close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

ЗЕМЕЛЬНЫЙ УЧАСТОК КАК ПРЕДМЕТ ДОГОВОРА РЕНТЫ

код для вставкиСкачать
Литература
1. О критериях оценки работы руководящих кадров : постановление Министерства сельского хозяйства и продовольствия Респ. Беларусь, 28 апреля 2005 г., № 26 : в ред. постановления от
24.07.2007 // Консультант Плюс : Беларусь. Технология 3000 [Электронный ресурс] / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой инфор. Респ. Беларусь, 2011.
ЗЕМЕЛЬНЫЙ УЧАСТОК КАК ПРЕДМЕТ ДОГОВОРА РЕНТЫ:
РЕАЛЬНО ЛИ ЭТО?
Н. А. Синкевич, студентка 4 курса ВГУ им. П. М. Машерова
Научный руководитель:
преподаватель Н. А. Маркина (ВГУ им. П. М. Машерова)
Актуальность исследования вопроса о возможности реализации договора ренты земельного участка обусловливается наличием нормы права в Кодексе Республики Беларусь о земле (далее – КоЗ) и применением данной нормы в практике нотариальных контор.
Следует отметить, что договор ренты земельного участка по своей правовой природе
имеет общие черты и исторические корни своего возникновения с договором аренды земельного участка. Анализ рентных отношений на различных исторических этапах показывает, что договор ренты земельного участка как самостоятельный гражданско-правовой договор ранее не существовал, существовал договор аренды земельного участка, а земельная рента рассматривалась как излишек (сверхприбыль) над обычной средней прибылью
предпринимателя-арендатора. Это не могло не сказаться на современное применение данного вида договора. Как показывает практика, данный вид договора сам по себе применяется
достаточно редко, а в отношении земельного участка и вовсе практически не применяется.
Необходимо найти причину этого не только в историческом аспекте, но и нормах действующего законодательства, тем самым попытаться решить проблему: возможно ли на практике
заключить договор ренты земельного участка.
В КоЗ в статье 47 говорится о том, что земельные участки, находящиеся в частной собственности, могут являться предметом договора ренты [1]. А в статье 572 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) говорится о том, что по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты – гражданин – передает принадлежащее ему недвижимое
имущество в собственность плательщика ренты, за исключением земельного участка [2]. Так
как договор пожизненного содержания с иждивением является разновидностью договора ренты, то из этого следует, что два равнозначных по иерархии нормативных правовых акта при регулировании одного вопроса противоречат друг другу, либо, как минимум, Кодексом о земле
дается нечеткое определение видов тех сделок, которые граждане вправе осуществлять с находящимися в их собственности земельными участками. При анализе данных фактов возникает
вопрос: для чего были внесены в КоЗ изменения, касающиеся права заключения договора ренты, которые не могут быть применены в связи с тем, что уже существует норма права, которая
исключает один из видов договора ренты, касающийся земельных участков. Было бы целесообразнее при внесении изменений в КоЗ учесть статью 572 ГК и указать в статье 47 КоЗ как вид
сделки не общее понятие «договор ренты», а конкретизировать, какие именно сделки, касающиеся договора ренты, владельцы земельных участков вправе совершать с данным видом имущества, а именно заключение договора либо постоянной, либо пожизненной ренты. Так не образовалось бы противоречие в белорусском законодательстве.
Что касается практики нотариальных контор города Витебска, то на сегодняшний день
не было заключено ни одного договора ренты земельного участка. Можно предположить,
что на нулевую статистику в области данного договора повлияли такие факторы: договор
ренты сам по себе новый вид договоров и исторически не сформировавшийся, как остальные; норма права, позволяющая заключать договор ренты земельного участка, была добав207
лена в Кодекс Республики Беларусь о земле относительно недавно, и у граждан просто не
было возможности реализовать свое право на заключение данного договора.
Исходя из исследованного материала и отвечая на вопрос, реально ли рассматривать
земельный участок как предмет договора ренты, можно сказать, что данная норма права
несовершенна, а также не используется пока в практике владельцами земельных участков,
а следовательно, существует необходимость устранения образовавшейся коллизии в национальном законодательстве.
Литература
1. Кодекс Республики Беларусь о земле : Кодекс Респ. Беларусь, 23 июля 2008 г. № 425-З :
в ред. Закона Респ. Беларусь от 7 января 2011 г. № 232-З // Консультант Плюс : Беларусь. Технология 3000 [Электронный ресурс] / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ.
Беларусь. – Минск, 2011.
2. Гражданский кодекс Республики Беларусь : принят Палатой представителей 28 окт.
1998  г. : одобрен Советом Респ. 19 нояб. 1998 г. : в ред. Закона Респ. Беларусь от 03.07.2011 г. //
Консультант Плюс : Беларусь. Технология 3000 [Электронный ресурс] / ООО «ЮрСпектр», Нац.
Центр правовой информ. Респ. Беларусь. – Минск, 2011.
МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ
ГЕННО-ИНЖЕНЕРНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Т. А. Сурта, аспирантка НЦЗПИ Республики Беларусь
Научный руководитель:
кандидат юрид. наук, доцент И. П. Манкевич (БГЭУ)
Развитие генетической инженерии и внедрение в практику ее достижений в последние
десятилетия ХХ столетия вывело проблему обеспечения безопасности генно-инженерной
деятельности в число глобальных проблем современности. Практическое использование современных биотехнологий требует надлежащего правового регулирования этой достаточно
новой сферы общественных отношении. При этом во внимание следует принимать не только
прогрессивные последствия развития генетической инженерии (новые возможности лечения болезней, борьбы с голодом, защиты окружающей среды и др.), но и риски возможных
вредных воздействий генно-инженерных организмов на здоровье, жизнь человека, состояние окружающей среды.
В настоящее время существует два специальных документа, которые на международном уровне прямо направлены на регулирование генно-инженерной деятельности: Конвенция о биологическом разнообразии от 5 июня 1992 г. [1] и Картахенский протокол по биобезопасности принятый 22 января 2000 г. к Конвенции о биологическом разнообразии. В Конвенции ООН о биологическом разнообразии впервые на международном уровне была отмечена необходимость внимательного отношения к живым видоизмененным организмам, полученным в результате использования биотехнологий. Положения Конвенции о биологическом разнообразии обязывают государства-участники предотвращать интродукцию чужеродных видов, которые угрожают экосистемам, местам обитания или видам контролировать
или уничтожать такие чужеродные виды, и т. д. [1].
Следующим важнейшим соглашением, регулирующим межгосударственные отношения в сфере биобезопасности, является Картахенский протокол по биобезопасности к Конвенции о биологическом разнообразии, который вступил в силу 11 сентября 2003 года [2]. В
соответствии со ст. 2 Протокола каждая Сторона обязана принимать необходимые правовые,
административные и другие меры для выполнения своих обязательств, предусмотренных в
рамках Протокола. Речь идет о разработке и принятии соответствующего законодательства,
регулирующего безопасность в генно-инженерной деятельности, создание административных органов или наделение соответствующими полномочиями уже существующих.
208
Документ
Категория
Типовые договоры
Просмотров
28
Размер файла
234 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа