close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Номер 10 - Хозяйство и право

код для вставкиСкачать
В НОМЕРЕ 10 ЗА 2002 ГОД:
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
•
Б. ШЕЛОМОВ. Материальная ответственность сторон трудового договора. - 3
•
А. КУРБАТОВ. Комментарий к Федеральному закону "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)". - 20
•
Ю. ФОГЕЛЬСОН. Обзорный комментарий к Федеральному закону "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных
средств". - 30
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО
РЕГУЛИРОВАНИЯ
•
Л. НОВОСЕЛОВА. Сделки по уступке будущих прав требования. - 64
•
Е. КРАШЕНИННИКОВ. О прощении долга. - 76
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
•
А. НАДМИТОВ. Европейская Компания становится реальностью. - 82
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
•
А. ШИЧАНИН, О. ГРИВКОВ. Взыскание денежных средств по вексельным обязательствам. - 93
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
•
В. ЛИПАВСКИЙ. Тайм-чартер: правовая природа и соотношение со смежными договорами. - 105
ПРЕДПРИЯТИЯ И НАЛОГИ
•
И. ТРОШИН. Некоторые особенности налогообложения доходов физических лиц
при конвертации акций. - 114
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
•
В. АНОХИН, Е. НЕЗНАМОВА. Договор мены: вопросы теории и практики рассмотрения споров. - 120
•
С. РИПИНСКИЙ. О некоторых проблемах, связанных с привлечением государства
к внедоговорной ответственности. - 129
КОНСУЛЬТАЦИЯ
•
К. СКЛОВСКИЙ. Отвечаем на вопросы читателей. - 139
В ПРИЛОЖЕНИИ К НОМЕРУ 10:
•
А. КОРШУНОВ. Упрощенная система налогообложения, учета и отчетности
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
КОММЕНТАРИИ НОВОГО
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Материальная ответственность сторон трудового договора
В трех главах раздела XI Трудового кодекса РФ "Материальная ответственность сторон
трудового договора" (главы 37, 38, 39, ст. 232-250) впервые объединены правила,
предусматривающие материальную ответственность как работника перед работодателем,
так и работодателя перед работником. Она наступает за причинение ущерба одной из
сторон трудового договора в результате ненадлежащего исполнения обязанностей другой стороной данного договора и состоит в дополнительной обязанности последней возместить причиненный ущерб.
В КЗоТ основным положениям материальной ответственности работника были посвящены ст. 118-123, которые содержались в главе 8 "Гарантии и компенсации", а некоторые положения указанной ответственности работодателя — в ст. 213 (глава 14 "Трудовые споры"). Это исключало возможность привести в КЗоТ общие положения материальной ответственности сторон трудового договора, которые сформулированы в ст. 232,
233 ТК.
В ст. 232 ТК прежде всего сказано об обязанности стороны трудового договора возместить ущерб, причиненный ею другой стороне названного договора, в соответствии с
настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Это вытекает из ст. 1 ТК,
рассматривающей материальную ответственность работодателей и работников как особый вид отношений, правовое регулирование которых соглас-но ст. 6 ТК отнесено к
компетенции федеральных органов государственной
власти.
Обязанность стороны трудового договора возместить ущерб, причиненный ею другой
стороне этого договора, наступает со дня его возникновения независимо от привлечения
работника за этот ущерб к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности (ст. 248 ТК), а работодателя-организацию — к административной ответственности.
Кодекс РФ об административных правонарушениях (ст. 4.1), введенный в действие с
1 июля 2002 года, предусматривает, что назначение административного наказания не
освобождает лицо от исполнения обязанности, за неисполнение которой наказание было
назначено. Это правило имеет важное значение для материальной ответственности работодателя, привлеченного к административной ответственности за правонарушения в
сфере труда.
Более того, Трудовой кодекс (ст. 243) усиливает материальную ответственность работника за ущерб, причиненный преступлением или административным проступком.
Статья 232 ТК впервые предусматривает, что трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизировать4
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
ся материальная ответственность сторон договора. При этом договорная ответственность
работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем
— выше, чем предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Например, в договорном порядке нельзя возложить на работника полную материальную ответственность за ущерб при повреждении (утрате) автомашины, станка и иного
оборудования, которое им обслуживается. Такая ответственность регулируется соответствующими нормами Кодекса (ст. 244, 245), которые не подлежат расширительному
толкованию. С другой стороны, практика идет по пути установления в договорном порядке дополнительного возмещения работодателем вреда, причиненного здоровью работника в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Это соответствует ст. 9 ТК,
где сказано, что в договорном порядке нельзя снижать уровень прав и гарантий работников, установленных трудовым законодательством.
Согласно ст. 232 ТК расторжение трудового договора после причинения ущерба не
влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности.
Следовательно, работник, уволенный за причинение ущерба работодателю, не освобождается от обязанности возместить этот ущерб. В равной мере не освобождается от аналогичной обязанности и работодатель после увольнения работника.
В ст. 233 ТК впервые сформулированы общие условия наступления рассматриваемой
ответственности. Она наступает за ущерб, причиненный стороне трудового договора
другой его стороной в результате ее противоправного и виновного поведения.
Таким образом, в ст. 233 ТК закреплены следующие условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора: 1) наличие ущерба;
2) противоправное поведение (действие или бездействие); 3) вина причинителя ущерба; 4) причинная связь между противоправным и виновным поведением причинителя ущерба и ущербом, возникшим у другой стороны трудового договора. Ранее указанные условия рассматривались лишь применительно к материальной ответственности работника (ст. 118
КЗоТ).
В ст. 233 ТК после перечисления названных условий материальной ответственности
сторон трудового договора сказано: "если иное не предусмотрено настоящим Кодексом
или иными федеральными законами".
Оговорка имеет важное значение для защиты материальных интересов работника, когда ущерб причинен ему источником повышенной опасности (движущимся транспортным средством, электрической энергией высокого напряжения и т. п.), которым работодатель владеет на законном основании (например, на праве собственности, праве хозяйственного ведения или оперативного управления, праве аренды).
Согласно ст. 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности обязан возместить вред, причиненный этим источником, если не докажет, что вред возник вследствие
непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Из этого следует, что работодатель —
владелец источника повышенной опасности отвечает за вред, причиненный работникам
этим источником, и при отсутствии своей вины (например, строительная организация,
доставлявшая людей к месту работы на арендованном у автобазы автобусе).
Наконец, в ст. 233 ТК впервые сформулирована общая обязанность каждой из сторон
трудового договора: доказать размер причиненного ей ущерба. Применительно к работодателю указанная обязанность конкретизирована в ст. 247 ТК.
Материальная ответственность работодателя
перед работником
Статья 234 ТК впервые предусматривает обязанность работодателя возмещать работнику ущерб, причиненный во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. При этом в Кодексе приведены наиболее типичные случаи причинения указанного ущерба, в принципе известные КЗоТ:
а) незаконное отстранение работника от работы, его увольнение или перевод на другую работу;
5
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
б) отказ работодателя от исполнения или несвоевременное исполнение решения органа по рассмотрению трудовых споров или государственного правового инспектора
труда о восстановлении работника на прежней работе;
в) задержка работодателем выдачи работнику трудовой книжки, а также внесение в
нее неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины
увольнения.
В связи с этим следует напомнить, что отстранение от работы осуществляется в соответствии со ст. 76 ТК. Перевод на другую работу регулируется ст. 72 и 74,
а увольнение — ст. 77-84 ТК.
Несоблюдение работодателем правил, изложенных в названных статьях Кодекса, означает незаконность его действий.
Согласно ст. 396 ТК решение о восстановлении на работе незаконно уволенного или
переведенного на другую работу работника подлежит немедленному исполнению.
В силу ст. 62 ТК работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку в день
увольнения (последний день работы).
В приведенных в ст. 234 ТК и иных аналогичных случаях работник лишается возможности трудиться и, следовательно, получать соответствующую заработную плату.
Кодекс возлагает на работодателя обязанность возмещать работнику возникший ущерб.
Вместе с тем если в день увольнения работника выдать трудовую книжку невозможно в связи с отсутствием работника либо его отказом от получения трудовой книжки на
руки, работодатель направляет работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой
книжки (ст. 62 ТК).
Незаконное лишение работника возможности трудиться наступает и в результате необоснованного отказа в заключении трудового договора. Например, отказа в приеме на
работу в силу обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника. В Трудовом кодексе (как и в КЗоТ) содержится прямой запрет отказывать в заключении трудового договора работнику, получившему письменное приглашение о поступлении на работу
в порядке перевода от другого работодателя, а также женщине по мотивам, связанным с
беременностью или наличием детей (ст. 64 ТК).
Кодекс не ограничивает материальную ответственность работодателя за ущерб, причиненный в указанных случаях, каким-либо пределом. Более того, в ст. 395 ТК сказано,
что при признании органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор, денежных требований работника обоснованными они удовлетворяются в полном объеме, а
согласно ст. 396 ТК при задержке работодателем исполнения решения о восстановлении
работника на прежней работе орган, принявший такое решение, выносит определение о
выплате работнику за все время задержки исполнения решения среднего заработка или
разницы в заработке.
6 января 2000 года вступил в силу Федеральный закон от 24 июня 1998 года № 125ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и
профессиональных заболеваний". Он предусматривает, что соответствующие выплаты
пострадавшему работнику производятся не организацией-работодателем, а Фондом
социального страхования. Вместе с тем названный Закон (п. 2 ст. 1) не ограничивает
права застрахованных на возмещение вреда. Работодатель возмещает работнику вред в
части, превышающей обеспечение по страхованию, если это предусмотрено коллективным договором или отраслевым (тарифным) соглашением. Они могут устанавливать
работникам, получившим инвалидность от несчастного случая или профзаболевания,
единовременные выплаты (размер которых зависит от группы инвалидности), а также
ежемесячные выплаты в процентах от среднемесячной зарплаты (размер которых зависит от процента утраты трудоспособности).
6
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Трудовой кодекс (ст. 235) впервые предусматривает материальную ответственность
работодателя за ущерб, причиненный имуществу работника. Ранее в подобных случаях
работодатель отвечал но нормам гражданского законодательства.
Работодатель обычно возмещает работнику стоимость утраченного имущества или
расходы по восстановлению первоначальной стоимости поврежденного имущества в
случаях:
◆ утраты (порчи) имущества при исполнении трудовых обязанностей;
◆ необеспечения сохранности имущества работника (например, из-за отсутствия специально оборудованных шкафчиков для хранения одежды работника, который трудится
в спецодежде).
Ущерб возмещается в полном объеме, а его размер исчисляется по рыночным ценам,
действующим в данной местности на момент возмещения ущерба. Следовательно, в
условиях инфляции длительная задержка возмещения ущерба, причиненного имуществу
работника, может привести к увеличению суммы, подлежащей выплате работнику.
Вместе с тем при согласии работника ущерб может быть возмещен в натуре, то есть
путем передачи работнику имущества, аналогичного утраченному, или исправления
испорченного имущества.
Статья 235 ТК гласит, что заявление работника о возмещении ущерба, причиненного
имуществу, направляется им работодателю. Последний обязан рассмотреть его и принять
соответствующее решение в 10-дневный срок со дня поступления. При несогласии работника с решением работодателя или неполучении ответа в установленный срок работник имеет право обратиться в суд.
Представляется, что такой порядок возмещения ущерба должен применяться во всех
случаях, кроме тех, когда законодательством установлено иное.
В ст. 236 ТК впервые в трудовом законодательстве предумотрена материаль-ная ответственность работодателя за задержку выплаты заработной платы: работодатель при
нарушении установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат
при увольнении и других выплат, причитающихся работнику, обязан выплатить их с
уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки.
ЦБ РФ устанавливает ставку рефинансирования при предоставлении краткосрочных
кредитов коммерческим банкам, то есть речь идет об уплате процентов за временное
пользование чужими средствами.
С 9 апреля 2002 года годовая ставка рефинансирования установлена в размере 23
процента 1 ; следовательно, с 9 апреля 2002 года дневная ставка составляет 0,0766(6)
процента (23 % : 300).
Выплата процентов производится за каждый календарный день задержки, начиная со
следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета
включительно. Так, если выплата заработной платы предусмотрена 4-го числа, то проценты начисляются начиная с 5-го числа, включая день фактического расчета.
Таким образом, ст. 236 ТК устанавливает особый порядок исчисления сроков для выплаты процентов за задержку невыплаченной заработной платы. Там же указано, что
конкретный размер выплачиваемой работнику денежной компенсации определяется
коллективным или трудовым договором.
Однако в соответствии со ст. 1 ТК важнейшей целью трудового законодательства является установление государственных гарантий трудовых прав граждан.
В коллективном или трудовом договоре может предусматриваться конкретный, более высокий по
сравнению со ставкой рефинансирования ЦБ РФ размер указанной выплаты. При отсутствии в коллективном или трудовом договоре размера выплачиваемой работнику ком-
1
Труд, 2002, 25 апреля.
7
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
пенсации необходимо руководствоваться в соответствии со ст. 236 ТК ставкой рефинансирования ЦБ РФ.
В ст. 237 ТК впервые предусмотрена в общей форме обязанность работодателя возмещать работнику моральный вред, причиненный его неправомерными действиями или
бездействием.
Под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания, причиненные работнику (ср. ст. 151 ГК РФ). Моральный вред подлежит возмещению работнику во всех случаях его причинения независимо от возмещения имущественного ущерба. Моральный вред возмещается в денежной форме в размерах, определяемых соглашением работника и работодателя. При возникновении спора факт причинения морального
вреда и размеры его возмещения определяются судом.
Решение указанных вопросов приобретает особое значение при причинении вреда
жизни или здоровью работника.
Материальная ответственность работника за ущерб,
причиненный работодателю
Статья 238 ТК, как и КЗоТ (ст. 118), предусматривает обязанность работника возмещать работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. При этом в Трудовом кодексе впервые в соответствии со сложившейся практикой дается определение
указанного ущерба.
Под прямым действительным ущербом (ст. 238 ТК) понимается реальное уменьшение или ухудшение состояния наличного имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты на приобретение или восстановление имущества либо произвести излишние выплаты. Речь идет об имуществе работодателя, принадлежащем ему на праве собственности (ст. 209 ГК РФ) или находящемся у него на законном основании: праве хозяйственного ведения (ст. 294 ГК РФ), оперативного управления (ст. 296 ГК РФ), по
договорам аренды (ст. 606 ГК РФ), хранения (ст. 886 ГК РФ) и др.
Примером затрат на приобретение или восстановление имущества служат покупка
или ремонт утраченных или испорченных ценностей.
Излишними выплатами могут быть штрафные санкции, уплаченные работодателем за
невыполнение или ненадлежащее исполнение ими договорных обязательств перед хозяйствующими субъектами. В равной мере к ним относятся заработная плата, выплаченная
работнику за время противоправного лишения его возможности трудиться (ст. 234 ТК), а
также суммы, выплаченные работнику за задержку выплаты заработной платы (ст. 236
ТК), и возмещение причиненного ему морального вреда (ст. 237 ТК).
Материальную ответственность лишь за прямой действительный ущерб несут все работники, то есть лица, состоящие в трудовых отношениях с работодателями, независимо
от их организационно-правовой формы, а также от последующего увольнения за причиненный ими ущерб.
Условия и размеры материальной ответственности военнослужащих и граж-дан, призванных на военные сборы, за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей
военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями, а также порядок возмещения причиненного ущерба установлены Федеральным законом от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ "О материальной ответственности военнослужащих" 2 . См. также постановление Конституционного Суда РФ от
10 апреля 2001 года № 5-П "По делу
о проверке конституционности части первой
пункта 1 статьи 8 Федерального закона "О материальной ответственности военнослужащих" в связи с запросом Находкинского гарнизонного военного суда" 3 .
2
3
Собрание законодательства РФ, 1999, № 29, ст. 3682.
Собрание законодательства РФ, 2001, № 17, ст. 1768.
8
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Лица, занятые в сфере труда по договору подряда и иным гражданско-пра-вовым соглашениям, возмещают причиненный ими ущерб по правилам гражданского законодательства (если только за этими соглашениями не скрываются трудовые отношения).
В отличие от ст. 238 ТК согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы,
которые юридическое или физическое лицо, в том числе индивидуальный предприниматель (см. ст. 23 ГК РФ), чье право нарушено, произвело или должно будет произвести
для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также недополученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная
выгода).
Таким образом, прямой действительный ущерб с позиции ст. 15 ГК РФ — это реальный ущерб, который фактически понес работодатель.
Статья 151 ГК РФ предусматривает право гражданина на возмещение причиненного
ему морального вреда. Однако таким правом пользуется лишь гражданин-работник по
отношению к работодателю (ст. 237 ТК). Аналогичное право у гражданина-работодателя
по отношению к работнику отсутствует [см. постановление Пленума Верховного Суда
РФ от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о
компенсации морального вреда" (с изм. и доп.)].
Согласно ст. 1068 ГК РФ работодатель отвечает за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В связи с
этим Трудовой кодекс предусматривает, что работник несет материальную ответственность за прямой действительный ущерб, как непосредственно причиненный им работодателю, так и возникший у последнего в результате возмещения им ущерба иным лицам.
Ущерб может быть причинен работодателю совместными действиями нескольких
лиц, одни из которых являются его работниками, а другие не состоят с ним в трудовых
отношениях. В этом случае первые несут ответственность по нормам трудового, а вторые — по нормам гражданского законодательства. Однако если последние причинили
материальный ущерб данному работодателю при исполнении трудовых обязанностей
перед другим работодателем, вначале должен быть рассмотрен вопрос о распределении
ответственности между этими работодателями по нормам гражданского законодательства (ст. 402 ГК РФ). Затем каждый из работодателей вправе поставить вопрос об ответственности своих работников по нормам трудового законодательства.
Одновременное привлечение к материальной ответственности по нормам трудового
законодательства как работников данного работодателя, так и работников другого работодателя законом не предусмотрено.
В ст. 239 впервые на уровне Трудового кодекса предусмотрены обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника. КЗоТ (ст. 118) не допускал возложение на работника ответственности за ущерб, который мог быть отнесен к категории
нормального производственно-хозяйственного риска. В отли-чие от КЗоТ ст. 239 ТК
говорит не о производственно-хозяйственном, а о хозяйственном риске, так как он может
возникнуть в сфере не только производства, но и обращения ценностей.
К обстоятельствам, исключающим материальную ответственность работника, ст. 239
ТК относит:
1) непреодолимую силу;
2) нормальный хозяйственный риск;
3) крайнюю необходимость или необходимую оборону;
4) неисполнение работодателем обязанностей по обеспечению надлежащих условий
для хранения имущества, вверенного работнику.
Определение указанных понятий в Кодексе отсутствует.
Под непреодолимой силой обычно понимают чрезвычайное и непредотвратимое при
данных условиях событие. Например, речь может идти о стихийном бедствии, в результате которого произошли недостача и порча имущества работодателя, вверенного работнику.
9
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
К потерям, которые исключают материальную ответственность работника в связи с
действием непреодолимой силы, следует относить и фактические потери материальных
ценностей в пределах норм естественной убыли. Под естественной убылью понимается
уменьшение первоначального веса и объема ценностей (в том числе сырья, полуфабрикатов и товаров) в процессе реализации, хранения и транспортировки, являющееся результатом их естественных (физико-химических) свойств. Нормы естественной убыли дифференцированы по видам ценностей с учетом условий реализации, хранения и транспортировки (см., например, Приложение № 1 к приказу Министерства здравоохранения РФ
от 20 июля 2001 года № 284 "Нормы естественной убыли лекарственных средств и изделий медицинского назначения в аптечных организациях независимо от организационноправо-вой формы и формы собственности" 4 ).
Риск признается оправданным, если:
1) совершенное действие соответствует современным знаниям и опыту;
2) поставленная цель не могла быть достигнута иными действиями;
3) лицо, допустившее риск, приняло все возможные меры для предотвращения ущерба.
По общему правилу риск случайной гибели или случайного повреждения имущества
несет его собственник (ст. 211 ГК РФ).
К потерям, возникшим в результате нормального хозяйственного риска, относятся,
например, фактические потери товарных ценностей в торговых залах магазинов самообслуживания в пределах установленных для них норм потерь.
Под крайней необходимостью понимается причинение вреда для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица и других лиц, если
эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред
является менее значительным, чем предотвращенный (например, порча имущества работодателя во время тушения пожара).
Примером отсутствия надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может быть хранение ценностей без соответствующей охраны или в неприспособленном для этого помещении. Однако об отсутствии указанных условий работник
должен своевременно письменно ставить в известность работодателя.
При наличии хотя бы одного из рассмотренных обстоятельств материальная ответственность работника за ущерб, возникший у работодателя, исключена.
Уголовный кодекс в качестве обстоятельств, исключивших преступность деяния, наряду с обоснованным риском (ст. 41), необходимой обороной (ст. 37), крайней необходимостью (ст. 39) называет также причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38), физическое или психическое принуждение (ст. 40), исполнение
обязательных для лица приказа или распоряжения (ст. 42).
Следует полагать, что при наличии указанных обстоятельств исключается также и
материальная ответственность работника.
Особое значение имеет положение, исключающее материальную ответственность работника за ущерб, возникший в результате исполнения приказа или распоряжения. Ответственность за причинение такого вреда несет лицо, отдавшее незаконные приказ или
распоряжение. Однако работник, причинивший ущерб умышленно во исполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения, отвечает на общих основаниях.
Статья 240 ТК впервые дает работодателю право с учетом конкретных обстоятельств,
при которых был причинен ущерб, полностью или частично отказаться от его взыскания
с виновного работника. Вместе с тем представляется, что государственные и муниципальные организации могут воспользоваться указанным правом при условии возмещения
ущерба, причиненного собственнику имущества, за счет собственных средств.
Статья 241 ТК сохраняет основной предел материальной ответственности работника
— средний месячный заработок. В 2002 году он учитывается за три полных месяца,
4
Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти, 2001, № 45.
10
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
предшествующих месяцу, в котором причинен ущерб (см. Порядок исчисления среднего
заработка в 2000-2001 годах, утвержденный постановлением Минтруда РФ от 17 мая
2000 года № 38, действие которого на 2002 год продлено распоряжением Правительства
РФ от 21 ноября 2001 года № 1552-р). В пределах среднего месячного заработка работник отвечает во всех случаях причинения ущерба, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом и другими федеральными законами.
Согласно ст. 242 ТК полная материальная ответственность работника состоит в его
обязанности возмещать причиненный ущерб в полном размере, то есть без ограничения
каким-либо заранее установленным пределом. В соответствии с той же статьей работники в возрасте до восемнадцати лет несут полную материальную ответственность лишь за
умышленное причинение ущерба, за ущерб, причиненный в состоянии алкогольного,
наркотического или токсического опьянения, а также за ущерб, причиненный в результате совершения преступления или административного проступка.
Следовательно, во всех иных случаях причинения ущерба работники, не достигшие
18 лет, могут нести лишь ограниченную ответственность (ст. 241 ТК).
Согласно ст. 243 ТК материальная ответственность в полном размере причиненного
ущерба возлагается на работника в следующих случаях:
1) когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами
на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей;
2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу;
3) умышленного причинения ущерба;
4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или токсического
опьянения;
5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных
приговором суда;
6) причинения ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом;
7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (служебную,
коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами;
8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.
Сопоставим указанную статью со ст. 121 КЗоТ, в которой также говорилось о полной
материальной ответственности работника за конкретные случаи причинения ущерба.
Пункт 1 ст. 243 ТК соответствует в основном п. 2 ст. 121 КЗоТ. Однако если
в
КЗоТ говорилось о законодательстве, то в Трудовом кодексе названы настоя-щий Кодекс
и иные федеральные законы. Следовательно, это исключает возложение на работника
полной материальной ответственности на основании указов Президента РФ, постановлений Правительства РФ, а также законов субъектов Федерации.
Пункт 2 ст. 243 ТК существенно отличается от п. 3 ст. 121 КЗоТ. Последний возлагал
на работника полную материальную ответственность за ущерб, причиненный в результате необеспечения сохранности вверенных ему ценностей. Судебная практика исходила из
того, что работник должен нести такую ответственность не только за недостачу, но и за
порчу этих ценностей. Трудовой кодекс установил полную материальную ответственность работника лишь за недостачу вверенных ему ценностей.
Пункт 3 ст. 243 ТК говорит об умышленном причинении любого ущерба, но в отличие от п. 6 ст. 121 КЗоТ исключает возможность полной материальной ответственности
работника за недостачу инструментов, измерительных приборов, спецодежды и других
предметов, выданных работнику в пользование.
Пункт 4 ст. 243 ТК предусматривает полную материальную ответственность работника за ущерб, причиненный в состоянии не только алкогольного (см. п. 7 ст. 33 КЗоТ),
но также наркотического или токсического опьянения.
11
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Пункт 5 ст. 243 ТК соответствует п. 1 ст. 121 КЗоТ. Он предусматривает полную материальную ответственность работника за ущерб, причиненный его преступными действиями, при условии, что это установлено приговором суда. Таким образом, по общему
правилу прекращение уголовного дела на стадии предварительного следствия не может
повлечь за собой полную материальную ответственность работника.
Решение о взыскании с работника ущерба, причиненного в результате совершения
преступления, может быть вынесено судом одновременно с применением к виновному
мер уголовного наказания.
Освобождение лица от уголовной ответственности по амнистии (ст. 84 УК) не может
служить основанием для его освобождения от материальной ответственности. Лица,
подпадающие под действие постановления об амнистии, не освобождаются от обязанности возместить вред, причиненный в результате совершенных ими противоправных действий (см., например, п. 8 постановления Государственной Думы от 26 мая 2000 года
№ 399-III ГД "О порядке применения постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием
Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" 5 ).
Прекращение уголовного дела в связи с применением акта об амнистии, вступившего
в силу до начала судебного разбирательства, также не освобождает от обязанности возместить ущерб. Лицо, не согласное с применением к нему акта об амнистии, может обжаловать вердикт судебных или следственных органов в порядке, предусмотренном
Уголовно-процессуальным кодексом РФ.
Пункт 6 ст. 243 ТК предусматривает полную материальную ответственность работника за ущерб, причиненный в результате административного проступка, если таковой
установлен соответствующим государственным органом. Аналогичная норма в КЗоТ
отсутствовала. Ее включение в Трудовой кодекс объясняется изменением уголовного и
административного законодательства. Многие деяния, которые ранее считались преступлениями, новым Уголовным кодексом не предусмотрены.
В то же время Кодекс РФ об административных правонарушениях значительно расширил сферу административной ответственности работников и работодателей (юридических и физических лиц). Статья 2.4 этого Кодекса предусматривает, что административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей. При этом под должностным лицом понимается не только
лицо, осуществляющее функции представителя власти, но и лицо, выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных
организациях, а также в Вооруженных Силах РФ, других войсках и воинских формированиях.
Важно подчеркнуть, что совершившие административные правонарушения в связи с
выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных
функций руководители и другие работники иных организаций, а также лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут
административную ответственность как должностные лица, если законом не установлено
иное.
Кодекс РФ об административных правонарушениях определяет, какие дела рассматриваются судьей, а какие — иными органами (должностными лицами).
Согласно ч. 2 ст. 29.10 КоАП если при решении вопроса о назначении судьей административного наказания за административное правонарушение одновременно решается
вопрос о возмещении имущественного ущерба, в постановлении по делу об административном правонарушении указываются размер ущерба, подлежащего возмещению, сроки
5
Собрание законодательства РФ, 2000, № 22, ст. 2287.
12
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
и порядок его возмещения. Такое постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд (п. 1 ч. 1 ст. 30.1 КоАП).
В п. 7 ст. 243 ТК впервые предусмотрена полная материальная ответственность за
ущерб, причиненный в результате разглашения сведений, составляющих охраняемую
законом тайну (служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами. Представляется также, что ответственность по п. 7 ст. 243 может
наступать только тогда, когда в трудовом договоре, заключенном с работником, содержится условие о неразглашении охраняемой законом тайны (ст. 57 ТК). Необходимо
также учитывать, что за разглашение охраняемой законом тайны может наступить уголовная или административная ответственность.
В Уголовном кодексе есть статьи, предусматривающие уголовную ответственность за
разглашение охраняемой законом тайны. Так, ч. 2 ст. 183 УК устанавливает эту ответственность за незаконное разглашение или использование сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, без согласия их владельца, совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности и причинившие крупный ущерб.
Согласно ст. 283 УК уголовная ответственность наступает за разглашение сведений,
составляющих государственную тайну, лицом, которому она была доверена или стала
известна по службе или работе, если эти сведения стали достоянием других лиц, при
отсутствии признаков государственной измены.
Согласно ст. 13.14 КоАП разглашение информации, доступ к которой ограничен федеральным законом (за исключением случаев, если ее разглашение влечет уголовную
ответственность), лицом, получившим доступ к данной информации в связи с использованием служебных или профессиональных обязанностей, является административным
правонарушением и влечет наложение административного штрафа.
При этом следует учитывать, что Перечень сведений, отнесенных к государственной
тайне, утвержден Указом Президента РФ от 24 января 1998 года № 61 6 ; Перечень сведений конфиденциального характера (включая сведения, составляющие коммерческую
тайну) утвержден Указом Президента РФ от 6 марта 1997 го-да № 188 7 ; в постановлении
Правительства РФ от 5 декабря 1991 года № 35 8 дан перечень сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну и, следовательно, разглашение которых не может
повлечь за собой ответственность по п. 7 ст. 243 ТК.
Работник может причинить работодателю ущерб "не при исполнении трудовых обязанностей" как в свободное время, так и в рабочее время (п. 8 ст. 243 ТК, а ранее п. 4
ст. 121 КЗоТ). Работодатель должен доказать, что причиной ущерба были действия работника, совершенные им не при исполнении трудовых обязанностей. Например, работник сломал станок при изготовлении на нем в личных целях каких-либо деталей; водитель, совершая "левую" ездку, допустил аварию автомашины.
B случаях, предусмотренных ст. 243 ТК, работники в возрасте до 18 лет несут полную материальную ответственность лишь за умышленное причинение ущерба, за ущерб,
причиненный в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения, а
также за ущерб, причиненный в результате совершения преступления или административного проступка (ст. 242 ТК). В связи с этим с указанными работниками не должны
заключаться договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности.
Статья 244 ТК (как и ст. 1211 КЗоТ) предусматривает, что письменные договоры о
полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности
заключаются с работниками, достигшими возраста 18 лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.
6
7
8
Собрание законодательства РФ, 1998, № 5, ст. 561.
Собрание законодательства РФ, 1997, № 10, ст. 1127.
СП РФ, 1992, № 1-2, ст. 7.
13
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Однако в соответствии с п. 2 ст. 243 ТК на основании указанных договоров работник
может нести полную материальную ответственность лишь за недостачу вверенных ценностей.
Согласно ст. 244 ТК правительством должен быть установлен порядок утверждения
перечня работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовых форм этих договоров (см. распоряжение Правительства РФ от 17
апреля 2002 года № 516-р 9 ).
Впредь до утверждения названных актов надлежит руководствоваться ранее принятыми перечнями и типовыми формами договоров, но лишь в той части, в какой они не
противоречат настоящему Кодексу.
Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми предприятием, учреждением, организацией могут заключаться письменные договоры о полной материальной ответственности за необеспечение сохранности ценностей,
переданных им для хранения, обработки, продажи (отпуска), перевозки или применения
в процессе производства, и Типовой договор о полной индивидуальной материальной
ответственности утверждены постановлением Госкомтруда СССР и Секретариата
ВЦСПС от 28 декабря 1977 года № 447/24, в ред. от 14 сентября 1981 года (с изм. и
доп.) 10 .
Письменные договоры о полной материальной ответственности могут заключаться
работодателем с лицами, занимающими должности или выполняющими работы, приведенные в упомянутом Перечне, при одновременном наличии следующих условий: а)
работник достиг 18-летнего возраста; б) ему непосредственно передавались ценности для
хранения, обработки, продажи (отпуска), перевозки или применения в процессе производства. Поэтому не должны заключаться указанные договоры с уборщицами, сторожами и бухгалтерами складов, а также иными работниками, которым ценности непосредственно не вверяются 11 .
Указанные во втором разделе Перечня работы могут выполняться работниками, не
занимающими какие-либо должности. В этом случае следует исходить из характера выполняемой работы, непосредственно связанной с хранением, обработкой, реализацией,
перевозкой или применением в процессе производства вверенных работнику ценностей.
Перечень должностей и работ расширительному толкованию не подлежит. При совмещении профессий (должностей) договор может быть заключен с работником, если в
Перечне предусмотрена основная или совмещаемая им профессия (должность): например, с водителем автомашины, совмещающим обязанности экспедитора.
В организациях с небольшой численностью работающих и не имеющих в штате кассира обязанности кассира могут выполняться главным бухгалтером или другим работником по письменному распоряжению руководителя организации. О субъектах малого
предпринимательства и численности работающих в нем см. Федеральный закон от 14
июня 1995 года № 88-ФЗ "О государственной поддержке малого предпринимательства в
Российской Федерации" (с изм.) 12 .
Работник несет полную индивидуальную материальную ответственность лишь за недостачу ценностей, которые он лично получил по накладной или иному бухгалтерскому
документу (п. 2 ст. 243 ТК).
При этом в отдельных случаях доступ к указанным ценностям могут иметь другие
лица (например, подсобные рабочие).
Упомянутый Типовой договор о полной индивидуальной материальной ответственности, конкретизируя обязанности работника и администрации по обеспечению сохранности ценностей, содержит, в частности, следующие положения:
9
Собрание законодательства РФ, 2002, № 16, ст. 1596.
Бюллетень Госкомтруда СССР, 1978, № 4; 1982, № 1.
См., например: БВС РСФСР, 1978, № 10, с. 2; 1979, № 4, с. 2.
12
Собрание законодательства РФ, 1995, № 25, ст. 2343.
10
11
14
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
а) работник должен своевременно сообщать администрации обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности ценностей; вести учет, составлять и представлять в установленном порядке соответствующие отчеты; участвовать в инвентаризации;
б) администрация обязуется знакомить работника с законодательными актами, устанавливающими правила работы с материальными ценностями; проводить в установленном порядке инвентаризацию ценностей.
Невыполнение администрацией указанных обязанностей, способствовавшее возникновению ущерба, служит основанием для уменьшения размера ущерба, подлежащего
возмещению лицом, причинившим ущерб, либо освобождения работника от ответственности, а в соответствующих случаях и для возложения обязанности возместить ущерб на
виновного работника из числа администрации.
Статья 245 ТК сохраняет ранее известное правило (ст. 1212 КЗоТ), согласно которому
коллективная (бригадная) материальная ответственность может вводиться в порядке
исключения, когда нельзя разграничить материальную ответственность каждого работника и заключить с ним договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Например, на складе заняты заведующий и два кладовщика. Склад работает ежедневно по 12 часов. Названные лица выходят на работу по ленточному графику, самостоятельно принимают и отпускают ценности, которые хранятся в одном помещении.
При таких условиях разграничить ответственность работников невозможно. Поэтому
материальные ценности вверяются группе (бригаде) работников в целом.
Вместе с тем в этой статье Кодекса впервые предусмотрено, что на бригаду материально-ответственных лиц (как и при индивидуальной ответственности) возлагается полная материальная ответственность лишь за недостачу ценностей.
Особо следует сказать о новом правиле, согласно которому для освобождения от ответственности член бригады должен доказать отсутствие своей вины.
Наконец, еще одно важное новое положение: при добровольном возмещении ущерба
степень вины каждого члена бригады определяется по соглашению между всеми членами
бригады и работодателем. При взыскании ущерба в судебном порядке степень вины каждого члена бригады определяется судом.
Впредь до утверждения перечня работ и категорий работников, с которыми могут заключаться договоры о коллективной (бригадной) материальной ответственности, и типового договора об этой ответственности (ст. 244 ТК) надлежит ру-ководствоваться ранее
принятыми актами, но лишь в той части, в какой они не противоречат настоящему Кодексу. Соответствующие перечень и типовой договор утверждены постановлением
Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 14 сентября 1981 года № 259/16-59 13 .
Согласно ч. 1 ст. 246 ТК размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и
порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже
стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого
имущества.
Таким образом, размер указанного ущерба не может быть ниже балансовой оценки
фактически утраченного или испорченного имущества.
Бухгалтерский учет представляет собой упорядоченную систему сбора, регистрации
и обобщения информации в денежном выражении об имуществе, обязательствах организаций и их движении путем сплошного, непрерывного и документального учета всех
хозяйственных операций [ст. 1 Федерального закона от 21 ноября 1996 года № 129-ФЗ
"О бухгалтерском учете" (с изм.) 14 ]. Нормативные акты по бухгалтерскому учету, изданные до вступления в силу названного Федерального закона, действуют в части, не противоречащей ему (ст. 19 того же Закона). Размер ущерба должен быть подтвержден документально.
13
14
См.: Бюллетень Госкомтруда СССР, 1982, № 1.
Собрание законодательства РФ, 1996, № 48, ст. 5369.
15
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Порядок ведения бухгалтерского учета отдельных видов имущества предусмотрен
специальными актами [см., например, Положение по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01, утвержденное приказом Министерства финансов РФ от 30 марта
2001 года № 26н, с изменениями, внесенными приказом Минфина России от 18 мая 2002
года № 45н 15 ; Положение по бухгалтерскому учету "Учет материальнопроизводственных запасов" ПБУ 5/01, утвержденное приказом Министерства финансов РФ от 9 июня 2001 года № 44н (с изм.
и доп.) 16 ].
Порядок ведения бухгалтерского учета в бюджетных учреждениях предусмотрен Инструкцией, утвержденной приказом Министерства финансов РФ от 30 декабря 1999 года
№ 107н (с изм. и доп.) 17 .
Фактические потери, исчисленные исходя из рыночных цен, действующих в данной
местности, могут превышать по данным бухгалтерского учета размер ущерба. В подобной ситуации размер ущерба исчисляется исходя из рыночных цен.
Однако в любом случае:
3 денежная оценка размера ущерба дается на день его причинения;
3 при определении размера ущерба не учитываются фактические потери ценностей в
пределах установленных норм потерь, прежде всего норм естественной убыли.
Согласно ч. 2 ст. 246 ТК (в основном соответствующей ст. 255 КЗоТ) федеральный
закон может устанавливать особый порядок определения размера подлежащего возмещению ущерба, причиненного работодателю:
хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей;
в тех случаях, когда фактический размер причиненного ущерба превышает его номинальный размер.
Важно подчеркнуть, что в первом случае речь идет о повышенной (по сравнению с
фактическим размером ущерба) материальной ответственности работника. Такая ответственность наступает за ущерб, причиненный юридическому лицу, если неисполнение
или ненадлежащее исполнение работником трудовых обязанностей повлекло хищение
либо недостачу наркотических средств или психотропных веществ.
Указанный работник несет материальную ответственность в 100-кратном размере
прямого действительного ущерба, причиненного юридическому лицу в результате хищения либо недостачи наркотических средств или психотропных веществ (п. 6 ст. 59 Федерального закона от 8 января 1998 года № 3-ФЗ "О наркотических средствах и психотропных веществах" 18 ).
Наркотические средства — вещества синтетического или естественного происхождения, препараты, растения, включенные в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ, в соответствии с законодательством РФ, международными договорами, в том числе Единой конвенцией о наркотических средствах 1961 года.
Психотропные вещества — вещества синтетического или естественного происхождения, препараты, природные материалы, включенные в Перечень наркотических средств,
психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ, в соответствии с
законодательством РФ, международными договорами РФ, в том числе Конвенцией о
психотропных веществах 1971 года.
Прекурсоры наркотических средств и психотропных веществ (далее — прекурсоры)
— вещества, часто используемые при производстве, изготовлении, переработке наркотических средств и психотропных веществ, включенные в Перечень наркотических
средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ, в соответствии с законодательством РФ, международными договорами РФ, в том числе Кон15
БНА, 2001, № 20; 2002, № 27.
БНА, 2001, № 31.
БНА, 2000, № 7, 8.
18
Собрание законодательства РФ, 1998, № 2, ст. 219.
16
17
16
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
венцией Организации Объединенных Наций о борь-бе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 года.
Аналоги наркотических средств и психотропных веществ, запрещенные для оборота
в РФ, — вещества синтетического или естественного происхождения, не включенные в
Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих
контролю в РФ, химическая структура и свойства которых сходны с химической структурой и со свойствами наркотических средств и психотропных веществ, психоактивное
действие которых они воспроизводят.
Препарат — смесь веществ в любом физическом состоянии, содержащая одно или
несколько наркотических средств или психотропных веществ, включенных в Перечень
наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю
в РФ (ст. 1 того же Федерального закона).
Наркотические средства, психотропные вещества и их прекурсоры, подлежащие контролю в РФ, включаются в названный Перечень (утвержден постановлением Правительства РФ от 30 июня 1998 года № 681 19 ) и в зависимости от применяемых государством
мер контроля вносятся в специальные списки.
Особый порядок исчисления размера ущерба до перехода к рыночной экономике
применялся прежде всего в случаях хищения и недостачи иностранной валюты и иных
валютных ценностей. В новых экономических условиях размер ущерба при хищении и
недостаче иностранной валюты следует исчислять исходя из официального курса ее продажи на день причинения соответствующего ущерба. Курсы продажи валют периодически публикуются в "Российской газете" и других официальных изданиях.
При причинении ущерба иным валютным ценностям, балансовая оценка которых не
соответствует их фактической стоимости, ущерб следует исчислять на основе экспертного заключения, если иное не установлено специальными актами.
Так, Федеральным законом от 26 марта 1998 года № 41-ФЗ "О драгоценных металлах
и драгоценных камнях" (с изм. и доп.) 20 предусмотрено, что при осуществлении разрешенных законодательством сделок оплата драгоценных металлов производится с учетом
цен мирового рынка, а драгоценных камней — по ценам, определенным экспертным
путем на базе прейскурантов цен, аналогичных действующим на мировом рынке, с учетом конъюнктурных колебаний цен на день продажи (п. 1 ст. 21). Видимо, так же следует
определять размер ущерба, причиненного хищением и недостачей драгоценных металлов
и драгоценных камней. При этом размер ущерба следует исчислять на день его причинения.
Федеральный закон от 26 марта 1998 года (ст. 1) относит:
к драгоценным металлам — золото, серебро, платину и металлы платиновой группы.
Драгоценные металлы могут находиться в любом состоянии, виде, в том числе в самородном и аффинированном виде, а также в сырье, сплавах, полуфабрикатах, промышленных продуктах, химических соединениях, ювелирных и иных изделиях, монетах,
ломе и отходах производства и потребления;
к драгоценным камням — природные алмазы, изумруды, рубины, сапфиры и александриты, а также природный жемчуг в сыром (естественном) и обработанном виде. К
драгоценным камням приравниваются уникальные янтарные образования в порядке,
устанавливаемом Правительством РФ.
Приведенные перечни могут быть изменены только федеральными законами.
Согласно ч. 2 ст. 233 ТК каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба. В связи с этим ст. 247 обязывает работодателя устанавливать размер причиненного ему ущерба, а также причину его возникновения. Указанная
статья, закрепляя сложившуюся практику, впервые предусматривает, что до принятия
решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести
19
20
Собрание законодательства РФ, 1998, № 27, ст. 3198.
Собрание законодательства РФ, 1998, № 13, ст. 1463.
17
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
проверку. Для этого он имеет право создать соответствующую комиссию и обязан истребовать от работника объяснение в письменной форме.
В свою очередь, как сказано в ст. 247 ТК, работник и (или) его представитель вправе
знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном
настоящим Кодексом. Однако Трудовой кодекс порядок обжалования материалов проверки не устанавливает. Работник, не согласный с материалами проверки, вправе обратиться с мотивированным заявлением к руководителю организации, а также в суд.
Статья 248 ТК в основном сохраняет порядок возмещения ущерба, ранее предусмотренный ст. 1181 и 122 КЗоТ.
Прежде всего следует подчеркнуть, что возмещение ущерба производится независимо от привлечения работника к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности за действие или бездействие, которыми причинен ущерб работодателю.
Это означает, что работник обязан возместить причиненный им ущерб и тогда, когда он
за свои действия или бездействие не привлекался к иной ответственности.
В то же время привлечение работника к названным видам ответственности за действие или бездействие, которыми причинен ущерб, не освобождает его от обязанности
возместить этот ущерб.
Более того, причинение ущерба в результате преступных действий работника или административного проступка (пп. 5 и 6 ст. 243 ТК) усиливает материальную ответственность работника за этот ущерб.
Работник, признающий себя виновным в возникновении ущерба, вправе добровольно
возместить его полностью или частично в пределах, установленных законодательством
(см. ст. 241, 242 ТК). Добровольное возмещение ущерба осуществляется путем внесения
работником соответствующих денежных сумм в кассу работодателя. К тому же ст. 248
ТК впервые предусматривает, что по соглашению работника и работодателя допускается
возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков
платежей. Если работник, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, прекратил трудовые отношения, непогашенная задолженность при
отказе работника возместить ее взыскивается в судебном порядке.
При отказе работника от добровольного возмещения ущерба взыскание возможно:
а) путем удержания из заработной платы работника по распоряжению работодателя;
б) в судебном порядке.
Взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей
среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба.
По сравнению со ст. 122 КЗоТ ст. 248 ТК увеличивает этот срок с двух недель до одного месяца, что соответствует сроку наложения на работника дисциплинарного взыскания (ст. 193 ТК).
Если работник не согласен добровольно возместить причиненный ущерб, а сумма
причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний
месячный заработок или истек указанный месячный срок, взыскание осуществляется в
судебном порядке. При несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания
ущерба работник вправе обжаловать действия работодателя в суде.
В судебной практике возник вопрос о соответствии Конституции РФ удержаний из
заработной платы работника пo распоряжению работодателя при отсутствии согласия
работника.
Конституционный Суд РФ применительно к военнослужащим признал, что возмещение ущерба, размер которого не превышает одного оклада месячного денежного содержания военнослужащего и одной месячной надбавки за выслугу лет и которое производится по приказу командира (начальника) воинской части путем удержаний из денежного довольствия военнослужащего, причинившего ущерб, не противоречит Конституции
18
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
РФ, поскольку оно не препятствует реализации конституционных гарантий государственной, в том числе судебной, защиты имущественных прав военнослужащего, возникающих в связи с получением им денежного довольствия в качестве вознаграждения за
службу (см. постановление Конституционного Суда РФ от 10 апреля 2001 года № 5-П
"По делу о проверке конституционности части первой пункта 1 статьи 8 Федерального
закона "О материальной ответственности военнослужащих" в связи с запросом Находкинского гарнизонного военного суда".
Изложенное позволяет сделать вывод о том, что ст. 248 ТК, устанавливающая аналогичный порядок возмещения ущерба работником в размере, не превышающем среднего
месячного заработка, также не противоречит Конституции РФ.
Согласно ст. 392 ТК работник вправе при нарушении установленного порядка взыскания ущерба обратиться с иском в суд о возврате незаконно удержанных с него сумм в
течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего
права. Это право работника, предусмотренное в ст. 248 ТК, необходимо зафиксировать и
в ст. 391 ТК, где названы индивидуальные трудовые споры, подлежащие рассмотрению
непосредственно в судах по заявлению сторон трудового договора.
В связи с этим возникает и другой вопрос: вправе ли работодатель предъявить
встречный иск к работнику, обратившемуся в суд в связи с нарушением работодателем
порядка взыскания ущерба? Представляется, что у работодателя такое право отсутствует.
Суд должен рассмотреть заявление работника о нарушении работодателем установленного порядка взыскания ущерба и при установлении этого обстоятельства вынести решение о возврате работнику незаконно удержанных с него сумм. Такое решение не исключает возможности работодателя обратиться с иском в суд в течение одного года со дня
обнаружения причиненного вреда (ст. 392 ТК). Однако при пропуске указанного срока
он не подлежит восстановлению судом.
В ч. 2 ст. 248 ТК не сказано о дне начала годичного срока, установленного ст. 392 ТК
для обращения работодателя в суд. Следует полагать, что этот срок исчисляется со дня
окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба
(ч. 1 ст. 248 ТК). Таким днем следует считать день подписания соответствующего акта
или заключения. Согласно сложившейся практике пропуск срока на обращение в суд
может быть признан уважительным, когда он, например, вызван необходимостью проведения по факту причинения ущерба проверок, ревизий, расследований и т. п., занявших
длительное время.
Согласно ст. 249 ТК работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем
при направлении его на обучение за счет средств работодателя, в случае увольнения по
собственной инициативе до истечения срока, обусловленного трудовым договором или
соглашением об обучении работника за счет средств работодателя.
Однако указанная статья не дает ответа на вопрос о пределах ответственности работника: отсутствует указание на обязанность работника возместить работодателю понесенные последним затраты в полном объеме. В связи с этим работник может нести ответственность лишь в пределах своего среднего месячного заработка. Кроме того, нет оснований возлагать на работника и ограниченную ответственность, если он уволился по собственной инициативе хотя и до истечения обусловленного срока, но при наличии уважительных причин (см. ст. 80, 207 ТК).
Наконец, следует полагать, что при определении размера ответственности работника
необходимо учитывать фактически отработанное им время. Например, согласно договору после окончания обучения работник должен отработать три года. Фактически он отработал два года. При общих расходах работодателя на обучение работника 3 тыс. руб.
возмещению подлежит лишь 1 тыс. руб.
Статья 250 ТК предоставляет органу по рассмотрению трудовых споров право снижать размер ущерба, подлежащего взысканию с работника. Ее содержание в основном
соответствует ст. 123 КЗоТ.
19
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Предусмотренная ст. 250 ТК возможность уменьшения размера подлежащего возмещению ущерба с учетом степени вины, конкретных обстоятельств и материального положения работника относится ко всем видам материальной ответственности работников.
Уменьшение размера ущерба, подлежащего возмещению работником, допустимо в
исключительных случаях при наличии указанных в ст. 250 ТК условий, которые должны
быть подтверждены тщательно проверенными в судебном заседании доказательствами, с
обязательным изложением в решении мотивов снижения взыскиваемых сумм.
К конкретной обстановке, при которой причинен ущерб, следует относить обстоятельства, препятствующие работнику выполнить должным образом возложенные на него
обязанности, в частности отсутствие нормальных условий хранения, ненадлежащую
организацию труда.
Вместе с тем необходимо учитывать, принимал ли работник зависящие от него меры
к предотвращению ущерба.
Для проверки материального положения работника истребуются доказательства об
имущественном положении виновного (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейном положении (количестве членов семьи, наличии иждивенцев, удержаниях по исполнительным документам) и т. п.
Умышленное причинение ущерба, а также причинение ущерба в состоянии опьянения — грубейшее нарушение трудовых обязанностей. В подобных случаях уменьшение
размера возмещения ущерба, как правило, не производится.
Снижение размера ущерба, подлежащего возмещению, не допускается, если ущерб
причинен преступлением, совершенным с корыстной целью. К такому преступлению
относится, например, хищение имущества.
Б. ШЕЛОМОВ,
профессор Академии труда и социальных отношений,
заслуженный юрист Российской Федерации
Комментарий к Федеральному закону
"О Центральном банке Российской Федерации (Банке
России)"
С 13 июля 2002 года (с момента опубликования в "Российской газете") вступил в силу 1
Федеральный закон от 10 июля 2002 года № 86-ФЗ "О Центральном банке Российской
Федерации (Банке России)" (далее — ФЗ № 86-ФЗ). В связи с принятием данного акта
необходимо обратить внимание на отдельные его положения, а также связанные с ними
изменения в правовом регулировании статуса, функций и полномочий Банка России.
I. О правовом статусе Банка России
Принципиальных изменений правового статуса Банка России не произошло. Напротив, все ранее существовавшие основные положения, определяющие его пра-вовой статус, сохранены. Из таких положений целесообразно отметить следующие:
1) функции и полномочия, предусмотренные Конституцией РФ и ФЗ № 86-ФЗ, Банк
России осуществляет независимо от других федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления (ч. 2 ст. 1). Применительно к правовому регулированию отдельных
вопросов, например порядка осуществления безналичных расчетов, это означает, что
1
В более поздние сроки вводятся в действие лишь несколько отдельных положений, указанных в ст. 97 Федерального закона.
20
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
данные вопросы актами Президента РФ, Правительства РФ, министерств и ведомств
напрямую регулироваться не могут 2 ;
2) Банк России — юридическое лицо (ч. 3 ст. 1);
3) уставный капитал и иное имущество Банка России являются федеральной собственностью. В соответствии с целями и в порядке, которые установлены ФЗ № 86-ФЗ,
Банк России осуществляет полномочия по владению, пользованию и распоряжению
имуществом Банка России, включая золотовалютные резервы (ч. 1 ст. 2);
4) государство не отвечает по обязательствам Банка России, а Банк России — по обязательствам государства, если они не приняли на себя такие обязательства или если иное
не предусмотрено федеральными законами (ч. 2 ст. 2);
5) получение прибыли не служит целью деятельности Банка России (ч. 2 ст. 3).
Вместе с тем, учитывая, что вопрос о правовом статусе Банка России является предметом многочисленных дискуссий, необходимо отметить следующее.
Основных точек зрения по данному вопросу две.
ç Банк России является юридическим лицом публичного права 3 , то есть некоммерческой организацией, которая наделена административными полномочиями и правом осуществления коммерческой деятельности для выполнения строго определенных задач
публичного характера.
ç Банк России — федеральный орган государственной власти с особым статусом 4 . В
пользу этой точки зрения говорит то, что Банк России наделен полномочиями по изданию нормативных актов, а также по применению юридических санкций. Такие полномочия характерны только для государственных органов. Кроме того, к аналогичному выводу приводит и буквальное толкование Конституции РФ, в ч. 2 ст. 75 которой речь идет о
независимости Центрального банка РФ от других органов государственной власти. При
таком подходе наделение Банка России статусом юридического лица необходимо для его
участия в имущественном обороте.
ФЗ № 86-ФЗ сохранил статус-кво по вопросу о правовом положении Банка России и
соответственно обе указанные точки зрения имеют право на существо-вание. Однако
если считать Банк России юридическим лицом публичного права, не следует подводить
его под имеющийся перечень организационно-правовых форм некоммерческих организаций. Например, появляющиеся предложения о признании Банка России государственной корпорацией не учитывают, что организации данной организационно-правовой формы выступают собственниками переданного им имущества (см. п. 1 ст. 7 1 ФЗ "О некоммерческих организациях"). Для имущества, находящегося в ведении Банка России, например золотовалютных резервов, это неприемлемо. В отношении предложений о признании Банка России государственным учреждением надо понимать, что подобный подход, по сути, ликвидирует его независимость от органов государственной власти. А поскольку независимость Банка России от органов государственной власти закреплена в
Конституции РФ, реализация указанного подхода требует изменения ее положений.
Если считать Банк России федеральным органом государственной власти с особым
статусом, не следует относить его к исполнительным органам государственной власти.
Ни Президенту РФ, ни Правительству РФ Банк России напрямую не подчинен.
Что касается прав Банка России в отношении находящегося в его ведении имущества,
то эти права также нельзя сводить к праву хозяйственного ведения или оперативного
управления. Банк России владеет имуществом на особом вещном праве. В частности, он
имеет более широкие правомочия по распоряжению своим имуществом, чем носители
права хозяйственного ведения или оперативного управления (ср. положения ч. 1 ст. 2 ФЗ
№ 86-ФЗ с положениями п. 2 ст. 295, п. 1 ст. 297, п. 1 ст. 298 Гражданского кодекса РФ).
Тем не менее надо отметить и ряд изменений правового статуса Банка России:
2
Подробнее об этом см.: Курбатов А. Я. Особенности правового регулирования безналичных расчетов в РФ /
Арбитражная практика, тематический выпуск "Безналичные расчеты", 2002, апрель, с. 70.
3
См.: Олейник О. М. Основы банковского права. — М., 1997, с. 131.
4
См., например: Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации. — М., 2001, с. 354.
21
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
— в отношении изъятия и обременения обязательствами имущества Банка России без
его согласия.
Если раньше это вообще не допускалось, то сейчас сделана оговорка: "если иное не
предусмотрено федеральным законом" (ч. 1 ст. 2 ФЗ № 86-ФЗ);
— в части порядка ликвидации Банка России.
Прежде требовалось принятие федерального закона. Ныне Банк России может быть
ликвидирован только на основании принятия соответствующего закона Российской Федерации о поправке к Конституции РФ (ст. 87 ФЗ № 86-ФЗ). Учитывая, что положения,
касающиеся Банка России, содержатся в главах 3-5 Конституции РФ (например, п. "ж"
ст. 71, ст. 75, п. "в" ч. 1 ст. 103), такой закон должен приниматься в порядке, предусмотренном ст. 136 Конституции РФ и ФЗ "О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции Российской Федерации".
II. О функциях Банка России
1. Статья 4 Федерального закона № 86-ФЗ, где содержится перечень функций Банка
России, дополнена:
1) указанием на банковские группы как образования, на которые распространяются
надзорные функции Банка России (подп. 9). Такое же дополнение внесено в ст. 56 и 57
ФЗ № 86-ФЗ. Названные дополнения обусловлены необходимостью закрепления законодательных основ для осуществления Банком России консолидированного контроля за
банковскими группами, начало которому было положено внесением изменений и дополнений в ФЗ от 19 июня 2001 года № 82-ФЗ "О банках и банковской деятельности" 5 ;
2) указанием на возможность не только отзыва, но и приостановления действия лицензий на осуществление банковских операций (подп. 8). Аналогичное дополнение внесено в ст. 59 ФЗ № 86-ФЗ. Подобное приостановление действия банковских лицензий
происходит в тех случаях, когда Банк России реализует свои правомочия по введению
запретов на осуществление кредитной организацией отдельных банковских операций,
предусмотренных выданной ей лицензией, на срок до одного года (подп. 4 ч. 2 ст. 74 ФЗ
№ 86-ФЗ);
3) указанием на то, что Банк России устанавливает порядок и условия осуществления
валютными биржами деятельности по организации проведения операций по покупке и
продаже иностранной валюты; осуществляет выдачу, приостановление и отзыв разрешений валютным биржам на организацию проведения операций по покупке и продаже иностранной валюты (подп. 17). Однако данные полномочия возникнут у Банка России только после вступления в силу федерального закона о внесении соответствующих изменений в ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" (ч. 4 ст. 97 ФЗ № 86-ФЗ).
2. Исключено из ст. 4 ФЗ № 86-ФЗ упоминание о том, что Банк России выдает и отзывает лицензии организаций, занимающихся аудитом кредитных организаций. Причина
этого состоит в следующем. На основании ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" Правительство РФ определило в качестве лицензирующего органа в этой
сфере Министерство финансов РФ (см. п. 2 Положения о лицензировании аудиторской
деятельности, утвержденного постановлением Правительства РФ от 29 марта 2002 года
№ 190).
III. О полномочиях Банка России
1. В ч. 2 ст. 6 ФЗ № 86-ФЗ закреплено право Банка России обращаться не только в суды России, но и в международные суды, суды иностранных государств и третейские
суды за защитой своих интересов.
2. ФЗ № 86-ФЗ сохранил для Банка России запрет на участие в капиталах кредитных
организаций, за исключением случаев, указанных в федеральных законах, в том числе в
5
Подробнее об этих изменениях см.: Курбатов А. Поправки в банковское законодательство: сущность и значение // Хозяйство и право, 2001, № 10, с. 62.
22
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
ч. 2 ст. 8 Закона. Однако порядок отчуждения акций (долей) этих кредитных организаций
изменен.
Если ранее акции (доли) некоторых кредитных организаций Банк России мог отчуждать самостоятельно после уведомления Государственной Думы, то теперь в зависимости от наименования кредитной организации, а также от того, какой процент акций (долей) остается у Банка России после совершения сделки, для этого требуется либо согласование с Правительством РФ, либо принятие федерального закона (см. чч. 4-6 ст. 8 ФЗ
№ 86-ФЗ).
3. Применительно к полномочиям Банка России по осуществлению определенных
видов деятельности упомянуты не только банковские операции, но и сделки (см. главу
VIII ФЗ № 86-ФЗ). В данном случае имеются в виду как банковские сделки, так и сделки,
направленные на обеспечение деятельности Банка России и его организаций.
С точки зрения "юридической чистоты" ФЗ № 86-ФЗ это вполне оправданно, поскольку понятия "операция" и "сделка" различаются как в широком (общем) значении,
так и в узком (чисто банковском). В широком значении понятие "операция" включает в
себя совершение одной или нескольких сделок, а также исполнение обязанностей публично-правового характера. В узком смысле это понятие обозначает виды деятельности,
которые может осуществлять только банк или иная кредитная организация. Перечень
таких видов деятельности дан в ч. 1 ст. 5 ФЗ
"О банках и банковской деятельности" 6 .
4. В конкретный перечень банковских операций и сделок, которые вправе осуществлять Банк России (ч. 1 ст. 46 ФЗ № 86-ФЗ), внесены следующие изменения:
1) сняты ограничения по срокам погашения облигаций и депозитных серти-фикатов,
которые вправе покупать и продавать Банк России (подп. 3). Ранее речь шла об облигациях и депозитных сертификатах сроком погашения не более одного года;
2) исключено право Банка России покупать и продавать чеки, простые и переводные
векселя со сроками погашения не более шести месяцев. Теперь операции с данными
видами ценных бумаг Банк России может производить только в рамках осуществления
операций с финансовыми инструментами, используемыми для уп-равления финансовыми
рисками (подп. 8);
3) указано на возможность осуществления Банком России других банковских операций и сделок от своего имени в соответствии с обычаями делового оборота, принятыми в
международной банковской практике (подп. 11).
Кроме того, прямо предусмотрено право Банка России осуществлять банковские операции и сделки на комиссионной основе, за исключением случаев, предусмотренных
федеральными законами (ч. 2 ст. 46 ФЗ № 86-ФЗ).
5. В части имущества, которое Банк России может принимать в качестве обеспечения
возврата выданных им кредитов (ст. 47 ФЗ № 86-ФЗ), установлено, что золото и драгоценные металлы могут выступать в таком качестве только в стандартных и мерных слитках, а не в различной форме, как было ранее.
Также сняты ограничения по сроку погашения векселей, используемых в качестве
обеспечения.
6. В ч. 1 ст. 57 ФЗ № 86-ФЗ закреплены полномочия Банка России устанавливать обязательные для кредитных организаций и банковских групп правила проведения как банковских операций, бухгалтерского учета и отчетности, так и организации внутреннего
контроля, а также правила составления и представления не только бухгалтерской и статистической отчетности, но и другой информации, предусмотренной федеральными законами (под эту оговорку подпадает, в частности, ФЗ "О противодействии легализации
(отмыванию) доходов, полученных преступным путем").
Дополнительно подчеркнута недопустимость придания этим правилам обратной силы, что установлено в ч. 3 ст. 7 ФЗ № 86-ФЗ.
6
См.: Курбатов А. Банковское и небанковское кредитование: где граница? // Экономика и жизнь, 2001, № 29,
с. 24.
23
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Закреплено законодательное основание для Банка России устанавливать в отношении
участников банковской группы порядок предоставления информации об их деятельности, необходимой для составления консолидированной отчетности (ч. 3 ст. 57 ФЗ № 86ФЗ).
7. В соответствии с ч. 4 ст. 57 ФЗ № 86-ФЗ Банк России имеет право запрашивать и
получать информацию, необходимую для составления банковской и денежной статистики, платежного баланса Российской Федерации, для анализа экономической ситуации, не
только у федеральных органов исполнительной власти, как раньше, но и у их территориальных органов, а также у юридических лиц. При этом прямо предусмотрено, что данная
информация предоставляется на безвозмездной основе.
IV. О взаимоотношениях Банка России с кредитными организациями
1. В ч. 1 ст. 58 ФЗ № 86-ФЗ установлено, что Банк России не вправе требовать от кредитных организаций выполнения несвойственных им функций, что было и прежде, а
теперь еще и предоставления не предусмотренной федеральными законами информации
о клиентах кредитных организаций и об иных третьих лицах, не связанной с банковским
обслуживанием указанных лиц.
Кроме того, согласно ч. 2 ст. 58 ФЗ № 86-ФЗ Банк России не вправе устанавливать
прямо или косвенно не предусмотренные федеральными законами ограничения на проведение операций клиентами кредитных организаций, а также не вправе обязывать кредитные организации требовать от их клиентов документы, не предусмотренные федеральными законами. Однако данная часть вступает в силу только с 1 января 2004 года
(см. ст. 97 ФЗ № 86-ФЗ).
Установленное ч. 2 ст. 58 ФЗ № 86-ФЗ правило является новым, а не приведением законодательного регулирования деятельности Банка России в соответствие с Конституцией РФ. Поэтому подобная отсрочка вступления в силу названного правила вполне допустима.
В отношении вопросов осуществления Банком России правового регулирования банковской деятельности, в частности установления обязательных правил совершения банковских операций, необходимо учитывать, что на них не распространяется требование
ч. 3 ст. 55 Конституции РФ об ограничении прав только федеральным законом. Это связано с тем, что правовое регулирование банковской деятельности строится на разрешительном принципе правового регулирования (банк может осуществлять только те виды
деятельности, которые ему разрешены).
Соответственно, осуществляя правовое регулирование, Банк России не ограничивает
права кредитных организаций и их клиентов в смысле ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, а,
наоборот, устанавливает правила реализации того, что им дозволено, причем в рамках
возникшего между ними правоотношения. С точки зрения необходимости соблюдения
положений Конституции РФ главное здесь, чтобы данное правовое регулирование не
ограничивало права кредитных организаций и их клиентов на вступление в правоотношение между собой 7 .
2. ФЗ № 86-ФЗ расширен перечень должностных лиц кредитной организации, к которым предъявляются квалификационные требования (ст. 60). Данное изменение является,
по сути, согласованием ФЗ № 86-ФЗ с ФЗ "О банках и банковской деятельности", поскольку этот перечень был закреплен в ч. 4 ст. 111 последнего еще в июне 2001 года.
3. В ч. 3 ст. 61 ФЗ № 86-ФЗ установлен 30-дневный срок для направления в Банк России уведомления о приобретении более 5 процентов акций (долей) кредитной организации, исчисляемый с момента приобретения.
Кроме того, введены законодательные основания для принятия Банком России нормативных актов, регулирующих порядок получения предварительного согласия Банка
7
Подробнее об этом см.: Курбатов А. Ограничение прав при правовом регулировании: сущность и порядок //
Хозяйство и право, 2002, № 6, с. 42.
24
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
России на приобретение более 20 процентов акций (долей) кредитной организации и
порядок уведомления Банка России о приобретении более 5 процентов акций (долей)
кредитной организации.
4. Из перечня обязательных (ст. 62 ФЗ № 86-ФЗ) исключены такие нормативы как
максимальный размер риска на одного кредитора (вкладчика) и максимальный размер
привлеченных денежных вкладов (депозитов) населения.
Предусмотрено также, что обязательные нормативы, указанные в ч. 1 ст. 62 ФЗ № 86ФЗ, могут устанавливаться Банком России для банковских групп (ч. 2 ст. 62).
Изменены законодательно установленные размеры некоторых обязательных нормативов, например максимальные размеры крупных кредитных рисков (ст. 65 ФЗ № 86ФЗ), кредитов, банковских гарантий и поручительств, предоставленных кредитной организацией (банковской группой) своим участникам (акционерам) (ст. 71 ФЗ № 86-ФЗ).
5. Размер собственных средств (капитала) для действующей кредитной организации в
качестве условия создания на территории иностранного государства ее дочерних организаций и (или) открытия ее филиалов, получения небанковской кредитной организацией
статуса банка, а также получения кредитной организацией статуса дочернего банка иностранного банка теперь должен определяться в порядке, установленном нормативными
актами Банка России (ч. 1 ст. 63 ФЗ № 86-ФЗ).
С трех лет до одного года снижен срок, не позднее которого Банк России официально
объявляет об увеличении размера собственных средств (капитала) для указанных кредитных организаций (ч. 2 ст. 63 ФЗ № 86-ФЗ).
6. В ст. 73 ФЗ № 86-ФЗ предусмотрены ограничения на проведение Банком России
проверок кредитных организаций.
Теперь Банк России не вправе проводить более одной проверки кредитной организации (ее филиала) по одним и тем же вопросам за один и тот же отчетный период деятельности кредитной организации (ее филиала). Проверкой могут быть охвачены только
пять календарных лет деятельности кредитной организации (ее филиала), предшествующие году проведения проверки (ч. 5).
Проведение Банком России повторной проверки кредитной организации (ее филиала)
по одним и тем же вопросам за один и тот же отчетный период деятельности кредитной
организации (ее филиала) за уже проверенный период разрешается по следующим основаниям:
— если такая проверка проводится в связи с реорганизацией или ликвидацией кредитной организации;
— в порядке контроля за деятельностью территориального учреждения Банка России,
проводившего проверку. Повторная проверка кредитной организации (ее филиала) в
порядке указанного контроля проводится Банком России на основании мотивированного
решения Совета директоров;
— по иным основаниям, предусмотренным законодательством РФ (ч. 6).
7. В ч. 2 ст. 77 ФЗ № 86-ФЗ установлен месячный срок, в течение которого Банк России обязан дать ответ в письменной форме по запросу кредитной организации по вопросам, отнесенным к его компетенции. При необходимости срок рассмотрения указанного
запроса может быть продлен Банком России, но не более чем на один месяц. Стоит отметить, что данный срок формально не относится к запросам банковских ассоциаций (союзов).
V. О мерах воздействия, применяемых Банком России
к кредитным организациям
1. В ФЗ № 86-ФЗ появилось указание на то, что штраф за нарушение нормативов обязательных резервов взыскивается Банком России с кредитных организаций не в бесспорном порядке, как ранее, а в судебном (см. ч. 4 ст. 38). Такое же изменение внесено и в
отношении штрафов, предусмотренных ст. 74 ФЗ № 86-ФЗ (см. ч. 5 этой статьи).
25
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Данные изменения обусловлены обязательным для исполнения правовым установлением Конституционного Суда РФ, согласно которому суммы любых штрафных санкций
с банковских счетов в бесспорном и безакцептном порядке взыскиваться не могут (см.,
например, постановление Конституционного Суда РФ от
17 декабря 1996 года
№ 20-П "По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой статьи 11
Закона РФ от 24 июня 1993 года "О федеральных органах налоговой полиции", определение Конституционного Суда РФ от 6 июля 2001 года № 131-О "По жалобе Сберегательного банка Российской Федерации и ОАО "Красноярскэнерго" на нарушение конституционных прав и свобод положением статьи 124 Транспортного устава железных
дорог Российской Федерации", а также ч. 4 ст. 87 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации").
В связи с этим в п. 1 ч. 2 ст. 74 ФЗ № 86-ФЗ правильнее было бы закрепить, что Банк
России вправе не взыскать с кредитной организации, а наложить на кредитную организацию штраф в размере до 1 процента размера оплаченного уставного капитала, но не более 1 процента минимального размера уставного капитала.
2. Расширен перечень применяемых Банком России к кредитным организациям мер
воздействия, содержащийся в ч. 2 ст. 74 ФЗ № 86-ФЗ. В частности, в него включены:
1) запрет на осуществление реорганизации кредитной организации, если в результате
ее проведения возникнут основания для применения мер по предупреждению банкротства кредитной организации, предусмотренные ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)
кредитных организаций" (п. 6 ч. 2 ст. 74);
2) предложение учредителям (участникам) кредитной организации, которые самостоятельно или в силу существующего между ними соглашения, либо участия в капитале
друг друга, либо иных способов прямого или косвенного взаимодействия имеют возможность оказывать влияние на решения, принимаемые органами управления кредитной
организации, предпринять действия, направленные на увеличение собственных средств
(капитала) кредитной организации до размера, обеспечивающего соблюдение ею обязательных нормативов (п. 7 ч. 2 ст. 74).
Данные меры воздействия не являются новыми. Первая мера уже была ранее предусмотрена в ч. 7 ст. 23 ФЗ "О банках и банковской деятельности".
Вторая мера представляет собой закрепление для Банка России права инициировать
через лиц, имеющих возможность оказывать влияние на решения, принимаемые органами управления кредитной организации, применение этой кредитной организацией меры
по финансовому оздоровлению, которая предусмотрена ст. 8 ФЗ "О несостоятельности
(банкротстве) кредитных организаций". Ранее требования Банка России о применении
мер по финансовому оздоровлению могли быть адресованы только самой кредитной
организации (см. ст. 12 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций").
3. Для применения Банком России к кредитным организациям юридической ответственности (юридических санкций) по нарушениям, указанным в ст. 74 ФЗ № 86-ФЗ, установлен пятилетний срок давности, исчисляемый со дня совершения правонарушения
(ч. 4 ст. 74).
4. Предусмотрен также срок давности применения санкций за указанные правонарушения. Согласно ч. 5 ст. 74 ФЗ № 86-ФЗ Банк России может обратиться в суд с иском о
взыскании с кредитной организации штрафов или применении иных санкций, установленных федеральными законами, не позднее шести месяцев со дня составления акта об
обнаружении нарушения из числа перечисленных в чч. 1 и 2 данной статьи.
Необходимо обратить внимание на два обстоятельства, касающихся соотношения положений ФЗ № 86-ФЗ и Кодекса РФ об административных правонарушениях:
1) в чч. 4 и 5 ст. 74 ФЗ № 86-ФЗ речь идет о правонарушениях, а не о санкциях. Санкции за эти правонарушения могут быть установлены иными федеральными законами.
Поэтому надо учитывать, что в КоАП РФ есть специальные составы нарушений: за осуществление кредитной организацией производственной, торговой или страховой дея26
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
тельности, а также за нарушение кредитной организацией установленных Банком России
нормативов и иных обязательных требований (см. ст. 15.26). Санкции за названные правонарушения должны иметь приоритет по отношению к санкциям ФЗ № 86-ФЗ как специальные;
2) в части, касающейся порядка наложения и взыскания административных санкций,
а также установления санкций за иные правонарушения, приоритет имеют положения ФЗ
№ 86-ФЗ как принятые позднее. Дата принятия Государственной Думой КоАП РФ — 20
декабря 2001 года, а Федерального закона № 86-ФЗ — 27 июня 2002 года 8 .
VI. О нормативных актах Банка России
1. Законодательно закреплены формы, в которых должны издаваться нормативные
акты Банка России: указания, положения и инструкции (ч. 1 ст. 7 ФЗ № 86-ФЗ). Прежде
данные формы были установлены только актом самого Банка России.
2. В ч. 2 ст. 7 ФЗ № 86-ФЗ зафиксировано право Банка России самостоятельно устанавливать правила подготовки своих нормативных актов.
3. В качестве общего правила закреплено, что нормативные акты Банка России вступают в силу по истечении 10 дней после дня их официального опубликования в официальном издании Банка России — "Вестнике Банка России", за исключением случаев,
установленных Советом директоров (ч. 3 ст. 7 ФЗ № 86-ФЗ). Ранее по общему правилу
нормативные акты Банка России вступали в силу немедленно после их официального
опубликования.
4. Изменены правила государственной регистрации нормативных актов Банка России
в Министерстве юстиции РФ.
Теперь на нормативные акты Банка России в силу прямой отсылки, содержащейся в
ч. 4 ст. 7 ФЗ № 86-ФЗ, распространяется установленное для министерств и ведомств
правило о том, что государственной регистрации подлежат нормативные правовые акты,
затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавливающие
правовой статус организаций, имеющие межведомственный характер, независимо от
срока их действия, в том числе акты, содержащие сведения, составляющие государственную тайну, или сведения конфиденциального характера (п. 10 Правил подготовки
нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 13 августа 1997 года № 1009). Не подлежат государственной регистрации нормативные акты
Банка России, перечисленные в чч. 5 и 6 ст. 7 ФЗ № 86-ФЗ.
Прежде государственной регистрации подлежали только нормативные акты Банка
России, непосредственно затрагивающие права, свободы или обязанности граждан.
VII. Об органах Банка России
1. Федеральный закон № 86-ФЗ значительно повысил роль Национального банковского совета в качестве коллегиального органа Банка России. Ранее Национальный банковский совет представлял собой, по сути, совещательный орган при Банке России. Соответственно четко определены порядок формирования этого органа из представителей
Совета Федерации, Государственной Думы, Президента РФ, Правительства РФ,
порядок организации его деятельности (ст. 12), а также компетенция (ст. 13).
К компетенции Национального банковского совета отнесено рассмотрение ключевых вопросов организации деятельности Банка России (например, определение общего
объема его расходов по определенным направлениям; распределение прибыли, остающейся в его распоряжении), а также вопросов совершенствования банковской системы и
управления ею.
8
Подробнее о принципах разрешения коллизий в праве, в том числе с участием норм Кодекса РФ об административных правонарушениях см.: Курбатов А. Я. Разрешение коллизий в праве. Статья планируется для публикации
в журнале "Арбитражная практика" (№ 11 за 2002 г.).
27
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
При этом по ряду вопросов Национальный банковский совет принимает основные
решения, например утверждает по предложению Совета директоров правила бухгалтерского учета и отчетности для Банка России (п. 10 ч. 1 ст. 13 ФЗ № 86-ФЗ). В то же
время другие вопросы могут лишь рассматриваться Национальным банковским советом,
а основные решения по ним принимаются другими органами. В частности, Национальный банковский совет рассматривает годовой отчет Банка России (п. 1 ст. 13 ФЗ № 86ФЗ), но решение по нему принимает Государственная Дума (ч. 2 ст. 5).
Следует также отметить, что теперь решение вопроса о проведении аудиторской проверки годовой финансовой отчетности Банка России и об определении аудиторской организации относится к компетенции Национального банковского совета (п. 9 ст. 13, ч. 1
ст. 93 ФЗ № 86-ФЗ). Прежде этот вопрос решала Государственная Дума.
Национальный банковский совет вправе давать рекомендации аудитору Банка России
по вопросам аудиторской проверки годовой финансовой отчетности Банка России, а
аудитор Банка России обязан обеспечить выполнение этих рекомендаций (ч. 2 ст. 93 ФЗ
№ 86-ФЗ).
2. Установлена обязательность публикации решений Совета директоров Банка России
в официальном издании Банка России — "Вестнике Банка России" в течение 10 дней со
дня их принятия (ч. 2 ст. 18 ФЗ № 86-ФЗ). Это касается решений Совета директоров по
вопросам изменения процентных ставок, размера резервных требований, размеров обязательных нормативов для кредитных организаций и банковских групп, прямых количественных ограничений, участия (членства) Банка России в капиталах организаций (организациях), обеспечивающих деятельность Банка России, его организаций и служащих, выпуска банкнот и монеты Банка России нового образца, изъятия из обращения банкнот и
монеты Банка России старого образца, порядка формирования резервов кредитными
организациями.
3. Регулирующие и надзорные функции Банка России, установленные ФЗ № 86-ФЗ,
должны ныне осуществляться через действующий на постоянной основе орган — Комитет банковского надзора, объединяющий структурные подразделения Банка России,
обеспечивающие выполнение его надзорных функций (ч. 3 ст. 56 ФЗ № 86-ФЗ). Руководитель Комитета банковского надзора назначается Председателем Банка России из числа
членов Совета директоров (ч. 5 ст. 56).
VIII. О взаимоотношениях Банка России с другими организациями
1. Статьей 98 Федерального закона № 86-ФЗ внесено дополнение в ст. 19
ФЗ "О
Счетной палате Российской Федерации". Согласно данному дополнению Счетная палата
РФ не только осуществляет контроль за деятельностью Банка России (в том числе его
подразделений) в части обслуживания им федерального бюджета и государственного
долга Российской Федерации, но и проводит проверки финансово-хозяйственной деятельности Банка России и его учреждений. Однако указанные проверки проводятся в
соответствии с решениями Государственной Думы, принимаемыми только на основании
предложений Национального банковского совета.
Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 25 ФЗ № 86-ФЗ заключение Счетной палаты РФ
по результатам проверки счетов и операций Банка России, на которые распространяется
действие Закона РФ "О государственной тайне", должно в обязательном порядке включаться в годовую отчетность Банка России.
2. В ст. 26 ФЗ № 86-ФЗ появилось прямое указание на то, что Банк России и его организации являются плательщиком налогов и сборов в соответствии с Налоговым кодексом РФ.
Соответственно при появлении у Банка России объектов налогообложения, предусмотренных налоговым законодательством, у него возникают права и обязанности налогоплательщика в полном объеме. Следует обратить внимание, что в ч. 1 ст. 26 ФЗ № 86ФЗ, устанавливающей обязанность Банка России после утверждения его годовой финансовой отчетности Советом директоров перечислить в федеральный бюджет 50 процентов
28
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
фактически полученной им по итогам года прибыли, остающейся после уплаты налогов и
сборов, речь идет не об уплате налога на прибыль, а о перечислении в бюджет части
дохода от использования федеральной собственности.
3. ФЗ № 86-ФЗ закрепил также порядок взаимоотношений Банка России с центральными банками и органами банковского надзора иностранных государств по поводу предоставления ими друг другу информации или документов (ч. 2 ст. 51).
IX. Об отчетности Банка России
1. Основные дополнения по отчетности Банка России связаны с тем, что ФЗ № 86-ФЗ
расширил состав финансовой отчетности Банка России, включаемой в состав его годового отчета (ч. 3 ст. 25). В частности, в состав финансовой отчетности Банка России помимо годового баланса, счета прибылей и убытков, в том числе отчета о полученной прибыли и ее распределении, а также отчета о формировании и об использовании резервов и
фондов Банка России теперь должны включаться:
— отчет об управлении Банком России ценными бумагами и долями участия в капиталах организаций, входящими в состав имущества Банка России;
— отчет о расходах на содержание служащих Банка России;
— отчет об исполнении сметы капитальных вложений.
X. Об организации наличного денежного обращения
1. В ч. 2 ст. 29 ФЗ № 86-ФЗ теперь установлено, что банкноты (банковские билеты) и
монета Банка России являются единственным законным средством наличного платежа на
территории Российской Федерации (а не просто платежа, как было ранее). Это дополнение подтверждает мысль о том, что критерием деления расчетов на наличные и безналичные выступает вид средства платежа, поскольку наряду с использованием в расчетах
в качестве законного средства платежа наличных денег законодательство допускает, а в
ряде случаев и обязывает использование иных средств платежа.
В частности, согласно п. 1 ст. 140 ГК РФ платежи на территории РФ осуществляются путем
наличных и безналичных расчетов, то есть допускается возможность использования в качестве
средств платежа так называемых безналичных денег (средств на банковских счетах). Причем тенденцией развития современного законодательства о расчетах является сужение сферы наличных
расчетов между юридическими лицами (см.: Указание Банка России от 14 ноября 2001 года
№ 1050-У "Об установлении предельного размера расчетов наличными деньгами в Российской
Федерации между юридическими лицами по одной сделке", п. 9 ч. 1 ст. 5 ФЗ "О банках и банковской деятельности").
Кроме того, действующее законодательство помимо рублей допускает использование
в расчетах безналичной иностранной валюты, а также платежных документов в иностранной валюте в случаях, в порядке и на условиях, определяемых федеральными законами или в установленном ими порядке (п. 2 ст. 140, п. 3 ст. 317 ГК РФ, ст. 82 ФЗ № 86ФЗ). Наличная иностранная валюта выступает в качестве предмета сделки (товара). Необходимое условие использования всех вышеперечисленных средств платежа заключается в том, чтобы это допускалось законодательством применительно к конкретной ситуации 9 .
2. В ст. 33 ФЗ № 86-ФЗ установлено, что решение Совета директоров Банка России о
выпуске банкнот и монеты нового образца, об изъятии из обращения банкнот и монеты
старого образца, об утверждении номиналов и образцов новых денежных знаков в порядке предварительного информирования теперь направляется не только в Правительство РФ, как ранее, но и в Государственную Думу.
XI. О денежно-кредитной политике
9
Подробнее о средствах платежа см.: Курбатов А. Правовое регулирование расчетов в Российской Федерации
// Приложение к журналу "Хозяйство и право", 2000, № 7, с. 10; Предпринимательское (хозяйственное) право: Учебник / Под ред. О. М. Олейник. Т. 2. — М., 2002, с. 510 (автор параграфа — А. Я. Курбатов).
29
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Формы денежно-кредитной политики Банка России принципиальных изменений не
претерпели. Отдельные изменения касаются порядка реализации конкретных форм и
сводятся к следующему.
1. Установлено, что Банк России вправе применять прямые количественные ограничения, только касающиеся всех кредитных организаций в равной степени (ч. 2 ст. 43 ФЗ
№ 86-ФЗ).
2. Изменен предусмотренный ч. 1 ст. 45 ФЗ № 86-ФЗ срок представления Банком России в Государственную Думу проекта основных направлений единой государственной
денежно-кредитной политики на предстоящий год. Данный проект должен быть представлен не позднее 26 августа (прежде — не позднее 1 октября). Значительно расширен
перечень положений, включаемых в основные направления единой государственной
денежно-кредитной политики (ч. 3 ст. 45 ФЗ № 86-ФЗ).
Также установлен срок принятия Государственной Думой решения по основным направлениям единой государственной денежно-кредитной политики — не позднее принятия Государственной Думой федерального закона о федеральном бюджете на предстоящий год (ч. 4 ст. 45 Федерального закона № 86-ФЗ).
А. КУРБАТОВ,
доцент кафедры гражданского и предпринимательского права
Государственного университета — Высшей школы экономики
ОБЗОРНЫЙ КОММЕНТАРИЙ
к Федеральному закону "Об обязательном страховании
гражданской ответственности владельцев
транспортных средств" *
ВВЕДЕНИЕ
В преамбуле к Федеральному закону "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее — Закон) 1 записано, что обязательное страхование гражданской ответственности (далее — обязательное страхование)
вводится в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда при использовании
транспортных средств. Таким образом, уже в первом предложении Закона законодатель
указывает на его "главного героя", которым, вне всякого сомнения, является потерпевший.
В Гражданском кодексе РФ потерпевшему также уделено значительно больше внимания, чем страхователю, хотя при страховании ответственности, как известно, защищаются интересы страхователя. Действительно, императивное назначение потерпевшего
выгодоприобретателем (п. 3 ст. 931 ГК РФ), предоставление ему права в некоторых случаях предъявить к страховщику деликтный иск (п. 4 ст. 931 ГК РФ), безусловно, направлены на защиту интересов именно потерпевшего. Однако, как показывает практика, потерпевшие не часто пользуются защитными механизмами, которые предоставил им Кодекс. Большинство предпочитают предъявлять требования не к страховщику, а к причинителю вреда, исходя из простого житейского рассуждения: платить должен тот, кто
причинил вред, а потом, раз он застраховал свой интерес, пусть разбирается со своим
страховщиком сам.
Такой подход породил весьма негативную судебную практику. Если потерпевший
отказывается иметь дело со страховщиком, то сам страхователь вынужден обращаться к
* Данный комментарий создан при информационной поддержке компании "КонсультантПлюс".
1
ФЗ от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ вступает в силу с 1 июля 2003 года за исключением положений, предусмотренных в отношении создания профессионального объединения страховщиков и условий выдачи страховщикам разрешений (лицензий) на осуществление обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, которые вступают в силу со дня официального опубликования Федерального закона.
Пункты 1 и 2 ст. 21 вступают в силу с 1 июля 2003 года, глава III и ст. 27 ― с 1 июля 2004 года // Собрание законодательства РФ, 2002, № 18, ст. 1720.
30
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
страховщику с требованием заплатить потерпевшему. При отказе страховщика в выплате
единственный выход для страхователя — иск к страховщику с требованием обязать страховщика заплатить потерпевшему. Такие иски заканчиваются для страхователей неудачей 2 . Аргументом при этом служит п. 4 ст. 430: пока потерпевший не отказался от своего
права требования к страховщику, страхователь не вправе ничего требовать от страховщика — такова логика судов. Трудно представить себе потерпевшего, который откажется от чего-либо, пока ему не заплатили. Но и выплатив потерпевшему, страхователь может обратиться к страховщику с требованием выплаты в свою пользу также только после
отказа потерпевшего от требования к страховщику в силу того же п. 4 ст. 430 ГК РФ.
Защита интереса страхователя, которую он приобрел, заключив договор страхования
ответственности и оплатив премию, оказывается, таким образом, в полной зависимости
от воли потерпевшего 3 .
Закон в полном соответствии с его преамбулой существенно усиливает систему механизмов, защищающих интересы потерпевших. Наиболее мощными из этих механизмов, введенных Законом, являются обязательный характер страхования (п. 1 ст. 4) и запрет использования автотранспортных средств, владельцы которых не застраховали
свою ответственность (п. 3 ст. 32), с весьма эффективным контролем за этим запретом
(ст. 32). Другим механизмом служит система компенсационных выплат (глава III Закона), которая, обеспечивая выплаты хотя и не по всем требованиям, а лишь по требованиям о возмещении вреда жизни и здоровью, тем не менее гарантирует это возмещение и в
тех случаях, когда получить страховую выплату от страховщика оказывается невозможным (п. 1 ст. 18).
Следует надеяться, что обязательный характер страхования, его всеобщность научат
отечественных потерпевших тому, что необходимо обращаться не к причинителю вреда,
а к страховщику, поскольку это значительно эффективнее. Очевидно, потребуется некоторое время, но когда это произойдет, сложившаяся судебная практика, которая, по существу, отказывает страхователю в защите его интереса, сама собой прекратится. Закон,
таким образом, обеспечивая защиту потерпевших, защитит также и интересы владельцев
автомашин.
ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ
Законодательство об обязательном страховании
Состав законодательства об обязательном страховании описан в ст. 2 Закона.
1. Из федеральных законов, регулирующих страховые отношения по обязательному
страхованию, в состав законодательства об этом виде страхования кроме комментируемого Закона входят, прежде всего, Гражданский кодекс РФ и Закон РФ от 27 ноября 1992
года "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (с изм. на 25 апреля
2002 года) (далее — ЗоСД) в той части, в которой они регулируют страхование ответственности за причинение вреда (деликтной ответственности). Поскольку Закон принят
позднее и ГК РФ и ЗоСД, данные акты применяются к обязательному страхованию в
части, не противоречащей Закону.
Следует отметить, что цели, на достижение которых направлены нормы ЗоСД и ГК
РФ, регулирующие страхование деликтной ответственности, существенно отличаются от
целей, преследуемых Законом. Как уже было сказано, нормы ЗоСД и ГК РФ, относящиеся к страхованию деликтной ответственности, направлены, прежде всего, на защиту интересов причинителя вреда, а нормы Закона нацелены, главным образом, на защиту интересов потерпевших. Это прямо вытекает как из преамбулы Закона, так и из заложенных в Законе механизмов защиты. Так, механизм компенсационных выплат, установлен2
См., например: постановление Президиума ВАС РФ от 30 июня 1998 года № 2620/98, постановление ФАС МО
по делу № КГ-А40/975-00 от 23 марта 2000 года // КонсультантПлюс.
3
Более подробно об этом см.: Захаров Ю., Фогельсон Ю. Право требования кредитора в договорах в пользу
третьего лица // Хозяйство и право, 2001, № 10, с. 104.
31
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
ный в главе III Закона, явно преследует цель исключительно защиты интересов потерпевших. Кроме того, механизм возникновения регрессных требований, установленный в
ст. 14 Закона, также выявляет, хотя и косвенно, основную цель Закона, сформулированную в его преамбуле. Таким образом, если регулирование страхования деликтной ответственности в ЗоСД и ГК РФ направлено на защиту интересов причинителей вреда, то
есть страхователей и застрахованных лиц, а интересы потерпевших защищаются лишь
постольку, поскольку это необходимо для защиты интереса причинителей вреда, то регулирование этих же отношений Законом иное — интересы владельцев автомашин защищаются лишь постольку, поскольку это необходимо для защиты прав потерпевших.
Эта разница оказывает существенное влияние на многие конструкции Закона.
2. Закон, кроме страховых отношений, регулирует также и отношения, связанные с
созданием и деятельностью профессионального объединения страховщиков (глава V). В
силу п. 2 ст. 24 Закона эти отношения регламентируются также Федеральным законом от
12 января 1996 года № 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" (с изм. на 21 марта 2002
года) и ст. 11 Федерального закона от 23 июня 1999 года № 117-ФЗ "О защите конкуренции на рынке финансовых услуг" (с изм. от 30 декабря 2001 года). Эти акты также применяются в части, не противоречащей Закону.
3. В Законе содержатся отсылки к актам, которые должно издать Правительство РФ
для того, чтобы применение Закона стало возможным. Перечислим их:
y на основании ст. 5 Закона должны быть изданы типовые правила страхования, в соответствии с которыми будет заключаться договор обязательного страхования;
y согласно ст. 8 Закона должны быть установлены страховые тарифы (их предельные
уровни) и коэффициенты к ним, а также порядок их применения;
y в соответствии с п. 7 ст. 12 Закона либо должны быть утверждены правила проведения независимой технической экспертизы, требования к экспертам-тех-никам, в том
числе условия и порядок их профессиональной аттестации, а также порядок ведения
реестра экспертов-техников, либо должен быть установлен порядок утверждения этих
правил.
В последнем случае само правительство назначит орган, который будет утверждать
эти правила;
y согласно п. 6 ст. 15 Закона должны быть утверждены: форма страхового полиса
обязательного страхования и специального знака государственного образца, порядок его
размещения на транспортном средстве, а также форма документа, содержащего сведения
о страховании. В последнем случае имеется в виду документ, который страховщик обязан выдать страхователю по окончании действия договора страхования (п. 4 ст. 15), а
страхователь должен предъявить страховщику при заключении нового договора страхования (п. 5 ст. 15);
y в соответствии с п. 1 ст. 17 Закона должен быть установлен порядок компенсаций
страховых премий за счет бюджета инвалидам, получившим транспортное средство через органы социальной защиты населения;
y согласно п. 3 ст. 30 Закона должны быть утверждены перечни информации, предоставляемой в обязательном порядке органами власти, страховщиками, иными лицами для
формирования информационных ресурсов автоматизированной информационной системы, органы и организации, ответственные за сбор и обработку этой информации, и порядок предоставления этой информации пользователям.
Кроме того, на основании ст. 31 Закона Правительство РФ вправе самостоятельно
принимать решение о вступлении в международные системы обязательного страхования
гражданской ответственности владельцев транспортных средств.
В указанной статье отмечено, что Правительство РФ вправе принять такое решение в порядке, установленном законодательством РФ. Не вполне понятно, что здесь имеется в виду. Правительство РФ не может принимать свои решения иначе, чем в порядке, установленном законодательством РФ. Кроме того, представляется достаточно странным, что принятие такого
решения законодатель отнес к компетенции Правительства РФ. При вступлении в меж32
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
дународные системы обязательного страхования, например в европейскую систему "зеленой карты", может оказаться, что российское законодательство не соответствует требованиям, предъявляемым данной международной системой, и это создаст препятствия
для вступления. Если бы решение о вступлении принималось в форме ратифицированного международного договора, подобных проблем просто не могло бы возникнуть.
4. Некоторые нормативные правовые акты, регулирующие отношения по обязательному страхованию, уже изданы или будут издаваться федеральными органами исполнительной власти.
Федеральным органом по надзору за страховой деятельностью (Минфином РФ) уже
изданы нормативные акты по формированию и размещению страховщиками обычных
страховых резервов (которые формируются всеми страховщиками и будут формироваться при обязательном страховании). Предстоит издать акты, устанавливающие:
y требования в отношении минимальной суммы средств для финансирования компенсационных выплат, находящихся на банковском счете профессионального объединения страховщиков (п. 4 ст. 28 Закона);
y порядок формирования двух специализированных резервов (п. 3 ст. 22 Закона),
формируемых страховщиком, осуществляющим обязательное страхование;
y порядок расчета разницы между доходами и расходами страховщика по операциям
по обязательному страхованию для формирования специализированного резерва, предусмотренного п. 2 ст. 22 Закона.
Органам внутренних дел (МВД РФ) по согласованию с Минфином РФ предстоит издать порядок представления в органы внутренних дел сведений о заключенных, продленных, недействительных и прекративших свое действие договорах обязательного
страхования (п. 2 ст. 30 Закона).
Отношения по обязательному страхованию
1. Отношения по обязательному страхованию в целом похожи на отношения по страхованию, которые регулируются ЗоСД и главой 48 ГК РФ, однако обладают и некоторыми существенными отличиями.
Сходство этих отношений проявляется, прежде всего, в том, что и те и другие представляют собой защиту интересов физических и юридических лиц при наступлении определенных событий за счет денежных фондов, формируемых из уплачиваемых ими
страховых премий (ст. 2 ЗоСД). Несмотря на то, что в Законе подобное определение
отсутствует, его легко можно вывести, анализируя его текст. Действительно, в Законе
обнаруживаются все без исключения признаки страховых отношений, перечисленные в
ст. 2 ЗоСД. Во-первых, в ст. 6 Закона определяются объект обязательного страхования и
страховой риск, то есть страхуемый интерес и событие, на случай наступления которого
осуществляется страхование. Во-вторых, в ст. 9 Закона устанавливаются ставки страховых тарифов и определяется порядок расчета страховых премий. В-третьих, определение
договора обязательного страхования, содержащееся в абзаце восьмом ст. 1 Закона, говорит о защитном характере отношений по обязательному страхованию, так как устанавливает обязанность страховщика возместить потерпевшему вред, причиненный в результате наступления страхового случая. Причем при возмещении вреда потерпевшему защищаются и интересы причинителя вреда (страхователя, застрахованного лица), ибо он
освобождается от исполнения деликтного обязательства в части выплаченной страховщиком суммы, хотя и обязан возместить потерпевшему вред в сумме, превышающей
страховое возмещение (ст. 1072 ГК РФ). Наконец, из п. 3 ст. 22 Закона следует, что страховщики формируют специализированные резервы для будущих выплат. Поскольку, как
уже было отмечено, ЗоСД применяется к обязательному страхованию в той части, в которой ЗоСД не противоречит Закону, то и определение страхования, данное в ст. 2 ЗоСД,
применяется к обязательному страхованию, ибо противоречий с Законом, как мы видим,
оно не содержит.
33
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Однако есть и отдельные отличия. Основное отличие состоит в том, что в некоторых
случаях, предоставляя защиту потерпевшему, обязательное страхование отказывает в
защите причинителю вреда. Это прямо следует из ст. 14 Закона, где приведен перечень
ситуаций, при которых у страховщика, выплатившего возмещение, возникает регрессное
требование к причинителю вреда. Действительно, вряд ли можно признать защитным
механизм, который, освобождая лицо от исполнения одного обязательства, одновременно возлагает на него в точности такое же по своему содержанию обязательство, хотя
формально оно и другое, так как в нем другой кредитор. Именно поэтому при обычном
страховании деликтной ответственности суброгация невозможна 4 .
Таким образом, при реализации условий одного из случаев, перечисленных в ст. 14
Закона, между участниками отношений по обязательному страхованию возникают иные
по своей правовой природе отношения, чем при обычном страховании деликтной ответственности. Эти отношения не регулируются ни ЗоСД, ни
ГК РФ, ни иными законодательными актами и характерны только для обязательного страхования.
Другим элементом сходства отношений по обязательному страхованию со страховыми отношениями, отрегулированными ЗоСД и ГК РФ, является способ их оформления
путем заключения договора страхования. Определение договора обязательного страхования, данное в абзаце восьмом ст. 1 Закона, практически полностью соответствует определению договора страхования деликтной ответственности, приведенному в ст. 929,
931 ГК РФ.
Однако обязательное страхование включает в себя отношения, и не оформляемые договором. Речь идет о компенсационных выплатах, урегулированных в главе III Закона.
Нет сомнения в том, что отношения по осуществлению компенсационных выплат относятся к страховым в том смысле, что они также представляют собой защиту интересов за
счет денежных фондов, формируемых из полученных премий, то есть соответствуют
определению страховых отношений, содержащемуся в ст. 2 ЗоСД. Однако они не оформляются договором страхования и в них в качестве субъекта не участвует страховщик в
том понимании этого участника страховых отношений, какое приведено в главе IV Закона, в ст. 6 ЗоСД и, соответственно, в ст. 938 ГК РФ. Таким образом, эта часть страховых
отношений, регулируемая Законом, отличается от тех, что регламентированы ЗоСД и ГК
РФ, несмотря на то, что в силу п. 2 ст. 19 Закона правовое положение потерпевшего в
этих отношениях аналогично правовому положению выгодоприобретателя в договоре
обя-зательного страхования.
2. Закон, кроме того, регулирует вопросы создания и деятельности профессионального объединения страховщиков (глава V). Эти отношения нельзя назвать страховыми,
поскольку они не являются отношениями по защите интересов. Скорее отношения, урегулированные в главе V Закона, следует называть корпоративными, поскольку в этой
главе речь идет, во-первых, об организационно-правовой форме объединения страховщиков и о порядке его создания (ст. 24); во-вторых, о функциях и полномочиях этого
профессионального объединения (ст. 25) и обязательных для всех членов объединения
правилах профессиональной деятельности (ст. 26); в-третьих, о правовом положении
имущества объединения (ст. 28) и, в-четвертых, о взносах и платежах членов объединения (ст. 29).
3. Подводя итог, можно сказать, что Законом регулируются два типа отношений —
страховые и корпоративные. Страховые отношения, закрепленные Законом, — это по
большей части те же самые отношения, которые регулируются ЗоСД и ГК РФ в части
страхования деликтной ответственности. Кроме того, регулирование Закона распространяется и на существенно иные страховые отношения, которые ни ЗоСД, ни ГК РФ, ни
другими законодательными актами не регламентируются. Корпоративные отношения,
урегулированные Законом, связаны с созданием и функционированием профессионального объединения страховщиков в форме некоммерческой организации. Как уже было
4
См.: постановление ФАС Северо-Западного округа по делу № А44-2106/2000-С11 от 31 января 2001 года //
КонсультантПлюс. См. также подраздел настоящего комментария о правах страховщика.
34
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
отмечено, на эти отношения распространяется также действие Гражданского кодекса РФ,
Федерального закона
"О некоммерческих организациях", а также некоторых иных
законов в той их части, которая относится к ассоциациям и союзам (п. 2 ст. 24 Закона).
Объект страхования
Объект страхования при обязательном страховании определен в п. 1 ст. 6 Закона достаточно очевидным образом — имущественные интересы владельца транспортного средства, связанные с риском наступления деликтной ответственности. Иными словами, страхованию подлежат интересы страхователя и/или застрахованных лиц, указанных в договоре страхования. Это совершенно не противоречит сделанному ранее выводу, что обязательное страхование направлено на защиту интересов потерпевших. Именно для защиты интересов потерпевших и осуществляется защита интересов владельцев. Структура
любого страхования ответственности такова, что защищаются одновременно и интересы
причинителя вреда и интересы потерпевшего. Отличие же обязательного страхования от
обычного страхования деликтной ответственности не в том, чьи интересы защищаются, а
в целях, с которыми оно осуществляется
Здесь следует отметить, что определение объекта страхования, данное в п. 1 ст. 6 Закона, применяется только к той части отношений, урегулированных Законом, которые
носят стандартный характер и оформляются договорами страхования.
Однако, как уже было указано, Закон регулирует и другой вид страховых отношений
— компенсационные выплаты, описанные в главе III Закона. Отношения, связанные с
данными выплатами, также являются страховыми, однако с помощью таких выплат осуществляется лишь защита интересов потерпевших, а не причинителей вреда.
Страховой риск и страховой случай
1. В качестве страхового риска Закон рассматривает наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или
имуществу третьих лиц (п. 2 ст. 6 Закона) с исключениями, предусмотренными в этом же
пункте. Данную формулировку страхового риска следовало бы несколько уточнить. Наступление гражданской ответственности — это все же не страховой риск, а страховой
случай. Под риском же следует понимать возможное наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства.
Очень важно, что риском названа возможность самого наступления гражданской ответственности без каких-либо ссылок на необходимость подтверждения ее наступления
судебным или иным актом. Во многих правилах страхования, используемых страховщиками для описания страхового риска при страховании ответственности, применяются
формулировки типа "…возникновение обязанности страхователя на основании обоснованной претензии третьего лица или вступившего в силу решения суда возместить вред,
причиненный третьему лицу" или аналогичные. Иными словами, страховым случаем
здесь выступает не любое возникновение обязанности возместить причиненный вред, а
лишь такое, по которому предъявлены обоснованная претензия потерпевшего либо судебное решение. Практика показывает, что подобные формулировки используются страховщиками для того, чтобы иметь возможность отказать в выплате, поскольку случаи,
когда потерпевший обращается к страховщику с уже вступившим в силу судебным решением, крайне редки, а в отсутствие судебного решения обоснованность требования
потерпевшего всегда можно поставить под сомнение 5 .
Существуют и другие формулировки страхового риска при страховании гражданской
ответственности владельцев транспортных средств. Например, в типовых правилах страхования гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств, утвержденных Всероссийским союзом страховщиков, дана следующая формулировка: "страховым риском является возможное причинение вреда жизни, здоровью или имуществу
5
См., например, постановление ФАС Московского округа по делу № КГ-А40/1711-01 от 9 апреля 2001 года //
КонсультантПлюс.
35
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
третьих лиц в результате события, предусмотренного в договоре страхования". Эта формулировка, конечно, неверна, поскольку вред может быть причинен, а ответственность за
его причинение не наступает (см. главу 59 ГК РФ).
Таким образом, формулировка Закона с указанным небольшим исправлением была
бы, по-видимому, наиболее правильной для этого вида страхования.
2. Ответственность за причинение вреда при использовании транспортного средства
наступает при наличии в действиях причинителя вреда состава гражданского правонарушения, в который входят:
y неправомерное поведение;
y факт причинения вреда;
y причинно-следственная связь между поведением и вредом.
В силу ст. 1079 ГК РФ вина не входит в состав правонарушения, совершенного при
использовании транспортного средства.
С введением в действие нового Кодекса об административных правонарушениях от
30 декабря 2001 года (далее — КоАП) произошли существенные изменения в способах
установления факта гражданского правонарушения, влекущего наступление гражданской
ответственности владельца транспортного средства (наступление страхового случая). В
соответствии с КоАП гражданские правонарушения, когда вред причиняется имуществу
вследствие неправомерных действий при использовании транспортных средств, перестали быть одновременно и административными правонарушениями. Действительно, в старом КоАП любое гражданское правонарушение, состоящее в причинении легкого вреда
здоровью или материального ущерба при использовании транспортных средств, выступало одновременно и административным правонарушением, которое именовалось так:
"нарушение водителями правил дорожного движения или эксплуатации транспортных
средств, повлекшее причинение легких телесных повреждений 6 или материального
ущерба" (ст. 118 КоАП РСФСР). Таким образом, по старому КоАП в состав административного правонарушения входили все элементы состава гражданского правонарушения
и, устанавливая факт административного правонарушения, уполномоченное лицо или
орган одновременно фиксировали и факт гражданского правонарушения.
Новый КоАП предусматривает административное правонарушение, состоящее в нарушении Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства,
повлекшем причинение легкого вреда здоровью потерпевшего (ст. 12.24). Административное правонарушение, состоящее в причинении вреда имуществу (материального
ущерба), в новом КоАП отсутствует. Таким образом, при установлении факта административного правонарушения, указанного в ст. 12.24 КоАП, гражданское правонарушение
с причинением вреда здоровью, как и ранее, может считаться установленным. Однако
гражданское правонарушение с причинением вреда имуществу уже не связано с административным и его состав не может считаться установленным в полном объеме при установлении факта административного правонарушения. Инспекторы дорожного движения
больше не обязаны включать в протоколы сведения о повреждениях автомашин при
ДТП, которые до сих пор были основными документами, подтверждавшими факт совершения гражданского правонарушения.
Тем не менее установление факта административного правонарушения определяет
один из элементов состава гражданского правонарушения — неправомерное поведение.
Поэтому протоколы об административных правонарушениях (ст. 28.2 КоАП) будут и в
дальнейшем служить важными доказательствами при разрешении вопроса о признании
или непризнании страхового случая наступившим.
В случае привлечения к административной ответственности без составления протокола (ст. 28.6 КоАП) такими дока6
Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью или наступление смерти в результате нарушения
правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортных средств ― преступление, предусмотренное в
ст. 264 УК РФ (ранее ― ст. 211 УК РСФСР), и способы установления гражданского правонарушения, выражающегося в причинении тяжкого или средней тяжести вреда здоровью или наступлении смерти потерпевшего, никак не
изменились.
36
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
зательствами будут постановления-квитанции (ст. 32.3 КоАП). Остальные элементы
состава гражданского правонарушения — факт причинения вреда и (главное) причинноследственную связь между неправомерным поведением и вредом — предстоит доказывать иными способами. Для этого Закон предусматривает виды и порядок проведения
специальных экспертиз (пп. 2, 3, 7 ст. 12 Закона).
Тем не менее, видимо для облегчения процесса доказывания, инспекторы дорожного
движения продолжают составлять и выдавать водителям справки о повреждениях автомашин при дорожно-транспортных происшествиях. Следует, однако, иметь в виду, что
эти справки играют совершенно иную роль, чем выдававшиеся ранее справки формы 2.
Справки формы 2 выступали, по существу, выписками из процессуального документа —
протокола об административном правонарушении. В протоколе устанавливался факт
совершения административного правонарушения и оспорить его можно было лишь в
судебном порядке. Справку же, выдаваемую в настоящее время, нет нужды оспаривать
— ее можно просто проигнорировать, поскольку в ней никакие факты не устанавливаются и этот документ носит чисто информационный характер.
3. Весьма существенным является вопрос о свойстве случайности события, на случай
наступления которого производится страхование (п. 1 ст. 9 ЗоСД). Эта норма подлежит
применению и к обязательному страхованию, так как Закону не противоречит.
В литературе встречаются работы, в которых предлагается считать, что необходимый
в страховании признак случайности налицо, только когда нет вины страхователя (застрахованного лица) в наступлении страхового случая 7 . Известны судебные решения, в которых свойство случайности истолковано именно таким образом 8 .
Как уже было отмечено, причинение вреда имуществу, жизни или здоровью третьих
лиц при использовании транспортных средств почти всегда происходит вследствие административного правонарушения или преступления. Ни административное правонарушение, ни преступление невозможны при отсутствии вины. Следовательно, несмотря на
то, что в состав гражданского правонарушения рассматриваемого вида вина не входит и
ответственность возникает независимо от вины (п. 1 ст. 1079 ГК РФ), в большинстве
случаев вина страхователя (застрахо-ванного лица) в совершении правонарушения будет
присутствовать. Таким обра-зом, если следовать изложенному толкованию случайности,
необходимый признак случайности события, на случай наступления которого производится страхование, в данном виде страхования практически всегда будет отсутствовать и
Закон просто не будет работать.
Существует другое толкование признака случайности события, на случай наступления которого производится страхование. В соответствии с ним под случайностью в страховании следует понимать добросовестное неведение сторон договора при его заключении в отношении того, что страховой случай наступил, неизбежно наступит или никогда
не наступит 9 . При таком толковании в рассматриваемом виде страхования случайность в
большинстве случаев будет наличествовать и Закон будет реально работать.
Причиной, по которой одно из приведенных толкований позволяет страховать деликтную ответственность, а другое практически препятствует осуществлению такого
страхования, является отличие понятия случайности, используемого в страховании, от
понятия случайности, которое широко распространено в гражданском праве в таких
конструкциях, как риск случайной гибели имущества, и тому подобных.
Действительно, Гражданский кодекс РФ понимает под случайностью в конструкциях
типа "риск случайной гибели имущества" и аналогичных отсутствие вины или, лучше
сказать, отсутствие лица, ответственного за гибель имущества. Естественно, что наличие
7
См.: Гендзехадзе Е., Мартемьянова Т. // Закон, 1994, №4 , с. 30; Шахтарина Н. Договоримся о понятиях // Закон, 2002, № 2, с. 76.
8
Например, постановление ФАС Дальневосточного округа по делу № Ф03-А51/01-1/1058 от 19 июня 2001 года
// КонсультантПлюс.
9
Комментарий к Кодексу торгового мореплавания Союза ССР / Под ред. А. Л. Маковского. — М., 1973, с. 280;
Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга третья: Договоры о выполнении работ, оказании услуг.
— М., 2002, с. 526; Фогельсон Ю. Б. Комментарий к страховому законодательству. — М.: Юрист, 2002, с. 50-51.
37
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
вины или наличие ответственного лица устанавливается уже после того, как гибель имущества произошла. Поэтому случайность или неслучайность гибели имущества могут
быть определены только после его гибели. Соответственно и авторы аналогичного толкования случайности применительно к страхованию предлагают выяснять, случайно или
не случайно наступил страховой случай, то есть устанавливать наличие или отсутствие
признака случайности после наступления страхового случая, поскольку при таком подходе иначе сделать это невозможно.
Однако в ст. 9 ЗоСД требование случайности предъявляется не к наступлению страхового случая, а к страховому риску. Признаком случайности в силу указанной нормы
должно обладать не событие, которое уже наступило, а предполагаемое событие. Иными
словами, событие еще не наступило, а только может наступить, но может и не наступить,
а признаком случайности это его предполагаемое наступление уже должно обладать.
Ясно, что говорить о вине или ответственности в отношении события, которое еще не
наступило, бессмысленно.
Требование случайного характера еще не наступившего события вытекает из основного экономического принципа, на котором основано страхование, — принципа эквивалентности. В очень приблизительной форме этот принцип можно сформулировать так:
сумма всех страховых премий, собранных всеми страховщиками данного региона в данный период по данному виду страхования, должна быть приблизительно равна сумме
всех страховых выплат, произведенных по этому виду страхования этими же страховщиками за этот же период. Именно на базе этого принципа, на основе статистики страховых
случаев рассчитываются страховые тарифы. Для обязательного страхования они будут
установлены Правительством РФ (ст. 8 Закона).
Для того, чтобы этот принцип работал, статистика страховых случаев по договорам
страхования каждого страховщика хотя и может в результате воздействия случайных
факторов отличаться от общей статистики, но не должна искажаться преднамеренно. Для
статистики страховых случаев не существенно, наступил страховой случай виновно или
невиновно с чьей-либо стороны, поскольку как виновно, так и невиновно наступившие
страховые случаи входят в статистику и учитываются при расчете тарифов и, соответственно, премий. Однако очень важно, чтобы, заключая договор страхования, страхователь
не знал, что страховой случай уже наступил или неизбежно наступит, а страховщик не
знал, что страховой случай заведомо не может наступить, поскольку знание этого хотя
бы одной стороной существенно исказит статистику данного страховщика. При систематическом заключении подобных договоров страхования страховщик либо разорится,
либо будет неосновательно обогащаться, поскольку принцип эквивалентности соблюдаться не будет.
Отсюда ясно, что требование ст. 9 ЗоСД о случайности относится не к чьей-либо виновности или невиновности в наступлении страхового случая, а к информированности
страхователя и страховщика о факте его наступления либо о невозможности его наступления при заключении договора страхования.
УЧАСТНИКИ ОБЯЗАТЕЛЬНОГО СТРАХОВАНИЯ
И ИХ ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ
Водитель транспортного средства
1. Водитель — это лицо, управляющее транспортным средством, то есть тот, кто сидит за рулем транспортного средства. Единственное исключение из этого правила предусмотрено для случая обучения управлением транспортным средством (абзац пятый ст. 1
Закона). В такой ситуации в силу установленной Законом фикции водителем считается
не ученик, который сидит за рулем, а обучающее лицо.
Водитель может быть или не быть его владельцем в том смысле, который Закон придает этому термину (см. далее). Водитель может отвечать или не отвечать за вред, причиненный при ДТП. Однако именно поведение (действия или бездействие) водителя
38
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
является элементом состава гражданского правонарушения, за которое возникает ответственность, подлежащая страхованию в силу Закона, независимо от того, на кого эта
ответственность возлагается.
Так, некоторые действия водителя независимо от того, выступает ли он одновременно и другим участником отношений по обязательному страхованию (владельцем, страхователем, застрахованным, ответственным за вред), образуют исключения из состава
страхового риска, подлежащего страхованию в силу Закона (подп. "з" п. 2 ст. 6).
2. Водитель в качестве участника отношений по обязательному страхованию несет
определенные обязанности, а именно:
y абзац второй п. 1 ст. 11 Закона возлагает на водителя обязанность при ДТП сообщить другим его участникам по их требованию сведения о договоре обязательного страхования, по которому застрахована гражданская ответственность владельца транспортного средства, если сам страхователь отсутствует. При неисполнении водителем этой
обязанности Закон не устанавливает специальных последствий, то есть наступают общие
последствия, предусмотренные в ст. 15, 393 ГК РФ, — обязанность возместить убытки,
причиненные тем, что необходимые сведения не были своевременно сообщены;
y в силу п. 1 ст. 32 Закона водитель обязан иметь при себе страховой полис и передавать его для проверки сотрудникам милиции. Неисполнение этой обязанности влечет
ответственность по ст. 12.3 КоАП;
y в силу ст. 12.37 КоАП 10 водитель не вправе управлять транспортным средством в
период, не охватываемый страховым полисом или с нарушением предусмотренного полисом условия управления этим транспортным средством только указанными в данном
страховом полисе водителями. Неисполнение этой обязанности влечет ответственность,
предусмотренную в ст. 12.37 КоАП.
Владелец транспортного средства
1. Понятие "владельца" применяется в Законе для идентификации лица, на которое
может быть возложена деликтная ответственность при использовании транспортного
средства. Поскольку речь идет об ответственности за причинение вреда источником
повышенной опасности, вопрос о владельце следует рассматривать в контексте ст. 1079
ГК РФ, а также доктрины и практики применения этой статьи.
Совершенно очевидно, что во время движения транспортного средства его фактическим владельцем, то есть лицом, которое в силу своей фактической власти над транспортным средством может определять его дальнейшую фактическую судьбу, является
водитель, то есть лицо, управляющее транспортным средством.
Фактическое владение подразделяется на законное и незаконное. Законное владение,
в свою очередь, классифицируется на титульное и нетитульное. Титульное отличается от
нетитульного тем, что первое основано на юридическом акте и законно именно в силу
этого акта, а второе законно просто потому, что не противоречит закону. Примером первого может служить управление чужой автомашиной по доверенности, а примером второго — управление чужой автомашиной без доверенности, но в присутствии ее собственника.
Доктрина и устойчивая практика применения норм о деликтной ответственности признают, что деликтная ответственность за причинение вреда источником повышенной
опасности возлагается только на титульного владельца 11 . Однако не любой титул владе-
10
Данная статья вступает в силу вместе с Законом. ФЗ от 25 апреля 2002 года № 41-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "Об
обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" // Собрание законодательства РФ, 2002, № 18, ст. 1721.
11
Гражданское право: Учебник. В 2-х т. Т. II. Полутом 2 / Отв. ред. проф. Е. А. Суханов. ― М., 2000, с. 418.
См. также: постановление Пленума ВС РФ от 28 апреля 1994 года № 3 "О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья" (п. 19) // Хозяйство и право, 1994, № 9, с. 65; определение
Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 6 июля 2001 года // Бюллетень ВС РФ, 2002, № 2, с. 14.
39
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
ния транспортным средством позволяет считать обладателя этого титула владельцем в
смысле абзаца четвертого ст. 1 Закона.
Прежде всего, следует отметить, что при передаче владения транспортным средством
по гражданско-правовому договору без права пользования этим средством (например, по
договору хранения) лицо не может считаться владельцем в смысле абзаца четвертого
ст. 1 Закона. Действительно, хотя перечень оснований владения в определении ст. 1 Закона не является исчерпывающим, однако слова "и тому подобное" ясно говорят о том,
что речь в этом перечне может идти лишь о таком владении, которое предполагает возможность использования транспортного средства и, соответственно, возможность возложения на владельца ответственности в соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ. Возложение
на лицо, не имеющее права использовать транспортное средство, ответственности по п. 1
ст. 1079 ГК РФ невозможно, поскольку у него возникает иная ответственность, предусмотренная п. 2 ст. 1079 ГК РФ, которая не подлежит страхованию в силу комментируемого Закона. Это подтверждается и п. 2 ст. 15 Закона, где указано, что по договору обязательного страхования может быть застрахована только ответственность владельцев,
использующих транспортное средство на законных основаниях.
Далее. Закон исключает из состава владельцев лиц, управляющих транспортным
средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе
на основании трудового или гражданско-правового договора… (абзац четвертый ст. 1
Закона).
Однако для целей возложения деликтной ответственности это исключение фактически содержится и в Гражданском кодексе РФ, но не в самой ст. 1079, а в ст. 1068, где
предусмотрена ответственность работодателя за действия своих работников. При этом в
абзаце втором п. 1 ст. 1068 ГК РФ достаточно четко сформулированы требования, которые предъявляет законодатель к взаимоотношениям между работодателем и гражданином для возложения ответственности на работодателя за действия гражданина. Ответственность возлагается на работодателя, если гражданин выполняет работу на основе трудового договора или выполняет работу по гражданско-правовому договору, но при этом
действует или должен действовать по заданию работодателя и под его контролем за
безопасностью выполняемых работ.
Таким образом, для того, чтобы владелец транспортного средства удовлетворял определению, данному в абзаце четвертом ст. 1 Закона, и на него в силу п. 1 ст. 4 Закона
была возложена обязанность страховать риск своей деликтной ответственности, необходимо наличие юридического акта (сделка, административный акт и проч.), которым
транспортное средство передавалось бы данному лицу в законное владение, кроме:
y актов, по которым хотя и передается законное владение, но исключается возможность использования транспортного средства (например, хранение без права пользования);
y трудовых договоров;
y гражданско-правовых договоров между заказчиком и исполнителем-гражда-нином,
по которым предусмотрено выполнение работ, оказание услуг под контролем за безопасностью со стороны заказчика.
Именно с вступления в силу указанного акта начинается отсчет срока, предусмотренный п. 2 ст. 4 Закона.
2. На лицо, признанное владельцем транспортного средства (кроме случаев, прямо
перечисленных в пп. 3, 4 ст. 4 Закона), возлагается обязанность страховать свою ответственность на условиях, установленных Законом.
Неисполнение обязанности страховать в предусмотренный Законом срок влечет следующие неблагоприятные последствия:
y запрет использования транспортного средства, отказ в его регистрации, отказ в проведении технического осмотра (п. 3 ст. 32 Закона);
y взыскание в доход РФ по иску органа страхового надзора всей суммы неуплаченной страховой премии с начислением процентов по ст. 395 ГК РФ (п. 3 ст. 937 ГК РФ);
40
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
y возникновение регрессного требования со стороны профессионального объединения страховщиков к лицу, ответственному за вред, причиненный жизни и/или здоровью
потерпевшего (п. 1 ст. 20 Закона);
y административное наказание, предусмотренное частью второй ст. 12.37
КоАП.
На владельца транспортного средства возлагается также обязанность сообщать страховщику при заключении договора сведения, имеющие существенное значение для определения степени риска (п. 1 ст. 944 ГК РФ). В п. 4 ст. 15 Закона приведен перечень
некоторых из этих сведений. Это не означает, однако, что предоставлением сведений,
указанных в п. 4 ст. 15 Закона, исчерпывается обязанность владельца, вытекающая из
п. 1 ст. 944 ГК РФ. Напротив, страховщику должны быть предоставлены сведения обо
всех известных владельцу обстоятельствах, влияющих на степень риска, в особенности
те сведения, которые запросил страховщик (абзац второй п. 1 ст. 944 ГК РФ). Именно
такое содержание данной обязанности владельца вытекает из ст. 944 ГК РФ и подтверждается в п. 3 ст. 9 Закона.
Общие последствия неисполнения владельцем обязанности информировать страховщика о степени риска предусмотрены в ст. 944 ГК РФ, а специальные — в Законе:
y недействительность договора страхования в силу ст. 179 ГК РФ, если сообщены заведомо ложные сведения, или недействительность договора в силу ст. 168 ГК РФ, если
владелец умолчал об имеющихся у него сведениях, но и не сообщал заведомо ложных
сведений;
y применение специальных коэффициентов к тарифам при расчете страховой премии
(п. 3 ст. 9 Закона).
По общему правилу ответственность владельца должна быть застрахована независимо от того, кто из водителей вправе управлять транспортным средством и в какой период
оно используется. Однако если страхователем является гражданин, разрешается указание
в договоре перечня допущенных к управлению водителей и периода использования
транспортного средства (договор с учетом ограниченного использования транспортного
средства — ст. 16 Закона). Такое указание в договоре влияет на размер страховой премии
(абзац шестой п. 2 ст. 9 Закона), но не означает, что при управлении транспортным средством водителем, не указанным в договоре, или в период иной, чем определено в договоре, страховая защита не будет действовать.
Если договор был заключен с учетом ограниченного использования транспортного
средства, а страховой случай наступил при управлении транспортным средством водителем, не указанным в договоре, или в период иной, чем определено в договоре, страховщик, тем не менее, обязан будет выплатить страховое возмещение. Однако в подобной
ситуации в соответствии со ст. 14 Закона у страховщика возникнет регрессное требование к лицу, причинившему вред. Следует подчеркнуть, что в Законе предусмотрено возникновение регрессного требования страховщика не к лицу, ответственному за вред, а к
лицу, его причинившему. Например, если водитель, управлявший автомашиной при
ДТП, работал у владельца по гражданско-правовому договору, но не был включен в договор страхования с учетом ограниченного использования транспортного средства, страховщик в порядке регресса взыщет выплаченную сумму не с владельца, а с водителя,
поскольку причинителем вреда является водитель, хотя ответственность за вред и возлагается на владельца (ст. 1068 ГК РФ). Для трудового договора это правило не действует,
поскольку при причинении вреда работником работодатель не только несет ответственность за его действия, но и выступает лицом, причинившим вред.
Страхователь и застрахованные лица
1. Владелец транспортного средства, заключивший договор обязательного страхования, становится страхователем. Он обладает всеми правами и несет все обязанности
страхователя, предусмотренные в ЗоСД и ГК РФ. Кроме того, Закон возлагает на страхователя некоторые дополнительные обязанности и предоставляет ему дополнительные
права.
41
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Специальные обязанности страхователя, установленные Законом и отсутству-ющие в
ЗоСД и ГК РФ:
y абзац первый п. 1 ст.11 Закона возлагает на страхователя обязанность при ДТП сообщить другим его участникам по их требованию сведения о договоре обязательного
страхования, если сам страхователь является участником ДТП. При неисполнении страхователем этой обязанности Закон не предусматривает специальных последствий, то есть
наступают общие последствия, указанные в ст. 15, 393 ГК РФ, — обязанность возместить
убытки, причиненные тем, что необходимые сведения не были своевременно сообщены;
y в силу ст. 961 ГК РФ страхователь обязан сообщить страховщику о наступлении
страхового случая. Применительно к страхованию ответственности это означает, что по
общему правилу ГК РФ обязанность уведомлять страховщика появится у страхователя
при возникновении у него ответственности за причинение вреда. В силу п. 2 ст. 11 Закона страхователь обязан сообщать страховщику не только о случаях наступления ответственности, но и обо всех других случаях причинения вреда третьим лицам, которые могут
повлечь за собой наступление такой ответственности. Специальные последствия для
страхователя при неисполнении им этой своей обязанности Законом, однако, не установлены;
y на основании п. 2 ст. 11 Закона страхователь до удовлетворения требований потерпевших должен предупредить об этом страховщика и действовать в соответствии с его
указаниями, а если страхователю предъявлен иск — привлечь страховщика к участию в
деле. Неисполнение этой обязанности и удовлетворение требований потерпевших без
согласия на это страховщика может повлечь отказ в выплате, если страховщик докажет,
что возмещение вреда страхователем потерпевшим было необоснованным;
y согласно п. 2 ст. 12 Закона страхователь обязан предоставить страховщику для осмотра транспортное средство, при использовании которого потерпевшему был причинен
вред. Последствием неисполнения страхователем этой обязанности может стать отказ в
выплате, то есть отказ страхователю в страховой защите в том случае, если осмотр и
экспертиза поврежденного имущества не позволили установить обстоятельства причинения вреда и/или размер подлежащих возмещению убытков. Следует отметить, что в такой ситуации будет отказано в защите и потерпевшему, что не очень характерно для
основной концепции Закона: как правило, отказывая в защите причинителю вреда, Закон
сохраняет защиту для потерпевшего;
y в случаях, перечисленных в ст. 14 Закона, страхователь обязан возместить страховщику суммы, выплаченные потерпевшему в силу возникшего регрессного требования;
y если заключен договор с условием ограниченного использования транспортного
средства и ограничения по каким-либо причинам нарушены, страхователь обязан незамедлительно и в письменной форме сообщить об этом страховщику и соответственно
доплатить премию (п. 3 ст. 16 Закона). Последствием неисполнения этой обязанности
является возникновение у страховщика регрессного требования к лицу, причинившему
вред (ст. 14 Закона).
Следует также отметить, что правила ст. 939 ГК РФ, позволяющие сторонам договора
страхования возложить исполнение обязанностей страхователя на потерпевшего, совершенно определенно не могут применяться в отношении уплаты страховой премии. Действительно, в силу прямого указания в п. 1 ст. 4 Закона страхование должно осуществляться за счет владельца транспортного средства, то есть за счет страхователя, а не потерпевшего. В отношении возможности возложения на потерпевшего исполнения других
обязанностей страхователя сложно делать выводы до утверждения Правительством РФ
типовых правил обязательного страхования (ст. 5 Закона).
Специальные права страхователя, установленные Законом и отсутствующие в ЗоСД и
ГК РФ:
y из п. 3 ст. 15 Закона вытекает право страхователя на получение страхового полиса
и специального знака государственного образца;
42
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
y на основании п. 4 ст. 15 Закона у страхователя есть право на получение от страховщика сведений о страховании;
y определенная в ст. 17 Закона категория страхователей имеет право на компенсацию части страховых премий;
y в силу ст. 452 ГК РФ изменение договора возможно лишь по соглашению сторон,
кроме специальных, предусмотренных в законе случаев. Статья 23 Закона допускает
замену страховщика по соглашению между двумя страховщиками, причем гарантирует
страхователю право не давать на это свое согласие либо отказаться от продления договора страхования, если истек двухмесячный срок, предусмотренный в п. 1 ст. 10 Закона;
y дискуссионным является право страхователя на получение страхового возмещения
после того, как он сам возместил потерпевшим причиненный вред. Поскольку договор
страхования ответственности заключен не в пользу страхователя, а в пользу третьего
лица, по правилу п. 4 ст. 430 ГК РФ для реализации страхователем права требования к
страховщику необходимо, чтобы потерпевший отказался от соответствующего своего
права. Фактически получение такого отказа проблематично для страхователей. Устойчивой судебной практики по этому вопросу нет. Суды в некоторых случаях удовлетворяют
требования страхователей и без какого-либо участия потерпевших при наличии доказательств факта возмещения вреда, а в других ситуациях отказывают во взыскании возмещения со страховщика, мотивируя это отсутствием отказа потерпевшего и ссылкой на
п. 4 ст. 430 ГК РФ.
К сожалению, законодатель не включил в Закон правило, четко
регламентирующее эти отношения, хотя абзац второй п. 2 ст. 11 Закона и можно истолковать в том смысле, что страхователь вправе потребовать от страховщика выплаты возмещения после того, как он сам возместил причиненный вред.
2. В соответствии со ст. 931 ГК РФ по договору страхования деликтной ответственности может быть застрахована ответственность лица, не являющегося страхователем
(застрахованного лица). В договорах обязательного страхования таки-ми застрахованными лицами могут быть только другие владельцы транспортного средства (п. 2
ст. 15 Закона). Более того, как следует из п. 2 ст. 15 Закона, в отсутствие иного указания
в договоре по договору обязательного страхования застрахованной считается ответственность всех лиц (как названных в договоре страхования, так и не названных), удовлетворяющих определению владельца данного транспортного средства, приведенному в
ст. 1 Закона.
Застрахованные лица освобождаются от обязанности страховать свою ответственность (п. 4 ст. 4 Закона). Ни Закон, ни ГК РФ не возлагают на застрахованных лиц практически никаких обязанностей, за исключением обязанности возмещать страховщику
убытки при возникновении регрессного требования в случаях, предусмотренных в ст. 14
Закона. Застрахованным лицам ни Закон, ни ГК РФ не предоставляют никаких дополнительных прав.
Таким образом, положение застрахованного лица в договоре обязательного страхования весьма удобно — у него практически нет никаких обязанностей, а страховая защита
ему предоставляется. Все обязанности, которые должны быть исполнены для того, чтобы
страховая защита была обеспечена, возложены в основном на страхователя и в некоторых случаях на водителя.
Потерпевший и иные лица, имеющие право на возмещение вреда
1. В силу абзаца шестого ст. 1 Закона потерпевшим признается лицо, жизни, здоровью или имуществу которого был причинен вред при использовании транспортного
средства иным лицом. Таким образом, не любое лицо, которому причинен вред при использовании транспортного средства, считается потерпевшим для целей Закона. Для
признания потерпевшим необходимо наличие следующих квалифицирующих признаков:
y вред причинен жизни, здоровью или имуществу. Причинение иного вреда, ответственность за причинение которого возникает в силу главы 59 ГК РФ, не создает потерпевшего для целей Закона. Так, не образует потерпевшего причинение морального вреда
43
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
(подп. "б" п. 2 ст. 6 Закона); причинение вреда, понесенного в результате смерти кормильца, хотя положения Закона, относящиеся к потерпевшим, применяются и к лицам,
которым причинен моральный вред, и к лицам, которым причинен вред в результате
смерти кормильца (п. 4 ст. 11 Закона), но потерпевшими они не являются;
y вред причинен при использовании транспортного средства иным лицом. Таким образом, вред, причиненный при использовании транспортного средства тем самым лицом,
которому причинен вред, также не создает потерпевшего для целей Закона, несмотря на
то, что отвечать за причиненный вред может и другое лицо, например работодатель водителя.
Несмотря на то, что формально в силу определения абзаца шестого ст. 1 Закона оба
приведенных признака являются квалифицирующими для потерпевших, реальное значение для определения прав и обязанностей участников отношений по обязательному страхованию имеет только второй признак. Действительно, в силу п. 4 ст. 11 положения Закона, касающиеся потерпевших, применяются в отношении "…других лиц, которые в
соответствии с гражданским законодательством имеют право на возмещение вреда, причиненного им при использовании транспортных средств иными лицами".
Под эту формулировку попадают не только потерпевшие, но и иные лица, которые,
хотя и не относятся к потерпевшим в смысле абзаца шестого ст. 1 Закона, однако имеют
право на возмещение вреда, причиненного при использовании транспортного средства
иными лицами. На основании п. 4 ст. 11 Закона они обладают теми же правами и несут
те же обязанности, что и потерпевшие. Не вполне ясно, зачем законодатель специально
выделил и назвал потерпевшими не всех, а только часть лиц, имеющих право на возмещение вреда, причиненного при использовании транспортного средства иными лицами.
Кроме того, положения Закона, касающиеся потерпевших, применяются и в отношении наследников потерпевших.
2. В Законе сформулирован ряд "обязанностей" потерпевших и специфических для
данного вида отношений прав потерпевших. Причина, по которой слово "обязанности"
взято в кавычки, объяснена далее. "Обязанности", сформулированные в Законе для потерпевших, следующие:
y при первой возможности уведомить страховщика о наступлении страхового случая,
если потерпевший намерен воспользоваться своим правом на выплату (п. 3 ст. 11 Закона).
Эта обязанность может быть исполнена и страхователем (п. 2 ст. 11 Закона, ст. 961
ГК РФ);
y предоставить страховщику все документы и доказательства, а также сообщить все
известные сведения, подтверждающие объем и характер вреда, причиненного жизни или
здоровью потерпевшего (п. 1 ст. 12 Закона);
y представить поврежденное имущество или его остатки страховщику для осмотра и
организации независимой экспертизы (оценки), если потерпевший намерен воспользоваться своим правом на выплату (п. 2 ст. 12 Закона). Потерпевший не вправе ремонтировать поврежденное имущество или утилизировать его остатки до осмотра и экспертизы
(оценки) страховщиком, если не истек срок для осмотра, экспертизы и оценки, установленный в п. 3 ст. 12 Закона.
Все последствия неисполнения указанных "обязанностей" сводятся к тому, что потерпевший может не получить выплату. Никакой ответственности за неисполнение этих
так называемых "обязанностей" потерпевший нести не может, ибо потерпевший не является стороной договора страхования. Потерпевший выступает в договоре третьим лицом,
в пользу которого договор считается заключенным (п. 3 ст. 931 ГК РФ), а обязательство
не может создавать обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (п. 3
ст. 308 ГК РФ).
Напротив, права потерпевших вполне реальны, поскольку в силу обязательства третьи лица могут наделяться правами (п. 3 ст. 308 ГК РФ):
44
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
y основное право потерпевшего — право требовать от страховщика выплаты страхового возмещения в качестве выгодоприобретателя по договору страхования (п. 1 ст. 430
ГК РФ);
y в силу п. 1 ст. 13 Закона потерпевший вправе предъявить страховщику не только
договорное требование о выплате, но и деликтное требование о возмещении вреда, хотя
страховщик не причинял вред и не является стороной в деликтном обязательстве. Это
разрешает принципиально важный вопрос о возможности привлечь страховщика в качестве второго ответчика в деликтном иске. До появления Закона суды часто отказывали в
этом потерпевшим, поскольку рассмотрение в одном процессе требований с разными
основаниями очевидно невозможно;
y на основании п. 4 ст. 12 Закона потерпевший вправе сам обратиться за экспертизой
и/или оценкой поврежденного имущества, если страховщик не сделал этого в срок, установленный в п. 3 ст. 12 Закона. При этом стоимость экспертизы (оценки) включается в
состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком;
y по ст. 18 Закона потерпевшие, жизни и/или здоровью которых причинен вред, вправе требовать от профессионального объединения страховщиков компенсационных выплат, порядок выплаты которых установлен в главе III Закона. Это право предоставлено
не всем потерпевшим, а только лицам, постоянно проживающим на территории РФ, независимо от гражданства, а также иностранным гражданам, временно находящимся на
территории РФ на условиях взаимности. В случаях, установленных в подп. "в" п. 1 ст. 18
Закона, потерпевшие могут предъявить требование о компенсационной выплате только
после того, как они сделали все для взыскания возмещения с лица, причинившего вред,
но это оказалось безуспешным;
y наконец, в силу ст. 23 Закона потерпевший, обратившийся к страховщику за выплатой, вправе соглашаться или не соглашаться на замену страховщика в договоре страхования. Важно отметить, что согласие потерпевшего для замены страховщика необходимо, лишь если замена происходит после того, как потерпевший предъявил требование о
выплате.
Страховщик
1. В дополнение к общим требованиям к страховщикам, закрепленным в ст. 938 ГК
РФ и ст. 6 ЗоСД, Закон устанавливает к страховщикам, осуществляющим обязательное
страхование, следующие дополнительные требования:
y необходимость иметь в каждом субъекте РФ своего представителя (п. 1 ст. 21 Закона). При этом под представителем в соответствии с абзацем десятым ст. 1 Закона понимается либо обособленное подразделение страховщика с полномочиями рассматривать
требования, предъявленные к страховщику потерпевшими, и осуществлять выплаты,
либо другой страховщик, наделенный такими же полномочиями. Причем страховщик,
являющийся представителем, должен также иметь лицензию на обязательное страхование — это следует из того, что в тексте Закона под страховщиком понимается только
страховая организация, имеющая соответствующую лицензию (абзац десятый ст. 1).
Наделение перечисленными полномочиями обязательно, но представителю могут быть
предоставлены и иные полномочия, например полномочия по сбору премии. Полномочия обособленного подразделения должны быть закреплены в положении об этом подразделении либо в доверенности, выдаваемой его руководителю, либо в обоих этих документах. Полномочия другого страховщика должны быть оформлены договором типа
поручения, комиссии или агентского. Характер договора, который должен быть заключен между страховщиками, следует из указания Закона о том, что представитель обязан
осуществлять свои полномочия за счет того страховщика, к которому предъявлено требование. Здесь важно также отметить, что страховой брокер не может выступать представителем страховщика, о котором идет речь в п. 1 ст. 21 Закона. Действительно, хотя
страховые брокеры довольно часто выполняют функции представителей страховщика
как при получении премии, так и при урегулировании претензий, этот представитель в
45
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
общегражданском смысле не может быть признан представителем в смысле п. 1 ст. 21
Закона. Он не удовлетворяет ни одному из перечисленных в Законе признаков, то есть не
является ни подразделением страховщика (поскольку брокер — самостоятельное юридическое или физическое лицо), ни страховщиком (так как брокер не имеет лицензии на
обязательное страхование);
y наличие не менее чем двухлетнего опыта страхования транспортных средств и/или
ответственности их владельцев (п. 3 ст. 21 Закона). Следует помнить, что двухлетний
опыт должен быть у страховой организации к моменту обращения за лицензией, а не к
моменту начала операций по обязательному страхованию. При этом необходимо учитывать, что орган страхового надзора выдает лицензию примерно через полгода после обращения за ней, то есть систематически нарушает требование о сроке выдачи лицензии,
установленное в п. 3 ст. 32 ЗоСД. По смыслу же п. 2 ст. 33 Закона страховщики могут
обращаться за выдачей лицензии с момента официального опубликования Закона, то есть
с 6 мая 2002 года;
y обязательность членства в специализированной некоммерческой организации —
профессиональном объединении страховщиков (п. 2 ст. 21 Закона) со всеми вытекающими из этого членства правами и обязанностями (см. далее);
y необходимость наличия у головной конторы и представителей страховщика соответствующего помещения (абзац второй п. 3 ст. 21 Закона). Точная формулировка этого
требования в Законе такова: "страховщики и их представители должны располагаться в
приспособленных для выполнения своих функций помещениях". Очевидно, что надзор за
исполнением страховщиками этого требования будет осуществляться ведомствами, однако из текста неясно, какими ведомствами и в чем именно должна заключаться "приспособленность" помещения. Иными словами, введена норма, предполагающая ведомственный надзор за ее исполнением, но с совершенно неопределенным содержанием —
трудно придумать что-либо более действенное для увеличения бюрократического произвола как на уровне федерального центра, так и на региональном уровне.
Помимо этих требований Закон возлагает на страховщиков ряд дополнительных, по
сравнению с ГК РФ и ЗоСД, обязанностей при заключении и исполнении договоров обязательного страхования:
y прежде всего, это обязанность заключать договор обязательного страхования с любым владельцем транспортного средства, который за этим обратится, поскольку договор
обязательного страхования объявлен публичным (абзац восьмой ст. 1 Закона, ст. 426 ГК
РФ). При неисполнении страховщиком этого требования возможно принуждение к заключению договора в порядке, установленном ст. 445
ГК РФ, и предъявление требования о возмещении убытков (п. 4 ст. 445);
y обязательно применение издаваемых Правительством РФ типовых правил (ст. 5 Закона). В силу п. 4 ст. 426 ГК РФ договор, заключенный с отступлениями от типовых
правил, является ничтожным в части этих отступлений. Однако ничтожность соответствующих условий договора не ведет к исчезновению страховой защиты, поскольку все
существенные условия договора страхования, установленные в ст. 942 ГК РФ, сформулированы в Законе. Действительно, объект страхования и страховой риск определены в
ст. 6 Закона, страховая сумма — в ст. 7 Закона, срок действия договора — в ст. 10 Закона. Таким образом, отступление от требований типовых правил невыгодно, прежде всего,
страховщику, поскольку его обязанность по предоставлению страховой защиты сохранится, но страховщик может оказаться лишенным возможности ссылаться на удобные
для него положения типовых правил;
y обязательно также использование устанавливаемых Правительством РФ тарифов
для определения страховой премии (п. 6 ст. 9 Закона). Неисполнение этой обязанности
влечет неблагоприятные последствия, прежде всего для страховщика, поскольку независимо от того, какая сумма премии была уплачена, страховая защита должна быть страховщиком предоставлена в полном объеме, закрепленном законом. Если договором будет определена и фактически уплачена премия меньше, чем предусмотрено тарифом с
46
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
учетом всех коэффициентов, для взыскания ее со страхователя у страховщика отсутствуют правовые средства. Если же страховая премия будет переплачена, страхователь
сможет взыскать со страховщика неосновательно полученную разницу со всеми добавками, указанными в главе 60 ГК РФ. Поэтому данная обязанность страховщика будет,
по-видимому, выполняться неукоснительно;
y очень жестко ограничена по времени обязанность осмотреть поврежденное имущество и организовать его независимую оценку и экспертизу в срок не более пяти дней с
момента обращения потерпевшего (п. 3 ст. 12 Закона), причем этот срок может быть
изменен лишь по соглашению страховщика с потерпевшим. Соглашение страховщика со
страхователем об ином сроке осмотра и экспертизы, достигнутое в самом договоре страхования без участия потерпевшего, практически исключено, кроме исчерпывающе определенных Законом случаев, когда подлежащее осмотру и экспертизе транспортное средство находится в труднодоступных, отдаленных или малонаселенных местах. Неблагоприятным последствием пропуска страховщиком указанного срока становится возникновение у потерпевшего права самостоятельно провести оценку и экспертизу, не представляя поврежденное имущество страховщику (п. 4 ст. 12 Закона);
y в п. 2 ст. 13 Закона также установлен жесткий срок в 15 дней с момента получения
заявления от потерпевшего с требованием о выплате, в течение которого страховщик
обязан произвести страховую выплату или направить потерпевшему мотивированный
отказ, и этот срок не может быть изменен никакими соглашениями. Следует обратить
внимание, что течение срока начинается не с момента сообщения страховщику о страховом случае и не с момента представления имущества на осмотр и экспертизу, а с момента
получения страховщиком от потерпевшего заявления о выплате с приложенными документами (более подробно о взаимодействии страховщика с потерпевшим см. далее в
подразделе комментария о страховой выплате);
y норма п. 2 ст. 22 Закона искусственно ограничивает рентабельность операций по
обязательному страхованию. Легко подсчитать, что при истинной рентабельности соответствующих операций в 30 процентов норма п. 2 ст. 22 Закона снизит ее до 8 процентов,
при рентабельности в 20 процентов она будет понижена до 6 процентов и т. д. Очевидно,
однако, что, как и все запретительные нормы, эта норма Закона не решит никаких проблем, а приведет лишь к тому, что страховщики просто не будут показывать своей истинной рентабельности.
Членство в профессиональном объединении страховщиков накладывает на них следующие дополнительные обязанности:
y прежде всего, это обязанность соблюдать устав объединения и правила профессиональной деятельности, разработанные в соответствии со ст. 26 Закона;
y вносить взносы и иные обязательные платежи, установленные в соответствии со
ст. 29 Закона;
y принимать участие в формировании финансовых ресурсов объединения для осуществления компенсационных выплат, как предусмотрено в п. 2 ст. 27 Закона. Следует
отметить, что в отношении финансовых ресурсов объединения для осуществления компенсационных выплат в Законе определен источник их формирования — специализированные резервы, формируемые страховщиками (п. 2 ст. 27), но нигде в Законе не приведен порядок формирования указанных ресурсов за счет этих источников, то есть порядок
и размер отчислений страховщиками части сформированных резервов профессиональному объединению. Можно предположить, что указанный порядок установит орган страхового надзора в нормативном документе, закрепляющем порядок формирования и размещения специализированных резервов страховщиков. Если он не будет сформулирован
органом страхового надзора, общее собрание страховщиков установит его самостоятельно в соответствии со ст. 29 Закона;
y нести субсидиарную ответственность по обязательствам объединения по осуществлению компенсационных выплат (п. 1 ст. 27 Закона). Здесь следует отметить, что указанная субсидиарная ответственность конкретного страховщика будет распространяться
47
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
только на те обязательства объединения, которые возникли после его вступления в объединение, если иное не будет предусмотрено в уставе объединения (п. 4 ст. 11, п. 3 ст. 12
Федерального закона "О некоммерческих организациях") и правилах профессиональной
деятельности (подп. "б" п. 1 ст. 26 Закона).
2. Закон устанавливает некоторые важные дополнительные по сравнению с
ГК
РФ и ЗоСД права страховщиков, а именно:
y право страховщика участвовать в урегулировании требований, предъявленных к
страхователю. Данное право и до выхода Закона закреплялось в большинстве правил
страхования ответственности и при нарушении этого положения правил страхования
предусматривался отказ в выплате 12 . Однако отказ в выплате по этому основанию не
всегда признавался судами, прежде всего потому, что это было договорное право на отказ от исполнения обязательства, а в силу ст. 310 ГК РФ право на отказ от исполнения
обязательства может предусматриваться договором только для предпринимателей. Теперь право страховщика участвовать в урегулировании требований о возмещении вреда
закреплено непосредственно в п. 2 ст. 11 Закона и в Законе же предусмотрены соответствующие последствия нарушения данного права страховщика. Он может выдвинуть в
отношении предъявленного к нему договорного требования о выплате те же возражения,
которые он мог бы выдвинуть в отношении деликтного требования, предъявленного к
страхователю, если бы мог участвовать в урегулировании этого требования;
y возможность освобождения страховщика от обязанности произвести страховую
выплату в случаях, предусмотренных не только законом, но и договором обязательного
страхования (п. 4 ст. 13 Закона). Это правило, отсутствующее в ГК РФ и на первый
взгляд весьма либеральное по отношению к сторонам договора, в действительности иллюзорно. В типовых правилах страхования, которые будут утверждены Правительством
РФ в соответствии со ст. 15 Закона, без сомнения, будет предусмотрен исчерпывающий
перечень оснований освобождения от выплаты и вряд ли он будет существенно расширен по сравнению с ГК РФ и Законом;
y дополнительное основание для отказа в выплате, закрепленное в п. 6 ст. 12 Закона,
когда невозможно установить наличие страхового случая и/или размер подлежащих возмещению убытков из-за того, что потерпевший отремонтировал или утилизировал поврежденное имущество до его осмотра и экспертизы. Следует отметить, что п. 6 ст. 12
Закона предусматривает не освобождение от выплаты, а право отказать в выплате. Это
различие важно, поскольку при освобождении от выплаты обязательство страховщика
прекращается и он не вправе производить выплату из средств страховых резервов. При
возникновении права отказать в выплате обязательство не прекращается и страховщик
вправе самостоятельно решать, выплачивать возмещение или нет, причем выплата может
быть произведена за счет средств страховых резервов;
y важное право страховщика на получение информации от различных органов власти
и управления, сформулированное в п. 1 ст. 30 Закона в форме обязанности соответствующих органов. Эта обязанность раньше была закреплена в п. 2 ст. 20 Закона РФ "О
страховании" (прежнее название ЗоСД), однако Федеральным законом от 31 декабря
1997 года № 157-ФЗ указанная статья была исключена вместе со всей главой II и различные органы, прежде всего ГАИ (ГИБДД), начали отказывать страховщику в предоставлении данных, необходимых для проведения страхового расследования. Теперь Закон
восстановил эту совершенно необходимую страховщику возможность;
y наконец, право регрессного требования страховщика к страхователю или застрахованному лицу в случаях, перечисленных в ст. 14 Закона. Это право введено из-за того,
что предусмотренная в ст. 965 ГК РФ суброгация не может использоваться при страховании ответственности. Действительно, при суброгации к страховщику должно переходить в части выплаченного возмещения деликтное требование, которое потерпевший
имеет к причинителю вреда, то есть в данном случае к страхователю (застрахованному
12
См., например, Типовые (стандартные) правила страхования гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств, утвержденные Всероссийским союзом страховщиков в 2000 году.
48
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
лицу). При возмещении страховщиком вреда, причиненного потерпевшему, деликтное
требование потерпевшего прекращается в части полученного потерпевшим возмещения
и переход не может реализоваться, поскольку не существует требования, которое должно
перейти. Поэтому Закон вместо суброгации (перемены лица в обязательстве) вводит
серьезную новеллу — регрессное требование (возникновение нового обязательства) к
причинителю вреда. Это требование вводится в очень ограниченном перечне случаев,
когда причинитель вреда совершил грубое, умышленное правонарушение. Перечень
случаев возникновения регрессного требования так сильно ограничен именно для того,
чтобы в обычных ситуациях обеспечить защиту интереса не только потерпевшего, но и
причинителя вреда.
Членство в профессиональном объединении страховщиков предоставляет им следующие дополнительные права:
y участвовать в управлении объединением через его органы управления в порядке,
установленном в главе V Федерального закона "О некоммерческих организациях";
y прибегать к внутрикорпоративным механизмам разрешения споров, которые будут
созданы в соответствии с подп. "м" п. 1 ст. 26 Закона.
Профессиональное объединение страховщиков
1. В силу п. 2 ст. 24 Закона по своей организационно-правовой форме профессиональное объединение страховщиков (далее — объединение), по существу, представляет
собой ассоциацию (союз) и на него распространяются все положения
ГК РФ и Федерального закона "О некоммерческих организациях", касающиеся ассоциаций (союзов),
за исключением следующих:
y членство в этом объединении обязательно для страховщиков, занимающихся обязательным страхованием. Поэтому объединение открыто для вступления новых членов и в
его уставе должна содержаться соответствующая норма (п. 3 ст. 24 Закона). Вступая в
объединение, новый член объединения обязуется выполнять положения его устава, в том
числе дает свое согласие на вступление новых членов, удовлетворяющих требованиям,
предъявляемым к страховщикам в абзаце десятом ст. 1 Закона. Нашему законодательству
известно несколько такого рода некоммерческих объединений, основанных на обязательном членстве, — нотариальная палата, адвокатская палата. Подобная обязательность
членства в некоммерческом объединении не могла, естественно, не вызвать вопросов,
поскольку ч. 2 ст. 30 Конституции РФ недвусмысленно запрещает принуждение к вступлению в какое-либо объединение и пребыванию в нем. Эта проблема была прямо поставлена перед Конституционным Судом РФ в отношении нотариальной палаты с обязательным членством в ней нотариусов и косвенно в отношении адвокатских образований.
Конституционный Суд РФ в постановлении от 19 мая 1998 года № 15-П признал соответствующим Конституции РФ обязательность членства в подобных объединениях. Общая логика КС следующая — поскольку деятельность нотариусов и адвокатов имеет
публичную значимость, постольку государство вправе определять профессиональные и
иные требования к этой деятельности, в частности обязательность членства в объединениях, осуществляющих публичный контроль за этой деятельностью.
Не вдаваясь в подробный анализ данной позиции, сделаю лишь небольшое замечание. Возможно, в отношении нотариусов это и приемлемо, поскольку нотариальные действия совершаются от имени государства (абзац первый ст. 1 Основ законодательства РФ
о нотариате). Однако в отношении адвокатов и страховщиков указанная позиция представляется мне весьма сомнительной с точки зрения основных принципов организации
правового государства и гражданского общества, ибо вся деятельность и адвокатов и
страховщиков носит исключительно частный характер. Публичная же значимость этой
частной деятельности, на мой взгляд, не больше, чем, например, публичная значимость
частной деятельности импортера куриных окорочков. Тем не менее данный вопрос однозначно решен КС РФ и вряд ли следует рассчитывать в ближайшее время на какие-либо
изменения в регулировании этой проблемы;
49
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
y при создании объединения помимо согласия антимонопольного органа (ст. 17 Закона РФ "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных
рынках") требуется еще и согласие органа страхового надзора (п. 2 ст. 24 Закона). В данном случае получение согласия от обоих этих органов, видимо, определенная формальность, поскольку у них просто нет возможности отказать, ибо в силу требования п. 4
ст. 33 Закона с 1 июля 2004 года объединение уже должно производить компенсационные выплаты, а значит, к этому моменту оно должно быть не только создано, но и накопить соответствующие финансовые ресурсы;
y в отличие от обычных ассоциаций и союзов, которые не могут самостоятельно заниматься предпринимательской деятельностью (абзац второй п. 1 ст. 11 Федерального
закона "О некоммерческих организациях"), объединение вправе самостоятельно вести
предпринимательскую деятельность (последний абзац п. 2 ст. 25 Закона) постольку, поскольку это служит целям его создания. Следует обратить внимание на то, что организация, одной из задач которой является осуществление публичных функций контроля за
деятельностью предпринимательских структур (как мы видели, именно так обосновывает
КС РФ правомерность обязательного членства в подобных объединениях), сама наделена
правом участвовать в хозяйственном обороте в качестве одной из таких предпринимательских структур. Полагаю, что рано или поздно перед Конституционным Судом РФ
будет поставлен вопрос о соответствии нормы п. 2 ст. 25 Закона в ее связи с обязательным членством страховщиков в объединении конституционной норме ч. 2 ст. 34 Конституции РФ, запрещающей экономическую деятельность, направленную на монополизацию и недобросовестную конкуренцию.
2. У объединения, по существу, четыре основных направления деятельности, определенных в ст. 25 и 26 Закона:
y организация взаимодействия страховщиков при урегулировании требований о выплатах одним из страховщиков по договору, заключенному другим страховщиком, включая разрешение споров между страховщиками (подп. "а" п. 1 ст. 25, подп. "м" п. 1 ст. 26
Закона);
y аккумулирование средств для компенсационных выплат, их осуществление и реализация прав требования к лицам, причинившим вред, и к страховщикам в связи с компенсационными выплатами (ст. 20, подп. "в" п. 1 ст. 25 Закона);
y формирование информационных ресурсов по обязательному страхованию, структура которых определена в п. 2 ст. 25 Закона. Из подп. "г" п. 1 ст. 26 Закона следует, что в
п. 2 ст. 25 речь идет не о федеральных информационных ресурсах, указанных в ст. 30
Закона, а об информационных ресурсах самого объединения. Однако далее в разделе об
участии государства в отношениях по обязательному страхованию показано, что, вероятнее всего, формирование и ведение федеральных информационных ресурсов будет
также поручено объединению, и вряд ли объединению есть смысл формировать и вести
параллельно как собственные, так и федеральные информационные ресурсы. Тем не
менее только практика применения п. 2 ст. 25 Закона покажет, будет объединение формировать и вести федеральные ресурсы и будет ли оно параллельно вести собственную
информационную базу по обязательному страхованию;
y разработка и контроль за соблюдением страховщиками специальных правил профессиональной деятельности (подп. "а" п. 1 ст. 25 Закона), структура которых определена в ст. 26 Закона. Основой этих правил, по существу, служат указанные ранее порядок
взаимодействия страховщиков, порядок сбора и аккумулирования средств для выплат,
порядок формирования информационных ресурсов. Контроль за соблюдением этих правил будет осуществляться специальным органом профессионального объединения, который должен быть создан в силу подп. "к" п. 1 ст. 26 Закона.
Следует отметить, что только первое из перечисленных направлений деятельности
ориентировано на разрешение проблем самих участников обязательного страхования.
Остальные три направления деятельности обеспечивают реализацию объединением публичных функций, в том числе и надзорных. Иными словами, для страховщиков, зани50
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
мающихся обязательным страхованием, помимо уже существующего органа страхового
надзора вводится еще один надзорный орган, наделенный, кроме того, правом ведения
предпринимательской деятельности.
3. На механизме компенсационных выплат следует остановиться несколько подробнее.
Функцию по осуществлению компенсационных выплат объединение осуществляет в
силу Закона и своих учредительных документов (абзац первый п. 1 ст. 19 Закона). Однако в соответствии с абзацем вторым п. 1 ст. 19 Закона рассмотрение предъявленных объединению требований может осуществляться страховщиками, действующими за счет
объединения по посредническому договору. Именно указание Закона "за счет объединения" определяет посреднический характер договора.
Помимо посреднических функций по урегулированию требований о компенсационных выплатах, которые принимаются страховщиком добровольно на договорной основе,
страховщики на основании учредительных документов объединения несут субсидиарную
ответственность по его обязательствам в отношении компенсационных выплат (п. 1
ст. 27 Закона). Страховщики несут эту субсидиарную ответственность не всем своим
имуществом, а лишь в пределах специально сформированных для этих целей резервов
(п. 3 ст. 27 Закона). Таким образом, в части компенсационных выплат в распоряжении
потерпевших имеются не только финансовые ресурсы объединения, но и специально
сформированные для этой цели ресурсы всех страховщиков, являющихся его членами.
Согласно п. 2 ст. 19 Закона требование о компенсационной выплате предъявляется
объединению в порядке, закрепленном в п. 1 ст. 13 Закона, и для его удовлетворения у
объединения есть 15 дней (п. 2 ст. 13 Закона). После этого в силу п. 2 ст. 200 ГК РФ начинается течение исковой давности, предусмотренной в п. 3 ст. 18 Закона.
Серьезной проблемой для потерпевших, требования которых не удовлетворены добровольно, будет реализация их требований в судебном порядке.
Во-первых, при предъявлении иска о компенсационной выплате неизбежно встанет
вопрос о подсудности 13 . В силу п. 2 ст. 19 Закона иск к объединению является договорным, а не деликтным. Поэтому формально правило ч. 6 ст. 118
ГПК РСФСР, позволяющее предъявить иск по месту причинения вреда, не может быть применено и будет
действовать общее правило подсудности о предъявлении иска по месту нахождения ответчика (ст. 117 ГПК РСФСР). Следовательно, поскольку объединение является общероссийским и, очевидно, будет расположено в Москве, и требование должно предъявляться в Москве. Совершенно не меняет дело и наличие у объединения договора с соответствующим страховщиком об урегулировании требований к объединению (абзац второй п. 1 ст. 19 Закона), так как ответчиком при этом остается объединение и подсудность
не меняется. Очевидно, что предъявление в один московский суд исков о компенсационных выплатах от всех российских потерпевших чисто технически нереализуемо.
Из этого положения возможны два выхода: создание в каждом субъекте федерации
филиала объединения и предъявление иска по месту нахождения филиала (ч. 3 ст. 118
ГПК РСФСР) либо формально неправильное использование ч. 6 ст. 118 ГПК РСФСР и
предъявление иска о компенсационной выплате как деликтного. Полагаю, в основном
станет использоваться второй вариант, поскольку филиалы, если и будут созданы, будут
расположены в главных городах субъектов Федерации, а необходимость предъявления
исков о компенсационных выплатах будет возникать повсюду. Кроме того, во втором
варианте суды скорее всего сошлются (на мой взгляд, с большой натяжкой) на оговорку,
содержащуюся в абзаце первом п. 2 ст. 19 Закона: "если иное… не вытекает из существа
таких отношений".
Во-вторых, как следует из п. 2 ст. 27 Закона, объединение отвечает перед потерпевшими не всем своим имуществом, а лишь определенной его частью, которая обособлена
от остального имущества объединения. Причем для удовлетворения разных требований
13
Этот вопрос возникнет, естественно, только в тех случаях, когда не будет применяться Закон РФ "О защите
прав потребителей" (см. об этом в подразделе комментария о страховой выплате).
51
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
обосабливаются две разных части имущества (п. 2 ст. 28 Закона). Поэтому потерпевший,
даже выиграв судебный процесс, но не получивший удовлетворения из-за отсутствия у
объединения соответствующих средств, не сможет начать процесс банкротства объединения. Он должен будет предъявлять к членам объединения требование о применении
субсидиарной ответственности. Однако и члены объединения несут указанную субсидиарную ответственность не всем своим имуществом, а в пределах соответствующих резервов (п. 3 ст. 27 Закона), поэтому и с ними возникнет та же проблема. Таким образом,
механизм ответственности по обязательствам объединения, связанным с осуществлением
компенсационных выплат, в принципе позволяет объединению и его членам "гонять
потерпевшего по кругу" от одного члена объединения к другому. В особенности это
могло стать возможным из-за отсутствия соответствующих ресурсов у объединения в
начальный период его деятельности, если бы начало компенсационных выплат не было
отсрочено до 1 июля 2004 года (п. 4 ст. 33 Закона). Предполагается, что за год страховщики накопят соответствующие резервы и перечислят часть из накопленных средств
объединению.
Механизм компенсационных выплат представляет собой, на мой взгляд, совершенно
новое правовое явление. Отношения, связанные с этими выплатами, являются не договорными, а "как бы договорными" (п. 2 ст. 19 Закона). Юридические лица (объединение
и страховщики) отвечают по требованиям о выплатах не всем своим имуществом. Некоммерческая организация (объединение) должна в отношении средств, предназначенных для этих выплат, заниматься инвестиционной, то есть чисто коммерческой, деятельностью (п. 3 ст. 28 Закона). Полагаю, что реализация этих положений Закона на практике
вскроет и другие проблемы, связанные с компенсационными выплатами.
Участие государства в отношениях по обязательному страхованию
Государство участвует в отношениях по обязательному страхованию в следующих
формах:
y издание нормативных правовых актов, перечень которых приведен ранее в подразделе комментария о системе законодательства об обязательном страховании;
y осуществление органом страхового надзора обычного контроля за деятельностью
страховщиков, включая выдачу лицензий, и специального контроля, например согласование требований, установленных в подп. "а"-"д" п. 1 ст. 26 Закона, согласование
замены страховщика в договоре страхования (п. 2 ст. 23 Закона) и пр.;
y осуществление органами внутренних дел контроля за исполнением обязанности
владельцев транспортных средств страховать свою ответственность (ст. 32 Закона);
y обязательное предоставление страховщикам органами исполнительной власти информации, связанной со страховыми случаями или событиями, послужившими основанием для обращения потерпевших за компенсационной выплатой (п. 1 ст. 30 Закона);
y создание информационной системы по обязательному страхованию (п. 3 ст. 30 Закона). В соответствии со ст. 2 ФЗ от 20 февраля 1995 года "Об информации, информатизации и защите информации" у информационных ресурсов может быть собственник,
владелец и пользователь. Собственником сведений, формируемых в рамках указанной
информационной системы, выступает Российская Федерация, поскольку в п. 3 ст. 30
Закона установлено, что эти сведения относятся к федеральным информационным ресурсам (об этом понятии см. ст. 7 ФЗ "Об информации, информатизации и защите информации"). Пользователи этих информационных ресурсов также определены в п. 3 ст. 30 Закона — данные ресурсы являются общедоступными, кроме информации ограниченного
доступа.
Несколько сложнее обстоит дело с владельцем информационных ресурсов, формируемых в рамках информационной системы, предусмотренной в п. 3 ст. 30 Закона, то
есть с тем лицом, которое формирует и ведет эту информационную систему, а также
распоряжается информацией в соответствии с полномочиями, делегированными собственником. В п. 3 ст. 30 Закона указано, что Правительство РФ назовет органы и органи52
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
зации, ответственные за сбор и обработку указанных ресурсов (то есть владельцев ресурсов). Если сопоставить структуру федеральных информационных ресурсов, определенную в п. 3 ст. 30 Закона, и структуру информационных ресурсов профессионального
объединения страховщиков, закрепленную в п. 2 ст. 25 Закона, легко заметить, что
структуры этих ресурсов с точностью до формулировок совпадают. Таким образом,
вполне логично было бы для Правительства РФ поручить формирование и ведение федеральных информационных ресурсов по обязательному страхованию профессиональному
объединению страховщиков.
ДОГОВОР СТРАХОВАНИЯ
Заключение договора страхования и его действие
1. Статья 940 ГК РФ предусматривает два возможных способа заключения договора
страхования — путем подписания одного документа обеими сторонами либо путем вручения страхователю на основании его заявления страхового полиса (сертификата, квитанции), подписанного только страховщиком. Таким образом, в общем случае при заключении договора страхования в форме одного двусторонне подписанного документа
вручение страхователю полиса необязательно. При обязательном страховании дело обстоит иначе. В силу п. 3 ст. 15 Закона вручение страхователю полиса является обязательным независимо от того, в какой форме заключен договор — путем составления одного
документа или без составления такого документа, а просто путем вручения полиса страхователю.
В соответствии с абзацем первым п. 3 ст. 15 Закона полис вручается страхователю
при заключении договора обязательного страхования, а согласно абзацу второму п. 3
ст. 15 именно полис удостоверяет осуществление обязательного страхования, то есть
подтверждает исполнение владельцем транспортного средства своей обязанности по
страхованию ответственности. Здесь законодателем допущена ошибка. Действительно,
очевидно, что обязанность владельца транспортного средства может считаться исполненной, а обязательное страхование осуществленным не в момент заключения договора,
а с начала действия страхования, обусловленного договором. Конструкция договора
страхования, предусмотренная в ст. 957
ГК РФ, допускает, что эти моменты могут не
совпадать. Действительно, страхование, обусловленное договором, распространяется на
страховые случаи, произошедшие после вступления договора в силу, если иной момент
начала действия страхования не предусмотрен в самом договоре (п. 2 ст. 957 ГК РФ).
Ничто не мешает сторонам заключить договор обязательного страхования, договорившись, что он вступает в силу с момента уплаты премии. В силу абзаца первого п. 3 ст. 15
Закона страховщик уже при заключении договора обязан выдать страхователю полис,
который страхователь будет предъявлять инспекторам ГАИ (ГИБДД), подтверждая, что
обязанность по страхованию он исполнил. В то же время премию он платить не станет и
договор страхования не вступит в силу, то есть страховая защита фактически не будет
предоставлена — весь смысл обязательного страхования окажется, таким образом, под
вопросом.
Следует отметить, что данная ошибка законодателя не может быть исправлена Правительством РФ при издании в соответствии со ст. 5 Закона правил обязательного страхования. Действительно, описанная возможность уклонения от обязательного страхования предоставлена владельцу транспортного средства непосредственно нормами федеральных законов и правительство не в силах здесь что-либо изменить даже с учетом того,
что полномочия по определению типовых условий договора делегированы правительству федеральным законом.
Для устранения данной ошибки следует, на мой взгляд, изменить текст абзаца первого п. 3 ст. 15 Закона, указав, что полис вручается страхователю при начале действия
страхования, обусловленного договором.
Существенное отличие договора обязательного страхования состоит в его публичности (абзац восьмой ст. 1 Закона). Поэтому в силу п. 3 ст. 426 ГК РФ единственным осно53
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
ванием для отказа страховщика заключить договор обязательного страхования может
выступить невозможность его заключения. Такая невозможность проявляется только в
двух случаях. Во-первых, страховщик не может заключать договор, если у него отсутствует или приостановлена лицензия на обязательное страхование. Во-вторых, заключение
договора невозможно, если нормальное соотношение между собственными средствами
страховщика и страховой суммой (так называемый "лимит ответственности по одному
риску") не позволяет ему принять на себя обязательство по уплате требуемой страховой
суммы (п. 1 ст. 27 ЗоСД). Однако соблюдение этого требования можно обеспечить путем
перестрахования (п. 2 ст. 27 ЗоСД). Следовательно, страховщик, отказывающийся заключить публичный договор из-за превышения лимита ответственности, должен быть
готов доказать, что и договор перестрахования он не в состоянии заключить.
2. При заключении договора обязательного страхования владелец транспортного
средства в соответствии с п. 5 ст. 15 Закона обязан предоставить страховщику сведения о
страховании, которые он получил от страховщика за предыдущий период страхования и
состав которых указан в п. 4 ст. 15. Сведения предоставляются по форме, установленной
Правительством РФ (п. 6 ст. 15 Закона).
Рассмотрим последствия того, что названные сведения не предоставлены страховщику владельцем:
y во-первых, страховщик в этом случае не вправе отказать в заключении договора,
поскольку в соответствии с абзацем восьмым ст. 1 Закона договор обязательного страхования является публичным и в силу п. 3 ст. 426 ГК РФ страховщик вправе отказать в его
заключении, только если докажет отсутствие возможности оказать услугу. Однако отсутствие сведений о предыдущем периоде страхования не лишает страховщика возможности предоставить страховую защиту;
y во-вторых, если соответствующими сведениями страховщик не располагает (например, из-за того, что обязательное страхование осуществляется впервые), при определении суммы премии он не будет применять соответствующие коэффициенты (п. 5 ст. 15
Закона);
y в-третьих, сведения могут не быть представлены из-за того, что в предыдущем периоде страхования произошли события, являющиеся основанием для применения повышающих коэффициентов при исчислении премии (см. ст. 9 Закона). В этой ситуации
будет действовать правило п. 3 ст. 944 ГК РФ и страховщик сможет потребовать признания договора страхования недействительным с применением последствий, предусмотренных в п. 2 ст. 179 ГК РФ.
Следует также отметить, что исполнение владельцем обязанности предоставить страховщику сведения о предыдущем периоде страхования по стандартной форме, установленной Правительством РФ, не прекращает закрепленную в ст. 944 ГК РФ обязанность
владельца при заключении договора страхования сообщать страховщику иные сведения,
имеющие существенное значение для определения степени риска. Страховщик вправе
запросить владельца об обстоятельствах иных, чем отражены в стандартных сведениях о
предыдущем периоде страхования, и в силу абзаца второго п. 1 ст. 944 ГК РФ эти обстоятельства будут признаны существенными для определения степени риска. Неисполнение владельцем обязанности сообщать страховщику сведения о степени риска влечет,
во-первых, общие последствия, определенные в ст. 944 ГК РФ, а во-вторых, увеличение
размера страховой премии, как предусмотрено в абзаце втором п. 3 ст. 9 Закона.
3. По общему правилу, установленному в п. 1 ст. 10 Закона, срок действия договора
обязательного страхования составляет один год. На иные сроки могут заключаться договоры в отношении транспортных средств, зарегистрированных в иностранных государствах (п. 2 ст. 10 Закона), и договоры, подписываемые на время следования до места
регистрации (п. 3 ст. 10 Закона).
В абзаце втором п. 1 ст. 10 Закона предусмотрено автоматическое продление договора на следующий год, если страхователь за два месяца до окончания срока его действия
не отказался от продления.
54
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Эти конструкции ст. 10 Закона не отменяют право страхователя в любой момент отказаться от исполнения договора страхования, установленное в п. 2 ст. 958 ГК РФ. В
силу абзаца второго п. 3 ст. 958 Кодекса при одностороннем отказе страхователя премия
не подлежит возврату, если договором не предусмотрено иное. Однако эксплуатировать
транспортное средство без страхования ответственности его владельца запрещено (п. 3
ст. 32 Закона). Поэтому страхователю, отказавшемуся от исполнения договора, придется
либо прекратить эксплуатацию транспортного средства, либо заключить новый договор
и повторно уплатить премию. Поэтому вряд ли страхователи будут использовать свое
право одностороннего отказа от исполнения договора.
Не отменяется также право сторон договора расторгнуть его по соглашению сторон
(ст. 450 ГК РФ) с возвратом части уплаченной премии. Однако возможный смысл такого
расторжения также неясен. Для дальнейшей эксплуатации транспортного средства все
равно придется заключить новый договор и заново уплатить премию.
Прекращение действия договора по основанию п. 1 ст. 958 ГК РФ, напротив, вполне
возможно. Например, договор будет прекращаться по этому основанию при полной конструктивной гибели или угоне транспортного средства. В силу абзаца первого п. 3 ст. 958
ГК РФ страхователь вправе будет претендовать при этом на возврат части премии.
В абзаце втором п. 1 ст. 10 Закона содержится указание на то, что при автоматическом продлении договора страхования просрочка уплаты страхователем премии на срок
не более 30 дней не влечет прекращения действия договора. Для страховщиков данная
норма важна потому, что прямо указывает на возможность предусмотреть в договоре
страхования прекращение его действия из-за просрочки уплаты премии более чем на 30
дней. До появления этой нормы некоторые суды считали такое условие недействительным, поскольку п. 4 ст. 954 ГК РФ указывает на иное последствие просрочки 14 . Страхователям же не следует забывать, что и по истечении 30 дней просрочки уплаты премии
пролонгированный договор страхования не прекратится, если соответствующее условие
не будет предусмотрено в договоре. Поэтому для прекращения действия договора обязательного страхования недостаточно истечения срока его действия. О своем желании
прекратить действие договора следует известить страховщика в письменной форме. В
противном случае, если в договоре не предусмотрено прекращение его действия при
просрочке уплаты премии, страховщик сможет взыскать со страхователя премию с процентами по ст. 395 ГК РФ.
Условия договора страхования
Рассмотрим особенности договора обязательного страхования, отличающие его от
других договоров страхования:
y условия договора обязательного страхования должны соответствовать типовым
правилам, которые будут установлены Правительством РФ (ст. 5 Закона), и страховая
премия должна определяться по ставкам и тарифам, утвержденным Правительством РФ
(ст. 8, 9 Закона). Отклонение от этих требований не приводит к недействительности всего договора страхования, а влечет ничтожность только тех условий договора, которые не
соответствуют установленным требованиям (п. 5 ст. 426 ГК РФ). При признании ничтожными по этому основанию соответствующих условий конкретного договора будут
применяться типовые условия и ставки премий, установленные Правительством РФ (п. 4
ст. 421 ГК РФ);
y согласно п. 1 ст. 15 Закона в договоре обязательного страхования должны быть указаны транспортные средства, гражданская ответственность владельцев которых застрахована. Условие о транспортном средстве конкретизирует застрахованный имущественный интерес, соглашение о котором должно быть достигнуто сторонами в силу подп. 1
п. 1 ст. 942 ГК РФ, поэтому оно является существенным условием договора. Следовательно, если данное условие не согласовано сторонами в договоре, договор следует при14
См., например, постановление ФАС Восточно-Сибирского округа по делу № А33-6424/99-С1-Ф02-1904-С2 от
5 ноября 1999 года // КонсультантПлюс.
55
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
знать незаключенным. Из текста п. 1 ст. 15 Закона усматривается, что по одному договору страхования может быть застрахована ответственность владельцев сразу нескольких
транспортных средств;
y в соответствии с п. 2 ст. 931 ГК РФ лицо, риск ответственности которого за причинение вреда застрахован, должно быть названо в договоре страхования.
В отличие
от этой нормы п. 2 ст. 15 Закона предусматривает, что по договору обязательного страхования считается застрахованной ответственность всех законных владельцев транспортного средства, указанного в договоре, независимо от того, какие из владельцев названы в договоре, а какие нет. Не составляет исключение из этого правила и договор
страхования с ограниченным использованием транспортного средства, поскольку ограниченность использования предполагает, что в договоре будут указаны все водители
транспортного средства, а не его законные владельцы (п. 1 ст. 16 Закона). Отсюда видно,
что достаточно одному из законных владельцев заключить договор обязательного страхования, чтобы ответственность всех законных владельцев этого транспортного средства
оказалась застрахованной, а их обязанность по обязательному страхованию — исполненной (п. 4 ст. 4 Закона);
y в п. 3 ст. 936 ГК РФ предусмотрено, что, устанавливая обязательное страхование,
законодатель должен в соответствующем законе определить, в частности, минимальные
размеры страховых сумм. В ст. 7 Закона определены не минимальные значения страховых сумм, а сами страховые суммы. В силу п. 5 ст. 4 Закона страхование на сумму выше,
чем установлено в ст. 7, уже не будет обязательным страхованием в части превышения
страховой суммы над установленным значением и на него в этой части не будут распространяться нормы Закона, например ст. 14 Закона о регрессных требованиях;
y страховая сумма, установленная в ст. 7 Закона, ограничивает страховую выплату
для одного страхового случая. Никаких суммарных ограничений для выплат по страховым случаям, последовательно произошедшим в течение действия договора (так называемый "лимит ответственности по договору в целом"), не предусмотрено. Не может
быть введено подобное ограничение и в типовых правилах, издаваемых Правительством
РФ, поскольку требование ст. 7 Закона императивно. Это императивное требование в
совокупности со ст. 929, 947 ГК РФ однозначно определяет пределы, в которых страховщик должен выплачивать возмещение, — сколько бы ни произошло страховых случаев в период действия договора, страховщик обязан по каждому из них выплачивать
возмещение в пределах, установленных в ст. 7 Закона;
y могут заключаться договоры обязательного страхования с ограниченным использованием транспортных средств (ст. 16 Закона). Однако подобные договоры могут заключать только граждане и только в отношении принадлежащих им транспортных средств
(п. 1 ст. 16 Закона). Не могут заключать такие договоры организации, а также граждане в
отношении чужих транспортных средств. Поэтому распространенное у нас "приобретение автомашины по доверенности" не позволяет такому "покупателю" заключить договор страхования с ограниченным использованием "купленной" автомашины. Ограничения по использованию могут быть двух типов — использование транспортного средства
только перечисленными в договоре водителями и использование транспортного средства
только в определенный период времени, который не может быть менее шести месяцев в
календарном году (п. 1 ст. 16 Закона). Следует обратить внимание на слово "календарный". Например, если срок действия договора с 1 января по 31 декабря 2004 года, то он
может быть заключен с ограниченным использованием транспортного средства с апреля по сентябрь этого года. Однако если срок действия договора с 1 августа 2004 года
по 31 июля 2005 года, то он не может быть заключен с ограниченным использованием
транспортного средства в августе, сентябре 2004 года и с апреля по июль 2005 года
или с ограниченным использованием с августа 2004 года по январь 2005 года. Таким
образом, договоры страхования с сезонным использованием удобнее всего заключать
сроком действия с начала календарного года до его окончания.
56
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Нарушение условий ограниченного использования транспортного средства, предусмотренных в договоре обязательного страхования, не освобождает страховщика от выплаты, поскольку нарушение этих условий не порождает исключений из страхового риска (п. 2 ст. 6 Закона). Однако при нарушении условий ограниченного использования у
страховщика возникает регрессное требование к страхователю или иному владельцу,
ответственному за причиненный вред (абзац шестой ст. 14 Закона). Иными словами,
нарушение условий ограниченного использования прекращает страховую защиту интереса страхователя (застрахованного лица), но не прекращает страховую защиту интересов потерпевших;
y в соответствии с абзацем вторым п. 1 ст. 13 Закона в страховом полисе должны
быть указаны места нахождения и почтовые адреса страховщика и всех его представителей в субъектах Федерации, а также средства связи с ними и сведения о времени их работы. Поскольку представители должны быть в каждом из 89 субъектов Федерации (п. 1
ст. 21 Закона), текст страхового полиса в значительной степени будет состоять из этой
информации. Соответственно каждый страховщик отпечатает свои полисы типографским способом большим тиражом и любые изменения этой информации окажутся затруднительными чисто технически. Многие страховщики и сейчас тиражируют свои
полисы типографским способом, и опыт показывает, что изменения в адресах, средствах
связи и сведениях о времени работы представителей страховщика в субъектах Федерации не будут должным образом отслеживаться.
В случае фактического изменения соответствующего адреса потерпевший, направив
по адресу, указанному в полисе, все документы и доказательства в соответствии с п. 1
ст. 12 Закона и подождав пять дней, отведенных страховщику для проведения экспертизы в п. 3 ст. 12, воспользуется правом, предоставленным ему п. 4 ст. 12, и проведет собственную экспертизу. Затем он направит по тому же адресу требование о выплате в соответствии с п. 1 ст. 13 Закона и подождет еще 15 дней, отведенных в п. 2 ст. 13. После
этого на сумму выплаты начнут начисляться проценты по ст. 395 ГК РФ. Страховщик же
может просто ничего не знать обо всем этом, пока соответствующее требование не будет
предъявлено в суд. Суды в этом случае наверняка встанут на сторону потерпевшего, так
как вопрос о правильном указании адреса представителя — это проблема страховщика, а
не потерпевшего. Отсюда ясно, что пути решения проблемы правильного указания в
полисе фактических адресов представителей должны быть продуманы страховщиками
заранее.
Уплата страховой премии
1. Размер подлежащей уплате страховой премии будет определяться тарифами, утвержденными Правительством РФ (п. 2 ст. 8 Закона). Страховые тарифы должны рассчитываться на основе статистики страховых случаев с использованием принципа эквивалентности, о котором уже упоминалось в подразделе комментария о страховом риске.
Там же говорилось и о том, что слишком высокие тарифы приведут к неосновательному
обогащению страховщиков, а слишком низкие — к их разорению.
В настоящее время отсутствует реальная статистика ущерба, который причиняется
при ДТП. Статистика страховщиков, которые занимаются добровольным страхованием
ответственности владельцев транспортных средств, во-первых, не представительна, ибо
страхуют свою ответственность в добровольном порядке по разным данным от 5 до 10
процентов автовладельцев, а во-вторых, эта статистика, если и собирается, то никем не
обобщается и поэтому практически непригодна для использования. Таким образом, первые тарифы по обязательному страхованию будут рассчитываться на весьма недостоверном материале. В дальнейшем статистика страховых случаев будет публиковаться (п. 5
ст. 8 Закона) и по мере сбора и обработки этих данных будут установлены более обоснованные тарифы.
В настоящее время неизвестно, будут правительством установлены точные значения
тарифных ставок или Правительство РФ укажет лишь предельные уровни, оставив кон57
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
кретное определение ставок на усмотрение страховщиков. Статья 8 Закона допускает как
ту, так и другую возможность. Имея в виду, что в первые годы действия системы обязательного страхования тарифы будут меняться по мере сбора и обработки статистики,
целесообразнее не устанавливать точные значения ставок тарифов.
Кроме того, указав точные значения ставок, Правительство РФ исключит возможность ценовой конкуренции, оставив лишь конкуренцию в части спектра предоставляемых сопутствующих услуг. Сохранив страховщикам возможность самим определять
ставки в установленных пределах, правительство оставит значительно более широкое
поле для конкуренции. Мне представляется, что для начала следовало бы указать лишь
верхние пределы тарифных ставок. Через некоторое время, по мере сбора и обработки
данных о страховых случаях, а также данных о фактически устанавливаемых страховщиками тарифах, целесообразно ограничить тарифные ставки снизу, исключая тем самым
демпинг, который вполне возможен, например, со стороны крупных иностранных страховщиков, обладающих значительным запасом финансовой устойчивости.
Тарифы будут состоять из базовых ставок и коэффициентов. Причем перечень возможных коэффициентов открыт — абзац четвертый п. 2 ст. 9 Закона позволяет вводить
коэффициенты в зависимости от любых обстоятельств, единственным квалифицирующим признаком которых является их существенное влияние на величину риска. В отношении транспортных средств, зарегистрированных в иностранных государствах, Закон
вообще никак не ограничивает правительство в определении системы ставок и коэффициентов (п. 5 ст. 9 Закона). Поэтому система коэффициентов устоится не сразу и в течение первых лет действия обязательного страхования состав коэффициентов будет меняться.
В силу п. 3 ст. 8 изменение тарифов не может повлечь за собой изменение уже оплаченной страхователем премии. Однако в Законе есть пробел, связанный с возможностью
уплаты страхователем премии в рассрочку либо с просрочкой уплаты части страховой
премии. Вопрос о том, может ли при изменении тарифов измениться премия, определенная в договоре в ее еще не оплаченной части, законодателем прямо не отрегулирован, а
норма абзаца второго п. 3 ст. 8 Закона допускает в этом отношении разные толкования.
На мой взгляд, рассуждения здесь должны быть следующими. Премия — это цена услуги, согласованная сторонами в договоре, и изменение цены при изменении тарифов возможно, лишь если стороны предусмотрят такое изменение в договоре. Причем согласно
абзацу второму п. 3 ст. 8 Закона такое изменение может быть согласовано сторонами
лишь в отношении не уплаченной еще части премии. Тем не менее вопрос о возможности согласовать в договоре такое условие остается за судебной практикой, хотя можно
предположить, что в отношении части премии, уплата которой просрочена, этот вопрос
не вызовет особых дискуссий в силу п. 3 ст. 954 ГК РФ.
Поскольку страховая сумма установлена в рублях, можно с достаточной степенью
уверенности предположить, что и тарифы и, соответственно, премии будут выражаться в
рублях. Об использовании у. е. в обязательном страховании страхователям и страховщикам придется забыть (см. также комментарий к подразделу о страховой выплате).
2. Некоторым категориям граждан, определенным в ст. 17 Закона или в установленном ею порядке, часть страховых премий компенсируется. В частности, инвалидам, получившим транспортное средство через органы социальной защиты, компенсируется за
счет средств федерального бюджета 50 процентов страховой премии (п. 1 ст. 17 Закона).
Существенно, что для получения права на эту компенсацию инвалид должен сначала
уплатить страховщику всю премию, а затем предъявлять соответствующее требование к
бюджету. Действительно, в тексте нормы п. 1 ст. 17 Закона сказано, что предоставляется
компенсация в размере
50 процентов от уплаченной страховой премии, иными словами, для получения компенсации премия должна быть уже уплачена.
Аналогичные компенсации предусмотрены для страхования урожая сельскохозяйственными товаропроизводителями (п. 1 ст. 16 Федерального закона от 14 ию-ля 1997 года
№ 100-ФЗ "О государственном регулировании агропромышленного производства"). Од58
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
нако в этом Законе не оговорено, что компенсируется только часть уже уплаченной премии. Поэтому для страхования урожая разработан механизм предоставления компенсаций путем перечисления средств из бюджета непосредственно страховщику, минуя страхователя. Для обязательного страхования Закон не допускает подобного механизма уплаты компенсации (п. 1 ст. 17). Вместе с тем субъекты Федерации, установив в соответствии с п. 2 ст. 17 Закона собственные компенсации, вправе определить любой механизм
их предоставления, поскольку Закон не содержит ограничений в этом отношении.
Страховая выплата
1. Потерпевший вправе предъявить страховщику одно из двух взаимоисключающих
требований — требование о страховой выплате, вытекающее из договора обязательного
страхования, либо деликтное требование о возмещении вреда. Разграничение этих двух
требований вытекает, во-первых, из п. 1 ст. 13 Закона, а во-вторых, еще более четко, чем
в п. 1 ст. 13, это разделение проведено во втором предложении п. 2 ст. 11 Закона.
Эти два требования названы здесь взаимоисключающими, поскольку удовлетворение
одного из них исключает удовлетворение другого. Разумеется, требования исключают
друг друга только в пределах страховой суммы. В отношении возмещения вреда в части,
превышающей страховую сумму, следует руководствоваться ст. 1072 ГК РФ.
Таким образом, у потерпевшего для предъявления страховщику существует выбор из
двух требований. Причем выбор как того, так и другого имеет свои достоинства и недостатки.
Договорное требование о страховой выплате предъявляется по правилам ст. 12, 13
Закона и для него действуют жесткие временные ограничения, установленные в этих
статьях. Кроме того, граждане, которые используют свое транспортное средство не в
предпринимательских целях, вправе предъявить договорное требование с учетом общих
правил Закона РФ "О защите прав потребителей" 15 . Это означает, во-первых, что иск
подается по правилам подсудности, установленным в ст. 17 Закона о защите прав потребителей, во-вторых, граждане освобождаются от уплаты госпошлины, в-третьих, подлежит возмещению моральный вред 16 и, наконец, в-четвертых, со страховщика может быть
взыскан штраф по правилам п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей 17 .
Деликтное требование о возмещении вреда предъявляется по общим правилам подсудности и оплачивается госпошлиной. К нему не применяются правила о сроках, установленные в ст. 12, 13 Закона. Однако, во-первых, давность по деликтному требованию
не ограничена двумя годами, как по договорному (ст. 966 ГК РФ), во-вторых, деликтное
требование в отличие от договорного может быть предъявлено сразу к двум ответчикам
— страховщику и причинителю вреда, с тем чтобы в рамках одного процесса решить
вопрос и о возмещении вреда в пределах страховой суммы, и о возмещении вреда, превышающего страховую сумму.
15
См. абзац пятый раздела II Разъяснений, утвержденных приказом ГАК от 20 мая 1998 года № 160 (с изм. от
11 марта 1999 года) // БНА, 1999, № 2.
16
Следует подчеркнуть, что моральный вред возмещается в данном случае в качестве санкции, а не в составе
страхового возмещения. Последнее невозможно, поскольку в силу подп. "б" п. 2 ст. 6 Закона причинение морального вреда не относится к страховому риску.
17
Предъявление потерпевшим к страховщику требования, вытекающего из договора страхования ответственности с учетом правил Закона РФ "О защите прав потребителей", вызывает следующее возражение. Страхование
― это услуга по защите интереса. Как уже было сказано, при страховании ответственности защищается интерес
страхователя, а интерес потерпевшего защищается лишь постольку, поскольку защищается интерес страхователя.
Таким образом, услуга оказывается страхователю, а не потерпевшему. Следовательно, страхователь, а не потерпевший является потребителем страховой услуги и правила Закона о защите прав потребителей могут использоваться только при предъявлении требования страхователем, а не потерпевшим. Отсюда вывод: при предъявлении
требования потерпевшим Закон о защите прав потребителей применяться не может. Этому, совершенно правильному в общем случае, рассуждению можно противопоставить следующее возражение. Обязательное страхование
существенно отличается от общего случая страхования ответственности именно тем, что его целью является не
защита интереса страхователя, а защита интересов потерпевших (преамбула Закона). Интерес страхователя
защищается при обязательном страховании лишь постольку, поскольку это необходимо для защиты интересов
потерпевших. Страховая услуга при обязательном страховании оказывается не только страхователю, но и потерпевшим.
59
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
2. Закон предусматривает определенный порядок взаимодействия потерпевшего и
страховщика при причинении вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевшего.
При причинении любого вреда потерпевший, во-первых, обязан уведомить об этом
страховщика (п. 3 ст. 11 Закона). Если вред причинен имуществу, он должен, кроме того,
представить поврежденное имущество для осмотра и экспертизы (п. 2 ст. 12 Закона). С
этого момента для страховщика начинается течение пятидневного срока (или иного срока в определенных случаях) для осмотра и экспертизы поврежденного имущества (п. 3
ст. 12 Закона).
Помимо уведомления страховщика и представления ему поврежденного имущества
потерпевший должен направить страховщику заявление с требованием о выплате с приложением документов, подтверждающих наступление страхового случая и размер причиненного вреда (п. 1 ст. 13 Закона). С этого момента для страховщика начинает течь 15дневный срок для рассмотрения заявления и принятия решения о выплате или отказе в
выплате (п. 2 ст. 13 Закона). Следует подчеркнуть, что ни сообщение потерпевшим или
страхователем о страховом случае, ни представление потерпевшим поврежденного имущества для осмотра и экспертизы не служат основанием для начала отсчета указанного
15-дневного срока. Пока потерпевший не направит страховщику заявление с требованием о выплате с приложенными документами, отсчет 15-дневного срока не начнется.
Таким образом, с момента сообщения страховщику о страховом случае до момента,
когда он должен принять решение о выплате страховщику, отводится минимум двадцать
дней. Реально этот срок будет немного больше — около месяца, поскольку необходимо
время для проведения осмотра и оценки. Естественно, для проведения страхового расследования в сложных случаях этого срока недостаточно. Например, потому, что может
оказаться необходимым оспорить протокол об административном правонарушении, составленный на месте ДТП.
У страховщика существуют две возможности увеличить этот срок — во-первых, задержать начало проведения осмотра и оценки, а во-вторых, назначить не только оценку,
но и проведение технической экспертизы (п. 7 ст. 12 Закона). Задержка начала проведения осмотра и оценки, если она не согласована с потерпевшим (абзац первый п. 2 ст. 12
Закона), может повлечь за собой последствия, предусмотренные в п. 4 ст. 12, — потерпевший получит право провести оценку без участия страховщика. Однако вряд ли потерпевший станет это делать, если задержка составит 10-15 дней. Проводя оценку самостоятельно, потерпевший сам должен будет за нее и заплатить и лишь затем предъявить
требование о возмещении этих расходов страховщику (п. 5 ст. 12 Закона), тогда как
оценка, проводимая страховщиком, будет им же и оплачена. Любой потерпевший (если
он специально не ориентирован на конфликт со страховщиком) предпочтет подождать
несколько дней и даже согласовать со страховщиком соответствующую задержку, но не
платить за оценку.
Назначение технической экспертизы, причем не только поврежденного имущества,
но и транспортного средства страхователя (абзац второй п. 2 ст. 12 Закона), существенно
удлиняет срок, отведенный на выплату, — подобная экспертиза проводится в сроки от
месяца до трех. Однако назначение такой экспертизы должно быть обосновано.
Таким образом, в сложных случаях у страховщика будет некоторое время для проведения серьезного расследования, однако сроки, императивно установленные в ст. 12 и 13
Закона, не позволят страховщику затягивать выплату на неопределенный срок, как нередко делается в настоящее время.
3. Расчет выплаты при причинении вреда жизни и здоровью производится по правилам главы 59 ГК РФ (п. 1 ст. 12 Закона). По этому вопросу существует устойчивая судебная практика 18 , и он не вызывает затруднений.
18
См. постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 года № 3.
60
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
С вопросом о расчете выплаты при причинении вреда имуществу, напротив, возникают две проблемы: во-первых, проблема выбора метода расчета, а во-вторых, проблема
применимых цен.
Рассмотрим обе последовательно.
Вопрос о выборе метода расчета состоит в выборе вида стоимости, который следует
применять при расчете. В ст. 7 Федерального закона от 29 июля 1998 года № 135-ФЗ "Об
оценочной деятельности в Российской Федерации" указано, что если в договоре об оценке не определен конкретный вид стоимости объекта оценки, то предполагается рыночная
стоимость. Опыт показывает, что оценщики, действующие на рынке оценки повреждений транспортных средств, оценивают причиненные повреждения по затратам на ремонт
с учетом износа. В соответствии со стандартами оценки, утвержденными Правительством РФ 19 , такая оценка отличается от оценки рыночной стоимости. Соответствующая
стоимость названа в стандартах стоимостью воспроизводства объекта оценки. Такой же
подход применяется и в Методике оценки стоимости поврежденных транспортных
средств, стоимости их восстановления и ущерба от повреждения, утвержденной Министерством транспорта РФ 15 декабря 1998 года 20 . Тем не менее можно показать, что в
некоторых случаях такой способ оценки не соответствует двум основным принципам,
которые должны быть положены в основу определения размера выплаты, — принципу
полного возмещения убытков и принципу недопустимости неосновательного обогащения 21 . Не вдаваясь в подробности дискуссии, существующей по этому вопросу 22 , укажу
лишь основные выводы, представляющиеся мне соответствующими двум указанным
принципам:
y в большинстве случаев расчет должен производиться по затратам на восстановление с учетом износа заменяемых деталей;
y когда замена детали на бывшую в употреблении невозможна по техническим причинам, износ указанной детали при ее замене на новую не должен учитываться. Невозможность указанной замены подлежит доказыванию лицом, предъявившим требование о
выплате;
y в ситуациях, когда поврежденное имущество уникально и не имеет аналогов, расчет
может производиться по затратам на его приобретение или иными способами, указанными в упомянутых стандартах оценки.
Вопрос о применимых ценах может быть разрешен со ссылкой на п. 2 ст. 393 ГК РФ,
хотя в этой статье речь идет об убытках, вызванных неисполнением обязательства, но по
очевидной аналогии закона содержащееся в ней правило о ценах применимо и к расчету
убытков, подлежащих возмещению при имущественном страховании. Единственный
вопрос, который здесь возникает, связан с использованием в ценах на ремонт валютной
оговорки.
Действительно, в ст. 393 ГК РФ установлено правило, позволяющее определить момент, на который надлежит фиксировать цены, используемые при расчете убытков.
Однако для случая, когда цены установлены в валютном эквиваленте, возникает вопрос о том, фиксируются ли цены на данный момент в рублях либо цены на данный момент фиксируются в валютном эквиваленте, а пересчет из эквивалента в рубли происходит в соответствии с п. 2 ст. 317 ГК РФ по курсу ЦБ РФ на момент фактической оплаты.
Для решения этой проблемы можно рассуждать следующим образом. В силу п. 1
ст. 424, п. 1 ст. 454 ГК РФ под ценой имущества понимается сумма денежного обязательства покупателя этого имущества перед его продавцом. Согласно п. 1 ст. 317 ГК РФ де19
Постановление Правительства РФ от 6 июля 2001 года № 519 "Об утверждении стандартов оценки" // Собрание законодательства РФ, 2001, № 29, ст. 3026.
20
Подробный анализ этого документа сделан в работе Ю. Андрианова "Методические рекомендации по оценке
ущерба от повреждения транспортных средств" // Финансовая газета, 1999, № 15, с. 4.
21
Николаева А. В. Утрата и повреждение имущества. Правовое регулирование способов оценки / Выпускная
квалификационная работа студентки 5-го курса дневного отделения Московской государственной юридической
академии, 2002. На основе этой работы в настоящее время готовится к публикации статья.
22
Интересующийся читатель может познакомиться с подробным обзором соответствующих идей, мнений и
подходов в работе А. В. Николаевой.
61
КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
нежные обязательства должны быть выражены в рублях. В соответствии с п. 1 ст. 140
Кодекса рубль является законным платежным средством в РФ и все денежные обязательства должны исполняться в рублях. Не содержит исключения из этого правила и п. 2
ст. 317 ГК РФ. Таким образом, цена имущества в ее юридическом понимании как суммы
денежного обязательства должна быть выражена в рублях.
Однако в настоящее время в отношении автомашин иностранного производства участники оборота предпочитают пользоваться правом, которое предоставлено им п. 2
ст. 317 ГК РФ, и предусматривать цены запчастей и работ по ремонту в условных единицах (у. е.).
При этом указание цены в у. е. не означает, что денежное обязательство выражено в
у. е. Цена в ее юридическом понимании выражается не в у. е., а в рублях, но эта цена
изменяется с изменением курса рубля к у. е. Указание цены в у. е. означает лишь признание участниками оборота того факта, что у. е. по своей экономической ценности более
адекватно, чем рубль, отражает экономическую ценность запчастей и ремонтных работ.
Таким образом, при фиксации момента, на который определяются цены, применяемые при расчете страхового возмещения, фиксируются текущие на данный момент значения цен в рублях. Иное толкование понятия цены означало бы использование этого
термина в его экономическом значении ценности имущества, а не в юридическом значении суммы денежного обязательства.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Данный комментарий написан в период, когда обязательное страхование еще не начало действовать. Поэтому практика еще не поставила вопросы, связанные с применением Закона, и в комментарии нашли отражение проблемы, поднятые в литературе и в
практике в отношении добровольного страхования ответственности, а также других видов имущественного страхования.
Следует также отметить, что доступная в настоящее время судебная практика относится в большей степени к предпринимательским спорам, чем к спорам с участием обычных граждан, поскольку судебные акты судов общей юрисдикции практически не публикуются. В то же время споры по обязательному страхованию ответственности владельцев транспортных средств будут рассматриваться в основном судами общей юрисдикции, так как потерпевшими в большинстве случаев выступают граждане, не являющиеся
предпринимателями.
Таким образом, решение многих вопросов, поднятых и рассмотренных в настоящем
комментарии, еще будет формироваться в практике применения Закона.
Ю. ФОГЕЛЬСОН,
доцент кафедры гражданского и предпринимательского права
Государственного университета — Высшей школы экономики
62
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ
ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО
РЕГУЛИРОВАНИЯ
Сделки по уступке будущих прав требования
Cделкой уступки права требования или цессии именуется сделка, направленная на передачу права требования от первоначального кредитора новому кредитору.
Сделка цессии имеет своим результатом замену кредитора в обязательстве. Одновременно данная сделка является действием первоначального кредитора (цедента) по отчуждению принадлежащего ему имущественного права в пользу другого лица — нового
кредитора (цессионария).
Такой "двойной" результат определяется тем, что обязательственное право требования в современном праве рассматривается с двух точек зрения. С одной стороны, это
связь кредитора и должника, в силу которой первый вправе требовать от второго совершения каких-либо действий либо воздержания от них. С другой стороны, право требования рассматривается как принадлежащая кредитору имущественная ценность, которой
он по общему правилу вправе свободно распоряжаться, в том числе и посредством отчуждения на основании различных сделок.
"Существующие" и "будущие" права для целей уступки права требования.
Сделки разделяются на обязательственные и распорядительные (транспортные). "Распорядительные сделки приводят к абсолютно-правовым последствиям… Обязательственные сделки производят обязательственные последствия, порождая, из-меняя или прекращая обязательственное правоотношение" 1 .
В традиционном понимании сделка уступки права требования — это сделка "транспортная", "распорядительная" 2 , то есть сделка, приводящая к передаче имущества в виде
права требования, возникшего из обязательства, из состава имущества (актива) первоначального кредитора в состав имущества нового кредитора по различным основаниям.
Для того чтобы цессия приводила к такому эффекту, предмет сделки — уступаемое
право — должен на момент уступки существовать. Пункт 1 ст. 382 ГК РФ, говоря о предмете уступки, указывает на право (требование), принадлежащее кредитору на основании
обязательства. Характеристика цессии как действия по передаче права исключает возможность использовать в качестве предмета уступки право, отсутствующее на момент
1
Черепахин Б. Б. Правопреемство по гражданскому праву. ― В кн.: Труды по гражданскому праву. ― М.: Статут, 2001, с. 332.
2
См.: Ефимова Л. Г. Банковские сделки. ― М., 2000, с. 238; Вощатко А. В. Общая характеристика договора уступки. ― В сб.: Актуальные проблемы правоведения. Вып. 2. ― Ярославль, 2000, с. 29; Крашенинников Е. А. Основные вопросы уступки права требования. ― В сб.: Очерки по торговому праву. ― Ярославль, 1999, с. 7.
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
передачи. Данный подход основывается на известном постулате, согласно которому
никто не может передать другому прав больше, чем обладает сам 3 .
В рамках этого подхода следует определить, что же понимается под "существующим"
и "будущим" правом для целей определения предмета сделки цессии.
В правовой
литературе эти понятия часто используют без определения их содержания и в различном
смысле. Так, под будущим правом понимают как права по обязательствам, которые возникнут в будущем, так и права по обязательствам, по которым не наступил срок исполнения. Соответственно изменяется и содержание понятия "существующее" право.
Гражданский кодекс РФ не содержит общего определения рассматриваемых понятий.
Тем не менее в некоторых нормах упоминаются права, которые будут приобретены в
будущем (п. 6 ст. 340), и права по обязательствам, которые возникнут в будущем
(ст. 361). О "существующих" и "будущих" правах говорится в п. 1 ст. 826 ГК РФ, регулирующем отношения по уступке в рамках договора о финансировании под уступку денежного требования. Данная норма предусматривает, что предметом уступки, под которую предоставляется финансирование, может быть как денежное требование, срок платежа по которому уже наступил (существующее требование), так и право на получение
денежных средств, которое возникнет в будущем (будущее требование).
Нередко в правоприменительной практике, основываясь на этих положениях, делают
вывод о том, что для целей сделок уступки права требования, совершаемых вне рамок
договора финансирования, существующими и, следовательно, способными к уступке
являются только права с наступившим сроком исполнения. Однако такой вывод является
ошибочным.
Уступка прав, исполнение которых поставлено в зависимость от срока. Обязательство как правоотношение, в силу которого кредитор получает право требовать от
должника исполнения его обязанности, возникает из договора, вследствие причинения
вреда и из иных оснований, указанных в ГК РФ (п. 2 ст. 307).
Существование обязательств, исполнение которых поставлено в зависимость от наступления срока, является аксиомой. Достаточно указать на нормы ст. 314 Кодекса, устанавливающие правила определения срока исполнения обязательства. Если бы не существовало разрыва между моментом возникновения права требования и моментом, когда
обязанность должна быть исполнена, то не было бы самого обязательства как состояния,
правоотношения. Не было бы долга.
Наличие временнóго разрыва между моментом возникновения обязательства и моментом его исполнения является обстоятельством, отсутствие которого лишило бы смысла существование института обеспечения исполнения обязательств.
Возьмем, к примеру, договор займа. Займодавец передает заемщику сумму денег на
определенный срок. С какого момента мы можем говорить о существовании обязательства и о наличии права требования у займодавца (кредитора) — с момента, когда деньги
получены и договор займа заключен, или с момента, когда наступает срок возврата займа? Вряд ли кто-нибудь станет утверждать, что до наступления срока возврата стороны
не находятся в правовой связи или что эта связь не является обязательством.
В приведенном примере правовая связь между должником и кредитором существует,
право требования возникло на основании договора, но возможность его реализации зависит от наступления определенного срока. Подобные права требования — права, поставленные в зависимость от срока или условия 4 , — в российской цивилистике определялись
как "несозревшие" права 5 .
Общие положения о цессии (глава 24 ГК РФ) не исключают возможности уступки
прав, поставленных в зависимость от срока.
3
Следует отметить, что сам этот постулат в настоящее время, особенно в сфере торгового оборота, во многом
утратил свое значение. В качестве примера можно указать на институт добросовестного приобретения. Другим
ярким примером являются правила, определяющие оборот ценных бумаг.
4
В рамках данной статьи особенности уступки прав, возникновение которых поставлено под условие, не рассматриваются.
5
См.: Новицкий И. Б., Лунц Л. А. Общее учение об обязательстве. ― М.: Госюриздат, 1950, с. 222.
64
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
Возможность уступки прав, осуществление которых поставлено в зависимость от наступления срока, так же как и прав, возникновение которых поставлено под условие, ни в
зарубежной, ни в российской и советской цивилистике практически не подвергалась
сомнению. "Право требования, поставленное в зависимость от срока, условия и вообще
не окончательно выяснившееся, передать можно: положение нового субъекта права в
этих случаях будет такое же неопределенное, как было у первоначального кредитора;
право нового кредитора получит полную определенность только тогда, когда вопрос об
условии и прочем разрешится" 6 . Подробный анализ взглядов на эту проблему дан в работе В. В. Почуйкина 7 .
На практике наиболее часто предметом уступки являются денежные требования, основанные на договоре, уже заключенном к моменту уступки, срок платежа по которым
наступает позднее. Если мы возьмем возникшее из возмездного договора право требовать уплаты цены или возврата долга, то ненаступление срока платежа не создает никаких препятствий для уступки: есть должник и кредитор, существует связывающее их
обязательство, объем права установлен или может быть без затруднений определен.
Иной подход приводит к абсурдному выводу о возможности включения в оборот и,
следовательно, передачи в порядке цессии лишь просроченных, пораженных неисполнением долговых требований.
Сделки по уступке прав, поставленных в зависимость от срока, могут совершаться в
рамках различных договорных конструкций, в том числе и при уступке, производимой
на основании договора о финансировании (глава 43 ГК РФ).
Сущность многих сделок по финансированию заключается в предоставлении финансовыми агентами кредитов производителям и принятии в качестве встречного возмещения непросроченных (и следовательно, более ликвидных) прав на получение денежных
сумм за товары, работы и услуги, переданных или подлежащих передаче в соответствии
с договором. При этом договор, на котором основано право требования, уже заключен на
момент уступки или заключается одновременно с договором об уступке.
Проблема возникает в том случае, когда на момент совершения соглашения об уступке обязательство, на котором должно быть основано передаваемое право, еще не возникло. Строго говоря, именно в этом случае мы сталкиваемся с собственно "будущим" правом. В качестве примера таких требований Е. А. Крашенинников приводит требования
об уплате покупной цены из будущей купли-продажи определенной вещи 8 .
Именно в отношении таких "отсутствующих" прав возникают затруднения при применении § 1 главы 24 ГК РФ.
Уступка прав по обязательствам, которые возникнут в будущем. Включение в
оборот прав по обязательствам, которые возникнут в будущем, является реальностью
современной хозяйственной практики. В процессе осуществления коммерческой деятельности, в особенности связанной с различными видами и формами финансирования, в
сфере международной торговли широко используются сделки, в рамках которых дебиторская задолженность передается финансовым агентам "оптом", то есть не по отдельному требованию, а по группе требований, нередко без их индивидуализации.
К примеру, в рамках сделок по проектному финансированию финансирующей стороне могут быть уступлены все права на дебиторскую задолженность, которая возникнет из
договоров на поставку товаров предприятием, строительство которого финансируется, в
течение определенного периода. По договорам факторинга задолженность за товары,
работы или услуги также уступается, как правило, на основе общего соглашения, нередко даже не определяющего конкретные договоры, из которых возникла или возникнет
денежная задолженность. Сделки секьюритизации чаще всего охватывают передачу
6
Новицкий И. Б., Лунц Л. А. Указ. соч., с. 222.
Почуйкин В. В. Цессия в российском дореволюционном и советском гражданском праве // Вестник ВАС РФ,
2000, № 4, с. 120-128.
8
Крашенинников Е. Правовые последствия уступки требования // Хозяйство и право, 2001, № 11, с. 7-8.
7
65
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
большого количества незначительных по объему денежных требований (например, задолженности потребителей по кредитным карточкам).
Использование так называемых "оптовых уступок" довольно тесно связано с возможностью передачи будущих денежных требований.
При этом в категорию будущей дебиторской задолженности включаются и определенные денежные требования, которые неизбежно возникнут в будущем, и требования,
которые могут возникнуть благодаря определенному событию в будущем, которое может иметь место, а может и не иметь ("условная" дебиторская задолженность), и требования предположительного, "гипотетического" характера. Последние налицо, к примеру,
в случае уступки дебиторской задолженности, которая может возникнуть, если коммерсант получит возможность открыть свое дело и привлечь клиентов. Речь в подобных
случаях идет о задолженности, реальная возможность возникновения которой весьма
туманна, поскольку на момент уступки цедент еще не осуществляет деятельность, в связи с которой может возникнуть дебиторская задолженность.
"Условная" и "гипотетическая" задолженности в международной торговой прак-тике
часто передаются в оптовом порядке. С учетом фактора неопределенности (неизвестно,
возникнут ли такие требования вообще) сумма предоставляемого кредита, как правило,
существенно ниже номинальной стоимости уступаемых требований.
В ряде правовых систем сделки по уступке будущей задолженности признаются недействительными ввиду того, что их предметом является несуществующее право. Однако в таких правовых системах "суды предпринимают усилия по устранению препятствий
для финансирования дебиторской задолженности путем признания действительности
оптовых уступок будущей задолженности при условии, что эта будущая задолженность
на момент ее возникновения "определяется" или "может быть определена" с учетом ее
основных характеристик (например, суммы и статуса должника)" 9 .
В некоторых случаях признается действительность оптовых уступок, если будущая
дебиторская задолженность возникает в течение определенного времени после заключения договора об уступке либо если уступка дебиторской задолженности зарегистрирована в соответствующем реестре.
Другой возможный подход, широко применяемый в национальных правовых системах, заключается в признании в целом действительности уступок будущей задолженности. Отмечается, что подобный подход способствует финансированию дебиторской задолженности 10 .
При обсуждении вопроса о возможности использования будущей дебиторской задолженности в рамках Комиссии ООН по праву международной торговли высказывалось
замечание, что будущая дебиторская задолженность является "несуществующими" активами.
Однако было отмечено, что "эта особенность не снижает ее значения в качестве источника недорогостоящего кредита" 11 .
Еще один подход основывается на признании уступки будущих требований действительной в отношениях между цедентом и цессионарием. Сделка цессии рассматривается
как порождающая правовые последствия лишь для сторон в обязательстве, на основании
которого передается или подлежит передаче право. У цессионария возникает обязательственное право в отношении цедента, но перемещения имущества в форме права требования от цедента к цессионарию (абсолютно-правовые последствия уступки) не происходит.
Такой подход, в частности, используется в ст. 5 Конвенции УНИДРУА о международном факторинге (Оттава, 28 мая 1988 года) 12 , где предусмотрено, что в отношениях
9
См.: Правовые аспекты финансирования под дебиторскую задолженность: Доклад Генерального секретаря /
Комиссия ООН по праву международной торговли. 27-я сессия. Нью-Йорк, 31 мая – 17 июня 1994 г. A/CN.9/397
(п. 24). С. 11.
10
Там же (пп. 24–25). С. 11–12.
11
См.: Доклад рабочей группы по международной договорной практике о работе ее 26-й сессии. A/CN.9/434.
С. 24.
66
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
сторон по факторинговому контракту положение факторингового контракта, предусматривающее передачу существующих или будущих денежных требований, не может
быть признано недействительным в силу того, что они не были указаны конкретно, если
во время заключения контракта или во время его вступления в силу они могли быть определены в контракте.
Следовательно, Оттавская конвенция предусматривает такую конструкцию отношений, при которой оптовые (в отсутствие индивидуального обозначения) уступки настоящих и будущих требований рассматриваются как действительные лишь в отношениях
между цедентом и цессионарием — сторонами соглашения, на основании которого производится уступка. Вопрос о действительности уступки для третьих сторон Оттавская
конвенция передает на усмотрение применимого национального законодательства.
Получение уведомления об уступке будущей дебиторской задолженности не обязывает должника произвести исполнение цессионарию. Исходя из положений ст. 8(1)(с)
Оттавской конвенции, должник обязан уплатить цессионарию, если письменное уведомление касается обязательственных требований, которые вытекают из контракта на продажу товара, заключенного до момента или в момент, когда уведомление дано. (В справочных правовых системах "Гарант" и "Консультант" приведена другая редакция этой
статьи.)
Основным недостатком данного положения является то, что одна и та же оптовая уступка может иметь правовые последствия в отношениях между сторонами, участвующими в уступке, и не влиять на отношения с должником и третьими сторонами (кредиторами цедента). В результате должник может заявить, что такая уступка не порождает для
него никаких последствий, уплатить цеденту и тем самым освободиться от долгового
обязательства. Аналогичным образом могут действовать и кредиторы цедента (например,
при обращении взыскания на его имущество).
Кредиторы цедента могут удержать средства, причитающиеся по дебиторской задолженности, на том основании, что уступка по отношению к ним недействительна. Для
цессионария в этом случае имущество в виде дебиторской задолженности утрачивается.
В ходе подготовки Конвенции ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле (12 декабря 2001 года) 13 при обсуждении концептуального решения,
наиболее приемлемого для обеспечения потребностей международной торговли, широкую поддержку получило мнение, что Конвенция должна применяться к оптовым уступкам и в одинаковой мере к существующей и будущей дебиторской задолженности.
В связи с возможностью различной трактовки при подготовке названной Конвенции
ООН большое внимание уделялось выработке определения понятий "существующее" и
"будущее" право.
В ходе обсуждения был сделан вывод, что "дебиторская задолженность, возникающая
в соответствии с договором, который был заключен до или в момент уступки, считается
существующей, даже если срок ее погашения наступит в будущем или же она зависит от
встречного исполнения или наступления какого-либо указанного события" 14 .
Отражая этот подход, Конвенция об уступке определяет существующую дебиторскую задолженность как дебиторскую задолженность, которая возникает в момент заключения договора уступки или до его заключения, а будущую дебиторскую задолженность — как дебиторскую задолженность, которая возникает после заключения договоров уступки [ст. 5(b)].
Определенные опасения были высказаны в отношении возможности охвата в Конвенции "условной" и "гипотетической" дебиторской задолженности. Национальное зако12
Текст Конвенции помещен в справочных правовых системах "Гарант.Международноеправо.Международныеотношения" и "КонсультантПлюс.Международноеправо". Далее ― Оттавская конвенция (Российской Федерацией не ратифицирована).
13
Текст этой Конвенции цитируется по справочной правовой системе "КонсультантПлюсМеждународноеправо".
Далее — Конвенция об уступке.
14
См.: Финансирование под дебиторскую задолженность: Аналитический комментарий к проекту Конвенции об
уступке при финансировании под дебиторскую задолженность. A/CN.9/470 (п. 56). С. 26.
67
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
нодательство ряда стран отрицает действительность таких уступок по соображениям
публичного порядка, в частности, потому, что подобная уступка может необоснованно
ограничивать экономическую независимость цедента, или потому, что она является несправедливой по отношению к кредиторам при несостоятельности цедента. В качестве
примера подобной уступки, противоречащей публичному порядку, приводился случай
уступки коммерческим предприятием всех своих "будущих" и "гипотетических" требований на весь срок своей коммерческой деятельности 15 .
В результате дискуссии было признано необходимым исходить из действительности 16 будущих и оптовых уступок в целом. Установление специальных исключений для
условной и предположительной задолженности было признано нецелесообразным, в
первую очередь, из-за трудности вычленения и четкого определения сделок, подлежащих
исключению. Учитывая достаточно широкую практику финансирования под "проблематичные" требования, включение положений об исключении четко не определенных отдельных видов задолженности весьма затруднило бы применение Конвенции. Защита
прав должника должна обеспечиваться посредством установления специальных правил.
Таким образом, в отличие от Оттавской конвенции Конвенция ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле рассматривает оптовые уступки,
уступки будущей задолженности как имеющие силу (действительные) не только в отношении цедента и цессионария, но и в отношении должника. В соответствии со ст. 8(1)
Конвенции уступка не является не имеющей силы в отношениях между цедентом и цессионарием, или в отношении должника, или в отношении конкурирующего заявителя
требования, и праву цессионария не может быть отказано в приоритете на том основании, что она является уступкой будущей дебиторской задолженности.
Возможность уступки прав по обязательствам, которые возникнут в будущем, в современной российской цивилистике является предметом дискуссии.
Основываясь на положении п. 1 ст. 382 ГК РФ, который в качестве предмета уступки
указывает на право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства,
а также на нормах ст. 384 ГК РФ, М. И. Брагинский делает вывод о невозможности передать другому право, которое возникнет в будущем, поскольку объем передаваемых прав,
как следует из указанной статьи, определяется на момент передачи 17 . В качестве препятствия для уступки будущего права М. И. Брагинский указывает на его неопределенность
на момент совершения соглашения об уступке: "Если право не является ни определенным, ни определимым, очевидно, есть основания считать договор, на основе которого
должна происходить цессия, лишенным условия о предмете, признаваемого для всех
договоров су-щественным" 18 .
Отрицательно отвечает на вопрос о допустимости цессии требования, которое на момент совершения договора (об уступке требования. — Л. Н.) не возникло, но неизбежно
должно возникнуть в будущем, В. А. Белов 19 . Он исходит из того, что при отсутствии
требования отсутствует и обязательственное правоотношение, а значит, отсутствуют и
должник и кредитор, то есть двое из трех участников операции уступки. Отсутствие же
кредитора (потенциального цедента) делает невозможным заключение договора цессии,
15
См.: Доклад рабочей группы по международной договорной практике о работе ее 25-й сессии. A/CN.9/432
(п. 103). С. 20.
16
В комментариях отмечается, что в данном случае термин "действительная" ("имеющая силу") призван отразить вещно-правовые последствия уступки. Точное значение такой действительности, то есть вопрос о том, может
ли цессионарий сохранить какой-либо излишек, условия, на которых цессионарий может добиваться реализации
дебиторской задолженности по отношению к должнику или должен иметь право регресса в отношении цедента,
зависят от того, идет ли речь о прямой уступке или об уступке в качестве обеспечения, причем этот вопрос оставлен для решения на основе норм права, применимых вне Конвенции. В любом случае цессионарий может заявлять
требование и сохранить произведенный ему платеж. Если должник производит платеж какому-либо другому лицу,
то дебиторская задолженность погашается, а вопрос о характере in rem или ad personam права цессионария и о
приоритетности этого права в отношении поступлений должен решаться на основе норм права места нахождения
цедента.
17
Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Общая часть. — М., 1999, с. 470.
18
Там же, с. 378.
19
Белов В. А. Содержание и действие договора уступки требования // Зконодательство, 2001, № 2, с. 14.
68
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
ибо "нет правоотношения, в котором могла бы произойти замена кредитора, и нет кредитора, который мог бы быть заменен" 20 .
По мнению Е. А. Крашенинникова, опирающегося на работы германских авторов, уступка будущего требования, то есть требования, не существующего на момент уступки,
допустима. Но такая уступка проявляет свое действие в момент воз-никновения требования у цедента 21 .
Момент и порядок перехода "будущего" права цессионарию. Переход будущего
права традиционно связывают с моментом его возникновения, поскольку на момент
совершения соглашения об уступке право требования у кредитора отсутствует и, следовательно, оно не может перейти другому лицу. Можно согласиться с мнением
Е. А. Крашенинникова, указывавшего, что при уступке отлагательно обусловленного, а
также будущего требования замена кредитора происходит только тогда, когда это требование возникает 22 .
В связи с этим необходимо определить механизм перехода этих прав новому кредитору, в частности разрешить вопрос о моменте и порядке перемены лиц в обязательстве.
Следует ли считать, что такое право возникает для первоначального кредитора, а потом
переходит новому кредитору, либо право сразу возникает у цессионария?
Ответ на этот вопрос имеет существенное значение в случаях, когда цедент становится несостоятельным после совершения соглашения об уступке, но до возникновения
права требования. Если в этой ситуации цессионарий приобретает права в отношении
должника непосредственно, то по общему правилу несостоятельность цедента его не
затрагивает. Если же считать право возникшим в отношении цедента, который передает
его цессионарию, то при несостоятельности цедента требование попадает в конкурсную
массу и не может перейти цессионарию, так как в момент, когда уступка должна проявить свое действие, цедент уже не имеет власти распоряжаться требованием 23 .
В теории существуют две точки зрения относительно порядка перехода будущего или
обусловленного права требования при уступке. Согласно так называемой "теории промежуточности" уступленное требование возникает у цедента, с тем чтобы после "юридической" или "логической" секунды автоматически перейти к цессионарию. "Теория непосредственности" исходит из того, что требование возникает непосредственно в имуществе цессионария, не входя ни на мгновение в имущество цедента.
В современной российской юридической литературе указанному вопросу, несмотря
на его огромное теоретическое и практическое значение, почти не уделялось внимания.
Исключением является исследование Е. А. Крашенинникова, по мнению которого "теория непосредственности" не согласуется с распорядительным характером уступки, который проявляется в том, что уступленное право выделяется из имущества цедента и переходит в имущество цессионария" 24 . Кроме того, такой подход ухудшает правовое положение должника. Ведь если требование возникает прямо у цессионария, а не переходит к
нему от цедента, то вследствие отсутствия преемства в требовании должник не может
противопоставить цессионарию возражения, которые он в момент возникновения требования имел против цедента. Попытки выработать взаимоприемлемое решение вопроса о
моменте перехода будущего права требования активно предпринимаются в ходе проведения международной унификации норм об уступке.
При обсуждении этой проблемы в рамках работы над проектом Конвенции об уступке в международной торговле наиболее приемлемым было признано решение, в соответствии с которым моментом передачи будущей дебиторской задолженности является
момент уступки, определяемый с учетом соглашения между цедентом и цессионарием,
20
Белов В. А. Там же.
О взглядах Е. А. Крашенинникова по рассматриваемой проблеме см.: Допустимость уступки требования //
Хозяйство и право, 2000, № 8; Правовые последствия уступки требования // Хозяйство и право, 2001, № 11; Основные вопросы уступки требования: Очерки по торговому праву. — Ярославль, 1999. Вып. 6.
22
См.: указ. выше соч. Е. А. Крашенинникова.
23
См.: там же.
24
См.: там же.
21
69
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
так как при ином решении вопроса возникает неопределенность в отношении прав цессионария и других сторон, что отрицательно сказывается на способности цедента получить кредит под будущую дебиторскую задолженность.
Естественно, что на практике цессионарий приобретает права в будущей задолженности, только если она действительно возникнет, но с правовой точки зрения момент передачи вернется к моменту заключения договора об уступке. В ходе обсуждения говорилось о создании юридической фикции в отношении будущей задолженности 25 , но все же
названное решение было признано наиболее целесообразным для целей защиты прав
цессионария.
Таким образом, проблема определения момента перехода права решена достаточно
своеобразно: будущее право, возникая, признается перешедшим к новому кредитору с
момента совершения соглашения об уступке (или с другого момента, указанного в этом
соглашении). За соглашением о передаче будущего права признается распорядительный
характер. Права требования в случае несостоятельности цедента, возникшей после совершения соглашения, но до возникновения права требования, не попадают в его конкурсную массу.
Противоречия между пониманием цессии как инструмента правопреемства и признанием одномоментного возникновения и перехода права другому лицу снимаются путем
введения юридической фикции. Признается, что право возникает у цедента, но считается переданным цессионарию с момента, определенного соглашением об уступке, "задним
числом".
В российском законодательстве попытка решить вопрос о переходе будущего права
предпринята в главе 43 ГК РФ. Пункт 2 ст. 826 Кодекса предусматривает, что при уступке будущего денежного требования оно считается перешедшим к финансовому агенту
после того, как возникло само право на получение с должника денежных средств, которые являются предметом уступки требования, предусмотренной договором. Если уступка денежного требования обусловлена определенным событием, она вступает в силу
после наступления этого события.
Используемые в данной статье ГК РФ формулировки дают основания для различной
трактовки. С одной стороны, указание на "переход" будущего требования к финансовому
агенту после возникновения права требования может толковаться как признание факта
возникновения этого права первоначально в имуществе цедента с мгновенным переводом его цессионарию. Именно так трактует данную норму Е. А. Крашенинников, указывая на нее как на подтверждение закрепления в российском законодательстве положений
теории "промежуточности".
Это положение может пониматься и как свидетельствующее о непосредственном возникновении права в имуществе цессионария, поскольку цедент уже распорядился будущим правом, указав на его передачу цеденту, исключив тем самым имущество в виде
этих определенных прав из своих активов. В пользу выбора второго подхода говорит то
обстоятельство, что финансовый агент будет защищен в случаях несостоятельности цедента, ибо в отношении уступленных будущих требований его права не будут сталкиваться с правами других кредиторов цедента.
Несмотря на определенный положительный результат для практики финансирования,
эта трактовка вряд ли может быть признана корректной. Норма говорит о передаче права, следовательно, право переходит цессионарию (финансовому агенту), а не возникает у
последнего. В качестве момента перехода указан момент возникновения права требования.
Рассматриваемая норма не позволяет говорить об "обратном" эффекте уступки. В период до возникновения права требования финансовый агент должен рассматриваться как
лицо, обладающее личными (обязательственными) правами в отношении цедента (клиента). Абсолютно-правовой эффект сделки уступки проявляется только в момент воз25
См.: Финансирование под дебиторскую задолженность: Аналитический комментарий к проекту Конвенции об
уступке при финансировании под дебиторскую задолженность. A/CN.9/470. 23.03.2000. С. 41.
70
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
никновения права. До этого момента сделка об уступке "будущего" права связывает
только ее стороны и, соответственно, не порождает правовых последствий ни для должника, ни для кредиторов цедента (клиента).
Введение юридической фикции, позволяющей относить момент распоряжения "будущим" правом к более раннему моменту совершения сделки о его передаче, является
результатом сравнительно недавних разработок, проводимых в рамках унификации норм
в сфере международной торговли. Гражданский кодекс РФ не мог воспринять эту конструкцию.
Содержание рассматриваемых положений закона рассчитано на "будущие" права, понимаемые как права по обязательствам, отсутствующим на момент заключения договора
о финансировании под уступку, поскольку права, исполнение по которым поставлено в
зависимость от срока, как было указано ранее, до наступления срока уже существуют.
Оформление уступки прав по обязательствам, которые возникнут в будущем.
Заключение договора, создающего обязательство передать право в том случае, когда это
право возникнет, строго говоря, требует оформления дополнительно еще и сделок уступки возникшего права требования. Оформление собственно уступки (перехода) права
будет действием по исполнению обязательства одного лица передать право другому.
Вместе с тем требование совершения дополнительного акта передачи совершенно излишне и идет от сложившейся традиции каким-то образом фиксировать факт перехода
права, связывать его с определенным формальным действием. При переходе права собственности, например, это может быть передача вещи или регистрация права. Однако в
ряде случаев право собственности может перейти и без таких действий: например, если
движимая вещь уже находится у покупателя в силу иного основания. Достаточно заключения договора между сторонами ("вещный договор").
Собственно, приведенный подход, допускающий уступку прав по обязательствам, которые возникнут в будущем, исходит из отсутствия необходимости дополнительного
оформления самой передачи права требования. Достаточным признается наличие соглашения, где это будущее право индивидуализировано.
В международной коммерческой практике проблема оформления уступки будущей
задолженности разрешается посредством устранения излишних формальностей.
Отмечается, что для целей "ускорения процесса кредитования и сокращения для кредитора расходов по сделке, которые будут переведены на цедента, должны быть созданы
правовые рамки, которые позволят сократить объем документации, необходимой для
оформления займа на основе пула дебиторской задолженности... Если цеденту придется
оформлять новые документы каждый раз, когда возникает новая дебиторская задолженность, регулируемая Конвенцией (об уступке. — Л. Н.), расходы на управление программой кредитования существенно возрастут, и время, необходимое для получения должным образом оформленных документов и для рассмотрения этих документов, замедлит
процесс кредитования в ущерб интересам цедента" 26 .
В соответствии с этим подходом ст. 8(2) Конвенции об уступке предусматри-вает, что
в отсутствие договоренности об ином уступка одной или более статей будущей дебиторской задолженности имеет силу без необходимости совершения дополнительного
акта передачи для уступки каждой дебиторской задолжен-ности.
В Оттавской конвенции [ст. 5(b)] также предусмотрено, что в отношениях сторон по
факторинговому контракту положение этого контракта, согласно которому будущие
денежные требования предназначены для уступки финансовому агенту по мере их поступления, не требует заключения какого-либо нового акта об уступке требования. Данная тенденция нашла отражение и в российском гражданском законодательстве. Пункт 2
ст. 826 ГК РФ предусматривает, что при уступке будущего денежного требования дополнительного оформления уступки денежного требования в этих случаях не требуется.
26
См.: Доклад рабочей группы по международной договорной практике о работе ее 26-й сессии. A/CN.9/434
(п. 124). С. 25.
71
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
Это положение подтверждает, что сами сделки уступки совершаются не одновременно с
договором о финансировании, а позднее, но специально не оформляются.
Определение (идентификация) будущих прав при заключении соглашения об
уступке. В качестве одного из препятствий для передачи "будущего" права указывают на
невозможность выделить это требование в момент заключения соглашения об уступке,
поскольку еще не определены его стороны, предмет требования, его размер и т. д.
Даже применительно к существующим требованиям нередко возникают проблемы,
связанные с идентификацией уступленных требований. При заключении договора об
уступке прав по обязательствам, возникающим в будущем, эта проблема стоит еще более
остро. Но данное обстоятельство не является непреодолимым препятствием и не дает
оснований для исключения возможности заключения договоров о передаче "будущих"
прав.
Как обоснованно указывает Е. А. Крашенинников, применительно к уступке будущих
требований "действует принцип определенности. Определенность уступленного будущего требования в отношении его содержания, размера и личности должника должна
проявляться не в момент заключения договора уступки, а
в момент возникновения
требования" 27 .
Проблема идентификации уступаемых будущих требований — одна из центральных,
что объясняет те усилия, которые прилагаются для ее решения в рамках подготовки унифицированных правил в сфере международной торговли.
Так, ст. 5(а) Оттавской конвенции устанавливает, что "положение факторингового
контракта, предусматривающее передачу .... будущих требований, не может быть признано недействительным в силу того, что они не указаны конкретно, если во время заключения контракта или во время его вступления в силу они могли быть определены в
контракте".
В соответствии со ст. 8(1b) Конвенции об уступке "уступка не является не имеющей
силы ...при условии, что дебиторская задолженность определена ... любым способом при
условии, что она может быть идентифицирована в качестве дебиторской задолженности,
с которой связана уступка, в момент уступки или — в случае будущей дебиторской задолженности — в момент заключения первоначального договора" (то есть договора,
являющегося основанием возникновения уступленного требования. — Л. Н.).
В практике международных сделок по финансированию считается достаточным указание об уступленной задолженности любым способом, который позволяет увя-зать уступку с задолженностью. Указание на личность должника или сумму задолженности
необязательно, если задолженность может быть установлена без этих данных. Как правило, нет необходимости указывать, идет речь о прямой уступке или об уступке в качестве обеспечения, либо конкретно идентифицировать должника или сумму.
Специальные правила, устанавливающие требования к определению предмета договора об уступке будущих прав, содержатся в главе 43 ГК РФ. В п. 1 ст. 826 ГК РФ закреплена норма, чтобы денежное требование, являющееся предметом уступки, было определено в договоре клиента с финансовым агентом таким образом, который позволяет
идентифицировать существующее требование в момент заключения договора, а будущее требование — не позднее чем в момент его возникновения.
В юридической литературе существуют серьезные различия в определении круга сведений, которые должны быть включены в договор о финансировании для того, чтобы
обеспечить возможность определения уступленного требования. Так, по мнению
Е. А. Павлодского, в договоре финансирования "должны быть указаны сумма, сроки
выплаты, другие признаки каждого переуступаемого требования" 28 . А. С. Комаров допускает возможность идентификации требований путем ссылки на определенный контракт или вид продукции, а также и без такого указания: "...сумма, определяющая стои27
Крашенинников Е. Допустимость уступки требования // Хозяйство и право, 2000, № 8, с. 79.
См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред.
О. Н. Садикова. ― М., 1996, с. 393.
28
72
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
мость финансирования, предоставляемого под уступку требования, может дать основание для определения требования, к которому относится уступка" 29 .
Статья 826 ГК РФ не содержит строгих формальных указаний в отношении сведений,
позволяющих определить уступленное требование. При ее применении должны приниматься во внимание любые сведения, позволяющие определить, какая задолженность
уступается. Нельзя говорить о неопределенности требования лишь потому, что в договоре не указаны номер и дата договора, права по которому передаются, как в некоторых
случаях бывает на практике. Если в договоре о финансировании уступаемые требования
определены таким образом, который позволяет разумно их идентифицировать (например, "все требования, возникшие из договоров поставки такого-то вида товаров"), то
наличие указаний о конкретных суммах долга, номерах договоров представляется излишним.
Вызывает интерес замечание А. С. Комарова о ситуации, когда конкретные уступленные требования из договора финансирования определить невозможно: "...более правильно при применении данной статьи (ст. 826 ГК РФ. — Л. Н.) исходить из того, что
отсутствие в договоре факторинга прямой ссылки или невозможность использования на
основании договора какого-либо иного способа идентификации требований, ставших
предметом уступки, означает, что уступка распространяется на все требования клиента,
возникающие из его предпринимательской деятельности. Такой подход не будет создавать препятствий для развития данных финансовых операций и в то же время будет стимулировать стороны четко определять предмет договора" 30 . Такое предложение можно
только приветствовать, но практика применения норм об уступке показывает, что предлагаемый А. С. Ко-маровым радикальный подход вряд ли пока найдет поддержку в российской судебной практике.
В отношении будущего требования определенность должна существовать не в момент заключения договора об уступке, а в момент возникновения уступаемого требования. Следовательно, в таком договоре должны содержаться сведения, достаточные для
решения вопроса о распространении на то или иное требование соглашения об уступке,
когда это требование возникнет. Однако в условиях отсутствия сложившейся договорной
и правоприменительной практики условия договора о финансировании рекомендуется
формулировать максимально четко.
Рассмотренные положения, содержащиеся в абз. 2 п. 1 ст. 826 ГК РФ, рассчитаны на
ситуации "передачи" требований по обязательствам, которые возникнут в будущем. При
наличии уже заключенного договора не может быть затруднений в определении, идентификации требования, поскольку есть конкретный должник, конкретный договор, конкретное требование. Сложности могут возникнуть лишь при использовании в качестве
объекта сделок уступки прав по еще не заключенным на момент заключения договора о
финансировании соглашениям.
Проведенный анализ позволяет сделать вывод об охвате в нормах ст. 826 Ко-декса
как требований с ненаступившим сроком исполнения, так и требований по обязательствам, которые возникнут в будущем. Предметом договора финансирования, таким образом, могут быть права клиента по еще не заключенным на момент заключения договора о
финансировании договорам. Положения ГК РФ о договоре финансирования прямо ориентированы на устранение возможных препятствий для совершения подобных сделок.
Подобное понимание соответствует подходам, которые складываются в практике мировой торговли, и способствует развитию практики финансирования.
Возможно ли использование прав по обязательствам, которые возникнут в будущем,
в качестве предмета иных договоров, не подпадающих под содержащееся в ГК РФ определение договоров о финансировании под уступку денежного требования? Действующее
гражданское законодательство России не исключает этого. Так, п. 6 ст. 340 ГК РФ до29
Комаров А. С. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Текст, комментарии, алфавитнопредметный указатель / Под ред. О. М. Козырь, А. Л. Маковского, С. А. Хохлова. — М., 1996, с. 435.
30
См.: Комаров А. С. Указ. соч., с. 447.
73
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
пускает возможность заключения договора о залоге имущественных прав, которые залогодатель приобретет в будущем.
Некоторые исследователи усматривают определенные противоречия между положением о том, что залогодатель должен выступать обладателем закладываемого права, и
приведенным положением 31 . По моему мнению, эти противоречия снима-ются при четком разграничении самого права залога и договора о залоге. Пред-метом договора о залоге может быть право из обязательства, которое возникнет в будущем. Если такое право
не возникнет, то не возникнет и залога этого права. Если же право возникает, оно становится предметом залога.
Сходную ситуацию мы встречаем при залоге товаров в обороте: приобретенные залогодателем товары, указанные в договоре о залоге, становятся предметом залога с момента возникновения на них у залогодателя права собственности или хозяйственного управления (п. 2 ст. 357 ГК РФ). На момент заключения договора о залоге право собственности или хозяйственного управления на вещи — будущий предмет залога — у залогодателя отсутствует, но при его возникновении эти вещи в силу договора становятся предметом залога.
При рассмотрении отношений, возникающих по поводу передачи прав требования из
обязательства, также следует разграничивать само действие, приводящее к передаче
права новому кредитору, и соглашение об уступке.
Договор (соглашение) об уступке в своем классическом варианте, как правило, является одновременно и действием по передаче права требования, то есть порождает абсолютно-правовые последствия для сторон в момент его заключения. Не исключена и возможность заключения договора, в рамках которого сам момент уступки (понимаемый
как момент передачи или перехода права) может быть отнесен во времени на будущее по
сравнению с моментом совершения соглашения о передаче права. Такой договор до наступления определенного в нем срока или условия создает обязательство первоначального кредитора передать требование, а абсолютно-правовые последствия возникают позднее. Дополнительное оформление собственно передачи права может и не производиться.
Для пояснения можно указать на сходную конструкцию отношений, возника-ющих
при купле-продаже вещи, уже переданной покупателю, при наличии в договоре условия
о том, что право собственности перейдет к нему только при наступлении определенного
срока.
Предметом договора об уступке может быть требование из обязательства, которое не
существует на момент заключения этого договора, но возникнет в будущем. Стороны
могут связать себя обязательством по поводу такого объекта. Предметом собственно
сделки уступки будет уже возникшее право и никаких противоречий с традиционным
пониманием сделок цессии как распорядительных не возникает.
Соглашение, служащее основанием для появления обязанности одного лица передать
другому лицу права по обязательствам, которые возникнут в будущем, не противоречит
закону. Отсутствие в гражданском законодательстве прямого указания о возможности
таких сделок не может в силу п. 2 ст. 1, подп. 1 п. 1 ст. 8 и п. 2 ст. 421 ГК РФ рассматриваться как препятствие для их совершения. Возможность использования прав по обязательствам, которые возникнут в будущем, в качестве потенциального предмета залога
подтверждает принципиальную право-мерность совершения сделок, предметом которых
являются "будущие" активы.
Еще раз обратимся к нормам о купле-продаже. В соответствии с п. 2 ст. 455 Кодекса
договор купли-продажи может быть заключен на куплю-продажу товара, имеющегося в
наличии у продавца в момент заключения договора, а также товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не
вытекает из характера товара.
31
Гражданское право: Учебник. Т. 2, полутом 1 / Под ред. Е. А. Суханова. ― М., 1999, с. 106.
74
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
В силу п. 4 ст. 454 ГК РФ данные положения могут быть применены к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав. Поскольку вопрос о возможности распространения норм о купле-продаже на отношения
цедента и цессионария в настоящее время является предметом дискуссии, укажем лишь,
что современное гражданское законодательство допускает заключение договора, направленного на отчуждение имущества, права на которое у отчуждателя в момент заключения договора отсутствуют (но должны быть к моменту его исполнения).
Представляется, что отсутствие в главе 24 Гражданского кодекса РФ общих правил,
регулирующих отношения по уступке будущих требований, не может выступать непреодолимым препятствием для совершения сделок в отношении "будущих" активов. Тем
не менее очевидно, что развитие подобной практики вне достаточно узких рамок договора о финансировании будет зависеть исключительно от общей направленности хозяйственной политики.
Л. НОВОСЕЛОВА
О ПРОЩЕНИИ ДОЛГА
§ 1. Понятие
Одним из оснований прекращения обязательства служит прощение долга (ст. 415 Гражданского кодекса РФ). Под прощением долга понимается освобождение кредитором
должника от лежащей на нем обязанности.
1. Прощение долга опосредуется договором между кредитором и должником 1 , а не
односторонней сделкой кредитора 2 . В условиях равенства участников регулируемых
гражданским правом отношений (п. 1 ст. 1, абз. 1 п. 1 ст. 2 ГК РФ) кредитор не может
навязать должнику прощение долга. Последнее предполагает соглашение сторон и, следовательно, согласие должника. Договорная природа прощения долга expressis verbis
выражена в Abs. 1 § 397 BGB 3 и Art. 115 Schweiz. OR 4 .
2. Авторы, утверждающие, что для прощения долга достаточно одностороннего волеизъявления кредитора, упускают из виду следующие обстоятельства:
а) согласно п. 2 ст. 407 ГК РФ прекращение обязательства по требованию одной из
сторон допускается только в случаях, предусмотренных законом или договором.
В приведенном предписании речь идет о прекращении обязательства по воле управомоченного лица; при этом воля контрагента не учитывается, а сам он не принимает участия в прекращении обязательства, которое совершается юрисдикционным органом. Но
если этот вид прекращения обязательства ограничивается случаями, предусмотренными
1
Gierke O. Deutsches Privatrecht München und Leipzig, 1917. Bd. 3. S. 173, 174; Tuhr A. Allgemeiner Teil des
schweizerischen Obligationenrechts. Tübingen, 1925. Halbbd. 2. S. 567; Enneccerus L., Nipperdey H. C. Allgemeiner Teil
des bürgerlichen Rechts. 14 Aufl. Tübingen, 1955. Halbbd. 2. S. 594; Keller M., Schőbi C. Das schweizerische Schuldrecht.
2 Aufl. Basel und Frankfurt a. M., 1985. Bd. 4. S. 190; Larenz K. Lehrbuch des Schuldrechts. 14 Aufl. Műnchen, 1987.
Bd. 1. S. 267; Gauch P., Schluep W., Schmid J., Rey H. Schweizerisches Obligationenrecht. Allgemeiner Teil. 7 Aufl. Zű
rich, 1998. Bd. 2. S. 223, 224.
2
Как утверждают некоторые цивилисты, в частности С. С. Алексеев. ― См.: Алексеев С. С. Односторонние
сделки в механизме гражданско-правового регулирования / Теоретические проблемы гражданского права. — Свердловск, 1970, с. 56.
3
Abs. 1 § 397 BGB: "Долговое отношение прекращается, если кредитор прощает должнику долг посредством
договора".
4
Art. 115 Schweiz. OR: "Требование может быть прекращено полностью или частично посредством соглашения
в свободной форме и тогда, когда для установления обязательства форма была необходима или была выбрана
заключающими договор".
75
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
законом (или договором), то допустимость прекращения обязательства, совершаемого не
юрисдикционным органом по требованию управомоченного лица, а односторонним волеизъявлением одной из сторон обязательства, тем более не может не подвергаться ограничениям: такое прекращение возможно лишь по прямому указанию закона. Например,
при наличии предпосылок зачета любая сторона обязательства вправе прекратить его
посредством заявления о зачете (ст. 410 ГК РФ); если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что
окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от
договора (п. 2 ст. 715 ГК РФ). Что же касается прощения долга, то ст. 415 ГК РФ не предоставляет кредитору права освободить должника от лежащей на нем обязанности своим
односторонним волеизъявлением. Сказанное означает, что прощение долга осуществимо
только по соглашению между кредитором и должником;
б) прощение долга, так же как и дарение, приводит к увеличению имущества соответствующего лица. Поэтому если бы кредитор мог увеличить имущество должника посредством одностороннего прощения долга, то и даритель должен был бы обладать возможностью обогатить имущество одаряемого путем одностороннего дарения.
Однако российский законодатель, исходя из идеи, в соответствии с которой никому
нельзя навязать имущественную выгоду, конструирует дарение как двустороннюю сделку (п. 1 ст. 572 ГК РФ). Отсюда следует, что и базирующееся на этой идее прощение
долга имеет договорную природу и может быть осуществлено не иначе как с согласия
должника.
§ 2. Отграничение
1. Договор о прощении долга направлен на прекращение принадлежащего кредитору
требования и корреспондирующей ему обязанности должника 5 . По этому признаку он
отграничивается от contrarius consensus, то есть соглашения о прекращении договора (в
п. 1 ст. 452 ГК РФ данное соглашение неправильно именуется "соглашением о расторжении договора" 6 ), через посредство которого прекращается общее обязательственное
отношение, или, что одно и то же, обязательственное отношение в целом 7 . Если общее
обязательственное отношение состоит только из одного требования и корреспондирующей ему обязанности, то договор о прощении (договорного) долга и соглашение о прекращении договора совпадают друг с другом.
2. От договора о прощении долга следует отличать pactum de non petendo, то есть соглашение, по которому кредитор обещает должнику не заявлять существующее против
него требование 8 . Вследствие заключения такого соглашения должник не освобождается
от лежащей на нем обязанности, но получает возражение (exceptio pacti), посредством
которого он может воспрепятствовать осуществлению требования кредитора. Не ограниченный сроком pactum de non petendo вплотную приближается к договору о прощении
долга. Однако между ними существуют следующие отличия: 1) pactum de non petendo in
perpetuum не затрагивает существования требования и не исключает возникновения в
будущем права на зачет, в то время как договор о прощении долга приводит к прекращению требования и, следовательно, делает невозможным проведение против него зачета;
5
Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen bűrgerlichen Rechts. Leipzig, 1910. Bd. 1. S. 131. Anm. 36; Bűren B.
Schweizerisches Obligationenrecht. Allgemeiner Teil. Zűrich, 1964. S. 357; Heinrichs H. Kommentar zu § 397 // Palandt O.
Bűrgerliches Gesetzbuch. Kurzkommentar. 41 Aufl. Műnchen, 1982. S. 406; Keller M., Schobi C. Op. cit. S. 190.
6
Появление в ГК РФ ошибочной формулировки "соглашение о расторжении договора" объясняется непониманием разработчиками закона того обстоятельства, что расторжение договора представляет собой исключительно
юрисдикционный способ аннулирования договорного обязательства и осуществляется не соглашением сторон, а
преобразовательным решением суда. ― Cм.: Крашенинников Е. А. Регламентация защиты гражданских прав в
проекте Гражданского кодекса РФ. — Ярославль, 1993, с. 27.
7
Enneccerus L., Lehmann H. Recht der Schuldverhältnisse. 14 Aufl. Tübingen, 1954. S. 285. "Требование как объект
отделяет прощение долга от договора о прекращении, который имеет предметом целое долговое отношение"
(Gernhuber J. Die Erfüllung und ihre Surrogate sowie das Erlöschen der Schuldverhältnisse aus anderen Gründen. 2 Aufl.
Tübingen, 1994. S. 367).
8
O pactum de non petendo см.: Reichel H. Der Einforderungsverzicht (pactum de non petendo) // Jahrbücher für die
Dogmatik des bürgerlichen Rechts. 1935. Bd. 85. S. 1-76; Gernhuber J. Op. cit. S. 76-78, 367-369.
76
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
2) при pactum de non petendo in perpetuum должник может противопоставить предъявленному ему требованию возражение в материально-правовом смысле (это возражение не
должно приниматься во внимание судом, если ответчик не желает им воспользоваться),
тогда как при договоре о прощении долга должнику причитается возражение в процессуальном смысле (это возражение должно учитываться судом по долгу службы, если существование обосновывающего его договора является бесспорным или доказанным) 9 .
§ 3. Форма
1. Статья 415 ГК РФ не устанавливает для договора о прощении долга определенную
форму. Поэтому он может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок (абз. 1 п. 1 ст. 434 ГК РФ). Поскольку этот договор не связан с особой
формой, его можно заключить также путем конклюдентного поведения (например, посредством возвращения должнику долговой расписки или ее уничтожения в присутствии
должника).
2. При совпадении договора о прощении (договорного) долга и соглашения о прекращении договора между ст. 415 ГК РФ, которая не связывает прощение долга с определенной формой, и п. 1 ст. 452 Кодекса, который предписывает, что соответствующее
соглашение "совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых
актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное", возникает коллизия. В
этом случае предпочтение должно быть отдано ст. 415 ГК РФ как lex specialis.
§ 4. Предмет
1. Предметом договора о прощении долга может выступать только требование, то
есть обязательственное субъективное право. При этом не имеет значения, из какого основания оно возникло: простить можно как договорное требование (например, требование об уплате покупной цены — п. 1 ст. 454 ГК РФ), так и требование, возникшее из правонарушения (например, притязание на уплату неустойки — п. 1 ст. 330 ГК РФ).
2. Характер требования остается безразличным. В частности:
а) нет препятствий к прощению требования, которому противостоит возражение,
требования, в отношении которого истек давностный срок 10 (например, задавненного
притязания из ст. 48 Положения о переводном и простом векселе 11 ), а также требования,
воплощенного в обязательственной ценной бумаге (например, в векселе или облигации);
б) допустимо прощение условного требования 12 , 13 и требования с назначением срока.
Однако при прощении отлагательно обусловленного требования прекраща-ющее действие прощения зависит от наступления условия;
в) не исключается прощение будущего требования, а также требования, которое перейдет к прощающему в будущем 14 . Но такое прощение действует лишь в момент возникновения или приобретения требования.
9
С учетом сказанного трудно согласиться с утверждением А. Tuhr’a, будто pactum de non petendo in perpetuum
есть не что иное как договор о прощении долга (см.: Tuhr A. Allgemeiner Teil des schweizerischen Obligationenrechts.
Halbbd. 2. S. 571).
10
Cohn L. Erlaß und Verzicht nach dem BGB // Beiträge zur Erläuterung des deutschen Rechts. 1903. Bd. 47. S. 226;
Gernhuber J. Op. cit. S. 377.
11
Вопреки неточному словоупотреблению ст. 70 Положения с истечением давности по данному притязанию
последнее не погашается, а задавнивается и, следовательно, продолжает существовать (ст. 206 ГК РФ). Поэтому
оно может быть прекращено посредством прощения долга.
12
Enneccerus L., Kipp Th., Wolff M. Lehrbuch des bürgerlichen Rechts. 23-27 Aufl. Marburg, 1927. Bd. 1. Abt. 2.
S. 227; Heinrichs H. Op. cit. S. 406; Gernhuber J. Op. cit. S. 377; Westermann H. P. Kommentar zu § 397 // Erman. Bürgerliches Gesetzbuch. Handkommentar. 10 Aufl. Münster und Köln, 2000. Bd. 1. S. 980.
13
Наряду с прощением условного требования возможно прощение, совершенное под условием. При прощении
долга под отлагательным условием требование прекращается лишь с наступлением условия. При прощении долга
под отменительным условием должнику во время состояния подвешенности не нужно исполнять свою обязанность,
но его окончательное освобождение происходит только тогда, когда условие отпадает (см.: Tuhr A., Escher A.
Allgemeiner Teil des schweizerischen Obligationenrechts. 3 Aufl. Zürich, 1974. Bd. 2. S. 176).
14
Tuhr A. Allgemeiner Teil des schweizerischen Obligationenrechts. Halbbd. 2. S. 569; Enneccerus L., Kipp Th.,
Wolff M. Op. cit. S. 227; Leonhard F. Allgemeines Schuldrecht des BGB. München und Leipzig, 1929. S. 634; Larenz K.
77
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
3. При делимости предмета обязательства возможно прощение части требования 15 .
Договор о частичном прощении долга обычно совершается под условием уплаты должником его непрощенной части.
§ 5. Правовое основание
1. Договор о прощении долга есть предоставление, то есть сделка, посредством которой одно лицо создает имущественную выгоду другому лицу 16 . Как всякое предоставление, он имеет правовое основание (сausa).
1.1. В качестве правового основания договора о прощении долга чаще всего фигурирует договор дарения 17 . В этом случае для сокращения обычно говорят о безвозмездном
прощении долга, в то время как в действительности речь идет о прощении долга с безвозмездной основной сделкой 18 .
1.2. Но правовым основанием договора о прощении долга может служить и возмездная основная сделка (например, взаимный договор, в силу которого одна из сторон обязуется простить долг другой стороне) 19 . Ввиду того, что обоснованные этой сделкой
обязанности должны исполняться одновременно, должник вправе отказать в исполнении
контрагенту, пока не последует встречное исполнение обязанности к прощению долга.
2. Некоторые отечественные цивилисты, в частности Е. А. Суханов, полагают, что
договор о прощении долга представляет собой разновидность договора дарения 20 . Однако этот взгляд не выдерживает критической проверки.
2.1. Дарение есть безвозмездное предоставление, которое, поскольку оно не заключается в дарственном обещании, совершается через распорядительную сделку 21 . Так, дарение путем передачи движимой вещи в собственность осуществляется через вещный договор, состоящий из соглашения о переходе права собственности на вещь и передачи
вещи одаряемому; дарение путем передачи требования — через договор уступки; дарение путем освобождения одаряемого от имущественной обязанности — через договор о
прощении долга. Каждый из опосредующих дарение распорядительных договоров является самостоятельной по отношению к нему сделкой. Лучшим доказательством этого
служит то обстоятельство, что данные договоры могут иметь и другие правовые основания (например, правовым основанием упомянутого выше вещного договора может выступать договор мены, правовым основанием соглашения об уступке — договор куплипродажи). Поэтому истолкование договора о прощении долга в качестве разновидности
договора дарения столь же ошибочно, как и истолкование договора уступки в качестве
разновидности договора дарения требования или договора купли-продажи требования.
2.2. Если бы договор о прощении долга представлял собой разновидность договора
дарения, он не мог бы совершаться во исполнение возмездной основной сделки. Между
тем практике известны договоры о прощении долга с возмездным правовым основанием.
В качестве примера такого правового основания можно указать на соглашение, в силу
которого арендодатель обязуется простить арендатору остаток долга по арендной плате,
а арендатор обязуется возвратить арендованное имущество арендодателю к оговоренному сторонами сроку.
Op. cit. S. 267, 268; Esser J., Schmidt E. Schuldrecht: ein Lehrbuch. 8 Aufl. Heidelberg, 1995. Bd. 1. Teilbd. 1. S. 332;
Medicus D. Schuldrecht I. Allgemeiner Teil: ein Studienbuch. 10 Aufl. München, 1998. S. 137.
15
Büren B. Op. cit. S. 360; Guhl T. Das schweizerische Obligationenrecht mit Einschluss des Handels- und
Wertpapierrechts. 8 Aufl. Zürich, 1995. S. 281; Gauch P., Schluep W., Schmid J., Rey H. Op. cit. S. 223, 226; Gonzenbach R. Kommentar zu Art. 115 // Kommentar zum schweizerischen Privatrecht. Obligationenrecht I. Art. 1-529 OR.
Herausgeber H. Honsell, N. P. Vogt, W. Wiegand. 2 Aufl. Basel und Frankfurt a. M., 1996. S. 667.
16
Tuhr A. Allgemeiner Teil des schweizerischen Obligationenrechts. Halbbd. 2. S. 570; Gauch P., Schluep W.,
Schmid J., Rey H. Op. cit. S. 224.
17
Büren B. Op. cit. S. 358; Larenz K. Op. cit. S. 269; Gernhuber J. Op. cit. S. 374; Medicus D. Op. cit. S. 138.
18
Gernhuber J. Op. cit. S. 374.
19
Gernhuber J. Op. cit. S. 374-375; Medicus D. Op. cit. S. 138.
20
Гражданское право / Под ред. Е. А. Суханова. 2-е изд. — М., 2000. Т. 2. Полутом 1, с. 146 (автор параграфа
— Е. А. Суханов).
21
В случае консенсуального договора дарения распорядительная сделка выступает средством исполнения
дарственного обещания.
78
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
2.3. Придерживаясь взгляда Е. А. Суханова, мы должны будем признать, что прощение части требования всегда предполагает наличие у кредитора animus donandi, в то время как кредитор может простить часть долга не с намерением одарить, а в целях обеспечения исполнения остальной части 22 .
Таким образом, как ни вертись, а факт остается фактом: договор о прощении долга
есть отличная от договора дарения распорядительная сделка. При таком положении вещей устраняется как исходный тезис Е. А. Суханова, так и производное от него утверждение автора, будто "к прощению долга применимы правила о договоре дарения, в том
числе о запрете и ограничении возможностей дарения (ст. 575, 576 ГК)" 23 .
§ 6. Действие
1. Договор о прощении долга влечет прекращение принадлежащего кредитору требования и корреспондирующей ему обязанности должника. По общему правилу действие
этого договора наступает с момента его заключения. Однако нужно обратить внимание
на следующее:
а) действие договора о прощении отлагательно обусловленного требования проявляется лишь с наступлением условия;
б) действие договора о прощении будущего или приобретаемого в будущем требования наступает только в тот момент, когда возникает или приобретается требование.
В литературе бытует мнение, будто заранее прощенные будущие требования вообще
не возникают. Например, H. Lehmann говорит: "Распространяясь на возникающее лишь в
будущем требование, прощение препятствует его возникновению" (выделено мной. —
Е. К.) 24 . Но это мнение ошибочно. Необходимая предпосылка вступления договора о
прощении в силу — принадлежность прощаемого требования кредитору. При прощении
будущего требования эта предпосылка выполняется только в момент появления требования. Поэтому в интересующем нас случае дело обстоит не так, что прощение препятствует возникновению будущего требования и тем самым блокирует наступление своего
действия, а так, что возникшее из соответствующего фактического состава требование, в
отношении которого до его возникновения был заключен договор о прощении, на "юридическую", или "логическую", секунду включается в имущество кредитора и затем автоматически прекращается.
2. С прекращением прощенного требования прекращаются также и такие связанные с
требованием обеспечения, как залог (подп. 1 п. 1 ст. 352 ГК РФ), удержание и поручительство (п. 1 ст. 367 ГК РФ). Напротив, банковская гарантия и просроченная неустойка
остаются в силе, даже если требование, которое обеспечивается банковской гарантией
или из нарушения которого возникло притязание на неустойку, прекращается вследствие
его прощения.
Е. КРАШЕНИННИКОВ,
кандидат юридических наук
г. Ярославль
22
"Прощение может происходить с целью дарения. Но это отнюдь не является обязательным. Прощают, например, часть требования, чтобы обеспечить себе уплату другой части... В этом случае отсутствует требуемый для
дарения animus donandi, т. е. намерение оказать щедрость" (Dernburg H. Pandekten. 7 Aufl. Berlin, 1903. Bd. 2.
S. 182). "Каузой частичного прощения долга, как правило, является стремление к обеспечению исполнения непрощенной части" (Büren B. Op. cit. S. 360).
23
Гражданское право / Под ред. Е. А. Суханова. Т. 2. Полутом 1, с. 146-147 (автор параграфа — Е. А. Суханов).
24
Enneccerus L., Lehmann H. Op. cit. S. 286.
79
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
80
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
Европейская Компания становится реальностью
I. Введение
В начале октября 2001 года Совет Европейского Союза принял Положение
"О Статуте о Европейской Компании" 1 (далее ― Статут о Европейской Компании
или Положение) и прилагающуюся к нему Директиву об участии работников 2
(далее ― Директива). Указанным Положением, которое наряду с Директивой
должно вступить в силу 8 октября 2004 года, предусматривается введение новой
наднациональной в рамках Европейского Союза (далее ― ЕС) организационно-правовой формы публичной акционерной Европейской Компании с
ограниченной ответственностью, или Societas Europaea (сокращенно — SE 3 ).
Это событие примечательно по ряду причин. Во-первых, таким образом завершилась почти 30-летняя эпопея с созданием Статута о Европейской Компании, которая наглядно демонстрирует, как непросто проходит процесс гармонизации акционерного права стран ЕС. Во-вторых, принятие этих нормативных актов можно рассматривать как важный прорыв в развитии законодательства ЕС о
компаниях, особенно на фоне затишья 90-х годов, когда не было принято ни одного значительного документа в области акционерного права 4 . В-третьих, как в
Положении, так и в Директиве предлагается ряд нововведений, которые могут
помочь в будущем при решении некоторых краеугольных проблем единого европейского акционерного законодательства. Прежде всего это касается вопросов
участия работников, смены места нахождения компании, а также дилеммы с выбором двухуровневой или одноуровневой системы органов управления компанией.
В-четвертых, компаниям, учрежденным в пределах ЕС и действующим
в нескольких странах Сообщества, предоставляется возможность выбрать эту
форму ведения предпринимательской деятельности для осуществления сотрудничества и реструктуризации в рамках единого европейского рынка на основе
объединенной системы управления и отчетности. В практическом плане это также означает, в частности, отпадение необходимости в ликвидации старого и регистрации нового юридического лица в случае перемещения компании в другое
государство ЕС, а также в поддержании дорогостоящей сети дочерних компаний,
чья деятельность регулируется национальным законодательством различных
государств — участ-ников ЕС. По некоторым оценкам, только потенциальная
экономия на подобных административных расходах может составить до 30 млрд.
евро ежегодно 5 .
1
Council Regulation (EC) No 2157/2001 on the Statute for a European company (SE) [08 October 2001] OJ L294/1.
Council Directive 2001/86/EC supplementing the Statute for a European company with regard to the involvement of
employees [08 October 2001] OJ L294.
3
В соответствии со ст. 11(1) Положения эта аббревиатура должна содержаться в наименовании каждого SE.
4
Так, Одиннадцатая и Двенадцатая директивы ЕС об акционерном праве были приняты 21 декабря 1989 года.
5
По оценкам Консультативной группы промышленников по конкурентоспособности (1995). ― См.: The European
Company ― Frequently Asked Questions <http://europa.eu.int/comm/internal_market/en/company/company/news/
ecompany-faq.htm> [25.01.02].
2
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
Необходимо отметить, что Положение ― в значительной степени рамочный
акт, так как оно оставляет многие вопросы в ведении национального права государств ЕС.
В частности, Положение не регулирует отношения, связанные с налогообложением, конкуренцией, интеллектуальной собственностью и несостоятельностью. Применительно к ним, как и к другим вопросам, не урегулированным Положением, должны действовать соответствующие правила национального законодательства, которое уже в значительной степени было подвергнуто влиянию
права ЕС. Так, принятию Статута о Европейской Компании во многом способствовало то, что к настоящему моменту были приняты девять директив ЕС в области акционерного права (проекты четырех других находятся в стадии обсуждения, к тому же следует учитывать еще четыре директивы, регулирующие рынок
ценных бумаг).
Европейская Компания выгодно отличается от другой формы наднационального европейского юридического лица ― Европейской Группы Экономического
Интереса (далее ― EEIG) 6 . Правовое положение EEIG, как и Европейской Компании, определяется положением (regulation). Положение имеет прямую силу на
территории стран ЕС, в отличие от другого основного типа нормативного акта ЕС
― директивы (directive), которая требует имплементации, то есть принятия новых
и внесения изменений в уже существующие соответствующие акты национального законодательства государств ЕС. Но, как известно, применение EEIG ограничено по ряду причин, в частности эта организационно-правовая форма не предоставляет ее участникам преимуществ ограниченной ответственности, она не
может быть учреждена для целей получения прибыли или быть холдинговой
компанией и не может нанимать более 500 работников 7 . В отличие от EEIG Европейская Компания является юридическим лицом, полностью приспособленным
для ведения коммерческой деятельности.
Введение организационно-правовой формы SE имеет также практический интерес и для тех российских предприятий, которые посредством своих дочерних
компаний, зарегистрированных и действующих в странах ЕС, получат возможность участвовать в учреждении SE 8 вместе со своими партнерами из стран ЕС,
к примеру, для реализации трансъевропейских проектов.
II. ИСТОРИЯ
Впервые вопрос о введении организационно-правовой формы Европейской
Компании для целей предоставления общественных услуг и выполнения общественных работ был обсужден Советом Европы еще в 1951 году 9 . Однако большинство наблюдателей приписывают авторство этой идеи профессору
П. Сандерсу, который озвучил ее на инаугурационной речи в роттердамской
Школе экономики в 1959 году 10 . Именно под его руководством в 1966 году Комиссией ЕЭС была сформирована рабочая группа для разработки проекта положения о Европейской Компании, который был готов уже через год.
К 1970 году Европейская Комиссия подготовила и выпустила на его основе
первый официальный проект Положения "Статут о Европейской Компании" 11 ,
6
Council Regulation (EEC) No 2137/85 on the European Economic Interest Grouping (EEIG) [25 July 1985] OJ L199.
О более подробном сравнительном анализе SE и EEIG см.: J Dine, ‘The European Economic Interest Grouping
and the European Company Statute: New Models for Company Law Harmonisation’ in M Adenas and S Kenyon-Slade,
(eds), EC Financial Market Regulation and Company Law (Sweet&Maxwell London 1993) 189.
8
Тем не менее этот вопрос отнесен ст. 2(5) Положения на усмотрение того государства ― участника ЕС, на
территории которого зарегистрирована такая компания, чей головной офис находится за пределами ЕС.
9
См.: D. Thomson ‘The Project for a Commercial Company of European Type’ (1961) ICLQ 851.
10
F. Wooldridge Company Law in the United Kingdom and the European Community: Its Harmonisation and Unification (The Athlone Press London 1991) 117.
11
COM (70) 600 final [24 June 1970] OJ C124 EC Bull Supp 8/70.
7
82
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
который подробно регулировал практически все аспекты правового положения
SE, включая даже налогообложение.
В 1975 был выпущен второй, еще более детальный дополненный вариант
проекта Положения 12 , однако страны ЕС не пришли к единому мнению по вопросам регулирования групп компаний, налогообложения, а также участия работников и структуры органов управления и в 1982 году его рассмотрение было отложено 13 .
В 1985 году в официальной Белой книге "Завершение внутреннего рынка" 14
была подчеркнута необходимость принятия Статута о Европейской Компании для
создания единого европейского рынка, что дало импульс очередному витку работы над проектом Положения, новая редакция которого была опубликована в
1989 году 15 . В ней уже не содержались положения, касающиеся регулирования
групп компаний, налогообложения, была отменена обязательная двухуровневая
система органов управления SE. Вопросы участия работников были выделены в
отдельную Директиву, которая базировалась изначально на ст. 54 Договора об
учреждении ЕС 16 . Юридическая база Положения была также изменена: со
ст. 235 Договора об учреждении ЕС, которая требует единогласия для принятия
решения Советом ЕС, на ст. 100а, для которой необходимо лишь квалифицированное большинство 17 . Но и после этих тактических ухищрений обсуждение проекта Положения уже образца 1991 года 18 было практически заблокировано
вследствие разногласий по вопросу участия работников, прежде всего, между
Германией и Великобританией 19 .
В 1996 году Европейская Комиссия сформировала так называемую Группу
Давиньона 20 , которая через год в своем докладе предложила компромиссный
вариант по вопросу участия работников 21 , который устроил почти все государства ЕС. Однако в 1998 году принятие Положения и Директивы было опять поставлено под сомнение в связи с различными позициями Германии и Великобритании
по проблеме участия работников, особой позицией Франции, Испании и Италии
отно-сительно "импорта" положений об участии работников из законодательства
других стран, а также возражениями Ирландии, Италии, Испании, Великобритании
и Греции по поводу возможности преобразования уже существующей
компании
в SE 22 . В конечном счете после продолжительного политического
маневриро-вания и консультаций 8 октября 2001 года Совет ЕС принял Положение и Директиву.
Интересно отметить, что политический компромисс по вопросу принятия Статута о Европейской Компании был достигнут благодаря раду факторов. В том
числе потому, что лейбористское правительство Великобритании заняло более
гибкую позицию в связи с участием работников в управлении компанией, так как
меры по интеграции европейских рынков по большому счету играют на руку мощной британской финансовой индустрии. Также свою роль сыграл необязательный
"опциональный" характер SE, поскольку выбор этой организационно-правовой
12
COM (75) 150 final [19 March 1975] EC Bull Supp 4/75.
C. Villiers European Company Law ― Towards Democracy? (Ashgate Aldershot 1998) 58.
14
COM (85) 310 final, point 137.
15
COM (89) 268 final [16 Oct 1989] OJ C263 EC Bull Supp 5/89.
16
В окончательном варианте эта Директива основывается на ст. 308 Договора об учреждении ЕС [Article 308
(ex Article 235) of the Consolidated Version of the Treaty establishing the European Community].
17
Тем не менее в конечном виде Положение базируется на ст. 235 (ныне 308) Договора об учреждении ЕС. Согласно этой статье Совет ЕС единогласно принимает соответствующие меры для достижения целей общего рынка
или иных целей Сообщества после соответствующего предложения Еврокомиссии и консультаций с Европарламентом.
18
COM (91) 174 final [ 6 May 1991] OJ C176/1.
19
V. Edwards EC Company Law (Oxford University Press 2001) 402.
20
Группа получила свое название по имени ее руководителя Висконта Давиньона.
21
Worker Involvement: Davignon Group Final Report (13.05.1997) <http://europa.eu.int/comm/internal_market/en/
company/company/news/396.htm> [24.01.02].
22
EC Company Law (n 19 above) 404.
13
83
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
формы ведения коммерческой деятельности полностью отнесен на свободное
усмотрение ее учредителей.
III. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА
Европейская Компания (далее ― SE) может быть учреждена в пределах ЕС в
форме публичной акционерной компании с ограниченной ответственностью 23 .
SE обладает общей правосубъектностью в отличие от упомянутой EEIG, у которой она ограничена. Правовое положение SE регулируется Положением, а также
в случаях, определенных Положением, ― учредительными документами SE (статутами), а по неурегулированным им вопросам ― национальным законодательством государств ЕС 24 , где зарегистрировано место нахождения органов управления SE. Необходимо отметить, что регистрация SE не может произойти ранее
достижения соглашения по поводу участия работников. Запись о регистрации SE
вносится в соответствующий реестр, и информация об этом, равно как и об ее
удалении, должна быть опубликована в Официальном журнале Европейского
Сообщества (the Official Journal of the European Communities). Первоначально
предполагалось, что регистрацию SE будет осуществлять единый регистр при
Европейском Суде в Люксембурге 25 , но впоследствии от этой идеи отказались.
Размер уставного капитала SE не может быть менее 120 000 евро, что значительно меньше предполагавшегося в первом проекте Положения 1970 года минимума в 1 миллион единиц (каждая единица равнялась 1 американскому доллару) 26 . Хотя законодательством государства ЕС может быть предусмотрен больший размер уставного капитала для SE, зарегистрированных в этой стране и
осуществляющих определенные виды деятельности. Национальным законодательством государств ― участников ЕС также регулируются вопросы поддержания и изменения размера капитала SE, выпуска SE акций, облигаций и иных подобных ценных бумаг.
IV. СОЗДАНИЕ SE
В соответствии с Положением SE может быть образована путем:
1) слияния публичных компаний, учрежденных в соответствии с законами государств ― участников ЕС, с зарегистрированными местом нахождения и головным офисом в пределах ЕС, если каждая, по крайней мере, из двух из них регулируется правом разных государств ЕС 27 ;
2) создания холдинговой компании в форме SE публичными и частными
компаниями, учрежденными в соответствии с законами государств ― участников
ЕС, с зарегистрированным местом нахождения и головным офисом в пределах
ЕС, если каждая, по крайней мере, из двух из них регулируется правом разных
государств ЕС и имеет, по крайней мере, в течение двух лет дочернюю компанию, регулируемую правом другого государства ЕС, или филиал, расположенный
в другом государстве ЕС 28 ;
3) создания дочерней компании в форме SE путем подписки на ее акции
компаниями и иными юридическими лицами, учрежденными в соответствии с
законами государств ― участников ЕС, с зарегистрированным местом нахождения и головным офисом в пределах ЕС, если каждая, по крайней мере, из двух из
них регулируется правом разных государств ЕС и имеет, по крайней мере, в те-
23
во.
К российскому аналогу этой организационно-правовой формы можно отнести открытое акционерное общест-
24
К SE должен применяться тот же режим, как и к любой другой публичной акционерной компании с ограниченной ответственностью, учрежденной в таком государстве. ― См.: ст. 3(1) и 10 Положения.
25
R. R. Pennington Companies in the Common Market (Oyez Publications London 1970) 124.
26
Там же.
27
Статья 2(1), а также титул II, раздел 2 Положения.
28
Статья 2(2), а также титул II, раздел 3 Положения.
84
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
чение двух лет дочернюю компанию, регулируемую правом другого государства
ЕС, или филиал, расположенный в другом государстве ЕС 29 ;
4) преобразования в SE публичной компании, учрежденной в соответствии с
законом государства ― участника ЕС, с зарегистрированным местом нахождения
и головным офисом в пределах ЕС, имеющей, по крайней мере, в течение двух
лет дочернюю компанию, регулируемую правом другого государства ЕС, или
филиал, расположенный в другом государстве ЕС 30 .
Государство ― участник ЕС может предусмотреть, что компания, учрежденная в государстве ЕС, имеющая зарегистрированное место нахождения в этом
государстве, реальную и продолжающуюся связь с экономикой государства ЕС,
но имеющая головной офис вне пределов ЕС, может участвовать в учреждении
SE 31 . Таким образом, Положением закрепляется возможность участвовать в создании SE иностранным корпорациям, прежде всего американским и японским,
которые имеют многочисленные дочерние компании, зарегистрированные в странах ЕС, не исключено также участие в учреждении SE и подобных дочерних компаний российских юридических лиц.
SE может, в свою очередь, учреждать дочерние SE (что является еще одним
ее отличием от EEIG, которая не может быть участником другой EEIG 32 ), причем,
как следует из ст. 3(2) Положения, она может быть единственным участником
дочерней SE.
Не ранее чем по истечении двух лет с момента регистрации SE может быть
преобразована в публичную компанию с ограниченной ответственностью, регулируемую законодательством того государства ЕС, в которой SE имеет зарегистрированное место нахождения органов управления 33 .
V. МЕСТО НАХОЖДЕНИЯ SE И ЕГО СМЕНА
Статут о Европейской Компании в известной степени призван решить проблему "корпоративной мобильности" в рамках ЕС, точнее, ее отсутствия, выражающуюся, в частности, в том, что по прошествии более чем сорока лет после
заключения Римского договора об образовании ЕЭС 34 европейские компании
фактически не могут менять свое место нахождения в одной стране ЕС на другую
страну. По этому поводу сложилась довольно обширная практика Европейского
суда правосудия (European Court of Justice) 35 .
Вопросу миграции компании внутри ЕС был также посвящен ряд исследований, проводимых Европейским Союзом, и в конечном счете Европейская Комиссия подготовила в 1997 году проект Четырнадцатой директивы о смене места
нахождения компаний 36 . Как ожидается, принятие Статута о Европейской Компании 37 , который содержит довольно подробные положения на этот счет 38 , должно
29
Статья 2(3), а также титул II, раздел 4 Положения.
Статья 2(4), а также титул II, раздел 5 Положения.
31
Статья 2(5) Положения.
32
EEIG Regulation, статья 3(2е).
33
Статья 66 Положения.
34
Статьями 52 (ныне 43) и 58 (ныне 48) Договора об учреждении ЕС запрещаются какие-либо ограничения на
свободу учреждения компаний одного государства ЕС на территории другого государства ЕС.
35
Так, одним из важнейших прецедентов является решение, вынесенное по делу Центрос Лтд. (Centros Ltd v
Erhvervs–og Selskabsstryrelsen (case C-212/97) [1999] 2 CMLR). Более подробный анализ см.: A Looijestijn-Clearie
‘Centros Ltd ― A Complete U-Turn in the Right of Establishment for Companies?’ (2000) 621 ICLQ 642.
36
Fourteenth Directive on the transfer of the registered office or de facto head office of a company from one Member
state to another with a change in applicable law XV/6002/97.
37
Интересно отметить, что Комитет по акционерному праву влиятельного Юридического общества Англии и
Уэльса (the Law Society of England and Wales) в своем Меморандуме по поводу консультативного документа британского Департамента торговли и промышленности, выпущенном в 1997 году (the Memorandum on the comments of the
Law Society's Company Law Committee in response to the DTI's consultative document on the European Company Statute
issued in July 1997), довольно критично отмечал (на мой взгляд, не совсем оправданно), что результаты, на достижение которых направлено принятие Статута о Европейской Компании, могут быть достигнуты с куда меньшими
издержками посредством принятия Четырнадцатой директивы.
38
Их отдаленный прототип можно найти, в свою очередь, в EEIG Regulation.
30
85
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
в значительной мере повысить шансы данной Директивы на принятие в обозримом будущем 39 .
Положения Статута о Европейской Компании, регулирующие место нахождения SE, основаны на принципе реального местонахождения ("real seat") компании 40 , который выражен, в частности, в требовании преамбулы Положения о том,
что SE должна совпадать как экономическая и юридическая единица. Соответственно зарегистрированное место нахождения органов управления SE ("registered
office") должно находиться в пределах ЕС, в том же государстве, где находится
ее головной офис ("head office"). Последнее понятие доктрина определяет как
место центрального управления и контроля 41 . Причем государство ― участник
ЕС может установить дополнительно требования к SE, зарегистрированным на
его территории, чтобы их зарегистрированное место нахождения органов управления и головной офис находились в одном и том же месте 42 .
Положение предусматривает, что если SE нарушает принцип "реального местонахождения", то государство ЕС, где находится зарегистрированное место
нахождения органов управления SE, может потребовать, чтобы головной офис
SE был перемещен на его территорию или зарегистрированное место нахождения SE было сменено в порядке, определенном Положением. В качестве санкции
за невыполнение этого требования такой SE грозит ликвидация 43 .
К смене зарегистрированного места нахождения SE, которая не требует ликвидации SE и создания нового юридического лица, Положением предъявляется
ряд формальных требований. Руководство SE должно подготовить предложение
о смене местонахождения 44 (transfer proposal), а также доклад (report), содержащий юридическое и экономическое обоснование смены места нахождения SE.
Оба этих документа должны содержать определенный Положением минимум
информации, в том числе относительно последствий такой смены места нахождения для работников, акционеров и кредиторов SE. Не ранее чем по прошествии двух месяцев с момента опубликования предложения о смене местонахождения 45 этот вопрос должен быть обсужден на общем собрании акционеров, причем акционеры и кредиторы должны иметь право ознакомиться с предложением
и докладом о смене места нахождения SE не позднее одного месяца до его проведения. Для принятия решения о смене места нахождения SE требуется не менее двух третей голосов 46 . Затем SE должна получить в компетентном органе
сертификат, удостоверяющий, что все соответствующие действия и формальности были исполнены. Перед этим SE должна исполнить все обязательства, срок
исполнения которых наступил до опубликования предложения о смене места
нахождения SE 47 . Также должны быть адекватно защищены интересы кредиторов
и прочих правообладателей, под которыми понимаются, прежде всего,
работники SE.
Новая регистрация SE не может быть осуществлена до тех пор, пока не будет
предъявлен указанный сертификат в подтверждение того, что все формальности,
39
EC Company Law (n 19 above) 383.
Этой теории придерживаются большинство стран ЕС, за исключением Великобритании, Ирландии, Нидерландов и Швеции, которые используют теорию инкорпорации. Более подробный анализ см.: J Wouters and H
Schneider, (eds), Current Issues of Cross-Border Establishment of Companies in the European Union (MACLU Antwerpen
1995).
41
EC Company Law (n 19 above) 382.
42
Статья 7 Положения.
43
Статья 69 Положения.
44
Подобное требование также предъявляется и к смене официального адреса EEIG ― см. ст. 14(1) EEIG
Regulation.
45
Такой же мораторий налагается для принятия решения о смене официального адреса EEIG ― см. ст. 14(1)
EEIG Regulation.
46
Решение о смене официального адреса EEIG принимается его участниками единогласно ― см. ст. 14(1)
EEIG Regulation.
47
Государство ― участник ЕС может применить это требование ко всем обязательствам, срок исполнения по
которым наступил до непосредственной смены места нахождения SE.
40
86
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
необходимые для регистрации в этой стране, были завершены. Изменения в
учредительные документы SE о смене зарегистрированного места нахождения
органов управления SE вступают в силу с момента регистрации в реестре соответствующей страны. После этого из реестра новой регистрации должно быть
направлено соответствующее уведомление в реестр старой регистрации и лишь
затем удаляется старая регистрация. Информация о факте новой регистрации и
удаления старой регистрации должна быть опубликована согласно соответствующему порядку и только после этого смена зарегистрированного места нахождения органов управления SE приобретает силу для третьих лиц.
Тем не менее смена места нахождения SE не может быть осуществлена, если
против этого заявит возражения компетентный орган того государства ЕС, где
была зарегистрирована SE, на основании противоречия такой смены публичному
порядку (public interest), что может быть оспорено SE в суде. Подобное заявление должно быть сделано в течение двух месяцев с момента опубликования
предло-жения о смене места нахождения. Законодательство ЕС не закрепляет
понятия публичного порядка, а потому содержание раскрывается судебной практикой 48 . Надо ли говорить, что данное положение не привносит в процесс смены
места нахождения SE элемент определенности, столь важный для коммерческого обо-рота.
Кроме того, смена места нахождения SE не может быть осуществлена, если
на исполнение обязательств SE наложен мораторий или SE находится в состоянии банкротства, ликвидации либо в процессе осуществления подобных процедур. SE, сменившая место нахождения, может рассматриваться как имеющая
место нахождения в том государстве, в котором она была зарегистрирована до
смены места нахождения, в случае, если причина подачи иска возникла перед
сменой места нахождения SE.
Такое достаточно жесткое регулирование смены места нахождения SE объясняется необходимостью охраны интересов кредиторов, акционеров и, что немаловажно, работников SE. К тому же эти меры направлены на предотвращение
возникновения так называемого "эффекта Делавэра" 49 в рамках ЕС, чего государства ЕС сильно опасаются. Как известно, значительная часть американских
корпораций базируется в указанном штате, который лидирует по либеральности
акционерного законодательства 50 , причем процедура смены места нахождения
делавэрской корпорации достаточно проста 51 . Последнее обстоятельство, при
сравнении делавэрской корпорации и SE, свидетельствует не в пользу последней 52 .
VI. СТРУКТУРА SE
Как и российский Федеральный закон "Об акционерных обществах" 53 , Статут
о Европейской Компании сочетает оба подхода к структуре органов управления
48
См., к примеру, Segers v Beddrijfsvereniginng voor Bank-en Verzekeringswezen, Groothandel en Vrije Beroepen
(case 79/85) [1986] ECR 2375.
49
Необходимо отметить, что ввиду рамочного характера части положений Статута о Европейской Компании у
государств ЕС все же остается некоторая свобода маневра, чтобы сделать регистрацию SE у себя более привлекательной.
50
В штате Делавэр зарегистрировано более половины 1000 крупнейших американских корпораций, включая
более чем половину из ста крупнейших корпораций. ― См.: Батлер У. Э., Гаши-Батлер М. Е. Корпорации и ценные
бумаги по праву России и США. ― М.: Зерцало, 1997, с. 14.
51
Для смены местонахождения делавэрской корпорации требуется лишь резолюция совета директоров, единогласное решение общего собрания акционеров, после чего корпорация может обращаться к Секретарю штата за
трансфертным сертификатом. Delaware Code, Title 8, Chapter 1, § 390.
52
Более подробный сравнительно-правовой анализ ранних редакций проекта Статута о Европейской Компании
с американским законодательством о корпорациях см.: CE Zec ‘The “Societas Europea” ― a European Company ―
and United States Corporation Laws: a Comparison’ [1977] Comparative Law Yearbook 285.
53
Федеральный закон от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" // Собрание законодательства РФ, 1996, № 1, ст. 1 (в ред. ФЗ от 7 августа 2001 года) // Собрание законодательства РФ, 2001, № 33
(часть I), ст. 3423.
87
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
компании, преобладающих в акционерном праве европейских стран. Если для
германского права больше характерно двухуровневое деление органов управления компании на наблюдательный орган (в российской терминологии ― наблюдательный совет) и управляющий орган (правление), то англо-саксонской системе права более присуща унитарная система, состоящая из единого административного органа (совета директоров). Это не столь значительное, на первый
взгляд техническое, различие превратилось в одну из весомых проблем в развитии акционерного права ЕС. Так, проект Пятой директивы о структуре публичных
компаний с ограниченной ответственностью и полномочиях и обязательствах их
органов 54 , который был подготовлен еще в начале 70-х годов, предусматривал
обязательную двухуровневую систему органов управления компании. Последнее
обстоятельство вызывало серьезные возражения со стороны Великобритании и,
хотя во втором проекте Пятой директивы 55 положения об обязательности двухуровневой системы уже исчезли, "судьба" этой Директивы до настоящего времени находится в подвешенном состоянии и работа над ней в середине 90-х годов
была фактически прекращена 56 . Фундаментальные различия в подходах к выбору системы управления объясняются рядом причин. К примеру, в Германии двухуровневая система служит одной из гарантий участия работников в управлении
компаниями, а в Великобритании подобная система может стать реальным препятствием при корпоративном поглощении, которые служат в странах англосаксонской системы права основным средством реструктуризации компаний 57 .
В проекте Положения 1989 года 58 выбор той или иной системы был отнесен
на усмотрение акционеров SE. В соответствии со ст. 38 Положения структура
[органов управления] SE включает в себя:
a) общее собрание акционеров;
b) либо наблюдательный орган и управляющий орган (двухуровневая система), либо административный орган в зависимости от формы, принятой в учредительных документах (статутах) SE.
Титул III Положения содержит два раздела, посвященных, соответственно,
двухуровневой 59 и одноуровневой системам 60 по отдельности, и один раздел,
посвященный правилам, общим для обеих систем 61 .
При двухуровневой системе управляющий орган ответствен за управление
SE. Члены управляющего органа назначаются наблюдательным органом, причем
одно и то же лицо не может быть одновременно членом управляющего и наблюдательного органов (государство ЕС может предусмотреть возможность назначения членов управляющего органа SE общим собранием акционеров). В свою
очередь, наблюдательный орган "надзирает" за деятельностью управляющего
органа и не может замещать его в управлении SE. Его члены назначаются общим
собранием акционеров. Управляющий орган не реже одного раза в три месяца
должен предоставлять наблюдательному органу отчеты о состоянии дел и развитии SE в обозримом будущем. Подобные положения, среди прочего, направлены на информирование представителей работников. Наблюдательный орган
также имеет право затребовать любую информацию от управляющего органа и
проводить необходимые расследования.
54
The Draft Fifth Directive on the structure of public limited companies and the powers and obligations of their organs
COM (72) 887 final, [18 July 1972] OJ C131/49 EC Bull Supp 10/72.
55
COM (83) 185 final [12 Aug 1983] OJ C240/2.
56 Более детальный анализ Пятой директивы см.: JJ Du Plessis and J Dine ‘The Fate of the Draft Fifth Directive on
Company Law: Accommodation Instead of Harmonisation’ [1997] Journal of Business Law 23.
57
О последнем тезисе см. подробнее: R Gilson ‘The Political Ecology Of Takeovers: Thoughts On Harmonizing
The European Corporate Governance Environment’ (1992) 61 Fordham Law Review 161.
58
COM (89) 268 final [16 Oct 1989] OJ C263 EC Bull Supp 5/89.
59
Титул III, раздел 1 Положения.
60
Титул III, раздел 2 Положения.
61
Титул III, раздел 3 Положения.
88
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
В одноуровневой системе административный орган ответствен за управление
SE. Члены административного органа назначаются общим собранием акционеров. Общее число членов административного органа, равно как и численность
наблюдательного и управляющего органов в двухуровневой системе, должно
определяться учредительными документами SE. Тем не менее административный орган не может состоять менее чем из трех человек, если применяется вариант участия работников, предусмотренный в Директиве. Административный
орган должен собираться не реже одного раза в три месяца, обсуждая состояние
дел и развитие SE в обозримом будущем.
Как в управляющем, так и в административном органе из числа их членов может быть назначен управляющий директор (директора). Председатель как наблюдательного, так и административного органа должен быть избран из числа
членов этих органов, назначенных общим собранием акционеров.
Ряд правил, установленных Положением, в одинаковой мере применяется как
к одноуровневой, так и к двухуровневой системе. Так, члены обоих органов не
могут быть назначены на срок, превышающий шесть лет. Членами указанных
органов могут быть юридические лица, однако в таком случае они должны быть
представлены физическими лицами.
Учредительные документы SE должны определять список сделок, которые
подлежат утверждению органами управления SE. Положение также устанавливает обязанность членов органов управления SE не раскрывать информацию,
которая стала известной им в качестве таковых, даже после отставки. Это норма
важна ввиду постоянного раскрытия информации о деятельности SE представителям работников в органах управления SE. Члены органов SE ответственны за
ущерб и убытки, причиненные ими вследствие нарушения своих обязательств.
Диспозитивная норма Положения также определяет кворум и большинство, необходимые для принятия решений указанными органами SE.
Компетенция общего собрания акционеров SE, порядок его созыва и проведения, принятия им решения определяются в значительной степени законодательством соответствующего государства ЕС. Положением специально предусматривается право акционеров, владеющих не менее чем 10 процентами размещенного уставного капитала SE, созывать общее собрание акционеров, а также вносить вопросы в его повестку дня, устанавливается порядок изменения
учредительных документов (статутов) SE.
VII. Директива об участии работников
В Директиве об участии работников было преодолено, пока только применительно к SE, одно из самых главных и серьезных препятствий для развития единого акционерного законодательства ЕС, коим является проблема участия работников. Дело в том, что законодательство почти всех государств ЕС, за исключением Великобритании и Ирландии 62 , содержит обязательные положения об
участии работников, в том числе в управлении компаниями. Соответственно эти
государства, прежде всего Германия, опасаются, что повышение уровня "корпоративной мобильности" может быть использовано для обхода положений их национальных законодательств об участии работников. С другой стороны, к примеру для Великобритании, положения об участии работников являются излишними
и, как следствие, неприемлемыми. Именно по этой причине на европейском
уровне была заморожена работа над рядом инициатив в области акционерного
права, включая Пятую директиву о структуре публичных компаний с ограниченной ответственностью и полномочиях и обязательствах их органов 63 .
62
63
См.: Working Document of the European Parliament (13 Dec 1989) PE 13.6.297 (Rapporteur Christine Oddy).
The Fate of the Draft Fifth Directive on Company Law (n 56 above) 23.
89
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
Прорыв в вопросе участия работников был достигнут благодаря содержащимся в докладе Группы Давиньона предложениям 64 , в соответствии с которыми
менеджмент и работники SE должны были прийти к соглашению по вопросу участия работников в управлении компанией; при недостижении консенсуса по этому вопросу вступает в действие механизм регулирования, установленный в приложении к Директиве.
Директивой предусматривается создание специального переговорного органа, представляющего интересы работников компаний, образующих SE. Этот переговорный орган должен заключить соглашение с компетентными органами
организаций, участвующих в учреждении SE, по вопросам участия работников,
включая создание представительного органа работников, порядок предоставления ему информации, проведения с ним консультаций, а также участия работников в наблюдательном или административном органах управления SE (в случаях,
когда такое участие допускается). Переговоры могут продолжаться в течение
шести месяцев с момента учреждения специального переговорного органа работников. По обоюдному согласию сторон срок ведения переговоров может быть
продлен еще на шесть месяцев.
Если такое соглашение не будет достигнуто или истек срок, отведенный на
переговоры, в действие вступают стандартные правила, регулирующие участие
работников, предусмотренные в приложении к Директиве 65 . Эти правила также
регламентируют правовой статус представительного органа работников SE, порядок предоставления ему информации и проведения с ним консультаций, а также порядок участия представителей работников в наблюдательном или административном органах управления SE.
VIII. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Принятие Статута о Европейской Компании и Директивы об участии работников ― безусловно позитивный шаг в развитии акционерного права ЕС, который
должен способствовать созданию единого внутреннего европейского рынка.
В этих документах предложены решения некоторых принципиальных проблем
законодательства ЕС о компаниях, что должно расчистить путь для принятия
целого ряда законодательных инициатив в этой области, таких как Четырнадцатой 66 и, возможно, даже Пятой 67 директив. Кроме того, Статут о Европейской
Компании должен рассматриваться в комплексе с другими инструментами интеграции европейского бизнеса, к которым также относятся Десятая директива о
трансграничных слияниях 68 и Тринадцатая директива о предложениях о поглощениях 69 , которые все еще находятся на разных стадиях подготовки. Пример
Статута о Европейской Компании должен вдохновить органы Евросоюза на их
скорейшее при-нятие 70 .
С практической точки зрения представляется, что широкому распространению
SE будут препятствовать не урегулированные на настоящий момент на уровне
ЕС такие важные вопросы как налогообложение 71 и несостоятельность 72 SE, что
64
Worker Involvement: Davignon Group Final Report (n 21 above).
На их основе государства ЕС должны принять свои стандартные правила участия работников в SE (ст. 7 Директивы).
66
Fourteenth Directive on the transfer of the registered office (n 36 above).
67
The Draft Fifth Directive on the structure of public limited companies (n 54 above).
68
Proposal for a Tenth Directive of the Council based on article 54 (3) (G) of the Treaty Concerning Cross-Border
Mergers of Public Limited Companies Com/84/727 final ― Syn 38 OJ C023.
69
Directive 2001/ /EC of the European Parliament and of the Council on Company Law Concerning Takeover Bids
[19 June 2001] Pe-Cons 3629/1/01 Rev 1.
70
Так, 4 июля 2001 года Европейскому парламенту не хватило одного голоса, чтобы принять Тринадцатую директиву об акционерном праве, касающуюся предложений о поглощениях, которая выступает самым вероятным
кандидатом для принятия в ближайшем будущем.
71
Хотя SE должна стать первой организационно-правовой формой, которая подпадет под действие Директивы
об избежании двойного налогообложения при трансграничных слияниях (Council Directive 90/434/EEC on the common
system of taxation applicable to mergers, divisions, transfers of assets and exchanges of shares concerning companies of
65
90
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
снижает потенциальный эффект от принятия Статута о Европейской Компании 73 .
Тем не менее предполагается, что организационно-правовая форма SE будет
востребована, прежде всего, в области транспорта и энергетики, к примеру, для
реализации общеевропейских проектов, поскольку SE как единому юридическому
лицу должно быть легче привлекать капитал, нежели, скажем, группе компаний 74 .
К тому же опыт той же EEIG свидетельствует, что сфера использования подобной наднациональной организационно-правовой формы может быть шире, чем
прогнозировалось 75 .
В настоящем виде Положение относит многие важные аспекты регулирования
SE к ведению национального законодательства государств ЕС. Последнее, хотя
и было подвергнуто влиянию ряда Директив ЕС, все же представляет довольно
пеструю картину, что в конечном счете может не совсем положительном образом
сказываться на однородности правового регулирования SE. Но дальнейшая гармонизация и сближение акционерного права ЕС, в том числе путем принятия
соответствующих Директив, позволят сделать SE еще более привлекательным
инструментом для ведения бизнеса в европейском масштабе. Так что в перспективе можно ожидать, что SE будет успешно конкурировать с американскими и
японскими корпорациями в качестве формы инкорпорации бизнеса, так же как в
different Member States [23 July 1990] OJL225 1), тем не менее в эту Директиву необходимо внести соответствующие
поправки относительно SE. ― См.: The European Company (n 5 above).
72
Конвенция ЕС о банкротстве (The European Convention on Insolvency Proceedings and the Administrative
Receiver) была принята в октябре 1995 года, но не вошла в действие, так как в знак протеста на введение запрета
на импорт британской говядины в страны ЕС в связи с эпидемией "коровьего" бешенства Великобритания вышла из
Конвенции в 1996 году, наложив тем самым на нее вето. ― См.: F Dahan ‘The European Convention on Insolvency
Proceedings and the Administrative Receiver: a Missed Opportunity’ (1996) Company Law 17(6) 181–186. А вступившее в
действие 31 мая 2002 года Положение ЕС о процедурах несостоятельности (Council regulation (EC) No 1346/2000 of
29 May 2000 on insolvency proceedings) регулирует значительно более узкий круг вопросов, прежде всего, процессуального характера, в частности вопросы юрисдикции, признание постановления суда об открытии процедуры банкротства и т. д.
73
Хотя это не исключает возможности того, что к октябрю 2004 года, когда Положение и Директива должны будут войти в силу, будут предприняты соответствующие меры по гармонизации права ЕС в этих областях.
74
См.: The European Company (n 5 above).
75
D van Gerven and C Aalders (eds) European economic interest groupings: the EEC regulation and its application in
the member states of the European Community (Kluver London 1990) 16.
91
КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
настоящее время евро конкурирует на мировых финансовых рынках с американским долларом и японской йеной.
А. НАДМИТОВ,
магистр юриспруденции
92
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
ВЗЫСКАНИЕ ДЕНЕЖНЫХ СРЕДСТВ
ПО ВЕКСЕЛЬНЫМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАМ
Вексель — один из эффективных платежных инструментов рыночной экономики и его
широкое использование в расчетах будет нарастать. Во многом роль векселя обусловлена
его уникальными свойствами, присущими исключительно этой ценной бумаге. Казалось
бы, положительные свойства векселя должны делать его весьма привлекательной ценной
бумагой для кредитора. Однако на практике получить деньги по векселю бывает не очень
просто, особенно при нежелании должника выполнять свои обязательства. Приходится
констатировать, что вексель в российских условиях не избежал распространенного экономико-правового парадокса, заключающегося в том, что продолжение достоинств векселя превращается в его же недостатки. Абстрактность векселя вместо очевидных преимуществ приводит к непониманию судьями природы вексельных отношений. Это порождает многочисленные ошибки в применении вексельного законодательства. Универсальность векселя приводит к тому, что векселедателями оказываются нередко заведомо
неплатежеспособные лица. Векселедержателям нередко приходится убеждаться, что
инфляция или ограничения в обороте эмиссионных ценных бумаг не идут ни в какое
сравнение с масштабами ущерба, нанесенного вексельными мошенниками.
Анализируя правоприменительную практику, связанную с вексельными отношениями, невольно задаешься вопросом: что такое вексель для кредиторов — надежный финансовый инструмент или очередной барьер при реализации своих законных имущественных интересов, который кредиторы сами себе создают, участвуя в вексельном обороте?
Необходимо выявить причины такой ситуации на вексельном рынке. И здесь ключевым моментом в понимании является стадия, на которой происходит получение денежных средств вексельным кредитором (погашение векселя). Поэтому целесообразно показать наиболее острые проблемы погашения векселей.
Можно выделить основные группы подобных проблем:
— недостатки и пробелы в нормах вексельного законодательства и смежных отраслей
права в определении процедуры погашения векселей;
— неудачные попытки восполнить пробелы вексельного права путем судебного толкования;
— несовершенство правоприменительной деятельности, неготовность судебных органов адекватно учитывать интересы участников вексельного оборота в своих решениях;
— трудности кредитора в применении всего арсенала правовых средств для получения долга по векселю.
На первый взгляд процедура погашения векселя, подробно изложенная в Положении
о переводном и простом векселе, утвержденном постановлением ЦИК и СНК СССР от
7 августа 1937 года (далее — Положение), не вызывает особых проблем в применении
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
соответствующих норм вексельного законодательства. Однако глубокое изучение судебной практики приводит к скептическим выводам.
Работники, которым в силу их должностных обязанностей приходится применять
нормы вексельного права, нередко недостаточно четко понимают смысл данных норм.
В числе объективных причин этого важное место занимает высокий уровень абстрактности в изложении содержательной стороны норм вексельного законодательства.
Отчасти это неизбежно в силу самой природы векселя как абстрактного (безусловного,
оторванного от конкретных правоотношений) обязательства. Кроме того, неполное понимание норм Положения для русскоязычного читателя предопределено тем, что изначально они были изложены на языке Женевской конвенции о векселях без учета стилистических особенностей русского языка. Указанное обстоятельство во многом затрудняло процесс механического заимствования норм иностранного права по лингвистическим
причинам. Эти трудности становились еще более очевидными на фоне слабого и чрезвычайно краткого описания процедурных вопросов, особенно связанных с опротестованием
векселя и платежам по нему. Данные обстоятельства объективно затрудняли правильное
применение норм вексельного законодательства. Поэтому юридическая общественность
возлагала большие надежды на принятие закона, который разъяснил бы непонятные для
судей и нотариусов нормы Положения, касающиеся процедуры погашения и опротестования векселей, и упорядочил данную процедуру. Но этого не случилось, и принятый
Федеральный закон от 11 марта 1997 года № 48-ФЗ "О переводном и простом векселе"
(далее — Закон о векселях) оказался предельно лаконичен.
Представляется, что Закон написан не как универсальные правила поведения, а как
определенная реакция на незначительную часть проблем того или иного правового института. Остались нерешенными многие процедурные вопросы. Возможно, законодатель
стремился к тому, чтобы нормы принятого Закона не пришли в противоречие с нормами
Положения. Но гражданский оборот требовал ответа на неразрешенные Законом коллизии, объективно подталкивая к восполнению пробелов в законодательстве путем судебного толкования. При этом не учитывалось, что непропорционально большое поле для
правового регулирования остается на усмотрение судей и нотариусов. Им, по существу,
предложено не толковать и применять вексельное законодательство, а восполнять его
пробелы. Но решать проблемы вексельного оборота таким образом совершенно неоправданно, поскольку процедурные (процессуальные) проблемы не могут сниматься методом
судебного толкования по аналогии права, а должны быть решены только законодателем.
Иначе об унификации применения норм вексельного законодательства не может быть и
речи. Такая непредсказуемость для участников вексельного оборота приведет к потере
ценных свойств векселя как удобного рыночного инструмента. По этой же причине и
руководящие разъяснения Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ не
могут восполнить пробелы вексельного законодательства. Поэтому велика опасность,
что в случае восполнения пробелов судьями и нотариусами принятое судом решение
может оказаться незаконным и необоснованным.
Пример такого рода попыток восполнения процедурных правил вексельного законодательства — отдельные нормы постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума
Высшего Арбитражного Суда РФ от 4 декабря 2000 года № 33/14 "О некоторых вопросах
практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей". С одной стороны,
можно констатировать, что сам факт появления постановления № 33/14 свидетельствует
об осознании судебными органами необходимости более подробного регулирования
процедурных вопросов обращения векселей, которое давно назрело. С другой стороны,
представляется, что высшие судебные инстанции, возложив на себя фактически функции
законодателя, так и не внесли ясность в проблемы погашения векселя, а порой еще более
запутали участников оборота.
Согласно нормам Положения, чтобы взыскать вексельный долг в судебном порядке с
наибольшего количества обязанных по векселю лиц, кредитор должен произвести два
основных юридических действия: совершить тот или иной протест векселя, предъявить
94
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
иск к обязанным лицам (или заявление о выдаче судебного приказа). Причем эти действия он должен совершить согласно установленной процедуре.
Поскольку протест векселя совершает нотариус, можно предположить, что все процедурные вопросы совершения протеста, которые не предусмотрены в Положении,
должны регулироваться законодательством о нотариате. Действительно, наряду с Основами законодательства РФ о нотариате (содержащими наиболее общие вопросы) порядок
совершения всех возможных по Положению протестов векселей нотариусами должен
регулироваться также Инструкцией о порядке совершения нотариальных действий, которая должна содержать подробно описанный порядок совершения всех необходимых
действий векселедержателя и нотариуса ― начиная с действия по предъявлению векселя
к оплате векселедателю или иному обязанному лицу и кончая прилагаемыми к Инструкции примерными формами протеста. Это способствовало бы правильному и единообразному совершению протестов нотариусами на всей территории России. Необходимость
такой унификации давно назрела, ибо на практике нотариусы выполняют действия по
совершению протестов по своему усмотрению, поскольку нормы Положения и Основ
законодательства РФ о нотариате не содержат достаточно конкретных рекомендаций по
совершению протестов векселей.
Ранее действовавшая Инструкция о порядке совершения нотариальных действий государственными нотариальными конторами РСФСР от 6 января 1987 года содержала
указания и формы только двух видов протеста векселей (в неакцепте и неплатеже). Порядок совершения и типовые формы других предусмотренных Положением видов протеста векселя в инструктивных материалах Минюста РФ не предусматривались.
Например, кроме протеста векселя в неакцепте и неплатеже Положение устанавливает, во-первых, протест того, что:
√ экземпляр, посланный для акцепта, не был передан, несмотря на требование векселедержателя;
√ акцепт или платеж не могли быть получены по другому экземпляру (ст. 66 Положения);
во-вторых, протест того, что подлинник не был передан векселедержателю несмотря
на его требование.
Последние виды протеста представляют интерес как важные инструменты (расширяющие правовой арсенал средств кредитора) для упрощения процедуры погашения
векселей, ибо наряду с протестом в неплатеже и неакцепте позволяют предъявлять имущественный иск ко всем обязанным лицам по векселю, включая индоссантов, авалистов
и векселедателя. Эти виды протеста служат также предварительным условием предъявления такого иска.
Именно в данном качестве они рассматриваются некоторыми авторами, рекомендующими их использование, необходимость которого во многом вытекает из особенностей российского вексельного оборота. Это обусловлено широким распространением
финансовых афер среди российских участников вексельного оборота, не всегда дорожащих своей репутацией.
Рассмотрим данное замечание на примере распространенных в России простых векселей сроком по предъявлении. Наиболее спорными и противоречивыми нормами постановления № 33/14 выступают те, которые имеют прямое отношение к исследуемой теме
— процедуре погашения векселей, в основном сроком по предъявлении (пп. 6, 18, 23–
26). При анализе данных пунктов постановления № 33/14 следует упомянуть ключевые
вопросы, без четкого ответа на которые невозможны полноценная процедура погашения
векселей и единообразное применение судами норм вексельного права, описывающих
эту процедуру.
К вопросам, нуждающимся в законодательном решении, относятся следующие: что
такое предъявление векселя должнику; когда вексель должен быть передан должнику;
когда вексель должен быть оплачен должником; что считать временем и местом исполнения вексельного обязательства при оплате векселя в безналичном порядке; какие дока95
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
зательства считать относимыми и допустимыми для обоснования сторонами своих требований и возражений.
Эти вопросы не разъяснены в достаточной мере ни Положением, ни Законом о векселях. Посмотрим, как их попытались разъяснить высшие судебные инстанции в постановлении № 33/14.
Очевидно, что условия для обмана должниками кредиторов содержатся в самой норме ст. 34 Положения, согласно которой вексель оплачивается при его предъявлении.
Скорее всего, понятия "предъявление" и "показ" тождественны; существует широко распространенное мнение, основанное на буквальном толковании данной нормы: должник
должен заплатить по векселю в день его предъявления. Причем под предъявлением понимается не передача векселя должнику, а простой показ векселя должнику без передачи
последнему ценной бумаги. (Упрочению такого подхода в судебной практике способствуют разъяснения высших судебных инстанций). Допустим, что это так. Но в таком случае данное утверждение должно быть подкреплено четкой процедурой передачи векселя
и его оплаты. Однако разъяснения высших судебных инстанций содержат противоречивые выводы.
В п. 23 постановления № 33/14 утверждается, что при отказе кредитора вернуть вексель должнику (первое действие) должник вправе задержать исполнение (второе действие). В этом случае кредитор считается просрочившим. В п. 24 указано, что плательщик
при полной оплате векселя (первое действие) может потребовать, чтобы вексель был
вручен ему векселедержателем с отметкой на нем в получении платежа (второе действие). Нахождение долгового документа (векселя) у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства. Очевидно, что данные пункты противоречат друг
другу, устанавливая различную последовательность действий для вексельного кредитора
и должника.
В п. 18 постановления № 33/14 закреплено, что простой вексель сроком по предъявлении должен быть оплачен немедленно по его предъявлении (то есть в день его надлежащего предъявления к платежу). В п. 25 предусмотрено: если в соответствии с требованиями законодательства или по соглашению сторон расчеты по векселю производятся в
безналичном порядке, вопрос о совершении платежа по векселю должен решаться с учетом требований ст. 316 и главы 46 ГК РФ, а также положений вексельного законодательства.
В случае с безналичными расчетами немедленное исполнение вексельного обязательства невозможно исходя из природы безналичной формы оплаты, а именно в такой форме должна быть произведена оплата, когда и кредитор, и должник — юридические лица.
Данное утверждение обосновывают следующие нормы гражданского права, применяемые и к вексельным правоотношениям.
1. В силу ст. 861 ГК РФ платеж по большинству векселей должен производиться в
безналичном порядке как расчеты между юридическими лицами.
2. Согласно ст. 316 ГК РФ местом исполнения обязательств должника перед кредитором по векселю при использовании безналичных расчетов в форме платежных поручений служит расчетный счет кредитора (получателя средств).
Статья 849 ГК РФ позволяет банку списывать денежные средства не позднее дня, следующего за днем поступления соответствующего платежного документа. Списание со
счета векселедателя произойдет на следующий день, если кредитор предъявит вексель в
конкретный день после окончания операционного дня банка должника (после 14 или
15 часов и т. п.).
3. Согласно правилам, установленным законодателем в ст. 80 Федерального закона
"О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)", банки вправе производить платежи по безналичным расчетам в течение двух операционных дней в пределах
одного субъекта Российской Федерации, пяти операционных дней в пределах Российской Федерации.
96
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
Упомянутые нормы Гражданского кодекса РФ соотносятся со ст. 34 Положения как
специальные нормы и общая норма в части установления порядка расчетов, поскольку в
Положении нет норм, регулирующих порядок оплаты векселя в безналичной форме.
Поэтому они подлежат применению в полном объеме, в том числе и в части регулирования сроков осуществления платежа по векселю.
В п. 25 постановления установлено, что вексельное обязательство исполняется по
месту платежа. В связи с этим должник по векселю не считается просрочившим, если он
в месте платежа и в установленный срок осуществил необходимые действия, связанные с
перечислением средств кредитору. Это означает, что момент исполнения обязательства
определяется списанием средств с расчетного счета должника. Далее в этом пункте разъясняется, что соглашением сторон могут предусматриваться иные правила, определяющие порядок исполнения вексельного обязательства в безналичной форме. При этом
игнорируется факт, что при множественной перемене кредитора по векселю заключить
соглашение между должником и последним векселедержателем практически невозможно. В п. 26 постановления содержится противоположный вывод: обязательство уплатить
по векселю является денежным обязательством и прекращается исполнением, то есть
уплатой обязанным лицом суммы вексельного долга. Исходя из понятия места исполнения обязательства при безналичных расчетах, согласно ст. 316 ГК РФ местом исполнения
вексельного обязательства следует считать зачисление денежных средств на счет векселедержателя.
Буквальное применение данных пунктов приводит к правовому тупику: неясно, какой
из этих норм следует отдавать предпочтение, а значит, в какой последовательности надлежит действовать кредитору и должнику. Один из самых существенных пробелов вексельного законодательства — порядок оплаты векселя в безналичной форме ― может
быть устранен только законодателем, а не высшими судебными инстанциями, ибо это
вопрос законодательного уровня, а не толкования норм права.
Данные коллизии еще раз подчеркивают наличие проблемы соблюдения баланса интересов должника и кредитора при погашении векселя. Но некоторые исследователи
продолжают считать, что все в вексельном законодательстве и на практике предельно
просто и понятно. Условно назовем такую точку зрения позитивистской. Возникает вопрос: возможна ли в условиях России практическая реализация описанной процедуры, на
применение которой нацелено такое понимание ст. 34 Положения и разъяснений постановления № 33/14? Ответ отрицательный.
Право (и вексельное право здесь не исключение) призвано эффективно регулировать
общественные отношения, четко устанавливать и описывать процедурные вопросы взаимоотношений сторон, строго гарантировать баланс их имущественных интересов как
реализацию основополагающих принципов законности и справедливости. Право не
должно создавать условия для нарушения одной стороной интересов другой стороны.
Позитивистское толкование Положения не решает проблему соблюдения баланса интересов должника и кредитора, а только пытается ее замалчивать. Даже если придерживаться позитивистского толкования, все равно придется признать, что данная норма нарушает баланс интересов сторон, а именно ст. 34 Положения, делает неоправданный
крен в пользу какой-либо из них.
Позитивистское толкование вряд ли удовлетворит здравомыслящего российского
предпринимателя, который хотя бы однажды сталкивался с получением долга по векселю от недобросовестного контрагента. Такое толкование может послужить прекрасным
"подарком" для недобросовестных вексельных должников или кредиторов. Между тем
проблема баланса интересов кредитора и должника при погашении векселя существует в
реальности. Попытка законодателя и правоприменителя устраниться от решения данной
проблемы означает ее необоснованный перевод из области гражданского права в область
морали и доверия. А в условиях кризиса морали и дефицита доверия проблема переводится в область уголовного права.
97
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
Пока ученые-правоведы спорят о том, как правильно понимать "предъявление векселя" к оплате, масштабы злоупотреблений и преступлений в вексельном обороте России
возрастают. Специалисты по уголовному праву отмечают, что среди наиболее распространенных видов экономических преступлений изготовление и циркуляция фальшивых
векселей, различные махинации с векселями прочно удерживают первые позиции.
В ситуации, когда подделки векселей выполняются на высоком уровне, необходима
тщательная экспертиза полученных на погашение векселей. Для экспертизы недостаточно, чтобы вексель был только показан (представлен на обозрение) должнику. Необходимо передать его должнику, чтобы последний мог проверить все степени защиты ценной
бумаги, убедиться в подлинности подписей и печатей, других отметок на векселе, проверить непрерывность ряда индоссаментов и т. д.
Для баланса интереса сторон вексельного правоотношения не хватает норм права, регулирующих порядок передачи векселей должнику на экспертизу, устанавливающих
перечень документов, которые подтверждают факты такой передачи. В п. 23 постановления № 33/14 в качестве доказательства передачи векселя должнику упоминают такие
документы как акт нотариуса об удостоверении факта предъявления векселя к платежу,
документ, выданный должником. К сожалению, по поводу первого документа можно
сказать, что он не предусмотрен законодательством о нотариате. Статья 85 Основ законодательства РФ о нотариате устанавливает, что нотариус удостоверяет время предъявления ему документа. Получается, что речь идет о предъявлении документа не должнику,
а самому нотариусу. Законом не установлено, какой документ должен выдавать должник
кредитору. Представляется, что это расписка или передаточный акт (свидетельские показания не годятся в качестве обоснования подобных фактов как недопустимые). Однако
поскольку в законе это не предусмотрено, такого рода документы могут и не приниматься судом в качестве доказательства.
Итак, толкование содержания ст. 34 Положения таким образом, что вексель немедленно должен быть оплачен без передачи его должнику, облегчает задачу преступникам,
которые в подобной ситуации имеют в своем распоряжении следующие варианты поведения:
j предъявить к оплате фальшивый вексель (например, "зеркальный вексель", имеющий такие же реквизиты, как и подлинный, находящийся у законного держателя). При
этом повышается вероятность, что должник оплатит и фальшивый и подлинный вексель;
j показать вексель (в том числе и после истечения операционного дня в банке должника) и получить по нему деньги от должника, а затем вместо передачи векселя должнику передать ценную бумагу по индоссаменту другому лицу, которое также предъявит
вексель к оплате. К этому времени у должника не будет возможности в судебном порядке вернуть деньги, неосновательно полученные недобросовестным первым предъявителем векселя, по разным причинам (к моменту рассмотрения дела по существу ответчик
исчезнет, у истца возникнут трудности с доказательствами факта первого предъявления
векселя и т. п.). Ситуацию усугубляет то обстоятельство, что существуют проблемы в
привлечении недобросовестных участников вексельного оборота к уголовной ответственности (законодателем не очерчен круг доказательств по делу, существуют проблемы с
установлением и фиксацией определенных фактов и т. д.).
Положение усугубляется тем, что в результате разрыва во времени между предъявлением векселя и получением платежа по нему, неизбежно возникающего в реальной практике вексельных правоотношений, векселедержатель вправе передать права по векселю
путем учинения индоссамента, не получив платежа по векселю при его предъявлении, то
есть немедленно, что, естественно, невозможно, ибо платеж по векселю осуществляется
согласно требованиям законодательства, регулирующего расчетные правоотношения, и
никак не может быть произведен немедленно по предъявлении векселя (несмотря на
приоритет вексельного законодательства над общегражданским как специальной нормы
над общей).
98
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
Таким образом, возникают трудности в привлечении недобросовестного векселедержателя к уголовной ответственности даже при мошеннических действиях с передачей
векселя, совершенных практически синхронно с платежом по векселю, поскольку недобросовестный векселедержатель вправе заявить, сославшись на ст. 316 ГК РФ, что реальное обязательство по погашению векселя исполнено не было, а именно: деньги не были
им еще получены (деньги еще и не могли быть получены), а при подобной ситуации он
вправе был осуществить передачу прав по векселю. Надеяться в таком случае на чистосердечное признание, подтверждение наличия "злого умысла", выразившегося в сознательном конструировании данной ситуации, невозможно.
Нормы права должны быть понятными и не допускающими двоякого толкования их
содержания. Там, где начинаются различные толкования, начинается произвол (особенно
в условиях существования бесконечного множества фирм-однодневок и квазируководителей).
Таким образом, здравомыслящий вексельный должник предпочтет сначала получить
вексель, произвести его экспертизу, а затем уже его оплачивать. Поэтому, несмотря на
буквальное понимание ст. 34 Положения, которое может сводиться к требованию оплатить вексель при представлении его векселедателю для обозрения (при простом показе),
векселедателю нежелательно сразу же оплачивать вексель во избежание неблагоприятных последствий. Очевидно, что эти действия чрезвычайно сложно произвести одновременно. Поэтому настаивать на немедленной оплате векселя при его предъявлении (когда
он находится в руках кредитора и представлен только для обозрения должником) означает игнорировать интересы должника.
В большинстве случаев вексельного оборота невозможно выполнить условие о немедленной оплате должником при предъявлении (показе) векселя. Заплатить немедленно
можно только наличными деньгами. В связи со спецификой безналичных расчетов желательным условием оплаты векселя, учитывающим интересы должника, является передача
подлинника векселя от векселедержателя векселедателю. Некоторые авторы считают,
что "под погашением векселя должен пониматься платеж по нему, то есть исполнение
вексельного обязательства. Предъявление векселя по платежу также не требует совершения дополнительных действий, кроме физического вручения векселя плательщику" 1 .
Данная позиция, конечно, близка и понятна векселедателям.
Однако в российских условиях передача подлинника векселя должнику — рискованное мероприятие для кредитора. Он остается в крайне уязвимой позиции, отдав векселедателю подлинник векселя. Это обусловлено двумя моментами.
Во-первых, в силу абстрактной природы вексельных обязательств требования кредитора удостоверяются только подлинником простого векселя или его надлежащей копией.
Это исчерпывающий перечень документов, основанный на нормах Положения, и по этой
причине никакие другие документы (договоры, акты передачи и т. п.) не могут рассматриваться в качестве подтверждающих вексельные требования кредитора. Поэтому признание судебной практикой, например, актов приема-передачи векселей в качестве доказательств вексельного долга юридически некорректно, поскольку не основано на нормах
вексельного законодательства.
Во-вторых, риск кредитора, передавшего подлинник векселя должнику, возрастает за
счет возможного временнóго разрыва между моментом предъявления векселя и моментом фактической оплаты. Особенно это очевидно при безналичных расчетах юридических лиц. В силу правовой природы безналичных расчетов, масштабов России кредитору
весьма проблематично совершить в требуемые законодательством сроки протесты векселя в неплатеже. Прежде всего это касается векселей со сроком на определенный день или
во столько-то времени от составления или от предъявления.
Объясняется это тем, что в Положении и в Основах законодательства РФ о нотариате
отсутствует механизм предъявления векселя к платежу. Согласно нормам Основ протест
1
Орлова Н. Н. // Финансовые бухгалтерские консультации, 2000, № 2.
99
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
векселя в неплатеже может быть произведен нотариусом только после предъявления
векселя плательщику для платежа и при наличии факта отказа должника от платежа. В
частности, кто бы ни предъявлял вексель к оплате (векселедержатель, его банк или нотариус), остается неясным, какие конкретно действия должны совершить эти лица для
предъявления векселя должнику: передать вексель лично должнику, отправить его по
почте. В то же время вручить или направить вексель должнику нельзя, поскольку это
единственный документ, подтверждающий долговое обязательство.
Кроме того, упомянутый временной разрыв между предъявлением векселя к оплате и
фактическим получением платежа (зачислением денежных средств на счет векселедержателя) мешает нотариусам законно и в надлежащие сроки осуществить протест векселей со сроком на определенный день или в столько-то времени от составления или от
предъявления. Из этого следует, что для совершения протеста нотариус должен не только предъявить вексель к оплате, но и установить факт неплатежа. Поэтому нотариусу
необходимо иметь оперативную информацию о состоявшемся списании денежных
средств со счета должника. Однако действующее законодательство не позволяет ему это
сделать: в силу ст. 25 ФЗ "О банках и банковской деятельности" нотариус не является
субъектом, которому наряду с компетентными органами могут предоставляться сведения, составляющие банковскую тайну. А справки по счету вексельного должника как раз
и представляют банковскую тайну для нотариуса. Банки не обязаны (да и не имеют права) предоставлять нотариусу информацию по счету должника.
Нотариусы, нередко лишенные возможности должным образом соблюсти процедуру
погашения векселя, по просьбе кредиторов (а им они не вправе отказать в совершении
нотариального действия) совершают протест векселя в неплатеже без передачи подлинника векселедателю, нередко ограничиваясь письмом с требованием об оплате без предъявления векселя. Поэтому иногда нотариусы, не зная, что им делать, совершают соответствующий протест векселя, нарушая тем самым нормы вексельного законодательства, и
их действия вполне правомерно могут быть оспорены лицами, обязанными по векселю, в
порядке особого производства на основании норм вексельного законодательства. В силу
п. 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25 июля 1997 года № 18 2 действия нотариуса, допустившего нарушения при оформлении акта протеста векселя, подлежат обжалованию в суде общей юрисдикции. При этом участь нотариуса в суде незавидна: неясно, каким образом он сможет доказать факт предъявления векселя, ведь Положение не содержит ответа на этот вопрос.
Отсутствие надежного механизма в определении доказательства предъявления векселя может привести к недобросовестным действиям со стороны векселедержателя. Согласно п. 13 названного Информационного письма протест в неплатеже векселя сроком
"по предъявлении" может быть совершен в течение года со дня его составления. Это
предоставляет векселедержателю возможность совершить протест сразу после составления векселя и без реального предъявления его, затем около одного года выжидать с подачей иска, а потом взыскать с векселедателя и других обязанных лиц вексельный долг и
двойную ставку рефинансирования в виде процентов и неустойки.
Необоснованное и преждевременное совершение нотариусом протеста (при отсутствии информации о состоявшейся оплате векселя должником) может привести к нанесению ущерба деловой репутации должника и вызвать другие неблагоприятные для него
последствия, в частности привести к падению котировок векселей, эмитируемых должником.
Некоторые авторы, посвятившие немало времени исследованию вексельных правоотношений, так и не осознали всю остроту и драматизм ситуации с защитой интересов
участников вексельного оборота. Во многом их выводы способствуют значительному
сужению средств защиты кредиторами своих законных интересов, созданию дисбаланса
в системе отношений: кредитор ― должник. Например, В. А. Белов, описывая процедуру
2
Хозяйство и право, 1997, № 12, с. 68.
100
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
погашения векселя, увязывает ее с простым предъявлением (показом векселя), а иных
проблем, связанных с процедурой погашения векселя, представляющей основу для всевозможных манипуляций и создающей резкий дисбаланс прав векселедержателей и векселедателей в вексельных правоотношениях и ведущей к резкой криминализации вексельного обращения, не замечает. Вероятно, В. А. Белов верит в действенность и самодостаточность нормы вексельного законодательства РФ — ст. 34 Положения о переводном и простом векселе, устанавливающей, что "... вексель сроком по предъявлении оплачивается при его предъявлении", полагая, что применение норм гражданского законодательства РФ, регулирующих расчетные отношения, исключено нормой вексельного законодательства.
При этом упускается из виду, помимо указанных аргументов, факт из реальной правоприменительной практики вексельного обращения: доподлинно известны случаи (а
возможно, это повсеместная практика), что даже Сбербанк РФ, чье имущество наиболее
часто служит объектом посягательства недобросовестных векселедержателей, принимает
векселя для проверки и проведения экспертизы сроком на три дня. Другие примеры действий векселедателей, которые однозначно и безоговорочно требуют не предъявления в
форме простого показа векселя на обозрение, а передачи им подлинников векселей и,
безусловно, не производят платеж немедленно, а осуществляют его в лучшем случае в
строгом соответствии (без задержек и нарушений сроков платежа, происходящих, в том
числе, по вине обслуживающих их банков) с нормами гражданского законодательства,
регулирующего расчетные отношения, бессмысленно приводить из-за их огромного
количества и разнообразия.
Возникает риторический вопрос: к чему исследование сложнейших вексельных проблем, если реально не решена основная и простейшая задача создания надежного, сбалансированного и детально изложенного механизма погашения векселя? Похоже, подобная одномерность суждений переходит в устойчивую тенденцию. При исследовании
вопроса, связанного с правовой оценкой векселя, подписанного неуполномоченным лицом, В. А. Белов делает необоснованный вывод о том, что при подписании векселя неуполномоченным лицом непременно пострадает первый приобретатель векселя, не проверивший подлинность подписи своего непосредственного контрагента — составителя
векселя. Если у последнего нет авалиста или посредника, первому векселедержателю,
предъявляющему вексель к оплате, придется доказать, что он не знал и не мог знать о
пороке подписи векселедателя (то есть был введен последним в заблуждение). Иначе он
останется вообще без удовлетворения 3 .
При этом упускается из виду, что в силу ст. 8 Положения каждый, кто подписал вексель с превышением полномочий (неуполномоченное лицо), сам обязан по векселю,
подписанному неуполномоченным лицом. Таким образом, векселедержатель вправе
предъявить иск непосредственно к неуполномоченному лицу и получить от него удовлетво-рение.
Представляется, что векселедержатель не должен всякий раз проводить графологическую экспертизу подписей на векселе под страхом отказа от защиты его интересов в
суде. Выдача векселя на типографском бланке организации, содержащем степени защиты, с подлинным оттиском печати организации и подписями работников организации,
должна позволять векселедержателю привлекать к ответственности саму организацию.
Данный вывод согласуется с утверждением, что на вексельное законодательство должна
распространяться норма ст. 1068 ГК РФ, предусматривающая ответственность юридического лица за вред, причиненный его работниками.
Эта публикация не преследует цели проведения анализа ошибок, заблуждений или
поверхностного подхода, оторванного от реальной практики, содержащихся в различных
публикациях. Однако абсолютно проигнорировать их нельзя, ибо нередко они оказывают
3
Белов В. Понятие, сущность и составление векселей: некоторые практические проблемы // Хозяйство и право,
1997, №№ 5, 6.
101
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
неадекватное воздействие на становление и формирование правоприменительной практики, на направленность развития действующего законодательства.
Учитывая изложенные сложности вексельного оборота, некоторые авторы рекомендуют использовать свойства множественности экземпляров векселя в качестве выхода из
ситуации 4 . Однако широкому использованию нормы ст. 66 Положения препятствует то,
что она распространяется, исходя из смысла ст. 77 Положения, только на переводные
векселя, не получившие широкого распространения в вексельном обороте России.
Анализ норм Положения и российская предпринимательская специфика приводят к
выводу о том, что применительно к простым векселям остается надежным погашение
векселя в порядке ст. 68 Положения. При такой процедуре погашения векселя защищены
интересы и векселедержателя, и векселедателя. Именно поэтому ее рекомендуют некоторые авторы. Так, Р. Щербатюк, рассматривая различные варианты погашения векселя,
отмечая их плюсы и минусы в контексте защиты интересов и должника, и кредитора,
приходит к выводу, что самым оптимальным вариантом погашения векселя служит использование возможностей, заложенных в нормах ст. 67, 68. Он предлагает воспользоваться следующей процедурой:
"Перед тем как обратиться к векселедателю, векселедержатель снимает копию с векселя и удостоверяет у нотариуса соответствие копии векселя подлиннику…
Затем держатель векселя вручает вексель векселедателю с соблюдением определенной последовательности действий: первое — на копии векселедержатель указывает лицо,
в руках которого находится подлинник векселя (эту запись на копии держатель предлагает заверить векселедателю перед тем, как тот получит вексель); второе — подписывается акт приема-передачи.
Интересы должника гарантируются тем, что в руках у него находится вексель.
Интересы кредитора защищены тем, что копия может быть индоссирована и авалирована в том же порядке и с теми же последствиями, как и подлинник...
В случае каких-либо задержек в оплате векселя кредитор имеет право потребовать, а
должник обязан вручить подлинник векселя законному держателю копии" 5 . Далее автор
советует в случае невручения подлинника законному владельцу копии совершить сначала протест векселя в невручении, а затем еще и протест векселя в неплатеже, а уже потом
подавать иск.
Авторы настоящей публикации считают эту схему правомерной, за исключением одного момента. Полагаем, что для предъявления иска достаточно совершения одного
только протеста в невручении подлинника векселя и не требуется совершать еще и протест в неплатеже. Это подтверждается следующим. Во-первых, в силу ст. 68 Положения
если лицо, у которого находится подлинник векселя, отказывается вручить его векселедержателю, векселедержатель может осуществлять право иска против индоссантов или
авалистов лишь после удостоверения протестом того, что подлинник не был ему передан, несмотря на его требование. Таким образом, в данной норме не идет речь о необходимости совершения еще дополнительного протеста в неплатеже. Положение не предписывает и не обязывает совершать оба эти вида протеста векселя в совокупности. Вовторых, для совершения протеста в неплатеже требуется подлинник векселя. Это следует
из анализа норм вексельного законодательства и законодательства о нотариате. Но если
векселедержатель уже передал подлинник векселедателю, то у векселедержателя не будет физической возможности совершить протест в неплатеже (ему в совершении протеста просто откажет нотариус). Но в целом с учетом замечаний полагаем, что предложенная Р. Щер-батюком схема погашения простых векселей максимально гарантирует баланс интересов должника и кредитора.
4
Например, мысль о возможности применения свойств множественности экземпляров высказывала Л. Г. Ефимова. ― См.: Ефимова Л. Очерк вексельного права / Вексель и вексельное обращение в России. — М., 1994, с. 78.
5
Щербатюк Р. Утром вексель — вечером деньги. А может быть иначе? // Хозяйство и право, 1997, № 7, с. 6667.
102
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
К сожалению, данная оптимальная схема погашения простого векселя еще не получила распространения и вызывает непонимание у судей. Так, в п. 6 постановления
№ 33/14 разъясняется, что при рассмотрении требований об исполнении вексельного
обязательства истец обязан представить суду подлинный документ, на котором он основывает свое требование, поскольку осуществление права, удостоверенного ценной бумагой, возможно только по ее предъявлении (п. 1 ст. 142 ГК РФ). Вместе с тем отсутствие у
истца векселя само по себе не может служить основанием для отказа в иске, если суд
установит, что вексель был передан ответчику в целях получения платежа и истец этот
платеж не получил. Истец в этом случае обязан доказать названные обстоятельства (п. 2
ст. 408 ГК РФ).
Постановление № 33/14, не упоминая копию в числе документов, подтверждающих
право требования кредитора по векселю, игнорирует нормы ст. 67 и 68 Положения, в
силу которых надлежащая копия векселя приравнивается к подлиннику. Кроме того, в
п. 1 ст. 142 ГК РФ речь идет о предъявлении ценной бумаги должнику, а не суду. Поэтому если ценная бумага предъявлена (или передана) должнику, суд должен не просто не
отказывать в иске, а исследовать обстоятельства исполнения обязательств должником.
Полагаем, что факт передачи векселя должнику должен доказать истец, а факт платежа
— ответчик (в отличие от разъяснения п. 6 постановления № 33/14; обязанность ответчика доказывать данный факт вытекает из простой логики). Остается нерешенным вопрос,
какими доказательствами должен подтверждаться тот или иной факт. Представляется,
что в качестве доказательства передачи векселя должнику на погашение федеральный
закон должен предусмотреть передаточный акт и отметку должника на копии векселя, которые служат подтверждением факта предъявления векселя к платежу и проведенной проверки подлинности векселя векселедателем, что необходимо в целях защиты
интересов кредитора от последующих манипуляций должника в отношении подлинности векселя, которую он проверяет по факту предъявления векселя и удостоверяет
подписанием вышеуказанных документов, поскольку так сложилось на практике. Остается только узаконить данные документы в качестве относимых и допустимых доказательств факта передачи векселя должнику.
Применению кредиторами процедур взыскания долга по векселю, описанных в
ст. 64-68 Положения, мешают пробелы российского законодательства, в том числе неопределенность отдельных норм Положения, не устраненная в Законе о векселях или
каких-либо других нормативных актах.
Сложно объяснить отсутствие в ст. 5 Закона о векселях упоминания о содержащихся
в ст. 66 и 68 Положения видах протеста, дающих право на иск против обязанных по векселю лиц или на выдачу судебного приказа. В ст. 5 Закона предусмотрено, что по требованиям, основанным на протесте векселей в неплатеже, неакцепте и недатировании акцепта, совершенном нотариусом, в отношении физического лица, юридического лица
или предпринимателя выдается судебный приказ. Аналогичная норма, не предусматривающая выдачу судебного приказа по требованиям, которые основаны на протестах векселя, учиненных в соответствии со ст. 66, 68 Положения, содержится в ст. 125 2 ГПК
РСФСР. И это очевидные пробелы в законодательстве.
Затрудняет применение процедуры погашения векселя, используя множественность
его экземпляров или копию, сама редакция норм Положения, не истолкованная в нормах
других нормативных актов или разъяснениях высших судебных инстанций. Имеется в
виду следующее. Процедура совершения протеста в силу ст. 66 и 68 Положения описана
крайне лаконично в отличие от норм Положения, регулирующих совершение протеста в
неакцепте или неплатеже.
В частности, в ст. 66 и 68 Положения не определены сроки совершения протеста, что
создает трудности и приводит к судебным ошибкам. Большим пробелом в Положении
является отсутствие в ст. 68 отсылки к нормам главы VII Положения ("Иск в случае неакцепта или неплатежа"). Прежде всего имеется в виду иск, предъявляемый согласно
ст. 68, хотя иск, упоминаемый в этой статье, вне всякого сомнения, — иск имуществен103
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
ного характера (это следует из анализа содержания данной нормы). Подобные законодательные пробелы приводят к судебным ошибкам: иски, названные в п. 1 ст. 66 и ст. 68
Положения, оцениваются как виндикационные. Такое понимание данных норм вексельного законодательства может способствовать вынесению неправомерных судебных решений об отказе в удовлетворении исков имущественного характера (о взыскании вексельного долга) и о побуждении кредиторов предъявлять виндикационные иски или восстанавливать подлинники векселей в порядке вызывного производства. Но последние
способы защиты кредиторами своих прав в другом процессе могут не найти подтверждения, и другой суд также откажет в удовлетворении виндикационного иска или заявления
о восстановлении прав по векселю. Кроме того, предъявление заведомо неправильных
исков приведет к потере драгоценного времени для кредитора и он может быть лишен
возможности защитить свои права каким-либо способом. Данные вопросы решались бы
более предсказуемо при наличии между рассматриваемыми главами Положения отсылочных норм.
Хотелось бы, чтобы все правоприменительные органы осознавали, что долг в любом
размере и как бы он ни был оформлен должен быть бременем для должника, а не для
кредитора. Кредитору необходимо иметь возможность использовать для взыскания долга
весь законный арсенал средств, и суд должен ему в этом всемерно способствовать. Это
отвечает принципу справедливости права, без соблюдения которого все нормы закона
утрачивают свой смысл.
А. ШИЧАНИН,
советник председателя правления
Международного банка "Астана" по правовым вопросам,
кандидат юридических наук
О. ГРИВКОВ,
начальник юридического отдела Международного банка "Астана"
104
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И
ПРАКТИКА
Тайм-чартер: правовая природа и соотношение со смежными договорами
Тайм-чартер представляет собой один из дискуссионных институтов международного частного морского права. В национальных законодательствах, правовых доктринах, судебноарбитражной практике можно выделить три основных подхода к решению данной проблемы. Согласно одному из них тайм-чартер понимается как разновидность договора имущественного найма (аренды). Другая точка зрения исходит из того, что исследуемый институт является договором перевозки. Некоторые авторы полагают, что правовые особенности тайм-чартера столь значительны, что необходимо его выделение в самостоятельный
институт морского права.
Выявление правовой природы договора фрахтования судна на время требует не только
анализа национальных законоположений с учетом их исторического развития, но и изучения всей совокупности прав и обязанностей, возникающих из тайм-чартера, на доктринальном уровне. Анализ, на мой взгляд, необходимо проводить в соотношении со смежными институтами морского права: договором перевозки груза ― чартером и договором
фрахтования судна без экипажа ― бербоут- или димайз-чартером.
Гражданский кодекс РФ, вступивший в силу в 1995-1996 годах, впервые включил в себя нормы (§ 3 главы 34), посвященные непосредственно договору аренды (фрахтования на
время) транспортного средства с предоставлением услуг по управлению и технической
эксплуатации. До этого специальные положения об исследуемом договоре содержались
лишь в Кодексе торгового мореплавания, что создавало сложности при их взаимодействии
с общегражданскими институтами.
Однако принятие ГК РФ подняло вопрос о его соотношении с КТМ 1968 года 1 . В силу
принципа lex specialis derogat legi generali ст. 18 КТМ указывала на субсидиарность норм
гражданского законодательства, устанавливая, что они применяются к отношениям, возникающим из торгового мореплавания, лишь в части, не урегулированной морским законом. Данное положение вступило в противоречие с ГК РФ. Согласно п. 2 ст. 3 ГК РФ нормы
гражданского права, содержащиеся в иных законах, должны соответствовать Гражданскому кодексу. Статья 4 Федерального закона от 26 января 1996 года № 15-ФЗ "О введении в
действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" устанавливает, что
законы впредь до их приведения в соответствие с частью второй ГК РФ действуют постольку, поскольку они не противоречат части второй Кодекса. Статьи 641 и 649 ГК РФ,
предусматривая возможность установления транспортными уставами и кодексами иных
особенностей аренды транспортных средств, не позволяют, тем не менее, сделать вывод,
что такие особенности могут противоречить ГК РФ.
Принимая во внимание отмеченное, а также то, что ГК РФ был принят позже КТМ 1968
года, необходимо заключить, что вплоть до принятия КТМ 1999 года отношения по фрахтованию судна на время регулировались в первую очередь Гражданским кодексом и лишь
субсидиарно ― КТМ 1968 года.
1
Подробнее по этому вопросу см.: Козлов В. Б., Фалилеев П. А. Соотношение общих и специальных норм на
примере гражданского и морского права (критика современного законодательства) // Государство и право, 1997,
№ 11.
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
1 мая 1999 года вступил в силу новый Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 30 апреля 1999 года № 81-ФЗ (с изм. от 26 мая 2001 года) 2 , в котором нормы о
тайм-чартере помещены в главу X.
Представляется, что, несмотря на п. 2 ст. 3 ГК РФ, при расхождении норм ГК РФ и
КТМ РФ приоритетом будут обладать положения последнего. Гражданский кодекс и Кодекс
торгового мореплавания ― одноуровневые акты, разрешение коллизии между которыми
не может осуществляться одним из них в силу известного постулата: "никто не может быть
судьей в своем споре".
В сфере торгового мореплавания КТМ является специальным актом и предпочтение
должно отдаваться именно ему. Приоритетность положений КТМ РФ подтверждается также принципом lex posterior derogat prior ― "последующий акт вытесняет предыдущий",
поскольку Кодекс торгового мореплавания был принят позже Гражданского кодекса РФ.
Кроме того, ст. 1 КТМ содержит норму, аналогичную ст. 18 КТМ 1968 года: "... к имущественным отношениям, не регулируемым или не полностью регулируемым настоящим Кодексом (выделено мною. ― В. Л.), применяются нормы гражданского законодательства Российской Федерации".
Таким образом, факт признания обязательства договором фрахтования судна на время
означает, что это обязательство регулируется главой Х КТМ РФ, субсидиарно ― § 3 главы
34 ГК РФ, затем ― общими положениями об аренде § 1 главы 34 ГК РФ.
В соответствии со ст. 198 КТМ РФ тайм-чартером признается договор, по которому судовладелец обязуется за обусловленную плату (фрахт) предоставить фрахтователю судно
и услуги членов экипажа в пользование на определенный срок для перевозок грузов, пассажиров или для иных целей торгового мореплавания.
Гражданский кодекс РФ (ст. 632) под договором аренды транспортного средства с экипажем понимает такой договор, по которому арендодатель предоставляет арендатору
транспортное средство за плату во временное владение и пользование и оказывает своими силами услуги по управлению им и по его технической эксплуатации.
Сравнительный анализ данных определений показывает, что предмет регулирования
двух упомянутых статей не совпадает. Во-первых, ст. 632 ГК РФ распространяется не только на аренду морских судов, но и, к примеру, на воздушные суда. Во-вторых, в Гражданском кодексе говорится об аренде транспортных средств, которые должны использоваться
в соответствии с их целевым назначением, то есть для осуществления перевозок. Однако
не всякое судно относится к транспортным средствам. Согласно ст. 7 КТМ РФ под судном
понимается самоходное или несамоходное плавучее сооружение, используемое в целях
торгового мореплавания. Цели торгового мореплавания включают не только перевозку
грузов, пассажиров и багажа, но и промысел водных биологических ресурсов, проведение
морских научных исследований и целый ряд других (ст. 2 КТМ РФ). Таким образом, договор фрахтования на время, например, рыбопромыслового судна или ледокола не подпадает под действие § 3 главы 34 ГК РФ.
Определяя договор тайм-чартера, КТМ РФ оперирует термином "фрахт", в отличие от использовавшегося в КТМ 1968 года понятия "арендная плата", к тому же новый Кодекс избегает употребления
термина "арендатор" применительно к фрахтователю. По мнению А. Г. Калпина, использование специальных морских понятий вместо общегражданских свидетельствует о том, что договор фрахтования судна на время не может быть приравнен к общегражданскому договору имущественного
найма 3 .
На мой взгляд, употребление в КТМ 1968 года терминов "арендная плата", "арендатор" было вызвано необходимостью отграничить рассматриваемые отношения от модели перевозки, подчинив их
правилам об аренде. В настоящее время, когда в ГК РФ появилась специальная глава, посвященная
аренде транспортных средств, необходимость использования указанных терминов в целях определения правовой природы договора отпала и законодатель вернулся к традиционным для торгового
мореплавания понятиям.
В. В. Витрянский отмечает, что Гражданский кодекс разделяет отдельные виды аренды и аренду
отдельных видов имущества. Договор аренды транспортных средств представляет собой отдельный
вид аренды со специфическим предметом, включающим три объекта: объект первого рода ― действия
2
Собрание законодательства РФ, 1999, № 18, ст. 2207.
См.: Комментарий к Кодексу торгового мореплавания Российской Федерации / Под ред. Г. Г. Иванова. ― М.,
2000, с. 348.
3
106
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
по передаче имущества; объект второго рода ― само передаваемое имущество; объект третьего рода
— действия сторон по управлению транспортным средством и его технической эксплуатации 4 .
В этом вопросе В. В. Витрянский оппонирует другой точке зрения, согласно которой договор аренды (фрахтования на время) транспортного средства рассматривается как комплексный, устанавливающий обязательства: а) непосредственно связанные с предоставлением транспортного средства в
аренду, и б) по оказанию арендатору услуг, связанных с управлением и технической эксплуатацией
транспортного средства. Договор, не предусматривающий предоставления таких услуг, носит чисто
арендный характер. В таком случае смысл специального регулирования состоит лишь в необходимости учета особенностей арендуемого имущества 5 .
По мнению В. В. Витрянского, договор аренды (фрахтования на время) транспортного
средства является не просто смешанным договором, сочетающим элементы аренды и оказания услуг, а представляет собой отдельный вид договора аренды. В обоснование своей позиции автор приводит следующее.
1. По указанному договору в аренду передается не просто транспортное средство как
особый вид имущества, а такое транспортное средство, владение и пользование которым
требует управления им и обеспечения его технической эксплуатации. При этом речь идет
о квалифицированном управлении и технической эксплуатации с помощью экипажа. Данный признак, относящийся к обеим разновидностям договора аренды транспортного средства, позволяет определить круг транспортных средств, могущих быть объектом рассматриваемого договора. В частности, из числа таких объектов автор исключает автомобиль.
В этом случае, по мнению В. В. Витрянского, отношения сторон должны регулироваться не нормами об аренде транспортного средства, а общими правилами о договоре
аренды.
2. Пользование арендованным имуществом носит специфический, целевой характер:
транспортное средство может эксплуатироваться только для перевозки пассажиров, грузов, почты и багажа.
3. В отношениях с третьими лицами арендатор выступает либо в качестве перевозчика
(договорные отношения), либо в качестве арендодателя (субаренда), либо в качестве
владельца транспортного средства (деликтные обязательства) 6 .
Первый аргумент представляется несколько спорным. Любое транспортное средство
требует управления им и его технической эксплуатации. Причем в большинстве случаев
эти действия требуют специальной подготовки и навыков, то есть надлежащей квалификации. Управление автомобилем возможно лишь после сдачи государственного экзамена и
получения водительского удостоверения. Бесспорно, что техническая эксплуатация
(то есть ремонт, обслуживание) автомобиля также требует специальных знаний. Поэтому
использование предложенного В. В. Витрянским критерия в качестве квалифицирующего признака договора аренды (фрахтования на время) транспортного средства затруднительно.
На мой взгляд, особенности исследуемого института состоят в том, что он, во-первых,
представляет собой смешанный договор аренды и оказания услуг, во-вторых, арендуемое
имущество используется арендатором в определенных целях (морское судно ― в целях
торгового мореплавания). Остальные особенности, полагаю, представлены спецификой
арендуемого имущества и сферой его обращения. К таковым относятся, в частности, невозможность для арендатора требовать заключения договора на новый срок, отсутствие
необходимости государственной регистрации договора, право арендатора без согласия
арендодателя сдавать транспортное средство в субаренду, если иное не предусмотрено
договором, особенности ремонта и содержания арендованного имущества.
В ГК РФ, как и в новом Кодексе торгового мореплавания, обособленное регулирование
получил договор фрахтования судна без экипажа (бербоут-чартер). Данному институту не
свойственно наличие такого элемента, как оказание услуг, однако за этим исключением
ему присущи все названные особенности.
От двух упомянутых договоров (тайм-чартер и бербоут-чартер), являющихся разновидностями модели аренды, необходимо отграничивать договор фрахтования, определение
4
См.: Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга вторая: Договоры о передаче имущества. ―
М., 2000, с. 504.
5
См.: Гражданское право России. Часть вторая: Обязательственное право: Курс лекций, с. 214. Приводится по:
Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга вторая: Договоры о передаче имущества, с. 504.
6
См.: Брагинский М. И., Витрянский. В. В. Указ. соч., с. 506.
107
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
которого содержится в ст. 787 ГК РФ. Договором фрахтования (чартером) признается такой договор, по которому одна сторона (фрахтовщик) обязуется предоставить другой стороне (фрахтователю) за плату всю или часть вместимости одного или нескольких транспортных средств на один или несколько рейсов для перевозки грузов, пассажиров и багажа.
В. В. Витрянский отмечает очевидную схожесть данной конструкции с договором фрахтования на время. Тем не менее необходимо полностью согласиться с автором в том, что
"указанные договоры в системе гражданско-правовых договоров имеют родовую принадлежность… договора перевозки (договор фрахтования. ― В. Л.) и договора аренды (договор фрахтования на время. ― В. Л.)" 7 .
На морском транспорте договором фрахтования в смысле ст. 787 ГК РФ является чартер (рейсовый) ― один из двух видов договора морской перевозки груза.
В свете различия трех указанных договоров интересное преломление получает правило о мореходности судна. Применительно к рейсовому чартеру оно формулируется следующим образом: "Перевозчик обязан заблаговременно, до начала рейса, привести судно
в мореходное состояние: обеспечить техническую годность судна к плаванию, надлежащим образом снарядить судно, укомплектовать его экипажем и снабдить всем необходимым, а также привести трюмы и другие помещения судна, в которых перевозится груз, в
состояние, обеспечивающее надлежащие прием, перевозку и сохранность груза" (ст. 124
КТМ РФ). Упрощенно говоря, по договору перевозки мореходность судна есть "техническая
годность судна к плаванию в конкретном рейсе и с конкретным грузом" 8 .
В договоре фрахтования судна на время понятие мореходности определено как принятие мер по обеспечению годности судна (его корпуса, двигателя и оборудования) для
целей фрахтования, предусмотренных тайм-чартером, по укомплектованию судна экипажем и надлежащему снаряжению судна. Таким образом, судно должно быть пригодно к
обычным для судов такого типа грузовым операциям. Не требуется, чтобы судовладелец
приводил судно в состояние, отвечающее особенностям любого конкретного груза, который фрахтователь вправе погрузить на судно.
Круг требований, предъявляемых к мореходности судна, зафрахтованного по бербоутчартеру, еще ýже: оно не должно быть укомплектовано экипажем и снаряжено. Кроме
того, в отличие от рейсового чартера и тайм-чартера по договору фрахтования судна без
экипажа судовладелец обязан привести судно в мореходное состояние лишь к моменту его
передачи фрахтователю 9 . В первых же двух случаях указанная обязанность судовладельца
распространяется на все время рейса (действия договора).
Статья 198 КТМ РФ, давая определение тайм-чартера, устанавливает, что судно предоставляется
в пользование фрахтователя. Однако, как и в КТМ 1968 года, в новом морском законе есть положе-
ние, согласно которому судовладельцем выступает лицо, эксплуатирующее судно от своего имени
(ст. 8). Глава Х КТМ РФ разграничивает эксплуатацию судна на коммерческую и навигационнотехническую. Прямого ответа на вопрос, какая эксплуатация имеется в виду в ст. 8 КТМ РФ и может
ли тайм-чартерный фрахтователь рассматриваться в качестве судовладельца, в законе не содержится.
А. Г. Калпин считает, что несмотря на то, что в ст. 198 КТМ РФ говорится о предоставлении судна в
пользование фрахтователя, следует признать, что к последнему переходит также правомочие владения, так как в вопросах коммерческой эксплуатации ему подчинен экипаж судна. Вместе с тем автор
признает, что судно в этом случае не выходит из обладания судовладельца. Члены экипажа остаются
его работниками и обязаны подчиняться распоряжениям судовладельца, относящимся к управлению
судном. Данные обстоятельства, по мнению А. Г. Калпина, позволяют говорить о временном двойном
владении (или совладении) судном 10 .
Статья 632 ГК РФ, в отличие от ст. 198 КТМ РФ, устанавливает, что по договору аренды
транспортного средства с экипажем оно переходит во владение и пользование арендатора.
В. В. Витрянский также полагает, что в отношениях с третьими лицами арендатор выступает в качестве владельца транспортного средства.
По моему мнению, тайм-чартерный фрахтователь не является владельцем судна.
7
8
9
377.
См.: Брагинский М. И., Витрянский В. В. Указ. соч., с. 508.
Юридический справочник торгового мореплавания / Под ред. А. С. Кокина. ― М., 1998, с. 223.
См.: Комментарий к Кодексу торгового мореплавания Российской Федерации / Под ред. Г. Г. Иванова, с. 358,
10
См.: там же, с. 349.
108
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
Под правомочием владения традиционно, еще со времен римского права, понимается
юридически обеспеченная возможность иметь вещь у себя, фактически обладать ею 11 .
Определение того, что есть фактическое обладание морским судном, представляет известную сложность. Нахождение телевизора в квартире, автомобиля в гараже не вызывает
проблем с идентификацией владельца — очевидно, им является то лицо, которому принадлежит квартира или гараж. Морское судно, как правило, либо работает в море в соответствии со своим функциональным назначением, либо находится в порту, базе и т.п.,
которые не принадлежат собственнику судна. На мой взгляд, владельцем судна должно
признаваться лицо, которое имеет основанную на законе фактическую возможность непосредственно (то есть своими собственными действиями) воздействовать на него: контролировать судно, управлять им и т. п. Поскольку при тайм-чартере капитан и судовая команда остаются служащими судовладельца, а действия работников юридического лица
считаются действиями самого юридического лица, указанные правомочия в отношении
судна сохраняет за собой только судовладелец. Тайм-чартерный фрахтователь вправе
давать экипажу указания относительно коммерческой эксплуатации судна, однако капитан
и члены команды не являются работниками фрахтователя. Фактически фрахтователь дает
указания самому судовладельцу в лице экипажа судна. Возможность давать такие указания основана на обязательственном правоотношении — тайм-чартере.
По-иному обстоит дело при фрахтовании судна без экипажа. Капитан и судовая команда нанимаются фрахтователем, который таким образом контролирует судно, владеет им.
Несмотря на то, что правомочие фрахтователя по владению судном возникает из договора, оно по своей природе носит абсолютный характер. В частности, фрахтователь вправе
воспользоваться владельческими способами защиты в том числе и против собственника
судна.
Не случайно новый КТМ четко разграничил, что по договору фрахтования судна на
время судно переходит в пользование, а по бербоут-чартеру — в пользование и владение
фрахтователя (ст. 211).
Говорить о двойном владении или совладении судном также, на мой взгляд, не представляется возможным. У фрахтователя отсутствует абсолютная и непосредственная связь
с судном. Собственно говоря, на судне вообще может не быть ни одного служащего фрахтователя. Возможность фрахтователя давать экипажу указания в части коммерческой
эксплуатации основана на обязательственном правоотношении, она не означает, что капитан и команда в указанной части являются работниками фрахтователя. Кроме того, если
допустить, что судовладелец и тайм-чартерный фрахтователь совладеют судном, пришлось бы признать, что они солидарно отвечают по требованиям, возникающим ex delicto.
Между тем из п. 3 ст. 203 КТМ РФ вытекает, что ответственность по таким обязательствам
несет только судовладелец.
В свете изложенного несколько непонятно выглядит положение ст. 632 ГК РФ, устанавливающее, что арендатору переходит право владения транспортным средством. Очевидно, что в ГК РФ институт аренды транспортного средства с экипажем появился под
влиянием, прежде всего, практики торгового мореплавания. Если такое транспортное
средство, как автомобиль, еще может находиться во владении арендатора (допустим,
ночью он стоит в его гараже), то в отношении морского судна это не представляется возможным. Признание арендатора владельцем транспортного средства закладывает внутреннее противоречие в сам Гражданский кодекс: согласно ст. 1079 ответственность за
вред, причиненный источником повышенной опасности, несет его владелец, однако
ст. 640 устанавливает, что ответственность за вред, причиненный арендованным транспортным средством, несет арендодатель. Таким образом, получается, что по деликтным
обязательствам отвечает лицо, не владеющее источником повышенной опасности.
Единственным решением данного противоречия, по моему мнению, служит признание
того факта, что по договору аренды транспортного средства с экипажем владеть транспортным средством продолжает арендодатель.
Говоря о различиях в регулировании исследуемых отношений Гражданским кодексом РФ и Кодексом торгового мореплавания РФ, необходимо отметить, что в литературе подвергся критике целый
ряд статей ГК РФ о договоре фрахтования на время транспортного средства. В. Б. Козлов и
П. А. Фалилеев полагают, что ст. 640 ГК РФ, устанавливающая, что ответственность за вред, причи11
См.: Гражданское право: Учебник. Т. I / Под ред. Е. А. Суханова. — М., 2000, с. 485.
109
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
ненный третьим лицам транспортным средством, несет судовладелец согласно главе 59 ГК РФ, существенно ущемляет интересы последнего. По мнению авторов, вред может выразиться в несохранности
(утрате или повреждении) груза, возникшей, к примеру, из-за неисправности судовой холодильной
установки или из-за того, что грузовая стрела упала и повредила груз на палубе 12 .
Рассуждая подобным образом, авторы почему-то забывают, что груз оказался на судне не просто
так, а на основании договора морской перевозки груза, заключенного между отправителем и перевозчиком. Наличие договора предполагает, что перевозчик несет ответственность за несохранность
(утрату или повреждение) груза в соответствии с условиями договора и нормами законодательства.
Таким образом, ответственность в данном случае будет носить не деликтный, а договорный характер,
следовательно, отвечать по такого рода обязательствам будет перевозчик. Как уже отмечалось ранее,
тайм-чартерному фрахтователю предоставлено право заключать от своего имени договоры перевозки.
Это означает, что перевозчиком выступает фрахтователь и именно он несет ответственность перед
грузовладельцем, сохраняя, разумеется, при этом право на регрессное требование к судовладельцу.
Данный вывод подтверждается ст. 205 Кодекса торгового мореплавания.
В. Б. Козлов и П. А. Фалилеев также критикуют положения абз. 2 п. 2 ст. 635 ГК РФ, согласно которым "члены экипажа… подчиняются распоряжениям… арендатора, касающимся
коммерческой эксплуатации транспортного средства". Авторы считают, что указанные
правила должны были носить не императивный, а диспозитивный характер, то есть предоставить сторонам право определить, в каких случаях капитан может отступить от указаний фрахтователя. Существующая редакция ст. 635 ГК РФ, по мнению авторов, в ряде
случаев может поставить судовладельцев в чрезвычайно невыгодное положение: например, при перевозке груза по коносаменту в скандинавские страны судовладелец, выдавший груз без предъявления коносамента (по распоряжению фрахтователя. ― В. Л.), (1) не
имеет права воспользоваться нормами о возмещении действительной стоимости груза,
равно как и (2) ограничением ответственности за килограмм, место или единицу груза. Он
также не имеет права на глобальное ограничение своей ответственности и не будет иметь
возможности истребовать страховое возмещение от P & I 13 .
На мой взгляд, при постановке указанного вопроса авторы исходят из того, что судовладелец по тайм-чартеру становится перевозчиком. Действительно, в ряде стран, включая скандинавские, договор фрахтования судна на время рассматривается как однотипный
с договором перевозки. Однако российская правовая система исходит из того, что таймчартер ― это особая разновидность договора аренды. В этом случае упомянутые неблагоприятные последствия могут касаться лишь фрахтователя. Интерес судовладельца в деятельности судна ограничен фрахтом, который должен выплачиваться фрахтователем независимо от коммерческой эксплуатации судна (исключением является то время, когда судно
становится непригодным к эксплуатации не по вине фрахтователя).
Тем не менее с практической точки зрения следует учитывать международный характер торгового судоходства и различия в правовых системах. Именно поэтому все положения нового КТМ РФ, посвященные тайм-чартеру, носят диспозитивный характер.
Тайм-чартер в праве Великобритании и США
Морское право Англии, как и вся английская правовая система в целом, ― продукт
своеобразного исторического развития страны 14 . Большинство норм морского права содержится в решениях судов общего права ― прецедентах, причем возраст некоторых из
них исчисляется столетиями. Статутные источники морского права Англии довольно немногочисленны ― в их числе можно назвать Закон о морской перевозке грузов 1924 года,
Закон о торговом судоходстве 1894 года с последующими изменениями. Под таймчартером в английском праве обычно понимается договор, заключаемый на определенное
время, по которому фрахтователь вправе использовать судно для перевозки своих или
чужих грузов, а капитан, назначенный судовладельцем, должен выдавать коносаменты на
такие принятые им к перевозке грузы 15 .
Общее право и доктрина традиционно рассматривали тайм-чартер как разновидность
договора перевозки. В деле "Си энд Лэнд Секьюритиз против Дикинсон" [1942] суд указал:
"Сущность тайм-чартера в его современной форме заключается в соглашении между судовладельцем и фрахтователем о том, что в течение обусловленного периода судовладе12
См.: Козлов В. Б., Фалилеев П. А. Указ. соч. // Государство и право, 1997, № 11, с. 92.
См.: Козлов В. Б., Фалилеев П. А. Указ. соч., с. 93.
См.: Егоров К. Ф. Ответственность морского перевозчика за груз по английскому праву. ― М., 1961, с. 4.
15
См.: Рюмина Л. А. Договор морской перевозки по английскому праву. ― М., 1961, с. 6.
13
14
110
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
лец будет оказывать услуги при посредстве его служащих и команды для того, чтобы перевезти груз, который погрузит на борт судна фрахтователь… В этом нет найма или аренды указанного судна 16 .
Таким образом, рейсовый чартер и тайм-чартер понимаются как однотипные договоры.
Бербоут- и димайз-чартер, напротив, имеют правовую природу аренды. Они разнятся незначительно: если в первом случае судовладелец не принимает вообще никакого участия
в комплектовании экипажа судна, то во втором ― экипаж, ранее подчинявшийся судовладельцу, переходит во всех отношениях на службу к фрахтователю.
Вопрос об отнесении договора фрахтования к модели перевозки или аренды разрешается исходя из его содержания, кроме того, в ряде ситуаций учитываются цели, преследуемые сторонами.
Основным критерием при этом выступает владение и контроль над судном: если владение судном осуществляет фрахтователь посредством подчиненного ему экипажа ― налицо договор аренды, если же данные правомочия остаются за судовладельцем, а капитан
и судовая команда являются его служащими, — договор перевозки 17 .
Более поздние прецеденты, тем не менее, дают основания сделать вывод о том, что
английские суды не всегда однозначно рассматривают правовую природу тайм-чартера.
В деле The Span Terza [1982] было отмечено, что не существует достаточных оснований для того, чтобы провести различие между тайм-чартером и рейсовым чартером...
Было бы не совсем верным признать, что все тайм-чартерные фрахтователи пользуются
таким большим контролем над судном по сравнению с рейсовыми фрахтователями, который позволил выделить тайм-чартер из рейсовых чартеров в отдельную категорию 18 .
В другом деле MSC Mediterranean shipping company SA v. Owners of ship "Tychi" [1999]
суд поддержал данные выводы, указав, что было бы тщетно пытаться провести различие
между тайм-чартером и рейсовым чартером.
Однако дело Whistler International Limited v. Kawasaki Kisen Kaisha Limited [2000], рас-
смотренное палатой лордов, свидетельствует о наличии иного подхода к пониманию сути
тайм-чартера. В этом деле суд отметил следующее: "в соответствии с рейсовым чартером
судовладелец (собственник судна. ― В. Л.) или владелец-распорядитель (disponent owner)
использует судно в своих собственных интересах. Он решает и контролирует, как он будет
эксплуатировать вместимость судна, в какой торговле будет участвовать, какие грузы
будет перевозить. Он несет все коммерческие риски и расходы и получает все доходы,
заработанные судном. Тайм-чартер представляет собой другой договор. Судовладелец попрежнему несет расходы по содержанию судна и экипажа. Он также несет риски морских
происшествий и должен страховать свой интерес в судне соответственно. Но в обмен на
получаемую плату (hire. ― В. Л.) он передает свое право использовать коммерческую
вместимость судна тайм-чартерному фрахтователю…". В результате суд пришел к выводу,
что "тайм-чартер являет собой не договор перевозки, а договор оказания услуг укомплектованного экипажем судна".
Вопрос о правовой природе тайм-чартера в английской практике имеет важное значение: в зависимости от его решения строится система ответственности за груз.
Если на зафрахтованном в тайм-чартер судне осуществляется перевозка груза, принадлежащего фрахтователю, то причиненный грузу ущерб возмещается судовладельцем
на основании и в пределах, предусмотренных заключенным между сторонами договором,
то есть тайм-чартером. Необходимо отметить, что рамки ответственности судовладельца
по тайм-чартеру, как правило (см., например, п. 13 проформы "Балтайм"), гораздо ýже по
сравнению с рейсовым чартером.
В случае, когда фрахтователь сам заключает договоры перевозки с третьими лицами,
перевозчиком, тем не менее, признается судовладелец 19 , фрахтователь же считается лишь
его агентом. Схема ответственности в данном случае строится следующим образом:
16
Приводится по: Калпин А. Г. Чартер (природа, структура отношений, сопоставление со смежными морскими
договорами). ― М., 1978, с. 139.
17
Baumvoll v. Gilchrest (1893) / Рюмина Л. А. Договор морской перевозки по английскому праву, с. 4.
18
Представленные здесь и далее материалы английской судебной практики получены с сервера www.bailii.org.
(Перевод мой. ― В. Л.).
19
Обычно с этой целью в договоры перевозки включают так называемую оговорку "об идентификации перевозчика".
111
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
1) судовладелец несет прямую ответственность перед грузовладельцем на основании
коносамента;
2) фрахтователь отвечает перед судовладельцем в регрессном порядке на основании
тайм-чартера 20 .
Как отмечает А. Г. Калпин, конструкция ответственности судовладельца перед третьими лицами ―
держателями коносаментов с правовой точки зрения не может быть признана безупречной и логичной. Подписание и выдача коносамента относятся к коммерческой эксплуатации судна, в этой части
капитан действует от имени фрахтователя. Кроме того, если считать тайм-чартер договором перевозки, то окажется, что собственник судна одновременно несет обязанности по двум разным договорам и
перед двумя контрагентами: фрахтователем и держателем коносамента 21 .
Фрахтователь судна по бербоут- или димайз-чартеру (то есть фактически арендатор
судна) с точки зрения практических целей рассматривается как судовладелец и самостоятельно отвечает по заключенным договорам перевозки. В общем праве США чартеры разделены на две основных категории: димайз-чартеры и не-димайз-чартеры (дело Randy P.
Forrester v. Ocean Marine Indem. Co., Arco Oil & Gas Co. [1993]) 22 . Глагол "to demise" в английском языке означает "сдавать в аренду". Следовательно, первую группу составляют
чартеры, являющиеся договорами аренды, вторую ― чартеры, имеющие правовую природу оказания услуг. Тайм-чартер понимается как договор фрахтования, по которому судно
используется в течение определенного промежутка времени для перевозки грузов. Перевозчик предоставляет фрахтователю вместимость судна, с тем чтобы тот использовал ее в
своих целях. Фрахтователь несет расходы, связанные с каждым рейсом, и уплачивает
перевозчику плату (hire), рассчитанную исходя из времени, в течение которого судно зафрахтовано 23 . Договор фрахтования представляет собой договор с судовладельцем о найме
(hire) судна или его части с целью перевозки грузов; обычно он заключается в форме
чартер-партии либо коносамента 24 .
Как и в праве Англии, в США тайм-чартер и рейсовый чартер рассматриваются в качестве однотипных договоров, имеющих правовую природу перевозки. Разница заключается
лишь в том, что если рейсовый чартер является просто договором перевозки определенных грузов в течение одного или нескольких рейсов, то тайм-чартер представляет собой
договор, посредством которого фрахтователь использует судно в течение определенного
периода времени 25 .
В деле S. J. Walker v. Armogene Braus, Terra Resources [1993] было отмечено: "поскольку основной целью тайм-чартера и рейсового чартера является перевозка груза, принадлежащего фрахтователю… суды часто рассматривали рейсовый чартер и тайм-чартер в
качестве договора фрахтования (contract of affreighment)".
Различие между димайз- и тайм-чартером зависит от "степени контроля, сохраняемого судовладельцем". По димайз-чартеру судовладелец передает полное владение и контроль над судном фрахтователю, который, в свою очередь, набирает экипаж и обеспечивает содержание судна (отсюда
термин "bareboat" ― "пустое судно"). Следовательно, бербоут-чартерный фрахтователь является
судовладельцем на период действия договора. Не-димайз-чартер, напротив, не предоставляет такой
степени контроля фрахтователю. Тайм-чартер всего лишь наделяет фрахтователя правом использовать судно в течение определенного времени. Судовладелец сохраняет за собой владение и контроль
над судном (Randy P. Forrester v. Ocean Marine Indem. Co., Arco Oil & Gas Co. [1993]). Таким образом,
именно владение является конституирующим признаком при отнесении чартера к правовой модели
аренды. Если же фрахтователь не владеет судном и не контролирует его полностью, договор рассматривается в качестве разновидности перевозки.
Схема договорных отношений по перевозке может быть довольно сложна. Судовладелец может получить статус перевозчика (1) непосредственно, путем подписания договора
перевозки; (2) косвенно, когда он связан коносаментами, выдаваемыми фрахтователем и
подписываемыми "за капитана".
20
См.: Калпин А. Г. Указ. соч., с. 140.
См.: Калпин А. Г. Указ. соч., с. 142.
Представленные здесь и далее материалы судебной практики США получены с сервера www.uscourts.gov
(Перевод мой. ― В. Л.).
23
Thomas J. Schoenbaum, 2 Admiralty and Maritime Law § 11-5 (2nd ed.1994)
24
Black's Law Dictionary 60 (6th ed.1990)
25
См.: Иванов Г. Г., Маковский А. Л. Международное частное морское право. ― Л., 1984, с. 253.
21
22
112
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
Фрахтователь и судовладелец могут быть совместно признаны перевозчиком в тех случаях, когда судовладелец не передал полностью владение, контроль и навигационное
управление судном фрахтователю 26 .
Последнее как раз относится преимущественно к тайм-чартеру. Исходя из такой концепции множественности лиц на стороне перевозчика, разрешаются вопросы ответственности перед грузовладельцем. В зависимости от конкретных условий ответственность может быть возложена либо на судовладельца, либо на фрахтователя, или же на каждого из
них. При решении этого вопроса суды исходят из того, на ком лежали обязанности, ненадлежащее исполнение которых повлекло за собой ущерб. Так, если ущерб грузу причинен
нарушением обязанности по приведению судна в мореходное состояние, ответственность
падает на судовладельца. Наоборот, в случае, когда погрузка, укладка, разравнивание
груза, его выгрузка осуществляются фрахтователем, ненадлежащее исполнение этих обязанностей, причинившее ущерб грузу, делает ответственным за него фрахтователя 27 .
Заключение
1. Советское морское право при его становлении, по-видимому, под влиянием английских правовых институтов, неоднозначно определяло правовую природу тайм-чартера и
давало некоторые основания для признания исследуемого договора разновидностью перевозки. Впоследствии законодательство и доктрина отошли от концепции договора перевозки: КТМ 1968 года поместил тайм-чартер в рамки правовой модели аренды. И все же
существенная специфика договора фрахтования судна на время, а также отсутствие в ГК
1964 года специальных положений о данном договоре послужили основанием для теории
о том, что тайм-чартер является самостоятельным видом договора.
2. Современное российское морское и гражданское право определили место таймчартера в системе договоров фрахтования. Употребление термина "система договоров
фрахтования" условно, поскольку родового понятия "договор фрахтования" в российской
правовой системе не существует 28 . Договор фрахтования (чартер), договор фрахтования
судна на время (тайм-чартер) и договор фрахтования судна без экипажа (бербоут-чартер),
несмотря на некоторую схожесть, вызванную, в частности, использованием одних и тех же
терминов, существенно разнятся: если первый из них обладает родовой принадлежностью
договора перевозки, то два последних являются разновидностями договора аренды.
Рассматривать на настоящий момент тайм-чартер как полностью самостоятельный институт, по моему мнению, также не представляется возможным ― появление в ГК РФ правил об аренде транспортных средств позволяет сделать однозначный вывод об исследуемом договоре как разновидности имущественного найма.
3. В англо-американской правовой традиции также отсутствует договор фрахтования
как родовое понятие, однако разграничение проведено иначе: чартер и тайм-чартер признаются договором перевозки и лишь бербоут- или димайз-чартер — договором аренды.
Таких же позиций придерживается еще целый ряд правовых систем, включая уже упомянутые скандинавские страны 29 . Обеспечение устойчивости и предсказуемости функционирования международного торгового мореплавания требует сбалансированности интересов
участвующих в нем субъектов. В условиях различного понимания правопорядками природы рассматриваемых отношений выход может быть найден в предоставлении сторонам
более широкой свободы в формировании договорных условий. В связи с этим следует
признать удачным положение КТМ 1999 года, согласно которому содержащиеся в морском
законе правила о тайм-чартере носят диспозитивный характер. Подобная практика позво26
Carriage of Goods by Sea Act (22), (25) // www.cargolaw.com
См.: Калпин А. Г. Указ. соч., с. 143.
Данный вывод уже неоднократно подчеркивался многими ведущими специалистами в области морского права. ― См.: Калпин А. Г. Указ. соч., с. 6; Иванов Г. Г., Маковский А. Л. Указ. соч., с. 252.
29
Рамки данной работы не позволяют провести широкое сравнительно-правовое исследование.
27
28
113
ДОГОВОРЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
лит российским судовладельцам и фрахтователям более эффективно защищать свои интересы в странах, где законодательство и правоприменительная практика исходят из иной,
по сравнению с Россией, оценки правовой природы тайм-чартера.
В. ЛИПАВСКИЙ
114
ПРЕДПРИЯТИЯ И НАЛОГИ
Некоторые особенности налогообложения доходов
физических лиц при конвертации акций
Пробелы в российском налоговом законодательстве не знают границ, как, впрочем, и
количество комментариев по тем или иным вопросам налогообложения. Одним из таких
пробелов является налогообложение доходов физических лиц при конвертации акций.
Кроме самих налогоплательщиков в установлении ясности по этому вопросу заинтересованы прежде всего налоговые агенты — брокерские компании, на которых в настоящее
время возложены основные обязанности по исчислению, удержанию и перечислению в
бюджет налогов на доходы клиентов — физических лиц по операциям купли-продажи
ценных бумаг.
Настоящая работа не ставит целью ликвидацию существующих пробелов в налоговом законодательстве. В ней лишь делается попытка найти некоторые правовые основы
уменьшения налогооблагаемой базы при конвертации ценных бумаг и обратить внимание законодателя на необходимость более точного отражения и закрепления в актах законодательства о налогах и сборах порядка исчисления налога на доходы физических
лиц при конвертации акций. Очевидные на первый взгляд положения противоречиво
применяются в налоговых правоотношениях. Поэтому необходимо установить, какими
дополнительными аргументами может воспользоваться налогоплательщик в отношениях
с налоговыми органами при исчислении налога на доходы физических лиц при конвертации.
В настоящее время в российском законодательстве отсутствует понятие конвертации,
но в то же время и законодатель и Федеральная комиссия по рынку ценных бумаг (далее
— ФКЦБ) применяют этот термин в различных норма-тивных актах. Это, прежде всего,
Федеральный закон от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ "Об акционерных обществах"
(далее — ФЗ об АО), а также постановление ФКЦБ от 30 апреля 2002 года № 16/пс "Об
эмиссии акций и облигаций, конвертируемых в акции", утвердившее Стандарты эмиссии
дополнительных акций, акций, размещаемых путем конвертации, облигаций, конвертируемых в дополнительные акции, и их проспектов эмиссии (далее — Стандарты). ФКЦБ
только однажды расшифровала термин "ковертация", указав в пп. 6.6 и 6.7 Стандартов
эмиссии акций и облигаций и их проспектов эмиссии при реорганизации коммерческих
организаций, утвержденных постановлением от 12 февраля 1997 года № 8 (в ред. от 11
ноября 1998 года № 48), что конвертация равнозначна обмену.
По своему гражданско-правовому смыслу конвертация действительно является обменом. Акционер теряет право собственности на акции, подлежащие конвертации, и одновременно приобретает такие же права на акции, в которые осуществляется конвертация.
Все установленные Гражданским кодексом РФ существенные условия договора мены
соблюдены. Согласно п. 1.2 Стандартов конвертация — один из видов размещения ценных бумаг. В то же время согласно ст. 2 ФЗ от
22 апреля 1996 года № 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" размещение ценных бумаг представляет собой отчуждение эмиссион-
ПРЕДПРИЯТИЯ И НАЛОГИ
ных ценных бумаг эмитентом первым владельцам путем заключения гражданскоправовых сделок. Следовательно, конвертация является гражданско-правовой сделкой по
обмену одних ценных бумаг на другие, заключаемой между эмитентом и акционером, и к
ней применяются положения ГК РФ о порядке заключения, исполнения и расторжения
договоров, а также согласно п. 2 ст. 567 Кодекса правила о купле-продаже.
При определении конвертации как гражданско-правовой сделки и буквальном толковании положений Налогового кодекса РФ возникают два вида доходов, подлежащих
налогообложению в результате ее совершения:
y доходы от реализации имущества, находящегося в Российской Федерации и принадлежащего физическому лицу:
а) доходы от реализации конвертированных акций;
б) доходы от реализации акций, в которые была осуществлена конвертация;
y доходы, полученные в результате конвертации.
Доходы от реализации конвертированных акций
Согласно п. 1 ст. 39 НК РФ обмен товарами является реализацией. Доходы от реализации имущества, принадлежащего физическому лицу, согласно подп. 5 п. 1 ст. 208 НК
РФ относятся к доходам, подлежащим налогообложению в порядке главы 23 Кодекса.
Доходом от реализации конвертированных акций выступают акции, полученные налогоплательщиком после конвертации. А исходя из того, что конвертация представляет собой
гражданско-правовую сделку по обмену товарами, предполагающую встречное исполнение обязательств и, следовательно, носящую возмездный характер, у акционера возникают расходы по приобретению акций, в которые была осуществлена конвертация, в
виде конвертированных акций. Как уже было указано, согласно п. 2 ст. 567 ГК РФ к договору мены применяются правила о купле-продаже. Следовательно, доходы и расходы
по конвертации должны определяться в соответствии со ст. 2141 НК РФ как доходы и
расходы по операциям купли-продажи ценных бумаг.
Согласно п. 3 ст. 2141 НК РФ доход по сделке купли-продажи ценных бумаг определяется как разница между суммами, полученными от реализации ценных бумаг, и расходами на приобретение, реализацию и хранение ценных бумаг, фактически произведенными налогоплательщиком и документально подтвержденными. К указанным расходам
относятся, в частности, суммы, уплачиваемые продавцу в соответствии с договором.
Очевидно, что при мене продавцу денежные средства не выплачиваются, а передается
товар.
В силу п. 1 ст. 568 ГК РФ если из договора мены не вытекает иное, товары, подлежащие обмену, предполагаются равноценными, а расходы на их передачу и принятие осуществляются в каждом случае той стороной, которая несет соответствующие обязанности. Следовательно, расходами акционера по приобретению акций, в которые была осуществлена конвертация, выступают переданные им эмитенту конвертированные акции, а
сама конвертация для акционера в части реализации конвертированных акций может в
целях налогообложения не только не принести каких-либо доходов, но даже повлечь
убыток. Хотя в большинстве случаев конвертация не сопровождается для акционеров
какими-либо затратами по операциям в реестре.
Таким образом, несмотря на то, что акционер при конвертации получает доходы от
реализации конвертированных акций, в силу мены расходы, связанные с такой реализацией, как минимум равны или превышают указанные доходы, а налогооблагаемая база от
реализации конвертированных акций равна нулю. Тем не менее сложные теоретические
расклады не всегда понятны налоговому инспектору, в связи с чем законодателю целесообразно установить, что обмен в процессе конвертации одних акций на другие не является реализацией в целях налогообложения и в смысле ст. 39 НК РФ.
Доходы от реализации акций,
в которые была осуществлена конвертация
116
ПРЕДПРИЯТИЯ И НАЛОГИ
С одной стороны, вопросов по налогообложению доходов от реализации акций, в которые была осуществлена конвертация, возникать не должно. Действительно, акционер
реализовал полученные им после конвертации ценные бумаги, а вырученные от продажи
денежные средства являются его доходом и подлежат налогообложению по ставке 13
процентов. В настоящее время указанные доходы могут быть уменьшены только по операциям акционеров — юридических лиц. Согласно п. 7 ст. 280 НК РФ налогоплательщик-акционер, реализующий акции, полученные им при увеличении уставного капитала
акционерного общества, определяет доход как разницу между ценой реализации и первоначально оплаченной стоимостью акции, скорректированной с учетом изменения количества акций в результате увеличения уставного капитала. Таким образом, законодатель поставил в неравное положение акционеров — физических лиц по отношению к
акционерам — юридическим лицам в части определения налогооблагаемой базы при
реализации акций, в которые была осуществлена конвертация. Но с другой стороны,
акционер при конвертации лишился конвертированных акций, а это служит обязательным условием приобретения им акций, в которые осуществлялась конвертация, то есть
присутствует прямая причинно-следственная связь между реализацией налогоплательщиком акций, в которые была осуществлена конвертация, и списанием с его счета депо
конвертированных акций. Более того, для того, чтобы налогоплательщик смог реализовать акции, в которые была осуществлена конвертация, он должен понести расходы по
приобретению конвертированных акций. Следовательно, при наличии у налогоплательщика документально подтвержденных расходов по приобретению конвертированных
акций такие расходы должны быть учтены при определении налогооблагаемой базы от
реализации акций, в которые была осуществлена конвертация.
В то же время применение налогоплательщиком имущественного налогового вычета
в сумме, полученной им от продажи акций, в которые была осуществлена конвертация,
при отсутствии указанных расходов необоснованно, так как согласно действующему
законодательству о ценных бумагах при любом виде конвертации (за исключением консолидации и дробления) акционер получает другое имущество, другие акции, с иными
правами, номиналом и т. д., то есть при конвертации не соблюдается установленный
ст. 214 1 НК РФ обязательный формальный признак применения указанного вычета —
непрерывное владение ценными бумагами три года и более.
Особый случай представляет реализация акций, полученных в результате консолидации или дробления.
Согласно ст. 74 ФЗ об АО, а также п. 10.16 Стандартов в каждую акцию, размещаемую путем конвертации, в соответствии с решением о консолидации акций конвертируются две или более акций той же категории (типа), общая номинальная стоимость которых равна ее номинальной стоимости, одновременно с аннулированием последних. А в
случае дробления в каждые две и более акции, размещаемые путем конвертации, конвертируется в соответствии с решением о дроблении акций одна акция той же категории
(типа), номинальная стоимость которой равна их общей номинальной стоимости, одновременно с аннулированием последней. Таким образом, имущественное положение акционера в результате консолидации или дробления не изменяется.
Следовательно, налогоплательщик вправе при определении налогооблагаемой базы
от реализации акций, полученных после консолидации или дробления, воспользоваться
имущественным налоговым вычетом, предусмотренным подп. 1 п. 1 ст. 220 НК РФ, в
части всей суммы, полученной от реализации акции, поскольку в данном случае присутствует указанный формальный признак его применения.
Доходы, полученные в результате конвертации
Необходимо различать доходы, полученные акционером при конвертации, и доходы,
полученные акционером в результате конвертации. Первым видом доходов согласно п. 1
ст. 39 НК РФ и учитывая гражданско-правовой смысл конвертации, являются акции, в
которые была осуществлена конвертация. Особенности налогообложения таких доходов
117
ПРЕДПРИЯТИЯ И НАЛОГИ
были указаны ранее. Вторым видом доходов выступают имущественные права, полученные акционером дополнительно по итогам конвертации.
Согласно ст. 142 ГК РФ ценной бумагой является документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права,
осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении. Статьей
143 ГК РФ акции отнесены к ценным бумагам. Согласно ст. 2 ФЗ "О рынке ценных бумаг" акция закрепляет права ее владельца (акционера) на получение части прибыли акционерного общества в виде дивидендов, на участие в управлении акционерным обществом и на часть имущества, остающегося после его ликвидации. Среди указанных имущественными являются право акционера на получение части прибыли акционерного общества и на часть имущества, остающегося после его ликвидации. Следовательно, необходимо определить, в какой степени изменяются указанные имущественные права акционера при конвертации и как определить при этом налогооблагаемую базу.
Изменение имущественных прав зависит от того или иного вида конвертации. В настоящее время законодательством предусмотрены два основных вида конвертации и
шесть разновидностей одного из них.
Основными видами конвертации являются:
j конвертация в акции ценных бумаг, конвертируемых в акции;
j конвертация в облигации ценных бумаг, конвертируемых в облигации.
Пункт 5.1 Стандартов устанавливает следующие разновидности первого основного
вида конвертации:
а) конвертация в акции привилегированных акций или облигаций, конвертируемых в
акции;
б) конвертация в акции с большей номинальной стоимостью акций, решение об увеличении номинальной стоимости которых принято акционерным обществом;
в) конвертация в акции с меньшей номинальной стоимостью акций, решение об
уменьшении номинальной стоимости которых принято акционерным обществом;
г) конвертация в привилегированные акции с иными правами привилегированных акций того же типа, решение об изменении прав по которым принято акционерным обществом;
д) конвертация в акции акций, решение о консолидации которых принято акционерным обществом;
е) конвертация в акции акций, решение о дроблении которых принято акционерным
обществом.
Согласно п. 3 ст. 31 ФЗ об АО конвертация обыкновенных акций в привилегированные акции, облигации и иные ценные бумаги не допускается.
Согласно абз. 2 п. 3 ст. 32 этого Закона конвертация привилегированных акций в облигации и иные ценные бумаги, за исключением акций, не допускается. Следовательно,
законодательством об акционерных обществах в настоящее время
в отношении
акций предусмотрена возможность конвертации только в другие
акции.
Правила конвертации облигаций установлены ФЗ об АО, постановлением ФКЦБ от
19 октября 2001 года № 27 "Об утверждении Стандартов эмиссии облигаций и их проспектов эмиссии", а также постановлением ФКЦБ от 12 февраля 1997 года № 8 "Об утверждении Стандартов эмиссии акций и облигаций и их проспектов эмиссии при реорганизации коммерческих организаций". Указанными нормативными актами предусмотрены такие разновидности второго основного вида конвертации как конвертация облигаций одного выпуска в облигации иного выпуска, а также согласно абз. 2 п. 2 ст. 33 ФЗ об
АО конвертация облигаций в акции. На этом регулирование последней разновидности
конвертации облигаций заканчивается.
Поскольку Законом предусмотрена конвертация облигаций в акции, Федеральной
комиссии следует подзаконным нормативным правовым актом установить для эмитентов
правила такой конвертации, учитывая тот факт, что в названных постановлениях об
118
ПРЕДПРИЯТИЯ И НАЛОГИ
эмиссии облигаций Федеральная комиссия установила, что эмиссия облигаций, конвертируемых в акции, регулируется иными стандартами ФКЦБ.
Итак, определившись с видами конвертации, можно попытаться установить правовые
основы как самого факта наличия доходов, полученных в результате конвертации, так и
налогообложения таких доходов.
Как уже было указано, доходами, полученными в результате конвертации, являются
совершенно определенные имущественные права. При этом у акционера не может возникнуть новых имущественных прав, так как в противном случае это противоречило бы
определению и смыслу, придаваемым понятию акции Гражданским кодексом РФ и Федеральным законом "О рынке ценных бумаг". Исключение составляет лишь конвертация
в обыкновенные акции привилегированных акций и конвертация в привилегированные
акции с иными правами привилегированных акций того же типа, решение об изменении
прав по которым принято акционерным обществом.
Следовательно, в виде дохода, полученного в результате конвертации, может выступать:
а) увеличившийся объем тех или иных имущественных прав акционера;
б) новое имущественное право акционера, закрепленное ценной бумагой, — возможность ее конвертации в другую ценную бумагу.
Очевидно, что среди определенных разновидностей первого основного вида конвертации объем имущественных прав изменяется только в двух случаях:
 конвертация в акции с большей номинальной стоимостью акций, решение об увеличении номинальной стоимости которых принято акционерным обществом;
 конвертация в акции с меньшей номинальной стоимостью акций, решение об
уменьшении номинальной стоимости которых принято акционерным обществом.
Анализ налогового законодательства, а также приведенное определение конвертации
как гражданско-правовой сделки показывают, что имущественные права, полученные
налогоплательщиком в результате конвертации в акции с большей номинальной стоимостью, с одной стороны, — де-юре его доход, а с другой — отсутствуют ясные нормы,
позволяющие исчислить и удержать налог с таких до-ходов.
Конечно, можно воспользоваться подп. 10 п. 1 ст. 208 НК РФ, где говорится об "иных
доходах", получаемых налогоплательщиком в результате осуществления им деятельности в РФ, взять цену размещения акций и применить 13-процентную ставку для исчисления налога, а также подп. 1 п. 2 ст. 211, согласно которому к доходам, полученным налогоплательщиком в натуральной форме, относится, в частности, оплата за него организациями имущественных прав. Однако в первом случае могут возникнуть вопросы с определением налогооблагаемой базы доходов акционера, а второй — имеет очень узкий
предмет регулирования и вообще не распространяется на конвертацию, поскольку последняя представляет собой гражданско-правовую сделку мены, товары в которой признаются равноценными и эмитент не оплачивает каких-либо имущественных прав за
акционера. Правила п. 1 ст. 568 ГК РФ о презумпции равноценности товаров, подлежащих обмену, могут служить универсальным аргументом для уменьшения налогооблагаемой базы по рассматриваемым в настоящей статье доходам.
Согласно п. 19 ст. 217 НК РФ разница между новой и первоначальной номинальной
стоимостью акций относится к доходам физического лица, не подлежащим налогообложению, только если увеличение номинальной стоимости акций произошло в результате
переоценки основных фондов. В то же время согласно подп. 15 п. 1 ст. 251 НК РФ указанные доходы акционеров — юридических лиц не подлежат налогообложению вне зависимости от источника увеличения уставного капитала акционерного общества.
Эти положения Налогового кодекса можно рассматривать как попытку законодательно урегулировать некоторые особенности налогообложения конвертации. Однако такая
разница в правовом регулировании ставит в неравное положение акционеров — физических и юридических лиц — при налогообложении одних и тех же доходов. Законодате-
119
ПРЕДПРИЯТИЯ И НАЛОГИ
лю, возможно, следовало бы установить единый порядок налогообложения указанных
доходов для всех акционеров.
Некоторые выводы
Значимость четкого и ясного установления всех элементов налогообложения при конвертации акций вызвана, прежде всего, необходимостью определения правовых норм
законодательства о налогах и сборах, подлежащих применению в случае конвертации
эмитентом выпущенных им ранее ценных бумаг.
Положение налогоплательщика по этому вопросу не должно определяться на уровне
разъяснений налоговых органов, носящих иногда противоречивый характер, а также в
ходе судебных разбирательств. Необходимо обратить внимание законодателя на им же
закрепленные положения п. 6 ст. 3 НК РФ, согласно которым акты законодательства о
налогах и сборах должны быть сформулированы таким образом, чтобы каждый точно
знал, какие налоги, когда и в каком порядке он должен платить. Очевидно, что налогообложение при конвертации не отвечает этим критериям.
В настоящее время в Государственной Думе создана и активно функционирует рабочая группа по подготовке законопроекта, регулирующего с учетом накопленного опыта и
вопросов налогообложение доходов физических лиц по операциям на рынке ценных
бумаг, в том числе при конвертации.
Надеюсь, что в результате все участники правоприменительной практики налоговых
правоотношений смогут в полной мере задействовать положения п. 6 ст. 3 Налогового
кодекса РФ.
И. ТРОШИН,
юрист ЗАО "Алор Инвест",
аспирант кафедры гражданского права
Современного Гуманитарного Университета
120
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
Договор мены:
вопросы теории и практики рассмотрения споров
В последние годы в российской экономике стало распространено такое явление как кризис платежеспособности, порождающий множество неблагоприятных последствий для
предприятий — отсутствие оборотных средств, невозможность в необходимом объеме
выплачивать заработную плату, налоги и т. д. Экономический кризис затронул многие
основные сферы хозяйственной деятельности: промышленность, сельское хозяйство,
транспорт, энергетику, предприятия нефтегазового комплекса. Выходом из сложившейся
ситуации и способом, содействующим скорейшему совершенствованию расчетов между
предприятиями, а также реализации продукции, в ряде случаев смог стать договор мены.
В условиях отставания нормативной базы от меняющихся условий современного рыночного хозяйства возрастают требования, предъявляемые к заключаемым между хозяйствующими субъектами договорам, и в частности к договору мены.
Договор мены по процедуре заключения, механизму исполнения, элементному составу представляет собой сложную юридическую конструкцию и требует от сторон отличного знания специальных положений гражданского законодательства. Своевременно и
четко оформленные документы — необходимое условие рациональной и прибыльной
предпринимательской деятельности.
При анализе договора мены как одного из институтов гражданского права необходимо исходить из того, что возникновение споров по договору мены основано прежде всего
на сложности переходного периода, изменении действующего законодательства. Вероятно, в будущем в связи с наработкой правоприменительной практики арбитражными судами, дальнейшим развитием рыночной экономики, а также стабилизацией условий для
предпринимательской деятельности острота этой проблемы снизится.
В современном гражданском обороте договор мены имеет ограниченное применение.
Правовое регулирование мены в значительной степени опирается на нормы о куплепродаже.
Основным нормативным актом, который регулирует отношения, возникающие в связи с обменом имущественными объектами, служит Гражданский кодекс РФ. Непосредственно договору мены посвящены всего пять статей (ст. 567-571), сосредоточенных в
главе 31 ГК РФ. Кроме того, п. 2 ст. 567 предусмотрено субсидиарное применение к
договору мены правил главы 30 Кодекса о купле-продаже, если это не противоречит
ст. 567-571 и существу мены.
Таким образом, современное российское гражданское законодательство не содержит
отдельного акта, регулирующего договор мены. И в этом нет ничего неординарного. Как
показывает анализ предшествующего российского законодательства, законодателем
обычно детально регулируется договор купли-продажи. Сходство правовой природы
этого договора и договора мены обусловливает возможность применения к последнему
соответствующих норм, касающихся купли-продажи. По сравнению с прежним россий-
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
ским законодательством правовое регулирование до-говора мены расширилось. ГК РФ
более точно регламентирует договор мены по сравнению с ГК РСФСР 1964 года.
В главе 31 ГК РФ сохранено традиционное определение договора мены. Вместе с тем
положения о договоре мены претерпели существенные изменения. Изменился предмет
сделки: согласно главе 21 ГК РСФСР 1964 года по договору мены между сторонами
производился обмен одного имущества на другое; в силу ст. 567 ГК РФ происходит обмен имуществом, принадлежащим сторонам на праве собственности. ГК РФ вводит ряд
правил о цене обмениваемых товаров, которые позволяют осуществлять обмен неравноценными товарами в рамках одного договора мены, а не прибегать к смешанному договору, содержащему элементы мены и купли-продажи, как делалось ранее по ГК 1964
года.
Очень близок к договору мены такой вид хозяйственных отношений как бартер. Основным источником правового регулирования бартерных отношений служит Указ Президента РФ от 18 августа 1996 года № 1209 "О государственном регулировании внешнеторговых бартерных сделок" 1 . Однако анализ различных нормативных актов показывает,
что единого понимания бартерных сделок не существует. Множество терминов используются то как равнозначные понятия, то как понятия, содержащиеся одно в другом. Например, в письме Госбанка СССР от 24 мая 1991 года № 352 "Основные положения о
регулировании валютных операций на территории СССР" 2 (с изм. и доп.) термины "бартер", "товарообмен" и "компенсационная сделка" рассматриваются как различные виды
сделок, приводящих к взаимной поставке товаров. В Указе Президента РФ от 14 июня
1992 года № 629 "О частичном изменении порядка обязательной продажи части валютной выручки и взимания экспортных пошлин" 3 (с изм. и доп.) товарообмен и бартерные
операции рассматриваются как синонимы.
Очевидно, что вопросы, касающиеся правового регулирования бартерных сделок в
отечественном законодательстве, по-прежнему остаются проблемными.
Юридическая характеристика договора мены
1. Под договором мены понимается гражданско-правовой договор, в соответствии с
которым каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороны один
товар в обмен на другой (см. п. 1 ст. 567 ГК РФ).
Участники договора мены обязуются передать друг другу в собственность определенные вещи (товары), при этом одна сторона, приобретая вещь в собственность вместо
уплаты покупной цены (в деньгах), передает другой стороне иную вещь. Следовательно,
каждая из сторон данного договора одновременно является продавцом в отношении передаваемого товара и покупателем в отношении получаемого (в качестве цены выступает
соответствующий товар). В связи с этим стороны должны руководствоваться нормами
ст. 30 ГК РФ о покупателе (когда получают товар) и в то же время нормами о продавце
(когда продают товар). При этом права и обязанности сторон тождественны: правам
одной стороны соответствуют обязанности другой.
При анализе норм купли-продажи, не противоречащих существу мены и законодательным положениям о ней, следует учитывать, что в основе разграничения куплипродажи и мены как типов договоров лежат различные, не исключающие друг друга
системные признаки. Купля-продажа основана на признаке конкретного объекта (возмездная передача товара в собственность), а мена — на признаке сочетания (взаимодействия) двух встречных объектов. Поэтому правовая база договора купли-продажи в основном не противоречит, а дополняет регулирование договора мены.
Содержащееся в ст. 567 ГК РФ указание о возможности применения к мене правил о
купле-продаже означает, что к мене применимы не только общие положения о куплепродаже, установленные в § 1 главы 30, но и остальные параграфы этой главы, регламен1
2
3
Собрание законодательства РФ, 1996, № 35, ст. 4141.
Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств СССР, 1991, №12.
Ведомости СНД РФ и ВС РФ, 1992, № 25, ст. 1425.
122
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
тирующие различные виды купли-продажи, за исключением тех норм, которые противоречат правилам главы 31 и существу мены.
Можно выделить следующие основные признаки договора мены.
Во-первых, договор мены относится к числу договоров, направленных на передачу
имущества.
Во-вторых, по договору мены обмениваемое имущество передается в собственность.
В-третьих, от других возмездных договоров договор мены отличается характером
встречного предоставления: стороны один товар обменивают на другой. По договору
мены в принципе исключаются как возврат имущества, аналогичного полученному, так и
оплата его стоимости.
В-четвертых, по договору мены право собственности на полученные в порядке обмена товары переходит к каждой из сторон одновременно после того, как обязательства по
передаче товаров исполнены обеими сторонами (ст. 570 ГК РФ). Например, КФХ "Ручеек" обратилась с иском о взыскании с СХА "Восход" 58 515 руб. в возмещение материального ущерба и 97 720 руб. пени.
Стороны заключили договор № 32 от 28 апреля 2000 года, в силу которого истец
обязался поставить ответчику гибридные семена подсолнечника в количестве 1000 кг, а
ответчик обязался произвести оплату передачей подсолнечника из урожая 2000 года в
зачетном весе из расчета 17 кг подсолнечника за 1 кг семян гибридного подсолнечника.
Истец передал ответчику 1000 кг семян гибридного подсолнечника, ответчик подсолнечник урожая 2000 года не передал.
Суд пришел к выводу, что стороны заключили договор мены (ст. 567 ГК РФ).
Согласно ст. 570 Кодекса право собственности на передаваемое имущество переходит к сторонам с момента исполнения встречного обязательства по передаче товара.
Поскольку ответчик не передал свой товар, право собственности на семена подсолнечника гибридного сохраняется за истцом. Истец вправе потребовать возмещения
стоимости утраченного товара в порядке ст. 15 ГК РФ.
Кроме того, в силу ст. 524 ГК РФ истец вправе потребовать возмещения разницы в
договорной цене и в цене переданного товара. Согласно справке областного комитета
по статистике от 13 апреля 2001 года стоимость подсолнечника в Воронежской области в марте 2001 года составила 3442 руб. 06 коп. за 1 т. Общая стоимость не полученного истцом товара — 58 515 руб. 02 коп.
Ответчик допустил просрочку исполнения обязательства по передаче товара, за
что в порядке ст. 330 ГК РФ и п. 3 договора обязан уплатить пеню в размере
1
процента от объемов договора за каждый день просрочки. Взысканию подлежит пеня в
размере 88 836 руб.44 коп.
Однако суд пришел к выводу о явной несоразмерности подлежащей уплате пени характеру и последствиям нарушения обязательства и в порядке ст. 333 ГК РФ уменьшил
подлежащую уплате пеню до 66 000 руб.
Согласно ст. 394 ГК РФ если за неисполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой. Взысканная неустойка
в полном объеме покрывает причиненные истцу убытки, поэтому во взыскании убытков
было отказано.
С точки зрения общей характеристики договора мены как всякого гражданскоправового обязательства договор мены является консенсуальным, возмездным, двусторонним (взаимным).
Он относится к консенсуальным договорам, поскольку считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения в надлежащей форме по всем существенным
условиям договора, а момент вступления договора в силу не связывается с фактической
передачей сторонами обмениваемых товаров.
Договор мены возмездный, ибо каждая из его сторон за исполнение своих обязанностей по передаче товара контрагенту должна получить от последнего встречное предоставление в виде другого обмениваемого товара.
123
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
Договор мены двусторонний, так как каждая из сторон этого договора несет обязанности в пользу другой стороны и считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.
2. Относительно субъектов договора договор мены носит универсальный характер и
может применяться для регулирования правоотношений с участием любых лиц, признаваемых субъектами гражданских прав: граждан, юридических лиц, а также публичноправовых образований (Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования).
В научной литературе вызывает споры вопрос об участии государства в договоре мены. Одни авторы не признают государство как возможную сторону в мене, другие склоняются к противоположной точке зрения 4 . Вторая позиция представляется более предпочтительной.
Согласно ГК РФ (п. 1 ст. 124) Российская Федерация, субъекты Российской Федерации — республики, края, области, автономная область, автономные округа, города федерального значения, а также городские, сельские поселения и другие муниципальные
образования выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством,
на равных началах с иными участниками этих отношений — гражданами и юридическими лицами. Исходя из этого, например, нередко осуществляется обмен зданиями, сооружениями, нежилыми помещениями между Российской Федерацией, субъектами Российской Федерации и муниципальными образованиями в целях размещения соответствующих органов власти и управления, а также государственных и муниципальных учреждений. Обмениваются субъекты предпринимательства и другими видами имущества.
Государственное унитарное предприятие "Петровский госсемхоз" обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с СХА "Михайловская" 756 011 руб. основной задолженности и 2 816 239 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.
Из материалов дела следует, что стороны заключили товарообменный договор от 5
апреля 1999 года, согласно которому истец обязался поставить ответчику семена сахарной свеклы сорта Р. одн. 47 первой репродукции в количестве 12,5 т, а ответчик
обязался поставить из урожая 1999 года кондиционное сырье семян сахарной свеклы
сорта Р. одн. 47 в количестве 48 т или кондиционное сырье семян сахарной свеклы гибрида РМС-70 репродукции элита в количестве 24 т.
Истец свои обязанности по договору исполнил надлежащим образом. Ответчик поставил истцу семена сахарной свеклы РМС-60 на 47 739 руб., в остальной части обязательство не выполнил.
Суд пришел к выводу, что стороны заключили договор мены, ибо на ответчике лежит обязанность по передаче товара, что соответствует содержанию ст. 567 ГК
РФ, согласно которой ответчик обязан передать в собственность истца свой товар.
Товар не передан.
В силу ст. 570 ГК РФ право собственности на передаваемое имущество переходит к
сторонам с момента исполнения встречного обязательства по передаче товара.
Под термином "основной долг" в судебной практике понимается неисполненное денежное обязательство. По договору мены на ответчике нет денежного обязательства, ибо нет обязательства по оплате полученного товара. Таким образом, иск в части
взыскания основного долга не подлежит удовлетворению.
Согласно ст. 524 ГК РФ истец вправе потребовать возмещения разницы в договорной цене и текущей цене товара, который им не был получен, поскольку порядок определения размера ущерба не противоречит существу мены. Согласно справке истца с подтверждением администрации Добринского района Липецкой области стоимость кон4
Гражданское право: Учебник. Ч. II / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. ― М., 1997, с. 113.
124
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
диционного сырья гибридов составляет 99 600 руб. за 1 т. Общая стоимость не полученного истцом товара — 2 371 974 руб. Убытки истца составляют 2 371 974 руб.,
которые складываются из 756 011 руб. стоимости переданного ответчику и утраченного товара и 1 615 963 руб. разницы в текущей цене неполученного товара и стоимости товара по договору.
Гражданский кодекс РФ (глава 31) не предъявляет никаких специальных требований
к субъектам договора мены. Однако нельзя не учитывать, что передача имущества другому лицу в обмен на иное имущество — это одна из форм распоряжения имуществом.
Поэтому каждая из сторон, участвующая в договоре мены, по общему правилу должна
быть собственником обмениваемого имущества либо обладать иным ограниченным вещным правом, включающим в себя правомочие по распоряжению соответствующим имуществом.
3. Определяя специальные правила, регламентирующие договор мены, законодатель
не предусмотрел каких-либо особых требований, предъявляемых к форме этого договора. Принимая во внимание законоположение, согласно которому к договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже (п. 2 ст. 567 ГК РФ), можно сделать
вывод, что договор мены должен заключаться в форме, тождественной той, в которой
надлежит заключать договор купли-продажи соответствующего товара.
4. Предмет договора мены — действия каждой из сторон по передаче в собственность (хозяйственное ведение, оперативное управление) другой стороны обмениваемого
товара.
Условия о предмете договора мены относятся к числу существенных условий этого
договора, как, впрочем, и всякого гражданско-правового договора, что следует из п. 1
ст. 432 ГК РФ.
Объектами договора мены служат любые вещи, не изъятые из оборота и оборот которых не ограничен. Это движимые вещи, в том числе ценные бумаги и валютные ценности, а также недвижимое имущество, например земельные участки, постройки, квартиры
и т. д.
В силу п. 2 ст. 567 ГК РФ к договору мены применяются соответственно правила о
купле-продаже, если это не противоречит нормам главы 31 и существу мены. Исходя из
сказанного, к объектам отношений мены можно отнести и некоторые имущественные
права — это, прежде всего, корпоративные имущественные права, в том числе выраженные "бездокументарными ценными бумагами", в частности в случаях обмена акций либо
долей участия в хозяйственных обществах, а также безналичные деньги (права требования), например при обмене их в качестве товара (а не всеобщего эквивалента) на иностранную валюту (другой товар).
Договор мены может быть заключен в отношении будущих товаров, то есть не только
тех товаров, которые в момент заключения договора имеются у сторон, но и тех, которые
будут созданы или приобретены ими в будущем.
Заместитель прокурора Воронежской области предъявил иск в интересах сельскохозяйственной артели "Первомайская" к государственному предприятию "Дроздовское" о
взыскании сумм в возмещение убытков.
В ходе рассмотрения дела сельскохозяйственная артель изменила предмет иска и
просила обязать ответчика поставить 40 т сахара-песка.
Из материалов дела следует: истец и ответчик заключили договор взаимной поставки, согласно которому истец обязался поставить 20 т семян кукурузы в срок до 5
апреля 2000 года, а ответчик — 40 т сахара в срок до 10 октября 2000 года. Истец
свои обязательства по договору исполнил в полном объеме.
Ответчик свои обязательства по договору не выполнил.
125
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
Суд пришел к выводу, что сторонами заключен договор мены, поскольку на них лежит обязанность по взаимной передаче товара, что соответствует требованиям
главы 31 ГК РФ.
По общему правилу решения арбитражного суда должны быть исполнимыми. Истец, заявляя требование о понуждении к исполнению обязанности в натуре, не доказал,
что у ответчика на момент принятия решения имеется в наличии указанное имущество.
Письмо ответчика о том, что он готов поставить впоследствии 40 т сахара, не
может служить подтверждением того, что указанное имущество имеется в наличии.
При таких обстоятельствах в удовлетворении иска было отказано.
Для признания договора мены заключенным от сторон требуется согласовать и предусмотреть непосредственно в тексте договора условие о количестве и наименовании
обмениваемых товаров. Все остальные условия, относящиеся к предмету договора мены,
могут быть определены согласно диспозитивным нормам о купле-продаже, содержащимся в ГК РФ.
Таганрогской общественной организацией Центр творческой реабилитации инвалидов "Иштар" предъявлен иск к ОАО "Филиппенково" о взыскании 82 897 руб.
82 коп.
долга, 38 496 руб. 38 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.
Между сторонами заключен договор мены от 10 июня 1999 года, по условиям которого истец обязался передать ответчику запасные части к сельхозмашинам ДОН-100,
СК-НИВА согласно заявке, а ответчик — произвести расчет сельхозпродукцией до 20
ноября 1999 года.
К договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже (глава 30
ГК РФ). Согласно п. 2 ст. 465 ГК РФ если договор купли-продажи не позволяет определить количество подлежащего передаче товара, договор не считается заключенным.
Договор от 10 июня 1999 года не позволяет определить количество подлежащего
обмену товара. Истец пояснил, что спецификации либо какого-нибудь иного приложения к договору не составлялось. На основании изложенного суд счел, что данный договор нельзя признать заключенным.
Фактически между сторонами возникли отношения по купле-продаже.
Таким образом, с ответчика в пользу истца суд взыскал 82 897 руб. 82 коп. основного долга и 38 496 руб. 38 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.
5. Содержание обязательства определяется предметом этого договора, а именно тем,
что каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороне один товар в
обмен на другой. Распределение прав и обязанностей между участниками договора мены
определяется согласно нормам о договоре купли-продажи (не противоречащим специальным правилам о договоре мены и существу мены, а потому применяемым к этому
договору) с учетом того, что каждая из сторон такого договора признается продавцом
товара, который она обязуется передать, и одновременно покупателем товара, который
она обязуется принять в обмен от контрагента (п. 2 ст. 567 ГК РФ).
В рамках исполнения основной обязанности по договору мены (передача обмениваемого товара в собственность контрагента) каждая из сторон должна обеспечить передачу
соответствующего товара в срок, установленный договором, а если такой срок договором не установлен — согласно правилам об исполнении бессрочного обязательства
(ст. 314 ГК РФ).
Момент исполнения обязанности передать товар по договору мены определяется по
одному из трех вариантов: 1) при наличии в договоре условия об обязанности соответствующей стороны по доставке товара — моментом вручения товара другой стороне; 2)
если в силу договора мены товар должен быть передан контрагенту в месте нахождения
товара — моментом предоставления товара в распоряжение последнего в соответствую126
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
щем месте; 3) во всех остальных случаях — моментом сдачи товара перевозчику или
организации связи.
По общему правилу датой исполнения обязательства по передаче товара признается
момент перехода риска случайной гибели или случайной порчи товара. Однако в отличие
от договора купли-продажи исполнение обязательства по передаче товара еще не влечет
перехода права собственности на товар к контрагенту. Для этого требуется, чтобы и другая сторона выполнила свою обязанность по передаче товара в обмен на полученный ею
товар.
Непринятие переданного товара может служить основанием для отказа от исполнения договора, что влечет расторжение договора мены. Независимо от выбранного способа защиты от незаконных действий стороны, уклоняющейся от принятия товара, ее
контрагент сохраняет право требовать возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей по принятию товара.
В арбитражном суде рассматривалось дело, в котором истец — сторона договора мены — принял продукцию, поставленную с просрочкой (по вине ответчика), что повлекло
для него убытки, вызванные повышением ж/д тарифа за время просрочки поставки (хотя
в данном случае истец мог воспользоваться своим законным правом отказа от приема
продукции, поставленной за пределами срока действия договора).
ООО "ОЖДХ-Плюс" заявлено требование о взыскании с ОАО "Павловскгранит"
246 544 руб. убытков, вызванных повышением ж/д тарифа в период просрочки поставки
щебня ответчиком.
Ответчик исковые требования оспорил, сославшись на то, что истец принял поставленную с просрочкой продукцию по договору, а по условиям договора оплата ж/д
тарифа возлагается на покупателя.
Из материалов дела следует, что 9 августа 1999 года сторонами заключен договор,
который стороны поименовали договором мены. В соответствии с указанным договором истец поставил ответчику трактор, который последний обязался оплатить
встречными поставками щебня в количестве, ассортименте и по адресам согласно
приложениям к договору. Конечный срок поставки по договору определялся ноябрем
1999 года, договор действовал до 31 декабря 1999 года. В договорный период поставки
оплата ж/д тарифа за поставку груза возлагалась на истца.
Ответчик ненадлежащим образом исполнил свои обязательства по договору, произведя доставку продукции с просрочкой в период с января по 31 мая 2000 года, а за оставшуюся часть недопоставленной продукции ответчик выплатил истцу деньги в сумме 473 676,54 рубля. В результате сальдо расчетов за поставленную продукцию между
сторонами свелось к нулю.
Предметом исковых требований истца служат убытки, понесенные им за оплату
ж/д тарифа, вызванные увеличением провозных платежей в период просрочки поставки
ответчиком.
В процессе рассмотрения дела суд пришел к выводу, что ответчик полностью расплатился с истцом за полученный от него трактор.
Факт увеличения ж/д тарифа на провозные платежи на 10 процентов, а впоследствии на 15 процентов материалами дела подтверждается, при этом цены на общее количество поставленной по договору продукции не изменились, а соответственно не
изменился общий объем поставленной продукции, что не оспаривается сторонами.
Истец не воспользовался правом отказаться от просроченной поставки продукции и
не потребовал возмещения убытков в соответствии с п. 1 ст. 520 ГК РФ, а принял от
ответчика поставленную им продукцию за пределами действия заключенного договора,
чем фактически согласился на пролонгацию договора, согласно которому расходы по
доставке продукции возложены на покупателя.
При указанных обстоятельствах суд не признал требования истца обоснованными и
подлежащими удовлетворению.
127
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
По данному делу была подана кассационная жалоба. Суд кассационной инстанции
оставил решение суда первой инстанции без изменения, а жалобу без удовлетворения.
6. По общему правилу, содержащемуся в п. 1 ст. 568 ГК РФ, обмениваемые товары
предполагаются равноценными. Что касается расходов на передачу товара, то их несет
сторона, которая передает товар, причем в цену товара они не входят; то же относится и
к расходам на принятие товара. Договором мены может быть предусмотрено иное распределение обязанностей, например возложение их на одного из участников. Это вполне
возможно для выравнивания стоимости обмениваемых товаров или в других случаях.
При обмене товаров возможна ситуация, когда стороны в договоре мены определили,
что товары не совпадают по цене. В этом случае разница в цене оплачивается стороной,
получившей более дорогостоящий товар согласно договору.
Разница в цене оплачивается непосредственно до передачи стороной (обязанной уплатить ее) своего товара контрагенту (ибо до момента, когда в силу закона обязанность
по передаче товара считается исполненной, а это далеко не всегда совпадает с моментом
реальной передачи товара) либо непосредственно после исполнения обязанности по передаче своего товара (тотчас как товар передан или, во всяком случае, в кратчайшие
сроки, как только это возможно).
Возможны и иные варианты оплаты, но в любом случае они должны быть предусмотрены в договоре.
Интересным в связи с этим представляется дело по иску ОАО "ВАСО" к СХА "Дон" о
взыскании задолженности по договору от 7 марта 2000 года № 08/00/50
в сумме
184 548 руб. 42 коп., в том числе 176 090 руб. 38 коп. — основной долг, 8458 руб. 04 коп.
— проценты. Согласно заключенному договору истец поставил ответчику продукцию
на сумму 176 090 руб. 38 коп.
В соответствии с п. 3.1 договора оплата продукции должна быть произведена в апреле 2000 года перечислением авансового платежа в размере 40 процентов от стоимости суммы договора, окончательный расчет должен быть произведен сельскохозяйственной продукцией.
Срок поставки продукции договором определен не был.
Суд трактует этот договор как договор поставки (купли-продажи).
Оплата товара частично по договору должна быть произведена в форме аванса,
однако истец поставил продукцию до получения аванса, а ответчик принял ее. Таким
образом, условия заключенного договора в части оплаты продукции в виде аванса стали
неисполнимыми. Следовательно, продукция должна быть оплачена после ее получения.
Доказательств оплаты продукции в форме, предусмотренной договором, или иным
способом ответчик суду не представил, факт наличия дебиторской задолженности не
отрицал.
При таких обстоятельствах суд правомерно признал исковые требования о взыскании суммы основного долга в размере 176 090 руб. 38 коп. и 8458 руб. 04 коп. процентов
за пользование чужими денежными средствами подлежащими удовлетворению.
7. Говоря об особенностях правового регулирования договора мены, необходимо
отметить, что при подготовке проекта Гражданского кодекса РФ было решено в основном сохранить ставший уже традиционным для отечественного законодательства (включая дореволюционное) подход, суть которого состояла в том, чтобы дать определение
договора мены и распространить на отношения, вытекающие из этого договора, действие
соответствующих правил о договоре купли-продажи. Это и было реализовано в ст. 567
ГК РФ.
В отличие от ранее действовавшего законодательства регулирование мены нормами,
содержащимися в ст. 567 ГК РФ, не исчерпывается. Впервые Кодекс устанавливает ряд
специальных правил о мене, отражающих особенности содержания и исполнения этого
договора.
128
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
В случаях, когда в договоре мены отсутствуют условия о цене обмениваемых товаров, а также о распределении между сторонами расходов, связанных с исполнением обязательств, следует исходить из предположения, что предметом договора служит обмен
равноценными товарами. Расходы же на передачу товаров, их принятие и иные действия,
связанные с исполнением договора, должны в каждом конкретном случае возлагаться на
ту сторону, которая несет соответствующие обязанности согласно договору (п. 1 ст. 568
ГК РФ).
Однако если из текста договора вытекает, что его предмет — обмен неравноценными
товарами, на сторону, обязанную в силу договора передать товар, цена которого ниже,
чем цена товара, предлагаемого в обмен, возлагается дополнительная обязанность по
оплате разницы в ценах на указанные товары. Оплата разницы в ценах должна быть произведена непосредственно до или после передачи товара, имеющего более низкую цену.
Договором мены может быть предусмотрен другой порядок компенсации разницы в
ценах на обмениваемые товары.
Обмен товаров по договору мены не обязательно должен быть одномоментным. Не
исключаются случаи, когда в силу договора даты передачи обмениваемых товаров не
совпадают: сначала свою обязанность по передаче товара исполняет одна сторона, а
спустя некоторое время — ее контрагент. В подобной ситуации, когда сроки передачи
обмениваемых товаров не совпадают, исполнение обязанности
по передаче товара
той стороной, для которой предусмотрен более поздний
срок передачи товара, признается встречным исполнением обязательства (ст. 569 ГК РФ).
Это означает, что в случае непередачи товаров стороной, которая должна совершить
такие действия в более ранний срок, либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что передача товара не будет произведена в установленный договором срок, контрагент этой стороны, как субъект встречного исполнения обязательства,
вправе приостановить передачу своих товаров либо вообще отказаться от исполнения
договора и потребовать возмещения убытков (ст. 328).
Специальное правило предусмотрено Гражданским кодексом РФ применительно к
договору мены и в отношении момента перехода права собственности на обмениваемые
товары. Суть этого правила состоит в том, что, если законом или договором мены не
предусмотрено иное, право собственности на обмениваемые товары переходит к сторонам, выступающим по договору мены в качестве покупателей, одновременно после исполнения обязательств по передаче соответствующих товаров обеими сторонами (ст. 570
ГК РФ).
Некоторыми особенностями отличается также и регулирование отношений, связанных с применением ответственности за изъятие товара, полученного по договору мены
(ст. 571 ГК РФ). При нарушении обязанности стороной по договору мены она должна не
только возместить своему контрагенту убытки, как предусмотрено в отношениях по
договору купли-продажи, но и возвратить контрагенту полученный от него в обмен товар. Следовательно, если товаром служит вещь с индивидуально-определенными признаками, она в подобных случаях может быть истребована обратно от другой стороны.
В. АНОХИН,
председатель Арбитражного суда Воронежской области,
доктор юридических наук,
заслуженный юрист РФ
Е. НЕЗНАМОВА,
помощник судьи
(Окончание следует)
О некоторых проблемах, связанных с привлечением
государства к внедоговорной ответственности
129
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
В процессе осуществления права на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов власти (ст. 53 Конституции РФ, ст. 16, 1069-1071 Гражданского кодекса РФ), потерпевшие зачастую сталкиваются с рядом практических трудностей и проблем. Разрешение этих проблем необходимо для обеспечения эффективного
действия правового института имущественной от-ветственности государства 1 .
Для удобства анализа разделим процесс привлечения государства к ответственности
на две стадии: 1) правоприменительную стадию ответственности, в ходе которой правоприменительный орган определяет наличие состава правонарушения и меру ответственности, и 2) стадию фактической реализации ответственности 2 .
Правоприменительная стадия ответственности. В соответствии с действующим
российским законодательством возмещение вреда, причиненного государством, возможно только на основании судебного решения. Вместе с тем в мировой практике распространен подход, когда потерпевший до возбуждения производства в суде может, а в ряде
стран (например, во Франции и США) обязан обратиться с требованием о возмещении
причиненного ему вреда сначала в административном порядке.
Так, в США потерпевший может обратиться с соответствующим иском в суд лишь
после получения отказа в удовлетворении его требований от государственного органа,
причинившего вред. Отказом считается также неполучение ответа по истечении 6 месяцев со дня подачи жалобы (§ 2675 Свода законов США). Если сумма возмещения превышает 25 000 долларов США, то решение главы соответствующего органа должно быть
предварительно письменно одобрено Генеральным Атторнеем 3 . Решение или соглашение о возмещении является окончательным и обязательным как для всех государственных органов и должностных лиц, так и для потерпевшего, заключившего его, и освобождает Соединенные Штаты от каких-либо других обязательств, вытекающих из требования по данному предмету (§ 2672 Свода законов США).
Достоинство административной процедуры в том, что она не требует таких временных и финансовых издержек, как судебная. При этом дело может быть "решено миром",
то есть путем заключения мирового соглашения между потерпевшим и государством в
лице уполномоченного должностного лица государственного органа. Эта система выгодна и для государства, поскольку позволяет достичь в ходе переговоров соглашения о
снижении размера выплачиваемого возмещения. Квалификация чиновников, являющихся специалистами в соответствующей области управления, позволяет им объективно
оценивать обстоятельства дела и принимать обоснованные решения. Наличие административной процедуры снижает нагрузку на суды. Одновременно решениям и соглашениям, принятым и заключенным в ходе данной административной процедуры, законом
фактически придана такая же юридическая сила, как и судебным актам, что гарантирует
выплату компенсации.
Недостаток принятого в США подхода в том, что при заключении указанных соглашений не исключен сговор потерпевшего и чиновника. Хотя в законодательстве США и
делается оговорка о недействительности подобных соглашений, представляется, что на
практике доказать наличие сговора достаточно сложно. Снизить вероятность должностных злоупотреблений можно, установив коллегиальный порядок принятия такого рода
решений, путем предоставления полномочий по их принятию вышестоящему должностному лицу, а также ограничением соответствующих полномочий в зависимости от суммы возмещения.
Возможная обусловленность возникновения у потерпевшего права на обращение в
суд 6-месячным ожиданием также предстает как недостаток, который может быть устра1
Термин "государство" используется для обобщенного обозначения Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Проблемы ответственности государства рассматриваются в настоящей статье в основном применительно к случаям, когда в качестве потерпевших выступают предприниматели
(индивидуальные предприниматели и юридические лица).
2
В предмет настоящей статьи не входит анализ общих и специальных условий ответственности государства
(стадия возникновения ответственности).
3
Генеральный Атторней в США возглавляет Министерство юстиции.
130
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
нен приданием административной процедуре необязательного, факультативного характера.
Целесообразным представляется введение внесудебного порядка ответственности государства в России. Он был бы особенно удобен применительно к требованиям небольших сумм возмещения, поскольку расходы, связанные с применением судебной процедуры, могут иногда превышать сумму самого требования 4 . С учетом существующего
уровня коррупции соответствующие полномочия должностных лиц следовало бы ограничить установлением максимальной суммы, которая может быть возмещена в административном порядке.
Внесудебный порядок должен вводиться в качестве альтернативного наряду с судебным, а право выбора способа защиты права предоставлено потерпевшему. Естественно,
что в соответствии с общим правилом, установленным в п. 2 ст. 11 ГК РФ, решение,
принятое в административном порядке, может быть обжаловано в суд.
Принимая во внимание, что в настоящее время ответственность государства в России
наступает в судебном порядке, далее последует анализ некоторых процессуальных проблем, связанных с рассмотрением соответствующей категории споров в судах.
На уровне высших судебных инстанций нет единой позиции по вопросу об органе,
обязанном выступать от имени Российской Федерации в суде по искам о возмещении
вреда. Статья 1071 ГК РФ установила, что от имени казны 5 выступают соответствующие
финансовые органы, если в силу п. 3 ст. 125 Кодекса эта обязанность не возложена на
другой орган, юридическое лицо или гражданина. Бюджетный кодекс РФ 6 (БК РФ) в
п. 10 ст. 158 закрепил, что по соответствующей категории исков в суде от имени казны
РФ выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной
принадлежности (далее — главный распорядитель) 7 .
По мнению Верховного Суда РФ, норма п. 10 ст. 158 БК РФ в ряде случаев применяться не может. Такая позиция мотивируется тем, что физические лица не указаны в
перечне участников бюджетного процесса, приведенном в ст. 152 (из юридических лиц
указаны только "бюджетные учреждения, государственные и муниципальные унитарные
предприятия и другие получатели бюджетных средств". — С. Р.), следовательно, нормы
Бюджетного кодекса РФ к правоотношениям, в которых одной из сторон выступают
граждане (и соответственно все юридические лица, не перечисленные в ст. 152 БК РФ. —
С. Р.), неприменимы. Верховный Суд РФ настаивает на том, что от имени казны РФ должен выступать Минфин РФ в лице Главного управления федерального казначейства 8 .
Одновременно с этим Высший Арбитражный Суд РФ исходит из безусловного применения п. 10 ст. 158 БК РФ 9 .
Аргументы Верховного Суда РФ представляются спорными. В ст. 152 БК РФ, на которую ссылается Верховный Суд, речь идет об участниках бюджетного процесса. Полагаю, что понятие бюджетных правоотношений шире, чем понятие бюджетного процесса.
Так, в п. 1 ст. 227 БК РФ говорится, что "расходование бюджетных средств осуществляется путем списания денежных средств … в пользу физических и юридических лиц",
4
Особенно с учетом того, что в настоящее время арбитражные суды зачастую отказывают в возмещении затрат на оплату услуг представителя.
5
Данная норма ГК РФ некорректна в части, устанавливающей выступление в суде "от имени казны". Казна ―
это совокупность государственного имущества (см. п. 4 ст. 214 ГК РФ), а не лицо. Данная терминологическая неточность распространилась в законодательстве и судебной практике. В связи с тем, что формула "от имени казны"
вошла во всеобщее употребление, я также ее использую.
6
Бюджетный кодекс РФ от 31 июля 1998 года № 145-ФЗ // Собрание законодательства РФ, 1998, № 31,
ст. 3823.
7
Главными распорядителями являются федеральные органы исполнительной власти, определяемые ведомственной классификацией расходов федерального бюджета. Так, главным распорядителем для налоговых органов
является Министерство РФ по налогам и сборам, для таможенных органов ― Государственный таможенный комитет РФ, для судебных исполнителей ― Министерство юстиции РФ и т. д.
8
См.: Обзор судебной практики ВС РФ за I квартал 2001 года. Утвержден постановлением Президиума ВС РФ
от
4 июля 2001 года // Бюллетень ВС РФ, 2001, № 10, с. 23–24; определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ № 30В01-2 // Бюллетень ВС РФ, 2001, № 12, с. 18–19.
9
См., например, постановление Президиума ВАС РФ от 13 марта 2001 года № 1092/02 // Справочная правовая
система "КонсультантПлюс".
131
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
которые становятся участниками соответствующих бюджетных правоотношений. Когда
в пользу потерпевшего выносится решение суда о взыскании денежных средств за счет
казны, он также становится участником бюджетного правоотношения, поскольку именно
бюджет составляет денежную часть казны. Исходя из изложенного, доводы Верховного
Суда РФ трудно признать обоснованными.
Итак, закон указывает на главного распорядителя как на лицо, уполномоченное представлять федеральную казну 10 . С моей точки зрения, привлечение в качестве ответчика
главного распорядителя более целесообразно, нежели привлечение финансового органа.
Работники финансовых органов в силу объективных причин не располагают знаниями по
всем отраслям административной деятельности, иногда очень специфическим, что снижает эффективность защиты позиций государства. Напротив, представители главных
распорядителей обладают специальными знаниями в соответствующей сфере.
Закон не содержит ответа на вопрос, обязательно ли предварительное (до предъявления иска о возмещении вреда) обжалование акта власти. По этому вопросу высказаны
противоположные точки зрения.
Первый подход заключается в следующем: для того, чтобы суд мог вынести решение
о возмещении причиненного государством вреда, необходимо, чтобы соответствующий
акт, действие или бездействие органа власти первоначально были признаны недействительными (незаконными) в судебном или административном порядке 11 .
Р. Н. Любимова указывает, что такой подход основан на применении абз. 2 ст. 13 ГК
РФ, которая гласит, что в случае признания судом акта недействительным нарушенное
право подлежит восстановлению либо защите иными способами, предусмотренными
ст. 12 настоящего Кодекса. То есть сначала признание акта недействительным, а затем
восстановление права, нарушенного этим актом 12 .
Противоположный подход заключается в том, что оценка законности акта власти и
возмещение причиненного им вреда могут производиться в одном судебном процессе.
Сторонником данного подхода выступает А. Л. Маковский, по мнению которого в
ст. 16 и 1069 ГК РФ имеется в виду косвенный судебный контроль за законностью правовых актов власти в отличие от ст. 13, закрепляющей прямой контроль. Установив, что
налицо все необходимые основания для признания акта недействительным, суд может
удовлетворить требование о возмещении вреда. По мнению А. Л. Маковского, правомочия суда поступить таким образом основаны на статье 120 Конституции РФ, в силу которой "суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного органа
или иного органа закону, принимает решение в соответствии с законом" (ч. 2) 13 .
Существующая по этому вопросу судебно-арбитражная практика противоречива. Касаясь исторической стороны вопроса, отметим, что в ст. 407 ГК РСФСР 1922 года, которая в свое время регулировала ответственность за неправомерные акты власти, указывалось, что ответственность наступает, если "неправильность действий должностного лица
признана подлежащим судебным или административным органом". Предусматривалось
освобождение от ответственности, "если потерпевший своевременно не обжаловал неправильного действия". В более позднем законодательстве подобные положения не
встречались. Историческое толкование приводит к выводу, что в настоящее время предварительное обжалование необязательно, поскольку на это нет специального указания в
10
От имени субъекта Федерации в суде должен выступать финансовый орган, если иное не установлено законодательством субъекта РФ, от имени муниципального образования ― финансовый орган, если иной орган не
управомочен актом муниципального образования (при отсутствии соответствующего органа в данном муниципальном образовании — орган, исполняющий местный бюджет). ― См. об этом: Гиляров А. В., Яцкевич М. Б. Некоторые
правовые аспекты возмещения вреда за счет казны // Кодекс-info, 2001, № 10, с. 33–35.
11
См., например: Гражданское право. Ч. II / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. ― М., 1999, с. 716
(А. П. Сергеев); Комментарий части второй Гражданского кодекса РФ для предпринимателей. ― М., 1996, с. 274
(К. Б. Ярошенко); Гражданский кодекс РФ. Часть первая: Научно-практический комментарий. ― М., 1996, с. 41
(Т. Е. Абова).
12
Любимова Р. Н. Ответственность органов власти за вред, причиненный актами, не соответствующими закону,
незаконными действиями (бездействием) // Вестник ВАС РФ, 2000, № 3, с. 55.
13
См.: Маковский А. Л. Гражданская ответственность государства за акты власти / Гражданский кодекс России.
Проблемы. Теория. Практика. ― М., 1998, с. 108.
132
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
законе. Право Европейского Союза, Франции, Германии, других стран также не связывает принятие иска о внедоговорной ответственности к рассмотрению с предварительным
признанием недействительности оспариваемого административного акта 14 .
Представляется, что решение проблемы предварительного обжалования должно слагаться из ответов на следующие вопросы: 1) различаются ли основания установления
незаконности административных актов при прямом и косвенном виде судебного контроля; 2) допустимо ли изменение сроков, установленных в ряде случаев для обжалования
административных актов?
Закон не дает ответа на первый вопрос, однако изучение судебной практики показывает, что независимо от формы судебного контроля за актами власти (прямой или косвенный) используются единые основания для признания актов органов власти недействительными (незаконными) 15 . Следовательно, с точки зрения критериев, применяемых
судом для оценки законности актов власти, различия отсутствуют.
Веский аргумент в пользу признания необходимости предварительного обжалования
заключается в том, что в ряде случаев для обжалования административных актов законом установлены значительно более короткие сроки по сравнению с общим сроком исковой давности 16 . Между тем на требования о возмещении вреда, причиненного государством, распространяется общий срок исковой давности — 3 года. Таким образом,
потерпевшие, пропустившие срок обжалования административного акта, якобы могут
"обходить" соответствующую норму закона путем подачи иска о возмещении вреда.
Однако станет ли такое изменение срока "обходом закона"? Представляется, что нет.
Ведь иск о возмещении вреда будет удовлетворен при установлении судом не только
противоправности действий органа власти, но и других элементов состава правонарушения (вреда, причинной связи и т. д.). Причинение вреда — особое, "тяжкое" последствие
издания неправомерного акта. Кроме того, вред может возникнуть после истечения достаточно короткого срока обжалования административного акта. Именно эти обстоятельства стали причиной того, что в свое время Суд ЕС изменил позицию по вопросу о необходимости предварительного обжалования 17 .
Таким образом, изменение срока оспаривания незаконных действий находится в соответствии со смыслом закона и предварительное обжалование административного акта
не может быть признано необходимым условием предъявления иска о возмещении вреда
по ст. 1069 ГК РФ.
Стадия реализации ответственности. В соответствии с законодательством ответственность государства может быть реализована как за счет средств бюджета, так и за
счет иного имущества казны 18 . Несмотря на определенность источника возмещения,
многие авторы отмечают, что возмещение вреда за счет казны в действительности оказывается не только затруднительным, но и практически невозможным делом 19 . Как представляется, проблемы, связанные с реализацией ответственности государства, проистекают из публично-правовой природы должника и соответствующего режима его имущества.
14
Брэбан Г. Французское административное право. ― М., 1988, с. 218; Европейское право / Под общ. ред.
Л. М. Энтина. ― М., 2000, с. 193–194; Shaw J. Law of the European Union. London, 2000, p. 543–544.
15
Указанные основания сформулированы в постановлении Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля
1996 года № 6/8 ― это одновременно как несоответствие акта закону или иному правовому акту, так и нарушение
актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд
с соответствующим требованием (п. 6).
16
См., например, ст. 5 Закона РФ от 27 апреля 1993 года "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан"; ст. 370, 408 Таможенного кодекса РФ; п. 2 ст. 139 Налогового кодекса РФ и др.
Новый АПК РФ от 24 июля 2002 года предусматривает установление общего 3-месячного срока для обжалования
ненормативных актов, решений, действий (бездействия) органов власти (ст. 198).
17
Европейское право / Под общ. ред. Л. М. Энтина. ― М., 2000, с. 193–194.
18
В исключение из этого общего правила закон запрещает обращение взыскания на имущество, закрепленное
за государственными предприятиями и учреждениями (оно не входит в состав казны); имущество, которое может
находиться только в государственной или муниципальной собственности; на землю и другие природные ресурсы; на
имущество, переданное в доверительное управление.
19
См., например: Камфер Ю. Стоит ли спорить с государством // ЭЖ-Юрист, 2000, № 50, с. 8; Мартынова Г.
Взыскать с бюджета поможет государство // ЭЖ-Юрист, 2001, № 37, с. 11.
133
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
Порядок исполнения судебных актов определяется в первую очередь Федеральным
законом "Об исполнительном производстве". Однако применение норм этого Закона к
ответственности государства оказывается проблематичным. Несмотря на то, что в ст. 1
("Сфера действия настоящего Федерального закона") говорится о возложении имущественных обязанностей на "граждан, организации или бюджеты всех уровней" 20 , данный
Закон не регламентирует порядок исполнительного производства в отношении публичных образований. Ограничения, исключения, иммунитеты, которые установлены законодательством для имущества публичных образований в связи с его особой природой, делают взыскание за счет казны весьма специфической процедурой, которую затруднительно осуществить на основании общих правил. Пробелы и противоречия в действующем законодательстве об обращении взыскания на имущество казны крайне негативно
влияют на возможность реализации права на возмещение вреда, гарантированного ст. 53
Кон-ституции РФ.
В настоящее время ведущая роль в регулировании механизма реализации ответственности государства принадлежит Бюджетному кодексу РФ. Такой подход имеет ряд недостатков: во-первых, не разрешен вопрос о соотношении норм
БК РФ и общих
правил исполнительного производства; во-вторых, БК РФ распространяется только на
отношения, связанные с бюджетом, то есть денежной частью казны, и не затрагивает
отношений по обращению взыскания на иное имущество казны; в-третьих, в части ответственности публичных образований БК РФ применяется только на федеральном
уровне, то есть к ответственности Российской Федерации. Помимо этого, система взыскания средств за счет бюджета, введенная БК РФ, сама по себе обладает рядом серьезных пороков.
Концептуально более правильным представляется включение в ФЗ "Об исполнительном производстве" специальной главы о порядке исполнения исполнительных документов за счет публично-правовых образований. Нормами этой главы можно было бы урегулировать не только порядок исполнения за счет казны решений о возмещении вреда, но и
другие случаи ответственности государства (как должника по гражданско-правовым
обязательствам, как субсидиарного должника по обязательствам юридических лиц и
т. д.). Сфера действия Закона должна охватывать исполнительное производство в отношении казны Российской Федерации, субъектов РФ, муниципальных образований, необходимо определить порядок обращения взыскания не только на средства бюджетов, но и
на иное имущество казны. В части исполнения судебных актов за счет бюджета может
быть дана отсылка к бюджетному законодательству.
Обратимся к анализу существующего порядка исполнения судебных актов за счет
казны Российской Федерации 21 , и в первую очередь порядка обращения взыскания на
денежные средства бюджета. В ст. 239 БК РФ "Иммунитет бюджетов" в исключение из
общего правила допускается возможность взыскания за счет средств бюджета убытков,
причиненных незаконными действиями органов власти. В соответствии с п. 10 ст. 158 БК
РФ выплата средств по исполнительным листам производится за счет казны Российской
Федерации из средств федерального бюджета, выделенных главным распорядителям.
Кажущаяся простота этих правил оборачивается в процессе их практического применения рядом сложных проблем. Первая проблема заключается в том, что перечни расходов каждого главного распорядителя, утверждаемые законами о бюджете на соответствующий год, не содержат средств на выплаты по судебным решениям о возмещении
вреда. В литературе обращается внимание на то, что главные распорядители, а также их
должностные лица отвечают за целевое использование выделенных в их распоряжение
20
В. В. Дмитриев справедливо обратил внимание на то, что "в числе субъектов права (граждане, организации)
называются объекты права (бюджеты) вместо необходимого здесь упоминания о государственных и муниципальных
образованиях". ― См.: Дмитриев В. В. Субсидиарная ответственность государственных и муниципальных образований по обязательствам государственных и муниципальных учреждений в связи с введением в действие Бюджетного кодекса // Кодекс-info, 2000, № 9, с. 22.
21
Объем работы не позволяет провести изучение соответствующих отношений на всех трех уровнях власти
(федеральный, региональный, местный), федеральный уровень является наиболее общим и показательным.
134
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
бюджетных средств (ст. 160 БК РФ). Таким образом, главный распорядитель не вправе
использовать средства, выделенные ему из бюджета, на другие цели, не предусмотренные в структуре расходов бюджета, и не может отвечать за счет выделенных ему бюджетных средств по требованиям о возмещении вреда 22 . Налицо противоречие в нормах
БК РФ (между ст. 160 и п. 10 ст. 158), которое порождено тем, что закон о бюджете на
соответствующий год не включает соответствующие расходы в перечень расходов каждого главного распорядителя.
Вторая проблема также связана с определением конкретного источника в составе
бюджета, за счет которого должны финансироваться соответствующие расходы. В противоречие правилам, закрепленным в БК РФ, в федеральных законах о федеральном
бюджете на 2001 год и на 2002 год установлено, что исполнение судебных решений по
искам к казне РФ осуществляется за счет ассигнований, предусмотренных на эти цели
настоящим Федеральным законом 23 . Средства на возмещение вреда, причиненного незаконными актами власти, были предусмотрены Федеральным законом "О федеральном
бюджете на 2001 год" отдельной строкой и учтены в разделе "Прочие расходы" (Приложение 31 к Закону) 24 . Таким образом, по смыслу Закона о бюджете на 2001 год соответствующие выплаты должны были производиться не за счет средств, выделенных главным распорядителям, а за счет средств, предусмотренных в разделе "Прочие расходы",
подразделе "Прочие расходы, не отнесенные к другим подразделам" функциональной
классификации средств бюджета.
В Законах о бюджете на 2001 год, на 2002 год сказано, что исполнительные листы
судебных органов по искам к казне РФ направляются для исполнения в Минфин России и
исполняются им в порядке, установленном Правительством РФ (ст. 110 и 128 соответственно). Такой порядок Правительством РФ не установлен 25 .
Следует учитывать, что ст. 2 БК РФ закрепляет необходимость соответствия норм
бюджетного законодательства Кодексу. В случае противоречия Закона о бюджете Кодексу применяется последний. Следуя этому правилу, соответствующие статьи Законов о
бюджете на 2001 год и на 2002 год применять нельзя и судебные решения должны исполняться за счет средств, выделенных главным распорядителям.
Таким образом, ряд противоречий не позволяет эффективно исполнять судебные акты о возмещении вреда за счет бюджетных средств. Не решен вопрос (существует конкуренция норм), за счет какой части бюджетных средств должны исполняться судебные
акты. Кроме того, фактически отсутствует порядок (про-цедура) исполнения судебных
актов. Приказ Минфина № 236 формально не может применяться вследствие его противоречия БК РФ (п. 10 ст. 158), а иной порядок не установлен.
Разрешение выявленных противоречий и конструирование эффективной системы реализации ответственности государства за счет бюджетных средств должно осуществляться на основе баланса частных и публичных интересов с учетом следующих обстоятельств:
À с одной стороны, обязанность по возмещению вреда, причиненного государством,
закреплена в Конституции РФ, которая имеет высшую юридическую силу, поэтому отсутствие в законе о федеральном бюджете на очередной год средств на возмещение вреда не может служить основанием для отказа в возмещении (частный интерес);
22
См.: Короткова Л. А., Ковалевская Д. Е. Некоторые аспекты возмещения вреда, причиненного в результате
действий (бездействия) налоговых органов и органов налоговой полиции // Налоговый вестник, 2001, № 9, с. 185.
23
См.: ст. 110 Федерального закона от 27 декабря 2000 года № 150-ФЗ "О федеральном бюджете на 2001 год"
// Собрание законодательства РФ, 2001, № 1 (часть I), ст. 2; ст. 128 Федерального закона от 30 декабря 2001 года
№ 194-ФЗ "О федеральном бюджете на 2002 год" // Собрание законодательства РФ, 2001, № 53 (часть I), ст. 5030.
24
На 2001 год эти расходы запланированы в размере 100 млн. рублей. Статья 110 допустила исполнение судебных решений в объемах, превышающих утвержденные настоящим Федеральным законом ассигнования на эти
цели.
25
Некоторые авторы ссылаются на постановление Правительства РФ от 22 февраля 2001 года № 143 "Об утверждении Правил взыскания на основании исполнительных листов судебных органов средств по денежным обязательствам получателей средств федерального бюджета" // Собрание законодательства РФ, 2001, № 10, ст. 959).
Однако оно не распространяется на отношения по возмещению вреда за счет казны.
135
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
À с другой стороны, обращение имущественных требований к публичному образованию требует учета специфики правового режима бюджетных средств и полномочий государственных и муниципальных органов по распоряжению этими средствами. Исполнение судебных актов должно осуществляться в особом порядке, гарантирующем целевое использование бюджетных средств, предназначенных для реализации государственных задач и функций (публичный интерес).
Для поиска сбалансированного решения необходимо иметь представление об основах
функционирования бюджетной системы России, в рамках которой осуществляется расходование государственных финансов.
В Бюджетном кодексе РФ (ст. 215) закреплена система казначейского исполнения
бюджета, основанная на принципе единства кассы. В соответствии с этим принципом
орган, осуществляющий кассовое обслуживание бюджета (Федеральное казначейство,
далее — ФК), открывает в учреждении Банка России единый счет, на который зачисляются все поступающие доходы и поступления от источников финансирования дефицита
бюджета и производятся все предусмотренные бюджетом расходы 26 . Органы казначейства являются кассирами всех распорядителей и получателей бюджетных средств. В
процессе осуществления платежа соответствующая сумма денежных средств списывается на основании распоряжения ФК с единого счета бюджета в пользу физических и юридических лиц (п. 2 ст. 253 БК РФ).
Исполнение бюджета основано на принципе расходования бюджетных средств исключительно на цели, предусмотренные в законе о бюджете на год и конкретизированные в бюджетной росписи на соответствующий период. С учетом целевого характера
бюджетного финансирования общий механизм обращения взыскания на бюджетные
средства состоит в реализации взыскания на основании исполнительных листов в пределах целевых назначений (в соответствии с бюджетной росписью и лимитами бюджетных обязательств) 27 и на основании распоряжения органов ФК 28 .
Бюджетный кодекс РФ (ст. 286) также закрепляет возможность и порядок списания
бюджетных средств с единого счета бюджета по решению арбитражного суда без распоряжения ФК и его территориальных органов. В таком порядке могут быть списаны средства только в размере, не превышающем разницу между суммой средств, имеющихся на
счете, и суммами, которые в момент списания отражены на лицевых счетах бюджетных
учреждений (для территориальных орга-нов ФК), либо совокупной суммой средств, указанных в своде лимитов бюджетных обязательств по всем получателям бюджетных
средств (для ФК). Правила бесспорного списания, установленные в ст. 286 БК РФ, хороши тем, что они не допускают нарушения прав получателей бюджетных средств и одновременно дают возможность исполнения других обязательств государства за счет излишка бюджетных средств на счете. Однако согласно ст. 286 БК РФ бесспорное списание
может осуществляться только в случаях, предусмотренных Кодексом. Возможность бесспорного списания сумм в возмещение вреда, причиненного государством, Кодексом не
определена, поэтому в настоящее время применение правил о бесспорном списании к
исполнению судебных актов о возмещении вреда невозможно.
С учетом изложенного основные элементы сбалансированного решения проблемы
реализации ответственности государства за счет средств бюджета видятся в следующем.
X Необходимо отказаться от установленного в абз. 2 п. 10 ст. 158 БК РФ правила о
том, что выплата по судебному акту производится за счет средств, выделенных соответствующему главному распорядителю. Во-первых, при действующем подходе меняется
26
Статьей 244 БК РФ в целях управления средствами федерального бюджета, государственным долгом и совершения платежей Федеральному казначейству предоставлено право открывать и закрывать иные счета (помимо
единого счета в Банке России) федерального бюджета.
27
Понятия бюджетной росписи и лимитов бюджетных обязательств определены в ст. 6 и в п. 1 ст. 223 БК РФ.
28
В связи с этим здесь не может применяться п. 2 ст. 6 ФЗ "Об исполнительном производстве", в соответствии
с которым банк или иная кредитная организация, осуществляющие обслуживание счетов должника, в трехдневный
срок со дня получения исполнительного документа исполняют требования о взыскании денежных средств либо
делают отметку о полном или частичном неисполнении указанных требований в связи с отсутствием на счетах
должника денежных средств, достаточных для удовлетворения требований взыскателя.
136
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
субъект ответственности: им становится главный распорядитель, а не соответствующее
публичное образование, что противоречит ст. 16, 1069
ГК РФ. Во-вторых, при таком подходе средства на возмещение вреда необходимо предусматривать отдельно для
каждого главного распорядителя. Неясными остаются последствия неисполнения законодателем этой обязанности при принятии закона о бюджете на очередной год. Втретьих, потерпевшие от незаконных действий различных органов власти ставятся в
неравное положение, попадая в зависимость от объема средств, выделенных соответствующим главным распорядителям.
Выплаты необходимо осуществлять с единого счета бюджета органом, исполняющим
бюджет (ФК), без какого-либо участия главных распорядителей.
Y Судебные акты должны исполняться в первую очередь за счет средств, предусмотренных на эти цели в законе о бюджете на соответствующий год. Обязанность предусматривать соответствующие средства в составе расходов должна быть закреплена законодательно. В литературе высказано предложение об обязательном ежегодном формировании целевых бюджетных фондов для покрытия из них кредиторской задолженности
государственных и муниципальных образований перед гражданами и организациями
(ст. 17 БК РФ), а также об установлении минимального размера таких фондов в процентах к утвержденным расходам бюджета 29 . Это предложение может быть рассмотрено в
качестве дополнительной гарантии прав взыскателей.
Часть указанных средств, соответствующая суммам по предъявленным к исполнению
исполнительным листам, должна включаться казначейством в свод лимитов бюджетных
обязательств. Суммы по исполнительным листам, предъявленным к исполнению в период действия данного свода лимитов, должны включаться в свод лимитов на следующий
период 30 .
Z Если средства, предусмотренные законом о федеральном бюджете, закончились
либо если они не были предусмотрены, выплаты должны производиться за счет дополнительных доходов бюджета. Для этого в бюджетном законодательстве необходимо
установить возможность осуществления в соответствующих случаях списания средств
бюджета без распоряжения ФК. Соответствующее право (и одновременно обязанность)
на списание должно быть закреплено за учреждением Банка России, в котором открыт
счет ФК, необходимо определить порядок списания.
[ При невозможности исполнить судебный акт в течение определенного законом периода времени взыскание может обращаться на иное имущество казны.
Перейдем к порядку обращения взыскания на иное имущество казны 31 . В связи с обращением взыскания на иное имущество казны важно определить момент, когда такое
обращение становится допустимым. По общим правилам исполнительного производства
обращение взыскания на иное казенное имущество допустимо при недостаточности (отсутствии) денежных средств 32 . Вопрос в том, в каком порядке должен устанавливаться
факт недостаточности или отсутствия бюджетных средств.
Согласно высказанному В. В. Дмитриевым мнению право обратить взыскание на
иное имущество казны РФ возникает при недостаточности средств на счете ФК на момент обращения с требованием о взыскании 33 . Однако данный подход не учитывает
специфики исполнения судебных актов за счет бюджетных средств. Для исполнения
судебного акта объективно требуется определенный срок, обусловленный особым режимом бюджетных средств. Поскольку исполнительный лист предъявляется для исполнения в тот период, когда уже действует бюджетная роспись и свод лимитов бюджетных
обязательств на данный период (этот период не превышает трех месяцев), сумма по данному исполнительному листу подлежит включению в свод лимитов на следующий пери29
Дмитриев В. В. Указ. соч., с. 25.
Лимит бюджетных обязательств составляется на период, не превышающий 3 месяца (п. 1 ст. 223 БК РФ).
О составе имущества казны см.: Дмитриев В. В. Указ. соч., с. 22–23.
32
Это правило подлежит применению к публичным образованиям (см. п. 12 постановления Пленума ВС РФ и
Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 года № 6/8).
33
Дмитриев В. В. Указ. соч., с. 22.
30
31
137
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
од. Если сумма по каким-либо причинам не включена, должен быть задействован механизм бесспорного списания за счет дополнительных доходов бюджета.
Если, тем не менее, по каким-то причинам списание не производится, то сохраняется
возможность списания в следующие периоды, в том числе даже в следующем финансовом году. Таким образом, срок исполнения судебного акта за счет бюджетных средств
может объективно длиться очень долго. Необходимо нормативно ограничить этот срок
для предоставления взыскателю возможности обратить взыскание на иное имущество
казны.
Разумно было бы считать срок исполнения судебного акта за счет бюджетных
средств истекшим в момент окончания действия сводного лимита бюджетных обязательств на период, следующий за тем, в котором исполнительный лист предъявлен к
исполнению. Другими словами, течение срока исполнения должно начинаться с момента
предъявления исполнительного листа и заканчиваться одновременно с окончанием действия свода лимитов бюджетных обязательств на следующий период. С учетом действующих норм этот срок не может превышать 6 месяцев. Государство должно стимулироваться к скорейшему исполнению судебного акта правилом о начислении процентов в
соответствии со ст. 395 ГК РФ с момента вступления судебного акта в законную силу.
По истечении срока исполнения судебного акта за счет бюджетных средств у взыскателя возникает право обращения взыскания на иное имущество казны. Поскольку обращение взыскания на иное имущество казны может быть сопряжено с еще большими
сложностями, чем обращение взыскания на средства бюджета, переход к следующей
стадии исполнительного производства должен рассматриваться как право, а не как обязанность взыскателя; последний не должен лишаться возможности повторного обращения взыскания на средства бюджета.
Действующее законодательство не содержит порядка, процедуры обращения взыскания на имущество казны публичного образования, что является значительным упущением и фактически лишает взыскателей возможности обращать взыскание на иное, кроме
бюджетных средств, имущество казны. Для решения этой проблемы необходимо урегулировать вопросы:
— о сроке исполнения судебного акта за счет бюджетных средств;
— об общем сроке исполнительного производства;
— о моменте возникновения у взыскателя права на обращение взыскания на иное
имущество казны;
— о порядке документального подтверждения взыскателем обращения взыскания на
средства бюджета и невозможности взыскания вследствие отсутствия (недостаточности)
бюджетных средств;
— об органе принудительного исполнения в отношении казенного имущества;
— об органе, который уполномочен действовать от имени должника в ходе исполнительного производства;
— о субъекте, которому предоставлено право определения конкретного имущества
— объекта взыскания (должник, судебный исполнитель или др.);
— о возможности нормативного определения тех имущественных объектов, которые
не могут отчуждаться из публичной собственности в связи с их особой значимостью;
— о месте совершения исполнительных действий;
— об особенностях порядка наложения ареста на различные виды имущества и его
реализации;
— о профессиональной оценке имущества при его реализации;
— о праве взыскателя оставить имущество за собой;
— о допустимости взыскания исполнительского сбора с публичного образо-вания;
— о праве взыскателя на повторное обращение взыскания на бюджетные средства.
Представляется, что дополнительной гарантией публичных интересов могла бы стать
возможность приостановления действия конкретного судебного акта (актов), если сумма
подлежащих по нему (ним) выплат настолько велика, что может поставить под угрозу
138
ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ
состояние государственных финансов. Приостановление (отсрочка, рассрочка) исполнения судебного акта (актов) необходимо осуществлять путем принятия специального закона, как это делается во Франции. Такое положение целесообразно включить в ФЗ "Об
исполнительном производстве".
При формулировании правил обращения взыскания на имущество казны целесообразно избрать вариант субсидиарного применения общих норм исполнительного производства к специальным нормам об исполнительном производстве в отношении публичных образований. Конструирование механизма реализации имущественной ответственности публичных образований особенно важно осуществлять с обеспечением непротиворечивости норм гражданского, бюджетного законодательства и законодательства об
исполнительном производстве. Построение единой, внутренне согласованной системы
обращения взыскания на имущество казны (как на средства бюджета, так и на иное имущество) — необходимое и важнейшее условие эффективного действия конституционного принципа ответственности государства.
С. РИПИНСКИЙ,
аспирант кафедры коммерческого права
юридического факультета
Санкт-Петербургского государственного университета
139
КОНСУЛЬТАЦИЯ
Отвечаем на вопросы читателей
ОАО "ВГАСПА" работает на рынке строительства жилья, которое ведется на основании
договоров долевого участия в строительстве, заключаемых с физическими и юридическими
лицами. Нередко при исполнении договоров возникает следующая ситуация.
ОАО "ВГАСПА" во исполнение договора долевого участия в строительстве построило и
сдало в эксплуатацию квартиру для дольщика, не нарушив при этом условий, предусмотренных указанным договором.
Дольщик, в свою очередь, внесший на строительство квартиры часть ее стоимости (исходя из предварительной стоимости), не может на момент окончания строительства произвести окончательный расчет с учетом фактических затрат на строительство квартиры,
как предусмотрено договором долевого участия, и в связи с этим обстоятельством подает
иск в суд с требованием о расторжении договора и возврате внесенных денежных средств с
учетом индексации этой суммы в порядке ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными
средствами.
В суде устанавливается, что все взятые на себя обязательства организация выполнила,
построив предусмотренную договором квартиру в сроки, указанные в договоре, и по стоимости, оговоренной договором. Следовательно, вины организации в неисполнении обязательств
нет и пока договор не расторгнут, у организации не возникает перед дольщиком денежного
обязательства по возврату денежных средств. Однако суд выносит решение о расторжении
договора и взыскании с организации денежного взноса дольщика. Помимо этого взыскиваются
и проценты за пользование чужими денежными средствами либо с момента обращения физического лица в суд, либо с момента внесения денежных средств дольщиком.
Кроме того, с момента подачи исков в суд, как правило, арестовывается квартира, которую лишь частично профинансировал истец, в результате чего организация несет убытки.
Просим разъяснить: правомерно ли судами применяется двойное наказание предприятия?
Во-первых, в результате ареста квартир предприятие не может вернуть вложенные в
строительство собственные средства и несет убытки и, во-вторых, с предприятия взыскиваются проценты за использование денежных средств дольщика по ст. 395 ГК РФ в результате расторжения судом договора долевого участия по причине невозможности исполнения
его со стороны дольщика с момента внесения дольщиком денежных средств. Подпадают ли
правоотношения предприятия — заказчика-генподрядчика и физического лица — дольщика
по договору долевого участия в строительстве жилья под юрисдикцию Закона РФ "О защите
прав потребителей"?
ОАО "ВГАСПА"
(г. Волгоград)
До сих пор остается до конца неясным вопрос, подпадают ли договоры долевого участия, заключенные физическими лицами со строительными или иными организациями, занимающимися
организацией строительства и привлечением для этих целей средств третьих лиц, под действие
Закона РФ "О защите прав потребителей".
Анализ данной проблемы приводит к выводу, что, поскольку не доказано иное, физическое лицо, заключающее договор, направленный на получение жилого помещения в собственность, должно предполагаться потребителем. Конечно, если будет установлено, что жилое помещение приобретается для иных нужд, которые не могут рассматриваться как потребительские, договор выво-
КОНСУЛЬТАЦИЯ
дится из-под действия упомянутого Закона. Кстати, дело, которое послужило поводом для публикации и основанием для вывода о презумпции потребительского характера договора долевого
участия с гражданином 1 , насколько мне известно, завершилось решением суда, которым истцу —
физическому лицу — отказано в защите по Закону РФ "О защите прав потребителей".
Что касается взыскания процентов по ст. 395 ГК РФ, то до расторжения договора это, конечно,
недопустимо.
Само по себе заявление требования о возврате денег не дает права на начисление процентов,
если только договором не предусмотрено право дольщика на односторонний отказ от договора.
Арест может налагаться на имущество ответчика в силу ст. 134 ГПК РСФСР. Представляется,
что обжалование определения о наложении ареста целесообразно, если стоимость арестованного
имущества намного превышает сумму иска.
В то же время взыскание с истца — физического лица убытков, вызванных арестом (ст. 140
ГПК РСФСР), проблематично.
При наличии денежных средств возможно внесение истребуемой суммы на депозитный счет
суда. В этом случае должно прекращаться и начисление процентов.
š
Автомобиль находится в аренде у юридического лица и поврежден в результате ДТП. На
балансе автомобилей больше нет, поврежденный был единственным. Юридическое лицо нуждается в грузоперевозках, поэтому в период ремонта автомобиля заключает разовые договоры грузоперевозок для ведения хозяйственной деятельности.
Можно ли включить в сумму иска о возмещении убытков данные расходы по грузоперевозкам?
К чему отнести эти расходы по грузоперевозкам в период ремонта автомобиля в случае
предъявления ответчику иска о возмещении убытков: к восстановлению нарушенного права, к
утрате или повреждению имущества (реальный ущерб) или к неполученным доходам (упущенной выгоде)?
ООО "МО Аргумент"
(г. Томск)
Отнесение к убыткам расходов, понесенных вследствие противоправных действий причинителя вреда (в договорных отношениях — должника), если эти расходы направлены на восстановление нарушенного права, возможно. В данном случае, как и во многих других, наибольшую трудность представляет вопрос о наличии причинной связи между понесенными расходами и противоправными действиями ответчика.
Как известно, причинная связь состоит в том, что убытки представляют прямое и необходимое
следствие деликта (нарушения обязательства). Закон не дает (да и не может дать) точного описания причинной связи. Поэтому невозможно сослаться на какое-либо легальное определение, чтобы
затем установить, отвечает ли ему конкретный случай. Теория гражданского права также не может
выработать практически применимые правила, да и по своему назначению теория таких правил не
должна создавать.
Основным ориентиром остается судебная практика, которая формирует общие подходы к определению причинной связи. Например, суд общей юрисдикции, рассматривая иск вкладчика,
который долгое время не мог получить свой вклад во время кризиса 1998 года, признал за истцом
право на взыскание с кредитной организации убытков в размере разницы между ценой холодильника и телевизора до и после кризиса, поскольку истец не смог купить эти товары из-за задержки в
получении вклада.
Такое широкое понимание причинной связи почти не встречается в практике арбитражных судов. Здесь более применим иной подход: если расходы, которые потерпевший рассматривает как
свои убытки, представляют собой исполнение по договорам с третьими лицами, то суды скорее
признают отсутствие причинной связи между такого рода расходами и действиями ответчика.
Известны, например, судебные решения, которыми отказано во взыскании убытков в виде процентов, выплаченных по банковским кредитам, в тех случаях, когда кредитные договоры заключались потерпевшими потому, что должник в нарушение своего денежного обязательства не совершил необходимые платежи и тем самым лишил истца денежных средств, на которые тот вправе
был рассчитывать.
1
См.: Скловский К. О применении Закона о защите прав потребителей к договорам долевого участия в строительстве // Хозяйство и право, 2000, № 5.
141
КОНСУЛЬТАЦИЯ
Объяснение такого подхода может быть следующим. Поскольку расходы представляют собой
исполнение по договорам, заключенным потерпевшим с третьими лицами, даже в случаях, когда
поводом к заключению договоров стали противоправные действия нарушителя, поставившие потерпевшего в тяжелое положение, исчезает непосредственность и необходимость связи между
правонарушением и понесенными расходами. Ведь на размер расходов влияет также и свободная
воля потерпевшего как стороны в договоре; возникают основания усматривать совокупное действие разных факторов, приведших к расходам. Следовательно, отпадают основания для вывода о
том, что понесенные расходы состоят в необходимой связи с правонарушением.
Тем не менее в каждом конкретном случае суд проверяет наличие или отсутствие причинной
связи между правонарушением и расходами потерпевшего — как фактически понесенными, так и
такими, которые он обязан понести. Поэтому нельзя заранее сказать, признает суд отсутствие или
наличие причинной связи в том или ином случае, хотя, безусловно, сложившаяся судебная практика оказывает определяющее воздействие на выбор того или иного решения.
Сказанное приводит к выводу о проблематичности отнесения к убыткам расходов, понесенных
на перевозки в период ремонта автомобиля. В то же время, на мой взгляд, в данном случае истец
имел бы право на возмещение понесенных расходов; право на такие убытки оправдано тем, что
потерпевший стимулируется к поиску средств, ведущих к уменьшению потерь от остановки хозяйственной деятельности или хозяйственных операций, а это отвечает как интересам потерпевшего,
так и интересам народного хозяйства в целом.
В любом случае эти убытки должны быть ограничены рядом условий: быть разумными, соизмеримыми с утраченным правом, то есть затраты на перевозки не могут превышать возможности
поврежденного автомобиля по грузоподъемности, дальности и т. д. Количественным пределом
здесь может служить размер арендной платы, учитывая, что это — тот уровень транспортных
расходов, который потерпевший посчитал необходимым еще до правонарушения. Должен быть
разумным и срок ремонта.
š
Строительная фирма предоставила другой строительной организации займ в сумме 3
млн. руб. При этом был составлен только один документ — договор займа.
Учитывая, что деньги являются займом, стороны передачу денег произвели через кассу
строительной организации, в обход Указа Президента РФ от 18 августа 1996 года № 1212.
Достаточно ли заключения одного только договора займа или необходимы еще какие-то документы? Какие существуют требования при займе денежных средств между юридическими
лицами?
Р. Жилясов
(г. Нальчик)
По договору займа передаются в собственность заемщику деньги или другие вещи,
определяемые родовыми признаками. Договор является реальным, то есть заключается путем
передачи денег. Из этого следует, что предметом займа выступают наличные деньги.
Заключение договора займа между юридическими лицами само по себе не противоречит закону. Для оформления займа составляется договор в письменной форме, а совершение платежа
оформляется соответствующим платежным документом (расходным ордером).
Если юридическое лицо, не имеющее лицензии на совершение кредитных операций, систематически предоставляет займы иным лицам, такая деятельность может рассматриваться как незаконная.
Поскольку исполнение и одновременно заключение договора займа выступает как передача
наличных денег, может возникать коллизия между правом организации на заключение такого
договора и обязанностью выполнять установленные требования к совершению операций с наличностью.
Как известно, Центробанком РФ определены ограничения в виде предельного размера расчетов
наличными деньгами между юридическими лицами. Указанием ЦБ от 14 ноября 2001 года № 1050У 2 такой размер установлен в сумме 60 тыс. руб. по одной сделке.
Ограничения операций с наличностью были закреплены и Указом Президента РФ от 18 августа
1996 года № 1212 "О мерах по повышению собираемости налогового и других обязательных платежей и упорядочению наличного и безналичного денежного обращения" 3 (с изм.).
2
3
Вестник Банка России, 2001, № 69.
Собрание законодательства РФ, 1996, № 35, ст. 4144.
142
КОНСУЛЬТАЦИЯ
Законность установления предельного размера расчетов наличными деньгами проверялась
Верховным Судом РФ по жалобе гр. Лобанова о признании незаконным и недействующим с момента издания указания Центрального банка РФ от 7 октября 1998 года
№ 375-У "Об установлении предельного размера расчетов наличными деньгами в Российской Федерации между юридическими лицами". В удовлетворении жалобы было отказано.
Конституционный Суд РФ определением от 13 апреля 2000 года отказал гр. Лобанову в принятии к рассмотрению жалобы на нарушение его конституционных прав и свобод положениями п. 2
ст. 861 ГК РФ и п. 4 ст. 4 ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)", в
которой оспаривалось право ЦБ РФ устанавливать предельный размер расчетов наличными деньгами между юридическими лицами.
Таким образом, отсутствуют достаточные основания ставить под сомнение существующие ограничения на совершение расчетов наличными деньгами между юридическими лицами, в том
числе в рамках заемных отношений.
Нарушение установленных предписаний по расчетам наличными деньгами по своей природе
носит характер административного правонарушения и влечет соответствующие последствия.
š
Предприятию на праве собственности принадлежит общежитие. Статья 17 Закона РФ
"Об основах федеральной жилищной политики" устанавливает право собственников жилых
помещений предоставлять гражданам и юридическим лицам квартиры или дома любой площади по договору аренды. Будет ли противоречить законодательству РФ заключение договора
аренды жилого помещения (комнаты) в общежитии с физическим лицом?
Е. Плотников,
юрист АОЗТ "Комсомолка"
(г. Комсомольск-на-Амуре)
Примерное положение об общежитиях, утвержденное постановлением СМ РСФСР от 11 августа 1988 года № 328 (с изм. от 23 июля 1993 года), регулирует предоставление жилых помещений в
общежитиях государственных и муниципальных предприятий, учреждений, организаций, учебных
заведений и общественных объединений.
Из этого можно сделать вывод, что законодательство не предусматривает возможности принадлежности общежития на праве собственности коммерческой организации, в частности акционерному обществу. В какой-то мере это подтверждается и исключением из числа объектов, подлежащих приватизации, жилищного фонда, имевшегося у государственных предприятий до приватизации.
Тем не менее значительное число жилых помещений, имеющих статус общежитий, находится
в ведении коммерческих организаций. Нельзя исключить и того, что в отдельных случаях у коммерческой организации возникло каким-либо образом и право собственности на общежитие. (См.,
например, дело Кисель против ОАО "Волгоградский завод бытовой техники" и администрации
Дзержинского района г. Волгограда, рассмотренное Верховным Судом РФ 4 ).
В силу ч. 3 ст. 17 Закона "Об основах федеральной жилищной политики" не подлежат передаче
в аренду иным лицам заселенные дома государственного, муниципального либо общественного
жилищных фондов без согласия всех проживающих в них совершеннолетних граждан, а также
специализированные дома и жилые помещения в них.
Общежития относятся к специализированным домам и жилым помещениям. На это, в частности, указывается в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда РФ от
11 мая 1993
года № С-13/ОСЗ-144. Аналогичные указания имеются и в обзорах Верховного Суда РФ, посвященных вопросам приватизации жилья.
Таким образом, жилые помещения в общежитиях как специализированные попадают под установленное законом ограничение и не могут сдаваться в аренду.
Кроме того, в большинстве случаев право собственности на общежитие все же не принадлежит
коммерческой организации в силу упомянутых ограничений при приватизации жилого фонда. Это
обстоятельство также исключает возможность заключения аренды в порядке ст. 17 Закона "Об
основах федеральной жилищной политики", ст. 608 ГК РФ.
4
Бюллетень Верховного Суда РФ, 1997, № 11.
143
КОНСУЛЬТАЦИЯ
В то же время имеется практика, когда помещение в общежитии предоставлялось не как общежитие и в дальнейшем к таким договорам не применялись нормы об общежитиях (см., например, дело Брюткиных против ПО "Саратовский агрегатный завод" 5 ).
š
Предприятие арендует у работника (директора этого же предприятия) автомашину для
поездок в командировки.
Договор аренды заключен между арендодателем (директором этого предприятия) и предприятием-арендатором, в лице председателя собрания акционеров (имеется протокол собрания акционеров).
Не противоречит ли данная сделка ст. 182, 183 ГК РФ и не будет ли она впоследствии
признана недействительной (ничтожной) согласно ст. 174 ГК РФ?
И. Иванова,
главный бухгалтер
ЗАО "Технотест-Орел"
Заключение договоров лицами, имеющими полномочия органа юридического лица, с самим
юридическим лицом довольно распространено, хотя не может считаться полезным. Такие сделки
должны заключаться на условиях, не допускающих сомнений в добросовестности должностных
лиц организации. Кроме того, должны соблюдаться нормы о заключении сделок с заинтересованностью (в данном случае ст. 81 Закона об АО — поскольку речь идет об АО).
Что касается техники заключения сделки, то здесь применимы ст. 53, 182 ГК РФ. От имени
юридического лица может выступать при совершении данной сделки либо орган, либо представитель. Поскольку председатель собрания акционеров органом юридического лица, имеющего право
совершения сделок, не является, заключать договор он не вправе. По смыслу главы 10 ГК РФ о
представительстве председатель собрания акционеров оказывается неуполномоченным представителем и его действия регулируются ст. 183 Кодекса. Сделка, по-видимому, может считаться заключенной для организации, поскольку она ее одобрила, например, путем выплаты арендной платы.
Норма ст. 174 ГК РФ здесь неприменима, так как председатель собрания акционеров АО вообще не является органом юридического лица (в отличие от собрания, которое представляет собой
высший орган управления; но заключение арендных договоров не отнесено к его компетенции). В
данном случае целесообразно использовать простой прием выдачи любому работнику общества
доверенности для совершения сделок от имени общества по аренде транспортных средств и затем
заключить договор с таким представителем. Запрета на такой юридический прием ст. 182 ГК РФ не
содержит.
š
Действие лицензии страховой организации было приостановлено. В данный период страховая
организация заключает договор страхования с клиентом в соответствии с видами страховой
деятельности, поименованными в приостановленной лицензии. По истечении 7 дней с момента заключения договора действие лицензии у страховщика возобновляется и на момент
рассмотрения спора в суде о признании данной сделки недействительной по иску предприятия
лицензия имеется.
Является ли данная сделка ничтожной согласно ст. 168 ГК РФ, поскольку она противоречит ст. 30 Закона РФ "Об организации страхового дела в Российской Федерации" и Положению о порядке ограничения, приостановления и отзыва лицензии на осуществление страховой
деятельности на территории Российской Федерации (утв. приказом Минфина РФ от 17 июля
2001 года № 52н), а ст. 173 ГК РФ неприменима, ибо эта норма закона предусматривает последствия совершения сделки юридическим лицом, не имеющим лицензии вообще, то есть она
не была получена либо была отозвана. В данном случае действие лицензии было приостановлено и страховая организация не вправе была совершать сделки по всем видам страхования.
Что понимается под иными нормативными актами в ст. 168 ГК РФ: постановления
Правительства РФ и Указы Президента РФ либо названные или какие-то иные правовые
акты? Относится ли упомянутое Положение к иным нормативным актам, указанным в
ст. 168 ГК РФ?
С. Серов
5
Бюллетень Верховного Суда РФ, 1995, № 7.
144
КОНСУЛЬТАЦИЯ
(г. Свердловск)
Представляется, что широкое применение нормы ст. 168 ГК РФ о признании ничтожной сделки, не соответствующей закону, несет угрозу экономике. Не случайно еще Д. И. Мейер говорил,
что не стоит аннулировать сделку без самой крайней необходимости.
С этих позиций очевидно, что основания для признания сделки недействительной по ст. 168 ГК
РФ отсутствуют, если налицо более гибкий и адекватный механизм оспаривания сделки по ст. 173
Кодекса. Аннулирование договора страхования только для торжества "законности" может причинить вред тому, для кого этот договор и заключен, — страхователю. Его интересы и должны быть
учтены.
Если, по мнению органа страхового надзора, страховщик грубо нарушил условия его деятельности, то применима другая адекватная санкция — иск о ликвидации.
Наконец, и страхователь может защититься собственным иском, но не по ст. 173, а, например,
по ст. 179 или 178 ГК РФ, если решит, что был введен в заблуждение или обманут. Кроме того,
возможна и защита по нормам законодательства о защите прав потребителей, если страхователь
относится к этой категории участников рынка.
Таким образом, могут быть применены средства, точно учитывающие интересы каждого из
участников конфликта, тогда как разрешение спора по ст. 168 ГК РФ практически никогда не приводит к адекватной защите потерпевшей стороны. Очевиден и ответ на следующий вопрос: распространяется ли норма ст. 173 ГК РФ не только на случаи отсутствия лицензии, но и на случаи ее
приостановления. Отрицательный ответ на этот вопрос был бы не только нелогичным, но и вел бы
к расширительному толкованию ст. 168 ГК РФ, что, как отмечалось, не может считаться оправданным.
Понятие "иного правового акта" дано в ст. 3 ГК РФ. Применительно к ст. 168 Кодекса считается, что если законом тот или иной вопрос передан иным органам, то делегированное таким образом
полномочие дает право указанному в законе органу установить запреты или ограничения, действующие наряду с законом. Впрочем, в данном случае последствия приостановления лицензии
совершенно очевидны и без обращения к каким-либо актам — это запрет на совершение договоров
страхования и иных действий, подлежащих лицензированию.
К. СКЛОВСКИЙ,
доктор юридических наук,
партнер Адвокатского бюро "Барщевский и партнеры"
145
Документ
Категория
Типовые договоры
Просмотров
951
Размер файла
1 949 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа