close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Кукушкина И. (Москва). Литва–Россия: 1920

код для вставкиСкачать
 ЛИТВА - РОССИЯ. 1920 И.А. Кукушкина (Москва)
В июле 2000 г. исполнилось 80 лет со дня подписания мирного договора между Россией и Литвой. Значение этого договора по-разному оценивалось и оценивается историками и политиками. На заре перестройки на него ссылалась вся демократическая общественность Литвы. "Не потерявший силы" - так называлась статья Регины Жепкайте, опубликованная в научно-популярном литовском журнале1. Вскоре, однако, договор стали оценивать критически. "Этот договор не был абсолютно правильным политическим шагом со стороны Литвы", - утверждал другой литовский историк, Чесловас Лауринавичюс2. Существует и точка зрения, что Литве следовало не заключать мирный договор с Россией, а полностью положиться на Антанту. Кто же прав? Рассмотрим сначала предшествующий период. В 1917-1920 гг. политика правительства Советской России по отношению к Литве опиралась на два принципа: признание права на самоопределение народов, ранее входивших в состав Российской империи и идею мировой социалистической революции. Оба этих принципа нашли выражение в первых декретах Советского правительства - Декрете о мире (от 26 октября 1917 г.), Декларации прав народов России (2 ноября 1917 г.) и Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа (январь 1918 г.).
В декрете о мире содержалось предложение "всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом демократическом мире"3, т.е. мире без аннексий и контрибуций. Определялось также понятие агрессии: "всякое присоединение к большому и сильному государству малой или слабой народности, независимо от того, когда это присоединение было совершено"4.
Декларация прав народов России провозглашала право всех народов, населявших Российскую империю, на самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства. Еще до принятия этой декларации в редакционной статье газеты "Известия" отмечалось, что "рабочее и крестьянское Правительство обеспечит право на самоопределение... за всеми народами России. Оно признает право за Финляндцами, Украинцами, Литовцами, Латышами, Грузинами и др. народами решать самостоятельно свою судьбу"5.
Конечно, признание права на самоопределение еще не означало признание независимости этих народов. Тем не менее, Литва, как и Финляндия, не рассматривались в качестве составных частей федерации советских территорий. 27 ноября 1917 г. в газете "Известия" была опубликована статья "Федеративная Российская Республика", в которой отсутствовало упоминание о Литве. (Для Финляндии, правда, предусматривалась возможность добровольного вступления в Федерацию).
Первым внешнеполитическим актом нового правительства России было предложение ко всем воюющим странам немедленно начать переговоры о заключении мира. Откликнулась только Германия, положение которой на фронте было далеко не блестящим. Союзники (страны Антанты) оставили это обращение без ответа.
На мирных переговорах с Германией в Брест-Литовске советская делегация зачитала Декрет о мире и внесла требование предоставить национальным группам, не пользовавшимся политической самостоятельностью до войны, "свободно решать вопрос о своей принадлежности к тому или другому государству или о своей государственной самостоятельности путем референдума". "Этот референдум, - подчеркивалось далее в предложениях русской делегации, - должен быть организован таким образом, чтобы была обеспечена полная свобода голосования для всего населения данной территории"6. Оккупационные войска с захваченных во время войны территорий должны были быть выведены.
Германская делегация опиралась на декларацию Литовской Тарибы от 11 декабря 1917 г., в которой, с одной стороны, провозглашалось отделение Литвы от России, а с другой - "вечные, прочные союзные связи литовского государства с Германией"7. Согласно полученным инструкциям, делегация должна была отодвинуть решение вопроса о выводе германских войск с захваченных территорий, в том числе с территорий Литвы, на неопределенный срок.
16 февраля 1918 г. Тариба провозгласила создание независимого литовского государства, "свободного от всех государственных связей, которые прежде существовали с другими народами"8. Данное обращение было направлено правительствам ряда государств, прежде всего - Германии, с просьбой признать независимость Литвы. Однако в своем ответе от 27 февраля канцлер Германии Гертлинг заявил, что Германия была готова признать независимость Литвы и оказать ей помощь в "организации нового государственного устройства", но Тариба своим решением сама этому препятствует. В ультимативной форме канцлер потребовал вернуться к ранее провозглашенным принципам9. Поэтому Президиум Тарибы был вынужден объявить, что Акт от 16 февраля не означает прекращения действия декабрьской 1917 г. декларации.
3 марта 1918 г. был подписан мирный договор в Бресте, а 23 марта император Вильгельм II объявил о признании Литвы. Однако оккупационный режим в Литве не ослаб. Тариба не получила полномочий по управлению страной. Появились планы присоединения Литвы к Пруссии или Саксонии. На литовский престол под именем Миндаугаса II был приглашен Вюртембергский принц Урах. Английское правительство, когда к нему обратились литовские представители с просьбой признать независимость Литвы, отказалось признать независимость государства, оккупированного иностранными войсками. Как отмечал позднее литовский государственный деятель и дипломат П.Климас, "деятельность Тарибы была сведена к функциям совещательного органа при оккупационных властях"10.
В советской прессе Литва рассматривалась как территория, потерянная Россией и отошедшая к Германии. К литовскому национально-освободительному движению отношение было сочувствующим. Вступив в полемику с Лацисом, который в серии статей "Абсурд федерализма", высказался против независимости Латвии и Эстонии и даже против территориального самоуправления, газета "Известия" отмечала, что "именно в Лифляндии и Эстонии, равно как и в Польше и в Литве, лозунгу права народов на самоопределение предстоит важная революционная роль в виду их порабощения империалистской Германией"11.
В редакционной статье "К характеристике империализма Центральных держав" "Известия" писали, что в Литве "стремление к государственной независимости, зародившееся ... в 90-е годы прошлого столетия, охватило широкие народные массы... В настоящее время, согласившись исполнить требования Германии, литовский совет уступил лишь грубой физической силе. Но эта уступка обуславливает развитие в народных массах крайне враждебное отношение к Германии..."12
Безусловно, право наций на самоопределение большевики тесно связывали с классовой борьбой пролетариата против буржуазии, однако действия Тарибы в этот период критике не подвергались.
В период нарастания революционного кризиса в Германии ситуация начала меняться. Состоявшееся 4 октября 1918 г. Соединенное заседание ВЦИК, Московского Совета и других рабочих организаций провозгласило: "Сейчас, как и в октябре прошлого года,...советская власть строит всю политику в предвидении социальной революции в обоих лагерях империализма". С этой революцией тесно связывалась судьба Украины, Польши, Литвы, Прибалтики, Финляндии13.
Революция в Германии и падение кайзеровского правительства существенно изменили расстановку сил на международной арене. Правительство РСФСР аннулировало Брестский мирный договор. 18 ноября 1918 г. Троцкий заявил, что прибалтийские республики "вместо китайской стены должны стать мостом между Россией и Германией"14. Красная армия, руководствуясь идеей мировой революции, поспешила на соединение с немецкими революционерами. В ее составе был 5-й Вильнюсский полк, сформированный литовскими коммунистами.
8 декабря 1918 г. в Вильнюсе было создано временное правительство во главе с коммунистом В.Мицкевичюсом-Капсукасом, а 16 декабря издан Манифест, в котором провозглашалось свержение немецких оккупационных властей в Вильнюсе и "переход всей власти в руки представителей рабочих, безземельных и малоземельных крестьян"15. В первоначальной редакции Манифеста отсутствовало слово "независимость". Как признавал позднее В.Капсукас, коммунистам, долгое время боровшимся "против социал-патриотизма, сепаратизма и независимости Литвы было нелегко решиться провозгласить революционную независимую литовскую власть"16. Литовских большевиков поправил Сталин. Вычеркнув лозунг "Да здравствует Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика и входящая в ее состав Советская Литва!", он вписал: "Да здравствует Литва - советская республика рабочих и беднейших крестьян!"17
22 декабря СНК РСФСР издал Декрет о признании независимости Литвы. Но Литовской Советской Республики еще фактически не существовало, а временное правительство не имело никакой реальной власти. Поэтому нельзя не согласиться с оценкой литовского историка З.Петраускаса, что этот декрет в действительности следует рассматривать не как признание суверенного государства, а как "признание освободительного движения, которое было представлено временным революционным правительством"18. Предварительным условием такого признания было провозглашение Советской власти19.
Для "налаживания работы" в Советской Литве в Вильнюс был направлен А.Иоффе. В РГАСПИ сохранились два его письма к Я.Свердлову. Письмо от 6.02.1919 - довольно пессимистическое, касающееся "удручающего" состояния т.н. Литовской, бывшей Псковской дивизии, находившейся в то время в Литве: "части грабят, развращены до крайности, ком.состав за исключением командира, бывш. генерала Одельроге, никуда не годится, сплошь черносотенен и зело нетрезв... Со Смоленском, со штабом фронта и штабом округа связи почти никакой..."20
Второе письмо, от 22.02.1919, сообщает о съезде Советов Литвы и избрании ЦИК во главе с Циховским. "Хотя он не подходит, но другого нет, - отмечает Иоффе. - Меня неудобно... После того, как налажу здешнюю работу, меня нет смысла оставлять здесь... Общие директивы даны в резолюциях". Военное положение, сообщает далее Иоффе, - "почти безнадежно". "Немецкие отряды имеют громадное преимущество перед нами не только в виду своей организованности, но главным образом потому, что у них есть артиллерия... Наши отступают на всех фронтах... Части разлагаются с каждым днем. В некоторых полках принимаются резолюции бросить позиции и отправиться по домам; мы мол, псковские, новгородские, олонецкие - пусть литовцы сами защищаются..."21
28 февраля было провозглашено создание Литовско-Белорусской Советской Республики (Литбел). Литбел рассматривался российскими и литовскими коммунистами как "первый шаг на пути создания ...международной республики Советов н.д."22
Однако распространить власть советского правительства на всю территорию Литвы не удалось. В первой половине 1919 г. Литва, как и вся Прибалтика, стала местом столкновения геополитических государств, прежде всего Франции, Англии, Германии, Польши и России. На территорию Литвы претендовали и различные белогвардейские правительства и группировки, под руководством Бермонта-Авалова осенью 1919 г. объединившиеся с германскими войсками. В Каунасе продолжало действовать правительство М.Слежявичюса, объявившее набор добровольцев в литовскую армию.
22 июня Вильнюс был взят польскими войсками, которые на практике пытались осуществить концепцию Пилсудского - Дмовского о воссоздании "Великой Польши" в границах 1772 г.23 Планы присоединения Литвы к Польше поддерживались французским правительством, которое видело в Польше своего союзника против Германии и России. На Парижской мирной конференции французская делегация предложила создать Великую Польшу, которая включала бы всю Литву и выход к Балтийскому морю - Клайпеду24. Глава французской военной миссии в Прибалтике, подполковник К.Ребуль, убеждал французских политиков и членов правительства Литвы в необходимости заключения унии с Польшей. В рекомендациях, подготовленных для американской делегации в Париже, также говорилось о необходимости поддерживать унию25.
В целом Антанта, как писал член литовской делегации на Парижской мирной конференции Е.Галванаускас, "вовсе не собиралась поддерживать независимое литовское государство"26. Комиссия по прибалтийским делам, рассматривая на заседании 7 июля литовские проблемы, пришла к выводу, что этот вопрос нельзя решить, не решив вопрос русский27. Аналогичные ответы были получены представителями эстонской и латвийской делегаций28.
11 сентября правительство РСФСР направило ноту правительству Литвы с предложением прекратить военные действия и начать мирные переговоры. Аналогичная нота была направлена правительству Латвии, еще раньше - 31 августа - Эстонии. 11-12 сентября в Риге состоялось совещание представителей Литвы, Латвии и Эстонии, участники которого договорились согласовывать в будущем свои позиции в отношении России. Конференция премьер-министров и министров иностранных дел Эстонии, Латвии, Литвы и Финляндии, проходившая 14-15 сентября в Таллинне, подтвердила достигнутые ранее договоренности и обязалась о ходе переговоров информировать Антанту и США. Более решительную позицию заняли социал-демократы. 15 сентября в Риге состоялась конференция социал-демократических партий Литвы, Латвии, Эстонии и Финляндии, которая, отметив, что "народы прибалтийских государств отвергают интервенцию в Россию", потребовала от своих правительств принять мирные предложения РСФСР29. Попытки Антанты, прежде всего - Франции, втянуть Литву в общий фронт борьбы против Советской России закончились неудачей: литовское население не желало вести боевые действия за пределами своей территории30. "Мы боролись с русскими большевиками не потому, что они большевики, а потому, что они вели наступление на Литву, Российская большевистская армия, изгнанная из Литвы, - больше не враг нам, и мы не будем стремиться вглубь России, чтобы ее уничтожить", - писала литовская газета "Sozialdemokratas" 19 сентября 1919 г. Об отказе Литвы участвовать в интервенции заявил 18 сентября и премьер-министр М.Слежявичюс.
Тем не менее, переговоры начались далеко не сразу. "Мы не можем действовать сегодня свободно, - писала 26 сентября 1919 г. газета "Lietuva". - Союзные государства не хотят мира. Заключение мира с большевиками означало бы срыв наших отношений с Антантой".
Однако внешнеполитическая линия Англии постепенно начала меняться. 24 сентября английское правительство объявило о признании Литвы de facto, а 25 сентября на заседании правительства был поставлен вопрос о прекращении интервенции в Россию. "Правительство его величества полагает, - говорилось в телеграммах, направленных МИД Великобритании своим представителям в Прибалтике, - что оно не имеет права оказывать какое-либо давление на действия Прибалтийских стран и что их правительства должны самостоятельно принять решения о том, какие меры являются наиболее целесообразными в деле сохранения их собственного национального существования. Они по собственному усмотрению должны решать, должны ли они заключать какое-либо соглашение с советскими властями..."31
Об изменении позиции английского правительства стало известно на проходившей в Тарту 29 сентября - 1 октября конференции премьер-министров и министров иностранных дел Литвы, Латвии, Эстонии и Финляндии. Участники конференции, за исключением финских представителей, высказались за прекращение военных действий с Россией. Поскольку литовская делегация опасалась, что этот факт может быть использован Польшей для возобновления наступления на Литву, конференция по просьбе делегации обратилась со специальным посланием к польскому правительству.
На ноябрьскую 1919 г. конференцию в Тарту прибыл Литвинов и объявил о готовности советского правительства признать независимость балтийских государств de jure. Было решено, что РСФСР заключит мирные договоры с каждым из этих государств в отдельности. 5 декабря 1919 г. начались переговоры о мире между РСФСР и Эстонией, а 2 февраля 1920 г. между ними был подписан мирный договор.
Литовское правительство дало согласие на ведение мирных переговоров лишь 31 марта 1920 г., оказавшись стараниями польской дипломатии почти в полной международной изоляции. "Главным условием мира, - отмечалось в направленной Правительству РСФСР ноте, - является признание полной независимости Литвы в ее этнографических границах, т.е. заключающей в себе в общих чертах бывшие Виленскую, Ковенскую, Гродненскую и Сувалкскую губернии со столицей Вильно"32. "Российской Советское Правительство, - говорилось в ответной ноте, - ... принимает ваше предложение приступить к переговорам для выработки и заключения договора, который должен будет установить прочные мирные отношения между Россией и Литвой и одним из условий которого явится признание независимости последней"33. Российская сторона не возражала против применения этнографического принципа в качестве основы для определения границ территории Литовского государства, однако конкретное решение этого вопроса выносила на обсуждение мирной конференции.
4 апреля министр иностранных дел Литвы А.Вольдемарас направил наркому иностранных дел РСФСР Г.В.Чичерину ноту следующего содержания: "Подтверждая получение Вашего ответа на наши мирные условия, Правительство Литвы просит Вас ответить в форме, не допускающей сомнения, признаете ли Вы за Литвой города Вильно и Гродно. Литва не допускает, чтобы вопрос о независимости составил одно из условий договора. Независимость ее должна быть признана предварительно... Только после точного ответа мы сможем начать переговоры"34. Необходимые разъяснения Чичерина последовали 8 апреля. Чичерин заверил литовский МИД, что Россия признает независимость Литвы и этот пункт "не будет предметом спора". "Необходимое юридическое выражение этого политического акта будет дано договором, который будет заключен между Россией и Литвой", - отмечалось в ноте. Российское правительство также выразило готовность вести переговоры относительно принадлежности Литве городов Вильно и Гродно35.
Мирные переговоры между Россией и Литвой начались 7 мая 1920 г. в Москве. Российскую делегацию возглавлял А.Иоффе, литовскую - Т.Нарушевичюс.
На первом пленарном заседании 7 мая литовская делегация, ссылаясь на поручение свое правительства и на "соображения практического характера" потребовала подписания отдельного акта о признании независимости Литвы36. Возражения российской стороны сводились к следующему:
- вопрос о признании независимости неразрывно связан с территориальными вопросами (Признание независимости и самостоятельности Республики Литовской должно состояться в определенных размерах, в определенных границах этой Республики...)37
- Литовская делегация фактически предлагает подписать договор, состоящий из одной статьи,
- сам факт переговоров уже означает, что Россия признает Литву "как самостоятельную и независимую сторону"38.
При этом российская делегация не отказывалась от того, что признание независимости литовского государства может быть первой статьей общего договора между Россией и Литвой.
Почему литовская делегация (точнее - правительство Литвы) настаивала на подписании отдельного Акта о признании независимости?
По мнению Р.Жепкайте, в 1920 г. положение России было нестабильно, шла война с Польшей и войсками Врангеля, и поэтому указанный документ был Литве необходим "особенно в том случае, если бы большевики в России проиграли"39. Так как имеющиеся в нашем распоряжении документы не позволяют подтвердить или опровергнуть данную точку зрения, уместно поэтому поставить вопрос: насколько была гарантирована независимость Литвы в случае поражения большевиков? Что помешало бы небольшевистскому правительству аннулировать все подписанные большевиками акты?
Ч.Лауринавичюс считает, что литовская делегация сомневалась в приверженности большевиков нормам международного права и поэтому требовала "признать независимость Литвы отдельным актом, форма и содержание которого не вызывали бы сомнений"40. Однако и здесь, на наш взгляд, не раскрываются преимущества такого акта перед мирным договором.
С не меньшей долей вероятности можно предполагать, что правительство Литвы, в котором в то время преобладали противники заключения мирного договора с Россией, надеялось сразу же решить территориальные вопросы (признание независимости территории в границах Великого княжества Литовского), а затем, по возможности, отказаться от дальнейшего ведения переговоров41.
То, что территориальные вопросы были главными, подтверждает и ответ литовского правительства от 9 мая 1920 г. на запрос мирной делегации:
"Относительно отдельного акта инструкция правительства следующая: так как он важен только в случае расстройства переговоров, то этот вопрос пока не поднимайте. В случае необходимости поясните, что правительство его основательно обсуждает и вы еще не получили инструкций. Ждите, пока прояснятся дальнейшие вопросы переговоров, особенно территориальный вопрос; если выяснится, что договориться абсолютно невозможно, объявите, что правительство не считает возможным вести переговоры, пока независимость не будет признана отдельным актом"42.
Единственным принципом, на основании которого российская делегация соглашалась признать независимость Литвы был принцип самоопределения народов. "Указание на то, что Литва испокон веков была независимым государством исторически неправильно, а теоретически для нас не нужно, ибо мы исходим не из прецедентов истории, а из воли народов"43, - утверждал Иоффе.
Литовская делегация настаивала на включении в текст договора слов об отказе со стороны России от империалистической завоевательной политики и о том, что Россия "аннулирует произведенную в конце 18 века аннексию Великого Княжества Литовского... и декларирует восстановление Литовского государства". В связи с этим Россия должна была отказаться в пользу Литвы "от всех прав суверенитета" на бывшие губернии Российской империи: Ковенскую, Виленскую, Сувалкскую и Гродненскую, Новогрудский уезд Минской губернии, части Иллуктского и Гробенского уезда Курляндской губернии44.
Формулировка о восстановлении Литовского государства вызвала решительное возражение Иоффе. "О каком Литовском государстве идет речь - из этого текста не видно, - говорил глава Российской Делегации. - Если принять во внимание мотивировку исторического характера, то может идти речь о том агрессивно-империалистическом государстве, из аннексий создающимся Литовском государстве, восстанавливать которое ни в каком отношении не является ни волею литовского народа, ни волею русского народа"45.
Ссылки на то, что литовский народ в отличие от многих других народов Российской империи раньше имел свою государственность и что "Литовское государство было силою присоединено к России"46, по мнению Иоффе, сами по себе ни к чему не могут обязывать Российское правительство. Он привел в пример Крым, который тоже был самостоятельным государством, население которого, однако, не желает выходить из состава РСФСР. "Невыгодна мотивировка историческим правом, - убеждал Иоффе, - ибо тогда надо оставить за другой стороной право мотивировать также историческими прецедентами, и, таким образом, доказать обратное, - доказать необходимость присоединения Литвы к Польше или необходимость присоединения Литвы к России..."47 На втором пленарном заседании, 8 мая, была принята компромиссная формулировка первого пункта договора, в соответствии с которой РСФСР признала "независимость и самостоятельность Литовского государства", исходя из провозглашенного ею принципа свободного самоопределения народов, вплоть до полного отделения их от государства, в состав которого они входят, и, "следовательно, отвергая империалистическую завоевательную политику царизма, следствием которой явилось присоединение Литвы к России"48. Этот вариант был сразу же опубликован в литовской печати49.
В дальнейшем, на заседании смешанной литовско-русской комиссии 8 июля, упоминание о завоевательной политике царизма из окончательного текста Договора было исключено50. По чьей инициативе это было сделано, нам установить не удалось. Однако, на наш взгляд, окончательная формулировка устраивала обе стороны, т.к. лишала, в свою очередь, польских политиков возможности апеллировать к "историческому праву" Польши на литовскую территорию51.
Вопрос о границах (самый важный для Литовской Делегации) вызвал длительную дискуссию. В этом вопросе делегация согласилась обосновывать свои требования исходя из принципа самоопределения народов, что оказалось совсем не легким делом. "Бывают обстоятельства, - говорил представитель Литвы С.Розенбаум, - когда самоопределение не может выражаться достаточно ясно и бесспорно52 и когда приходится прибегать к "факта конклюденция", т.е. к таким объективным данным, из которых волю народа можно определить лишь путем логического умозаключения"53. К таким данным Розенбаум отнес факты выборов в Учредительный сейм (на территории Литвы, не оккупированной Польшей), деятельность Тарибы в Вильнюсе (в том числе участие в ее работе представителей белорусского и еврейского населения), решения Виленской Белорусской Рады, решения съезда белорусов Гродненской губернии и съезда евреев в Вильнюсе. "Относительно поляков нельзя сказать, что они выразили категорическое желание присоединиться к Литовскому государству, - продолжал Розенбаум, но надо с другой стороны признать следующее, что коренных поляков в Виленской губернии совершенно ничтожное число..."54
Принцип свободного самоопределения народов, был дополнен, таким образом, принципом этнографическим, а затем - политическим и экономическим. "Здесь вопрос о Гродненской губернии не есть, по нашему мнению, вопрос между Литвой и Россией, - утверждал Розенбаум. - Если бы это был вопрос между Литвой и Россией, то, может быть, мы совершенно иначе разрешили бы его... Вопрос о Гродненской губернии... является вопросом между Литвой и Польшей... Эта губерния может отойти к Польше"55. Такое решение было бы, по мнению Розенбаума, совершенно негуманным по отношению к еврейскому и белорусскому населению губернии и экономически невыгодным для данной территории. ("Отрезать Гродненскую губернию от Литвы, значило бы отрезать орган от целой части организма")56.
В своем ответном выступлении Иоффе категорически опроверг предположение, что Гродненская губерния должна обязательно отойти к Польше. Война с Польшей, согласно его утверждению, никаким образом не влияет на разрешение территориальных споров между Россией и Литвой. "Российское Правительство... не торгует волею народов", - заявил Иоффе57. Что касается самоопределения белорусского народа, то нет оснований, по мнению Иоффе, считать его совершившимся, так существует три различных политических течения (группы), которые по-разному представляют себе будущее Белоруссии.
По предложению Иоффе дальнейшее обсуждение территориального вопроса было передано Смешанной Российско-Литовской комиссии, куда от Российской Делегации вошли Ю.Мархлевский, Рыльский, Шемякин и Расикас. Эта же комиссия обсуждала вопросы оптации, беженцев и финансовые вопросы.
После того, как в ходе польско-советской войны был достигнут перелом в пользу Красной Армии, литовское правительство стало настаивать на скорейшем завершении переговоров и подписании мирного договора. "Если наши территориальные требования удовлетворены, то в экономических вопросах остановитесь на возможном и быстрее подписывайте мирный договор. Время дорого, не тяните его", - говорилось в телеграмме министерства иностранных дел от 4 июля 1920 г.58
Мирный договор был подписан 12 июля 1920 г. В нем Россия признавала независимость Литвы и "на вечные времена" отказывалась от суверенных прав над литовским народом и его территорией. Согласно ст. 2 Договора, которой устанавливалась граница между двумя государствами, в состав литовского государства должна была войти и часть территорий не этнографической, а исторической Литвы. Неотъемлемой составной частью Литвы признавались Вильнюс и Вильнюсская область. Литва освобождалась от ответственности по долговым обязательствам России, литовскому правительству оказывалась помощь в 3 млн. рублей золотом. Запрещалось существование на территории договаривающихся стран организаций, ставящих своей целью вооруженную борьбу против другой стороны.
По настоянию российской стороны59 статья VIII была дополнена примечанием о том, что право требования с малоземельных крестьян их долгов бывшему Российскому Крестьянскому Земельному банку, а также право требования долгов бывшему Дворянскому Земельному банку, лежащих на помещичьих землях, при переходе этих земель к малоземельным или безземельным крестьянам, - не переходило к литовскому правительству, но считалось уничтоженным.
Одновременно с подписанием договора состоялся обмен нотами, в которых нашло отражение согласие литовского правительства не считать нарушением мирного договора переход Красной Армией границ Литвы во время войны России с Польшей при условии возвращения занятых территорий.
Договор с Россией был положительно оценен представителями всех политических партий Литвы, хотя его ратификация в Учредительном сейме и натолкнулась на определенные трудности. От имени большинства социал-демократической фракции Чепинскас заявил, что поскольку значительная часть территории Литвы находится в руках Красной Армии, обсуждение договора необходимо отложить60. Однако не все социал-демократы придерживались этой точки зрения. По мнению Плечкайтиса, поддержанного частью фракции, большевики дали Литве "все, что только в состоянии были дать", в том числе территорию, где литовцы не проживают. "В конце концов они освободили нас от поляков и вернут нам Вильнюс", - подчеркнул оратор, требуя немедленной ратификации договора61.
Действительное значение договора для Литвы охарактеризовал в своей заключительной речи министр иностранных дел Ю.Пурицкис. Подписанием договора, подчеркнул он, "заложена юридическая основа нашего государства" и тем самым открывалась возможность признания его и со стороны других государств62.
"Прежде всего необходимо было урегулировать отношения с бывшей метрополией - Россией, - писал тот же Пурицкис в 1928 г. - Пока эти отношения не были урегулированы, под вопрос можно было поставить юридический статус Литвы как государства"63.
Почему же в современной исторической литературе советско-литовский договор 1920 г. не получает такой же положительной оценки? Здесь, на наш взгляд, нельзя не согласиться с замечанием Ч. Лауринавичюса, что этот договор "стал объектом идеологизации"64. Между тем непредвзятые исследователи отмечают, что именно после прекращения войны союзников против Советской России и подписания мирных договоров между РСФСР и балтийскими государствами исчезли существенные препятствия на пути признания последних de jure65.
1 Zepkaitė R. Nenustojusi galios// Mokslas ir gyvenimas. 1990, № 6.
2 Laurinavicius (. Lietuvos - Sovietų Rusijos Taikos sutartis (1920 m. liepos 12 d. sutarties problema). V., 1992. P. 5.
3 Документы внешней политики СССР. (Далее - ДВП СССР). М., 1957. Т. I. С. 11.
4 Там же. С. 12.
5 Известия, 1917, 31 октября
6 Мирные переговоры в Брест-Литовске с 22/9 декабря 1917 г. по 3 марта (18 февраля) 1918 г. М., 1920. С. 7-8.
7 Там же. С. 29.
8 Lietuvos Valstybės Tarybos Protokolai 1917-1918. Vilnius, 1991. P. 208.
9 Ibid., P. 215.
10 Klimas P. Lietuvos valstybės kūrimas 1915-1918 metais Vilniuje// Pimasis nepriklausomos Lietuvos de(imtmetis 1918-1928. Kaunas, 1928. P. 19.
11 Известия, 1918, 31 марта.
12 Там же, 16 марта.
13 Известия, 1918, 5 октября.
14 Цит. по: Literatūra ir Menas. Vilnius, 1988. Lapkr. 5.
15 Lietuvos TSR istorijos (altiniai. Vilnius, 1958. T. 3. P. 105. 16 Kapsukas V. Pirmoji Lietuvos proletarinė revoliucija ir Tarybų valdzia. Vilnius, 1958. P. 101.
17 См.: Eidintas A. Antanas Smetona. Vilnius, 1990. P. 71.
18 Petrauskas Z. Lietuvos nacionalinio valstybingumo atkūrimas. Vilnius, 1989. P. 72.
19 Ibid. P. 73.
20 РГАСПИ. Ф. 325. Оп. 2. Д. 27. Л. 147.
21 Там же. Л. 149.
22 Документы и материалы по истории советско-польских отношений. Ноябрь 1918 - апрель 1920. М., 1964. Т. II. C.
23 О сходстве и различиях в концепциях Ю.Пилсудского и Р.Дмовского см.: Skrzypek A. Zwiazek Baltycki. Litwa, Lotwa, Estonia i Finlandia w polityce Polski i ZSRR w latach 1919-1925. Warszawa, 1972. S. 24-26.; Кукушкина И.А. Литва в системе европейских государств (начало 1920-х гг.)// Единая Европа: идея и практика. М., 1994. С. 8-10.
24 The Baltic States. Oxford, 1938. P. 94.
25 См.: Dziewanowski M.K. Josef Pilsudsky. An European Federalist, 1918-1922. California, 1969. P. 84.
26 Цит. по: Laurinavicius (. Lietuvos burzuasinės Laikinosios vyriausibės delegacijos bendradarbiavimas su rusų burzuasiniais politiniais emigrantais Paryziuje 1919 m.// Lietuvos TSR Mokslų Akademijos Darbai. A. Serija 1(102) 1988. P. 94.
27 Ibidem.
28 См.: Stopinski S. Das Baltikum im Patt der M(chte . S. 225.
29 Sozialdemokratas, 1919, spalio 2.
30 См.: Рубцов А.Ф. Литва в политике французского империализма, 1918-1924 гг. Томск, 1988. С. 60-62.
31 Цит. по: Иностранная военная интервенция в Прибалтике, 1917-1920 гг. М., 1988. С. 228.
32 ДВП СССР. Т. 2. М., 1958. С. 439.
33 Там же. С. 438.
34 Там же. С. 451.
35 Там же. С. 450-451.
36 Архив внешней политики России (далее - АВПРФ). Ф. 151. Оп. 3. Папка 2. Д. 9. Л. 8-10, 12, 15.
37 Там же. Л. 3.
38 Там же. Л. 11
39 Zерkaitė R. Op. cit. P. 3.
40 Laurinavicius C. Op. cit. P. 84.
41 О том, что литовское правительство готово было отказаться от переговоров, упоминается в статье Р.Жепкайте. Так, 22 мая 1920 г. литовской делегации была направлена телеграмма, подписанная министром иностранных дел А.Вольдемарасом. В телеграмме сообщалось о решении приостановить переговоры и отозвать некоторых членов делегации. - Zepkaitė R. Op. cit. P. 2. 42 Цит. по: Laurinavicius C. Op. cit. P. 86.
43 АВПРФ, Ф. 151. Оп. 3. Папка 2. Д. 9. Л. 14.
44 Там же. Л. 19.
45 Там же. Л. 21.
46 Там же. Л. 25.
47 Там же. С. 33.
48 Там же. С. 22, 35.
49 См.: Laurinavicius (. Op. cit. P. 92-93.
50 АВПРФ. Ф. 151. Оп. 3. Папка 3. Д. 12. Л. 3.
51 В своей монографии Ч.Лауринавичюс приводит такой интересный факт. По мнению польских политиков, апеллировавших к декрету СНК от 29 августа 1918 г., Россия не имела права признавать независимость Литвы без согласия Польши. Указанный декрет объявлял недействительными все акты XVIII в., связанные с разделом Речи Посполитой, из чего делался вывод, что Россия признала Польшу в границах 1772 г. (т.е. признала права Польши на территорию Литвы). - См.: Laurinavicius (. Op. cit. P. 91.
52 Т.е. на словах или в виде резолюций. - См. АВПРФ. Ф. 151. Оп. 3. Папка 2. Д. 9. Л. 75.
53 Там же, Л. 42.
54 Там же. Л. 47.
55 Там же. Л. 48-49.
56 Там же. Л. 51.
57 Там же. Л. 56.
58 Цит по: Zepkaitė R. Op. cit. P. 3.
59 АВПРФ. Ф. 151. Оп. 3. Папка 2. Д.10. С.88.
60 Steigiamojo Seimo Darbai. Kaunas, 192O. 8 sas. P.
61 Ibid. P. 303.
62 Ibid. P. 311.
63 Purickis J. Seimų laikai// Pirmasis... P. 108.
64 Laurinavicius (. Ibid. P. 202.
65 Stopinski S. Op. cit. S. 254.
---------------
------------------------------------------------------------
---------------
И.А. КУКУШКИНА Литва-Россия. 1920
112
111
Документ
Категория
Типовые договоры
Просмотров
33
Размер файла
102 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа