактических данных означает их способность подтверждать либо опровергать обстоятельства, относящиеся к совершенному преступлению, а также установлению самого
события преступления или его приготовления. С учетом этих требований оценка информации, содержащейся в фонограммах телефонных и иных переговоров, полученных в рамках уголовного процесса, не отличается от оценки иных сведений, имеющихся в материалах уголовного дела. Допустимость относится как к содержанию,
так и к форме доказательств, и свидетельствует о соблюдении всех
требований закона. При решении вопроса о допустимости результатов контроля и записи переговоров в качестве доказательств следует
последовательно выполнить следующие действия:
208
1) уточнить, относятся ли полученные фактические данные к обстоятельствам, подлежащим доказыванию (ст. 73 УПК РФ);
2) проверить, соблюдены ли требования закона, регламентирующие судебный порядок получения разрешения на производство
следственного действия (ст. 165 УПК РФ), включая требования о
форме и содержании документов, фиксирующих ход и результаты
данного следственного действия;
3) осуществить предусмотренные процессуальным законом действия, необходимые для приобщения фонограммы к делу; выяснить
и удостоверить их признаки и свойства, позволяющие признать их
вещественными доказательствами либо «иными документами»;
осуществить процессуальные действия по признанию их таковыми;
4) проверить и оценить их на общих основаниях по источнику и
содержанию.
К любой информации, полученной в ходе следственного действия,
относится требование достоверности, т. е. соответствие сведений объективной действительности. Достоверность фактических данных
предполагает наличие в них информации о признаках, характеризующих объективную сторону преступления (место, время, способ, обстоятельства совершения, размер причиненного ущерба). Достоверность поступивших фактических данных о признаках преступления
и принятия на их основе решения о возбуждении уголовного дела
предполагает возможность последующего их использования в качестве доказательств. Если невозможно подтвердить процессуальное
происхождение полученных фактических данных, то представляется невозможным на их основе и возбуждение уголовного дела.
Вместе с тем, следует учитывать, что при осуществлении правосудия недопустимы доказательства, полученные с нарушением федерального закона (ч. 2 ст. 50 Конституции РФ), а также если при
их собирании и закреплении были нарушены гарантированные
права человека и гражданина. В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством (ч. 1 ст. 75 УПК РФ), доказательства,
полученные с нарушением УПК РФ, являются недопустимыми, не
имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств уголовного дела. Таким образом, фонограммы, являющиеся результатом незаконного прослушивания конфиденциальных,
частных переговоров граждан, будут являться недопустимыми доказательствами.
Полученные в результате контроля и записи переговоров фактические данные могут стать доказательствами при условии, если
209
лицо, уполномоченное на ведение предварительного расследования,
или суд получит их путем проведения процессуальных действий.
Для этого должен быть известен источник получения материалов,
а сами материалы (аудиозапись) приобщены в процессуальном порядке к уголовному делу.
Соответственно, решение о возможности использования в процессе доказывания по уголовному делу фонограммы записи переговоров принимается следователем (дознавателем). При этом он обязан в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства осуществить проверку представленных материалов
процессуальными способами и провести осмотр материалов, назначить различные виды экспертиз, допросы, очные ставки и другие
следственные действия. Следует специально отметить, что признание полученных сведений доказательствами коррелирует с обоснованностью ранее принятых следователем (дознавателем), судьей решений. И действительно так, если в процессе проведения рассматриваемого уголовно-процессуального средства получены сведения,
имеющие значение для уголовного дела, то ограничение конституционного права на тайну телефонных переговоров было обоснованным, оно защитило права и законные интересы других граждан,
обеспечило безопасность государства.
В условиях роста преступности защита личности, общества и государства от противоправных посягательств затруднительна без активного использования контроля и записи переговоров в комплексе
с другими следственными действиями. В этих условиях недооценка
фактических данных, полученных следователем, часто становится причиной приостановления уголовного дела в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого,
возвращения прокурором уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия, переквалификации содеянного
в сторону смягчения наказания, прекращения уголовных дел.
1 Тактика контроля и записи переговоров // Н. Г. Шурухнов. Криминалистика.
М.; Воронеж, 2011. С. 339–360; Шурухнов Н. Г. Тактика контроля и записи переговоров // Криминалистика / под общ. ред. В. А. Жбанкова. М., 2012. С. 277–289.
2 О проведении данного следственного действия см.: Гаврилин Ю. В. Использование контроля и записи телефонных и иных переговоров в раскрытии и расследовании преступлений / Ю. В. Гаврилин, Е. С. Дубоносов. М., 2002; Попов К. И. Контроль и запись телефонных переговоров в деятельности следователя. Челябинск,
2007; Черенков А. В. Использование контроля и записи переговоров в раскрытии и
расследовании преступлений. М., 2005; Шаталов А. С. Тактика контроля и записи
переговоров / А. С. Шаталов, Л. И. Ивченко. М., 2004.
3 Более подробно см.: Агутин А. В. Организационно-правовой механизм использования результатов оперативно-розыскной деятельности в отечественном досудеб-
210
ном производстве / А. В. Агутин, А. Ю. Введенский, А. Г. Саакян. М., 2011; Глушков
А. И. Оперативно-розыскное обеспечение предварительного расследования и судебного разбирательства. М., 2005.
4 В соответствии с п. 25 ч. 1 ст. 5 УПК РФ постановление – это любое решение,
за исключением приговора, вынесенное судьей единолично; решение, вынесенное
президиумом суда при пересмотре соответствующего судебного решения, вступившего в законную силу; решение прокурора, следователя, дознавателя, вынесенное
при производстве предварительного расследования, за исключением обвинительного заключения и обвинительного акта.
5 О принципах уголовного процесса см.: Григорьев В. Н. Уголовный процесс / В.
Н. Григорьев, А. В. Победкин, В. Н. Яшин. М.: Эксмо, 2005. С. 66–90.
6 Чайка Ю. Законный вопрос // Рос. газета. 2014. 10 января.
7 Правила взаимодействия операторов связи с уполномоченными государственными органами, осуществляющими оперативно розыскную деятельность: Постановление Правительства РФ от 27 августа 2005 г. № 538.
8 Ковтун Н. Н. Практика судебного контроля за решениями, действиями (бездействием) публичных процессуальных органов, ограничивающими права и законные интересы личности в уголовном процессе / Н. Н.Ковтун, Р. В. Ярцев.
Н.Новгород, 2006.
9 Термин «оперативное обеспечение предварительного следствия» впервые был
сформулирован в указании МВД СССР от 5.12.1984 г. № 124 «О ходе выполнения
решения коллегии МВД СССР «О мерах по дальнейшему улучшению работы следственного аппарата» от 25.10.83 г.».
10 Хомколов В. П. Организация управления оперативно-розыскной деятельностью: системный подход. М., 1999. С. 76.
11 О государственной тайне: Закон Российской Федерации от 21 июля 1993 г. №
5485-I (с изм. и доп.).
12 В редакции Постановления Правительства РФ от 01.11.2012 г. № 1123.
13 Подробнее см.: О порядке внедрения СОРМ на ВСС Российской Федерации:
Приложение к письму Минсвязи РФ от 11.11.94 г. № 252-У (вместе с «Техническими требованиями к системе технических средств по обеспечению функций оперативно-розыскных мероприятий на электронных АТС (СОРМ)», утв. Минсвязи РФ
19.09.1994 г.).
14 Уголовный процесс / под ред. И. И. Сыдорука, А. В. Ендольцевой. 4-е изд., перераб. и доп. М., 2011. С. 198–199.
15 Еремеева Е. А. Механизм защиты прав и свобод человека и гражданина: понятие, структура, непосредственное действие // Конституционное и муниципальное
право. 2011. № 1. С. 7–11.
аспирантка юридического факультета ГУАП
(Боер А. А., к.ю.н., доцент – научный руководитель)
ЛИТВИНОВА Е. С.
ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ ГРАЖДАН В СФЕРЕ
СОЦИАЛЬНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституция Российской Федерации провозглашает, что «Российская Федерация – социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную
жизнь и свободное развитие человека», а также устанавливает, что
«в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда,
обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства,
211
отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные
пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты»1.
Общие принципы права социального обеспечения, закрепленные в основном законе российского государства и в федеральных законах в сфере социального обеспечения, призваны обеспечить соблюдение права на социальную защиту не только российских граждан, но и иностранных граждан, а также лиц без гражданства, нуждающихся в особом обращении и помощи со стороны государства,
в силу чего они занимают особое место в системе российского законодательства и правовой доктрины в целом.
В современной России с каждым годом происходит повышение
интереса к правовому регулированию социальных отношений, в силу того факта про политика Российской Федерации направлена на
защиту интересов своих граждан в области социального обеспечения и является важнейшей задачей любого социального государства. Конституционная обязанность государства соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина состоит в создании условий для их реализации и механизма для их защиты. Обеспечение
таких условий и защита прав и свобод человека и гражданина входят в функции всех органов государственной власти и органов местного самоуправления.
Согласно Конституции Российской Федерации признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина являются
обязанностью государства, а их гарантом является Президент Российской Федерации как глава государства.
Основными институциональными механизмами в конституционной системе защиты прав и свобод человека и гражданина являются все ветви государственной власти. Это законодательные и исполнительные органы власти, органы местного самоуправления,
судебные, а также административные органы, которые посредством
присущих их специфике методов, процедур и средств – плодотворно содействуют государству в исполнении возложенной на него конституционной обязанности в сфере прав человека.
Меры социальной помощи должны обеспечивать уровень жизни
не ниже установленного законом прожиточного минимума. Государство развивает систему социального страхования и обеспечения.
Поощряется создание общественных фондов социального обеспечения и благотворительность. Каждый имеет право на квалифицированную медицинскую помощь в государственной системе здравоохранения; государство обеспечивает защиту материнства и младен212
чества, права детей, инвалидов, умственно отсталых лиц, а также
граждан, отбывших наказание в местах лишения свободы и нуждающихся в социальной поддержке.
Однако необходимо отметить что, постоянные изменения законодательства в области социального обеспечения, а также влекущие
их изменения в характере предоставляемой помощи, неизбежно порождают сложности в его применении. Оценка эффективности гарантий прав граждан на социальное обеспечение и их защита предполагает научное исследование и осмысление проблем применения
законодательства о социальном обеспечении с учетом накопленного
научного и практического опыта, а также новых социально-экономических условий и изменений в законодательстве в области социального обеспечении, таких как структурирование и объединение
разрозненных нормативных правовых актов в один общий правовой документ – кодекс права социального обеспечения.
Разработка и принятие такого кодекса в значительной мере повлияла бы не только на упорядоченность отдельных источников
права социального обеспечения и в первую очередь многочисленных федеральных законов, но и создала бы благоприятные условия
для развития данной отрасли права в Российской Федерации, что
в свою очередь положительно сказалось бы на гражданах государства, каждому из которых рано или поздно предстоит столкнуться
с социальным обеспечением в форме пенсий, пособий, социального
обслуживания и многих других, а следовательно и с защитой своих
нарушенных прав в данной области.
С такой точки зрения нельзя не согласиться, что социальное обеспечение граждан является наиважнейшей областью деятельности
любого государства, в том числе и России, а защита прав граждан
в сфере социального обеспечения в Российской Федерации является
прямой обязанностью не только граждан, но и государства, а также
заслуживает повышенного интереса со стороны последнего.
1 Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием
12.12.1993 г.) // СЗ РФ. 2014. № 31. Ст. 7.
213
ТИМОФЕЕВА И. В.
кандидат юридических наук, доцент Санкт-Петербургского
государственного университета аэрокосмического приборостроения
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПОРЯДКА ПРОХОЖДЕНИЯ
ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ В ТАМОЖЕННЫХ ОРГАНАХ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
За последние годы в формировании и деятельности института государственной службы Российской Федерации, занимающего ведущее место в реализации задач и функций государственной
власти, в том числе в области таможенного дела, произошли существенные изменения, которые были вызваны проводимой в стране административной реформой и сформировали систему государственной службы Российской Федерации, которая включала в себя
до 01.01.2016 года гражданскую, военную и правоохранительную
службы, а с 01.01.2016 года: гражданскую службу, военную и гражданскую службу иных видов.
В то же время, современные концептуальные подходы развития
государственной службы предполагают совершенствование ее правового регулирования. Это связано с тем, что создание высокоэффективной государственной службы, рассматриваемой в органической связи со всей системой государственного управления, является необходимым условием укрепления российской демократической государственности, повышения авторитета и действенности
власти.
С юридической точки зрения, современная государственная
служба России представляет собой правовую материю, которая
находится в постоянном движении: она изменяется, дополняется,
идет поиск новых инструментов в разрешении возникающих проблем; на основе конституционных положений разрабатываются новые нормативные акты, регламентирующие государственно-служебные отношения.
Современные подходы к государственной службе Российской Федерации потребовали пересмотра всех ее видов, в том числе совершенствования правового регулирования государственной службы
в таможенных органах.
Своеобразие направлений деятельности, определенных государством для таможенных органов, обусловили особенность государственной службы в этих органах, которая заключается в разделении должностных лиц таможенных органов на служащих государ214
ственной гражданской службы и сотрудников, реализующих функции государственной службы иных видов.
Анализ нормативных правовых актов, регулирующих прохождение указанных видов государственной службы в таможенных органах, дает основание утверждать о неопределенности в критериях
дифференциации правового статуса этих служащих, что усложняет
реализацию принципа единства таможенной службы.
Одним из основных условий эффективной деятельности таможенных органов является профессиональный кадровый состав. Его
формирование зависит от многих факторов, таких как: качественная правовая база; комплектование штата на конкурсной основе
при объективной оценке кандидатов; социальные гарантии; формирование кадрового резерва. В этой связи приобретают особую актуальность вопросы совершенствования правового регулирования
статуса служащих таможенных органов, создания социально-экономических и правовых гарантий, обеспечивающих повышение эффективности их деятельности, применения в таможенных органах
современных кадровых и инновационных технологий.
Актуальность темы обусловлена также существенными изменениями в законодательном регулировании таможенного дела в Российской Федерации, что вызвано вступлением в силу Таможенного
кодекса Таможенного союза и Федерального закона «О таможенном
регулировании в Российской Федерации», а также Федерального
закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации в части уточнения видов государственной
службы и признании утратившей силу части 19 статьи 323 Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации»1. Таким образом, совершенствование правового регулирования системы государственной службы в таможенных органах Российской Федерации должно обеспечить комплексный подход к ее
реформированию в соответствии с Концепцией долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации, Концепцией реализации государственной политики в сфере обустройства
государственной границы Российской Федерации, Транспортной
стратегией Российской Федерации на период до 2030 года, Внешнеэкономической стратегией России до 2020 года и других концептуальных документов стратегического характера, определяющих развитие Федеральной таможенной службы на долгосрочную перспективу.
Ключевая проблема, которую требуется разрешить на современном этапе реформирования, заключается в низкой продуктивности
215
реализации положений федеральных законов, в медленных темпах
принятия подзаконных актов, определяющих механизмы прохождения государственной службы в системе таможенных органов.
Современные таможенные органы имеют развитую инфраструктуру, используют современные технологии, качественную правовую базу и обладают высококвалифицированными кадрами. Они
представляют собой единую, целостную, иерархическую, динамично развивающуюся систему элементов (органов и учреждений),
каждый из которых наделен определенными задачами и функциями в области таможенного дела.
Следует особо подчеркнуть, что по разнообразию решаемых задач таможенные органы во многом уникальны и специфичны. Их
особенность заключается в том, что, осуществляя таможенное дело, таможенные органы одновременно являются органами государственного таможенного контроля, обладают полномочиями по осуществлению валютного контроля, обладают статусом органов дознания, субъектов оперативно-розыскной деятельности, а также
вправе осуществлять производство по делам об административных
правонарушениях, то есть реализуют правоохранительную функцию.
Развитие системы таможенных органов нацелено на интеграцию
России в мировую экономику и тесное сотрудничество с другими
странами, прежде всего – ближнего зарубежья. Сегодня таможенные органы России функционируют в условиях Таможенного союза
Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации. Решение о создании Союза оценивается как одно из главных
событий современного этапа развития таможенной службы. Таможенный союз открывает новые горизонты интеграции и развития
стран ближнего зарубежья.
Важное направление развития таможенного администрирования содержится в Концепции таможенного оформления и таможенного контроля в местах, приближенных к государственной границе Российской Федерации. Этот документ позволяет в условиях
возрастающего внешнеторгового оборота обеспечить модернизацию
таможенного администрирования, вывести на новый качественный уровень защиту экономических интересов Российской Федерации, снизить транспортную нагрузку на крупные российские города, придать импульс инфраструктурному развитию приграничных
территорий.
Служба в таможенных органах является разновидностью государственной службы граждан Российской Федерации. Вместе
216
с тем она имеет ряд особенностей. Основными из них являются:
систематичность осуществления деятельности по выполнению государственных функций по реализации полномочий в таможенной сфере; профессионализм, то есть осуществление деятельности
на профессиональной основе лицами, замещающими должности
государственной гражданской службы по обеспечению исполнения фискальных и правоохранительных полномочий в области таможенного дела; финансирование этой деятельности (в том числе
оплата труда лиц, её осуществляющих) из государственного бюджета Российской Федерации.
Проведенный анализ показал, что под государственной службой в таможенных органах России необходимо понимать профессиональную деятельность граждан Российской Федерации на должностях государственной гражданской и государственной службы
иных видов по обеспечению исполнения фискальных и правоохранительных полномочий в области таможенного дела, в том числе
специальных функций по борьбе с таможенными преступлениями
и правонарушениями.
Государственный служащий таможенных органов – это гражданин Российской Федерации, назначенный в установленном порядке
на должности государственной гражданской или государственной
службы иных видов и исполняющий за денежное содержание (денежное довольствие сотрудников), выплачиваемое из средств федерального бюджета, свои служебные полномочия (права и обязанности).
Государственный гражданский служащий таможенных органов имеет особый административно-правовой статус, поскольку для
него определены особые условия поступления на государственную
службу, прохождения и прекращения службы. При этом административно-правовой статус лица определяется такими элементами,
как: государственная должность, занимаемая должностным лицом; наличие классного чина и др.
Следует особо подчеркнуть, что административно-правовой статус государственных служащих таможенных органов России представляет собой установленное и гарантированное государством особое положение государственного служащего, реализующего специфичные полномочия в рамках определенной должности государственной службы. Поэтому в системе государственной службы таможенных органов Российской Федерации складываются разные
правовые статусы государственных служащих: общий, особенный,
специальный и индивидуальный.
217
Общий правовой статус устанавливается Конституцией Российской Федерации2 и федеральным уровнем законодательства.
Особенный правовой статус отражает специфику служебной деятельности должностного лица в отдельных видах государственной
службы. Специальный правовой статус определяется правовым положением таможенного органа России, его специализацией. Как
правило, специальный правовой статус носит профессиональный
характер, поскольку этот статус специфичен и предоставлен государственному служащему таможенного органа России для выполнения конкретных задач и функций, возложенных на таможенный
орган. Индивидуальный правовой статус определяется должностной инструкцией лица по занимаемой должности государственной службы. Данный правовой статус объединяет элементы общего, особенного и специального правовых статусов государственного
служащего таможенного органа России.
К основным составляющим административно-правового статуса
служащих таможенных органов следует отнести и наличие гражданства России, совокупность прав, свобод, обязанностей, ограничений и запретов, а также ответственность служащих, установленных законодательством и гарантированных государством.
Государственные служащие таможенных органов подразделяются на две категории: государственные гражданские служащие
и сотрудники таможенных органов. Административно-правовой
статус этих двух категорий государственных служащих имеет некоторую схожесть. Тем не менее, в силу определенной специфики, правовой статус государственных гражданских служащих отличается от правового статуса сотрудников таможенных органов
России.
Как показывает практика, соотношение должностей государственной гражданской службы в таможенных органах Российской
Федерации не равнозначно. Например, количество сотрудников таможенных органов в центральном аппарате ФТС России составляет
около 44%, в целом по таможенным органам – более 28% от общего
числа всех должностных лиц таможенных органов Российской Федерации.
Сотрудниками таможенных органов являются граждане Российской Федерации, которые осуществляют государственную службу
в таможенных органах. Основным нормативным правовым актом,
закрепляющим правовой статус сотрудников таможенных органов,
является Федеральный закон «О службе в таможенных органах
Российской Федерации»3.
218
Анализ указанного нормативного акта, а также ряда ведомственных правовых актов, позволил определить специфику правового
статуса сотрудников таможенных органов России, которая определяется тем, что:
– данный вид службы реализуется в особых подразделениях таможенных органов, в задачи которых входят: обеспечение собственной безопасности; борьба с контрабандой и другими правонарушениями в области таможенного дела;
– сотрудники при выполнении возложенных на них функций
являются представителями власти; они вправе осуществлять контроль, применять меры государственного принуждения, требовать
от не подчиненных им по службе лиц определенного поведения;
– служба в таможенных органах имеет свою правовую базу, представленную различными нормативными актами. Единого правового акта, регулирующего общие вопросы ее организации и прохождения в настоящее время не существует, хотя его принятие предусмотрено Федеральным законом «О системе государственной службы Российской Федерации»4;
– для сотрудников таможенных органов России определены особые условия поступления на государственную службу, прохождения и прекращения службы;
– у сотрудников таможенных органов России имеется своя система специальных званий. В основе ее формирования лежат воинские
звания (лейтенант, старший лейтенант, капитан и т. д.), но к ним добавляются слова, характеризующие вид службы (лейтенант таможенной службы, капитан таможенной службы и т. д.). Специфичны
у них и форма одежды, и знаки отличия.
Раскрывая содержание отличительных особенностей административно-правового статуса государственных гражданских служащих, необходимо указать, что в отличие от сотрудников таможенных органов они: 1) не имеют специальных званий таможенной
службы, права на ношение и хранение огнестрельного оружия и
специальных средств, жетонов с личными номерами; 2) не выполняют функции, связанные с оперативно-розыскной деятельностью;
3) не принимают присягу сотрудников таможенной службы; 4) не
проходят военно-врачебную экспертизу, государственную дактилоскопическую регистрацию и т. д.
Отличительной особенностью административно-правового статуса гражданского служащего таможенных органов также является и то, что им присваиваются классные чины. Установленные
должности государственных гражданских служащих таможенных
219
органов относятся к группам младших, старших и ведущих должностей федеральной государственной гражданской службы. Следовательно, гражданским служащим таможенных органов присваиваются только классные чины секретаря, референта и советника соответственно 1, 2 или 3 класса.
На государственных гражданских служащих таможенных органов не распространяются специальные нормативно-правовые акты,
регламентирующие служебные отношения сотрудников таможенных органов, включая Федеральный закон «О службе в таможенных органах Российской Федерации» и Дисциплинарный устав таможенной службы России.
Анализ прав, принадлежащих сотрудникам и государственным
гражданским служащим таможенных органов, показал, что в целом они совпадают. Однако следует указать, что сотрудникам таможенных органов в силу специфики правоохранительной деятельности принадлежит право на применение физической силы, специальных средств и оружия.
Основные права государственного гражданского служащего таможенных органов направлены на обеспечение его деятельности,
продвижение по службе, обеспечение собственного влияния на процесс прохождения службы, социальное обеспечение. Основные его
обязанности можно подразделить на группы. Это обязанности, направленные на: реализацию принципов государственной службы;
поддержание и укрепление служебной дисциплины; предоставление гражданским служащим в таможенный орган информации о
себе и своей семье.
Проведенный в исследовании анализ запретов, установленных
для государственных гражданских служащих и сотрудников таможенных органов, позволяет констатировать, что большая часть
данных требований совпадает, однако они более конкретизированы в рамках правового статуса гражданских служащих. Кроме того, Федеральный закон «О государственной гражданской службе
Российской Федерации» ввел ряд новых запретов: недопустимость
публичных высказываний, суждений и оценки, в том числе в средствах массовой информации, в отношении деятельности государственных органов, их руководителей, и прекращение исполнения
должностных обязанностей в целях урегулирования служебного
спора.
Прохождение государственной службы в таможенных органах
представляет собой длящийся процесс, который начинается с момента заключения служебного контракта и издания приказа (акта)
220
о назначении на должность государственной службы и завершается
прекращением службы. Государственная служба в таможенных органах регулируется комплексом нормативных актов, которые устанавливают механизм ее прохождения. При этом автор предлагает
рассматривать прохождение государственной службы в таможенных органах России как систему и выделяет пять составляющих
ее элементов. Первый – поступление на службу (заключение контракта, присвоение первого специального звания и принятие присяги). Второй – присвоение очередного специального звания и перемещение по службе. Третий – аттестация, профессиональная подготовка, переподготовка и повышение квалификации. Четвертый –
применение в отношении сотрудника мер поощрения и взыскания.
Пятый – прекращение службы в таможенных органах. При этом на
различных этапах прохождения службы правовой статус сотрудника качественно изменяется, так как появляется комплекс специфических прав, обязанностей и гарантий.
По мнению автора, представляется весьма важным в рамках
проводимой административной реформы в сфере государственной службы принятие единого нормативного акта, регулирующего службу в таможенных органах Российской Федерации. Данный
нормативный акт должен закрепить правовой статус должностных
лиц таможенных органов, то есть граждан, замещающих должности сотрудников в указанных органах, которым присвоены специальные звания (сотрудников таможенных органов), и федеральных
государственных гражданских служащих таможенных органов, их
права, обязанности, запреты, гарантии, требования к кандидату на
должность сотрудника, процедуру прохождения службы.
Введение этих механизмов будет способствовать укреплению
стабильности и профессионализма должностных лиц таможенных
органов.
В целях наиболее эффективной реализации задач, возложенных
на таможенные органы России, и ликвидации имеющихся противоречий предлагается принять единый нормативный акт, регулирующий службу в таможенных органах Российской Федерации, при
разработке которого следует учитывать специфику решаемых таможенными органами задач, правовой статус сотрудников таможенных органов и федеральных государственных гражданских служащих таможенных органов.
В некоторой оптимизации также нуждаются порядок назначения на должность; срок проведения испытания; порядок и срок
проведения аттестации; основания прекращения государственной
221
службы и ряд других процедур. Это позволит укрепить единство
всей системы государственной службы таможенных органов в целом.
В Федеральном законе «О государственной гражданской службе Российской Федерации» необходимо установить конкретный перечень должностей руководителей, с которыми будет заключаться
срочный служебный контракт. Это связано и с тем, что в пункте 4
статьи 25 Федерального закона «О государственной гражданской
службе Российской Федерации»5 речь идет не обо всех, а только об
отдельных должностях гражданской службы категории «руководитель».
Уровень оплаты труда сотрудников таможенных органов и государственных гражданских служащих таможенных органов должен
быть равнозначен. Следует также предусмотреть надбавки за ученую степень и ученое звание.
Необходимо также закрепить в законодательстве о службе в таможенных органах Российской Федерации механизм реализации
дополнительных гарантий государственных гражданских служащих (например, выделение субсидий на приобретение жилой площади).
Следует отметить, что выявление общих проблем правового регулирования государственной гражданской службы в таможенных
органах Российской Федерации позволило определить основные направления по его усовершенствованию, а также создать ряд предложений по внесению изменений в действующее законодательство
Российской Федерации. Дальнейшее исследование этой важной и
актуальной темы позволит более рационально использовать административный ресурс органов государственной власти.
1 Федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части уточнения видов государственной службы и признании утратившей силу части 19 статьи 323 Федерального закона «О таможенном
регулировании в Российской Федерации» от 13.07.2015 г. // СЗ РФ. 2015. № 29 (ч.
I). Ст. 4388.
2 Конституция Российской Федерации, принята всенародным голосованием
12.12.1993 г. (в ред. 30.12.2008 г.) // Рос. газета. 2009. 21 января.
3 Федеральный закон «О службе в таможенных органах Российской Федерации»
от 21 июля 1997 г. (в ред. от 22.12.2014 г.) // СЗ РФ. 1997. № 30. Ст. 3586; 2014. № 52
(ч. I). Ст. 7542.
4 Федеральный закон «О системе государственной службы Российской Федерации» от 27.05.2003 г. (в ред. от 13.07.2015 г.) // СЗ РФ. 2003. № 22. Ст. 2063; 2015. №
29 (ч. I). Ст. 4388.
5 Федеральный закон «О государственной гражданской службе Российской Федерации» от 27 июля 2004 г. (в ред. от 30.12.2015 г.) // СЗ РФ. 2004. № 31. Ст. 3215;
2016. № 1 (ч. I). Ст. 38.
222
ЗИНОВЬЕВА К. А.
студентка юридического факультета ГУАП
(Смольяков А. А., к.ю.н., доцент – научный руководитель)
ПРЕЗИДЕНТ РОССИИ КАК ГАРАНТ КОНСТИТУЦИИ РФ
В декабре 2016 года Конституции Российской Федерации исполняется 23 года. На протяжении всего этого периода, в соответствии
с п. 2 ст. 80 Конституции РФ, контролировал соблюдение и исполнение положений её гарант – Президент РФ – должность в России
ключевая и судьбоносная для страны в целом.
При этом понятие «гарант Конституции» не применяется в конституциях большинства европейских стран и США, также не использовалось оно и в ранее действовавших союзных и российских
конституциях. Считается, что роль гаранта Конституции не является всеобъемлющей или отличительной чертой только института
Президента, поэтому наряду с ним легитимным гарантом Конституции должен быть Конституционный Суд, прежде всего потому,
что это направление деятельности ближе судебным органам, а кроме того на практике обеспечивает реализацию «системы сдержек и
противовесов».
Возможно, конституционное закрепление в качестве гаранта
именно Президента продиктовано принадлежащим в силу в главы
4 Конституции широким кругом полномочий, что должно в полной
мере позволить ему реально играть эту роль. Существует мнение,
что таким образом в России легально закрепляется «суперпрезидентская» республика, с объемом полномочий сравнимым в абсолютной монархии – согласно ст. ст. 4, 5, 7, 8, 9, 10, 13 и др. Основных
законов Российской империи от 23 апреля 1906 года Император являлся главой государства, ему принадлежали верховная самодержавная власть, особа императора священна и неприкосновенна, он
утверждал законы и являлся верховным главнокомандующим и
т. д. У некоторых авторов современная российская модель формы
правления даже получила название «выборное самодержавие»1.
Во многом это является следствием той обстановки, в которой
принималась наша Конституция. Впервые вопрос о новой федеральной Конституции был поставлен первым Съездом народных депутатов РСФСР. 22 июня 1990 года была образована Конституционная комиссия в составе 102 человек для разработки текста новой
Конституции. К концу 1990 года первый вариант проекта был опубликован в печати для всенародного обсуждения. Сложная расста223
новка политических сил в России вызвала неоднозначное отношение к официальному проекту Конституции РФ. Это выразилось не
только в широкой полемике вокруг него, но и в появлении альтернативных проектов. В марте 1992 года после подписания Федеративного договора официальный проект Конституции РФ был направлен субъектам Федерации для уточнения и согласования.
В итоге в основу Конституции был положен проект, не отрабатывавшийся Конституционной комиссией в течение трех лет, а подготовленный «Конституционным Совещанием», которое было сформировано на основании Указа Президента Российской Федерации
от 20 мая 1993 года № 718.4. По словам бывшего Руководителя Администрации Президента Российской Федерации С. А. Филатова,
Президент 8 ноября 1993 года, «когда я сдавал ему готовый проект
(Конституции. – авт.), своей рукой внёс несколько последних поправок, в том числе и о статусе президента»2.
Принятию Основного закона предшествовали события известные как «противостояние Президента Бориса Ельцина и Верховного Совета», закончившееся трагически – расстрелом Белого дома из
танков и арестом руководителей Верховного Совета во главе с вицепрезидентом страны Александром Руцким.
Политический конфликт начался 21 сентября 1993 года с издания президентом Б. Н. Ельциным указа № 1400 о роспуске Съезда
народных депутатов и Верховного совета, чем была нарушена действовавшая на тот момент Конституция РСФСР. После издания этого указа Ельцин де-юре был автоматически отстранен от должности
президента в соответствии со статьей 121.6 Конституции. Президиум Верховного Совета, осуществляющий контроль за соблюдением
Конституции, констатировал этот юридический факт, а Съезд народных депутатов подтвердил данное решение и оценил действия
Президента как государственный переворот. Кроме того, Конституционный Суд во главе с В. Зорькиным подтвердил антиконституционность указа № 1400 и сделал вывод, что действия Ельцина служат
основанием для отрешения Президента РФ от должности. Однако,
Борис Ельцин де-факто продолжал осуществлять полномочия президента России – возникло напряженное двоевластие.
По Конституции РСФСР главным органом в республике оставался Верховный Совет. Президент не имел того полновластия, которое он получил по Конституции 93-го года. Но политические амбиции Ельцина требовали от него активных действий по сосредоточению всей полноты власти нового государства у единственного ли224
ца – Президента. Для достижения цели в итоге был избран силовой
вариант.
После совершения в октябре 1993 года государственного переворота в декабре того же года была принята действующая Конституция РФ. По официальным данным, за Основной Закон государства
в 1993 году проголосовало 32,9 млн. человек (58,43% от числа принявших участие в голосовании, которое составляло 54,8% от числа
зарегистрированных избирателей). То есть Конституция была принята голосами чуть более одной четверти от населения России, обладающих активным избирательным правом. Здесь закономерно
встает вопрос о легитимности ее принятия.
Таким образом, Конституция новой России принималась не
только в спешке, но и в сложнейшей общественно-политической обстановке: в условиях «парада суверенитетов», сепаратистских настроений и окончательного слома коммунистической идеологии.
Сохранение государства требовало построения жесткой вертикали
власти, сосредоточения максимального объема полномочий в одних
руках и создания единого центра принятия решений. Следовательно, наделение президента широким кругом полномочий явилось
вынужденной мерой.
С принятием новой Конституции РФ концепция президентской
власти претерпела существенные изменения. Если в соответствии
с Конституцией РСФСР 1978 г. Президент РСФСР провозглашался высшим должностным лицом РСФСР и главой исполнительной
власти в РСФСР3, то по действующей Конституции, согласно статье
80, Президент Российской Федерации является главой государства.
Это орган, который не относится ни к одной из ветвей государственной власти, как бы стоит над всеми видами власти, обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие всех других органов государственной власти (статья 92).
Как отмечалось выше, подобная модернизация была вызвана
объективной необходимостью закрепления за Президентом статуса, обеспечивающими единство государственной власти, устойчивость системы управления государственными делами, согласованное функционирование ветвей власти в условиях конституционного разделения властей. Тем не менее, существует мнение, что в силу
сложившихся на данный момент политических реалий Президент
является активным проводником интересов именно исполнительной власти4.
Вместе с тем, Президент как гарант Конституции должен не
только обеспечивать исполнение норм, содержащихся в Конститу225
ции всеми органами государственной власти и должностные лицами, самим быть эталоном ее соблюдения, но и стараться сохранить
ее стабильность. Конституция – это тот, нормативно-правовой акт,
куда сознательно введены механизмы, затрудняющие процесс вмешательства в ее текст5. Однако, все поправки в Конституцию были
внесены именно по инициативе Президента.
На 15-м году существования Конституции Российской Федерации – 5 ноября 2008 года, выступая в Кремле с ежегодным посланием к Федеральному Собранию Президент РФ (на тот момент –
Д. А. Медведев) предложил поправки в основной закон, касающиеся увеличения сроков президентских и парламентских полномочий, а также обязанностей правительства ежегодно отчитываться
перед депутатами. В течение ноября-декабря 2008 года данные изменения были приняты. Это были первые и единственные на тот
день поправки к действующей Российской Конституции. Необходимо вспомнить, что попытки внесения в Конституцию поправок
предпринимались ранее с завидным постоянством. Вал инициатив
по внесению поправок в Конституцию Российской Федерации пришелся на первые годы её действия.
Так в частности Совет Федерации вносил предложение об изменении порядка утверждения проекта федеральных законов Советом
Федерации, установленный ст. 105 Конституции. Однако, Постановление Совета Федерации Федерального Собрания РФ от 17 декабря 1994 г. № 306-1 СФ «О проекте федерального конституционного
закона «О поправках к частям 3 и 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации» не нашло поддержки в Государственной Думе. Данный проект существенно затягивал процесс принятия федерального закона.
Постановлением Совета Федерации Федерального Собрания РФ
от 20 января 1995 г. № 334-1 СФ «О проекте федерального конституционного закона «О поправке к части 1 статьи 102 Конституции
Российской Федерации» предлагалось отнести к ведению Совета
Федерации вопрос об использовании вооруженных сил РФ внутри
России для урегулирования конфликтов. Опять же данная поправка к Конституции не прошла всей процедуры, предусмотренной законодательством.
24 апреля 2003 г. отклонен в первом чтении проект федерального
конституционного закона «О поправках к Конституции Российской
Федерации», внесенный депутатами Государственной Думы второго
созыва – членами Комитета по геополитике. Между тем, по существу инициатива достойна внимания. Предлагалось сделать первый
226
шаг в сторону отказа от национально-территориального деления
государства, исключив из числа субъектов Федерации Еврейскую
автономную область и все десять существующих сегодня автономных округов. Идея, безусловно, дельная, хотя бы потому, что существование этих субъектов Федерации внутри других – краев и областей – неизбежно порождает коллизии, связанные с разграничением полномочий.
Так же был отклонен в первом чтении проект федерального конституционного закона «О поправке к статье 135 Конституции Российской Федерации», внесенный депутатом Государственной Думы
первого созыва Эдуардом Пащенко («Выбор России»).
Суть предложения заключалась в устранении математической
ошибки. Статья 135 устанавливает, что предложение о пересмотре
основных положений Конституции – глав 1, 2 и 9 должно быть поддержано 3/5 от общего числа членов Совета Федерации и депутатов
Государственной Думы, после чего созывается Конституционное
Собрание. Действительно, непонятно, почему для преодоления президентского вето на федеральный закон и для принятия федерального конституционного закона необходимо по 2/3 голосов каждой
палаты, а для принятия решения о созыве Конституционного Собрания меньше -3/5. По-видимому, авторы Конституции считали,
что 3/5 больше 2/3, однако это не так.
Пащенко предлагал исправить эту странную оплошность, записав в статье 135 почему-то даже не две третьих, а три четвертых. Весной 2003 г. также был отклонен в первом чтении проект федерального конституционного закона «О поправке к статье 96 Конституции
Российской Федерации». Предлагалось сократить срок депутатских
полномочий с четырех лет до двух. Трудно объяснить юридически,
хотя можно – политически, почему первая Дума была избрана всего
на два года. Столь частная ротация депутатского корпуса не привела
бы к повышению качества отечественного парламентаризма. Все бы
тем только и занимались, что готовились к выборам.
Особое внимание хочется обратить на тот факт, что в феврале 2004 года в Государственной Думе находился проект поправки
к Конституции Российской Федерации, внесенный Законодательным собранием Ивановской области согласно которому предлагалось увеличить срок полномочий Президента РФ до 7 лет. В ту пору
он был отклонен депутатами – в парламенте не было единства, а точнее – «Единой России».
Конституция Российской Федерации 1993 года относится к разряду «жестких» конституций, т. е. установлен особый, усложнён227
ный порядок принятия конституционных поправок и пересмотра
Конституции. Сложность этого процесса заключается (помимо прочего) в длительности сроков для рассмотрения проекта поправок
на каждом уровне (Например, на утверждение поправок законодательными органами субъектов федерации Основной закон отводит
12 месяцев).
По российскому законодательству для изменения Конституции
РФ проект президентских поправок должны одобрить не менее двух
третей от числа депутатов Госдумы и три четверти от состава Совета
Федерации. Затем пакет должен получить положительное заключение не менее чем в двух третях региональных парламентов России.
Для вступления в силу поправки в Основной закон страны подписывает Президент РФ.
Но как показали известные события, при большом желании и
заинтересованности основных политических сил возможно в самые
короткие сроки, пройдя все «инстанции», внести поправки в Конституцию РФ.
Так Президентом страны Д. А. Медведевым в Послании Федеральному Собранию 5 ноября 2008 года были предложены поправки к Конституции РФ. Пакет президентских поправок поддержало
парламентское большинство – фракция «Единая Россия», что обеспечивает их прохождение в Госдуме, а также фракции ЛДПР и
«Справедливая Россия». Хотя, думские коммунисты решили проголосовать против норм об увеличения сроков полномочий главы государства и Госдумы. Солидарными с коммунистами в этом вопросе
оказались правые партии, в частности, непарламентское «Яблоко»,
которые проводили в российских регионах митинги протеста «В защиту Конституции».
После того, как поправки прошли в Думе, они были направлены в регионы. Первым регионом, одобрившим предложенные изменения, стала Кабардино-Балкария, проголосовавшая за них уже 27
ноября, спустя сутки после третьего чтения в Госдуме; 18 декабря
это сделали последние 16 регионов страны. Таким образом, на одобрение их законодательными органами всех без исключения 83 (на
тот момент) субъектов Российской Федерации ушло всего лишь 22
дня.
В итоге, с момента внесения законопроекта о принятии первых
поправок к Конституции России до его подписания главой государства прошло всего 49 дней. В канун 20-тилетнего юбилея со дня принятия Конституции 7 октября 2013 года Президент РФ В. В. Путин
внес в Государственную Думу законопроект о поправке к Конститу228
ции РФ, которая предусматривает объединение Верховного Суда и
Высшего Арбитражного Суда. И эта инициатива Президента была
очень быстро поддержана парламентариями.
Таким образом, получается, что тот, кто должен следить за стабильностью Конституции на деле является самым активным ее
реформатором. Вместе с тем второй «хранитель и интерпретатор»
конституционных норм – Конституционный Суд РФ (далее КС РФ)
в лице своего Председателя В. Д. Зорькина придерживается мнения об отсутствие необходимости внесения каких-либо изменений
в Основной Закон. На наш взгляд, вполне обосновано опасаясь, что
«будут менять не одну цифру, а начнут делить полномочия, которых всегда всем не хватает. Начнется конкуренция, борьба за передел сфер влияния, хаос, то есть в конечном счете будет создана революционная ситуация»6. Более того, глава КС РФ убежден, что если
«профессионал с глубоким знанием конституционной науки говорит о том, что российский Основной Закон надо менять, я вам точно скажу: за этим стоит глубокий политический подтекст»7, не исключая, однако, что может наступить такая ситуация, при которой
Конституция придет в резкое противоречие с действительностью.
Дальнейшее будущее Основного Закона России зависит во многом от политической воли его гаранта. Все прошедшие изменения
в Конституцию выглядели скорее как подстраивание текста под потребности и интересы власти, а не как объективно необходимые,
четко продуманные и спланированные. Остается надеяться, что
в последующие годы ситуация изменится в сторону концептуального и последовательного развития конституционного законодательства нашего государства.
1 Пархоменко А. Г. Конституция Российской Федерации 1993 года и связанные
с ней проблемы конституционализма // Новый юридический журнал. 2012. № 4.
2 Российские вести. 1998. 9 декабря.
3 Конституция Российской Федерации: доктринальный комментарий (постатейный) (под ред. Ю. А. Дмитриева). М.: Деловой двор, 2009.
4 Пархоменко А. Г. Указ. соч.
5 Зорькин В. Конституция – это математика свободы // РГ (Федеральный выпуск). 2003. 9 декабря.
6 Там же.
7 Там же.
229
ГАЦАЛОВ Р. Р.
магистрант юридического факультета ГУАП, начальник отдела
государственно-правовой защиты Аппарата Уполномоченного по правам
человека в Республике Северная Осетия-Алания
ПРАВОЗАЩИТНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
ОСУЩЕСТВЛЯЕМАЯ В ПРОЦЕССЕ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ
О БАНКРОТСТВЕ КОММЕРЧЕСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ
При изучении вопроса развития института правозащитной деятельности в делах о банкротстве коммерческих организаций следует отметить, что институт банкротства формировался в России
достаточно продолжительный период времени. Так, уже в Русской
правде (одном из первых русских законодательных актов, действовавшем в Древней Руси в XI–XII вв.) нашли отражение в положения, касающиеся несостоятельности. В результате анализа положений Русской правды, можно отметить, что при определении банкротства Русская правда не склоняется ни к одному из критериев
несостоятельности (неоплатности или неплатежеспособности), а говорит лишь о невозможности погашения должником требований
кредиторов.
Ст. 54, 55 Русской правды установлено:
«54. Если купец, взяв товары или деньги в кредит, потерпит кораблекрушение, или подвергнется пожару, или будет ограблен неприятелем, то нельзя сделать ему какое-либо насилие или продать
его в рабство, но необходимо позволить ему рассрочку платежа на несколько лет, потому что это несчастье от бога, а он не виноват в нем.
Если же купец вверенный ему товар или пропьет, или проиграет, или
испортит по глупости, то доверители поступают с ним, как им угодно; хотят – ждут, хотят – продадут в рабство, на то их воля.
55. Если кто будет многим должен, а купец, приехавший из другого города или из другой земли, не зная про то, поверит ему товар, –
а тот будет не в состоянии и с ним расплатиться за товар, да и первые заимодавцы также станут требовать уплаты долгов, не давая
взаймы для уплаты гостю, в таком случае вести должника на торг и
продать, причем наперед выплатить долг пришельца, а остаток поделить между своими местными заимодавцами. Также, если будут
за ним в долгу княжие деньги, то взыскать наперед их, а остальное
в раздел. Но если кто взял уже много роста, тому лишиться своего
капитала»1.
В результате можно сделать вывод о том, что «Русская правда»
предусматривает два вида возникновения неплатежеспособности:
230
– несчастная неплатежеспособность (несостоятельность), которая возникла не по вине должника, а в силу непреодолимых причин
(форс-мажор): пожар, стихийное бедствие, кораблекрушение;
– виновная неплатежеспособность (несостоятельность), которая
возникла, к примеру, в случае легкомысленного поведения купца
(растрата вверенных средств, потеря товара в результате пьянства
и других предосудительных действий). Кроме того, стоит отметить,
что уже в этом документе устанавливалась очередность удовлетворения требований. Как видно из приводимого текста статьей 55
Русской правды, устанавливалась следующая очередность удовлетворения требований: в первую очередь – требования князя; во вторую – требования иностранных купцов; и в последнюю очередь –
требования соотечественников.
Существовали и иные документы, регламентирующие очередность погашения задолженности, так, по договору Смоленска с Ригой (1229 г.), иностранные купцы имели право первоочередного
удовлетворения своих требований. Так, уже в начале становления
института банкротства уже можно увидеть регламент по защите
прав и законных интересов должника и его кредиторов. Конечно
бурное развитие института банкротства было вызвано в более поздний период – период перехода к капиталистической формации, качественно иные торговые и производственные отношения стали требовать новаций в институте банкротства. К одной из попыток законодателя внести новеллы в институт банкротства можно отнести
Вексельный устав 1729 года. Но в Вексельном уставе понятие несостоятельности в основе своей связывалось с процедурой акцепта
векселя: «Когда приниматель векселя по слухам в народе банкрутом учинился (т. е. в неисправу и убожество впал) и за тем от биржи или публичного места, где торговые люди сходятся, отлучается,
то может подаватель чрез публичного нотариуса, а где оного нет, то
в таможенном суде просить и взять от него добрых порук, хотя срок
того векселя и не пришел; а ежели в поруках откажет, то надлежит
за тем протестовать в недаче порук...»2.
В этот период развитие института несостоятельности, выработка
законодательной базы по защите прав и законных интересов в делах о банкротстве, происходило путем появления прецедентов. Так,
в 1736 г. по делу одного должника оказалось, что в составе конкурсной массы имеются товары, сданные на комиссию иностранными
купцами. При этом часть продукции находилась в нераспакованном после транспортировки виде. Решая данное дело, Коммерцколлегия указала вернуть нераспакованные товары собственнику,
231
а уже распакованные остались в составе конкурсной массы3. Заслуживает внимания казус 1738 г. Товар был куплен несостоятельным должником и сопроводительные документы уже отправлены,
но продавец настаивал на возвращении ему товара и предпринял
меры по задержке товара, опасаясь неполучения оплаты. По решению Коммерц-коллегии, принимая во внимание ярмарочное время,
товар выгрузили и распродали, а вырученные средства поступили
в конкурсную массу для удовлетворения требований кредиторов.
Накопление опыта при разрешении прецедентов сформировало необходимость их кодификации. Таким документом стал Банкротский устав 1800 года. В этом уставе впервые сформулировано
понятие несостоятельности (банкротства) должника. Так, под несостоятельностью понималось такое имущественное положение лица (физического или юридического), при котором последнее не в состоянии удовлетворить требования своих кредиторов. Оно явилось
следствием или очевидной недостаточности имущества, или стечения таких обстоятельств временного расстройства дел, которые дают основание предполагать недостаточность у должника средств и
невозможность полной расплаты с кредиторами. Также в Банкротском уставе закреплялись меры по защите законных интересов кредиторов, к таковым можно отнести введение мер по обеспечению иска в отношении предполагаемого банкрота. Эти меры применялись
как по отношению к личности самого должника, так и по отношению к его имуществу (арест имущества должника, выражающийся
в опечатывании не только имущества должника, но и документации, связанной с его деятельностью).
После объявления о несостоятельности все имущество должника составляло конкурсную массу, за исключением имущества,
сданного должнику на хранение, находящегося у должника по договору комиссии, относящегося к личным вещам и находящегося
в залоге4. В 1832 г. был принят новый Устав о несостоятельности.
Считается, что он оказался менее удачным, чем Банкротский устав
1800 г. в связи с тем, что им установлена настолько сложная система родов и разрядов долгов, что в них путались не только простые
граждане, но и юристы.
Несмотря на очевидную сложность в положениях Устава можно
увидеть позитивные новеллы, направленные на защиту прав и законных интересов сторон в деле о банкротстве. К таким новеллам можно отнести выделение из общего числа кредиторов так называемых
кураторов, руководивших работой общего собрания, а также выполнявших некоторые функции по управлению имуществом должника.
232
За кураторами закреплялось право на признание недействительными сделок должника и отказ от исполнения текущих договоров, т. е.
фактически появилось понятие «арбитражного управляющего».
При изучении эволюции законодательства о банкротстве в этот
период невозможно не отметить активную позицию государственных органов по формированию норм, призванных регламентировать действия сторон в делах о банкротстве, а также призванных
защищать права и законные интересы сторон. Таковыми актами
являются указы Сената:
– Указом 1806 г. устанавливался запрет выбора кураторов из посторонних лиц, т. е. лиц, не являющихся кредиторами должника;
– Указом 1809 г. закреплялось положение, согласно которому
конкурсное производство прекращалось при наличии у должника
одного кредитора, но требования кредитора при этом удовлетворялись в порядке, предусмотренном Указом.
Хотелось бы отметить что в 1846 г. расширен круг лиц на который распространилось действие норм о торговой несостоятельности. В круг лиц было включено дворянство. В связи с проведением
судебной реформы и появлением нескольких разновидностей судов
возникла потребность в регламентации вопросов подсудности дел
о несостоятельности. Данные вопросы нашли решение в Указе Сената 1868 г. Следует заметить, что на данном этапе развивались и
другие категории института банкротства. В частности, достаточно
четко были определены критерии разграничения торговой и неторговой несостоятельности, вытекающие из оснований их возникновения. Так, в решении Сената 1899 г. было указано, что для признания несостоятельности торговой необходимо, чтобы хотя бы один
долг происходил из торговли.
Законодательство о банкротстве рассматриваемого периода было
трудно не только создавать, но и применять. По свидетельству известного российского цивилиста Шершеневича Г. Ф., «многие статьи были построены настолько сложно, что затрудняли не только
торговых лиц, но и опытных юристов».
Революция 1917 г. внесла коррективы в законотворческий процесс. Основные преобразования происходили в области государственного права. Тем не менее даже в реформировании правоотношений, регулируемых государственным правом, находили отражение вопросы несостоятельности. Так, например, в Положении о выборах в Учредительное собрание (2 октября 1917 г.) указывалось, что
«права участия в выборах лишаются:... 3) несостоятельные должники, признанные на основании вступивших в законную силу су233
дебных определений банкротами злонамеренными, – до истечения
трех лет по таковом признании». Ноябрьская революция 1917 года
и переход от капиталистического государства к социалистическому
уничтожило понятие частной собственности и сделало ненужным
формирование института несостоятельности (банкротства).
Такое положение сохранялось до введения в Советском государстве Новой Экономической Политики. Возрождение товарно-денежных отношений между частными лицами и организациями потребовали внесения в Гражданский кодекс РСФСР (принят в 1922 г.),
в 1923 г. и Гражданский процессуальный кодекс РСФСР (принят
в 1923 году) введения соответствующих глав, предназначенных для
регулирования вопросов несостоятельности. Законодателем были
детально регламентированы отдельные положения, в частности, касающиеся условий признания сделок недействительными, правил
зачета взаимных требований, отказа управляющего от исполнения
неисполненных договоров и т. д.5
Этим вопросам посвящена часть «Обязательственное право»6. 28
ноября 1927 года Декретом ВЦИК и СНК РСФСР Гражданский процессуальный кодекс был дополнен главой 37 «О несостоятельности
частных лиц физических и юридических»7. Этот декрет установил
исковой порядок рассмотрения дела. Срок рассмотрения устанавливался один год с момента принятия иска к рассмотрению судом.
Участие в конкурсе, назначение управляющего, проведение процедур банкротства отнесены были к функциям государственных учреждений. Кредиторы в деле о банкротстве не участвовали. Законодательство периода нэпа можно отнести к аномальному явлению
конкурсного права, так как оно защищало не законные интересы
отдельных кредиторов, а общий хозяйственный результат8.
С окончанием «эпохи нэпа» в 1930-х годах и введением плановой
социалистической экономики, правоотношения, связанные с несостоятельностью предприятий, практически не регулировались. Более того, в начале 1960-х гг. нормы о банкротстве вообще были исключены из законодательства СССР. Такое положение дел сохранялось вплоть до развала СССР в 1991году. Уничтожение СССР и создание Российской Федерации привело не только к переходу к иной
политической формации, но и к появлению правового вакуума, так
как многие законы СССР потеряли свою эффективность и уже не
выполняли свою функцию.
Попыткой ликвидировать правовой вакуум в делах о банкротстве был призван закон РФ от 19 ноября 1992 г. № 3929-1 «О несостоятельности (банкротстве) предприятий», а впоследствии закре234
пление института банкротства в ст. ст. 61 и 65 ГК РФ. Между тем
следует отметить, что с принятием первой части ГК РФ многие положения закона о банкротстве 1992 г. устарели, что не могло, в свою
очередь, не сказаться на правоприменительной практике: в 1993–
1994 гг. федеральное законодательство о несостоятельности (банкротстве) широко не применялось. Так, достаточно сказать, что
в 1994 г. во всех арбитражных судах России было рассмотрено около 100 дел о признании предприятий несостоятельными9.
Таким образом, главными причинами необходимости реформирования законодательства о банкротстве явилось отсутствие опыта его
применения и нецелесообразность заимствования практики у иных,
более развитых в экономическом и политическом плане стран без
учета российской специфики. За шесть лет применения закона о банкротстве 1992 года в нашей стране выявился ряд объективных оснований, способствовавших принятию в 1998 году нового закона о
банкротстве, учитывающего как опыт ведущих зарубежных стран,
так и специфику российской действительности. В результате этого
была создана российская правовая система регулирования несостоятельности (банкротства), не уступающая мировым аналогам. Вместе
с тем следует заметить, что данный закон не смог в полной мере обеспечить эффективную правовую защиту прав и законных интересов
сторон в делах о несостоятельности (банкротстве).
Хотелось бы отметить, что Федеральный закон от 8 января 1998
г. № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» был в большей степени направлен на защиту интересов кредиторов. В результате чего, вместо разрешения противоречий между сторонами в делах о
банкротстве, он из средства оздоровления экономики превратился
в источник конфликтов, привел к разорению многих платежеспособных предприятий. Нередко кредиторы были заинтересованы не
в осуществлении мер по финансовому оздоровлению предприятий,
а в их банкротстве и овладении их имуществом. Эти и многие другие обстоятельства вызвали необходимость разработки и принятия
нового Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»
2002 года.
Федеральный закон 127-ФЗ от 26.10.2002 года по своей сути
явился результатом исследования правового регулирования банкротства в зарубежных странах, а также национальной правоприменительной практики. Новый Федеральный закон содержит ряд
существенных изменений в области законодательного регулирования процедур банкротства, касающихся:
– обеспечения прав и законных интересов кредиторов;
235
– защиты прав добросовестных собственников (учредителей,
участников) организации – должника;
– изменения статуса и процедуры регулирования деятельности
арбитражного управляющего;
– установления необходимых особенностей банкротства для отдельных категорий должников.
Расширен круг юридических лиц, которые могут быть признаны
несостоятельными (банкротами). Увеличиваются размеры денежных требований к должникам, при наличии которых может быть
возбуждено дело о банкротстве (к должнику – юридическому лицу
в совокупности – не менее ста тысяч руб., к должнику-гражданину – не менее десяти тысяч руб.). Решен вопрос об очередности удовлетворения требований кредиторов, обеспеченных залогом, при
этом соблюдаются права работников и социально уязвимых категорий граждан. Введен особый статус залоговых кредиторов, которые
наделяются преимущественным правом на получение средств при
реализации предмета залога. При этом требования не удовлетворенные за счет реализации предмета залога удовлетворяется в общем
порядке наравне с другими кредиторами третьей очереди.
Установлена возможность досрочных расчетов с кредиторами
в рамках процедуры банкротства – внешнее управление. Усовершенствована процедура заключения мирового соглашения: установлена возможность расторжения мирового соглашения, в случае, если
оно предусматривает худшие условия для кредиторов по сравнению
с установленными законом, детализирован порядок и последствия обжалования мирового соглашения, а также его расторжения. Усовершенствован порядок продажи имущества должника. Предусмотрена
обязательность проведения открытых торгов по продаже имущества
должника, при этом начальная цена продажи выставляемого на торги
имущества должника определяется независимым оценщиком.
ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) введена новая процедура – финансовое оздоровление, которая предусматривает при определенных условиях сохранить учредителям (участникам) должника контроль за предприятием даже в условиях возбужденного дела
о банкротстве. Предусмотрена возможность возврата из конкурсного производства во внешнее управление при наличии реальной возможности восстановления платежеспособности, проведение дополнительной эмиссии акций в ходе внешнего управления при условии
согласия собственника должника.
Предусмотрены особенности признания и осуществления порядка банкротства отдельных категорий должников: организаций обо236
ронной промышленности, градообразующих, сельскохозяйственных, финансовых организаций и субъектов естественных монополий. В 2015 году вводится в действие глава, регламентирующая банкротство физических лиц. Таким образом ФЗ «О несостоятельности
(банкротстве)» 2002 года преследует следующие цели:
– восстановление платежеспособности должника, применение мер
санации. Для этого законом предусмотрен целый ряд процедур, направленных именно на восстановление платежеспособности: Наблюдение (выявление активов, оспаривание сделок, формирование реестра
кредиторов и др.), Финансовое оздоровление (разработка и исполнение
планов по восстановлению финансовой состоятельности должника,
возможность использования дополнительных финансовых инструментов для восстановления работоспособности организации), Внешнее
управление (фактическое вмешательство государства в организацию
деятельности должника, выраженное в замене органов управления
должника на специализированный орган – Арбитражного управляющего, который должен организовать грамотное использование ресурсов предприятия для восстановления платежеспособности);
– увеличение возврата средств в рамках дела о банкротстве,
справедливое распределение выявленных активов между кредиторами, и, соответственно, максимально удовлетворить их законные
интересы;
– участие всех сторон дела о банкротстве в регулировании процедур, обеспечение максимальной защиты прав и законных интересов сторон;
– ликвидация предприятий, чью платежеспособность невозможно восстановить. Соответственно очищение рынка от нежизнеспособных субъектов. Реализация всех этих задач требует постоянного
мониторинга изменений в текущей финансовой и правовой ситуации в мире, а также выработке универсального механизма который
позволил бы найти компромисс между сохранением жизнеспособных предприятий и недопустимостью ущемления прав кредиторов.
К огромному сожалению, выработка такой модели на сегодняшний момент вряд ли возможна, так как нет единообразия в приоритетности задач, поставленных для процедуры банкротства, законов
его регулирующих, а также способов и методов проведения процедур банкротства.
Изучение различных моделей (концепций) подтверждает вышеуказанную сентенцию. Так модель Манфреда Бальца ставит основным приоритетом повышение возврата средств кредиторам, английская концепция – применение мер по восстановлению бизнеса
237
и сохранению рабочих мест, в ущерб интересам кредиторов. Российская система, которая впитала в себя лучшее из американской
и французской предполагает комплексное решение проблемы банкротства, которое ставит свое й целью не только удовлетворение
требований кредиторов за счет справедливого распределения активов должника, но и выполнение макроэкономических функций, которые призваны восстановить платежеспособность должника.
В настоящее время действующее российское законодательство о
несостоятельности (банкротстве) постоянно развивается. Весь комплекс правовых норм, регулирующих банкротство можно разделить на основные группы:
1. Нормы несостоятельности (банкротства), закрепленные в ГК
РФ, которые регулируют несостоятельность (банкротство) индивидуальных предпринимателей (ст. 25) и юридических лиц (ст. 65).
Также содержат специальные указания по применению положений
о несостоятельности (банкротстве) – ст. ст. 64 (об очередности удовлетворения требований кредиторов), 56, 105 (о субсидиарной ответственности лиц, которые имеют право давать обязательные для
должника – юридического лица указания либо иным образом определять его действия, за доведение должника до банкротства) и др.;
2. Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», который осуществляет основное регулирование в делах о банкротстве;
3. Правоприменительная практика, устанавливаемая Высшим
Арбитражным судом (Информационные письма Президиума ВАС
РФ, Постановления Президиума ВАС РФ) в рамках рассмотрения
дел о банкротстве, которая обязательна для исполнения судами при
ведении дел о банкротстве;
4. Правовые акты, регламентирующие отдельные вопросы регулирования отдельные положения в делах о банкротстве коммерческих организаций (Постановления Правительства, Положения и
регламенты и др.).
Анализ действующего законодательства о банкротстве позволил
сформулировать следующие принципиальные положения:
1) институт банкротства не может быть отнесен только к одной
отрасли права, поскольку является комплексным институтом права, сочетающим нормы различных его отраслей. В рамках гражданско-правового регулирования банкротство служит лишь одним из
оснований ликвидации юридического лица, остальные же отношения (например, судебный и внесудебный порядок) урегулированы
нормами других отраслей права. Институт банкротства затрагива238
ет также отрасли уголовного права (Глава 22 УК РФ), административного права (Глава 14 КоАП РФ) и др.;
2) основной тенденцией развития законодательства о несостоятельности (банкротстве) является следование его схеме: общий закон – специальный закон – другие нормативные акты;
3) одним из направлений реформирования современного законодательства о несостоятельности (банкротстве) является внесение
в него изменений и дополнений, иногда требующее более детальной
проработки. В результате на рассмотрение выносятся непроработанные законопроекты, которые могут повлечь ущемление прав и
законных интересов сторон в делах о банкротстве. В настоящее время важен концептуальный подход.
В связи с этим в литературе обоснованно отмечается, что «наиболее актуальной задачей в деле совершенствования законодательства
о несостоятельности (банкротстве) является выработка единой концепции его реформирования, предполагающей поиск основных направлений изменения указанного законодательства с ясным представлением о целях, которые должны быть достигнуты, а также о
системных последствиях внесения соответствующих изменений».
Хотелось бы отметить последние новеллы ФЗ «О несостоятельности
(банкротстве)», направленные на укрепление защиты прав и законных интересов сторон в делах о банкротстве. Таковыми являются
изменения, касающиеся статуса Арбитражных управляющих, Саморегулируемых организаций арбитражных управляющих. Введение в действие норм, регламентирующий порядок осуществления
контроля за их деятельностью. Также хотелось бы отметить новеллу, которая обязывает арбитражных управляющих страховать его
ответственность.
1 Русская Правда. Пространная редакция // Ю. П. Титов. Хрестоматия по истории государства и права России. М., 2007. С. 9–25.
2 Российское законодательство X–XX вв. / под ред. О. И. Чистякова. М., 1984.
С. 432.
3 Шершеневич Г. Ф. Конкурсное право. СПб., 1898. С. 75.
4 Там же. С. 117.
5 Новицкая Т. Е. Гражданский кодекс РСФСР 1922 года. История создания. Общая характеристика. Текст. Приложения. М.: Зерцало-М, 2002. С. 223.
6 Хрестоматия по истории отечественного государства и права. 1917–1991 гг. /
под ред. О. И. Чистякова. М.: Зерцало, 1997. С. 184–202.
7 Собрание узаконений РСФСР 1927 г. № 123. С. 821–830.
8 Телюкина М. В. Развитие законодательства о несостоятельности и банкротстве
// Юрист. 1997. № 11. С. 22–25.
9 Белых В. С., Дубинчин А. А., Скуратовский М. Л. Правовые основы несостоятельности (банкротства). М., 2001. С. 2.
239
ДОМБРОВСКИЙ В. В.
профессор кафедры гражданского права юридического факультета ГУАП,
кандидат юридических наук, профессор
КОНСТИТУЦИОННЫЕ ПРАВА И СВОБОДЫ ГРАЖДАН –
СУБЪЕКТОВ ТАМОЖЕННЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ
Принятая в 1993 году Конституция Российской Федерации провозгласила Россию демократическим, федеративным, правовым государством, в котором человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита – обязанностью государства. Конституция Российской Федерации закрепляет
понятие «основные права и свободы» применительно только к тем
правам и свободам, которые перечислены в ней самой (ч. 1 ст. 55).
Причины, по которым одни права и свободы закрепляются в Конституции, а другие в иных нормативных актах не произвольны.
В основе такого разделения лежит значимость данного права и данной конституционной свободы для человека и общества.
В Конституции закрепляются те права и свободы, которые жизненно необходимы и в наибольшей степени социально значимы как
для конкретного человека, так и для общества и государства в целом. Так как понятие «основные права и свободы» употребляется
в отношении прав и свобод, непосредственно закрепленных в Конституции Российской Федерации, их можно называть также конституционными правами и свободами. Конституционные права и
свободы являются основополагающими, важнейшими правами человека и гражданина для характеристики правового статуса личности, они предопределяют содержание всех остальных прав и свобод
граждан. Их значимость настолько велика, что, для их обозначения в конституционном лексиконе используется понятие основных
прав и свобод. И поэтому термин «конституционные права и свободы» можно считать синонимом термину «основные права и свободы». В таком значении данный термин употребляется в Конституции (ст. 17, ч. 1 ст. 55). Тем не менее, следует иметь в виду, что «в
теории конституционного права отмечается, что понятие «конституционные права» необходимо использовать применимо к тем правам, которые закреплены в Конституции, а понятие «основные права» применяются к правам, указанным в международных декларациях и пактах о правах»1.
Права и свободы человека и гражданина именуются основными
(конституционными) потому, что они лежат в основе всех других
240
прав и свобод, отличаются основанием возникновения, особым механизмом их реализации, а также должны соблюдать в любое время и на всех уровнях государственной власти. Вместе с тем, перечисленные в Конституции Российской Федерации основные права и
свободы не должны толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина2. Далее
следует разобраться, в каком же соотношении находятся права человека и права гражданина, ведь они применяются в Конституции
Российской Федерации и обладают не только терминологическим,
но и содержательным различием.
Права человека и права гражданина рассматриваются обычно
вместе, однако их содержание не тождественно. Права человека
проистекают из естественного права, а права гражданина – из позитивного, хотя и те и другие носят неотъемлемый характер3. В общей
шкале гуманитарных ценностей права человека, как и сам человек,
занимают центральное место и доминируют над всеми остальными.
Их приоритет и значимость неоспоримы, роль и назначение очевидны4. Права человека представляют собой права естественного происхождения, то есть от рождения, которые не создаются государством. Они дарованы природой. Естественное право на жизнь, свободу, равенство не нуждается в предоставлении государством. Однако соблюдение этих прав входит в обязанность государства во многих случаях нормами международного права, например, Всеобщей
Декларацией прав человека5 и Международным пактом о гражданских и политических правах6.
В отличие от прав человека, основные права гражданина исходят от государства как их изначального источника. В основу прав
гражданина России положен принцип российского гражданства.
В части 2 ст. 6 Конституции Российской Федерации сказано, что
«Каждый гражданин Российской Федерации обладает на ее территории всеми правами и свободами и несет равные обязанности,
предусмотренные Конституцией Российской Федерации». Именно
в этой норме Конституции РФ закреплен важнейший принцип правового положения гражданина России, который имеет ключевое
значение для правильного понимания всей системы его основных
прав и свобод, их соотношение. Здесь особо подчеркивается, что все
граждане Российской Федерации несут равные обязанности перед
государством. В отличие от основных личных прав, которые по своей природе неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения,
политические права и свободы связаны с обладанием гражданством
государства7.
241
Свобода в философском понимании – это возможность проявления субъектом своей воли на основе осознания законов развития
природы и общества8. С позиции юридической науки, свобода – это
закрепленная в Конституции или ином законодательном акте возможность определенного поведения человека (например, свобода
слова, свобода вероисповедания и т. д.). Категория свободы близка
к понятию права в субъективном смысле, однако последнее предполагает наличие юридического механизма для реализации и обычно соответствующей обязанности государства или другого субъекта совершить какое-либо действие. Напротив, юридическая свобода
не имеет четкого механизма реализации, ей соответствует обязанность воздерживаться от совершения каких-либо нарушающих данную свободу действий9.
Под правами и свободами человека понимаются также естественные, неотчуждаемые, признаваемые, соблюдаемые, охраняемые и защищаемые государством и мировым сообществом его (человека) возможности свободно, осознанно и ответственно избирать вид и меру
своего поведения10. Различие между понятиями «право» и «свобода»
в достаточной мере условно. И то и другое означает юридически признанную возможность каждого избирать вид и меру своего поведения
как человека, как гражданина государства. По своей юридической
природе и системе гарантий права и свободы идентичны. Они очерчивают обеспечиваемые государством социальные возможности человека в различных сферах. Конституционные права и свободы человека
и гражданина можно определить, как закрепленная и гарантированная Конституцией возможность использовать различные социальные
блага для удовлетворения своих потребностей. Права и свободы человека и гражданина зафиксированы в главе 2 Конституции Российской
Федерации, которая является самой объемной в Основном Законе. Она
декларирует права и свободы человека и гражданина Российской Федерации как непосредственно действующие (ст. 18).
Классификация прав и свобод человека и гражданина в большинстве научных публикаций происходит по трем группам: личные, политические, социально-экономические. Но существуют и
иные классификации. Так, например, П. П. Глущенко, А. В. Зиновьев, И. С. Поляшова проводят классификацию основных прав и
свобод по четырем группам: личные, политические, экономические
и социально-культурные11. В докладе Уполномоченного по правам
человека в Российской Федерации в 2013 году разделение прав человека идет на: гражданские (личные), политические, социальные,
экономические и культурные права12.
242
Анализ главы 2 Конституции Российской Федерации позволяют сделать вывод, что основные права и свободы российских граждан содержат в себе такие составляющие, как их признание, соблюдение, охрану и защиту. Под признанием понимается закрепление
в Конституции Российской Федерации и других ро