close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

KyznecovKyznecova

код для вставкиСкачать
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение
высшего профессионального образования
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
АЭРОКОСМИЧЕСКОГО ПРИБОРОСТРОЕНИЯ
Э. В. Кузнецов, А. В. Кузнецова, М. В. Семёнова 
РОССИЙСКАЯ АССОЦИАЦИЯ
ФИЛОСОФИИ ПРАВА
(Санкт-Петербург)
10 лет в составе IVR
Юбилейный сборник
Санкт-Петербург
2014
УДК061.1
ББК 72.4(2)
К89
Рецензенты:
доктор юридических наук, профессор, генерал-майор милиции,
Почетный работник высшей школы РФ Х. Х. Лойт;
доктор юридических наук, профессор,
Заслуженный юрист РФ Ф. Ю. Сафин
Утверждено
редакционно-издательским советом университета
в качестве научно-популярного издания
Кузнецов, Э. В.
К89 Российская Ассоциация философии права (Санкт-Петербург):
10 лет в составе IVR: юбилейный сб. / Э. В. Кузнецов, А. В. Кузнецова, М. В. Семёнова; под ред. В. М. Боера. – СПб.: ГУАП, 2014. – 115 с.
ISBN 978-5-8088-0962-8
В книге содержится информация о создании и развитии Российской Ассоциации философии права (Санкт-Петербург), ее принятии
в состав Всемирной Ассоциации философии права и социальной философии (IVR). Рассматриваются основные современные проблемы
философии права, приводятся интересные данные о международных связях Российской Ассоциации. Читателю представлен широкий круг проблем, которые еще ждут своего решения.
Книга может быть полезна не только специалистам в области
философии, права и социологии, преподавателям, аспирантам и
студентам, но и широкому кругу читателей – всем тем, кто интересуется социальными проблемами права, общества и государства.
УДК 061.1
ББК 72.4(2)
ISBN 978-5-8088-0962-8
©Кузнецов Э. В., Кузнецова А. В.,
Семёнова М. В., 2014
©Санкт-Петербургский государственный
университет аэрокосмического
приборостроения, 2014
Философия права, словно птица Феникс, всякий
раз возрождается из своего пепла, когда ее враги, казалось бы, празднуют победу над ней.
П. И. Новгородцев
3
Приветствие Президента СПбГУАП, Председателя Совета по координации приема в вузы СанктПетербурга, Заслуженного деятеля науки РФ, доктора технических наук, профессора А. А. Оводенко
Российская Ассоциация философии права (Санкт-Петербург) была создана на базе
такого многопрофильного вуза, каким является СПбГУАП. В его структуре юридический факультет занимает достойное место.
На факультете трудятся известные в нашей
стране и за рубежом специалисты – заслуженные деятели науки РФ, заслуженные
юристы РФ, почетные работники высшего
профессионального образования РФ. Ряд
студентов юридического факультета решением Государственной
думы РФ за успехи в научных исследованиях удостоены почетных
званий «Национальное достояние».
Информация о членах Ассоциации и профессорах этого факультета содержится во многих российских и иностранных источниках,
в числе которых: «Видные ученые-юристы России (вторая половина XX века): энциклопедический словарь биографий». М., 2006;
«Созидатели будущего. Научные школы ГУАП». СПб., 2011.
Члены Российской Ассоциации, руководимые профессором
Э. В. Кузнецовым, успешно представляют Россию и наш вуз на
многих российских и международных форумах.
Поздравляю и желаю всем членам Ассоциации успехов в этой
важной для российской науки деятельности.
Президент ГУАП
А. А. Оводенко
4
Приветствие ректора СПбГУАП, доктора экономических наук, лауреата премий Правительства
Санкт-Петербурга Ю. А. Антохиной
Преподаватели юридического факультета ГУАП, являясь членами Российской
Ассоциации философии права (СанктПетербург), вносят неоценимый вклад
в развитие идей отечественной правовой науки и культуры.
С момента создания Ассоциации руководство нашего университета оказывает необходимую поддержку в проведении
важнейших мероприятий, организуемых
руководством Ассоциации: международные
форумы, научные конференции, обмен научной информацией, проведение научных стажировок. Члены Ассоциации направлялись
университетом для чтения лекций и участия в научных форумах
в университетах Швеции, Испании, Бразилии, Германии, Чехии,
Польши. Были заключены международные договоры о взаимном
обмене учеными и студентами. В соответствии с договором, который был заключен с одним из старейщих вузов Европы – Вальядолидским университетом, несколько групп студентов-юристов
приезжали к нам из Испании, а наши студенты приглашались
в Испанию, для того чтобы прослушать лекции по современным
проблемам права России и Испании. Руководство ГУАП поздравляет Российскую Ассоциацию философии права (Санкт-Петербург)
с 10-летним юбилеем и желает ей дальнейших успехов в важной
для российской юридической науки деятельности.
Ректор ГУАП
Ю. А. Антохина
5
Приветствие проректора СПбГУАП, декана юридического факультета, Заслуженного юриста Российской Федерации, члена Российской Ассоциации
философии права (Санкт-Петербург), доктора юридических наук, профессора В. М. Боера
Римские юристы говорили о праве как
об искусстве добра и справедливости. Действительно, идея справедливости в праве
является определяющим звеном в науке
философии права. Об этом писали все выдающиеся философы права в России. Философию права сравнивали с птицей Феникс,
которая всякий раз возрождалась из своего
пепла, когда враги ее, казалось бы, праздновали победу над ней. Долгое время философия права как наука
не преподавалась в наших университетах. И только в 1990 году,
когда Россия, наконец, подписала Парижскую Декларацию о правах человека, философия права заняла достойное место в историко-теоретической части юридической науки. На базе нашего факультета создана и функционирует Российская Ассоциация философии права (Санкт-Петербург), а учебный предмет «Философия
права» является важным звеном в подготовке юристов-магистрантов. Члены нашей Ассоциации выступают с научными докладами не только в зарубежных вузах, но и на российских форумах по
праву (Ижевск – 2011 г., Кизляр – 2014 г.). С 10-летним юбилеем,
коллеги!
Проректор ГУАП,
декан юридического факультета
В. М. Боер
6
Вступительная статья Президента Российской
Ассоциации философии права (Санкт-Петербург),
Заслуженного деятеля науки РФ, действительного члена Международной Академии акмеологических наук, доктора юридических наук, профессора
Э. В. Кузнецова
Однажды в 1990 году перед самой защитой мною докторской диссертации «Философия права в России» ко мне подошел декан
юридического факультета ЛГУ профессор
Королёв Алексей Иванович, лекциями которого я восхищался, еще будучи студентом
этого замечательного вуза. Отечески взяв
меня за локоть, он тихо заметил: «Эдуард,
тебя ожидают большие сложности при защите». «Почему?» – спросил я. «Потому, что ты пишешь о «белоэмигрантах», которые покинули свою Родину», – вздохнув, сказал он. «Прежде всего я пишу
о великих русских юристах, которые любили свою Родину… Но их
изгнали из России…Мы изгнали своих кумиров и пытались очистить свою память от прошлого. Среди них были и те, творчество
которых и сегодня относят к достижениям человеческого гения.
Таким был, например, Е. Н. Трубецкой…» – волнуясь, возражал я.
И, действительно, родоначальник социологии права в России
профессор Б. А. Кистяковский был вынужден покинуть Россию и
обосноваться в Нью-Йоркском университете. Свои бесценные труды он увез с собой. Не приходится удивляться, что книга о его творчестве написана профессором этого университета С. Н. Хойман, а
его студенты имеют информацию о выдающихся русских юристах
более полную, чем наши. Приходится лишь сожалеть, что богатейший научный архив профессора П. И. Новгородцева до сих пор не
востребован и находится в Пражском университете, куда меня приглашали для чтения лекций в 2010 году. Труды, написанные в Варшаве основателем психологической школы права, руководителем
кафедры теории права и государства Петербургского университета
профессором Л. И. Петражицким, не известны нашему читателю.
Встречаясь с его последователями, польскими учеными в Силезском и Краковском университетах, мы были единодушны в том,
что научные достижения Петражицкого – это наше общее достояние – Польши и России.
7
Один из мудрецов заметил, что, когда перестают петь соловьи,
мы можем наслаждаться лишь чириканьем воробьев. С изгнанием
из России ведущих специалистов в области права, система и качество подготовки юридических кадров упростились до неприличия.
В 1919 году в Москве был создан Свердловский университет, где готовились новые юридические кадры для страны. Учебный процесс
длился девять месяцев, после чего студентам выдавали свидетельства о высшем образовании.
Известная поэтесса Зинаида Гиппиус в своих воспоминаниях
так описывает эти исторические события: по университетскому
дворику ходили солдаты и матросы в бушлатах, страшно ругались
и, сморкаясь, спрашивали: «Где здесь записывают на юриста?».
Профессионализм научно-преподавательских кадров в то время, очевидно, не имел решающего значения, тем более, что известный партийный деятель того времени Сольц заявлял, что новым
государственным органам нужно «поменьше юристов и побольше
рабочих и крестьян».
Кстати, такая оценка значимости этой специальности в нашей
истории не является редкостью.
Еще в 1808 году выдающийся представитель российской юриспруденции М. М. Сперанский, опираясь на опыт профессиональной
юридической подготовки кадров в западных странах, предложил
российскому императору Александру I издать указ о необходимости сдачи экзаменов по естественному праву и иностранному языку
российским государственным чиновникам. Седоусые государственные зубры, столпы режима, стратеги бумажных битв и закулисных
баталий должны были садиться за учебники и готовиться к экзаменам. Ярость чиновников была неописуемой. Было сделано все, чтобы отправить автора Свода Законов Российской Империи в ссылку…
К сожалению, и сегодня можно услышать слова о том, что у нас
слишком много юристов. Было бы правильно сказать: слишком
много безграмотных юристов, так как современная подготовка
этих нужных для страны специалистов далека от совершенства.
Сравнивая учебную подготовку юристов в России и ряде зарубежных стран, я довольно часто отмечал для себя, что до недавнего времени она была более фундаментальной, нежели в тех странах, где
мне приходилось преподавать. Отдельные современные новации,
которые так настойчиво, порой без учета особенностей научных
дисциплин, внедряются чиновниками от науки, мягко говоря, не
способствуют должной подготовке специалистов в области юриспруденции. Например, такая новация, как рейтинговые оценки
8
по 100-балльной системе. Ни в Испании, ни в Чехии, ни в некоторых других европейских вузах такой системы оценок нет. В Чехии,
например, высшим баллом является 1, хорошим – 2 и так далее.
Для определения критериев оценок по 100-балльной системе
нужна, очевидно, компьютерная диагностика, которая возможна
лишь в условиях медицинского стационара (к слову, некоторые
«новаторы» даже такой термин придумали – «юридическая клиника»). Между тем на практике эти рейтинговые баллы дублируются в конечном счете той же «пятеркой», «четверкой», «тройкой»
и «двойкой». Другая «новация» – тестирование. Она, в сущности,
сводится к угадыванию правильного ответа. Но «гадание» в юриспруденции – бесполезное занятие. Юрист должен научиться логически мыслить, рассуждать. Он должен владеть речью, анализировать, уметь доказывать, вести спор, естественно, при этом хорошо
знать закон и юридическую практику. Именно этому в свое время
меня учили в Ленинградском государственном университете такие
выдающиеся педагоги, как Д. А. Керимов, М. Д. Шаргородский,
О. С. Иоффе, Л. С. Явич, А. И. Королев и многие другие.
Необходимо с уважением относиться к достижениям наших
предшественников. Уважение к минувшему, по меткому выражению А. С. Пушкина, является чертой, отличающей образованность
от дикости.
В свое время мною был инициирован вопрос о необходимости
возврата на родину трудов великих русских юристов. И Государственной Думой РФ даже было принято соответствующее решение,
состоящее из двух пунктов:
– возвратить научные архивы видных российских юристов на
родину;
– поручить контроль за исполнением этого решения Российской
Национальной Библиотеке. (См.: Аппарат Государственной Думы
РФ. Общий отдел. К заседанию Государственной Думы № 14 от
17 ноября 1995 г.).
Через некоторое время мне позвонили из Национальной Библиотеки в Москве и сообщили, что они во исполнение решения Думы
обратились в соответствующие зарубежные вузы, но им, если говорить образно, показали «фигуру из трех пальцев».
Этого следовало ожидать, так как в таких ситуациях требуется
не приказной порядок исполнения, а ведение сложных, профессиональных переговоров.
Не получила поддержки и другая наша инициатива о необходимости проведения Всемирного Конгресса по философии права
9
в Санкт-Петербурге. В приложении к книге «Новые идеи в правовой науке» (по материалам 21-го Всемирного Конгресса IVR – СПб.,
2005, с. 280–284)1 опубликована моя переписка с Президентом
IVR, профессором Александром Печеником, с которым нас связывали теплые дружеские отношения, по вопросам возможности проведения такого форума в Санкт-Петербурге. Вот выдержка из его
письма: «Дорогой Эдуард… 2. Есть предложение организовать Всемирный Конгресс 2009 года в Пекине. Данное предложение предварительно принято. Мы предполагаем, что китайская делегация
подтвердит свою заявку в Гранаде.
Если это произойдет, предложение китайской стороны будет
формально принято, поскольку IVR ранее уже предлагал такое
решение. Только в случае, если китайская сторона по какой-либо
причине не подаст своего формального предложения, другая сторона получит шанс.
3. Мы предварительно обсуждали с германской секцией возможность провести Конгресс 2011 года в Берлине2. Если немецкая
сторона подаст формальную просьбу, IVR почти наверняка удовлетворит ее.
Однако германская сторона не обязана подвать формальную
просьбу. Если они не подадут просьбу, я поддержу кандидатуру
Санкт-Петербурга на 2011 год при условии, что Вы сможете обеспечить экономическую сторону проведения Конгресса. Стандартный
бюджет составляет около 250000 долларов США. Половину его составляют регистрационные взносы, другая должна поступить от
местных спонсоров.
Пожалуйста, примите во внимание, что до 2009 года не будет
выборов в Исполнительный Комитете IVR, однако они состоятся
в 2011 году. Вы можете планировать на 2013 год.
Я не знаю, насколько значимым мое мнение будет к тому времени – но в случае, если я буду все еще жив в 74 года, – то я убежден,
что Санкт-Петербург – замечательное место для Конгресса IVR».
К сожалению, профессор А. Печеник скончался в 2005 году.
1 Эта книга посвящена памяти Президента Всемирной Ассоциации философии
права и социальной философии (IVR), профессора правовой аргументации и риторики Шецинского университета (Польша), заслуженного профессора юриспруденции
Лундского университета (Швеция), академика Международной академии акмеологических наук, доктора права Александра Печеника.
2 25-й Всемирный Конгресс IVR прошел в июле 2011 года во Франкфурте-наМайне.
10
Наше стремление, направленное на реализацию идеи проведения Конгресса IVR в России, находило полное понимание со стороны и следующего Президента этой международной Ассоциации –
немецкого профессора права Ульфрида Ноймана. Однако мои обращения как Президента Российской Ассоциации философии права
по этому вопросу в соответствующие российские инстанции, к сожалению, не вызвали особой заинтересованности и поддержки.
В 2013 году состоялся 26-й Всемирный Конгресс IVR в БелуОризонти (Бразилия). На нем присутствовали члены нашей Ассоциации: доктор юридических наук О. Э. Старовойтова, кандидат
юридических наук А. А. Смольяков и аспирант Е. Р. Сташкевич
Сейчас идет подготовка к 27-му Всемирному Конгрессу IVR, который будет проведен в 2015 году в США. Мы не теряем надежды на
возможность проведения в России одного из таких форумов. Россия заслуживает этого.
Как справедливо замечено в «Экклезиасте», всему свое время:
время убивать и время врачевать, время разрушать и время строить, время разбрасывать камни и время собирать камни.
Слишком много и слишком далеко разбросали мы наши камни.
Пришло время их собирать. Необходимо вернуть в наше сознание
те правовые идеи и понятия, которые составляют фундамент современного правопонимания. И философия права в этом процессе
обновления призвана сыграть решающую роль.
Позитивистская трактовка права – это такая конструкция, фундамент которой построен на песке, где государственные интересы
ставятся выше интересов личности, где право подменяется законом. Но еще С. Л. Франк заметил, что государство, мнящее себя
вершителем человеческих судеб, есть одно из самых страшных и
гибельных проявлений человеческой практики.
В основе философско-правовой концепции лежит признание человека, его интересов, высшей ценностью. Преподобный Серафим Саровский обращался к каждому человеку со словами: «Радость моя».
Эти простые, но душевные слова выражают саму суть человечности
(гуманности), ибо человек человеку не волк и не враг, а свет и радость.
В основе этих света и радости лежит доброта, без которой невозможна культура, в том числе и правовая. Когда доброта льется из человеческого сердца, раздор между людьми начинает стихать. Гуманизм
означает любовь и уважение к человеку, его имени, достоинству, здоровью и жизни. Антиподом гуманизма выступает ненависть.
Почему у многих милосердие, гуманизм до сегодняшнего дня не
являются всеобщими и осознанными до конца ценностями? Пото11
му что ненависть и травля человека долгое время практиковались
и созревали в нашем сознании, а это проявилось в образе жизни
людей. По словам И. А. Ильина, гражданская война – это взрыв
ненависти, за которым следует всеобщий пожар. «Вряд ли существует большее злодейство против своего Отечества, как развязывание гражданской войны. А кто не хочет учиться на чужом примере, тот пусть хотя бы представит, какую личную ответственность
он будет нести. Здесь существует три упреждающие задачи: нельзя
допускать, чтобы в народе накапливалась социальная ненависть;
нельзя, чтобы она перерастала в отчаяние; нельзя, чтобы отчаяние
приводило к развязыванию гражданской войны»1.
Ошибка русской интеллигенции, как полагал Б. И. Кистяковский, заключалась в том, что она воспринимала право не как правовое убеждение, а как принудительное правило.
Особенностью бюрократического властвования является стремление к подробной, а точнее, мелочной регламентации общественных отношений. Однако виднейшие русские философы права отмечали, что основой прочного правопорядка являются свобода личности и ее неприкосновенность. В 1990 году наше государство подписало Парижскую Декларацию о правах человека и затем приняло
новую Конституцию, в которой защита прав человек и гражданина
определяла сущность правового государства.
Положение о приоритете интересов личности над государственными закреплено в Основном законе. Человек является главной
ценностью в правовом государстве. И критерии успеха человеческой деятельности определяются не только возрастом, а прежде
всего опытом и профессионализмом. «Таланту, а не возрасту будь
равен», – писал поэт. Глупые и умные встречаются в любом возрасте. Известно, что уже в 14 лет Гуго Гроций был представлен королю
Франции как «чудо Голландии». Но мы знаем, что и в преклонном
возрасте великий греческий поэт Анакреон, чья статуя в Акрополе стоит рядом со статуей Перикла, являлся кумиром молодежи.
В правовой науке особенно ценен практический и жизненный опыт,
хорошее знание тех отношений, которые складываются в обществе
на основе исполнения законов, призванных защищать права и свободы граждан государства, именуемого социальным и правовым.
1 Ильин И. А. Собр. соч.: в 10 т. М., 1994. Т. 3. С. 144.
12
ИСТОРИЯ ФОРМИРОВАНИЯ И ЗАДАЧИ
РОССИЙСКОЙ АССОЦИАЦИИ ФИЛОСОФИИ ПРАВА
(САНКТ-ПЕТЕРБУРГ)
Российская Ассоциация философии права (Санкт-Петербург) является частью Всемирной Ассоциация философии права и социальной философии, которая была основана 1 сентября 1909 года в Висбадене (Германия). Она носит следующие названия: «Internationale
Vereinigung für Rechts – und Sozialphilosophie», «International
аssociation for рhilosophy of law and social philosophy», «Association
internationale de philosophie du droit et de philosophy social» сокращено IVR.
Сегодня членами Всемирной Ассоциации философии права являются свыше 2000 ученых-юристов из всех стран мира. Они организованы в 46 национальных секций. От Франции и России
представлены по две национальные секции. Национальную секцию «Россия» возглавляет доктор юридических наук, профессор
В. Г. Графский (Московский институт государства и права), национальную секцию «Россия» (Санкт-Петербург) – заслуженный
деятель науки Российской Федерации, доктор юридических наук,
профессор Э. В. Кузнецов (Санкт-Петербургский государственный
университет аэрокосмического приборостроения).
Целью деятельности Ассоциации является культивация и развитие философии права и социальной философии как на национальном, так и на международном уровне. Ассоциация открыта
для любого научного направления. Она не преследует никаких экономических целей, не предназначена для добывания каких-либо
финансовых преимуществ своим членам. Никто не должен иметь
никакой корысти от наград или взносов.
Всемирная Ассоциация философии права и социальной философии, как и ее национальные секции, организует конгрессы, лекции и другие подобные мероприятия. Национальные секции (каковой является и Российская Ассоциация философии права (СанктПетербург)) считаются автономными в части организации своих
мероприятий и несут полную ответственность за их финансовое
обеспечение.
Одними из последних таких мероприятий явились – Российская
научно-практическая конференция «Философия права в российских регионах: состояние и перспективы», которая была проведена
13 мая 2011 года в Ижевске, а также Международная конференция
«Философско-правовые и социально-экономические проблемы со13
временности», состоявшаяся 28–29 мая 2014 года в Кизляре (Республика Дагестан).
Члены Российской Ассоциации философии права (СанктПетербург) принимали участие в работе всех Всемирных Конгрессов IVR, начиная с 2003 года.
В период с 21 по 26 июля 2013 года в Белу-Оризонти (Бразилия)
состоялся XXVI Всемирный конгресс по философии права и социальной философии.
В работе Конгресса приняли участие более 500 участников из
36 стран мира. В ходе пленарных заседаний и работы секционных
групп обсуждался широкий круг вопросов, посвященных правам
человека, философии права, социологии и т.д.
В работе Конгресса приняли участие представители юридического факультета СПбГУАП: доктор юридических наук О. Э. Старовойтова, кандидат юридических наук А. А. Смольяков, выпускница юридического факультета Е. Р. Сташкевич.
Во время работы Конгресса российская делегация провела множество содержательных и конструктивных встреч с выдающимися
учеными современной философии права и социальной философии,
среди которых необходимо особенно отметить Президента IVR, профессора У. Ноймана (Ulfrid Neumann), Президента Бразильской Ассоциации философии права и социальной философии, профессора
М. К. Галуппо (Marcelo Campos Galuppo), профессора Э. Булыгина
(Eugenio Bulygin) и других представителей мировой научной мысли.
Сейчас члены Российской Ассоциации готовятся к участию
в XXVII Всемирном Конгрессе IVR, который состоится в 2015 году
в Вашингтоне (США). В частной переписке Президент IVR Уль-
14
Встреча на 26-м Всемирном Конгрессе IVR (Бразилия, 2013 г.).
Аргентинский профессор Эугенио Булыгин и доктор юридических наук О. Е. Старовойтова
фрид Нойман сообщил, что на очередном заседании Исполкома IVR
он намерен внести на рассмотрение вопрос о возможности включения в состав Исполкома IVR представителя Российской Ассоциации философии права (Санкт-Петербург).
15
ХРОНОЛОГИЯ
ВСЕМИРНЫХ КОНГРЕССОВ IVR
1910 г. – Берлин (Германия, I Всемирный Конгресс IVR).
1911 г. – Дармштадт (Германия).
1914 г. – Франкфурт (Германия).
1926 г. – Берлин (Германия).
1957 г. – Саарбюркен (Германия, I послевоенный Всемирный
Конгресс IVR).
1959 г. – Вена (Австрия).
1963 г. – Стамбул (Турция).
1967 г. – Гардоне Ривьера (Италия).
1971 г. – Брюссель (Бельгия).
1973 г. – Мадрид (Испания).
1975 г. – Сан-Луис (США, I Всемирный Конгресс IVR вне Европы).
1977 г. – Сидней (Австралия).
1979 г. – Базель (Швейцария).
1981 г. – Мехико Сити (Мексика).
1983 г. – Хельсинки (Финляндия).
1985 г. – Афины (Греция).
1987 г. – Кобе (Япония).
1989 г. – Эдинбург (Великобритания).
1991 г. – Гёттинген (Германия).
1993 г. – Рейкьявик (Исландия).
1995 г. – Болонья (Италия).
1997 г. – Буэнос-Айрес (Аргентина).
1999 г. – Нью-Йорк (США).
2001 г. – Амстердам (Нидерланды).
2003 г. – Лунд (Швеция).
2005 г. – Гранада (Испания).
2007 г. – Краков (Польша).
2009 г. – Пекин (Китай).
2011 г. – Франкфурт (Германия).
2013 г. – Белу-Оризонти (Бразилия).
Президенты IVR
(1983–2013 гг.)
1. Аулис Аарнио (Aulis Aarnio, 1983–1987).
2. Алис Эр-Сун Тей (Alis Ehr-Soon Tay 1987–1991).
3. Ральф Драйер (Ralf Dreier, 1991–1995).
4. Энрико Поттаро (Enrico Pattaro, 1995–1999).
16
5. Эугенио Булыгин (Eugenio Bulygin, 1999–2003).
6. Александр Печеник (Alexander Peczenik, 2003–2005).
7. Марек Садовски (Marek Zirk-Sadowski, 2006–2007).
8. Нейл Маккормик (Neil MacCormick, 2007–2009).
9. Ясумото Моригива (Yasutomo Morigiwa, 2009–2011).
10. Ульфрид Нойман (Ulfrid Neumann, 2011–2013).
Исполнительный комитет IVR
(2007–2011 гг.)
Действующий Президент: Ясумото Моригива (Япония).
Генеральный секретарь: Клаудио Мишелон (Великобритания).
Казначей: Зенон Банковски (Великобритания).
Почетные президенты IVR
1. Аулис Аарнио (Финляндия).
2. Юниши Аоми (Япония).
3. Норберто Боббио (Италия).
4. Артур Кауфман ( Германия).
5. Герман Кленнер (Германия).
6. Энрико Поттаро (Италия).
7. Мигуель Реале (Бразилия).
8. Карл Веллман (США).
9. Артур Ф. Утц (Швейцария).
Национальные секции IVR
Все национальные секции делятся по зонам.
1. Африканская зона: Северная Африка.
2. Азиатская зона: Китай, Индия, Израиль, Япония, Корея, Ливан.
3. Европейская зона: Австрия, Бельгия, Болгария, Чешская Республика, Дания, Финляндия, Франция I, Франция II, Германия,
Греция, Венгрия, Исландия, Италия, Литва, Нидерланды, Норвегия, Польша, Румыния, Россия (Санкт-Петербург), Россия (Москва), Словакия, Словения, Испания, Швеция, Швейцария, Турция, Украина, Великобритания.
4. Северо-Американская зона: Канада, США.
5. Океанская зона: Австралия, Новая Зеландия.
6. Южно- и Латино-Американская зона: Аргентина, Бразилия,
Чили, Колумбия, Гондурас, Мексика, Венесуэла.
17
Решение Исполнительного Комитета Всемирной Ассоциации
философии права и социальной философии (IVR)
от 25.05.2005 г. о признании Ассоциации философии права
(Санкт-Петербург) в качестве новой секции в составе IVR
18
Члены исполкома
Российской Ассоциации философии права
Президент Российской Ассоциации философии права
(Санкт-Петербург) проф. Э. В. Кузнецов
проф. В. М. Боер
проф. Ф. Ю. Сафин
проф. Н. Г. Янгол
проф. О. Э. Старовойтова
А. В. Кузнецова
(пресс-секретарь)
проф. Х. Х. Лойт
проф. В. В. Цмай
М. В.Семенова
(молодежный сектор)
19
ФИЛОСОФСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПРАВА
В МАТЕРИАЛАХ ВСЕМИРНЫХ КОНГРЕССОВ IVR
Под эгидой Всемирной Ассоциации философии права и социальной философии (IVR) 24–29 мая 2005 года в Гранаде (Испания)
состоялся XXII Всемирный Конгресс на тему «Право и справедливость в глобальном обществе». Россию на этом конгрессе представляли члены Санкт-Петербургской Ассоциации философии права:
заслуженный деятель науки РФ Э. В. Кузнецов (Президент Ассоциации), заслуженный юрист РФ В. М. Боер, заслуженный работник
Высшей школы РФ Х. Х. Лойт, заслуженный юрист РФ Н. Г. Янгол, заслуженный юрист РФ Ф. Ю. Сафин, А. А. Боер, О. Э. Старовойтова.
На церемонии открытия, которая состоялась 25 мая во дворце
Конгрессов Гранады, с приветственным словом к участникам конгресса обратились профессор Николас Лопес Калера, президент Организационного Комитета Конгресса, директор департамента (кафедры) философии права юридического факультета университета
Гранады; профессор Александр Печеник, Президент IVR, пуфендорфский профессор университета Лунда (Швеция); профессор Давид Агуилар, ректор университета Гранады; Гаспар Зарриас Аревало, министр образования и науки правительства Андалузии; Хосе
Торрес Хуртадо, мэр Гранады.
Конгресс начался с обсуждения проблем возможности, сущности и перспектив космополитического правопорядка.
Центральным в его научной программе был доклад выдающегося философа современности Юргена Хабермаса «Кантовский проект конституционализации международного права: сохраняет ли
он шанс?». Докладчик отметил, что своей концепцией «космополитического правопорядка» Кант вышел за пределы международного права, которое осталось ориентированным исключительно
на государство. Но только после двух мировых войн конституционализация международного права эволюционировала в направлении космополитического права в соответствии с предначертанием
Канта. Однако с крушением двухполюсного мирового порядка и
утверждением США как мирового гегемона появился альтернативный взгляд на мировое устройство.
Вопрос ставится следующим образом: остается ли право подходящим средством для реализации декларированных целей достижения мира и международной безопасности, содействия демократии и правам человека во всем мире или будет утвержден приори20
тет уже не юридически, но нравственно оправданных национальных интересов США?
Хабермас выразил уверенность, что кантовский проект будет продолжаться. Тема универсализации правопорядка была продолжена
в докладе Дэвида Хелда, профессора Лондонской школы экономики
(Великобритания) «Принципы космополитического порядка». Космополитизм, с точки зрения Хелда, выражает этическую, культурную и правовую основу политического порядка в мире, в котором
действуют политические сообщества. В ситуации тесной взаимозависимости разных государств частная позиция оказывается ограниченной, а осмысление и разрешение проблем должно фокусироваться на том, что является общим для всех людей как граждан мира.
Хелд выделил восемь принципов, которые являются формальным выражением космополитических ценностей и утверждают
равное значение каждой личности в «моральном царстве всего человечества»:
1) равная ценность и достоинство;
2) активное действие;
3) персональная ответственность и подотчетность;
4) согласие;
5) коллективное принятие решений по публичным вопросам посредством процедур голосования;
6) включенность и субсидиарность;
7) избежание серьезного вреда;
8) возможность поддержки.
Указанные восемь принципов и составляют основу космополитического права, которое дополняет право национальное и международное. И если Кант ограничивал космополитическое право условиями всеобщего гостеприимства, то Хелд понимает его более
широко – как способ представления равного морального положения всех людей, их притязания на равную свободу и формы правления, основанные на обсуждении и согласии. Космополитизм, заключает он, конституирует политическую основу и политическую
философию жизни в глобальную эпоху.
Профессор университета Мадрида (Испания) Франциско Лапорта в докладе «Глобализация и верховенство права: предварительный набросок для дискуссии с некоторыми сомнениями и затруднениями старого вестфальца» обратил внимание на возможность
реализации идеала верховенства права в условиях глобализации.
Глобализация рассматривается им как очень сложный и длительный процесс человеческого взаимодействия, преодолевающий
21
установленные государственные границы, который определяет существование политических, экономических, культурных и социальных отношений, возвышающихся над локальными, региональными и национальными ограничениями, для создания условий новой транснациональной цивилизации.
В понятии верховенства права он выделяет три уровня. Первый
уровень сводится к простому существованию эффективных норм,
защищенных органом принудительного применения. Второй уровень требует, чтобы не только частные лица, но и публичная власть
были субъектами права. Третий уровень включает в себя два предыдущих и в дополнение требует установления правопорядка на
основе общих правил, обеспечивающих формальное равенство всех
субъектов, которые стабильны, понятны и не имеют обратной силы.
Лапорта констатировал отставание глобализации права от глобализации рыночной экономики и, в свою очередь, несоответствие
становящегося глобальным права всем требованиям идеала верховенства права.
Деятельность транснациональных корпораций, капитал которых пересекает границы, остается под юрисдикцией внутреннего
права. Происходят процессы, которые могут быть названы «рынком права». Предпочтение отдается таким системам права, которые
являются наиболее благоприятными для деятельности транснациональных корпораций, т. е. для них характерны дешевая рабочая
сила, низкие налоги, но при этом и недемократические режимы,
далекие от идеала верховенства права.
Он подчеркивает, что государствам, которые не имеют эффективного и хорошо оформленного правопорядка, глобализационные
процессы не только не принесут экономической выгоды, но могут
причинить экономический ущерб из-за утраты прибыли. В силу недостаточной развитости правовых механизмов экономика многих
посткоммунистических стран так и не достигла того процветания,
которое ожидалось от свободного рынка.
На Конгрессе широко рассматривались проблемы справедливости и прав человека в глобализирующемся обществе.
Вил Кимлика, профессор Королевского университета Онтарио
(Канада), в докладе «Моральные основы и геополитические функции международных норм о правах меньшинств: европейский
опыт» обратил внимание на процесс развития международных
норм по защите прав меньшинств. Он остановился на опыте интернационализации их прав, имевшем место в Европе в связи с ситуацией в посткоммунистических странах, когда права меньшинств
22
переместились в центр политической жизни и стали основным компонентом процесса «воссоединения с Европой».
Докладчиком были проанализированы проблемы, с которыми
столкнулись некоторые институты, решая данный вопрос. Так, соответствующие права либо имели слабое влияние (как право пользоваться культурой), либо оказались спорными (как право на самоопределение или как право на эффективное участие в общественной
жизни), либо вообще показали неопределенность, чтобы практически быть примененными к разрешению конфликтов в посткоммунистической Европе.
И все же установление международного контроля над государствами, признавшими международные нормы прав меньшинств
сыграло важную роль в решении вопросов относительно их прав
путем мирного и демократического обсуждения, в основе которого
лежат справедливость и принцип защиты прав человека.
Главная проблема, по мнению Кимлики, заключается в том, что
международное сообщество оценивает международные нормы как
потолок, они же должны рассматриваться как минимальный уровень, отталкиваясь от которого о правах меньшинств следует договариваться внутри государств.
Профессор Новой школы социальных исследований (США) Нэнси Фрейзер в докладе «Изменение структуры справедливости в глобализирующемся мире» обратила внимание на то, что глобализация изменяет сам способ обсуждения справедливости. При традиционной кейнсианско-вестфальской системе, которая рассматривала в качестве сферы применения справедливости лишь государство в его границах, а субъектом – соответствующих граждан, все
явления, связанные с международной деятельностью, оставались
как бы вне действия справедливости. Это обусловило сосредоточение внимания на вопросах справедливости, т. е. о том, что считается справедливым в отношениях между гражданами: формальное
равенство перед законом, равенство возможностей, открытый доступ к ресурсам, политическое участие и т. п.
Однако теория справедливости, адекватная решению проблем
в условиях глобализирующегося общества, наряду с экономическим измерением перераспределения и культурным измерением
признания должна включать в себя еще и политическое измерение
представительства. Это означает парадигмальный сдвиг в осмыслении справедливости, ставящий на место кейнсианско-вестфальской социальной справедливости поствестфальскую демократическую справедливость.
23
Профессор Франкфуртского университета (Германия) Гюнтер
Тойбнер в докладе «Глобализированное общество, фрагментированная справедливость: нарушение прав человека “частными” транснациональными субъектами» показал, что процесс глобализации
вынуждает нас по-новому взглянуть на проблему справедливости
в современном обществе. Он предпринял попытку исследовать этот
вопрос сквозь призму проблематики основных прав человека.
В свете неоднократных нарушений прав человека со стороны
транснациональных компаний целесообразно будет изменить формулировку этой проблемы, а именно от личных конфликтов между
индивидуальными субъектами таких прав перейти к конфликтам
между средами (матрицами) коммуникации, с одной стороны, и
конкретными индивидами – с другой. Ведь отчуждение человека
в обществе привело к тому, что личность оказалась в окружении автономных коммуникативных систем, которые используют ее в собственной деятельности и которыми она не способна руководить.
Именно вследствие этого особое значение приобретают права человека, которые выступают средством самосохранения личности от
деструктивного влияния анонимных матриц коммуникации. Это
означает, что место фундаментальной справедливости в современном обществе занимает партикулярная справедливость.
В докладе профессора университета Чикаго (США) Айрис Юнг
«Ответственность и глобальная справедливость: модель социальных отношений» затрагивались весьма активно обсуждаемый в современном мире вопрос о глобальной справедливости и несправедливости и в связи с ним идея создания теории обязанностей нравственных личностей относительно социальных структур.
Юнг выделяет две модели ответственности: обязательства и общественные отношения. Согласно первой модели ответственность
предписывается определенным лицам, чьи действия причинно
связаны с обстоятельствами, на основании которых уже должна
наступать ответственность. Но модель обязательств недостаточна
для наложения ответственности, и поэтому высказывается соображение о необходимости создания новой концепции ответственности, основанной на модели общественных отношений. Согласно
модели ответственности общественных отношений все личности,
способствуя своими действиями процессам, порождающим несправедливость, несут ответственность за исправление этой несправедливости своей же деятельностью.
В работе Конгресса большое внимание уделялось природе права
и правовой философии в контексте глобализации.
24
Профессором Университетского колледжа Лондона (Великобритания) Вильямом Твинингом в докладе «Общая юриспруденция» обосновывалась необходимость дальнейшего развития общей
юриспруденции в качестве институционализированной правовой
дисциплины, поскольку она становится более космополитичной
в контексте глобализации, а также были рассмотрены следствия из
данной позиции.
В них была дана новая формулировка назначения и природы
юридического образования, роли юриспруденции как его теоретической основы в содействии процветанию этой дисциплины. Были
прояснены некоторые вопросы относительно концепции общей
юриспруденции, такие как последствия глобализации и значение
общей юриспруденции в этом контексте, соотношение между юриспруденцией, философией права и социологией, значение идеи
«негосударственного права». На конкретных примерах были проиллюстрированы некоторые следствия возможных программ и
проблем, предлагаемых этой моделью, в пределах областей, обозначаемых как аналитическая, нормативная, эмпирическая и критическая юриспруденция. Дан критический анализ предположений
и предпосылок, обосновывающих основное направление исследований в таких областях, как сравнительное право, публичное международное право, религиозное право и социоправовые исследования.
Профессор Итару Шимазу (Япония) выступил с докладом «Индивидуальные и коллективные решения: концепция права и социальных изменений». Главный вопрос, поднимаемый Шимазу,
каким образом концепция права способствует социальным изменениям (положительно или отрицательно, преднамеренно или непреднамеренно). Он обращает внимание на два основных способа
социальных изменений (индивидуальные и коллективные решения), а также на соответствующие им разные концепции права.
Индивидуалистское право признает социальные изменения как
легитимные, потому что индивиды приняли решение сами и социальные изменения наступили без нарушения чьих-либо прав.
Коллективистское право рассматривает социальные изменения
как легитимные, потому что изменения были результатом легализированного процесса коллективного решения. Первое может быть
названо номосом, или правом спонтанного порядка, второе – тейсисом, правом организации.
В свободном обществе, которое неразрывно связано с номосом,
социальные изменения порождаются множеством индивидуальных решений. При этом положительный результат был бы невоз25
можен без права: оно непосредственно обеспечивает изменения
путем защиты индивидуальных выборов. Социальные изменения,
осуществленные таким образом, обычно являются более глубокими и стабильными, чем те, которые совершаются посредством коллективных решений или политики.
В рамках специального пленарного заседания состоялись дебаты профессора университета Киля (Германия) Роберта Алекси, который отстаивал одну из версий естественного права, и профессора
университета Южной Каролины (США) Андрея Мармора, который
находился на позициях юридического позитивизма. Если общность
их позиций заключалась в признании универсальности философии
права как размышления о природе права, то различия в трактовке
самой природы права выражались тремя моментами: ограниченность понятия права определенной культурой, сильная версия социального тезиса, утверждающая полную детерминированность
права с социальными источниками, исключение требования правильности из характеристики природы права – для позитивизма и
универсальность понятия права, слабая версия социального тезиса,
утверждающая зависимость существования и содержания права не
только от социальных факторов, но и моральных идей, включение
требований правильности в характеристику природы права как выражение внутренней связи властного и идеального измерения права – для неопозитивизма.
Особое внимание было уделено обсуждению проблем, находящихся на рубеже правовой и политической философии.
В докладе итальянского профессора Луиджи Ферраджолли «Кризис демократии в эпоху глобализации» было обращено внимание на
существование в современном мире двойного кризиса, вызванного
процессами глобализации: кризиса на уровне каждого отдельно взятого государства и кризиса на внешнем (глобальном) уровне.
Кризис охватил традиционные институты демократии и охраняемые ими права человека. На внутреннем уровне наблюдается
недейственность представительской демократии, механизмов разделения власти, законности в целом. Причиной этого являются
персонификация, вертикализация и концентрация власти, усиление исполнительной ветви власти с ослаблением роли парламента, антирепрезентативный регресс демократии, разрушение
государственной системы институтов обеспечения прав человека.
Государство превратилось в систему, зависящую от политического
большинства и рыночной экономики, а права человека – в ходовой
товар, предмет договорных отношений.
26
На внешнем уровне наблюдается концентрация рычагов влияния на политику каждого отдельного государства в нескольких богатых странах мира.
В эпоху кризиса суверенитета будущее каждого государства зависит от внешней политики, т. е. от внегосударственных политических институтов и власти глобальной экономики (транснациональных корпораций). Причины международного кризиса демократии
заключаются в отсутствии правил и ограничений, которые гарантируют права человеку новой трансатлантической властью.
Пути выхода из ситуации кризиса демократии Ферраджолли усматривает в таких мерах, как обеспечение гарантий прав человека
и действенных учреждений их защиты на внутреннем и международном уровнях, создание мировой конституции, запрет производства и обладания оружием для всех государств, осознание того факта, что права человека являются фактором и двигателем не только
гражданского, но и экономического развития. В целом это означало бы дальнейшее развитие международной публичной сферы на
началах права.
Профессор университета Коимбри (Португалия) Боавентура де
Соуса Сантос в докладе «Контргегемонистское использование права в борьбе за глобализацию снизу» определил современный период как переходный, характеризующийся кризисом социального
регулирования и социальной эмансипации, который проявляется
в упадке современного общественного договора (в силу нарушения
общего режима ценностей) и усилении социального фашизма. Под
последним подразумевается упрощение демократии, позволяющее
пожертвовать ею ради капитализма: социальный апартеид, навязывание решений более слабому партнеру на межгосударственном
уровне, снижение интереса к демократии в силу ненадежности социального положения, зависимость от решений международных
финансовых организаций. Неолиберальный, т. е. консервативный,
путь не способен, по мнению докладчика, противостоять социальному фашизму и расширению нецивилизованного общества, в котором отсутствуют всякие права.
Вместо традиционных проектов либерализма и демосоциализма, превративших право в инструмент социальных изменений, был
предложен третий путь – демолиберализм. Это означает выработку
другого права и другой политики, такой как контргегемонистская
глобализация. Его задача сделать мир менее удобным для глобального капитализма, обеспечивая большее равенство и демократическую законность снизу.
27
Профессор университета Барселоны (Испания) Хуан-Рамон Капелла в докладе «Глобализация: политическая и правовая дилемма»
показал, что глобализация является результатом глубоких изменений в политических институтах, а вследствие этого соединения новой
индустриальной революции с неоконсервативной контрреволюцией.
Неоконсервативная контрреволюция представляла собой единство неолиберальной экономической и социальной политики, что
выразилось в приватизации огромного количества средств и услуг,
освобождении основного капитала от многих налогов, утрату работниками многих из их социальных завоеваний.
В соответствии с международным разделением труда им было
выделено четыре группы стран:
а) «хорошо развитые», или «ведущие», в которых локализован
основной комплекс военно-индустриальных интересов;
б) «экономическая периферия» (Китай, Индия, Бразилия) , которая характеризуется низким налоговым прессом и государственным давлением на капитал;
в) «заброшенные страны» Африки и Латинской Америки с низким уровнем инвестиций;
г) страны, находящиеся между странами указанных категорий,
такие как большие арабские государства, обладающие историческим
и культурным наследием, но не слишком привлекательные для инвестиций, вследствие чего их участие в глобализации ограничено.
Глобализация внесла качественно новое содержание в понятие
государственного суверенитета. С одной стороны, он ограничивается теми международными организациями (ООН, ЕЭС, ВТО),
участником которых является соответствующее государство, с другой – наличие такой страны-гегемона, как США, также ставит под
сомнение реальную возможность отдельных государств самостоятельно решать свою судьбу. В итоге, констатирует Капелла, важнейшей глобализационной новацией в институциональной сфере
является конституирование нового суверенитета, сверхгосударственного, децентрированного и полицентричного, который ограничивает суверенитет государства и его публичных институтов.
В сложившейся ситуации требуется создание принципиально нового политического механизма легитимации процессов глобализации. При этом определяющей чертой их эффективности является
способность быть воспринятыми широкими массами людей, относящихся, прежде всего, к странам первого типа.
Профессор Эдинбургского университета (Великобритания) Нейл
Маккормик в докладе «Европейский конституционный процесс: те28
оретический взгляд» поделился опытом непосредственного участника согласительного процесса по разработке и принятию Конституции ЕС. В частности, он отметил, что задача Конституции – сплотить государства-члены, установить лучшую систему сдерживания
и противовесов между главными институтами, выйти на новый
уровень в сфере прав и свобод человека, но самое главное – «приблизить» граждан к ЕС, пробудить у них уважение к тому, что не
является для них национально или этнически родным.
Несмотря на все сложности процесса, устанавливающего Конституцию, докладчик выразил уверенность в его легитимности тем
более, что последнее слово остается за гражданами ЕС – непосредственно через референдумы и парламенты государств-членов. Затронуты были также вопросы о конституционной непрерывности и
возможном проявлении европейского конституционного патриотизма. И все же основным, по мнению Маккормика, остается вопрос,
сможет ли Конституция Европы в ее нынешней форме развить государство уникального вида – демократическую конфедерацию, до настоящего времени не имеющую прецедентов во всемирной истории.
В заключении Конгресс рассматривал самые разнообразные
проблемы.
Профессор колледжа Вассар (США) Ума Нараян в докладе «Колониализм, гендер, неформальный рабочий сектор и проблемы социальной справедливости» отметила, что проблема женщины и ее
прав, в особенности права на работу, является острой, исторически
обусловленной. Главной идеей доклада, объединившего вопросы последствий колониализма, так называемого неофициального
частного сектора работы и социальной справедливости, явилось
то, что современные женщины, особенно женщины стран третьего
мира (бывших колоний), вовлечены в глобальную систему неравного развития.
У. Нараян отмечала, что часто единственным приемлемым вариантом трудоустройства этих женщин является трудоустройство
в неофициальном частном секторе работы, поощренное через микрокредит. Однако система микрокредитования и неофициальный
частный сектор в целом оказываются неэффективными, из чего
делается вывод: чтобы достичь социальной справедливости по данному вопросу, необходимо, чтобы юристы, философы-феминисты
обратили в первую очередь внимание на проблемы как повышения
эффективности работы в неофициальном частном секторе путем
повышения образования женщин, работающих в нем, так и обеспечения их трудоустройства в государственном секторе.
29
Профессор Августин Сквелла из университета Вальпараисо
(Чили) сформулировал тему своего доклада следующим образом:
«Существуют ли еще вопросы для философии права в глобализованном мире?».
Современный глобальный капитализм напоминает океанский
лайнер, на котором небольшая часть пассажиров прохлаждается
в каютах первого класса, другие теснятся на палубе, а иные вообще плавают вокруг. С такой картины начинает доклад чилийский
правовед. По его мнению, философия вообще и философия права
в частности должны помочь нам хранить представление о взаимосвязи вещей, теряющееся во фрагментарности современного мира.
Поскольку характерной чертой философии является отсутствие
предзаданного направления для поиска ответов, она есть идеальная
дисциплина для осмысления глобальных процессов. Различая такие явления, как мондализация (от франц. monde – мир), интернационализация и собственно глобализация, которые характеризуют
как расширение границ, нарушение их и процесс сокрытия границ,
докладчик усматривает роль философии права в условиях глобализации в недопущении войны «всех против всех» путем определения
критериев справедливости для международных отношений.
Специальное пленарное заседание было посвящено памяти известного итальянского философа права профессора Норберто Боббио. С докладами выступили профессора Селсо Лафер, Ричард Белами, Луиджи Ферраджолли, Микеланджело Боверо, Альфонсо
Руиз Мигуэль.
Научная программа Конгресса завершилась докладом победителя конкурса IVR среди молодых исследователей профессора Хирохиде Такикавы из университета Осаки (Япония) «Возможно ли
оправдать государство всеобщего благоденствия в эпоху глобализации? К сложным границам».
Оправдание государства всеобщего благоденствия заключается в достижении равновесия между универсальностью и партикулярностью, моральным принципом равного отношения к каждому
человеку и моральной интуицией существования особых обязанностей по отношению к соотечественникам.
Для оправдания государства всеобщего благоденствия применяются два подхода. Первый состоит в использовании теории отношений, оправдывающей особенные обязанности перед соотечественниками, второй – в формировании модели переданной ответственности. В этой модели особые обязанности рассматриваются как
переданные общие обязанности защищать других.
30
Обсуждая теорию отношений и модель переданной ответственности применительно к оправданию государства всеобщего благоденствия в глобальную эру, докладчик предложил новую концепцию мирового порядка – концепцию сложных границ.
В отличие от границ между национальными государствами, которые являются простыми, персональные национальные границы
являются сложными, размытыми, т. е. по отношению к разным государствам индивид может иметь разные обязанности. Для решения глобальных проблем, таких как охрана окружающей среды,
гражданское воспитание, борьба против терроризма, люди вступают в ассоциации, границы между которыми сложны и многообразны и зависят от характера проблем. Глобальные проблемы, подчеркивает Такикава, побуждают нас жить в эпоху сложных границ.
Специальные семинары Конгресса, для участия в которых приглашались известные специалисты по соответствующим проблемам, были посвящены таким темам, как экономика, этика и право,
юридические дубликаты философских течений, что может сделать
философия для юридической интерпретации, легиспруденция,
глобализация и легитимация власти неправительственных организаций, конституционализм и глобализация; вопросы трансформации юридического аргумента, справедливость во внутренних и
международных институтах, делиберативная демократия и ее недостатки, взгляд со стороны государства и Европейского Союза,
теория и рациональная реконструкция юридической аргументации; массовые преступления и глобальная справедливость, либертаризм, проблемы репараций в международном контексте, на пути
к европейском уголовному праву; Норберто Боббио – о теории права, праве и правах гендера, справедливость и право; Юрген Хабермас, Джон Роулс и Иммануил Кант – о правах человека и глобальной справедливости, этика справедливой и несправедливой войны,
права человека и их обоснование, глобализация и демократия.
На заседаниях рабочих групп по основной тематике Конгресса
рассматривались такие актуальные проблемы современности, как
права человека и глобализация; международный правовой порядок
и глобализация; теория права и глобализация; новые технологии,
право и глобализация; биоэтика, право и глобализация; сравнительное право и глобализация; миграционное движение, право и
глобализация; мультикультурализм, национализм, право и глобализация; гендерная политика и глобализация, верховенство права,
демократия и глобализация; терроризм, право и глобализация; изучение права, юридическая специальность и глобализация.
31
На заседаниях рабочих групп по общей тематике обсуждались
следующие проблемы: будущее юридического позитивизма, экономический анализ права, основы естественного права, исследования
искусственного интеллекта и право, право и логика, теории юридической интерпретации, право и аргументация, проблемы легитимации судебной власти, модели познания права; государство и
гражданское общество, фундаментальные проблемы политической
философии, власть, право и справедливость.
На заключительной церемонии выступили профессор Николас
Лопес Калера, профессор Александр Печеник и профессор Иржи
Стельмах, директор кафедры теории и философии права факультета права и управления Ягелонского университета (Краков).
32
ФИЛОСОФИЯ ПРАВА В РОССИИ
На развитие философии права в России XIX – начала XX веков
наряду с бесспорным воздействием зарубежных мыслителей оказали
влияние и взгляды представителей отечественной юриспруденции.
Русское правоведение имеет свою особую историю. По словам
Н. М. Коркунова, «русскому юристу стыдно не знать своих предшественников. Много или мало они сделали, мы должны это знать.
Да к тому же мы можем пожаловаться разве только на малое число
людей, посвятивших себя научному изучению права, но никак не
на их качество». Что же предшествовало сравнительно развитому
состоянию философии права в России?
Обычно считают, что начальный период развития науки о праве в России, а более точно, ее теоретической части относится
к XVIII веку. До времени Петра I, как отмечал А. Благовещенский,
познание отечественных законов состояло только в случайном знакомстве с существующими законами, в наружном искусстве прилагать их к встречающимся случаям и в наблюдении судебных форм
и обрядов делопроизводства.
Было бы более правильно сказать, что в зародышевой форме основания естественно-правовых взглядов в России были заложены еще
в период возникновения и развития раннего феодализма. Отдельные
их положения, изложенные в летописях, эпосе, устном народном
творчестве, памятниках права и литературы были затем восприняты и развиты более поздними представителями правовой науки.
Древняя Русь обладала самобытной и яркой культурой, поэтому развитие и расцвет русского государства не могли не сказаться
на праве и правовых взглядах, среди которых можно обнаружить
и естественно-правовые. Из письменных памятников того времени
особо выделяются: «Слово о законе и благодати» Илариона (XI в.),
«Повесть временных лет» Нестора (XI–XII вв.), «Поучение» Владимира Мономаха (XII в.), «Русская правда», «Слово о полку
Игореве» (XII в.), «Моление Даниила Заточника» (XII–XIII вв.) и
др. Истории известны такие имена, как Андрей Курбский (1528–
1583), Иосиф Волоцкий (1439–1515). Иван Пересветов (XVI в.),
Иван VI Грозный (1530–1584), Федор Карпов (XVI в.), Матвей Башкин, Феодосий Косой (XVI в.) и др.
В одном их первых политических трактатов Древней Руси «Слове о законе и благодати» Илариона центральная идея – «благодать»
(свобода), по существу, противопоставляется «закону», который
рассматривается как формальное предписание, навязанное извне.
33
В XVI веке, стремясь найти приемлемое «разрешение» противоречий
между феодалами и крестьянами, Федор Карпов предлагает создать
«праведные законы», которые регулировали бы различные людские
интересы. Идея сильной княжеской власти, способной водворить порядок в стране, проводится в «Молении Даниила Заточника»: «Вода
мати рыбам, а ты, княже, нам, людем своим…». Наконец, неповиновение власти, равенство всех людей проповедовал Феодосий Косой,
утверждая, что все люди в равной мере произошли от бога.
Следует отметить, что общественной мысли Древней Руси были
хорошо известны труды античных поэтов и философов. Вместе
с христианством (988 г.) Русь восприняла и идеи античности. Так,
в сочинениях Иоанна Дамаскина имеются многочисленные выдержки из Пифагора, Диогена, Сократа, Платона, Демокрита, Эпикура, Плутарха, Софокла. Особый интерес в философском отношении вызывает «Диалектика» Иоанна Дамаскина, написанная под
непосредственным влиянием Аристотеля.
Конец XV и начало XVI веков – время бурного развития философского знания средневековой Руси, что связано в первую очередь с широким еретическим движением, охватившим всю страну
и длившимся около тридцати лет. Вопрос о философской культуре
Руси этого периода должен основываться на изучении «Диалектики» Иоанна Дамаскина.
Источники упоминают митрополита Климента Смолятича,
«книжника и философа», равного которому трудно было найти кого-либо на Руси. В свое время он подвергался упрекам в том, что,
пренебрегая священным писанием, обращался к Гомеру, Аристотелю и Платону. Нужно отметить, что византийско-православное
богословие значительно ослабило влияние античной культуры
и философии на русскую мысль. В дальнейшем же под влиянием
монголо-татарского ига не только была подорвана экономика страны, но и иссушена душа русского народа.
Лишь с падением монголо-татарского ига (1480 г.) и преодолением феодальной раздробленности происходят социально-экономические сдвиги в русском обществе. В 1497 году был подготовлен
единый для всего русского государства Судебник.
Позднее появились и другие правовые кодексы – Судебник
1550 года, Стоглав 1551 года, Судебник 1589 года, Уложение
1649 года, отразившие создание общерусской правовой системы.
С историко-юридической точки зрения Уложение представляет собой крупный шаг вперед в развитии феодального права не только
в России, но и Европы того времени.
34
Со слов П. Дегая, Уложение 1649 года свидетельствует о значительной степени образованности русских юристов, если не в отношении формы (системы), то по крайней мере в обдуманности, точности юридических предметов и ясности их изложения1.
Настоящая оценка русской юриспруденции XV–XVII веков может быть дана лишь при условии рассмотрения ее в контексте общего состояния русской общественной жизни и в тесной связи с основными тенденциями развития русского права в указанный период.
Если сравнить русскую юриспруденцию XV–XVII веков с юриспруденцией западноевропейских стран того же времени или рассматривать этот вопрос с позиций сегодняшнего дня, то, действительно,
можно прийти к выводу о ее незрелости. Но оценка русской юриспруденции будет иной, если подходить к ней с точки зрения того,
какие основные задачи перед ней стояли в данный период и как она
эти задачи решала. Поскольку главным содержанием политики
московских государей начиная со второй половины XV века были
объединение русских земель, создание и укрепление основ единого
русского государства, на передний план выдвигалась задача создания единого для всей Руси права. Для этого нужна были систематизация законодательства, но систематизация особого рода. Речь шла
не об организации правового материала по отраслям, а о сведении
норм, содержащихся в различных правовых источниках, в единый
общерусский судебник. Соответственно такой задаче русская юриспруденция должна была развиваться главным образом как совокупность практических навыков. Эти вопросы имеют большое значение для правильного понимания становления отечественной науки о праве. К сожалению, до сих пор они не получили достаточного
освещения в историко-теоретических работах о русском праве.
Исходные положения доктрины естественного права были восприняты и определенным образом применены к условиям оформления абсолютной монархии Ф. Прокоповичем (1681–1736),
В. Н. Татищевым (1686–1750), И. Т. Посошковым (1652–1726),
М. В. Ломоносовым (1711–1765).
Будучи сторонником абсолютизма, Феофан Прокопович стремился сочетать положения священного писания с доводами школы
естественного права. Его сочинение «Правда воли монаршей» явилось идейным обоснованием «просвещенного абсолютизма» в России. Обоснованная прежде всего рационалистическими доводами
1 См.: Дегай П. Пособия и правила изучения Российских законов. М., 1831.
С. 119.
35
теория абсолютизма, изложенная Феофаном Прокоповичем, означала известный шаг вперед по сравнению с теологическими теориями власти государей, существовавшими в XVI–XVII веках.
Стремление доказать «естественность» подчинения власти монарха проявлялось в работах Татищева. Человек, по его мнению,
не может правильно пользоваться своей свободой, поэтому на него
должна быть надета «узда неволи для его же пользы»1. Порядок
в государстве должен определяться законом, который, как он отмечает, бывает естественным и положительным, т. е. устанавливаемым государством, знание законов, по его мнению, должно быть
обязательным для всех подданных государства. При этом он предлагал, чтобы закон был понятен всем, не содержал в себе противоречий и выполнялся беспрекословно.
О том, что государству следует руководствоваться естественным
законом, писал Ломоносов. В отличие от Прокоповича, который
полагал, что монарх стоит вне закона, Ломоносов считал, что закон непоколебим и все должны строго его исполнять, в том числе
и монарх.
Интенсивное развитие естественно-правовых идей в России начинается с XVIII века. Перед русскими юристами в этот период
стояли сложные задачи. На изучение права в России XVIII веке
существенное влияние оказали идеи естественного права, получившие широкое распространение на Западе в период буржуазных революций XVII–XVIII столетий. Это обстоятельство имело в целом
прогрессивное значение, но само представление о естественном
праве как выражении вечных и неизменных требований, с которыми должно считаться позитивное право, имело различные направления – от сочетания естественно-правовых идей с богословскими
доводами и обоснования абсолютизма (Ф. Прокопович) до революционного толкования этих идей и выступлений против монархии
(А. Н. Радищев). Русской юридической мысли в этот период необходимо было подняться до уровня прогрессивного развития идей
западноевропейских мыслителей. Достаточно вспомнить, что XVII
и XVIII века дали миру таких выдающихся ученых, как Гуго Гроций, Гоббс, Локк, Спиноза, Лейбниц, Монтескье, Руссо, Кант и др.
В данном случае, однако, речь идет не о «подражании» и не о
«повторении» идей западноевропейских представителей науки
русскими мыслителями, а о развитии отечественной науки, при1 См.: Татищев В. Н. Разговор двух приятелей о пользе наук и училищ. М.,
1877. С. 140.
36
чем развитии интенсивном, науки, которая впитала в себя все лучшее, прогрессивное, но не остановилась на этом, а внесла свою значительную лепту в общий ход мирового прогресса.
«Наше отношение к западной науке, – писал Н. М. Коркунов, –
можно сравнить с отношением глоссаторов к римской юриспруденции. И нам приходилось начинать с усвоения плодов чужой работы, и нам прежде всего надо было подняться до уровня иноземной
науки. Но только наше положение было менее благоприятно, наша
задача несравненно тяжелее, нежели задача, выпавшая на долю
глоссаторов. Перед теми была наука, уже законченная, завершившая свое развитие, остановившаяся в своем движении. Им некуда
было торопиться, некого было догонять. Совсем иным представлялось наше положение. Мы не могли, как они, спокойно работать
над усвоением плодов опередившей нас науки запада. Наука эта –
наука живая. Она развивается с каждым днем, идет вперед… Тем не
менее в каких-нибудь полтораста лет мы почти успели наверстать
отделявшую нас от западных юристов разницу в шесть с лишком
столетий»1. Узнав, что книга С. Пуфендорфа «Об обязанностях
гражданина и человека» служит руководством при обучении правоведению во многих иностранных академиях, Петр I велел перевести ее на русский язык2.
Нужно подчеркнуть, что основы русского правоведения были
заложены отечественными университетами, поэтому история развития юридической науки в России, по существу, неотделима от
истории развития этих университетов. При слабом развитии издательского дела в этот период основным источником познания права
становились лекции, прочитанные профессорами университетов,
людьми широких интересов и поистине энциклопедических знаний. С. Е. Десницкий, например, увлекался не только юриспруденцией, но и преподавал английский язык, переводил Шекспира3.
1 Коркунов Н. М. История философии права. М., 1909. С. 233.
2 С. Пуфендорф (1632–1694) — видный представитель естественной школы права в Германии в XVII веке.
3 В своей работе по истории права Н. М. Коркунов приводит выдержку из монолога Гамлета в переводе С. Е. Десницкого, которая свидетельствует о литературном таланте последнего (см.: Коркунов Н. М. Указ соч. С. 248). Следует заметить,
что многие видные русские юристы отличались широтой взглядов, были переводчиками, литераторами, художниками. Сам Коркунов, как известно, писал стихи.
В 1899 году вышел сборник его стихов. Большой роли, которую сыграли юристы
в искусстве, литературе, посвящена интересная работа А. И. Алексеева (см.: Алексеев И. А. Искание правды. М., 1980).
37
Речи Десницкого представляют собой замечательный литературный памятник. Время их произнесения совпало с широким распространением идей естественного права. Являясь последователем
этого направления, в одной из них он говорит, что нравоучительная философия основана на четырех добродетелях: истине, премудрости, великодушии и воздержании. Эти добродетели излагаются «в подобной ей натуральной юриспруденции»1. В те времена
профессора знали по одной-двум речам, произнесенным на торжественных университетских актах, однако по силе влияния на своих
учеников он был известен как крупный деятель юридической науки. Эти преданные служители науки, излагая в лекциях достижения западной юриспруденции, не могли не чувствовать внутренней
потребности излагать и свои идеи, отражавшие особенности теории
и практики отечественного правоведения.
На развитие правовой науки в России непосредственное влияние
оказывали университеты в Петербурге, Москве, Харькове и Казани.
В 1725 году основана Академия наук, а при ней – первый в истории русского государства университет, где среди прочих предметов
стали преподавать политику, этику и «право натуры».
Следует заметить, что профессорами академического университета являлись, в основном, иностранцы, читавшие курс права
в соответствии с постулатами западноевропейской (а более точно,
немецкой) юриспруденции. В университете преподавали Бекенштейн, Гросс, в числе их учеников были Антиох Кантемир и Штрубе – бывший секретарь Бирона, написавший несколько работ по
естественному и русскому праву. Преемником Штрубе был Георг
Федорович, лекции которого слушал Алексей Поленов, один из немногих русских преподавателей, подготовленных Академией наук.
В 1755 году был издан указ об учреждении Московского университета, которому суждено было сыграть значительную роль в истории нашего просвещения.
А. Благовещенский отмечал, что Московский университет почти полвека один боролся с закоренелыми предрассудками и привычками к «приказному законничеству», воспитывал новорожденную науку законоведения. Поборниками нового направления
в университете были Ф. Г. Дильтей, С. Е Десницкий, И. А. Третьяков. Главным учебным предметом Дильтея являлось естественное
право, которое он излагал, в основном, по Пуфендорфу. Из школы
1 Десницкий С. Слово о прямом и ближнем способе к научению юриспруденции.
М., 1768. С. 17.
38
Дильтея вышли Десницкий и Третьяков. Это были первые русские
профессора правоведения, получившие после окончания университета образование в Шотландии. Большое значение для истории русского правоведения имел Десницкий, которого справедливо можно
назвать первым русским профессором права. Лекции, читавшиеся
Десницким на русском языке, были посвящены отечественному
праву и вызывали большой интерес у слушателей. Его современники говорили, что этой личности не доставало, пожалуй, лишь иностранного имени, чтобы занять место в одном ряду с Монтескье.
Он одним из первых осознал необходимость всестороннего изучения права путем соединения философского, исторического и догматического методов и добивался того, чтобы законоведение преподавалось «порядком историческим, метафизическим и политическим».
Этот факт заслуживает особого внимания, если учесть, что в западной юриспруденции в то время еще и не помышляли о таком
слиянии методов.
Представителям русского законоведения в тот период пришлось
бороться с двумя негативными тенденциями: во-первых, с чрезмерной привязанностью к умозрениями немецких философов и с засильем иностранного законодательства; во-вторых, с нападками
приверженцев старого приказного порядка. «Удивительно, – писал Десницкий, – что в России до сих времен никакого почти особливого старания к отечественной юриспруденции прилагаемо не
было»1. Для преподавателей российской юриспруденции он предлагает во всех русских учебных заведениях ввести должность профессора. Излагая учение естественной школы права, Десницкий
подвергает критике взгляды отдельных ее представителей. Так, он
пишет: «Пуфендорфов труд подлинно был излишним, ибо писать о
вымышленных состояниях рода человеческого, не показывая, каким образом собственность, владение, наследство и пр. у народов
происходит и ограничивается, есть такое дело, которое не совсем
соответствует своему намерению и концу»2.
По его мнению, содержание юриспруденции натуральной заключается в четырех частях, «из которых:
1. О происшествии правлений в разные веки и у разных народов;
2. О правах, происходящих в обществе от различного состояния
и знания людей;
1 Десницкий С. Указ соч. С. 24.
2 Там же. С. 20.
39
3. О правах, происходящих от различных и взаимных дел между обывателями;
4. О полиции или благоустройстве гражданском»1.
Как видно, в основе этих рассуждений лежат взгляды о естественном праве Гроция, к учению которого Десницкий относился с большим почтением, высоко отзывался о его работе «О праве
войны и мира». «Гроций, – писал он, – по-видимому, был первым
из ученых, который издал в свет нечто подобное натуральной юриспруденции. Его книга о мире и войне со всем ее недостатком и несовершенством может статься до сих времен есть наилучшая система юриспруденции, какую только еще свет видел»2. Однако речи
Десницкого никогда не были простым пересказом идей западных
идеологов. В них чувствуется самостоятельная работа, встречаются примеры и доводы, заимствованные из русской жизни. Десницкий принимал тезис просветителей о естественных неотчуждаемых
правах человека, вместе с тем он отвергал схоластические построения школы естественного права. Государство, по его мнению, возникло не в результате общественного договора, а как результат
появления частной собственности и разделения людей на богатых
и бедных.
Современником Десницкого и приверженцем естественно-правовых взглядов был В. Т. Золотницкий. Его работа «Сокращение
естественного права, выбранное из разных авторов для пользы российского общества», написанная в 1764 году, была поистине первенцем русской юридической литературы. «Естественное право, –
писал он, – есть знание натуральных законов в первостепенном
натуральном состоянии наблюдаемых, так и действий и случаев,
относящихся к оным»3. Он исходил из того, что из естественного
права происходят все «натуральные законы», а первый из них, на
котором основаны остальные, состоит в следующем выражении:
«Из многих действий, состоящих в твоей власти, избирай то, что
полезнее и честнее»4. Естественное право служит своего рода мерилом действий людей и законов, создаваемых государством. Так,
он считал, что «польза естественного права состоит в том, что мы,
сравнивая начало оного с человеческими действиями, можем уз1 Десницкий С. Указ соч. С. 20.
2 Там же. С. 18.
3 Золотницкий В. Сокращение естественного права, выбранное из разных авторов для пользы российского общества. СПб., 1764. С. 2.
4 Там же. С. 9–10.
40
нать, которые с оными сходственны и которые несходственны: а через сие всякие несогласия в обществе решить будем в состоянии»1.
Идеи Десницкого о праве были восприняты и другим видным
представителем русского правоведения – З. А. Горюшкиным. Как
и Десницкий, он доказывал, что недостаточно одного практического знания, и для России вредно преувеличивать значение иностранного законодательства. В 1811–1816 годах им был подготовлен
оригинальный труд «Руководство к познанию Российского законоискусства». По словам Коркунова, воззрения Горюшкина на право
отличаются строгим позитивизмом. Эта тенденциозная оценка, на
наш взгляд, не может быть признана верной, поскольку кроме положительного права Горюшкин признает «право человеческое»,
которое подразделяет на естественное и общественное.
Горюшкин прошел суровую школу жизни, служил в сыскном
и судном приказах и хорошо знал порядки, существовавшие тогда в судебной практике. Обладая незаурядными способностями и
стремлением к самостоятельному суждению, он внес свой вклад
в дальнейшее развитие отечественной науки о праве. Под естественным правом им понимались «установления, согласные с существом
человеческим. Понеже о естестве человеческом можно рассуждать
трояким образом, а именно:
1. Человек представляется простым телом, подобным вещам неисчислимого множества, находящимся в свете (право на тело).
2. Существом живым, из тела и духа составленным, сходственным с прочими животными (право жизни).
3. Существом разумным, особенно человеку присвояемым (право разума)»2.
Подразделяя естественное право на право тела, жизни и разума,
он дает следующие разъяснения этим частям единого понятия:
«К праву тела относятся все законы, принадлежащие для сохранения нашего телесного состава. Вследствие чего строжайше запрещается:
1. Делать вред своему телу и лишать себя членов.
2. Претворять себя больным.
Право жизни содержит в себе все законы, относящиеся для безвредного сохранения оной. Самосохранение, будучи первейшим
предметом жизни, вмещает в себя законы: запрещающие само1 Десницкий С. Указ соч. С. 2.
2 Горюшкин З. Руководство к познанию Российского законоискусства. М., 1811.
С. 81.
41
убийство, позволяющие право собственной обороны и снискания
пропитания, но впрочем сказать можно, что право жизни, содержащее в себе все естественные человеческие побуждения, распространяется до самолюбия, умножения своего рода, любви к детям
и родителям, желания приятных наслаждений, отвращения болезненных ощущений.
Право разума есть свобода рассуждать обо всем по правилам благоразумия и выводить заключения, следующие из оснований, сомнению не подверженных. Право сие в обширном смысле вмещает
все то, что может относиться к благосостоянию всех и каждого»1.
В качестве источника права он называет «народное умствование» и в связи с этим не считает законодательство единственной
формой права. Кроме законодательства им признается существование словесных законов, выраженных в пословицах. Так, в своей
книге «Описание судебных действий» он приводит ссылку на указ
1720 года об издании морского устава, где говориться, что одно войско сухопутное иметь, значит одну руку иметь, а если иметь еще и
флот – то обе руки иметь.
Надо отметить, что источником права в XVIII веке зачастую признавался только закон. Лишь во второй половине XVIII века наблюдается стремление примирить закон с «народным умствованием»2.
В первые же годы XIX столетия происходит дальнейшее оживление в разработке правовой науки. Это прежде всего связано
с именем видного русского юриста А. П. Куницына, преподававшего естественное право в Петербургском университете. Известно, что
свою педагогическую деятельность он начал в Александровском
лицее в 1811 году.
В 1818 году вышла в свет книга Куницына «Право естественное», которая вызвала отрицательную реакцию со стороны правительственных органов. Коркунов приводит выдержку из резолюции на эту работу главного управления училищ: «По рассмотрению
в главном управлении училищ, найдено нужным, но принятым
в сей книге за основание ложным началам и выводимому из них
весьма вредному учению, противоречащему истинам христианства
и клонящемуся к ниспровержению всех связей семейственных
и государственных, книгу сею, как вредную, запретить повсюду
1 Горюшкин З. Указ. Соч. С.82.
2 Даже один из Наказов Екатерины рекомендует «воздерживаться от узаконений, с общим народа умствованием несовместимых» (см.: Обзор истории русского
права. СПб., 1900. С. 281).
42
к преподаванию по ней, и притом принять меры к прекращению
во всех учебных заведениях преподавания естественного права
по началам, столь разрушительным, каковые оказались в книге
г. Куницына»1. Автор книги был изгнан из университета и лицея.
Каковы же были воззрения Куницына на право? Являясь последователем Канта, он рассматривал право как часть нравственной
философии. «Нравственная философия есть наука, излагающая
законы, предписываемые воле разума… Нравственная философия
разделяется на две части. В первой излагаются законы внутренней свободы, которая и называется собственно нравоучением. Во
второй предлагаются законы права, которая потому и называется
правоучением или просто правом»2.
Для отличия от положительных законов, «основанных на произволе законодателя», Куницын предлагал нравоучение называть
естественным, поскольку оно «излагает законы, выводимые из
природы разума человеческого».
Стремясь уточнить понимание «естественного права» и устранить двойственное его толкование, он писал: «Слово естественное,
присоединенное к праву, закону и разуму, вводит некоторых в заблуждение по своей двоезначимости: иногда значит одно и то же,
что и первоначальный, первобытный, иногда природный, врожденный. В правоучении оно употребляется последним значением.
Поэтому следовало говорить: природное право, природное состояние, природный закон, природный разум и прочее, но, принимая
название естественный в первом значении, многие думают, что
право естественное есть собрание правил, которым люди следовали
в первобытном состоянии дикости, что состояние естественное есть
состояние людей без общественного соединения, в котором царствовало самоуправство, что закон есть выражение правил, коими
люди руководствовались в первобытном состоянии, и что разум
естественный есть необразованный смысл дикого сына природы»3.
В естественном праве Куницын различал «право чистое» и «право
прикладное». «Чистое право занимается разрешением следующих
двух вопросов: 1) Какие права принадлежат человеку по одной
только его природе? 2) Какие права сверх того могут люди приобрести и соединить с правами непосредственно из природы проистекающими?
1 Коркунов Н. М. Указ соч. С. 295–296.
2 Куницын А. Право естественное. СПб., 1818. С. 5–6.
3 Там же. С. 5.
43
Прикладное право занимается приноровлением положений чистого права к известным отношениям людей, но так как сии отношения многоразличны, то из оных избираются в нравоучении только те, которые необходимо служат к сохранению внешней свободы
людей. Таковы суть общество семейное и государство»1.
Нравоучение, политика, положительное право и философия положительного права имеют много общего с естественным правом.
Однако между ними есть и различия. Одно из таких различий между нравоучением и естественным правом по Куницыну – это то, что
«нравоучение имеет предметом внутреннюю свободу человека, а
право внешнюю»2. Под политикой он понимал учение «о благонадежных средствах к достижению целей государства».
«Положительные узаконения проистекают от произвола и соглашения граждан между собою или от воли верховного властителя в государстве; законы права естественного проистекают из общих начал разума»3. При этом главным руководством для законов
положительных служит «начало права естественного».
Им делается различие между философией положительного
права и естественным правом. «Философия положительного права есть соображение законов положительных с общими началами
права и видами, каковые законодатель имел при создании оных.
Следовательно, она прикосновенна с правом естественным в том,
что употребляет общие положения оного для исследования справедливости положительных законов какого-либо государства. Но
при сем исследовании обращает внимание также на отношения народов физические, нравственные и политические и рассматривает
оные по началам политики. Посему философия положительного
права есть также наука опытная, чем особенно и отличается от права естественного»4.
Таким образом, считает он, познание естественного права необходимо исследователям положительных законов для определения
их справедливости.
Формальное начало права им определяется так: «Человек имеет
право на все деяния и состояния, при которых свобода других людей по общему закону разума сохранена быть может»5.
1 Куницын А. Указ. соч. С. 7–8.
2 Там же. С. 10.
3 С. 12–13.
4 С. 14.
5 С. 34.
44
Вторая часть его книги «Право естественное» вышла в 1820 году
и была посвящена анализу «прикладного права». Взгляды Куницына на право свидетельствуют, что он принадлежал к представителям естественной школы и в ряде случаев высказывал свои оригинальные суждения о философии права и о ее познании.
Развитие отечественной науки о праве в XVIII и начале XIX веков
происходило не столь быстро. «В последние десятилетия XVIII века
в области законоведения заметно было особенное влияние французской литературы: явилось множество переводов юридического и политического содержания, сделанных с французского. Однако для
успеха науки Российского законоведения они не имели никакой
пользы»1. Требовалось не только и не столько усвоение западноевропейской юриспруденции, но и научное осмысление социально-экономических и политических факторов, определявших в конечном счете формирование теоретических основ русского правоведения.
Итак, экскурс в историю вопроса, зарубежную и отечественную,
показывает, что «философия права» – одно из древнейших понятий
правовой мысли. Истоки его формирования, как уже отмечалось, относятся к античным временам2. Однако в тот период изучение права еще не выделялось в отдельную отрасль научного познания. Ни
в древности, ни в средние века философии права как самостоятельной науки не было. Впервые это понятие было введено в научный
оборот такими учеными, как Гуго (1798 г.), Гегель (1821 г.), Остин
(1832 г.). Вместе с тем нужно иметь в виду, что философия права как
метафизическое (сверхопытное) учение о праве, а также как гносеологические проблемы правоведения, появились намного раньше.
В XVIII веке идеи естественного права получают свое развитие
в России (В. Т. Золотницкий, С. Е. Десницкий, А. П. Куницын).
Они органически вписали в себя достижения в этой области предшествующей правовой мысли. Вместе с тем в них нашли свое отражение результаты научного анализа, поиски и суждения представителей русского правоведения. Вопреки утверждениям буржуазных юристов о «слабости юридических традиций в России»,
русская правовая наука того периода не только успешно воспринимала передовые идеи западноевропейских мыслителей, но и вноси1 Благовещенский А. История и метод науки законоведения в XVIII в. // Журнал
Министерства народного просвещения. СПб., 1835, апрель. С. 47.
2 И. В. Михайловский полагал, что метафизические учения о праве имели распространение не только у греков, но и в индийской, египетской религиозной философии (см.: Михайловский И. В. Очерки философии права. Т. 1. Томск, 1914. С. 171).
45
ла свою лепту в их развитие. В связи с этим выглядят тенденциозными и безосновательными такие высказывания Рене Давида: «…
следует подчеркнуть… слабость юридических традиций и чувства
права в России. Важна не юридико-техническая отсталость русского права и не тот факт, что русское право не было полностью
кодифицировано. Важно порожденное различием исторического
развития разное отношение к праву в России и других европейских
странах. Во всей континентальной Европе, так же как и в Англии,
право рассматривается как естественное дополнение морали и как
одна из основ общества. Этого нельзя сказать о России. До недавнего времени в России не было юристов: первый русский университет – Московский – был создан только в 1755 году, Петербургский
университет – в 1802 году. Русская юридическая литература появилась только во второй половине XIX века»1. Во-первых, необходимо уточнить несколько произвольное толкование юридических
фактов – датой основания Петербургского университета считается
8 февраля 1819 года, в 1803–1804 годах были утверждены уставы
уже действовавших Виленского, Дерптского и Московского университетов и вновь создаваемых Харьковского и Казанского2. Первая Академия наук в России, как уже отмечалось, а при ней первый в истории русского государства университет, где преподавали
и естественное право, была основана в 1725 году. Во-вторых, вопросам кодификации в России всегда уделялось большое внимание.
Первое же издание свода законов в 15 томах, содержащее в хронологическом порядке законодательные акты от Соборного уложения
1649 года, вышло в 1832 году. Было еще два полных издания в 1842
и 1857 годах. В 1882 году был составлен 16-й том Свода законов,
включающий вопросы судоустройства и судопроизводства3.
Наконец, что касается второй половины XIX века в России, то
речь должна идти не о появлении первой русской юридической литературы, а о создании фундаментальных трудов по теории и философии права, которые признавались лучшими среди существовавших.
1 Давид Р. Основные правовые системы современности. М., 1988. С. 157. Пожалуй, этот раздел в целом интересной книги является одним из наиболее слабых.
2 См.: История Ленинградского университета. Л., 1969. С. 13, 19. По существующей традиции 8 (20) февраля 1819 года является датой основания Ленинградского университета. В литературе, однако, называются и такие даты: 1724 г., 1747 г.,
1786 г. Но нигде не говорится о том, что он был основан в 1802 году.
3 См.: Трубецкой Е. Н. Лекции по энциклопедии права. М., 1913. С. 128–130.
46
ОПРЕДЕЛЕНИЕ ФИЛОСОФИИ ПРАВА
Процесс развития философии права проходил в различных направлениях. Среди них наиболее завершенное выражение получают неокантианство и неогегельянство.
Философия права, по Шершеневичу, является составной частью
философии. На ее формирование оказало влияние одно немаловажное обстоятельство. В то время как юристы занимались исключительно толкованием и систематизированием норм права, философия права разрабатывалась лицами, мало причастными к правоведению. Они изучали право, как оно есть, не задаваясь мыслью
о том, каким оно должно быть и даже может ли оно быть иным, а
философы создали идеальное право, не зная, что оно такое и каково
оно в действительности. П. И. Новгородцев, исходя из кантовского
представления об определяющей значимости нравственных начал
в человеке, выводил право из требований нравственного закона, рассматривал право с точки зрения его идеальной цели. И естественное
право в этом смысле предстает как безусловное веление разума.
В то время как философия Канта идею права рассматривала, так
сказать, в положении покоя, эту идею в ее движении исследовал
Гегель. Специфический смысл философии права Гегеля, как уже
отмечалось В. С. Нерсесянцем, раскрывается в его расхождении
с естественно-правовой концепцией Канта. Неогегельянцы (П. Редкин, Б. Чичерин) стремились приспособить бытие идей к условиям
эмпирической действительности. Вместе с тем, изучая эмпирический процесс развития права, в каждой из его стадий они усматривали известный момент реализации разумной идеи права, которая
и лежала в основе их теоретических суждений.
Термин «философия права» использовался и представителями
догматической юриспруденции (Г. Шершеневич, Н. Коркунов,
В. Катков). Известно, что с позиций юридического позитивизма
право трактовалось как совокупность общеобязательных норм, выражающих требования государства и обеспеченных его принудительной силой. Это направление имело также свою философскую основу. Как правильно отмечает В. Д. Зорькин, «сама теоретическая
трактовка «позитивности», равно как и формально-догматического
подхода, уходят корнями в определенную философию…»1. Сторонники юридического позитивизма восприняли идею философского
позитивизма О. Конта, Д. Милля, Г. Спенсера о том, что сущность
1 Зорькин В. Д. Позитивистская теория права в России. М., 1978. С. 29.
47
явлений непознаваема. Так, Шершеневич считал, что науке недоступно то, что стоит за явлениями1. «Можно познать только явления, но не их сущность», – утверждал Гольмстен. От материальных
основ права представители этой доктрины призывали обратиться
к его формальной стороне. По мнению Шершеневича, юридическая
наука не объясняет жизненных основ права, а исследует его внутреннюю природу, логические действительности2. В результате, по
его мнению, возникла разобщенность между философией права и
отдельными юридическими науками. Так, Вельденберг отождествлял ее с теорией познания права, т. е. предметом философии права
у него является вопрос не о том, что такое право, а о том, как мы его
понимаем и как изучаем3. У Шершеневича теория познания представляет собой лишь один из вопросов философии права, но не все
ее содержание. В его работах выражено отрицательное отношение
к теории естественного права. Под влиянием этого права, полагал
он, лица, применяющие законы, проявляют склонность к толкованию, наиболее соответствующему абсолютным идеалам, чем нарушается начало законности – этот краеугольный камень правового
порядка. «Естественное право указанного направления не может
служить руководителем законодателя»4, – отмечал он. При таком
положении философия права (она же естественное право), в его
представлении, теряет всякую связь с юридическими науками (понятие о праве, его содержании и формах, о государстве, правоотношении, о преступлении и наказании и т. д.).
Задача философии права, по Шершеневичу, двоякая – теоретическая и практическая. Практическая ее задача – построение
идеала правового порядка. В этом смысле она должна соединять
1 См.: Шершеневич Г. Ф. Общая теория права. Вып. 1. М., 1911. С. 6.
2 См.: Шершеневич Г. Ф. История философии права. СПб., 1907. С. 9.
3 См.: Вальденберг. О задаче философии права // Вопросы философии и психологии. 1897. № 40. С. 294.
4 Шершеневич Г. Ф. Указ. соч. С. 11. В приведенном высказывании было упомянуто естественное право «указанного направления», представители которого
верили в неизменность идеального права, начертанного самой природой. Новое направление философии права выступало под флагом «возрожденного естественного
права», выдвигало естественное право с изменяющимся содержанием, отрицало
возможность идеального правового порядка, пригодного во все времена. «Не существует ни одного положения права, которое по своему положительному содержанию
оставалось бы безусловно неизменным», — писал Р. Штаммлер (Штаммлер Р. Сущность и задачи права и правоведения. М., 1908. С. 12). Особенность философии права, полагал он, заключается в вопросе о том, что можно преподать в качестве безусловно общего для всякого мыслимого права.
48
в одно стройное представление различные теоретические выкладки
отраслевых юридических наук, быть связующим звеном и общим
началом всей правовой политики. В структурном отношении философия права состоит из трех частей: общей теории права, истории
философии права, политики права. Общая теория права включалась в философию права или, как отмечал он, составляла «теоретическую часть философии права». История философии права имела
своей задачей изложение последовательного образования представлений о правовом порядке и его сущности в идеале. Перед политикой права стояла задача оценки существующего законодательства и
разработки мер, направленных на его совершенствование. Шершеневич обвинял правоведение в том, что оно «порвав с традициями
естественного права, пренебрегло своими задачами в сфере критики
и политики и за это потеряло общественные симпатии»1. Что же он
предлагал правоведению, «истосковавшемуся по идеалу»? Он предусмотрительно выводит политику права за рамки теории права и на
этом основании объявляет философию права не юридической наукой, а философской. В этих условиях обобщающей наукой о праве,
наукой, сводящейся к правовой догматике, в противоположность
метафизическим построениям, становится общая теория права,
хотя многие работы позитивистов продолжали сохранять название «философия права»2. В 70-е годы XIX века А. Меркель вместо
философии права ввел термин «теория права», обозначающий науку, которая вырастала из самого права и слагалась из общих частей специальных наук. Однако вопрос о соотношении философии
и теории права на длительное время остался объектом пристального внимания юристов различных стран. В России им занимался,
в частности, К. А. Кузнецов. Теория права, полагал он, объединяя
«пестрый конгломерат» сведений о праве (сущность правового явления, его составные части и т. д.), в то же время имеет элемент «отвлечения» от многообразия правового материала, сквозь который
«просвечивается» та форма, которая именуется правовой. Историю
же философии права он рассматривал как «историю правовых идеалов». «Мы должны проводить грань, – писал он, – между правовым
1 См.: Шершеневич Г. Ф. Философия права. Т. 1. Часть теоретическая. Общая
теория права. Вып. 4. М., 1911. С. 805. У В. Д. Зорькина о Г. Ф. Шершеневиче см.
в его работе: Позитивистская теория права в России. С. 30–85.
2 Заметим, что, по мнению П. Г. Редкина, говорить об эмпирической науке, какой являлась теория права, как и философии права неверно (см.: Редкин П. Г. Из
лекций по истории философии права в связи с историей философии вообще. Т. 1.,
СПб., 1889).
49
идеалом (желательным правом) и правовой действительностью (наличным правом)»1. Исторический опыт между тем показывает, что
этот неосуществимый «идеал права» не совпадает с конкретным содержанием буржуазного права, всегда представляющим собой результат действия материальных сил и классовых интересов.
По мнению И. В. Михайловского, теория права изучает понятия,
общие для всех юридических наук. Ее задача – построение логически законченной системы понятий. Эта наука должна быть точной,
положительной, изучать только то, что есть, и отказаться как от
оценки существующего, так и от построения идеалов. «Таким образом, – писал он, – то направление науки, которое называется общей
теорией права, может быть охарактеризовано как позитивизм»2.
Декларируя отказ от решения онтологических, гносеологических
и аксиологических проблем права, юридический позитивизм,
в сущности, вел к отрицанию рационалистической философии права. Философия права, по мнению Шершеневича, должна прежде
всего устранить дуализм в изучаемом объекте, а именно отбросить
понятие о естественном праве. Однако следует признать, что наука «философия права» имела своим предметом не положительное
право, а естественное. Многие из русских юристов исходили именно из этого утверждения. Например, Редкин в связи с этим писал,
что «так называемая философия положительного права, о которой
начали говорить с начала нынешнего столетия, именно со времени
знаменитого геттингенского профессора Гуго, издавшего сочинение под названием «Philosophie des positiven Rechts», служит заменою философии права, не будучи с нею тождественной. Это наука,
излагающая особенные принципы положительного права вообще,
какие даются в самом положительном праве, в эмпирии; следовательно, это такая же эмпирическая наука, как и так называемое
сравнительное правоведение… В этом только смысле может она
быть названа философией положительного права, а потому, строго
говоря, это ее название неверно»3.
Что же понималось под философией права?
В правовой литературе это понятие сравнивали с Ариадниной нитью, с помощью которой можно было избрать правильный путь в лабиринте правоведения. Именно она должна была выбрать руководящие принципы и основные понятия права. Философия права откры1 Кузнецов К. А. История философии права. Одесса, 1917. С. 78.
2 Михайловский И. В. Очерки философии права. Т. 1. Томск, 1914. С. 5–7.
3 Редкин П. Г. Указ соч. С. 230.
50
вает юристу научное понимание различных систем позитивного права. Необходимость философии права, по мнению ее представителей,
обнаруживается и в правоприменительной деятельности. Так, судья,
принимающий решения на основании законов, во многих случаях
должен устанавливать их смысл, следуя правилам так называемого
искусства толкования. Однако в праве встречаются пробелы, которые не могут быть порой восполнены даже путем аналогии. В этих
исключительных случаях рекомендовалось руководствоваться общими принципами идеи права, которая в такой трактовке совершенствует правовую практику. «Всего легче бывает там, – писал Редкин, – где законодатель благоразумно позаботился о предоставлении
судье надлежащего простора в судебных решениях, между тем как
в противном случае судьи привыкнут буквою закона убивать его дух
и все более будут превращаться в машины»1. По его мнению, в центре внимания философии права лежит основное понятие права, та
главная мысль, которая формирует все юридические конструкции.
Это основное понятие отождествляется им с идей права.
Другой известный русский юрист – Михайловский считал, что
философия права должна дать оценку правовой жизни с точки зрения «высших разумно-этических начал», указать идеалы, к которым стремится право2. Эта наука, по Михайловскому, выступает
под знаменем метафизики и идеализма, отвергает релятивизм общей теории права и учит, что существует абсолютные начала, на
основании которых «можно сделать принципиальную оценку правовых явлений».
Критикуя философию позитивного права, Михайловский утверждает, что «наивысшие обобщения», о которых говорит «позитивная философия», представляют собой самообман. О философии права, в основе которой лежало право естественное, писал и
Б. Н. Чичерин, являвшийся, по словам Михайловского, учителем
последнего. Естественное право, как известно, в учении Чичерина
о праве предстает как совокупность более общих принципов, норм,
непосредственно вытекающих из абсолютной идеи права, как «рациональная сущность», исторически реализуемая в зависимости от
нравственного сознания общества.
Попытки дать определение философии права предпринимались
многими представителями юридической науки XIX века. Например, Л. И. Петражицкий писал, что «философия права есть слож1 Редкин П. Г. Указ. соч. С. 225.
2 См.: Михайловский И. В. Очерки философии права. Т. 1. С. 7.
51
ная дисциплина – высшая теория права + высшая теология, высшая политика права»1.
Определения давались самые разнообразные. В периодической
литературе прошлого века встречались названия этой науки, которые выражали какую-либо одну из сторон ее предмета. Например, «рациональное право» – в смысле разумного права, исходя из
того, что источник его познания лежит в человеческом разуме, а не
во внешней, государственной деятельности; «нормальное право» –
философия права, излагающая такие юридические принципы, основоположения, которые должны служить нормами для положительного права; «всеобщее право», то есть право, общее для всех
времен и народов – Leges Legum (закон законов); «дикеология»
(в переводе с греческого – учение о праве и справедливости). В этом
названии утверждалась та сторона философии права, которая отражает не право в собственном смысле слова, а, как считали, «саму
правду и справедливость»2.
Несмотря на разнообразие взглядов о понятии философии права
в работах русских юристов, можно выделить среди них два ведущих
направления. Одно из них, как отмечалось Ф. В. Тарановским, «полагает задачу и особенность философии права в построении метафизического (сверхопытного) учения о праве; другое направление
сводит философский элемент к так называемой гносеологии, т. е.
теории познания, и полагает особую задачу философии права в исследовании особенностей теории познания правовых явлений»3.
Следует также добавить, что в ряде работ философия права отождествлялась с методологией, а гносеология смешивалась с аксиологией. Примером этому служит работа Кузнецова, в которой он
пишет: «Философия как методология – заняла твердую позицию,
внеся плодотворную ясность в постановку научных проблем и тем
самым способствуя их разрешению по существу»4.
Развивая эту мысль, он рассуждает: «Скорее внешне, нежели
внутренне примыкая к методологии, стоит другая научно-философская проблема – проблема ценности знания». Это и есть «гносеология», учение о конечном смысле той «истины», которую дано
постигнуть человеческому разуму. Иными словами, если в мето1 Петражицкий Л. И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. Т. 1. СПб., 1909. С. 137.
2 См.: Редкин П. Г. Указ. соч. С. 313–314.
3 Тарановский Ф. В. Учебник энциклопедии права. Юрьев, 1917. С. 10.
4 Кузнецов К. А. Указ. соч. С. 5.
52
дологии вопрос идет о «правильности» или «неправильности» тех
путей, которыми наука движется в поисках истины, то в гносеологии ставится принципиальный вопрос о самой возможности этих
поисков»1.
Одним из важных вопросов философии права, по мнению
Е. Н. Трубецкого, является вопрос о происхождении права. При решении этого вопроса приходилось учитывать и считаться со взглядами представителей исторической школы Гуго, Савиньи, Пухты,
которые полагали, что право, подобно языку, развивается естественно – никакой законодатель не в силах остановить или изменить это
развитие права. По их мнению, заключаясь первоначально в сознании народа, право, по мере развития культуры начинает разрабатываться юристами. Однако юристы не являются творцами права –
они лишь выражают национальное самосознание. Отсюда делается
вывод, что нормальный путь развития права – естественный рост,
а не революция или установления. Представители философии права со своих позиций стремились опровергнуть подобные рассуждения, найти в них противоречия. «Восставая против учения естественного права, – писал Трубецкой, – сторонники исторической
школы думают в истории найти подтверждения и доказательства
своего учения. Но суд истории высказывается против их: история
показывает, что всякий прогресс положительного права обусловлен
критическим отношением к нему, а такая критика возможна только на почве правового идеала. Естественное право в качестве такого
критерия действующего права играет в истории роль того основного
двигателя, без которого невозможно прогрессивное движение»2.
Господство старой исторической школы права продолжалось до
50-х годов XIX века. Новый период связывается с именем немецкого юриста Рудольфа Иеринга, который отверг учение Савиньи и
Пухты о непроизвольном и безболезненном развитии права. Он заявил о том, что человек – борец за право, принимает активное участие в процессе образования и развития права. Учение Иеринга, по
словам Трубецкого, звучит как призыв к обновлению; «он учит, что
право может обновляться, только отказываясь от своего прошлого;
право – это Сатурн, пожирающий собственных детей»3.
Развитие права совершается путем бесправной борьбы, и лозунгом этой борьбы, по Иерингу, служит «идея права». Сам Иеринг
1 Кузнецов К. А. Указ. соч. С. 6.
2 Трубецкой Е. Н. Лекции по энциклопедии права. М., 1913. С. 76.
3 Трубецкой Е. Н. Указ. соч. С. 78.
53
признавал, что «идея права» олицетворяет одну из труднейших задач философии права.
Сторонники философии права не относили Иеринга к ее представителям на том основании, что та идея права, которая должна служить критерием для всего исторически сложившегося и действующего права, у Иеринга сама есть всецело продукт истории. «Отвергнув естественное право, мы лишим себя всякого критерия для
оценки действующего права»1. Трубецкой видел критерий в «максимуме внешней свободы, предоставленной отдельному лицу и совместимому с благом всего общества». Но, отмечает он, «само собою разумеется, что он не может быть одинаков для дикаря и для
современного англичанина»2.
Указывая на неизменную природу человека, отыскивая в ней
сущность, происхождение и истоки права, сторонники философии
права фактически не решали проблему происхождения права. Так,
Коркунов писал, что в юридической литературе не было установившегося объяснения первоначального возникновения права3.
Подводя итог краткому анализу рассматриваемой проблемы,
подчеркнем лишь, что философия права является общетеоретическим учением о праве. Сначала она выступает как составная часть
философии, а в дальнейшем конституировалась как особое направление на стыке философии и правоведения.
Философия права в русском дореволюционном правоведении
занималась изучением идеальных первооснов права. Эти идеальные начала философии права противопоставлялись действующей
системе правовых норм. В ходе развития правоведения изменение
предмета и содержания обобщающей науки о праве многим ее представителям показалось столь существенным, что встал вопрос о ее
новом названии – «общая теория права»4. Однако философия права как отрасль теоретического знания о праве на этом не завершает своего развития, о чем свидетельствует обширная современная
философско-правовая литература.
1 Трубецкой Е. Н. Указ. соч. С. 69.
2 Там же. С. 65.
3 См.: Коркунов Н. М. Лекции по общей теории права. СПб., 1890. С. 92–93.
4 Правда, имелись и иного рода суждения, Например, Ф. В. Тарановский утверждал, что такой обобщающей наукой была и остается энциклопедия права.
54
КРИЗИС СОВРЕМЕННОГО ПРАВОСОЗНАНИЯ
Судьба подарила мне встречи с мудрыми и замечательными
людьми, которые оказали большое влияние на формирование
моих взглядов и суждений о праве (Д. А. Керимов, М. И. Байтин,
Л. C. Явич, В. С. Нерсесянц, В. Д. 3орькин, Р. Лукич, Н. Неновски,
А. Печеник, Р. Алекси, Г. Кленнер и др.).
И хотя следует признать, что по сей день, как и во времена
И. Канта, не сформировалось единого представления о природе
права, сам поиск правильного ответа вызывает радость и сожаление одновременно.
Ошибка многих исследователей природы права, на мой взгляд,
состоит в том, что они основное внимание обращают на то, что право есть, а не на то, чем оно должно быть. Даже первобытный человек, прежде чем создать каменный топор, вынашивал идею этого
топора в своей голове. Поэтому позитивистская трактовка права –
это такая конструкция, фундамент которой построен на песке, где
государственные интересы ставятся выше интересов личности, где
право подменяется законом. Но еще С. Л. Франк заметил, что государство, мнящее себя вершителем человеческих судеб, есть одно из
самых страшных и гибельных проявлений человеческой практики.
Конец ХХ столетия ознаменовался крушением многих рационалистических мифов о человеке, обществе, праве и государстве.
Утратившее связь с Бытием человеческое сознание единственно достоверной реальностью самоуверенно признало самое себя (cogito,
ergo sum). В соответствии с этим смысл жизни должен был быть не
обретен, а создан, сконструирован самим человеком.
Религия начала казаться иллюзией, а правоведение постепенно
превращалось в прибежище позитивистских концепций, согласно
которым государственный закон был призван подменить естественную суть права, неразрывно связанного с нравственностью. Духовность, объявленная чем-то второстепенным, быстро была оттеснена на последнее место. Одновременно с расщеплением атома в социальной сфере началось разрушение самих основ человеческого
существования. Рационалистические иллюзии прочно и надолго
укоренились в сознании людей. Разрастающийся экономический и
финансовый кризис лишь усугубил эту ситуацию.
В действительности оказалось, что социальная жизнь имеет
свои законы, вовсе не такие, как представлялось просвещенческосоциологическому рационализму, и важнейший из них – это признание (как ни трудно это для самодовлеющего рассудка) границы,
55
за которой недопустимо какое-либо вторжение кроме божественного. Эта граница на языке философии права есть личная свобода
человека, его естественные права и обязанности.
Гуманизм есть признание разнообразия. Люди не похожи друг
на друга, имеют свои достоинства и недостатки. Нельзя же, в самом деле, всех сделать одинаково красивыми и гениальными. Но
есть средство, благодаря которому всех можно превратить в оглупленных и обездоленных. Французская революция, по словам
И.А. Ильина, научила и передала по наследству человечеству вредный предрассудок, будто люди от рождения или от природы «равны», и вследствие этого с ними следует обходиться «одинаково».
Всеобщая бездуховность, «одинаковость» противоестественны
человеческой природе. Равенство не является естественным началом. Его навязывание означало бы объявление войны самой человеческой свободе. Гюстав Флобер считал, что если свести равенство
к уравнительности, то это будет равнозначно рабству.
Существует вечное противоречие между формальным равенством и действительным неравенством. Строгое соблюдение формального равенства может привести к усугублению действительного неравенства, полное же искоренение неравенства означает восстание против человеческой природы.
«Неравенство среди людей неизбежно, – замечал Блез Паскаль, – в этом никто не сомневается, но стоит его открыто признать, – и уже распахнуты двери не только для сильной власти, но
и для нестерпимой тирании»1.
В этих рассуждениях хотелось бы пойти дальше и признать не
только различия между людьми, но и противоречивость каждого
человека. Каждый из нас в отдельности одновременно глуп и умен,
спокоен и несдержан, страстен и расчетлив. Как замечал один из
русских юристов, дураки – часто весьма продуктивные ребята.
Поэтому требование изгнать из нашей жизни глупость есть не что
иное, как разновидность глупости. Глупость пребывает в каждом
заурядном человеке. Право на глупость, если хотите, есть естественное право человека.
Но терпеть глупость можно лишь в том случае, когда она касается
личной жизни этого человека. Если же она навязывается коллективу людей, это противоречит другим естественным правам человека,
например праву на талант, одаренность. Поэтому оставим Богу – богово, а Кесарю – кесарево. Каждый из нас совершает глупость, если
1 Паскаль Б. Мысли. СПб., 2005. С. 82.
56
выходит за рамки умственных возможностей. Умственные же способности людей различны. На этом основании можно утверждать,
что глупость индивидуальна, а не всеобща, и в этом смысле гуманизм проявляется в праве человека на индивидуальность.
Поскольку каждый человек индивидуален, единствен в своем
роде, нужно чаще обращаться к своей совести, которая не является ни нормой, ни законом. Она индивидуальна. Совесть созидает
и укрепляет духовно-личное начало в человеке. Человеческая совесть не может мириться с унижением других людей. Совесть не
позволит наслаждаться достатком, в то время как тебя окружают
нуждающиеся и обездоленные. Отсутствие совести ведет к одичанию. Что пользы приобрести весь мир, а душу свою потерять?
Гуманизм означает любовь и уважение к человеку, его имени,
достоинству, его здоровью и жизни. Антиподом гуманизма выступает ненависть.
По словам И. А. Ильина, гражданская война – это взрыв ненависти, за которым следует всеобщий пожар. Классовая борьба – это
замаскированная гражданская война. Это время всеобщего предательства и грубого сведения счетов.
Именно в условиях классовой борьбы было сформулировано известное определение права как воли господствующего класса, возведенной
в закон. Известно, что понятие социалистического права как совокупности юридических норм, в которых выражалась классовая воля,
в нашей стране утвердилось в 1938 году и длительное время обеспечивало, в сущности, противоправную деятельность многих звеньев административной системы. Позднее эта формулировка приняла более
обтекаемые формы – стали говорить о «воле всех трудящихся». Но суть
от этого не изменилась. Человеческая воля (в том числе и классовая),
взятая сама по себе, есть сила формальная и дyxовно-безразличная.
Известно, что самые отвратительные и самые преступные организации человеческой истории строились и держались силою воли.
Особенностью бюрократического властвования является стремление к подробной, а точнее, мелочной регламентации общественных отношений. Однако еще виднейшие русские юристы отмечали,
что основой прочного правопорядка являются свобода личности и
ее неприкосновенность.
Право многими понималось неоднозначно. Среди различных
его определений выделялись такие, смысл которых сводился к отождествлению права с нормами, устанавливающими или ограничивающими свободу. В других определениях задача правовых норм
трактовалась как разграничение и согласование интересов людей.
57
Наконец, право рассматривалось как совокупность правил, признанных найти компромисс между различными требованиями
субъектов.
Огромное внимание в юридической науке всегда уделялось
нравственно-правовым принципам, лежащим в основе регулирования общественных отношений. Необходимо подчеркнуть, что
естественно-правовые взгляды на право существенно отличались
от иных трактовок, утверждали новый подход к его пониманию.
По словам Б. И. Кистяковского (1862–1920), ошибка русской интеллигенции заключалась в том, что она воспринимала право не
как правовое убеждение, а как принудительное правило. Право, на
наш взгляд, не следует отождествлять с волей – это ведет к грубому материализму и психологизму в его оценке. Право стоит ближе
к нравственности. Это, как считал П. И. Новгородцев, «минимум
нравственности». Право – это тот минимум, без которого не существует нравов. Это ориентир нравственности.
Право как справедливость имеет отношение к познанию закономерностей и постулатов, среди которых важнейшим является
«право как жизнь» («не убий»). Заметим, что в ряде государств это
право признается за человеком не с момента его рождения, а с момента зачатия, и в этих странах аборты запрещены. Такой подход
гуманен. Он, в свою очередь, обусловливает необходимость пересмотра некоторых теоретических положений и юридической практики о возникновении и прекращении правоспособности.
Степень цивилизованности государства определяется уровнем
знания его гражданами естественных прав человека и закрепления этих прав в законодательстве. Следует сказать, что эти права и
свободы нельзя трактовать в абсолютном смысле, как набор дозволений и неогрaничeнного волюнтаризма в поведении. Напротив,
каждому праву должна корреспондировать естественная обязанность, выраженная в форме непосягательства на права других лиц.
Естественное право является предметом философии права. Это
понятие принадлежит к числу самых древних категорий правовой
науки. Издавна оно противопоставлялось позитивному праву. Уже
в трагедии Софокла «Антигона» изображались жизненные конфликты героев, нарушавших закон писаный ради закона неписаного.
Под источниками естественного права понимается все то, что дает
жизнь праву. В этом смысле известные христианские заповеди могут
рассматриваться как источники естественного права. Знание и вера
должны дополнять друг друга. Доступ к восприятию материального
мира открывает чувственный опыт (зрение, слух, осязание и т. д.).
58
Но помимо чувственного опыта человеку дан еще и нечувственный
(духовные переживания). Этот внутренний духовный опыт и есть источник, истинная область веры, духовной и правовой культуры.
В правовой литературе философию права сравнивали с Ариадниной нитью, с помощью которой можно было найти правильный путь
в лабиринте правоведения. B центре философии права лежит основное понятие права (идея права). Эта наука призвана дать оценку явлений правовой жизни с позиции высших разyмно-этических начал.
Попытки дать определение философии права, как уже отмечалось, предпринимались многими представителями юридической науки. Например, Л. Н. Петражицкий писал, что философия права есть
сложная дисциплина – высшая теория права + высшая теология,
высшая политика права. О философии права говорили как о сверхопытном учении о праве, сводили ее к правовой гносеологии и т. д.
Мы исходим из того, что это часть юридической науки, причем
важнейшая.
Философия права подобно птице Феникс возрождается из пепла всякий раз, как только ее враги пытаются праздновать победу
над ней. Впервые о необходимости возрождения философии права
в конце ХIХ века заговорили известные русские юристы Б. Н. Чичерин и П. И. Новгородцев. B 1910 году вышла в свет книга француза
Шармона «Возрождение естественного правам». A еще в 1909 году
в России был опубликован сборник статей о русской интеллигенции – «Вехи», авторы которого считали, что внутренняя жизнь
личности, а не политический режим является единственно прочным базисом для всякого общественного строительства. Политический деспотизм ведет к тому, что уровень философской и правовой
культуры снижается.
Трагедия в нашей жизни произошла, когда духовность стали
вводить принудительно, назвав ее «сознательностью», когда было
нарушено одно из необходимых условий духовного развития – свобода. Крах оказался неминуемым. Стремление полностью детерминировать социальную жизнь убило ее. От человека, поставленного
в положение раба или наемника, нельзя требовать гражданских добродетелей, без которых немыслимо никакое цивилизованное государство, не будут действовать никакие законы.
В ситуациях, когда возникала угроза самому существованию государства, гражданские добродетели пробуждались, но на мирную
жизнь их уже не хватало – слишком эта жизнь была пресна и скучна.
Тоталитарное государство развило патерналистски-инфантильный тип сознания. Люди были фактически исключены из обще59
ственно-политической жизни, ожидая команд сверху. Страх и апатия пронизывали все общество. Бунт одиночек ничего не менял и не
вызывал в народе сочувствия, отдельные стоически выполнявшие
свои обязанности люди общую картину также не могли изменить.
B этих условиях и произошло, как принято считать, пробуждение
общественного сознания, у нас в стране началась так называемая
перестройка, да и то не снизу, а под давлением сверху, что само по
себе является большой загадкой, ибо верхи уже давно утратили
всякое чувство реальности, а социальный инфантилизм низов на
долгие годы определил исход многих политических событий.
Не хочется думать, что «перестройка» была затеяна лишь для легализации теневого капитала. Было бы поверхностным считать все,
произошедшее с Россией, простой ошибкой, каким-то наваждением,
которое должно рассеяться. Слишком многое в прошлом предсказывало то, что произойдет в ХХ веке. Можно сказать, что принципиальное неуважение к личности, о котором говорил В. В. Розанов, лежало
в основе случившегося. Эта же причина ведет к деформации правосознания. Его разрушение начинается именно с того момента, когда
в сознание людей закладывается привычка мириться с существующей неспpaвeдливостью. Внутренняя жизнь личности, ее правовые
оценки, эмоции, с точки зрения господствующего правопонимания
и насаждаемого всеобщего законопослушания, представлялись чемто второстепенным и малозначимым. В таких условиях происходят
действительная деградация и разрушение правового сознания, его
кризис. И заключается он не только в самой бессмысленности всей
конструкции понятийного аппарата позитивистской теории права,
но и в разрушении связи человеческого сознания с бытием.
Призывы русской интеллигенции к возрождению естественных
начал в отношениях между людьми не были услышаны.
Ситуация, которая создалась в сегодняшней России, в какой-то
мере повторяет историю столетней давности. B принципе, на современном этапе многое подлежит переосмыслению. Сказать, что
наступило сложное время, – почти ничего не сказать. Возможно,
сейчас обострился чрезвычайно болезненный процесс смены мировоззренческой парадигмы, лежащей в основе всей современной
культуры и самого образа жизни.
И вновь русская интеллигенция уже через 100 лет взывает
к естеству человеческого духа. Услышит ли общество эти слабые
голоса? Сможет ли общество, разбуженное великими потрясениями, обратиться к истории, к опыту добра и зла как необходимому
условию духовного роста? Конечно, просто вернуться в прошлое
60
невозможно. Но его необходимо осознать и должным образом оценить. Прав был C. Н. Булгаков, который писал: «Если русское общество действительно еще живо и жизнеспособно, если оно таит
в себе смену будущего, то эта жизнеспособность должна проявиться прежде всего и больше всего в готовности и способности учиться
у истории. Ибо история не есть лишь хронология, отсчитывающая
чередование событий, она есть жизненный опыт, опыт добра и зла,
составляющий условие духовного роста...»1.
В современной Европе лишь с крушением фашистского тоталитарного режима вновь обратились к вопросу: что есть право и каково его соотношение с законом? Об этом в 1983 году писал финский
ученый, профессор A. Аарнио в книге «Философские перспективы
юриспруденции». О соотношении правовых и моральных ценностей рассуждал шведский ученый, профессор A. Печеник в работе
«Правовые ценности». Эти вопросы активно обсуждались и на последних всемирных конгрессах по философии права.
Очередной всемирный конгресс, как уже отмечалось, проходил
летом 2013 года в Бразилии. Очень хотелось бы, чтобы один из конгрессов прошел в России. Российская правовая наука заслуживает
этого.
Распад культуры (в том числе и правовой) начинается с момента, когда предают забвению ее творцов. Уважение к минувшему,
по меткому выражению A. C. Пушкина, является чертой, отличающей образованность от дикости. Известно, что еще граждане Рима
ставили изображения предков в вестибюлях своих домов, выражая
этим свое почтение к ним. Остается лишь удивляться той легкости,
с какой мы расстались со своими выдающимися предшественниками. Вспомним лишь слова поэта:
«...Куницыну дань сердца и вина!
Он создал нас, он воспитал наш пламень,
Поставлен им краеугольный камень,
Им чистая лампада возжена.»
Или:
«Вы помните: когда возник лицей,
Как царь для нас открыл чертог царицын,
И мы пришли. И встретил нас Куницын
Приветствием меж царственных гостей.»2
1 Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции. М., 1909. С.1–3.
2 Пушкин А. С. Сочинения. СПб., 1887. Т. 8. С. 192.
61
Законопослушные цензоры в свое время yмyдрились даже изъять из сочинений великого поэта стихи, посвященные автору «Права естественного», очевидно, на том основании, что в них встречалось упоминание о возможности существования иной формы правления, неприемлемых для нашего сознания «гостях».
Мы недостаточно знакомы с творчеством князя E. H. Трубецкого, правовые идеи которого, заметим, в западноевропейской
литературе относят к достижениям человеческого гения. Мы забыли о родоначальнике возрожденного естественного права в Европе П. И. Новгородцеве, имя которого способно вызывать в человеческой душе одно из самых лучших исторических воспоминании,
знакомство с трудами которого окрыляет, способствует духовному
полету. Мы изгнали своих кумиров и очистили свою память. Мы не
помним своего прошлого. И поистине, из ничего ничего и не возникает. Кризис нашего правосознания произошел не вчера и не сегодня, Истоки болезни следует искать гораздо раньше.
Необходимо вернуть в наше сознание те правовые идеи и понятия, которые составляют фундамент всего естественного права.
Нам необходимо вернуть те труды и архивы выдающихся представителей отечественной юриспруденции, которые разбросаны по
всей нашей планете.
Сегодня мы все являемся свидетелями большого шума вокруг
различных финансовых, политических и социальных потрясений
и при этом полагаемся на какое-то чудо. Но особенность чуда состоит именно в том, что оно появляется неожиданно. Оно приходит
как неосознанный результат праведной жизни, одухотворенной
идеями добра и справедливости.
62
ПРЕЗИДЕНТ РОССИЙСКОЙ АССОЦИАЦИИ
ФИЛОСОФИИ ПРАВА
Доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель
науки РФ, Почетный работник высшего профессионального образования РФ, действительный член Международной Академии
акмеологических наук Эдуард Вениаминович Кузнецов руководит
Российской Ассоциацией философии права (Санкт-Петербург). Он
относится к числу известных в нашей стране и за рубежом ученых,
информация о котором содержится во многих отечественных и иностранных источниках. Среди них: Видные ученые-юристы России
(вторая половина ХХ века): энциклопедический словарь биографий.
Под ред. д-ра юрид. наук В. М. Сырых. М., 2006. С. 233; История,
события, люди. Под общ. ред. В. А. Кудина и В. М. Берекета. СПб.,
2008. С. 27, 45; Созидатели будущего. Научные школы ГУАП. Под
ред. А. П. Лукошкина, А. А. Оводенко, В. И. Хименко; СПб., 2011.
С. 483–486; А. В. Кузнецова, О. Э. Старовойтова, Н. Г. Янгол. Научно-практическая и творческая деятельность Э. В. Кузнецова. СПб.,
2013. 93 с.
Э. В. Кузнецов является одним из основателей нового направления в современном правоведении – философии права в России. Основные положения этого направления были им изложены в кандидатской диссертации («Категории причины и следствия в праве»,
1970 г.) и докторской диссертации («Философия права в России»,
1990 г.), а также в многочисленных публикациях.
Являясь учеником и последовательным сторонником одного из
основателей современной философии права в России – Д. А. Керимова, доктора юридических наук, профессора, члена-корреспондента Российской Академии наук, академика Азербайджанской,
Сербской, Финской, Черногорской Академии наук, лауреата Государственной премии, Кузнецов выступил инициатором включения
в учебную программу юридического факультета вуза новой дисциплины – «Философия права», которая преподается в ведущих зарубежных вузах и в дореволюционной России рассматривалась как
центральное звено в юридической подготовке студентов. Именно
в связи с этим профессор Кузнецов приглашался в Римский (Италия, 1995 г.), Лундский (Швеция, 2003 г.), Вальядолидский (Испания, 2005 г.), Силезский (Польша, 2009 г.) университеты, а также
в университет Масарика (г. Брно) и Карлов университет (г. Прага)
в Чехии (2010 г.) для чтения лекций по русской философии права.
Эти лекции были им прочитаны на французском языке.
63
5 мая 2014 года на кафедре теории права и государства юридического факультета ГУАП состоялась встреча чешских профессоров
университета Масарика (г. Брно) с российскими юристами, преподавателями, аспирантами и студентами юридического факультета
ГУАП.
Профессор Кузнецов имеет большой опыт практической работы
по специальности. После окончания Ленинградского государственного университета он был избран народным судьей Тосненского городского суда Ленинградской области. За период работы в суде им
было рассмотрено свыше 3000 гражданских и более 200 уголовных
дел. В дальнейшем он работал следователем в ОВД Ленинграда, а
затем поступил в спецаспирантуру ЛГУ, в задачу которой входила
подготовка специалистов со знанием иностранных языков для преподавания юриспруденции за рубежом.
Длительное время Кузнецов работал в системе МВД. Имеет восемь правительственных наград, среди которых «За отличие в воинской службе I степени». Отмечен также наградами зарубежных
стран.
В 1983 году ему было присвоено воинское звание полковника.
Неоднократно выезжал в горячие точки страны для выполнения
правительственных заданий (Фергана, Абхазия). Информация об
этом помещена в газете «Правда» от 21 июля 1989 года.
В 1999 году за большой вклад в подготовку научно-педагогических кадров США в области юриспруденции он был награжден Почетной грамотой Иллинойского университета.
В 2005 году Российская Ассоциация философии права (СанктПетербург), Президентом которой является профессор Кузнецов,
была принята в состав Всемирной Ассоциации философии права
(IVR). Члены Российской Ассоциации (Э. В. Кузнецов, В. М. Боер,
Н. Г. Янгол, Х. Х. Лойт, Ф. Ю. Сафин, О. Э. Старовойтова, В. В. Цмай
и др.) принимают активное участие в важнейших международных
форумах: Лунд (Швеция, 2003 г.), Гранада (Испания, 2005 г.), Краков (Польша, 2007 г.), Катовице (Польша, 2009 г.), Пекин (Китай,
2009 г.), Франкфурт-на-Майне (Германия, 2011г.), Белу-Оризонти
(Бразилия, 2013 г.).
В ноябре 1995 года по инициативе профессора Кузнецова, известного специалиста в области российского правоведения, Государственная дума Федерального Собрания РФ приняла постановление о возврате научных архивов выдающихся русских теоретиков
права (Б. А. Кистяковский – Нью-Йорк, П. И. Новгородцев – Прага, Л. И. Петражицкий – Варшава и др.) на родину (Аппарат Го64
сударственной Думы РФ. Общий отдел. К заседанию Государственной Думы № 14 от 17 ноября 1995 г.).
Профессор Кузнецов более 20 лет руководил кафедрой теории и
истории права и государства Санкт-Петербургского университета
МВД, стоял у истоков создания кафедры теории права и государства
юридического факультета СПбГУАП и возглавляет ее с момента создания; прилагал и прилагает огромные усилия для ее технического
оснащения и наполнения научно-педагогическими кадрами высшей
квалификации. На сегодняшний день на кафедре трудятся 10 преподавателей – все они имеют ученые степени и звания. 70 % преподавателей кафедры являются докторами юридических наук. Причем
профессоры кафедры И. Б. Ломакина и О. Э. Старовойтова защитили
докторские диссертации в возрасте от 30 до 38 лет. Это уникальное
явление в истории юридической науки, сравнимое, пожалуй, с достижением талантливого представителя теории права в России –
Н. М. Коркунова, который в 27 лет защитил докторскую диссертацию, а его учебники по теории права считались лучшими в Европе.
В 2003 году Указом Президента Российской Федерации профессор Кузнецов был удостоен государственной награды «Заслуженный деятель науки Российской Федерации».
Основные научные труды
Профессор Кузнецов является автором более чем 150 научных
работ – монографий, учебных пособий, научных статей, рецензий,
среди которых большой интерес вызывали такие труды, как:
1. Введение в теорию права. М., 1989. 205 с.
2. Вызов закону ХХI века. М., 1998. 328 с.
3. Наука о праве и государстве. СПб.; М., 1999. 411 с.
4. История политических и правовых учений. СПб., 1999. 130 с.
5. Онтология права в русской научной традиции (Л. И. Петражицкий). СПб., 2002. 84 с.
6. Некоторые особенности формирования юридической науки
в России (актуальные проблемы теории и истории права и государства). Ижевск, 2008. 480 с.
7. Право на индивидуальность: к истории вопроса // История государства и права. 2009. № 10.
8. Актуальные проблемы теории государства и права. СПб.,
2010, 178 с. (работа подготовлена на русском, английском, французском и испанском языках).
9. Философия права. СПб.,2013. 380 с.
65
Учебное пособие «Теория права и государства» (А. А. Боер,
Э. В. Кузнецов, О. Э. Старовойтова. СПб., 2007) стало лауреатом
на Всероссийском конкурсе научных работ по праву в 2007 году
в Сочи и было награждено дипломом.
Теоретические результаты исследований профессора Кузнецова
докладывались на многочисленных российских и международных
конференциях и симпозиумах.
Диссертационные исследования учеников
научной школы профессора Э. В. Кузнецова
Под руководством профессора Э. В. Кузнецова было подготовлено
более 20 кандидатов и 4 доктора юридических наук, усилия которых
были направлены на возрождение идей русских теоретиков права,
анализ достижений отечественной правовой науки, например:
1. А. В. Кузьмин «Правовое учение И. В. Михайловского (эйдологическое направление российской философии права)» (1998 г.);
2. А. А. Жариков «Правовая теория И. А. Ильина (гносеологический аспект)» (1998 г.);
3. Ю. В. Ячменёв «Правовая теория К. А. Неволина (истоки
естественно-правовой мысли в России)» (1995 г.);
4. А. В. Малюткин «Учение о правосознании в России: истоки и
эволюция» (1999 г.) и др.
Последователи научной школы
профессора Э. В. Кузнецова
На кафедре, руководимой профессором Э. В. Кузнецовым, готовились и обсуждались докторские диссертации С. В. Степашина,
А. В. Коровникова, В. Н. Лопатина и других известных государственных и политических деятелей.
Научные интересы профессора Кузнецова охватывают весьма
широкий аспект философско-правовых исследований. К ним относится и комплекс проблем, связанных с правовой регламентацией соматических прав человека. Одним из его учеников и последователей этого направления является доктор юридических наук
О. Э. Старовойтова, которая справедливо считает, что для юристов
проблемы «науки о теле» не являются чем-то сторонним. Напротив,
человеческое тело (живое или мертвое) заслуживает особого внимания со стороны закона. Проблема соматических прав человека сегодня предстает как новое направление в юридической науке. Это
поистине грандиозная проблема XXI века. Она, в сущности, явля66
Лауреаты Всероссийского конкурса в Сочи на лучший учебник по юриспруденции – доцент А. А. Боер и профессор Э. В. Кузнецов. 2007 г.
ется вызовом законодательству, которое и в России, и во многих зарубежных государствах нуждается в основательной корректировке.
Основное содержание нового направления в современном правоведении, одним из основателей которого является профессор
Кузнецов, находит свое выражение в его Обращении как Президента Российской Ассоциации философии права к научной общественности.
67
ОБРАЩЕНИЕ
Президента Российской Ассоциации
философии права (Санкт-Петербурга),
Заслуженного деятеля науки
Российской Федерации, доктора юридических наук,
профессора Кузнецова Эдуарда Вениаминовича
к представителям власти, бизнеса, науки,
культуры и религии
Господа, коллеги и друзья!
В марте 2005 года была создана Ассоциация философии права Санкт-Петербурга.
Философию права издавна сравнивали
с птицей Феникс, которая возрождалась из
своего пепла всякий раз, когда ее противники праздновали, как им
казалось, очередную победу над ней. Грядет время, когда Феникс
вновь расправит могучие крылья и слово «право» обретет свое естественное значение – справедливость. Как правило, люди стремятся
не просто к праву, но к справедливому праву с нравственным потенциалом. Опыт тоталитарной правовой действительности свидетельствует о том, что юридический позитивизм продемонстрировал
поразительное неуважение к праву, перечеркнув его как высокий
духовный феномен.
Конец ХХ века ознаменовался крушением многих рационалистических мифов о человеке, обществе, праве и государстве. Утратившее связь с бытием человеческое сознание единственно достоверной реальностью самоуверенно признало самое себя (cogito ergo
sum). В соответствии с этим смысл жизни должен был быть не обретен, а создан, сконструирован самим человеком. Религия начала казаться иллюзией, а правоведение постепенно превращалось
в прибежище позитивистских концепций, в соответствии с которыми государственный закон был призван подменить естественную
суть права, неразрывно связанного с нравственностью. Духовность,
объявленная чем-то второстепенным, быстро была сведена на последнее место. Параллельно расщеплению атома в социальной сфере началось разрушение самих основ человеческого существования.
Потребовался чудовищный историко-метафизический эксперимент
тоталитаризма, приведший к гибели миллионов людей и разрушению почти всех сфер жизнедеятельности общества, чтобы избавиться (но пока, к сожалению, не до конца) от рационалистических ил68
люзий, прочно укоренившихся в сознании многих людей ХХ века.
В действительности оказалось, что социальная жизнь имеет свои
законы, и важнейший из них – это признание того, что существует
граница, дальше которой недопустимо никакое стороннее вторжение. Эта граница на языке философии права – личная свобода человека и его естественные права. Философия права – это дух закона,
буква которого должна соответствовать этому духу. Почти 100 лет
назад в «Вехах» было замечено, что ошибка русской интеллигенции заключалась в том, что она воспринимала право не как правовое убеждение, а как принудительное правило. Необходимо понять,
наконец, что от человека, поставленного в положение раба или наемника, нельзя требовать гражданских добродетелей, без которых
немыслимо никакое цивилизованное государство, не будут действовать никакие законы.
XXI век знаменует начало перехода к новой социокультурной
парадигме. Сегодня кризис потрясает все сферы человеческой деятельности и культуры. Коллективные и индивидуальные социальные потрясения, которым мы подвергаемся, требуют глобального
научного ответа. Ответ на этот вопрос возможен только при условии объединения всех структур нашего общества. Ассоциация философии права Санкт-Петербурга делает лишь первый шаг в этом
направлении, осознавая его трудность и выражая надежду на то,
что наши слабые голоса будут услышаны и поддержаны представителями власти, бизнеса, научными работниками, представителями культуры, религии, людьми для которых слова – милосердие,
справедливость, доброта и терпимость определяют их образ жизни.
К важнейшим задачам Ассоциации философии права СанктПетербурга относятся:
– возрождение и развитие философии права в современной России, эволюция идей, связанных с познанием и защитой естественных и неотъемлемых прав человека и закрепленных в законодательстве;
– дальнейшая интеграция современной юридической науки
с мировым научным сообществом;
– возрождение и развитие прогрессивных идей выдающихся философов-теоретиков права России;
– разработка и организация целевых программ и научных проектов;
– организация российских и международных форумов и осуществление международных программ и мероприятий в области
международного сотрудничества в области права;
69
– проведение научных семинаров по философским проблемам
права;
– оказание консультационных услуг и помощи в подготовке и
переподготовке кадров (как российских, так и зарубежных).
Ассоциация открыта для любого нового научного направления в праве. Она является структурным элементом Всемирной
Ассоциации философии права и социальной философии (IVR).
25 мая 2005 года решением Исполнительного Комитета Всемирной
Ассоциации философии права и социальной философии СанктПетербургская Ассоциация философии права была принята в состав
IVR как новая секция. Члены Ассоциации принимали активное
участие в работе всех последних конгрессов IVR. В России подобного
рода форумы не проводились. Хотя Россия в свое время в этих вопросах имела большие достижения. Еще в 1860 году Б. Н. Чичерин, а
затем П. И. Новгородцев ставили вопрос о необходимости возрождения естественного права в России; и лишь в 1910 году французский
ученый Шармон такой же вопрос поставил для Европы.
Всем известны экономические форумы в Давосе, куда устремляются представители государственных структур, бизнеса и научной
общественности. Однако Всемирный конгресс по праву – не менее
важное мероприятие и значимое не только для Санкт-Петербурга,
но и для всей России.
Всемирные форумы по философии права проводятся с 1910 года,
т.е. с момента создания Всемирной Ассоциации (IVR). На них
рассматриваются актуальные проблемы правовой теории и юридической практики. Так, на 21-м Конгрессе IVR, который проходил в 2003 году в Швеции, выступили крупнейшие современные
философы и теоретики права: А. Печеник (Швеция), Р. Алекси
(Германия), Р. Познер (США), Э. Поттаро (Италия) и др. В центре
внимания были доклады: «Право и экономика», «Закон, мораль и
политика», «Юстиция, власть и закон», «Новые технологии в праве и политике», «Политика прав человека», «Национальные государства и универсальные ценности» и др. В работах конгрессов
принимают участие сотни делегатов из различных стран и континентов. Как правило, эти мероприятия проходят под патронажем
первых лиц государства. Так, 17-й Всемирный конгресс IVR проходил в Италии под покровительством президента Итальянской республики Оскара Луиджи Скальфаро, Европейского Парламента,
Председателя кабинета Министров Италии, Министра иностранных дел Италии, Министра юстиции Италии, Министра образования Италии, Апелляционного Суда и руководителей городской
70
администрации (Болонья). К такой постановке вопроса должны
стремиться и мы.
Сегодня Россию на Всемирных конгрессах IVR представляют (как и во Франции) две Ассоциации (Московская и СанктПетербургская). В 2013 году Всемирный конгресс по праву пройдет
в Бразилии. Мы полны надежд, что один из Всемирных конгрессов
по праву, наконец-то, пройдет в России. Историческая справедливость должна быть реализована. Российская юридическая наука
заслуживает этого. Это признают и за рубежом. Известно, что на
международной конференции в 1988 году, посвященной 1000-летию Крещения Руси, которая проходила в нашей северной столице в докладе священника Чезаре Скрибано Евгений Трубецкой
был назван гением в праве. Истории известен и тот факт, что в свое
время светила науки из Англии, Германии, Франции приезжали
в Россию, чтобы послушать лекции 27-летнего профессора права
Н. М. Коркунова. А учебники по теории права, написанные им,
считались лучшими в Европе.
У нас много идей, реализация которых требует необходимой поддержки. Присоединяйтесь к нам, поддержите нас, помогите нам!
Нам нужна Ваша моральная, духовная и материальная помощь.
Не вокруг нового шума вращается мир, но вокруг новых идей, – он
вращается неслышно!
71
APPEAL
PRESIDENT OF THE RUSSIAN ASSOCIATION
OF PHILOSOPHY OF LAW (ST. PETERSBURG)
HONORED SCIENTIST OF THE RUSSIAN FEDERATION, DOCTOR
OF LAW, THE PROFESSOR KUZNETSOV EDUARD
TO THE REPRESENTATIVES OF GOVERNMENT, BUSINESS, SCIENCE,
CULTURE AND RELIGION
Gentlemen, colleagues and friends!
In March of 2005 established the Association of Philosophy of
Law in St. Petersburg. Philosophy of law has been long compared to
the phoenix, which is reborn from its ashes every time her opponents
celebrated, as they thought, another victory over her. Comes the time
when Phoenix again will straighten mighty wings and the word “law”
to find its natural value – justice. Generally, people tend not to just
to the law, but just law to the moral potential. The experience of the
totalitarian legal reality shows that legal positivism has demonstrated
a striking lack of respect for law, dashing it as high spiritual
phenomenon.
The end of the XX century was marked by the collapse of many
rationalist myth of a man, society, law and the state. Has lost touch
with being human consciousness only authentic reality confidently
recognize itself. According to the meaning of life was to be not having
found and created, designed by the man himself. Religion began to
seem an illusion, and jurisprudence gradually transformed into a
haven of positivist concepts, according to which the state law was
intended to replace the natural essence of the law is inextricably linked
to morality. Spirituality, announced something minor, was quickly
reduced to the last place. Parallel splitting the atom in the social sphere
began destroying the very foundations of human existence. It took
enormous historical and metaphysical experiment of totalitarianism,
which led to the deaths of millions of people and the destruction of
almost all spheres of life, society, and to get rid of (but, unfortunately,
not completely) from the rationalist illusion, deeply rooted in the
minds of many people XX century. In fact, it turned out that social
life has its own laws, and most important of them – is the recognition
that there is a boundary beyond which no party is unacceptable
intrusion. This boundary is the language of the philosophy of law –
the personal freedom of the individual and his natural rights. The
philosophy of law – it is the spirit of the law, the letter of which should
72
correspond to that spirit. Almost 100 years ago in the “Vehi” was seen
that the error of the Russian intelligentsia was, what she perceived
as a legal law not to belief, but as a compulsory rule. We need to
understand, finally, that of man, delivered in a slave or a mercenary,
you can not claim the civil virtues, without which no civilized nation
will not act any laws.
The 21st century marks the beginning of a transition to a new
socio – cultural paradigm. Today, the crisis shakes all spheres of
human activity and culture. Collective and individual social upheaval
that we are exposed to, require a global scientific answer. The answer
to this question is possible only if the union of all the structures of
our society. Association for Philosophy of Law of St. Petersburg are
taking the first step in this direction, being aware of its difficulty, and
with the hope that our small voices will be heard and supported by the
representatives of government, business, academics, representatives
of culture, religion, people for whom the word mercy, justice, kindness
and tolerance determines their way of life.
The most important objectives of the Association of Philosophy of
Law of St. Petersburg include:
– The revival and development of the philosophy of law in Russia
today, the evolution of ideas related to the knowledge and protection
of the natural and inalienable human rights, and are enshrined in
legislation;
– Further integration of modern legal science with the world
scientific community;
– The revival and development of the progressive ideas of prominent
philosophers Theorists of law in Russia;
– The development and organization of special programs and
research projects;
– The organization of the Russian and international forums and
international programs and activities in the field of international
cooperation in the field of law;
– Conducting seminars on philosophical issues of law;
– Provision of advice and assistance in training and retraining
(both Russian and foreign).
The Association is opened to any new research direction in the law.
It is a structural element of the World Association of Philosophy of
Law and Social Philosophy (IVR). On 25 May 2005 by a decision of
the Executive Committee of the World Association of Philosophy
of Law and Social Philosophy the St. Peterburg’s Association of
Philosophy of Law has been admitted to the IVR as a new section.
73
The members of the Association have been actively involved in the
work of the all latest Congresses IVR. In Russia, such forums have
not been conducted. Although Russia had great achievements in these
issues in its time. In 1860, B. Chicherin, then P. Novgorodcev put a
question of the necessity for the revival of the natural law in Russia,
and only in 1910 a French scientist Sharmon put the same question
to Europe.
Everybody is aware of the economic forum in Davos, where
representatives of the government agencies rush, business and
scientific community. However, the World Congress by right – not
less important and significant event not only for St. Petersburg, but
also for the whole Russia.
The World Forum on the Philosophy of Law held in 1910, that is,
since the creation of the World Association (IVR). The actual problems
of legal theory and legal practice are viewed. So, at the 21st Congress
of IVR, which took place in 2003 in Sweden, modern philosophers and
legal scholars spoke: A. Pechenik (Sweden), R. Alexy (Germany), R.
Posner (USA), E. Pottaro (Italy) and others, at the center of attention
there were reports: “Law and Economics”, “Law, Morality and Politics,”
“Justice, power and law”, “New technology in law and politics”,
“Politics of Human Rights”, “ Nation-states and universal values «and
others. In the work of the Congresses hundreds of delegates from
different countries and continents take part. As a rule, these events
are held under the patronage of the top officials. Thus, the 17th IVR
World Congress is held in Italy under the protection of the President of
the Italian Republic Oscar Luigi Scalfaro, the European Parliament,
representative of the Cabinet of Ministers of Italy, the Italian Foreign
Minister, Minister of Justice of Italy, Italy’s Minister of Education, the
Court of Appeal and the leaders of the city administration (Bologna).
We should strive for a such statement of the problem.
Today Russia is represented at the World Congress IVR (as in
France), by two associations (Moscow and St. Petersburg). In 2013,
the World Congress on Law, finally, will be held in Brazil. Historical
justice must be implemented. Russian jurisprudence deserves it.It
is also recognized abroad. It is known that at the international
conference in 1988, dedicated to 1000 years old Christianity in Russia,
which took place in our northern capital, in the report of the priest
Cesare Skribano, Eugene Troubetzkoy has been called a genius in law.
History knows the fact that the lectures were given by a 27-year-old
law professor N. Korkunov. And the books on legal theory, which he
wrote, were considered the best in Europe.
74
We have many ideas, the implementation of which requires the
necessary support. Join us, support us, help us! We need your moral,
spiritual and material assistance. No noise around the new World
Turns, but around new ideas, it rotates silently!
E-mail: Kuznetsov_ femida@mail.ru
Tel.: 8(812) 343-21-71; 8(812) 373-09-45
75
ФИЛОСОФИЯ БЫТИЯ
Известно, что многие российские юристы отличались широтой
взглядов и интересов ( и не только научных). В этом разделе мы
продолжим знакомить читателей с литературным творчеством профессора Э. В. Кузнецова с его разрешения. В разделе помещены его
новые поэтические зарисовки и проза, в основе которых лежат всё
те же философские взгляды на жизнь, частью которой являются и
правовые отношения, и нравственные отношения, и обычаи – самые древние регуляторы поведения в человеческом обществе. Иными словами – это и есть философия нашего бытия.
Святая Троица
76
Грезы
После того, как ты устал от работы, и тебе захотелось вдруг
остаться наедине со своими грезами, когда у тебя от одного вида массы таких же озабоченных неврастеников начинают, как семафор,
мигать глаза и хаотично дергаться веки, руки, ноги, голова, причем
совершенно самостоятельно и независимо друг от друга, вдруг начинаешь понимать, что притомился, занемог, возможно в твоем организме начались к всеобщему изумлению «пляски святого Витта».
В этих случаях, говорят, спасает море, горячая галька, ласковое
светило. Ярило наше. Уже одна мысль о приобщении к таинствам
природы придает силы. Хочется поскорее припасть к ее сосцам,
слиться с нею… Как там в стихах покаянных Древней Руси: «Прими
мя, пустини, яки мати чадо свое во тихое и безмолвное недро свое…».
И вот ты уже не уставший труженик 21-го века, одуревший от
стрессов, а святой Августин, мирно перешагивающий через распростертые перед тобой на морском пляже тела, и направляешься вон
к тому добродушному Конфуцию из Нарьян-Мара, возле которого
кто-то ушедший в мир иной загодя освободил для тебе место. Учитель благий! Что сделать мне доброго, чтобы так вот жить вечно под
солнцем? Нежность и благодать разлились по моим жилам. С любовью ко всему живому начинаю ласково вопрошать мудреца, скорбно
возлежащего рядом на грубом топчане, что привело его в эту Мекку
всеобщего успокоения и братства? «Лишай!» – донеслось эхом до
моих ушей с многократным повторением: «Лишай, ишай, ай,ай!».
Осторожно бросив взгляд на его пораженные члены, я содрогнулся.
На ум пришли слова Кента из «Короля Лира» Шекспира: «Не мучь.
Оставь в покое дух его. Пусть он отходит».
Стараясь отвлечься от грустных мыслей о несчастном, стал думать о приятном, далеком от суровой реальности. Вспомнил Тургенева… Воскрес! Воскрес Великий Пан! И тот час же – о чудо! Послышался торопливый топот легких шагов, сквозь зеленую чащу
замелькала мраморная белизна волнистых туник, живая алость
обнаженных тел…То нимфы, нимфы, дриады, вакханки бежали
с высот в равнину. Впереди несется богиня. Она выше и прекраснее
всех… Диана, это ты? Какое чудо!...»
Однако мои мысли прервал протяжный грудной голос: «Девочки, пемза, пемза! Берите пемзу чистить мозоли, пятки!» Я вновь
вернулся в мир современных нимф и сатиров. На моем полотенце
стоит дриада в джинсах и, фотографируя своего спутника, просит:
«Улыбочку!». А из репродуктора до ушей истосковавшихся по но77
востям и сенсациям отдыхающих, неслось: « Внимание! Потерялся
мальчик девяти лет. Бруки в мячиках!». Молодой сатир из второй
партии заезда, белый, в розовых прысчиках стал осторожно заходить в море. Когда вода коснулась его детородных органов – тихо
заскулил. Боже! Опять быт, суета, обыденность отвлекли меня от
легких грез, мыслей о чем-то далеком и навсегда утраченном. Нет,
расслабляться не надо, здесь, где само светило – твой надежный союзник и лекарь. Я постарался забыться, глубоко вздохнул и закатил глаза под лоб. В последнюю минуту смог заметить, что в голову
упираются чьи-то восковые ноги в белых тапочках. Справа, заслоняя солнце, тяжело дышала моржеобразная дама. Нет, ее стан не
похож на пальму, а грудь далеко не напоминала виноградные кисти. Но ведь была же Суламиф, дщерь именитая, округление бедр
которой как ожерелье, дело рук искусного художника!
Мои грустные раздумья прервал подползший старик со слезящимися глазами. Задыхаясь в кашле, в минуты просветления пытался объяснить, что хочет курить…
«Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам…»
(У. Шекспир)
78
Бежать отсюда! Скорей! Куда? В море. Ласковое, теплое море –
наше спасение! Перешагивая через бинты, арбузы, костыли, животы, я устремился туда, куда влекла меня душа… «О, Боже мой,
какой простор, какие блещущие дали! Под мною звезд певучих хор,
над мною мир, где нет печали…». И вновь я почувствовал себя нарциссом Саронским. Как там в Песне песней Соломона? «Подкрепи
меня вином, освежи меня яблоками, ибо я изнемогаю от любви!».
Поистине, жизнь не в том, чтобы жить, а в том, чтобы чувствовать, что ты живешь! Я совсем было вышел в море, но дальнейший
путь мне преградили… престарелые менады. Они молча стояли по
пояс в воде, словно совершали там какое-то таинство. Как мне потом объяснили – это были самые стойкие последователи уринотерапии. Тут же рядом, давясь концентрированной и как утверждают менады, целебной влагой полоскал горло, опираясь на посох,
Пан. Да, тот самый Пан, что явился плодом беспорядочного сожительства Пенелоны со своими женихами. Свою свирель он давно
потерял, и уже не внушал панического страха своим видом, как,
впрочем, и сатиры и более старые силены, окружавшие его. Все до
ряби в глазах стали похожи друг на друга – силены, дриады, отдыхающие, сатиры. Из под моих ног всплыл, пуская пузыри, чем-то
явно недовольный плешивый субъект, что-то промычал, постучав
по голове указательным пальцем, и снова нырнул в глубины, замер
на гальке, притворившись камбалой.
Грезы… Они не оставляют тебя даже в минуты усталости.
Первый раз в президиуме
Так уж вышло, что его односложная фамилия, как междометие,
оказалось в списках состава президиума. Но он признал ее сразу.
От волнения подкативший ком кляпом застрял в горле. Словно раненому зверю вдруг захотелось припасть к водоему и пить, пить…
Вот оно! Свершилось! Счастье как побирушка с костылем, наконец,
нашло его и стало ощупывать костлявыми пальцами, желая убедиться, нет ли ошибки. Малиновый звон щекотал самолюбие. Бесполые ангелы пошловатыми голосами исполняли «Иже в объятиях». Он зажмурился от ниспадающей на него благодати…
Когда избранным предложили занять свои места, какая-то неведомая сила, скромно таившаяся до сих пор в сфере бессознательного, хамовато бросила его бренное тело вперед. Казалось каждый его
орган зажил самостоятельной жизнью, потому как средняя часть
его корпуса вдруг сделала резкий толчок вправо и сопевший рядом
79
«Не пой, красавица, при мне Ты песен Грузии печальной…»
(А. С. Пушкин)
нахал растворился аки призрак, а материализовавшись, затем долго выбирался из-под стульев. А он уже сел, утвердился, замер, как
варан в пустыне. Немного привыкнув, взглядом нищего на паперти
осторожно взглянул в зал и … обалдел, выключился. Зал, как Океан в романе Стругацких, шумел, волновался, хихикал, смеялся,
показывал на него пальцем, строил рожицы. С ума сойти! И он опустил глаза, согнулся как заломанная рябина в парке имени Культуры и Отдыха. Со стороны могло показаться, что товарищ устал,
80
перебрал, если хотите, забурел. Голова висела у груди, а прядь волос как у известного певца при исполнении романса «Гори, гори,
моя звезда» простодушно закрывала все остальное.
Очнулся он от того, что ему предложили выступить… Никто не
заметил, как он оказался на трибуне. Такое впечатление, что прополз под столом. Зал от изумления онемел, затих, околел. А он
в это время картинно рылся в карманах брюк в поисках бумажки
с текстом. Один из карманов, очевидно, оказался дырявым, так
как его рука проникла в сапог. Потом он вдруг хлопнул себя по лбу,
распрямился, как штангист, разорвав при этом завесу бытия ревом
первобытного самца и так стоял долго, моргая и вращая головой,
подражая сове из телевизионной передачи «Что, где, когда?». Листочек нашелся сам. И он начал речь.
Человечий язык бессилен передать это! Гибель Помпеи покажется невинной шалостью карапуза, опрокинувшего ночную вазу,
в сравнении с тем, что он вытворял. Его голос был неузнаваем. Это
было что-то среднее между звуками певца за сценой и котом, сброшенным в водосточную трубу. Начало фраз было не понять, а окончания он проглатывал, словно Полкан, расправлявшийся с надоедливыми насекомыми. При этом отчетливо был слышен лязг зубов.
Иногда, как многословное эхо прорывались отдельные слова: «Заверяем!», «Веряем!», «Яем!», «Ем!», «М!», «М»…
Закончив речь, он долго кланялся и не хотел уходить, посему некто из-за портьеры мягко подтолкнул его снизу в направлении стула. Не приходя в себя, он на едином выдохе крикнул, что у него на
сегодня «усё» и просил не благодарить аплодисментами, а потом задержав дыхание, и широко раскрыв глаза, делал вид, что ищет соленый огурец. По пути к стулу щелкнул по носу дремавшего старика, отчего тот вскочил с места и неистово стал хлопать в ладоши…
Что надо знать о свадьбе
(советы начинающим)
В память Борису Шергину
В комплекс свадебных или брачных обрядов входят три элемента: сговор ( помолвка), регистрация (венчание) и свадьба (свадебный пир).
I. ПОМОЛВКА. Родители жениха и невесты обсуждают условия
заключения брака, их бытовое устройство. Вместе с женихом и невестой назначаются сроки регистрации и свадьбы. Обсуждается
вопрос о приглашении гостей. Будущий тесть выкушивает четвер81
тинку чистой слезы для снисхождения благодати, а теща ( язви ее
в корень) по причине нервного озноба делает коктейль ( 20 капель
корвалолу на 150 г белоглазой), долго и шумно взбивает и принимает вовнутрь.
II. РЕГИСТРАЦИЯ (венчание). После регистрации все едут в дом
невесты. У язычников раньше ездили на лошадях. Причем после
выхода из зала для записей дружка или полудружка (свидетели)
обходили с иконой три раза вокруг лошади с повозкой и благим
матом причитали: «Бояры, бояры садитесь в сани, кто хочет ехать
с нами! Кто не хочет, отдаляйтесь далее!» Все бросались в сани, а по
дороге те, кто мог, пели обрядную: «Оставляю я тебя, мамынька, на
крутом-то бережку, на горючем камушке…». К дому обычно подъезжали под видом заблудившихся странников или охотников. Во
дворе свадебный поезд встречают буйные подростки (сродники, соседи), вооруженные метлами, палками, ведрами. Они «охраняют»
входные двери и не пускают в квартиру невесты на четвертом этаже
без выкупа. Воспитанная на обрядах теща долго и нудно выколачивает копейки из бутылки шампанского «Искристое» и пригоршнями бросает их в супостатов. «Золотые» монетки блестят на солнце,
вызывая нездоровый инстинкт у присутствующих. Все бросаются
собирать шальные деньги, забыв о действительных причинах торжества. Летят перья, слышен визг. Получив «выкуп», «охрана»
открывает ворота и пропускает изрядно потрепанных гостей. Коекого несут на носилках. Зайдя в дом, зажигают свечку и все молятся. Потом дружка говорит: «Ну, мамаша и папаша, благословите
нас по стаканчику подать!». Пока гости хрумкают огурцом, подруги расплетают и расчесывают косу невесте и исполняют свадебные
протяжные песни. Тем временем теща не без гордости показывает
гостям приданое невесты (постельные принадлежности, новые лапти, посуду, холсты и дерюги). Все делают вид, что потрясены богатством. Теща делает вид, что от счастья плачет.
III. СВАДЬБА (свадебный пир). Просторный и уютный «зало»,
в котором собираются гости и все участники свадебного торжества,
залит мягким светом коптилок и свечей. Прямо напротив входных дверей лежит, как бы отдыхая, уставший за день свидетель со
стороны жениха. Все перешагивают через него, боясь разбудить,
приветливо раскланиваясь, рассаживаются по лавкам. Неслышно входит распорядитель и голосом провинциального конферансье
громко приветствует гостей: «Добрый вечер, гости дорогие, здрасте!
Сегодня мы празднуем большую и веселую свадьбу известных вам
молодоженов. Давайте договоримся, как только молодые войдут
82
в «зало» и я скажу: «Пожелаем молодым…», после этого хлопну
в ладоши семь раз, вы на минуту оторветесь от салата и дружно подхватите: «Совет да любовь!». Звучит мелодия народной песни «Держи меня, соломинка, держи» в исполнении уставшей от жизни и
женихов известной певицы. Входят молодые, делая вид, что никого
не замечают. Проходят к столу и не спеша принимаются за единственную в некотором роде баночку с икрой. Распорядитель, выйдя
из минутного шока, скороговоркой выкрикнул заученные слова
и стал хлопать в ладоши. Разбуженный свидетель со стороны жениха, смачно икнув, утробным голосом крикнул: «Горька-а-а!»… и
свадьба началась. Пока молодые застыли в долгом, как их будущая
жизнь, поцелуе, а распорядитель усталым мягким голосом считал
до тысячи, гости, воспользовавшись паузой, съели холодное и перешли к горячему. Больше всего суетился гость, изображающий
«врача», который готов оказать «первую помощь», т.е. угостить вином. Две девицы неопределенного возраста, для которых желание
выйти замуж стало манией, голосисто затянули: «Сподоби, господи,
в вечер сей». А успевший три раза по пять обратиться за «первой
помощью» и заново родившийся Попойников, снова мог творить
мелкие чудеса. Из-за под лавки вдруг вылез какой-то глубокий старик лет пятидесяти и детским голосом спел про былую казацкую
славу. От обилия съеденного и выпитого свидетельница со стороны
невесты закланялась, запохохатывала, стала глазками стрелять по
сторонам, словно потеряла что, а затем, как змея, затянулась под
шкаф и заявила, что «будет помешшатьсе там дотуль, докуль ей
рюмку-другу не поднесут». Дед Кука, который преподавал арифметику в школе сразу после смерти Франса-Иосифа, «поматерялся» для приличия и удалился в свой кабинет, где стал на голову и
думал 2 часа 37 минут. Тем временем молодожены в спалью ушли,
«хедричество» зажгли и стали яблоки хряпать. Родителей же ейных, старых, в дело не гожих, укачало, как на пароходе «Столетье
Одессы», и они на балкон блевать приправились. Утлому папеньке
в одночасье Брута – местного фершала кликнули. Тот его пуп пощупал – на месте ли, спросил, сколько раз до ветру ходил и были
ли дети, и были ли родители, и не сумашеччи ли были? Также потребовал молоток, полчаса в пятки и темечко колотил и дышать не
велел. А затем приказал больному съесть два куска мыла и тащить
его тело в баню на снимок. К маменьке же нашли знающую старуху
Родионовну. Та деньги и сухим пайком взяла вперед и велела «мамыньке» нахлебаться щучьей ухи. Щуку купили, сварили, ушки
поела «мамынька» и с той ухи обрюхатила. С тех пор все жалобно
83
«В дверях эдема ангел нежный
Главой поникшею сиял…»
(А. С. Пушкин)
причитает: «Лучче бы меня на меленке смололи-и-и..». А невесточка
сгрызла яблоко, счавкала другое и постель стелить стала, будильник на 6:30 ставить. Жених тоже хорош – брюки-клеш снял, портянки сатиновые на стул развесил, а тут аккурат записочка из портов выпала. А в записочке слова: «Пожалуйте выпить и закусить
к нам на квартеру антиресуемсе каки таки у вас карты известная
вам рая». Невесточка всю ночь не спала, все яблоки хряпала, да за
мужа переживала. С тем и началась большая и счастливая жизнь
молодоженов.
84
Солнечный зайчик
«Тоненький луч сквозь дырявую крышу
Прыгнул на руку мою.
Кто-то, зевая, из горницы вышел,
Тихо я песню пою…
В песне той дева, любимая нами,
Плачет, смеется, зовет…
Крыльями машет, касаясь губами,
Манит в безумный полет…
Чудная песня из прошлого льется,
Живы еще мой отец, моя мать…
Дочка воркует, сыночек смеется,
Радость вокруг и в душе благодать!
Солнечный зайчик, вечности странник,
Спрятался в сердце моем,
Теплый комочек, Бога посланник,
Нам хорошо с ним вдвоем.
А за оградой сожженной церквушки
Слышен малиновый звон…
В белах платочках тени старушек
К Богу идут на поклон.
Радость моя, нам осталось немного…
Самую малость мы в жизни хотим:
Счастья, любви, милосердия Бога.
Ангел мне шепчет: «Давай полетим!»
Ангел-Хранитель, крылья расправив,
Душу мою подхватил и понес,
В райские дали взор свой направил,
С миром, прощаясь, печали и грез!
Родительский дом
Опустел наш дом
И на окнах слезы…
Колокольный звон
Слушают березы.
Шлет поклоны Богу
Тонкая рябина,
Ветками касаясь
Старого овина…
Улетели птицы
В дальние края
На погосте сельском
Спит моя родня…
Выпью рюмку водки,
85
«Я знаю, друг, дорога не длинна,
И скоро тело бедное устанет.
Но ведаю: любовь как смерть сильна.
Люби меня, когда меня не станет…»
(З. Н. Гиппиус)
Помяну отца…
Вытру слезы горя
С моего лица.
Охладела печка,
Не идет дымок.
Только шепот мамы:
«Ждем тебя, сынок…»
86
Гости
На старом погосте
Новые гости:
Месяц рогатый,
Да гроб небогатый.
А Ванька кудлатый
Все машет лопатой…
Зачем ему гости,
Болят его кости…
Наклонился и устал.
Бедный горькую достал…
Помянул за упокой,
Боже, душу успокой!
Очарование Сеговии (Испания)
87
И снова кудлатый
Машет острой лопатой…
Рано парню на покой,
Со святыми упокой!
Нет у Ваньки милой,
Господи, помилуй!
Серебряный век Игоря Северянина
Ты пришла в шоколадной шаплетке,
Положила боа на рояль.
Нежно глядя в паркетные клетки,
Спела «Темно-вишневую шаль».
В аромате восторженно-диком,
Каблучком молоточа паркет,
Обжигая улыбчатым ликом,
Прошептала: «Мой милый корнет!»
Розы
На дворе мороз трескучий
И на щечках розы.
А в глазах, на всякий случай,
Слезы, слезы…
Сердце нежное волнуют
Аромат любви и грезы.
А вокруг благоухают
Розы, розы…
Таврический дворец
88
ЗАРУБЕЖНЫЕ ЗАРИСОВКИ
Шведские заметки
С 12 по 18 августа 2003 года в городе Лунд (Швеция) состоялся
21-й Всемирный конгресс по праву ( IVR) на тему «Закон и политика в поисках баланса». В работе конгресса приняли участие 340 делегатов практически из всех стран мира. Самые большие делегации
были из США, Великобритании, Германии, Швеции, Франции,
Италии, Японии. Из прибалтийских республик присутствовало по
два-три человека. Украина была представлена двумя делегатами.
Из России приехали шесть человек: О. Э. Старовойтова (СанктПетербургский университет МВД РФ), С. А. Мурашова ( Кубанский госуниверситет), М. Хомяков (Уральский госуниверситет) и
три представителя ГУАП – В. М. Боер, А. А. Боер и Э. В. Кузнецов.
На конгрессе выступили крупнейшие современные философы и
теоретики права Александр Печеник (Швеция), Эугенио Булыгин
(Аргентина), Роберт Алекси (Германия), Ричард Познер (США),
Энрико Поттаро (Италия), Ян Валенски (Польша) и др. В центре
внимания участников конгресса были такие доклады, как «Правовой позитивизм, критическая теория и новая волна естественного
права», «Право и экономика», «Закон, мораль, политика», «Политика прав человека», «Логика и правовая аргументация», «Национальные государства и универсальные ценности», «Теория демократии и конституционализма», «Юстиция, власть и закон»,
«Новые технологии в праве и политике», «Фундаментальные проблемы философии права», «Глобализация и плюрализм» и др.
Как видно, предметом обсуждения были фундаментальные проблемы современности. Их анализ весьма полезен для дальнейшего
развития общества в любой стране, в том числе и в России. Но в отличие от всем известных и широко освещающихся экономических
форумов, например в Давосе, где российская элита бывает представлена весьма широко, куда съезжаются представители правительств, деловых кругов, к проблемам права, закона наше отношение, мягко выражаясь, явно более чем прохладное.
Почему?
На мой взгляд, на то есть две причины. Во-первых, мы еще не до
конца преодолели нигилистическое отношение к праву. Мы до сих пор
сводим его к закону, указу, приказу, поэтому философия права, предметом которой являются естественные права человека, для нашей теории и практики представляется чем-то «потусторонним». Во-вторых,
наши юристы недостаточно владеют иностранными языками.
89
На 21-м Всемирном конгрессе был избран новый президент Всемирной Ассоциации философии права и социальной философии
(IVR) – профессор Лундского университета А. Печеник. До этого
президентом IVR являлся Э. Булыгин из Аргентины.
Всемирная Ассоциация философии права была создана
в 1909 году. Именно в это время вышла в свет известная книга
француза Шармона «Возрожденное естественное право».
Когда в беседе с Э. Булыгиным я заметил, что о возрожденном
естественном праве еще в 1840 году писали русские юристы Б. Чичерин и П. Новгородцев, но об этом на Западе мало кто знает, он
резонно ответил: «Вы, русские, сами в этом виноваты – не цените
своих «пророков» и не принимаете участия в конгрессах».
Э. Булыгин предложил создать российскую ассоциацию философии права, и мы постараемся сделать все, чтобы такая организация
была создана именно в Санкт-Петербурге. Более того, мы мечтаем,
чтобы один из будущих конгрессов прошел в нашем городе.
Конечно, вы заметили, что три из шести российских делегатов
на конгрессе представляли наш университет.
Коллеги из Украины, Польши искренне восхищались дальновидностью руководства ГУАП – научные связи, богатейшая и
новейшая научная информация, которую мы получили, прежде
Шведские юристы – гости на кафедре Э. В. Кузнецова. 1996 г.
90
всего, будет передана студентам, аспирантам нашего вуза, и эта
информация бесценна. Без особого преувеличения можно сказать:
«Наш вуз пробил окно в Европу».
У нас большие планы: развитие установленных научных связей,
обмен информацией, взаимный обмен преподавателями и студентами ( уже в этом году в Испанию едут учиться три студента-юриста), создание Санкт-Петербургской ассоциации философии права,
подготовка к 22-му Всемирному конгрессу, который состоится через два года в Гранаде (Испания).
Что касается Лунда, то это старинный студенческий город.
Шведские студенты мало чем отличаются от наших – такие же веселые и любознательные, такие же красивые и талантливые.
Испанские заметки
В апреле – мае 2003 года заведующий кафедрой теории права и
государства, доктор юридических наук, профессор, заслуженный
деятель науки РФ Э.В. Кузнецов читал лекции по праву для студентов и преподавателей юридического факультета Вальядолидского
университета. Сегодня Э. В. Кузнецов рассказывает нашим читателям о своей командировке в Испанию.
– В апреле 2003 года я выехал в Испанию для чтения лекций
по теории права. Мне уже приходилось читать лекции в Лундском
университете (Швеция), и я с нетерпением ждал встречи с южным
регионом Европы – родиной Сервантеса, книгами которого я увлекался еще в детстве.
Декан юридического факультета Вальядолидского университета профессор Хосе Хавьера де лос Мозос Тойя, по приглашению
которого я отправился в Испанию, является известным в Европе
специалистом по римскому праву, а сам университет занимает почетное место в ряду самых старых университета Европы – он старше Ленинградского государственного университета на 430 лет!
Кроме чтения лекций на французском языке мне предстояло выполнить поручение ректора ГУАП и подписать соглашение между
нашим и Вальядолидским университетами о творческом и научном
сотрудничестве.
Лекции по праву мне предстояло читать слушателям трех категорий: студентам первого курса, студентам, получающим второе
высшее образование, преподавателям и аспирантам.
Поскольку филиалы университета находятся в разных городах
Испании, мои выступления проходили не только в Вальядолиде, но
и в Сеговии (90 км от Мадрида), городе-символе испанского аристо91
кратизма. Древние римляне в свое время построили там свой знаменитый акведук, который без каких бы то ни было скрепляющих
материалов держится уже много веков за счет тяжести каменных
плит.
– Какое из испанских впечатлений оказалось самым сильным?
– Меня буквально потрясли архивы Вальядолидского университета и объем научной литературы в библиотеках, начиная с изданий XIII века. Причем, с XIII века испанский язык ( в отличие от
русского) практически не изменился.
– Как Вам, Эдуард Вениаминович, показались испанские студенты?
– Испанские студенты – очень любознательные и энергичные
люди. Я помню, один из них на лекциях очень темпераментно доказывал необходимость усиления карательных мер к преступникам.
Я возражал, что со времен Каина еще никому не удавалось с помощью
насилия кого-либо исправить. Мы долго спорили о двух трактовках
справедливости – Аристотеля («Око за око») и Христа («Не убий»).
О том, что происходит в современной России, испанские студенты, к сожалению, знают плохо ( впрочем, как и многие наши студенты).
– Как живут испанские студенты, есть ли у них стипендия и какова она?
– Стипендия у испанских студентов – 300 евро в месяц ( это около 11000 рублей). Большая часть из этой суммы идет на оплату общежития и питания в студенческой столовой. Что касается общежития и столовой, то наши сравнения здесь не годятся.
Общежитие Вальядолидского университета располагается
в замке XIII века (я жил там же). Студенты располагаются по дватри человека в комнате, где кроме спального помещения есть ванна, душ, туалет. Белье и туалетные принадлежности (полотенце,
дезодоранты, мыло) регулярно меняются. При общежитии есть
крытый теннисный корт, волейбольная и баскетбольные площадки, крытое футбольное поле, беговая дорожка, стоянка для машин.
Есть также комната для чтения свежих газет и журналов, открытая и днем и ночью компьютерная (с выходом в Интернет) комната,
в которой, заметим, ничего не пропадает, комната с необходимыми принадлежностями, где студенты готовят декорации и плакаты
к праздникам (фиестам), рисуют, играют на музыкальных инструментах. Оплата всех удобств входит в оплату за общежитие.
– В общежитии живут, как у нас говорят, иногородние студенты?
– Нет. Не все студенты живут в общежитии и не все получают
стипендию. Это относится только к малообеспеченным.
92
Дети богатых родителей живут и питаются за счет родителей или
за свой счет, многим для этого приходится работать. К слову, самая
низкая зарплата во всех европейских странах, и в Испании в том числе, около 1000 евро ( и это определенно законом!). Высокий уровень
зарплаты – высочайшее достижение современной цивилизации, и
испанцы очень дорожат этим. Если они получают работу, то относятся к ее исполнению очень серьезно, независимо от того, управление
ли это большой фирмой или работа продавщицы в магазине.
– Эдуард Вениаминович, а как сложились дела с поручением
ректора относительно договорных отношений с испанцами?
– С Вальядолидским университетом заключено соглашение о
взаимном обмене студентами, аспирантами, о том, чтобы испанские и российские профессора могли приезжать в Россию и Испанию и читать свои лекции по праву.
Началом реализации этого соглашения стали мои лекции для
испанских студентов и преподавателей.
Мы договорились, что уже с октября 2003 года несколько российских студентов, знающих испанский язык, поедут на учебу
в Испании. В течение двух месяцев им предстоит совершенствовать
знание иностранного языка, прослушать курс «Правовая система
Испании» и получить соответствующий сертификат.
Надо заметить, что законодательство Испании и ее Конституция
вызывают особый интерес у многих юристов. Это связано с необычным
процессом перехода Испании от тоталитарной системы к демократии.
– Как дорого обойдется нашим студентам обучение в стране Сервантеса?
– Обучение по договору является бесплатным. Платить необходимо за питание и общежитие. Однако по тому же соглашению часть
расходов за проживание Вальядолидский университет берет на себя.
Если быть более конкретным, то в месяц нашему студенту нужно
будет заплатить 360 евро (180 – за питание и 180 – за проживание).
В сравнении с обучением в других странах, это небольшая сумма.
– Смогут ли поехать на стажировку в Испанию аспиранты?
– Да, в течение полугода на тех же условиях.
Нужно заметить, что с 2005 года Вальядолидский университет
будет готов принять российских студентов и аспирантов, знающих
английский и французский языки. По договоренности с профессором Х. Тойя мы планируем расширить наши связи с университетами Франции и Великобритании. Так что знание языков необходимо.
Полагаю, что с учетом этих новых моментов необходимо на
Ученом Совете университета специально рассмотреть вопрос о со93
Вальядолид (Испания, 2003 г.). Профессора: Альварес Алонсо, Кузнецов Эдуард, Мозос Тойа
94
вершенствовании языковой подготовки студентов. Настоятельно
необходимо также решить вопрос о создании в нашем университете совета по защите кандидатских диссертаций по специальности
12.00.01 – Теория и история права и государства; история правовых учений.
Первый шаг в расширении связей между Вальядолидским университетом и ГУАП сделан. Ко второму требуется основательная
подготовка. У нас есть студенты, знающие по два и даже по три
иностранных языка, но их единицы. Думаю, что при наборе новых
студентов следует предпочтение отдавать кандидатам, владеющим
иностранным языком. У нашего вуза в этом плане интересный опыт
и хорошая перспектива. Не следует бояться привлекать к этому начинанию и другие вузы – ведь, в конечном счете, выигрывают от
этого российская наука и российское образование.
Немецкие заметки
Во Франкфурте-на-Майне прошел 25-й Всемирный Конгресс по
праву (IVR). В нем приняли участие свыше 800 ученых-юристов из
46 стран мира, в том числе – представители ГУАП. Самые больше
делегации были из Бразилии ( там в 2013 году состоялся очередной
конгресс IVR) и Германии (нынешний организатор конгресса).
От Чили, Дании, Эстонии, Ганы, Ирана, Израиля присутствовало по 2–3 делегата. Россия была представлена 17 делегатами из различных вузов и организаций: Высшей школы экономики, СПбГУ,
РАН, Московского института государства и права, Нижегородского государственного университета и других. Делегация юристов ГУАП была самой представительной от России, в нее вошли
профессора В. М. Боер, Э. В. Кузнецов, Х. Х. Лойт, Ф. Ю. Сафин,
В. В. Цмай, Н. Г. Янгол. В качестве гостей на конгресс также были
приглашены доктор юридических наук О. Э. Старовойтова, кандидат юридических наук А. А. Боер, преподаватель А. А. Сафина и
студентка второго курса Д. А. Иванова.
Российская делегация представлена двумя самостоятельными
ассоциациями философии права – московской и петербургской. Во
Франции также функционируют две национальные ассоциации.
Их специфика определяется неоднозначным восприятием права.
В правовой науке есть сторонники отождествления права и закона и те, кто различает право и закон. Представители петербургской
школы не сводят право только к закону. Мы исходим из того, что
закон, создаваемый государством, не должен противоречить есте95
ственному праву (т.е. правам человека), формируемому самой природой. Полученную новейшую правовую информацию делегаты
конгресса сообщили студентам-юристам на учебных занятиях, подготовили научные статьи, помогли овладеть новейшими знаниями.
На конгрессе российские делегаты наладили новые научные связи с представителями юридической науки различных стран (Германии, Китая, Аргентины, Украины, Великобритании). Президент Российской Ассоциации философии права (Санкт-Петербург)
Э. В. Кузнецов встретился с действующим Президентом IVR профессором Ясимото Моригава (Япония), генеральным секретарем
IVR профессором Клаудио Мишелоном (Великобритания).
Российская Ассоциация философии права (Санкт-Петербург)
создана в 2003 году, в 2005-м принята в состав Всемирной Ассоциации (IVR). Члены Российской Ассоциации присутствовали и принимали участие в работе Всемирных конгрессов, начиная с 2003 года
(Швеция, Испания, Китай, Польша, Германия, Бразилия).
Гостеприимная Германия. Франкфурт-на-Майне. 2011 г.
96
Президенты IVR (профессора А. Печеник – Швеция, Э. Булыгин – Аргентина) приезжали в Петербург. Мы надеемся, что в будущем один из Всемирных конгрессов по праву пройдет в российской
северной столице. Об этом уже велись переговоры с руководством
IVR, получено принципиальное согласие. Теперь все зависит от руководства России. Представляется, что Всемирные конгрессы по
праву – не менее важное событие, нежели экономические форумы,
которые проводятся, например, в Давосе.
Французские заметки
В феврале 2004 года сотрудник международного отдела
ГУАП О. В. Мухина и профессор Э. В. Кузнецов по приглашению посольства Франции в России участвовали в тематических встречах
за круглым столом между российскими и французскими вузами.
Делегация ГУАП встретилась с преподавателями университета
«Париж-X-Нантер», университета «Тулуза I» и университета Монпелье.
Университет «Париж-X-Нантер» – один из наиболее представительных в области юридического образования. Особой популярностью пользуются его дипломы по французскому праву и по праву зарубежных стран ( в том числе по российскому), которые привлекают
студентов со всей Франции, а с 2004 года становятся доступными и
для иностранных студентов. Условие поступления – знание французского языка. Плата за обучение составляет от 150 до 550 евро в зависимости от уровня диплома (лисанс, мастер, доктор). Университет
«Тулуза I» – государственное учебное учреждение. Он был основан
в 1209 году и включает факультеты права, социальных наук, администрирования, а также Институт управления предприятиями и
Институт политических наук. В университете преподают 415 квалифицированных преподавателей. Языки преподавания – английский
и французский. Монпелье – перекресток юга Европы на Средиземноморском побережье. В университете Монпелье обучаются 65 тысяч
студентов, 11% из них – иностранцы. Плата за обучение от 140 до
380 евро. Преподавание ведется только на французском языке.
В процессе переговоров делегация ГУАП установила тесные связи с представителями вузов Франции, определила основы взаимодействия по обмену студентами, аспирантами и преподавателями.
Французских преподавателей заинтересовало соглашение, которое
юридический факультет ГУАП заключил с Вальядолидским университетом. Особенностью этого соглашения является то, что обу97
Переговоры во французском посольстве с представителями Тулузского университета. Москва. 2007 г.
чение в этих вузах ведется на взаимной бесплатной основе. Такой
практики пока нет нигде.
Следует отметить, что во Франции и во французском посольстве
хорошо знают и особо ценят среди других российских вузов ГУАП
и его руководителя профессора А. А. Оводенко.
Мы предложили коллегам из университета Монпелье, где
в XVI веке обучался Нострадамус, не только обмен студентами, но и
руководство аспирантами. Вице-президент университета «Париж-XНантер» госпожа Армель Гроппо пригласила профессора Э. В. Кузнецова прочесть курс лекций для французских студентов. Заложенные в процессе переговоров основы сотрудничества, несомненно,
будут развиваться и принесут пользу как Франции, так и России.
Польские заметки
Представители юридического факультета ГУАП ( профессор
Э. В. Кузнецов, профессор О. Э. Старовойтова, профессор И. Б. Ломакина) представили Россию на Европейском форуме юристов,
который состоялся в 2009 году в университете Силезии (Катовице,
Польша). В работе форума принимали участие ученые из России,
98
Проф. О. Э. Старовойтова и проф. Э. В. Кузнецов в минуты отдыха в Кракове (Польша, 2008 г.)
99
Германии, Литвы, Словении, Польши, Венгрии, Украины, Республики Беларусь, Словакии, Греции, Грузии. Почетное право первого выступления на форуме было предоставлено Заслуженному деятелю науки Российской Федерации, профессору, доктору юридических наук Э. В. Кузнецову.
Российская делегация всюду в Польше встречала теплый прием
и доброту. Хотелось бы еще раз поблагодарить профессора доктораhab Зигмунда Тобора, декана юридического факультета Силезского
университета (Катовице); профессора Томаса Петржиковски, президента Организационного комитета; профессора Ивону Богушка.
Чешские заметки
Наши отношения с университетом Масарика (Брно) особенно
прочные и перспективные. Руководитель магистратуры юридического факультета ГУАП М. В. Сербин неоднократно принимал участие в работе научных конференций, которые проходили в Чехии и
России, а чешские руководители факультета и преподаватели приезжали в Россию и выступали перед студентами юридического факультета ГУАП. Так чешские профессора в мае 2014 года посетили
юридический факультет ГУАП.
В 2010 году по приглашению чешской стороны профессор
Э. В. Кузнецов прочитал курс лекций по теории права для студентов юридического факультета университета в Брно.
Чехия – это всемирный центр науки и культуры. Злату Прагу
называют самым драгоценным камнем Европы. Работа академика
Виктора Кнаппа «Философские проблемы права», написанная еще
в 1967 году, и сейчас представляет большой интерес для юристов.
А бесценные архивы великого русского теоретика права профессора Павла Новгородцева, имя которого способно вызывать в человеческой душе одно из самых лучших исторических воспоминаний,
знакомство с трудами которого окрыляет, способствует духовному
полету, хранятся в Карловом университете в Праге. Мы надеемся,
что наши добрые отношения и связи будут крепнуть и дальше для
нашей взаимной пользы.
***
В мае 2014 года группа чешских профессоров из университета
Масарика посетила юридический факультет ГУАП.
Преподаватели юридического факультета ГУАП в деле развития
международных связей имеют выдающиеся результаты. Их труд
100
по достоинству оценен как в России, так и за рубежом. Так профессора Х. Х. Лойт, Н. Г. Янгол, Э. В. Кузнецов за вклад в научное
сотрудничество награждены почетными грамотами Иллинойского
университета (США). Декан факультета профессор В. М. Боер награжден Президентом РФ орденом «Дружбы» и международной
грамотой ISA (Сан-Пауло, Бразилия). Профессора Е. В. Болотина,
Ф. М. Городинец, Х. Х. Лойт, Ф. Ю. Сафин, В. В. Цмай осуществили творческие командировки во Францию, Германию, Израиль,
Китай, Люксембург. Проректор ГУАП и декан юридического факультета В. М. Боер, участвуя в осуществлении руководства университетом и факультетом и укреплении научных международных
связей, посетил практически все континенты и регионы (Австралия, Африка, Северная и Южная Америка, Европа и Азия).
Эта работа продолжается и сейчас.
101
НАУЧНЫЕ ТРУДЫ ЧЛЕНОВ РОССИЙСКОЙ АССОЦИАЦИИ
ФИЛОСОФИИ ПРАВА
Силами членов Ассоциации были подготовлены и вышли в свет
следующие научные труды.
Александров А. И., Кузнецов Э. В. Вызов закону XXI века. М.,
1991.
Старовойтова О. Э., Никитина А. Е., Кузнецов Э. В. Биомедицинские технологии и право в третьем тысячелетии. СПб., 2003.
Боер А. А., Старовойтова О. Э., Беляков К. Е. Новые идеи в правовой науке: материалы 21-го Всемирного Конгресса IVR. СПб., 2005.
Кузнецов Э. В. Философия права в России. М., 1989.
Кузнецов Э. В. Некоторые особенности формирования юридической науки в России // Актуальные проблемы теории и истории
права и государства. Ижевск, 2008.
Кузнецов Э. В. Обращение Президента Российской Ассоциации
философии права (Санкт-Петербург) // История государства и права. 2009. № 7.
Кузнецов Э. В. Право на индивидуальность: к истории вопроса // История государства и права. 2009. № 10.
Кузнецов Э. В., Федоров В. П. Философия права. СПб., 2012.
Старовойтов В. Н. К вопросу правового статуса человеческого
плода in utero: сб. докл. // Научная сессия ГУАП. Ч.III, Гуманитарные науки. 6–10 апреля 2009 г. СПб., 2009.
Старовойтова О. Э. Основы правовой соматологии. СПб., 2006.
Старовойтова О. Э. Тело и закон. СПб. 2006.
Старовойтова О. Э., Кузнецов Э. В., Сальников В. П. Правовая
танатология. СПб., 2002.
Старовойтова О. Э., Старовойтов В. Н. Клонирование человека
как правовая категория // Медицинское право. 2008. № 4.
Старовойтова О. Э., Старовойтов В. Н. Юридическое определение сущности человека // Юридический мир. 2008. № 8.
Старовойтова О. Э. Современные проблемы теории государства и
права. СПб, 2012.
Боер А. А., Кузнецов Э. В., Старовойтова О. Э. Теория права и
государства. СПб., 2007.
Боер В. М., Янгол Н. Г. Научные школы юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета аэрокосмического приборостроения. СПб., 2010.
Кузнецов Э. В. Актуальные проблемы теории государства и права. Учебное пособие для российских и иностранных магистрантов
102
на русском, английском, французском и испанском языках. СПб.,
2010.
Кузнецов Э.В. Право как искусство добра и справедливости //
Международная научно-практическая конференция «Философскоправовые и социально-экономические проблемы современности».
29 мая 2014. г. Кизляр.
Баскин Ю. Я., Кузнецов Э. В., Старовойтова О. Э., Старовойтов В. Н. Современные проблемы юридической науки. СПб., 2011.
Кузнецова А. В., Старовойтова О. Э., Янгол Н. Г. Научно-практическая и творческая деятельность Э. В. Кузнецова. СПб., 2013.
Бородин С. С., Громыко С. С., Лойт Х. Х. Миграционная политика России и зарубежных стран. СПб., 2011.
Боер В. М., Янгол Н. Г., Ячменев Ю. В. Формирование российской цивилистической политики в контексте Болонского процесса.
СПб., 2010.
Агаев Г. А., Сафин Ф. Ю. Уголовное право. СПб., 2009.
Агаев Г. А., Сафин Ф. Ю. Теоретические основы исследования
причинного комплекса преступности. СПб., 2002.
Закон. Право. Государство (Lex. Jus. Civitas): научно-практический журнал. 2013. № 1.
Закон. Право. Государство (Lex. Jus. Civitas): научно-практический журнал. 2013. № 2.
Цмай В. В. История государства и права зарубежных стран.
СПб., 2007.
Kuznetsov E. The legal police of Leon Petrazicki // 23 rd World IVR
congress of philosophy of law and social philosophy. Kracow. 2007.
Kuznetsov E. The legal thought in Russia and the philosophy of
law // Central and eastern European Forum of young legal, social and
political philosophers. Katowice. 2009.
103
ПРИЛОЖЕНИЕ
ВСЕМИРНЫЕ КОНГРЕССЫ IVR
21-й Всемирный Конгресс IVR (г. Лунд, Швеция, 2003 г.). Проф. В. М. Боер и проф. Э. В. Кузнецов – участники 21-го Конгресса IVR
22-й Всемирный Конгресс IVR (г. Гранада, Испания, 2005 г.).
Проф. В. М. Боер, проф. Х. Х. Лойт, проф. Н. Г. Янгол, проф. Ф. Ю. Сафин,
Президент IVR проф. Э. В. Булыгин, Президент Российской Ассоциации
философии права проф. Э. В. Кузнецов, Т. А. Янгол – участники 22-го Конгресса IVR
104
23-й Всемирный Конгресс IVR (г. Краков, Польша, 2007 г.).
Проф. Старовойтова О. Э., Президент IVR проф. Э. В. Булыгин, Президент Российской Ассоциации философии права проф. Э. В. Кузнецов на встрече 23-го Конгресса IVR
23-й Всемирный Конгресс IVR (г. Краков, Польша, 2007 г.).
Члены Российской делегации – участники Конгресса: проф. Ф. Ю. Сафин, проф. В. М. Боер, проф. Х. Х. Лойт, проф. Э. В. Кузнецов, проф. Н. Г. Янгол»
105
24-й Всемирный Конгресс IVR (г. Пекин, КНР, 2009 г.).
Встреча проф. Э. В. Кузнецова, проф. В. М. Боера, проф. Х. Х. Лойта с
членами китайской Ассоциации философии права
25-й Всемирный Конгресс IVR (г. Франкфурт, Германия, 2011г.).
Члены Российской делегации: проф. Х. Х. Лойт, проф.В. В. Цмай,
проф. Э. В. Кузнецов, проф.Ф. Ю. Сафин, проф. В. М. Боер
106
26-й Всемирный Конгресс IVR (г.Белу-Оризонти, Бразилия, 2013 г.).
Члены Российской делегации: канд. юрид. наук. А. А. Смольяков и д-р юрид. наук О. Э. Старовойтова на встрече с Президентом IVR профессором Ульфридом Нойманом (в центре)
РОССИЙСКИЕ И ЕВРОПЕЙСКИЕ КОНГРЕССЫ
ПО ФИЛОСОФИИ ПРАВА
107
В Международной научно-практической конференции «Философско-правовые и социально-экономические проблемы современности» 29 мая 2014 года (г. Кизляр) принимали участие:
Паламарчук В. С., полномочный представитель Президента РД
по Северному территориальному региону РД;
Шувалов А. И., глава МО «Городской округ Кизляр»;
Нагиев Р. Н., канд. экон. наук, профессор, директор филиала,
Заслуженный экономист РД;
Курбанов З. М., зам. министра образования, науки и молодежной политики РД;
Гамзатов Г. М., председатель Общественной палаты РД;
Кузнецов Э. В., д-р юрид. наук, профессор, Заслуженный деятель науки РФ, Президент Российской Ассоциации философии
права (Санкт-Петербург) – «Право как искусство добра и справедливости»;
Брюс Лэимсидор, профессор университета Ка Фоскари (Венеция, Италия), специалист и ведущий преподаватель в сфере труда,
социального гражданства и межкультурных отношений – «Люди,
ищущие убежища в Европейском Союзе: политические и юридические соображения»;
Сербин М. В., канд. юрид. наук, доцент, вице-президент Молодежного Союза юристов РФ, член Российской Академии юридических наук – «Актуальные проблемы избирательного права в РФ».
Участники международного конгресса по философии права в Дагестане. 2014 г.
108
Международный Конгресс в Катовице (Польша, 2009 г.)
Преподаватели ГУАП в Париже (Франция, 2005 г.)
109
Участники международной конференции ГУАП – итальянские профессора Пенници, Монтанари и Э. В. Кузнецов на экскурсии (Сиверский монастырь, 2007 г.)
110
Университет Гумбольдта (Берлин, Германия, 2011 г.)
111
Международный Конгресс в Брно (Чехия, 2010 г.)
Встреча с чешскими преподавателями. Юридический факультет ГУАП (Россия, 5 мая 2014 года)
112
На научной конференции по философии и теории права в Санкт-Петербурге: экс-премьер России профессор С. В. Степашин и профессор Э. В. Кузнецов (1996 г.)
Участники Всероссийской научной конференции в Санкт-Петербургском
университете МВД РФ – проф. Э. В. Кузнецов, проф. С. В. Игнатьева и проф. И. Ф. Покровский (1995 г.)
113
Вручение в Смольном высшей государственной награды «Заслуженный деятель науки РФ» Президенту Российской Ассоциации
философии права профессору Э. В. Кузнецову (2003 г.)
114
Содержание
История формирования и задачи Российской Ассоциации философии
права (Санкт-Петербург)............................................................... 13
Хронология всемирных конгрессов IVR.......................................... 16
Решение Исполнительного Комитета Всемирной Ассоциации
философии права и социальной философии (IVR) от 25.05.2005 г.
о признании Ассоциации философии права (Санкт-Петербург)
в качестве новой секции в составе IVR............................................. 18
Философские проблемы права в материалах всемирных конгрессов
IVR............................................................................................ 20
Философия права в России............................................................ 33
Определение философии права....................................................... 47
Кризис современного правосознания.............................................. 55
Президент Российской Ассоциации философии права....................... 63
Философия бытия........................................................................ 76
Зарубежные зарисовки................................................................. 89
Научные труды членов Российской Ассоциации философии права...... 102
Приложение................................................................................ 104
115
Научно-популярное издание
Кузнецов Эдуард Вениаминович,
Кузнецова Анастасия Владиславовна,
Семёнова Мария Владиславовна
РОССИЙСКАЯ АССОЦИАЦИЯ
ФИЛОСОФИИ ПРАВА
(Санкт-Петербург)
10 лет в составе IVR
Юбилейный сборник
Редактор А. В. Подчепаева
Компьютерная верстка С. Б. Мацапуры
Сдано в набор 08.10.14. Подписано к печати 17.12.14.
Формат 60×84 1/16. Бумага офсетная. Усл. печ. л. 6,8.
Уч.-изд. л. 7,3. Тираж 100 экз. Заказ № 652.
Редакционно-издательский центр ГУАП
190000, Санкт-Петербург, Б. Морская ул., 67
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
6
Размер файла
11 330 Кб
Теги
kyznecovkyznecova
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа