close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Джеральд Фруг

код для вставкиСкачать
Джеральд Фруг
(Gerald E. Frug)
Градопроизводство:
построение сообществ без стен
City Making: Building Communities without
Building Walls (1999)
Навигатор (карта презентации)
Топика (редактора)
Содержание книги
Автор (биография, личные основания)
Объект рассмотрения
Построение сообществ
Проблемы современных городов США с
точки зрения Фруга
Задачи книги и кому она
адресована
Город и его ценность
Безвластие города
Гетерогенность города
Реконцепция власти
Город как мир незнакомцев
Смена субъектности: критика
центрированной субъектности
Идеал городской жизни Айрис Янг
Ситуированная субъектность
Теория
Законодательное применение
ситуированного субъекта
Case 1 Эксклюзивное право
зонирования пригородов
Case 2 Закон о пересмотре
кондоминиума
Институциональное применение
ситуированной субъектности (1, 2 и 3)
Постмодернистский субъект
Теория
Законодательное применение
постмодернистского субъекта
Смена типа города агеографичный город
Постмодернистская критика
существующего законодательства
Изменение регионального
законодательного органа
Последствия
Объект рассмотрения
Фруг рассматривает:
•
устройство власти города, идентификация
(empowering cities, city identity),
•
социальные отношения
(“we”-feeling, group, strangers, community building),
•
законодательство и другие институты
(legal system, jurisdictional boundaries),
•
распределение и устройство городских служб
(communal services: education, police, sanitation, recreation),
•
отношения город-пригород, соседства и др.
(city, suburbs, neighborhoods, localities)
современных крупных городов США (Boston, Chicago, San Francisco и др.)
3
Проблемы современных городов США
с точки зрения Фруга
•
Безвластие города, что ограничивает возможности по
решению собственных проблем и межгородское
взаимодействие и порождает апатию жителей к участию в
делах города;
•
Джентрификация, «стены» (разделение по зонам, где
живут люди одного класса, расы, национальности и т.д.);
•
Неравное и неадекватное распределение коммунальных
служб и ресурсов в различных соседствах (образование,
полиция и др.)
4
Город и его ценность
• Гетерогенность
(разнообразие: классовое, этническое,
расовое, сексуальное, культурное и пр.)
• «Мир незнакомцев»
(город заставляет чужих друг другу людей
находить способы взаимодействия)
• Идеал городской жизни Айрис Янг
(«быть вместе незнакомцами»)
5
Гетерогенность города
Фруг согласен с социологами Robert Ezra Park и Louis Wirth, которые обнаружили ключевое отличие
города от пригорода (или любой другой населенной местности), а именно - гетерогенность.
Теперь мы приходим к самому важному
современному различению центральных городов
и как минимум, некоторых его пригородов –
гетерогенность. Начиная с Вирта до настоящего
времени социологи обнаружили, что города не
только привлекают, но и вызывают умножение
социальных групп. Города производят
субкультуры (используя примеры работ Клода
Фишера) фанатов блюграсс музыки, миссионеров
новых религиозных сект, профессиональных
преступников, палестинских владельцев
магазинов.
126
Гетерогенность стимулирует научение, рост,
приключения, радость.
11
We come, then, to the most important
contemporary distinction between central
cities and at least some of their suburbs:
heterogeneity. From Wirth to the present
day, sociologists have found that cities not
only attract but foster the multiplication of
social groups. Cities produce subcultures (to
use examples from Claude Fischer’s work)
of bluegrass-music fans, college students,
Chinese Americans, “singles,” Jews, gays
and lesbians, missionaries of new religious
sects, professional criminals, and
Palestinian grocery store owners.
Heterogeneity stimulates learning, growth,
adventure, fun.
6
Города как мир незнакомцев
Уже давно поняли, что города – это «мир
незнакомцев», мир, весьма отличный от
деревни или маленького городка, где, как
говорится «каждый знает друг друга».
«Город, - как пишет Лин Лофланд, - есть
точка специфической социальной
ситуации, где люди, находящиеся в его
пределах, лично ничего не знают об
огромном множестве других, кто находится
в том же месте с ними».
(…)
Что отличает многие пригороды от
центральных городов, так это не
присутствие незнакомцев, а то, что
незнакомцы, живущие в пригороде, часто
думают о себе как о связанной группе.
116
It has long been recognized that cities
are a “world of strangers,” a world
very different from that of a village or
small town where, it is often said,
“everyone knows each other.” “The
city,” as Lyn Lofland puts it, “is the
locus of a peculiar social situation: the
people to found within its boundaries
at any given moment know nothing
personally about the vast majority of
others with whom they share this
space.”
(…)
What distinguishes many suburbs
from central cities is not the presence
of strangers but the fact that the
strangers who live in a suburb often
think of themselves as constituting a
coherent group.
7
Открытость к чужакам
openness to unfamiliar strangers
В самом деле, властный город
желателен, с моей точки
зрения, только если он
начинает
трансформироваться, меняя не
только свою способность
стимулировать участие
жителей в принятии
городских решений, но также
способность вызывать
открытость к чужакам.
Indeed, a powerful city is desirable, in my view, only if it becomes transformed, modifying not
only its ability to foster greater participation in its decision making but also its ability to
engender more openness to unfamiliar strangers.
24
8
Идеал городской жизни Айрис Янг
Айрис Янг (Iris Young)
определяет идеал городской жизни,
как ситуацию, при которой
незнакомцы будут вместе - being
together of strangers.
Под городской жизнью я имею в виду форму социальных
отношений, которую я определяю так: незнакомцам быть
вместе. В городе люди и группы взаимодействуют в
пространстве, к которому они чувствуют свою
принадлежность, кроме таких взаимодействий, которые
приводят к единству общности (одинаковости)…
Проживание в городе каждому задает идентификацию,
обширный горизонт разнообразных активностей и состояние
беспокойства перед неизвестным и незнакомым. Жители
города до тех пор вместе, пока они привязаны друг к другу и
иногда в одном строю. То, что они вместе, влечет за собой
общие проблемы и общие интересы, но они не составляют
сообщество разделяемых ценностей, общей идентификации
и взаимности.
11
By city life I mean a form of social
relations which I define as the being
together of strangers. In the city
persons and groups interact within
spaces they all experience
themselves as belonging to, but
without those interactions dissolving
into unity of commonness… City
dwelling situates one’s own identity
and activity in relation to a horizon
of a vast variety of other activity, and
the awareness… [of] this unknown,
unfamiliar activity affects the
condition of one’s own… City
dwellers are thus together, bound to
one another, in what should be and
sometimes is a single polity. Their
being together entails some common
problems and common interests, but
they do not create a community of
shared final ends, of mutual
identification and reciprocity.
9
Четыре ценности городской жизни Айрис Янг
•
Социальная дифференциация без
возможности исключения означает форму
множественности группового сходства –
этническую, религиозную, по сексуальной
ориентации и так далее – в среде,
способствующей их перемешиванию.
Social differentiation without exclusion means
the formation of a multiplicity of group
affinities – ethnic, gay and lesbian, religious,
and so forth – in an atmosphere that promotes
their intermingling.
•
Разнообразие добавляет в эту смесь
многообразие активностей в каждом соседстве
города и различие между соседствами, таким
образом, обеспечивая особое чувство места при
переезде из одного места в другое.
Variety adds to this mix a diversity of
activities within each city neighborhood and
a differentiation between neighborhoods,
thereby producing a distinct sense of place
when one travels from one location to
another.
•
Эротицизм усиливает удовольствие и
возбуждение от необычного, странного,
удивительного, он включает в себя
стимулирование не только наблюдения, но также
архитектурное и деловое разнообразие.
•
Публичность имеет отношение к чувствам,
испытываемым при вхождении в публичное
пространство, то есть пространство, открытое
для всех, в котором представлены мнения и
культуры, сильно отличные по сравнению с чьейлибо.
Eroticism stresses the pleasure and
excitement derived from the unusual, the
strange, the surprising; it includes the
stimulation not only of people watching but
also of architectural and commercial variety.
Publicity refers to the feelings generated
when one enters a public space – a space
that, because it is open to anyone
whatsoever, provides exposure to opinions
and cultures very different from one’s own.
10
Личные предпочтения и основания автора
Жизнь в вычищенном сообществе скучна
Смысл опыта удивления, беспорядка и различий не
просто в том, чтобы научить кого-то терпеть боль,
которую они наносят. Открытость к такому опыту
делает жизнь более веселой. Мир, построенный на
безопасности, порожденной знакомым и
предсказуемым, заставляет людей испытывать скуку,
чувствовать себя застрявшими, чувствовать, что они
сдались. Это напоминает спальные пригороды 1950х, где попросту «нечего делать». Поэтому
психологическим последствием жизни в
вычищенном сообществе является не только
смирение или усилия по его защите, но и желание
более интересной и полной жизни. Недостаток
стимулирования приводит к жажде разнообразия,
удивления, тайны, волнения и приключений. Такие
люди обладают амбициями вырваться из спокойного
места, в которое они или их родители однажды
попали. Но удовлетворение этих амбиций
предполагает открытость ко всему неожиданному,
дезориентирующему, новому, что, возможно, пугает,
но вместе с этим и захватывает.
121
The reason for incorporating the experience of
surprise, disorder, and difference in one’s life is
not simply to learn how to tolerate the pain
they cause. Openness to these experiences
makes life more fun. Building a world on the
security derived from the familiar and the
predictable causes people to feel bored, feel
stuck, feel that they haven “given up”. This,
one should recall, is a standard critique of the
1950s-style suburban bedroom communities:
there, “there is nothing to do.” Thus one
psychological consequence of living in a
purified community – other than resignation or
a redoubled dedication to its defense – is a
desire for a more interesting, fuller life. Lack
of stimulation produces a longing for variety,
surprise, mystery, excitement, adventure. For
people so moved, it triggers an ambition to
escape from the secure place to which they (or
their parents) have escaped. But fulfilling this
ambition requires openness to the unexpected,
the disorienting, the new – a frightening
prospect, perhaps, but a thrilling one as well.
11
Задачи книги
•
Обогащение и расширение городской жизни людей
•
Снижение напряжений между группами (strangers)
•
Подтолкнуть жителей к самостоятельному решению
проблем (недостаток требуемого жилья, контроля
преступности, транспортное переполнение и публичное
образование)
Эта книга написана для тех, кто интересуется
изучением альтернатив для Америки, построенной на
разделении разных типов людей. Я бы хотел, к чему я
вернусь ниже, быть интересным специалистам по
законодательству и академикам, изучающим проблемы
городов. Но я написал книгу не исключительно в
техническом или юридическом ключе. Даже обсуждая
сложные темы, как, к примеру, теория постмодерна, я
пытался быть понятным и обычным читателям, чтобы
показать им воздействие понятий законодательства на
их собственную жизнь.
13
This book is written for those interested in
exploring alternatives to an America built on
the separation of different kinds of people. I
would like what I say below to be of interest
to legal specialists and to academics who
study urban problems. But I was written the
book in a way that, I trust, will not seem
technical or legalistic - even when I discuss
topics as abstruse as postmodern theory - in
order to describe to general readers the impact
of the legal concept of the city on their own
lives.
12
Предложения Фруга
•
Реконцепция власти
•
Децентрализация власти (вместо
центрированного субъекта – ситуированный
или постмодерн)
•
Построение сообществ (вместо классового,
этнического и административного деления –
построение сообществ)
13
13
Безвластие города - city powerlessness
Американские города не имеют достаточно
власти, чтобы решать свои текущие
проблемы или контролировать свое
будущее развитие. Города имеют только
столько власти, сколько им делегировали
правительства штатов (государства), и
традиционно эта делегированная власть
была строго ограничена юридическими
интерпретациями. Даже если города
действуют в точности в соответствии с
делегированной им властью, их действия
все равно остаются предметом
государственного контроля. Каждое
решение города может быть отменено
противоположным решением государства,
что в законодательстве называется
«preemption» (приоритетное право).
American cities do not have the power
to solve their current problems or to
control their future development.
Cities have only those powers
delegated to them by state
governments, and traditionally these
powers have been rigorously limited
by judicial interpretation. Even if
cities act pursuant to an
unquestionable delegation of power
from the state, their actions remain
subject to state control. Any city
decision can be reversed by a contrary
decision by the state, a process the
legal system calls “preemption”.
City powerlessness. The current Legal Status of Cities 17
14
Реконцепция власти
•
Делегирование. Делегированная
власть – не власть. Неэффективно, так как
вместе с нею делегируется устройство
власти: бюрократия, унификация на основе
формальных процедур и стандартов,
территориальное деление. Отсюда многие
проблемы современных городов.
•
Суверенитет городской власти. Ход
невозможен, потому что исторически
политическая система США развивалась
только в рамках различения публичного
(государство) и частного (индивид). Схема
власти корпораций с городами не сработала,
так как не работала связка через
собственность.
State
City
Public / State
Corporation
property
Private / Individuum
•
Публичная свобода. Идея публичной
свободы по Арендт – такая организация
городской власти, при которой она есть
средство решать проблемы города усилиями
самих жителей.
15
Городская власть на основе публичной свободы
•
•
Децентрировать власть, децентрировав субъект самой власти
Построение сообществ, то есть создавать ситуации, вынуждающие жителей участвовать
в решении своих проблем и вводить соответствующие законодательные механизмы.
Шаги по децентрализации власти
•
•
Опереться на частные ценности. По аналогии с пригородами городам ассоциировать
себя с частными ценностями (собственность, декларация собственных целей, бизнес).
Другой вариант – город как добровольная ассоциация по аналогии с ассоциацией
домовладельцев, вступая в которую необходимо соблюдать ее устав и платить за
членство.
Ситуации для построения сообществ
– Изменение модели выборов так, чтобы у каждого представителя парламента
существовала привязка к определенному соседству.
– Изменение устройства городских служб и создание новых.
Понятие public
• Вовлечение себя в публичную жизнь в контексте публичной свободы
• Возможность приспосабливать себя к незнакомцам – построение сообществ
• Публичные места (парки и улицы) как тренировка публичного
16
Построить городскую власть на понятии
суверенитета нельзя
Децентрализация власти, в сущности,
возможна в пределах независимости от
государственной власти, суверенного
политического тела. Но если два суверена
окажутся в рамках одного государства, то
получится то, что называют империей
внутри империи, величайшей из
политических ошибок. Необходимость
одного суверена стала фундаментальной
предпосылкой западной политической
мысли.
55
Decentralization of power to such an
entity would make it, to the extent of
its independence from state power, a
sovereign political body. But to permit
two sovereigns to function within the
same state would create what is called
an imperum in imperio, “the greatest
of all political solecisms.” The need
for a single unified sovereign has
become a fundamental premise of
Western political thought.
17
Понятие публичной свободы
Ханна Арендт утверждала, что никто не
может быть по-настоящему свободен или
счастлив вне понимания, что значение
свободы как активного участия в принятии
решений по поводу общего означает
значение счастья как общего счастья и
разделение публичной власти. Свобода
дешевеет, говорит она, когда она
определяется только как источник защиты
наших частных жизней, в отличие от того,
что она есть созидающая форма контроля
наших жизней.
55
Hannah Arendt argued that no one can
be truly free or happy without
recapturing the meaning of freedom as
active participation in public decision
making and the meaning of happiness
as public happiness, the sharing of
public power. Freedom is cheapened,
she said, when it is defined merely as
a source of protection for our private
lives, rather than as a creative form of
control over our lives.
18
Центрированная субъектность и ее критика
Фруг, обсуждая возможные стратегии усиления власти (empowering) городов, обнаружил,
что одна из причин безвластия (powerlessness) города кроется в особом устройстве местного
законодательства. А именно в том, что в нем город трактуется в рамках концепции
центрированного «я» (centered self).
Теперь, как мы видели, законодательная система
рассматривает города как корпорации, как
коллективные индивиды – они способны к
контрактации, владеть собственностью и
действовать как индивиды, в своих собственных
интересах. Больше того, местное
законодательство наделило эти коллективные
индивиды специфической концепцией
субъектности, которую обычно называют
центрированным чувством себя. Один из
аспектов такого чувства себя – акцент на
отдельности: быть автономным предполагает
иметь четкое различение между «я» и «другой».
И другой аспект заложен в методе определения
своего частного интереса. Согласно этой
концепции, он обнаруживается взглядом внутрь
себя.
Currently, as we have seen, the legal system
considers cities, like corporations, to be
collective individuals: they are able to
contract, own property, and otherwise act in
their own self-interest in the same way that
individuals do. Moreover, local government
law has endowed these collective
individuals with a particular conception of
subjectivity, one that is commonly called a
centered sense of self. One aspect of this
sense of self is its emphasis on separateness:
to be autonomous requires making a clear
distinction between “self” and “other.”
Another aspect lies in its method for
determining how to discover what one’s
self-interest is: one discovers it, according
to this conception, by looking within
oneself.
Центрированная субъектность и ее критика. The Centered Subject and its Critique. 64
19
Критика центрированной субъектности
Центрированная субъектность и ее критика. The Centered Subject and its Critique. 69
Этой книгой я надеюсь побудить к
производству многих вариантов городской
идентификации, также как многих
предложения по переопределению, что есть
город и что он может делать.
In this book, I hope to stimulate the
production of multiple possibilities for
city identity, as well as the production
of a multitude of suggestions about
how to redefine what cities are and
what they can do.
Фруг предлагает, как минимум, две альтернативных
(децентрированных) концепции субъектности в применении
к вопросу о том, что есть город:
•
Ситуированный субъект (Situated Subject)
•
Постмодернистский субъект (Postmodern Subject).
20
Теория ситуированного субъекта
(The Situated Subject)
Майкл Сандел (Sandel)
Конститутивная концепция «я» (Constitutive conception of the self)
Сказать, что член общества ограничен чувством
сообщества это вовсе не значит сказать, что многие
из них имеют коммунные отношения и преследуют
коммунные цели, а скорее они ощущают свою
идентичность. Субъект, а не объект их чувств,
определяется в какой-то степени сообществом,
которому они принадлежат. Для них, сообщество
предполагает не просто, что они приятели, но
также то, кто они есть. Они не выбирают
отношения (как мы выбираем свободную
ассоциацию, в которую хотим вступить), но
причастность, которую они чувствуют, есть не
просто атрибут, но составляющая часть их
идентичности.
The Situated Subject, 73
To say that the member of a society are bound
by a sense of community is not simply to say
that a great many of them profess
communitarian sentiments and pursue
communitarian aims, but rather that they
conceive their identity – the subject and not just
the object of their feelings and aspirations – as
defined to some extent by the community of
which they are a part. For them, community
describes not just what they have as fellow
citizens but also what they are, not a
relationship they choose (as in a voluntary
association) but an attachment they discover,
not merely an attribute but a constituent of their
identity.
21
Теория ситуированного субъекта
(The Situated Subject)
Майкл Вальцер
(Walzer)
Как предлагает Вальцер, признание, что «я» есть
продукт человеческих отношений, не наделяет «я»
какой-то определенной идентичностью. Прямо
наоборот, многочисленные возможности
человеческих взаимодействий производят
многочисленные возможности для «я».
Либерализм, согласно Вальцеру, есть теория
взаимоотношений, «которая имеет центром
добровольную свободную ассоциацию и которая
понимает добровольность как право свободного
выхода из нее».
The Situated Subject, 73
As Walzer suggests, the recognition
that the self is a product of human
relationships does not endow the self
with any particular identity. Quite the
contrary: the multiple possibilities for
human relationship produce multiple
possibilities for the self. Liberalism,
according to Walzer, is a theory of
relationship “which has voluntary
association in its center and which
understands voluntariness as the right
or rupture or withdrawal.”
22
Теория ситуированного субъекта
(The Situated Subject)
Фрэнк Михельман
(Michelman )
Республиканизм, в отличие от него, ищет продвижения
различных типов человеческих отношений и,
следовательно, поощряет различные типы развития «я».
Фрэнк Михельман описывает эту концепцию в терминах
диалога. Республиканская концепция субъекта, говорит он,
«рассматривает «я», чья идентичность и свобода состоит,
отчасти, в его способности рефлексивного критического
переосознания взглядов, которые оно имеет, и которые
делают его тем, кто он есть. Такое «я» обязательно
получает свои ресурсы для самокритики и проверяет свои
текущие взгляды за пределами своей пре-критической
жизни и опыта, проще говоря, от других и разных людей».
The Situated Subject, 74
Civic republicanism, by contrast, seeks
to promote a different kind of human
relationship and, thereby, to encourage a
different kind of self-development.
Frank Michelman describes this
conception in terms of dialogue. The
republican concept of the subject, he
says,
“Contemplates… a self whose identity
and freedom consist, in part, in its
capacity for reflexively critical
reconsideration of the ends and
commitments that it already has and that
make it who is it. Such a self
necessarily obtains its self-critical
resources from, and tests its current
understandings from beyond its own
pre-critical life and experience, which is
to say communicatively, by reaching for
the perspectives of other and different
persons.”
23
Законодательное применение ситуированного
субъекта
Чтобы представить город как ситуированный субъект автор предлагает рассмотреть отношения
центральных городов Америки и их пригородов:
•
•
Эксклюзивное право зонирования пригородов
Закон о кондоминиумах
Эксклюзивное зонирование (exclusive zoning) пригородов
Высший суд США, как и большинство
других судов, разрешил отдельным
территориям самостоятельно вести свою
политику зонирования в интересах
местных жителей, мало учитывая то, как
это скажется на других.
The Situated Subject, 74
The United States Supreme Court
and most state courts have allowed
localities to decide their zoning
policies in the interest of their own
residents with little regard to their
effect on outsiders.
24
Законодательное применение
ситуированного субъекта
Это породило не только способность
пригородов исключать потенциальных жителей,
но также и привлекать их. В стране, люди
которой часто переезжают, расовое, этническое
и классовое разделение может выжить только
при условии четких границ, которые
показывают где живет «правильный» тип
людей. Границы пригорода также породили
«пригородное сознание», которое стало
идентификацией для миллионов американцев,
сознание, объединяющее чувство законности
(легальности) разделения пригородов и
принятие выгод от расовых и классовых
привилегий.
It has fostered not only the suburbs’ ability
to exclude potential residents but also their
ability to recruit them: in a country where
people frequently move, racial, ethnic, and
class segregation can survive only if there
are clear boundary lines that indicate where
“the right” kind of people live. Suburban
boundaries also helped to engender a
suburban consciousness that has become
part of the identity of millions of Americans
– a consciousness that combines the felt
legitimacy of suburban separation with an
acceptance of the benefits of race and class
privilege.
Ситуированный субъект как местное законодательство, 77
25
Законодательное применение ситуированного
субъекта
Тем самым пригороды получили законное право и возможность запустить процесс
джентрификации (выдавливание из пригородов «нежелательных» людей: бедных,
афроамериканцев, сексуальных меньшинств и пр.), которые были вынуждены переезжать в
город или соседства, соответствующие их расе и классу. Получается дисбаланс, проигрывает
в котором город. Преодолеть это непросто, потому что альтернативные предложения будут
отклонены, поскольку город и пригород как центрированные субъекты рассматриваются как
носители своих собственных интересов. Пригороды будут голосовать против размывания
своих границ, поскольку боятся чужаков.
Фруг задает вопрос:
Как тогда заставить центрированных
субъектов заставить воспринимать друг
друга как децентрированных, как
взаимозависимых?
How, then, can centered subjects ever
come to embrace a vision of
themselves as decentered, as
interdependent?
26
Case 1. Эксклюзивное право зонирования
пригородов
Здесь Фруг пользуется схемой республики, согласно которой политическая идентичность
появляется в публичном пространстве (диалоге).
Один вариант ответа на этот вопрос строится на
республиканской модели появления конструкции
политической идентичности. Надо серьезно отнестись
к цитате Ханны Питкин, что была выше: «только в
публичной жизни мы можем сообща, как сообщество,
применить человеческую возможность думать о том,
что мы делаем, и отнестись к истории, в которую мы
все постоянно вовлечены, даже не осознавая этого».
Пример с Mt. Lauriel ограничен стратегически, так как
основан на рассмотрении каждого города как
индивидуального лица, принимающего решения,
противостоящего региональным интересам. Вместо
этого, по республиканской модели, понимание того,
что решения по поводу зонирования должны
строиться на взаимных основаниях, требует
межгородского диалога. (…)
One way to answer this question would build
on the civic republican emphasis on the
political construction of identity. It would take
seriously my earlier quotation from Hannah
Pitkin: “only in public life can we jointly, as a
community, exercise the human capacity to
‘think what we are doing,’ and take charge of
the history in which we are all constantly
engaged by drift and inadvertence.” Mt.
Laurel’s impact was limited by its strategy of
treating every city as an individual decisionmaker required to confront regional needs by
itself as a matter of thought. From a republican
perspective, understanding the mutually
constitutive impact of zoning decisions instead
requires intercity dialogue. (…)
Известная попытка отменить исключительное право зонирования пригорода Township of Mt. Laurel в высшем
суде Нью-Джерси, которую тот принял, запретив строить политику местного землепользования только в
интересах местных жителей. Тем самым, возник прецедент, было признано, что, определяя себя (квартал для
богатых и белых), ты не можешь навязывать определение других (бедные и черные уйдут в город). Но дальше
Нью-Джерси он не пошел, поскольку попытка отменить старый закон об исключительном зонировании
наталкивалась на сопротивление жителей, которые в этом видели покушение на свою частную свободу.
27
Case 1. Эксклюзивное право зонирования
пригородов
Если так, то политика зонирования может быть
выработана не как центральная или каждым
муниципалитетом в отдельности, но через
региональные переговоры, для этого необходимы
институциональные инновации.
If so, zoning policies should be worked out
not centrally or by each municipality alone
but through regional negotiations,
institutional innovations are necessary.
Фруг понимает, что такие переговоры могут не состояться просто потому, что люди не захотят
ничего менять.
Не столько опыт взаимозависимости есть
предпосылка к изменению закона, но, что
парадоксально, изменение закона есть предпосылка к
появлению опыта взаимозависимости. Чтобы
уничтожить право исключительного зонирования и
общие мнения, поддерживающее его,
законодательство должно признать и прорваться
через этот парадокс.
Not only is the experience of interdependence
a prerequisite to changing legal rules but,
paradoxically, changing legal rules is a
prerequisite to creating the experience of
interdependence. To eliminate exclusionary
zoning and the consciousness that supports it,
legal doctrine must recognize and break
through this paradoxical structure.
28
Case 1. Эксклюзивное право зонирования
пригородов
Для этого предлагается:
•
Распространять альтернативный вариант регулирования
зонирования, как в примере с Mt. Laurel.
•
Работать с жителями пригородов, которым выгодно
исключительное зонирование. Не существует единого мнения, которое
бы разделяли все жители пригорода в отношении тем расовых и
классовых различий, пола, сексуальной ориентации, окружения, роста
населения и так далее.
•
Учитывать способность к самозащите пригородов. Переговоры
надо организовывать не между городом и пригородом (существующее
разделение), а в отношении того, как они оба сами себя определяют: что
есть город, а что – пригород.
•
Принять закон о пересмотре правил образования кондоминиумов.
29
Case 2. Закон о пересмотре кондоминиума
(the law of condominium conversion)
Этот закон предполагает ограничение права перевода арендного жилья, где, как правило, живут те,
кто не может позволить приобрести себе дом в данном соседстве, в статус кондоминиума
(совместного владения).
Исключительное зонирование позволяет
пригородам исключать бедных, принятие
закона о пересмотре кондоминиумов – это
попытка защитить малоимущие соседства
от джентрификации. В самом деле,
принятие закона о пересмотре
кондоминиумов есть один из
принципиальных средств, которые
центральные города могут использовать,
чтобы защитить характер своих бедных
соседств.
81
Exclusionary zoning enables suburbs to exclude
the poor; condominium conversion legislation is an
effort to protect low-income neighborhoods from
gentrification. Indeed, condominium conversion
legislation is one of the principle vehicles central
cities use to preserve the neighborhood character of
poor city neighborhoods. One could therefore
imagine both being permitted (any community can
control its character) or both being forbidden (no
community can exercise the right to exclude).
30
Case 2. Закон о пересмотре кондоминиума
Такого рода меры, по мнению Фруга, должны запустить процесс переговоров
Местное законодательство также
может перевести эти конфликтующие
инстинкты по включению и
исключению в переговоры,
обеспеченные вовлечением не только
каждого отдельного пригорода, но
также и соседств центрального города.
83
Local government law could also bring the
conflicting instincts of inclusion and
exclusion into the negotiations by ensuring
the participations not only of each individual
suburb, but of central city neighborhoods.
31
Case 2. Закон о пересмотре кондоминиума
Те, кто хочет остаться в соседстве, не должны
сталкиваться с препятствием сообщества (сообщество
не должно иметь права исключать их). Но способность
сообщества поддерживать себя относительно
гомогенным также не должна запрещаться (не должно
быть права быть включенным в него). Если пригороды
и центральный город отменят законное право на
исключение, они станут достаточно уязвимыми для
того, чтобы скорее озаботиться заключением сделки,
чем отвернуться друг от друга. И если формирование
относительно гомогенных сообществ остается
возможным, люди, ищущие включения также захотят
заключить сделку, они захотят найти способ
фактически войти в сообщество, что в перспективе, как
показывает история с Mt. Laurel, будет не так уж и
легко. Не только вопрос приемлемого исключения
станет обсуждаемым , но переговоры также затронут
такие вопросы, которые вовсе не стоят на повестке дня
местного законодательства. Будет ли
перераспределения ресурсов между пригородом и
городом или пригородом и пригородом способствовать
изменениям характера соседства? Куда пойдут
исключенные люди?
84
Those who want to move to a neighborhood should
not face community-imposed obstacles to their
doing so (the community should have no right to
exclude them). But the ability to maintain a
relatively homogeneous community should also not
be forbidden (there should be no right to be
included). If suburbs and central-city
neighborhoods are denied a legal right to exclude,
they will be sufficiently vulnerable that they are
likely to be anxious to make a deal rather than to
walk away. And if the formation of relatively
homogeneous communities remains a possibility,
people seeking inclusion will want to make a deal
as well: they will want to find a way actually to
move to the community, a prospect that, as the
history of Mt. Laurel suggests, is by no means easy
to achieve. Not only would the extent of acceptable
exclusion become negotiable, but the negotiations
could also face up to the kinds of questions local
government law doesn’t even have on the agenda.
Would the reallocation of resources from suburb to
central city or neighborhood to neighborhood be
preferable to changes in neighborhood character?
Where will excluded people go?
32
Case 2. Закон о пересмотре кондоминиума
Полный контроль над текущей
фрагментацией наших городских зон
предполагает (…) понимание, что каждое
местное решение, от школ до санитарии, от
жилья до транспорта, от контроля оружия до
контроля загрязнений, влияет на других.
Места должны повсеместно признать, что их
идентификация, как пишет Майкл Сандел,
определяется в какой-то степени тем
сообществом, частью которого они являются.
85
Fully controlling the impact of the current
fragmentation of our metropolitan areas
requires (…) recognizing that every local
decision – from schools to sanitation,
from housing policy to transportation
policy, from gun control to pollution
control – affects outsiders. Localities need
to recognize across the board that their
identity, as Michael Sandel puts it, is
“defined to some extent by the
community of which they are a part.”
33
Институциональное применение ситуированной
субъектности
1.
Если должна быть выращена ситуированная
концепция локальной идентичности, то
соответственно должны быть созданы новые
формы региональной организации. Одна
возможность сделать это – заставить власть самой
определить свои границы в отношении городской
территории от государственного правительства до
регионального законодательного органа. Задача
установления такого регионального
законодательного органа не в том, чтобы оно
действовало как региональное правительство.
(…)
Задача в том, чтобы осуществлять одну
специфическую функцию государственного
законодательства и судов – определение власти, что
юристы называют законными полномочиями,
локального правительства.
85
If a situated conception of local identity is to be
fostered, new forms of regional organization
have to be created. One possibility would be to
shift the power to define the legal authority of a
metropolitan region’s cities from the state
government to a regional legislature. The
purpose of establishing such a regional
legislature would not be to enable it to act as a
regional government.
(…)
The task of the regional legislature would be to
perform one specific function of the state
legislature and the state courts: defining the
power – specifying what lawyers call the legal
entitlements – of local governments.
34
Институциональное применение ситуированной
субъектности
1.
Региональное законодательство скорее, чем
отдельные города, должно иметь власть определять
какие вопросы оно может решать. Однако оно
должно быть структурировано так, чтобы поощрять
его членов не использовать власть самим, а
превратить законодательный орган в форум для
межлокальных переговоров о том, как
децентрализовать власть. Лучше всего сделать это,
как мне кажется, это выбрать представителей от
каждой географической зоны, к которой люди
чувствуют себя более привязанными: центральные
города и пригородные соседства. Если
законодательство будет построено на такой базе, то
его члены будут достаточно сильно привязаны к их
сообществам, и они будут находиться под
достаточным давлением, чтобы децентрализовать
власть. Более того, поскольку соседства будут
выбираться по существующим городским границам,
представители от каждого города смогут работать
вместе для защиты интересов города. С другой
стороны, то, что каждые региональный город будет
представлен больше чем одним человеком, также
позволит при существующих разделениях, стать
частью общего процесса по принятию решений.
The regional legislature, rather than the individual
cities, must have the power to determine which
questions it can decide. However, it should be
structured to encourage its members not to
exercise power themselves but to turn the
legislature into a forum for interlocal negotiations
about how to decentralize power. The best chance
of doing so, in my view, lies in electing
representatives from the geographical areas to
which people feel most attached – central-city and
suburban neighborhoods. If the legislature were
organized on such a basis, its members would be
sufficiently connected to their communities that
they would be under constant pressure to
decentralize power. Moreover, since the
neighborhoods would be selected with current city
lines in mind, the representatives from each city
could work together to defend the city’s interests.
On the other hand, the fact that each of the
region’s cities would be represented by more than
one person would also enable the divisions that
now exist within these cities to become part of the
decision-making process.
35
Институциональное применение ситуированной
субъектности
1.
Кроме того, сам акт наделения властью
регионального законодательства, чтобы
определить границы власти города,
изменит сам смысл децентрализации
власти. Целью больше не будет
достижение местечковых интересов,
потому что ни один город не сможет
достичь своих целей без убеждения
других членов в том, что его видение
децентрализации власти полезно. Таким
образом, законодатели будут находиться в
постоянном конфликте между
прикрепленностью к их соседству и
собранию большего сообщества. Этот
конфликт напоминает борьбу между
прикрепленностью к себе и к другим,
воплощенный в идее о ситуированном я.
Above all, the very act of empowering a
regional legislature to determine city
entitlements would transform the meaning
of the decentralization of power. The
objective could no longer be the
advancement of a parochial definition of
self-interest because no city could achieve
its goals without convincing fellow
legislators that its vision of decentralization
was a good idea. Legislators would thus
regularly experience the conflict between
attachment to their neighborhood and the
pool of the larger community, a conflict that
parallels the struggle between the
attachments to the self and to others
embodied in the notion of the situated self.
36
Институциональное применение ситуированной
субъектности
2.
Для отдельных мест (localities) могут быть созданы
другие механизмы ситуированной идентификации.
Хотя региональное законодательство и может
определить границы местной власти, применение
таких правил раз за разом все равно необходимо.
Следовательно, может быть создана группа граждан,
допустим, в сто человек, которые на определенное
время будут служить публичными представителями,
которые будут оценивать показатели города в этом
деле. Эта группа может быть набрана из городской
среды путем жребия или посредством выборов, или
через представительство заинтересованных групп,
чтобы убедиться в том, что эти люди отражают
специфику внутренней среды региона. Однажды
собранная такая группа может быть наделена
властью судить, к примеру, спорные случаи
исключения (сколько нужно центров для бездомных
в данном соседстве) или оценивать внешние
эффекты (какие ограничения загрязнений
необходимо установить при начале проекта
промышленного развития).
Other mechanisms might also foster a situated
identity for localities. Although a regional
legislature can lay down rules about local
entitlements, case-by-case applications of these
rules are necessary as well. One could
therefore create a citizen group of (say) one
hundred people to serve for a stated period of
time as public representatives to evaluate
cities’ performance of this task; the group
could be chosen from the metropolitan area by
lot, rather than by election or through interestgroup representation, to ensure that its
members were a microcosm of the region.
Once constituted, the group could be
authorized, for example, to judge disputed
instances of exclusion (how many centers for
the homeless are appropriate in this
neighborhood?) of extraterritorial effects (what
restrictions on pollution are necessary before
an industrial development project is
undertaken?).
37
Институциональное применение ситуированной
субъектности
3.
Совет мэров региональных городов может
также быть полезным форумом для дискуссий
по поводу региональных нужд и приоритетов.
(…) Как совещательный орган, совет мэров
может информировать отдельные места
(localities) о межлокальных нуждах и тем
самым ускорять внедрение этих нужд в
процесс принятия решений города.
(…)
Как другие институциональные формы,
предложенные здесь (и многие другие,
которые могут быть предложены), совет мэров
основан на стратегии как построить единство
без отличий – чувство ситуированной
идентичности гораздо лучше будет
формироваться посредством малых групп,
живущих рядом друг с другом, чем
действиями центрального правительства.
A council of mayors from the region’s
cities might also be a helpful forum for a
discussion of regional needs and
priorities. (…) As an advisory body, a
council of mayors can inform individual
localities about interlocal needs and
thereby speed the process of
internalizing these needs into city
decision making. (…)
Like the other institutional forms
suggested here (and many others that
might be proposed), the council of
mayors is based on a strategy about how
to build unity out of differences: a sense
of situated identity is more likely to be
formed by small groups living near each
other than by the actions of a central
government.
38
Постмодернистский субъект (The Postmodern
Subject) - теория
Жан-Франсуа Лиотар (Lyotard) Состояние постмодерна
"Самость" это мало, но она не изолирована, а встраивается в сложную и мобильную,
как никогда, ткань отношений. Независимо от того, молодой человек или старый,
мужчина или женщина, богатый или бедный, он всегда оказывается
расположенным на "узлах" линий коммуникаций, сколь бы малыми они ни были.
Лучше сказать: помещенным в пунктах, через которые проходят сообщения различного
характера. И даже самый обездоленный никогда не бывает лишен власти над
сообщениями, которые проходят через него и его позиционируют, - будь то позиция
отправителя, получателя или референта. Ибо его перемещение относительно эффектов
этих языковых игр (понятно, что о них идет речь) допускается - по меньшей мере, в
определенных пределах, которые к тому же весьма расплывчаты - и даже порождается
различными отладками и особенно доводками, которым подвергают систему для
улучшения ее перформативности. Можно сказать, что система может и должна
способствовать этим перемещениям - в той мере, в какой она борется против
собственной энтропии, и что нововведение, связанное с неожиданным "приемом" и
соответствующим перемещением того или иного партнера или группы оказавшихся
причастными партнеров, могут дать системе ту дополнительную перформативность,
которая постоянно ей требуется и постоянно же потребляется.
39
Постмодернистский субъект (The Postmodern
Subject) - теория
Жан Бодрийяр - Экстаз коммуникации
С приходом коммуникации и информации, имманентной неупорядоченности
связей всех сетей, с их непрерывными соединениями, мы отныне получаем
новую форму шизофрении… Шизо лишен всякой сцены, открыт всему
вопреки себя самого, живет во все возрастающем смущении… Что
характеризует его в наименьшей степени, так это утрата реального. Обычно
говорят о светлых годах отчуждения от реального, пафосе дистанции и
радикального разделения; но все как раз наоборот, абсолютная близость,
тотальная мгновенность вещей, ощущение незащищенности, отсутствие
уединенности. Это конец внутреннего и интимного, выпячивание и
прозрачность мира, который пересекает его без всяких преград. Он более не
способен проводить границу своего собственного существования, не
способен разыгрывать пьесу себя самого, не способен творить себя как
зеркало. Отныне он лишь чистый экран, переключающийся центр для
всех сетей влияния.
40
Законодательное применение
постмодернистского субъекта
Существующее законодательство основано на четком разделении город –
пригород. Подход постмодерна – не важно местожительство субъекта,
пригород это или город, его раса, класс, главное – «он всегда оказывается
расположенным на "узлах" линий коммуникаций». Разделение городпригород обессмысливается.
Существует ассоциация деловых районов с центром города, где хорошо
развита инфраструктура (магазины, офисы, рестораны), а также
представление о том, что жители пригородов ездят на работу в центр. В
действительности, в 1980 году обнаружили, что 38% ездят на работу из
пригорода в пригород. А пригороды достигли такого состояния, что в них
офисов, развлечений, ресторанов и магазинов стало не меньше чем в центре,
а города стали копировать их для переустройства своих коммерческих зон.
Четкое разделение город-пригород фактически исчезло.
Фруг предлагает рассмотреть городские зоны (metropolitan areas) вне
юридического разделения город-пригород.
41
Законодательное применение
постмодернистского субъекта
Большинству американцев, живущих в
таких зонах уже безразличны юридические
границы. Вместо четкого деления
центральный город и пригород, жители
создают свои собственные представления, в
которых они живут, из мест, которые они
знают.
Most Americans who live in these
areas already disregard jurisdictional
boundaries. Instead of sharply dividing
central city and suburb, residents
create their own idea of the region in
which they are live by organizing it in
terms of the places they know.
Городская зона как целое есть мешанина
элементов: торговые, деловые и
гостиничные комплексы, моллы,
индустриальные парки, офисные здания,
магазины, соседства, subdivisions,
кондоминиумы – все это невозможно
понять, вызывает головокружение.
The metropolitan area as a whole is a
hodgepodge of elements –
shopping/office/hotel complexes, strip
shopping malls/industrial parks, office
buildings, department stores,
neighborhoods, subdivisions,
condominium communities – that is
“impossible to comprehend,” “vertigoinducing”.
42
Смена типа города: агеографичный город
Frank Lloyd Wright (1923): “The big city is no longer modern”.
Michael Sorkin : today people live in “a holly new kind of city, a city without a
place attached to it… ageographical city”
Соркин использует этот термин, чтобы
описать коллаж шоссе, небоскребов, молов,
строительства жилья и магазинов,
бесконечный городской ландшафт копий без
оригинала, который составляют кусочки мест
современной Америки. Городские жители
складывают эти кусочки в бесчисленные
комбинации, каждая из которых вызывает
одинаковое ощущение, когда они пытаются
представить, как выглядит их городская
территория.
(…)
Чтобы разработать местное законодательство
в терминах постмодернистского субъекта мы
должны поместить его в этот агеографичный
город.
Sorkin uses this term to describe the
pastiche of highways, skyscrapers, malls,
housing developments, and chain stores
– the endless urban landscape of copies
without an original – that constitute the
place bites of modern America.
Metropolitan residents combine these
place bites in countless ways, each of
which makes equal sense, when they try
to imagine what their metropolitan area
looks like.
(…)
To frame local government law in terms
of the postmodern subject, we must
locate it in this ageographical city.
43
Постмодернистская критика существующего
законодательства
Законодательство основано на понятии местожительства. Но сегодня многие
люди физически не находятся в местах своего местожительства, они дома не
сидят и постоянно перемещаются как в течение жизни (американец за свою
жизнь в среднем переезжает 12 раз), так и в течение дня.
Законодательство романтизирует дом как убежище в жестоком мире. Но
Бодрийяр: «ощущение незащищенности, отсутствие уединенности. Это конец
внутреннего и интимного, выпячивание и прозрачность мира, который
пересекает его без всяких преград».
Законодательство попыталось сделать привязку жителя к своему соседству.
Но с точки зрения постмодерна понятие соседства не обеспечивает
персональной или групповой идентификации. Не понятно как определить
соседство и кто такие соседи: рабочие, которые работают, но не живут,
бездомные, нелегальные иммигранты, временно проживающие,
домовладельцы, которые живут в другом месте?
44
Выводы постмодернистской критики
существующего законодательства
Чтобы заменить текущую
концепцию законодательства и
охватить агеографичный город, мы
должны перестать строить ее на
понятии местожительства и
важности местных юридических
границ. Мы должны обращаться с
людьми не как размещенных в
рамках юрисдикции, а как
«переключающиеся центры для всех
сетей влияния» в рамках региона,
влияющего на их жизни.
To replace our current legal
conception of localities with one that
embraces the ageographical city, we
have to stop building local
government law on residency and on
the importance of local jurisdictional
boundaries. We must treat people not
as located solely in one jurisdiction
but as “switching centers for all the
network of influence” within the
region that affect their live.
45
Влияние постмодернисткого субъекта на
местные законы
•
Распределение коммунальных служб и платы за нее. Надо
учитывать нерезидентов, то есть тех, кто фактически
присутствует в данном соседстве, но не является его жителем.
•
Школьное финансирование, которое осуществляется за счет
налога на собственность жителей соседства, не должно быть
привязано к юридическим границам.
Для этого придется изменить почти все законодательство. Как это
сделать - автору неизвестно, но единственное, что пока
придумали – это практика взысканий (exactions), то есть платы со
стороны девелоперов на финансирование коммунальных служб,
когда те должны будут получить соответствующее зонирование
со стороны места.
46
Изменение регионального законодательного
органа
К примеру, представьте план, по которому
каждый получает пять голосов, которые он
может потратить в любых местных выборах,
которые его интересует («местный» тут все
еще понимается в традиционных городских
границах). Они могут по-разному определять
свои интересы в разных выборах, и учитывать
любые связи, которые, как они думают, будут
адекватны. При такой электоральной системе,
мэры, члены городского совета и
представители соседств в региональном
законодательном органе получат в качестве
электората не только жителей определенного
места, но и рабочих, продавцов, владельцев
собственности, бездомных и так далее. Люди
неохотно голосуют в той юрисдикции,
которая им безразлична, но есть куча
возможных мотивов для голосования (расовая
интеграция и солидарность,
перераспределение благ, желание
джентрификации и так далее).
Consider a plan, for example, in which
everyone gets five votes that they can cast
in whatever local elections they feel affect
their interest (“local” still being defined by
traditional city boundaries). They can
define their interests differently in different
elections, and any form of connection that
they think expresses an aspect of
themselves at the moment will be treated as
adequate. Under such an electoral system,
mayors, city council members, and
neighborhood representatives in the
regional legislature would have a
constituency made up not only of residents
but of workers, shoppers, property-owners,
the homeless, and so forth. People are
unlikely to vote in a jurisdiction they don’t
care about, but there are a host of possible
motives for voting (racial integration,
racial solidarity, redistribution of wealth,
desire for gentrification, etc.).
47
Последствия изменения регионального
законодательного органа
•
Увеличит вовлеченность людей в жизнь городов.
•
В повестке дня для голосования проявятся новые категории,
которых раньше не было видно, люди узнают тех, рядом с кем они
живут.
•
Принятие решений будет сконцентрировано на тех вопросах,
которые люди считают наиболее важными для себя и своего места:
•
•
•
•
для мест, где много офисов, - лучшие условия работы,
для тех, кто работает в чужих домах, - здоровье и отдых,
для мест, где много детей, - детские сооружения,
для мест для покупателей, - защита прав потребителей.
48
Построение сообществ для того, чтобы люди могли
взаимодействовать с другими
Есть три принципиальных причины, которые
как я предполагаю, позволят сделать города и
городскую жизнь более публичной, и тем
самым обогатить жизнь людей, живущих в
городских зонах Америки; снизить трения
между ними и заставить их, в далеком
будущем, принимать участие в разработке
решений проблем, начиная от недостатка
требуемого жилья, контроля преступности,
пробок и заканчивая вопросами образования,
что влияет на их качество жизни.
Этой книгой я пытаюсь достичь этих трех
целей, также как и формирования
межгородского взаимодействия – построение
сообществ. Я хотел бы избежать
романтического оттенка общности, которое
связывают с термином «сообщества» и
предложить более сдержанный вариант:
построение сообществ для того, чтобы
увеличить возможности горорожан жить в
мире, состоящем из людей, отличающихся от
них.
There are three principal reasons, I suggest, for
creating a more public version of cities and city
life: to expand, and thereby enrich, the lives of
the people who live in America’s metropolitan
area; to reduce the tensions that now exist
between them; and to enable them, at long last,
to address a host of problems-ranging from the
lack of affordable housing to the need for crime
control and from traffic congestion to the caliber
of public education – that now affect their
quality of life.
In this book, I call efforts to achieve these
objectives – as well as the task of forging
intercity connections – “community building”. I
seek to avoid the romantic sense of togetherness
often associated with the term “community” by
offering much more modest goal: the purpose of
community building is to increase the capacity
of metropolitan residents to live in a world
composed of people different from themselves.
49
Топика
Автор
биография,
личные основания
Город
Ценность города
Проблемы больших современных городов США
Объект рассмотрения:
Городская власть
Социальные отношения
Местное законодательство
Городские службы
Отношения город-пригород
Реконцепция власти
Критика центрированного субъекта, смена на
ситуированный субъект или постмодерн
Институциональные и законодательные применения
смены субъектности
50
Джеральд Фруг
Основные публикации
•
Кандалы города: Как штаты подавляют городское
обновление City Bound: How States Stifle Urban Innovation (в
соавторстве с Д. Бэрроном) (2008)
•
Местное законодательство Local Government Law (в
соавторстве с Р.Фордом и Д.Бэрроном) (2006)
Родился в 1939 г.
Профессор права в Гарварде
(Harvard Law School).
Признанный эксперт в
области местного
законодательства, а также
городского и местного
правления США.
Выступает за региональное
взаимодействие в решении
проблем локального
законодательства.
•
Кандалы Бостона: Сравнение Законодательной власти
Бостона с шестью другими главными городами Америки (в
соавторстве с Д. Бэрроном) (2006)
•
За границами регионального правительства Beyond
Regional Government (2002)
•
Насколько оправдано отделение от Лос-Анджелеса? Is
Secession from the City of Los Angeles a Good Idea? (2002)
•
Градопроизводство: построение сообществ без стен City
Making: Building Communities without Building Walls (1999)
•
Городские службы City Services (1998)
•
Административная демократия Administrative Democracy
(1990)
5
1
Содержание книги
ЧАСТЬ I. Правовое понятие города
ЧАСТЬ III. География сообщества
1. ГОРОДСКОЕ БЕЗВЛАСТИЕ (CITY POWERLESSNESS)
Текущий законодательный статус городов (The Current Legal Status of
Cities)
В чем причина городского безвластия (Why City Powerlessness Matters)
Роль закона в городском безвластии (The Role of Law in City
Powerlessness)
2. ПРАВОВАЯ ИСТОРИЯ ГОРОДОВ
Средневековый город
Атака Нового Времени на групповую идентификацию (The Early Modern
Attack on Group Identity)
Город Нового Времени
Ранний американский город
Применение различения публичное – приватное (The Adoption of the
Public/Private Distinction)
Современное законодательство о муниципальных корпорациях
3. СТРАТЕГИИ УСИЛЕНИЯ ГОРОДОВ
Сложность децентрализации власти (The Difficulty of Decentralizing
Power)
Исчезновение группы (The Disappearance of the Group)
Структура местного законодательства
Центральный субъект и его критика (The Centered Subject and Its Critique)
6. ПОСТРОЕНИЕ СООБЩЕСТВ (COMMUNITY
BUILDING)
Два мира незнакомцев (Two Worlds of Strangers)
Психология городской жизни
Социология городской жизни
Политика городской жизни
Функция города в построении сообществ
7. ГОРОДСКОЕ ЗЕМЛЕПОЛЬЗОВАНИЕ
История зонирования и редевелопмента
Новый урбанизм
Перспектива изменений
Необходимость построения сообществ
ЧАСТЬ II. Децентрирующая децентрализация
4. СИТУИРОВАННЫЙ СУБЪЕКТ (THE SITUATED SUBJECT)
Пробег по литературе (A Glimpse at the Literature)
Ситуированный субъект как местное законодательство
Институциональные применения ситуированной субъективности
За пределами ситуированного субъекта
5. ПОСТМОДЕРНИСТСКИЙ СУБЪЕКТ (THE POSTMODERN SUBJECT)
Пробег по литературе
Постмодернистский субъект как местное законодательство
Институциональные применения постмодернистской субъективности
За пределами постмодернистского субъекта
ЧАСТЬ IV. Городские службы
8. АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ПОНЯТИЯ ГОРОДСКИХ
СЛУЖБ
9. ОБРАЗОВАНИЕ
Публичный аспект образования
Межрайонное построение сообществ
Отношения между публичными и частными
школами
Построение сообществ внутри школы
10. ПОЛИЦИЯ
Страх перед преступностью и ответ на него
Интерлокальное построение сообществ
(Interlocal Community Building)
Полиционирование сообществ (Community
Policing)
11. ВЫБОР ГОРОДСКИХ СЛУЖБ
Конвенциональные городские службы
Новые городские службы
52
Документ
Категория
Презентации
Просмотров
41
Размер файла
2 089 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа