close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Сергей Александрович Есенин (1895

код для вставкиСкачать
Сергей Александрович Есенин
(1895-1925)
•
Биография
•
Автобиография
•
О творчестве
•
Есенин на военной службе
•
Женщины поэта
•
Краткая летопись
•
Занимательные факты
•
Мифы о смерти
•
Фотогалерея
•
Музей
Биография
Есенин — Сергей Александрович (1895-1925),
русский поэт. С первых сборников ("Радуница",
1916; "Сельский часослов", 1918) выступил как
тонкий лирик, мастер глубоко
психологизированного пейзажа, певец
крестьянской Руси, знаток народного языка и
народной души. В 1919-23 входил в группу
имажинистов. Трагическое мироощущение,
душевное смятение выражены в циклах "Кобыльи
корабли" (1920), "Москва кабацкая" (1924), поэме
"Черный человек" (1925). В поэме "Баллада о
двадцати шести" (1924), посвященной бакинским
комиссарам, сборнике "Русь Советская" (1925),
поэме "Анна Cнегина" (1925) Есенин стремился
постигнуть "коммуной вздыбленную Русь", хотя
продолжал чувствовать себя поэтом "Руси
уходящей", "золотой бревенчатой избы".
Драматическая поэма "Пугачев" (1921).
Детство. Юность
Родился в крестьянской семье, ребенком жил в семье
деда. Среди первых впечатлений Есенина духовные
стихи, распевавшиеся странствующими слепцами, и
бабушкины сказки. С отличием закончив
Константиновское четырехклассное училище
(1909), он продолжил обучение в СпасКлепиковской учительской школе (1909-12), из
которой вышел "учителем школы грамоты". Летом
1912 Есенин переехал в Москву, некоторое время
служил в мясной лавке, где приказчиком работал
его отец. После конфликта с отцом ушел из лавки,
работал в книгоиздательстве, затем в типографии
И. Д. Сытина; в этот период он примкнул к
революционно настроенным рабочим и оказался
под надзором полиции. В это же время Есенин
занимается на историко-философском отделении
университета Шанявского (1913-15).
Литературный дебют. Успех
С детства слагавший стихи (в основном в подражание
А. В. Кольцову, И. С. Никитину, С. Д. Дрожжину),
Есенин обретает единомышленников в "Суриковском
литературно-музыкальном кружке", членом которого
он становится в 1912. Печататься начинает в 1914 в
московских детских журналах (дебют стихотворение
"Береза"). Весной 1915 Есенин приезжает в
Петроград, где знакомится с А. А. Блоком, С. М.
Городецким, А. М. Ремизовым, Н. С. Гумилевым и
др., сближается с Н. А. Клюевым, оказавшим на него
значительное влияние. Их совместные выступления
со стихами и частушками, стилизованными под
"крестьянскую", "народную" манеру (Есенин
являлся публике златокудрым молодцем в расшитой
рубашке и сафьяновых сапожках), имели большой
успех.
Служба в армии
В первой половине 1916 г. Есенин призывается в армию, но
благодаря хлопотам друзей получает назначение ("с
высочайшего соизволения") санитаром в Царскосельский
военно-санитарный поезд № 143 Ее Императорского
Величества Государыни Императрицы Александры
Федоровны, что позволяет ему беспрепятственно посещать
литературные салоны, бывать на приемах у меценатов,
выступать на концертах. На одном из концертов в
лазарете, к которому он был прикомандирован (здесь же
несли службу сестер милосердия императрица и царевны),
происходит его встреча с царской семьей. Тогда же вместе
с Н. Клюевым они выступают, одетые в древнерусские
костюмы, сшитые по эскизам В. Васнецова, на вечерах
"Общества возрождения художественной Руси" при
Феодоровском городке в Царском Селе, а также
приглашаются в Москве к великой княгине Елизавете.
Вместе с монаршей четой в мае 1916 года Есенин в
качестве санитара поезда посещает Евпаторию. Это была
последняя поездка Николая II в Крым.
"Радуница"
Первый сборник стихов Есенина "Радуница" (1916)
восторженно приветствуется критикой, обнаружившей в
нем свежую струю, отмечавшей юную непосредственность
и природный вкус автора. В стихах "Радуницы" и
последующих сборников ("Голубень", "Преображение",
"Сельский часослов", все 1918, и др.) складывается
особый есенинский "антропоморфизм": животные,
растения, явления природы и пр. очеловечиваются
поэтом, образуя вместе с людьми, связанными корнями и
всем своим естеством с природой, гармоничный,
целостный, прекрасный мир. На стыке христианской
образности, языческой символики и фольклорной
стилистики рождаются окрашенные тонким восприятием
природы картины есенинской Руси, где все: топящаяся
печка и собачий закут, некошеный сенокос и болотные
топи, гомон косарей и храп табуна становится объектом
благоговейного, почти религиозного чувства поэта ("Я
молюсь на алы зори, Причащаюсь у ручья").
Революция
В начале 1918 Есенин переезжает в Москву. С
воодушевлением встретив революцию, он пишет
несколько небольших поэм ("Иорданская голубица",
"Инония", "Небесный барабанщик", все 1918, и др.),
проникнутых радостным предчувствием
"преображения" жизни. Богоборческие настроения
сочетаются в них с библейской образностью для
обозначения масштаба и значимости происходящих
событий. Есенин воспевая новую действительность и
ее героев пытался соответствовать времени
("Кантата", 1919). В более поздние годы им были
написаны "Песнь о великом походе", 1924, "Капитан
земли", 1925, и др.). Размышляя, "куда несет нас рок
событий", поэт обращается к истории (драматическая
поэма "Пугачев", 1921).
Имажинизм
Поиски в сфере образности сближают Есенина с А. Б.
Мариенгофом, В. Г. Шершеневичем, Р. Ивневым, в
начале 1919 они объединяются в группу
имажинистов; Есенин становится завсегдатаем
"Стойла Пегаса" литературного кафе имажинистов у
Никитских ворот в Москве. Однако поэт лишь
отчасти разделял их платформу стремление очистить
форму от "пыли содержания". Его эстетические
интересы обращены к патриархальному
деревенскому укладу, народному творчеству
духовной первооснове художественного образа
(трактат "Ключи Марии", 1919). Уже в 1921 Есенин
выступает в печати с критикой "шутовского
кривляния ради самого кривляния" "собратьев"имажинистов. Постепенно из его лирики уходят
вычурные метафоры.
"Москва кабацкая"
В начале 1920-х гг. в стихах Есенина
появляются мотивы "развороченного
бурей быта" (в 1920 распался
длившийся около трех лет брак с З. Н.
Рейх), пьяной удали, сменяющейся
надрывной тоской. Поэт предстает
хулиганом, скандалистом, пропойцей
с окровавленной душой, ковыляющим
"из притона в притон", где его
окружает "чужой и хохочущий сброд"
(сборники "Исповедь хулигана", 1921;
"Москва кабацкая", 1924).
Айседора
Событием в жизни Есенина явилась встреча с
американской танцовщицей Айседорой
Дункан (осень 1921), которая через полгода
стала его женой. Совместное путешествие по
Европе (Германия, Бельгия, Франция,
Италия) и Америке (май 1922 август 1923),
сопровождавшееся шумными скандалами,
эпатирующими выходками Айседоры и
Есенина, обнажило их
"взаимонепонимание", усугублявшееся и
буквальным отсутствием общего языка
(Есенин не владел иностранными языками,
Айседора выучила несколько десятков
русских слов). По возвращении в Россию
они расстались.
Стихи последних лет
На родину Есенин вернулся с радостью, ощущением
обновления, желанием "быть певцом и гражданином... в
великих штатах СССР". В этот период (1923-25) создаются
его лучшие строки: стихотворения "Отговорила роща
золотая...", "Письмо к матери", "Мы теперь уходим
понемногу...", цикл "Персидские мотивы", поэма "Анна
Cнегина" и др. Главное место в его стихах по-прежнему
принадлежит теме родины, которая теперь приобретает
драматические оттенки. Некогда единый гармоничный мир
есенинской Руси раздваивается: "Русь Советская" "Русь
уходящая". Намеченный еще в стихотворении "Сорокоуст"
(1920) мотив состязания старого и нового ("красногривый
жеребенок" и "на лапах чугунных поезд") получает
развитие в стихах последних лет: фиксируя приметы новой
жизни, приветствуя "каменное и стальное", Есенин все
больше ощущает себя певцом "золотой бревенчатой избы",
поэзия которого "здесь больше не нужна" (сборники "Русь
Советская", "Страна Советская", оба 1925). Эмоциональной
доминантой лирики этого периода становятся осенние
пейзажи, мотивы подведения итогов, прощания.
Трагический финал
Одним из последних его произведений стала поэма "Страна негодяев"
в которой он обличал советскую власть. После этого на него
началась травля в газетах, обвиняя его в пьянстве, драках и.т.д.
Последние два года жизни Есенина прошли в постоянных
разъездах: скрываясь от судебного преследования он трижды
совершает путешествия на Кавказ, несколько раз ездит в
Ленинград, семь раз в Константиново. При этом в очередной раз
пытается начать семейную жизнь, но его союз с С.А. Толстой
(внучкой Л. Н. Толстого) не был счастливым. В конце ноября 1925
из-за угрозы ареста ему пришлось лечь в психоневрологическую
клинику. Софья Толстая договорилась с профессором П.Б.
Ганнушкиным о госпитализации поэта в платную клинику
Московского университета. Профессор обещал предоставить ему
отдельную палату, где Есенин мог заниматься литературной
работой. Сотрудники ГПУ и милиции сбились с ног, разыскивая
поэта. О его госпитализации в клинику знали всего несколько
человек, но осведомители нашлись. 28 ноября чекисты
примчались к директору клиники профессору П.Б. Ганнушкину и
потребовали выдачи Есенина, но он не выдал на расправу своего
земляка. За клиникой устанавливается наблюдение. Выждав
момент, Есенин прерывавает курс лечения (вышел из клиники в
группе посетителей) и 23 декабря уезжает в Ленинград. В ночь на
28 декабря в гостинице "Англетер" Сергея Есенина убивают
инсценировав самоубийство.
Автобиография
Автобиография от 14 мая 1922 г.
Я сын крестьянина. Родился в 1895 году 21 сентября в Рязанской губернии.
Рязанского уезда.
Кузьминской волости.С двух лет, по бедности отца и многочисленности
семейства, был отдан на воспитание довольно зажиточному деду по матери, у
которого было трое взрослых неженатых сыновей, с которыми протекло почти все
мое детство. Дядья мои были ребята озорные и отчаянные. Трех с половиной лет
они посадили меня на лошадь без седла и сразу пустили в галоп. Я помню, что
очумел и очень крепко держался за холку.
Потом меня учили плавать. Один дядя (дядя Саша) брал меня в лодку, отъезжал
от берега, снимал с меня белье и, как щенка, бросал в воду. Я неумело и
испуганно плескал руками, и, пока не захлебывался, он все кричал: "Эх, стерва!
Ну куда ты годишься?" "Стерва" у него было слово ласкательное. После, лет
восьми, другому дяде я часто заменял охотничью собаку, плавая по озерам за
подстреленными утками. Очень хорошо я был выучен лазить по деревьям. Из
мальчишек со мной никто не мог тягаться. Многим, кому грачи в полдень после
пахоты мешали спать, я снимал гнезда с берез, по гривеннику за штуку. Один раз
сорвался, но очень удачно, оцарапав только лицо и живот да разбив кувшин
молока, который нес на косьбу деду.
Среди мальчишек я всегда был коноводом и большим драчуном и ходил всегда в
царапинах. За озорство меня ругала только одна бабка, а дедушка иногда сам
подзадоривал на кулачную и часто говорил бабке: "Ты у меня, дура, его не трожь.
Он так будет крепче".
Бабушка любила меня изо всей мочи, и нежности ее не было границ. По субботам
меня мыли, стригли ногти и гарным маслом гофрили голову, потому что ни один
гребень не брал кудрявых волос. Но и масло мало помогало. Всегда я орал благим
матом и даже теперь какое-то неприятное чувство имею к субботе.
По воскресеньям меня всегда посылали к обедне и. чтобы
проверить, что я был за обедней, давали 4 копейки. Две
копейки за просфору и две за выемку частей священнику. Я
покупал просфору и вместо священника делал на ней
перочинным ножом три знака, а на Другие две копейки шел
на кладбище играть с ребятами в свинчатку.
Так протекало мое детство. Когда же я подрос, из меня очень
захотели сделать сельского учителя, и потому отдали в
закрытую церковно-учительскую школу, окончив которую,
шестнадцати лет, я должен был поступить в Московский
учительский институт. К счастью, этого не случилось.
Методика и дидактика мне настолько осточертели, что я и
слушать не захотел.
Стихи я начал писать рано, лет девяти, но сознательное
творчество отношу к 16-17 годам. Некоторые стихи этих лет
помещены в "Радунице".
Восемнадцати лет я был удивлен, разослав свои стихи по
журналам, тем, что их не печатают, и неожиданно грянул в
Петербург. Там меня приняли весьма радушно. Первый, кого я
увидел, был Блок, второй — Городецкий. Когда я смотрел на
Блока, с меня капал пот, потому что в первый раз видел
живого поэта. Городецкий меня свел с Клюевым, о котором я
раньше не слыхал ни слова. С Клюевым у нас завязалась, при
всей нашей внутренней распре, большая дружба, которая
продолжается и посейчас несмотря на то, что мы шесть лет
друг друга не видели.
Живет он сейчас в Вытегре, пишет мне, что ест хлеб с
мякиной, запивая пустым кипятком и моля бога о непостыдной
смерти.
За годы войны и революции судьба меня толкала из стороны в
сторону. Россию я исколесил вдоль и поперек, от Северного
Ледовитого океана до Черного и Каспийского моря, от Запада
до Китая, Персии и Индии.
Самое лучшее время в моей жизни считаю 1919 год. Тогда мы
зиму прожили в 5 градусах комнатного холода. Дров у нас
не было ни полена.
В РКП я никогда не состоял, потому что чувствую себя
гораздо левее.
Любимый мой писатель — Гоголь.
Книги моих стихов: "Радуница", "Голубень",
"Преображение", "Сельский часослов", "Трерядница",
"Исповедь хулигана" и "Пугачев".
Сейчас работаю над большой вещью под названием
"Страна негодяев".
В России, когда там не было бумаги, я печатал свои стихи
вместе с Кусиковым и Мариенгофом на стенах Страстного
монастыря или читал просто где-нибудь на бульваре.
Самые лучшие поклонники нашей поэзии проститутки и
бандиты. С ними мы все в большой дружбе. Коммунисты
нас не любят по недоразумению.
За сим всем читателям моим нижайший привет и
маленькое внимание к вывеске: "Просят не стрелять!"
14 мая 1922
Автобиография от 1923 г.
Родился 1895 г. 4 октября. Сын крестьянина Рязанской губ., Рязанского
уезда, села Константинова. Детство прошло среди полей и степей.
Рос под призором бабки и деда.
Бабка была религиозная, таскала меня по монастырям. Дома собирала
всех увечных, которые поют по русским селам духовные стихи от
"Лазаря" до "Миколы". Рос озорным и непослушным. Был драчун. Дед
иногда сам заставлял драться, чтобы крепче был.
Стихи начал слагать рано. Толчки давала бабка. Она рассказывала
сказки. Некоторые сказки с плохими концами мне не нравились, и я их
переделывал на свой лад. Стихи начал писать, подражая частушкам. В
бога верил мало. В церковь ходить не любил. Дома это знали и, чтоб
проверить меня, давали 4 копейки на просфору. которую я должен был
носить в алтарь священнику на ритуал вынимания частей. Священник
делал на просфоре 3 надреза и брал за это 2 копейки. Потом я
научился делать эту процедуру сам перочинным ножом, а 2 коп. клал в
карман и шел играть на кладбище к мальчишкам, играть в бабки. Один
раз дед догадался. Был скандал. Я убежал в другое село к тетке и не
показывался до той поры, пока не простили.
Учился в закрытой учительской школе.
Дома хотели, чтоб я был сельским учителем.
Когда отвезли в школу, я страшно скучал по бабке и однажды убежал
домой за 100 с лишним верст пешком.
Дома выругали и отвезли обратно.
После школы с 16 лет до 17 жил в селе. 17 лет уехал в Москву и
поступил вольнослушателем в Университет Шанявского. 19 лет
попал в Петербург проездом в Ревель к дяде. Зашел к Блоку,
Блок свел с Городецким, а Городецкий с Клюевым. Стихи мои
произвели большое впечатление.
Все лучшие журналы того времени (1915) стали печатать меня, а
осенью (1915) появилась моя первая книга "Радуница". О ней
много писали. Все в один голос говорили, что я талант.
Я знал это лучше других.
За "Радуницей" я выпустил "Голубень", "Преображение",
"Сельский часослов", "Ключи Марии", "Трерядницу", "Исповедь
хулигана", "Пугачев". Скоро выйдет из печати "Страна
негодяев" и "Москва кабацкая".
Крайне индивидуален.
Со всеми устоями на советской платформе.
В 1916 году был призван на военную службу. При некотором
покровительстве полковника Ломана, адъютанта императрицы,
был представлен ко многим льготам. Жил в Царском недалеко
от Разумника Иванова. По просьбе Ломана однажды читал
стихи императрице. Она после прочтения моих стихов сказала,
что стихи мои красивые, но очень грустные. Я ответил ей, что
такова вся Россия. Ссылался на бедность, климат и проч.
Революция застала меня на фронте в одном из дисциплинарных
батальонов, куда угодил за то, что отказался написать стихи в
честь царя. Отказывался, советуясь и ища поддержки в
Иванове-Разумнике.
В революцию покинул самовольно армию Керенского и, проживая
дезертиром, работал с эсерами не как партийный, а как поэт.
При расколе партии пошел с левой группой и в октябре был в их
боевой дружине.
Вместе с советской властью покинул Петроград.
В Москве 18 года встретился с Мариенгофом, Шершеневичем и
Ивневым.
Назревшая потребность в проведении в жизнь силы образа
натолкнула нас на необходимость опубликования манифеста
имажинистов. Мы были зачинателями новой полосы в эре
искусства, и нам пришлось долго воевать.
Во время нашей войны мы переименовывали улицы в свои имена и
раскрасили Страстной монастырь в слова своих стихов.
1919-1921 годы ездил по России: Мурман, Соловки, Архангельск,
Туркестан, Киргизские степи, Кавказ, Персия, Украина и Крым.
В 22 году вылетел на аэроплане в Кенигсберг. Объездил всю
Европу и Северную Америку.
Доволен больше всего тем, что вернулся в Советскую Россию.
Что дальше — будет видно.
1923
Автобиография от 20 июня 1924 г.
Я родился в 1895 году 21 сентября в селе Константинове Кузьминской
волости, Рязанской губ. и Рязанского уез. Отец мой крестьянин
Александр Никитич Есенин, мать Татьяна Федоровна.
Детство провел у деда и бабки по матери в другой части села, которое
наз. Матово.
Первые мои воспоминания относятся к тому времени, когда мне было тричетыре года.
Помню лес, большая канавистая дорога. Бабушка идет в Радовецкий
монастырь, который от нас верстах в 40. Я, ухватившись за ее палку,
еле волочу от усталости ноги, а бабушка все приговаривает: "Иди, иди,
ягодка, бог счастье даст".
Часто собирались у нас дома слепцы, странствующие по селам, пели
духовные стихи о прекрасном рае, о Лазаре, о Миколе и о женихе,
светлом госте из града неведомого.
Нянька — старуха приживальщица, которая ухаживала за мной,
рассказывала мне сказки, все те сказки, которые слушают и знают все
крестьянские дети.
Дедушка пел мне песни старые, такие тягучие, заунывные. По субботам и
воскресным дням он рассказывал мне Библию и священную историю.
Уличная же моя жизнь была непохожа на домашнюю. Сверстники мои
были ребята озорные. С ними я лазил вместе по чужим огородам.
Убегал дня на 2-3 в луга и питался вместе с пастухами рыбой, которую
мы ловили в маленьких озерах, сначала замутив воду руками, или
выводками утят.
После, когда я возвращался, мне частенько влетало.
В семье у нас был припадочный дядя, кроме бабки, деда и моей няньки.
Он меня очень любил, и мы часто ездили с ним на Оку поить лошадей. Ночью
луна при тихой погоде стоит стоймя в воде. Когда лошади пили, мне
казалось, что они вот-вот выпьют луну, и радовался, когда она вместе с
кругами отплывала от их ртов. Когда мне сравнялось 12 лет, меня отдали
учиться из сельской земской школы в учительскую школу. Родные хотели,
чтоб из меня вышел сельский учитель. Надежды их простирались до
института, к счастью моему, в который я не попал.
Стихи писать начал лет с 9, читать выучили в 5.
Влияние на мое творчество в самом начале имели деревенские частушки.
Период учебы не оставил на мне никаких следов, кроме крепкого знания
церковнославянского языка. Это все, что я вынес.
Остальным занимался сам под руководством некоего Клеменова. Он
познакомил меня с новой литературой и объяснил, почему нужно кое в
чем бояться классиков. Из поэтов мне больше всего нравился Лермонтов и
Кольцов. Позднее я перешел к Пушкину.
1913 г. я поступил вольнослушателем в Университет Шанявского. Пробыв там
1,5 года, должен был уехать обратно по материальным обстоятельствам в
деревню.
В это время у меня была написана книга стихов "Радуница" Я послал из них
некоторые в петербургские журналы и, не получая ответа, поехал гуда
сам. Приехал, отыскал Городецкого. Он встретил меня весьма радушно.
Тогда на его квартире собирались почти все поэты. Обо мне заговорили, и
меня начали печатать чуть ли не нарасхват.
Печатался я: "Русская мысль", "Жизнь для всех", "Ежемесячный журнал"
Миролюбова, "Северные записки" и т. д. Это было весной 1915 г. А
осенью этого же года Клюев мне прислал телеграмму в деревню и просил
меня приехать к нему.
Он отыскал мне издателя М. В. Аверьянова, и через несколько месяцев
вышла моя первая книга "Радуница". Вышла она в ноябре 1915 г. с
пометкой 1916 г.
В первую пору моего пребывания в Петербурге мне часто приходилось
встречаться с Блоком, с Ивановым-Разумником. Позднее с Андреем
Белым.
Первый период революции встретил сочувственно, но больше стихийно, чем
сознательно.
1917 году произошла моя первая женитьба на 3. Н. Райх.
1918 году я с ней расстался, и после этого началась моя скитальческая
жизнь, как и всех россиян за период 1918-21 гг. За эти годы я был в
Туркестане, на Кавказе, в Персии, в Крыму, в Бессарабии, в Оренбурских
степях, на Мурманском побережье, в Архангельске и Соловках.
1921 г. я женился на А. Дункан и уехал в Америку, предварительно
исколесив всю Европу, кроме Испании.
После заграницы я смотрел на страну свою и события по-другому.
Наше едва остывшее кочевье мне не нравится. Мне нравится цивилизация.
Но я очень не люблю Америки. Америка это тот смрад, где пропадает не
только искусство. но и вообще лучшие порывы человечества. Если
сегодня держат курс на Америку, то я готов тогда предпочесть наше
серое небо и наш пейзаж: изба, немного вросла в землю, прясло, из
прясла торчит огромная жердь, вдалеке машет хвостом на ветру тощая
лошаденка. Это не то что небоскребы, которые дали пока что только
Рокфеллера и Маккормика, но зато это то самое, что растило у нас
Толстого, Достоевского, Пушкина, Лермонтова и др.
Прежде всего я люблю выявление органического.
Искусство для меня не затейливость узоров, а самое
необходимое слово того языка, которым я хочу себя
выразить.
Поэтому основанное в 1919 году течение имажинизм, с
одной стороны — мной, а с другой — Шершеневичем,
хоть и повернуло формально русскую поэзию по
другому руслу восприятия, но зато не дало никому
еще права претендовать на талант. Сейчас я отрицаю
всякие школы. Считаю, что поэт и не может
держаться определенной какой-нибудь школы. Это
его связывает по рукам и ногам. Только свободный
художник может принести свободное слово.
Вот и все то, короткое, схематичное, что касается моей
биографии. Здесь не все сказано. Но я думаю, мне
пока еще рано подводить какие-либо итоги себе.
Жизнь моя и мое творчество еще впереди.
20 июня 1924
"О себе" Октябрь 1925 г.
Родился в 1895 году, 21 сентября, в Рязанской губернии,
Рязанского уезда, Кузьминской волости, в селе Константинове.
С двух лет был отдан на воспитание довольно зажиточному деду
по матери, у которого было трое взрослых неженатых сыновей, с
которыми протекло почти все мое детство. Дядья мои были ребята
озорные и отчаянные. Трех с половиной лет они посадили меня
на лошадь без седла и сразу пустили в галоп. Я помню, что
очумел и очень крепко держался за холку. Потом меня учили
плавать. Один дядя (дядя Саша) брал меня в лодку, отъезжал от
берега, снимал с меня белье и, как щенка, бросал в воду. Я
неумело и испуганно плескал руками, и, пока не захлебывался,
он все кричал: «Эх! Стерва! Ну куда ты годишься?..» «Стерва» у
него было слово ласкательное. После, лет восьми, другому дяде я
часто заменял охотничью собаку, плавал по озерам за
подстреленными утками. Очень хорошо лазил по деревьям. Среди
мальчишек всегда был коноводом и большим драчуном и ходил
всегда в царапинах. За озорство меня ругала только одна бабка,
а дедушка иногда сам подзадоривал на кулачную и часто говорил
бабке: «Ты у меня, дура, его не трожь, он так будет крепче!»
Бабушка любила меня из всей мочи, и нежности ее не было
границ. По субботам меня мыли, стригли ногти и гарным маслом
гофрили голову, потому что ни один гребень не брал кудрявых
волос. Но и масле мало помогало. Всегда я орал благим матом и
даже теперь какое-то неприятное чувство имею к субботе.
Так протекло мое детство. Когда же я подрос, из меня очень захотели
сделать сельского учителя и потому отдали в церковно-учительскую школу,
окончив которую я должен был поступить в Московский учительский
институт. К счастью, этого не случилось.
Стихи я начал писать рано, лет девяти, но сознательное творчество отношу к
16—17 годам. Некоторые стихи этих лет помещены в «Радунице».
Восемнадцати лет я был удивлен, разослав свои стихи по журналам, тем, что
их не печатают, и поехал в Петербург.
Там меня приняли весьма радушно. Первый, кого я увидел, был Блок, второй
— Городецкий. Когда я смотрел на Блока, с меня капал пот, потому что в
первый раз видел живого поэта. Городецкий меня свел с Клюевым, о котором
я раньше не слыхал ни слова. С Клюевым у нас завязалась при всей нашей
внутренней распре большая дружба.
В эти же годы я поступил в Университет Шанявского где пробыл всего 1 1/2
года, и снова уехал в деревню. В Университете я познакомился с поэтами
Семеновским, Наседкиным, Колоколовым и Филипченко.
Из поэтов-современников нравились мне больше всего Блок, Белый и Клюев.
Белый дал мне много в смысле формы, а Блок и Клюев научили меня
лиричности.
В 1919 году я с рядом товарищей опубликовал манифест имажинизма.
Имажинизм был формальной школой которую мы хотели утвердить. Но эта
школа не имела под собой почвы и умерла сама собой, оставив правду за
органическим образом.
От многих моих религиозных стихов и поэм я бы с удовольствием отказался,
но они имеют большое значения как путь поэта до революции.
С восьми лет бабка таскала меня по разным
монастырям, из-за нее у нас вечно ютились
всякие странники и странницы. Распевались
разные духовные стихи. Дед напротив. Был
не дурак выпить. С его стороны
устраивались вечные невенчанные
свадьбы.
После, когда я ушел из деревни, мне долго
пришлось разбираться в своем укладе. В
годы революции был всецело на стороне
Октября, но принимал все по-своему, с
крестьянским уклоном.
В смысле формального развития теперь
меня тянет все больше к Пушкину.
Что касается остальных
автобиографических сведений,— они в моих
стихах.
Октябрь 1925
О творчестве
Творчество Сергея Есенина, неповторимо яркое и глубокое, ныне
прочно вошло в нашу литературу и пользуется огромным успехом
у многочисленного читателя. Стихи поэта полны сердечной
теплоты и искренности, страстной любви к беспредельным
просторам родных полей, "неисчерпаемую печаль" которых умел
он так эмоционально и так звонко передать. В нашу литературу
Сергей Есенин вошёл как выдающийся лирик. Именно в лирике
выражено всё, что составляет душу есенинского творчества. В
ней полнокровная, искрящаяся радость юноши, заново
открывающего удивительный мир, тонко чувствующего полноту
земной прелести, и глубокая трагедия человека, слишком долго
остававшегося в "узком промежутке" старых чувств и воззрений.
И, если в лучших стихотворениях Сергея Есенина — "половодье"
самых сокровенных, самых интимных человеческих чувств, они
до краёв наполнены свежестью картин родной природы, то в
других его произведениях — отчаяние, тлен, безысходная грусть.
Сергей Есенин прежде всего — певец Руси, и в его стихах, порусски искренних и откровенных, мы ощущаем биение
беспокойного нежного сердца. В них "русский дух", в них "Русью
пахнет". Они впитали в себя великие традиции национальной
поэзии, традиции Пушкина, Некрасова, Блока.
Даже в любовной лирике Есенина тема любви сливается с
темой Родины. Автор "Персидских мотивов" убеждается в
непрочности безмятежного счастья вдали от родного края. И
главной героиней цикла становится далёкая Россия:"Как бы ни
был красив Шираз, он не лучше рязанских раздолий". С
радостью и горячим сочувствием встретил Есенин Октябрьскую
революцию. Вместе с Блоком, Маяковским он без колебаний
встал на её сторону. Произведения, написанные Есениным в то
время ("Преображение", "Инония", "Небесный барабанщик"),
проникнуты бунтарскими настроениями. Поэт захвачен бурей
революции, её величием и рвётся к новому, к будущему. В
одном из произведений Есенин восклицал: "Мать моя —
родина, я — большевик!" Но Есенин, как он сам писал,
воспринял революцию по-своему, "с крестьянским уклоном",
"больше стихийно, чем сознательно". Это наложило особый
отпечаток на творчество поэта и во многом предопределило
его дальнейший путь. Характерны были представления поэта о
цели революции, о будущем, о социализме. В поэме "Инония"
он рисует будущее как некое идиллическое царство
крестьянского благополучия, социализм кажется ему
блаженным "мужицким раем". Такие представления сказались
и в других произведениях Есенина того времени:
Вижу вас, злачные нивы,
С стадом буланых коней.
С дудкой пастушеской в ивах
Бродит апостол Андрей.
Но фантастическим видениям мужицкой Инонии, естественно, не суждено было
сбыться. Революцию возглавлял пролетариат, деревню вёл за собой город.
"Ведь идёт совершенно не тот социализм, о котором я думал", — заявляет
Есенин в одном из писем того времени. Есенин начинает проклинать
"железного гостя", несущего гибель патриархальному деревенскому укладу, и
оплакивать старую, уходящую "деревянную Русь". Этим и объясняется
противоречивость поэзии Есенина, прошедшего сложный путь от певца
патриархальной, нищей, обездоленной России до певца России
социалистической, России ленинской. После поездки Есенина за границу и на
Кавказ в жизни и творчестве поэта происходит перелом и обозначается новый
период. Она заставляет его крепче и сильнее полюбить своё социалистическое
отечество и по-иному оценить всё, что в нём происходит."...Я ещё больше
влюбился в коммунистическое строительство", — писал Есенин по
возвращении на родину в очерке "Железный Миргород". Уже в цикле "Любовь
хулигана", написанном сразу же по приезде из-за границы, настроения
потерянности и безысходности сменяются надеждой на счастье, верой в
любовь и будущее. Прекрасное стихотворение "Заметался пожар голубой...",
полное самоосуждения, чистой и нежной любви, даёт ясное представление о
новых мотивах в лирике Есенина:
Заметался пожар голубой,
Позабылись родимые дали.
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.
Был я весь — как запущенный сад,
Был на женщин и зелие падкий.
Разонравилось петь и плясать
И терять свою жизнь без оглядки.
Творчество Есенина — одна из ярких, глубоко волнующих страниц истории
русской литературы. Отошла в прошлое эпоха Есенина, но его поэзия
продолжает жить, пробуждая чувство любви к родимому краю, ко всему
близкому и разному. Нас волнует искренность и одухотворённость поэта, для
которого самым дорогим на всей планете была Русь.
Есенин на военной службе
19 ИЮЛЯ (1 августа по новому стилю) 1914 года
началась первая мировая война. И уже через месяц в
нее вступила Россия. Царская армия оказалась
недостаточно подготовленной к боевым действиям и
главным образом из-за нехватки вооружения. Солдаты,
несмотря на храбрость и самоотверженность, сотнями
гибли на поле боя.
Для восполнения потерь повсеместно началась
всеобщая мобилизация. Сергей Есенин, которому в
октябре 1914 года исполнилось 19 лет, тоже подлежал
призыву...
Первое упоминание об этом содержится в его письме
М. Бальзамовой от 24 апреля 1915 года из Петрограда:
"В Рязани я буду 14 мая. Мне нужно на призыв..."
Позднее, в июле того же года, он сообщил В.
Чернявскому: "От военной службы меня до осени
освободили. По глазам оставили. Сперва было совсем
взяли..."
Отсрочка Есенина от военной службы затянулась почти на год. В эти месяцы он
активно входил в большую литературу: много писал, много печатался. В
письме Николаю Клюеву он сообщил: "Стихи у меня в Питере прошли
успешно. Из 60 взяли 51. Взяли "Северные записки", "Русская мысль",
"Ежемесячный журнал" и другие..." Летом из родного Константинова Есенин
писал Чернявскому: "Стихов я написал много. Принимаюсь за рассказы...". За
это время Сергей Есенин познакомился с видными деятелями культуры Н.
Клюевым, В. Юнгером, Н. Гумилевым, А. Ахматовой, В. Маяковским, М.
Горьким, А. Бенуа, Ф. Сологубом, И. Репиным и другими.
И вот — снова повестка о призыве. С тревогой сообщил Есенин об этом своим
друзьям. Его ничуть не радовала перспектива попасть в действующую армию.
В январе 1916 года один из его друзей, поэт Сергей Городецкий, обращается
к полковнику Д. С. Ломану, уполномоченному по царскосельскому военносанитарному поезду № 143, с просьбой устроить Есенина санитаром в поезд.
Ломан внял просьбе Городецкого и 16 января направил в мобилизационный
отдел Главного управления Генерального штаба ходатайство за № 56, в
котором среди других призываемых в Царское Село санитаров была названа
фамилия Есенина.
Упоминание о призыве Есенина в царскосельский военно-санитарный поезд
содержится в письме исполняющего должность начальник мобилизационного
отдела Главного управления Генерального штаба генерал-лейтенанта
Аверкиева начальнику штаба Петроградского военного округа от 11 февраля
1916 года. Там сообщается, что "последовало Высочайшее соизволение на
зачисление в санитары, с оставлением на службе царскосельского имени Ее
Императорского Величества военно-санитарного поезда № 143 группы
нижних чинов". В списке названа фамилия "Есенина Сергея Александровича,
крестьянина Рязанской губ. и уезда (родился 21 сентября 1895 года),
подлежащего призыву в Петрограде".
17 марта поэт побывал дома у литератора М. Мурашова, где оставил записку:
"Дорогой Миша. Заходил и не застал тебя. Завтра призываюсь. Сергей".
В судьбе Есенина при призыве его на военную службу принял активное
участие и Николай Клюев.
Он послал в Царское Село письмо, которое начинается словами: "Полковнику
Ломану о песенном брате Сергее Есенине моление". В письме Клюев ПРОСИТ
"похлопотать о вызове Есенина в поезд вскорости". В ответ он получил
"Уведомление" о зачислении Сергея Есенина в царскосельский полевой
военно-санитарный поезд № 143.
В середине апреля Есенин еще находился в Петрограде. Об этом
свидетельствует его выступление в Тенишевском училище (Моховая улица,
33-35) в концерте на вечере современной поэзии и музыки 15 апреля. Кроме
него, на вечере выступили Александр Блок, Осип Мандельштам, Анна
Ахматова, Николай Клюев и другие.
Служба Есенина в Царском Селе началась 20 апреля 1916 года, когда он
прибыл сюда из Петрограда. Через несколько дней, его фамилия была
названа среди лиц, зачисленных в поезд. Военно-санитарный поезд, куда
Есенина определили санитаром, был необычным — ему покровительствовала
сама Императрица Мария Федоровна. Официально он назывался "Полевой
царскосельский военно-санитарный поезд № 143 Ее Императорского
Величества Государыни Императрицы Александры Федоровны".
По воспоминаниям Ю. Д. Ломана, сына полковника Ломана: "Военносанитарный поезд состоял из двадцати одного пульмановского вагона. Он
был необычайно комфортабелен: синие вагоны с белыми крышами
выглядели очень нарядно. Правда, после налета австрийской авиации
крыши были перекрашены в защитный цвет".
Есенину была выдана обычная солдатская форма: на погонах вензель
из букв АФ, а ниже него — буквы ЦВСП и цифра 143. Своим
уполномоченным по поезду.
Императрица назначила полковника Дмитрия Николаевича Ломана. Он
занимался формированием поезда и отвечал за всю его работу. Есенин
приказом по поезду был назначен санитаром в шестой вагон. Работа
санитаров была не из легких. В их обязанности входило: поддержание
чистоты и порядка в вагoнax, переноска на носилках тяжелораненых и
больных и размещение их в вагонах, погрузка и выгрузка имущества,
получение продуктов, раздача пищи и многое другое.
Первая поездка Есенина к линии фронта в составе поезда № 143
началась 27 апреля 1916 года. Сохранились приказы по поезду.
Маршрут был таким: Царское Село — Петроград — Москва — Белгород
— Мелитополь — Полтава — Киев — Ровно — Шепетовка, и обратно:
Гомель — Орша — Петроград — Царское Село.
По дороге на юг 7 мая поезд остановился в Киеве. Всех санитаров, в
том числе и Есенина, отправили в Киево-Печерскую лавру на
всенощную. А по ходу движения священником , поезда протоиереем В.
Кузьминским были отслужены молебны и божественные литургии. 16
мая поезд был в Петрограде, а 17-го вернулся в Царское Село, куда
доставил на лечение 277 раненых офицеров и "нижних чинов".
Всего 11 дней поезд находился в Царском Селе. Эти дни нужны были
для отдыха персонала, переформирования вагонов и их дезинфекции.
28 мая поезд отправился в следующую поездку по несколько
измененному маршруту: Царское Село — Петроград — Москва — Курск
— Конотоп — Киев- Шепетовка — Киев — Могилев — Тула — Царское
Село.
В Центральном государственном архиве литературы и искусства хранится
рукопись поэмы Есенина "Русь", где есть авторская дата: "31 мая 1916 г. У
Конотопа". Действительно, в этот день военно-санитарный поезд
находился в Конотопе, о чем свидетельствует приказ № 152. Очевидно,
что настроение, отраженное в поэме, было созвучно тем событиям,
которые происходили во время военной службы Есенина. Судьбы простых
людей, которые всколыхнула война, были до боли близки поэту.
Вторая поездка в составе поезда № 143 стала для него последней. В день
приезда поезда 15 июня Есенину был выписан "Увольнительный билет" в
Рязань сроком на 15 дней. Как вспоминала его старшая сестра Екатерина,
он приехал домой "худой, остриженный наголо". Екатерина
Александровна Есенина написала и о рассказах брата о его службе.
"Много тяжелых и смешных случаев с ранеными, рассказал он. Ему
приходилось бывать и в операционной..." В эти дни Есенин написал в
Константинове стихотворение "Я снова здесь, в семье родной...".
30 июня поэт вернулся в Царское Село, в Феодоровский городок, где
продолжил службу. Полковник Ломан устроил его в канцелярию поезда.
Одновременно поэт должен был исполнять обязанности санитара в
царскосельском лазарете № 17. Поселили Есенина в доме "для низших
служителей". Это здание сохранилось до наших дней, но состояние его
сейчас плачевное, требуется срочный капитальный ремонт.
По дороге на юг 7 мая поезд остановился в Киеве. Всех санитаров, в том
числе и Есенина, отправили в Киево-Печерскую лавру на всенощную. А по
ходу движения священником , поезда протоиереем В. Кузьминским были
отслужены молебны и божественные литургии. 16 мая поезд был в
Петрограде, а 17-го вернулся в Царское Село, куда доставил на лечение
277 раненых офицеров и "нижних чинов".
Всего 11 дней поезд находился в Царском Селе. Эти дни нужны были
для отдыха персонала, переформирования вагонов и их дезинфекции.
28 мая поезд отправился в следующую поездку по несколько
измененному маршруту: Царское Село — Петроград — Москва — Курск
— Конотоп — Киев- Шепетовка — Киев — Могилев — Тула — Царское
Село.
В Центральном государственном архиве литературы и искусства
хранится рукопись поэмы Есенина "Русь", где есть авторская дата: "31
мая 1916 г. У Конотопа". Действительно, в этот день военносанитарный поезд находился в Конотопе, о чем свидетельствует приказ
№ 152. Очевидно, что настроение, отраженное в поэме, было созвучно
тем событиям, которые происходили во время военной службы
Есенина. Судьбы простых людей, которые всколыхнула война, были до
боли близки поэту.
Вторая поездка в составе поезда № 143 стала для него последней. В
день приезда поезда 15 июня Есенину был выписан "Увольнительный
билет" в Рязань сроком на 15 дней. Как вспоминала его старшая сестра
Екатерина, он приехал домой "худой, остриженный наголо". Екатерина
Александровна Есенина написала и о рассказах брата о его службе.
"Много тяжелых и смешных случаев с ранеными, рассказал он. Ему
приходилось бывать и в операционной..." В эти дни Есенин написал в
Константинове стихотворение "Я снова здесь, в семье родной...".
30 июня поэт вернулся в Царское Село, в Феодоровский городок, где
продолжил службу. Полковник Ломан устроил его в канцелярию
поезда. Одновременно поэт должен был исполнять обязанности
санитара в царскосельском лазарете № 17. Поселили Есенина в доме
"для низших служителей". Это здание сохранилось до наших дней, но
состояние его сейчас плачевное, требуется срочный капитальный
ремонт.
Служба в канцелярии поезда и в лазарете была, конечно, легче
физически, но тоже требовала определенной воинской дисциплины. Есенин
успешно справлялся со всеми своими обязанностями, хотя в письмах из
Царского Села иногда жаловался на трудности службы. Конечно, надо
учитывать то, что он был поэтом, и это было главным делом в его жизни.
Находясь на воинской службе, он писал стихи, готовил к печати второй
сборник своих стихотворений "Голубень" (вышел в Петрограде в мае 1918
года).
Полковник Ломан, высоко ценивший Есенина — поэта, неоднократно
привлекал его к выступлениям на концертах для раненых в лазаретах и в
Трапезной палате Феодоровского городка. О выступлении Есенина 22 июля
1916 года перед Императрицей и членами царской семьи уже было
рассказано в "Морской газете" (15 апреля 1995 г.) Д. Н. Ломан не только
приглашал Есенина выступать на вечерах, но и предложил ему и Николаю
Клюеву написать книгу стихотворений, в которых отразились бы и
культурная миссия Феодоровского Государева собора, и деятельность
"Общества возрождения художественной Руси", и, главное, императорская
фамилия. Но поэты отказались от этого предложения, объяснив, что
недостаточно знакомы со всеми этими темами.
И вот наступил 1917 год. Есенин продолжал нести службу в лазарете и
канцелярии поезда. Ему предоставляли определенные льготы — он ездил в
Петроград в увольнение. В последний раз Есенин выступил 19 января с
чтением стихов в Трапезной палате Феодоровского городка на обеде в
честь членов "Общества возрождения художественной Руси".
И, тем не менее, служба оставалась службой. Накануне Февральской
революции Есенин получил командировочное предписание в г. Могилев в
распоряжение командира 2-го батальона Сводного пехотного полка.
Однако уклонился от этой поездки. Оставаясь в Петрограде, он встретил
свержение самодержавия.
17 марта 1917 года в. Воинскую комиссию при Государственной думе
поступил документ: "Ввиду сокращения штата при Полевом военносанитарном поезде № 143, препровождаю в распоряжение Воинской
комиссии ратника Сергея Есенина". Есенину на руки был выдан аттестат, в
котором значилось: "По указу Временного правительства дан сей от
Полевого военно-санитарного поезда № 143 рядовому Сергею Есенину,
откомандированному в распоряжение Воинской комиссии ПРИ
Государственной думе в том, что он удовлетворен при сем поезде
провиантским, приварочным и чайным довольствием от 17 сего марта,
мылом и табаком не удовлетворялся, что подписью с приложением
казенной печати и удостоверяется".
Известен и последний документ, связанный с военной службой Сергея
Есенина. Это аттестат, выданный ему 20 марта 1917 года (№ 204). В нем, в
частности, говорится, что "...возложенные на него обязанности... по 17
марта 1917 года исполнялись им честно и добросовестно, и в настоящее
время препятствий к поступлению Есенина в школу прапорщиков не
встречается".
Однако в обстановке раскрепощения и всеобщего революционного
подъема Есенин посчитал, и вероятно справедливо, что учиться ему на
прапорщика ни к чему. Он посчитал себя свободным от воинской службы.
Об этом Есенин позднее написал в одной из своих автобиографий: "В
революцию покинул самовольно армию Керенского и, проживая
дезертиром, работал с эсерами не как партийный, а как поэт..." В 1925
году свои настроения 1917 года Есенин ЯРКО отобразил в поэме "Анна
Онегина".
Военная служба Есенина с момента призыва продолжалась почти год: с 25
марта 1916 года по 20 марта 1917-го. А в Феодоровском городке Царского
Села он служил с 20 апреля 1916 года по 20 марта 1917 года.
И, хотя во время военной службы Сергеем Есениным было написано
сравнительно мало стихотворений, этот год не был для него потерянным.
Он дал поэту немалый жизненный опыт и стал еще одной ступенькой в его
дальнейшем творческом росте.
Женщины поэта
Анна Романовна Изряднова
Первая
В 1912 году Сергей Есенин в 17 летней возрасте приехал покорять Москву.
Считая себя поэтом, Есенин отказался работать с отцом в мясной лавке
приказчиком и сам выбрал место с крохотным жалованьем в типографии,
рассчитывая здесь печатать свои стихотворения. В корректорской никто из
сотрудников его поэтом не признаёт (ещё бы, они готовят к изданию
произведения великих русских поэтов!), а редакции газет и журналов, где
юноша показывает свои стихи, отказываются их публиковать. Только курсистка
Аня, Анна Изряднова, также служившая корректором у Сытина, сумела в
мальчишке, который был моложе ее на четыре года, увидеть настоящего поэта.
Как она его понимала! Как она любила его!
В выходные дни они вместе ходят на занятия в университет Шанявского, много
говорят о поэзии, литературе. После работы Есенин провожает Анну до дома во
2-м Павловском переулке, а потом возвращается на Серпуховку, где живёт с
отцом в небольшой комнате.
Анна стала его первой женщиной. Сергей почувствовал себя взрослым мужчиной,
мужем. Для Есенина этот период стал самым изобильным в его творчестве. Он
написал 70 прекрасных стихотворений. Именно с этого времени он состоялся как
поэт. Несомненно, его творческому росту способствовало проживание в Москве,
общение с литераторами и издателями, занятия в университете Шанявского,
работа в корректорской, но главное — его любовь к Анне. Это соединение
таланта и любви в жизни поэта следует считать "изрядновским" периодом. И
совсем не случайно в это время появились главные строки:
Если крикнет Рать святая:
"Кинь ты Русь, живи в раю!"
Я скажу: "Не надо рая.
Дайте родину мою".
21 марта 1914 года Анна забеременела и несколько месяцев старательно
скрывала беременность от всех. Шло время. На шестом месяце скрывать
беременность от родных далее Анна не могла. Известие о внебрачных
отношениях и ожидание ребёнка тяжело было принято в семье
Изрядновых. Анна вынуждена была уйти. Она сняла комнату около
Серпуховской заставы и стала с Есениным жить совместно.
Работа, дом, семья, Анна ждет ребенка, и на поэзию уже сил и времени не
хватает. Для вдохновения Сергей уезжает в Крым. Один. Вернулся полный
впечатлений и вдохновения. Он бросил работу и целыми днями писал
стихи. Анна не перечила и ничего не требовала от него. Просто любила.
Ему же было так удобно.
В декабре 1914 года Есенин отвез жену в роддом. Страшно гордился, когда
родился сын. К возвращению Анны из больницы отмыл комнату до блеска,
приготовил обед. 19-летний отец с удивлением вглядывался в крошечное
личико сына, отыскивая в нем свои черты, и никак не мог налюбоваться.
Назвал малыша Георгием, Юрочкой.
В своих воспоминаниях Анна Романовна писала:
...В конце декабря у меня родился сын. Есенину пришлось много
канителиться со мной (жили мы только вдвоём). Нужно было меня
отправить в больницу, заботиться о квартире. Когда я вернулась домой, у
него был образцовый порядок: везде вымыто, печи истоплены, и даже
обед готов и куплено пирожное, ждал. На ребёнка смотрел с
любопытством, всё твердил: "Вот я и отец". Потом скоро привык, полюбил
его, качал, убаюкивал, пел над ним песни. Заставлял меня, укачивая,
петь: "Ты пой ему больше песен". В марте 1915 года поехал в Петроград
искать счастья. В мае этого же года приехал в Москву, уже другой.
Немного побыл в Москве, уехал в деревню, писал хорошие письма. Осенью
заехал: "Еду в Петроград". Звал с собой... Тут же говорил: "Я скоро
вернусь, не буду жить там долго".
Но Есенин к Анне не вернулся. В столице его приняли восторженно. Вскоре
вышла первая книжка стихов. Шла суровая мировая война. Поэта призвали в
армию. Он служил в санитарном поезде, доставляя с фронта раненых. Потом
произошла Февральская революция. Поэт дезертировал из армии Керенского.
Летом 1917 года со своим другом, поэтом Алексеем Ганиным, решил уехал в
провинцию. С ними увязалась знакомая Зинаида Райх.
Зинаида Николаевна Райх
Любимая
Летом 1917 года Есенин с приятелем зашли в редакцию газеты «Дело народа», где
Сергей познакомился с секретаршей Зиночкой. Зинаида Райх была редкая красавица.
Таких он еще не видел.
Через три месяца после знакомства они обвенчались в маленькой церквушке под
Вологдой, искренне веря, что будут жить долго, счастливо и умрут в один день.
Вернувшись, поселились у Зинаиды. Ее заработка хватало на двоих, и она старалась
создать Сереже все условия для творчества.
Есенин был ревнив. Выпив, становился просто невыносим, устраивая беременной
жене безобразные скандалы. Он любил по-русски: сначала бил, а потом валялся в
ногах, вымаливая прощение.
В 1918 году семейство Есениных покинуло Петроград. Зинаида поехала в Орел к
родителям рожать, а Сергей вместе с другом снял в центре Москвы комнатенку, где
зажил по-холостяцки: попойки, женщины, стихи…
Дочь родилась в мае 1918 года. Зинаида назвала ее в честь матери Сергея —
Татьяной. Но когда жена с маленькой Танечкой приехали в Москву, Сергей их
встретил так, что уже на следующий день Зинаида уехала обратно. Потом Есенин
просил прощения, они мирились, и опять начинались скандалы. После того как он
избил ее, беременную вторым ребенком, Зинаида сбежала от него к родителям
окончательно. Зимой Зинаида Николаевна родила мальчика. У Есенина спросила по
телефону: "Как назвать?" Есенин думал-думал, выбирая не литературное имя, и
сказал: "Константином". После крещения спохватился: "Черт побери, а ведь
Бальмонта Константином зовут". Смотреть сына не поехал. Заметив на ростовской
платформе меня, разговаривающим с Райх, Есенин описал полукруг на каблуках и,
вскочив на рельсу, пошел в обратную сторону... Зинаида Николаевна попросила:
"Скажите Сереже, что я еду с Костей. Он его не видал. Пусть зайдет взглянет. Если не
хочет со мной встречаться, могу выйти из купе". Есенин все-таки зашел в купе глянуть
на сына. Посмотрев на мальчика, сказал, что тот черненький, а Есенины черные не
бывают". Позднее кто-то вспоминал еще, что З. Райх, уже живя с Мейерхольдом,
требовала у Есенина деньги на обучение их дочери.
Впоследствии Зинаида стала актрисой в театре знаменитого режиссера Всеволода
Мейерхольда2 октября 1921 года народный суд г. Орла вынес решение о расторжении
брака Есенина с Райх, она вышла замуж за Мейерхольда. Знаменитый режиссер
воспитывал Костика и Танечку, а Есенин в доказательство любви к детям носил их
фотографию в нагрудном кармане.
Галина Бениславская
В жизни Сергея Есенина много
Хорошая
неясного, кроме, пожалуй, его
убийства и этой, хотя и сложной, но
вместе с тем искренней любви к
нему Галины Бениславской...4
ноября 1920 года на литературном
вечере "Суд над имажинистами"
Есенин познакомился с Галиной
Бениславской. Вскоре Есенин и
Бениславская стали близки. Галина
забыла, что у выдающихся поэтов
любвеобильные сердца. 3 октября
1921 года, в день рождения Есенина,
в мастерской художника Якулова
собралась компания. После
выступления в концерте к Якулову
привезли известную американскую
танцовщицу Дункан. 46-летняя
Айседора, зная всего 20-30 русских
слов, услышав стихи Есенина, сразу
поняла необыкновенный талант
молодого поэта и первая назвала его
великим русским поэтом. Не
раздумывая, она увезла Есенина к
себе в особняк. В комнату
Бениславской он не пришёл.
После почти полуторагодового путешествия за
границей Есенин возвратился на родину, но жить со
стареющей и ревнивой танцовщицей не стал. Из
фешенебельного особняка поэт вновь пришёл в комнату
Бениславской в многонаселённой коммунальной
квартире.
ТАК беззаветно, как любила Галина, редко любят.
Есенин считал ее самым близким другом, но не видел в
ней женщину. Стройная, зеленоглазая, косы чуть не до
полу, а он не замечал этого, о своих чувствах к другим
рассказывал.
Галина оторвала его от Дункан, старалась отвадить и от
друзей-собутыльников, ждала ночами у двери. Помогала
чем могла, бегала по редакциям, выбивая гонорары. И
телеграмму в Крым Айседоре дала она же. Галина
считала его своим мужем, он же говорил ей: «Галя, вы
очень хорошая, вы самый близкий друг, но вас я не
люблю…» Есенин приводил в ее дом женщин и тут же ее
утешал: «Я сам боюсь, не хочу, но знаю, что буду бить.
Вас не хочу бить, вас нельзя бить. Я двух женщин бил —
Зинаиду и Изадору — и не мог иначе. Для меня любовь
— это страшное мучение, это так мучительно».
Галина все ждала, когда же он увидит в ней не только
друга. Но так и не дождалась. В 1925 году он женился…
на Сонечке Толстой.
Холодным декабрьским днем 1926 года на безлюдном
Ваганьковском кладбище в Москве около скромной
могилы Сергея Есенина стояла молодая женщина. Год
назад в ленинградской гостинице "Англетер" оборвалась
жизнь тридцатилетнего поэта. Женщина на похоронах не
была. Потом достала листок бумаги и быстро набросала
несколько строк: "Самоубилась" здесь, хотя и знаю, что
после этого еще больше собак будут вешать на Есенина.
Но и ему, и мне это будет все равно. В этой могиле для
меня все самое дорогое, поэтому напоследок наплевать
на Сосновского и общественное мнение, которое у
Сосновского на поводу". Некоторое время она стояла
неподвижно, затем достала пистолет.
Так закончилась жизнь 29-летней Галины Бениславской,
беззаветно любившей поэта.
27 декабря 1925 года оборвалась жизнь Есенина.
Бениславская оказалась в психиатрической клинике.
Жизнь для неё потеряла смысл.
Самоубийство Галины Бениславской всех потрясло.
Похоронили её рядом с Есениным 7 декабря. На
памятнике начертали слова: "Верная Галя".
Айседора Дункан
Дорогая
Айседора Дункан не говорила по-русски,
Есенин не понимал по-английски. Но это не
мешало их любви.
ОДНАЖДЫ великую американскую балерину
Айседору Дункан, приехавшую в 1921 году в
Россию, пригласили на творческий вечер…
Она подняла глаза от бокала и увидела Его.
Он начал читать стихи. Айседора не понимала
ни слова, но не могла оторвать от него
взгляда. А он декламировал, глядя только на
нее. Казалось, что в комнате больше никого
нет. Закончив читать, Есенин спустился с
возвышения и попал в ее объятия.
«Изадора! Моя Изадора!» — Есенин опустился
перед танцовщицей на колени. Она
поцеловала его в губы и произнесла: «За-латая галава, за-ла-тая га-ла-ва». Это была
любовь с первого взгляда, кипучая страсть,
ураган. И не важно, что Айседора почти не
говорила по-русски, а Сергей не знал
английского. Они понимали друг друга без
слов, потому что были похожи — талантливы,
эмоциональны, бесшабашны…
С той памятной ночи Есенин переехал в квартиру Айседоры.
Есенинские друзья-поэты с удовольствием ходили в этот
гостеприимный дом, хотя никак не могли поверить, что гуляка и
сердцеед искренне полюбил женщину, которая почти в два раза
старше его.
Балерина с мировым именем была богата и готова все отдать, только
чтобы ее любимый Есенин был счастлив. Кутежи, шампанское,
фрукты, подарки. Она оплачивала все.
Но уже через несколько месяцев есенинская страсть угасла и
начались скандалы. В пьяном угаре он кричал: «Дунька, пляши». И
она танцевала перед ним и его собутыльниками, без слов показывая и
свою любовь, и унижение, и гордость, и негодование. Она видела, что
ее любимый спивается, и, чтобы спасти его, решила увезти за
границу.
2 мая 1922 года Есенин и Дункан зарегистрировали брак. "Теперь я —
Дункан!" — кричал Есенин, когда они вышли из загса. Злые языки
утверждали, что он был влюблен не столько в Дункан, сколько в ее
мировую славу. и уехали сначала в Европу, затем в Америку.
Но там он из великого поэта стал просто мужем Дункан. От этого
злился, пил, гулял, бил, потом каялся и объяснялся в любви.
В Советской России ему было очень тяжело, а без России —
невозможно. И чета Есениных — Дункан вернулась обратно. Она
чувствовала, что брак разваливается, безумно ревновала и мучилась.
Отправившись на гастроли в Крым, Айседора ждала там Сергея,
который обещал вскоре приехать. Но вместо него пришла телеграмма:
«Я люблю другую, женат, счастлив. Есенин».
Этой другой стала его поклонница Галина Бениславская.
Айседора пережила Сергея на полтора года — кончина наступила в
веселой курортной Ницце. Соскользнув с ее плеча, длинный шарф
попал в колесо со спицами набиравшего скорость автомобиля, в
котором сидела танцовщица, намотался на ось и мгновенно удушил
Дункан.
Софья Андреевна Толстая
Милая
Есенин гордился тем, что породнился с Толстым, женившись на его
внучке Софье
5 марта 1925 года — знакомство с внучкой Льва Толстого Софьей
Андреевной Толстой. Она была младше Есенина на 5 лет, в ее
жилах текла кровь величайшего писателя мира. Софья Андреевна
заведовала библиотекой Союза писателей. Как и большинство
интеллигентных девиц того времени, она была влюблена в поэзию
Есенина и немножко в самого поэта. 29-летний Сергей робел перед
аристократизмом и невинностью Софьи.
В 1925 году состоялась скромная свадьба. Сонечка была готова, как
и ее знаменитая бабушка, посвятить всю жизнь мужу и его
творчеству.
Все было на удивление хорошо. У поэта появился дом, любящая
жена, друг и помощник. Софья занималась его здоровьем, готовила
его стихи для собрания сочинений. И была абсолютно счастлива.
Есенин продолжал жить жизнью, где всегда находилось место
пьяным кутежам и любовным интрижкам с поклонницами.
«Что случилось? Что со мною сталось? Каждый день я у других
колен», — писал он о себе. И отчего-то чувствовал свою скорую
смерть:
«Я знаю, знаю. Скоро, скоро,
Ни по моей, ни чьей вине
Под низким траурным забором
Лежать придется так же мне».
Это писал 30-летний красавец, недавно
женившийся на обожавшей его милой и
умной девушке, поэт, чьи сборники
разлетались прямо из типографии.
Софья Толстая — еще одна не сбывшаяся
надежда Есенина создать семью.
Вышедшая из аристократической семьи, по
воспоминаниям друзей Есенина, очень
высокомерная, гордая, она требовала
соблюдения этикета и беспрекословного
повиновения. Эти ее качества никак не
сочетались с простотой, великодушием,
веселостью, озорным характером Сергея.
Ей выпал горький жребий: пережить ад
последних месяцев жизни с Есениным. А
потом, в декабре 1925-го, ехать в
Ленинград за его телом.
Краткая летопись
1895, 21 сентября (4 октября н. ст.). В селе
Константинове Кузьминской волости (ныне
Рыбниковский район Рязанской области), в семье
крестьян Александра Никитича и Татьяны Федоровны
(урожд. Титовой) Есениных родился сын Сергей. (Его
сестра Екатерина родилась в 1905 г., сестра
Александра — в 1911 г.) 1909 За отличную
успеваемость по окончании Константиновского
сельского училища награжден похвальным листом.
1909—1912. Учеба в церковно-учительской
второклассной школе в селе Спас-Кле-пики Рязанского
уезда. В свидетельстве о ее окончании сказано, что
Есенину присвоено « звание учителя школы грамоты».
1912, июль. Переезд в Москву по вызову отца,
который работал в мясной лавке Н. Крылова. Отец
устроил сына на работу в конторе лавки с тем, чтобы
тот смог позже поступить в учительский институт.
Однако в конторе Есенин проработал всего одну
неделю.
1912, сентябрь—февраль. Работал продавцом в книжной
лавке.
1913, март. Поступил в типографию товарищества И. Д.
Сытина. Сперва работал экспедитором, потом в корректорской
подчитчиком.
2 сентября. Начал слушать лекции на вечернем историкофилологическом факультете Московского городского
народного университета А. Л. Шанявского, где, по собственным
словам, проучился полтора года.
Осень. Впервые читал свои стихи профессиональному
литератору И. Белоусову, который нашел, что у Есенина
«талант истинный».
Конец года. По воспоминанию приятеля Есенина Н.
Сардановского, поэт читал стихотворение «Выткался на озере
алый свет зари...» профессору университета Шанявского
известному литературоведу П. Н. Сакулину и удостоился
лестного для себя отзыва. Вступил в гражданский брак с Анной
Романовной Изрядновой, корректором типографии Сытина.
1914, январь. В детском журнале «Мирок» № 1 под
псевдонимом Аристон опубликовано стихотворение
Есенина «Береза». Это первое печатное выступление
поэта.
Середина мая. Уволился из типографии Сытина.
19 июля. Начало войны с Германией.
Август — декабрь. Откликается на военные действия
стихами «Молитва матери», «Сиротка », « Богатырский
посвист », «По селу тропинкой кривенькой...» и
другими, поэмами «Галки» (запрещена военной
цензурой, ее текст не разыскан) и «Марфа Посадница».
Сентябрь. Поступил корректором в типографию
торгового дома «Д. Чернышев и Н. Кобельков».
Декабрь. Уволился из типографии и с этих пор
полностью отдается творческой деятельности.
21 декабря. (1915, 3 января н. ст.) Родился сын Юрий.
(В 1937 г. арестован и расстрелян чекистами. В 1956-м
реабилитирован.)
8 марта. Выехал из Москвы в Петроград.
9 марта. Читал стихи Блоку, от которого получил
рекомендательные письма к издательскому работнику,
литератору М. Мурашеву и к поэту С. Городецкому.
11 марта. Чтение стихов С. Городецкому, который
вводит Есенина в литературный круг Петербурга.
22 апреля. В журнале «Голос жизни» с предисловием
Зинаиды Гиппиус напечатаны четыре стихотворения
Есенина, которые сам поэт вместе со стихотворением
«Зашумели над затоном тростники...», опубликованным
с посвящением С. Городецкому в «Новом журнале для
всех» (№ 4), в одном из автобиографических набросков
назвал первой своей публикацией.
Конец апреля. В связи с царским указом о призыве на
военную службу выехал в Рязань (к месту призыва).
20 мая. Из-за болезни глаз получил отсрочку от
воинской службы и выехал в Константинове.
Май — сентябрь. Жил в Константинове, писал стихи и
повесть «Яр».
Конец сентября. Приехал в Москву.
Начало октября. Прибыл в Петроград, впервые
встретился с Н. Клюевым.
Середина октября. Вошел в группу крестьянских поэтов
«Краса», которая прекратила свою деятельность в первой
половине ноября 1915 г. Впрочем, Есенин принял участие
и в организационном заседании общества «Страда»,
которое состоялось на квартире у С. Городецкого. В
декабре «Страда» организовала вечер поэзии Есенина и
Клюева.
16 октября. Передал. М. В. Аверьянову право издания
книги стихов «Радуница».
1916, 4 января. При материальной поддержке полковника
Д. Н. Ломана Есенин и Клюев прибыли в Москву для
творческих выступлений (в том числе и перед
придворными кругами).
16 января. Начальник Царскосельского полевого военносанитарного поезда N 143 полковник Д. Н. Ломан
ходатайствует перед мобилизационным отделом Главного
управления Генерального штаба о зачислении Есенина в
состав санитарной команды поезда.
30 января. Цензурное разрешение на выпуск первой
книги поэта «Радуница».
5 апреля. Призван на воинскую службу и зачислен к Д. Н.
Ломану в военно-санитарный поезд.
20 апреля. Прибыл для прохождения военной службы в
поезд.
27 апреля — 13 июня. Совершил две поездки с поездом к
линии фронта.
22 июля. Читал стихи на концерте для раненых в лазарете
в присутствии императрицы и ее дочерей. По ходатайству
Д. Н. Ломана за участие в концерте императрица
пожаловала Есенину золотые часы, которые поэт, однако,
не получил.
Август. В связи с несвоевременным возвращением из
увольнения получил дисциплинарное взыскание (арест) на
20 суток.
1917, 27 февраля. Свержение самодержавия в России.
17 марта. Откомандирован из санитарного поезда в
распоряжение Воинской комиссии при Государственной
думе.
Март. Знакомство с Зинаидой Николаевной Райх.
30 июля. Венчание с 3. Н. Райх в Кирико-Иулиттовской
церкви в предместье Вологды.
25 октября. Большевистский переворот; свержение
Временного правительства во главе с А. Ф. Керенским.
1918, январь. Написана поэма «Инония».
25 февраля. Вышла книга «Красный звон» —
коллективный сборник произведений С. Есенина, Н. Клюева,
П. Орешина и А. Ширяевца. Есенин поместил в нем под
названием «Стихослов » цикл из пяти поэм (« Марфа
Посадница», «Товарищ», «Ус», «Певущий зов», «Отчарь»).
Конец февраля — начало марта. В издательстве
«Сегодня» отдельной книжкой выходит стихотворение
Есенина «Исус-Младенец».
Конец апреля. Выехал из Петрограда на постоянное
местожительство в Москву.
Вторая половина мая. В эсеровском издательстве
«Революционный социализм» вышел сборник стихов
«Голубень».
11 июня. Родилась дочь Есенина Татьяна. (Умерла в 1992
г.)
Вторая половина сентября. Организует издательство
"Московская Трудовая Артель Художников Слова" (МТАХС), в
котором становится заведующим (члены правления — А. Белый, С.
Клычков, П. Орешин, Л. Новицкий). Это издательство выпустило до
конца года книги Есенина «Преображение», «Сельский часослов», а
также второе, переработанное издание «Радуницы».
3 ноября. На открытии памятника А. Кольцову в Москве читал
стихотворение «О Русь, взмахни крылами...».
1919, 30 января. Совместно с поэтами А. Мариенгофом, Р.
Ивневым, В. Шершеневи-чем и с художниками Б. Эрдманом и Г.
Якуловым опубликовал в Воронеже «Декларацию» имажинистов (10
февраля она была перепечатана в Москве).
До 10 февраля. Выступил одним из организаторов кооперативного
издательства «Имажинисты».
Февраль. Написана поэма «Пантократор».
Сентябрь. Написана поэма «Кобыльи корабли».
Декабрь. Отдельным Изданием вышла статья Есенина «Ключи
Марии».
1920, январь. Второе издание сборника «Голубень» и
первый выпуск коллективного сборника «Конница бурь» с
поэмой «Небесный барабанщик» вышли в издательстве
МТАХС.
Февраль. Издательство «Имажинисты» выпустило сборник
С. Есенина, А. Мариенгофа и В. Шершеневича «Плавильня
слов».
3 февраля. Родился сын Есенина Константин, будущий
спортивный журналист. (Умер в 1986 г.)
Середина апреля. В Харькове, где в это время находился
Есенин, который вместе с В. Хлебниковым и А. Мариенгофом
выступил в городском театре с чтением стихов, вышел
коллективный сборник «Харчевня зорь» с поэмой «Кобыльи
корабли».
Май. Вышел второй сборник имажинистов «Конница бурь» с
поэмой Есенина «Пантократор» и со стихами «Теперь любовь
моя не та...» (посвящены Н. Клюеву), «Хорошо под осеннюю
свежесть...», «Я покинул родимый дом...».
14 июня. В кафе имажинистов «Стойло Пегаса» (Тверская,
37) читал стихи на «Вечере лирики имажинистов».
15 июня. Индивидуальный поэтический вечер Есенина в
«Стойле Пегаса». Июнь Вышел сборник «Трерядница»
(издательство «Злак»)
Начало июля — середина сентября. Вместе с А.
Мариенгофом ездил по югу России и по Кавказу. Побывал в
Ростове-на-Дону, Новочеркасске, Таганроге, Кисловодске,
Пятигорске, Баку, Тифлисе.
Август. В поезде на пути из Кисловодска в Баку написана
поэма «Сорокоуст».
Октябрь — ноябрь. В Берлине в издательстве «Скифы»
выпущены книга Есенина «Триптих» (поэмы «Пришествие»,
«Октоих», «Преображение») и коллективный сборник
«Россия и Ино-ния» с поэмами Есенина «Инония» и
«Товарищ».
Ноябрь. Написана «Исповедь хулигана». Вышло второе
издание сборника «Преображение».
Декабрь. Начата работа над драматической поэмой
«Пугачев». Издательство «Имажинисты» выпустило третье
издание книги «Радуница», а также коллективный сборник
«Имажинисты» с поэмой Есенина «Сорокоуст».
1921, до 5 января. Вышел сборник «Исповедь хулиана».
Январь. Издательство «Имажинисты» выпустило
коллективный сборник «Золотой кипяток» с поэмой
«Исповедь хулигана».
Февраль. Это же издательство выпустило второе издание
сборника «Трерядница» и коллективный сборник С.
Есенина и А. Кусикова «Звездный бык» с «Песнью о хлебе».
14 апреля. В «Известиях» письмо наркома просвещения А.
В. Луначарского с критикой сборника «Золотой кипяток» и
других книг, выпущенных в 1921 г. издательством
«Имажинисты».
16 апреля. Есенин уезжает в Туркестан.
Май. Приезд в Ташкент. Впервые после шестилетнего
заочного знакомства (по переписке) встретился с поэтом А.
Ширяевцем.
Конец мая. Чтение «Пугачева» на ташкентской квартире
литератора и издательского работника В. И. Вольпина.
До 10 июня. Возвращение в Москву.
1 июля, 6 августа. Публичные чтения «Пугачева»,
которого продолжает отделывать и заканчивает в августе.
3 октября. В студии художника Г. Якулова знакомится с
американской танцовщицей Айседорой Дункан.
5 октября. Орловским судом расторгнут брак Есенина с 3.
Н. Райх.
Ноябрь. Сближается с А. Дункан.
Декабрь. Отдельным изданием в издательстве
«Имажинисты» выходит драматическая поэма. «Пугачев».
1922, февраль. Вместе с А. Дункан был несколько дней в
Петрограде. На деньги друга Есенина А. Сахарова в
издательстве «Эльзевир» вышло второе издание
«Пугачева».
17 марта. Официальное обращение к наркому
просвещения Луначарскому с просьбой ходатайствовать
перед Наркоматом иностранных дел о разрешении Есенину
поездки в Берлин.
3 апреля. Получено разрешение на поездку в Берлин
сроком на три месяца.
2 мая. Официально зарегистрирован брак Есенина с
Айседорой Дункан.
10 мая. Вылетел в Кенигсберг, откуда поездом выехал в
Берлин.
11 мая. Прибыл в Берлин. В этот же день побывал в редакции
газеты «Накануне».
Лето. Был в Дюссельдорфе, откуда выехал в Бельгию, потом — в
Париж, потом — в Италию, потом — снова в Париж, где жил с А.
Дункан около месяца.
Июль — август. Берлинское «Русское универсальное
издательство» выпустило отдельной книгой «Пугачева». Август В
четвертом номере франко-бельгийского журнала «Le Bisque vert»
напечатаны статья поэта Ф. Эллен-са «Великий русский
современный поэт: Сергей Есенин» и поэма «Кобыльи корабли»
(перевели на французский Ф. Элленс и М. Милослав-ская).
Конец сентября — начало октября. В Москве в Госиздате
вышло «Избранное» Есенина, за границей — есенинская книга
«Confession d'un Voyou» («Исповедь хулигана» в переводе на
французский Ф. Элленса и М. Милославской; вступительная статья
Ф. Элленса).
1 октября. На пароходе «Paris» вместе с А. Дункан прибыл
в США (в то время они назывались Северо-Аме-риканскими
Соединенными Штатами — САСШ). Однако представители
иммиграционного ведомства запретили Есенину и Дункан
сойти на берег, сославшись на имеющиеся у властей
сведения, что супруги прибыли в Штаты, чтобы вести
коммунистическую пропаганду. Есенин и Дункан с
негодованием отвергли это обвинение.
2 октября. Президент Соединенных Штатов распорядился
впустить Есенина и Дункан в страну.
Октябрь — ноябрь. Ездил с Дункан по американским городам,
где она выступала. Побывал в Нью-Йорке, Чикаго, Бостоне,
Луисвилле, Канзас-Сити, Мемфисе, Детройте, Балтиморе,.
Филадельфии, Кливленде, Индианополе, Ми-луоки и др.
Ноябрь. Берлинское издательство 3. И. Грже-бина выпустило
первый том (он оказался единственным) есенинского «Собрания
стихов и поэм».
В течение года. Начал работать над поэмами «Черный человек»
и «Страна негодяев».
1923, 4 февраля. Отбыл вместе с А. Дункан на пароходе во
Францию.
11 февраля. Приезд в Париж.
15—16 февраля. Переезд в Берлин.
Конец марта. Передал издателю (инженеру И. Т. Благову)
сборник «Стихи скандалиста».
10 апреля. Вернулся в Париж.
13 мая. Вечер поэзии Есенина в парижском театре Р.
Дункана, брата А. Дункан. Между поэтом и танцовщицей
возникают конфликты, в конечном счете приведшие их к
отчуждению друг от друга.
До 10 июня. В Берлине издан сборник «Стихи
скандалиста». Главлит запретил его к ввозу в Советскую
Россию.
Весна—лето. Готовил для издания в Париже сборник
«Москва кабацкая». В Париже издание не состоялось.
3 августа. Вернулся в Москву.
Август. Познакомился с актрисой Московского Камерного
театра Августой Леонидовной Миклашевской, которой
посвятил цикл стихотворений «Любовь хулигана».
Сентябрь. Расстался с А. Дункан и вступил в гражданский
брак с Галиной Артуровной Бениславской.
17 декабря. Помещен для лечения в профилакторий
имени Шумской (для нервнобольных).
1924, февраль — март. Продолжал лечение в
Шереметьевской (ныне Институт имени Склифософского) и
Кремлевской больницах. Вел переговоры об издании
«Москвы кабацкой».
7 апреля. Порывает с имажинистами. Пишет письмо об
отказе сотрудничать в их журнале «Гостиница для
путешествующих в прекрасном».
12 мая. У поэтессы и переводчицы Надежды Давидовны
Вольпин от Есенина родился сын Александр, которого
Есенин не видел и не признал. (Впоследствии Александр
Сергеевич Есенин-Вольпин сам стал поэтом, игравшим
заметную роль в диссидентском движении в России 1960—
1970-х гг. В настоящее время проживает в Соединенных
Штатах Америки.)
17 мая. Похороны поэта Александра Ширяевца на
Ваганьковском кладбище в Москве. Есенин участвовал в
гражданской панихиде и в поминальном вечере.
Стихотворение «Мы теперь уходим понемногу...» поначалу
было опубликовано в журнале «Красная новь» (1924. № 4)
под заглавием «Памяти Ширяевца».
Июнь—июль. Жил в Ленинграде. Написал стихотворения
«Сукин сын», «Русь советская» и поэму «Песнь о великом
походе».
Июль. В Ленинграде вышла «Москва кабацкая».
1 августа. Возвращение в Москву.
2—6 августа. Написана «Поэма о 36».
31 августа. «Правда»: «Письмо в редакцию. Мы, создатели
имажинизма, доводим до всеобщего сведения, что группа
«имажинисты» в доселе известном составе объявляется нами
распущенной. Сергей Есенин. Иван Грузинов».
3 сентября. Выехал на Кавказ, где находился до конца
февраля 1925 г. Жил в Тифлисе, Баку, Батуми. Написал там
много известнейших стихотворений и поэм. Таких, к
примеру, как «Баллада о двадцати шести», «Стансы», «Русь
уходящая», «Русь бесприютная», «Письмо к женщине»,
«Письмо от матери», «Ответ». Начал работу над циклом
«Персидские мотивы» и над поэмой «Анна Онегина».
До 25 декабря. В издательстве «Бакинский рабочий»
вышла книга «Русь советская».
1925, до 20 января. В.Тифлисе вышла книга «Страна
советская», куда вошли почти все стихи Есенина,
написанные на Кавказе.
1 марта. Возвратился в Москву.
После 1 марта. Закончил «Анну Снегину».
Март. Знакомство с внучкой Л. Толстого Софьей Андреевной.
Конец марта. Переезд в Баку.
Март — апрель. Отдельным изданием вышла поэма «Песнь
о великом походе».
Первая половина мая. Лежал в бакинской больнице
водников с подозрением на воспаление легких
(окончательный диагноз: туберкулез).
25 мая. Выехал из Баку в Москву.
Май. С посвящением Петру Ивановичу Чагину в
издательстве «Современная Россия» вышла книга
«Персидские мотивы».
Начало июня. Вышла книга «Березовый ситец».
До 14 июня. «Библиотека «Огонек» издала «Избранные
стихи» Сергея Есенина.
30 июня. Подписал с Госиздатом договор на издание
«Собрания стихотворений» в трех томах (10 000 строк по
высшей ставке — 1 рубль за строку).
Июль. Приезжал в Константинове. Написал стихотворения
«Спит ковыль. Равнина дорогая...», « Каждый труд
благослови, удача...», «Видно, так заведено навеки...».
25 июля. Вместе с С. А. Толстой выехал в Баку. Поселился
на даче П. И. Ча-гина в Мардакянах.
Август. Написано несколько стихотворений цикла
«Персидские мотивы», а также «Жизнь — обман с
чарующей тоскою...», «Гори, звезда моя, не падай...».
7 сентября. Возвращение в Москву.
13 сентября. Написаны стихотворения «Я красивых таких
не видел...», «Ах, какмно-го на свете кошек...», «Ты запой
мне ту песню, что прежде...», «В этом мире я только
прохожий...», посвященные младшей сестре Есенина Шуре.
18 сентября. Официально зарегистрирован в
Хамовническом загсе брак с С. А. Толстой.
Сентябрь — октябрь. Работал над подготовкой к набору
рукописи «Собрания стихотворений» для Госиздата.
12—14 ноября. Записал и сдал в печать поэму «Черный
человек».
26 ноября. Лег в клинику 1-го Московского
государственного университета. «Видишь ли, нужно лечить
нервы...»— из письма Есенина П. И. Чагину. В больнице
написаны «Клен ты мой опавший, клен заледенелый...»,
«Какая ночь! Я не могу...», «Не гляди на меня с
упреком...», «Ты меня не любишь, не жалеешь...».
21 декабря. Покинул клинику. Перед этим из больницы
дал телеграмму своему приятелю Вольфу Иосифовичу
Эрлиху с просьбой найти ему две-три комнаты в Ленинграде
для постоянной жизни в этом городе. Просил С. А. Толстую
перевести на себя московскую комнату: «Ведь я уезжаю и
потому нецелесообразно платить лишние деньги...» По
выходе из клиники написал заявление в Госиздат с
просьбой аннулировать все его прежние доверенности и
гонорар выдавать только ему. Снял со сберкнижки все
деньги, чтобы увезти их в Ленинград.
23 декабря. Просил Госиздат выслать гранки его собрания
сочинений в Ленинград, куда выехал из Москвы вечерним
поездом.
24—27 декабря. В Ленинграде остановился в гостинице
«Англетер». Встречался со многими тамошними
литераторами.
27 декабря. Вырвал из блокнота листок с записанным на
нем стихотворением и отдал его В. Эрлиху. Просил, чтобы
тот прочел его не при нем. Эрлих прочитал стихотворение
28 декабря. Это было — «До свиданья, друг мой, до
свиданья...».
28 декабря. Повесился в гостиничном номере.
30 декабря. Тело Есенина привезено в Москву. Гроб
установлен в Доме печати. На фасаде дома
прикрепили полотнище с надписью: «Тело великого
национального поэта Сергея Есенина покоится
здесь». Прощание с поэтом не прекращалось и ночью.
31 декабря. Прежде чем похоронить Есенина на
Ваганьковском кладбище, его гроб на руках обнесли
вокруг памятника Пушкину на Тверском бульваре...
Занимательные факты
Есенин и бумага
В 1918 году в Москве было организовано издательство
"Трудовая Артель Художников Слова". Его организовали
Сергей Клычков, Сергей Есенин, Андрей Белый, Петр
Орешин и Лев Повицкий. Хотелось издавать свои книжки,
но бумага в Москве была на строжайшем учете. Есенин
все же вызвался достать бумагу.
Он надел длиннополую поддевку, причесался на
крестьянский манер и отправился к дежурному члену
Президиума Московского Совета. Есенин стал перед ним
без шапки, начал кланяться и, старательно окая,
попросил "Христа ради сделать божескую милость и
отпустить бумаги для крестьянских поэтов".
Для такой важной цели бумага, конечно же, нашлась, а
первой была издана книжка стихов Есенина "Радуница".
"Артель", правда, вскоре распалась, но успела выпустить
несколько книжек.
Чтение стихов
В конце 1918 года Есенин несколько недель
прожил в Туле, спасаясь от московской
голодухи. Каждый вечер в доме, где он жил,
собиралась образованная публика, и каждый
день Есенин читал свои стихи. Все свои
стихи он помнил наизусть. Декламацию
Есенин сопровождал очень выразительной
жестикуляцией, что придавало его стихам
дополнительную выразительность и силу.
Иногда Есенин имитировал Блока и Белого.
Стихи Блока он читал серьезно и с
уважением, а стихи Белого — с издевкой,
имитируя его манеру чтения стихов.
Салон-вагон
Когда в 1919 году Есенин познакомился с
Мариенгофом, приятель последнего по гимназии
некий Малабух оказался одним из железнодорожных
начальников. У Малабуха был в своем распоряжении
салон-вагон, в котором он мог свободно разъезжать
по всей стране. Вот в этом вагоне он и предоставил
Мариенгофу и Есенину постоянные места. Часто
доходило до того, что поэты сами составляли маршрут
поездки и легко получали согласие хозяина салонвагона.
Имажинисты и футуристы
Есенина как-то спросили: "В чем состоит причина
резко враждебных отношений между имажинистами и
футуристами?"
Есенин лаконично ответил: "Они меня обкрадывают".
Дело в том, что Есенин совершенно искренне считал,
что футуристы используют те же самые поэтические
приемы, что и он, но для отвода глаз насыщают их
урбанизмами и гиперболами. Никто и ничто не могло
переубедить Есенина в этом вопросе.
Читка "Пугачева"
В конце 1919 году у Мейерхольда возникла идея поставить
пьесу Есенина "Пугачев", на которую поэт возлагал очень
большие надежды. Мейерхольд представил Есенина своей
труппе, сказал несколько слов о предлагаемой пьесе и
предложил начать чтение текста. Один из артистов
спросил: "Кто из нас будет читать?"
Мейерхольд жестом остановил артиста: "Читать будет
автор!"
И когда Есенин вдохновенно читал свою пьесу, Мейерхольд
время от времени посматривал на сомневавшегося артиста
и словно бы спрашивал: "А ты прочтешь так, как он?"
Реакция Есенина
В 1920 году Есенин с Мариенгофом гостили в Харькове у
своих друзей. Однажды во время обеда шестнадцатилетняя
девушка стояла за стулом Есенина и вдруг простодушно
сказала: "Сергей Александрович! А Вы лысеете!"
Все замолчали, а Есенин улыбнулся и ничего не сказал. На
следующее утро за завтраком он прочитал свое новое
стихотворение: "По-осеннему кычет сова..."
Рассказ Есенина
Однажды Есенин рассказывал случай, который с ним
недавно произошел.
Дело было в 1923 году. Говорит Есенин: "Недавно один из
видных государственных деятелей вызвал меня к себе и
повел такой разговор:
"Вы, Сергей Александрович, видимо, чем-то недовольны?
Это заметно по вашим стихам и по вашему поведению".
Я ответил: "Вы совершенно правы, и я имею на это
основания".
Он спросил: "Какие?"
Я продолжил: "У нас, крестьянских поэтов и писателей, нет
ни журнала, ни издательства".
Деятель заявил: "Если причина вашего недовольства лишь
в этом, мы ее устраним. Организуйте журнал. Соберите
крестьянских поэтов и прозаиков и составьте
редакционную коллегию. Деньги на журнал мы отпустим
вам лично. Вы и будете отчитываться перед нами.
Согласны?"
Я подумал и — отказался. Поймите, кого я позову в
журнал? Да ведь за полгода растащат все деньги. Другие
растащат, а я буду в ответе. Нет, я не хочу позорить свое
имя".
Режим дня в Батуми
Когда в 1924 году Есенин был в Батуми, его
постоянно окружала толпа собутыльников, что
начало пагубно сказываться на его здоровье.
Хозяин дома, в котором жил Есенин, предложил
ему следующий распорядок: утром хозяин уходит
на работу и запирает Есенина в доме; в два часа
дня он приходит с работы, они обедают, а потом
Есенин волен делать все, что ему
заблагорассудится.
Есенин согласился с таким распорядком. В это
время он писал поэму "Анна Снегина". Работа в
новых условиях пошла быстро и успешно, и вскоре
Есенин закончил работу над поэмой. Он был очень
доволен: "Эх, если б так поработать несколько
месяцев, сколько бы я написал!"
К несчастью, установленный распорядок вскоре
был сломан.
Мифы о смерти
Револьд БАНЧУКОВ (Германия)
Известно, что за последние годы авторами многочисленных
газетных и журнальных публикаций, рассчитанных на шумную
сенсацию и саморекламу, официальная версия о самоубийстве
Сергея Есенина отвергнута: мол, поэт в последние месяцы
1925 года был абсолютно здоров, никаких оснований кончать
жизнь самоубийством у него не было, убили его "враги" —
власть предержащие и чекисты.
Поэт национал-патриотического толка Иван Лысцов (журнал
"Молодая гвардия", 1990, #10) в статье "Убийство поэта"
пишет о том, "насколько важно для антирусского аппарата в
тот период было физическое устранение Есенина", и далее
следует сноска о подавляющем количестве лиц еврейской
национальности, "стоящих на вершине советской иерархии в
1917-25 годах". Теперь все понятно: евреи убили Есенина,
Троцкий был вдохновителем убийства поэта, а друг Есенина
Вольф Эрлих ("по моему личному предположению" — так
"аргументирует" свою "версию" И.Лысцов) в этом преступном
деле был "наводчиком".
"Точкой отсчета" для этой и других публикаций стала статья
бывшего полковника МВД Эдуарда Хлысталова "Тайна
гостиницы "Англетер" (журнал "Москва", 1989, #7),
включенная — в уже дополненном варианте — в книгу "Любовь
и смерть Сергея Есенина", выпущенную в Москве в 1992 году
издательством "Дефант".
Именно хлысталовские "материалы" легли в основу всех статей
— "версий" о гибели Есенина, которые при наличии своих
вымыслов и своих домыслов сходятся в главном: мол, Есенин
был сначала избит (по утверждению некоторых
"исследователей" — убит), а потом, истекающий кровью, был
подвешен к трубе парового отопления в пятом номере
ленинградской гостиницы "Англетер".
Валентин Сорокин (журнал "Смена", 1993, #12) "уточняет":
дескать, убийцы планировали (откуда это ему известно?!)
вынести тело из номера, опустить его со второго этажа в кузов
грузовика. Чуть ли не с достоверностью очевидца Сорокин
продолжает: "Но окно не открывалось настолько, насколько
необходимо, и убийцы, торопясь, разыграли вариант
повешения..." Планы убийц, грузовик, окно — какая сильная
фантазия у слабого поэта В.Сорокина!
И еще одна откровенная выдумка Сорокина: "Литератор
Устинов, пообещавший рассказать о гибели Есенина, наутро
был найден опочившим". Писатель и журналист Г.Ф.Устинов,
стало быть, умер 29 декабря 1925 года. Да нет, господин
Сорокин, это все могло произойти только в вашем воспаленном
воображении, ибо Устинов трагически ушел из жизни (но по
своей воле!) в 1932 году.
Но поэтесса и автор статей о поэзии Наталья Сидорина (журнал "Слово": "В мире
книг", 1989, #10), поддержав "версию" Э.Хлысталова об убийстве Есенина,
сообщила (сравните с цитатой из статьи В.Сорокина!), что Устинова нашли в петле
на следующий день после того, как он пообещал в частной беседе (с кем?)
рассказать о последних часах Есенина. Статья Н.Сидориной легла в основу ее
сценария фильма о Есенине ("Меня хотят убить") и книги "Златоглавый. Тайны
жизни и гибели Сергея Есенина", выпущенной московским издательством
"Классика плюс" накануне 100-летия со дня рождения поэта. Как видим, тема
убийства поэта поставлена, как говорят, "на поток".
В 1995 году вышла тенденциозная и антисемитская книга небезызвестного
Станислава Куняева "Сергей Есенин", многие "факты" которой не выдерживают
проверки на точность и объективность. Приведу несколько примеров.
З.Н.Райх, бывшую жену Есенина, впоследствии — жену В.З.Мейерхольда
(помните, в "Письме к женщине": "Живете вы / С серьезным, умным мужем..."),
убили в 1939 году. Какими же двумя словами начинается один из фрагментов в
куняевской книге: "Ходили слухи, что незадолго перед этим она в нервозном
состоянии на людях обещала рассказать какую-то правду о смерти Есенина".
Оказывается, и мать поэта "что-то" знала. Что она могла знать, несчастная
женщина?
А вот и намек еще на одну "версию" ухода Есенина из жизни: поэт Лазарь Берман,
то ли работавший, то ли сотрудничавший с ЧК, 27 декабря заходил к Есенину.
Заходил ли? Не читал я об этом ничего, а слежу я за литературой о Есенине более
сорока лет. Но если и заходил, то что из этого?
В этом же духе в доронинском МХАТе поставлен спектакль "Версия "Англетер" —
о том, как чекисты убили Есенина. "Версию" об убийстве поэта поддерживают
В.Белов и В.Распутин — литераторы, позиции которых по целому ряду вопросов
демократическая общественность решительно отвергает. Удивляет и
бездоказательное утверждение Владимира Солоухина, что Есенин "был убит"
("Литгазета", 4 окт. 1995 г.). Но этого показалось Солоухину мало: "Блок
отравлен. Короленко отравлен". Мистика какая-то!
Новая всеобъемлющая экспертиза патологоанатомического заключения о
смерти Есенина категорически опровергает возможность насильственной
смерти. Работала специальная комиссия, членам которой дали возможность
ознакомиться с рядом документов бывшего КГБ.
Я мог бы привести десятки цитат, доказывающих, что в последние два года
жизни поэта тема смерти властвует в есенинской поэзии, но это сделала за
меня Галина Шипулина в статье "Мифы о смерти С.А.Есенина": "Нами
отмечено около 400 случаев упоминания смерти в произведениях С.Есенина,
из них более трети приходится на последние два года (соответственно 296 и
101), причем в половине этих последних стихов поэт говорит о своей смерти,
о самоубийстве" (журнал "Литературный Азербайджан", 1990, #11). И все же
я приведу несколько примеров:
1924
Захочешь лечь,
Но видишь не постель,
А узкий гроб
И — что тебя хоронят.
.....................................
Себя усопшего
В гробу я вижу...
.....................................
А я пойду один к неведомым пределам,
Душой бунтующей навеки присмирев.
1925
Дайте мне на родине любимой,
Все любя, спокойно умереть.
.................................................
Под низким траурным забором
Лежать придется так же мне.
....................................................
Любимые! Ну что ж! Ну что ж!
Я видел вас и видел землю,
И эту гробовую дрожь
Как ласку новую приемлю.
Не надо быть психиатром, чтобы сделать заключение: это —
болезнь. У поэта было немало проявлений психического
расстройства, несколько раз попадал он в психиатрическую
клинику. Его известные строки:
Не храпи, запоздалая тройка!
Наша жизнь пронеслась без следа.
Может, завтра больничная койка
Успокоит меня навсегда —
были написаны еще в конце 1923 года в больнице на
Полянке. К концу 1925 года Есенин тяжело заболел и почти
месяц (после этого, не долечившись, поэт поедет из Москвы в
Ленинград!) находился в психиатрической клинике у
известного психиатра Ганнушкина. В преддверье 100-летнего
есенинского юбилея 95-летняя Надежда Давыдовна Вольпин1
в беседе с журналистом радио "Свобода" Марком Дейчем
сказала, что по поведению Есенина, по поступкам, по
разговорам его она знала, что он покончит жизнь
самоубийством, только не знала, когда это произойдет.
В июне 1925 года он сказал Софье Толстой — еще невесте: "А
умереть я все-таки умру. И очень скоро". Анна Изряднова,
первая, неофициальная, жена поэта, мать его сына Юрия,
вспоминала: "...Видела его незадолго до смерти. Сказал, что
пришел проститься. На мой вопрос: "Что? Почему?" — говорит:
"Смываюсь, уезжаю, чувствую себя плохо, наверное, умру".
Просил не баловать, беречь сына".
Отмечу также, что перед отъездом из Москвы в Ленинград, где прошли
последние четыре дня его короткой жизни, Есенин побывал у всех своих
родных, навестил Костю и Таню (дети от брака с З.Н.Райх) и попрощался с
ними. Поэту Василию Наседкину, мужу Кати Есениной, сказал, как о чем-то
решенном: "Да... я ищу гибели". И устало и глухо добавил: "Надоело все".
Тяжелое пристрастие к алкоголю2, боязнь одиночества, мания
преследования3 вконец измотали силы поэта. Его сознание подтачивало
чувство того, что он теряет талант, былую метафоричность, блеск
импровизации. Поэт Сергей Городецкий в своих воспоминаниях о Есенине
согласился со словами Анатолия Мариенгофа: "Если Сергей решил уйти,
значит, он как-то усомнился в своих творческих силах". Свидетельствует
Вольф Эрлих: "Он смотрит на всех глазами, полными безысходного горя,
ибо нет человека, который бы лучше его понимал, где кончается поэзия и
где начинаются только стихи". Об этом же писал в стихах на смерть Есенина
Иосиф Уткин:
Бунтующий и шалый,
Ты выкипел до дна.
Кому ж нужны бокалы,
Бокалы без вина?
Уже где-то с 1921 года в поэзию Есенина вошли мотивы увядания: "О, моя
утраченная свежесть, / Буйство глаз и половодье чувств!"; "Отцвела моя
белая липа..."; "Отговорила роща золотая..."; "Уже ты стал немного
отцветать..."; "Потеряла тальянка голос, / Разучилась вести разговор" и т.п.
И на самом деле были лишены прежней есенинской силы многие
произведения последних лет: и "Песнь о великом походе", и "Баллада о
двадцати шести", и "Поэма о 36", и "Русь уходящая", и даже поэма "Анна
Снегина", в которой картины революции в деревне оставили равнодушными
и читателей, и критиков (за полгода — ни одного отзыва!). Повторяющиеся
дважды строфы (их начало: "Когда-то у той вон калитки / Мне было
шестнадцать лет...") — совсем иное дело. Это — поэзия.
А такие стихи, как "Я полон дум об индустрийной мощи, / Я слышу голос
человечьих сил", "Я тем завидую, / Кто жизнь провел в бою, / Кто защищал
великую идею", "За знамя вольности / И светлого труда / Готов идти хоть до
Ламанша", только отталкивали взыскательных читателей от поэта — автора
таких шедевров, как "Не жалею, не зову, не плачу...", "Заметался пожар
голубой...", "Письмо к матери", "Отговорила роща золотая...", "Шаганэ ты
моя, Шаганэ!..", "Собаке Качалова" и др...
Кроме того, поэтом овладел ужас от увиденного в родных краях: "Был в
деревне. Все рушится... Надо самому быть оттуда, чтобы понять... Конец
всему" (из воспоминаний М.Бабенчикова). Трудно с таким настроением
ярко, художественно воспевать социалистическую действительность, разлад
с которой начался еще в "Сорокоусте" (1920):
Черт бы взял тебя, скверный гость!
Наша песня с тобой не сживется —
и продолжался пусть не в цельных текстах, но в отдельных строках разных
стихотворений: "На стенке календарный Ленин. / Здесь жизнь сестер, /
Сестер, а не моя..." ("Возвращение на родину"); "Язык сограждан стал мне
как чужой, / В своей стране я словно иностранец" ("Русь Советская"); "Но и
все же, новью той теснимый..." ("Жизнь — обман с чарующей тоскою...").
Правда, насчет гонений поэт по меньшей мере сгустил краски. В.Катаев
пишет, что Есенин "был любимцем правительства"; приведу цитату из книги
Владислава Ходасевича "Некрополь", вышедшей в 1976 году в Париже:
"Всякий, сказавший десятую долю того, что говорил Есенин, давно был бы
расстрелян. Относительно же Есенина был только отдан в 1924 году приказ
по милиции — доставлять в участок для вытрезвления и отпускать, не давая
делу дальнейшего хода"; в Баку Есенина окружили заботой и вниманием
руководители компартии Азербайджана С.М.Киров и П.И.Чагин. Киров даже
поручил Чагину поселить Есенина на одной из лучших бывших ханских дач
с огромным садом, фонтанами и всяческими восточными затейливостями,
что создало бы "иллюзии Персии в Баку": летом 1925 года поэт работал над
"Персидскими мотивами".
А о современности хороших, добротных стихов, кроме, пожалуй, "Руси
Советской", у Есенина не было, ибо поэт "не мог до конца понять свое время
и оттого мучился" (С.Т.Коненков). Помните строки из "Письма к женщине": "С
того и мучаюсь, что не пойму — / Куда несет нас рок событий".
И хотя Есенин писал:
Приемлю все.
Как есть все принимаю, —
его сокровенные симпатии были на стороне деревенского люда, деревни, на
которую молодое пролетарское государство обрушило шквал ненависти и
которую поэт-ортодокс Безыменский призывал раздавить "ударом фабричной
пяты". Вот почему есенинское противопоставление "избяной Руси"
"железному городу" оборачивалось неприятием "преобразования" деревни на
социалистический лад. Вот почему Есенин остался "поэтом золотой
бревенчатой избы". Так что разлад с действительностью — еще одна из
причин ухода Есенина из жизни.
Этой действительности поэт был чужд:
Ты Есенина читаешь,
Грустью увлекаешься,
Жизнь ты сволочью ругаешь,
Сам глупцом являешься.
Такую частушку сложили сельские комсомольцы, которые Есенина не
читали, не пели — у них были иные кумиры:
С горы идет крестьянский комсомол,
И под гармонику, наяривая рьяно,
Поют частушки Бедного Демьяна,4
Веселым криком оглашая дол.
Вот так страна!
Какого ж я рожна
Орал в стихах, что я с народом дружен?
Моя поэзия здесь больше не нужна,
Да и, пожалуй, сам я тоже здесь не нужен.
Есенин хотел вырваться из заколдованного круга болей и сомнений и начать в
Ленинграде новую жизнь (он привез с собой не только все свои вещи, но и
рукописи, сборники, записи) — не получилось...
В заключение мне бы хотелось высказать такое предположение: Есенин
фатально шел к своей неминуемой гибели, но причиной того, что произошло
именно в ночь с 27 на 28 декабря 1925 года, стала нелепая случайность.
В Ленинграде жил поэт Вольф Эрлих, который, как утверждают (доказательств
нет!) авторы некоторых "версий", был капитаном НКВД и был "приставлен" к
Есенину, чтобы следить за ним. В.Эрлих родился в 1902 году. В 1917 году ему
было 15 лет. До 1925 года жил у всех на виду в Ленинграде, был в группе
ленинградских имажинистов, печатался, жил литературным трудом. Когда же и
где 23-летний молодой человек успел стать капитаном НКВД?! Видимо,
сочинители этих слухов "слышали звон": уже в 30-е годы В.Эрлих служил на
границе, впоследствии стал командиром запаса погранвойск. Осенью 1937 года
был репрессирован, расстрелян 24 ноября этого же злосчастного года.
Есенина и Эрлиха связывала добрая и нежная дружба, о которой Эрлих
напишет в своей изданной в Ленинграде в 1930 году книжечке "Право на
песнь", посвященной его московским и ленинградских встречам с Сергеем
Есениным. Но Есенин, видимо, захотел проверить своего друга, как проверил
до этого Устинову Елизавету Алексеевну, жившую в "Англетере" с мужем
Г.Ф.Устиновым — приятелем Есенина (ее он ласково называл "тетей"): выходит
на балкон в их номере, говорит, что выбросится вниз, и смотрит, как "тетя"
реагирует на это. Ведь у Есенина была своего рода мания: нет у него друзей,
довериться некому. А.Вронский вспоминал, как Есенин в Баку рыдал у него на
коленях: "Нет ни друзей, ни близких..."
Для Эрлиха, как я думаю, Есенин придумал другую форму проверки. На
рассвете 27 декабря Есенину не спалось. Строки, обращенные к Эрлиху, сами
выплывали из туманного сознания, но как их записать: в номере чернил не
было5.
Тогда Есенин бритвой делает три неглубоких пореза на левой руке и
кровью пишет прощальные восемь строк:
До свиданья, друг мой, до свиданья.
Милый мой, ты у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Обещает встречу впереди.
До свиданья, друг мой, без руки и слова,
Не грусти и не печаль бровей, В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.
Часов в девять утра Эрлих пришел в номер Есенина, где к этому
времени уже находилась Е.Устинова, которая в воспоминаниях
"Четыре дня Сергея Александровича Есенина" напишет:
"Скоро пришел поэт Эрлих. Сергей Александрович подошел к столу,
вырвал из блокнота написанное утром кровью стихотворение и сунул
Эрлиху во внутренний карман пиджака.
Эрлих потянулся за листком, но Есенин его остановил: "Потом
прочтешь, не надо!"
Через некоторое время Эрлих ушел: видимо, был занят квартирными
делами Есенина, поручившего ему найти большую квартиру для него и
Устиновых. Дома Эрлих переоделся, пиджак снял. О листочке он
забыл! Вспомнит о нем лишь на следующий день, когда Есенина уже
не будет в живых. В книге "Право на песнь" есть такие слова
покаяния: "И наконец, пусть он простит мне наибольшую мою вину
перед ним, которую он не знал, а я — знаю".
Можно представить себе ход мыслей Есенина: Эрлих дома или где-то
прочел стихи на листочке, понял, что его друг хочет уйти из жизни6 и
не поспешил, не рванулся сюда; значит, не друг он мне...
Все эти четыре дня, по несколько раз в день, он читает свою страшную
поэму "Черный человек", которую мог написать великий, но больной поэт:
Друг мой, друг мой,
Я очень и очень болен!
Сам не знаю, откуда взялась эта боль.
То ли ветер свистит
Над пустым и безлюдным полем,
То ль, как рощу в сентябрь,
Осыпает мозги алкоголь.
Читал он "Черного человека" и в последний день своей жизни. Представляю
себе внешне не выдаваемые растерянность и мучения поэта, не
понимающего, почему Эрлих никак не отреагировал на прощальные восемь
строк, чувствую, как дрожит голос поэта, когда он читает именно эти строки
из "Черного человека":
Я один у окошка,
Ни гостя, ни друга не жду
............................................
Никого со мной нет.
Я один.
"Я один". Эрлих и Устинова ушли7. Еще не было восьми часов вечера.
Около десяти часов Есенин спустился к портье с просьбой: никого в номер
не пускать. О чем думал поэт между восьмью и десятью часами? И Эрлих
подвел, и Клюев тоже хорош. В пятницу я был у него, в субботу, вчера, он у
меня был, разговор в последнюю встречу перерос в ссору, но договорились,
что он, мой друг и первый учитель в поэзии, придет сегодня. Не пришел. А
Эрлих-то, Эрлих... Значит, правильно я писал: "Среди живых я друга не
имею". И еще это: "И нет за гробом ни жены, ни друга". О чем еще мог
думать Сергей? Кто знает...
1 Н.Д.Вольпин — поэтесса, переводчица, воспитала сына Есенина
Александра Сергеевича Вольпина-Есенина — ныне известного
ученого-математика, одного из организаторов правозащитного
движения 60-70-х годов. В 1972 году под давлением властей был
вынужден эмигрировать. В настоящее время живет и работает в
Бостоне (США). Выпустил за границей книгу стихов. Назад
2 "В последние дни своего трагического существования Есенин был
человеком не больше одного часа в сутки. От первой, утренней,
рюмки уже темнело его сознание. А за первой, как железное
правило, шли — вторая, третья, четвертая, пятая" (А.Мариенгоф).
Назад
3 "Несомненно, он болел манией преследования. Он боялся
одиночества. И еще передают — и это проверено, — что в гостинице
"Англетер", перед своей смертью, он боялся оставаться в номере. По
вечерам и ночью, прежде чем зайти в номер, он подолгу оставался и
одиноко сидел в вестибюле" (А.Воронский). Назад
4 Сколько иронии в этой инверсии: не Демьяна Бедного, а Бедного
(бедного!) Демьяна. Отношение Есенина к этому глашатаю
коммунистических идей в поэзии было однозначно негативным:
Я вам не кенар!
Я поэт!
И не чета каким-то там Демьянам...
5 Помните строки Маяковского из стихотворения "Сергею Есенину":
Может,
окажись
чернила в "Англетере",
вены
резать
не было б причины.
6 В книге "Сергей Есенин" С.Куняев задает риторический
вопрос: мол, эти восемь строк — "предупреждение о
возможном расставании с жизнью"? И отвечает: "Да ни в коем
случае!" Назад
7 В воспоминаниях Нины Гариной (сентябрьский номер
журнала "Звезда" за 1995 год) утверждается: дескать, вечер и
ночь (?!) Есенин и Устинов были вместе, пили, и между ними,
скорее всего, произошла ссора, ставшая причиной
самоубийства Есенина. Еще одна "версия"!
А вот самая последняя "версия", принадлежащая Виктору
Кузнецову (газета "Совершенно секретно", 1998, 19, стр. 2223): Есенин в "Англетере" не останавливался, сразу же по
прибытии в Ленинград поэт был арестован, доставлен в
следственный изолятор, там он допрашивается, до смерти
избивается, его тело тайно переносят в пятый номер
"Англетера", где и имитируется самоубийство поэта. А все, кто
якобы видел поэта в "Англетере", — все без исключения (?!)
— секретные сотрудники ГПУ.
Трудно удержаться от соблазна процитировать Владимира
Высоцкого: "Я ненавижу сплетни в виде версий..."
Фотогалерея
С.Есенин с сестрами. 1912г
Есенин в 1914 г.
С.А. Есенин. 1913? Год
С.Есенин. 1914г. Москва
С.Есенин. 1913г
С.Есенин. 1912г
Рюрик Ивнев, В.С. Чернявский, С.А. Есенин. 1915 год.
Н.И. Колоколов, С.А. Есенин, И.Г. Филипченко. 1914 год.
С.А. Есенин и С.М. Городецкий. 1915 год.
С.Есенин. Москва. 1919г
С.А. Есенин. 1919 год
С.Есенин и А.Дункан. Берлин. 1922г.
С.Есенин 1922г.
С.Есенин и А.Дункан. Берлин. 1922г.
С.Есенин и А.Дункан в Америке 1922 г
С.А. Есенин с Айсидорой Дункан и
ее приемной дочерью Ирмой. 1922 год.
С.А. Есенин. Фотография с
заграничного паспорта. 1922 год.
С.А. Есенин. 1922 год.
С.А. Есенин. 1923 год.
С.А. Есенин. 1923 год
С.А. Есенин и Л.М. Леонов. 1924 год.
Н.А. Клюев, С.А. Есенин,
Всеволод Иванов. 1924 год
С.А. Есенин и П.И. Чагин.
Баку. 1924 год.
С.А. Есенин. 1924 год.
С.А. Есенин и В.В. Казин. 1924 год.
Н.К. Вержбицкий, Н.П. Стор, С.А. Есенин, М.С. Тарасенко, Л.И. Повицкий.
Декабрь, 1924. Батум.
С.А. Есенин с сестрой Е.А. Есениной
на Пречистенском бульваре в Москве. 1925 год
С.А. Есенин. 1925 год
С.А. Есенин. 1925 год
С.А. Есенин и В.И. Болдовкин.
24 мая 1925 г. Баку
С.Есенин и С.Толстая, сентябрь Родители С.Есенина - Александр Никитич и
1925 г.
Татьяна Федоровна.
С.Есенин и Н.Клюев. 1916г. Петроград.
С.Есенин с земляками (во втором ряду справа). с.Константиново. 1909г
С.А. Есенин, В.Г. Шершеневич (сидят);
Шоршевская, А.Б. Мариенгоф, И.В. Грузинов З.Райх с детьми - Таней и Костей
С.Есенин и А.Дункан
Родители Сергея Есенина Александр Никитич и
Татьяна Федоровна. 1905г
Внучка
Наталия Васильевна Есенина
(Наседкина) - дочь Екатерины
Александровны, сестры
Сергея Есенина. Старшая из
двух сестер поэта, Екатерина
Александровна Есенина,
занималась как секретарь
Сергея Александровича,
хранила семейный архив. То,
что удалось уберечь от ока
сыщиков при аресте мужа поэта Василия Федоровича
Наседкина, друга Сергея
Есенина (да и сама Екатерина
Александровна не избежала
ареста, репрессий), теперь в
архиве ее дочери.
Снятый из петли С.Есенин в номере гостиницы "Англетер".
28 декабря 1925г.
История развития музея
Село Константиново - одно из самых
почитаемых памятных мест России.
Сюда сразу же после смерти Сергея
Александровича Есенина добирались, чаще
всего пешком, поклонники его творчества. Мать
поэта Татьяна Федоровна Есенина, а затем
сестры поэта Александра Александровна и
Екатерина Александровна в есенинском доме
встречали многочисленных гостей. Так в
заведенных тетрадях для отзывов появились
тысячи записей с пожеланиями открыть в
Константинове музей поэта.
Т.Ф.Есенина с военнослужащими.
28 июля 1965 года было
принято
правительственное
постановление об
увековечивании памяти
С.А. Есенина на его
родине. Мемориальный
дом-музей С.А.
Есенина, открытый 2
октября 1965 года как
филиал Рязанского
областного
краеведческого музея,
за годы превратился в
один из крупнейших
музейных комплексов.
Открытие мемориального музея
Жизнь, как известно, не стоит на месте. Интерес к музею
стремительно рос, и уже в октябре 1969 года в сохранившемся
усадебном доме последней константиновской помещицы Л.И.
Кашиной была открыта литературная экспозиция,
позволяющая более глубоко и подробно вести рассказ о жизни
и творчестве С.А. Есенина. Приказом Министерства культуры
РСФСР в сентябре 1970 года мемориальный дом-музей в связи
с вводом литературной экспозиции в доме Л.И. Кашиной
переименован в литературно-мемориальный музей С.А.
Есенина.
Восьмидесятые годы отмечены построением новых музейных
экспозиций, в том числе и в церкви Казанской иконы Божией
Матери (здание храма с начала 1972 года была включено в
состав музея).
В 1990 году по ходатайству прихожан села Константинова
церковь была возвращена Рязанской епархии. С этого момента
храм стал действующим.
В марте 1984 года сформировавшийся музейный комплекс в
Константинове в составе крестьянской усадьбы Есениных,
поместья Л.И. Кашиной с усадебным домом и парком, с храмом
Казанской иконы Божией Матери, с сельской площадью, со
зданием бывшей второклассной учительской школы в г. СпасКлепики и окружающей природной и архитектурной средой по
решению Совета Министров РСФСР стал Государственным
музеем-заповедником С.А. Есенина.
Реальной стала возможность открытия еще одной
музейной экспозиции в Спас-Клепиках, приуроченной
к 90-летию со дня рождения С.А. Есенина, и
проведения Первого Всесоюзного Есенинского
праздника поэзии в 1985 году.
Празднование столетия со дня рождения С.А. Есенина
на рязанской земле, на его родине, явилось
знаменательным событием в культурной жизни нашей
страны. Именно в это время была проведена
реконструкция музея. К этой дате в 1995 году были
открыты две новые музейные экспозиции: музей
поэмы "Анна Снегина" и Константиновское земское
начальное народное училище. Музей одной поэмы
расположен в "доме с мезонином" - усадебном доме
последней константиновской помещицы Л.И. Кашиной,
которой поэт посвятил лирические строки.
Воссозданная обстановка дома переносит посетителей
в то время, когда в нем бывал Сергей Есенин.
Константиновская земская школа, в которой в 1904 1909 гг. учился С. Есенин, была восстановлена к
юбилею поэта на прежнем месте. Экспозиция этого
музея раскрывает роль земских школ в образовании и
воспитании крестьянских детей.
В июле 2005 года Государственному музеюзаповеднику С.А. Есенина исполнилось 40 лет.
Документ
Категория
Презентации по литературе
Просмотров
221
Размер файла
1 658 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа