close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Принцип свободы договора vs

код для вставкиСкачать
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
Принцип свободы договора vs
принцип защиты интересов
третьих лиц
Постановление ФАС СКО от 18.07.2012 по делу № А53-9522/2011
Суд округа поддержал вывод о ничтожности договоров поручительства и залога
недвижимости, так как они являлись экономически невыгодными для должника:
целесообразность и разумные причины для их заключения отсутствовали.
Решением суда первой инстанции, вступившим в законную силу, ЗАО «Елкинское» (далее —общество, должник) признано несостоятельным (банкротом),
в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден В.В. Гончаров.
В рамках дела о банкротстве должника С.Ю. Турченко (далее — кредитор) обратился в арбитражный суд первой инстанции с заявлением о включении в реестр
требований кредиторов должника задолженности. В обоснование своих требований он сослался на договоры поручительства и уступки прав требований.
Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительными договоров поручительства и залога недвижимости.
Заявления кредитора и конкурсного управляющего объединены в одно производство.
Суд первой инстанции признал недействительными договоры поручительства и
залога недвижимости, в удовлетворении заявления кредитора отказал.
Арбитражный апелляционный суд, перейдя к рассмотрению дела по правилам
суда первой инстанции, привлек к участию в деле в качестве надлежащих ответчиков банк и заемщика — ООО «Авзон-минерал».
Постановлением апелляционного суда определение суда первой инстанции
отменено, признаны недействительными договоры поручительства и залога
недвижимости; в удовлетворении требований кредитора о включении в реестр
задолженности отказано. Решение мотивировано тем, что спорные сделки являются ничтожными в силу ст. 10 и 168 Гражданского кодекса РФ. Единственной
целью, которую при заключении договоров преследовал кредитор, являлось
ФАС СКО
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
включение его требования в реестр, что позволило бы получать денежные
средства из конкурсной массы и оказывать существенное влияние на решения,
принимаемые собранием кредиторов должника, и, соответственно, на ход дела
о его несостоятельности (банкротстве).
В кассационной жалобе банк просил отменить апелляционное постановление.
Окружной суд оставил кассационную жалобу без удовлетворения ввиду следующего.
Банк и заемщик заключили кредитный договор. В этот же день банк, заемщик
и должник (поручитель) заключили договор поручительства, по условиям которого последний обязался отвечать перед банком солидарно с заемщиком за
исполнение последним обязательств по кредитному договору.
Банк (залогодержатель), должник (залогодатель) и заемщик заключили договор
залога имущества, согласно которому залогодатель в счет обеспечения исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору предоставил в залог
недвижимое имущество, в том числе земельные участки, магазины, склады,
зернохранилища, автогаражи и другое имущество, принадлежащее залогодателю на праве собственности.
В соответствии с договором уступки прав (требований) банк (кредитор) уступил С.Ю. Турченко (новый кредитор) права требования к ООО «Авзон-минерал»
по кредитному договору, а также права, обеспечивающие исполнение обязательства должника перед кредитором по кредитному договору.
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) как ликвидируемого должника. Решением общество
признано банкротом, в его отношении введено конкурсное производство по
упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим
утвержден В.В. Гончаров.
С.Ю. Турченко обратился в суд с заявлением о включении его требования
в реестр требований кредиторов должника. В свою очередь, конкурсный
управляющий предъявил требование о признании указанных сделок недействительными как противоречащих п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от
26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также по основаниям ст. 10 и 168 ГК.
В соответствии со ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела
о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,
регулирующими вопросы несостоятельности.
Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом
в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника
в порядке, определенном ст. 71 и 100 Закона о банкротстве.
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
В силу ст. 168 ГК сделка, не соответствующая требованиям закона или иных
правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. На основании
п. 1 ст. 10 ГК не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также
злоупотребление правом в иных формах.
В п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом „О несостоятельности (банкротстве)“» разъяснено следующее. Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1
ст. 10 ГК) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов
кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может
быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела
о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных
интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной
массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.
Оценив представленные в дело доказательства, апелляционный суд отказал
С.Ю. Турченко в удовлетворении заявленных требований. При этом суд согласился с выводом суда первой инстанции, указав на ничтожность договоров поручительства и залога недвижимости. Суд установил, что на момент заключения
спорных договоров общество находилось в тяжелом финансовом положении, не
осуществляло хозяйственную деятельность за исключением сдачи имущества
в аренду, имело незначительные запасы сырья и материалов, кредиторскую
задолженность, непокрытый убыток. Размер принятых должником по договору
поручительства и залогу недвижимости обязательств по состоянию на дату их
заключения составлял 151 200 тыс. руб. Эти обязательства в 44 раза превышали
стоимость активов должника, которые по состоянию на 30 апреля 2009 г. составляли всего лишь 3438 тыс. руб. при условии, что 690 тыс. руб. — дебиторская
задолженность. Вместе с тем в условиях тяжелого финансово-экономического
положения, когда была приостановлена производственная деятельность предприятия, общество заключило с банком договор поручительства и договор залога имущества, согласно которым должник, не являясь получателем денежных
(кредитных) средств, принял на себя обязательство отвечать своим имуществом
(объектами, призванными непосредственно участвовать в производственной
деятельности) по долгам третьего лица — ООО «Авзон-минерал» — по кредитному договору. Доказательств того, что при заключении спорных договоров общество получило либо было намерено получить от ООО «Авзон-минерал» какое-либо
встречное предоставление (имущественную либо иную выгоду) от заключения
спорных сделок, в материалы дела не представлено. Более того, апелляционный
суд указал, что банк и С.Ю. Турченко не представили доказательств обращения
с требованиями об уплате кредита, процентов к действующему предприятию —
ООО «Авзон-минерал», фактически получившему кредитные средства.
При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к правомерному выводу
о том, что спорные сделки являлись экономически невыгодными для должни-
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
ФАС СКО
ка, целесообразность и разумные причины для их заключения отсутствовали.
Общество злоупотребило своим правом на свободу заключения договора,
которое выразилось в недобросовестном поведении должника, направленном
на возложение необоснованного бремени ответственности на предприятие по
обязательствам третьего лица (ООО «Авзон-минерал»), т.е. увеличение кредиторской задолженности должника в нарушение как его собственных прав, так и
законных интересов его добросовестных кредиторов. Апелляционный суд отметил, что на дату заключения спорных договоров банк знал и имел реальную возможность и обязанность узнать о тяжелом финансовом положении общества и
злоупотреблении должником своим правом. Банк, являясь профессиональным
участником хозяйственного оборота, проводил комплексную оценку потенциального кредитного риска, был знаком с бухгалтерскими документами должника за соответствующие отчетные периоды и владел полной информацией
о финансовых показателях хозяйственной деятельности должника.
При рассмотрении спора апелляционный суд учел судебную практику по аналогичным делам (Постановления ВАС РФ от 30.11.2010 № 10254/10, от 15.02.2011
№ 13603/10).
Недействительная сделка не влечет юридических последствий за исключением
тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента
ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК). Поскольку договоры поручительства и залога
недвижимости являются недействительными (ничтожными) сделками, основанные на них требования (с учетом договора уступки прав) удовлетворению
не подлежат.
КОММЕНТАРИИ ЭКСПЕРТОВ
Руднев
Антон
Павлович,
адвокат, юрист
Адвокатского бюро
«Егоров, Пугинский,
Афанасьев и партнеры»
Современная судебная практика активно использует
ст. 10 ГК в качестве средства борьбы с операциями, которые внешне выглядят вполне законно, но на самом деле
преследуют недобросовестные цели. Запрет злоупотребления правом особенно актуален в контексте оспаривания сделок, совершаемых должником в предбанкротном
состоянии и направленных на установление преимуществ для требований отдельных кредиторов.
В рамках настоящего дела судами трех инстанций была
рассмотрена одна из таких ситуаций. Суды апелляционной и кассационной инстанций поддержали позицию
общества и признали договоры поручительства и залога, заключенные обществом незадолго до банкротства,
ничтожными (ст. 10 и 168 ГК).
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
Особенно интересен вывод ФАС Северо-Кавказского округа о том, что общество злоупотребило своим правом на свободу заключения договора, поскольку
совершило экономически невыгодные для себя сделки, что с учетом его финансового положения было явно нецелесообразным и неразумным.
Если по делам, не связанным с банкротством, суды чаще констатируют, что
то или иное условие договора с учетом принципа свободы договора не может
свидетельствовать о злоупотреблении правом, то в делах о несостоятельности ситуация меняется кардинально. Как только затрагивается вопрос о том,
какие последствия сделка имеет для кредиторов несостоятельного должника,
принцип свободы договора безусловно проигрывает принципу защиты интересов третьих лиц. Это также влияет и на распределение бремени доказывания:
при наличии определенных оснований (безвозмездный характер сделки и др.)
именно то лицо, от которого требуется добросовестность, должно доказать, что
оно действовало без намерения причинить вред интересам кредиторов.
Подобный подход довольно характерен для практики (см., в частности, постановления ФАС Поволжского округа от 01.03.2012 по делу № А12-2801/2011, ФАС
Уральского округа от 21.08.2012 по делу № А71-14153/2010).
Необходимо иметь в виду, что основания недействительности сделок, предусмотренные п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности» и ст. 10 и 168 ГК, применяются независимо друг от друга. Согласно п. 4 Постановления Пленума
ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением
главы III.1 Федерального закона „О несостоятельности (банкротстве)“» в первом
случае сделка является оспоримой, а во втором — ничтожной. При одновременном наличии обоих оснований суд вправе сделать выбор в пользу ничтожности
как более «квалифицированного» состава.
Также следует обратить внимание на то, что ФАС СКО признал злоупотреблением правом действия всех участников спора, включая цессионария, который приобрел права требования только с тем, чтобы оказывать влияние на процедуру
банкротства.
В рассматриваемом нами деле обеспечительным должником выступает третье лицо. Но если спроецировать выводы суда на ситуацию, где сам должник
является залогодателем, то под угрозу недействительности могло бы попасть
и основное требование. Такая ситуация вполне реальна, а потому имеет смысл
задаться вопросом, может ли цессионарий потребовать возмещения убытков от
цедента в связи с недействительностью уступленного требования, даже несмотря на то, что основная цель приобретения была недобросовестной. Полагаем,
что препятствий к взысканию убытков в данном случае быть не должно. Применение ст. 10 ГК возможно, если признать, что, приобретая право, цессионарий рассчитывал на его недействительность, которая и позволит ему взыскать
с цедента убытки. С учетом презумпции добросовестности участников гражданского оборота такой вывод вряд ли вероятен.
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
ФАС СКО
Грядов
Алексей
Валерьевич,
юрист международной
юридической фирмы
Salans
Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от
18.07.2012 по делу № А53-9522/2011 подтвердило законность выводов нижестоящих судов о недействительности договора поручительства, который одновременно
являлся экономически невыгодным для поручителя и
нарушал законные интересы добросовестных кредиторов поручителя, признанного несостоятельным. Это
полностью соответствует подходу ВАС РФ к квалификации подобных сделок, выраженному в п. 10 Постановления Пленума от 30.04.2009 № 32. Согласно позиции
ВАС РФ, исходя из недопустимости злоупотребления
гражданскими правами может быть признана недействительной сделка должника (впоследствии признанного несостоятельным), направленная на нарушение
прав и законных интересов его кредиторов. И хотя
в указанном Постановлении в качестве примера такой
сделки была названа сделка по отчуждению имущества должника третьим лицам по заведомо заниженной цене, в последующих Постановлениях Президиума
ВАС РФ (в частности, в Постановлении от 30.11.2010
№ 10254/10) недействительными признавались договоры поручительства, не связанные с хозяйственной
деятельностью поручителя и не влекущие получение им
какой-либо имущественной или иной выгоды.
Что касается судебной практики ФАС Северо-Кавказского округа, здесь также
уже признавались недействительными договоры поручительства со ссылками
на ст. 10 и 168 ГК ввиду их нецелесообразности и убыточности для поручителя, а также ввиду нарушения прав добросовестных кредиторов (постановление от 03.10.2011 по делу № А53-9009/2010). Вместе с тем судебную практику
Северо-Кавказского округа по данному вопросу можно назвать неопределенной, поскольку в другом постановлении ФАС Северо-Кавказского округа
от 12.01.2010 по делу № А53-1471/2009 довод об отсутствии у поручителя экономической выгоды от поручительства не был принят во внимание арбит ражным
судом.
Таким образом, комментируемое постановление закрепляет выработанный
арбитражными судами подход по борьбе с выводом имущества из общества,
признанного несостоятельным, в нарушение интересов его добросовестных
кредиторов.
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
В комментируемом деле особый интерес представляет
качественное развитие судебной практики применения ст. 10 ГК, формирование которой было начато
Президиумом ВАС РФ в 2008 г. (п. 9 Информационного
письма от 25.11.2008 № 127) и продолжено на уровне
Пленума ВАС РФ в 2009 г. (п. 10 Постановления Пленума
от 30.04.2009 № 32).
Кабашный
Евгений
Григорьевич,
главный специалистэксперт отдела
правового обеспечения
Управления
Федеральной службы
государственной
регистрации, кадастра
и картографии по
Краснодарскому краю
Радченко
Сергей
Дмитриевич,
адвокат, старший
юрист адвокатского
бюро «Юг», кандидат
юридических наук
Полагаю, что суд правомерно признал недействительными сделки поручительства и залога, заключенные
при наличии признаков неплатежеспособности. Применение ст. 10 ГК в данном случае не может свидетельствовать о формировании судебной практики, влекущей
нарушение стабильности гражданского оборота: другой
стороне сделки (банку, являющемуся профессиональным участником хозяйственного оборота) было известно о финансовых показателях хозяйственной деятельности должника за соответствующие отчетные периоды,
но она не проявила должной осмотрительности. Таким
образом, суд, применяя нормы п. 2 ст. 61.2 Закона
о банкротстве, а также ст. 10 и 168 ГК, правильно распределил риски между сторонами.
Главный вопрос дела: есть ли основания для признания
договоров залога и поручительства недействительными
или таких оснований нет? Конкурсный управляющий
должника (поручителя и залогодателя) полагал, что
договоры залога и поручительства недействительны
в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Такая квалификация сделок является правильной с учетом того, что
размер принятых должником по договору поручительства и залога недвижимости обязательств в 44 раза превысил стоимость активов должника, и суд правомерно
признал договоры залога и поручительства недействительными.
Отмечу также, что, по моим наблюдениям, за последний
год подписание бывшим руководителем компании договора поручительства без какой-либо экономической
выгоды для компании стало одним из распространенных способов захвата имущества компании третьими
лицами. Оспаривание таких сделок на основании п. 2
ст. 61.2 Закона о банкротстве стало известной практикой (см. постановления ФАС Восточно-Сибирского
округа от 15.05.2012 № А10-735/2010, ФАС Московского
округа от 30.01.2012 № А40-128964/10-101-669, ФАС
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
ФАС СКО
Поволжского округа от 07.06.2012 № А55-34720/2009, ФАС Северо-Западного
округа от 02.05.2012 № А21-1723/2010, ФАС Уральского округа от 12.05.2012
№ Ф09-6863/10). Такие сделки оспариваются также по правилам о крупных
сделках и сделках с заинтересованностью.
Кассационным судом рассмотрено обособленное дело
в рамках дела о банкротстве по заявлению кредитора об установлении его требований и по встречному
заявлению конкурсного управляющего об оспаривании
сделки должника, на которой кредитор основывает свое
требование.
Кочергин
Петр
Валерьевич,
лектор СевероКавказского НИИ
актуальных проблем
современного права,
кандидат юридических
наук
Интерес вызывает то обстоятельство, что основанием
для отказа во включении требований в реестр требований должника послужило признание обеспечительных
сделок должника — договоров поручительства и ипотеки (залога недвижимости) — недействительными по
мотиву злоупотребления правом при совершении данных сделок.
Злоупотребление правом при совершении сделки как
основание для признания сделки недействительной на
уровне обобщения впервые упомянуто в п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008
№ 127, в котором содержится следующее разъяснение:
«Поскольку при заключении договоров купли-продажи
покупателем было допущено злоупотребление правом,
данные сделки признаны судом недействительными
на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 ГК РФ». Как нам представляется,
приведенное разъяснение является наиболее актуальным при рассмотрении
обособленных дел в рамках дела о банкротстве. Не случайно схожее разъяснение было закреплено в п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009
№ 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям,
предусмотренным Федеральным законом „О несостоятельности (банкротстве)“»:
«Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1
статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию
арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка
должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов,
в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам».
Из приведенного текста следует, что суд вправе был признать недействительной
сделку, совершенную со злоупотреблением правом лишь по инициативе (требованию) конкурсного управляющего либо кредитора. Отсутствие требования о
признании сделки недействительной исключало возможность ее опровержения.
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
В комментируемом деле имелось заявление конкурсного управляющего о признании недействительной сделки должника. Между тем действующие в настоящий момент правовые позиции ВАС РФ последовательно подчеркивают активную роль суда при рассмотрении дел о банкротстве. Применительно к установлению требований кредиторов данная тенденция может быть прослежена на
примере п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых
процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»,
согласно которому суд обязан самостоятельно, вне зависимости от доводов
и позиции лиц, участвующих в деле о банкротстве, исследовать достаточность
доказательств для включения заявленного требования в реестр требований
кредиторов несостоятельного должника.
Выросла роль суда и при признании недействительными сделок должника.
В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «судам
следует иметь в виду… что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе
не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том
числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке». Данный
подход является правильным, поскольку обстоятельства, свидетельствующие
о заключенности и действительности договора, входят в круг обстоятельств,
имеющих значение для правильного рассмотрения дела о взыскании по договору (п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением
либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»).
Таким образом, в настоящее время в целях признания сделки недействительной по мотиву злоупотребления правом при ее совершении суд более не связан
доводами и позицией конкурсного управляющего и кредиторов и вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки самостоятельно
(п. 2 ст. 166 ГК). Если же суды по каким-то причинам не дают оценки обстоятельствам дела с точки зрения возможного злоупотребления правом при совершении сделки, то это служит основанием для отмены судебных актов нижестоящих инстанций и направления дела на новое рассмотрение (постановление ФАС
Западно-Сибирского округа от 30.03.2012 по делу № А45-11177/2010).
Оспаривание обеспечительных сделок (залог, поручительство) в качестве сделок
должника как ничтожных по мотиву злоупотребления правом при совершении
сделки соответствует практике, сложившейся практически по всем арбитражным
округам (см., напр., постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 20.03.2012
по делу № А19-18569/10, ФАС Поволжского округа от 24.10.2011 по делу № А5534343/2009, ФАС Центрального округа от 20.04.2012 по делу № А14-1164/2011).
Учитывая установленные фактические обстоятельства, свидетельствующие
о злоупотреблении правом при заключении договоров поручительства и ипотеки (залога недвижимости), полагаем, что кассационный суд обоснованно и
правомерно оставил без изменения судебные акты о признании недействительными сделок должника.
ФАС СКО
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
Ответственность поручителя
при изменении условий договора
поручительства
Постановление ФАС СКО от 31.07.2012 № А01-436/2011
Судами было установлено, что учредителями заемщика и поручителя являются одни
и те же лица, поэтому поручитель не мог не знать об условиях договора с заемщиком,
увеличивших его ответственность.
Банк обратился в арбитражный суд с иском к ООО «Время» и ООО «КНМГазстрой» о взыскании срочной ссудной задолженности, неустойки за просрочку возврата кредита, процентов за пользование кредитом, неустойки
за просрочку уплаты процентов, платы за обслуживание кредита, неустойки за
просрочку внесения платы за обслуживание кредита.
Определением суда первой инстанции иск банка к ООО «Время» оставлен без
рассмотрения в связи с наличием в производстве арбитражного суда дела о банкротстве данного общества и включением требований банка, в том числе требований, заявленных в настоящем иске, в реестр требований кредиторов общества.
Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда,
с ООО «КНМ-Газстрой» в пользу банка по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии взысканы денежные средства срочной ссудной задолженности, неустойка за просрочку уплаты кредита, проценты за пользование
кредитом, неустойка за просрочку уплаты процентов, плата за обслуживание
кредита, неустойка за просрочку внесения платы за обслуживание кредита.
Доводы ответчика о прекращении договора поручительства в связи с существенным изменением объема основного обязательства без согласования
с поручителем признаны несостоятельными. Суды, в частности, указали, что
учредителями ООО «Время» и ООО «КНМ-Газстрой» являются одни и те же
лица, поэтому поручитель не мог не знать об условиях договора с заемщиком,
увеличивших, по утверждению поручителя, его ответственность.
Оставляя кассационную жалобу ООО «КНМ-Газстрой» без удовлетворения,
окружной суд исходил из следующего.
ООО «Время» (заемщик) и банк (кредитор) заключили генеральное соглашение об открытии рамочной невозобновляемой кредитной линии. По условиям
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
соглашения кредитор обязался предоставить заемщику кредиты в рамках этой
кредитной линии по отдельным кредитным договорам и (или) договорам об
открытии невозобновляемой кредитной линии, являющимся неотъемлемой
частью генерального соглашения. Заемщик обязался возвратить кредитору
полученные кредиты и уплатить проценты за пользование ими в размере,
в сроки и на условиях соглашения и упомянутых договоров. В случае несоответствия его условий условиям договора, заключаемого в рамках соглашения,
приоритет имеет договор. Выдача кредитов по отдельным договорам производится после внесения платы за открытие кредитной линии. То есть заведомо
предполагалось, что указанная в соглашении плата за открытие кредитной
линии — 0% от суммы лимита (0 руб.) — имеет отношение только к общему
лимиту и будет устанавливаться в отдельных договорах в ином размере.
Условие генерального соглашения о сроке погашения кредитов по заключенным
в рамках соглашения договорам — не позднее 23 июля 2014 г. — предполагает,
что по каждому договору будет установлен свой срок, который может наступить
ранее указанного в соглашении. Соглашением предусмотрено в качестве обеспечения его исполнения, в частности, поручительство ООО «КНМ-Газстрой»
и физических лиц — К.А. Зекох и И.Г. Чич, которые, как установили судебные
инстанции, являются учредителями как заемщика, так и ООО «КНМ-Газстрой»,
а И.Г. Чич — еще и директором ООО «Время», подписавшим генеральное соглашение и договор об открытии невозобновляемой кредитной линии.
В соответствии с договором поручительства поручитель (ООО «КНМ-Газстрой»)
обязался отвечать перед банком солидарно с заемщиком за исполнение обязательств по кредитному договору, включая погашение основного долга, процентов за пользование кредитом, платы за предоставление кредита, платы
за резервирование ресурсов, неустойки, судебных расходов по взысканию
долга, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением заемщиком
своих обязательств по кредитному договору. Стороны договора поручительства
подтвердили, что поручитель ознакомлен со всеми условиями генерального
соглашения, что означает его осведомленность и об обязанности заемщика возвратить кредитору полученные кредиты и уплатить проценты за пользование
ими в размере, в сроки и на условиях как соглашения, так и заключаемых в его
рамках договоров. Данное обстоятельство указывает на заведомое согласие
поручителя с условиями этих договоров, имеющими приоритет перед условиями соглашения.
Таким образом, исходя из условий договора поручительства, поручитель заранее дал согласие солидарно отвечать по заключенному банком и заемщиком
в рамках генерального соглашения договору об открытии невозобновляемой
кредитной линии, в том числе и при отличии условий этого договора от условий
соглашения.
В качестве одного из оснований прекращения поручительства в п. 1 ст. 367
ГК указаны случаи изменения основного обязательства, влекущие увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего. Судебные инстанции, исходя из конкретных
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
ФАС СКО
обстоятельств дела, пришли к обоснованному выводу о том, что поручитель
дал согласие на все возможные изменения условий генерального соглашения
в заключаемых впоследствии договорах, признанных им неотъемлемой частью
генерального соглашения, в том числе и на такие изменения, которые могут
увеличить ответственность поручителя.
КОММЕНТАРИИ ЭКСПЕРТОВ
Вопрос о том, какие изменения основного обязательства
могут повлечь за собой прекращение поручительства,
в судебной практике возникает достаточно часто.
Прежде всего необходимо отметить, что не согласованное с поручителем изменение основного обязательства, если оно влечет для поручителя неблагоприятные
последствия, вообще не затрагивает его правовое полоадвокат, юрист
Адвокатского бюро
жение. В таком случае поручитель отвечает перед кре«Егоров, Пугинский,
дитором за неисправность должника на первоначальАфанасьев и партнеры»
ных условиях, как если бы такое изменение не произошло (п. 37 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012
№ 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством»). Данная позиция ВАС РФ
закрепляет своего рода «принцип стабильности поручительства»: только такое изменение, которое в корне
противоречит экономическим ожиданиям поручителя
и, как следствие, делает его обязательство заведомо неисполнимым, влечет
прекращение поручительства. Все иные изменения обязательства считаются
для него несуществующими (non est). Это весьма действенный способ стабилизировать сегмент обеспечительных сделок, поскольку число споров, в которых
поручитель требует прекращения своего обязательства, апеллируя к малейшим
изменениям основного договора, крайне велико.
Руднев
Антон
Павлович,
В рамках рассматриваемого спора ФАС СКО проанализировал эту проблему
с точки зрения двух критериев: осведомленности поручителя об изменении
условий обеспечиваемого обязательства и заведомого согласия поручителя на
внесение подобных изменений. Суд пришел к выводу о том, что все изменения
основного обязательства были согласованы с поручителем.
Во-первых, об этом свидетельствует полное совпадение состава учредителей
компании-должника и компании-поручителя. Формула «знал или должен был
знать» обосновывается наличием у двух участников спора общих учредителей
и при рассмотрении иных категорий дел. Например, для установления добро-
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
совестности приобретателя в рамках производства по виндикационному иску
(см. постановление ФАС Поволжского округа от 13.01.2005 № А57-3160/04-1)
при оспаривании сделок несостоятельного должника, совершенных им в предбанкротный период или в течение шести месяцев с момента признания его
несостоятельным (постановления ФАС Центрального округа от 14.06.2012 по
делу № А64-8482/09-10, ФАС Уральского округа от 01.11.2010 № Ф09-8643/10-С4
по делу № А47-9789/2009).
Во-вторых, суд установил, что поручитель был ознакомлен с условиями генерального соглашения, следовательно, был заведомо согласен с любыми изменениями кредитных договоров. Возможные подходы к решению так называемой
проблемы абстрактного согласия поручителя Президиум ВАС РФ обозначил
в Определении от 04.03.2011 по делу № ВАС-18385/10. К сожалению, надзорное производство было прекращено без формулирования правовой позиции
по существу спора. Но определенную конкретику этот вопрос все же получил.
В п. 16 уже упомянутого Постановления № 42 Пленум ВАС РФ разъяснил, что
заранее согласованные с поручителем пределы изменения основного обязательства должны быть обозначены в договоре поручительства. В противном
случае поручитель отвечает на первоначальных условиях обеспеченного обязательства.
В рассматриваемом деле ФАС СКО развил указанный подход и признал, что заранее данное поручителем согласие на изменение условий основного обязательства имеет силу и в том случае, когда из обстоятельств дела следует намерение
поручителя отвечать «за все риски».
Кабашный
Евгений
Григорьевич,
главный специалистэксперт отдела
правового обеспечения
Управления
Федеральной службы
государственной
регистрации, кадастра
и картографии по
Краснодарскому краю
Доводы ответчика о прекращении договора поручительства связи с существенным изменением объема основного обязательства без согласования с поручителем
суд признал несостоятельными, так как учредителями
заемщика и поручителя являются одни и те же лица,
поэтому поручитель не мог не знать об условиях договора с заемщиком, увеличивающих, по утверждению
поручителя, его ответственность. Суд также указал, что
в договоре поручительства стороны подтвердили, что
поручитель ознакомлен со всеми условиями генерального соглашения, что позволило судам сделать вывод
о том, что поручитель дал согласие на все возможные
изменения условий генерального соглашения в заключаемых впоследствии договорах, признанных им неотъемлемой частью генерального соглашения, в том числе
и на таких изменениях, которые могут увеличить ответственность поручителя.
Однако представляется, что целью нормы п. 1 ст. 367 ГК
является защита поручителя от неблагоприятных изме-
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
ФАС СКО
нений основного обязательства. Следовательно, при таком изменении обеспечиваемого обязательства, которое не несет неблагоприятных для поручителя
последствий, поручительство не прекращается, даже если согласие поручителя
на такое изменение не было получено. Изменение же основного обязательства (в случае увеличения суммы долга должника перед кредитором, размера
процентов по денежному обязательству) само по себе не ухудшает положение
поручителя и не прекращает поручительство, так как в данном случае поручитель отвечает перед кредитором на первоначальных условиях обязательства,
обеспеченного поручительством, как если бы изменения обязательства не
произошло. Обязательство в измененной части не считается обеспеченным
поручительством. В связи с этим взыскание с поручителя в пользу кредитора
по производным, а не первоначальным условиям обязательства представляется
весьма сомнительным.
Суть вопроса, который должен был решить суд в этом
деле, состояла в следующем: утрачивает ли силу поручительство, выданное в обеспечение обязательств
заемщика по генеральному соглашению об открытии
кредитной линии, если заключенный во исполнение соглашения кредитный договор содержит условия, ухудшающие положение заемщика по сравнению
с соглашением?
Радченко
Сергей
Дмитриевич,
адвокат, старший
юрист адвокатского
бюро «Юг», кандидат
юридических наук
Суд кассационной инстанции ответил на этот вопрос
так: нет, поручительство в этом случае не утрачивает
силу, поскольку, выдавая поручительство по генеральному соглашению, поручитель тем самым заранее дал
согласие на изменение условий кредитования.
В данном случае кассационный суд правильно решил
дело по существу, но неправильно аргументировал свою
позицию.
Суд посчитал, что поручитель заранее согласился со
всеми возможными в будущем изменениями обязательства заемщика. Между тем этот вывод противоречит п. 16 Постановления
Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров,
связанных с поручительством», согласно которому заранее данное поручителем
согласие отвечать перед кредитором на измененных условиях должно быть явно
выраженным и предусматривать пределы изменения обязательства, при которых поручитель согласен отвечать по обязательствам должника. Однако таких
условий, судя по тексту комментируемого постановления, нет ни в договоре
поручительства, ни в генеральном соглашении.
Для того чтобы правильно подобрать аргументы для обоснования позиции суда,
необходимо сказать, на основании какого юридического факта возникает обя-
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
зательство заемщика по возврату кредита банку. Оно возникает на основании
кредитного договора. Между тем договор поручительства заключен в обеспечение исполнения генерального соглашения, но не кредитного договора.
Последний заключен после договора поручительства. Таким образом, договор
поручительства заключен с целью обеспечивать будущее обязательство заемщика. Допустимость таких договоров поручительства признается ВАС РФ в п. 2
вышеуказанного Постановления Пленума.
Таким образом, в данном деле суд должен признать поручительство действующим, но не потому, что поручитель заранее дал согласие на любое изменение
условий основного обязательства, а потому, что поручитель заранее дал согласие на любые условия будущего основного обязательства, за неисполнение
которого заемщиком он будет отвечать.
Кассационный суд оставил без изменения судебные
акты, в которых установлено, что стороны договора
поручительства подтвердили, что поручитель ознакомлен со всеми условиями генерального соглашения,
что означает его осведомленность и об обязанности
заемщика возвратить кредитору полученные кредиты
и уплатить проценты за пользование ими в размере,
в сроки и на условиях как соглашения,так и заключаемых в его рамках договоров.
Кочергин
Петр
Валерьевич,
лектор СевероКавказского НИИ
актуальных проблем
современного права,
кандидат юридических
наук
Кассационный суд при рассмотрения дела установил,
что в качестве одного из оснований прекращения поручительства в п. 1 ст. 367 ГК указаны случаи изменения
основного обязательства, влекущие увеличение ответственности или иные неблагоприятные для поручителя
последствия, без согласия последнего.
Судебные инстанции, исходя из конкретных обстоятельств дела, пришли к обоснованному выводу о том,
что поручитель дал согласие на все возможные изменения условий генерального соглашения в заключаемых
впоследствии договорах, признанных им неотъемлемой частью генерального
соглашения, в том числе и на такие изменения, которые могут увеличить ответственность поручителя.
Данная позиция представляется обоснованной в связи со следующим. Согласно
п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» нормы § 5 главы 23 ГК
не содержат перечня условий основного обязательства, которые должны быть
указаны в договоре поручительства. Следовательно, если в договоре поручительства не упомянуты некоторые из условий обеспеченного обязательства
(например, размер или срок исполнения обязательства, размер процентов
ФАС СКО
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
по обязательству), но оно описано с достаточной степенью определенности,
позволяющей суду установить, какое именно обязательство было либо будет
обеспечено поручительством, либо в договоре поручительства есть отсылка
к договору, регулирующему обеспеченное обязательство и содержащему соответствующие условия, то договор поручительства не может быть признан судом
незаключенным. Если в договоре поручительства помимо отсылки к договору,
регулирующему обеспеченное обязательство, содержится только указание на
твердую денежную сумму, уплатой которой поручитель ограничил свою ответственность по обязательству должника, судам необходимо исходить из того,
что при уплате данной суммы требования кредитора к поручителю погашаются
в соответствии со ст. 319 ГК.
Таким образом, кассационный суд правомерно пришел к выводу о том, что
при наличии в договоре поручительства отсылки к генеральному соглашению
договор поручительства считается заключенным, а поручитель ознакомлен
со всеми условиями генерального соглашения, что означает его осведомленность и об обязанности заемщика возвратить кредитору полученные кредиты
и уплатить проценты за пользование ими в размере, в сроки и на условиях как
соглашения, так и заключаемых в его рамках договоров.
Из материалов дела не следует, что поручитель ограничил свою ответственность в договоре поручительства твердой денежной суммой. В п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 даны следующие разъяснения:
«Договор поручительства может предусматривать заранее данное согласие
поручителя в случае изменения обязательства отвечать перед кредитором на
измененных условиях.
Такое согласие должно быть явно выраженным и должно предусматривать
пределы изменения обязательства (например, денежную сумму или размер
процентов, на которые могут быть увеличены соответственно сумма долга и
проценты по нему; срок, на который может быть увеличен или сокращен срок
исполнения обеспеченного обязательства, и т.п.), при которых поручитель
согласен отвечать по обязательствам должника.
Если указанные пределы изменения обязательства в договоре поручительства
не установлены, но обеспеченное обязательство изменилось, то поручитель
отвечает перед кредитором на первоначальных условиях обеспеченного обязательства».
Таким образом, кассационный суд верно констатировал, что исходя из конкретных обстоятельств допускается заблаговременная поручителем дача согласия
отвечать на измененных условиях. И во всяком случае изменение основного
обязательства не может служить основанием для прекращения поручительства. Несогласованное изменение основного обязательства не влияет на объем
ответственности поручителя и не влечет прекращения поручительства.
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
Позиция судов по рассматриваемому делу о взыскании
с поручителя в пользу банка суммы срочной ссудной
задолженности, процентов, неустоек и платы за пользование кредитом, не выплаченных заемщиком, представляется обоснованной.
Сказываева
Евгения
Юрьевна,
юрист юридической
фирмы «Эберг,
Степанов и партнеры»
Ссылки поручителя на прекращение договора поручительства в связи с существенным изменением объема
основного обязательства без его согласия несостоятельны. Как видно из текста судебных актов, заключая
договор поручительства в обеспечение генерального
соглашения, ответчик дал согласие солидарно отвечать
по обязательствам заемщика по договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенным
в рамках генерального соглашения, в том числе и при
отличии условий этого договора от условий соглашения.
Суд пришел к выводу, что поручитель дал согласие на
все возможные изменения условий генерального соглашения в заключаемых впоследствии договорах, признанных им неотъемлемой
частью генерального соглашения, в том числе и на такие изменения, которые
могут увеличить ответственность поручителя.
Вместе с тем хотелось бы обратить внимание на следующее. Генеральным соглашением не были предусмотрены пределы изменения основного обязательства.
Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенной в п. 2 Постановления Пленума от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров,
связанных с поручительством», договор поручительства может предусматривать заранее данное согласие поручителя в случае изменения обязательства
отвечать перед кредитором на измененных условиях. Такое согласие должно
быть явно выраженным и должно предусматривать пределы изменения обязательства (например, денежную сумму или размер процентов, на которые могут
быть увеличены соответственно сумма долга и проценты по нему; срок, на
который может быть увеличен или сокращен срок исполнения обеспеченного
обязательства, и т.п.), при которых поручитель согласен отвечать по обязательствам должника. Если указанные пределы изменения обязательства в договоре
поручительства не установлены, но обеспеченное обязательство изменилось,
то поручитель отвечает перед кредитором на первоначальных условиях обеспеченного обязательства.
Таким образом, если бы данный спор рассматривался в первой инстанции после
принятия Пленумом ВАС РФ указанного выше Постановления, при принятии
решения о взыскании с поручителя сумм, не уплаченных банку заемщиком,
суд должен был бы руководствоваться условиями генерального соглашения,
а не заключенных в рамках него договоров.
ФАС СКО
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
Прекращение иных обеспечительных
сделок не влияет на судьбу
поручительства, предоставленного
в обеспечение того же обязательства
Постановление ФАС СКО от 22.03.2012 № А53-13011/2011
Поручительство и залог являются самостоятельными способами обеспечения исполнения
обязательства. В связи с этим расторжение договора залога само по себе не изменяет
ни обеспечиваемое обязательство, ни поручительство и не влечет увеличения ответственности поручителя.
Предприниматель обратился в суд с иском к банку о признании прекращенным
поручительства по договору поручительства.
Решением суда исковое требование удовлетворено. Суд признал прекращенным
поручительство, возникшее в силу договора поручительства, заключенного
предпринимателем и банком в обеспечение обязательств общества по кредитному договору. Судебный акт мотивирован тем, что без согласия поручителя произведено уменьшение обеспеченности основного обязательства путем исключения залога, в связи с этим договор поручительства прекратил свое действие.
Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, в удовлетворении исковых требований отказано.
Судебная коллегия исходила из того, что залог и поручительство являются
самостоятельными способами обеспечения исполнения обязательства, поэтому расторжение договора залога само по себе не изменяет ни обеспечиваемое
обязательство, ни поручительство, не влечет ни увеличения ответственности
поручителя, ни иных неблагоприятных последствий для него и не является
основанием прекращения поручительства. Кроме того, суд апелляционной
инстанции указал, что при взыскании солидарной задолженности по кредитному договору суд общей юрисдикции отклонил доводы предпринимателя о прекращении поручительства.
Оставляя кассационную жалобу предпринимателя на постановление суда апелляционной инстанции без удовлетворения, окружной суд исходил из следующего.
Банк и общество заключили кредитный договор, согласно которому банк предоставляет заемщику кредит на финансирование оборотного капитала. За пользо-
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
вание кредитом заемщик уплачивает банку проценты в размере 24% от суммы
задолженности по кредиту.
В соответствии с данным договором заемщик обязуется обеспечить возврат
полученного кредита и процентов за пользование им путем предоставления
следующего обеспечения: залог товаров в обороте, принадлежащих на праве
собственности обществу; поручительство Э.В. Байкова; поручительство индивидуального предпринимателя Д.К. Любенко. Договор залога заключен на условиях, согласованных в кредитном договоре.
В силу договора поручительства, заключенного банком и предпринимателем,
поручитель обязуется отвечать перед кредитором за исполнение всех обязательств общества (заемщик) по кредитному договору в случае неисполнения либо
ненадлежащего исполнения заемщиком своих обязательств перед кредитором.
Банк и общество (заемщик) заключили дополнительное соглашение к кредитному договору, согласно которому срок погашения кредита по кредитному договору продлен, а залоговая стоимость товаров в обороте уменьшена. Аналогичное
дополнительное соглашение заключено к договору залога товаров в обороте.
Дополнительным соглашением к договору поручительства предприниматель
и банк согласовали, что срок погашения кредита по кредитному договору, на
который дано поручительство, продлен до 24 сентября 2010 г. включительно.
Банк (залогодержатель) и общество (залогодатель) заключили дополнительное
соглашение к договору залога товаров в обороте о расторжении с 7 декабря
2010 г. договора залога.
Дополнительным соглашением к кредитному договору банк и заемщик исключили из кредитного договора указание на обязанность заемщика обеспечить
исполнение кредитного договора залогом товаров в обороте по договору залога
товаров в обороте.
Предприниматель, полагая, что расторжение договора залога товаров в обороте
прекращает его обязательства по договору поручительства, обратился в арбитражный суд.
Согласно ст. 361 ГК по договору поручительства поручитель обязывается перед
кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства
полностью или в части.
В силу ст. 363 ГК при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником
обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства
не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.
Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
ФАС СКО
и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим
исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.
Согласно ст. 367 ГК поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства, а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для
поручителя, без согласия последнего.
Президиум ВАС РФ в Информационном письме от 20.01.1998 № 28 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами
норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве» разъяснил, что в случае изменения основного обязательства, влекущего увеличение
ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без
согласия последнего поручительство считается прекращенным с момента внесения изменений в основное обязательство.
Из материалов дела видно, что содержание основного кредитного обязательства
в результате расторжения договоров залога товаров в обороте не изменилось:
условия кредитного договора в части суммы кредита, сроков его погашения,
процентной ставки за пользование кредитом остались прежними. В договоре
поручительства отсутствует условие о том, что при невыполнении заемщиком
обязательства кредитор в первоочередном порядке предъявляет требование
о погашении кредита к залогодателю и только в случае непогашения последним
задолженности вправе предъявить требование к поручителю.
КОММЕНТАРИИ ЭКСПЕРТОВ
Руднев
Антон
Павлович,
адвокат, юрист
Адвокатского бюро
«Егоров, Пугинский,
Афанасьев и партнеры»
Сформулированная судом позиция затрагивает весьма значимую с практической точки зрения проблему.
Наличие нескольких обеспечительных должников —
безусловный плюс для кредитора: чем их больше, тем
выше вероятность компенсировать свои потери при
неисправности основного должника. Но если взглянуть
на эту ситуацию с точки зрения самих обеспечителей, то зачастую они принимают на себя обязанность
отвечать перед кредитором, рассчитывая на то, что
последний предъявит требование ко всем обеспечителям одновременно, а не к кому-то из них в отдельности.
Логическим продолжением этого намерения выступает
желание освободиться от своих обязательств, как только прекращается одно из обеспечений, подкрепляющих
один и тот же основной долг.
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
Недавно Высший Арбитражный Суд РФ положил конец дискуссиям на этот счет.
В п. 36 Постановления от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения
споров, связанных с поручительством» Пленум ВАС РФ указал, что прекращение иных обеспечительных сделок не влияет на судьбу поручительства, предоставленного в обеспечение того же обязательства. При этом иное может быть
предусмотрено самим договором поручительства.
Подобная позиция уже высказывалась арбитражными судами ранее (см., напр.,
постановление ФАС Северо-Западного округа от 19.07.2011 по делу № А216976/2010), но теперь она стала общим ориентиром для судебно-арбитражной
практики.
Данный подход выражает компромисс между интересами гражданского оборота в целом и стремлением отдельного обеспечительного должника минимизировать свой риск. Сама по себе привязка момента прекращения одного поручительства к прекращению или недействительности других обеспечительных
обязательств правомерна и носит характер отменительного условия (п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 42). Но до тех пор, пока в договоре поручительства
это условие отсутствует, поручитель продолжает отвечать перед кредитором
за неисполнение основного обязательства, даже если иные обеспечительные
должники такую обязанность утратили.
Отдельно отметим следующий аргумент, который был положен в основу решения ФАС СКО: договор поручительства не содержит условия о том, что требование кредитора к поручителю может быть предъявлено только при непогашении
задолженности залогодателем.
Полагаем, что наличие подобного условия только в соглашении с отдельным
поручителем вряд ли изменило бы ситуацию. Очередность, в которой кредитор
вправе требовать исполнения от обеспечительных должников, затрагивает не
только отношение «кредитор — конкретный поручитель», но также влияет на
права иных обеспечителей.
Поэтому корректно этот институт мог бы действовать только в том случае,
если бы все обеспечительные соглашения содержали указание на очередность,
в которой обеспечительные должники отвечают перед кредитором, или же ее
закрепляло бы одно многостороннее соглашение.
С учетом принципа свободы договора такое соглашение следовало бы признать допустимым. Но позиция законодателя в этом вопросе неясна. По общему
правилу поручитель и должник являются солидарными должниками, следовательно, кредитор вправе требовать исполнения от них обоих либо от каждого
в отдельности. Вполне логично, что и при наличии нескольких видов обеспечения кредитор также свободно определяет, каким обеспечительным активом
выгоднее воспользоваться в первую очередь. Косвенно из этого следует, что
самостоятельность нескольких видов обеспечения — гарантия прав кредитора.
На вопрос, может ли кредитор добровольно отказаться от этой гарантии в интересах обеспечительных должников, судебная практика пока ответа не дала.
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
ФАС СКО
Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от
22.03.2012 по делу № А53-13011/2011 подтвердило законность акта апелляционной инстанции, отказав в признании поручительства прекращенным. Основанием
для предъявления истцом такого требования явилось
расторжение договора залога, который также выступал
в данном случае как способ обеспечения исполнения
обязательства.
Грядов
Алексей
Валерьевич,
юрист международной
юридической фирмы
Salans
В силу п. 1 ст. 367 ГК поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства,
а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия
последнего.
Вопрос о том, можно ли квалифицировать утрату вещного обеспечения (в данном случае залога) как изменение
обеспечиваемого обязательства является предметом
доктринальных дискуссий. Существует точка зрения,
согласно которой основное и обеспечительное обязательство представляют собой одно единое обязательство в силу общей функциональной направленности. Кроме того, в ряде зарубежных законодательств
(ст. 2314 Французского гражданского кодекса, ст. 776 Германского гражданского уложения) предусмотрено освобождение поручителя от поручительства,
если в результате действий кредитора поручитель не сможет вступить на его
место в отношении принадлежащих кредитору прав и ипотек.
Тем не менее судебная практика ВАС РФ, как предшествующая вынесению указанного постановления (Определение ВАС РФ от 27.02.2010 № ВАС-1506/10),
так и следующая за ним (Постановление Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42),
четко указывает на то, что прекращение иного способа обеспечения не является основанием для прекращения поручительства. В частности, об этом прямо
говорится в п. 36 Постановления № 42.
Мы полностью разделяем подход, согласно которому расторжение договора
залога не следует квалифицировать как основание для прекращения поручительства. Основное обязательство четко отличается в действующем гражданском законодательстве от способов его обеспечения: подтверждением этого
тезиса, в частности, является п. 2 ст. 329 ГК, согласно которому недействительность соглашения об обеспечении исполнения обязательства не влечет недействительности этого обязательства (основного обязательства).
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
Согласно п. 1 ст. 329 ГК исполнение обязательств может
обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором. При этом обязательство
может обеспечиваться как одним, так и несколькими
способами.
Кабашный
Евгений
Григорьевич,
главный специалистэксперт отдела
правового обеспечения
Управления
Федеральной службы
государственной
регистрации, кадастра
и картографии по
Краснодарскому краю
По своей правовой природе поручительство и залог
относятся к способам обеспечения исполнения обязательств, имеющим дополнительный (акцессорный)
характер по отношению к обеспечиваемому (основному) обязательству и следующим судьбе последнего
(п. 2 и 3 ст. 329 ГК). Вместе с тем по отношению друг
к другу способы обеспечения обязательств не носят
взаимообусловливающего характера. В случае, когда
исполнение обязательства обеспечено несколькими
способами, недействительность или прекращение действия одного способа обеспечения сами по себе не
влекут аналогичных последствий в отношении другого
способа.
Согласно ст. 323 ГК при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как
от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как
полностью, так и в части долга. Солидарные должники остаются обязанными до
тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.
В соответствии со ст. 361, 363 ГК по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за неисполнение последним
его обязательств полностью или в части, а при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства
поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно в том же объеме,
как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по
взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или
ненадлежащим исполнением обязательства должником.
Таким образом, в силу солидарного характера ответственности поручителей
и должника банк имел право требовать погашения задолженности как от всех
должников совместно, так и от каждого в отдельности. При этом факт изменения или прекращения договора залога не имеет правового значения при
определении ответственности поручителей.
Основания прекращения поручительства определены в п. 1 ст. 367 ГК, согласно
которому поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им
обязательства, а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего.
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
ФАС СКО
Изменения основного обязательства не произошло, само по себе обстоятельство изменения или прекращения договора залога не ухудшает положение
поручителя и не прекращает поручительство, так как в данном случае поручитель отвечает перед кредитором на первоначальных условиях обязательства,
обеспеченного поручительством.
Радченко
Сергей
Дмитриевич,
адвокат, старший
юрист адвокатского
бюро «Юг», кандидат
юридических наук
Логика истца, требовавшего от суда признать поручительство прекратившимся, очень проста: у меня есть
шанс не платить, если кредитор обратит взыскание на
залог, а поскольку залог прекращен, мое положение
ухудшается и поручительство должно быть прекращено
на основании п. 1 ст. 367 ГК. Тонкость здесь в том, что
законодатель в п. 1 ст. 367 ГК связывает прекращение
поручительства сугубо и исключительно с прекращением или изменением обеспеченного обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя. Поскольку
обеспеченное обязательство никак не изменилось, суд
правомерно отказал в иске.
Интересно также обратить внимание на выбранный истцом способ защиты права — признание поручительства
прекращенным. Действующее законодательство такого
иска не знает, а согласно ст. 12 ГК способ защиты должен
быть прямо назван в законе. Однако в судебной практике за таким иском признается право на существование
(см. Постановление ВАС РФ от 19.06.2012 № 1058/12).
Кассационный суд поддержал выводы нижестоящих
инстанций, заключающиеся в том, что расторжение
договора залога товаров в обороте не прекращает обязательства поручителя по договору поручительства.
Кочергин
Петр
Валерьевич,
лектор Северо-Кавказского НИИ актуальных
проблем современного
права, кандидат
юридических наук
Содержание основного кредитного обязательства
в результате расторжения договоров залога товаров
в обороте не изменилось: условия кредитного договора в части суммы кредита, сроков его погашения,
процентной ставки за пользование кредитом остались
прежними. В договоре поручительства отсутствует
условие о том, что при невыполнении заемщиком
обязательства кредитор в первоочередном порядке
предъявляет требование о погашении кредита к залогодателю и только в случае непогашения последним
задолженности вправе предъявить требование к поручителю.
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
При таких обстоятельствах кассационный суд обоснованно поддержал позицию нижестоящих судов о том, что поручительство и залог являются самостоятельными способами обеспечения исполнения обязательства, в связи с этим
расторжение договора залога само по себе не изменяет ни обеспечиваемое
обязательство, ни поручительство и не влечет увеличения ответственности
поручителя.
Данный подход в полной мере согласуется с правовым позициями ВАС РФ, изложенными в п. 36 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством»: «Если
обязательство, по которому выдано поручительство, было обеспечено другим
поручительством, залогом, банковской гарантией и т.п., то судам следует
исходить из того, что прекращение иных обеспечительных сделок само по себе
не прекращает поручительство. Иное может быть предусмотрено договором
поручительства».
Вопрос мог бы возникнуть только в том случае, если бы договор поручительства
содержал оговорку о том, что поручительство прекращается, если прекращается договор залога. Из судебных актов по делу и доводов кассационной жалобы
не следует, что такая оговорка была.
Представляется, что довод о прекращении поручительства по причине прекращения залога основан не на нормах российского, а на нормах германского
права. Так, согласно § 776 ГГУ если кредитор откажется от преимущественного права на исполнение по своему требованию, от залогового права, земельной
или судовой ипотеки, установленных в его пользу, либо откажется от права
в отношении одного из совместных поручителей, то поручитель освобождается
от поручительства в той мере, в какой он на основании § 774 мог бы получить
возмещение за счет права, от которого отказался кредитор. Но даже в приведенном случае поручитель не освобождается от ответственности всегда в полном
объеме, а лишь в той мере, в которой он мог получить возмещение за счет заложенного имущества после того, как на него — исполнившего основное обязательство поручителя — перейдут права кредитора.
Между тем действующее регулирование перехода прав по обеспечительным
сделкам носит не императивный, а диспозитивный характер. Согласно п. 14
Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «по смыслу пункта 1
статьи 365 ГК РФ к поручителю переходят принадлежащие кредитору права
залогодержателя как при залоге, установленном третьим лицом в обеспечение
исполнения обязательств должника, так и при залоге, установленном должником по собственным обязательствам. При этом судам следует иметь в виду, что
иные последствия исполнения поручителем обязательств перед кредитором
могут быть предусмотрены соглашением кредитора и поручителя (в частности,
переход требования без одновременного перехода прав по обеспечительным
сделкам)». Таким образом, кассационный суд правомерно оставил без изменения судебные акты нижестоящих инстанций.
ФАС СКО
СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУГ
интересное дело
ФАС СКО
На мой взгляд, суды апелляционной и кассационной
инстанции по данному делу сделали вполне предсказуемые и верные выводы, согласующиеся с общепризнанной практикой по этому вопросу.
Шемякин
Александр
Александрович,
В принятых судебных актах верно указано на то обстоятельство, что поручительство и залог являются самостоятельными способами обеспечения исполнения обязательства. Поэтому расторжение договора залога само
по себе не изменяет ни обеспечиваемое обязательство,
ни поручительство, следовательно, не влечет увеличения ответственности поручителя.
В проекте Постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», обнародованном 22 февраля 2012 г. на
сайте ВАС РФ, также указывается на то обстоятельство,
что если поручительство было обеспечено другим поручительством, залогом, банковской гарантией и т.п.,
то судам следует исходить из того, что прекращение
иных обязательственных сделок само по себе не прекращает поручительство.
Иное может быть предусмотрено договором поручительства.
юрист юридической
компании «Хренов и
Партнеры»
К тому же важно отметить, что изменение основного обязательства (увеличение суммы долга, размер процентов) само по себе не ухудшает положения поручителя и не прекращает поручительство, так как тогда поручитель отвечает
перед кредитором на первоначальных условиях.
Документ
Категория
Типовые договоры
Просмотров
72
Размер файла
2 040 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа