close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Некоторые проблемные вопросы

код для вставкиСкачать
Тульский государственный университет
ГУМАНИТАРНЫЙ ФАКУЛЬТЕТ
КАФЕДРА ЭКОНОМИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ
Специальность: 021100 "Юриспруденция"
Специализация: 021102 "Гражданское право"
Допущен к защите перед ГАК
"___" ___________ 1999 г.
Зав.кафедрой ЭТ, к.э.н., проф.
_______________ Косова Р.А.
ДИПЛОМНАЯ РАБОТА
НА ТЕМУ: "УСТУПКА ТРЕБОВАНИЯ В СВЕТЕ СУДЕБНО-АРБИТРАЖНОЙ ПРАКТИКИ"
Студент группы 830241Иванов К.А.
Руководитель дипломной
работы к.ю.н.Ковалевская Н.Г.
Консультант по экономике
д.э.н., профессор каф.ФиМСычева И.В.
Тула 1999
Министерство образования РФ
Тульский государственный университет
Кафедра экономических теорий
Утверждаю "___" ___________ 1999г.
Зав. кафедрой Косова Р.А.
_______________________________
ЗАДАНИЕ
на дипломную работу
студенту гр.380241 Иванову Кириллу Александровичу
1. Тема дипломной работы утверждена приказом по университету от "04" ноября 1999 г. №1381с.
2. Срок сдачи студентом законченной дипломной работы:
"30" ноября 1999 г.
3. Тема дипломной работы "Правовое регулирование уступки требования в свете судебно-арбитражной практики"
4. Содержание расчетно-пояснительной записки (перечень подлежащих разработке вопросов):
- выявление правовой сущности и содержания уступки требования;
- характеристика развития института уступки требования в отечественном праве;
- исследование соотношения уступки требования и других видов перемены лиц в обязательстве;
- критический анализ требований судебных инстанций к условиям действительности уступки требования;
- анализ специфики отдельных форм уступки требования (финансирования под уступку денежного требования, перехода прав, удостоверенных ценными бумагами, в том числе индоссамента, и др.);
- определение путей совершенствования законодательства, регулирующего институт уступки требования.
5. Перечень графического материала:
Лист 1. Уступка требования как форма перемены лиц в обязательстве.
Лист 2. Параметры уступки требования.
Лист 3. Налогообложение уступки требования.
Лист 4. Налогообложение уступки требования.
6. Консультанты по проекту
№№ п.п.Фамилия, имя, отчествоПодписьПо разделу1Сычева И.В. д.э.н., проф.каф.ФиМэконом.Дата выдачи задания "08" февраля 1999 г.
Руководитель Ковалевская Н.Г., к.ю.н. _________________________
Задание принял к исполнению "08" февраля 1999 г.
_______________________________
ПРИМЕЧАНИЯ: 1.Это задание прилагается к законченной дипломной работе и вместе с ней представляется в ГАК.
2. Кроме задания студент должен получить от руководителя календарный график работы над дипломом на весь период (с указанием срока выполнения и трудоемкости отдельных этапов).
АННОТАЦИЯ
Дипломная работа посвящена правовому регулированию уступки требования как одной из форм перемены лиц в обязательстве. В работе автором рассмотрены вопросы развития института уступки требования в отечественном праве, исследуются точки зрения известных российских цивилистов на сущность и содержание уступки требования, освещается специфика отдельных видов уступки требования (факторинга, индоссамента и др.), а также соотношение уступки требования и других способов перемены лиц в обязательстве. Рассмотрение материала проведено с позиций критического анализа сложившейся практики применения арбитражными судами требований к условиям действительности уступки требований.
Дипломная работа содержит выводы, которые могут иметь определенное значение для работы российских предприятий и содействовать правильному применению ими норм гражданского законодательства на практике.
Отдельный раздел дипломной работы посвящен некоторым проблемам бухгалтерского и налогового учета операций по уступке требований.
,
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ6
ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ УСТУПКИ ТРЕБОВАНИЯ8
1.1. Уступка требования как форма изменения договора8
1.2. История развития института уступки требования9
1.3. Правовая природа уступки требования11
1.4. Уступка требования и другие способы перемены лиц в обязательстве16
ГЛАВА 2. УСЛОВИЯ СОВЕРШЕНИЯ УСТУПКИ ТРЕБОВАНИЯ21
2.1. Пределы свободного усмотрения сторон при уступке требования21
2.2. Состав и объем передаваемых прав27
2.3. Возмездность уступки требования29
2.4. Ответственность кредитора, уступившего требование30
2.5. Особенности правового регулирования отдельных видов уступки требования.32
ГЛАВА 3. СПОРНЫЕ ВОПРОСЫ УСТУПКИ ТРЕБОВАНИЯ В СВЕТЕ СУДЕБНО-АРБИТРАЖНОЙ ПРАКТИКИ40
ГЛАВА 4. НАЛОГОВЫЙ УЧЕТ УСТУПКИ ПРАВА ТРЕБОВАНИЯ51
ЗАКЛЮЧЕНИЕ61
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫError! Bookmark not defined.
ВВЕДЕНИЕ
Противоречивость и непоследовательность проводимых в 1990-х гг. структурных преобразований экономической, политической и правовой систем российского общества, явившиеся результатом сочетания, с одной стороны, попыток придать нашему обществу цивилизованные очертания, а с другой - стремления не допустить реформ вовсе как противоречащих российской самобытности, привели к глубочайшему экономическому спаду и породили такой феномен, как глобальные неплатежи.
Среди правовых способов нейтрализовать губительное влияние неплатежей наряду с проведением зачетов, расчетами векселями и другими суррогатами платежных средств на одно из ведущих мест быстро выдвинулась деятельность по взысканию долгов. В той мере, в какой эта деятельность выступает легально, она облекается, как правило, в форму соглашений об уступке требования тех долгов, которые кредиторы не в состоянии получить самостоятельно.
Попытки прибегнуть в предыдущие годы к другим правовым формам взыскания долгов (чаще всего это были договоры поручения, комиссии, агентирования) оказались в основном неудачными. Таким образом, функции уступки требования в большой мере оказались невосполнимыми с помощью иных форм расчетов. Поэтому в настоящее время роль и значение этого института в механизме гражданско-правового регулирования неизмеримо возросли.
Это диктуется также объективными процессами, происходящими в нашем обществе: самим развитием предпринимательства в Российской Федерации, усложнением хозяйственной практики. С развитием предпринимательских отношений становится особенно насущной потребность в том, чтобы права, подобно другим имущественным объектам, могли передаваться от одного лица к другому. В этом мы приближаемся ко всем развитым правопорядкам. Как справедливо отмечают К.Цвайгерт и Х.Кетц, в странах, где высокоразвитое денежное и кредитное обращение стало плотью и кровью народного хозяйства, основным элементом его эффективного функционирования, уступка прав требования кажется чем-то само собой разумеющимся1.
Однако, несмотря на то, что большие масштабы применения института уступки требования предполагают развернутое и детальное правовое регулирование складывающихся правоотношений, соответствующие правовые механизмы на настоящий момент, к сожалению, вряд ли можно считать достаточно разработанным и адекватным социально-экономическим потребностям. Это объясняется тем, что расширение применения этого института в предпринимательской практике и возникающие при этом гражданско-правовые споры привели к неоднозначному толкованию норм российского законодательства, регулирующих отношения, связанные с уступкой требования. В настоящее время имеется очень разнообразная судебная практика по этому вопросу, которая, являясь ориентиром в правоприменении, нуждается в серьезном анализе.
Именно учитывая актуальность и значимость для успешного функционирования и дальнейшего развития экономики России, а также широкое распространение в повседневной жизни таких гражданско-правовых отношений, как отношения уступки требования, мною для анализа в настоящей дипломной работе был выбран этот раздел гражданского права.
Целью дипломной работы является всестороннее освещение института уступки требования в соответствии с его трактовкой в действующем законодательстве Российской Федерации и отечественной юридической литературе, оценка состояния правового регулирования уступки требования, выявление возможностей и путей его использования, а также формулировка рекомендаций по его совершенствованию. При этом рассмотрение материала по большинству вопросов проведено с позиций анализа сложившейся судебно-арбитражной практики.
Задачами, поставленными при написании настоящей дипломной работы, являются:
- характеристика исторического развития института уступки требования, начиная с вопросов его происхождения в римском праве;
- выявление правовой сущности и содержания уступки требования;
- исследование соотношения уступки требования и других видов перемены лиц в обязательстве;
- определение условий совершения уступки требования на основе анализа норм, содержащихся в российском законодательстве;
- критический анализ требований судебных инстанций к условиям действительности уступки требования;
- анализ специфики отдельных форм уступки требования (финансирования под уступку денежного требования, перехода прав, удостоверенных ценными бумагами, в том числе индоссамента, и др.);
- составление практических рекомендаций по оформлению соглашений об уступке требования;
- определение путей совершенствования законодательства, регулирующего институт уступки требования.
При подготовке дипломной работы были использованы работы известных цивилистов Шершеневича Г.Ф., Брагинского М.И., Витрянского В.В., Суханова Е.А., Дозорцева В.А., Сергеева А.П., Толстого Ю.К. и многих других, учтен личный опыт, приобретенный в ходе практической деятельности, а также содержатся выводы, которые могут иметь определенное значение для работы российских предприятий и содействовать правильному применению ими норм гражданского законодательства на практике.
ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ УСТУПКИ ТРЕБОВАНИЯ
1.1. Уступка требования как форма изменения договора
Гражданское законодательство предусматривает возможность изменения действующего договора (обязательства). При этом может иметь место изменение двух видов: внутреннее и внешнее. Если меняется какое-либо из условий договора при сохранении его сторон, то можно говорить о внутреннем изменении в рамках первоначального договорного правоотношения. В действующем ГК РФ порядок и условия такого изменения регламентированы главой 29.
Столь же традиционной является прямо противоположная ситуация, когда договор (обязательство) сохраняется в первоначальном виде, но меняются его стороны. Это означает, что происходит лишь внешнее изменение договора (обязательства). По поводу указанных, принципиально отличных одно от другого изменений О.С. Иоффе отмечал: "При изменении субъектов сохраняется тот же вид обязательства, но между другими лицами, тогда как при замене одного обязательства другим между теми же самыми субъектами прежний вид обязательственных связей исчезает, а новый появляется. Поэтому в первом случае речь должна идти об изменении и только во втором - о прекращении обязательства"2.
Рисунок 1. Уступка требования как форма перемены лиц в обязательстве
В основе внешнего изменения договора (обязательства) лежат правоизменяющие юридические факты3. Правоизменяющие факты, как подчеркивалось в литературе, следует отличать "от фактов, приводящих к полному или частичному прекращению обязательств. Основное их отличие состоит в том, что при изменении обязательства сохраняется юридическая сущность прежнего правоотношения, хотя и произошло изменение его субъектного состава"4. Если происшедшие изменения не имеют своим последствием замену одного обязательства другим, налицо изменение, а не прекращение обязательства.
Внешнее изменение обязательств опирается на одну из двух конструкций: переход прав кредитора к другому лицу, и перевод должником своего долга на другое лицо. В силу п.1 ст.382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Таким образом, признается два основания перехода права (требования):
1) по сделке (уступка требования или цессия5; цессию называют также "перенесением обязательств"6, модификацией или трансформацией обязательств);
2) на основании закона7.
Необходимо подчеркнуть, что настоящая работа посвящена в своей основе проблемным вопросам уступки требования и не затрагивает вопросов перехода прав в силу закона, с чем также возникает много проблем.
1.2. История развития института уступки требования
Институт уступки требования давно известен науке гражданского права. Его корни покоятся еще в римском праве8. Поначалу римское право в регулировании обязательственных правоотношений исходило из принципа непередаваемости обязательственного права. Римские юристы, считавшие именно личную связь сторон существом обязательства, придерживались мнения, что поскольку в гражданско-правовом обязательстве как относительном правоотношении права и обязанности возникают между четко определенными субъектами, то оно носит сугубо личный характер. Соответственно римское обязательство было на ранних стадиях строго личным взаимоотношением кредитора и должника9. Поэтому изменение его субъектного состава с необходимостью влекло прекращение одного обязательства и возникновение другого (новацию).
Чисто личный характер римского обязательства, его неподвижность10 вызывали большие практические неудобства, поскольку субъект уступки требования мог иметь надобность воспользоваться стоимостью этого права. Такая необходимость стала более ощутимой по мере развития торговли и кредита11 и привела к тому, что обязательство "вступило" на путь циркуляции и само сделалось объектом оборота. Этот процесс начал постепенно проникать в римское обязательственное и - в первую очередь - в наследственное право, что не случайно, ибо подвижность права требования зародилась именно в наследственных правоотношениях12.
Возникновение самого термина "цессия" в римском праве тесно связано с применением данного способа перемены лиц в обязательстве при продаже наследственной массы. Вначале продажа наследственной массы оформлялась по способу in iure cessio - этот способ перенесения права собственности представлял собой мнимый судебный процесс (судебный процесс о собственности был приспособлен для цели перенесения права собственности: приобретатель требовал вещь, которую он приобретал, утверждая, что она принадлежит ему, отчуждатель не защищался или признавал право истца; претор, перед которым осуществлялась эта процедура, в производстве in iure констатировал право истца и выдавал акт, подтверждающий волю сторон). Покупателем наследственной массы назывался еще в классическую эпоху (III в. до н.э.) is cui cessit heres - тот, в пользу кого наследник совершал in iure cessio. В данном случае наследником становится тот, кому наследство было in iure цедировано. Таким образом, самый термин "цессия" является пережитком эпохи "in iure cessio". Имеются веские основания считать, что самая идея о переносе права (ius transferre), в особенности в отношении долговых требований, зародилась именно при продаже наследства как экономически наиболее яркого случая мобилизации обязательственного требования, и лишь впоследствии термин был распространен на все остальные случаи перемены кредитора по сделке.
Таким образом, история развития римского обязательственного права неразрывно связана с облегчением, упрощением уступки права. Как указывает И.А. Покровский, право допускает переуступку требований и направляет свое внимание на то, чтобы создать более легкие формы для их циркуляции. "Постепенно работая в этом направлении, оно в конце концов дошло до признания обязательств на предъявителя. Отвлечение от личного элемента достигает в этих обязательствах своего кульминационного пункта: должник не знает своего кредитора и не интересуется его узнать. Обязательство стало просто ценной бумагой, воплощением некоторой денежной ценности, гарантированной определенным имуществом"13.
Таким образом, с развитием экономических отношений права и обязанности уже не связывались так прочно с личностью участников обязательства. Право требования, в частности, стало считаться одним из элементов имущества, которое может перейти к другому лицу.
С современной точки зрения, сущность обязательства заключается не в личной связи, а в имущественном интересе его участников, поэтому изменение субъектного состава - не только допустимое, но и весьма распространенное явление (правда, в англо-американской системе права до сих пор замена должника возможна только путем новации). Передаваемость прав и обязанностей стала характерной чертой обязательств в современном праве14.
В разные периоды развития права в России напряженность, интенсивность правового регулирования отношений, связанных с уступкой требования была неодинаковой15.
До 1917 г. влияние классического римского права на российское законодательство16 было настолько сильным, что последнее не признавало в виде общего положения передаваемости обязательств, а указывало только на отдельные случаи. Так, в отдельных нормах допускался переход прав к другому лицу по заемному письму, маклерским торговым запискам на продажу товаров, коносаментам, накладным при железнодорожных перевозках, закладным свидетельствам при продаже в товарных складах, векселям. В целом уровень правовой проработки уступки прав была низким. Вследствие отсутствия общих положений о передаваемости прав по обязательствам отсутствовали также и указания на содержание, условия, форму уступки требования. Форма передачи прав указывалась только относительно каждого вида обязательственных отношений.17
Советское гражданское право в данном вопросе сделало значительный шаг вперед. Гражданский кодекс 1922 г.18 содержал три статьи (ст.ст.124, 125 и 128), посвященные уступке требования. Несмотря на то, что легальное определение уступки в кодексе отсутствовало, Гражданский кодекс 1922 г. допускал широкое применение этого института. В соответствии со ст.124 уступка требования кредитором другому лицу не допускалась только в случае, если противоречила закону или поскольку требование было связано с личностью кредитора.
Гражданский кодекс 1964 г. еще более детально подошел к регулированию уступки требования. В нем перемене лиц в обязательстве была посвящена уже отдельная 19-я глава "Уступка требования и перевод долга". В период его действия господствующая точка зрения19 признавала правовым основанием уступки требования особую (специальную) сделку: "соглашение об уступке требования". Признание указанного особого вида сделок (договоров) было связано с тем, что в отличие от Гражданского кодекса 1922 г., исходившего из того, что договор купли-продажи может иметь в качестве предмета не только вещи, но и права, Гражданский кодекс 1964 г. аналогичную норму в одноименную главу не включил. При этом содержание главы о купле-продаже в этом Кодексе позволяло сделать вывод, что договор купли-продажи не охватывает реализацию прав. Например, в последнем по времени учебнике из числа изданных до принятия нового Гражданского кодекса под предметом купли-продажи понимались исключительно "движимые" и "недвижимые" вещи20.
Поскольку развернутый гражданский оборот предполагает более широкое использование института перехода прав кредитора в обязательстве, то, Отвечая этим потребностям, новый Гражданский кодекс в Главе 24 "Перемена лиц в обязательстве" (ст.ст.382-390), значительно развил регулирование этого института. Действующий Гражданский кодекс вернулся к позиции Гражданского кодекса 1922 г. Теперь в нем прямо указано на то, что положения о купле-продаже применяются к движению имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав (п.4 ст.454 ГК РФ).
1.3. Правовая природа уступки требования
Несмотря на указанные новеллы Гражданского кодекса 1994 г., правовая природа уступки требования и в настоящее время не имеет единообразного понимания в современном российском правопорядке. Известные компаративисты К.Цвайгерт и Х.Кетц, анализируя ряд правопорядков, в частности германский, показывают, что их особенностью является признание уступки абстрактной распорядительной сделкой. Она понимается как полностью независимая от основной сделки (к примеру, договора купли-продажи и т.д.), соответственно недостатки основной сделки не затрагивают цессию, которая конструируется как отдельная от основной сделки в исполнении обязательств21.
Такую же мысль можно встретить и у Г.Ф. Шершеневича, который указывал, что акт передачи, называемой цессией, отличен от сделки, служащей ему основанием, "хотя чаще всего оба акта сливаются, по-видимому, в одно, но по существу они также отличны, как передача материальных вещей и лежащий в основе его договор"22.
В современной российской теории ценных бумаг однозначный взгляд на цессию, как на абстрактную сделку, высказывает Д.В.Мурзин, который отмечает, что "в цессии главное - уведомление должника; возмездность или безвозмездность и все другие основания к существу цессии не относятся, почему она и выступает абстрактной сделкой"23.
Российское цессионное право не придерживается четкой концепции относительно правового режима цессии. Имеются значительные споры относительно соотношения уступки требования и договоров второй части ГК РФ (купли-продажи, мены, дарения и т.п.). Ст.382 ГК РФ лаконично указывает, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Однако какой характер носит эта сделка и идет ли речь о сделке по уступке требования или о сделке, служащей основанием для уступки - неясно. Таким образом, проблема заключается в том, чтобы определить: цессия - это особый гражданско-правовой договор, наряду с куплей-продажей, подрядом и так далее, или это некая абстракция формы для различных гражданско-правовых договоров. Этот вопрос являлся дискуссионным и в дореволюционной литературе, он остается дискуссионным и сейчас.
Определенные основания имеет модель перехода прав, представление о которой можно составить исходя из отдельных высказываний И.Б.Новицкого. Так, в частности, применительно к перемене лиц в обязательстве он писал о "продаже прав", о "распространении на уступку прав норм о купле-продаже", о том, что "ответственность лица, уступившего право, конечно, не одинакова в зависимости от того, возмездная или безвозмездная была в данном случае уступка" 24. Соответствующие положения в конечном счете могли служить основанием для вывода: движение имущественных прав происходит в рамках соответствующих гражданско-правовых договоров, имеющих своим предметом имущество. Доводом в пользу справедливости этой модели служит тот факт, что чаще всего цессия происходит на основании договора купли-продажи25. К такого рода отношениям действует содержащееся в п.4 ст.454 ГК РФ указание на то, что нормы кодекса о купле-продаже "применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав". ГК РФ в вопросе об основаниях уступки требования вернулся к позиции Гражданского кодекса 1922 г. Этот кодекс применительно к предмету купли-продажи использовал в одноименной главе всюду термин "имущество". Это позволило ему распространить большинство норм о купле-продаже на случай реализации любого предмета, имея в виду, что имущество в широком смысле - это вещи, права и обязанности. Например, в Гражданском кодексе 1922 г была глава, специально посвященная купле-продаже прав26. Гражданский кодекс 1964 г., напротив, использовал термин "имущество" только в определении договора купли-продажи, в остальных же случаях речь в нем шла только о вещах. По этой причине объектом купли-продажи признавались, естественно, лишь вещи27. В соответствии же с новым Гражданским кодексом (в отличие от Гражданского кодекса 1964 г.) для цессии могут использоваться и другие традиционные гражданско-правовые договоры, опосредующие реализацию имущества, в частности, мена. Следует особо выделить договоры, для которых переход прав составляет специальный предмет. Один из них - договор финансирования под уступку денежного требования (Гл.43 ГК РФ) 28.
В настоящее время многие авторы склоняются к тому, что цессия - это не особый договор, а некоторая общая "шапка" для различных правоотношений. Такого мнения придерживается, например, М.И.Брагинский, который отрицает "самостоятельность договоров цессии"29. Он полагает, что "цессия выражается в передаче цедентом цессионарию30 определенного права в силу сделки или на основании закона. Тем самым в первом случае сама передача имеет основанием договор, связывающий цедента с цессионарием. Но этим договором является не цессия, как нередко полагают, а та сделка, на которую опирается переход, составляющий сущность цессии"31 (схожую мысль можно найти у Е.Годэмэ, который указывал, что цессия обязательственного права может наступить при исполнении продажи, но также и всякого другого договора об отчуждении, - мены, дарение и пр.)32.
В пользу такого вывода М.И.Брагинский приводит ряд соображений. Прежде всего, он отмечает, что глава о перемене лиц в обязательстве регулирует в основном отношения между должником и старым, а также новым кредиторами и в значительно меньшей степени отношения между сторонами в договоре, применительно к которому происходит переход прав (т.е. между старым и новым кредиторами). В этой связи, по его мнению, возникает потребность в использовании определенных, не связанных со спецификой вещей норм о купле-продаже - таких, например, которые определяют момент исполнения договора, устанавливают ответственность за различные нарушения, предусматривают порядок выполнения отдельных обязанностей сторонами и др., из чего он делает вывод, что без этих норм остается открытым характер юридической связи между цессионарием и цедентом.
Кроме довода о том, что цессия как бы "сидит"33 в другом договоре, Брагинский М.И. упоминает о "невозможности и индивидуализации таких договоров и нахождения им места в системе договоров". В качестве аргумента, по его мнению, достаточно указать на то, что договоры, о которых идет речь, могут быть иногда односторонними, иногда двусторонними, иногда возмездными, иногда безвозмездными, иногда реальными, иногда консенсуальными, иногда абстрактными, иногда казуальными, притом в различных комбинациях. Такое аморфное состояние исключает возможность выделения соответствующей договорной конструкции34. Им выдвигается "и более веский аргумент, имеющий практическое значение". Если, отмечает он, договор цессии - самостоятельный договор, отличный, в частности, от договора дарения, это дает возможность обойти запрет безвозмездной передачи прав, например между коммерческими организациями35. Стоит лишь назвать договор, по которому безвозмездно переходит право, "цессией", как отпадут основания для применения ст.575 и 576 ГК РФ. Применительно к продаже прав конструкция цессии снимает вопрос о связи перехода объекта прав с выполнением обязанностей лицом, которое передает право, и тем, кто это право принимает.
Суханов Е.А. придерживается мнения, что цессия - это не особый гражданско-правовой договор, а своего рода "шапка" для некоторых сделок. Если право уступается другому лицу безвозмездно, то есть, по существу, дарится возможность получить деньги, то эти отношения, по мнению Суханова Е.А. можно квалифицировать как разновидность дарения; в случае когда право уступается кому-то возмездно, то такую сделку можно признать куплей-продажей36.
Другого мнения на правовую природу уступки требования придерживается группа авторов (Н.Г.Валеева37, В.А.Белов38, М.В.Антокольская39 и др.), полагающая, что уступка права (требования) представляет собой договор. К примеру, Н.Г.Валеева пишет, что уступка права (требования) - это договор, по которому кредитор (цедент) передает свое право требования к должнику другому лицу (цессионарию). Это, по ее мнению, соглашение между первоначальным и новым кредитором, поэтому одностороннего заявления кредитора о том, что он передает свои права другому, недостаточно40. М.Чиркова указывает, что "уступка (цессия) - это сделка, по которой заемщик (цедент) уступает свое требование (дебиторскую задолженность) банку-кредитору в качестве обеспечения возврата кредита"41.
С позиций действующего законодательства более обоснованной мне представляется компромиссная позиция, высказанная О.Ломидзе, который полагает, что при заключении договора об уступке требования у праводателя (цедента) и будущего преемника (цессионария) есть выбор: ограничиться только лишь теми условиями, которые необходимы для уступки права, не касаясь вопроса о том, что лежит в основе уступки (иначе говоря, представить сделку абстрактной), либо показать, имеет ли место встречное предоставление, и если имеет, то какое. При втором варианте сделка, даже обозначенная, например, просто как "соглашение о цессии - уступке права требования", на поверку может представлять собой договор купли-продажи, дарения и т.д. То есть совокупность согласованных сторонами условий, необходимых в соответствии с законом для цессии, может существовать как автономно, так и вплетаться в структуру определенного гражданско-правового договора42. По его мнению, противопоставление абстрактного соглашения об уступке права требования и договора, определяющего встречное предоставление, некорректно, поскольку включение в договор соглашения о встречном предоставлении не меняет его юридической сущности как соглашения об уступке права требования. При этом на основании договора цессии возникает самостоятельное обязательство, отличное от обязательства, возникшего на основании договора между цедентом и должником.
Кратко прокомментирую высказанную О.Ломидзе точку зрения. В соответствии со ст.307 ГК РФ сущность обязательства состоит в выполнении должником в пользу кредитора действия или воздержания от определенного действия. В качестве примера подобного действия закон называет передачу имущества. В соответствии со ст.128 ГК РФ понятие имущества включает в себя и имущественные права. Таким образом, в качестве способа исполнения обязательства закон прямо называет передачу неимущественных прав, то есть уступку требования (глава 24 ГК РФ). Выделение законодателем в первой части ГК РФ отдельной главы, регламентирующей данный способ исполнения обязательства, обусловлено тем, что неимущественные права в отличие от других видов имущества (прежде всего вещей) не имеют материальной формы (за исключением случая с документарными ценными бумагами), что требует особого регулирования условий их перехода к другим лицам (в частности, порядка удостоверения факта их перехода).
Сказанное, пока полностью совпадает с позицией М.И.Брагинского и Е.А.Суханова. Справедливость тезиса о несамостоятельности уступки требования подтверждается тем, что, например, п.4 ст.454 ГК РФ содержит положение о применении норм, регулирующих куплю-продажу товаров (вещей) к продаже имущественных прав, а п.1 ст.572 ГК РФ - положение о применении норм дарения к безвозмездной передаче имущественного права (требования) к третьему лицу. Таким образом, в подавляющем большинстве случаев уступка требования основана на договоре, предусмотренном второй частью ГК РФ (в случае безвозмездной передачи - на договоре дарения, а в случае возмездной - на договоре купли-продажи или, если встречным исполнением является финансирование (кредитование), на договоре финансирования под уступку денежного требования).
Однако, ввиду того, что пп.1-3 ст.421 ГК РФ провозглашена свобода заключения договоров, стороны могут заключить договор не предусмотренный частью второй ГК РФ. В качестве примера можно назвать случай, когда стороны взаимно "обмениваются" правами требования к третьим лицам. Соответствующий договор не предусмотрен законом (нормы главы 31 ГК РФ "Мена" неприменимы в силу того, что в соответствии с п.1 ст.567 ГК РФ объектом договора мены являются только товары (вещи), а не имущественные права), поэтому стороны вправе разработать собственную конструкцию договора, основанную только на нормах главы 24 ГК РФ. В данном случае уступка требования будет представлять собой самостоятельный договор, что ставит под сомнение бесспорность позиции М.И.Брагинского и Е.А.Суханова, и в определенной степени подтверждает справедливость высказываний О.Ломидзе.
Резюмируя все вышесказанное, можно сделать следующий вывод: уступка требования в общем виде представляет собой способ исполнения обязательства; в ряде случаев, она основана на предусмотренной частью второй ГК РФ сделке (несамостоятельный характер уступки требования), а в ряде случаев она может представлять собой самостоятельный договор (абстрактный характер уступки требования), конструкция которого предусмотрена главой 24 ГК РФ.
1.4. Уступка требования и другие способы перемены лиц в обязательстве
1.4.1. Уступка требования и регресс
Для уяснения сущности уступки требования важное значение имеет определение ее соотношения с регрессом. Абз.2 п.1 ст.382 ГК РФ содержит специальную оговорку о том, что правила о переходе прав кредитора к другому лицу не применяются к регрессным требованиям.
Регрессное требование возникает из регрессных обязательств, т.е. таких обязательств в силу которых кредитор вправе требовать от должника передачи денежной суммы (или иного имущества), уплаченной (переданного) кредитором третьему лицу за (или по вине) должника43. Легальное определение регресса закреплено в п.1ст.147 и п.1 ст.1081 ГК РФ, которые говорят о регрессе как о праве обратного требования. Смысл регрессного требования заключается в том, что оно предполагает наличие трех сторон и не менее двух правоотношений: Одна сторона, в силу обязательства другой стороны перед третьей, выплачивает третьей стороне деньги или передает другое имущество вследствие этого вправе требовать от второй стороны возмещения уплаченного.
Проблемы использования в праве регрессных обязательств были исследованы в ряде монографических работ44. Автор одной из них, И.Б. Новицкий, пришел к следующему выводу: "Регрессным обязательством называется обязательство: а) являющееся следствием платежа одним лицом (кредитором по регрессному обязательству) другому лицу, хотя последовавшего юридически обоснованно, однако вызванного виной третьего лица (должника по регрессному обязательству) без вины со стороны первого; б) направленное к переложению уплаченной суммы на это третье лицо, по вине которого последовал платеж со стороны первого лица второму. Возможна и другая, редко встречающаяся разновидность регрессного обязательства, когда регрессное требование возникает на почве получения известной суммы одним лицом от другого, за счет третьего лица"45.
Необходимо отметить, что ни один из гражданских кодексов (это относится и к действующему Гражданскому кодексу) не содержит норм, посвященных регрессу как таковому. Вместе с тем в каждом из них о регрессе шла речь в специальных статьях, использовавших для этой цели термин "регресс" либо "обратное требование". Так, в ГК РФ регрессным именуется требование должника, исполнившего солидарную обязанность, к остальным должникам (п.2 ст.325 ГК РФ). Об обратном требовании поручителя, исполнившего основное должника, речь идет в п.1 ст.365 ГК РФ, однако сам термин не употребляется "регресс".
Прямо названы регрессными требования к принципалу о возмещении уплаченных бенефициару сумм (ст.379 ГК РФ), арендодателя к арендатору - о возмещении средств, выплаченных по его вине третьим лицам (ст.640 ГК РФ), обязанного по чеку лица, погасившего долг чекодержателю, к остальным обязанным лицам (п.3 ст.885 ГК РФ) и др.
Принципиальное различие регресса и уступки требования состоит уже в самом значении их для соответствующего права: регресс порождает право, а при цессии передается уже существующее право. Кроме того, от уступки требования регрессное требование отличается тем, что происходит не только замена кредитора, но и возникает новое обязательство с самостоятельными требованиями.
1.4.2. Уступка требования и перевод долга
Принципиальная особенность второго способа изменения договоров - перевода долга - вытекает из его названия. Если при цессии происходит замена кредитора в обязательстве, то при переводе долга заменяется фигура должника. Отсюда - предусмотренная законодателем особенность перевода долга, состоящая в необходимости получить во всех случаях согласие кредитора (п.1 ст.391 ГК РФ). Подобное ограничение сделано с учетом неоспоримой презумпции: от личности должника зависит возможность реального и надлежащего осуществления прав кредитора, входящих в состав договора обязательства. По указанной причине следует отметить сомнительность решения, содержащегося в п.3 ст.565 ГК РФ. Эта статья допускает применительно к продаже предприятия ситуацию, при которой возможен переход к покупателю долгов продавца перед третьими лицами без согласия покупателя, только в силу того, что покупатель знал о таких долгах во время заключения договора и передачи предприятия. Тем самым возникает коллизия как с п.1 ст.391 ГК РФ, так и со специальной нормой, которая устанавливает дополнительную гарантию кредитору на случай передачи долга должником при продаже принадлежащего последнему права.46.
Некоторые авторы считают, что характерной особенностью перевода долга является то, что в данном случае не требуется согласия первоначального должника, а значит, передача может совершаться и помимо его воли. Так, И.Б.Новицкий обратил внимание на необходимость разграничивать случаи, когда имущество одного лица принимается другим лицом (примером служит наследование), в связи с чем и долги, которые находились в составе этого имущества, переходят на новое лицо, а также ситуацию, при которой по договору о принятии на себя данным лицом долга другого лица происходит постановка на место одного должника другого. Суть различия состоит в том, что "при переходе имущества от одного лица к другому тот фонд, если можно так выразиться, из которого кредитору, на случай неисполнения обязательства, придется искать удовлетворения, не изменяется, вследствие чего можно признать, что действительно произошла смена должника, не влияющая на осуществление прав кредитора. Во втором случае возможность практического осуществления права кредитора изменяется, ибо за долг, который соответствует его праву, начинает отвечать уже не то имущество, которое отвечало до замены должника, а другое - имущество нового должника"47. В этой связи автором предлагалось заменить понятие "перевод долга" другим, более точным: "принятие на себя долга другого лица".
Думается, что данное предложение не совсем удачно. "Принятие..." - односторонний акт, в то время "перевод долга" имеет своим основанием двустороннюю сделку-договор, в силу которого одна сторона "передает", а другая "принимает". Не случайно ГК РФ сохранил конструкцию перевода долга.
Одновременные уступка требования и перевод долга
На практике может возникнуть потребность в одновременном переводе долга и переходе прав по одному и тому же договору. С наиболее простым вариантом такой ситуации приходится сталкиваться при комиссии. В соответствии со ст.986 ГК РФ комиссионер, действующий в интересах комитента (в чужом интересе), заключив договор с третьим лицом, переводит на комитента обязанности по этому договору, и одновременно с обязанностями к комитенту переходят также права по заключенному договору.
Более сложный, как правило, вариант связан с продажей предприятия, когда к покупателю переходит имущественный комплекс, который может включать наряду с вещами также права и обязанности48.
К складывающимся в подобных случаях отношениям применяются в одно и то же время нормы о переходе прав и о переводе долга. Это означает, в частности, необходимость получения согласия кредитора (в части перевода долга) и уведомления должника (в части уступки прав). Исключения из этих положений должны быть установлены в законе.
Так, при продаже предприятия в соответствии с п.1 ст.562 ГК РФ необходимо письменно поставить в известность тех, кто являются кредиторами в передаваемых обязательствах. В число предоставленных им гарантий входит, в частности, возможность (требовать признания продажи предприятия полностью или в соответствующей части недействительной. При этом молчание кредитора, уведомленного о предстоящей продаже предприятия, на протяжении трех месяцев рассматривается как согласие на такой переход. Аналогичная норма, направленная на защиту прав кредитора, содержится в главе об аренде предприятия (ст.657 ГК РФ).
Кроме комиссии и продажи предприятия возможна уступка прав и по любому другому договору, если иное не предусмотрено законом. Например, поставщик по договорам поставки с несколькими покупателями уступает свое место третьему лицу. В этом случае он должен не просто уведомить каждого из покупателей о перемене поставщика и переходе к новому поставщику права требовать оплаты поставленного товара, но и заручиться согласием покупателей на такую уступку, поскольку к новому поставщику переходят одновременно и обязанности, например, по замене некачественных товаров или по восполнению недопоставки.
ГК РФ облегчает возможность одновременной уступки прав и перевода долга тем, что целый ряд вопросов, в частности, о форме уступки прав и перевода долга, решается в нем одинаково.
1.4.3. Уступка требования и суброгация
Термин "суброгация" использован в двух статьях ГК РФ, при этом в обеих (ст.ст.387 и 956 ГК РФ) он связан со страхованием49 и означает переход прав страхователя к страховщику после выплаты страхового возмещения. В указанных статьях имеется в виду суброгация страховщику прав кредитора к должнику, который отвечает за наступление страхового случая. Однако в действительности суброгация имеет место и в некоторых других ситуациях. Самое широкое ее применение, хотя и без использования соответствующего термина, возможно в силу п.2 ст.313 ГК РФ: третье лицо, которое подвергается опасности утратить право на имущество должника (в качестве примера названы права аренды и залога) вследствие обращения кредитором взыскания на это имущество, может удовлетворить требования кредитора без согласия должника. Последствием этой ситуации и служит суброгация: к третьему лицу переходят права кредитора по обязательству.
В ГК РФ суброгация рассматривается как разновидность перехода прав кредитора к другому лицу на основании закона. Это выражается в том, что в ст.387 ГК РФ указана "суброгация страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая". Пункт 2 ст.313 ГК РФ, не давая квалификации ситуации, складывающейся при исполнении обязательства третьим лицом, называет в числе применяемых норм те, которые посвящены переходу прав (но не все: исключаются нормы, которые относятся к уступке требования).
Суброгация действительно совпадает во многом с переходом прав, поскольку при этом, как подчеркивал Р.Саватье, "сохраняются тот же должник, те же обеспечения, тот же характер обязательств, те же проценты"50. И все же представляется целесообразным разграничить указанные две конструкции. Анализ, проведенный Е.Годэмэ, привел его к выводу, что при всем сходстве цессии и суброгации есть основания для того, чтобы отделить одно от другого51. Представляется, что высказанные последним автором соображения укладываются в рамки ГК РФ.
Таким образом, основное различие между уступкой требования (цессией) и суброгацией заключается в основании: уступка требования основана на сделке, в то время как основанием суброгации являются закон и наступление указанных в нем обстоятельств.
Кроме того, отличительной чертой суброгации является характер интересов вступающего в обязательство лица: при цессии цессионарий стремится приобрести право, принадлежащее цеденту, а при суброгации - вывести должников из обязательства, при этом приобретение права представляет собой способ, к которому прибег его приобретатель. Нормы о переходе прав кредитора (ст.ст.382-390 ГК РФ) применяются в данном случае в порядке аналогии закона, а значит, при условии, если иное не предусмотрено в положениях, посвященных самой суброгации. В частности. речь идет о переходе всей полноты прав, кроме случаев, когда иное не предусмотрено в указанных нормах. Так, п.1 ст.956 ГК РФ допускает возможность указания в договоре между старым и новым кредитором на то, что соответствующие права вообще не переходят, а значит, допустимо включение в такой договор и условия о неполном переходе (см. о случаях, когда такой переход прав не может исключаться, п.1 ст.965).
ГЛАВА 2. УСЛОВИЯ СОВЕРШЕНИЯ УСТУПКИ ТРЕБОВАНИЯ
Как пишет М.И.Брагинский, при перемене лиц в обязательстве возникают три основных вопроса: "всегда ли она возможна, в каком порядке происходит и к каким последствиям приводит"52. В настоящей главе будут рассмотрены установленные законодательством условия действительности уступки требования.
П.1 ст.388 ГК РФ гласит, что уступка требования кредитором другому лицу допускается, поскольку она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Это означает, что любое право (требование) может быть передано без каких-либо ограничений, а исключение из этого правила может быть установлено законом или договором. Таким образом, можно сделать вывод, что пределы свободного усмотрения сторон в случае заключения ими соглашения об уступке требования могут быть установлены только договором, ГК РФ и принятыми в соответствии с ним и во исполнение его нормативными правовыми актами при условии соблюдения требований абз.2 п.2 ст.1 ГК РФ, в соответствии с которым гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства53.
2.1. Пределы свободного усмотрения сторон при уступке требования
Случаи запрета законом совершения уступки прав
Прямые запреты перехода прав в общем виде предусмотрены в ст.383 ГК РФ. В этой статье в качестве неотчуждаемых указаны все права, неразрывно связанные с личностью кредитора.
Ст.383 ГК РФ не определяет исчерпывающим образом круг прав, которые не могут переуступаться, приводя лишь их примерный перечень (требования об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью). Нормы, конкретизирующие ст.383 ГК РФ, содержатся в некоторых других статьях ГК РФ, а также в ряде законов.
Так, не могут передаваться личные неимущественные права и нематериальные блага, права, основанные на членстве в организациях (в соответствии со ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом).
В соответствии с абз.2 п.1 ст.382 ГК РФ, не допускается переход прав кредитора к другому лицу по регрессным требованиям.
В соответствии с п.3 ст.15 Закона "Об авторском праве и смежных правах"54 нельзя переуступить личные неимущественные права, возникшие из авторских договоров55.
Согласно ст.161 Устава автомобильного транспорта56, ст.404 Кодекса торгового мореплавания57 передача права на предъявление претензий и исков к транспортной организации возможна только во взаимоотношениях между грузоотправителем и грузополучателем и в некоторых других случаях (имеется переход прав кредитора к экспедитору и страховщику). Необходимо отметить, что традиционные ограничения передачи другим организациям и гражданам прав на предъявление исков к транспортным организациям, установленные в транспортных уставах и кодексах, вступивших в действие до принятия ГК РФ, с вступлением в силу ГК РФ должны считаться продолжающими действие только в рамках, установленных ст.4 Вводного закона, т.е. до принятия новых транспортных уставов и кодексов. Так, в принятом уже после принятия ГК РФ Воздушном кодексе58 ранее содержавшаяся в нем ст.109, запрещавшая передачу прав на предъявление претензии и иска, отсутствует, а значит, такая передача стала возможной. С другой стороны, ст.135 Транспортного устава железных дорог59 прямо указывает на то, что грузоотправитель, грузополучатель могут передать свои права на предъявление таких претензий и исков иным юридическим, физическим лицам только посредством надлежащего оформления договора поручения или доверенности, что фактически запрещает переход соответствующих прав в порядке, предусмотренном главой 24 ГК РФ.
Аналогичные запреты помещены в отдельных главах, посвященных общей собственности. Например, п.4 ст.250 ГК РФ запрещает передачу другому лицу права преимущественной покупки доли в общей собственности.
В соответствии со ст.829 ГК РФ, последующая уступка денежного требования финансовым агентом допускается только при наличии специальных указаний в договоре финансирования под уступку денежных требований. Такой же порядок установлен в отношении передачу принадлежащего бенефициару по банковской гарантии права требования к гаранту (ст.372 ГК РФ).
В п.3 ст.559 и п.2 ст.656 ГК РФ поименованы права, которые при отсутствии закона или иного правового акта не могут быть переданы вместе с остальным имуществом предприятия соответственно при продаже или сдаче в аренду предприятия: имеются в виду права, полученные на основании лицензии. Думается, что данное правило распространяется не только на случай отчуждения предприятия как имущественного комплекса, но и любой другой случай уступки требований лицу, не обладающему лицензией на осуществление соответствующего вида деятельности, если эти требования возникли их договора, заключенного в ходе осуществления деятельности, подлежащей лицензированию. Такая уступка может быть признана недействительной на основании несоответствия ее требованиям закона.
Еще одним примером недействительности уступки как несоответствующей требованиям закона является требование налогового законодательства о недопустимости нарушения очередности платежей, в том числе вследствие осуществления уступки требования. Данное требование часто используется и в формулировках арбитражных судов. Так, в Постановлении от 29 апреля 1997 г. № 131/9660 Президиум ВАС РФ указал: "Заключенный сторонами договор цессии направлен на приоритетное (перед бюджетом) получение банком средств, чем нарушено требование статьи 15 Закона "Об основах налоговой системы в Российской Федерации"61 о первоочередном исполнении поручений на перечисление налогов в бюджет. В соответствии со ст.168 ГК РФ такая сделка является ничтожной. Согласно п.2 ст.167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. Принимая во внимание, что совершенная сторонами сделка об уступке права требования является ничтожной, переход прав кредитора по этому требованию к другому лицу не состоялся, следовательно, банк неправомерно завладел полученными должника денежными средствами. Поэтому в порядке реституции они подлежат возврату на счет надлежащего кредитора".
В условиях действовавшего на момент вынесения данного Постановления законодательства позиция арбитражного суда со ссылкой на ст.167 ГК РФ являлась достаточно обоснованной. Несмотря на все изменения очередности, согласно ст.855 ГК РФ и постановлению Конституционного Суда РФ №21-П от 23 декабря 1997 г.62, налоговые платежи все равно должны проводиться ранее платежей по кредитным договорам. В соответствии с Письмом Государственной Налоговой Службы РФ от 8 мая 1998 г. №ВК-6-10/282@ "О расчетах через счета третьих лиц"63 "сделки организаций-недоимщиков, предусматривающие осуществление расчетов за реализованные товары (работы, услуги) через счета третьих лиц и нарушающие порядок расчетов, установленный для таких организаций пунктом 6 Указа Президента РФ от 18.08.96 №121264 "О мерах по повышению собираемости налогов и других обязательных платежей и упорядочению наличного и безналичного денежного обращения", являются ничтожными, как несоответствующие закону или иным правовым актам".
Однако необходимо отметить, что в свете частичной отмены Закона "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" и Указа Президента РФ №121265 (недоимщики теперь не обязаны все платежи производить через свой основной счет) мотивировка указанной позиции суда значительно ослабла. Учитывая, что перечень ограничений, приведенный в п.6 Указа №1212 является исчерпывающим, какие-либо иные сделки предприятий-недоимщиков, предусматривающие осуществление расчетов, помимо договоров комиссии, поручения и агентирования, не должны расцениваться как нарушения Указа №1212. К таким сделкам, в частности, может быть отнесена и уступка требования. Это подтверждается при анализе арбитражной практики, из которого следуют выводы о том, что:
- случаев признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным Указом Президента РФ №1212, на сегодняшний день не имеется;
- из содержания Указа №1212 следует, что ответственность за совершение денежных расчетов, минуя счет недоимщика несет сам недоимщик, а не его кредиторы;
- Указ №1212 регулирует денежное обращение и потому его действие не распространяется на случаи, когда уступка требования является способом исполнения другого договора, либо когда при уступке требования расчеты между сторонами проводятся путем зачета взаимных требований;
- имеющиеся прецеденты признания сделок предприятий-недоимщиков, предусматривающих осуществление расчетов, недействительными связаны исключительно с деятельностью банков по погашению задолженности по кредитам перед ними.
Кроме того, учитывая, что с 01 января 1998 г. вступил в действие Налоговый кодекс РФ66, ответственность за создание ситуации отсутствия денежных средств на счете налогоплательщика, плательщика сбора или налогового агента, в отношении которых в банке находится инкассовое поручение налогового органа, применяется только к кредитным организациям (ст.135 НК РФ).
В заключение необходимо отметить, что согласно постановлению Конституционного суда РФ от 23.12.97 все вышесказанное касается исключительно прямых недоимщиков при наличии инкассовых поручений налоговых органов, ибо в противном случае плательщик обладает достаточно широкими правами по самостоятельному определению очередности платежей.
Таким образом, можно сделать вывод о вероятном прекращении использования арбитражными судами данного основания признания сделок по уступке требования недействительными.
Случаи ограничения законом совершения уступки прав
В силу п.2 ст.388 ГК РФ, не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника67. Эта статья дополняет условия для запрета уступки требования, установленные в ст.383 ГК РФ. Однако, если в случаях, установленных ст.383 ГК РФ, уступка требования вообще не допускается, то здесь на нее нужно предварительно получить согласие должника. Вопрос о существенном значении личности кредитора для должника определяется в зависимости от конкретных взаимоотношений сторон в обязательстве (например, художник, которому заказан портрет ребенка, может не соглашаться рисовать другое лицо). Поэтому закон требует предварительно согласовать замену объекта с должником.
В специальных нормах нередко уточняется круг случаев, при которых может быть произведена уступка прав. Так, в ст.353 ГК РФ установлены ограничения уступки по договорам залога (в случае перехода права собственности на заложенное имущество или права хозяйственного ведения им от залогодателя к другому лицу в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этого имущества право залога сохраняет силу). Кроме того, в абз.2 ст.355 ГК РФ содержится правило, согласно которому уступка залогодержателем своих прав по договору о залоге другому лицу действительна только в том случае, если тому же лицу уступлены права требования к должнику по основному обязательству, обеспеченному залогом.
Другое ограничение уступки содержится в п.2 ст.589 ГК РФ: право по договору постоянной ренты может быть переуступлено ее получателем только гражданам и некоммерческим организациям (применительно к последним - если это не противоречит закону и соответствует целям их деятельности).
В силу п.2 ст.631 ГК РФ исключается передача арендатором своих прав (а равно и обязанностей) субарендатору по договору проката имущества.
Ограничения уступки могут быть установлены не только правовым актом, но и договором. Так, согласно п.2 ст.382 ГК РФ для перехода прав кредитора к другому лицу согласия должника не требуется, если иное не оговорено в соглашении сторон. Таким образом, если иное не предусмотрено в законе, никто не может запретить сторонам включить в связывающий их договор условие, по которому кредитор будет лишен возможности уступить права требования третьему лицу. В случаях, когда такого условия в договоре нет, контрагент, который выступает в роли кредитора, может передать свои права, не спрашивая согласия должника.
Наряду с указанными запретами и ограничениями уступки прав закон в ряде случаев содержит прямо противоположные нормы, которые исключают возможность включения в договор условий, не допускающих передачи прав другим лицам. Так, признается действительной уступка финансовому агенту денежного требования, несмотря на то, что между сторонами существует соглашение, которое запрещает или ограничивает такую уступку (п.1 ст.828 ГК РФ). Этот последний "запрет запрета" относится только к денежным обязательствам. Аналогичным образом, при неисполнении третьим лицом обязательства перед комиссионером уступка прав по такому договору комитенту допускается даже и тогда, когда в самом договоре соответствующая уступка ограничена или запрещена (п.3 ст.993 ГК РФ). Форма уступки требования
В ст.389 ГК РФ перечислены определенные требования к форме перехода прав. Они состоят в необходимости облечь такой переход в простую письменную или соответственно нотариальную форму, если только сделка, на которой переход основан, также должна была совершаться в соответствующей форме. Кроме того, в случаях, когда иное не предусмотрено в законе, может оказаться необходимой и государственная регистрация уступки требования в порядке, который установлен для регистрации породившего ее договора.
Для формы передачи прав обязательны и другие требования, предъявляемые к сделке. Например, при совершении сделок между юридическими лицами либо юридическими лицами и гражданами, их форма должна быть простой письменной (ст.ст.160 и 161 ГК РФ). При этом в силу ст.434 ГК РФ письменная сделка может быть заключена, в частности, путем обмена документами. Для договоров купли-продажи жилого помещения, коммерческой концессии необходима, помимо письменной формы, соответствующая регистрация (п.2 ст.558 и ст.1028 ГК РФ). Для залога прав на недвижимость - письменная форма, нотариальное удостоверение и государственная регистрация (ст.339 ГК РФ). Таким образом, в указанных случаях соглашение об уступке требования должно быть оформлено таким же образом, что и первоначальное обязательство.
Особо выделенные законодательством требования, относящиеся к переходу прав, удостоверенных ценными бумагами, будут рассмотрены ниже.
Уведомление должника о переходе прав кредитора
Как уже отмечалось, в силу п.2 ст.382 ГК РФ, если иное не оговорено в соглашении сторон, для перехода прав кредитора к другому лицу согласия должника не требуется. Предполагается, что должнику безразлично, кому произвести исполнение. Однако ничего не подозревающий добросовестный должник скорее всего исполнит обязательство прежнему кредитору. Для того, чтобы не лишать цессию практического значения, в п.3 ст.382 ГК РФ поставлено условие об обязательном уведомлении должника о происшедшем изменении кредитора, причем в письменной форме. Правда, не называется, на кого именно из кредиторов возлагается эта обязанность. Думается, сообщение может быть сделано как новым, так и прежним кредитором (в соответствии с соглашением, достигнутым между ними).
Если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, должник вправе исполнить обязательство прежнему кредитору и не отвечает за неисполнение обязательства цессионарием, в то время как последний несет риск вызванных этим неблагоприятных последствий (п.3 ст.382 ГК РФ). Следовательно, поскольку в уведомлении должника заинтересован именно новый кредитор, то письменно уведомить должника, по всей видимости, должен именно он.
В соответствии со ст.385 ГК РФ должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до представления ему доказательств перехода требования к этому лицу. Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы (доказательства), удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования. В противном случае должник вправе ссылаться на просрочку нового кредитора или исполнить обязательство прежнему.
В статье не определен круг доказательств уступки требованиям. Ими может быть договор, отгрузочные документы, платежные документы, решение суда, передаточный акт, разделительный баланс при реорганизации юридического лица, свидетельство о наследовании и др. документы. Передаваться должны именно оригиналы правоустанавливающих документов, поскольку обладание только копиями документов лишает нового кредитора возможности защитить свои права. Во-первых, отсутствие оригиналов документов не позволит требовать исполнения обязательства и взыскания убытков в судебном порядке (через арбитражный суд), а во-вторых, первоначальный кредитор может злоупотребить своим правом, заключив второй договор уступки требования и передав оригиналы документов другому лицу. В случае сомнений должник вправе потребовать проверки их достоверности. Передача документов означает переход прав к другому лицу, при этом никакие исправления и изменения, связанные с заменой стороны в обязательстве, в договор между должником и первоначальным кредитором не вносятся, поскольку уступка требования оформляет замену стороны в обязательстве, но не стороны в договоре.
При цессии прав, возникающих из договора, контрагент (должник), в свою очередь, может требовать предоставления новой стороной-кредитором доказательств перехода к ней прав (п.1 ст.385 ГК РФ). До представления таких данных должник может не исполнять обязательства, не рискуя при этом впасть в просрочку (п.2 ст.385 ГК РФ). Более того, соответствующая ситуация должна рассматриваться как просрочка кредитора, влекущая последствия по ст.406 ГК РФ (возмещение причиненных убытков).
В ряде случаев для уступки прав законом установлены специальные правила. Так, например, ст. 161 Устава автомобильного транспорта РСФСР содержит требование о том, что передача права на предъявление претензий и исков к транспортной организации должна удостоверяться специальной переуступочной надписью на документе.
Ст. 146 ГК РФ регламентирует порядок осуществления передачи прав по ценным бумагам, особенности которого будут рассмотрены ниже в специальном разделе.
2.2. Состав и объем передаваемых прав
По словам М.И.Брагинского, "согласно общепринятому взгляду, уступка права требования означает только замену кредитора в обязательстве, никаких изменений в объеме прав и обязанностей сторон при уступке права не происходит"68. Таким образом, изменяется только субъектный состав обязательства, а его содержание остается прежним.
Этот принцип был, собственно, закреплен еще римским правом. Согласно его положениям "покупатель должен иметь не больше и не меньше прав, чем имел бы наследник", т.е. цедируемое право переходило со всеми обеспечениями и преимуществами, с возражениями, которые можно было бы противопоставить цеденту. Согласно 46-й книге комментария римского юриста Ульпиана, "никто не может перенести больше прав на другого, чем он имел бы сам"69. Такой принцип уступки права можно найти и в правопорядках других государств70.
Согласно ст.384 ГК РФ, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода прав, если иное не предусмотрено законом или договором. Соответственно, в состав передаваемых прав входят дополнительно существовавшие к моменту передачи субсидиарные права, выражающие определенные способы обеспечения обязательств, а также и права на неуплаченные проценты (этот принцип вполне распространим и на плоды, доходы, возмещение издержек 71).
Для уступки права требования кредитор должен этим требованием обладать. По конкретному делу, рассмотренному в порядке надзора Президиумом ВАС РФ, было установлено, что отделение Екатеринбургского банка переуступило обществу с ограниченной ответственностью права требования по кредитному договору. Однако эти же требования раньше были переданы "Средуралбанку". Поскольку кредитор на момент передачи обществу этими требованиями не обладал, сделка об уступке требования была признана ничтожной в силу ст. 168 ГК72.
Одним из вопросов, возникающих при детальном рассмотрении 24 главы ГК РФ, является возможность перехода к другому лицу прав: во-первых, недостаточно определенных и, во-вторых, несозревших, в частности таких, по которым не наступил срок требования.
В свое время И.Б.Новицкий давал для обеих ситуаций одинаково положительный ответ: "Право требования, поставленное в зависимость от срока, условия и вообще неокончательно выяснившееся, передать можно: положение нового субъекта права в этих случаях будет такое же неопределенное, как было и у первоначального кредитора; право нового кредитора получит полную определенность только тогда, когда вопрос об условии и прочем разрешится"73.
Другой точки зрения придерживается М.И.Брагинский, по мнению которого ст.384 ГК РФ позволяет сделать вывод о следующем ограничении передаваемых прав: "нельзя передать другому право, которое возникнет в будущем, поскольку объем передаваемых прав, как следует из указанной статьи, определяется на момент передачи"74. Из сказанного, например, вытекает то, что нельзя передать право, которое уже не принадлежит кредитору. В частности, это было признано арбитражным судом в деле, в котором установлено, что соответствующее право к моменту, когда его следовало передать, перешло к третьему лицу75.
Однако более обоснованной мне представляется следующая позиция. Следует различить две ситуации. Одна из них относится к "созреванию права". Несозревшее право действительно можно передать, и тот, кто его получит, будет обладать правом в том же объеме, в каком его имел прежний носитель. Об одном из таких случаев идет речь в п.2 ст.826 ГК РФ, который признает будущее денежное требование перешедшим к финансовому агенту после того, как возникло соответствующее право, а если денежное требование обусловлено наступлением определенного события, то и право возникает у цессионария в момент, когда указанное событие в действительности наступит.
Иное дело - неопределенность права. Если право не является ни определенным, ни определимым, очевидно, есть основания считать договор, на основе которого должна происходить цессия, лишенным условия о предмете, признаваемом для всех договоров существенным, а потому недействительным. Так, Президиум ВАС РФ в своем Постановлении от 29 декабря 1998 г. №1676/98 сославшись на то, что "в спорном договоре отсутствует предмет договора (как его существенное условие), не определено конкретное требование, передающееся новому кредитору", признал уступку права недействительной.76
2.3. Возмездность уступки требования
Как уже отмечалось выше, большинство исследователей, работавших над данной проблемой, указывают на то, что передача требования не может производиться под условиями, предусматривающими какую-либо возможность сохранения любых правомочий прежнего кредитора в отношении переданных прав. Но это означает, что прежний кредитор полностью и навсегда утрачивает переданное право. Следовательно, передача права может сопровождаться компенсацией прежнему кредитору утраченного права в той или иной форме - прямой выплатой, зачетом имеющихся требований и т.д. Однако сами эти основания передачи права в гл. 24 ГК не упоминаются и уступка требования не ставится в зависимость от наличия или отсутствия такого основания, что вполне естественно, т.к. для должника уступка требования имеет силу независимо от характера отношений между прежним и новым кредитором.
Однако, возможность возмездности уступки права требования долгое время оспаривалась арбитражными судами. Так, в 1997 г. решением по одному из дел арбитражный суд Челябинской области отказал в иске, сославшись на то, что права (требования), принадлежащие первоначальному кредитору, переданы новому кредитору по сделке купли-продажи, что, по мнению суда, противоречило правовой природе цессии.
В настоящее время Президиум ВАС РФ встал на позицию правомерности возмездной цессии. В Постановлении от 29 декабря 1998 г. №1676/9877 Президиум указал на то, что "законодатель, регламентируя возможность передачи прав (требования) по сделке, не определил вида договора, по которому эта передача происходит. Поэтому договор купли-продажи может служить основанием передачи прав (требований). В этом случае имеет место возмездная цессия. Следовательно, передача права (требования) по договору продажи не противоречит ст.386 ГК РФ и в целом параграфу 1 главы 24 ГК РФ. Кроме того, п.4 ст.454 ГК РФ предусмотрено, что общие положения о купле-продаже применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав. Поэтому вывод, содержащийся в оспариваемых судебных актах в части признания продажи права (требования), противоречащим правовой природе параграфа 1 главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ошибочным".
В проекте информационного письма ВАС РФ от 4 мая 1997 г. установление того факта, не является ли уступка права требования фактически дарением (ст.ст.572-582 ГК РФ), указано как единственная причина, на которую должны обращать внимание арбитражные суды, проверяя "адекватность" погашаемого встречного обязательства.
Следовательно, физические и юридические лица могут получать долги третьих лиц на возмездной основе (покупать их, получать при взаимозачете или даже обмениваться имущественными правами) или получать их безвозмездно. В некоторых случаях это будут конкретные виды сделок, не только не запрещенных законом, но даже им и предусмотренных. При данном подходе ограничения, предусмотренные ГК РФ (например, содержащийся в ст.575 ГК РФ запрет дарения в отношениях между коммерческими организациями78), действуют в полном объеме.
2.4. Ответственность кредитора, уступившего требование
Гражданским кодексом установлены пределы ответственности прежнего кредитора перед тем, кто его сменяет: первоначальный кредитор, уступивший требование, отвечает перед новым кредитором за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, кроме случая, когда первоначальный кредитор принял на себя поручительство за должника перед новым кредитором (ст.390 ГК РФ). Примером последнего может служить делькредере - ручательство комиссионера за исполнение сделки третьим лицом (п.1 ст.993 ГК РФ).
Однако цедент остается ответственным перед цессионарием за недействительность переданного ему требования (за то, что его юридически не существует). Так, он будет отвечать, если сделка, по которой передаются права, будет признана недействительной (цессионарий в соответствии со ст. 15 ГК вправе требовать возмещения причиненных ему убытков).
Например, по одному из дел Президиум ВАС РФ указал, что уступка требования, совершенная в части истребования банковского депозита, недействительна, поскольку прежний кредитор в силу ограничения его правоспособности исключительно инвестиционными сделками, не имел права совершать депозитные договоры, а значит, и уступка требования по такому (ничтожному) договору не имеет силы79. Таким образом, недействительность основного обязательства влечет за собой и недействительность уступки требования по нему. Данное положение доказывает акцессорный характер, подобный обеспечительным обязательствам, что позволяет сделать вывод: правоотношения по уступке требования не могут каким-либо образом влиять на действительность основного обязательства. И, напротив, недействительность основного обязательства ведет к недействительности уступки требования по нему.
Необходимо отметить, что здесь обнаруживается достаточно существенная проблема. Как отмечалось, по общему правилу, прежний кредитор несет полную ответственность за действительность (но не за неисполнение) переданного требования. Значит, если право оказалось в конечном счете недействительным, новый кредитор вправе взыскать убытки с прежнего. Однако не всегда это входит в интересы нового кредитора, а в ряде случаев это и невозможно, например, при несостоятельности прежнего кредитора. В то же время требования из недействительной сделки (возврат сторон в первоначальное положение, взыскание неосновательного обогащения и др.) не могут быть переданы одновременно с правом ни прямо, ни в подразумеваемой форме, ибо в этом случае возникает ситуация очевидного противоречия: вместе с требованием, которое по определению действительно, передается и право, основанное на недействительности сделки. В качестве варианта решения можно лишь рекомендовать последующую цессию прав из недействительности сделки.
Особые правила установлены для уступки требования по ордерной ценной бумаге. Если уступка требования - это соглашение двух управомоченных (в прошлом и будущем) лиц, то индоссамент - односторонний акт владельца ордерной ценной бумаги. Различия имеются и в круге возражений должника. В случае цессии он может выдвигать против нового кредитора и те, что имел против прежнего, а при индоссаменте должник (лицо, обязанное произвести платеж), не может противопоставить предъявителю ордерной ценной бумаги возражения, которые он имел к кому-либо из надписателей. При уступке требования цедент отвечает только за действительность переданного требования, то лицо, совершившее на этой бумаге передаточную надпись - индоссамент, отвечает не только за действительность указанного в ней права, но и за его осуществление (ст.ст. 146, 147 ГК). Еще одним отличием передачи прав по ордерной ценной бумаге является то, что все индоссанты отвечают за осуществимость права солидарно. Например, Сберегательный банк РФ предъявил в арбитражный суд четыре иска к разным хозяйственным обществам о взыскании с них вексельного долга по простому векселю. Суд объединил их в одно производство в соответствии со ст.105 АПК, признал обоснованными требования истца и взыскал с должников в равных долях сумму долга. Президиум ВАС РФ постановил изменить решение суда и постановление апелляционной инстанции, так как в соответствии со ст. 47 Положения о переводном и простом векселе80 все лица, выдавшие, индоссировавшие вексель, являются не долевыми, а солидарно обязанными перед векселедержателем. Последний вправе требовать от любого должника исполнения в полном объеме81.
Возражения должника против требований нового кредитора
Перемена кредитора в обязательстве не должна ухудшать положение должника. В силу этого ст.386 ГК РФ установила правило, в соответствии с которым должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору.
Возражения должника могут относиться к недействительности самого требования или его дополнительных условий, пропуску срока исковой давности, отсутствию вины и другим основаниям ответственности, предусмотренных законом. В качестве возражений должник может сослаться на прекращение обязательства зачетом. Согласно ст. 412 ГК РФ он вправе зачесть против требования кредитора свои встречные требования к первоначальному кредитору, если условия для зачета существовали до момента получения должником уведомления об уступке требования. Он вправе требовать зачета своих требований против требований нового кредитора.
2.5. Особенности правового регулирования отдельных видов уступки требования.
2.5.1. Финансирование под уступку денежного требования (факторинг)
Развитие рыночных отношений в России неизбежно должно было привести к разработке и включению в гражданское законодательство необходимых правовых институтов, отвечающих складывающейся финансово-экономической ситуации, что и явилось предпосылкой к появлению во второй части ГК РФ соответствующих норм о финансировании под уступку денежного требования (в зарубежном законодательстве именуемом факторингом82). Целесообразность и эффективность применения финансирования под уступку денежного требования в условиях рыночных отношений определяется возможностью повышения рентабельности коммерческих операций, ускорения оборота средств предприятий путем получения досрочной оплаты за поставленные товары или оказанные услуги.
Отдельные факторинговые операции, известные отечественным коммерческим банкам, регулировались до введения в действие второй части ГК РФ письмом Госбанка СССР от 12 декабря 1989 года №252 "О порядке осуществления операций по уступке поставщикам и банку права получения платежа по платежным требованиям за поставленные товары, выполненные работы и оказанные услуги"83. С 1 марта 1996 года отношения, вытекающие из финансирования под уступку денежного требования, регулируются положениями главы 43 части второй ГК РФ, который учел правила, установленные Конвенцией о международном факторинге84.
Несмотря на достаточно подробную правовую регламентацию финансирования под уступку денежного требования, вопрос его соотношения с уступкой требования является дискуссионным85. Несомненно, финансирование под уступку денежного требования имеет много общего с уступкой требования, поскольку к финансовому агенту переходит право требования к должнику клиента по переуступленному требованию. Однако, между этими правовыми конструкциями, как будет показано ниже, существуют глубокие различия, обусловленные характером и содержанием возникающих между их участниками отношений.
В соответствии с п.1 ст.824. ГК РФ, по договору финансирования под уступку денежного требования одна сторона (финансовый агент) передает или обязуется передать другой стороне (клиенту) денежные средства в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику), вытекающего из предоставления клиентом товаров, выполнения им работ или оказания услуг третьему лицу, а клиент уступает или обязуется уступить финансовому агенту это денежное требование.
Договор финансирования под уступку денежного требования вступает в силу с момента его подписания, то есть является консенсуальным независимо от того, кто выступает финансовым агентом (банк или иная коммерческая организация), и когда передаются денежные средства (выплачиваются в момент его заключения либо финансовый агент обязуется их выплатить в будущем). После подписания договора каждая из сторон вправе требовать от контрагента исполнения его обязательств86.
Одним из условий данного договора является размер вознаграждения финансового агента за предоставляемые услуги. Он определяется в зависимости от суммы и сроков финансирования клиентов, наличия обстоятельств, ставивших под сомнение оплату должником переуступленных требований, оказания клиенту дополнительных услуг.
В соответствии с п.1 ст.826 ГК РФ, переуступленное финансовому агенту требование может быть существующим (срок платежа по которому к моменту переуступки уже наступил) либо будущим (требование, по которому право на получение денежных средств возникнет в будущем). Будущее денежное требование считается перешедшим к финансовому агенту с момента возникновения права на получение с должника денежных средств по денежному требованию. В тех случаях, когда уступка денежного требования обусловлена определенным событием, например, неисполнением какого-либо обязательства клиентом, денежное требование считается перешедшим к финансовому агенту после наступления этого события, без дополнительного оформления уступки требования (пункт 2 статьи 826 ГК РФ).
В качестве финансового агента осуществлять финансирование под уступку денежного требования могут банки, а также иные кредитные коммерческие организации, получившие специальное разрешение (лицензию). Банкам и кредитным организациям лицензия не требуется (статья 5 Закона "О банках и банковской деятельности")87.
Международная практика знает два вида факторинга: "оборотный" и "безоборотный"88. Так, договор финансирования под уступку денежного требования может включать условия об уступке финансовому агенту за оговоренную сумму денежного требования. Финансовый агент приобретает право на все суммы, которые он получит от должника, даже если они значительно превышают его расходы. Однако финансовый агент рискует тем, что платеж должника не покроет его затрат, связанных с переуступкой ему денежного требования (безоборотное финансирование). Может быть заключен договор, в соответствии с которым клиент рискует тем, что должник не исполнит полностью своих обязательств и остаток долга будет выплачивать финансовому агенту клиент. В этом случае финансовый агент обязан вернуть клиенту разницу между суммой платежа должника и суммой, полученной от клиента за вычетом установленного вознаграждения. Второй вариант применяется обычно, когда уступка денежного требования обеспечивает исполнение обязательства клиента перед финансовым агентом (оборотное финансирование).
Анализ главы 24 части первой ГК РФ и главы 43 части второй ГК РФ позволяет выявить следующие существенные различия данных правовых институтов, обусловленные тем, что второй является подвидом первого.
1. Основное содержание договора финансирования под уступку денежного требования составляет уступка денежного требования. Уступка требования помещена в первой части ГК РФ, поскольку уступка требования может быть произведена в форме договора купли-продажи, безвозмездной передачи и др. Несомненно, что к этим договорам применяются положения об уступке требования. Следовательно, хотя глава 43 ГК РФ и не устанавливает правила о том, что нормы, регулирующие цессию, могут применяться к отношениям, вытекающим из финансирования под уступку денежного требования в части, не противоречащей особенностям данного договора, они применяются и к финансированию под уступку денежного89.
2. Уяснение законодательно определенного предмета договора финансирования под уступку денежного требования дает основания утверждать, что существенной характеристикой предмета этого договора является финансирование (кредитование) финансовым агентом клиента. Упоминание в названии договора "финансирование" и установленная последовательность обязательных действий сторон при определении его предмета, выраженная в первоначальной обязанности финансового агента передать клиенту денежные средства (а не наоборот - с обязанности клиента уступить право, а затем - обязанности агента его оплатить), в определенной степени раскрывают суть возникающих между ними отношений, фактически сводящуюся к кредитованию одной стороны другой. В этой связи становится понятным и обоснованным требование ст.825 ГК РФ о лицензировании коммерческих организаций, осуществляющих деятельность такого вида, с изъятиями из него в отношении банков и иных кредитных организаций. О финансово-кредитной природе отношений факторинга свидетельствует также и то обстоятельство, что глаза 43 помещена во второй части ГК РФ среди глав, регулирующих кредитно-заемные и финансовые обязательства, что еще раз подчеркивает именно финансовую природу обязательств, возникающих из договора факторинга.
3. Предмет договора финансирования под уступку денежного требования не исчерпывается уступкой требования, которое к тому же должно быть только денежным. Уступка денежного требований является лишь элементом договора факторинга, из которого, помимо обязанности клиента уступить денежное требование, возникает ряд других обязательств, не связанных с общегражданской цессией. Так, например, договором факторинга могут быть предусмотрены обязательства финансового агента по ведению для клиента бухгалтерского учета, а также предоставление клиенту иных финансовых услуг, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки (п.2 ст.824 ГК РФ).
4. Из содержания п.1 ст.824 ГК РФ следует, что уступка денежного требования может быть осуществлена как в обмен на передаваемые денежные средства, так и в целях обеспечения исполнения обязательства клиента перед финансовым агентом. В последнем случае денежное требование переходит к финансовому агенту только при неисполнении клиентом своего основного обязательства. Кроме того, в п.1 ст.826 ГК РФ предусмотрена возможность уступки права на получение денежных средств, которое возникнет в будущем (будущее требование). Таким образом, глава 43 ГК РФ прямо допускает условный характер требования, являющегося предметом соответствующего договора.
5. Существенное отличие финансирования под уступку денежного требования от уступки требования заключается также в том, что несмотря на то, что запрет перехода прав кредитора к другому лицу без согласия должника может быть установлен договором (п.2 ст.382 ГК РФ), уступка финансовому агенту денежного требования будет действительной и при наличии в договоре, на котором основано требование, соглашения между клиентом и должником о запрете или ограничении переуступки (п.1 ст.828 ГК РФ). Вместе с тем, последующая уступка денежного требования финансовым агентам допускается лишь в случае, когда это предусмотрено договором финансирования под уступку денежного требования (статья 829 ГК РФ). Схожего правила общие нормы об уступке требования не содержат.
Таким образом, можно сделать вывод, что вычленение финансирования под уступку денежного требования из более широкого института уступки требования обусловлено тем, что законодатель в целях создания эффективного рынка имущественных требований в нашей экономике предоставил его профессиональным участникам - финансовым агентам - большую юридическую защищенность по сравнению с цессионарием при уступке требования. Выделив для регулирования соответствующих отношений отдельную главу, ГК РФ не только расширил таким участникам права, но и наделил их широким кругом обязанностей (например, установил требование получения лицензии).
2.5.2. Уступка прав, удостоверенных ценными бумагами
Уступка прав, удостоверенных ценными бумагами, имеет существенные особенности, отличающиеся от общих правил уступки права. Эти особенности зависят во многом от вида ценной бумаги. В качестве общего правила в ст.142 ГК РФ установлено, что все права, удостоверенные ценной бумагой, переходят в совокупности с момента передачи ценной бумаги.
Уступка права (требования) по эмиссионным ценным бумагам
Уступка права (требования) по эмиссионным ценным бумагам имеет особенности, связанные с действием п.2. ст.146 ГК РФ и ст.29 Федерального закона "О рынке ценных бумаг"90. Этими статьями установлено правило, в соответствии с которым права, закрепленные эмиссионной ценной бумагой, переходят к их приобретателю с момента перехода прав на эту ценную бумагу.
Переход прав на именные эмиссионные ценные бумаги осуществляется только в момент внесения приходных записей в учетных регистрах организаций учетной системы на рынке ценных бумаг (организаций, осуществляющих депозитарную деятельность, а также организаций, осуществляющих деятельность по ведению реестра владельцев именных ценных бумаг).
Следует отдельно прокомментировать правило ст.29 указанного Федерального закона, непосредственно посвященное цессии прав, удостоверенных эмиссионными именными ценными бумагами. А именно, положение о том, что переход прав, закрепленных именной эмиссионной ценной бумагой, должен сопровождаться уведомлением держателя реестра или депозитария, или номинального держателя ценных бумаг. Это правило, очевидно, следует понимать таким образом, что до момента внесения приходных записей по счетам организации учетной системы этот переход прав по ценным бумагам не считается свершившимся.
Надо отметить некоторую нелогичность этого правила ("должно сопровождаться уведомлением"), т.к. систематическое толкование ст.29 Федерального закона "О рынке ценных бумаг" и ст.142 ГК РФ показывает, что, поскольку право на бумагу переходит с момента внесения приходных записей в одной из организаций учетной системы на рынке ценных бумаг (ст.29 Федерального закона), то и переход удостоверяемых ею прав осуществляется с момента такой передачи (абзац 2 п.1 ст.142 ГК РФ). Поэтому какого-то дополнительного уведомления "держателя реестра или депозитария, или номинального держателя ценных бумаг" не требуется. Становится непонятна и правовая цель такого уведомления, ибо юридические факты (переход прав на бумагу и цессия прав из бумаги) уже состоялись.
Рассматриваемое правило ст.29 Федерального закона "О рынке ценных бумаг" фактически позволяет приобретателю ценной бумаги приобрести права из нее (путем уведомления), не приобретя прав на саму ценную бумаг. Представляется, что анализируемое правило должно быть законодательно скорректировано путем указания на то, что возможность возникновения прав из бумаги (цессии) без перехода прав на бумагу противоречит самой природе ценной бумаги и даже иным правилам, установленным этой же статьей.
Это подтверждается тем, что ст.146 ГК РФ не предъявляет требование о том, чтобы все данные по именной ценной бумаге (независимо от того эмиссионная она или неэмиссионная) подлежали обязательному внесению в какие-либо учетные регистры и права на бумагу переходили к новым приобретателям только с момента внесения записей в эти учетные регистры. Более того, ст. 385 ГК РФ указывает на то, что должник (эмитент по ценной бумаге) вправе не исполнять обязательство новому кредитору до предоставления ему доказательств перехода прав требования. Получается, что рассматриваемое "уведомление" номинальному держателю (брокеру) как раз и может служить таким доказательством. Логично предположить, что номинальный держатель должен в этом случае быть связан обязательством с приобретателем для того, чтобы иметь возможность предоставить обязанному по ценной бумаге лицу (эмитенту) информацию о состоявшейся цессии. Таким образом, схема цессии будет выглядеть следующим образом: клиент номинального держателя (брокера) приобретает ценную бумагу (акцию); номинальный держатель (брокер) ее учитывает и предоставляет непосредственно эмитенту (должнику) доказательства состоявшейся цессии в соответствии с анализируемым правилом ст.29 Федерального закона "О рынке ценных бумаг"91.
Следует отметить в целом нелогичность и терминологическую неопределенность, связанную с цессией прав, удостоверенных ценными бумагами, особенно - эмиссионными именными ценными бумагами.
К примеру, если ст.142 ГК РФ оперирует словами "передача ценной бумаги", то далее в тексте ГК РФ нигде не расшифровывается, что понимается под "передачей" и как она должна осуществляться. При этом ст.146 ГК РФ сразу указывает о "передаче прав по ценной бумаге".
Не вносит ясности и анализ иных нормативных правовых актов. Так, ст.29 Федерального закона "О рынке ценных бумаг" оперирует словами "переход прав на ценные бумаги", и указывает не на "передачу прав по ценной бумаге", а на "переход прав, закрепленных именной эмиссионной ценной бумагой" к их приобретателю с момента перехода прав на эту ценную бумагу. Ничего о "передаче" ценной бумаги в ст.29 не указывается.
Все это еще более интересно в связи с тем, что ст. 149 ГК, которая регулирует так называемые "бездокументарные ценные бумаги" (основной объект деятельности регистраторов и депозитариев в настоящее время) содержит совершенно иную терминологию. В частности, в этой статье говорится о "передаче" прав, закрепляемых именной или ордерной ценной бумагой, в том числе в бездокументарной форме, о "совершении официальных записей о проведенных операциях".
Представляется, что подобного рода "разнобой" в терминологии просто недопустим и законодателю необходимо внести соответствующие изменения и дополнения в правовые акты.
Уступка права по неэмиссионным именным ценным бумагам
Особенности уступки по эмиссионным ценным бумагам не применимы к неэмиссионным именным ценным бумагам. Переход прав по ним не сопровождается ведением соответствующих учетных регистров в регистраторах и депозитариях, внесение данных в которые выступало бы в качестве обязательного условия возникновения прав у нового держателя ценной бумаги. Однако для некоторых именных неэмиссионных ценных бумаг существуют особые правила уступки прав, ими удостоверяемых.
В качестве примера можно рассмотреть порядок перехода прав на закладные (ценные бумаги, удостоверяющие пава залогодержателя по обеспеченному ипотекой обязательству и по договору об ипотеке).
Во-первых, ст.48 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)"92 установлено правило о том, что передача прав по этой бумаге осуществляется путем совершения передаточной надписи в пользу другого лица (владельца закладной) и передачи закладной этому лицу.
Во-вторых, факт выдачи закладной и ее аннулирования как документа, удостоверяющего ипотеку, подлежит государственной регистрации учреждениями юстиции в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ст. 19-25 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)".
Очередной держатель закладной не должен фиксировать ни в каких реестрах свое право на закладную. Однако это не мешает ему потребовать от органа, осуществившего государственную регистрацию ипотеки, зарегистрировать его в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество в качестве залогодержателя.
Последствия такой регистрации установлены ст. 16 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)". Должник по обязательству, обеспеченному ипотекой, получивший от законного владельца закладной письменное уведомление о регистрации последнего в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество, с надлежаще заверенной выпиской из этого реестра, обязан осуществлять промежуточные платежи по указанному обязательству, не требуя всякий раз предъявления ему закладной. Такая обязанность должника прекращается по получении письменного уведомления от этого или другого законного владельца закладной об уступке прав по закладной.
Уступка права (требования) по ордерным ценным бумагам
Уступка прав, удостоверенных ордерными ценными бумагами, имеет существенные особенности. В соответствии с п.3 ст.146 ГК РФ права по ордерной ценной бумаге передаются только путем совершения передаточной надписи - индоссамента.
Индоссамент представляет собой одностороннюю сделку, юридическая цель которой в зависимости от вида индоссамента может быть различной: передача прав по ордерной ценной бумаге; передача ценной бумаги в залог; предоставление прав по взысканию вексельной суммы. Во всех трех случаях его генеральная цель всегда одна - наделение другого лица субъективным гражданским правом93, что позволяет отнести индоссамент к группе односторонних сделок, "направленных по своему юридическому результату на наделение другого лица субъективным правом"94. Таким образом, индоссамент представляет собой одну из форм уступки права, при этом не следует их противопоставлять, как это иногда происходит95.
Особенность индоссамента как способа передачи права состоит в том, что он может быть совершен только на самой ценной бумаге. Никакие иные документы и записи не могут заменить передаточную надпись, совершенную на самой бумаге (к примеру, векселе). Из этого вытекает, что индоссамент - это всегда письменная сделка (т.е. сделка, для которой обязательна письменная форма). Никакие устные индоссаменты не допускаются. Для индоссамента характерна простая письменная форма его совершения - никакого дополнительного удостоверения (нотариального или иного) не требуется.
Отсутствие индоссамента может привести к негативным последствиям для держателя ордерной ценной бумагой. Это хорошо демонстрирует судебная практика по векселям. Так, в Постановлении от 30 сентября 1997 г. №2814/97 Президиум ВАС РФ установил, что операции по передаче векселей "индоссаментами не оформлялись и не преследовали цели передачи прав по векселям как по ценным бумагам в порядке, установленном вексельным законодательством", что повлекло неблагоприятные последствия для истца96.
Выводы
Резюмируя сказанное в данной главе, можно назвать следующие основные требования, предъявляемые законодательством к уступке права, в случае нарушения которых соответствующая сделка может быть признана судом недействительной:
1) уступка требования не допускается в случаях, когда она противоречит закону, иным правовым актам или договору;
2) уступка требования должна совершаться в предусмотренной ст.389 ГК РФ форме
3) первоначальный кредитор обязан передать новому кредитору документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления этого требования;
4) новый кредитор обязан письменно уведомить должника о состоявшемся переходе права требования;
5) в случае, если иное не указано законом или договором права первоначального кредитора переходят к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права;
6) на уступку требования распространяются нормы гражданского законодательства о возмездности имущественного оборота между коммерческими организациями.
Однако, сложившаяся практика показывает, что судебные инстанции, исходя из явно ограничительного понимания сущности уступки требования как одной из форм перемены лиц в обязательстве, присовокупляют к вышеперечисленным условиям уступки требования дополнительные, прямо не установленные в законе, например требование о недопустимости "расщепления" уступаемого права. Обоснованность и правомерность указанного подхода арбитражных судов будут рассмотрены в следующей главе.
ГЛАВА 3. СПОРНЫЕ ВОПРОСЫ УСТУПКИ ТРЕБОВАНИЯ В СВЕТЕ СУДЕБНО-АРБИТРАЖНОЙ ПРАКТИКИ
Наиболее дискуссионным вопросом в области уступки требования является вопрос безусловности и окончательности замены кредитора в обязательстве или иначе - невозможности "расщепления" уступаемого права.
Апологетом абсолютного запрета на такое "расщепление" является М.И.Брагинский, полагающий, что "замена кредитора при цессии, выражающаяся в переходе прав, происходит безусловно и окончательно"97.
Данной точки зрения придерживается в настоящее время и Высший арбитражный суд РФ. Постулируемое судебными инстанциями правило абсолютной безусловности и окончательности замены кредитора и неправомерности "расщепления" уступаемого права (требования) приводит к использованию ими следующих основных принципов действительности уступки требования:
1) осуществление уступки права только после прекращения основного обязательства (запрет на уступку права в длящихся обязательствах);
2) исключение дальнейшего присутствия (полной замены) первоначального кредитора в соответствующем правоотношении (договоре);
3) недопустимость уступки права требования по одной операции в рамках другого договора (раздельной передачи основных и обеспечительных прав),
Рассмотрим отдельно доводы арбитражных судов по каждому из приведенных выше принципов и оценим обоснованность и правомерность их применения.
Осуществление уступки права только после прекращения основного обязательства (запрет на уступку права в длящихся обязательствах).
Эта причина признания сделок уступок права недействительными получила широкое распространение в судебной практике.
Так, по одному из судебных дел спор возник из расчетных правоотношений. Исходя из особенностей договора корреспондентского счета (который лежал в основе соглашения об уступке требования), Президиум по этому делу указал, что "уступка требования на занесенные на корреспондентский счет суммы до прекращения договорных отношений и закрытия счета, а также уступка прав по распоряжению счетом в порядке ст.382 ГК РФ противоречит условиям договора корреспондентского счета и в силу п.1 ст.388 ГК РФ не допускается"98.
Более лаконичен Президиум был в Постановлении от 25 ноября 1997 г. №2233/9799. Рассматривая спор по иску, возникшему на основании соглашения об уступке требования по договору по оказанию услуг пользования водопроводом и канализацией, Президиум указал, что правила уступки требования не могут быть применены к такому договору потому, что обязательство, неисполнение которого явилось основанием для его заключения, носит длящийся характер и на день предъявления иска не прекратилось. Согласно параграфу 1 главы 24 ГК РФ уступка требования предполагает безусловную замену лица в обязательстве. Поскольку основное обязательство не прекратилось, не может быть произведена уступка требования по нему.
Аналогичное мнение содержится в Постановлении Президиума ВАС от 9 января 1997 г. №3599/96100. Президиум, направляя данное дело на новое рассмотрение, указал, что суд должен дать правовую оценку договору цессии и сделать вывод о наличии тех обязательств, на которые переуступлены права требования. Президиум указал, что надлежит исследовать вопрос о том, возможна ли в данном случае цессия, поскольку обязательства по договору продолжались и после заключения договора цессии и предъявления иска.
По другому делу Президиум ВАС признал договор цессии правомерным, поскольку уступка права требования от банка выдачи остатка денежных средств на счете произведена после расторжения договора на расчетно-кассовое обслуживание101.
Мотивировка приведенных решений Президиума ВАС РФ является крайне спорной, что неоднократно отмечалось в литературе. Например, В.Ю.Бакшинскас отмечает, что "последние выводы высшей судебной инстанции заставляют поставить под сомнение саму возможность цессии в нашей экономике"102.
В качестве довода, ставящего под сомнение выводы Президиума ВАС РФ, можно отметить, что из ст.382 ГК РФ не вытекает, что обязательство должно передаваться целиком. Напротив, речь идет об уступке отдельных требований, из которых состоит практически любое обязательство. Нигде не оговорено, что в остальной части обязательство должно непременно прекратиться или что должны быть переданы все требования, составляющие обязательство.
Если же следовать логике приведенных судебных постановлений, то цессия уместна лишь для простейших случаев хозяйственных связей, состоящих из одного требования и одной обязанности и не имеющих длящегося характера, но в этих элементарных случаях нужда в цессии как раз и не возникает.
Кроме того, и сам законодатель нигде не ограничил сферу применения цессии таким образом. Согласно п.1 ст.382 ГК РФ, передается требование, принадлежащее кредитору на основании обязательства, но не само обязательство. По смыслу данной правовой нормы кредитор, передавая право (требование), может остаться обязанным перед должником по встречному требованию (по любому двустороннеобязывающему договору). Во всяком случае, закон не оговаривает, что у передающего сове требование кредитора не должно быть обязанностей по отношению к должнику.
Если согласиться с позицией Президиума ВАС РФ, то возможны два варианта подхода: либо разрешать уступку прав только при отсутствии у кредитора обязанностей перед должником, либо допускать, что к новому кредитору переходят и права, и возможные обязанности первоначального кредитора. Ни первый, ни второй подходы не вытекают непосредственно из правовых норм Главы 24 ГК РФ.
Анализируемые выводы Президиума ВАС РФ не соответствуют, на мой взгляд, нормам, закрепленным в ст.ст.314-315 ГК РФ (о праве должника на досрочное исполнение обязательства), а также ст.ст.407-408 ГК РФ (о возможности как полного, так и частичного прекращения (исполнения) обязательства). Закон вовсе не связывает прекращение обязательства с окончанием действия договора и его полным завершением. Тем самым, логично будет предположить, что цедент вправе уступить и ту часть требований к должнику, которая имеется к последнему по состоянию на определенную дату, а должник со своей стороны, также вправе погасить долг частичным исполнением.
Например, у покупателя (должника) согласно договору поставки существует обязанность оплаты товара по частям. Если он не выполняет данное обязательство, то для кредитора (поставщика) законодательством предусмотрен широкий спектр мер воздействия, серди которых можно назвать взыскание неустойки, реализацию предмета залога, расторжение договора и пр. Наконец, закон предоставляет поставщику право не заниматься взысканием долга с покупателя, а передать это требование другому лицу посредством уступки.
Более того, в имеющейся литературе103 подчеркивается, что цессия применяется именно для работы с постоянной клиентурой (например, в сфере транспортного обслуживания, поставок энергии и тому подобных длительных связях, из которых кредитор годами не "выбывает").
Неверны доводы суда и с формально-логической точки зрения. В силу п.1 ст.382 ГК РФ передаваться может существующее право ("принадлежащее кредитору"). Это означает, что в момент передачи требования стороны не могут распоряжаться будущими правами, но как же в таком случае возникновение будущих прав, неизбежное при длящихся отношениях, можно считать свидетельством неполноты и некоей порочности предшествовавшей цессии?
Понятно, что в постановлениях Президиума ВАС РФ по конкретным судебным делам нет места для теоретических изысканий. Тем не менее, представляется, что делая категоричные выводы о недопустимости цессии в указанных ситуациях, не вытекающие непосредственно из текста закона, судебная инстанция обязана эти выводы обосновать. К сожалению, такое обоснование отсутствует.
Исключение дальнейшего присутствия (полной замены) первоначального кредитора в соответствующем правоотношении (договоре).
Данное требование Президиума ВАС РФ по смыслу очень близко рассмотренному ранее запрету на уступку права в длящихся обязательствах, но формулируется оно в связи с другими фактическими обстоятельствами. По мнению высших судебных инстанций, закону соответствуют только те соглашения об уступке права, в которых полностью изменяется субъектный состав правоотношения. Старый кредитор должен полностью выбыть из правоотношения, а все права (требования) - перейти к новому кредитору. Некоторыми авторами это формулируется как недопустимость уступки права помимо перемены лица в обязательстве104.
Указанный вывод делается судами на том основании, что уступка требования является одной из форм перемены лиц в обязательстве (что титульно закреплено в названии гл. 24 ГК РФ), а потому предполагает безусловную замену лица в обязательстве.
В качестве примеров можно привести следующие судебные акты.
АКБ "Московский национальный банк" предоставил заемщику кредит путем выдачи простых векселей. На основании соглашения об уступке требования Московский национальный банк передал Уникомбанку право требования к заемщику о возврате долга.
Суд удовлетворил требование истца о признании соглашения об уступке права недействительным, мотивируя это следующим. АКБ "Московский национальный банк" имел не только право требовать возврата кредита, но и обязанность по погашению выданных векселей. В данном случае первоначальный кредитор из основного обязательства не выбыл, поскольку к моменту заключения соглашения об уступке не выполнил условие о погашении векселей105.
Мотивировочная часть постановления суда представляется весьма спорной. На момент передачи права требования кредитор действительно имел обязанность, но не по отношению к заемщику, а по отношению к векселедержателю, т.е. к лицу, с которым заемщик расплатился векселями банка. Отношения между банком и векселедержателем основаны не на кредитном договоре и регулируются не общими нормами ГК РФ, а представляют собой вексельное обязательство и регламентируются специальным вексельным законодательством.
Аналогичное решение было вынесено высшей судебной инстанцией и в деле от 25 марта 1997 г. №5464/97106. В данном случае, учитывая то, что не прекратились обязательства между ответчиком и первоначальным кредитором, Президиум, оставляя в силе судебные акты нижестоящих инстанций, констатировал сохранение того же состава лиц, а сделку уступки права требования признал ничтожной.
Чаще всего подобные споры возникают из ненадлежащего выполнения договора банковского счета. Так, в одном из подобных случаев соглашение об уступке права требования было заключено в момент, когда первоначальный кредитор еще являлся стороной по договору банковского счета, при этом права требования были переданы по конкретным платежным поручениям. Учитывая это, Президиум констатировал, что на момент соглашения об уступке требования действовал договор банковского счета. Следовательно, по мнению Президиума, передача прав требования по конкретным платежным документам не повлекла перемены владельца счета и не соответствует нормам ГК РФ Российской Федерации об уступке требования107. Соглашения об уступке права, в которых первоначальный кредитор не выбыл полностью из обязательства, признаются, по мнению Президиума ВАС РФ, ничтожными в соответствии со ст.168 ГК РФ108.
Правило о недопустимости уступки права помимо перемены лица в обязательстве нашло свое обоснование и в специальной литературе. Так, О.Ломидзе указывает, что несмотря на то, что правило о недопустимости передачи обязательственного права помимо перемены лиц в обязательстве в какой-то одной статье ГК не выражено, вопрос об обоснованности данного правила представляется особо важным.
В качестве обоснования своей точки зрения О.Ломидзе приводит два довода. Во-первых, реализация стороной двусторонне-обязывающего договора принадлежащего ей на основании данного договора субъективного обязательственного права неразрывно связана с исполнением возложенной на нее данным же договором обязанности. Во-вторых, обязательственное право отличается сложной динамической структурой. Правомочия, составляющие данное право, реализуются последовательно: реализация одного следует за реализацией (или невозможностью реализации) другого. С каждым правомочием, входящим в состав обязательственного права, могут быть сопряжены определенные обстоятельства, значимые для взаимодействия кредитора и должника. От факта исполнения (неисполнения) должником соответствующей праву требования кредитора обязанности зависит возникновение (активизация) у кредитора и у должника иных правомочий, иных обязанностей. Поэтому передача стороной обязательства принадлежащего ей права без перевода возложенной на нее обязанности, равно как и выделение стороной обязательства из состава принадлежащего ей права и передача третьему лицу отдельного правомочия (например, правомочия требовать оплаты), привела бы к нарушению определенной, заданной нормами права, последовательности в развитии прав и обязанностей сторон (кредитора и должника), а в целом - к нарушению структуры правового регулирования. Такое нарушение произошло бы, например, при уступке клиентом (владельцем счета) отдельного требования к банку, возникшего на основании договора банковского счета, без передачи всего права, предоставленного клиенту банка на основании данного договора, и без перевода всей обязанности, возложенной на него данным договором.
Таким образом, О.Ломидзе приходит к следующему выводу: "Несмотря на то обстоятельство, что правило о недопустимости перехода (в том числе уступки) права помимо перемены лица в обязательстве не зафиксировано в конкретной норме права и находит отражение, пожалуй, только в названии главы 24 "Перемена лиц в обязательстве", запрет на уступку права помимо перемены лиц в обязательстве все же следует считать в законе выраженным, но с оговоркой "если иное не предусмотрено законом". Итак, если иное не предусмотрено законом, уступка обязательственного права должна быть сопряжена с переменой лиц в обязательстве. Данное положение означает, что, если иное не предусмотрено законом, недопустимы передача стороной обязательства принадлежащего ей права без перевода возложенной на нее обязанности, равно как и выделение стороной обязательства из состава принадлежащего ей права и передача третьему лицу отдельного правомочия"109.
Трудно согласиться с данным тезисом о недопустимости дальнейшего участия прежнего кредитора в обязательстве, будто бы следующим из существа цессии. В качестве контрдовода можно указать, например, на такие формы участия прежнего кредитора в элементарных связях, которые не могут быть прекращены в любом случае, как гарантирование качества поставленной продукции, участие в актах приемки и экспертизы, фирменное обслуживание и др., которые не охватываются оказанием финансовых услуг и не передаются вместе с требованием.
Нельзя избавиться от впечатления, что применяемая высшими судебными инстанциями довольно туманная идея "дальнейшего участия в обязательстве" вместо ясного и до сих пор не вызывавшего затруднения ни в теории, ни на практике вычленения отдельного требования (права) из состава договорного обязательства возникла как продиктованный текущими нуждами прием для вытеснения цессии как таковой из гражданского оборота.
Действующее законодательство определяет состав гражданско-правовых обязательств. Так, согласно ст.ст.307-308 ГК РФ, должник обязан совершить в пользу кредитора определенные действия. При этом на стороне как кредитора, так и должника могут участвовать одно или несколько лиц. Из этого следует, что на основании ст.382 ГК РФ первоначальный кредитор может переуступить свое право требования к должнику по всем названным действиям, причем как одному, так и нескольким новым кредиторам. В соответствии со ст.1, а также ст.ст.307-308 ГК РФ хозяйствующий субъект может беспрепятственно распорядиться своим правом требования в том объеме, в каком посчитает нужным для достижения тех или иных целей.
С учетом сказанного позиция Президиума ВАС РФ о полном исключении первоначального кредитора из договора с должником представляется явно необоснованной.
Другим примером использования высшими судебными инстанциями требования полной замены кредитора в первоначальном договоре является применение близкого к нему по смыслу принципа недопустимости изменения только фактического источника получения долга без перемены лиц в обязательстве.
В качестве примера можно привести Постановление Президиума ВАС РФ от 10 сентября 1996 г. №1617/96110. Рассматривая это дело, суд первой инстанции признал договор уступки требования недействительным, мотивируя тем, что действительная воля сторон направлена на оказание услуг за вознаграждение, в связи с чем заключенный договор является притворным. Постановлением кассационной инстанции решение было оставлено без изменения. Фактически заключенная сделка была признана согласно ст.168 ГК РФ недействительной, как не предусмотренная законом. Президиум ВАС РФ как высшая инстанция указал, что "...переуступивший право требования кредитор из обязательства не выбывает. Оставаясь правообладаюшим лицом, он изменяет лишь фактический источник получения долга. Между тем согласно параграфу 1 гл. 24 ГК РФ уступка требования предполагает безусловную замену лица в обязательстве. Правила уступки требования не могут быть применены к договору ... и потому что ... в нем сохраняется тот же состав лиц (МП "Горводоканал" - монополист по оказанию услуг пользования водопроводом и канализацией и ГЭС, пользующаяся этими услугами) и основания возникновения правоотношений между ними. Поскольку основное обязательство не прекратилось, не может быть произведена уступка права требования по нему. При этих условиях факт несоответствия оспариваемой сделки требованиям законодательства, регулирующего договор цессии, следует считать доказанным, а вывод суда о недействительности этой сделки правильным".
Вышеизложенные доводы суда во многом представляются спорными.
Рассмотрим вначале мотивировочную часть судебных актов. Обратимся к постановлению кассационной инстанции. Указание суда на то, что "фактически заключенная сделка признана согласно статье 168 ГК РФ недействительной, как не предусмотренная законом" является грубым нарушением закона (в момент постановления решения первая часть ГК РФ уже вступила в действие), ибо, во-первых, данная статья вообще не содержит понятия "сделка не предусмотрена законом", а, во-вторых, в соответствии с п.2 ст.421 ГК РФ "стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами". Более того, согласно п.2 ст.1 ГК РФ стороны "свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора" (определение законодательства дано в п.2 ст.3 ГК РФ).
Аргументы Президиума ВАС РФ о том, что "основное обязательство носит длящийся характер" и "перемена лиц в основном обязательстве не произошла", также не выдерживают критики, как уже было показано выше.
Кроме того, не ясны причины, почему Президиум ВАС РФ подменяет понятие "заключенный договор" не совсем корректным термином "основное обязательство". Кроме того, поскольку в нормальной ситуации обязательство прекращается надлежащим исполнением, то фактически любое обязательство до его исполнения носит "длящийся характер". То, что в "основном обязательстве" (более точно - "в первоначальном договоре") сохранился прежний круг лиц - тоже совершенно очевидно. Только зачем указывать, что одно из этих лиц - монополист? Следует ли из этого, что в случае, когда в договоре одна из сторон является монополистом, то при нарушении условий договора право, которое возникнет на основании обязательства, никому нельзя уступать? Логика мотивировочной части приведенного решения ВАС РФ приводит к спорным заключениям.
Рассмотрим теперь сделку по существу. В целом различие между агентскими отношениями и цессией состоят в том, что цессия означает полный и безусловный переход права новому кредитору, выступающему, следовательно, за свой счет и в своем интересе, тогда как агентский договор, хотя агент, как и новый кредитор, выступает от собственного имени, предполагает, что действия осуществляются за чужой счет и в чужом интересе. Именно по этим признакам следует проводить их разграничение, причем как сами по себе оба эти типа договоров, так и их смешение (ст.421 ГК РФ), никак не могут считаться незаконными. Таким образом, так как в рамках ГК РФ право требования может быть уступлено по сделке и стороны свободны в установлении любых не противоречащих законодательству условий договора, то стороны вправе заключить договор, который сочетает в себе элементы разных договоров (п.3 ст.421 ГК РФ). В частности, трудно найти серьезные возражения против условий договора, когда одна организация, получив право требования, реализует это право от своего имени и за свой счет, но затем 90% полученного возвращает первой организации. Гражданскому обороту аналогичные ситуации известны: в таком качестве выступает доверительный управляющий; данные правоотношения в денежных обязательствах возникают и при передаче ценной бумаги "на инкассо". В целом непонятно, почему такие же условия нельзя предусмотреть в договоре об уступке права требования по денежному обязательству, не выраженному ценной бумагой. По крайней мере, никаких прямых запретов закон не содержит.
Недопустимость уступки требования по одной операции в рамках другого договора (раздельной передачи основных и обеспечительных прав).
В силу ст.384 ГК РФ по договору цессии к новому кредитору переходит право первоначального кредитора в полном объеме, включая и те права, которые обеспечивают исполнение обязательства, а также другие, связанные с требованием права, в том числе на неуплаченные проценты. На практике нередко возникает вопрос о возможности раздельной передачи основных и обеспечительных прав. По мнению Президиума ВАС РФ, субсидиарный характер последних означает, что обеспечительные права не могут быть переданы в отрыве от основных.
Эта точка зрения Президиума ВАС РФ получила следующее свое развитие в судебной практике. Как указывает Президиум ВАС РФ в своем Постановлении от 2 декабря 1997 г. №3798/97111, "исходя из смысла статьи 391 Гражданского кодекса Российской Федерации долг переходит к новому должнику в полном объеме, включая обеспечивающую его исполнение неустойку, а также неуплаченные проценты. В то же время указанная норма не допускает возможности перевода на другое лицо только акцессорного обязательства и процентов, без перевода основного долга".
В своем Постановлении №2759/96 от 26.12.96112, отменяя постановление нижестоящей инстанции, Президиум ВАС РФ указал: "учитывая, что перемены лиц в основном обязательстве не произошло, уступка требования о штрафе по конкретной расчетной операции противоречит статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации".
По аналогичному делу суд указал: "Администрация сельсовета как владелец счета в АКБ "Комплексбанк" не передавала ЗАО ПМК №19 прав, возникающих из договора банковского счета. Учитывая, что перемены лиц в основном обязательстве не произошло, уступка требования о штрафе по конкретной расчетной операции противоречит ст.384 ГК РФ. При таких условиях в иске следует отказать"113.
Данные решения Президиума ВАС РФ представляются спорными по следующим основаниям.
Во-первых, в литературе отмечалось, что уступка права требования по обязательству никакого отношения к замене стороны в договоре не имеет114. То, что судебные инстанции часто отождествляют понятия "договор" и "обязательство" и используют их в качестве взаимозаменяемых синонимов, является неправильным. Согласно ст.420 ГК РФ договором является соглашение лиц, направленное на возникновение взаимных прав и обязанностей. На основании заключенного договора возникает обязательство, то есть такое отношение сторон, в котором одно лицо обязуется совершать какие-то действия в пользу другого лица, имеющего право требовать выполнения указанных действий (ст.307 ГК РФ), При этом один договор служит, как правило, основанием возникновения нескольких обязательств, а сторона договора одновременно является кредитором по одному обязательству и должником по другому обязательству. Таким образом уступка права требования по обязательству и замена стороны в договоре являются принципиально разными понятиями:
а) в договоре каждая из сторон может являться в чем-то кредитором, в чем-то - должником другой стороны (п.2 ст.308 ГК РФ) и замена стороны в договоре требует согласия другой стороны (п.1 ст.391 ГК РФ). В то же время, по п.1 ст.307 ГК РФ свое обязательство должник обязан исполнить в одностороннем порядке (т.е. именно одно лицо обязано совершить определенное действие). Согласия должника на замену лица в обязательстве не требуется (если иное не предусмотрено законом или договором, п.2 ст.382 ГК РФ);
б) один заключенный договор может повлечь за собой возникновение большого числа обязательств (в том числе "разнородных": в договоре на расчетно-кассовое обслуживание может быть предусмотрено краткосрочное кредитование счета со стороны банка; право банка использовать деньги, находящиеся на расчетном счете, но за повышенный процент по остаткам и т.д.): в различных ситуациях из договора могут возникать совершенно разные обязательства.
Хотя бы по этим причинам связывать между собой понятия "перемена лиц в обязательстве" и "перемена лиц в договоре" (даже неявно, как то делает ВАС РФ формулировкой "перемены лиц в основном обязательстве не произошло", когда под "основным обязательством" понимается договор на расчетно-кассовое обслуживание) нельзя.
Во-вторых, необходимо отметить, что, обуславливая перемену лиц в обязательстве "заменой стороны в договоре", Президиум ВАС РФ фактически отменяет действие всей 24-й главы ГК РФ, поскольку на такую замену необходимо получить согласие другой стороны, что на практике недостижимо.
Далее, ст.382 ГК РФ вообще ничего не говорит о каком-либо договоре ("основном обязательстве") или о замене стороны в договоре (заметим, что обязательства не всегда возникают из договора - есть и другие основания). Закон говорит только одно: если у кредитора есть право (требование), возникшее на основании обязательства (одного, конкретного), то это право можно уступить другому лицу. При этом никто и никогда прав (и обязанностей) по основному договору никому не уступал: уступая право требования штрафов по неисполненному платежному поручению, организация не уступает прав по договору на расчетно-кассовое обслуживание и новый кредитор клиентом банка не становится. Точно также, если банк уступает право требования по кредитному договору, это не означает, что он уступает часть своих прав, связанных с банковской деятельностью и ее лицензированием.
Применительно к приведенным примерам это означает следующее. Платежное поручение со стороны сельсовета было оформлено надлежащим образом: в рамках договора на расчетно-кассовое обслуживание; подписано председателем и бухгалтером именно сельсовета; перемены лиц в договоре, естественно, нет. Принятое банком платежное поручение создаст обязательство для банка, которое банк обязан исполнить надлежащим образом. В рамках конкретного обязательства у сельсовета есть безусловное право требования исполнения именно данного обязательства, а в случае ненадлежащего исполнения есть право требования штрафа. Данное право принадлежит сельсовету на основании обязательства, которое, в свою очередь, возникло из договора на расчетно-кассовое обслуживание. Имел ли право сельсовет обратиться в суд по факту задержки исполнения одного конкретного платежного поручения и на этом основании требовать уплаты оговоренной неустойки? Если да, то именно это право и было уступлено и никаких ограничений закон здесь не содержит. Ссылка же Президиума ВАС РФ на ст.384 ГК РФ к делу никакого отношения не имеет. Таким образом, есть веские основания считать данные Постановления ВАС РФ не соответствующими законодательству.
Выводы
Приведенные примеры решений по конкретным спорам свидетельствуют о том, что складывается определенная правоприменительная практика, которая, как представляется, во многом носит субъективный характер и не основана на действующем законодательстве.
В отношениях по уступке прав участвуют две стороны - первоначальный и новый кредитор. Позиция должника по общему правилу носит пассивный характер, поскольку ему безразлично, кому платить по долгам. В связи с этим возникает вопрос, чьи права считаются нарушенными в тех случаях, когда судебные инстанции применяют ничтожность договора цессии по мотиву недопустимости "расщепления" прав? При ближайшем рассмотрении возникает абсурдная ситуация, когда при передаче прав страдают интересы самого цедента. Создание препятствий для распоряжения кредитором своим правом означает фактическое понуждение его к пассивному ожиданию истечения срока договора, заключенного с должником.
Думается, что целевое предназначение главы 24 ГК РФ состоит именно в ликвидации такой пассивности и неопределенности. Согласно п.2 ст.1 ГК РФ гражданские права могут быть ограничены лишь на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Случаи такого ограничения уступки прав были приведены в главе 2-й настоящей работы. Во всем остальном никаких прямых ограничений, в том числе по объему передаваемых прав, времени их передачи, кругу субъектов, закон не содержит.
Более того, закон специально предусматривает случаи, когда запрет уступки требования является недействительным (ст.828 ГК РФ).
Тем не менее, нормы главы 24 ГК РФ толкуются судебными инстанциями в обратном порядке - как полный запрет на частичную передачу прав. При этом не учитывается, что норма ст.384 ГК РФ является диспозитивной, т.е. объем передаваемых прав определен в ней на тот случай, если договором не предусмотрено иное.
Не учитывается в анализируемых ситуациях и действие общедозволительного принципа гражданско-правового регулирования - "разрешено все, что не запрещено законом". Если в законе нет прямого запрета на частичную передачу права требования к должнику и на дальнейшее присутствие кредитора в первоначальном обязательстве, то цедент вправе уступить его в любом объеме по своему усмотрению.
В ряде действующих нормативных актов подзаконного характера присутствует именно такая позиция. Так, в "Типовом соглашении о проведении централизованных расчетов в особом порядке при исполнении отдельных статей расходов федерального бюджета на 1997 год", утвержденном Приказом Минфина РФ от 10.12.97 №997115, отмечается, что обязательным условием при заключении договоров о переуступке права требования (цессии) является "наличие задолженности между сторонами за фактически поставленную продукцию (работы, услуги)". Другими словами, не требуется устранения поставщика из договора полностью, цедент вправе уступить новому кредитору требования к должнику и частично. В письмах Госналогслужбы РФ от 27.02.98116 и от 05.03.98117 говорится, что при переуступке права требования со стороны поставщика обязательство по уплате налогов возникает у него по мере отгрузки продукции или по мере ее оплаты. Опять-таки, как видим, не требуется передавать права в полном объеме поставки, а допускается возможность их переуступки по разовым отгрузкам. Наконец, в п.3 Постановления Правительства РФ №516 от 27.05.98118 "О дополнительных мерах по совершенствованию процедур обращения взыскания на имущество организаций" указывается, что права требования, реализованные в процессе обращения взыскания на имущество организации-должника, могут быть предъявлены дебитору должника в том объеме, в котором они были приобретены. Здесь также не предусмотрено условие о недопустимости сохранения дальнейших отношений между первоначальным кредитором и должником.
Продемонстрированная противоречивость мотивировок судебных инстанций, а также возможность устанавливать особенности уступки конкретного права договором (на основании ст. 384 ГК РФ) показывают, что гражданское законодательство гибко подходит к проблеме уступки права. Таким образом, есть основания полагать, что рассмотренные проблемы, возникшие на основе искаженной правоприменительной практики, во многом носят искусственный характер, так как судебное толкование норм главы 24 ГК РФ явно противоречит действующему законодательству119.
ГЛАВА 4. НАЛОГОВЫЙ УЧЕТ УСТУПКИ ПРАВА ТРЕБОВАНИЯ
Как правило, в большинстве случаев стороны уступки требования не задумываются о налоговых последствиях, хотя проблемы в данной сфере возникают нередко. Причиной этого является то, что порядок отражения в бухгалтерском учете сделок по уступке требования нормативными документами не определен.
Предложенная ниже схема бухгалтерского учета составлена на основании некоторых разъяснений экспертов Минфина России (Письма от 29.12.97 №04-03-11, от 06.08.98 №04-03-11, от 24.02.97 г. №04-07-03, от 22.09.97 №04-07-03120), а также письма Госналогслужбы России от 05.03.98 №АС-6-07/161121.
Согласно ст.132 ГК РФ "права требования" являются составной частью имущества предприятия. Соответственно, с экономической точки зрения, уступка этих прав будет для первоначального кредитора (цедента) реализацией имущества предприятия (но не реализацией продукции), а для нового кредитора (цессионария) - приобретением имущества (при этом согласно п.4 ст.454 ГК РФ к продаже имущественных прав применяются общие положения о договоре купли-продажи, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав). Именно это экономическое содержание уступки требования должно быть отражено в бухгалтерском и налоговом учете ее участников.
В соответствии с изложенным экономическим содержанием уступки требования является реализация имущества (дебиторской задолженности), не относящегося к собственной продукции или основным фондам. Следовательно, для отражения этой сделки в бухгалтерском учете цедента должен использоваться счет 48 "Реализация прочих активов". Цессионарий же учитывает приобретенные права требования задолженности по счету 58 "Краткосрочные финансовые вложения" в сумме фактических затрат (п.44 Положения о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации122).
Если организация, уступающая право требования дебиторской задолженности, определяет выручку для целей налогообложения "по оплате", то моментом возникновения налоговых обязательств перед бюджетом (по ранее реализованной продукции) является момент уступки прав. Именно в этот момент происходит списание с баланса (погашение) задолженности первоначального должника.
Обложение операции по уступке требования налогом на прибыль
При реализации имущества, не относящегося к собственной продукции предприятия, налогооблагаемая база определяется по правилам, установленным п.4 ст.2 Закона РФ от 27 декабря 1991 г. №2116-1 "О налоге на прибыль предприятий и организаций" 123 и п.2.4 Инструкции ГНС РФ от 10 августа 1995 г. №37 "О порядке исчисления и уплаты налога на прибыль предприятий и организаций" (далее - Инструкция №37)124.
Согласно Закону РФ от 27.12.91 №2116-1 "О налоге на прибыль предприятий и организаций" этим налогом облагается прибыль от реализации имущества предприятии (организаций). В связи с этим доход, полученный от передачи предприятием (организацией) другому лицу права требования, принадлежащего ему на основании обязательства путем совершения уступки требования, облагается налогом на прибыль.
В соответствии с п.2.2 Инструкции №37 валовая прибыль представляет собой сумму прибыли от реализации продукции (работ, услуг), основных фондов (включая земельные участки), иного имущества предприятия и доходов от внереализационных операций, уменьшенных на сумму расходов по этим операциям.
Согласно п.2.4 Инструкции №37 при определении прибыли от реализации основных фондов и иного имущества предприятия для целей налогообложения учитывается разница (превышение) между продажной ценой и первоначальной или остаточной стоимостью этих фондов и имущества. При этом налогообложение этих операций осуществляется в том же порядке, что и реализация иного имущества организации. Так, организация, реализующая приобретенное право требования, уплачивает налог на прибыль с разницы между его продажной стоимостью и стоимостью, по которой оно отражено в бухгалтерском учете.
В соответствии с Инструкцией №37 "О порядке исчисления и уплаты в бюджет налога на прибыль предприятий и организаций" убыток от реализации иного имущества (в данном случае приобретенного права требования) не уменьшает налогооблагаемую прибыль организации. Согласно разъясняющим письмам Госналогслужбы России "в случае занижения оплаты по проданной дебиторской задолженности убыток от данной операции для целей налогообложения не учитывается аналогично порядку, изложенному в п.2.5 Инструкции №37 и п.9 Инструкции №39. Таким образом, при заключении сделок но уступке права требования не применяется понятие "реализация продукции (работ, услуг) по ценам не выше фактической себестоимости" и для целей налогообложения не принимается "рыночная цена па аналогичную продукцию (работы, услуги), сложившаяся на момент реализации, но не ниже фактической себестоимости125".
Это означает, что в расчет не принимаются (не вычитаются из продажной цены) связанные с уступкой требования затраты и, следовательно, положительный финансовый результат от сделки по данным бухгалтерского учета должен быть увеличен, а отрицательный - уменьшен на величину этих затрат. При превышении балансовой стоимости дебиторской задолженности над ее продажной ценой полученный убыток не уменьшает налогооблагаемую базу, и, таким образом, в целях налогообложения его величина должна быть прибавлена к финансовому результату, определившемуся по данным бухгалтерского учета.
Доходы, получаемые цессионарием, подлежат обложению налогом на прибыль в порядке, предусмотренном пп.2.2, 2.4 Инструкции №37.
Обложение операции по уступке требования налогом на добавленную стоимость
Одна из главных проблем, связанных с учетом уступки требования, связана с исчислением и уплатой налога на добавленную стоимость. Дело в том, что в действующем законодательстве о НДС не разрешен вопрос об условиях и порядке обложения налогом сторон, заключивших договор цессии. В соответствии со ст.3 Закона "О налоге на добавленную стоимость"126 (далее - Закон "О НДС") объектами налогообложения являются обороты по реализации товаров, работ и услуг. Является ли, с точки зрения законодателя, право требования тем имущественным объектом (например, товаром), отчуждение которого влечет необходимость уплачивать НДС, неизвестно. Решение вопроса осложняется еще и тем, что ни Госналогслужба РФ, ни Минфин РФ каких-либо нормативных актов по этому поводу не принимали, а судебная практика еще не сформировалась. Таким образом, анализ нормативных документов не позволяет сделать однозначного вывода о том, облагаются ли обороты по уступке требования налогом на добавленную стоимость. В связи с этим отсутствует единый правовой подход к определению налоговых обязанностей участников цессии.
Сложились две прямо противоположные позиции. Согласно первой, право требования, безусловно, является имущественным объектом, поэтому оборот по реализации этого имущества подежит налогообложению НДС в общем порядке, как и реализация товара127. В соответствии со второй, право требования не является товаром, что следует из анализа терминологии закона "О налоге на добавленную стоимость", следовательно, оборот по реализации права требования НДС не облагается128.
Сторонники первой позиции приводят следующие аргументы129. Самый простой и прямой из них, базирующийся на тезисе о том, что в принципе НДС облагаются любые обороты по реализации, - это отсутствие права требования в перечне освобожденных от налога товаров (работ, услуг) в ст.5 Закона "О НДС" и исключение этого права из указанного списка подпунктом "е" п.12 Инструкции №39 (в подпункте "е" при определении льготируемых банковских операций установлено, что льгота по НДС не распространяется на сделки банков и кредитных учреждений по приобретению права требования от третьих лиц - на основании этого делается вывод о том, что операция по передаче права требования облагается НДС в общем порядке).
Более сложный способ доказательства состоит в том, что в п.1 ст.4 Закона "О НДС" и п.9 Инструкции №39 при описании порядка определения выручки в случаях реализации продукции (работ, услуг) по ценам ниже фактической себестоимости, их обмена или безвозмездной передачи говорится, в частности, о налогообложении оборотов по реализации приобретенной продукции.
В рамках законодательства о НДС содержание понятия "приобретенная продукция" не раскрывается, но в абз.9 п.2.5 Инструкции №37 "О порядке исчисления и уплаты в бюджет налога на прибыль предприятий и организаций" под ним понимается любое имущество организации, в состав которого, входят и права требования. Распространяя по аналогии действие Инструкции №37 на регулирование налогообложения добавленной стоимости, сторонники второй позиции делают вывод о том, что, передача права требования образует объект обложения НДС, как и отчуждение продукции.
Именно такая логика представлена, например, в Письме Минфина РФ от 10.11.95 №16-00-16-182130: "платежи по договорам об уступке каких-либо прав не облагаются НДС в том случае, если операции с этими правами входят в перечень товаров (работ, услуг), освобождаемых от налога".
Правомерность данной позиции вызывает определенные сомнения, так как нигде в налоговом законодательстве не встречается указание на то, что нормы законодательства о налоге на прибыль могут применяться к регулированию отношений, складывающихся при налогообложении добавленной стоимости.
Спорность рассматриваемой позиции подтверждается также тем, что опосредованно (в качестве несамостоятельного объекта) право требования присутствует в перечне товаров (работ, услуг), освобождаемых от налога, ибо согласно уже упоминавшейся ст.132 ГК РФ оно входит в состав имущества государственных и муниципальных предприятий, стоимость которого при его выкупе в порядке приватизации освобождается от НДС (подп."д" п.1 ст.5 Закона "О НДС" и подп. "д" п. 12 Инструкции № 39). Более того, поскольку ценные бумаги с точки зрения их основного имущественного статуса есть не что иное, как права требования (ст.142 ГК РФ),- к "вещам" (ст.128 ГК РФ) они относятся лишь в качестве материального носителя этих прав,- постольку освобождение оборотов по реализации ценных бумаг от НДС (подп. "ж" п.1 ст.5 Закона "О НДС" и п.12 Инструкции №39) можно бы расценивать как освобождение от него оборотов по реализации прав требования в целом, независимо от формы их удостоверения.
Рассмотрим теперь обоснованность доводов сторонников отрицательного ответа на вопрос, облагаются ли обороты по уступке требования налогом на добавленную стоимость. Их главным аргументом служит отсутствие указанных оборотов среди объектов налогообложения, перечисленных в ст.4 Закона РФ от 6 декабря 1991 г. №1992-1 "О налоге на добавленную стоимость" и в разд. III Инструкции ГНС РФ от 11 октября 1995 г. №39 "О порядке исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость" (далее - Инструкция №39)131.
Так, в соответствии со ст.3 Закона "О НДС" объектом налогообложения являются обороты по реализации товаров, работ и услуг, а также товары, ввозимые на таможенную территорию РФ. Закон не определяет термин "товары". Но в п.5 Инструкции №39 установлено, что в целях налогообложения товаром считается: "продукция (предмет, изделие), в том числе производственно-технического назначения; здания, сооружения и другие виды недвижимого имущества; электро- и теплоэнергия, газ, вода". Право требования уплаты денежных средств, согласно Инструкции, не является разновидностью товара, поэтому возмездное отчуждение этого права требования кредитором не образует у последнего объекта обложения НДС. Следовательно, лицо, передающее право требования и получающее за него денежный эквивалент от третьего лица (нового кредитора), не обязано исчислять с полученной суммы налог на добавленную стоимость.
К услугам и работам право требования также не может быть отнесено из-за различия между существом отношений сторон при оказании услуг и при совершении цессии. Хотя по смыслу п.5 ст.4 Закона "О НДС" переуступка патентов, лицензий, торговых марок, авторских прав или иных аналогичных прав для целей налогообложения рассматривается как услуга, однако в данном случае эти виды прав прямо отнесены законом к услугам и право требования среди них не названо.
Необходимо отметить, что данной позиции придерживаются и некоторые представители Минфина РФ. В частности, в Письме Минфина РФ от 6 августа 1998 г. №04-03-11, оборот по реализации права требования, отраженный по кредиту счета 48 "Реализация прочих активов", налогом на добавленную стоимость не облагается. А в Письме Департамента налоговых реформ Минфина РФ от 22 сентября 1997 г. №04-07-03132 излагается следующее мнение: "Согласно подп."в" п.2 ст.3 Закона "О НДС" этим налогом облагается передача безвозмездно или с частичной оплатой товаров (работ, услуг), в том числе имущества, другим предприятиям или физическим лицам. В связи с этим передача банком (цедентом) другому лицу (цессионарию) права (требования), ранее приобретенного им по договору цессии, облагается налогом на добавленную стоимость. При этом облагаемым оборотом является доход, определяемый как разница между суммой, полученной банком при передаче ранее приобретенного им права (требования), и суммой, уплаченной банком при приобретении этого права (требования). Исчисление налога на добавленную стоимость производится по расчетной ставке 16,67% от суммы полученного дохода".
Таким образом, из сказанного следует что, если размер уступаемого требования меньше цены уступки, возникший доход облагается налогом на добавленную стоимость по расчетной ставке 16,67 процента к облагаемому обороту. Если размер уступаемого требования (дебиторской задолженности) больше цены его уступки, возникающий убыток не уменьшает налогооблагаемую прибыль организации.
Положение цессионария в вопросе налогообложения уступки требования нормативно также до конца не определено. Неясными остаются вопросы о необходимости уплаты им НДС с сумм, поступивших от должника при истребовании долга, и о правомерности принятия цессионарием к зачету налога на добавленную стоимость, уплаченного цеденту в составе цены за приобретенное право требования. Рассмотрим возможные пути решения.
Согласно первому, цессионарий является плательщиком НДС с сумм, поступающих от должника. Цессионарий также вправе принять к зачету НДС, уплаченный цеденту в составе цены за приобретенное право требования. Зачет осуществляется на основании выделения НДС в расчетных и первичных документах.
В итоге цессионарий, хотя и начисляет НДС к уплате в бюджет, однако фактически его не платит, поскольку сумма налога становится нулевой в результате зачета суммы НДС, полученной от должника при истребовании долга, и суммы НДС, уплаченной цеденту.
Но более правильным, с точки зрения налогового законодательства, представляется второй вариант, в соответствии с которым у цессионария не возникает обязанности уплачивать НДС с сумм, полученных от должника. Ведь получение цессионарием денежных средств от должника никак не связано с реализацией им товаров (товар реализовывал должнику цедент, а не цессионарий), в то время как согласно ст. 4 закона "О налоге на добавленную стоимость" в облагаемый оборот включаются суммы, получение которых связано именно с реализацией товаров. Факт получения денег цессионарием от должника рассматривается только как осуществление (использование) своего права требования.
Вместе с тем цессионарий не имеет права принять к зачету НДС, уплаченный цеденту за приобретенное права требования, поскольку:
а) оборот по отчуждению самого права требования НДС не облагается (как было указано, кредитор к цене права требования добавлять величину НДС не обязан);
б) согласно п.2 ст.7 закона "О налоге на добавленную стоимость" НДС к зачету может быть принят только в случае, если стоимость приобретаемых материальных ресурсов (в том числе и прав требования) относится к издержкам производства. В случае использования материальных ресурсов на непроизводственные нужды НДС возмещается за счет чистой прибыли. На наш взгляд, нельзя утверждать, что приобретенное цессионарием право требования используется им в производственных нуждах, поэтому цессионарий не вправе принять НДС к зачету, даже если бы налог был выделен отдельной строкой в расчетных документах.
Таким образом, цессионарий не обязан исчислять и уплачивать НДС с сумм, поступивших к нему от должника при истребовании долга на основании приобретенного права требования, и в то же время не вправе уменьшать сумму налога, подлежащего уплате в бюджет, на сумму НДС, уплаченного цеденту в составе цены за приобретенное право требования.
Методологической основой изложенной выше дискуссии является вопрос о том, что считается товаром в рамках законодательства о НДС - только "вещи" (как непотребляемые, так и потребляемые) или также и имущество, не имеющее материально-вещественной формы.
Резюмируя точки зрения различных исследователей данной проблемы, можно сделать вывод, что порядок обложения НДС участников уступки требования (цедента и цессионария) должен основываться на следующих положениях:
а) в целом есть гораздо больше аргументов против обложения оборотов у цедента по уступке требования НДС, чем в пользу этого; таким образом, оборот по реализации права требования не является объектом налогообложения НДС;
б) суммы, получаемые цессионарием от должника, не связаны с реализацией цессионарием какой-либо продукции или товара. Поэтому цессионарий не обязан уплачивать НДС с сумм, получаемых от должника.
Обложение операции по уступке требования налогом на пользователей автомобильных дорог и налогом на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферы
Рассмотрим вопрос обложения результатов операции уступки права требования конкретно налогом на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферы и налогом на пользователей автомобильных дорог.
В соответствии с подпунктом "ч" п.1 ст.21 Закона РФ от 27.12.91 №2118-1 "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" и Постановлением Главы администрации г.Тулы от 21.03.94 №195133 налог на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферы установлен в размере 1,5% от объема реализации продукции (работ, услуг), произведенной юридическим лицом, расположенным на территории Тульской области. В соответствии с Законом РФ от 18.10.91 №1759-1 "О дорожных фондах в Российской Федерации" (с изменениями и дополнениями) налог уплачивается от выручки, полученной от реализации продукции (работ, услуг), и от суммы разницы между продажной и покупной стоимостью товаров, реализованных в результате заготовительной, снабженческо-сбытовой и торговой деятельности.
Таким образом, в настоящее время обороты по реализации имущества, учитываемые по счету 48 "Реализация прочих активов", не облагаются указанными налогами. Однако нельзя исключить того, что к предприятиям, систематически заключающим сделки по уступке прав требования, налоговые органы могут предъявить требование об уплате указанных налогов с полученной от таких сделок выручки. Это объясняется тем, что методологической основой того факта, что реализация "прочих" активов (равно как и основных средств) не включается в налогооблагаемую базу налога на пользователей автомобильных дорог и налога на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферы, выступает постулат о том, что такая реализация не может носить систематического характера, то есть не может являться собственно предпринимательской деятельностью. Однако, по мере увеличения числа случаев, когда реализация "прочих" активов приобретает систематический характер, тем самым становясь согласно ст.2 ГК РФ полноценной предпринимательской деятельностью, режим ее налогообложения в этих случаях становится идентичным налогообложению результатов реализации товаров, продукции, работ, услуг.
При решении вопроса об обложении результатов операций уступки права требования у цессионария налогом на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферы и налогом на пользователей автомобильных дорог следует учитывать, что когда цессионарий приобретает право требования и затем реализует его (в том числе дебитору), указанное право следует рассматривать как финансовое вложение, которое не облагается у предприятия налогом на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферы и налогом на пользователей автомобильных дорог (в том числе у профессиональных участников рынка ценных бумаг, поскольку согласно ГК РФ право требования не является ценной бумагой).
На основании вышеизложенного анализа налогообложения операций по уступке требования можно сделать вывод о правомерности и обоснованности следующих схем бухгалтерского и налогового учета у цедента и у цессионария, рассмотренных на конкретных примерах. Как упоминалось выше, в ряде случаев право требования дебиторской задолженности может быть реализовано по цене меньшей, чем оно числится в бухгалтерском учете прежнего кредитора. Рассмотрим, как будет отражаться в учете операция по уступке прав при условии, если размер уступаемого требования больше цены, по которой данное требование приобретается (Табл.1).
Таблица 1. Налогообложение операции уступки требования у цедента: размер уступаемого требования больше цены, по которой требование приобретается
Предприятие ЗАО "Штернцемент" отгрузило ОАО "Мальцовский портландцемент" по договору купли-продажи продукцию стоимостью 120000 руб. (в том числе НДС - 20000 руб.). Себестоимость отгруженной продукции составила 80000 руб. Выручка от реализации продукции для целей налогообложения определяется у предприятия "по оплате". В связи с тем, что покупатель не смог своевременно оплатить поставленную продукцию, предприятие решило реализовать задолженность ОАО "Мальцовский портландцемент" третьей организации - ООО ПКФ "Редал" за 90000 руб. Указанные хозяйственные операции отражаются в учете ЗАО "Штернцемент" следующими записями:Д62 46120 000 руб.Отражена выручка от реализации ОАО "Мальцовский портландцемент" продукцииД46 К76 субсчет "Расчеты по неоплаченному НДС"20 000 руб.Начислен налог на добавленную стоимость с оборота по реализацииД46 К4080 000 руб.Списана себестоимость реализованной продукцииД46 К8020 000 руб.Отражен финансовый результат от реализации продукцииД76 субсч. "Расчеты с ООО ПКФ "Редал"" К4890 000 руб.Отражена выручка от реализации ООО ПКФ "Редал" дебиторской задолженности ОАО "Мальцовский портландцемент"Д48 К62120 000 руб.Списана задолженность ОАО "Мальцовский портландцемент"Д80 К4830 000 руб.Отражен убыток от реализации задолженности ОАО "Мальцовский портландцемент"После отражения операции по переуступке прав в учете ЗАО "Штернцемент" делаются проводки по начислению соответствующих налогов к уплате в бюджет:Д76 субсчет "Расчеты по неоплаченному НДС" К6820 000 руб.Начислен НДС к уплате в бюджетД26 К672500 руб.
((120 000 руб. - 20 000 руб.) х 2,5%)Начислен налог на пользователей автомобильных дорог с оборота по реализации продукцииД80 К681500 руб.
((120 000 руб. - 20 000 руб.) х 1,5%)Начислен налог на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферыД81 К6834 475 руб.
((120 000 руб. - 20 000 руб. - 1500 руб.) х 35%)начислен налог на прибыль В ряде случаев право требования дебиторской задолженности может быть реализовано по цене большей, чем оно числится в бухгалтерском учете прежнего кредитора. Такие ситуации возникают достаточно редко и связаны они, как правило, с тем, что новый кредитор рассчитывает получить от должника денежные средства в большем размере, чем он уплатил за право требования цеденту. Например, помимо взыскания основного долга новый кредитор рассчитывает получить неустойку, не признанную должником. Рассмотрим, как будет отражаться в учете операция по уступке прав при условии, если размер уступаемого требования больше цены, по которой данное требование приобретается (Табл.2).
Таблица 2. Налогообложение операции уступки требования у цедента: размер уступаемого требования больше цены, по которой требование приобретается
Предприятие ЗАО "Штернцемент" отгрузило ОАО "Мальцовский портландцемент" по договору купли-продажи продукцию стоимостью 120000 руб. (в том числе НДС - 20000 руб.). Себестоимость отгруженной продукции составила 80000 руб. Выручка от реализации продукции для целей налогообложения определяется у ЗАО "Штернцемент" "по оплате". В связи с тем, что ОАО "Мальцовский портландцемент" не смогло своевременно оплатить поставленную продукцию, ЗАО "Штернцемент" решило реализовать задолженность третьей организации - ООО ПКФ "Редал" за 156000 руб. Указанные хозяйственные операции отражаются в учете ЗАО "Штернцемент" следующими записями:Д62 К46120 000 руб.Отражена выручка от реализации ОАО "Мальцовский портландцемент" продукцииД46 К76 субсчет "Расчеты по неоплаченному" НДС"20 000 руб.начислен налог на добавленную стоимостьД46 К4080 000 руб.списана себестоимость реализованной продукцииД46 К8020 000 руб.отражен финансовый результат от реализации продукцииД76 субсчет "Расчеты с ООО ПКФ "Редал"" К48156 000 руб.отражена выручка от реализации ООО ПКФ "Редал" дебиторской задолженности ОАО "Мальцовский портландцемент"В данном случае стоимость, по которой право требования было реализовано, больше, чем размер уступаемого требования (дебиторской задолженности). Поэтому возникающий доход облагается налогом на добавленную стоимость и налогом на прибыль.Д48 К62120 000 руб.списана задолженность ОАО "Мальцовский портландцемент"Д48 К76 субсчет "Расчеты по неоплаченному НДС"6000 руб. ((156 000 руб. - 120 000 руб.) х 16,67% )начислен налог на добавленную стоимостьД48 К8030 000 руб.отражена прибыль от реализации задолженности ОАО "Мальцовский портландцемент"После отражения операции по переуступке прав в учете ЗАО "Штернцемент" делаются проводки по начислению соответствующих налогов к уплате в бюджет:Д76 субсчет "Расчеты по неоплаченному НДС" К6820 000 руб.начислен НДС к уплате в бюджетД26 К672500 руб.
((120 000 руб. - 20 000 руб.) х 2,5%)начислен налог на пользователей автомобильных дорог с оборота по реализации продукцииД80 К681500 руб.
((120 000 руб. - 20 000 руб.) х 1,5%)начислен налог на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферы:Д81 К6834 475 руб.
((120 000 руб. - 20 000 руб. - 1500 руб.) х 35%)начислен налог на прибыльД51 К76 субсчет "Расчеты с ООО ПКФ "Редал""156 000 руб.поступили средства в оплату дебиторской задолженностиПосле поступления денежных средств от цессионария предприятие должно доначислить соответствующие налоги:Д76 субсчет "Расчеты по неоплаченному НДС" К686000 руб.начислен НДС по соглашению об уступке прав к уплате в бюджетД81 К6810 500 руб.
((36 000 руб. - 6000 руб.) х 35%)начислен налог на прибыль Налогообложение уступки требования в учете цессионария рассмотрено в Табл.3.
Таблица 3. Налогообложение операции уступки требования у цессионария
ООО ПКФ "Редал" приобрело право требования к ОАО "Мальцовский портландцемент" на сумму 120 000 руб. Расходы по приобретению права требования составили 90 000 руб. В дальнейшем организации удалось добиться погашения ОАО "Мальцовский портландцемент" задолженности в полной сумме (то есть в сумме 120 000 руб.). В учете организации операции по приобретению права требования и его дальнейшему погашению отражаются записями:Д58 К7690 000 руб.отражено получение права требованияД76 К5190 000 руб.произведена оплата права требованияД51 К76120 000 руб.поступили денежные средства от должника в оплату права требованияД48 К5890 000 руб.списано право требованияД76 К48120 000 руб.произведено погашение задолженности должникаД48 К685000 руб.
((120 000 руб. - 90 000 руб.) х 16,67% )начислен налог на добавленную стоимостьД48 К8025 000 руб.отражена прибыль от реализации права требованияД81 К688750 руб. (25 000 руб. х 35%)начислен налог на прибыль ЗАКЛЮЧЕНИЕ
На основании всего вышеизложенного можно сделать вывод, что уступка требования в общем виде представляет собой способ исполнения обязательства и обладает двойственной природой. С одной стороны, она может быть основана на предусмотренной частью второй ГК РФ сделке (в этом заключается ее несамостоятельный характер). В этом случае сделка, даже обозначенная, например, как договор уступки требования, в действительности представляет собой договор купли-продажи, дарения и т.п. С другой стороны, уступка требования может являться самостоятельным договором (в этом заключается ее абстрактный характер), конструкция которого соответствует условиям главы 24 ГК РФ.
Таким образом, совокупность согласованных сторонами условий, необходимых в соответствии с законом для уступки требования, может существовать как автономно, так и вплетаться в структуру определенного гражданско-правового договора
Несмотря на то, что российское цессионное право не является совершенным и очевидна необходимость его дальнейшего развития и совершенствования, возможность устанавливать особенности уступки конкретного права договором (на основании ст. 384 ГК РФ) показывают, что гражданское законодательство гибко подходит к проблеме уступки права. В соответствии с законом, уступка требования кредитором другому лицу допускается, поскольку она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.
Однако, сложившаяся практика показывает, что судебные инстанции, исходя из явно ограничительного понимания сущности уступки требования как одной из форм перемены лиц в обязательстве, присовокупляют к вышеперечисленным условиям уступки требования дополнительные, прямо не установленные в законе. Откровенно ограничительное толкование судами цессии ведет к фактическому "омертвлению" института уступки требования в соответствии с гл. 24 ГК РФ и невозможности применения правил указанной гл. 24 ГК РФ в гражданском обороте. Нельзя избавиться от впечатления, что довольно туманные основания признания уступки требования недействительной, применяемые судебными инстанциями возникли как продиктованный текущими нуждами прием для вытеснения цессии из гражданского оборота. Возможно, что при рассмотрении упомянутых дел имелись в виду другие обстоятельства. Но краевые и областные суды, рассматривая аналогичные дела, восприняли только очевидную практику всемерного ограничения цессии и почти не допускают ее применение в нашей экономике.
Поэтому очевидна необходимость соответствующей корректировки сложившейся судебной практики в вопросе о перемене лиц в обязательствах. Дальнейшее развитие института уступки требования невозможно без преодоления повышенного ригоризма судов, отстаивающих абсолютную чистоту модели уступки требования. Поэтому было бы в высшей степени желательно получить разъяснения от высших судебных инстанций о тех обстоятельствах, которые могли бы соответствующие сделки от признания ничтожными и позволили бы приступить к уверенному применению соответствующих глав Гражданского кодекса. Так как узкое судебное толкование по целому ряду причин нецелесообразно с практической точки зрения, то лучшим способом внесения полной ясности по указанным проблемам явилось бы обобщение Пленумом ВАС РФ практики применения Главы 24 ГК РФ и иных норм о перемене лиц в обязательстве арбитражными судами и издание Постановления, разъясняющего вопросы судебной практики в соответствующей области134.
В качестве одного из возможных способов решения данной проблемы можно привести точку зрения Р.Саватье, согласно которой "требования, предметом которых является денежная сумма или делимые вещи, должны быть автоматически разделены на соответствующие доли, если оказывается несколько кредиторов или несколько должников... Обязательства, относящиеся к другим объектам, остаются неделимыми"135.
Анализируя экономические аспекты рассмотренных в дипломной работе правоотношений, возникающих из уступки требования, можно заключить, что налоговое законодательство в области регулирования операций по уступке требования имеет значительные пробелы. Изучение нормативных правовых актов позволяет обосновать правомерность следующих выводов:
1) экономическим содержанием уступки требования является реализация предприятием имущественных прав, не относящихся к продукции или основным фондам. Для отражения этой сделки в бухгалтерском учете цедента должен использоваться счет 48 "Реализация прочих активов", цессионария - счет 58 "Краткосрочные финансовые вложения".
2) при определении прибыли от реализации имущественных прав для целей налогообложения учитывается разница между продажной стоимостью и стоимостью, по которой оно отражено в бухгалтерском учете. При превышении балансовой стоимости дебиторской задолженности над ее продажной ценой полученный убыток не уменьшает налогооблагаемую базу, и, таким образом, в целях налогообложения его величина должна быть прибавлена к финансовому результату, определившемуся по данным бухгалтерского учета.
3) при определении базы обложения налогом на добавленную стоимость необходимо учитывать, что если балансовая стоимость уступаемого требования меньше продажной стоимости имущественного права, возникший доход облагается налогом на добавленную стоимость по расчетной ставке 16,67 процента к облагаемому обороту; если балансовая стоимость уступаемого требования больше его продажной стоимости, то возникающий убыток не уменьшает налогооблагаемую прибыль организации.
Пока нынешняя ситуация не изменится и законодатель не внесет необходимых уточнений в современное российское налоговое право, целесообразно рекомендовать предприятиям составлять соглашения об уступке требования предельно близко к букве закона, что гарантирует устойчивость соответствующих правоотношений и обезопасит предприятия от применения налоговых санкций.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
БИБЛИОГРАФИЯ
1. Алексеев С.С. Теория права. М, 1995.
2. Бакшинскас В.Ю. Договор цессии (уступка требования) // Экономика и жизнь. - 1997. - №24. - С.21.
3. Брагинский М.И. О нормативном регулировании договоров // Журнал российского права. - 1997. - №1. - С.69.
4. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. - М.: Издательство "Статут", 1998. - 682 с.
5. Брызгалин А.В., Берник В.Р., Головкин А.Н., Попов О.Н., Гринемаер Е.А. Уступка права требования, перевод долга: Правовое регулирование, учет, налогообложение. М., 1998.
6. Воронин М. Цессия или факторинг? Финансирование под уступку денежного требования // Экономика и жизнь. - 1997. - №21.
7. Габов А.В. Некоторые проблемные вопросы уступки права // Юридический мир. - 1999. - №№ 3, 4.
8. Габов А.В. Некоторые проблемные вопросы уступки права. О проблемных вопросах цессии // Хозяйство и право. - 1999. - № 4.
9. ГК РФ. Ч.I. Научно-практический комментарий. М.: БЕК, 1996.
10. Годэмэ Е. Общая теория обязательств. М., 1948.
11. Гражданское право. Ч. I. СПб., 1996.
12. Гражданское право: Учебник для вузов. Ч.1 / Под общей редакцией Илларионовой Т.И., Гонгало Б.М., Плетнева В.А. - М.: Норма. - 1998. - 464 с. (С.335-340).
13. Гражданское право: Учебник. Т.1 / Под ред. Е.А.Суханова. - М.: БЕК, 1998. - 816 с.
14. Гражданское право: Учебник. Т.2 / Под ред. Е.А.Суханова. - М.: БЕК, 1998. - 816 с.
15. Гражданское право: Учебник. Ч. 1 / Под. ред. А.Г.Калпина, А.И.Масляева. - М., 1997.
16. Гражданское право: Учебник. Ч.I / Под ред. А.П.Сергеева, Ю.К.Толстого. - М.: Проспект, 1997. - 600 с.
17. Гражданское право: Учебник. Ч.II / Под ред. А.П.Сергеева, Ю.К.Толстого. - М.: Проспект, 1997. - 784 с.
18. Гуляева В.С. Сделки по уступке прав требования: учет и налогообложение // Бухучет. - 1998. - №6.
19. Договор цессии: особенности учета и налогообложения // Финансовая газета. - №20. - 1999.
20. Дозорцев В.А. Принципиальные черты права собственности в Гражданском кодексе // Юридический мир. - 1997. - №8. - С.30-32
21. Завражнова И. Расчеты с предприятием-недоимщиком // Экономика и жизнь. - №40. - 1997.
22. Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Госюриздат, 1975.
23. Кисурина Л.Г., Порошина Е.А. Бухгалтерский учет и налогообложение договора уступки права требования (цессии): Консультация аудитора // Налоговый вестник. - 1999. - №1.
24. Комментарий к ГК РФ части второй (постатейный) / Под ред. О.Н.Садикова. М.: Юридическая фирма "Контракт", Издательская группа ИНФРА-М - НОРМА, 1996. - 800 с.
25. Комментарий к ГК РФ. М.: Юстицинформцентр, 1995.
26. Комментарий части второй ГК РФ для предпринимателей. - М.: Фонд "Правовая культура", 1996.
27. Комментарий части первой ГК РФ для предпринимателей. - М.: Фонд "Правовая культура", 1995. - 480 с.
28. Комягин Д. О второй части ГК РФ: договор финансирования под уступку денежного требования // Финансовая газета: региональный выпуск. - 1996. - №33.
29. Королев А.Г. О судебно-арбитражной практике по спорам, возникающим при уступке права требования // Юридический мир. - 1998. - №№ 6, 7.
30. Лапач Л.В., Шепелева Л.Ю., Шимбарева Н.В. Судебно-арбитражная практика: споры, связанные с переменой лиц в обязательстве. - М.: "Экспертное бюро - М", 1997. - С.71-79.
31. Лившиц Р.З. Судебная практика как источник права // Журнал российского права. - 1997. - №6. - С.49.
32. Липовенко С. Как правильно заключить договор цессии? // Бизнес-адвокат.- 1998. - №1.
33. Ломидзе О. Переход прав кредитора к другому лицу на основании закона // Российская юстиция. - 1998. - №12.
34. Ломидзе О. Уступка права (цессия) // Российская юстиция. - 1998, № 5.
35. Михалев А. Налогообложение уступки требования // Хозяйство и право. - 1998. - №11.
36. Морозов А., Камфер Ю., Клочихина С. О передаче части прав требования по кредитным договорам третьим лицам // Экономика и жизнь. - №14. - 1997. - С.20
37. Морозов А., Клочихина С. О переходе прав кредитора к другому лицу // Экономика и жизнь. - №10. - 1997.
38. Муравьев Б.В. Налог на добавленную стоимость при уступке требования // Законодательство. - 1998. - №10. - С.33-38.
39. Мурзин Д.В. Ценные бумаги - бестелесные вещи: Правовые проблемы современной теории ценных бумаг. М., 1998.
40. Никонов А.А. // Главбух. - №21. - 1998. - С.67.
41. Новиков С. Уступка требования: учет и налогообложение // Хозяйство и право. - 1997. - №11.
42. Новицкий И.Б. Регрессные обязательства между социалистическими хозяйственными организациями. М.: Госюриздат, 1952.
43. Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. М.: Госюриздат, 1954.
44. Павлодский Е. Финансирование под уступку денежного требования // Закон. - 1998. - №6.
45. Платонова М. Консультация по вопросам применения главы 24 ГК РФ // Хозяйство и право. - 1998. - №5. - С.137-138.
46. Покровский И.А. История римского права. СПб., 1998.
47. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998
48. Рабинович А. Бухгалтерский учет и налогообложение при уступке требования // Экономика и жизнь. - №9. - 1997. - С.20-21.
49. Рабинович А. Уступка права требования: особенности учета и налогообложения // Главбух. - №7. - 1999. - С.23-29.
50. Рахмилович В.А. О пробелах и противоречиях Гражданского кодекса // Журнал российского права. - 1997. - №12. - С.54.
51. Римское частное право: Учебник / Под ред. проф. И.Б.Новицкого и проф. И.С.Перетерского. - М.: Юрист, 1999. - 544 С.
52. Саватье Р. Теория обязательств: Юридический и экономический очерк. - Пер. с фр. Халфиной P.O. - М., 1972
53. Сарбаш С.В. Некоторые тенденции развития института толкования договора в гражданском праве // Государство и право. - 1997. - №2. -С.39-44.
54. Скловский С. Договоры об уступке требования и судебная практика // Закон. - 1997. - №5.
55. Суханов Е.А. Актуальные вопросы гражданского права // Юрист (приложение к журналу Экономика и Жизнь). - 1999. - №40 (88). - С.1-2.
56. Тарасенко Ю.А. О некоторых проблемах гражданского законодательства // Журнал российского права. - 1999. - №1. - С.136.
57. Трофимов М. Финансирование под уступку денежного требования // Бизнес-адвокат. - 1997. - №9.
58. Филатов А.А. Договор об уступке требования // Налоговый вестник. - 1997. - №10.
59. Черняков В. Уступка прав: проблемы остаются // Юрист (приложение к газете Экономика и жизнь). - 1999. - №34(82). - С.12.
60. Чиркова М. Страхование и цессия как способы кредитного обеспечения в России // Хозяйство и право. - 1999. - №7.
61. Шершеневичъ Г.Ф. Учебникъ русскаго гражданскаго права. М.: Изд.Бр.Башмаковых. - 1911. - С.564.
62. Эбзеев Б.Б. Гражданский оборот: понятие и юридическая природа // Государство и право. - 1999. - №2. -С.32-38.
63. Эрделевский А. Договор факторинга // Российская юстиция. - 1999. - №1.
64. Яковлев В.Ф. Арбитражные суды - важный инструмент совершенствования рыночной экономики // Журнал российского права. - 1999. - №5/6. - С.3-9.
ПРАВОВЫЕ АКТЫ
1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.93) // Российская газета. - №237 от 25.12.93
2. Конвенция УНИДРУА по международным факторным операциям (факторингу) (заключена в Оттаве 28.05.88).
3. Гражданский Кодекс Российской Федерации (Часть Первая) от 30.11.94 №51-ФЗ (принят ГД ФС РФ 21.10.94) // Собрание законодательства РФ. - №32 от 05.12.94. - ст.3301.
4. Налоговый Кодекс Российской Федерации (Часть Первая) от 31.07.98 №146-ФЗ (принят ГД ФС РФ 16.07.98) // Собрание законодательства РФ. - №31 от 03.08.98. - ст. 3824.
5. Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 30.04.99 №81-ФЗ (принят ГД ФС РФ 31.03.99) // Собрание законодательства РФ. - №18 от 03.05.99. - ст. 2207.
6. Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик (утв. ВС СССР 31.05.91 №2211-1) // Ведомости СНД и ВС СССР. - №26 от 26.06.91. - ст.733.
7. Федеральный закон от 02.12.90 №395-1 "О банках и банковской деятельности" // Собрание законодательства Российской федерации. - 1996. - № 6. - ст.492.
8. Закон РСФСР от 6 декабря 1991 г. №1992-1 "О налоге на добавленную стоимость" (в редакции от 28 апреля 1997 г.).
9. Закон РФ от 27.12.91 №2116-1 (ред. от 04.05.99) "О налоге на прибыль предприятий и организаций" // Ведомости СНД и ВС РФ. - №11 от 12.03.92. - ст. 525.
10. Закон РФ от 27.12.91 №2118-1 "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" // Ведомости СНД и ВС РФ. - №11 от 12.03.92. - ст.527.
11. Закон РФ от 09.07.93 №5351-1 "Об авторском праве и смежных правах" // Ведомости СНД и ВС РФ. - №32 от 12.08.93. - ст.1242.
12. Федеральный закон от 22.04.96 №39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" (принят ГД ФС РФ 20.03.1996) // Собрание законодательства РФ. - №17 от 22.04.96. - ст.1918.
13. Федеральный закон от 19.03.97 №60-ФЗ "Воздушный Кодекс Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 19.02.97) // Собрание законодательства РФ. - №12 от 24.03.97. - ст.1383.
14. Федеральный закон от 08.01.98 №2-ФЗ "Транспортный устав железных дорог Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 19.12.97) // Собрание законодательства РФ. - №2 от 12.01.98. - ст. 218.
15. Федеральный закон от 16.07.98 №102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (принят ГД ФС РФ 24.06.97) // Собрание законодательства РФ. - №29 от 20.07.98. - ст. 3400.
16. Постановление Конституционного Суда РФ от 23.12.97 №21-П // Вестник Конституционного Суда РФ. - 1998. - №1.
17. Указ Президента РФ от 18.08.96 №1212 "О мерах по повышению собираемости налогов и других обязательных платежей и упорядочению наличного и безналичного денежного обращения" // Собрание законодательства РФ. - №35 от 26.08.96. - ст.4144.
18. Указ Президента РФ от 29.06.98 №734 "О внесении изменений в Указ Президента Российской Федерации от 18 августа 1996 г. №1212 "О мерах по повышению собираемости налогов и других обязательных платежей и упорядочению наличного и безналичного денежного обращения" // Собрание законодательства РФ. - №27 от 06.07.98. - ст. 3150.
19. Приказ Минфина РФ от 26.12.94 №170 "О Положении о бухгалтерском учете и отчетности в Росийской Федерации" (утратил силу в связи с изданием Приказа Минфина РФ от 29.07.98 №34н // Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств РФ. - 1995. - №5.
20. Приказ Минфина РФ от 12.11.96 №97 (ред. от 20.10.98) // "О годовой бухгалтерской отчетности организаций" // Экономика и жизнь. - 1996. - №50.
21. Письмо Минфина РФ от 10.11.95 №16-00-16-182 "О налогообложении договоров об уступке патентов на изобретения" // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
22. Письмо Департамента налоговых реформ Министерства финансов РФ от 24.02.97 г. №04-07-03 // ПДПИ "Эталон" (документ опубликован не был).
23. Письмо Департамента налоговых реформ Министерства финансов РФ от 22.09.97 №04-07-03 // ПДПИ "Эталон" (документ опубликован не был).
24. Письмо Департамента налоговых реформ Министерства финансов РФ от 29.12.97 №04-03-11 // ПДПИ "Эталон" (документ опубликован не был).
25. Инструкция Госналогслужбы РФ от 10.08.1995 №37 (ред. от 06.07.1999) "О порядке исчисления и уплаты в бюджет налога на прибыль предприятий и организаций" // Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств РФ. - 1996. - №1.
26. Инструкция Госналогслужбы РФ от 11.10.95 №39 (ред. от 19.07.99) "О порядке исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость" // Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств РФ. - 1996. - №2.
27. Приказ Госналогслужбы РФ от 29.12.97 №АП-3-03/252 "О внесении изменений и дополнений в Инструкцию Госналогслужбы России от 11 октября 1995 г. №39 "О порядке исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость"" // Российские вести. 1998. 14 января.
28. Письмо Госналогслужбы РФ от 05.03.98 №АС-6-07/161 "О программе проверки крупных плательщиков налога на пользователей автомобильных дорог по вопросу полноты и своевременности внесения платежей в федеральный дорожный фонд" // Нормативные акты по финансам, налогам, страхованию и бухгалтерскому учету. - 1998. - №5.
29. Письмо Государственной налоговой службы РФ от 08.05.98 №ВК-6-10/282@ "О расчетах через счета третьих лиц" (в ред. письма Госналогслужбы РФ от 22.12.98 №ВНК-6-10/894@) // Нормативные акты по финансам, налогам, страхованию и бухгалтерскому учету. - 1998. -№6.
30. Письмо Госбанка СССР от 12.12.89 №252 "О порядке осуществления операций по уступке поставщиками банку права получения платежа по платежным требованиям за поставленные товары, выполненные работы и оказанные услуги" (на настоящий момент не действует).
31. Постановление Главы Администрации г.Тулы от 21.03.94 №195 "О налоге на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферы".
32. Постановление Президиума ВАС РФ от 30 июля 1996 г. №1136/96 // Вестник ВАС РФ. - 1996. - №10.
33. Постановление Президиума ВАС РФ от 10 сентября 1996 г. №1617/96 // Вестник ВАС РФ. - 1996. - №11.
34. Постановление Президиума ВАС РФ от 29 октября 1996 г. №3172/96 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №4.
35. Постановление Президиума ВАС РФ от 10 декабря 1996 г. №3375/96 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №3.
36. Постановление Президиума ВАС РФ от 26 декабря 1996 г. №2759/96 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №5.
37. Постановление Президиума ВАС РФ от 9 января 1997 г. №3599/96 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
38. Постановление Президиума ВАС РФ от 21 января 1997 г. №3544/96 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №5.
39. Постановление Президиума ВАС РФ от 25 марта 1997 г. №5464/96 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №6.
40. Постановление Президиума ВАС РФ от 29 апреля 1997 г. №1435/97 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
41. Постановление Президиума ВАС РФ от 29 апреля 1997 г. №131/96 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
42. Постановление Президиума ВАС РФ от 29 апреля 1997 г. №4966/96 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №7.
43. Постановление Президиума ВАС РФ от 27 мая 1997 г. №584/97 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №8.
44. Постановление Президиума ВАС РФ от 29 июля 1997 г. №2353/97 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №11.
45. Постановление Президиума ВАС РФ от 5 августа 1997 г. №2422/97 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №12.
46. Постановление Президиума ВАС РФ от 19 августа 1997 г. №1334/97 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №12.
47. Постановление Президиума ВАС РФ от 25 ноября 1997 г. №2186/96 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
48. Постановление Президиума ВАС РФ от 25 ноября 1997 г. №2233/97 // Вестник ВАС РФ. - 1998. - №3.
49. Постановление Президиума ВАС РФ от 2 декабря 1997 г. №3798/97 // Вестник ВАС РФ. - 1998. - №3.
50. Постановление Президиума ВАС РФ от 30 июня 1998 г. №955/98 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
51. Постановление Президиума ВАС РФ №3947/98 от 1 сентября 1998 г. // Вестник ВАС РФ. - 1998. - №11. - с.65-66
52. Постановление Президиума ВАС РФ от 17 ноября 1998 г. №4735/98 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
53. Постановление Президиума ВАС РФ от 8 декабря 1998 г. №4945/96 // Вестник ВАС РФ. - 1999. - №3.
54. Постановление Президиума ВАС РФ от 29 декабря 1998 г. №1676/98 // Вестник ВАС РФ. - 1999. - №3.
55. Постановление Президиума ВАС РФ от 30 марта 1999 г. №6925/98 // Вестник ВАС РФ. - 1999. - №8.
56. Постановление Президиума ВАС РФ от 11 мая 1999 г. №8352/98 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
57. Постановление Президиума ВАС РФ от 15 июня 1999 г. №1020/99 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
58. Постановление Президиума ВАС РФ от 30 марта 1999 г. №6925/98 // Вестник ВАС РФ. - 1999. - №8.
1 Цвайгерт К., Кетц X. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права: В 2-х т. - Пер. с нем. - Т.2. - М., 1998, С.160.
2 Иоффе О.С. Обязательственное право. С.184.
3 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. М., 1997, С.372.
4 Гражданское право: Учебник. Часть 1. Изд. 2-ое, переработан, и дополнен. / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. - М., 1997, С.586.
5 Термин "цессия" встречается в ГК РФ только один раз: в ст.146 в качестве синонима термина "уступка требования".
6 Годэмэ Е. Общая теория обязательств. М., 1948, С.459.
7 В силу ст.387 ГК РФ в качестве примеров оснований перехода прав (требований) в силу закона можно назвать универсальное правопреемство в правах кредитора (ст.58 ГК РФ), решение суда о переводе прав кредитора на другое лицо, когда возможность такого перевода предусмотрена законом (например, в соответствии с п.3 ст.250 ГК РФ при продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя), исполнение обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству (ст.365 ГК РФ), суброгация страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая (ст.965 ГК РФ), другие основания, предусмотренные законом (например, ст.355 ГК РФ - уступка прав по договору о залоге).
8 Римское частное право / Под ред. Новицкого И.Б., Перетерского И.С. - М., 1948, С. 303-312; Покровский И.А. История римского права. СПб., 1998, С.446.
9 Римское частное право / Под ред. Новицкого И.Б., Перетерского И.С. - М., 1948, С.303.
10 Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.) М., 1995, С.287.
11 Годэмэ Е. Общая теория обязательств. - С.460.
12 Покровский И.А. История римского права. - С.447-448.
13 Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М. - 1998. - С.241.
14 Годэмэ Е. Общая теория обязательств. - С.459.
15 Алексеев С.С. Теория права. М. - 1995. - С.214.
16 Имеется в виду Свод Законов Российской империи. Т.X. Ч.I "Законы гражданские".
17 См. Шершеневичъ Г.Ф. Учебникъ русскаго гражданскаго права. М.: Изд.Бр.Башмаковых. - 1911. - С.416-421.
18 Гражданский кодекс. Изд. 2-е с изменениями и дополнениями по 15 января 1926 г. Л.: Изд. "Рабочий суд". - 1926.
19 Советское гражданское право. Т.1. Юрид. лит. М., 1979. С.450 (автор - Н.И. Коваленко). См. также: Советское гражданское право. Т.1. М.: Юр. издат., 1965. С.473 (автор - А.И. Масляев) и др.
20 Советское гражданское право. Т.1. М. БЕК, 1993. С.67.
21 Цвайгерт К., Кетц X. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права: В 2-х т. - Т. 2. - С. 164-165.
22 Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). - С. 287-288.
23 Мурзин Д.В. Ценные бумаги - бестелесные вещи: Правовые проблемы современной теории ценных бумаг. М., 1998, С.99.
24 Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. С.226 и 229.
25 И.Б. Новицкий в цитированной работе ("Общее учение об обязательстве") высказывал иную позицию, давая повод считать саму цессию - уступку прав - особым договором (Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. С.223). Однако в более поздней книге (имеются в виду "Регрессные обязательства между социалистическими хозяйственными организациями". С.29) И.Б. Новицкий изменил свою точку зрения. Рассматривая отношения, складывающиеся при эвикции, он писал: "Аналогичное положение мы имеем и в случае уступки права. Кредитор продал другому лицу свое право требования (ст.202 ГК РФ), совершил уступку права требования, купивший это право (новый кредитор) пытается осуществить приобретенное право". В арбитражной практике и теперь, однако, встречаются решения, которыми отношения между цедентом и цессионарием именуются договором цессии (Вестник ВАС РФ. 1996. №11. С.76; 1997. №4. С.78; 1997. №5. C.88-89 и др.).
26 См., например: Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 212.
27 В учебнике "Гражданское право" (Т.2. / Под ред. Е. А. Суханова. М., 1993. С.63) в само определение договора купли-продажи было включено указание на обязанность продавца "передать имущество (вещь, товар)". Такая точка зрения, высказанная в этом учебнике О.С. Иоффе и В.П.Грибановым, полностью соответствовала Гражданскому кодексу 1964 г.
28 Иной точки зрения придерживается В.А. Дозорцев, полагающий, что, исходя из различий между понятием "имущество" и "объект права собственности", нельзя применять правила купли-продажи к передаче обязательственных прав от одного субъекта к другому (см. Дозорцев В.А. Принципиальные черты права собственности в Гражданском кодексе // Юридический мир. - 1997. - №8. - С.30-32).
29 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. - С.373.
30 В соответствии со сложившейся в юридической литературе терминологией кредитора, уступившего свое требование к должнику, называют цедентом; лицо, которое получило право требования, - цессионарием.
31 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Там же.
32 Годэмэ Е. Общая теория обязательств. - С.463.
33 Как еще указывает автор, основываясь на мнениях И.Б.Новицкого: "движение имущественных прав (а равно и долга) происходит в рамках соответствующих гражданско-правовых, договоров, имеющих своим предметом имущество" (Цит. по кн.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. - С.373).
34 Приведенному выводу не противоречит выделение в качестве особого вида договоров дарения, как уже отмечалось, по сути дела речь идет о двух договорах, хотя и одинаково названных: реальном дарении и дарении консенсуалъном. См. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. - С.373-374.
35 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. - С.373-374.
36 Суханов Е.А. Актуальные вопросы гражданского права // Юрист (приложение к журналу Экономика и Жизнь). - 1999. - №40 (88). - С.1-2.
37 Уступка права требования (цессия), по ее мнению, это - "договор, по которому кредитор (цедент) передает свое право требования к должнику другому лицу (цессионарию)" (Цит. по кн.: Гражданское право: Учебник для вузов. Ч.1 / Под общей редакцией Илларионовой Т.И., Гонгало Б.М., Плетнева В.А. - М, 1998, с. 159).
38 Белов В.А. Вексельное законодательство России. - М., 1996, С.120.
39 Гражданское право: Учебник. Ч. 1 / Под. ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. - М., 1997, С.122.
40 Следует отметить, что последнее предложение совершенно некорректно, поскольку, к примеру, послесрочный индоссамент в вексельном праве представляет собой именно одностороннюю сделку, однако последствия его такие же, как и в случае уступки права (требования) в общегражданском порядке.
41 Чиркова М. Страхование и цессия как способы кредитного обеспечения в России // Хозяйство и право. - 1999. - №7.
42 Ломидзе О. Уступка права (цессия) // Российская юстиция. - 1998, №5.
43 Гражданское право: Учебник. Ч. I / Под ред. Калпина А.Г., Масляева А.И. - М., 1997, С.371.
44 Имеется в виду: Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву, Новицкий И.Б. Регрессные обязательства между социалистическими хозяйственными организациями; Юдельсон К.С. Регрессное обязательство в основных институтах советского гражданского права // Ученые записки СЮИ. 1945. Вып.1, и др.
45 Новицкий И.Б. Регрессные обязательства между социалистическими хозяйственными организациями. М.: Госюриздат, 1952. С.94.
46 На это обстоятельство впервые обратил внимание Г.Е. Авилов (Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (постатейный). С.142).
47 Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Указ. соч. С.228.
48 В праве США широко развита продажа дела (the Sale of Business), при которой происходит одновременная передача прав и обязанностей (Contract Law and Theory, Robert Scott, Donglaz Leslie, Charlottesville, Virginia. P. 874 etc.).
49 Употребление данного термина в других правовых актах РФ также связано со страхованием. Так, ст.281 Кодекса торгового мореплавания РФ (принятого 30.04.99) названа "Переход к страховщику прав страхования или выгодоприобретателя на возмещение ущерба (суброгация)". Однако, необходимо заметить, что в международном праве термин "суброгация" имеет и другое значение: под суброгацией понимается осуществление одним государством или уполномоченным им органом прав инвестора в том же объеме, что и сам инвестор в том случае, если они произвели платеж инвестору на основе гарантии от некоммерческих рисков в связи с его капиталовложением на территории другого государства (см., например, Соглашение от 25.06.98 между Правительством Российской Федерации и Правительством Аргентинской Республики о поощрении и взаимной защите капиталовложений // Дипломатический вестник. - 1998. - №7. - с.13-17).
50 Саватье Р. Теория обязательства. М.: Прогресс, 1972. С.382.
51 Так, в частности, Е.Годэмэ подчеркивал различие в решении вопроса о форме (не требуются формальности, предусмотренные для перехода прав), а равно ответственности. Смысл последнего различия иллюстрируется им на таком примере: "Когда право требования на сумму 10000 франков было уступлено за 5000, цессионар становится кредитором должника на сумму 10000 франков. Иначе происходит в случае суброгации. Цель суброгации в том, чтобы просто гарантировать защиту интересов лица, совершившего платеж... Следовательно, он вступает в права кредитора только в той сумме, в какой произвел платеж". (См Годэмэ Е. Общая теория обязательств. С.481).
52 Гражданское право России: Курс лекций. Часть первая / Под. ред. Садикова О.Н. - М., 1996, С.266.
53 К сожалению, судебно-арбитражная практика пошла по пути откровенно ограничительного толкования закона в отношении цессии (более подробно данная проблема будет рассмотрена в следующей главе). Так, по одному делу подчеркнуто, что уступку требования вправе производить только кредитор, а не выгодоприобретатель по договору страхования (См. Постановление Президиума ВАС РФ. - 199. - №1386/96 от 06.01.98 // Вестник ВАС РФ. - 1996. - №5). В другом случае недопустимой признана сделка об уступке требования лицом, на которое был наложен штраф за нарушение таможенных правил, другому лицу - о возврате сумм указанного штрафа, поскольку это не гражданские, а административные отношения (См. Приложение к Письму Президиума ВАС РФ №5 от 17.06.96 // Вестник ВАС РФ. - 1996. - №9). Но если с такими выводами можно согласиться, поскольку буквально они не противоречат закону, то получившие большой резонанс постановления о незаконности цессии, если "сохраняется участие прежнего кредитора в обязательстве", не могут не вызвать сомнений.
54 Закон РФ от 09.07.93 №5351-1 "Об авторском праве и смежных правах" // Ведомости СНД и ВС РФ. - №32 от 12.08.93. - ст.1242.
55 Однако законом не запрещена уступка исключительных прав на использование произведения и т.п. Кроме того, разрешена передача прав, основанных на промышленной собственности. Согласно п.6 ст. 10 Патентного закона патентообладатель вправе уступить полученный патент любому физическому или юридическому лицу (см. "Патентный закон Российской Федерации" от 23.09.92 №3517-1 // "Ведомости СНД РФ и ВС РФ", 22.10.1992, №42, ст. 2319).
56 Устав автомобильного транспорта РСФСР, утвержден Постановлением Совмина РСФСР от 08.01.69 №12).
57 Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 30.04.99 №81-ФЗ (принят ГД ФС РФ 31.03.99) // Собрание законодательства РФ. - №18 от 03.05.99. - ст. 2207.
58 Федеральный закон от 19.03.97 №60-ФЗ "Воздушный Кодекс Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 19.02.97) // Собрание законодательства РФ. - №12 от 24.03.97. - ст.1383.
59 Федеральный закон от 08.01.98 №2-ФЗ "Транспортный устав железных дорог Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 19.12.97) // Собрание законодательства РФ. - №2 от 12.01.98. - ст. 218.
60 Постановление Президиума ВАС РФ от 29 апреля 1997 г. №131/96 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был). См. также Постановления Президиума ВАС РФ от 25 ноября 1997 г. №2186/96, от 29 июля 1997 г. №2353/97 (Вестник ВАС РФ. - 1997, №11).
61 Закон РФ от 27.12.91 №2118-1 "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" // Ведомости СНД и ВС РФ. - №11 от 12.03.92. - ст.527.
62 Постановление Конституционного Суда РФ от 23.12.97 №21-П // Вестник Конституционного Суда РФ. - 1998. - №1.
63 Письмо Государственной налоговой службы РФ от 8 мая 1998 г. №ВК-6-10/282@ "О расчетах через счета третьих лиц" (в ред. письма Госналогслужбы РФ от 22.12.98 №ВНК-6-10/894@) // Нормативные акты по финансам, налогам, страхованию и бухгалтерскому учету. - 1998. -№6.
64 Указ Президента РФ от 18.08.96 №1212 "О мерах по повышению собираемости налогов и других обязательных платежей и упорядочению наличного и безналичного денежного обращения" // Собрание законодательства РФ. - №35 от 26.08.96. - ст.4144.
65 Указ Президента РФ от 29.06.98 №734 "О внесении изменений в Указ Президента Российской Федерации от 18 августа 1996 г. №1212 "О мерах по повышению собираемости налогов и других обязательных платежей и упорядочению наличного и безналичного денежного обращения" // Собрание законодательства РФ. - №27 от 06.07.98. - ст.3150.
66 Налоговый Кодекс Российской Федерации (часть первая) от 31.07.98 №146-ФЗ (принят ГД ФС РФ 16.07.98) // Собрание законодательства РФ. - №031 от 03.08.98. - ст.3824.
67 Представляется необходимым согласиться с мнением Р.Саватье, что любое право требования может быть передано, если оно касается денег, передачи вещей или выполнения работ, за исключением тех, которые неотделимы от личности должника (Саватье Р. Теория обязательств: - Юридический и экономический очерк. - Пер. с фр. Халфиной P.O. - М., 1972, С.373).
68 Гражданское право. Учебник. Ч.2 / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. - С.515.
69 Римское частное право / Под ред. Новицкого И.Б., Перетерского И.С. - С.308-309.
70 Так, Е.Годэмэ, относительно французского правопорядка отмечал, что цессия имеет своим общим последствием преемство цессионара в праве цедента. Он приобретает его - с его преимуществами и пороками: его гарантиями, поручительством, привилегиями, ипотеками, исполнительным характером документа, удостоверяющего право, с его торговым характером; но также с его возражениями, уменьшающими сумму долга или вовсе его устраняющими. См. Годэмэ Е. Общая теория обязательств. - С.462.
71 Брагинский М.И., Витрянский. В.В. Договорное право. - С.378.
72 Постановление Президиума ВАС РФ от 21 января 1997 г. №3544/96 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №5, С.97-98.
73 Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. С.222.
74 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. - С.374.
75 Вестник ВАС РФ. - 1997. - № 5. - С.98.
76 Постановление Президиума ВАС РФ от 29 декабря 1998 г. №1676/98 // Вестник ВАС РФ. - 1999. - №3.
77 Постановление Президиума ВАС РФ от 29 декабря 1998 г. №1676/98 // Вестник ВАС РФ. - 1999. - №3. См. также Постановления Президиума ВАС РФ от 15 июня 1999 г. №1020/99, от 11 мая 1999 г. №8352/98 (Информационная правовая система "Консультант Плюс" - документы опубликованы не были).
78 Можно отметить, что запрет дарения легко можно обойти. В соответствии с п.4 ст.575 ГК РФ дарение запрещено лишь в отношениях между коммерческими организациями. Если же имеет место двойная уступка права требования и "центральная" организация в цепочке коммерческой не является (или это физическое лицо), то никакого прямого нарушения закона в данном случае не наблюдается (единственным ограничением в данному случае будет целесообразность уплаты налогов).
79 Вестник ВАС РФ. - 1996. - № 3. - С.99.
80 Постановление ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.37 №104/1341 "О введении в действие Положения о переводном и простом векселе" // "Свод законов СССР", т. 5, с. 586.
81 Вестник ВАС РФ. - 1997. - №5. - С.99-100.
82 См.: Международные торговые и финансовые обычаи. Том II, М., 1995, С.87. Гражданское и торговое право капиталистических государств. М., 1993, С.386.
83 Письмо Госбанка СССР от 12.12.89 №252 "О порядке осуществления операций по уступке поставщиками банку права получения платежа по платежным требованиям за поставленные товары, выполненные работы и оказанные услуги" (на настоящий момент не действует).
84 Конвенция УНИДРУА по международным факторным операциям (факторингу) (заключена в Оттаве 28.05.88). Эта конвенция, однако, до сих пор еще не вступила в силу. См. Шмитгофф К. Экспорт: право и практика международной торговли. - М.: Юрид. лит. - 1993. - С.231-235.
85 Данный вопрос возник, в частности, при проведении денежного зачета по доходам и расходам федерального бюджета в соответствии с Временным порядком проведения денежных зачетов по доходам и расходам федерального бюджета на 1996 год, утвержденным Минфином России (См. Павлодский Е. Финансирование под уступку денежного требования). Так, многочисленные участники денежных зачетов, которые в большинстве случаев становились таковыми в результате уступки требований, полагали, что заключаемые ими соглашения об уступке требований подпадают под действие главы 43 ГК РФ, регулирующей отношения по факторингу, в которой, в частности, установлено требование о наличии лицензии на право заключения договоров такого вида.
86 В литературе встречается мнение, что финансирование под уступку денежного требования может быть и форме реального договора. См.: Правовое регулирование банковской деятельности. Под ред. проф. Е.А.Суханова. М., 1997, С.81; Гражданское право. Учебник. Часть 2. Под ред. А.А.Сергеева, Ю.К.Толстого, М., 1997, С.440.
87 Федеральный закон от 02.12.90 №395-1 "О банках и банковской деятельности" // Собрание законодательства Российской федерации. - 1996. - № 6. - ст.492.
88 К.Шмиттгофф. Экспорт: право и практика международной торговли. М. - 1993. - С.234.
89 См. Е.А.Суханов. Финансирование под уступку денежного требования. В кн.: Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации (для предпринимателей). М.. - 1996. - С.168.
90 Федеральный закон от 22.04.1996 №39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" (принят ГД ФС РФ 20.03.1996) // "Собрание законодательства РФ". - №17 от 22.04.96. - ст.1918.
91 Данные выводы будут неприменимы только к фиксации прав, удостоверенных бездокументарными ценными бумагами, ибо согласно ст.149 ГК РФ любые операции с такими бумагами могут совершаться только при обращении к лицу, которое официально совершает записи прав и все передачи прав должны официально фиксироваться лицом, осуществляющим фиксацию права в бездокументарной форме. Очевидно, что "уведомление" (ст.29 Федерального закона "О рынке ценных бумаг") вряд ли можно приравнять к "фиксации" в смысле ст.149 ГК РФ.
92 Федеральный закон от 16.07.98 №102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (принят ГД ФС РФ 24.06.97) // Собрание законодательства РФ. - №29 от 20.07.98. - ст. 3400.
93 В разных видах индоссамента правонаделительный момент может быть выражен по-разному. К примеру, рассмотрение такого вида индоссамента как препоручительный индоссамент показывает, что наряду с правами на векселедержателя переходят и определенные обязанности.
94 Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений: Учебное пособие. Свердловск, 1972, с. 97.
95 См.: Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. М.: Госюриздат, 1950, С.227.
96 Постановление Президиума ВАС РФ от 30 сентября 1997 г. №2814/97 // Вестник ВАС РФ. - 1998. - №2.
97 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. - С.377.
98 Постановление Президиума ВАС от 29 апреля 1997 г. №1435/97 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
99 Вестник ВАС РФ. - 1998. - №3.
100 Постановление Президиума ВАС РФ от 9 января 1997 г. №3599/96 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
101 Постановление Президиума ВАС РФ №3947/98 от 1 сентября 1998 г. // Вестник ВАС РФ. - 1998. - №11. - С.65-66.
102 Бакшинскас В.Ю. Договор цессии (уступка требования) // Экономика и жизнь. - 1997. - №24. - С.21.
103 Платонова М. Консультация по вопросам применения главы 24 ГК РФ // Хозяйство и право. - 1998. - №5. - С.137-138.
104 Ломидзе О. Уступка права (цессия) // Российская юстиция. - 1998. - №5.
105 Постановление Президиума ВАС РФ №6925/98 от 30 марта 1999 г. // Вестник ВАС РФ. - 1999. - №8. - С.52-54.
106 Постановление Президиума ВАС РФ №5464/97 от 25 марта 1997 г. // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №6.
107 Постановление Президиума ВАС РФ №584/97 от 27 мая 1997 г. // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №8.
108 Постановление Президиума ВАС РФ №4735/98 от 17 ноября 1998 г. // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
109 Ломидзе О. Уступка права (цессия) // Российская юстиция. - 1998. - № 5.
110 Постановление Президиума ВАС РФ от 10 сентября 1996 г. №1617/96 // Вестник ВАС РФ. - 1996. - №11. - С.76.
111 Постановление Президиума ВАС РФ от 2 декабря 1997 г. №3798/97 // Вестник ВАС РФ. - 1998. - №3.
112 Постановление Президиума ВАС РФ от 26 декабря 1996 г. №2759/96 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - №5.
113 Постановление Президиума ВАС РФ от 29 октября 1996 г. №3172/96 // Вестник ВАС РФ. - 1997. - № 4. - С.78; см. также: Вестник ВАС РФ. - 1997. - №5. - С.85.
114 Бакшинскас В.Ю. Договор цессии (уступка требования) // Экономика и жизнь. - 1997. - №24. - С.21.
115 Приказ Минфина РФ от 10.12.97 №997 "Об организации работы по исполнению решения Правительства Российской Федерации от 22 ноября 1997 года" // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
116 Письмо Госналогслужбы РФ от 27.02.98 №05-01-13/1842 // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
117 Письмо Госналогслужбы РФ от 05.03.98 №АС-6-07/161 "O Программе проверки крупных плательщиков налога на пользователей автомобильных дорог по вопросу полноты и своевременности внесения платежей в Федеральный дорожный фонд" // Приложение к Российской Газете "Аренда: правовое регулирование, учет и налогообложение". - 1999. - №8. - С.26.
118 Постановление Правительства РФ от 27.05.98 №516 "О дополнительных мерах по совершенствованию процедур обращения взыскания на имущество организаций" // Собрание законодательства РФ. - №22 от 01.06.98. - ст. 2472.
119 Черняков В. Уступка прав: проблемы остаются // Юрист: приложение к газете "Экономика и жизнь". - 1999. - №34. - с.12.
120 Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документы опубликованы не был).
121 Письмо Госналогслужбы РФ от 05.03.98 №АС-6-07/161 "О программе проверки крупных плательщиков налога на пользователей автомобильных дорог по вопросу полноты и своевременности внесения платежей в федеральный дорожный фонд" // Нормативные акты по финансам, налогам, страхованию и бухгалтерскому учету. - 1998. - №5.
122 Приказ Минфина РФ от 29.07.98 №34н "Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации" // "Российская газета" ("Ведомственное приложение"). - №208 от 31.10.98.
123 Закон РФ от 27.12.91 №2116-1 (ред. от 04.05.99) "О налоге на прибыль предприятий и организаций" // Ведомости СНД и ВС РФ. - №11 от 12.03.92. - ст. 525.
124 Инструкция Госналогслужбы РФ от 10.08.1995 №37 (ред. от 06.07.1999) "О порядке исчисления и уплаты в бюджет налога на прибыль предприятий и организаций" // Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств РФ. - 1996. - №1.
125 Письмо Госналогслужбы РФ от 05.03.98 №АС-6-07/161 "О программе проверки крупных плательщиков налога на пользователей автомобильных дорог по вопросу полноты и своевременности внесения платежей в федеральный дорожный фонд" // Нормативные акты по финансам, налогам, страхованию и бухгалтерскому учету. - 1998. - №5.
126 Закон РСФСР от 6 декабря 1991 г. №1992-1 "О налоге на добавленную стоимость" (в редакции от 28 апреля 1997 г.).
127 См. Кисурина Л.Г., Порошина Е.А. Бухгалтерский учет и налогообложение договора уступки права требования (цессии): Консультация аудитора // Налоговый вестник. - 1999. - №1; Рабинович А. Бухгалтерский учет и налогообложение при уступке требования // Экономика и жизнь. - №9. - 1997. - С.20-21; Договор цессии: особенности учета и налогообложения // Финансовая газета. - №20. - 1999.
128 См. Рабинович А. Уступка права требования: особенности учета и налогообложения // Главбух. - №7. - 1999. - С.23-29; Новиков С. Уступка требования: учет и налогообложение // Хозяйство и право. - 1997. - №11.
129 Подробнее см.: Рабинович А. Бухгалтерский учет и налогообложение при уступке требования // Экономика и жизнь. - №9. - 1997. - С.20-21.
130 Письмо Минфина РФ от 10.11.95 №16-00-16-182 "О налогообложении договоров об уступке патентов на изобретения" // Информационная правовая система "Консультант Плюс" (документ опубликован не был).
131 Инструкция Госналогслужбы РФ от 11.10.95 №39 (ред. от 19.07.99) "О порядке исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость" // Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств РФ. - 1996. - №2.
132 См. также: Письмо Департамента налоговых реформ Министерства финансов РФ от 24.02.97 г. №04-07-03 // ПДПИ "Эталон" (документ опубликован не был).
133 Постановление Главы Администрации г.Тулы от 21.03.94 №195 "О налоге на содержание жилищного фонда и объектов социально-культурной сферы" // "Тула вечерняя" - №108 от 15.06.94.
134 Федеральный конституционный закон от 28.04.1995 №1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" // Собрание законодательства РФ. - №18 от 01.05.1995. - ст. 1589.
135 "Если отдельные правомочия были уже расчленены цедентом и переданы другому лицу, то цессионарий получает только то, что осталось в результате расчленения. Примером может служить передача требования, которое уже является предметом залога" (Саватье Р. Там же. - С.373).
---------------
------------------------------------------------------------
---------------
------------------------------------------------------------
1
68
Документ
Категория
Типовые договоры
Просмотров
195
Размер файла
500 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа