close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Номер 7 - Хозяйство и право

код для вставкиСкачать
Учредители —
Высший Арбитражный Суд Российской Федерации,
Министерство юстиции Российской Федерации
и трудовой коллектив редакции журнала
.
Издается с января 1977 года
№ 7 (234) • Июль • 1996
Â
ÍÎÌÅÐÅ
ÊÎÌÌÅÍÒÀÐÈÈ ÇÀÊÎÍÎÂ
.
Å. ÑÓÕÀÍÎÂ. Çàåì è êðåäèò. Ôèíàíñèðîâàíèå ïîä óñòóïêó äåíåæíîãî
òðåáîâàíèÿ. Áàíêîâñêèé âêëàä. Áàíêîâñêèé ñ÷åò
(ãëàâû 42–45)
(Êîììåíòàðèé ÃÊ ÐÔ)
3
 ÓÑËÎÂÈßÕ ÐÛÍÎ×ÍÎÉ ÝÊÎÍÎÌÈÊÈ
.
Í. ÏËÀÒÎÍÎÂÀ. Ïðàâîâûå ïðîáëåìû îñóùåñòâëåíèÿ èíîñòðàííûõ
è îòå÷åñòâåííûõ èíâåñòèöèé â ýêîíîìèêó Ðîññèè íà îñíîâå ñîãëàøåíèé
î ðàçäåëå ïðîäóêöèè
26
Þ. ÂÎËÜÄÌÀÍ. Çàêîí î ðåêëàìå è íåêîòîðûå ïðîáëåìû åãî ïðèìåíåíèÿ
38
ÐÛÍÎÊ ÖÅÍÍÛÕ ÁÓÌÀÃ
.
Í. ÂÎÅÂÎÄÑÊÀß, È. ÄÎÁÐÎÕËÎÏ. Ñîñòîÿíèå äåíåæíîãî ðûíêà
47
ÂÎÏÐÎÑÛ ÇÀÊÎÍÎÄÀÒÅËÜÑÒÂÀ
.
ß. ÏÀÐÖÈÉ. Íîâûé Ãðàæäàíñêèé êîäåêñ è çàêîíîäàòåëüñòâî î çàùèòå ïðàâ
ïîòðåáèòåëåé è ñåðòèôèêàöèè
58
Ë. ÃÐÎÑÜ. Íîâîå â ãðàæäàíñêîì ïðîöåññóàëüíîì çàêîíîäàòåëüñòâå
67
Â. ÒÎËÑÒÎØÅÅÂ. Ïðàâîâîå îáåñïå÷åíèå ðåãèîíàëüíîé ýêîíîìèêè
73
Ë. ÍÎÂÎÑÅËÎÂÀ. Î ïðàâîâîé ïðèðîäå ñðåäñòâ íà áàíêîâñêèõ ñ÷åòàõ
82
1
ÎÔÈÖÈÀËÜÍÛÅ ÌÀÒÅÐÈÀËÛ
.
Ïåðå÷åíü íîðìàòèâíûõ àêòîâ ìèíèñòåðñòâ è âåäîìñòâ, çàðåãèñòðèðîâàííûõ
â Ìèíèñòåðñòâå þñòèöèè Ðîññèéñêîé Ôåäåðàöèè â àïðåëå è ìàå 1996 ãîäà
91
ÌÍÅÍÈß È ÑÓÆÄÅÍÈß
.
Ì. ÊÀÐÀÑÅÂÀ. Íàëîãîâîå çàêîíîäàòåëüñòâî è ïðàâîñóáúåêòíîñòü
ôèçè÷åñêîãî ëèöà
97
Ê. ÍÀÌ. Ïðàâîâàÿ ïðèðîäà äîãîâîðà áàíêîâñêîãî ñ÷åòà
105
ÄÎÃÎÂÎÐÍÀß ÐÀÁÎÒÀ
.
Í. ÃÎÍ×ÀÐÎÂÀ. Íîâîå ãðàæäàíñêîå çàêîíîäàòåëüñòâî: äîãîâîð ïîñòàâêè
è îòâåòñòâåííîñòü
113
ÏÐÀÊÒÈÊÀ È ÎÏÛÒ
.
Î. ÑÂÈÐÈÄÅÍÊÎ. Ñòðàõîâàíèå êðåäèòíûõ ðèñêîâ
119
È. ÃÓÑÅÂÀ. Ïðîáëåìà îòñðî÷åííûõ êðåäèòîâ
128
ÌÅÆÄÓÍÀÐÎÄÍÀß ÏÀÍÎÐÀÌÀ
.
À. ÃÐÈÁÀÍÎÂ. Îòâåòñòâåííîñòü çà íåèñïîëíåíèå äîãîâîðíûõ îáÿçàòåëüñòâ
â ïðàâå Àíãëèè è ÑØÀ
136
ÊÎÍÑÓËÜÒÀÖÈß
.
Þ. ÊÎÐØÓÍÎÂ. Ïðàâèëà âîçìåùåíèÿ âðåäà, ïðè÷èíåííîãî
ïðè èñïîëíåíèè òðóäîâûõ îáÿçàííîñòåé
149
Ä. ÔÓÐÑÎÂ. Ôîðìà è ñîäåðæàíèå èñêîâîãî çàÿâëåíèÿ
161
Ã. ÀÂÀÍÅÑÎÂÀ. Ïðèìåíåíèå áàíêîâñêîé ãàðàíòèè è äîãîâîðà ïîðó÷èòåëüñòâà
â áàíêîâñêîé ïðàêòèêå
175
Îòâå÷àåì íà âîïðîñû ÷èòàòåëåé
186
© "Õîçÿéñòâî è ïðàâî", 1996
2
Êîììåíòàðèè çàêîíîâ
Комментарий ГК РФ
Заем и кредит. Финансирование под
уступку денежного требования. Банковский
вклад.
Банковский счет *
(главы 42–45)
Заем и кредит (гл. 42, ст. 807–823)
Заемные и кредитные отношения — неотъемлемая часть
имущественного оборота. В ранее действовавшем ГК РСФСР
1964 года правовое регулирование этих отношений было
значительно обеднено, а кредитные обязательства оторваны от
заемных и рассматривались законом как самостоятельные виды
обязательств. Основы гражданского законодательства 1991 года,
напротив, исходили из тождества договоров займа и кредитного,
хотя и признавали возможность возникновения особого
обязательства по предоставлению кредита. Все это породило ряд
практических сложностей и недоразумений, которые разрешил
новый Граждан-ский кодекс.
Кодекс исходит из необходимости различения нескольких
договорных обязательств, оформляющих единые по экономической природе заемные отношения. В главе 42, во-первых,
регламентирован договор займа в строгом смысле слова, правила
о котором одновременно являются общими для договоров
денежного и товарного кредита; во-вторых, кредитный договор, к
которому при отсутствии специальных предписаний могут
применяться также правила о договоре займа, если они не
* Ïðîäîëæåíèå. Íà÷àëî ñì. â ¹¹ 1–6 çà 1996 ã.
3
противоречат существу урегулированных им отношений; втретьих, особые разновидности кредита — товарный и
коммерческий, к которым наряду с правилами о договорах
кредита и займа могут также применяться правила об основных
договорах, обслуживаемых кредитом (например, о договорах
купли-продажи). Таким образом, различные кредитные
обязательства
рассматриваются
как
самостоятельная
разновидность общей категории заемных обязательств.
Заем традиционно является реальным договором, вступающим в силу лишь с момента передачи денег (или вещей)
займодавцем заемщику, когда и возникают соответствующие
обязательства. Это прямо следует из правила абз. 2 п. 1 ст. 807
ГК, согласно которому лишь с указанного момента договор
считается заключенным. По этой конструкции займодавца
нельзя, следовательно, понудить к выдаче займа, поскольку
обещание предоставить его не имеет юридической силы. Ясно,
что такой классический подход к займу не рассчитан на
профессиональный финансовый рынок, что, собственно, и
предопределяет появление относительно самостоятельных
кредитных обязательств.
Кроме того, обязательства займа могут возникать не только из
договора займа. По соглашению сторон иного договора,
например купли-продажи или аренды, их долг, возникший по
такому договору (к примеру, по предоставлению товаров или по
оплате аренды), может быть заменен (новирован) обязательством
займа (ст. 818 ГК). Фактически это означает известную отсрочку
исполнения с распространением на нее правил о договоре займа,
включая возможное начисление процентов.
Предметом договора займа могут быть как деньги, так и иные
движимые вещи, которые определяются родовыми, а не
индивидуальными
признаками
(например,
определенное
договором количество зерна известного сорта или металла какойлибо марки). Следовательно, имущество, составляющее предмет
займа, поступает в собственность заемщика и перестает быть
объектом собственности займодавца. Поэтому последний вправе
претендовать на возврат ему лишь аналогичных по количеству
вещей того же рода и качества, но не тех же самых вещей. Ведь
заемщик использует эти вещи в своих целях, нередко смешивая
их с собственными аналогичными вещами. Невозможность
вернуть те же самые денежные купюры или вещи очевидна, ибо в
ином случае исключается их использование заемщиком для
4
собственных нужд. Поэтому различие собственного и заемного
имущества (средств) возможно проводить лишь в учетных
(бухгалтерских) целях, в частности определяя размер (сумму,
стоимость) чистых активов хозяйственного общества. Но
собственником заемных средств все равно становится заемщик, а
у займодавца имеется лишь основанное на договоре
(обязательстве) займа соответствующее право требования.
Данное обстоятельство важно иметь в виду при рассмотрении
любых сделок, содержащих элементы займа, в частности
банковских. В последнем случае именно банк или иное
кредитное учреждение, выступающее в роли заемщика по
отношению к своим клиентам-вкладчикам, становится
собственником соответствующих средств, а находящиеся у него
"заемные средства" юридически и фактически являются его
собственностью. Невозможен ни "наем денежных купюр" по
договорам "селенга" (представлявший собой, по сути,
мошенническую сделку с целью обхода требований о
лицензировании
кредитно-банковской
деятельности),
ни
"доверительное управление денежными купюрами" (теперь
прямо исключенное п. 2 ст. 1013 ГК), допускавшееся пра-вилами
о "паевых инвестиционных фондах", призванными спасти от
банкротства такого рода сомнительные организации 1 .
К сожалению, новая редакция Закона о банках и банковской
деятельности от 3 февраля 1996 года вновь допускает
"доверительное управление денежными средствами" (п. 3 ч. 2
ст. 5 и ст. 7 Закона о внесении изменений и дополнений в этот
Закон), что не просто противоречит здравому смыслу, но и станет
основой для продолжения различных злоупотреблений, в том
числе и со стороны "паевых инвестиционных фондов".
Сторонами договора займа могут быть любые лица, в том
числе граждане и некоммерческие организации. Следует, однако,
иметь в виду, что речь идет именно о договорах займа, хотя бы и
возмездных, но не о кредитных сделках. Не могут выступать в
роли займодавцев финансируемые собственником учреждения,
ибо в содержание имеющегося у них права оперативного
управления
возможности
распоряжения
имуществом
собственника не входят (п. 1 ст. 298 ГК). Таковыми обычно
1 Ñì.: Óêàç Ïðåçèäåíòà ÐÔ îò 26 èþëÿ 1995 ãîäà ¹ 765 "Î äîïîëíèòåëüíûõ ìåðàõ ïî ïîâûøåíèþ ýôôåêòèâíîñòè èíâåñòèöèîííîé ïîëèòèêè Ðîññèéñêîé Ôåäåðàöèè" // Ñîáðàíèå çàêîíîäàòåëüñòâà ÐÔ, 1995,
¹ 31, ñò. 3097.
5
являются государственные органы и органы местного
самоуправления (если только закон прямо не разрешает им
участвовать
в
имущественном
обороте
от
имени
соответствующего публично-правового образования). Казенные
предприятия могут быть займодавцами только с согласия
собственника (п. 1 ст. 297 ГК).
По общему правилу договор займа теперь предполагается
возмездным, причем размер процентов в соответствии с п. 1
ст. 809 ГК определяется договором (если только безвозмездный
характер займа не установлен законом или договором). При
отсутствии в этом договоре прямых указаний о размере
процентов он определяется по тем же правилам, что и проценты
за пользование чужими денежными средствами (п. 1 ст. 395 ГК).
Сами проценты по соглашению сторон могут взыскиваться как в
денежной, так и в натуральной форме и в этом смысле не зависят
от предмета займа (его характера). Вместе с тем имеется в виду,
что заем вещей — беспроцентный (безвозмездный), если иное
прямо не предусмотрено в договоре. В денежном займе
беспроцентным предполагается только бытовой заем между
гражданами (на сумму, не превышающую 50-кратного размера
минимальной оплаты труда).
Проценты по договору займа могут выплачиваться в любом
согласованном сторонами порядке (в том числе и однократно), но
при отсутствии специальных указаний должны выплачиваться
ежемесячно, причем не до определенного договором срока
возврата суммы займа, а до дня ее фактического возврата (п. 2
ст. 809 ГК). Эту норму следует применять в сочетании с
правилом
ст. 319
Кодекса,
согласно
которому
при
недостаточности суммы платежа, произведенного должником, по
общему правилу считается, что основная сумма долга погашается
в последнюю очередь. Следовательно, и проценты по займу
могут продолжать начисляться на неполученную сумму до ее
полного погашения.
Закон вместе с тем не предусматривает известного законодательству некоторых зарубежных стран правила о начислении процентов на проценты. Предусмотренные ст. 395 ГК
проценты за неисполнение денежного обязательства, в том числе
обязательства займа, будучи санкцией за нарушение договора, а
не "платой за кредит", могут поэтому начисляться помимо
(сверх) процентов, установленных договором займа (разумеется,
если иное последствие нарушения заемщиком договора не
6
предусмотрено в самом договоре). Однако такие проценты
начисляются со дня, когда сумма займа подлежала возврату, до
дня ее фактического возврата займодавцу (п. 1 ст. 811 ГК). В
случае согласования сторонами возможности возврата суммы
займа по частям при просрочке возврата любой очередной части
займодавец получает право требования возврата всей оставшейся
суммы займа с процентами (п. 2 ст. 811 ГК). С этого момента,
следовательно, возможно и начисление на указанную сумму
дополнительно процентов в соответствии с правилом ст. 395
Кодекса. Очевидно, что проценты по нормам ст. 395 ГК могут
быть взысканы лишь при нарушении обязательства займа денег,
но не вещей (либо при невозврате процентов в денежной сумме
по договору займа вещей).
Аналогичные последствия наступают для заемщика в случаях,
когда он не предоставляет займодавцу обещанное по договору
дополнительное обеспечение возврата займа (например, предмет
залога, поручительство другого лица или банковскую гарантию),
либо это обеспечение утрачивается (например, погибает предмет
залога) или его условия ухудшаются (например, поручитель–
коммерческая организация объявляет об уменьшении своего
уставного капитала) не по вине займодавца. Поскольку
обеспечение займа предоставлял заемщик, он и должен
позаботиться о его реальности. В противном случае займодавец
вправе требовать досрочного возврата ссуды с процентами с
начислением на эту сумму процентов согласно ст. 395 ГК со дня
возникновения такого права.
Договор займа предусматривает упрощенное по сравнению с
кредитным договором оформление. Простая письменная форма
требуется для этого договора только в случаях, когда
займодавцем является юридическое лицо либо сумма этого
договора, заключаемого между гражданами, превышает не менее
чем в 10 раз минимальный размер оплаты труда, установленный
законодательством (п. 1 ст. 808 ГК). В остальных случаях этот
договор не требует даже простой письменной формы. Вместе с
тем последняя и в указанных выше случаях может быть заменена
предоставлением расписки заемщика либо иного документа, подтверждающего передачу займодавцем заемщику определенной
денежной суммы или определенного количества вещей
(платежное поручение банку, счет-фактура на товары, облигация
и т. д.).
7
Важно иметь в виду, что даже при несоблюдении простой
письменной формы договора займа в случаях, предусмотренных
законом, такой договор вовсе не считается недействительным. В
силу п. 1 ст. 162 ГК сторонам в такой ситуации запрещается
ссылаться на свидетельские показания в подтверждение договора
займа или его условий. Это не лишает их возможности приводить
письменные
и другие доказательства. Таким образом,
последствия несоблюдения простой письменной формы договора
займа связаны с ограничением круга доказательств,
представляемых сторонами в случае спора. При отсутствии спора
такой договор является действительным.
Договор займа является односторонним, так как возлагает
обязанность только на заемщика, оставляя за займодавцем право
требования. Поэтому закон и говорит только об обязанности
заемщика и последствиях ее нарушения (ст. 810, 811, 813 ГК).
Более того, ныне весьма четко установлен и момент исполнения
обязанности заемщика. Сумма займа считается возвращенной
либо в момент фактической передачи ее займодавцу (из рук в
руки), либо в момент зачисления на его банковский счет. Лишь с
этого момента считаются прекратившимися обязательства
заемщика (и соответственно начисление процентов за просрочку,
в том числе предусмотренных ст. 395 ГК). Таким моментом
нельзя, следовательно, считать списание соответствующей
суммы со счета плательщика или ее поступление на корреспондентский счет обслуживающего банка, что имеет
существенное значение, особенно в отношениях банковского
кредита. Иной порядок возврата суммы займа может быть,
разумеется, предусмотрен договором сторон.
На займодавце лежат лишь так называемые "креди-торские
обязанности", присутствующие в подавляющем большинстве
обязательств (п. 2 ст. 408 ГК). Он должен выдать заемщику
расписку в получении предмета займа (или его части), либо
вернуть соответствующий долговой документ (например,
расписку заемщика), либо сделать надпись о возврате долга на
возвращаемом долговом документе, либо, наконец, отметить в
своей расписке невозможность возврата долгового документа,
выданного ему заемщиком (например, по причине его утраты).
При невыполнении этих обязанностей займодавец считается
просрочившим, что исключает начисление с этого момента
каких-либо процентов, подлежащих уплате заемщиком (п. 3
ст. 406 ГК).
8
Новый ГК предусматривает, что беспроцентный (безвозмездный) заем может быть возвращен заемщиком досрочно, а
заем, предоставленный под проценты (возмездный), может быть
досрочно возвращен только с согласия займодавца (п. 2 ст. 810
ГК), поскольку последний лишается в этом случае части своего
дохода. Это обстоятельство касается и кредитных договоров,
заключаемых банками. Вместе с тем при отсутствии в договоре
займа указания на срок возврата (либо определении его моментом востребования) сумма займа теперь подлежит возврату в 30дневный срок (абз. 2 п. 1 ст. 810 ГК), а не в 7-дневный, как было
ранее. Это существенно улучшает положение заемщика по
такому договору, особенно в бытовых отношениях.
Â
Êîäåêñå
ñïåöèàëüíî
óðåãóëèðîâàíû
îòäåëüíûå
ðàçíîâèäíîñòè
îáÿçàòåëüñòâ çàéìà: âåêñåëüíûå îáÿçàòåëüñòâà, îáÿçàòåëüñòâà, âîçíèêàþùèå ïðè
âûïóñêå è ïðîäàæå îáëèãàöèé (íàïðèìåð, õîçÿéñòâåííûìè îáùåñòâàìè), è
îáÿçàòåëüñòâà ïî äîãîâîðó ãîñóäàðñòâåííîãî èëè ìóíèöèïàëüíîãî çàéìà.
Âåêñåëüíûå îáÿçàòåëüñòâà ðåãëàìåíòèðóþòñÿ â íàñòîÿùåå âðåìÿ èìåþùèì
ñèëó çàêîíà Ïîëîæåíèåì î ïåðåâîäíîì è ïðîñòîì âåêñåëå, ïðèíÿòûì â êà÷åñòâå
ïðèëîæåíèÿ ê ïîñòàíîâëåíèþ Ïðåçèäèóìà Âåðõîâíîãî Ñîâåòà ÐÑÔÑÐ îò 24
èþíÿ 1991 ãîäà "Î ïðèìåíåíèè âåêñåëÿ â õîçÿéñòâåííîì îáîðîòå ÐÑÔÑÐ".
Ñîãëàñíî ñò. 815 ÃÊ äîëæåí áûòü ïðèíÿò ñïåöèàëüíûé çàêîí î ïåðåâîäíîì
è ïðîñòîì âåêñåëå, íîðìû êîòîðîãî ïîëó÷àò ïðèîðèòåò â ïðèìåíåíèè ïåðåä
îáùèìè ïðàâèëàìè ÃÊ î çàéìå. Äî ìîìåíòà ââåäåíèÿ òàêîãî çàêîíà â äåéñòâèå
ñîãëàñíî ñò. 4 Ââîäíîãî çàêîíà â ýòèõ îòíîøåíèÿõ äîëæíî ïðèìåíÿòüñÿ íàçâàííîå Ïîëîæåíèå 1991 ãîäà, òàêæå èìåþùåå çäåñü ïðèîðèòåò ïåðåä ïðàâèëàìè
Êîäåñà î äîãîâîðå çàéìà.
Договор займа может оформляться выпуском и продажей
облигаций, в том числе государственных и муниципальных.
Возможность выпуска облигаций должна быть прямо
предусмотрена законом, либо указом Президента или постановлением Правительства РФ. В таком случае к отношениям
облигационного займа общие правила ГК о договоре займа могут
применяться лишь постольку, поскольку иное не предусмотрено
этими актами. Так, ограничения на выпуск облигаций
акционерными обществами содержатся в п. 2 ст. 102 ГК и в ст. 33
Закона об акционерных обществах.
Государственные и муниципальные займы могут оформляться
не только облигациями, но и другими ценными бумагами,
например казначейскими обязательствами, казначей-скими
векселями или "золотыми сертификатами" Минфина, что не
меняет ни юридической, ни экономической природы
соответствующих отношений. Более того, отношения государственного займа могут оформляться и путем признания за
займодавцем некоторых специальных имущественных прав, как
9
это сделано для "владельцев" государственных краткосрочных
бескупонных облигаций (ГКО), "эмити-рованных", как известно,
в
"безбумажной
форме",
то
есть
являющихся
"бездокументарными ценными бумагами" (ст. 149 ГК) —
особыми способами фиксации определенных имущественных
прав.
Кредитный договор в соответствии с п. 1 ст. 819 ГК является
особой, самостоятельной разновидностью отношений займа. По
своей юридической природе он является консенсуальным, то есть
вступает в силу с момента достижения сторонами
соответствующего соглашения до реальной передачи денег
заемщику (тем более что такая передача может производиться
периодически, а не однократно). Следовательно, при наличии
данного соглашения заемщик может принудить займодавца к
выдаче ему кредита. Последний может, однако, отказаться от
выдачи кредита полностью или в части при наличии
обстоятельств, очевидно свидетельствующих о невозможности
возврата
суммы
кредита
в
срок,
например
при
неплатежеспособности заемщика. С другой стороны, и заемщик
не может быть принужден к получению кредита (и его возврату с
установленными
процентами),
если
иное
прямо
не
предусмотрено законом, иными правовыми актами или
договором. Таким образом, классический консенсуальный
характер этого договора значительно ослаблен и сближен с
реальным по своей юридической природе договором займа.
В роли займодавца по кредитному договору может выступать
только банк или иная кредитная организация, имеющая лицензию
Центробанка. Предметом кредитного договора могут быть только
деньги, но не иное имущество (вещи). Более того, выдача
большинства кредитов осуществляется в безналичной форме, то
есть
предметом
кредитных
отношений
становятся
соответствующие права требования, а не деньги (в виде
денежных купюр). Кредитный договор согласно ст. 820 ГК
должен быть заключен в письменной форме под страхом его
недействительности (ничтожности), что вовсе необязательно для
отношений займа.
О близости договора займа и кредита свидетельствует и
допускаемая п. 2 ст. 819 ГК возможность применения к
кредитным отношениям правил о займе, поскольку это не
противоречит нормам закона о кредитном договоре и не вытекает
из существа последнего. В частности, к этим отношениям могут
10
быть применены правила ст. 814 о целевом займе, включая
предоставление займодавцу возможностей контроля за целевым
использованием кредита и одностороннего прекращения
кредитования при нарушении заемщиком целевого назначения
кредита (п. 3 ст. 821 ГК).
Товарный кредит предусматривает выдачу заемщику вещей,
определенных родовыми признаками, а не денег. В этом его
главное отличие от обычного, денежного кредита. В остальном
на него распространяются общие правила о кредитном договоре
(ч. 1 ст. 822 ГК), в частности об обязательной письменной форме.
Коммерческий кредит (ст. 823 ГК) представляет собой не
самостоятельную сделку заемного типа, а условие, содержащееся
в возмездном договоре. Любой такой договор, например договор
купли-продажи, аренды, подряда, перевозки и др., может
включать условие о полной предварительной оплате или авансе
(частичной оплате) предоставляемого имущества, результатов
работ или оказания услуг (установленное в интересах
отчуждателя или услугодателя) либо, напротив, об отсрочке или
рассрочке такой оплаты (служащее интересам приобретателя или
услугополучателя). Экономически во всех этих случаях речь все
равно идет о кредите, по существу предоставляемом одной
стороной договора другой, например, при купле-продаже товара
с рассрочкой его оплаты.
Согласно п. 2 ст. 823 Кодекса к этому условию договора
должны "соответственно" применяться правила о займе или
кредите, если только иное прямо не предусмотрено в содержании
договора и не противоречит существу возникающего на его
основе обязательства (например, предусмотренная ст. 821 ГК
возможность одностороннего отказа от предоставления или
получения кредита едва ли применима к рассматриваемой
ситуации). Это касается прежде всего необходимости
письменного оформления условия о таком займе (кредите),
возможности получения по нему процентов и последствий его
несоблюдения сторонами.
Финансирование под уступку денежного требования (гл. 43,
ст. 824–833)
Новыми для нашего законодательства являются правила о
договоре финансирования под уступку денежного требования, в
основе которых лежат известные практике международной
торговли обязательства факторинга. Юридическую сущность
11
данных обязательств составляет уступка денежного требования,
давно известная в обязательственном праве в качестве цессии (ср.
ст. 382–390 ГК). Однако отношения факторинга имеют гораздо
более сложный характер, чем обычная цессия, сочетаясь с
отношениями займа или кредита.
При постоянной потребности клиента, например предприятия-изготовителя, в кредите обслуживающий его банк может
по договору принимать на себя обязанности не только по выдаче
клиенту кредитов под уступку соответствующих денежных
требований, но и по предоставлению ему одновременно
связанных с этим различных финансовых услуг, прежде всего по
ведению бухгалтерского учета и выставлению счетов по
поступающим денежным требованиям. Ведь такой фактор во
многих случаях, по сути, покупает дебиторскую задолженность
клиента или его платежные требования к контрагентам и потому
заинтересован в контроле над операциями своего клиента, в том
числе путем осуществления бухгалтерского учета его торговых
операций. Таким образом, наряду с уступкой требования и кредитованием здесь появляются обязательства по финансовому
обслуживанию фактором (финансовым агентом) своего клиента,
что позволяет рассматривать этот договор как комплексный
(смешанный).
Такого рода отношения возникли в практике стран с развитой
рыночной экономикой. Пионерами в этом отношении стали
США, впервые допустившие подобные сделки по покупке
долговых обязательств, причем здесь исключалось обратное
требование фактора к клиенту при неоплате уступленного
обязательства должником. Применение факторинговых операций
в Европе допустило "оборотный факторинг" (возможность
регрессного
требования
фактора
к
своему
клиенту,
исключающую, следовательно, для финансового агента риск
неплатежа со стороны дожника по уступленному обязательству).
В континентальном европей-ском праве специальные нормы о
договоре факторинга отсутствуют и для его регулирования
используются общие нормы обязательственного права, прежде
всего о цессии. Однако он достаточно широко используется в
коммерческой практике. С этой точки зрения следует отметить,
что новый российский Кодекс использовал здесь самый передовой современный опыт.
Прежде всего ГК исходит из необходимости обязательного
лицензирования факторинговой деятельности (ст. 825). При этом
12
в качестве финансового агента (фактора) могут выступать как
банки и другие кредитные организации, так и иные коммерческие
организации (хозяйственные товарищества и общества,
производственные кооперативы и унитарные предприятия, если
эта деятельность к тому же входит в содержание их специальной
правоспособности). По смыслу закона и в роли клиентов должны
выступать коммерческие организации либо индивидуальные
предприниматели, поскольку договоры факторинга используются
исключительно в предпринимательском обороте.
Предметом договора финансирования под уступку денежного
требования согласно п. 1 ст. 824 ГК может быть как передача
денежного требования финансовому агенту в обмен на
предоставление клиенту соответствующих денежных средств, так
и уступка клиентом фактору своего денежного требования в
качестве способа обеспечения исполнения обязательства,
имеющегося у клиента перед фактором (обычно опять-таки по
кредитному договору фактора с клиентом). Во втором случае
требование может переходить к фактору только при условии
невыполнения клиентом своего основного обязательства (в
субсидиарном порядке).
Данный договор со стороны финансового агента может
предусматривать как передачу денег клиенту (по модели
договора займа), так и обязательство передать их (по модели
кредитного договора). Точно так же и клиент в зависимости от
условий конкретного договора либо уступает определенное
денежное требование, либо обязуется уступить его. В
соответствии с этим можно говорить о возможности
существования
факторинга
как
реального
или
как
консенсуального договора и вести речь о возможности или
невозможности понуждения стороны к выдаче кредита или
передаче права требования. В коммерческой практике развитых
стран фактор обычно "отбирает" ("одобряет") те или иные
конкретные требования клиента и получает право отказаться от
их получения (и соответственно финансирования), например, до
момента, когда соответствующие товары клиентом еще не были
отгружены (исполнение по сделке не производилось).
Предоставление фактором клиенту дополнительных финансовых услуг, связанных с уступаемыми денежными требованиями, включая ведение бухгалтерского учета, возможно, но
не является необходимым элементом данного договора.
Очевидно, что такие услуги становятся целесообразными в
13
случаях, когда отношения сторон факторингового договора не
сводятся
к
однократной уступке требования взамен
предоставления кредита.
Клиент в соответствии со ст. 827 ГК остается ответственным
перед финансовым агентом за действительность требования,
являющегося предметом уступки, но по общему правилу не
отвечает за его реальную исполнимость. Иначе говоря, такое
требование основано на нормах закона или договора и
отсутствуют какие-либо условия, вследствие которых должник
может не исполнять его (например, по требованию истекла
исковая давность). Если же должник, несмотря на это, откажется
исполнять предъявленное к нему требование, клиент не может
отвечать за это перед фактором, если только иное прямо не
предусмотрено
договором
факторинга.
Последний,
следовательно, по общему правилу является "безоборотным", но
договором может быть предусмотрена и ситуация, при которой
клиент будет отвечать перед фактором за реальную
исполнимость уступленного требования.
Получив денежное требование от клиента, банк (фактор)
становится заинтересованным в его максимально возможном
удовлетворении и вряд ли пойдет на различные отсрочки и
другие
льготы должнику. Последний, напротив, не заинтересован в замене своего партнера-кредитора, допустим
продавца по договору купли-продажи, с которым у него могут
сложиться длительные связи, неизвестным ему финансовым
агентом. Поэтому должники, например покупатели по договорам
купли-продажи, во многих случаях настаивают на включении в
договор условия о запрете передачи любой из сторон каких-либо
прав, вытекающих из договора, иному (третьему) лицу без
согласия другой стороны. В этом случае цессия без согласия
должника должна была бы исключаться, что, в свою очередь,
стало
бы
серьезным
препятствием
для
получения
финансирования под уступку требования банку или иному
финансовому агенту.
В связи с этим Кодекс, следуя современным правилам
развитого коммерческого оборота, объявляет такой запрет цессии
по договору недействительным (п. 1 ст. 828). Теперь его наличие
в договоре не должно препятствовать уступке денежного
требования финансовому агенту без согласия должника.
Последний сохраняет в этом случае право применить к своему
первоначальному кредитору (клиенту) меры ответственности за
14
нарушение установленного договором запрета или ограничения
на уступку прав. Если, однако, такая ответственность не
определена договором, она может заключаться лишь в
возмещении должнику убытков, понесенных им вследствие
замены кредитора (например, при доказанности возникновения
дополнительных расходов, которые отсутствовали бы, если бы
долг исполнялся первоначальному кредитору).
Сам финансовый агент не предполагается получившим право
на дальнейшую переуступку (продажу) полученного от клиента
требования, если только такое право не предоставлено ему по
договору (ст. 829 ГК). Но и в этом случае переуступка
требования возможна лишь по правилам о договоре факторинга,
в частности только другому финансовому агенту, имеющему
соответствующую лицензию на это. В такой ситуации
осуществляющий переуступку финансовый агент попадает в
положение клиента, а его клиент — в положение должника. Все
это заключает в известные рамки деятельность по "скупке
долгов" и созданию "рынка долговых обязательств", который
пытаются развивать некоторые коммерческие организации,
приобретая,
например,
требования
вкладчиков
к
неплатежеспособным
банкам
или
другим
кредитным
организациям.
При расчетах фактора с должником он приобретает право на
все суммы, которые ему удастся получить от должника во
исполнение требований. Их размер может превышать сумму
выданного клиенту кредита (к выгоде фактора), а может быть и
менее этой суммы, причем по условиям предполагаемого
"безоборотным" факторинга клиент не несет за это перед
фактором никакой ответственности.
Только в случае, когда покупкой требования фактор
обеспечивает исполнение обязательств, существующих перед
ним у клиента, например по возврату выданного ему кредита,
возможны дополнительные расчеты финансового агента с
клиентом в зависимости от фактически полученных от должника
сумм. Ведь само обязательство переходит к фактору от клиента
лишь в части не исполненных последним требований, поскольку
именно их исполнение этот переход и должен обеспечивать. Если
финансовый агент фактически взыскал с должника по
уступленному обязательству сумму, превышающую размер долга
клиента, он должен передать клиенту соответствующую разницу.
В противном случае финансовый агент получил бы сумму,
15
превышающую размер его требований к клиенту, то есть
неосновательно обогатился бы за его счет. Но если полученная
фактором от должника сумма будет менее размера долга клиента,
последний остается ответственным за остаток долга (ст. 831 ГК).
Банковский вклад
ст. 834–844)
(гл. 44,
Кодекс содержит правила о двух близких разновидностях
банковских сделок — договорах банковского вклада (депозита) и
договорах банковского счета (к банковским сделкам относятся
также кредитные и факторинговые договоры и операции по
производству безналичных расчетов). Близость этих договоров
обусловлена сходством их оформления и содержания. В обоих
случаях вкладчику–клиенту банка открывается банковский счет,
на котором "хранятся" (точнее говоря, учитываются) его
денежные средства и с которого по его указанию могут
производиться соответствующие расчеты (ср. п. 1 ст. 110 и п. 1
ст. 111 Основ 1991 года). Это дает основание применять к
договорам банковского вклада некоторые общие положения о
договорах банковского счета, что имеет место как в ранее действовавшем, так и в новом законодательстве (ср. абз. 2 п. 1
ст. 111 Основ и п. 3 ст. 834 ГК).
Вместе с тем названные договоры в действительности далеко
не совпадают. Отношения банковского вклада могут
оформляться как открытием клиенту счета, на который вносится
вклад, так и выдачей ему ценной бумаги — сберегательного или
депозитного
сертификата,
при
которой
исключается
осуществление каких-либо расчетов. Для юридических лиц
исключается возможность использовать находящиеся во вкладах
(на депозитах) средства для расчетов с другими лицами (абз. 2
п. 3 ст. 834 ГК). С другой стороны, понятием банковского счета
охватываются
различные
виды
счетов
(оформляющие
соответствующие договорные отношения банков и клиентуры).
Поэтому п. 3 ст. 834 Кодекса более точно говорит о возможности
применения правил о договоре банковского счета к отношениям
банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, если иное
не предусмотрено специальными правилами о договоре банковского вклада или не вытекает из существа последнего.
Рассуждая о договорах банковского вклада и банковского
счета, важно также иметь в виду известную условность
терминологии, говорящей о "хранении" денежных средств
16
вкладчика (новый ГК, в отличие от Основ 1991 года, избегает
здесь термина "хранение"). Несмотря на использование понятия
"депозит" (depositum и означает со времен римского права
договор хранения), ни о каком хранении денег в
действительности, конечно, речи быть не может. В большинстве
случаев, особенно для юридических лиц, предметом этих
отношений являются безналичные деньги, не существующие
вообще в виде бумажных купюр, а представляющие собой права
требования (выдачи или перечисления известной денежной
суммы). Но даже при внесении на счет наличных денег они
поступают в собственность банка или иной кредитной
организации и обезличиваются, а вкладчику по его требованию
выдаются иные купюры. Нельзя рассматривать эти отношения и
как разновидность "хранения с обезличением вещей" (так
называемого "иррегулярного хранения", предметом которого
являются вещи, определенные родовыми признаками). Ведь
кредитные организации не "хранят" денежные средства в
буквальном смысле слова (даже с обезличением купюр), а
используют их в своей деятельности, не говоря уже о физической
невозможности "хранения" безналичных денег.
С этой точки зрения следует отметить неудачность определения вклада в ч. 1 ст. 36 Закона о банках и банков-ской
деятельности (в редакции от 3 февраля 1996 года). Здесь вклад
определен как "денежные средства", размещаемые "в целях
хранения и получения дохода", из чего при буквальном
толковании вытекает обязанность банка хранить денежные
купюры вкладчика и вернуть ему их, что невозможно.
Поэтому вклад как объект рассматриваемых банковских
сделок представляет собой не денежную сумму, а обязательственное право требования. Банковский счет, на котором
находится вклад, является не титулом права собственности или
иного вещного права, а определяет размер и содержание
соответствующего права требования клиента к банку. На вклад
не может существовать вещного права, в том числе права
собственности вкладчика или банка, ибо нельзя физически
обладать, например, безналичными денежными средствами.
Обязательственное же право требования может быть объектом
имущественного оборота и даже включаться в состав имущества
(например, предприятия, наследственной или конкурсной массы),
воплощая в себе некую товарную (экономическую) ценность.
Его, однако, нельзя смешивать с вещным правом, объектом
17
которого является вещь, а не притязание на известное поведение
обязанного лица. Различие вещных и обязательственных прав,
очевидное и традиционное для европейского континентального
права, неизвестно англо-американской правовой системе,
огромное влияние которой на регламентацию финансовых
отношений
безусловно.
Некритическое
заимствование
терминологии
и
конструкций
является
причиной
многочисленных недоразумений, возникающих по этому поводу
в банковской практике.
Изложенное объясняет определение договора банков-ского
вклада в п. 1 ст. 834 Кодекса, в соответствии с которым банк,
принявший вклад, обязуется возвратить сумму вклада с выплатой
предусмотренных договором процентов. Вместо обязанности
"хранить" вклад на банк возлагается обязанность принять
определенные меры по обеспечению возврата вклада (ст. 840
ГК), то есть иметь дополнительные гарантии, обеспечивающие
исполнение им своих обязательств по данному договору.
Стороной, принимающей вклады (депозиты), в данном
договоре может быть только банк, располагающий правом на
привлечение средств во вклады в соответствии с выданной ему
лицензией (ч. 2 ст. 36 Закона о банках и банков-ской
деятельности). Всякая иная кредитная организация, которой
закон предоставил право принимать вклады от юридических лиц,
также должна руководствоваться нормами о данном договоре.
Именно в этом состоит смысл правила п. 4 ст. 834 ГК, которое
нельзя понимать так, что при привлечении вкладов от
физических лиц иными, нежели банки, коммерческими
организациями (например, паевыми инвестиционными фондами)
на них не распространяются правила о договоре банковского
вклада. Суть положений данной главы ГК состоит как раз в том,
что единственной законной формой привлечения денежных
средств граждан во вклады является рассматриваемый договор с
банком (а в ином случае наступают последствия,
предусмотренные ст. 835 ГК). Более того, в соответствии с ч. 3
ст. 36 Закона о банках и банковской деятельности в новой
редакции право привлечения денежных средств граждан во
вклады предоставляется только банкам, "с даты государственной
регистрации которых прошло не менее двух лет".
В качестве вкладчиков могут выступать любые юридические
лица и граждане, причем в последнем случае договор
банковского вклада признается публичным договором (ст. 426
18
ГК). Это означает запрет установления льгот или ограничений
при оформлении вкладов для отдельных граждан и обязанность
заключать такие договоры с любым обратившимся с этой целью
гражданином. Вклад может быть также внесен на счет вкладчика
иным (третьим) лицом либо сделан в пользу такого третьего
лица.
Ограничение организаций, имеющих право привлекать
денежные средства во вклады, призвано исключить многочисленные случаи злоупотреблений и мошенничеств, получившие широкое распространение в последнее время и в
значительной мере основанные на недостатках законодательства.
Попытки использования этой возможности в обход требований о
лицензировании такого рода деятельности и создании
необходимых гарантий вкладчикам облекались в самые
разнообразные формы: выпуск не предусмотренных законом
ценных бумаг (типа "билетов МММ"), создание "компаний по
найму (селенгу) денежных купюр", учреждение товариществ на
вере со многими тысячами вкладчиков, средства которых
бесконтрольно использует "полный товарищ". Такого рода
попытки нельзя исключать и в будущем. Поэтому п. 2 ст. 835 ГК
установил теперь общее правило о последствиях принятия
вкладов любыми неуправомоченными лицами либо с
нарушением установленного порядка (в том числе с
ограничением предусмотренных законом прав вкладчиков).
Если в такой ситуации вклад принят от гражданина, последний вправе потребовать немедленного возврата всей суммы
вклада с начислением на нее процентов, предусмотренных ст. 395
ГК, и возмещения сверх того всех причиненных убытков,
включая неполученные доходы. Если же вклад сделан
юридическим лицом, договор вклада признается недействительным в силу ст. 168 ГК (по общему правилу ничтожным) с применением последствий совершения недействительных сделок. Согласно ст. 1103 Кодекса здесь применяются правила о неосновательном обогащении, в соответствии с которыми возникает обязанность возврата неосновательно приобретенного имущества с возмещением всех
полученных от его использования доходов и уплатой процентов
на основании правил ст. 395, 1107 ГК (наступают, по существу,
аналогичные последствия).
Такие же последствия подлежат применению при возврате
средств, уплаченных за незаконно выпущенные ценные бумаги
19
или продажу гражданам ценных бумаг, исключающих для них
получение своих средств по первому требованию, в частности
векселей. Следует учитывать, что Положение о переводном и
простом векселе 1991 года предусматривает использование
векселей только в предпринимательском ("хозяйственном")
обороте. Не исключается применение векселей и в отношениях
между гражданами, не являющимися предпринимателями.
Однако речь может идти о выдаче конкретных векселей
гражданином или гражданину, а не о массовом выпуске с целью
сбыта гражданам "финансовых", "инвестиционных" и тому
подобных "век-селей", в действительности как раз и являющемся
незаконным привлечением их денежных средств во вклады. Согласно п. 3 ст. 835 ГК лишь закон может установить иные,
нежели предусмотренные здесь, специальные последствия такой
деятельности (например, о расчетах по акциям, выпуск которых
был признан незаконным).
Договор банковского вклада подлежит обязательному
письменному оформлению под страхом недействительности
(ничтожности) (п. 2 ст. 836 ГК). Однако формой этого договора
может служить сберегательная книжка, сберегательный или
депозитный сертификат или иной аналогичный документ,
предусмотренный законом либо банковскими правилами
(например, лицевой счет и заверенная банком выписка из него и
т. п.), а не только специальный документ, подписанный обеими
сторонами. Явно излишним и непродуманным является указание
ч. 2 ст. 36 Закона о банках и банковской деятельности о
необходимости оформления любого вклада "договором в
письменной форме в двух экземплярах, один из которых
выдается вкладчику".
Договор банковского вклада может заключаться с условием
выдачи по первому требованию (до востребования) либо по
истечении определенного срока (срочный вклад). При внесении
вклада может быть предусмотрено дополнительное условие его
выдачи, не противоречащее закону (условный вклад), например
достижение вкладчиком определенного возраста и т. д. Однако во
всех случаях за вкладчиком сохраняется право требовать
досрочной выдачи всей суммы вклада, за исключением вкладов,
внесенных юридическими лицами на иных условиях возврата.
Для граждан условие об отказе от получения вклада по первому
требованию объявлено ничтожным (абз. 2 п. 2 ст. 837 ГК). Таким
образом, банк ни при каких условиях не может препятствовать
20
получению гражданином-вкладчиком своего вклада или его
части (ч. 1 ст. 36 Закона о банках и банков-ской деятельности).
Единственным неблагоприятным для вкладчика последствием в
этом случае становится выплата ему процентов в пониженном
размере (соответствующем процентам по вкладам до
востребования, если иной их размер не предусмотрен
конкретным договором банковского вклада).
Договор банковского вклада — возмездный и не может быть
иным даже по соглашению сторон. Закон предусматривает
теперь обязанность банка выплачивать проценты по вкладу в
определенном договором размере. При отсутствии в договоре
такого условия проценты подлежат выплате в размере ставки
банковского процента (ставки рефинансирования, по которой
Центробанк
выдает
кредиты
коммерческим
банкам),
существующей в месте жительства или нахождения клиента (в
настоящее время данная ставка не дифференцируется по
регионам, а является единой) (п. 1 ст. 838, п. 1 ст. 809 ГК).
Изменение оговоренного размера процентов по вкладам
допускается, если его запрет прямо не установлен договором (ч. 2
ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности). Однако
возможность одностороннего уменьшения банком размера
процентов и в этом случае подвергнута ограничениям. Вопервых, уменьшенный банком размер процентов может
применяться лишь по истечении месяца с момента сообщения об
этом вкладчикам (если иное условие не предусмотрено
договором вклада). Во-вторых, размер процентов по срочным
или условным вкладам граждан вообще не может быть
уменьшен, если только такая возможность прямо не установлена
федеральным законом. Для аналогичных вкладов юридических
лиц возможность одностороннего изменения банком размера
процентов может устанавливаться также и договором (п. 3 ст. 838
ГК).
Особое внимание закон уделяет способам обеспечения
возврата вкладов. Прежде всего, все без исключения банки
обязаны страховать вклады граждан (п. 1 ст. 840 ГК, ст. 38
Закона о банках и банковской деятельности). Вклады граждан в
банках, в которых более 50 процентов акций или долей участия
принадлежат публично-правовым образованиям (федеральному
государству, субъектам Федерации или муниципальным
образованиям),
обеспечиваются
также
установлением
субсидиарной ответственности этих образований по долгам таких
21
банков. Такая ответственность в соответствии с правилами п.
1 ст. 399 Кодекса наступает при отказе должника (банка)
удовлетворить соответствующее требование вкладчика либо при
неполучении от него ответа на предъявленное требование в
разумный срок, а не только в случае неплатежеспособности
банка. Для юридических лиц способы обеспечения возврата
банками их вкладов определяются условиями договоров. Как и
любое юридическое лицо, банк отвечает по своим обязательствам
перед вкладчиками всем своим имуществом (п. 1 ст. 56 ГК),
включая уставный и резервный фонды (ср. ч. 1 ст. 11 и ст. 24, 25
Закона о банках и банковской деятельности).
Банковский счет
ст. 845–860)
(гл. 45,
Договор банковского счета предполагает обязательства банка
перед клиентом по зачислению, перечислению и выдаче со счета
соответствующих распоряжениям клиента денежных сумм и
проведению других операций по счету. При этом объектом
совершаемых действий в большинстве случаев являются
безналичные денежные средства. Банк не "хранит" денежные
средства клиентов и даже зачисляет на счет или списывает с него
обычно безналичные деньги. Его право использовать денежные
средства, находящиеся на счете клиента, для собственных целей
(п. 2 ст. 845 ГК) исключает возможность возврата клиенту тех же
самых денежных купюр. Иначе говоря, в договоре банковского
счета, как и в других банковских сделках, объектом обычно
являются права требования, а не вещи (хотя бы определенные
родовыми признаками), относительно которых не может
возникать никаких вещных прав. "Владелец счета" в
действительности является не "собственником денежных средств,
находящихся на счете", а управомоченным лицом — субъектом
соответствующего права требования (кото-рое, разумеется,
входит в состав его имущества). Поэтому вопрос о том, кто
является собственником денежных средств, находящихся на
счете, является бессмысленным и юридически некорректным.
В обязанности банка входит также предоставление клиенту
возможности беспрепятственного распоряжения средствами,
находящимися на счете (но используемыми банком). Банк не
вправе контролировать направления использования средств
клиента или устанавливать иные ограничения его права
распоряжаться этими средствами по своему усмотрению (п. 3
22
ст. 845 ГК). Единственным случаем, когда банк не исполняет
указаний клиента по распоряжению средствами его счета (и даже
не вправе это делать), является арест счета, то есть прекращение
расходных операций по счету по постановлению (решению или
определению) суда либо следственных органов с санкции
прокурора. В ст. 858 ГК говорится о возможности
приостановления любых операций по счету, но лишь в случаях,
прямо предусмотренных федеральным законом, при которых
также исключается осуществление права клиента на
беспрепятственное распоряжение средствами соответствующего
счета.
За пользование денежными средствами клиента банк обязан
уплачивать ему процент в размере, определяемом договором.
При отсутствии такого условия в договоре размер данных
процентов должен соответствовать размеру процентов, обычно
уплачиваемых банком по вкладам до востребования (ставке
рефинансирования Банка России — п. 2 ст. 852, п. 1 ст. 838, п. 1
ст. 809 Кодекса). Таким образом, договор банковского счета
теперь должен признаваться возмездным, если только его
безвозмездный характер прямо не установлен соглашением
сторон (п. 1 ст. 852 ГК). Клиент же обязан оплачивать услуги
банка по совершению операций с денежными средствами на его
счете только в случаях, прямо предусмотренных договором (п. 1
ст. 851 ГК).
Клиент (физическое или юридическое лицо) вправе открывать несколько счетов, в том числе одинаковых (однородных), в различных банках, если только федеральный закон не
устанавливает прямых ограничений (ч. 3 ст. 30 Закона о банках и
банковской деятельности). В банках, получивших лицензию на
проведение валютных операций (уполномоченных банках),
возможно открытие счетов клиентов в иностранной валюте (ст. 5
Закона о валютном регулировании и валютном контроле, ч. 3
ст. 30 Закона о банках и банковской деятельности). В ст. 860 ГК
действие общих правил о договоре банковского счета прямо
распространено на корреспондентские счета, субсчета и иные
счета банков, если только закон, президентский указ, правительственное постановление или принятые в соответствии с ними
ведомственные нормативные акты (банковские правила) не
предусматривают каких-либо исключений. Из этого, в частности,
вытекает возможность применения к таким счетам общих правил,
касающихся ареста счетов или приостановления операций по
23
ним. Закон обязывает банк заключить договор банковского счета
с любым клиентом, обратившимся к нему с предложением
открыть счет на условиях, которые сам банк объявил для счетов
данного вида. Как предложения, так и условия должны
соответствовать требованиям закона и ведомственных правил
Банка России, если последние установлены в соответствии с
законом (п. 2 ст. 846 ГК). Тем самым банки лишаются
возможности произвольного выбора клиентов. Отказ банка в
открытии счета клиенту может последовать только при
отсутствии у него реальной возможности принять клиента на
банковское обслуживание либо в случаях, допускаемых законом
или иными правовыми актами. Во всех иных случаях клиент
может в судебном порядке принудить банк к заключению
договора и взыскать с него понесенные убытки (п. 2 ст. 846 и п. 4
ст. 445 ГК). Тем самым договор банковского счета
рассматривается, по сути, как разновидность публичного
договора.
Как списание средств со счета клиента, так и зачисление на
него средств охватываются понятием операций по счету.
Юридически все они представляют собой форму исполнения
договора банковского счета. Закон устанавливает обязанность
банка-услугодателя совершать для клиента–владельца счета все
виды операций, которые предусмотрены для соответствующей
разновидности счетов (расчетный, текущий и т. д.) законом,
банковскими правилами или обычаями делового оборота,
применяемыми в банковской практике. Следовательно, банк не
может отказать клиенту в совершении какой-либо операции по
счету, если только такая возможность не была им заранее
предусмотрена в договоре (ст. 848 ГК). Это, в частности, касается
случаев отсутствия у конкретного банка корреспондентских
отношений с некоторыми другими, например зарубежными,
банками, что исключает возможность осуществления некоторых
операций. Банк должен оговорить это обстоятельство при заключении договора (открытии счета), иначе клиент будет вправе
потребовать от него возмещения всех убытков, причиненных ему
отказом в совершении конкретной операции.
Закон устанавливает теперь и сроки совершения операций по
счету клиента. В соответствии с ч. 2 ст. 31 Закона о банках и
банковской деятельности "перечисление средств клиента" и
зачисление средств на его счет должно осуществляться не позже
следующего
операционного
дня
после
получения
24
соответствующего платежного документа. Иное положение
может быть установлено законом или договором, либо
"платежным документом" (банковскими правилами, в силу
которых Банк России получает возможность регулировать
своими актами сроки исполнения денежных обязательств). В
отличие от этого ст. 849 ГК устанавливает более четкий порядок,
которому в силу правила п. 2 ст. 3 ГК следует отдать
безусловный приоритет и в данном вопросе.
Кодекс исходит из того, что зачисление средств на счет
клиента должно производиться не позднее дня, следующего за
днем поступления в банк платежного документа. Этот срок —
максимальный, а более короткий срок может предусматриваться
договором (стороны не могут увеличить его, ссылаясь на ч. 2
ст. 31 Закона о банках и банковской деятельности или тем более
на банковские правила). Списание средств со счета также должно
производиться не позднее дня, следующего за днем поступления
в банк соответствующего платежного документа. Однако в этом
случае закон, договор или банковские правила могут предусмотреть и иной срок — сокращенный или более продолжительный. Очевидно, что такая дифференциация сроков проведения операций по счету должна служить интересам клиентов
банков. Нарушение установленных сроков влечет ответственность банка в виде уплаты процентов за пользование
чужими денежными средствами "по ставке рефинансирования
Банка России" (ч. 3 ст. 31 Закона о банках и банковской
деятельности), то есть по правилам ст. 395, 856 Кодекса.
При наличии на счете клиента необходимых денежных
средств списание их по требованиям, предъявленным к счету,
осуществляется в календарном порядке (в порядке поступления),
если только какие-то из требований не пользуются
установленными законом привилегиями. Если же средств на
счете недостаточно для удовлетворения всех предъявленных к
нему требований, предусматривается обязательная очередность,
отличающаяся от очередности, предусмотренной, например, при
ликвидации юридического лица (п. 1 ст. 64 ГК). В первую и
вторую очередь производится списание по исполнительным
документам (исполни-тельным листам и приравненным к ним
документам), предусматривающим взыскание на особо значимые
социальные нужды (возмещение вреда, причиненного жизни и
здоровью граждан, алиментные требования, требования о
выплате зарплаты, выходного пособия, авторского вознаг-
25
раждения). В третью очередь производится списание по
платежным документам, предусматривающим обязательные
платежи в бюджет и во внебюджетные фонды. Далее
производится списание по иным исполнительным документам и
лишь в пятую очередь — по другим платежным документам в порядке календарной очередности.
Важно также отметить, что требования одной очереди
удовлетворяются при этом в порядке календарной очередности
(п. 2 ст. 855 ГК), а не пропорционально суммам предъявленных
требований (п. 3 ст. 64 ГК). Ведь речь здесь не идет о
банкротстве и у кредиторов сохраняется возможность либо
обратить взыскание на иное имущество плательщика, либо
ожидать нового поступления средств на счет (либо получить
исполнительный документ и передвинуться ближе по очереди).
За ненадлежащее совершение операций по счету, прежде
всего за несвоевременное зачисление средств на счет клиента,
либо за задержку списания средств с его счета, а также за
просрочку или отказ в перечислении средств со счета или в их
выдаче клиенту банк несет ответственность в виде уплаты
процентов,
предусмотренных
ст. 395
ГК
(ставки
рефинансирования Банка России). В ст. 856 Кодекса не
предусматривается возможность взыскания с банка иных
причиненных этим убытков, что следует считать одним из
случаев ограничения ответственности контрагента по договору,
предусмотренных законом (п. 1 ст. 400 ГК).
Е. СУХАНОВ,
заведующий кафедрой гражданского права,
декан юридического факультета МГУ,
доктор юридических наук, профессор
.
(Продолжение следует)
26
 óñëîâèÿõ ðûíî÷íîé ýêîíîìèêè
ÏÐÀÂÎÂÛÅ ÏÐÎÁËÅÌÛ ÎÑÓÙÅÑÒÂËÅÍÈß
ÈÍÎÑÒÐÀÍÍÛÕ È ÎÒÅ×ÅÑÒÂÅÍÍÛÕ ÈÍÂÅÑÒÈÖÈÉ Â
ÝÊÎÍÎÌÈÊÓ ÐÎÑÑÈÈ ÍÀ ÎÑÍÎÂÅ ÑÎÃËÀØÅÍÈÉ Î
ÐÀÇÄÅËÅ ÏÐÎÄÓÊÖÈÈ *
2. В целом претворение в жизнь проектов, базирующихся на
указанных соглашениях, предполагает формирование достаточно
сложной правовой инфраструктуры. Ее обязательными
элементами, определенными в Федеральном законе о
соглашениях о разделе продукции, являются:
— наличие утвержденного федеральным законом пе-речня
участков недр, которые могут быть предоставлены в пользование
на условиях соглашения о разделе продукции, в качестве
предпосылки заключения соглашения;
— соглашение о разделе продукции между государством и
инвестором;
— последующее утверждение федеральным законом
соглашения о разделе продукции в случае, если оно связано с
использованием участков на континентальном шельфе, в
исключительной экономической зоне и на участках, отнесенных
к особым государственным стратегическим интересам, а равно
соглашений, заключенных без проведения конкурса или
аукциона;
— заключение не позднее 30 дней после вступления соглашения в силу договора о распределении государственной доли
произведенной продукции между Правительством Российской
Федерации и органом исполнительной власти субъекта
Федерации;
— получение лицензии, на основании которой осуществляется разработка указанного в соглашении участка недр.
* Îêîí÷àíèå. Íà÷àëî ñì. â ¹ 6 çà 1996 ã.
27
В соответствии с п. 2 ст. 4 Федерального закона лицензия
выдается инвестору органом исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации и федеральным
органом управления государственным фондом недр или его
территориальным подразделением в течение 30 дней с даты
подписания соглашения.
Таким образом, для успешной реализации проекта необходим
сложный фактический состав, включающий как минимум четыре,
а при наличии обстоятельств, указанных в п. 3, — пять
элементов.
В материалах, опубликованных в периодической печати,
встречается критика такого подхода как создающего излишне
громоздкую правовую конструкцию, что может сократить, а не
расширить потенциальное инвестиционное предложение 7 . Автор
статьи придерживается противоположного мнения: принятие
упомянутых федеральных законов сможет стать важной
гарантией соблюдения общегосударственных приоритетов в
противовес отстаиванию своих целей отдельными ведомствами.
Между тем влияние заинтересованных ведомств на законотворческий процесс весьма велико. Применительно к
Федеральному закону о соглашениях о разделе продукции это
особенно ощутимо выразилось во включении в статью 2 пункта
5, в котором говорится: "Соглашения, заключенные Российской
Федерацией с инвесторами до вступления в силу настоящего
Федерального закона, считаются соответствующими положениям
настоящего Федерального закона".
Введение в текст этого положения оказалось не только
неудачным с юридической точки зрения, но и способным
привести к неблагоприятным практическим последствиям,
причем прямо противоположным исходным намерениям авторов
этого пункта.
Как известно, действию федерального закона в гражданскоправовой сфере может быть придана обратная сила в случае,
"когда это прямо предусмотрено законом" (ст. 4 Гражданского
кодекса). При этом действие конкретного закона распространяется на гражданско-правовые отношения, возникшие до введения
его в действие. Вместе с тем подразумевается, что на упомянутые
отношения распространяется все предусмотренное законом
7 Êîíîïëÿíèê À. Çàêîí "Î ñîãëàøåíèÿõ î ðàçäåëå ïðîäóêöèè" ïîìîæåò
ëèêâèäèðîâàòü èíâåñòèöèîííóþ ïàññèâíîñòü // Ôèíàíñîâûå èçâåñòèÿ,
1996, 26 ÿíâàðÿ.
28
регулирование, а не отдельные его положения, кроме случаев,
когда это прямо предусмотрено в самом законе.
В Федеральном законе о соглашениях о разделе про-дукции
самим законодателем предусмотрен сложный пра-вовой состав,
который должен иметь место при реализации любого
конкретного соглашения такого рода. Как указывалось, в число
его элементов входит утвержденный федеральным законом
перечень участков недр, которые могут быть предоставлены в
пользование на основе соглашения о разделе продукции.
Принятие такого закона предваряет заключение соглашения. В
свою очередь, право непосредственного использования участка
недр, указанного в соглашении, удостоверяется лицензией,
выдаваемой компетентными органами.
Иначе говоря, заключению любого соглашения должна
предшествовать кропотливая работа по определению и обоснованию целесообразности использования тех или иных
участков недр, расположенных на территории Российской
Федерации, в пределах ее исключительной экономической зоны
или континентального шельфа. Более того, требуется получить
одобрение результатов этой деятельности на уровне высшего
законодательного органа страны при соблюдении всей
установленной законодательной процедуры.
В пункте 3 ст. 2 Федерального закона "О соглашениях о
разделе продукции" содержится описание процедуры внесения
проектов федеральных законов, содержащих перечень таких
участков, а также изменений и дополнений к ним. В соответствии
с ней проекты таких законов, а также проекты федеральных
законов о внесении изменений и дополнений в этот закон
вносятся в Государственную Думу в порядке законодательной
инициативы совместно Правительством Российской Федерации и
представительными органами государственной власти субъектов
Федерации,
на
территории
которых
расположены
соответствующие участки недр.
К моменту вступления в силу Федерального закона указанный
перечень еще не был утвержден федеральным законом, то есть
отсутствовал основополагающий элемент всего правового
состава и основа для заключения любого соглашения такого
рода. Не было соблюдено, таким образом, одно из важнейших
требований Федерального закона. Вместе с тем не был издан и
отдельный федеральный закон, который санкционировал бы
использование конкретных участков недр на базе соглашения о
29
разделе продукции в целях легализации уже разработанных
проектов.
Как видим, настояв на включении в ст. 2 п. 5 в его нынешней
редакции, заинтересованные ведомства не только не обеспечили
поддержку разработанным ранее проектам, таким, например, как
"Сахалин-1" и "Сахалин-2", облеченным в форму соглашений о
разделе продукции, но и создали базу для их возможного
опротестования и признания ничтожными на основании ст. 168
ГК, предусматривающей недействительность сделки, не
соответствующей закону или иным правовым актам.
Приходится признать, что отнюдь не государственный
контроль за разработкой отечественных месторождений, а такие
юридически несовершенные формулировки, носящие волевой
характер,
создают
наибольшие
сложности
на
пути
инвестиционного процесса. Подобные факты вынуждают
инвесторов, в первую очередь иностранных, относиться со
значительной долей опаски к настойчивым призывам вкладывать
средства в российскую экономику. Не следует забывать, что
одним из важнейших условий формирования благоприятного
инвестиционного климата в стране является разработка
продуманной, надежной и стабильной системы правового
регулирования иностранных и отечественных капиталовложений.
К сожалению, недостатки Федерального закона "О соглашениях о разделе продукции" этим не ограничиваются.
Значительное число статей содержит противоречивые положения, вызывающие трудности в восприятии этого законодательного акта.
Например, установив для выдачи лицензии на пользование
указанным в соглашении участком недр 30-дневный срок с даты
подписания соглашения, законодатель упустил из виду, что при
наличии определенных в Федеральном законе обстоятельств
требуется последующее утверждение соглашения федеральным
законом. В то же время не исключено, что при наличии
нарушений Федерального закона или иных существенных
обстоятельств соглашение не будет утверждено. А инвестор,
следуя букве Федерального закона, сразу же после подписания
соглашения будет иметь право получить в указанный срок
лицензию и начать разработку месторождения. В чем же состоит
смысл государственного контроля, предусмотренного абз. 2 п. 1
ст. 6 Федерального закона?
30
Обращает на себя внимание присущая Федеральному закону
недостаточная корректность использования таких важных с
точки зрения практического применения законодательного акта
понятий, как "заключение", "утверждение" и "подписание"
соглашения. Порой трудно определить, какую именно стадию
договорного процесса обозначает каждый из этих терминов.
Поскольку рассматриваемым Законом соглашение о разделе
продукции прямо подчинено действию гражданско-правового
законодательства, следовало бы привести порядок использования
указанных понятий в соответствие с главой 28 ГК "Заключение
договора".
Та же чересполосица терминов наблюдается и в отношении
других понятий. Например, в п. 2 ст. 4 указывается, что выданная
в установленном порядке на срок действия соглашения лицензия
может быть затем продлена или переоформлена либо утрачивает
силу в соответствии с условиями соглашения, а в п. 2 ст. 5
требуется не продление лицензии, как можно было
предположить, а ее переоформление на срок действия
соглашения. Следует иметь в виду, что если продление
ограничивается заменой лишь одного параметра — срока, то
переоформление обычно производится при изменении какихлибо иных существенных условий лицензии, например при
замене лица, производящего работы, чего в данном случае как
будто не требуется.
Возникает вопрос: в каких же случаях необходимо продление
лицензии, выдаваемой, повторим, на весь срок действия
соглашения, как не при его продлении?
Вопросы возникают и в связи с содержанием ст. 5 "Срок
действия соглашения". В п. 1 этой статьи говорится, что "срок
действия соглашения устанавливается сторонами в соответствии
с законодательством Российской Федерации, действующим на
день заключения соглашения".
Известно, что срок действия любого гражданско-правового
договора устанавливается непосредственно сторонами и
становится обязательным для них и третьих лиц в момент
заключения договора или его регистрации, если последняя
предусмотрена законом. При этом требование соответствия
договора действующему законодательству распространяется на
все условия договора, включая и сроки. Эта норма общего
характера закреплена в ст. 422 ГК "Договор и закон". Повторять
это не было необходимости. Следовало бы в статье о сроках дать
31
больше конкретной информации. Если авторы имели в виду
влияние на соглашение федерального закона, содержащего
перечень участков недр, подлежащих разработке, необходимо
было прямо указать, что срок действия соглашения о разделе
продукции
не
может
превышать
срока
пользования
соответствующим участком недр, установленного федеральным
законом. Возможно, имелось в виду положение ст. 40
"Концессионные договоры" Закона РСФСР от 4 июля 1991 года
"Об иностранных инвестициях" 8 , устанавливающее, что "срок
действия концессионного договора определяется в зависимости
от характера и условий концессии, но не может быть более 50
лет". В этом случае имело смысл прямо указать, что срок
действия соглашения о разделе продукции, заключенного с
участием иностранного инвестора, не может превышать сроков,
установленных в законодательстве Российской Федерации для
концессионных договоров. Такой подход позволил бы избежать
неясных формулировок и способствовал соблюдению принципа
свободы воли сторон договора.
К сожалению, перечень недостатков этим не ограничивается.
Ознакомление с Федеральным законом приводит к заключению,
что, несмотря на длительный период подготовки и обсуждения,
этот акт в целом не получил достаточной юридической
проработки. Учитывая масштабы проектов, которые планируется
осуществлять в форме соглашений о разделе продукции, даже
мелкие неточности, не говоря уже о более существенных,
способны повлечь значительные негативные последствия. На мой
взгляд, уже на нынешнем этапе было бы целесообразно провести
независимую юридическую экспертизу Федерального закона и
внести в него в законодательном порядке соответствующие
дополнения и изменения.
3. В первом разделе статьи мы подробно остановились на
характеристике государства в лице Правительства Российской
Федерации и органа исполнительной власти субъекта Федерации
как одной из сторон соглашения о разделе продукции. Добавим
лишь, что Федеральный закон предусматривает возможность
передачи в установленном порядке полномочий по участию в
соглашении другим органам, которые будут осуществлять все
необходимые практические действия.
8 Âåäîìîñòè Ñúåçäà íàðîäíûõ äåïóòàòîâ ÐÑÔÑÐ è Âåðõîâíîãî Ñîâåòà
ÐÑÔÑÐ, 1991, ¹ 29, ñò. 1008.
32
Рассмотрим положения Федерального закона "О соглашениях
о разделе продукции", касающиеся другой стороны соглашения
— инвестора.
В качестве инвестора в соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 3 могут
выступать:
— граждане Российской Федерации;
— иностранные граждане;
— юридические лица;
— созданные на основе договора о совместной деятельности
и не имеющие статуса юридического лица объединения юридических лиц, осуществляющие вложение собственных 9 , заемных или привлеченных средств (имущества и (или) имущественных прав) в поиски, разведку и добычу минерального
сырья и являющиеся пользователями недр на условиях
соглашения.
Обращает на себя внимание предоставление возможности
выступать в качестве инвестора объединению юридических лиц,
созданному на основе договора о совместной деятельности.
Напомним, что правовое регулирование договоров простого
товарищества (договора о совместной деятельности) дано в главе
55 части второй Гражданского кодекса РФ, вступившей в силу с
1
марта
1996
года.
Особенностью
регулирования,
предусмотренного Федеральным законом "О соглашениях о
разделе продукции", является предоставление права выступать в
качестве инвесторов на основе договоров о совместной
деятельности только юридическим лицам. Следовательно, ни
обычные физические лица, ни физические лица, имеющие статус
индивидуального предпринимателя, не могут выступать в этой
роли.
Одновременно в п. 2 ст. 1041 Кодекса говорится, что
"сторонами договора простого товарищества, заключаемого для
осуществления предпринимательской деятельности, могут быть
только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие
организации".
Таким образом, Федеральный закон вступает в противоречие
с указанным гражданским регулированием сразу по двум
положениям. С одной стороны, он не позволяет действовать в
качестве инвесторов на основе договора о совместной
9 Â òåêñòå Çàêîíà, îïóáëèêîâàííîì â "Ðîññèéñêîé ãàçåòå" (11 ÿíâàðÿ
1996 ã.), çàïÿòàÿ ìåæäó ñëîâàìè "ñîáñòâåííûõ" è "çàåìíûõ" îòñóòñòâóåò.
33
деятельности индивидуальным предпринимателям, ограничивая
их права, предоставленные Гражданским кодексом. С точки
зрения законодательной техники такой подход возможен, хотя и
труднообъясним, поскольку Федеральный закон в любом случае
требует от участников договора о совместной деятельности,
выступающих инвесторами, солидарной ответственности по
обязательствам, которые те несут в рамках соглашения о разделе
продукции.
С другой стороны, Федеральный закон, говоря о любых
юридических лицах, неправомерно расширяет круг возможных
инвесторов — участников договора о совместной деятельности:
ведь в силу ст. 1041 ГК ими могут быть только юридические
лица, являющиеся коммерческими организациями. В данном
случае расширение круга участников нельзя признать
правомерным, поскольку формулировка упомянутой статьи
Кодекса исключает расширительное толкование.
Налицо нестыковка двух основных актов, призванных
регулировать рассматриваемые отношения, по вопросу об
участниках соглашения о разделе продукции, имеющему
существенное практическое значение.
Учитывая, что в качестве инвесторов в соглашениях о разделе
продукции могут участвовать иностранные граждане и
юридические лица, необходимо также сравнить перечень
потенциальных инвесторов, данный в рассматриваемом нами
Федеральном
законе,
с
соответствующим
перечнем,
содержащимся в Законе "Об иностранных инвестициях". Следует
отметить, что они существенно различаются.
Закон "Об иностранных инвестициях" включает в число
инвесторов также лиц без гражданства, иностранные государства
и международные организации.
При решении вопроса о допустимости участия указанных
субъектов в качестве иностранных инвесторов в соглашениях о
разделе продукции следует дать отрицательный ответ,
руководствуясь в данном случае специальным законом, не
предусмотревшим такой возможности.
В соответствии с общим правилом, изложенным в п. 1 ст. 6
Федерального закона, такое "соглашение заключается с
победителем конкурса или аукциона, проводимых в порядке,
установленном законодательством Российской Федерации".
Комплекс вопросов, связанных с проведением конкурса или
аукциона, целью которых является заключение договора,
34
регулируется ст. 447–449 ГК. В соответствии с п. 4 ст. 447
аукцион и конкурс представляют собой формы проведения
торгов.
Выигравшим торги на аукционе признается лицо, предложившее наиболее высокую цену, а по конкурсу — лицо,
которое по заключению конкурсной комиссии, заранее назначенной организатором торгов, предложило лучшие условия. В
качестве организатора торгов может выступать собственник
вещи
или
обладатель
имущественного
права
либо
специализированная организация. Такая организация действует
на основании договора с собственником вещи или обладателем
имущественного права и выступает от их или своего имени (пп. 2
и 4 ст. 447 ГК).
Из приведенного следует, что в отношении объектов,
находящихся в федеральной собственности, торги должны
проводиться Правительством России или уполномоченной им
организацией. Если речь не идет об участках недр или иных
объектах, находящихся в исключительном ведении Россий-ской
Федерации, торги возможно проводить с участием субьекта
Федерации, на территории которого расположены эти объекты
или проводятся работы.
Целесообразность отбора будущих инвесторов на началах
состязательности очевидна. Для осуществления работ по поиску,
разведке и добыче полезных ископаемых нужно наличие целого
комплекса исходных условий: значительный объем собственных
или привлеченных средств, специальный опыт и навыки, а также
развитая инфраструктура. Наличие необходимых условий
доказывается претендентом в ходе конкурса. При проведении
аукциона на первый план выходит цена предложения.
Можно разделить мнение о том, что аукцион или конкурс
представляет собой одностороннюю гражданско-правовую
сделку, порождающую право победителя требовать заключения с
ним договора 10 .
В контексте рассматриваемых отношений по разделу
продукции у победителя торгов возникает право заключить
соответствующее соглашение "в сроки, согласованные сторонами, но не позднее чем через год со дня объявления конкурса"
(п. 1 ст. 6 Федерального закона).
10 Êîììåíòàðèé ê Ãðàæäàíñêîìó êîäåêñó Ðîññèéñêîé Ôåäåðàöèè //
Þðèíôîðìöåíòð, 1995, ñ.431.
35
Из общего правила о заключении соглашений о разделе
продукции с победителями аукциона или конкурса сделаны
исключения.
В соответствии с п. 2 ст. 6 Федерального закона в отдельных
случаях по совместному решению Правительства Российской
Федерации и органа исполнительной власти соответствующего
субъекта Российской Федерации соглашения могут заключаться
без проведения конкурсов или аукционов при условии, если:
— интересы обороны и безопасности государства требуют
заключения соглашения с конкретным инвестором, если
соответствующее положение предусмотрено федеральным
законом, устанавливающим перечни участков недр в
соответствии с п. 3 ст. 2 Федерального закона;
— объявленный конкурс или аукцион признан несостоявшимся в связи с участием в нем только одного инвестора. В этом
случае соглашение может быть заключено с данным инвестором,
принявшим участие в этом конкурсе или в аукционе, на условиях
конкурса или аукциона;
— инвестор на день вступления Федерального закона в силу
является пользователем недр для разведки и добычи полезных
ископаемых на иных предусмотренных законодательством
Российской Федерации условиях, отличных от условий
соглашения. В этом случае соглашение может быть заключено с
указанным пользователем недр либо с другим юридическим
лицом или объединением юридических лиц, созданным с
участием этого пользователя;
— по согласованию с Правительством Российской Федерации
и органом исполнительной власти соответствующего субъекта
Российской Федерации переговоры с инвестором по подготовке
проектов соглашений были начаты до вступления Федерального
закона в силу.
В указанных случаях соглашения заключаются в сроки,
согласованные сторонами, но не позднее чем через год со дня
принятия Правительством Российской Федерации и органом
исполнительной власти соответствующего субъекта Российской
Федерации совместного решения.
Вызывает определенные сомнения содержание абзаца,
касающегося проведения конкурса или аукциона.
Пункт 5 ст. 447 ГК прямо устанавливает, что "аукцион или
конкурс, в которых участвовал только один участник,
признаются несостоявшимися". Если руководствоваться этой
36
нормой, то с единственным лицом, пожелавшим принять участие
в торгах, следует вести переговоры в индивидуальном порядке и
по их результатам принимать решение о заключении или отказе в
заключении соглашения. При этом сам факт проведения
подготовительной работы по организации торгов демонстрирует,
что их устроители сделали все возможное для проведения отбора
претендентов на конкурсной основе, однако по не зависящим от
них причинам конкурс (аукцион) не состоялся.
Вместо этого в Федеральный закон включено условие, как бы
игнорирующее тот факт, что торги не состоялись. По сути,
делается попытка искусственно продлить уже завершившиеся
правовые отношения. Следует также учитывать, что на аукционе
стартовые цены обычно бывают минимальными, поэтому
вызывает недоумение предоставление возможности заключения
соглашения "на условиях аукциона", то есть по самой низкой
цене, с единственным участником аукциона.
В целом закрепление в Федеральном законе общего условия
об обязательном проведении конкурса или аукциона на право
участия в соглашении в качестве инвестора заставляет с большим
вниманием отнестись ко всему комплексу вопросов, связанных с
их организацией и определением победителя торгов. Особенно
тщательной проработки требуют базовые условия конкурса или
аукциона, поскольку Федеральный закон устанавливает, что
"условия соглашения не должны противоречить обязательным
условиям конкурса или аукциона" (п. 5 ст. 6).
Следует также отметить, что в п. 2 ст. 7 Федерального закона
содержится ряд требований к инвестору, касающихся стадии
исполнения работ по соглашениям о разделе продукции.
Так, соглашением предусматриваются обязательства инвестора по:
— предоставлению российским юридическим лицам при
прочих равных условиях преимущественного права на участие в
выполнении работ по соглашению в качестве подрядчиков,
поставщиков, перевозчиков или в ином качестве на основании
договоров (контрактов) с инвесторами;
— осуществлению мер, направленных на предотвращение
вредного влияния указанных работ на окружающую природную
среду, а также по ликвидации последствий такого влияния;
— страхованию ответственности по возмещению ущерба в
случае аварий, повлекших за собой вредное влияние на
окружающую природную среду;
37
— ликвидации всех сооружений, установок и иного имущества по завершении работ по соглашению, а также по очистке
от загрязнения территории, на которой проводились работы по
соглашению.
Стороны могут согласовать применение общепринятых в
мировой практике ведения работ по разведке и добыче минерального сырья стандартов (норм, правил) по безопасному
ведению работ, охране недр, окружающей природной среды и
здоровья населения при условии предварительного одобрения
указанных стандартов (норм, правил) соответствующими
государственными
органами
Российской
Федерации
в
установленном порядке.
Стороны должны предусматривать в соглашениях условие,
что не менее определенной части технологического
оборудования для добычи полезных ископаемых и их переработки (если предусмотрено соглашением), закупаемого
инвестором с последующей компенсацией затрат компенсационной долей продукции, должно производиться на территории Российской Федерации.
Изложенные требования в основном соответствуют существующей мировой практике. Включение их в этот акт имеет
принципиальное значение, поскольку, став нормой федерального
закона, они помогают отстаивать интересы тех социальных
групп, которые могут реально пострадать в результате действий
инвестора, связанных с выполнением соглашения.
Проиллюстрируем это на примере положения о закупках в
России технологического оборудования.
По данным периодической печати 11 в настоящее время за
границей приобретается свыше 70 процентов оборудования для
ТЭК. Ежегодно на покупку импортного оборудования тратится
4–7 млрд. долл., в то время как мощности, специально созданные
внутри страны для нужд нефтегазового комплекса, простаивают.
При этом подобные закупки производятся по ценам зарубежных
поставщиков, в десятки раз превышающим среднемировые.
Несомненно, обозначенная проблема ожидает комплексного
решения. Вместе с тем включение в Федеральный закон условия,
предусматривающего указание непосредственно в соглашении
объемов обязательных закупок технологического оборудования
11 Ñïèðèäîíîâ Å. Íåôòÿíóþ ïðîìûøëåííîñòü îáâèíèëè â êîìïðàäîðñêîé îðèåíòàöèè // Ñåãîäíÿ, 1996, 30 ÿíâàðÿ.
38
для ТЭК, производимого на территории Российской Федерации,
равно как и иных изложенных выше требований к инвестору,
следует считать весьма положительным и своевременным шагом
российских законодателей.
В ближайшие месяцы в развитие Федерального закона
планируется принятие целого ряда постановлений и распоряжений Правительства Российской Федерации. Возможно,
отдельные его аспекты подвергнутся в этих актах определенной
корректировке.
Не следует, однако, забывать, что и после их появления
Федеральный закон останется доминирующим элементом в
группе правовых документов, регулирующих отношения по
разделу продукции. Наличие существенных недостатков, о
которых говорилось ранее, а также тех, которые остались за
рамками изложения, приводит к мысли о целесообразности
разработки новой редакции этого правового акта или внесения
необходимых изменений и дополнений к нему. В противном
случае, несмотря на принятие подзаконных актов, регулирующих
аналогичный круг отношений, сохранится возможность
опротестования отдельных уже заключенных соглашений о
разделе лродукции.
Н. ПЛАТОНОВА,
старший научный сотрудник
Института государства и права РАН,
кандидат юридических наук
ЗАКОН О РЕКЛАМЕ И
НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ
ЕГО ПРИМЕНЕНИЯ
"Без паблисити нет просперити". Эти слова наших классиков
сатиры, отнесенные ими к Америке, достигли и отечественных
берегов. Рыночные отношения невозможны без рекламы. Однако
к нам она явилась дикой, необузданной, крикливой и навязчивой,
а подчас ложной. Реализовать конституционное право граждан на
достоверную информацию мог только закон. Закон "О рекламе"
39
после экспертиз и дебатов был подписан Президентом
Российской Федерации
18 июля 1995 года и опубликован в
"Российской газете" 25 июля 1995 года.
При применении Закона о рекламе возникло много вопросов,
на часть из которых автор, опираясь на опыт его использования
Омским антимонопольным управлением, постарается ответить.
Начнем с того, что же такое реклама, так как надо точно
знать, на какого рода информацию распространяется
рассматриваемый Закон.
"Реклама — распространяемая в любой форме, с помощью
любых средств информация о физическом или юридическом
лице, товарах, идеях и начинаниях (рекламная информация),
которая предназначена для неопределенного круга лиц и
призвана формировать или поддерживать интерес к этим
физическому, юридическому лицу, товарам, идеям и начинаниям
и способствовать реализации товаров, идей и начинаний" (ст. 2
Закона). Это содержащееся в Законе понятие является первым
легальным определением рекламы в законодательстве России.
Оно исключает имевшиеся споры по поводу того, является ли та
или иная информация рекламой или объявлением и можно ли в
связи с этим применять к ней законодательство о рекламе.
Любые объявления, соответствующие требованиям, приведенным в понятии "реклама", следует рассматривать как
рекламу. Закон содержит лишь одно исключение: в п. 5 ст. 1
сказано, что он не распространяется на объявления физических
лиц, в том числе в средствах массовой информации, не связанные
с осуществлением предприниматель-ской деятельности. Из этого
можно сделать вывод, что на все другие объявления Закон о
рекламе распространяется.
Так, он распространяется на объявления юридических лиц и
граждан-предпринимателей о продаже какого-либо товара.
Видимо, он должен распространяться и на вывески торговых и
иных
предприятий,
если
некоторые
требования,
предусмотренные ст. 9 Закона РФ "О защите прав потребителей"
для таких вывесок (в частности, о фирменном наименовании),
являются рекламными. Например, в Омске есть организация,
фирменное
наименование
которой
"Компания
"Высококачественные продукты". Оно помещено и на вывесках
магазинов, принадлежащих компании. Представляется, что к
таким вывескам, являющимся, по существу, рекламными
40
щитами, можно предъявлять требования, закрепленные в Законе
о рекламе.
То же можно сказать и о дополнении вывесок информацией,
которая не предусмотрена для них Законом "О защите прав
потребителей". Так, омская фирма "Оша" на вывеске своего
магазина помимо наименования "Винно-водочный магазин"
написала: "Мы гарантируем качество". Подобную вывеску также
следует рассматривать в качестве рекламного щита.
Но будет ли правомерно причислить к рекламе информацию
юридического лица о том, что ему требуются рабочие
определенной специальности, или информацию физического
лица–предпринимателя об утрате документов, относящихся к его
предпринимательской деятельности, и о том, что он просит
вернуть их за вознаграждение? Ответ на этот вопрос должен быть
отрицательным. Дело в том, что подобная информация хоть и
призвана формировать интерес, но не содержит второго признака
рекламы — не способствует реализации товаров, идей,
начинаний.
То же можно сказать о незаконных объявлениях, таких,
например, как объявление о приеме на работу только мужчин или
лиц до 30 лет при отсутствии в законодательстве каких-либо
ограничений на занятие этих должностей. Ответственность
виновных за подобные объявления должна наступить не по
Закону о рекламе, а по ст. 41 Кодекса об административных
правонарушениях или даже по ст. 138 Уголовного кодекса,
предусматривающих ответственность за нарушения трудового
законодательства.
Закон о рекламе не распространяется на политическую
рекламу (п. 5 ст. 1). В то же время в нем, к сожалению, не
указано, кто же осуществляет государственный контроль за такой
рекламой. Единственное, что, пожалуй, можно сказать о
законодательстве,
касающемся
политической
рекламы:
содержание предвыборной агитации (она может быть и в виде
рекламы. — Ю. В.), не должно прерываться рекла-мой товаров,
работ, услуг 1 .
Закон о рекламе содержит понятие "ненадлежащая реклама"
(ст. 2). К ней законодатель относит недобросовестную,
1 Ñòàòüÿ 47 Ôåäåðàëüíîãî çàêîíà îò 21 èþíÿ 1995 ãîäà "Î âûáîðàõ
äåïóòàòîâ Ãîñóäàðñòâåííîé Äóìû è Ôåäåðàëüíîãî Ñîáðàíèÿ Ðîññèéñêîé
Ôåäåðàöèè".
41
недостоверную, неэтичную, заведомо ложную рекламу (суть
каждой раскрывается в последующих статьях).
Необходимо отметить, что неэтичную рекламу, оскорбляющую вкусы людей, Закон не относит к ненадлежащей. И хотя
известно, что "на вкус и цвет товарищей нет", все же, если
реклама будет состоять из предметов, которые не принято
выставлять для всеобщего обозрения, или рекламировать то, о
чем не говорят в приличном обществе, она должна быть
запрещена 2 . Но сейчас этого сделать нельзя, ибо ст. 8 о
неэтичной рекламе ее не охватывает, как и оговорка, сделанная в
ст. 2 Закона о том, что к ненадлежащей рекламе относится,
помимо уже перечисленных видов, иная реклама, в которой
допущены нарушения требований к ее содержанию, времени,
месту
и
способу
распространения,
установленных
законодательством РФ.
К "иной" рекламе следует относить и скрытую рекламу (ст. 10
Закона). Интересный пример привел доктор экономических наук,
профессор Пузановский в беседе с корреспондентом "Российской
газеты". На вопрос, что такое скрытая реклама, он ответил: "На
наших телеэкранах популярным жанром становятся передачи
типа "Лицом к лицу". Это интервью в прямом эфире с
известными людьми. И уважаемый артист, писатель, спортсмен
вдруг красиво закуривает, ставит пачку определенных сигарет на
стол перед собой либо демонстрирует определенную зажигалку и
т. д. Что это, как не своеобразно поданная реклама?" 3
Видимо, к иной рекламе, исходя из содержания ст. 6–9 Закона
о рекламе, можно отнести и рекламу эротической продукции.
Порядок распространения эротических изданий, в которых
возможно размещение рекламы эротической продукции,
предусмотрен в Законе РФ от 27 декабря 1991 года "О средствах
массовой информации" (ст. 37). Кроме того, определенные права,
касающиеся порядка реализации эротических изданий, имеет
местная администрация. Она определяет расположение
помещений, предназначенных для розничной продажи средств
массовой информации, специализирующихся на сообщениях и
материалах эротического характера. Нарушение ст. 37 Закона о
средствах массовой информации и правил, установленных для
2 Ñì: Âèííèê Ë., Çóáöîâ Þ. Ïåðâè÷íûå ðåêëàìíûå ïðèçíàêè //
Àðãóìåíòû è ôàêòû, 1994, ¹ 7.
3 "Ðåêëàìíàÿ ïàóçà" ñòàíåò êîðî÷å // Ðîññèéñêàÿ ãàçåòà, 1995, 30
èþíÿ.
42
розничной продажи и рекламы эротической продукции, влечет за
собой, по нашему мнению, ответственность, предусмотренную не
только ст. 60 Закона о средствах массовой информации, но и
Законом о рекламе.
Но здесь следует отметить следующее. В Законе о рекламе
почему-то отсутствует обычное для нашего законодательства
указание на то, что нормативные акты, принятые до Закона о
рекламе, действуют в части, не противоречащей ему. Значит ли
это, что Закон о средствах массовой информации и другие
законы в части, касающейся рекламы, потеряли силу, хотя и не
отменены? Думается, что ответить на этот вопрос можно будет
только после того, как Правительство РФ выполнит данное ему в
Законе о рекламе поручение о подготовке предложений о
приведении законодательных актов РФ в соответствие с этим
Законом и принятии их Федеральным Собранием РФ.
И еще одно замечание. Статья 3 Закона исключила из числа
органов, могущих регулировать отношения, связанные с
рекламной деятельностью, органы власти субъектов Российской
Федерации. Думается, что это неправильно. Согласно
Общеправовому классификатору отраслей законодательства,
утвержденному Указом Президента РФ от 16 декабря 1993 года в
редакции от 1995 года 4 , законодательство о рекламе отнесено к
законодательству о культуре. Исходя из ст. 71 Конституции РФ к
ведению Российской Федерации относится только установление
основ федеральной жилищной политики и федеральные
программы в области культурного развития страны.
Статья 72 Конституции РФ относит к совместному ведению
Российской Федерации и ее субъектов только общие вопросы
культуры. Таким образом, на основании ст. 73 и ч. 4 ст. 76
Конституции РФ правовое регулирование конкретных вопросов
культуры (следовательно, и рекламы) относится к ведению
субъектов Российской Федерации. Поэтому ст. 3 Закона о
рекламе должна быть дополнена указанием на права субъектов
Российской Федерации по регулированию отношений,
возникающих в процессе производства, размещения и
распространения рекламы.
Поскольку в п. 2 ст. 5 Закона о рекламе содержится
требование о распространении рекламы в неспециализированных
4 Ñîáðàíèå àêòîâ Ïðåçèäåíòà
Ôåäåðàöèè, 1993, ¹ 51; 1995, ¹ 1.
43
è
Ïðàâèòåëüñòâà
Ðîññèéñêîé
средствах массовой информации только на русском языке и
дополнительно только на государственных языках республик и
родных языках народов России, думается, что реклама на
иностранных языках с последующим переводом на русский язык
или на языки народов России недопустима.
Применение п. 3 ст. 5 Закона связано с определенными
трудностями. Дело в том, что, если требование об указании в
рекламе номера лицензии и органа, ее выдавшего, не вызывает
никаких вопросов и затруднений при размещении рекламы в
периодической печати, на транспортных средствах или
рекламных щитах, то значительные трудности возникают для
рекламы в радио- и телепрограммах, световой рекламы и т. п. Это
требование может помешать целостному восприятию рекламы.
Например, если реклама передается в виде песни, выполнение его
сделает рекламу неэстетичной. А как быть, если реклама
выполнена на газоне или распространяется шлейфом
летательного аппарата, другими нетрадиционными способами?
Видимо, для подобных случаев надо сделать исключение или
установить ограничения для рекламы, распространяемой
некоторыми способами, если деятельность рекламодателя
подлежит лицензированию.
То же можно сказать в отношении требования пометки
"подлежит обязательной сертификации" в рекламе товаров,
подлежащих обязательной сертификации (п. 4 ст. 5).
Наиболее частым нарушением ст. 7 Закона о рекламе
в
Омской области является использование в рекламе тер-минов в
превосходной степени: "самые низкие цены", "луч-ший…",
"только…" при невозможности подтвердить эти слова
документально. Закон не определяет, какие органы должны
подтверждать это документально. Представляется, что это могут
быть справки, выдаваемые органами статистики, о чем следовало
бы сказать в ст. 7 Закона.
Закон о рекламе определяет особенности рекламы отдельных
видов товаров и услуг (ст. 16, 18). Речь идет о рекламе
алкогольных напитков, табачных изделий, медикаментов,
изделий медицинского назначения, медицинской техники,
оружия, вооружения, военной техники, финансовых, страховых,
инвестиционных услуг и ценных бумаг и о социальной рекламе.
Некоторые особенности имеет реклама других товаров и услуг,
например реклама эротической продукции, о чем уже
говорилось. Кроме того, реклама на определенных объектах,
44
например на одежде, упаковке товара, карманных календариках и
т. п., также имеет свои особенности, которые надо отразить в
Законе о рекламе. К примеру, на майках и футболках следует
делать пометку "подлежит обязательной сертификации" или
указывать номер лицензии и наименование органа, выдавшего ее,
если на них содержится реклама такой продукции.
Определенные сложности возникают при рекламе медикаментов, отпускаемых без рецепта врача. Исходя из п. 2 ст. 16
Закона такие препараты могут рекламироваться только в
печатных изданиях, предназначенных для медицинских и
фармацевтических работников. Однако фактически подобные
лекарства с согласия органов, осуществляющих надзор в области
изготовления, хранения и отпуска лекарственных средств,
продаются без рецептов и рекламируются в общих печатных
изданиях. Надо заметить, что Перечень медикаментов,
отпускаемых без рецепта врача, был утвержден еще в 1989 году и
с тех пор не менялся. Пока не принят новый федеральный
Перечень, органы исполнительной власти субъектов Российской
Федерации утверждают свои региональные, которыми и
пользуются в настоящее время рекламодатели.
Следует отметить, что в некоторых странах отдельные
препараты, отпускаемые без рецепта врача, также разрешается
рекламировать только в научных публикациях и специальных
изданиях. Так, по законодательству Германии это ограничение
относится к детскому питанию, причем не только лечебному.
Кроме того, на упаковках детского питания должна обязательно
помещаться такая надпись: "Грудным детям полезно материнское
молоко".
Исследование рекламы финансовых, страховых, инвестиционных услуг и ценных бумаг в средствах массовой информации привело к выводу, что требование Закона о запрете
"умалчивать хотя бы об одном из условий договора, если в
рекламе сообщается об условиях договора" повсеместно не
выполняется. Например, в рекламе омского Агропромбанка
указаны проценты, выплачиваемые по вкладам населения. Это
является условием договора банковского вклада. Но в рекламе
умалчивается о возможности уменьшения банком в
одностороннем порядке обещанного процента, о последствиях
досрочного расторжения договора, а также прекращения выдачи
вкладов по вине банка. Такую рекламу следует рассматривать как
45
недобросовестную, ибо, как указано в ст. 6 Закона, в ней
отсутствует часть существенной информации.
При применении ст. 25 Закона о рекламе, касающейся
публичного предложения о заключения договора в рекламе,
необходимо руководствоваться ст. 426, 437, 445 ГК РФ.
Статья 36 Закона предусматривает полномочия антимонопольных органов по государственному контролю за соблюдением законодательства Российской Федерации о рекламе.
Необходимо отметить, что возложение контроля в области
рекламы именно на указанные органы не случайно. Это отвечает
целям законодательства о рекламе, о которых говорится в ст. 1
Закона, — защита от недобросовестной конкуренции в области
рекламы, предотвращение и пресечение ненадлежащей рекламы,
способной ввести потребителя рекламы в заблуждение или
нанести вред здоровью граждан, имуществу граждан или
юридических лиц, окружающей среде либо вред чести,
достоинству или деловой репутации указанных лиц, а также
посягающей на общественные интересы, принципы гуманности и
морали. Поскольку предупреждение, ограничение и пресечение
недобросовестной конкуренции на товарных рынках и государственный контроль за соблюдением законодательства России о
защите прав потребителей и пресечение недобросовестной
конкуренции на рынке потребительских товаров возложены на
антимонопольные органы (ст. 3 Закона РСФСР от 22 марта 1991
года "О конкуренции и ограничении монополистической
деятельности на товарных рынках"), естественно, что и
государственный контроль за соблюдением законодательства о
рекламе был возложен на них. Но надо заметить, что
действующим
законодательством
не
предусмотрен
предварительный контроль антимонопольных органов за
рекламой до ее распространения.
Одним из направлений контроля за рекламной деятельностью
со стороны антимонопольных органов является направление в
органы прокуратуры, другие правоохранительные органы
материалов для решения вопроса о возбуждении уголовного
дела. В УК РФ есть только одна статья, устанавливающая
ответственность непосредственно за запрещенную рекламу. Речь
идет о ст. 228, которая предусматривает уголовную
ответственность
за
рекламирование
порнографических
предметов, печатных изданий, предметов порнографического
характера.
46
Однако это не означает, что за иные преступления в области
рекламы виновных нельзя привлечь к уголовной ответственности. Так, за введение в заблуждение относительно
потребительских свойств, качества товара или иной обман
потребителей, если эти действия совершены с использованием
рекламы (недостоверной или заведомо ложной), может наступить
уголовная ответственность по ст. 156 УК РФ как за обман
потребителей. Правда, в этом случае ответственность возможна,
если такие действия совершены и без помощи рекламы.
Видимо, и в УК РФ, и в Кодекс об административных
правонарушениях надо ввести ответственность за разные виды
ненадлежащей рекламы.
Интересной с точки зрения распределения ответственности
между участниками рекламной деятельности — рекламодателем,
рекламопроизводителем
и
рекламораспространителем
—
представляется ст. 30 Закона о рекламе. Ответственность за
содержание рекламы возложена на рекламодателя. В связи с этим
утратили силу решения и рекомендации Судебной палаты по
информационным спорам при Президенте РФ, толкование ею
ст. 57 Закона о средствах массовой информации, сводящееся к
тому, что средства массовой информации несут ответственность
за содержание рекламы.
В связи с этим возникает вопрос: входят ли в понятие
"содержание рекламы" пометки, предусмотренные пп. 3 и 4 ст. 5
Закона о рекламе (указание в рекламе "номер лицензии и орган,
выдавший ее", "подлежит обязательной сертификации")?
Думается, что входят, так как понятие "со-держание"
представляет собой совокупность всех элемен-тов определенного
объекта, в частности рекламы. Ее эле-ментами в случаях,
предусмотренных Законом о рекламе, обязательно должны
являться указанные пометки. Поэтому за их отсутствие
ответственность несет рекламодатель, поскольку именно он
отвечает за содержание рекламы.
Рекламораспространитель несет ответственность только за
нарушение законодательства о рекламе в части, касающейся
времени, места и средств размещения рекламы, а
рекламопроизводитель — за нарушение законодательства в части
оформления, производства, подготовки рекламы. Правда, в той
же ст. 30 предусмотрено, что рекламодатель освобождается от
ответственности за содержание рекламы, если докажет, что
47
нарушение законодательства о содержании рекламы произошло
по вине рекламопроизводителя или рекламораспространителя.
Закон о рекламе дает антимонопольным органам право
применять меры административного воздействия в виде штрафа
не только за неисполнение их предписаний о прекращении
нарушения, но и непосредственно за само нарушение
законодательства о рекламе, в частности за ненадлежащую
рекламу или отказ от контррекламы либо непредоставление в
установленный срок сведений по требованию антимонопольного
органа. Пункт 2 ст. 31 Закона предусматривает возможность
применения вместо штрафа такой меры административной
ответственности, как предупреждение. В подобных случаях
никакого предписания антимонопольные органы не выносят.
Не совсем понятна установленная этой статьей уголовная
ответственность за ненадлежащую рекламу, повторно совершенную в течение года после наложения за те же действия
административного взыскания (то есть после вынесения
предупреждения или наложения штрафа в размере до двухсот
минимальных размеров оплаты труда). Однако Уголовным
кодексом РФ такая ответственность не предусмотрена. Кроме
того, она может коснуться только физических лиц.
Следовательно, юридические лица ставятся в более выгодное
положение, чем физические лица–пред-приниматели. Между тем
такая дискриминация граждан-предпринимателей представляется
незаконной (см. ст. 19 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ).
Ñëåäóåò òàêæå îòìåòèòü îòñóòñòâèå â Çàêîíå î ðåêëàìå êàêîé-ëèáî
îòâåòñòâåííîñòè äîëæíîñòíûõ ëèö çà ïðàâîíàðóøåíèÿ â îáëàñòè ðåêëàìû. Îíà,
èñõîäÿ èç ñîäåðæàíèÿ Çàêîíà, ìîæåò áûòü òîëüêî ìàòåðèàëüíîé è ðåãðåññíîé
íà îñíîâàíèè ñò. 118, 119, à â íåêîòîðûõ ñëó÷àÿõ è ñò. 121 ÊÇîÒ ÐÔ.
Статья 22 Закона обязывает рекламопроизводителей и
рекламораспространителей требовать от рекламодателя, если его
деятельность
подлежит
лицензированию,
представления
лицензии или ее надлежаще заверенной копии. В то же время в
Законе прямо не установлена ответственность за изготовление и
распространение рекламы при отсутствии лицензии на
изготовление и продажу рекламируемого товара или
оказываемой услуги.
Выход из создавшегося положения видится в следующем.
Антимонопольный орган на основании п. 3 ст. 31 Закона о
рекламе принимает решение и выдает рекламопроизводителям и
рекламораспространителям
предписание
о
прекращении
изготовления и распространения рекламы, если рекламодатель не
48
представил соответствующую лицензию. При невыполнении
такого предписания антимонопольным органом на виновных на
основании п. 3 ст. 31 Закона о рекламе налагается штраф в
размере до 5000 минимальных размеров оплаты труда.
Ю. ВОЛЬДМАН,
кандидат юридических наук
49
Ðûíîê öåííûõ áóìàã
СОСТОЯНИЕ ДЕНЕЖНОГО РЫНКА
Развитие денежного рынка в 1995 году характеризовалось
снижением процентных ставок по всем инструментам в первом
полугодии и изменением структуры сделок на рынке МБК в
посткризисный период.
Денежно-кредитная политика Банка России была направлена
на стабилизацию национальной валюты. В первом полугодии был
предпринят ряд мер, с помощью которых достигнуты
определенные успехи в этом направлении. Центральный банк и
Правительство РФ в целях обеспечения стабильности на
валютном рынке, защиты отечественных производителей и
населения на срок с 6 июля по сентябрь 1995 года установили
границы изменения обменного курса рубля на биржевом и
межбанковском валютном рынке от 4300 до 4900 рублей за
доллар США.
Правительство РФ и Банк России обязались также обеспечить
возможность
беспрепятственной
покупки
и
продажи
иностранной валюты на внутреннем валютном рынке Российской
Федерации в соответствии с действующим законодательством и
поддержать обменный курс рубля в указанных границах мерами
бюджетной, денежно-кредитной и валютной политики.
Финансовый рынок и его сегменты чутко отреагировали на
новую ситуацию. При увеличившемся объеме продаж в июле на
рынке МБК средневзвешенная процентная ставка по "коротким"
кредитам увеличилась и составила 84,5 процента годовых, по
кредитам, предоставляемым на срок до трех месяцев, — 90,7
процента годовых. Объемы продаж на рынке ГКО в июле
уменьшились.
Аукционная
доходность
государственных
краткосрочных ценных бумаг увеличилась.
50
Министерство финансов приняло решение об эмиссии нового
финансового инструмента — облигаций федерального займа с
переменным купонным доходом (ОФЗ).
В соответствии с Генеральными условиями выпуска и обращения облигаций федеральных займов, утвержденными
постановлением Правительства РФ от 15 мая 1995 года № 458, и
Условиями выпуска облигаций федерального займа с
переменным купонным доходом, утвержденными Минфином РФ,
и согласно Положению об обслуживании и обращении выпусков
государственных краткосрочных бескупонных облигаций (далее
— Положение), утвержденному Приказом Банка России от 15
июня 1995 года № 02-125, было предусмотрено:
1. Регулирование порядка размещения, обращения и погашения государственных краткосрочных бескупонных облигаций (далее — облигации), выпускаемых в соответствии с
Основными условиями выпуска и обращения государственных
краткосрочных бескупонных облигаций, утвержденными
постановлением Правительства РФ от 8 февраля 1993 года
№ 107.
2. Владельцы облигаций имеют право владеть, пользоваться и
распоряжаться принадлежащими им облигациями в соответствии
с действующим законодательством с учетом ограничений,
налагаемых по договорам, которые заключаются на основании
вышеуказанного Положения.
3. Обращение облигаций может осуществляться только в
результате заключения договора (сделки) купли-продажи в
порядке, определенном действующим законодательством и
настоящим Положением. Совершение других операций с
облигациями допускается только в случае принятия Банком
России соответствующего нормативного акта, регламентирующего порядок совершения таких операций. Переход права
собственности на облигации от одного владельца к другому
наступает в момент перевода их на счет "депо" нового владельца
в порядке, определенном Положением.
Таким образом, на рынке государственных ценных бумаг
появился новый финансовый инструмент — облигации
федерального займа с переменным купонным доходом.
Общий объем размещения на первичном рынке ГКО-ОФЗ в
июле составил 8,1 трлн. рублей. Аукционная доходность ГКО в
среднем — 132,7 процента годовых и аукционная доходность
ОФЗ — 162,14 процента годовых при средневзвешенных ценах
51
продажи. На вторичном рынке ГКО-ОФЗ объем продаж
увеличился и составил 13,9 трлн. рублей.
Оборот на валютном рынке — 1475 млн. долларов. Падение
курса доллара в июле составило 0,2 процента.
Для сохранения стабильности на валютном рынке, защиты
интересов отечественных производителей и населения
Правительство РФ и Банк России продолжили политику установления пределов колебания обменного курса рубля и определили границы его изменения на биржевом и межбанковском
валютном рынке на период с 1 октября по 31 декабря 1995 года
от 4300 до 4900 рублей за один доллар США.
Банком России совместно с Государственным таможенным
комитетом была разработана и введена в действие инструкция от
26 июля 1995 года № 30 "О порядке осуществления валютного
контроля за обоснованностью платежей в иностранной валюте за
импортируемые товары".
Данной инструкцией на основании Закона "О валютном
регулировании и валютном контроле", Федерального закона "О
Центральном банке Российской Федерации", Таможенного
кодекса РФ, а также в соответствии с Указом Президента РФ от 6
марта 1995 года № 245 "Об основных принципах осуществления
внешнеторговой деятельности в Российской Федерации" и
постановлением
Совета
Министров
—
Правительства
Российской Федерации от 6 марта 1993 года № 205 "Об усилении
валютного и экспортного контроля и о развитии валютного
рынка" для обеспечения соответствия суммы средств в
иностранной валюте, переведенной в оплату за импортируемые
товары, стоимости фактически ввезенных на территорию
Российской Федерации товаров был установлен порядок
контроля за обоснованностью платежей в иностранной валюте за
импортируемые товары, осуществляемых юридическими лицами
— резидентами РФ независимо от организационно-правовой
формы.
Ситуация на финансовом рынке в первой и второй декадах
августа 1995 года складывалась под влиянием тенденций,
характерных для конца июля, то есть устойчивым увеличением
доходности инструментов рынка ГКО и незначительными
колебаниями средневзвешенной процентной ставки на рынке
МБК. В третьей декаде августа произошли значительные
изменения, которые были вызваны несколькими факторами: вопервых, совместным заявлением Правительства и Центрального
52
банка РФ о сохранении условий валютного коридора; во-вторых,
резким сжатием, практически в течение одного дня — 24 августа,
рынка "коротких" МБК, которое наступило из-за потери
ликвидности, и последующим закрытием лимитной позиции по
межбанковскому кредитованию ряда крупных банков, среди
которых банк Лефортовский, Часпромбанк, Мытищинский.
Последний был крупнейшим оператором на рынке "коротких"
МБК. Объем операций на торговой площадке рынка "коротких"
МБК этого банка во втором квартале 1995 года составил 3,9
трлн. рублей и 1,89 млрд. долларов. Для сравнения: объем
операций Оргбанка в этот же период — 5,19 трлн. рублей, МФД
— 4,62 трлн. рублей. Уход с рынка МБК таких субъектов
спровоцировал значительное увеличение средневзвешенной
процентной ставки по кредитам.
Одной из мер, принятых Правительством и Центральным
банком для выхода из этой ситуации, стала покупка Центральным банком больших объемов государственных ценных
бумаг у коммерческих банков на открытом рынке. Некоторым
коммерческим банкам были предоставлены кратко-срочные
кредиты до семи дней, однако объемы сделок в конце месяца не
превышали 10 процентов от прежнего объема Московского
рынка МБК. Обострение сложившейся ситуации на финансовом
рынке совпало по времени с выполнением коммерческими
банками резервных требований, что также ухудшило положение.
На ММВБ в течение августа наблюдалась относительная
стабилизация курса доллара. В начале месяца его курс был
зафиксирован на уровне 4405 рублей за доллар, а 31 августа —
4447 рублей за доллар, но в период с 24 по 31 августа 1995 года
тенденции на валютном рынке изменились, спрос на валюту
практически весь этот период превышал предложение при
небольших объемах операций и увеличении числа его
участников. Внебиржевой валютный рынок в начале этого
периода прекратил свое существование и только после
вмешательства Центрального банка вновь возобновил работу 30
августа 1995 года.
В соответствии с проводимой Центральным банком РФ
денежно-кредитной политикой состоялись очередные аукционы
кредитов рефинансирования. 30 августа 1995 года был проведен
19-й аукцион кредитов рефинансирования. На аукцион было
выставлено 50 млрд. рублей. Срок кредитования — два месяца.
Сумма предоставленного коммерческим банкам кредита
53
составила 43,45 млрд. рублей под среднюю процентную ставку
130
процентов
годовых.
20-й
аукцион
кредитов
рефинансирования состоялся 27 сентября. Было выставлено 60
млрд. рублей. Срок кредитования — два месяца. Сумма
предоставленного кредита — 59,5 млрд. рублей под среднюю
ставку 180 процентов годовых.
Сложная ситуация на рынке межбанковских кредитов вызвала
высокую активность инвесторов на рынке государственных
краткосрочных ценных бумаг. На первичном рынке ГКО
значительно увеличились объемы спроса и продаж. Совокупный
объем размещения на рынке ГКО в августе составил 10,72
трлн. рублей. Аукционы по размещению ОФЗ в августе не
проводились. Значительно возрос среднедневный оборот на
вторичных торгах ГКО. Наиболее популярны были выпуски с
близкими сроками погашения. Практически весь месяц росли
котировки ГКО, средневзвешенная доходность стабильно
уменьшалась. К концу августа активность инвесторов на рынке
ГКО снизилась.
В сентябре совокупный объем размещения на рынке ГКООФЗ составил 15,17 трлн. рублей.
В сентябре Министерство финансов разместило только 20
процентов от объявленного объема эмиссии ОФЗ. Это
объясняется настороженным отношением дилеров к облигациям
федерального займа. Министерство финансов отказалось от
проведения
аукциона
30
августа
по
размещению
дополнительного транша выпуска 24003, так как ему не
требовались средства для погашения предыдущих ГКО. Объем
размещения облигаций федерального займа составил в августе
100,62 млрд. рублей, а в сентябре — 108,34 млрд. рублей.
Средняя доходность на аукционе по трехмесячным облигациям — 116,72 процента, по шестимесячным — 132,37
процента, доходность облигаций федерального займа составила
131,59 процента.
Оборот вторичного рынка ГКО в сентябре составил 15,769
трлн. рублей. Оборот вторичного рынка ОФЗ в сентябре — 2,399
трлн. рублей.
На российском рынке ценных бумаг 27 сентября 1995 года
появился новый финансовый инструмент — облигации
государственного сберегательного займа РФ первой серии.
Эмитентом облигаций выступает Министерство финансов РФ.
Облигации выпускаются сроком на один год, номинальной
54
стоимостью 100 и 500 тысяч рублей и являются государственными ценными бумагами на предъявителя. Объем
выпуска государственного сберегательного займа РФ первой
серии составляет 1 трлн. рублей.
Каждая облигация имеет четыре купона. Купонный период
составляет три календарных месяца и определяется с даты начала
выпуска. Процентный доход по купону определяется эмитентом
на каждый купонный период и равняется последней официально
объявленной купонной ставке по облигациям федерального займа
с переменным купонным доходом (ОФЗ). Выплачивается
процентный доход по купонам облигаций уполномоченными
эмитентом банками (платежными агентами) в наличной и
безналичной форме, начиная со следующего после окончания
купонного периода рабочего дня. Облигации погашаются с 27
сентября 1996 года в валюте Российской Федерации. При
погашении облигаций владельцам выплачивается номинальная
стоимость облигаций и процентный доход по последнему купону.
Тенденция уменьшения средневзвешенной процентной ставки
по "коротким" кредитам в октябре еще более укрепилась. В
начале месяца ее значение равнялось 64,7 процента годовых, в
конце — 49,1 процента. В среднем за октябрь средневзвешенная
процентная ставка составила 55,1 процента годовых, что на 34
процентных пункта меньше, чем в сентябре.
Анализ динамики процентных ставок региональных рынков
МБК показывает, что практически во всех регионах отмечалось
снижение процентных ставок как по размещению, так и по
привлечению
кредитных
ресурсов.
Однако
наиболее
значительное уменьшение процентных ставок произошло в
Москве, что стало последствием событий на москов-ском рынке
МБК в августе.
С 24 октября Центральный банк Российской Федерации
установил процентную ставку рефинансирования в размере 170
процентов годовых.
Развитие рынка ГКО, несмотря на не улучшающуюся ситуацию на рынке межбанковских кредитов, в октябре характеризовалось увеличением объемов продаж как на первичном,
так и на вторичном рынке. Почти на всех октябрь-ских
аукционах спрос намного превышал предложение (например, по
выпускам 22017 и 21048 почти в 1,5 раза, по выпуску 21049 — в
1,6 раза).
55
Совокупный объем размещения на рынке ГКО-ОФЗ в октябре
составил 17,2 трлн. рублей.
Средняя доходность на аукционе при средневзвешенной цене
по трехмесячным облигациям — 109,41 процента, по
шестимесячным — 127,63 процента.
Благодаря повышенному аукционному спросу Центральный
банк по поручению Министерства финансов провел значительные доразмещения выпусков ГКО и ОФЗ на вторичном
рынке ГКО.
Объем продаж на вторичном рынке ГКО в октябре увеличился и составил 20,192 трлн. рублей. Объем продаж на
вторичном рынке ОФЗ в октябре также увеличился — 4,455
трлн. рублей.
27 октября должна была начаться реализация облигаций
сберегательного займа второго выпуска. Объем эмиссии
объявлен равным объему первого транша — 1 трлн. руб-лей.
Ставка доходности облигаций второго транша снижена почти на
пять пунктов. По первому купону она определена в 97,13
процента годовых. Однако эти ценные бумаги в банках Москвы в
октябре не появились.
На ММВБ в течение октября темпы роста курса доллара
значительно замедлились: в начале месяца он был зафиксирован
на уровне 4495 рублей за доллар, а в конце октября — 4504 рубля
за доллар, брутто-оборот уменьшился и составил 65,3 процента
от сентябрьского показателя.
Для стабилизации банковской системы и улучшения положения в социальной сфере Центральный банк РФ телеграммой
от 1 ноября 1995 года № 204 внес изменения в Письмо ЦБ РФ
№ 130а от 20 декабря 1994 года по вопросу формирования
коммерческими банками специального резерва на возможные
потери по ссудам в рублях и в иностранной валюте, относящимся
ко всем группам риска. С учетом этих изменений банкам
разрешалось самостоятельно определять необходимость создания
резерва на возможные потери по наиболее надежным ссудам (I и
II группы риска). Отчисления в резерв на возможные потери по
ссудам III, IV и V групп риска относятся на себестоимость оказываемых банками услуг, за исключением резервов по
необеспеченным ссудам, которые относятся на расходы банка и
не уменьшают налогооблагаемую прибыль.
30 ноября 1995 года Правительство и Центральный банк
Российской Федерации выступили с совместным заявлением о
56
политике в области обменного курса рубля в первом полугодии
1996 года.
Для обеспечения стабильности финансовой системы Российской Федерации, защиты интересов отечественных товаропроизводителей и населения Правительство и Банк России
заявили об установлении на срок с 1 января по 30 июня 1996 года
пределов изменения текущего обменного курса на биржевом и
межбанковском валютном рынке — от 4550 до 5150 рублей за
один доллар США.
При сохранении структуры сделок на рынке МБК в ноябре
объемы продаж увеличились более чем в 1,2 раза и составили 6,7
трлн. рублей. В течение ноября и декабря средневзвешенная
процентная ставка по основному виду кредитования (до одного
месяца) практически не менялась и оставалась на уровне 55
процентов годовых.
29 ноября ЦБ РФ провел 22-й аукцион кредитов
рефинансирования, объем аукционного кредита составил 55
млрд. рублей сроком на два месяца под ставку 180 процентов
годовых. На Совете директоров Центрального банка 1 декабря,
учитывая динамику рыночных ставок МБК, было принято
решение о снижении ставки рефинансирования до 160 процентов
годовых. В конце декабря был проведен аукцион кредитов
рефинансирования в объеме 55 млрд. рублей сроком на два
месяца по ставке 170 процентов годовых.
В конце года темпы роста среднемесячного курса доллара
имели незначительную тенденцию к увеличению. В ноябре курс
доллара увеличился на один, а в декабре на два процента.
На рынке ГКО-ОФЗ в ноябре–декабре совокупный объем
размещения составил 25,5 трлн. рублей. Динамика аукционной
доходности имела неустойчивый характер.
Общий объем продаж на вторичном рынке ГКО в ноябре и
декабре составил 48,129 трлн., на вторичном рынке ОФЗ — 7,6
трлн. рублей.
В январе–феврале 1996 года на рынке кредитных ресурсов
сложилась ситуация, которая характеризовалась дальнейшим
снижением рыночных ставок по кредитам сроком до одного
месяца, составляющим основной объем продаж рынка МБК.
Следствием этого явилось изменение Центральным банком
России 10 февраля 1996 года ставки рефинансирования со 160 до
170 процентов годовых. Общий объем рынка МБК в январе
составил 7,145 трлн., а в феврале — 7,376 трлн. рублей.
57
Структура сделок рынка МБК в целом сохранилась. Сектор
"коротких" кредитов (сроком до одного месяца) в январе—
феврале по-прежнему составлял основную часть всего рынка
МБК — 96,8 и 99,3 процента соответственно.
В течение января динамика средневзвешенной процентной
ставки по "коротким" кредитам имела неустойчивый характер. В
среднем за январь ее величина составила 45,5 процента, в
феврале — 37,4 процента годовых.
31 января и 28 февраля ЦБ РФ провел 24-й и 25-й аукционы
кредитов рефинансирования. Общий объем выставленного на
каждом аукционе кредита составил 100 млрд. рублей. Кредиты
выдавались сроком на два месяца под среднюю процентную
ставку в январе — 160 процентов, в феврале — 128,5 процента
годовых. Сумма предоставленных коммерческим банкам
кредитов составила соответственно 81,7 и 91,2 млрд. рублей.
В целях совершенствования активных операций Центрального банка Российской Федерации и развития инструментов
реализации денежно-кредитной политики и в соответствии с
решением Совета директоров Банка России от 8 декабря 1995
года Банк России утвердил Положение о порядке предоставления
Банком России ломбардного кредита банкам.
Список государственных ценных бумаг, принимаемых
Банком России в качестве обеспечения ломбардных кредитов
(ломбардный список ценных бумаг), утвержден решением Совета
директоров Центрального банка Российской Федерации 16
февраля 1996 года. В него вошли:
1. Государственные краткосрочные бескупонные облигации
(ГКО), выпускаемые в обращение в соответствии с постановлением Правительства РФ от 8 февраля 1993 года.
2. Облигации федерального займа с переменным купонным
доходом (ОФЗ), выпускаемые в соответствии с постановлением
Правительства РФ от 15 мая 1995 года.
30 января 1996 года Центральный банк России ввел в
действие Инструкцию № 1 "О порядке регулирования деятельности кредитных организаций", которой были установлены
следующие обязательные экономические нормативы:
— минимальный размер уставного капитала для вновь
создаваемых кредитных организаций, минимальный размер
собственных средств (капитала) для действующих кредитных
организаций;
— нормативы достаточности капитала;
58
— ликвидности кредитной организации;
— максимальные размеры риска на одного заемщика или
группу связанных заемщиков;
— крупных кредитных рисков;
— риска на одного кредитора (вкладчика);
— кредитов, гарантий и поручительств, предоставленных
кредитной организацией своим участникам (акционерам,
пайщикам) и инсайдерам;
— привлеченных денежных вкладов (депозитов) населения;
— нормативы использования собственных средств кредитных
организаций для приобретения долей (акций) других
юридических лиц.
Обязательные нормативы — предельный размер неденежной
части уставного капитала, минимальный размер резервов,
создаваемых под высоколиквидные активы, размеры валютного,
процентного и иных рисков — устанавливаются другими
нормативными актами Банка России.
Для обеспечения участия иностранных инвесторов на рынке
государственных краткосрочных бескупонных облигаций (ГКО)
и облигаций федерального займа с переменным купонным
доходом Центральным банком было утверждено Временное
положение о проведении нерезидентами операций на внутреннем
рынке российских государственных ценных бумаг.
В нем установлен порядок, в соответствии с которым
иностранные инвесторы могут вкладывать средства в ГКО и ОФЗ
с одновременным проведением хеджирующих валютных
операций, связанных с колебаниями курса рубля. Там же указано,
что покупка облигаций производится иностранными инвесторами
через официальных дилеров Банка России на рынке ГКО-ОФЗ,
заключивших с Банком России дополнительное соглашение к
договору "О выполнении функций дилера на рынке
государственных краткосрочных бескупонных облигаций" и
выступающих одновременно агентами валютного контроля.
Согласно сообщению пресс-службы Банка России 6 февраля
1996 года Центральный банк Российской Федерации завершил
работу над всеми необходимыми нормативными документами,
регламентирующими
допуск
нерезидентов
на
рынок
государственных ценных бумаг (ГКО-ОФЗ). Схема допуска
полностью отработана.
Первый аукцион с участием иностранных инвесторов состоялся 7 февраля 1996 года.
59
Первым уполномоченным банком-нерезидентом на рынке
ценных бумаг стал Евробанк (Париж, Франция), уполномоченным банком-резидентом — банк Еврофинанс.
Объем иностранных инвестиций, привлеченных на аукцион 7
февраля 1996 года, составил около 120 млрд. рублей.
30 января состоялись первые торги государственными
облигациями на Ростовской межбанковской валютной бирже
(РМВБ). Таким образом, общероссийская торговая четь ГКО
охватила кроме Москвы, Западной Сибири и Северо-Западного
региона Северный Кавказ.
На рынке ГКО-ОФЗ в январе–феврале проводилась политика,
направленная на увеличение сроков облигационных займов.
Общий объем размещения на рынке ГКО-ОФЗ в январе–феврале
составил 43,8 трлн. рублей. Средневзвешенная доходность на
аукционе по трехмесячным облигациям в январе — 107,59, в
феврале — 61,21 процента годовых. Средневзвешенная
доходность на аукционе по шестимесячным облигациям в январе
— 78,87 процента годовых, в феврале — 61,18 процента годовых.
Средневзвешенная доходность на аукционе ОФЗ в январе
составила 96,2 процента годовых, в феврале — 73,35 процента
годовых.
Вторичные торги государственных ценных бумаг в начале
года характеризовались повышенной активностью инвесторов.
Благодаря масштабным доразмещениям ОФЗ в январе–феврале
снизилась доля краткосрочных (трехмесячных) облигаций в
обороте вторичных торгов. Объем продаж на вторичном рынке
ГКО-ОФЗ в январе составил 33,8 трлн. рублей, в феврале — 36,4
трлн. рублей.
Н. ВОЕВОДСКАЯ,
начальник отдела Центробанка РФ,
кандидат экономических наук
И. ДОБРОХЛОП,
исследователь Центробанка РФ
Уважаемые читатели
журнала "Хозяйство и право"!
60
Если у Вас есть компьютер,
если Вам нужен журнал, но его
негде хранить, у Вас есть
возможность иметь
электронную версию
журнала "Хозяйство и право".
Все номера за 1994, 1995 и 1996
годы: комментарии, статьи,
консультации, ответы на
вопросы читателей
всегда
будут под рукой.
По вопросам приобретения
электронной версии следует
обращаться в ТОО "Экомаш", тел.:
366-45-35, 366-67-02, 366-66-18.
или в редакцию журнала,
тел.: 292-07-00, факс: 292-78-96.
61
Âîïðîñû çàêîíîäàòåëüñòâà
НОВЫЙ ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС
И ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО О ЗАЩИТЕ
ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ И
СЕРТИФИКАЦИИ *
Я. ПАРЦИЙ,
директор фирмы "ПДК",
заслуженный юрист Российской Федерации
Текст статьи в электронном виде
не распространяется!
* Îêîí÷àíèå. Íà÷àëî ñì. â ¹ 5 çà 1996 ã.
62
ÍÎÂÎÅ Â ÃÐÀÆÄÀÍÑÊÎÌ ÏÐÎÖÅÑÑÓÀËÜÍÎÌ
ÇÀÊÎÍÎÄÀÒÅËÜÑÒÂÅ
Недостатки гражданского процессуального законодательства,
противоречия и пробелы в практике его применения существенно
осложняют судопроизводство по гражданским делам. Поэтому
проблемы его совершенствования и повышения эффективности
продолжают оставаться весьма актуальными. В связи с этим 27
октября 1995 года был принят и с 8 января 1996 года введен в
действие Закон РФ "О внесении изменений и дополнений в
Гражданский процессуальный кодекс РСФСР".
Анализ ГПК 1964 года позволяет выделить немало норм,
содержание которых неадекватно отражает реальную действительность общественного развития. Законодатель не ставил
задачу привести в соответствие с правовыми реалиями, прежде
всего Конституцией Российской Федерации, новым Гражданским
кодексом, иными законами РФ, все нормы ГПК. Устаревшие
нормы процессуального закона не применяются в силу
верховенства Конституции, иных законов, принятых после 12
июня 1990 года, и прежде всего ГК 1994 года. В заголовке Закона
по-прежнему значится "РСФСР" в качестве названия нашего
государства. Очевидно, оно не было заменено на "РФ" в силу
того, что изменения не коснулись очень значительного
количества статей.
С введением в действие нового Гражданского кодекса РФ,
определившего очередность требований кредиторов при
ликвидации юридического лица (в том числе при недостаточности имущества ликвидируемого юридического лица),
представляется неприемлемым правило об очередности
взысканий, установленное ст. 419–421 ГПК. В частности, лишь в
девятую очередь по нормам ГПК (хотя в ст. 421 ГПК очередь
названа третьей, что просто не соответствует количеству
предшествующих очередей, перечисленных в ст. 419–420) могут
быть удовлетворены обеспеченные залогом требования о
взыскании из стоимости заложенного имущества. В то же время в
критической ситуации при ликвидации юридического лица
требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным
67
залогом имущества ликвидируемого юридического лица,
удовлетворяются в третью очередь. Возникает вопрос: какова
отраслевая природа правила об очередности взысканий —
материальноили
процессуально-правовая?
Думается,
материально-правовая. Однако если требования кредиторов
удовлетворяются на основании исполнительных документов, то
решение вопроса облекается в процессуальную форму, которая
должна полностью соответствовать нормам гражданского права.
Поэтому необходимо применять по аналогии ст. 64 ГК, а не
нормы ст. 419–421 ГПК.
К сожалению, разъяснения высших судебных инстанций по
таким вопросам либо не отличаются определенностью, либо
представляются неприемлемыми вследствие игнорирования
современных тенденций развития материального права. Так, в
Письме Высшего Арбитражного Суда РФ и Министерства
юстиции РФ от 6 июля 1994 года "О порядке обращения
взыскания на имущество юридических лиц при отсутствии на их
счетах денежных средств, достаточных для исполнения решения
арбитражного суда" содержалось разъяснение о том, что
взыскания по решениям арбитражных судов могут обращаться на
имущество предприятий "в порядке, установленном ГПК РФ".
В ответе Верховного Суда РФ на запрос одного из судов: "В
каком порядке удовлетворяются требования взыскателей, обеспеченные залогом?" — содержалось указание на необходимость
руководстваться ст. 421, 419–426 ГПК РСФСР 1 .
Вопросы о порядке обращения и очередности взыскания
имущества у организаций-должников не получили достаточно
конкретного и полного разрешения и во Временном положении о
порядке обращения взыскания на имущество организаций,
утвержденном 14 февраля 1996 года Указом Президента РФ "О
некоторых мерах по реализации решений об обращении
взыскания на имущество организаций".
К приведенным можно добавить много других норм, которых
не коснулись изменения и дополнения к действующему ГПК. Все
они должны быть учтены в новом ГПК Россий-ской Федерации,
работа над проектом которого уже завершена. Кроме того,
должен быть принят федеральный закон "Об исполнительном
производстве".
1 Þðèñò, 1995, ¹ 1 (3), ñ. 20.
68
Новеллы, внесенные в действующий ГПК, продиктованы
требованиями общественного развития. Кардинально изменилось
содержание
принципа
состязательности
гражданского
процессуального права. Из ст. 14 ГПК исключена обязанность
суда (не ограничиваясь представленными материалами и
объяснениями) принимать все предусмотренные законом меры
для всестороннего, полного и объективного выяснения
действительных обстоятельств дела, прав и обязанностей сторон.
Суд перестает быть субъектом обязанности собирания
доказательств. Отныне такая обязанность лежит на сторонах и
других лицах, участвующих в деле.
Определив предмет доказательств по делу, суд устанавливает,
какой из сторон они подлежат доказыванию. Он вправе
предложить стороне, иному лицу, участвующему в деле,
представить дополнительные доказательства и по заявленному
ходатайству,
основанному
на
затруднительности
их
представления, оказывает содействие в собирании таких
доказательств (ст. 50 ГПК).
Иное значение, чем по ранее действовавшим нормам,
придается новым Законом объяснению стороны, которая
признает факт основания требования или возражения другой
стороны. Признание факта освобождает другую сторону от
необходимости подтверждения его другими доказательствами.
Иными словами, признанный факт считается полностью
доказанным. И лишь если у суда есть сомнение в объективности
признания, а также свободе воли и волеизъявления стороны,
признавшей факт, он не принимает его признания в качестве
"царицы" доказательств. В такой ситуации противная сторона
обязана подтвердить факт с помощью других доказательств.
Как следует из содержания ст. 60 ГПК в редакции ново-го
Закона, принятие судом признания факта зависит от уверенности
суда в объективности признания. Как же можно обрести такую
уверенность? Представляется, не иначе как в сопоставлении
признания с другими доказательствами и фактами, связанными с
признанными.
Таким образом, получается, что признанный факт нельзя
считать полностью доказанным, если объективность признания
не подтверждается с помощью других доказательств.
Из ст. 56 ГПК, посвященной оценке доказательств, новым
Законом исключено указание на обстоятельства дела как объект
рассмотрения, что вполне логично, так как оценка доказательств
69
— деятельность, предметом которой являются особые признаки
самих доказательств. Из требований, предъявляемых к
рассмотрению доказательств как особой деятельности суда,
исключены объективность и руководство законом и
социалистическим правосознанием. Если последнее — дань
новой идеологии "общества без идеологии", то исключение
ориентира на закон едва ли корректно. Устранение же
требования объективности объясняется активным стремлением
разработчиков
закона
усилить
состязательное
начало
гражданского процесса.
Одновременно в ст. 56 ГПК появилось новое определение
требования к рассмотрению судом доказательств —
беспристрастность. И хотя этимологическое значение обоих слов
весьма многообразно и нельзя с уверенностью утверждать, какое
из них имел в виду законодатель, несомненно, что они весьма
близки, если не идентичны.
Наконец, в ст. 56 ГПК осталась абсолютно не измененной
норма о том, что для суда никакое доказательство не имеет
заранее установленной силы. Это правило содержит запрет о
предварительном наделении каких-либо доказательств особой
юридической силой, обязании суда принимать их без проверки.
Не должно быть исключением из этого правила и признание
факта.
Недавно вступил в действие новый Арбитражный процессуальный кодекс (АПК), разработчики которого также
стремились укрепить принцип состязательности в арбитражном
процессе. Однако анализ ст. 70 АПК, посвященной, в частности,
признанию фактов, содержит иное правило, нежели в ГПК:
признание лицом, участвующим в деле, фактов, на которых
другое лицо основывает свои требования и (или) возражения, для
арбитражного суда не является обязательным. Арбитражный суд
может считать признанный факт установленным, если у него нет
сомнений в том, что признание соответствует обстоятельствам
дела и не совершено под влиянием обмана, насилия, угрозы,
заблуждения или с целью сокрытия истины. Как видим,
положения Арбитражного процессуального кодекса исходят
прежде всего из того, чтобы признание факта было объективным.
Жесткие требования предъявлены и к объективности при исследовании и оценке доказательств.
Если учесть, что лицами, участвующими в делах, подведомственных арбитражному суду, являются юридические лица и
70
граждане-предприниматели (за редкими исключениями), в то
время как в общих судах по крайней мере одной из сторон по
делу является гражданин, то ему-то, гражданину, более, нежели
юридическому лицу, необходима помощь суда, которая, в
частности, могла бы заключаться в обязательной проверке на
объективность признания стороной "вредоносного" для нее
факта. Наблюдающееся в гражданском обществе расслоение по
имущественному признаку делает все более проблематичной
помощь адвоката большинству российских граждан. Потому суд
должен быть не только беспристрастным, но и объективным.
Целесообразно остановиться еще на трех нормах, внесших
новеллы в правило о распределении обязанностей по
доказыванию между сторонами в гражданском судопроизводстве. Если сторона удерживает и не представляет по
требованию суда письменное или вещественное доказательство,
содержащее информацию, подрывающую обоснованность ее
требований или возражений, суд вправе установить, что такая
информация об обстоятельствах, имеющих значение для дела,
признана этой стороной (ст. 65, 70 ГПК).
Установлено и новое правило о последствиях уклонения
стороны от участия в экспертизе — суд вправе признать факт,
для установления которого назначалась экспертиза, в
зависимости от его значения для уклоняющейся стороны установленным или опровергнутым. Из смысла этой нормы
следует, что вывод суда о факте всегда будет носить для
уклоняющейся от экспертизы стороны неблагоприятный характер (ст. 74 ГПК).
Анализ новелл ст. 65, 70, 74 ГПК убеждает в "единстве"
замысла дополнений в ГПК. Однако вышло так, что в случаях
непредставления в суд письменных и вещественных доказательств сторона, по существу, признает невыгодное для нее
доказательство. Уклонение же стороны от участия в экспертизе
— основание для вывода о признании невыгодного для нее
факта. Иными словами, налицо своеобразное признание факта.
Видимо, в каждом из приведенных случаев речь должна идти о
признании факта, невыгодного для недобросовестной стороны.
Такие процессуальные правила позволяют суду положить в
основу своего решения предположение о существовании (либо
наоборот) факта, имеющего значение для разрешения дела. При
этом возможности применения таких презумпций не ограничены
указаниями на определенные факты по соответствующим
71
разновидностям гражданских дел, как это закреплено в
действующем гражданском законодательстве. Новеллы ГПК
смелы. Ведь если абстрагироваться от здравого смысла и не
нарушать при этом новых правил ГПК, то в случае уклонения от
прохождения экспертизы, непредставления письменных или
вещественных доказательств основой решения суда станет
предположение о существовании либо отсутствии определенных
юридических фактов. Известно, что мотивировочная часть
судебного решения вступает в законную силу наряду со всеми
остальными его частями. На этом основано правило о преюдициальном значении установленных судом фактов и правоотношений для всех судебных органов — общих, арбитражных,
третейских судов, рассматривающих другие гражданские дела, в
которых участвуют те же лица (ст. 55 ГПК, ст. 58 АПК).
Нормативные акты о третейских судах не предусматривают
специальных норм об освобождении от доказывания фактов, установленных вступившими в законную силу решениями общих
или арбитражных судов, но нет сомнений в том, что третейские
суды обязаны соблюдать это правило в силу обязательности
таких решений (ст. 13 ГПК, ст. 13 АПК).
Таким образом, факты, которые входят в предмет доказывания, но не доказываются в силу презумпции ст. 65, 70, 74
ГПК, получив оценку в мотивировочной части решения суда,
приобретут качества достоверности и незыблемости. Здесь нет
вопросов?
Если продолжить тему о доказательствах и доказывании по
Закону от 27 октября 1995 года, нельзя не коснуться изменений,
внесенных в содержание ст. 294 и п. 4 ст. 305 ГПК. Статья 294
ГПК ранее не упоминала такое явление, как доказательство. Суд
кассационной инстанции до внесения изменений в ст. 294 ГПК
осуществлял проверку законности и обоснованности судебных
решений по имеющимся в деле и дополнительно
представленным
материалам.
Причем
на
основании
дополнительных
материалов,
придя
к
выводу
о
необоснованности судебного решения, можно было лишь
отменить решение и передать дело на новое рассмотрение. В
пункте 4 ст. 305 ГПК было закреплено право кассационной
инстанции "изменить решение или вынести новое решение, не
передавая дела на новое рассмотрение, если по делу не требуется
собирания или дополнительной проверки доказательств,
обстоятельства дела установлены судом первой инстанции полно
72
и правильно, но допущена ошибка в применении норм
материального права". В новой редакции ст. 294 ГПК
установлено право кассационной инстанции "исследовать новые
доказательства и устанавливать новые факты", если будет
признано, что эти доказательства не могли быть представлены в
суд первой инстанции. Изменилось и содержание п. 4 ст. 305
ГПК, установившего право "изменить решение или вынести
новое решение, не передавая дела на новое рассмотрение, если
обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на
основании имеющихся, а также дополнительно представленных
материалов, с которыми ознакомлены стороны".
Таким образом, кассационная инстанция по новому Закону
вправе пересматривать решение суда, не вступившее в законную
силу.
Л. ГРОСЬ,
доцент юридического факультета
Хабаровской государственной академии экономики и права
ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ
РЕГИОНАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ
Построение подлинно федеративного государства неразрывно
связано с четкой регламентацией экономической самостоятельности и правовой автономии субъектов Россий-ской
Федерации.
Между тем в соотношении федерального и региональ-ного
регулирования российской экономики до сих пор нет должной
законодательной ясности. Действующая Конституция России не
содержит достаточно полных норм об экономическом статусе
субъектов Федерации, что порождает на практике негативные
последствия. Анализ текущего законодательства показывает, что
одновременно действуют довольно противоречивые тенденции в
развитии правового обеспечения региональной экономики.
С одной стороны, отчетливо проявляется стремление
федеральной власти к укреплению материальной базы субъектов
Федерации,
дополнительной
передаче
им
некоторых
хозяйственных полномочий. С другой стороны, по целому ряду
73
вопросов
еще
сохраняется
излишняя
централизация,
сдерживающая хозяйственную активность регионов на
конкретных участках рыночной экономики.
Линию на централизацию регламентации хозяйственных
отношений, к сожалению, проводит новый Гражданский кодекс
РФ,
охватывающий
также
сферу
публично-правовой
регламентации. В нем субъекты Федерации признаны лишь
участниками гражданско-правовых отношений, а в качестве
субъектов регулирования упоминаются главным образом в
случае причинения убытков гражданам и юридическим лицам. В
связи с этим невольно возникают ассоциации с прежним
гражданским
законодательством.
В
условиях
бывшей
декларативной федерации союзные республики имели собственные Гражданские кодексы и действовали Основы
гражданского законодательства Союза ССР. Теперь в период
создания подлинно федеративного государства Гражданский
кодекс Российской Федерации, значительно расширивший сферу
закрепления экономических отношений, пытается отключить
регион от их регламентации.
Налицо алогичность нового подхода к регулированию хозяйственной жизни гражданским законодательством, пределы
которого не определены Конституцией при установлении
полномочий, относящихся к ведению Российской Федерации, что
корректируется
федеральными
законами
в
области
государственного регулирования экономики, конкретизирующими компетенцию регионов, к примеру в сфере лицензирования.
Причем
административное
законодательство,
закрепляющее ряд важных отношений в сфере экономики,
отнесено Основным Законом к совместному ведению. Но
провести достаточно четкую грань между гражданско-правовым
и иным нормативным регулированием современной экономики
не всегда возможно, да и нецелесообразно на практике, так как
главная его цель заключается не столько в обеспечении
правоотраслевой стерилизации, сколько в достижении нужного
эффекта.
Взять хотя бы лицензирование предпринимательства, которое
отнесено Кодексом к ведению Российской Федерации (ст. 49).
Привлечь индивидуальных предпринимателей к ощутимой для
них ответственности за безлицензионную деятельность сегодня,
например, можно лишь после применения к ним мер
административного взыскания за данные нарушения. Однако в
74
федеральном законодательстве отсутствуют общие нормы об
административной ответственности за деятельность без лицензии
— такие санкции предусмотрены только в сфере транспорта,
строительства и архитектуры. Наличие недостатков и пробелов в
федеральном законодательстве неизбежно вынуждает регионы
оперативно принимать правовые решения по этим вопросам 1 ,
поскольку от этого в немалой степени зависит эффективность
всего
стартового
регулирования
предпринимательской
деятельности.
Конечно, выбор единой юридической формы регламентации
разнообразных экономических отношений на уровне субъектов
Федерации предполагает специальное и обстоятельное
обсуждение, для чего необходимо первоначально выяснить круг
самостоятельно решаемых ими экономических задач. Последние
диктуются прежде всего сложившейся в стране ситуацией. Для
преодоления таких трудностей, как хронические неплатежи,
задержка выдачи зарплаты, рост убыточных предприятий и
безработицы, спад производст- ва, и других явлений, охвативших
все российские регионы, хотя и в разной степени, нужен поиск
нетрадиционных подходов.
Парадоксальность нынешней ситуации в том, что одной из
причин возникших проблем нередко являются действия органов
государства,
не
выполняющих
свои
хозяйственные
обязательства. По подсчетам специалистов Министерства
экономики России один миллион долгов государства порождает
двукратный или трехкратный долг предприятий. Однако наше
законодательство в большинстве своем ориентировано на
бескризисную, стабильную экономику, от которой нас отделяет
пока неопределенное время.
Субъекты Федерации, в частности, сегодня не имеют
юридических оснований обратиться с иском в суд о передаче им
в собственность или совместное управление предприятий
федеральной собственности, которые из-за постоянного
плачевного финансово-экономического положения создают
ощутимую напряженность в регионе или выполняют работы
(услуги) исключительно для нужд территории.
1 Â Íèæåãîðîäñêîé îáëàñòè, ê ïðèìåðó, Çàêîíîäàòåëüíîå ñîáðàíèå
ïðèíÿëî ïîñòàíîâëåíèå îò 21 ìàðòà 1995 ãîäà ¹ 29 è óñòàíîâèëî
àäìèíèñòðàòèâíóþ îòâåòñòâåííîñòü çà îòñóòñòâèå ëèöåíçèé íà
òîðãîâëþ íåôòåïðîäóêòàìè, ñîäåðæàíèå è ýêñïëóàòàöèþ àâòîçàïðàâî÷íûõ ñòàíöèé íà òåððèòîðèè îáëàñòè.
75
При существующей разбалансированности бюджетных,
налоговых и иных имущественных вертикальных отношений
неизбежно, думается, снижение иерархического уровня
нормативного регулирования.
Регионы как участников федеративных отношений целесообразно наделить реальными рычагами воздействия на
принятие федеральными органами принципиальных решений,
непосредственно затрагивающих интересы территорий, в том
числе по законопроектам. Сейчас на федеральном уровне
действуют
соответствующие
специальные
структуры,
осуществляющие контроль за нормотворчеством регионов.
При Президенте РФ в октябре прошлого года образована
специальная Комиссия, одной из задач которой является оценка
проводимой в регионах конституционно-правовой реформы. На
Министерство юстиции России возложена обязанность по
проведению экспертизы нормативных актов субъектов
Федерации. Кроме того, в сфере этих отношений функционируют
Министерство по делам национальностей и региональной
политике, подразделения Администрации Президента и Аппарата
Правительства.
Обратный же механизм, включая региональные представительства в Москве, позволяющий субъектам Федерации
действенно влиять на принимаемые федеральными органами
решения, гораздо слабее. Порой важные вопросы разрешаются
без должного учета мнений регионов, о чем свидетельствует, в
частности,
обсуждение
и
одобрение
федеральным
Правительством проекта Налогового кодекса.
Не совсем паритетные отношения складываются в финансовой сфере, во взаимодействии региональных и федерального бюджетов. В действующем законодательстве содержатся конкретные санкции за невыполнение субъектами
Федерации своих бюджетных обязательств, но аналогичных
последствий для федеральных органов в случае нарушения ими
финансовой
дисциплины
(недофинансирование
целевых
программ, неоплата госзаказов и т. п.) не предусмотрено.
При
отсутствии
надлежащего
закрепления
своего
экономического статуса регионы пытаются изыскивать собственные пути расширения хозяйственной самостоятельности в
виде заключения договоров и соглашений с федеральной
властью, лоббирования принятия для них отдельных нормативных актов. Это усугубляется порой федеральным
76
субъективизмом по отношению к различным республикам, краям
и областям, что еще более усиливает стремление субъектов
Федерации к достижению сугубо региональных целей. К тому же
универсальная модель реформирования экономики по всей
России без должного учета особенностей и интересов субъектов
Федерации далеко не всегда способствует эффективному
решению сложных социальных и экономических проблем
(поддержание
занятости,
привлечение
инвестиций
в
промышленность и т. д.). Примеры отстаивания регионами своих
конституционных прав, в частности, получивший закрепление в
федеральном и столичном законодательстве "московский" путь
приватизации,
подтверждают
острую
необходимость
кардинального решения подобных вопросов для всех регионов.
Федеральные экономические связи нуждаются в более четком
и полном законодательном закреплении с учетом предоставления
регионам
соответствующих
рычагов
воздействия
на
экономическую политику федеральных органов. Важнейшие
федеральные законопроекты, особенно по вопросам совместного
ведения, не должны приниматься без выявления позиции хотя бы
половины всех субъектов Федерации.
При невыполнении федеральными органами финансовых
обязательств, влекущем неблагоприятные для территорий
последствия, регионы должны иметь полномочия по устранению
их за счет собственных средств с последующим зачетом в
отношениях с федеральным бюджетом. Следовало бы, видимо,
предусмотреть компенсацию последствий федеральных решений,
которые при достижении общенациональных целей наносят
материальный ущерб конкретному субъекту Федерации.
В пересмотре нуждается нынешняя система финансовых
трансфертов и определение справедливой доли каждой
территории в Федеральном фонде финансовой поддержки
регионов. На смену корректировкам по отдельным регионам
должны прийти твердо установленные критерии финансовой
обеспеченности. Целесообразно также обоснованно поделить
эффект от экспортной деятельности между государством,
товаропроизводителем и регионом с указанием процентов,
отчисляемых территории от экспорта производимой в ней
продукции.
Дополнение конституционного федерализма экономическим
предполагает более четкое и полное юридическое закрепление
полномочий регионов, позволяющих им быть полноправными
77
хозяевами на конкретной территории. Продекларированное в
Конституции право субъектов Федерации в отдельных случаях
ограничивать вывоз товаров со своей территории следовало бы
конкретизировать в федеральном законодательстве. Ведь порой
предприниматели в целях извлечения большей прибыли вывозят
продукцию, производимую из местных ресурсов или имеющую
региональные льготы, даже за пределы России без учета потребительского спроса на своем рынке. Арбитражная практика знает
примеры, когда суды признают правомерными определенные
решения региональной администрации по пресечению таких
предпринимательских акций, но Высший Арбитражный Суд,
руководствуясь общими конституционными положениями,
отменяет подобные судебные решения 2 .
Регионы целесообразно наделить правом создавать казенные
предприятия, основанные на праве оперативного управления,
которые ГК РФ предусмотрел почему-то лишь для федерального
уровня (ст. 115). Субъекты Федерации имеют казенное
имущество и ограничивать в выборе организационно-правовой
формы распоряжения им вряд ли логично. Одновременно
необходимо дать республикам, краям и областям возможность
влиять на судьбу тех федеральных предприятий, которые в силу
экономических причин постоянно дестабилизируют обстановку
на территории или затрудняют ее жизнеобеспечение. Решения
федеральных органов о ликвидации, реорганизации и
приватизации этих подведомственных объектов следовало бы
согласовывать с органами субъектов Федерации. Ведь число
федеральных предприятий в некоторых областях достигает почти
50 процентов.
Как выразитель публичных интересов, региональная власть
должна на соответствующих законодательных принципах
взаимодействовать с хозяйствующими субъектами и органами
местного самоуправления. Отношения с последними прежде
всего охватывают порядок взаимной передачи объектов
собственности, делегирования полномочий, обязательной
поддержки
экономически
слабых
административнотерриториальных единиц.
Взаимоотношения с хозяйствующими структурами, види-мо,
нельзя строить исключительно на классических принципах
2 Ñì.: Àíîõèí Â. Ãîñóäàðñòâåííîå ðåãóëèðîâàíèå ïðåäïðèíèìàòåëüñòâà // Õîçÿéñòâî è ïðàâî, 1995, ¹ 4.
78
свободы договора, неприкосновенности собственности или
административного подчинения. Территория не может оставаться
для предпринимателей только местом своей регистрации,
доступа к нужным ресурсам (природным, трудовым и т. п.),
получения прибыли и уплаты налогов. Она должна стать также
предметом социальной активности и ответственности за
хозяйственную жизнь и среду обитания людей. В условиях
многоукладной экономики социальное партнерство не
ограничивается одними социально-трудовыми отношениями
между работниками организаций и работодателями, а охватывает
различные
связи
публичной
власти
с
участниками
хозяйственного оборота.
Региональные органы, думается, следует наделить определенными полномочиями по нормативному установлению
(дополнительно к федеральным) требований по осуществлению
предпринимательской деятельности, исходя из географических,
экономических, национальных и иных естественных условий.
Ведь современная экономика состоит из целого комплекса
взаимосвязанных производственных, экологических, социальных
и других факторов, многие из которых имеют сугубо
пространственный характер.
Как известно, 28 процентов территории России находится в
сейсмоопасной зоне, на которой проживает почти треть
населения всей страны. Установление правового режима
хозяйствования в этих регионах не может проводиться без учета
экологической ситуации, предъявляющей свои требования к
жизнеобеспечению территорий. Даже при определенном
экологическом благополучии неконтролируемое использование
местных природных ресурсов, накопление огромной массы
индустриальных и бытовых отходов в чувствительных точках
земной поверхности ускоряют пагубные последствия. Вместе с
тем право субъектов Федерации корректировать порядок и
условия хозяйствования на подведомственной территории не
означает, что предприниматели должны целиком зависеть от
благожелательного отношения региональной власти. Параметры
ее действий необходимо четко зафиксировать в федеральном
законодательстве.
Вполне реальны опасения, что значительная экономическая
самостоятельность регионов, разумеется, может инициировать
ненужные проявления сепаратизма со стороны некоторых из них.
Однако четкое и полное ее законодательное закрепление на
79
федеральном
уровне
с
включением
соответствующих
механизмов, устраняющих подобные нежелательные моменты,
может стать надежной гарантией сохранения единого
экономического пространства. Одним из важнейших факторов
его укрепления, недопустимости хозяйственной замкнутости
отдельных территорий является дальнейшее совершенствование
межрегиональных связей.
Несмотря на то, что российские территории имеют далеко не
одинаковую базу экономического роста, различный доход,
экспортный, инвестиционный потенциал, они вполне могут быть
объединены в крупные экономические районы.
В целях налаживания межтерриториальных хозяйственных
связей, ускорения создания единого рынка необходимо
закрепление в законодательстве норм, стимулирующих интеграцию регионов. По свидетельству некоторых экспертовэкономистов, уже наблюдается тенденция ослабления этих связей
между ресурсодобывающими, индустриальными и аграрными
регионами, изменяются потоки товарооборота. Субъекты
Федерации,
обладающие
существенными
экспортными
возможностями, при ухудшающейся конъюнктуре внутреннего
рынка, росте неплатежей все чаще ориентируются на мировые
рынки. Это приводит к ослаблению внутрироссийских связей,
обострению хозяйственного положения в территориях.
Стимулирование межрегиональной интеграции целесообразно
обеспечивать
не
административными
методами,
а
экономическими рычагами. Это можно осуществлять через
систему государственных заказов, установление особых режимов
взаиморасчетов и др. Межтерриториальную направленность
желательно учитывать при создании новых рыночных структур, в
частности финансово-промышленных групп, поскольку они
могут всемерно содействовать развитию регионов со слабым
инвестиционным потенциалом.
Укреплению межрегионального сотрудничества может
способствовать расширение сети общих экономических структур,
подобных Всероссийскому банку развития регионов, созданному
по инициативе Татарстана, Иркутской, Калининградской,
Московской и Орловской областей, Ханты-Мансийского
автономного округа. На федеральном уровне целесообразно
зафиксировать процедуры заключения меж-региональных
тарифных соглашений по
сокращению неоправданной
80
дифференциации в зарплате и доходах различных отраслей и
административно-территориальных единиц.
В надлежащем правовом обеспечении нуждается статус
межрегиональных координационных органов по управлению
субъектами естественных монополий, ассоциаций экономического взаимодействия регионов. Кстати, не только на
федеральном, но и на региональном уровне совместное участие
субъектов Федерации в работе этих ассоциаций не находит
должного нормативного закрепления. Сейчас трудно назвать
республику, край и область, которые бы не входили в какуюнибудь ассоциацию. В то же время в уставах большинства
областей, например Центрального экономического района, почти
совсем не упоминается об их участии в работе данных
межрегиональных структур. В этих правовых документах чаще
встретишь положения о том, что взаимодействие и
сотрудничество с остальными субъектами Федерации осуществляются как с участниками международного права, а не
федеративных
отношений
и
единого
экономического
пространства.
Представляется, что совершенствованию правового обеспечения развития региональной экономики необходимо придать
сквозной и комплексный характер, наиболее тесно увязать с
построением нового федеративного государства. К сожалению,
одобренные федеральным Правительством в марте 1996 года
Основные положения региональной политики в Российской
Федерации не указывают конкретные федеральные акты, которые
должны быть приняты в связи с ее реализацией. При дополнении
и
изменении
существующей
Конституции
Российской
Федерации, видимо, целесообразно включить в нее соответствующие нормы об экономическом статусе субъекта
Федерации, в частности конкретизировать ст. 72, 73, 74 и др.
Развитие конституционных положений, вероятно, следует
закрепить в специальном федеральном законе об экономическом
статусе регионов. В него целесообразно поместить комплекс
правил, обеспечивающих обоснованный баланс федерального и
регионального регулирования экономических отношений,
улучшение
межрегиональных
хозяйственных
связей
и
формирование единого рынка. Здесь желательно бы отразить
положения, позволяющие региону активно воздействовать на
стабилизацию экономической ситуации на собственной
территории.
81
Необходимо полнее закрепить статус субъекта Федерации как
собственника на природные ресурсы, роль в управлении
объектами федеральной собственности, расположенными на его
территории. Особый раздел законопроекта, пожалуй, должен
быть посвящен контрольной деятельности и ответственности
региональных органов за эффективность хозяйствования и
жизненный уровень населения. Причем данные полномочия не
следует сводить только к проверке использования бюджетных
средств. Они должны охватывать соблюдение федеральных и
региональных требований хозяйствующими субъектами разных
организационно-правовых форм. На региональную власть
необходимо
возложить
контроль
за
тем,
чтобы
предпринимательские структуры, в частности банки, не
проводили организованные действия по ограничению доступа на
территориальный рынок предприятий и филиалов из иных мест.
Эффективность правового обеспечения развития региональной экономики зависит не только от законодательных
новелл, она тесно связана с уровнем выполнения действующих
юридических норм. Это в немалой степени предопределяется
квалификацией кадров, работающих в регионах, постоянным
повышением их профессионального уровня.
Думается, в перспективе программы юридического образования в Российской Федерации будут нацелены не только на
овладение специальными познаниями по правовому обеспечению
региональной экономики. Постепенно их требования расширятся
до необходимости введения и изучения самостоятельной
межотраслевой дисциплины — регионального и муниципального
права.
Разработка и проведение национальной стратегии устойчивого развития России, перехода от рыночно-потребительской к
самодостаточной экономике предполагают кардинальное
совершенствование способов реформирования, в том числе и
правовых.
Позитивное реформирование в целом вряд ли будет достижимо без пересмотра сложившихся подходов к правовому
регулированию региональной экономики.
В. ТОЛСТОШЕЕВ,
ведущий научный сотрудник Института
государства и права Российской академии наук,
доктор юридических наук
82
О ПРАВОВОЙ ПРИРОДЕ СРЕДСТВ НА
БАНКОВСКИХ СЧЕТАХ
В последнее время в юридической литературе активно
обсуждается вопрос о правовой природе средств, находящихся на счетах в банках. Законодательство не содержит
четких указаний по данному вопросу. Поэтому для
последующей переработки и совершенствования законодательства, регулирующего расчеты, представляется
актуальным рассмотрение на страницах журнала проблем, возникающих в правоприменительной практике.
Î ÏÐÀÂÎÂÎÉ ÏÐÈÐÎÄÅ "ÁÅÇÍÀËÈ×ÍÛÕ ÄÅÍÅÃ"
Правовая природа безналичных денежных средств как объект
гражданского права ни в законодательстве, ни в юридической
литературе четко не определена, что во многом объясняет
противоречивость и непоследовательность в регулировании
расчетных отношений.
Для решения этого вопроса необходимо рассмотреть подходы
к понятию "деньги", которые выработаны экономической наукой.
Экономические свойства денег заключаются в том, что они
служат: 1) мерой стоимости всех товаров, 2) средст-вом обмена,
3) средством сохранения ценности, накоп-ления, 4) средством
платежа.
Деньги нужны для сокращения издержек при обращении
товаров. Поэтому товаросопроводители всегда стремились найти
такой товар, который бы отличался большей способностью к
сбыту, чем их собственный, и который позволял бы снизить
издержки при товарообмене. В качестве денег использовались
скот, зерно, соль и т. д., но все эти товары, чтобы служить
деньгами, должны были получить общее признание продавцов и
покупателей.
83
В дальнейшем абсолютно ликвидным средством обмена стали
драгоценные металлы, которые в связи с потребностями оборота
были заменены бумажными деньгами. В настоящее время
преобладают расчеты, при которых денежные средства
выступают в качестве балансовых остатков на банковских счетах.
Сама сущность денег иногда выводится непосредственно из
их функций (прежде всего как средства обмена и средства
платежа). Английский экономист Дж. Хикс сформулировал это
положение следующим образом: деньги — это то, что
используется как деньги.
Таким образом, экономисты рассматривают в качестве денег
любой вид имущества, который может использоваться в качестве
средства обращения и средства платежа. Основываясь на этом
понимании денег, экономическая наука широко оперирует таким
понятием, как денежная масса — совокупность наличных и
безналичных
покупательских
и
платежных
средств,
обеспечивающих обращение товаров и услуг, которыми
располагают частные и юридические лица, а также государство.
В структуре денежной массы выделяют такие компоненты,
или денежные агрегаты, как М1 и М2.
М1 — это деньги в узком смысле слова. Их называют
"деньгами для сделок". Они включают в себя наличные, а также
деньги на счетах "до востребования" в банках.
М2 — это деньги в широком смысле, которые включают в
себя все компоненты М1 плюс деньги на срочных и сберегательных счетах коммерческих банков, депозиты в специализированных финансовых институтах, то есть средства, которые
не могут быть непосредственно использованы для расчетов.
Ðàññìîòðåííûé ïîäõîä ê ïîíÿòèþ äåíåã ñôîðìèðîâàëñÿ ïîä âëèÿíèåì
ïðàêòèêè òîðãîâîãî îáîðîòà. Åùå 60 ëåò íàçàä ýêîíîìèñòû ñ÷èòàëè äåíüãàìè
òîëüêî ìîíåòû è áàíêíîòû, è êîãäà Ä. Ì. Êåéñ â ñâîåé êíèãå "Òðàêòàò î
äåíüãàõ" â 1930 ãîäó âêëþ÷èë â ïîíÿòèå äåíåã âêëàäû "äî âîñòðåáîâàíèÿ", åãî
âçãëÿäû áûëè ïîäâåðãíóòû ñåðüåçíîé êðèòèêå. Ñåé÷àñ ïîäîáíûå âêëàäû
ýêîíîìèñòû ñ÷èòàþò äåíüãàìè, ïîñêîëüêó òåîðåòè÷åñêè îíè ìîãóò áåç
çàòðóäíåíèé èñïîëüçîâàòüñÿ äëÿ ïðèîáðåòåíèÿ òîâàðîâ è óñëóã.
Возможность использования средств на счетах в качестве
денег определяется двумя факторами. Во-первых, средства на
расчетных, текущих и иных счетах "до востребования" считаются
легко переводимыми в наличные деньги, ликвидными. Вовторых, существует готовность участников торгового оборота
принимать данный вид имущества в качестве средства платежа,
не требуя наличных денег, поскольку передача средств в
84
безналичной форме связана с меньшими издержками и средства
на счетах, в отличие от наличных, способны приносить доход в
виде процентов. Как видно, эти факторы в весьма значительной
степени определяются доверием участников оборота к
банковской системе. Весьма наглядно слабые места безналичных
денег проявляются в моменты банковских кризисов, которые
приводят к массовому бегству от кредитных денег и увеличению
потребности в наличных.
Наличные деньги (банкноты и монеты) и безналичные
средства (остатки на банковских счетах) являются различными
видами имущества, но и те и другие выполняют в обороте
функции денег. Однако является ли это достаточным основанием
для того, чтобы считать эти виды имущества с юридической
точки зрения равноценными, способными погашать любые
денежные обязательства?
Гражданским законодательством деньги рассматриваются в
качестве одной из разновидностей вещей. Так, ст. 128
Гражданского кодекса РФ относит к объектам гражданских прав
вещи, включая деньги. В соответствии с п. 2 ст. 130 ГК вещи, не
относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги,
признаются движимым имуществом. В литературе по
гражданскому праву деньги традиционно рассматриваются как
вещи, определяемые родовыми признаками, делимые и
потребляемые 1 . Совершенно очевидно, что вещами являются
только наличные деньги (банкноты и монеты). Ценность
используемых в обороте наличных денег определяется не их
собственной стоимостью как товара, а количеством
обозначенных на знаке денежных единиц.
Наличные деньги в силу их вещной природы могут быть
объектом права собственности и иных вещных прав.
Гражданско-правовые нормы, оперируя понятием "деньги", в
целом ряде случаев включают в него только наличные деньги.
Например, ст. 302 ГК, исключающая возможность истребования
денег от добросовестного приобретателя, регулирует отношения,
возникающие при виндикации (истребовании имущества из
чужого незаконного владения), а предметом виндикационного
иска могут быть только индивидуально-определенные вещи (то
есть
денежные
знаки
—
монеты
и
банкноты,
1 Ãðàæäàíñêîå ïðàâî. Ó÷åáíèê. Ïîä ðåä. Å. À.Ñóõàíîâà. — Ì., 1993,
ò. 1, ñ. 116; Ãðàæäàíñêîå ïðàâî, ÷. 1. Ïîä ðåä. Þ. Ê. Òîëñòîãî,
À. Ï. Ñåðãååâà. — Ñ.-Ïá., 1996, ñ. 180.
85
индивидуализированные путем указания их серий и номеров или
иным способом).
В тех случаях, когда речь идет о средствах, отраженных на
банковских счетах, гражданское законодательство, как правило,
использует понятия "денежные средства" или "денежные суммы",
а не "деньги" (см., к примеру, ст. 863 ГК).
Отраженная на расчетном, текущем или ином банков-ском
счете 2 сумма остатка средств входит в состав имущества
клиента–владельца счета как вытекающее из договора
банковского счета имущественное право, содержание которого
раскрывается в ст. 845–860 Кодекса. В пределах этой суммы
клиент вправе распоряжаться своим имуществом, давая банку
поручения о перечислении и выдаче средств со счета. При этом
банк может использовать внесенные клиентом средства,
гарантируя право клиента беспрепятственно распоряжаться ими.
Использование банком от своего имени внесенных на счета
средств в качестве кредитных ресурсов не отражается на
банковских счетах клиентов, поскольку объем денежных
обязательств банка перед клиентом по этим счетам в связи с
использованием банком средств не изменяется.
Безналичные средства могут являться объектом только
обязательственных прав, но не вещных. При безналичных
расчетах не происходит перемещения материальных объектов,
как при расчетах наличными, происходит лишь передача прав
требования к банку.
Статьей 140 ГК устанавливается, что платежи на территории
Российской Федерации осуществляются путем наличных и
безналичных расчетов. Тем самым перечисления безналичных
средств признаются Кодексом денежным платежом, а не заменой
исполнения. Такой же вывод позволяют сделать и нормы,
закрепленные в ст. 861 ГК, устанавливающей, что расчеты с
участием граждан, не связанные с осуществлением ими
предпринимательской деятельности, могут производиться
наличными деньгами без ограничения суммы или в безналичном
порядке. Расчеты между юридическими лицами, а также расчеты
с участием граждан, связанные с осуществлением ими
предпринимательской деятельности, производятся в безналичном
2 Ïîä áàíêîâñêèì ñ÷åòîì ïîíèìàåòñÿ ñ÷åò, óñëîâèÿ ðàáîòû ïî
êîòîðîìó ïîçâîëÿþò èñïîëüçîâàòü åãî äëÿ ïðîâåäåíèÿ ðàñ÷åòíûõ
îïåðàöèé.
86
порядке. Расчеты между этими лицами могут производиться
наличными деньгами, если иное не установлено законом.
Дает ли закрепление в гражданском законодательстве
возможности использования безналичных средств для расчетов
по гражданско-правовым обязательствам основания для вывода о
том, что такой платеж всегда будет надлежащим средством
исполнения любых денежных обязательств?
Для определения правовых предпосылок использования
безналичных средств в качестве средства погашения денежных
обязательств необходимо обратиться к понятию "закон-ное
платежное средство".
"Присвоение определенным вещам законной платежной силы
означает, что должник по денежному обязательству имеет
возможность освободиться от долга путем предоставления
кредитору этих вещей, независимо от согласия последнего их
принять" 3 . Виды имущества, фактически используемые в
обороте в качестве денег, могут не иметь силы законного
платежного средства, и, напротив, вещи, наделенные таким
свойством, могут отвергаться оборотом. Тем не менее
государство, наделяя определенный вид имущества свойством
законного платежного средства, своим авторитетом и своей
властью подтверждает способность этого имущества (независимо
от его реальной стоимости) погашать любой денежный долг —
как перед кредитором по гражданско-правовому обязательству,
так и перед самим государством.
Кредитор, отказавшийся принять в погашение долга вещи,
признанные государством законным платежным средством, несет
невыгодные последствия, связанные с его отказом принять
ненадлежащее исполнение (он считается просрочившим, на
денежный долг перестают начисляться проценты и т. д.).
Законное платежное средство всегда должно рассматриваться как надлежащее средство исполнения денежного
обязательства. Имущество, не наделенное государством таким
свойством, может выступать в таком качестве лишь в особых
случаях, в частности если кредитор выражает согласие принять
платеж в такой форме, либо если государство применительно к
определенной сфере отношений установит, что определенный
3 Ëóíö Ë. À. Äåíåæíûå îáÿçàòåëüñòâà â ãðàæäàíñêîì è êîëëèçèîííîì
ïðàâå êàïèòàëèñòè÷åñêèõ ñòðàí. — Ì., 1948, ñ. 19.
87
вид имущества должен рассматриваться как средство погашения
денежного долга.
Закон РФ "О денежной системе Российской Федерации" не
содержал понятия "законное платежное средство", но устанавливал, что банкноты и монеты, выпущенные в обращение
Банком России, обязательны к приему по их нарицательной
стоимости на всей территории Российской Федерации во все
виды платежей, а также для зачисления на счета, во вклады, на
аккредитивы и для перевода.
Наделение наличных денег подобными свойствами фактически означает признание за ними функции законного
платежного средства.
Одновременно Закон устанавливал, что расчеты между
юридическими лицами, а также физическими и юридическими
лицами по платежам, сумма которых превышает размеры,
установленные Правительством РФ, должны производиться
только в безналичном порядке. Тем самым для определенных
субъектов Закон признавал возможность исключения из общего
правила, определяя допустимым и предписываемым способом
погашения денежных обязательств перечисление средств в
безналичном порядке, то есть расчеты "безналичными деньгами".
Следует обратить внимание, что это указание в законе не
приравнивало безналичные средства к наличным в остальных
отношениях. Во-первых, возможность использования такого
способа расчетов связывалась с определенным субъектным
составом участников расчетов, а во-вторых, в предписываемом
порядке должны были производиться именно расчеты, то есть
перечисления в счет погашения денежных обязательств. Эта
норма Закона не могла рассматриваться, например, как указание
на обязательность приема банками от юридических лиц во
вклады (на депозитные счета) безналичных средств, поскольку в
данном случае между сторонами не производятся расчеты.
В настоящее время нормы об организации наличного денежного обращения и денежной системы России включены в
Федеральный закон от 26 апреля 1995 года "О внесении
изменений и дополнений в Закон РСФСР "О Центральном банке
РСФСР (Банке России)", в соответствии со ст. 29 которого
единственным законным средством платежа на территории
Российской Федерации являются банкноты (бан-ковские билеты)
и монеты Банка России.
88
Данный Закон не устанавливает, в отличие от Закона о
денежной системе Российской Федерации, оснований использования безналичных расчетов, а также не предусматривает
возможности ограничения использования наличных денег в
расчетах.
Статья 4 Федерального закона "О Центральном банке
Российской Федерации (Банке России)" возлагает на Банк России
функцию установления правил осуществления расчетов в
Российской Федерации. Банк России рассматривает данное
положение Закона как наделение его полномочиями по
установлению порядка, пределов и возможностей осуществления
расчетов наличными деньгами. Так, со ссылкой на данную
статью Банк России установил предельный размер расчетов
наличными деньгами для организаций потребительской
кооперации (письмо Банка России от 18 сентября 1995 года
№ 191). Вместе с тем подобное толкование вопроса об объеме
правомочий, предоставленных Банку России, вряд ли можно
признать обоснованным.
Если закон устанавливает понятие законного платежного
средства, то только законом могут быть установлены правила,
определяющие возможность использования для погашения
денежных обязательств иных видов имущества (в том числе и
средств на банковских счетах). Другим возможным вариантом
является прямое предоставление в законе данных полномочий
определенному государственному органу, как это было
предусмотрено в Законе о денежной системе Российской
Федерации. При отсутствии такого указания акты любого
государственного органа, в том числе и Банка России,
устанавливающие ограничения использования того вида
имущества, который по закону обязателен к приему всеми
субъектами и по всем обязательствам, должны рассматриваться
как противоречащие этому закону.
Что же тем не менее позволяет использовать безналичные
перечисления в ряде случаев как средство погашения денежных
долгов?
Как уже было указано, безналичные перечисления не
рассматриваются законом как законное платежное средство, и
следовательно, по общему правилу такого рода платежи могут
производиться и погашать денежные долги только при согласии
кредитора, выраженном в любой форме. В торговой практике
всегда предполагалось, что обозначение наименования банка и
89
номера текущего счета на бланке письма, исходящего от
контрагента по сделке, является выражением согласия на
получение платежа в безналичном порядке. Выражением общего
согласия на получение платежей в такой форме служит указание
номера счета организации и наименование обслуживающего
банка в рекламе или газетной публикации, исходящей от этой
организации.
Кроме того, государство может в законодательном порядке
установить, что подобные платежи в определенных случаях
считаются надлежащими и способны погашать долги, так же как
и платеж наличными деньгами.
Нормы, закрепленные в п. 2 ст. 861 ГК, позволяют сделать
вывод, что при расчетах между юридическими лицами и с
участием граждан, связанных с осуществлением ими
предпринимательской деятельности, наличие права должника
произвести расчеты в такой форме предполагается, если иное
прямо не установлено законом. Кодекс не запрещает расчеты
наличными даже при осуществлении предпринимательской
деятельности, лишь определяя возможность установления такого
запрета в ином законе.
Итак, закон может запретить использование наличных денег
для определенных видов платежей. Такой запрет может
рассматриваться одновременно и как предписание производить
расчеты безналично, и как признание в определенных случаях
такого платежа надлежащим средством погашения денежного
долга, как это было предусмотрено, к примеру, в Законе о
денежной системе Российской Федерации.
Сказанное свидетельствует о необходимости детальной
законодательной регламентации безналичных платежей,
поскольку признание за ними способности погашать денежные
обязательства и возможность применения соответствующего
способа погашения денежных обязательств по решениям
юрисдикционных органов остаются весьма проблематичными, в
особенности в отношении кредиторов-граждан. Кроме того, в
отличие от отношений, складывающихся при расчетах
наличными деньгами, при безналичных перечислениях
возникают многочисленные проблемы, связанные, в частности, с
определением момента исполнения денежного обязательства,
правами участников расчетов на перечисляемую сумму, которые
нуждаются в специальном регулировании.
90
Совершенно очевидно, что возможность использования
безналичных средств в качестве денег в экономическом смысле и
в ряде случаев — в качестве средства погашения денежных
обязательств не дает оснований для распространения на эти
средства тех норм гражданского законодательства, которые
определяют правовой режим наличных денег.
Хотелось бы сделать и еще одно замечание. Использование
безналичных перечислений в качестве денег стало возможным и
было принято оборотом в связи с тем, что подобный вид
имущества легко трансформировался в наличные деньги, мог
быть без задержек использован для оплаты товаров, с
готовностью принимался кредитором в связи с его высокой
ликвидностью.
Использование средств на банковских счетах юридическими
лицами в России связано с целым рядом условий. Кроме того, изза нестабильности банковской системы и возросшего риска
неплатежеспособности банков данный вид актива становится
весьма "опасным", его ценность резко снижается.
Исходя из этого, основным направлением совершенствования
законодательства о безналичных расчетах должно стать не
введение все новых и новых запретов на распоряжение
средствами на счетах, а установление правил, обеспечивающих
безопасные и стабильные условия работы банковской системы.
Л. НОВОСЕЛОВА,
судья Высшего Арбитражного Суда РФ,
кандидат юридических наук
91
Îôèöèàëüíûå ìàòåðèàëû
ПЕРЕЧЕНЬ
нормативных актов министерств
и
ведомств, зарегистрированных
в
Министерстве юстиции Российской Федерации
в апреле и мае 1996 года
Письмо от 27 марта 1996 года № 30; № 02-01-05 "Об исчислении
налогооблагаемой прибыли" Министерства финансов Российской Федерации и Государственной налоговой службы Российской Федерации
Рег. № 1059. 04.04.96 г.
.
Письмо от 21 марта 1996 года № ВГ-4-03/22н "О порядке применения
налоговых льгот по продукции средств массовой информации и книжной
продукции" Государственной налоговой службы Российской Федерации
Рег. № 1060. 08.04.96 г.
.
Приказ от 28 марта 1996 года № 10 "Об утверждении нормативных правовых
актов Системы сертификации продукции и услуг в области пожарной
безопасности" Министерства внутренних дел Российской Федерации
Рег. № 1061. 09.04.96 г.
.
Порядок финансирования расходов на выплату ежемесячных доплат к
государственным пенсиям, учета и отчетности расходов, связанных с
выплатой указанных доплат, от 29 марта 1996 года № 35; 1364/1-32; ВБ0220/2105 Министерства финансов Российской Федерации и Пенсионного
фонда Российской Федерации
Рег. № 1062. 10.04.96 г.
.
Правила системы сертификации
электроустановок зданий. Основные
положения, утвержденные приказом от 26 декабря 1995 года № 264
Министерства топлива и энергетики Российской Федерации
Рег. № 1063. 12.04.96 г.
.
Правила системы сертификации электроустановок зданий. Порядок
проведения сертификации, утвержденные приказом от 26 декабря 1995 года
№ 264 Министерства топлива и энергетики Российской Федерации.
Рег. № 1064. 12.04.96 г.
.
Приказ от 4 апреля 1996 года № 42 "Об утверждении Положения о порядке
рассмотрения ГКАП России и его территориальными уп-равлениями дел о
нарушениях законов и иных правовых актов Российской Федерации,
регулирующих отношения в области защиты прав по-требителей" Государ92
ственного комитета Российской Федерации по антимонопольной политике и
поддержке новых экономических структур
Рег. № 1065. 12.04.96 г.
.
Указание от 19 марта 1996 года № 1-2-У "О порядке применения пункта 9
статьи 1 Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с
принятием Федерального закона "О пожарной безопасности" Ми-нистерства
социальной защиты населения Российской Федерации
Рег. № 1066. 12.04.96 г.
.
Письмо от 13 марта 1996 года № 24 "О порядке применения для страховых
организаций, коммерческих банков и других кредитных организаций
подпункта "р" пункта 2 Положения о составе затрат по производству и
реализации продукции (работ, услуг), включаемых в себестоимость
продукции (работ, услуг), и о порядке формирования финансовых
результатов, учитываемых при налогообложении" Министерства финансов
Российской Федерации и Государственной налоговой службы Российской
Федерации
Рег. № 1067. 12.04.96 г.
.
Письмо от 29 марта 1996 года № 34 "О размерах выплаты суточных при
краткосрочных командировках на территории зарубежных стран"
Министерства финансов Российской Федерации
Рег. № 1068. 16.04.96 г.
.
Приказ от 15 апреля 1996 года № 27 "О мерах по реализации Федерального
закона от 29 декабря 1995 года № 222-ФЗ "Об упрощенной системе
налогообложения,
учета
и
отчетности
для
субъектов
малого
предпринимательства" Министерства финансов Российской Федерации
Рег. № 1069. 16.04.96 г.
.
Постановление от 8 апреля 1996 года № 17 "Об утверждении разъяснения "О
порядке высвобождения работников федеральных органов ис-полнительной
власти и предоставления им в связи с этим социальных гарантий и
компенсаций" Министерства труда Российской Федерации
Рег. № 1070. 18.04.96 г.
.
Постановление от 27 декабря 1995 года № 9 "Об утверждении Порядка
приема в государственные образовательные учреждения высшего
профессионального образования (высшие учебные заведения) Российской
Федерации" Государственного комитета Российской Федерации по высшему
образованию
Рег. № 1071. 19.04.96 г.
.
Постановление от 9 апреля 1996 года № 19 "Об утверждении разъяснения "О
некоторых периодах, учитываемых при исчислении стажа государственной
службы федерального государственного служащего, дающего право на
ежемесячную доплату к пенсии" Министерства труда Российской Федерации
и Министерства юстиции Российской Федерации
Рег. № 1072. 19.04.96 г.
.
Изменения и дополнения № 2 инструкции Государственной налоговой
службы Российской Федерации от 11 октября 1995 года № 39 "О порядке
93
исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость" Государственной
налоговой службы Российской Федерации
Рег. № 1073. 19.04.96 г.
.
Изменения и дополнения № 1 инструкции Государственной налоговой
службы Российской Федерации от 30 мая 1995 года № 31 "О порядке
исчисления и уплаты налогов на имущество физических лиц"
Государственной налоговой службы Российской Федерации
Рег. № 1074. 24.04.96 г.
.
Приказ от 21 марта 1996 года № 146 о внесении изменений и дополнений в
Инструкцию, утвержденную приказом МВД России от 30 декабря 1993 года
№ 609, Министерства внутренних дел Российской Федерации
Рег. № 1075. 30.04.96 г.
.
Правила осуществления государственного экологического контроля
должностными лицами Министерства охраны окружающей среды и
природных ресурсов Российской Федерации и его территориальных органов,
утвержденные 17 апреля 1996 года Министерством охраны окружающей
среды и природных ресурсов Российской Федерации
Рег. № 1076. 30.04.96 г.
.
Письмо от 27 марта 1996 года № НП-4-05/26н "О налогообложении операций
по купле-продаже иностранной валюты и срочным валютным сделкам"
Государственной налоговой службы Российской Федерации
Рег. № 1077. 30.04.96 г.
Указание об установлении минимального размера пособия по безработице и
стипендии на период профессиональной подготовки (переподготовки)
граждан по направлению службы занятости от 23 апреля 1996 года № ВГ-524-1031 Федеральной службы занятости России
Рег. № 1078. 05.05.96 г.
.
Приказ от 8 апреля 1996 года № 216 "О внесении изменений в приказ ГТК
России от 27 декабря 1994 года № 698" Государственного таможенного
комитета Российской Федерации
Рег. № 1079. 05.05.96 г.
.
Приказ от 30 апреля 1996 года № 43 "О выпуске облигаций государственного
сберегательного займа Российской Федерации седьмой серии" Министерства
финансов Российской Федерации
Рег. № 1080. 08.05.96 г.
.
Письмо от 10 апреля 1996 года № ВЗ-4-03/31н; № 04-03-07 "О порядке
освобождения от налога на добавленную стоимость медицинской продукции"
Государственной налоговой службы Российской Федерации, Министерства
финансов Российской Федерации
Рег. № 1081. 07.05.96 г.
.
94
Постановление от 17 апреля 1996 года № 4 "О введении в действие Правил
проведения сертификации пищевых продуктов и продовольственного
сырья" Комитета Российской Федерации по стандартизации, метрологии и
сертификации
Рег. № 1082. 08.05.96 г.
.
Постановление от 10 апреля 1996 года № 2 "Об утверждении Типового
положения о структурных подразделениях дополнительного профессионального образования (повышения квалификации) специалистов, организуемых в высших и средних специальных учебных заведениях Российской
Федерации" Государственного комитета Российской Федерации по высшему
образованию.
Рег. № 1083. 14.05.96 г.
.
Приказ от 27 октября 1995 года № 89/50 "О частичном изменении приказа
Министерства транспорта Российской Федерации и Министерства труда
Российской Федерации от 11 марта 1994 года № 13/11 "Об утверждении
Положения о порядке аттестации лиц, занимающих должности
исполнительных руководителей и специалистов предприятий транспорта"
Министерства транспорта Российской Федерации, Министерства труда
Российской Федерации
Рег. № 1084. 14.05.96 г.
.
Изменения и дополнения № 1 инструкции Государственной налоговой
службы Российской Федерации от 19 апреля 1994 года № 25 "О порядке и
сроках внесения платы за древесину, отпускаемую на корню" от 8 мая 1996
года Государственной налоговой службы Российской Федерации
Рег. № 1085. 17.05.96 г.
.
Порядок проведения зачета задолженности по налогам и другим платежам в
федеральный бюджет при финансировании расходов из федерального
бюджета в 1996 году от 11 апреля 1996 года Министерства финансов
Российской Федерации, Государственной налоговой службы Российской
Федерации
Рег. № 1086. 12.05.96 г.
.
Приказ от 24 апреля 1996 года № 02-94 "Об утверждении Положения об
изменении порядка проведения в Российской Федерации некоторых видов
валютных операций" от 24 апреля 1996 года № 39 Центрального банка
Российской Федерации (Банк России)
Рег. № 1087. 16.05.96 г.
.
Приказ от 18 апреля 1996 года № 93 "Об утверждении "Положения об
организации обучения незанятого населения основам предприниматель-ской
деятельности" Федеральной службы занятости России
Рег. № 1088. 17.05.96 г.
.
Порядок выдачи лицензий на переработку на таможенной территории
Российской Федерации отдельных сырьевых товаров, происходящих из
Российской Федерации, в 1996 году Государственного таможенного комитета
Российской Федерации 28 февраля 1996 года, Министерства экономики
Российской Федерации 4 декабря 1995 года, Комитета по металлургии 24
декабря 1995 года, Министерства внешних экономических связей Российской
Федерации 28 февраля 1996 года
95
Рег. № 1090. 27.05.96 г.
.
Указания о порядке оформления договоров передачи земельной доли в
аренду, утвержденные 26 мая 1996 года Комитета Российской Федерации по
земельным ресурсам и землеустройству
Рег. № 1092. 27.05.96 г.
.
Примерный договор аренды земельной доли, утвержденный 16 мая 1996 года
Комитета Российской Федерации по земельным ресурсам и землеустройству
Рег. № 1093. 27.05.96 г.
.
Примерный договор аренды земельных долей при множественности лиц на
стороне Арендодателей, утвержденный 16 мая 1996 года Комитета
Российской Федерации по земельным ресурсам и землеустройству
Рег. № 1094. 27.05.96 г.
.
Порядок финансирования из федерального бюджета в 1996 году расходов,
связанных с доставкой грузов в районы Крайнего Севера и приравненные к
ним местности с ограниченными сроками навигации, утвержденный 26
апреля 1996 года № 41/1054 Министерства финансов Российской Федерации,
Государственного комитета Российской Федерации по вопросам развития
Севера
Рег. № 1095. 27.05.96 г.
.
Указание от 5 апреля 1996 года № 01-14/354 "О таможенном оформлении
товаров, предназначенных для ликвидации последствий чрезвычайных
ситуаций и вооруженных конфликтов" Государственного таможенного
комитета Российской Федерации
Рег. № 1096. 30.05.96 г.
.
Письмо от 27 мая 1996 года № 48 "О внесении изменений в письмо
Министерства финансов Российской Федерации от 27 июля 1992 года № 61
"Об изменении норм возмещения командировочных расходов с учетом
изменения индекса цен" Министерства финансов Российской Федерации
Рег. № 1097. 29.05.96 г.
.
Письмо от 27 мая 1996 года № 49 "О внесении изменений в письмо Министерства финансов Российской Федерации от 8 августа 1994 года № 103 "Об
уточнении норм расходов на прием и обслуживание иностранных делегаций
и отдельных лиц" Министерства финансов Российской Федерации
Рег. № 1098. 29.05.96 г.
96
Ìíåíèÿ è ñóæäåíèÿ
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
И ПРАВОСУБЪЕКТНОСТЬ
ФИЗИЧЕСКОГО ЛИЦА
Налоговое законодательство ныне переживает этап бурного
развития и оформляется в самостоятельную отрасль. В этих
условиях как никогда ранее требуется разработка основных
категорий и институтов налогового законодательства, их осмысление. Практика показывает, что особого внимания заслуживает проблема налоговой правосубъектности физических
лиц, ибо они в современных условиях стали активными
участниками налоговых правоотношений. Это связано с возросшим налоговым бременем физических лиц в условиях
рыночной экономики, а вследствие этого — с их активизацией в
защите своих прав, вытекающих из налоговых правоотношений.
Правовой статус физического лица как налогоплательщика
должен быть четко определен. Однако в настоящее время не
решен вопрос о том, с какого возраста физическое лицо может
быть участником налогового правоотношения и с какого возраста
оно должно нести ответственность за нарушения налогового
законодательства и, соответственно, может самостоятельно защищать свои права, вытекающие из этих правоотношений.
Другими словами, вопрос о налоговой правосубъектности
97
физического лица пока не решен ни в научном, ни в практическом плане.
Налоговая правосубъектность физического лица определяется его правоспособностью и дееспособностью. Перефразируя
определение правоспособности, данное теоретиками права,
можно утверждать, что налоговая правоспособность физического
лица — это признанная государством способность лица иметь
налоговые права и обязанности. Она возникает, на наш взгляд, с
момента рождения лица и является общей, абстрактной
предпосылкой правообладания. Налоговая правоспособность
физического лица характеризуется в основном через его
юридические обязанности, зафиксированные в налоговом
законодательстве. Это не случайно. Государство, устанавливая
налоговые нормы, заинтересовано в их четком исполнении всеми
субъектами, которым они адресованы. Причем степень государственной заинтересованности в исполнении этих норм
столь велика, что в ходе правового регулирования налоговых
отношений государство использует метод властных предписаний
(императивный). Он проявляется прежде всего в том, что
государство активно обязывает субъектов к соблюдению
налоговых норм преимущественно через установление позитивных обязываний. Не случайно конституционная характеристика налоговой правоспособности физического лица дана в
ст. 57 Конституции РФ в следующей редакции: "Каждый обязан
платить законно установленные налоги и сборы".
В налоговом законодательстве содержание налоговой
правоспособности физического лица раскрывается в Законе РФ
"Об основах налоговой системы в Российской Федерации", а
также в Законе РФ "О подоходном налоге с физических лиц".
Однако названные законы в полной мере не решили вопрос о
налоговой правоспособности субъектов налогового права, да и не
могли его решить. Это связано с тем, что в науке проблема
налоговой правоспособности и, в частности, налоговой
правоспособности физического лица пока еще находится в
стадии зарождения.
В настоящее время вопросы о том, каким должно быть налоговое законодательство, каковы должны быть юридические
пределы гарантий прав налогоплательщиков, а также принципы
того, что в западной и американской науке называют "налоговой
98
справедливостью", только начинают обсуждаться 1 . Специалисты
отмечают, что, осуществляя свои налоговые прерогативы,
государство должно в первую очередь заботиться о гарантиях
прав налогоплательщика. То есть оно должно защитить
добросовестного налогоплательщика от "самого себя". Это не
означает, разумеется, коренного изменения властного характера
отношений в налоговой сфере в целом, однако и в налоговый
процесс и в систему налоговой ответственности более активно
должны внедряться элементы равенства 2 . Из изложенного
следует вывод: содержание налоговой правоспособности
физического лица еще долгое время будет, на мой взгляд,
являться предметом законодательной корректировки.
Налоговая правоспособность физического лица не имеет
никакого смысла, если она не может быть реализована. Реализация правоспособности осуществляется с помощью
дееспособности. В теории права дееспособность определя-ется
как способность лица своими действиями осущест-влять
юридические права и обязанности. Цивилисты под-черкивают,
что "дееспособность есть предоставленная гражданину законом
возможность реализации своей право-способности собственными
действиями". С учетом этого можно выделить две основные
функции
налоговой
дееспособности:
юридическую
и
социальную. Первая за-ключается в том, что налоговая
дееспособность физи-ческого лица является средством
реализации его налоговой правоспособности. Социальная
функция налоговой дееспо-собности проявляется в обеспечении
личности возможности осуществления своих налоговых
обязанностей перед государством и позволяет нести
ответственность за неправомерное поведение. Дееспособность
физического ли-ца наступает по достижении определенного
возраста. Однако в налоговом законодательстве вопрос о дееспособности физического лица пока не решен, что рождает на
практике затруднительные ситуации. Например, возникает
вопрос: кто обязан уплатить налог на имущество, принадлежащее лицу, достигшему 14 лет? Он сам или его за-конный
представитель?
1 Ñì.: Pasquariello Ronald D. Tax justice. Social and Moral Aspects of
American Tax Policy. Lanham. New York. London, 1985.
2 Ñì.: Ñëîì Â.È. Î ïðèíöèïàõ íàëîãîâîãî çàêîíîäàòåëüñòâà // Íàëîãè, 1995, ¹ 12, ñ. 2.
99
В науке уже было подмечено, что финансовая, в частности
налоговая, дееспособность является вторичной по отношению к
гражданской и трудовой 3 . У конкретного физического лица
налоговая дееспособность может возникнуть только тогда, когда
оно уже приобрело гражданскую или трудовую дееспособность.
Другими словами, физическое лицо только тогда может быть
фактически налогово-дееспособно, то есть приобретать и
осуществлять на-логовые обязанности и права, когда оно
способно при-обрести объекты налогообложения, то есть
имущество, доходы и т. д. В связи с этим возраст, с которого
может реально наступить налоговая дееспособность физического
лица, производен от возраста наступления гражданской и
трудовой дееспособности.
Согласно ст. 28 ГК РФ лица в возрасте от шести до четырнадцати лет являются недееспособными, но вправе самостоятельно совершать мелкие бытовые, а также некоторые
другие сделки. Эти сделки не обеспечивают приобретения
доходов и имущества, являющегося объектом налогообложения.
Поэтому вопрос о налоговой дееспособности физических лиц в
этом возрасте объективно не возникает. Однако согласно
гражданскому и трудовому законодательству физические лица
способны приобрести объекты налогообложения по достижении
14-летнего возраста.
Так, в соответствии со ст. 173 КЗоТ РФ лица, достигшие 15
лет, а в ряде случаев с согласия родителей, усыновителей и попечителей — и лица, достигшие 14-летнего возраста, могут быть
приняты на работу. В соответствии со ст. 26 ГК несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет совершают сделки с
письменного согласия своих законных представителей —
родителей, усыновителей или попечителя. Вместе с тем они
вправе самостоятельно, без согласия вышеназванных лиц: а)
распоряжаться своим заработком, стипендией и иными
доходами; б) осуществлять права автора произведения науки,
литературы или искусства, изобретения или иного охраняемого
законом результата своей интеллектуальной деятельности; в) в
соответствии с законом вносить вклады в кредитные учреждения
и распоряжаться ими; г) совершать мелкие бытовые сделки и
иные сделки, предусмотренные п. 2 ст. 28 Кодекса. Из этого
3 Ñì.: Êîñòîâ Ì. Ôèíàíñîâè ïðàâíè îòíîøåíèÿ. — Ñîôèÿ, 1979,
ñ. 195.
100
следует, что с 14 лет физические лица в результате своей
трудовой деятельности получают доходы, которые являются
объектом подоходного налогообложения. Вместе с тем
физические лица в возрасте от 14 до 18 лет в результате
осуществления гражданских прав, предусмотренных в ст. 26 ГК,
как с согласия законных представителей, так и самостоятельно
получают доходы (авторские гонорары и т. д.) или могут приобретать имущество (в результате распоряжения своим заработком или доходами), которые являются объектами подоходного и иного налогообложения физических лиц.
Таким образом, фактическая налоговая дееспособность
физических лиц может наступать с 14 лет при получении ими
доходов, возникающих из трудовых правоотношений, и при
получении доходов и имущества, возникающих из гражданских
правоотношений. Однако остается вопрос: полная или частичная
налоговая дееспособность должна возникать у физических лиц с
14 лет?
В гражданском и трудовом праве неполная (частичная)
дееспособность физического лица проявляется в том, что на
совершение тех или иных сделок, а также заключение трудового
договора необходимо согласие законных представителей
физического лица. С учетом этого в практической плоскости,
принимая во внимание производность налоговой дееспособности
от гражданской и трудовой, вопрос стоит так: должны ли
физические лица в возрасте от 14 до 18 лет, получающие доходы
или имущество в результате заключения гражданско-правовых
сделок с согласия законных представителей (ст. 26 ГК РФ), а
также физические лица, вступающие в трудовые отношения в
возрасте от 14 до 15 лет с согласия законных представителей
(ст. 173 КЗоТ РФ), осуществлять свои налоговые права и обязанности также с согласия законных представителей?
По нашему мнению, у физических лиц, получающих в
законном порядке доходы или имущество с 14 лет, должна
возникать полная налоговая дееспособность, то есть эти
физические лица должны осуществлять свои налоговые
обязанности и права без согласия законных представителей. Это
объясняется тем, что налоговые правоотношения — это
отношения власти и подчинения, отношения неравенства сторон.
По сути, императивный метод регулирования налоговых
правоотношений не позволяет ставить их возникновение и
развитие в зависимость от желания и воли стороны, должной
101
выполнять свои обязанности перед государством. В связи с этим,
на наш взгляд, вопрос о налоговой дееспособности названных
физических лиц нельзя решать по типу гражданской и трудовой
дееспособности этих лиц. В русле сказанного следует учесть
опыт Эстон-ской Республики, где вопрос о налоговой
дееспособности физического лица в "стыке" с гражданской и
трудовой дееспособностью был уже решен. Учитывая, что ранее
неполная гражданская и трудовая дееспособность физических
лиц наступала по эстонскому законодательству с 15 лет, Закон
Эстонской Республики от 11 октября 1990 года "О подоходном
налоге
с
частного
лица"
установил,
что
доходы
несовершеннолетних лиц в возрасте до 15 лет декларируются
родителями (усыновителями) или опекунами в составе своих
доходов (ст. 7). Подростки в возрасте от 15 до 18 лет
декларируют свои доходы самостоятельно 4 .
Вместе с тем нельзя совершенно отрицать роль законных
представителей в реализации налоговой дееспособности
несовершеннолетних.
Неполная
дееспособность
несовершеннолетнего, выражающаяся в необходимости получить
согласие законного представителя на заключение сделок и
трудового договора, выполняет функцию гарантировать,
оградить
несовершеннолетнего
от
неблагоприятных
имущественных, а также медицинских и прочих последствий,
которые могут наступить для него в силу незнания
законодательства, недостаточного жизненного опыта, переоценки
своих физических возможностей и т. д. Безусловно, при
реализации налоговой дееспособности для несовершеннолетнего
также могут наступить неблагоприятные налоговые последствия,
обусловленные
запутанностью,
сложностью
налогового
законодательства, недооценкой последствий его несоблюдения и
т. д. В связи с этим, на наш взгляд, законные представители
могли бы выступать гарантом несовершеннолетнего в реализации
им своей налоговой дееспособности. Поэтому было бы вполне
справедливо, если бы закон обязывал законных представителей
осуществлять контроль за выполнением несовершеннолетним
своих налоговых обязанностей, в частности контроль за
составлением несовершеннолетним декларации о доходах,
ведением учета своих доходов и т. д.
4 Ñì.: Ñîâåòñêàÿ Ýñòîíèÿ, 1990, 26 îêòÿáðÿ, ¹ 247.
102
Итак, на наш взгляд, возраст возникновения налоговой
дееспособности физического лица определяется однозначно —
14 лет. Безусловно, в налоговом законодательстве следует
закрепить понятие "налоговая дееспособность" и указать возраст
физического лица, с которого она возникает. В контексте
изложенного нельзя согласиться с высказанным в литературе
мнением о том, что налоговая дееспособность физических лиц
должна наступать по достижении 18 лет 5 . Такая позиция
приведет к "нестыковке" гражданской, трудовой и налоговой
дееспособности физических лиц. Возможны ситуации, что с 14
лет физическое лицо может (с согласия законных
представителей, а в ряде случаев и без их согласия) вступать в
гражданские и трудовые правоотношения, получать доходы и
имущество, но не может вступать в налоговые правоотношения,
то есть уплачивать налоги и иные платежи государству с этих
доходов и имущества. Более того, получится даже так, что
физические лица в возрасте от 14 лет, являясь
деликтоспособными по гражданскому и трудовому праву,
окажутся налоговонеделиктоспособными. Другими словами,
"нестыковка" гражданско-правовой, трудовой и налоговой
дееспособности физического лица приведет к отсутствию
налоговой деликтоспособности там, где она должна быть.
Учитывая изложенное, необходимо обратить внимание на то
обстоятельство, что налоговая дееспособность физического лица
требует
согласования
и
с
гражданско-процессуальной
дееспособностью. Так, полная налоговая дееспособность
физического лица, которая должна наступать с 14 лет,
предполагает и его способность нести ответственность за
нарушения налогового законодательства (деликтоспо-собность).
Как известно, к физическим лицам–налогоплательщи-кам
налоговые санкции за нарушение налогового законодательства
могут быть применены только в порядке гражданского
судопроизводства. В связи с этим вполне очевидно, что
гражданско-процессуальная дееспособность лиц по делам,
возникающим из налоговых правоотношений, должна наступать
с 14 лет. Существует и другой аргумент в пользу данного вывода.
Так, в соответствии с Законом "Об основах налоговой системы в
Российской
Федерации"
налоговая
правоспособность
физического лица характеризуется, в частности, правом на
5 Ñì.: Ãóðååâ Â. È. Íàëîãîâîå ïðàâî. — Ì., 1995, ñ. 13.
103
обжалование решений налоговых органов и действий их
должностных лиц (ст. 12). Причем такое обжалование может
быть произведено и в суд.
Содержание гражданско-процессуальной правоспособности
физического лица также, в частности, раскрывается через право
на обращение в суд с жалобой на действия государственных
органов и должностных лиц. Таким образом, налицо пересечение
гражданско-процессуальной и налоговой правоспособности
физического лица. Это еще раз доказывает, что налоговая и
гражданско-процессуальная дееспособность также должны
"состыковываться". Учитывая, что гражданско-процессуальное
законодательство является формой жизни материального права, в
него должны быть внесены изменения, учитывающие
особенности материального налогового права. Конкретно в ст. 32
ГПК РСФСР следовало бы установить, что "по делам, возникающим из налоговых правоотношений, несовершеннолетние,
достигшие 14-летнего возраста, имеют право лично защищать в
суде свои права и охраняемые законом интересы".
В большинстве случаев налоговая правосубъектность физического лица характеризуется наличием (совпадением) в одном
лице налоговой правоспособности и дееспособности. Однако в
ряде случаев возможно их несовпадение. В связи с тем, что
несовершеннолетние в возрасте до 14 лет (малолетние) являются
субъектами гражданского права, они могут быть собственниками
имущества и доходов, являющихся объектом налогов, сборов и
т. д. Однако они не являются дееспособными, то есть сделки от
их имени (за исключением мелких бытовых и приравненных к
ним сделок) по приобретению этого имущества и доходов могут
совершать только их родители, усыновители или опекуны.
Отсюда вполне правомерно предполагать, что приобретать и осуществлять налоговые обязанности и права от имени малолетних
также должны их родители, усыновители или опекуны.
В связи с отмеченным, по нашему мнению, налоговая
правосубъектность малолетних, возникающая из реализации их
гражданской правосубъектности, характеризуется тем, что
малолетние обладают налоговой правоспособностью, которую
осуществляют от их имени другие лица. Таким образом, в
налоговом праве возможна ситуация, когда налоговая
правоспособность одного лица дополняется дееспособностью
другого
лица.
Иначе
говоря,
элементы
налоговой
правосубъектности распределяются между малолетним как
104
субъектом налогового права и его родителями, усыновителями
или опекуном. Безусловно, режим налоговой правосубъектности
малолетних
граждан
должен
найти
закрепление
в
законодательстве.
М. КАРАСЕВА,
доцент Воронежского
государственного университета,
кандидат юридических наук
Правовая природа
договора банковского счета
В настоящее время ведутся дискуссии в литературе, возникают
коллизии в нормативных актах и проблемы в практической
деятельности по поводу всевозможных вопросов, касающихся
правоотношений, вытекающих из договора банковского счета.
Проблемы связаны с пониманием правовой природы данного
договора. Даваемые ответы по количеству чуть ли не
превосходят имеющиеся вопросы и к тому же во многих случаях
основываются на противоположных точках зрения.
Во вступившей в действие части второй ГК РФ данный
договор подвергнут более детальному регулированию, но все же
нет четкого ответа на вопрос о правовой природе договора
банковского счета. Условность терминов и понятий,
используемых в соответствующих статьях Кодекса, объясняется
спецификой складывающихся отношений и особого рода
традиционностью, присущей данной сфере отношений.
Во многих сложившихся подходах решения вопросов, вытекающих из понимания правовой природы договора банковского счета, вряд ли удастся найти сколько-нибудь логические и взаимоувязанные ответы.
На наш взгляд, стоит сначала определить, что такое
"банковский счет", какова его изначальная суть, правовая
природа. Видимо, нужно исходить из формулировок нормативных актов, рассматривать и анализировать фактически
складывающиеся правоотношения.
105
Начнем издалека, охватывая контекст, который, полагаем,
поможет нам прийти к верным выводам.
Коммерческий банк является коммерческой организацией,
наделенной специальной правоспособностью, действующей на
основании лицензии и потому занимающейся ограниченным,
заранее определенным кругом операций с денежными и
валютными средствами.
Откуда банк берет деньги и на каком основании он ими
распоряжается? Деньги в распоряжение банка поступают из
следующих источников: это средства, внесенные в качестве паев,
полученные от реализации акций у акционерных банков. Такими
источниками служат и межбанковские кредиты, выпуск
облигаций,
векселей,
депозитных
и
сберегательных
сертификатов, средства юридических и физических лиц,
привлеченные во вклады, средства на счетах клиентов, а также
получаемые банком от оказания различного рода услуг,
рассматривать которые в данной статье мы не будем. Кроме того,
доходы, полученные от выгодного использования указанных
средств, которые еще называют собственными средствами банка.
Со средствами, полученными в результате реализации акций
и от внесения паев, довольно ясно. Они поступают в
собственность банка и могут использоваться им в рамках,
установленных законом, учредительными документами и
лицензией, по своему усмотрению.
Теперь немного о межбанковских кредитах. Не подлежит
сомнению тот факт, что данные кредиты опосредуют отношения
займа между банками. Согласно ст. 819 ГК по кредитному
договору банк или иная кредитная организация обязуется
предоставить денежные средства (кредит) заемщику, а заемщик
обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить
проценты. К отношениям по кредитному договору применяются
правила, регулирующие отношения займа. Согласно ст. 807 ГК
по договору займа одна сторона передает в собственность другой
деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а
сторона, получившая деньги или вещи (заемщик), обязуется
возвратить займодавцу такую же сумму денег или равное
количество других полученных им вещей того же рода и
качества. Деньги по межбанковскому кредиту банк-заемщик
получает в собственность со всеми вытекающими отсюда
последствиями. Банк-займодавец, передавая деньги другому
106
банку в собственность по договору займа, является
собственником передаваемых средств.
Рассмотрим выпуск банком облигаций, векселей, депозитных
и сберегательных сертификатов. Что происходит в данном
случае? Юридические и физические лица (возмож-но, и другие
субъекты) покупают указанные ценные бумаги, в результате чего
передают свои денежные средства банку, а банк выдает им
ценную бумагу, удостоверяющую их право через определенный
срок получить такую же сумму денег да еще с процентами, то
есть удостоверяет право требования возвращения определенной
суммы денег. Полученные банком таким образом деньги обезличиваются на его корреспондентских счетах и используются и
тратятся банком по своему усмотрению без каких бы то ни было
ограничений со стороны лиц, передавших свои деньги. По
отношению к полученным деньгам банк пользуется полной
свободой распоряжения, а в отношении лиц, владеющих
ценными бумагами, несет денежное обязательство по уплате
через определенный срок определенной денежной суммы. Как же
обозначить данные отношения?
По нашему мнению, данные отношения полностью и исключительно подпадают под классическое понимание займа.
Действительно, исходя из определенного еще рим-ским правом 1
понятия, займ представляет собой договор, по которому одна
сторона передает в собственность другой стороне денежную
сумму или известное количество иных вещей, определенных
родовыми признаками, с обязательством заемщика вернуть по
истечении указанного в договоре срока или по востребованию
такую же денежную сумму или такое же количество вещей того
же рода, какие были получены. Как писал Г. Шершеневич 2 , цель
займа — приобрести право собственности на заменимые вещи.
Исходя из фактически абсолютного права банка на переданные
ему деньги и из того, что лицо, получившее ценную бумагу,
имеет лишь право требования получения такой же суммы денег и
никак не именно тех же банкнот, которые оно передавало, так как
эти банкноты растворяются в общей массе других банкнот, а если
имели место безналичные перечисления, то речи об
индивидуализации денег вообще идти не может, лицо, держащее
1 Íîâèöêèé È. Á. Ðèìñêîå ïðàâî. — Ì., 1994, ñ. 162–163.
2 Øåðøåíåâè÷ Ã. Ô. Ó÷åáíèê ðóññêîãî ãðàæäàíñêîãî ïðàâà.— Ì., 1995,
ñ. 330–331.
107
ценную бумагу, собственником переданных денег быть не может
и соответственно их собственником становится никто иной, как
банк, их получивший.
Что касается банковских вкладов юридических и физических
лиц, то схема и суть отношений здесь аналогичны отношениям
при межбанковском кредитовании и при выпуске банком
долговых обязательств. Тем более, что сберегательные и
депозитные сертификаты являются ничем иным, как ценными
бумагами, подтверждающими состоявшиеся между клиентом и
банком отношения по вкладу.
Банковский вклад более наглядно, нежели пример с выпуском
долговых обязательств, представляет отношения займодавца и
заемщика.
Действительно, когда банк выдает кредиты, ни у кого не
возникает сомнений, что имеют место отношения займа, как и
при межбанковском кредитовании, при отношении же вкладчика
и банка образуется как бы обратная связь — вкладчик кредитует
банк. Фактически по договору банковского вклада вкладчик
передает банку деньги в собственность, а банк обязуется
своевременно вернуть определенное количество денег. В этом
свете абсурдно звучали нормы Основ гражданского
законодательства Союза ССР и республик (ст. 111), которые
гласили, что по договору банковского вклада банк обязуется
хранить вложенные вкладчиком денежные средства да еще и
выплачивать по ним доход. Можно предположить, что банк брал
у вкладчика деньги, складывал их в сейф, а через некоторое
время эти же деньги отдавал да еще и выплачивал проценты.
Конечно, банки оказывают услуги по хранению ценностей, в том
числе и денег, в индивидуальных сейфах, но за такое хранение
платят сами клиенты и это никак не является банковским
вкладом.
Не секрет, что деньги, полученные от вкладчиков, банк, как
говорят в народе, "крутит", то есть свободно распоряжается ими,
выдает кредиты, покупает валюту и т. д. Совершая эти операции,
банк распоряжается ими как собственник: ведь имея на эти
деньги иные права, кроме права собственности, он бы не мог
распоряжаться ими подобным образом.
Да и сопоставительный анализ ст. 807, 819 и 834 ГК приводит
к выводу, что в основе договора банковского вклада лежат
отношения займа. Так, согласно ст. 834 Кодекса по договору
банковского вклада одна сторона (банк), принявшая
108
поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую
для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму
вклада и выплатить проценты на нее.
Существует такой вид вклада, как вклад до востребования,
или текущий вклад. Особенность его заключается в том, что
момент возврата банком денег определен моментом
востребования их вкладчиком. Это его единственное отличие от
срочных вкладов, где деньги и проценты по ним банк обязуется
вернуть по истечении определенного срока. Текущий вклад
обычно используется физическими лицами не для получения
дохода, так как проценты по нему по понятным причинам
незначительны или вообще отсутствуют, а для различного рода
расчетов: перечисления разным организациям, родственникам и
просто другим гражданам. Это объясняется тем, что банк, взяв
деньги у вкладчика взаймы, вдобавок еще и обязуется
перечислять по распоряжениям вкладчика востребованные им
деньги. Вот, наконец, мы подошли собственно к договору
банков-ского счета. Что же из себя представляет понятие
"банковский счет", что это за явление, образовавшее вокруг себя
столько неразберихи.
Начнем с самого назначения "банковского счета". Может
быть, здесь кроется необходимый нам ответ.
Итак, клиент приходит в банк и просит открыть ему расчетный, текущий или иной счет. С ним заключается договор
банковского счета, который на практике называют договором на
расчетно-кассовое обслуживание. При этом ему открывается
собственно "счет", являющийся лишь просто лицевым счетом
конкретного клиента и представляющий собой чисто
бухгалтерское явление, не несущее в себе в общем-то никакого
правового смысла и служащее только для учета того, что
собственно и регулирует договор банковского счета. Мало того,
аналогичные лицевые счета открываются на вкладчика при
внесении им вклада на клиентов, купивших долговые
обязательства банка, и на банк-заемщик при межбанковском
кредите. Данные лицевые счета выполняют ту же функцию, что и
лицевой счет расчетного (текущего) счета. Выяснив, что
расчетный счет не является каким-то хранилищем денег клиента,
что это понятие чисто условное, мы вновь обращаемся к анализу
фактически складывающихся отношений.
Клиент, заключая договор банковского счета, передает банку
свои денежные средства, которые, как и средства, полученные из
109
других рассмотренных нами источников, условно говоря,
смешиваются, обезличиваются и тратятся банком не иначе как
собственные. В отношении же клиента банк несет обязанность
возврата определенной им суммы либо совершения с такой
востребованной суммой какой- либо банковской операции
(перечисление, покупка валюты и т. д.).
Как видим, банковский счет в правовом смысле фактически
аналогичен вкладу до востребования, то есть отношения по
банковскому счету аналогичны отношениям по банковскому
вкладу, при выпуске банком долговых обязательств, при
межбанковском кредитовании, иначе говоря, соответствуют
отношениям займа. Из сказанного, на наш взгляд, следует
однозначный вывод: поскольку отношения банковского счета
опосредуют отношения займа, основополагающим моментом
соответственно является то, что собственником средств будет
банк, а клиент имеет к такому банку лишь право требования,
обязательственное право. Клиент не обладает в отношении
внесенных им денег каким-либо вещным правом. Именно данное
базовое начало должно служить основой при применении и
толковании действующих норм, при издании новых нормативных
актов, исходя из этого должны вестись дискуссии. Главное,
следует сломать стереотипы о праве собственности клиента на
деньги, переданные им банку на основании договора банковского
счета. Многие авторы в дискуссиях "притягивали" сюда нормы
Конституции о частной собственности и ее неприкосновенности.
Данные отношения являются денежным обязательством в
отличие от бытовавшей точки зрения, что договор банковского
счета это всего лишь договор оказания услуг, где интерес клиента
заключается не в получении денежной суммы, а в предоставлении банком услуг по расчетному и иному обслуживанию.
Недаром Гражданский кодекс РФ ввел ответственность банка за
ненадлежащее совершение операций по счету (ст. 856),
предписав в качестве санкции применение ст. 395 ГК, предусматривающей ответственность за неисполнение денежных
обязательств.
Итак, права клиента на переданные им банку деньги носят не
вещный, а обязательственный характер. Но как бы то ни было,
данные права (права требования) являются гражданскими
правами соответствующего субъекта, которыми он согласно
закону может распоряжаться совершенно свободно, которые
110
практически ничем не могут быть ограничены и всемерно
охраняются законом.
Рассматривая отношения по договору банковского счета как
отношения займа, мы не ставили целью рассматривать и не
рассматривали также присутствующие в договоре банковского
счета отношения по оказанию услуг. В силу выполняемых
функций договор банковского счета является отдельным
правовым институтом и играет огромную роль в гражданском
обороте. Мы же попытались рассмотреть отношения,
складывающиеся при передаче денежных средств банку
клиентом, и возникающие вследствие этого права и обязанности.
Еще один вопрос, связанный с данной проблематикой, — о
корреспондентских счетах банков. Банки, как мы выяснили,
являются собственниками денежных средств, открывают счета в
других банках, включая Центробанк РФ. Такие счета называются
корреспондентскими. Высказывались мнения, что счета клиентов
и счета банков — это принципиально разные вещи, что первые
обеспечивают хранение средств и производство платежей, а
вторые служат осуществлению межбанковских расчетов.
Видимо, нет необходимости вновь вдаваться в подробные
рассуждения. Анализ всего вышесказанного позволяет сделать
однозначный вывод о том, что счет клиента и счет клиента-банка
принципиально аналогичны. Корреспондентские счета банков
подпадают под общее понятие "банковский счет" и в принципе
должны регулироваться соответствующими нормами. Данный
подход получил отражение в ст. 860 ГК, где сказано, что правила
главы
о
банковском
счете
распространяются
на
корреспондентские счета, корреспондентские субсчета, другие
счета банков, если иное не предусмотрено законом, иными
правовыми актами или установленными в соответствии с ними
банковскими правилами.
В заключение отмечу, что из договоров банковских счетов
возникает как бы цепочка прав требований: право требования
клиента к банку, право требования банка к другому банку, что
создает фактически систему прав требований. И финансовый
рынок, основанный на банках, на банковских счетах, на
всевозможных расчетах, характеризуется уже как оборот прав
требований, основанных на займе.
Высказываемые в данной статье положения не могут в
большинстве случаев применяться в том виде, в каком они
прозвучали здесь, они лишь, надеемся, помогут определить
111
основу, базу для понимания отношений в сфере банков-ской
деятельности. При изучении огромного пласта указанных
отношений, при разработке конкретных нормативных актов
необходимо использовать теоретическую правовую основу
соответствующих отношений.
К. НАМ,
слушатель Российской школы частного права
при Исследовательском центре частного права
112
Äîãîâîðíàÿ ðàáîòà
НОВОЕ ГРАЖДАНСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО:
.
ДОГОВОР ПОСТАВКИ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В условиях хронической неплатежеспособности многих промышленных предприятий, отставания нормативной базы от
меняющихся условий современного рыночного хозяйства
возрастают требования, предъявляемые к заключаемым договорам.
Значительное место в договорах поставки отводится сегодня
ответственности сторон за нарушение взятых на себя
обязательств. В соответствии со ст. 330 Гражданского кодекса
РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная
законом или договором денежная сумма, которую должник
обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или
ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае
просрочки
исполнения.
Учитывая,
что
действующие
нормативные акты содержат ограниченное число неустоек,
применяемых за нарушение обязательств по договору поставки,
возрастает значение договорной неустойки.
Согласно ст. 331 ГК договорная неустойка устанавливается
по соглашению сторон и обязательно в письменной форме
независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение
этого требования влечет недействительность соглашения сторон
о неустойке.
Если в договоре поставки отсутствует условие об ответственности, например, за просрочку оплаты поставленного
товара (см. п. 3 ст. 486 ГК) и нет ссылки на иные нормативные
акты, стороны могут руководствоваться п. 8 постановления
Президиума Верховного Совета РФ и Правительства РФ от 25
мая 1992 года "О неотложных мерах по улучшению расчетов в
народном хозяйстве и повышении ответствености предприятий за
их финансовое состояние", где данная неустойка в виде пени
113
установлена в размере 0,5 процента в день за просрочку платежа
поставленного товара. Учитывая, что указанным постановлением
возможность взыскания пени связывается с просрочкой оплаты
уже поставленного товара и не применяется, если покупателем
нарушается срок, установленный договором для перечисления
предоплаты, целесообразно включать в договор поставки
санкции за просрочку покупателем предварительной оплаты за
товар.
Желательно предусмотреть в договоре и размер неустойки,
которую сможет взыскать покупатель с поставщика за нарушение
последним предусмотренных договором сроков поставки товара,
особенно когда расчеты между сторонами ведутся путем
предварительной оплаты.
С принятием нового Гражданского кодекса РФ появилась
возможность наступления ответственности в виде уплаты
процентов за пользование чужими денежными средствами (п. 3
ст. 486 и п. 4 ст. 487 ГК). В ст. 395 ГК установлено, что за
пользование чужими денежными средствами вследствие их
неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной
просрочки в их уплате либо неосновательного получения или
сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на
сумму этих средств. В соответствии с данной статьей размер
процентов определяется существующей в месте жительства
кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в
месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на
день
исполнения
денежного
обязательства
или
его
соответствующей части.
Арбитражные суды, опираясь на новое гражданское законодательство, постепенно нарабатывают практику применения
ст. 395 Кодекса. Однако подход к решению данного вопроса
неоднозначен. Если соотношение убытков и процентов
определено в п. 2 этой статьи и кредитор вправе требовать от
должника возмещения убытков только в части, превышающей
сумму процентов, то вопрос о взимании пени и процентов в
арбитражной практике решается порой прямо противоположно.
Так, АО "Уралхиммаш" (г. Екатеринбург) предъявило в
арбитражный суд Курганской области иск к АООТ "Магазин
"Мебель" (г. Курган) о взыскании 9 627 024 руб., включающих
сумму основного долга, пени и процентов за пользование
чужими денежными средствами.
114
Судом было установлено, что на основании договора № 0360/42 от 27 марта 1995 года истцом отгружены в адрес
ответчика товары народного потребления на сумму 4 392 330
руб., которая была им погашена после передачи материалов в
арбитражный суд, в связи с чем в удовлетворении этой части
иска было отказано. Решением арбитражного суда Курганской
области от 16 октября 1995 года по делу № 3/7 с АООТ "Магазин
"Мебель" было взыскано в пользу АО "Уралхиммаш":
— 2 635 398 руб. — пеня из расчета 0,5 процента за каждый
день просрочки (за 120 дней);
— 2 599 296 руб. — проценты за пользование чужими
денежными средствами, принимая во внимание, что учетная
ставка банка составила 180 процентов годовых, а сторонами в
договоре другой размер процентов не устанавливался;
— 481 351 руб. — возмещение расходов по уплате госпошлины.
С аналогичными требованиями АО "Уралхиммаш" обратилось в Высший арбитражный суд Удмуртской Республики к
ТОО "ПКФ Удмурткоопсервис" (г. Сарапул). Общая сумма иска
составила 6 540 623 руб., в том числе 3281 550 руб. основного
долга, 1 630 775 руб. — пеня за просрочку платежа и 1 618 298
руб. — проценты за пользование чужими денежными
средствами.
Ответчиком требования истца были отклонены. По его
мнению сумма долга истцу была уже перечислена, при расчете
пени истец завысил количество дней просрочки, а взыскание
процентов за пользование чужими средствами договором
предусмотрено не было.
Рассмотрев материалы дела, суд полностью согласился с
аргументацией ответчика и взыскал с него в пользу АО
"Уралхиммаш" 1 448 267 руб. пени и 233 332 руб. в возмещение
расходов по госпошлине. В удовлетворении остальной части иска
было отказано. В частности, в отношении суммы заявленных
процентов судом было указано следующее: "Исковые требования
истца в части взыскания процентов за пользование чужими
денежными средствами в сумме 1 618 298 руб., начисленных на
основании п. 1 ст. 395 ГК РФ, заявлены необоснованно и
удовлетворению не подлежат, так как в п. 1 ст. 395 ГК РФ
предусмотрено, что правила этой статьи применяются, если иной
размер процентов не установлен договором или законом, а
115
стороны в договоре предусмотрели ответственность за просрочку
платежа в виде пени в размере 0,5 процента".
Приведенные судом доводы представляются спорными. Им
практически отождествлено понятие пени и процентов. Ведь
именно наличие соглашения об оплате пени послужило
основанием для отказа во взыскании процентов. Думается, что
взыскание пени и процентов одновременно вполне обоснованно.
Пеня в данном случае является санкцией, предусмотренной
сторонами за нарушение условий договора. Взыскание процентов
носит скорее компенсационный характер, предполагающий
возмещение инфляционных потерь и возможных убытков,
связанных с необходимостью пользоваться краткосрочным
кредитом на сумму отвлеченных средств и т. д.
Следует отметить, что одновременное взыскание с виновной
стороны процентов и пени предусматривается и налоговым
законодательством.
Так,
инструкцией
Государственной
налоговой службы РФ от 10 августа 1995 года "О порядке
исчисления и уплаты в бюджет налога на прибыль предприятий и
организаций" было также введено взыскание процентов за
пользование чужими денежными средствами одновременно с
удержанием пени за просрочку платежа.
Однако попытки отдельных организаций распространить
нормы Гражданского кодекса на отношения сторон, вытекающие
из налоговых и других административных правоотношений,
являются неправомерными. Именно поэтому арбитражными
судами отклоняются иски организаций к налоговым органам в
части взыскания процентов за пользование чужими средствами,
начисленных в соответствии с п. 1 ст. 395 ГК, в результате
необоснованного удержания с них штрафов за нарушение
налогового законодательства.
Однако не всегда стороны могут использовать эту норму даже
при наличии заключенного между ними договора поставки.
Применение п. 1 ст. 395 ГК возможно, если речь идет о
поставленном и неоплаченном товаре. В настоящее время в
большинстве договоров предусматривается предварительная
оплата подлежащего поставке товара. В этом случае взыскание
процентов покупателем товара может быть применено только
тогда, когда это предусмотрено договором или сторонами прямо
оговорено соотношение срока действия договора и срока
исполнения поставщиком взятых на себя обязательств. Так, при
разовой поставке сторонами предусматривается условие, в
116
соответствии с которым если товар не передан поставщиком в
течение определенного срока, полученные за него в виде
предоплаты деньги подлежат возврату покупателю в
согласованный период времени. В этом случае покупатель при
невыполнении поставщиком взятых на себя обязательств по
поставке товара и возврату денег имеет право требовать уплаты
процентов, предусмотренных ст. 395 Кодекса.
Представляется, что, когда договором закрепляется срок
поставки, скажем, в течение 10 дней после получения
предварительной оплаты, а срок его действия определен до конца
года, во взыскании процентов до истечения срока действия
договора будет отказано. Это вытекает из текста данной статьи,
где хотя и предусматривается ответственность за пользование
чужими денежными средствами, но только вследствие
перечисленных условий, а именно: неправомерного удержания,
уклонения от их возврата, иной просрочки уплаты либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица. В
приведенном примере поставщик имеет возможность в пределах
срока действия договора выполнить взятые на себя обязательства
по поставке товара. Поэтому утверждения о неправомерности
нахождения у него предварительно перечисленных покупателем
за товар денежных средств будут неубедительны.
Кроме того, даже если срок договора истек, говорить о
возможности наступления ответственности в виде уплаты
процентов проблематично. Дело в том, что согласно п. 3 ст. 425
ГК законом или договором может быть предусмотрено, что
окончание срока действия договора влечет прекращение
обязательств сторон по договору. Если же такое условие
отсутствует, договор признается действующим до исполнения
сторонами обязательства.
Таким образом, если стороны не предусмотрели прекращение
обязательств сторон по окончании срока действия договора и это
не установлено законом, то само по себе окончание срока его
действия еще не является основанием для прекращения
обязательств. Обязательство по поставке товара будет
обязанностью поставщика до его надлежащего исполнения.
В связи с этим сторонам необходимо предусматривать в
договорах поставки (особенно где порядок расчетов установлен в
виде
предварительной
оплаты
за
товар)
условие,
устанавливающее, что при нарушении поставщиком взятых на
себя обязательств по поставке товара покупатель вправе взыскать
117
с него проценты за пользование чужими средствами в размере,
определенном п. 1 ст. 395 ГК, начиная с даты, когда
обязательство поставщиком должно было быть выполнено.
Высказанные предложения могут быть использованы и при
заключении других договоров, в частности договора куплипродажи. Установленная договором ответственность, как
показывает практика, способствует стремлению сторон к
надлежащему исполнению принятых на себя обязательств.
Анализ отдельных дел, рассмотренных в арбитражных судах,
свидетельствует
о
необходимости
принятия
Высшим
Арбитражным Судом РФ разъяснения о порядке применения в
арбитражной практике ст. 395 ГК, в частности по вопросу
одновременного взимания пени за просрочку платежа и
процентов за пользование чужими денежными средствами.
Кроме того, требует уточнения установленный порядок
определения размера процентов. Как определить учетную ставку
банковского процента в месте нахождения юридического лица,
принимая во внимание, что организации обслуживаются
коммерческими банками, которые дифференцируют ставки
процента за пользование кредитом в зависимости от самых
различных факторов — надежности партнера, срока кредита,
цели использования и т. д.? Имеющаяся практика по данному
вопросу также необоснованно разнообразна.
Н. ГОНЧАРОВА,
кандидат юридических наук
118
Ïðàêòèêà è îïûò
СТРАХОВАНИЕ
КРЕДИТНЫХ
РИСКОВ
Страхование кредитных рисков достаточно широко распространено в банковской практике, которая выработала определенные формы этого способа обеспечения интересов банков. С
правовых позиций, разумеется, страхование не рассматривается
как способ обеспечения исполнения
обязательств, хотя
действующее законодательство (Граждан-ский кодекс РФ) дает
примерный перечень таких средств. Страхование кредитных
рисков направлено прежде всего не на стимулирование должника
к исполнению обязательства, а на обеспечение интересов
кредитора. Достигается это путем переноса неблагоприятных
последствий нарушения условий договора из одной
имущественной сферы в другую на основе заблаговременно
заключенного соглашения.
Содержание этого соглашения (договора страхования) в
значительной степени определяет возможность и полноту
удовлетворения интересов кредитора. Арбитражная практика
рассмотрения споров, связанных с кредитованием предприятий и
обеспечением возвратности кредитов путем заключения
договоров
страхования,
показывает,
что
постепенно
складывается ситуация, когда страховые организации, используя
всевозможные способы защиты, а также некон-кретность и
абстрактность некоторых статей Закона о страховании и
заключенного договора, уходят от ответственности, получая при
этом немалые суммы страховых взносов, являющихся платой за
страхование. При этом, как правило, ссылаются на различные
обстоятельства, в том числе нецелевое использование кредитных
средств, незаключение договора страхования, непредставление
документов по движению кредита со стороны страхователя и
другие действия (бездействие) страхователя. Все это в
совокупности позволяет страховщику в большинстве случаев
119
избежать
ответственности,
предусмотренной
договором
страхования.
Практически невозможно выделить дела, по которым
страховой организацией добровольно признавалась бы сумма
страхового возмещения в пользу страхователя или иного лица, в
пользу которого заключен договор. При подготовке данной
статьи использованы практические материалы арбитражных дел,
по которым страховые выплаты взысканы со страховщиков.
Однако следует отметить, что такие случаи редки, в результате
чего банки при выдаче кредитных средств в целях обеспечения
их возвратности прибегают к иным формам, позволяющим
рассчитывать на возвратность кредита, в частности к банковской
гарантии, договору залога и т. п.
Одним из самых сложных вопросов в арбитражной практике
является проблема признания страхового договора заключенным,
а той или иной организации — страхователем, имеющим право
предъявлять требования к страховщику. В этом смысле
показательно рассмотренное Арбитражным судом г. Москвы
дело по иску КБ "Электробанк" о взыскании 43 149 980 рублей
страхового возмещения и 4 314 938 рублей госпошлины с
акционерной страховой компании "Лефко". Обоснование и
доказательства
по
указанному
делу
несколько
раз
переоценивались арбитражной практикой, в связи с чем
представляет
определенный
интерес
последовательность
изменения этой оценки. Ответчик в отзыве на иск требования
истца не признал, сославшись на отсутствие договора
страхования риска непогашения кредита и его незаключение.
Арбитражный суд, исследовав материалы дела, установил: истец
на основании кредитного договора, заключенного с МП
"Росэлектро", предоставил последнему ссуду в размере
70 000 000 рублей со сроком погашения и уплатой годовых в
размере 95 521 000 рублей. В целях обеспечения возвратности
кредита между истцом и ответчиком был заключен договор
страхования риска непогашения кредита, в связи с чем выдан
полис № 000029 НК, согласно которому застрахована сумма в
размере 35 000 605 рублей.
Основным доводом ответчика на протяжении длительного
периода рассмотрения спора в разных инстанциях было
высказывание о подложности полиса № 000029 НК и отсутствии
страховых отношений. Однако утверждения о подложности
120
полиса не были подтверждены, а довод о неза-ключении
договора страхования оценен не в пользу ответчика.
В ходе заседания была представлена справка о поступлении
страхового платежа в сумме 3 820 840 рублей на расчетный счет
ответчика. Таким образом, ответчик с учетом п. 13 Правил
страхования риска непогашения кредита, утвержденных
правлением АСК "Лефко", фактически признал наличие между
сторонами договора страхования, который вступил в силу со дня,
следующего за днем уплаты страхового платежа, и до момента
рассмотрения спора документально не опровергнут ответчиком и
не признан в соответствии с действующим законодательством
недействительным.
Ссылка ответчика на отсутствие письменного заявления о
страховании риска непогашения кредита и незаключение в этой
связи договора страхования, а также на его подложность не была
признана убедительной и доказанной по следующим мотивам.
Согласно п. 1 ст. 16 Закона о страховании страховщику
предоставлено право иным допустимым способом заявлять о
своем намерении заключить договор страхования, а факт
заключения договора страхования согласно п. 3 ст. 16 Закона
может быть
удостоверен передаваемым страховщиком
страхователю
страховым
свидетельством
(полисом)
с
приложением Правил страхования. При рассмотрении спора в
первой инстанции ответчик не отрицал факта передачи истцу
полиса и принадлежность полиса АСК "Лефко".
С учетом этого суд пришел к выводу, что утверждения
ответчика о незаключении договора страхования и его
недействительности ввиду отсутствия заявления страхователя о
заключении договора не могут быть признаны обоснованными
как противоречащие Закону о страховании. Суд принял решение
о взыскании с АСК "Лефко" в пользу "Электробанка" 43 149 980
рублей долга и процентов, ссылаясь на наступление страхового
случая и сообщение о его наступлении АСК "Лефко".
Не согласившись с принятым решением, ответчик направил
кассационную жалобу, полагая, что суд не в полном объеме
исследовал материалы дела и неправильно применил нормы
права. Ответчик считал договор страхования незаключенным,
поскольку выдача полиса не является письменной формой
заключения договора страхования, а совершение конклюдентных
действий в смысле ст. 160 Гражданского кодекса РСФСР в
данном случае недопустимо.
121
Кассационная коллегия Московского городского арбитражного суда, проверив законность и обоснованность принятого
решения, оснований для его отмены не установила.
АСК "Лефко" обратилась с заявлением о принесении протеста
на решение и постановление арбитражного суда г. Москвы. При
этом основными доводами ответчика стали ссылки на
незаключение договора страхования в смысле ст. 60, 161 ГК
РСФСР и отсутствие в этой связи обмена экземплярами
соответственно оформленных заявлений, содержащих реквизиты
сторон и заверенных подписями и печатями страховщика и
страхователя, как это предусмотрено п. 2.1 Правил страхования,
утвержденных ответчиком. В принесении протеста ответчику
было отказано по следующим мотивам.
1. Согласно п. 11 Правил добровольного страхования ответственности заемщиков за непогашение кредитов, утвержденных Минфином СССР от 28 мая 1990 года № 66, договор
страхования вступает в силу со дня, следующего за днем уплаты
страхового платежа. Выплата страховой премии означает, что
между МП "Росэлектро" и АСК "Лефко" возникли договорные
отношения. Следовательно, у АСК "Лефко" возникло
обязательство
перед
КБ
"Электробанк"
отвечать
за
своевременное погашение МП "Росэлектро" полученного
кредита.
В этой связи несоблюдение КБ "Электробанк" порядка
оформления заявления о страховании риска непогашения кредита
не может служить основанием для освобождения страховщика от
указанной обязанности (пп. 12, 15–19 Правил).
2. Несостоятелен и довод заявителя об отсутствии связи
между кредитным договором и его обеспечением — договором
страхователя и полисом. Согласно п. 3 указанных Правил
конкретный
предел
ответственности
страховщика
устанавливается договором страхования. В данном случае такой
размер установлен в пределах 35 млн. рублей, возвратность
другой половины кредита обеспечена страховым обществом
"Полис". АСК "Лефко" и СО "Полис" разделили кредитный риск
поровну. Именно этим обстоятельством и объясняется факт
расхождения между суммой кредита и пределом ответственности
АСК "Лефко".
Первый заместитель Председателя ВАС РФ принес протест на
решение и постановление Московского городского арбитражного
суда.
122
Коллегия ВАС РФ по проверке в порядке надзора законности
и обоснованности решений арбитражных судов, вступивших в
законную силу, рассмотрев протест и исследовав материалы дела,
пришла к выводу об отмене состоявшихся по делу решений и
передаче данного дела на новое рассмотрение.
При этом коллегия не согласилась с приведенными в протесте
доводами об отмене решения и постановления и отказе в иске по
мотиву недействительности договора страхования и отсутствия
между сторонами обязательных вза-имоотношений. Коллегия
пришла к выводу, что считать договор страхования
недействительным в связи с отсутствием в лицензии указания на
правила страхования ответственности заемщиков за непогашение
кредита нет оснований, так как лицензия предусматривает
возможность страхования риска невозврата кредита.
Кроме того, были отклонены утверждения о том, что
выданный ответчиком полис не свидетельствует о заключении
договора страхования, поскольку согласно п. 2.10 Правил
страховой полис выдается только страхователю, заключившему
договор страхования, в течение 5 дней после уплаты страхового
платежа. Такой платеж ответчику поступил, что последний не
отрицал и что подтверждено соответствующими документами.
Вместе с тем коллегия решение и постановление Арбитражного
суда г. Москвы отменила со ссылкой на вынесение решения по
недостаточно исследованным материалам дела.
Московский городской арбитражный суд повторно рассмотрел анализируемое дело и удовлетворил исковые требования
в полном объеме. При этом суд исходил из следующего: между
истцом и МП "Росэлектро" заключен кредитный договор. В
целях обеспечения возвратности кредита между истцом и
ответчиком заключен договор страхования риска непогашения
кредита, в связи с чем выдан полис, согласно которому
застрахована сумма кредита в размере 35 млн. рублей.
Оставшиеся 35 млн. рублей были застрахованы АО "Полис".
Суд, вынося решение, принял во внимание п. 12 Правил,
согласно которому страховой платеж по отдельному договору
произвел заемщик.
При повторном решении суд подтвердил первоначальную
позицию: выданный ответчику полис свидетельствует о
заключении договора страхования, поскольку в соответствии с
п. 2.10 Правил страховой полис выдается только страхо-вателю,
заключившему договор страхования.
123
После вынесения решения арбитражного суда ответчик
повторно обратился с заявлением о принесении протеста,
пытаясь доказать, что отношений по страхованию риска невозврата кредита с ответчиком не возникло, поскольку страховой
платеж произведен МП "Росэлектро" в счет договора, на
основании которого АСК "Лефко" гарантировала погашение
кредита, в результате чего исковая давность (3 месяца) по
гарантии истекла.
5 мая 1995 года заместитель Председателя ВАС РФ отказал в
принесении протеста. При рассмотрении заявления ответчика, а
также при исследовании всех материалов дела установлено, что
арбитражный суд первой инстанции должным образом
исследовал материалы дела и сделал правомерный вывод,
соответствующий Закону. Отмечено также, что решение об
удовлетворении иска "Электробанка" к страховой компании
"Лефко" принято с учетом положений Правил страхования риска
непогашения кредита страховой компании, условий полиса и
фактических обстоятельств дела, а также с учетом ранее
принятого постановления надзорной коллегии ВАС РФ,
признавшей
наличие
страховых
правоотношений
и
действительность договора страхования.
В приведенном примере стоит отметить следующие основные
моменты.
Во-первых,
при
оценке
обстоятельств,
свидетельствующих о выдаче страхового полиса и оплате
данного страхового полиса организацией, его не получившей,
приоритет в установлении страховых отношений отдается
организации, получившей страховой полис и значащейся как
страхователь, а не организации, оплатившей страховую сумму,
но не получившей страховой полис.
Во-вторых, выдача полиса подтверждает заключение договорных отношений по страхованию.
Одна из правовых проблем, возникающих в практике
рассмотрения дел, — оценка целевого или нецелевого использования кредита. Нередко страховые организации, используя
данную мотивировку, просят суд освободить их от
ответственности в связи с нарушением страхователем условий
целевого использования кредита. К примеру, АО "Мытищинский
коммерческий банк" обратилось с иском о взыскании со
страхового общества "Медведь" суммы страхового возмещения в
размере 177 500 000 рублей и штрафа за задержку выплаты
124
страхового возмещения в размере одного процента от
невыплаченной суммы за каждый день просрочки.
Арбитражный суд удовлетворил требования истца в полном
объеме. При вынесении решения суд исходил из следующих
установленных обстоятельств. Согласно кредитному договору
Мытищинским банком выдан кредит в размере 150 000 000
рублей сроком до 18 мая 1995 года. В обеспечение возвратности
кредитных средств ответчик застраховал свою ответственность в
СО "Медведь", о чем свидетельствует страховой полис. Он был
выдан НПП "Возрождение" и из его текста следовало, что
выгодоприобретателем является Мытищинский коммерческий
банк (филиал № 1). Доводы ответчика о нецелевом
использовании кредита со ссылкой на письмо АО "Атлант",
заключившего договор купли-продажи с НПП "Возрождение",
под который был выдан кредит, и подтвердившего в данном
письме расторжение договора, не приняты судом во внимание,
поскольку доказательств возврата денежных средств в сумме
128 700 000 рублей в адрес НПП "Возрождение" со стороны АО
"Атлант" не представлено. Вместе с тем истцом документально
подтвержден факт целевого использования кредитных средств:
представлены платежные поручения о выплате заемщиком
суммы кредита в качестве предоплаты по договору о
приобретении товара в количестве и ассортименте, указанных в
кредитном договоре. Таким образом, факт целевого
использования кредита истцом подтвержден в полном объеме.
Требования ответчика
о предоставлении доказательств
реализации товара выходят за рамки кредитного договора и не
могут служить основанием признания нецелевого использования
кредитных средств.
Давая оценку письму АО "Атлант" и документам, представленным истцом в доказательство целевого использования
кредита, суд исходил из приоритета подлинных платежных и
транспортных документов, подтверждающих факт целевого
использования кредитных средств в соответствии с одним из
условий кредитного договора. Кроме того, судом учтена
представленная истцом выписка из расчетного счета,
принадлежащая НПП "Возрождение": зачисление средств в
сумме 128 700 000 рублей по указанному счету не производилось.
При возложении ответственности на страховщика суд исходил из действительности полиса и вступивших в силу с учетом
125
перечисления страховой премии страховщику Общих условий
страхования риска невозврата кредита, согласно которым
страховщик принял на себя обязательства при наступлении
страхового события произвести выплату страхового возмещения
страхователю (Мытищинский КБ, филиал № 1) в течение 48
часов, а также штрафа в размере одного процента от суммы
невыплаченного страхового возмещения.
Ответчик обратился с кассационной жалобой, считая, что
данное решение незаконно и необоснованно. Мотивируя свои
возражения, он сослался на невыполнение обязательств со
стороны страхователя, а именно:
— непринятие необходимых мер в целях предотвра-щения и
уменьшения ущерба при страховом событии (п. 4.4"д" Общих
условий);
— несообщение по запросам страховщика сведений,
связанных с судьбой кредитованной суммы (п. 4.4"и" Общих
условий);
— нарушение целевого использования кредита.
Таким образом, ответчик, обвинив страхователя в одностороннем отказе от исполнения обязательств, указал на то, что
условиями договора страхования могут предусматриваться
другие основания для отказа в страховой выплате, что не
противоречит законодательству. Ответчик сослался также на
недоказанность самого факта наступления страхового события.
В кассационной жалобе ответчик изменил основание отказа в
выплате страхового возмещения, поскольку при рассмотрении
спора в первой инстанции возражения строились в основном со
ссылкой на умышленные действия страхователя, направленные
на наступление страхового случая, в то время как в жалобе
ответчик утверждал, что он имел право отказать в выплате
страхового возмещения на основании п. 1.7"е" Общих условий
страхования в связи с неисполнением страхователем
обязанностей, предусмотренных договором страхования.
Анализ этих обязанностей показывает, что их можно условно
разделить на две группы:
— обязанности информационного характера;
— принятие мер для предотвращения ущерба при страховом
событии.
При оценке данных обстоятельств дела в кассационной
коллегии учитывалось, что первая группа обязанностей со
стороны банка была выполнена, являющегося выгодоприобре126
тателем, следовательно, ответчик имел сведения обо всех
интересующих его обстоятельствах. Что же касается второй
группы обязанностей, касающихся принятия мер по предотвращению ущерба, то их неисполнение со стороны страхователя
и истца ответчиком не доказано.
Не нашли своего подтверждения ссылки ответчика на нецелевое использование кредита. Не приняты во внимание его
возражения о том, что целевое использование кредита включает в
себя возвратность, поскольку в соответствии с общими
принципами кредитования целевое использование кредита и
возвратность — это два разных принципа. Первый включает
условие о том, как используются денежные средства, полученные
от банка, а второй — каким образом они будут возвращены, то
есть нарушение условий о реализации товара не подтверждает
нецелевое использование кредита.
Проверив законность и обоснованность решения в порядке
ст. 125 АПК РФ 1992 года, коллегия постановила решение по
делу изменить, исходя из следующих обстоятельств дела. АО
"Мытищинский КБ" согласно кредитному договору выдало НПП
"Возрождение" кредит в размере 150 000 000 рублей с целевым
назначением под оплату договора о приобретении товара и
оплату полиса.
Согласно страховому полису страховым обществом
"Медведь" застрахован риск невозврата кредита.
Проверяя доводы по поводу целевого или нецелевого
использования кредита, кассационная коллегия, исследовав
платежные документы, установила факт целевого использования
кредита, подтвердив тем самым выводы суда первой инстанции.
При этом письмо АО "Атлант" о якобы имевшем место возврате
денежных средств ввиду расторжения договора во внимание не
принято в связи с отсутствием платежных документов.
Более того, доводы ответчика о том, что страховщик имеет
право на отказ в выплате страхового возмещения в силу
противоправного
бездействия
страхователя,
лишившего
страховщика возможности осуществлять право проверки
использования кредитных средств, а также отсутствия страхового
события признаны несостоятельными, поскольку заявитель не
представил
доказательств
противоправных
действий
страхователя. Страховым же событием согласно Общим
условиям страхования является невозврат страхователем кредита
127
в течение 20 банковских дней, следующих за днем, оговоренным
в кредитном договоре в качестве даты возврата кредита.
Таким образом, согласно страховому полису страховщик
произвел страхование риска невозврата кредита, а так как
полученный НПП "Возрождение" кредит не был возвращен
страхователем в оговоренные сроки, наступило страховое
событие, при котором СО "Медведь" согласно п. 4.2 Общих
условий страхования обязано произвести выплату застрахованному (истцу) страхового возмещения в течение 48 часов
после его наступления. Если страховое возмещение не выплачено
в установленный срок, страховщик согласно п. 4.2"в" Общих
условий страхования должен выплатить застрахованному штраф
в размере 1 процента от суммы страхового возмещения за
каждый день просрочки, но не более 6 процентов.
При таких обстоятельствах решение о взыскании с СО
"Медведь" суммы страхового возмещения является правомерным, однако вывод суда первой инстанции о взыскании с
ответчика суммы штрафа в размере одного процента от суммы
невыплаченного страхового возмещения за период с 18 июня
1994 года по 5 октября 1994 года на основании п. 1 ст. 17 Закона
о страховании неправомерен, так как указанная ответственность
страховщика в силу п. 1 ст. 4 Закона наступает перед
страхователем,
а
не
перед
выгодоприобретателем.
Ответственность страховщика перед выгодоприобретателем
определена п. 4.2 Общих условий страхования, утвержденных
ответчиком, и не может превышать 6 процентов от суммы
невыплаченного в течение 48 часов после наступления
страхового события страхового возмещения. Следовательно,
удовлетворена была лишь часть искового требования в размере
10 650 000 рублей, составляющая 6 процентов от суммы
невыплаченного страхового возмещения.
Рассматривая иски с участием страховых организаций,
выступающих в качестве ответчика, приходится констатировать,
что практика принятия решений по данным делам идет в
основном по пути освобождения их от ответственности.
О. СВИРИДЕНКО,
судья Московского городского арбитражного суда
128
ПРОБЛЕМА ОТСРОЧЕННЫХ КРЕДИТОВ
Одним из наиболее сложных на практике является вопрос о
включении в себестоимость сумм кредитов и процентов по ним,
срок возврата которых изменен по соглашению сторон, то есть
отсрочен или пролонгирован.
Этот вопрос неоднозначно решается и во взаимоотно-шениях
коммерческих банков с налоговыми инспекциями. Налоговые
инспекции считают, что суммы процентов по отсроченным или
пролонгированным кредитам должны выплачиваться за счет
прибыли, остающейся в распоряжении предприятий после
уплаты всех налогов и других обязательных платежей в бюджет.
Предприятия же полагают, что затраты по уплате процентов по
пролонгированным банковским кредитам нужно относить на
себестоимость продукции.
В соответствии с подп. "т" п. 2 раздела I "Положения о
составе затрат по производству и реализации продукции (работ,
услуг), включаемых в себестоимость продукции (работ, услуг), и
о порядке формирования финансовых результатов, учитываемых
при налогообложении прибыли", утвержденного постановлением
Правительства Российской Федерации от 5 августа 1992 года
№ 552, в себестоимость продукции (работ, услуг) включаются
платежи по кредитам банков в пределах ставки, установленной
законодательст-вом...
Такая ставка установлена постановлением Верховного Совета
Российской Федерации от 10 июля 1992 года "О внесении
изменений в постановление Верховного Совета по вопросам
налогообложения" на уровне учетной ставки ЦБ России,
увеличенной на три пункта.
При этом "Положением о составе затрат…" предусмотрено
отнесение платежей по кредитам сверх ставок на финансовые
результаты, а согласно постановлению Верховного Совета те же
платежи осуществляются за счет прибыли, остающейся в
распоряжении предприятия. В соответствии с Инструкцией ГНС
РФ от 6 марта 1992 года № 4 "О порядке исчисления и уплаты в
бюджет налога на прибыль предприятий и организаций" при
применении этого подпункта следует руководствоваться
постановлением Верховного Совета, то есть расходы по уплате
процентов, превышающих учетную ставку ЦБ России,
129
увеличенную на три пункта, следует производить из прибыли,
остающейся в распоряжении предприятий после уплаты налогов.
По мнению налоговой инспекции, ранее на себестоимость не
могли быть отнесены проценты по отсроченным или
пролонгированным ссудам. Начиная же с апреля 1994 года
проценты по пролонгированным ссудам стали рассматриваться
как проценты по срочной ссуде на основании письма
Госналогслужбы Российской Федерации от 14 апреля 1994 года,
что означает включение указанных процентов по отсроченным
(пролонгированным) кредитам в состав затрат, относимых на
себестоимость.
Начисление процентов по выданному, но невозвращенному
кредиту производится в сроки и порядке, предусмотренные
кредитным договором. При погашении просроченных ссуд из
прибыли уплачиваются проценты за весь срок их погашения, а не
только за период, когда ссуда стала считаться просроченной.
Таким
образом,
из
чистой
прибыли
уплачиваются
невыплаченные проценты за пользование заемными средствами
до срока возврата кредита и проценты, начисленные по
истечении этого срока. Если предприятие в установленном
порядке заключает с банком дополнительное соглашение или
вносит в ранее заключенный кредитный договор изменения,
касающиеся продления срока его действия, вследствие чего
устанавливаются иные сроки возврата выданных кредитов, такие
ссуды не будут рассматриваться в качестве просроченных и,
следовательно, расходы по уплате процентов за пользование
банковскими кредитами следует включать в состав затрат в
пределах ставки Центрального банка России.
В соответствии с п. 27 раздела II Положения об особенностях
определения налогооблагаемой базы для уплаты налога на
прибыль банками и другими кредитными учреждениями,
утвержденного постановлением Правительства РФ от 16 мая
1994 года № 490, к расходам, включаемым в себестоимость
оказываемых банками услуг, и иным расходам, учитываемым при
расчете налогооблагаемой базы для уплаты налога на прибыль,
относятся начисленные и уплаченные проценты по отсроченным
(пролонгированным) в установленном порядке межбанковским
кредитам, а также по кредитам, отсроченным по решению
Правительства Российской Федерации. Расходы, включаемые в
себестоимость (в состав расходов, учитываемых при расчете
налогооблагаемой базы налога на прибыль) ограничиваются
130
ставкой Центрального банка Российской Федерации по
централизованным кредитным ресурсам, увеличенной на три
пункта.
На основании п. 74 раздела IV данного Положения проценты,
уплаченные по просроченным межбанковским кредитам,
включая централизованные кредиты и овердрафт, не подлежат
отнесению к расходам, включаемым в себестоимость
оказываемых банками услуг, и иным расходам, учитываемым при
расчете налогооблагаемой базы для уплаты налога на прибыль.
Кредитные отношения возникают как между банком и
хозяйствующим субъектом, так и между юридическим лицом и
иной небанковской кредитной организацией, имеющей право
осуществлять отдельные банковские операции, предусмотренные
Федеральным законом от 3 февраля 1996 года "О внесении
изменений и дополнений в Закон РСФСР "О банках и банковской
деятельности в РСФСР".
Указанные небанковские кредитные организации не входят в
состав банковской системы Российской Федерации согласно ст. 2
названного Федерального закона.
Но между тем налоговые инспекции различают ситуации,
когда кредит берется хозяйствующим субъектом в банке или в
ином кредитном учреждении.
В письме от 7 июня 1993 года № 11-08/3862 "О платежах по
кредитам банков" Госналогинспекция по г. Москве дала
разъяснение, согласно которому платежи за пользование
кредитами, выдаваемыми иными кредитными учреждениями, а
также предприятиями и организациями, не имеющими лицензии
на право осуществления отдельных банков-ских операций
(включая проценты за пользование временно свободными
денежными средствами: займы, временная финансовая помощь и
др.), подлежат отнесению на прибыль, остающуюся в
распоряжении предприятия, то есть указанные платежи не могут
включаться в состав затрат, относимых на себестоимость
продукции.
Своим письмом от 6 апреля 1994 года Правительство РФ
подтвердило свое согласие на необходимость внесения изменений в подп. "т" п. 2 раздела I "Положения о составе затрат…
" от 5 августа 1992 года № 552 в части отнесения на
себестоимость продукции отсроченных банковских кредитов.
Данные изменения действуют с момента его утверждения.
Задолженность по кредиту, оформленному пролонгированным
131
двусторонним кредитным договором, должна рассматриваться
как срочная. Изменение ранее определенного срока погашения
кредита допускается в случае, если кредитным договором была
предусмотрена такая возможность по внесению изменений и при
наступлении первоначально установленного срока возврата
кредита
договор
пролонгируется
или
заключается
дополнительное соглашение к основному кредитному договору.
При этом задолженность по такому кредиту следует
рассматривать как срочную.
Наличие срочной и просроченной задолженности по кредитам
банка у конкретного заемщика определяется по данным
бухгалтерского учета банка. В соответствии с действующими
правилами в банковском аналитическом учете срочные и
просроченные кредиты учитываются на отдельных лицевых
счетах заемщика. Таким образом, понятие отсроченного кредита
на уровне взаимоотношений коммерческих банков и
предприятий утратило свое содержание, и задолженность по
кредиту, оформленному пролонгированным двусторонним
кредитным договором, следует рассматривать как срочную.
Данный вывод нашел свое отражение в письме Минфина РФ от 1
ноября 1993 года № 16-22-149.
Согласно п. 11 совместного письма Госналогслужбы РФ от 23
сентября 1994 года № НЛ-6-01/362 и Минфина РФ от 21 сентября
1994 года № 130 "О порядке применения отдельных пунктов
Положения "Об особенностях определения налогооблагаемой
базы для уплаты налога на прибыль банками и другими
кредитными учреждениями", утвержденного постановлением
Правительства РФ от 16 мая 1994 года № 490, вновь
устанавливаемая ставка по кредитам Центрального банка России
коммерческим банкам распространяется только на вновь
заключаемые и пролонгируемые договоры. Начисленные и
уплаченные проценты по ранее заключенным договорам
уменьшают налогооблагаемую базу по налогу на прибыль на
ставку Центробанка России, действовавшую на момент их
заключения, увеличенную на три пункта, кроме случаев, если в
кредитном договоре предусмотрена запись: "с изменением
учетной ставки Центрального банка России меняется процентная
ставка по настоящему кредитному договору".
Начисленные и уплаченные проценты по просроченным
ссудам не уменьшают налогооблагаемую базу. Таким образом,
платежи по процентам за кредит банка в пределах учетной ставки
132
Центробанка России, увеличенной на три пункта, относятся на
себестоимость продукции (работ, услуг) предприятия.
Проценты, уплаченные по кредитам в пределах ставки
Центробанка России, увеличенной на три пункта, принимаются в
расходы по каждому кредитному договору в отдельности (п. 12
совместного письма Госналогслужбы и Минфина РФ). Если
расходы по уплате процентов превышают этот предел, они
осуществляются за счет прибыли, остающейся в распоряжении
предприятия.
В своем письме от 11 февраля 1994 года № 08-04/42
Госналогслужба Российской Федерации отождествляет понятия
"отсрочки исполнения обязательства по кредитному договору" и
"пролонгации".
С 1 апреля 1994 года проценты по отсроченным (пролонгированным) кредитам рассматриваются как проценты по
срочной ссуде с отнесением их на себестоимость продукции
(работ, услуг) (письмо Госналогслужбы Россий-ской Федерации
от 14 апреля 1994 года № ВП-6-01/135).
До 1 апреля 1994 года предприятия относили проценты по
пролонгированным кредитам банков на затраты производства
(издержки обращения) по каждому отчетному периоду (месяц,
квартал, год) в размере соответствующей ставки Центробанка
России, увеличенной на три пункта, но из-за отсутствия
соответствующих правовых положений в действующем
законодательстве не могли ссылаться на нормативные акты при
осуществлении
бухгалтерской
отчетности
об
остатках
задолженности по срочным банковским кредитам или
коммерческим.
Указанный пробел в действующем законодательстве давал
налоговым инспекциям на местах основания при осуществлении
документальных проверок юридических лиц усматривать
занижение прибыли за счет отнесения банковского процента по
пролонгированным кредитным договорам в состав затрат
предприятия и взыскивать штрафные санкции с них по п. 1 ст. 13
Закона РФ от 27 декабря 1991 года "Об основах налоговой
системы в Российской Федерации".
Проанализируем конкретное дело, которое было предметом
рассмотрения в Высшем Арбитражном Суде Российской
Федерации.
Ростовский областной арбитражный суд частично удовлетворил исковые требования товарищества с ограниченной
133
ответственностью "Дон-Авто" о признании недействительным
решения Государственной налоговой инспекции по Киров-скому
району г. Ростова-на-Дону, в том числе в части занижения
прибыли предприятия.
Постановлением кассационной коллегии решение арбитражного суда оставлено без изменений.
В заявлении о принесении протеста налоговая инспекция
ссылалась на несоответствие принятого решения и постановления действующим нормативным актам.
Надзорная коллегия Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в ходе судебного разбирательства установила
следующее.
Налоговой инспекцией в ходе проверки товарищества за
период с апреля 1993 года по 1 января 1994 года было выявлено
занижение прибыли за счет включения платежей по банковским
процентам за пользование кредитом, относящимся к
пролонгированным кредитным договорам, в состав затрат и
применены штрафные санкции в виде взыскания недоимки по
налогу на прибыль, штрафа в этом же размере и пени за
просрочку платежа на основании п. 1 ст. 13 Закона "Об основах
налоговой системы в Российской Федерации".
Надзорная коллегия поддержала решение и постановление
арбитражного суда, руководствуясь подп. "т" п. 2 раздела I
"Положения о составе затрат...", письмом Правительства РФ от 6
апреля 1994 года и письмом Минфина Российской Федерации от
1 ноября 1993 года № 16-22-149, о которых мы подробно
говорили ранее.
К отсроченным (пролонгированным) кредитам относятся
ссуды (кредиты), сроки возврата которых продлены или перенесены на более длительный срок или пересмотрены по
соглашению сторон договора. Согласно п. 1 заключения
аудиторской проверки все кредитные договоры за 1993 год
предприятием своевременно пролонгированы дополнительными
соглашениями с банком-кредитором (процентная ставка не
повышалась и составляла 83 процента) или полученный кредит
был погашен вновь взятым кредитом. По данным бухгалтерского
учета банка-кредитора все пролонгированные ссуды предприятия
являются срочными.
Письмом от 22 августа 1994 года № 13-1-2/1173 Центральный
банк России разъяснил, что проценты по пролонгированным
134
кредитам рассматриваются как проценты по срочной ссуде с
отнесением их на себестоимость продукции (работ, услуг).
Правильность выводов арбитражного суда и кассационной
коллегии по включению процентов по пролонгированным
кредитным договорам, сроки погашения которых перенесены по
соглашению сторон, в состав издержек производства и
обращения подтверждается, по моему мнению, и письмом
Государственной налоговой инспекции по г. Мос-кве от 12
октября 1993 года № 11-08/7226.
Согласно этому письму платежи по кредитам банков следует
рассматривать как проценты по просроченным ссудам только в
случаях, когда они производятся по окончании срока действия
кредитного договора за пользование заемными средствами по
истечении периода, на который получена ссуда. Указанные
платежи рассматриваются как проценты по отсроченным ссудам
при наличии предоставленной банком отсрочки погашения
выданной ссуды, оформленной в виде отдельного соглашения
между предприятием и банком о предоставлении отсрочки
выплаты ссуды.
Данные соглашения об изменении условий ранее заключенных кредитных договоров, продлевающие срок действия этих
договоров и устанавливающие иные сроки погашения выданных
кредитов, не следует рассматривать как перевод таких ссуд в
категорию просроченных или отсроченных. В этих условиях
расходы по уплате процентов за пользование банковскими
кредитами включаются в состав издержек производства и
обращения. В аналогичном порядке производится отнесение
расходов, производимых банками по уплате процентов за
пользование межбанковскими кредитами, на уменьшение
налогооблагаемой базы.
Аналогичные решения надзорная коллегия Высшего
Арбитражного Суда РФ по проверке в порядке надзора
законности и обоснованности решений арбитражных судов,
вступивших в законную силу, выносила и по другим делам этой
категории споров.
В изменениях и дополнениях, вносимых в "Положение о
составе затрат по производству и реализации продукции (работ,
услуг), включаемых в себестоимость продукции (работ, услуг), и
о порядке формирования финансовых результатов, учитываемых
при налогообложении прибыли", утвержденных постановлением
Правительства Российской Федерации от 1 июля 1995 года
135
№ 661, в подп. "с" п. 2 указанный пробел в действующем
законодательстве был восполнен. Согласно этому пункту затраты
на оплату процентов по полученным кредитам банков
включаются в себестоимость продукции (работ, услуг).
Для целей налогообложения затраты... по оплате процентов
банков принимаются в пределах учетной ставки Центрального
банка Российской Федерации, увеличенной на три пункта (по
ссудам, полученным в рублях), или ставки ЛИБОР (LIВOR),
увеличенной на три пункта (по ссудам, полученным в
иностранной валюте).
При этом вновь устанавливаемая ставка по кредитам
Центрального банка Российской Федерации коммерческим
банкам распространяется на вновь заключаемые и пролонгируемые договоры, а также на ранее заключенные договоры, в
которых предусмотрено изменение процентной ставки.
И. ГУСЕВА
136
Ìåæäóíàðîäíàÿ ïàíîðàìà
ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА
НЕИСПОЛНЕНИЕ ДОГОВОРНЫХ
ОБЯЗАТЕЛЬСТВ В ПРАВЕ АНГЛИИ
И США
Договорная ответственность в праве Англии и США представляет большой интерес для российских предпринимателей,
вступающих в торговые отношения с партнерами из этих стран,
в особенности при заключении внешнеторговых контрактов и
разрешении споров, когда подлежит применению англоамериканское право. Совместное рассмотрение этих двух стран
объясняется тем, что они имеют одинаковую правовую систему,
именуемую англо-саксонской системой права, главную роль в
которой играет судебная практика. В этих странах действуют
фактически одни и те же правовые принципы, институты. И
ответственность за неисполнение обязательств по договорам
регулируется в них почти одинаково. В то же время ее
регулирование коренным образом отличается от права стран
континентальной Европы — романо-германской системы права,
на которой базируется и гражданское право России. Эти факторы
вызывают особый интерес к исследованию того, как устроена
договорная ответственность в англо-американском праве.
Общая характеристика ответственности за
нарушение договорных обязательств
При неисполнении или ненадлежащем исполнении дого-ворных обязательств одной стороной другая сторона имеет право на
исковую защиту своих прав с помощью предусмотренных для
этого средств правовой защиты (remedies). Для неисправной
стороны наступают неблагоприятные последствия. Они
выражаются в принуждении должника исполнить обязательство в
натуре или уплатить денежную компенсацию.
137
Право стран континентальной Европы предусматривает в
качестве основного принципа ответственности по договорам
исполнение в натуре. В основе этого лежит заложенный еще
римским правом принцип "договоры должны соблюдаться" (pacta
sunt servanda). Денежная компенсация присуждается, как
правило, если обязательство невозможно исполнить в натуре, и в
строго ограниченных случаях.
Не отрицая принципа необходимости соблюдения взятых на
себя обязательств, право Англии и США исходит из диаметрально противоположного принципа. Основное, на что может
претендовать кредитор в случае нарушения договорного
обязательства должником, — возмещение причиненных ему
вследствие неисполнения договора убытков путем денежной
компенсации. Исполнение в натуре применяется, когда денежная
компенсация не может удовлетворить интересы кредитора.
Такая концепция объясняется своеобразием всего договорного права этих стран.
Договорная ответственность в англо-американском праве
преследует цель компенсации, а не наказания. Она представляет
собой гарантию возмещения убытков (damages), причиненных
неисполнением обязательства. Должник гарантирует не реальное
исполнение договора, а лишь поступление в имущество
кредитора определенной денежной суммы. Таким образом, цель
договорной
ответственности
здесь
можно
определить
следующим образом: поставить потерпевшую сторону в
положение, в котором она была бы в случае исполнения договора
контрагентом.
Решение об исполнении договорного обязательства в натуре в
зависимости от содержания нарушенной должником обязанности
может быть вынесено в двух формах:
1) собственно исполнение в натуре (specific performance), то
есть принуждение должника к совершению каких-либо действий;
2) запретительный приказ (injunction), то есть запрещение
должнику совершать какие-либо действия, нарушающие его
обязательство по договору.
Денежная компенсация и сейчас остается нормальным и
предпочтительным средством исполнения обязательств. А
исполнение в натуре рассматривается как исключительное
средство, применяемое по усмотрению суда в случаях, когда он
считает денежную компенсацию неадекватным средством. Кроме
138
того, при некоторых обстоятельствах за потерпевшей стороной
может быть признано право на расторжение договора 1 .
Условия предоставления
и средства правовой защиты
Условия предоставления правовой защиты. Сторона, которая
просит суд предоставить ей то или иное средство защиты,
должна доказать, что: был заключен договор; он был нарушен; в
результате нарушения договора эта сторона потерпела ущерб;
она имеет право на то средство защиты, которое просит.
На что же реально может претендовать потерпевшая сторона?
Как будут защищаться ее права?
Возмещение убытков. Денежная компенсация причиненных
неисполнением убытков — основное средство защиты прав
кредитора. Кредитор не должен материально пострадать
вследствие нарушения должником договорных обязательств.
Денежное возмещение убытков должником имеет целью поставить кредитора в такое положение, как если бы договор был
надлежаще исполнен.
Рассмотрим, что представляют собой убытки, их содержание
и виды, а также вопросы, связанные с их возмещением.
Обязанность возместить убытки, причиненные неисполнением, представляет собой возложение на неисправную сторону
как бы нового обязательства взамен неисполненного или в
дополнение к ненадлежаще исполненному обязательству. Отсюда
следует, что возмещение должно быть наиболее полным. В
состав убытков обычно входят два компонента: положительный
ущерб, то есть те реальные затраты и потери, которые понес
кредитор из-за несоблюдения его контр-агентом своих
обязательств, упущенная выгода, то есть те доходы, которые
кредитор мог бы получить при надлежащем исполнении договора
другой стороной (п. 2 ст. 2-708 Единообразного торгового
кодекса (ЕТК) США).
Убытки в зависимости от характера нарушения обязательства
делятся на компенсаторные и мораторные. Компенсаторные
убытки взыскиваются за неисполнение обязательства и заменяют
исполнение. Поэтому нельзя требовать одновременно уплаты
1 Ñì.: Õàëôèíà Ð. Î. Äîãîâîð â àíãëèéñêîì ãðàæäàíñêîì ïðàâå. —
Ì., 1959; Ëàñê Ã. Ãðàæäàíñêîå ïðàâî ÑØÀ. — Ì., 1961; Ãðàæäàíñêîå è
òîðãîâîå ïðàâî êàïèòàëèñòè÷åñêèõ ãîñóäàðñòâ / Ïîä ðåä. Å. À. Âàñèëüåâà.
— Ì., 1993.
139
компенсаторных убытков и исполнения обязательства.
Мораторные убытки взыскиваются за просрочку исполнения.
По характеру причинной связи между нарушением обязательства и наступившими убытками последние делятся на
прямые, то есть явившиеся прямым и непосредственным следствием неисполнения договора, и косвенные — не являющиеся
таковыми. По праву Англии и США, равно как и по всем
правовым системам, возмещению подлежат лишь прямые
убытки. Косвенные убытки возмещению не подлежат даже в тех
случаях, когда должник умышленно нарушил обязательство. В
этих странах они известны под названием "отда-ленные убытки"
(remote damages) и по отношению к ним применяется правило,
сформулированное в решении по делу Hadley v. Baxendale (1854
г.): "Когда две стороны заключают договор, оказавшийся
нарушенным одной из них, убытки, которые другая сторона
может требовать вследствие нарушения договора, должны быть
такими, какие можно справедливо и разумно предполагать в
момент совершения договора как вероятный результат его
нарушения" 2 .
По способу исчисления в торговле принято деление убытков
на конкретные и абстрактные. Конкретные убытки — это те
действительные убытки (могут выражаться как в положительном
ущербе, так и в упущенной выгоде), которые одна из сторон
понесла в результате нарушения договора контрагентом. Как уже
отмечалось, бремя доказывания наличия таких убытков несет
кредитор. Поскольку это иногда связано с достаточно
серьезными затруднениями и требует определенного времени и
дополнительных затрат, в торговле (главным образом для
договоров купли-продажи) применяется и другой, более простой
способ исчисления убытков, когда товар, являющийся предметом
договора, имеет биржевую (рыночную) цену.
В этом случае потерпевшая сторона (как покупатель, так и
продавец) при нарушении контрагентом своих обязательств
всегда имеет право взыскать с него разницу между договорной и
рыночной ценой (абстрактные убытки) (ст. 50, 51 английского
закона о продаже товаров (Sale of Goods Act); п. 1 ст. 2-708 и
ст. 2-713 ЕТК США). В большинстве стран исчисление разницы
между договорной и рыночной ценой производится на момент,
когда в соответствии с договором должно было произойти
2 Öèò. ïî: Àíñîí Â. Äîãîâîðíîå ïðàâî. — Ì., 1984, ñ. 347.
140
надлежащее исполнение. И лишь ЕТК США вопреки этому
общему правилу устанавливает, что таким моментом является
момент нарушения договора, а для покупателя — момент, когда
он узнал о нарушении.
Ущерб в гражданском праве подразделяется на материальный
и нематериальный (моральный). Обычно при нарушении
договора возмещается только материальный ущерб. Возмещение
морального ущерба, как правило, возможно лишь в
обязательствах из причинения вреда (деликтных обязательствах).
Но из этого правила есть исключения: допускается возмещение
морального ущерба, когда нарушение договора повлекло
телесные повреждения истца или нанесло вред его здоровью.
Есть тенденция присуждать моральный ущерб по договорам,
связанным с оказанием услуг. Кроме того, когда нарушение
договора нанесло ущерб деловой репутации кредитора, помимо
материального возмещается и моральный ущерб, что
практически означает компенсацию материального ущерба,
связанного с утратой деловой репутации.
Помимо общих правил об убытках, подлежащих возмещению, имеются специальные правила применительно к возмещению убытков по отдельным договорам.
Принцип полной компенсации одновременно предполагает и
то, что размер взыскиваемых убытков ограничен, так как нельзя
требовать больше, чем было потеряно в результате
неисполнения. И для взыскания убытков истец должен с разумной определенностью доказать, что он потерпел ущерб и что
этот ущерб — непосредственный результат нарушения договора.
И если в праве континентальной Европы денежная компенсация
присуждается только при наличии такого ущерба, в англоамериканском праве при отсутствии такого ущерба или если в
отношении того, причинен ли он, имеются лишь догадки, истец
вправе претендовать на возмещение номинальных убытков
(nominal damages). Должник в этом случае присуждается к уплате
чисто номинальной суммы (обычно 1 доллар в США, 2 ф. ст. в
Англии).
Английские и американские суды проводят различие между
неопределенностью наличия ущерба и неопределенностью
размера ущерба. И если факт наличия ущерба, являющегося
непосредственным результатом нарушения договора, должен
доказать истец, на него не возлагается обязанность с той же
степенью определенности доказать размер ущерба. Вопрос о
141
подлежащей присуждению сумме разрешается судом. В основном эта сумма определяется на основе представленных суду
доказательств.
Определение суммы, подлежащей взысканию, нередко вызывает большие сложности для суда, в результате чего имеют место
длительные тяжбы и большие судебные расходы. Поэтому
сложилась практика определять уже в самих договорах размер
возможных убытков, то есть заранее оговаривать сумму,
подлежащую уплате в случае нарушения договора. Такая сумма
называется оцененными убытками (liquidated damages). Когда она
указана в договоре, это значительно упрощает разрешение дела.
Однако при этом следует иметь в виду следующее. Так как
договорная ответственность в этих странах носит компенсационный характер, а не характер наказания, за неисполнение
договора не могут присуждаться штрафные убытки (vindictive
damages). Поэтому при решении вопроса о сумме присуждаемых
убытков суд в каждом случае будет проверять, является ли сумма
оцененных
убытков
подлинной
попыткой
вычислить
действительно понесенный ущерб или налицо стремление
ограничить его определенной суммой ниже размера этого
ущерба. Если суд придет к выводу, что стороны в момент
заключения договора ставили именно эту задачу, он
удовлетворит иск в размере оговоренной суммы и не позволит
сторонам представлять доказательства, показывающие сумму
действительных убытков (actual damages), хотя бы в
действительности их размер был иным или они могли вообще
отсутствовать. Но следует оговориться, что в США в последнем
случае суды отказывают в присуждении оговоренной суммы, то
есть принимается во внимание и ситуация, сложившаяся в
момент нарушения договора.
Если же суд решит, что оговоренная сумма имеет целью наказание для виновной стороны, это будет квалифицироваться как
штраф и суд, естественно, не удовлетворит иск в размере этой
суммы. Истец в данном случае должен будет в обычном порядке
доказывать размер действительно понесенных убытков. Это
правило считается нормой и англий-ской, и американской
судебной практики. Но в США, кроме того, подобный подход
получил законодательное закрепление в ст. 2-718 ЕТК, согласно
которой убытки, определенные в соглашении, могут быть
взысканы, "однако лишь в размере, который можно считать
142
разумным в связи с предполагаемым или действительным
ущербом, причиненным нарушением договора".
Кроме того, англо-американское право возлагает на потерпевшую сторону обязанность уменьшить убытки в той мере, в
какой это возможно. И при решении вопроса о присуждении
суммы предпринятые потерпевшей стороной действия по
уменьшению размера ущерба обязательно будут учитываться.
Например, если покупатель по договору купли-продажи
отказывается принять и оплатить товар, продавец должен
попытаться продать его другому лицу, и, если продажа
состоялась по цене ниже первоначальной, он вправе возбудить
иск против первоначального покупателя с целью взыскания с
последнего разницы в цене. От истца можно даже требовать,
чтобы он принял от ответчика разумное предложение, которое
полностью или частично возмещает его ущерб, однако он не
обязан принимать предложение ответчика о перепродаже
имущества, которое он доставил и в отношении которого возник
ущерб.
Справедливое вознаграждение. Договорно-правовая доктрина
Англии и США подразделяет условия договора на существенные
(conditions) и простые (warranties). Их отличие состоит в том, что
нарушение существенного условия дает кредитору право на
предъявление иска о расторжении договора, в то время как
нарушение простого условия дает кредитору право на
предъявление иска только о возмещении убытков.
И если одна из сторон частично исполнила свои обязанности
по договору, а другая сторона виновна в существенном нарушении его, потерпевшая сторона имеет право помимо расторжения договора получить компенсацию за произведенное
исполнение (quantum meruit).
Для возникновения права на данное средство защиты необходимо соблюдение следующих условий:
1. Договор должен быть прекращенным, для чего должно
иметь место нарушение существенных условий, в противном
случае истец вправе потребовать лишь возмещения убытков.
2. Требование о quantum meruit должно быть предъявлено
стороной, не нарушившей договор. Нарушившая сторона, даже
выполнившая определенную часть обязательств, не вправе
требовать quantum meruit за произведенную ею часть работы.
При соблюдении указанных требований потерпевшая сторона
имеет право либо предъявить иск из нарушения договора с целью
143
возмещения убытков, либо расторгнуть договор и предъявить
требование о справедливом вознаграждении за действительно
исполненную работу. При выборе средства защиты истец,
конечно, будет исходить из критерия выгодности. Если
действительная стоимость работы ниже договорной суммы, ему
выгоднее потребовать возмещения убытков, так как в этом
случае он получит сумму, предусмотренную договором, за
вычетом стоимости сэкономленной рабочей силы и материалов, в
то время как quantum meruit позволит ему взыскать лишь
разумную стоимость своей работы. Но бывают и случаи, когда
договорная сумма оказывается ниже действительной стоимости
работы, и тогда выгоднее предъявить требование о quantum
meruit.
Право требовать справедливого вознаграждения возникает не
из договора, как это бывает при возмещении убытков. Это
правомочие, предоставляемое правом вне договора, — правомочие на реституцию. Поэтому его следовало бы рассматривать не как средство защиты при нарушении договора, а как
случайное последствие нарушения договора.
Целью возмещения убытков является поставить потерпевшую
сторону по возможности в то же положение, в котором она
находилась бы в случае исполнения договора другой стороной,
тогда как цель справедливого вознаграждения состоит в ее
компенсации за ту работу, которую она выполнила, то есть в
создании такого положения, как если бы договор не был вообще
заключен. Отсюда следует, что возмещение убытков носит
компенсационный характер, а quantum meruit — реститутивный.
Исполнение в натуре. Принудительное исполнение обязательства в натуре в праве Англии и США — нетрадиционное, исключительное средство правовой защиты. Оно применяется по
усмотрению суда, если денежное возмещение убытков не
полностью компенсирует потерпевшую сторону. Даже если
обязанность исполнения в натуре была прямо предусмотрена
договором, для суда это не имеет значения. Однако оно не
применяется, если имела место вина потерпевшей стороны.
В широком смысле исполнение в натуре понимается как обязанность неисправной стороны выполнить действия, предусмотренные договором (обязанность продавца передать вещь в
собственность покупателя, обязанность покупателя принять и
оплатить вещь по договору купли-продажи, передать или
144
предоставить вещь по иным основаниям, а также обязанность
выполнить определенную работу или оказать услугу).
Но в данном случае здесь рассматривается исполнение в натуре в узком смысле — как средство защиты прав кредитора в
форме specific performance. Эта форма защиты не применяется к
обязательствам сугубо личного характера, о чем подробнее будет
рассказано позже.
Итак, в каких же случаях суд предоставляет защиту в форме
specific performance?
Решение об исполнении в натуре английские и американские
суды выносят в отношении договоров купли-продажи недвижимого имущества (real estate). Что касается движимых
вещей, то подобное решение суды выносят только в отношении
уникальных предметов, которые невозможно приобрести в
другом месте (антиквариат, драгоценности, предметы,
представляющие художественную ценность, и т. п.). Поэтому
денежная компенсация здесь не предоставляет потерпевшей
стороне адекватную компенсацию.
Но развитие экономики, приведшее к монополизации производства ряда товаров и услуг, расширило возможность применения исполнения в натуре, что нашло отражение в законодательстве и судебной практике Англии и особенно США. В
частности, ЕТК США говорит о том, что решение об исполнении
в натуре может быть вынесено и "при других надлежащих
обстоятельствах" (п. 1 ст. 2-116). А официальный комментарий к
кодексу говорит о расширительном толковании уникальности. К
примеру, к числу уникальных могут быть отнесены товары,
которые невозможно приобрести на доступном для покупателя
рынке. Такая концепция в большей степени удовлетворяет
потребности современных участников гражданского и торгового
оборота.
Принудительное исполнение в натуре не допускается, если:
достаточно лишь денежной компенсации; договор безвозмездный; выполнение обязательства носит длительный характер
(правда, из этого правила могут быть исключения); обязательства
вытекают из договора личного найма или оказания услуг;
стороны находятся в неодинаковом положении в отношении
возможности применения к ним такого решения.
Этот перечень, конечно, не исчерпывающий. Возможны и
другие случаи недопустимости исполнения в натуре, которые
могут быть выявлены судами при рассмотрении конкретных дел.
145
Запретительный приказ. Данная форма ответственности, по
существу, является разновидностью исполнения в натуре в
широком смысле, то есть выступает как альтернатива денежной
компенсации. Но она применяется к договорам, связанным с
выполнением работ и оказанием услуг.
В принципе за нарушение такого рода обязательств обычно
присуждается денежная компенсация. Суд не вынесет решение
об исполнении в натуре личных услуг в форме specific
performance, ибо требовать от кого бы то ни было выполнения
работ (оказания услуг), которые для него неприятны, противно
задачам права. Однако в случаях, когда услуги носят уникальный
или необычный характер, суды посредством запретительного
приказа (injunction) запрещают стороне, нарушившей свои
обязательства, оказывать такие услуги другим лицам в течение
срока действия договора.
Например, по имевшему место в Англии делу Lumley
v. Wagner в отношении певицы, отказавшейся выступать в театре
по заключенному договору, суд вынес решение, запретившее ей
выступать по найму где-либо еще в течение срока действия
нарушенного ею договора.
Итак, по договору трудового найма не может быть принято
решение об исполнении в натуре, а может быть вынесен лишь
судебный приказ, запрещающий работнику, отказавшемуся от
договора, заключить договор с другим работодателем в течение
периода действия нарушенного договора. Таким образом, с
помощью негативного решения предоставляется способ защиты,
фактически эквивалентный исполнению в натуре.
Ограничение ответственности и невозможность
исполнения договорных обязательств
Долгое время в англо-американском праве действовал принцип "абсолютной" ответственности по договорам. В отличие от
континентального права основной принцип общего права состоит
в том, что договоры должны исполняться при любых условиях и
независимо от вины должника. Лицо, принявшее на себя
обязательство по договору, не может отказаться от исполнения,
ссылаясь на невозможность этого. Данный принцип был
сформулирован еще в ХVII веке. Его обоснованием было то, что
должник гарантирует не реальное исполнение обязательства, а
лишь поступление в имущество кредитора определенной
денежной суммы, а деньги уплатить всегда можно. Кроме того,
146
эта доктрина "абсо-лютной" ответственности подкреплялась
правилом о том, что в договоре могут быть предусмотрены
условия, освобождающие от исполнения или ограничивающие
ответственность.
К концу XIX века в судебной практике определились ситуации, при наступлении которых кредитор не имел права на
получение удовлетворения, а должник освобождался от исполнения. К таким ситуациям относились гибель предмета
договора — индивидуально-определенной вещи; смерть или
болезнь лица, выполняющего работы или оказывающего услуги;
издание запретительного закона; отпадение цели договора, если
она была известна обеим сторонам.
Так же как и в странах континентальной Европы, после первой мировой войны английские суды начинают освобождать
должника от исполнения договорных обязательств не только при
невозможности, но и при крайней затруднительности
исполнения, используя, по существу, доктрину континентального
права о "неизменности обстоятельств" (clausula rebus sic
stantibus), суть которой состоит в том, что стороны, вступая в
договор, исходят из того, что предпосылкой его осуществления
являются определенные, существующие в данный момент
обстоятельства, при изменении которых стороны могут
отступиться от договора или потребовать изменения его условий.
На основе судебной практики в английском праве сложилась
доктрина "тщетности" договора (frustration), или отпадения его
смысла. А в 1943 году был принят закон о тщетных договорах
(Frustrated Contract Act).
Тщетность — очень широкое и расплывчатое понятие, охватывающее невозможность, крайнюю затруднительность исполнения, а также отпадение цели, даже если это не приводит к
физической невозможности исполнения договора. Критерием
применения
доктрины
тщетности
договора
является
происходящее после его заключения радикальное изменение
обстоятельств, в результате которого исчезает сама основа
договора, так что его исполнение будет фактически означать
исполнение нового договора, совершенно отличного от того,
который стороны заключали первоначально. Простая убыточность исполнения не рассматривается как тщетность.
Приведем наиболее типичные случаи тщетности договора.
1. Невозможность исполнения вследствие гибели конкретного
предмета, необходимого для исполнения.
147
2. Ненаступление определенного события.
3. Исполнение договора личного найма стало невозможным
ввиду смерти или болезни, вызвавшей неспособность должника к
выполнению работы. При этом подразумевается наличие условия
о том, что исполнение обусловлено сохраняющейся
способностью должника исполнять договор.
4. Частые и наиболее важные случаи тщетности возникают в
связи с чартерами или куплей-продажей и перевозкой морем.
Например, в деле Nickoll v. Ashton, Edridge & Co. (1901) товар,
проданный ответчиком истцам, должен был быть отгружен "на
пароходе "Орландо" в течение января". Без вины со стороны
ответчиков судно село на мель и было настолько повреждено, что
не смогло принять груз в январе. Суд решил, что при данных
обстоятельствах
договор
должен
рассматриваться
как
прекращенный.
5. Исполнение договора иногда становится юридически невозможным в результате изменения права или изменения его
применения вследствие появления новых обстоятельств. Изменение права должно быть таким, чтобы поразить основу
соглашения, а не просто частично приостановить или затруднить
его действие.
Общее право исходило из того, что стороны всегда могут
внести в договор условия, исключающие или ограничивающие их
ответственность. Но в торговой практике получили широкое
распространение так называемые проформы договоров
(формуляры), в которые фирмой уже включены все условия
будущего договора, и для того, чтобы они стали договором,
потенциальный контрагент должен лишь согласиться со всеми
этими условиями. В указанные формуляры стали включать
положения, практически исключающие ответственность и
приводящие тем самым к фактической безответственности лица,
нарушившего договор. Это вызвало появление и развитие
доктрины, направленной на ограничение прав включать в
договор условия такого рода. В связи с этим в судебной практике
появилась концепция "основного условия" (fundamental term),
нарушение
которого
приводило
к
недействительности
соответствующих оговорок, исключающих ответственность.
Впоследствии эта теория трансформировалась в концепцию
"основного нарушения договора" (fundamental breach), от
ответственности за которое должник не может быть освобожден.
Этой проблеме посвящены и некоторые нормативные акты,
148
принятые в Великобритании в последние годы, в частности закон
о несправедливых условиях договора 1977 года.
Доктрина и практика США в целом следуют праву Англии. В
США было введено понятие "неосуществимости" (impractibility).
Неосуществимость согласно ст. 2-615 ЕТК понимается как
основание освобождения сторон от договорных обязательств,
если наступили какие-либо обстоятельства, ненаступление
которых было основной предпосылкой заключения договора.
Частным случаем неосуществимости является юридическая
невозможность исполнения.
Но доктрине и судебной практике США также известно понятие тщетности договора. Оно используется в более узком
смысле — лишь как отпадение цели, ради которой он заключался, независимо от того, сохранилась ли при этом возможность
исполнения договора или нет.
В континентальном праве последствием признания договора
прекратившимся в силу невозможности или крайней затруднительности исполнения всегда была реституция, то есть
возвращение сторон в положение, в котором они находились до
заключения договора.
В английском праве вплоть до второй мировой войны господствовал иной принцип: так как договор прекращался только
на будущее время начиная с момента, когда возникли
обстоятельства, приведшие к признанию договора тщетным,
следовательно, все, что было сделано до этого, совершалось для
исполнения действующего договора и возврату не подлежало. Но
ситуация изменилась в 1943 году в связи с одним из решений
Палаты лордов, а затем принятием закона о тщетных договорах,
когда в качестве последствия признания договора тщетным была,
по существу, установлена реституция.
Судебная практика США действует на этих же принципах.
Вот те особенности, которые следует учитывать участникам
гражданского и торгового оборота, которым приходится или в
будущем придется вступать в отношения, регулируемые англоамериканским правом.
А. ГРИБАНОВ
149
Êîíñóëüòàöèÿ
ПРАВИЛА ВОЗМЕЩЕНИЯ ВРЕДА,
ПРИЧИНЕННОГО ПРИ ИСПОЛНЕНИИ
ТРУДОВЫХ ОБЯЗАННОСТЕЙ *
Кроме выплат в возмещение заработка, дополнительных видов
возмещения и единовременного пособия работодатель обязан
возместить потерпевшему также и моральный вред.
Впервые возможность возмещения морального вреда в
материальном виде (в денежном выражении) была установлена
Законом СССР от 12 июня 1990 года "О печати и других
средствах массовой информации".
В последующие годы право требовать возмещения морального вреда было предусмотрено рядом нормативных актов.
Здесь в первую очередь следует отметить Основы гражданского
законодательства Союза ССР и республик.
В Основах гражданского законодательства одним из
обязательных оснований ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Это имело отношение и к случаям причинения вреда источником повышенной
опасности, владелец которого возмещает имущественный вред,
как известно, без вины, кроме случаев, когда вред возник
вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего
(ст. 128 Основ гражданского законодательства). Поэтому при
рассмотрении дела о возмещении вреда, причиненного
гражданину источником повышенной опасности (например, в
результате наезда автомобиля), его требование о возмещении
вреда, причиненного повреждением здоровья и имущества,
подлежало удовлетворению независимо от того, виновен либо
нет владелец источника повышенной опасности или лицо,
осуществляющее его эксплуатацию (например, водитель
автомобиля), в причинении вреда, кроме его причинения
* Ïðîäîëæåíèå. Íà÷àëî ñì. â ¹¹ 5, 6 çà 1996 ã.
150
вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Однако требование о возмещении морального вреда в такой
ситуации может быть удовлетворено лишь при наличии вины
причинителя вреда.
Из этого правила было одно исключение. В ст. 8 Правил
возмещения вреда от 24 декабря 1992 года указано, что одним из
видов возмещения вреда является возмещение морального вреда.
В отличие от ст. 131 Основ гражданского законодательства
Правила не содержат указания на то, что моральный вред,
причиненный работодателем работнику в связи с исполнением
последним трудовых обязанностей, возмещается по принципу
вины. Об ответственности работодателя лишь за виновное
причинение вреда здоровью работника говорится в ч. 2 ст. 3
Правил, однако это, как там указано, не относится к случаям
причинения вреда здоровью работника источником повышенной
опасности. Согласно ч. 1 ст. 3 Правил в этих случаях
работодатель обязан возместить вред в полном объеме (а значит,
и моральный вред, предусмотренный ст. 8 Правил) независимо от
вины, если не докажет, что вред возник вследствие
непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Таким образом, в отношениях по возмещению морального
вреда, причиненного повреждением здоровья действием
источника повышенной опасности, Правила создают работникам
предприятий преимущества перед другими гражданами,
получившими увечье или иные повреждения здоровья не в связи
с трудовыми отношениями. По Правилам моральный вред
возмещается независимо от вины причинителя — владельца
источника повышенной опасности.
В настоящее время, как уже было сказано, Основы
гражданского законодательства Союза ССР и республик (раздел
III "Обязательственное право") на территории Российской
Федерации не применяется. Согласно ст. 1100 ГК РФ
компенсация морального вреда осуществляется независимо от
вины причинителя вреда, если вред причинен жизни или
здоровью гражданина источником повышенной опасности, то
есть так же, как этот вопрос решен в Правилах от 24 декабря
1992 года.
Нормы о возмещении морального вреда — это установление
нового
вида
гражданско-правовой
ответственности
за
совершенное причинителем вреда деяние, а ответственность за
противоправное деяние по общему принципу определяется
151
законом, действующим во время совершения этого деяния; закон,
усиливающий ответственность (в данных отношениях —
устанавливающий дополнительную обязанность причинителя
вреда возместить моральный вред), обратной силы иметь не
может.
Исходя из этого, Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 28 апреля 1994 года № 3 разъяснил: "Мораль-ный
вред, причиненный гражданину, подлежит возмещению, если
несчастный случай имел место после 3 августа 1992 года,
поскольку до введения в действие Основ гражданского
законодательства Союза ССР и республик указанный вид
имущественной ответственности для случаев причинения вреда
здоровью законом не был предусмотрен" (п. 35).
Однако здесь хотелось бы обратить внимание и на п. 6
постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994
года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о
компенсации морального вреда" 1 . В этом постановлении наряду
со сказанным выше отмечено, что, если противоправные
действия (бездействие) ответчика, причиняющие истцу
нравственные или физические страдания, начались до вступления
в силу Закона, установившего ответственность за причинение
морального вреда, и продолжаются после введения Закона в
действие, моральный вред в указанном случае подлежит
компенсации. Иными словами, если причина, вызвавшая
моральный вред, не устранена до введения Закона в действие, со
дня его введения у истца возникает право на возмещение вреда.
Уже отмечалось, что Правила от 24 декабря 1992 года
допускают взыскание морального вреда и в случаях отсутствия
вины работодателя (источник повышенной опасности). Здесь
следует иметь в виду, что эта норма может применяться только
после 1 декабря 1992 года (день введения в действие Правил).
Если же вред явился результатом виновных действий,
применяется общий порядок. При определении размера
компенсации морального вреда должны учитываться требования
разумности и справедливости. Характер физических и
нравственных страданий оценивается судом с учетом
фактических обстоятельств, при которых был причинен
моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
1 Áþëëåòåíü Âåðõîâíîãî Ñóäà ÐÔ, 1995, ¹ 3.
152
Правила не содержат указаний на размеры и определенные
формы возмещения морального вреда. Данный вопрос решается
по согласованию между работодателем и потерпевшим, а при
недостижении соглашения — судом.
При этом следует учитывать степень физических и нравственных страданий потерпевшего, его личность, обстоятельства
несчастного случая, материальное и семейное положение,
насущные нужды и т. д.
В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20
декабря 1994 года № 10 указывается, что степень нравственных
или физических страданий оценивается судом с учетом
фактических обстоятельств причинения морального вреда,
индивидуальных особенностей потерпевшего и других
конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести
перенесенных им страданий.
По Правилам формы возмещения могут быть самыми
различными: выплата определенной денежной суммы, улучшение
жилищных условий, ремонт квартиры (дома), приобретение
ценных вещей (телевизора, холодильника и др.), приобретение
комплектов зимней и летней одежды и обуви, принятие на себя
расходов по содержанию детей в детских учреждениях, их
отдыху, обучению в учебных заведениях и т. п.
Однако следует иметь в виду разъяснение Пленума Верховного Суда Российской Федерации: при рассмотрении
требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что по правоотношениям,
возникшим после 3 августа 1992 года, компенсация определяется
судом в денежной или иной материальной форме, а по
правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 года (то есть
после введения в действие части первой ГК РФ), только в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению
имущественного вреда (п. 8 постановления Пленума Верховного
Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10).
Статья 151 и п. 1 ст. 1101 ГК РФ устанавливают, что
компенсация морального вреда осуществляется в денежной
форме.
По мнению автора, эти указания ГК РФ и Пленума Верховного Суда РФ при применении Правил не исключают
возможности соглашения сторон об иной (не денежной) форме
возмещения морального вреда.
153
IV. Возмещение вреда
смертью кормильца
в связи со
Статья 26 Правил в редакции 1992 года предусматривала, что
право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные граждане,
состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его
смерти право на получение от него содержания, ребенок
умершего, родившийся после его смерти, а также один из
родителей, супруг или другой член семьи, если он не работает и
занят уходом за детьми, братьями, сестрами или внуками
умершего, не достигшими 14 лет.
Иждивенство детей предполагается и не требует доказательств.
В связи с Законом от 24 ноября 1995 года ст. 26 Правил
сохранена в старой редакции с одним дополнением: если один из
родителей, супруг или другой член семьи занят уходом за детьми
умершего — инвалидами с детства, право на возмещение
сохраняется до достижения детьми возраста 18 лет.
При применении этой нормы следует учитывать ст. 1088 ГК
РФ, которая допускает реализацию права на уход и за лицами,
достигшими указанного возраста, но "по заключению
медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в
постороннем уходе".
Нетрудоспособными считаются: несовершеннолетние, не
достигшие 18 лет, или граждане старше этого возраста, если они
стали инвалидами до достижения 18 лет; мужчины, достигшие 60
лет, и женщины — 55 лет либо признанные в установленном
порядке инвалидами (группа инвалидности в данном случае
значения не имеет).
Нетрудоспособные иждивенцы умершего работника имеют
право на возмещение вреда по случаю смерти кормильца. Это
право не зависит от того, состоят ли нетрудо-способные
иждивенцы в какой-либо степени родства или свойства с
умершим кормильцем.
Так, право на возмещение имеют:
отдаленные родственники умершего (например, тетя, дядя,
двоюродная сестра);
лица, не связанные с умершим кровным родством (например,
сводные братья и сестры, теща и тесть, свекор и свекровь, мачеха
и отчим, пасынок и падчерица);
154
лица, не находящиеся с умершим ни в родственных отношениях, ни в отношениях свойства (например, бывшая няня,
друг детства, подопечный);
супруг, его родители и дети по фактическому (незарегистрированному) браку. При этом не имеет значения,
находился ли нетрудоспособный фактический супруг умер-шего
в зарегистрированном браке с другим лицом или нет.
Право нетрудоспособных иждивенцев на возмещение не
погашается и наличием более близких родственников, которые
по закону обязаны их содержать. Например, в случае смерти
работника в результате полученного при исполнении трудовых
обязанностей повреждения здоровья право на возмещение вреда
имеет
находившийся
на
иждивении
умершего
несовершеннолетний внук, отец или мать которого или даже оба
родителя живы и трудоспособны.
Важное значение имеет норма о том, что при возмещении
вреда в связи со смертью работника время наступления
нетрудоспособности члена семьи (до или после смерти
кормильца) не влияет на его право на возмещение вреда. При
этом имеются в виду те члены семьи умершего, которые на день
его смерти состояли на его иждивении или имели ко дню смерти
право на получение от него содержания, а также один из
родителей, супруг или другой член семьи, если ко дню смерти
потерпевшего они не работали, были заняты уходом за детьми,
братьями, сестрами или внуками умершего не старше 14 лет или
детьми умершего — инвалидами с детства не старше 18 лет и
достигли престарелого возраста либо стали инвалидами в период
осуществления такого ухода.
В том случае, если член семьи стал нетрудоспособным после
смерти кормильца, производится перерасчет ранее назначенных
другим лицам выплат. Такой перерасчет производится в порядке
ч. 2 ст. 28, ст. 46, 48 Правил.
Нетрудоспособным гражданам, состоявшим на иждивении
умершего кормильца и имевшим право на возмещение вреда в
связи с его смертью, вред определяется в размере
среднемесячного заработка умершего, за вычетом доли,
приходящейся на него самого и трудоспособных граждан,
состоявших на его иждивении, но не имевших право на возмещение вреда.
Пример. Умерший зарабатывал 800 тыс. рублей в месяц. На
его иждивении были сын — 15 лет, дочь — студентка 16 лет, а
155
также жена — 52 года. Сумма возмещения делится на четверых.
Возмещение получат дочь — 200 тыс. рублей и сын — 200
тыс. рублей.
Доля,
причитающаяся
жене
умершего,
выплачиваться ей не будет, так как она была трудоспособна, хотя
и находилась на иждивении мужа. Однако по достижении женой
умершего 55 лет у нее согласно ч. 4 ст. 26 Правил возникает
право на получение своей доли возмещения. В данном случае
какой-либо перерасчет производить не требуется, так как
выплата возмещения жене не отразится на размере возмещения
детям — каждый из них получит по 1/4 общей суммы.
В отличие от Правил ГК РФ связывает право иждивенца на
получение возмещения со сроком наступления нетрудоспособности. Такое право имеют лица, состоявшие на иждивении
умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет
после его смерти (см. ст. 1088 ГК). Здесь следует иметь в виду,
что Гражданский кодекс регулирует обязательства по
возмещению вреда, причиненного повреждением здоровья или
смертью, в случаях, как связанных, так и не связанных с
исполнением потерпевшим трудовых обязанностей. Гражданский
кодекс, например, не знает такого вида дополнительного
возмещения вреда, как единовременное пособие. В связи с этим
Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 28 апреля 1994
года № 3 разъяснил, что потерпевшему, а в случае смерти
кормильца его семье выплачивается единовременное пособие в
установленном Правилами размере лишь в случае причинения
вреда работодателем при исполнении потерпевшим трудовых
обязанностей.
Аналогично, на наш взгляд, следует разрешить "противоречие" между Правилами и ст. 1088 Кодекса.
Если вред причинен при исполнении трудовых обязанностей,
время наступления нетрудоспособности члена семьи —
иждивенца погибшего сроком не ограничено (ст. 26 Правил). В
иных случаях применяется пятилетний ограничительный срок,
предусмотренный в ст. 1088 Кодекса.
Нетрудоспособным, не состоявшим на иждивении умершего,
но имевшим ко времени его смерти право на получение от него
содержания
(например,
нетрудоспособным
родителям,
проживающим с другими детьми), размер возмещения вреда
определяется в следующем порядке: если средства на их
содержание взыскивались в судебном порядке, размер
возмещения вреда взыскивается в сумме, назначенной судом;
156
если же средства на содержание не взыскивались в судебном
порядке, размер возмещения устанавливается работодателем или
судом в твердой сумме с учетом материального положения
нетрудоспособных граждан и возможности умершего при жизни
оказывать им помощь.
Если право на возмещение вреда имеют одновременно
нетрудоспособные лица, как состоявшие, так и не состоявшие на
иждивении умершего, размер возмещения вреда для
нетрудоспособных, не состоявших на иждивении умершего, но
имевших ко дню его смерти право на получение от него
содержания, определяется в указанном ранее порядке и
исключается из заработка кормильца.
Возмещение вреда нетрудоспособным иждивенцам исчисляется из оставшейся части заработка кормильца.
Пример. Погибший имел средний заработок 1200 тыс.
рублей. Право на возмещение вреда имеют вдова, сын 7 лет и
дочь 14 лет от первого брака, проживающая отдельно, мать
умершего в возрасте 61 года, которая жила с другими детьми.
Прежде всего надо установить размер возмещения вреда матери.
Допустим, 120 тыс. рублей. Размер возмещения вдове и детям
определяется из оставшейся части заработка — 1080 тыс. рублей
(1200 − 120) и составит по 270 тысяч каждому (1080 : 4).
Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 28 апреля
1994 года № 3 разъяснил, что круг нетрудоспособных лиц,
имеющих право на возмещение вреда, но не получавших
содержания от потерпевшего ко дню его смерти, определяется в
соответствии с Кодексом о браке и семье РСФСР (ст. 25, 26, 76,
77, 80–86).
Указанный Кодекс признан утратившим силу с 1 марта 1996
года в связи с введением в действие Семейного кодекса РФ.
Определяя круг нетрудоспособных лиц, имеющих право на
возмещение вреда, но не получающих содержания от
потерпевшего ко дню его смерти, впредь следует руководствоваться ст. 80, 81, 87, 89, 90, 93–98 Семейного кодекса РФ.
В решении вопроса о праве на возмещение нетрудоспособного, но не состоявшего на иждивении погибшего лица
законодательство исходит из наличия между гражданами
брачных или определенных родственных отношений.
Право на получение содержания одним из супругов от
другого супруга. Фактические брачные отношения между
мужчиной и женщиной правовых последствий для них не влекут.
157
Права и обязанности супругов порождает только брак,
заключенный в государственных органах записи актов гражданского состояния (загсах) (ст. 1 Семейного кодекса РФ).
Супруги обязаны материально поддерживать друг друга. В
случае отказа в такой поддержке нуждающийся в материальной
помощи нетрудоспособный супруг, а также жена в период
беременности и в течение трех лет после рождения ребенка
имеют право по суду получать содержание (алименты) от другого
супруга, если последний в состоянии его предоставить.
Право на содержание имеет также нуждающийся супруг,
осуществляющий уход за общим ребенком-инвалидом до
достижения ребенком 18 лет или за общим ребенком —
инвалидом с детства I группы (ст. 89 Семейного кодекса РФ).
Указанные права супругов сохраняются согласно ст. 90
Семейного кодекса РФ и после расторжения брака.
Право требовать предоставления алиментов в судебном
порядке от бывшего супруга, обладающего необходимыми для
этого средствами, имеют:
бывшая жена в период беременности и в течение трех лет со
дня рождения общего ребенка;
нуждающийся бывший супруг, осуществляющий уход за
общим ребенком-инвалидом до достижения ребенком возраста
восемнадцати лет или за общим ребенком — инвалидом с детства
I группы;
нетрудоспособный нуждающийся бывший супруг, ставший
нетрудоспособным до расторжения брака или в течение года с
момента расторжения брака;
нуждающийся супруг, достигший пенсионного возраста не
позднее чем через пять с момента расторжения брака, если
супруги состояли в браке длительное время.
Непременным условием для выплаты работодателем
возмещения вреда является нуждаемость оставшегося в живых
нетрудоспособного супруга и наличие у потерпевшего
возможности оказывать ему до своей смерти материальную
поддержку.
Право детей на получение содержания от родителей.
Взаимные права и обязанности родителей и детей основываются
на происхождении детей, удостоверенном в установленном
законом порядке.
Происхождение ребенка от родителей, состоящих между
собой в браке, подтверждается записью о браке родителей.
158
Происхождение ребенка от родителей, не состоящих между
собой в браке, устанавливается путем подачи совместного
заявления отцом и матерью ребенка в государственные органы
записи актов гражданского состояния (ст. 51 Семейного кодекса
РФ).
Если совместного заявления родителей нет, отцовство может
быть установлено в судебном порядке.
При установлении отцовства суд принимает во внимание
совместное проживание и ведение общего хозяйства матерью
ребенка и ответчиком до рождения ребенка, или совместное
воспитание либо содержание ими ребенка, или доказательства, с
достоверностью подтверждающие признание ответчиком
отцовства (ст. 49 Семейного кодекса РФ).
Родители обязаны содержать своих несовершеннолетних
детей и нетрудоспособных совершеннолетних детей, нуждающихся в помощи (ст. 85 Семейного кодекса РФ).
Лишение родительских прав не освобождает родителей от
обязанности по содержанию детей (ст. 71 Семейного кодекса
РФ).
Таким образом, мать всегда несет обязанность по содержанию несовершеннолетних либо совершеннолетних, но
нетрудоспособных и материально не обеспеченных детей.
Отец же обязан делать это при определенных, установленных
законом условиях, если:
мать ребенка состоит с ним в зарегистрированном браке;
он добровольно признал себя отцом ребенка;
его отцовство установлено в судебном порядке.
Исходя из этих общих положений решаются и вопросы о
возмещении вреда несовершеннолетним либо совершеннолетним, но нетрудоспособным детям.
Право родителей на получение содержания от детей.
Совершеннолетние дети обязаны содержать нетрудо-способных,
нуждающихся в помощи родителей и заботиться о них.
Дети могут быть освобождены от обязанности по содержанию своих родителей, если судом будет установлено, что
родители уклонялись от выполнения родительского долга или
были лишены родительских прав (ст. 87 Семейного кодекса РФ).
Если, например, у погибшего в результате травмы на
производстве работника остался престарелый отец, не получавший от сына материальной помощи, он имеет право на
возмещение вреда при наличии следующих условий:
159
отец нуждается в оказании материальной помощи;
отсутствует вынесенное судом при жизни умершего решение
об отказе во взыскании с него средств на содержание отца по тем
основаниям, что он уклонялся от выполнения родительского
долга или был лишен родительских прав.
Правовые последствия усыновления ребенка регулируются
ст. 137 Семейного кодекса РФ.
Усыновленные дети и их потомство по отношению к усыновителям и их родственникам, а усыновители и их родственники по отношению к усыновленным детям и их потомству
приравниваются в личных неимущественных и имущественных
правах и обязанностях к родственникам по происхождению.
Усыновленные дети утрачивают личные неимущественные и
имущественные права и освобождаются от обязанностей по
отношению к своим родителям (своим родственникам).
При усыновлении ребенка одним лицом личные неимущественные и имущественные права и обязанности могут
быть сохранены по желанию матери, если усыновитель —
мужчина, или по желанию отца, если усыновитель — женщина.
Если один из родителей усыновленного ребенка умер, то по
просьбе родителей умершего родителя (дедушки или бабушки
ребенка) могут быть сохранены личные неимущественные и
имущественные права и обязанности по отношению к
родственникам умершего родителя, если этого требуют интересы
ребенка.
О сохранении отношений усыновленного ребенка с одним из
родителей или с родственниками умершего родителя указывается
в решении об усыновлении ребенка.
Нетрудоспособным лицам, получавшим при жизни умер-шего
пенсию или имевшим заработок, возмещение вреда может быть
присуждено, если судом будет установлено, что они нуждались в
помощи и часть заработка погибшего, приходившаяся на долю
каждого из них, являлась постоянным и основным источником их
существования.
При этом необходимо иметь в виду, что право на возмещение
вреда в связи с гибелью кормильца сохраняется за
несовершеннолетним в случае его последующего усыновления, а
также за супругом погибшего при вступлении в новый брак,
поскольку при наступлении указанных выше обстоятельств
законом не предусмотрено прекращение обязательств по
возмещению вреда, причиненного этим лицам.
160
Состав заработка кормильца определяется по общим
правилам. Но здесь следует учитывать ст. 1089 ГК РФ, согласно
которой в состав доходов умершего наряду с заработком
(доходом) включаются получаемые им при жизни пенсия,
пожизненное содержание и другие подобные выплаты. Такое
решение вопроса заметно улучшает материальное обеспечение
лиц, потерявших кормильца и имеющих право на возмещение
вреда.
При определении размера возмещения вреда пенсии,
назначенные лицам в связи со смертью кормильца, а равно
другие виды пенсий, назначенные как до, так и после смерти
кормильца, а также заработок (доход) и стипендия, получаемые
этими лицами, в счет возмещения им вреда не засчитываются.
Правила (ст. 28) установили, что исчисленная на каждого из
членов семьи часть заработка, приходящегося на него на момент
смерти кормильца, в дальнейшем перерасчету не подлежит,
кроме случаев рождения ребенка после смерти кормильца и
назначения (прекращения) выплаты возмещения вреда одному из
родителей, супругу или другому члену семьи, занятому уходом за
детьми, братьями, сестрами или внуками умершего кормильца.
В указанных случаях пересчитывается часть заработка
кормильца, приходящаяся на каждого члена семьи, имеющего
право на возмещение вреда, с учетом увеличения или
уменьшения числа таких членов семьи.
Пример 1. На день смерти кормильца на его иждивении
находился сын 15 лет. Жена работала. При заработке кормильца
600 тыс. рублей часть заработка, приходящаяся на сына, составит
300 тыс. рублей (600 000 : 2). Через полгода после смерти
кормильца его вдова родила дочь и оставила работу. В этом
случае должна быть пересчитана часть заработка кормильца,
приходящаяся на каждого члена семьи, имеющего право на
возмещение. В данном примере она составит 150 тыс. рублей
(600 000 : 4), а на троих будет равна 450 тыс. рублей.
Пример 2. На день смерти кормильца на его иждивении
находилась трехлетняя дочь и жена, которая за ней ухаживала.
Заработок кормильца 900 тыс. рублей. Следовательно, на дочь и
жену приходилось по 300 тыс. рублей. Когда дочери исполнилось
пять лет, вдова поступила работать, в связи с чем утратила право
на возмещение вреда. При таких условиях доля возмещения за
вред дочери будет увеличена и составит 450 тыс. рублей (900 000
: 2).
161
Помимо возмещения вреда в виде сумм утраченного
заработка потерпевшего работодатель обязан выплатить
единовременное пособие и возместить моральный вред. По
Правилам в редакции 1992 года единовременное пособие
выплачивалось лишь гражданам, имеющим право на возмещение
вреда в связи со смертью кормильца (ст. 26 Правил).
В настоящее время ст. 29 Правил ("Единовременное
пособие") изложена в новой редакции: супруге (супругу)
умершего (умершей), гражданам, имеющим право на возмещение
вреда в связи со смертью кормильца, работодатель выплачивает
единовременное пособие в сумме, не менее установленной (на
день выплаты) минимальной оплаты труда за пять лет.
Таким образом, супруга (супруг) получат единовременное
пособие независимо от того, имеют они или нет право на
возмещение вреда (ст. 26 Правил). Такое решение не
представляется удачным. Единовременное пособие выплачивается на семью в целом и размер его не зависит от числа членов
семьи, имеющих право на возмещение. Увеличение числа лиц,
получающих пособие, снижает долю каждого. В данном случае
это делается за счет включения в круг получающих пособие лиц,
не находившихся на иждивении погибшего и в принципе не
имеющих права на возмещение вреда.
Важное практическое значение имеет последняя фраза ст. 29
Правил в новой редакции: "Единовременное пособие
выплачивается в месячный срок со дня смерти кормильца".
Реализация этой нормы будет способствовать ликвидации
волокиты при выплате сумм в возмещение вреда.
Согласно ст. 30 Правил работодатель обязан возместить
семье, потерявшей кормильца вследствие трудового увечья,
моральный вред. Моральный вред также возмещается независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Ю. КОРШУНОВ,
кандидат юридических наук
.
(Продолжение следует)
ФОРМА И СОДЕРЖАНИЕ ИСКОВОГО
ЗАЯВЛЕНИЯ
162
Принцип диспозитивности в арбитражном процессе позволяет
обращаться в арбитражный суд с требованиями, опре-деляемыми
по усмотрению истца.
Вместе с тем исковое заявление должно содержать
необходимые для рассмотрения спора сведения, доказательства,
которые истец выдвигает в обоснование заявленных требований,
и иметь установленную арбитражным процессуальным законом
письменную форму.
Перечень требований, предъявляемых к форме и содержанию
заявленного иска, определен в ст. 102 Арбитражного
процессуального кодекса Российской Федерации, введенного в
действие с 1 июля 1995 года.
В силу ч. 1 ст. 102 АПК исковое заявление подается в
арбитражный суд в письменной форме. Оно должно иметь
подпись истца или его представителя.
Законом не определены способы и технические средства,
применяемые при изготовлении искового заявления. Оно может
быть изготовлено с использованием множительной техники, а
может иметь рукописное исполнение. И в том, и в другом случае
подаваемое исковое заявление должно быть легко читаемым:
почерк разборчивым, печатающие технические средства должны
оставлять различимые оттиски.
Нередко нечитаемый текст искового заявления получается в
результате внесения неразборчивых и неаккуратных записей в
грязную светокопию бланка-шаблона.
На стадии принятия искового заявления к производству
арбитражный суд не вправе давать трудночитаемому тексту
собственную интерпретацию. Ответчик и третьи лица, которым
направляется копия искового заявления, также имеют
процессуальное право на получение достоверной, а не
предполагаемой информации по заявленному иску.
Признание текста трудночитаемым или неразборчивым
зависит от судебной оценки, основанной на сложившихся
критериях общей культуры делопроизводства.
Исковое заявление с неразборчивым либо трудночитаемым
текстом подлежит возврату по причине несоблюдения истцом
требуемой письменной формы, то есть по основанию,
предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 108 АПК. Так, в определении от 7
августа 1995 года Арбитражный суд г. Москвы указал: брак в
изготовлении оттиска искового заявления не позволяет
163
установить содержание реквизитов, то есть наименование сторон,
их почтовые адреса.
Статья 8 АПК закрепляет правило, согласно которому
судопроизводство в арбитражном суде ведется на русском языке
как языке межнационального общения на территории Российской
Федерации. Соблюдение требования письменной формы
подаваемого искового заявления также предполагает составление
искового заявления на русском языке. Например, в исковом
заявлении по делу № 54-57, рассмотренному Арбитражным
судом г. Москвы в 1995 году, Курский ликеро-водочный завод
обоснованно указал наименование ответчика на русском языке:
Фирма "Испана интернасиональ де Импортасьон-экспортасьон
С.А.".
Написание наименования предприятия, его местонахождение,
иных сведений на европейском или других языках, отличных от
русского языка, свидетельствует о несоблюдении требований,
предъявляемых к письменной форме искового заявления, и
служит основанием для возврата иско-вого заявления.
Согласно ч. 1 ст. 102 АПК исковое заявление подписывается
истцом или его представителем.
Законодатель отказался от редакции ст. 79 АПК 1992 года, в
которой содержалось прямое указание на право подписания
искового
заявления
без
доверенности
руководителем
предприятия или его заместителем.
В силу требований ст. 47 нового АПК дела организаций в
арбитражном суде ведут их органы, действующие в пределах
полномочий, предоставленных законами, иными нормативными
актами или учредительными документами. Руководители
организаций представляют суду документы, подтверждающие их
полномочия.
Другие
должностные
лица
организаций
представляют суду доверенности с оговоренным в них объемом
полномочий.
Из приведенных правил нового АПК следует вывод о том, что
без доверенности исковое заявление, как и прежде, вправе
подписывать руководители предприятия и их штатные
заместители. Все другие лица обязаны документально
подтверждать
право
подписания
искового
заявления
учредительными документами или доверенностями.
Удостоверение подписи полномочного лица круглой печатью
той организации, которую он представляет, законом не
предусмотрено, а потому отсутствие круглой печати в исковом
164
заявлении не может являться основанием к возврату искового
заявления.
Подпись руководителя организации признается надлежащим
образом оформленной только тогда, когда в исковом заявлении
содержится указание должности, фамилии и инициалов
руководителя. Распространенной ошибкой в оформлении
искового заявления является его подписание заместителем
директора предприятия без указания должности с применением
знака "/" ("за"). Традиционное для россий-ского делового оборота
применение этого знака приводит к обоснованному выводу
арбитражного суда о том, что исковое заявление подписано
лицом, должностное положение которого неизвестно. Наличие
круглой печати предприятия не может заменить наименования
должности.
Если исковое заявление подписано лицом, должностное
положение которого не указано, оно подлежит возврату (п. 2 ч. 1
ст. 108 АПК).
Крестьянское (фермерское) хозяйство по своему правовому
статусу не является юридическим лицом. Глава крестьянского
хозяйства выступает в роли гражданина-предпринимателя.
Исковое
заявление,
поступающее
от
крестьянского
(фермерского) хозяйства, может быть подписано его главой, но
не заместителем главы, поскольку фигуры с таким правовым
статусом в крестьянском хозяйстве не существует.
При обращении в арбитражный суд гражданина-предпринимателя исковое заявление подписывается лично гражданином-предпринимателем.
Все остальные лица могут подписывать исковое заявление
только по доверенности. Это адвокаты, сотрудники предприятия
и т. д.
В силу требований ст. 50 АПК право на подписание искового
заявления представителем должно быть специально оговорено в
доверенности. Ордер адвоката, выданный юридической
консультацией на ведение дела, такого правомочия не содержит.
Доверенность либо ее заверенная в установленном порядке
копия должна быть приложена к исковому заявлению. Практика
приобщения к исковому заявлению незаверенной ксерокопии
доверенности не может признаваться надлежащим выполнением
требований закона. Отсутствие приложенной доверенности, а
равно наличие не оформленной надлежащим образом
165
доверенности являются основанием к возврату искового
заявления.
При наличии доверенности исковое заявление может быть
подписано,
в
частности,
руководителем
филиала,
представительства, иного обособленного структурного подразделения предприятия. В пункте 5 постановления Пленума
Высшего Арбитражного Суда РФ от 2 декабря 1993 года № 34
"Об участии в арбитражном процессе обособленных
подразделений юридических лиц" дано разъяснение: руководитель или заместитель руководителя структурного подразделения на основании выданной доверенности подписывает
исковое заявление, которое подается не от имени структурного
подразделения, а только от имени самого юридического лица,
которое их уполномочило на подписание искового заявления и
обращение с иском в арбитражный суд.
Филиалы и иные структурные подразделения предприятий
самостоятельно, на основании Положений о них, заключают
договоры,
осуществляют
хозяйственную
деятельность,
самостоятельно производят расчеты по прибылям и убыткам,
самостоятельно готовят исковые документы к передаче в
арбитражный суд. Однако в силу ст. 22 АПК структурные
подразделения предприятий и иных организаций не могут
признаваться лицами, участвующими в деле, и выступать
стороной по делу, поскольку не обладают статусом юридического лица.
Так, в Арбитражный суд г. Москвы поступило исковое
заявление от Печорского авиаотряда, в то время как на момент
обращения в арбитражный суд истец являлся филиалом
Республиканского государственного авиационного предприятия
"Комиавиа".
Обращение структурного подразделения в арбитражный суд с
иском от своего имени влечет не возврат исковых документов, а
отказ арбитражного суда в принятии искового заявления на
основании п. 1 ч. 1 ст. 107 АПК.
Организации, имеющие сложную внутреннюю структуру,
например Сбербанк РФ, широко пользуются институтом
передоверия, предусмотренным ст. 187 ГК РФ. Это возможно
при условии неукоснительного соблюдения того порядка,
который предусмотрен законом.
Лицо, которому выдана доверенность, обязано лично
осуществлять те действия, на которые оно уполномочено.
166
Передоверие совершения действий другому лицу может иметь
место только при наличии такого полномочия в первоначальной
доверенности. Доверенность, выдаваемая в порядке передоверия,
должна иметь, по общему правилу, нотариальную форму
удостоверения (п. 3 ст. 187 ГК РФ).
Такие нарушения правил передоверия, как выдача доверенности в порядке передоверия без специальных полномочий на
это действие, передача полномочий в порядке передоверия с
нарушением
нотариальной
формы
их
удостоверения,
превышение срока действия доверенности, выданной в порядке
передоверия, над сроком действия той доверенности, на
основании которой она выдана, влекут возврат искового
заявления, поскольку не подтвержден факт ее подписания
полномочным лицом.
В тех случаях, когда исковое заявление подписывается
представителем истца, к иску должна приобщаться доверенность,
подтверждающая полномочия лица на подписание искового
заявления и обращение с иском. Доверенность должна отвечать
требованиям ст. 50 АПК, которая право подписания искового
заявления относит к числу специальных полномочий, наличие
которого должно быть прямо указано в тексте доверенности.
Доверенность прикладывается к исковому заявлению в
подлиннике либо в надлежащим обра-зом заверенной копии.
Приобщение к исковому заявлению незаверенной светокопии
доверенности, а равно подлинной доверенности, содержащей
неоговоренные изменения и дополнения, является нарушением
ст. 104 АПК и влечет возврат искового заявления.
Кроме соблюдения установленной формы искового заявления
ст. 102 АПК предъявляет ряд требований, относящихся к его
содержанию. В силу п. 1 ч. 2 данной статьи в исковом
заявлении должно быть указано наименование того
арбитражного суда, в который подается исковое заявление.
Такое требование арбитражного процессуального закона не
является излишней формальностью.
В отличие от ст. 26 АПК 1992 года, предусматривавшей
обязанность арбитражного суда по принятию любого искового
заявления и последующему направлению его по подсудности в
другой арбитражный суд, действующий АПК такой обязаности
на арбитражный суд не возлагает. Пункт 3 ч. 1 ст. 108 АПК
содержит правило о возврате искового заявления, поступившего
с нарушением правил о подсудности спора.
167
При таких условиях прямое указание наименования арбитражного суда в исковом заявлении свидетельствует о позиции
заявителя по поводу адресной направленности спорного иска.
При отсутствии наименования арбитражного суда в тексте
искового заявления арбитражный суд не может определять
адресную направленность иска по записи на почтовом конверте,
не удостоверенной полномочным лицом, подписавшим исковое
заявление. Например, в определении о возврате искового
заявления от 7 августа 1995 года Арбитражный суд г. Москвы
указал: иск заявлен не по месту нахождения ответчика.
Договорная подсудность документально не подтверждена.
В силу п. 2 ч. 2 ст. 102 АПК в исковом заявлении должно
быть указано наименование лиц, участвующих в деле, их
почтовые адреса.
Отсутствие сведений о наименовании или почтовом адресе
одного из лиц, участвующих в деле, является основанием для
возврата искового заявления. Так, военный прокурор предъявил
иск Московскому государственному университету в интересах
судоремонтного завода. Вместо указания судоремонтного завода
в качестве истца по делу военная прокуратура сама назвалась
истцом, в то время как никакие ремонтные работы военным
прокурором не выполнялись. Арбитражный суд г. Москвы
определением от 7 августа 1995 года возвратил военному
прокурору исковой материал ввиду отсутствия в реквизитах
искового заявления сведений о полном наименовании и почтовом
адресе судоремонтного завода.
Определением от 4 августа 1995 года Арбитражный суд
г. Москвы возвратил исковое заявление МГП "Мосгортеп-ло",
поскольку ответчиком в исковом заявлении было назва-но кафе
"Перекоп", а указан почтовый адрес ресторана "Виардо".
К лицам, участвующим в деле, относятся следующие
участники арбитражного процесса: истцы, ответчики, третьи
лица, заявляющие самостоятельные требования на предмет
спора, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования
на предмет спора, прокурор, государственные органы, органы
местного самоуправления и иные органы, обратившиеся в
арбитражный суд с иском в защиту государственных и
общественных интересов (ст. 32 АПК ).
Процессуальный закон не требует в обязательном по-рядке
указания полного наименования лиц, участвующих в деле.
Допустимы их официальные сокращенные наименования.
168
Почтовые адреса лиц, участвующих в деле, должны отвечать
требованию
достоверности.
При
неизвестности
места
нахождения ответчика (его почтового адреса) указывается место
нахождения его имущества либо его последнее известное место
нахождения в Российской Федерации (ч. 2 ст. 26 АПК). В
последних двух случаях истец обязан представить суду
доказательства в обоснование заявленного адреса. Вопросы
соответствия заявленного адреса, определяющего место
нахождения ответчика, оцениваются на последующих стадиях
судебного разбирательств. На стадии принятия искового
заявления к производству непредставление истцом доказательств
достоверности указанного почтового адреса ответчика по смыслу
ст. 108, 102 АПК не может являться основанием возврата
искового заявления.
В силу п. 3 ч. 2 ст. 102 АПК в исковом заявлении должна
быть указана цена иска, если иск подлежит оценке. При
определении цены иска следует руководствоваться правилами,
изложенными в ст. 92 АПК.
Если иск заявлен в иностранной валюте, истцу необходимо
показать в исковом заявлении расчет рублевого эквивалента.
Вместе с тем отсутствие расчета рублевого эквивалента не может
являться основанием к возврату искового заявления. Так,
определением от 14 июля 1995 года Арбитражный суд г. Москвы
возвратил исковое заявление на основании отсутствия рублевого
эквивалента по требованию, заявленному в долларах США. Такое
основание возврата искового заявления ст. 108 АПК не
предусмотрено. Если иск состоит из нескольких имущественных
требований, цена иска определяется их суммой. При этом
расходы по госпошлине, которые истец просит возместить, в
цену иска не включаются.
В случае неправильного указания цены иска она определяется
арбитражным судом (ч. 3 ст. 92 АПК).
Согласно п. 4 ч. 2 ст. 102 АПК в исковом заявлении должны
быть указаны обстоятельства, на которых основаны исковые
требования. Под такими обстоятельствами подразумеваются
юридические факты, определившие возникновение спорного
правоотношения, состав правонарушения, последствия от
нарушения договорных либо внедого-ворных обязательств, мера
гражданско-правовой ответст-венности.
Арбитражный процессуальный закон не регламентирует
количественный состав тех юридических фактов, на которых
169
основываются исковые требования. Однако направление искового заявления без указания какого-либо обстоятельства в
обоснование иска не допускается. Исковое заявление без
указания обстоятельств, на которых основываются исковые
требования, подлежит возврату.
В силу п. 5 ч. 2 ст. 102 АПК в исковом заявлении должны
быть указаны доказательства, подтверждающие основания
исковых требований.
Под доказательствами в арбитражном процессе понимаются
сведения, полученные судом в установленном АПК и другими
федеральными
законами
порядке,
позволяющие
суду
устанавливать
наличие
или
отсутствие
обстоятельств,
обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в
деле, а равно иных обстоятельств, имеющих значение для
правильного разрешения спора и вынесения правосудного
решения (ст. 52 АПК). Такие сведения устанавливаются прежде
всего письменными доказательствами (документа-ми), а равно
вещественными доказательствами, заключениями экспертов,
показаниями свидетелей, объяснениями лиц, участвующих в
деле.
Арбитражный процессуальный закон не позволяет использовать доказательства, полученные с нарушением порядка их
сбора. Поэтому нет оснований для ссылки на свидетельские
показания, изложенные в письменном виде, при отсутствии
возможности вызова свидетеля в судебное заседание и
предупреждения свидетеля об уголовной ответственности за дачу
ложных показаний и за отказ от дачи показаний. Нет оснований
для указания в исковом заявлении на видеозапись как
доказательство по делу, поскольку такое средство доказывания
может использоваться лишь в установленном АПК порядке.
Разные средства доказывания могут иметь различную
доказательственную силу. Так, сложно свидетельскими показаниями опровергать сведения, закрепленные в оформленном
надлежащим образом документе. Право выбора как
доказательств, так и средств доказывания закон оставляет за
лицами, участвующими в деле. Истец не связан тем перечнем
доказательств, на которые он ссылается в исковом заявлении.
Арбитражный процессуальный закон обязывает каждое лицо,
участвующее в деле, доказывать те обстоятельства, на которые
оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
Например, в определении от 8 августа 1995 года Арбитражный
170
суд г. Москвы указал на отсутствие в исковом заявлении ссылок
на те доказательства, которые подтверждают общий размер
задолженности, частичную оплату и остаток задолженности
ответчика перед истцом.
Отсутствие в исковом заявлении указаний на доказательства,
подтверждающие основания исковых требований, влечет возврат
искового заявления.
Пунктом 6 ч. 2 ст. 102 АПК определено, что в исковом
заявлении должен быть указан расчет взыскиваемой или
оспариваемой суммы. Он приводится как по всему иску в
целом, так и при необходимости по каждой составляющей его
позиции. Расчет иска должен максимально содействовать
уяснению происхождения каждого заявленного требования. В
задачу арбитражного суда входит не составление расчетов, а
проверка представленных расчетов. Поэтому требование
арбитражного процессуального закона можно признать
выполненным только в том случае, когда в исковом заявлении
содержится расчет по всем заявленным суммам.
Непредставление расчета по иску является основанием к
возврату искового зявления. Так, определением от 7 августа 1995
года Арбитражный суд г. Москвы исковое заявление № 43-272
обоснованно возвратил, поскольку в нем содержалось требование
о возмещении понесенных транспортных расходов, но расчет
взыскиваемой суммы не приводился.
В силу п. 7 ч. 2 ст. 102 АПК в исковом заявлении должны
быть указаны требования истца со ссылкой на законы и
иные нормативно-правовые акты, а при предъявлении иска
к нескольким ответчикам — требования к каждому из них.
Если под иском в арбитражном процессе понимается
оспариваемое требование, носящее материально-правовой
характер, основанное на юридических фактах, заявленное в
установленном арбитражным процессуальным законом порядке,
то предмет и основание иска выступают двумя его основными
составляющими частями.
Само материально-правовое требование составляет предмет
иска. Требование может состоять в признании наличия или
отсутствия правоотношений, определять содержание активных
действий или воздержание от их совершения. Замена одного
спорного материально-правового требования другим означает
замену предмета иска.
171
Под основаниями иска понимаются те обстоятельства, на
которые истец ссылается в подтверждение заявленных требований. Основания иска подразделяются на две группы:
фактические (юридические факты) и правовые. О юридических
фактах говорилось выше. Правовые основания образует та
правовая норма (или совокупность правовых норм), со ссылкой
на которые заявляется исковое требование.
В соответствии со ст. 37 АПК право определять и изменять
предмет или основание иска принадлежит только истцу.
Арбитражный суд не вправе изменять предмет или основания
исковых требований по своей инициативе. Напротив, в
обязанность суда входит рассмотрение иска по тому предмету и
по тем основаниям, которые заявлены.
Если суд не проверит все доводы истца, то одно или несколько оснований заявленного иска останутся без рассмотрения.
Судебное решение в этом случае подлежит отмене, поскольку
оно не основано на всестороннем и полном выяснении
обстоятельств дела.
Отсутствие в исковом заявлении материально-правового
требования или правового основания заявленного требования
повлечет возврат искового заявления. Например, возвращая
исковое заявление, Арбитражный суд г. Москвы в определении
от 7 августа 1995 года указал на такие основания к возврату, как
отсутствие ссылок на нормативно-правовые акты в обоснование
заявленных требований и отсутствие требований к каждому из
ответчиков.
В силу п. 8 ч. 2 ст. 102 АПК в исковом заявлении должны
быть указаны сведения о соблюдении досудебного
(претензионного) порядка урегулирования спора с ответчиком в тех случаях, когда это предусмотрено федеральным
законом для данной категории споров или договором.
 ÷àñòíîñòè, ñîáëþäåíèå ïðåòåíçèîííîãî ïîðÿäêà óðåãóëèðîâàíèÿ ñïîðà
òðåáóåòñÿ ïî èñêàì ê ïðåäïðèÿòèÿì òðàíñïîðòà è ñâÿçè. Ïîðÿäîê ïðåäúÿâëåíèÿ
ïðåòåíçèé ê ó÷ðåæäåíèÿì ñâÿçè ïðåäóñìîòðåí â ñò. 38 Ôåäåðàëüíîãî çàêîíà îò
20 ÿíâàðÿ 1995 ãîäà "Î ñâÿçè". Ïðåòåíçèè ê òðàíñïîðòíûì ïðåäïðèÿòèÿì
ïðåäúÿâëÿþòñÿ ñîîòâåòñòâåííî â ïîðÿäêå, ïðåäóñìîòðåííîì Óñòàâîì æåëåçíûõ
äîðîã, óòâåðæäåííûì ïîñòàíîâëåíèåì Ñîâåòà Ìèíèñòðîâ ÑÑÑÐ îò 6 àïðåëÿ
1964 ãîäà ¹ 270, Óñòàâîì âíóòðåííåãî âîäíîãî òðàíñïîðòà Ñîþçà ÑÑÐ,
óòâåðæäåííûì ïîñòàíîâëåíèåì Ñîâåòà Ìèíèñòðîâ ÑÑÑÐ îò 15 îêòÿáðÿ 1955
ãîäà ¹ 180, Óñòàâîì àâòîìîáèëüíîãî òðàíñïîðòà ÐÑÔÑÐ, óòâåðæäåííûì
ïîñòàíîâëåíèåì Ñîâåòà Ìèíèñòðîâ ÐÑÔÑÐ îò 8 ÿíâàðÿ 1969 ãîäà ¹ 12, à
òàêæå Âîçäóøíûì êîäåêñîì ÑÑÑÐ è Êîäåêñîì òîðãîâîãî ìîðåïëàâàíèÿ ÑÑÑÐ,
ðàíåå óòâåðæäåííûìè íå ïîäçàêîííûìè àêòàìè, à ñîþçíûìè çàêîíàìè.
172
Íàçâàííûå íîðìàòèâíûå
ôåäåðàëüíûõ çàêîíîâ.
àêòû
äåéñòâóþò
âïðåäü
äî
ïðèíÿòèÿ
íîâûõ
Положение о претензионном порядке урегулирования споров,
утвержденное постановлением Верховного Совета РФ от 24 июня
1992 года № 3116-I, полностью утратило силу с принятием
Федерального закона от 5 мая 1995 года № 71-ФЗ "О введении в
действие Арбитражного процессуального кодекса Российской
Федерации".
Если условие о соблюдении претензионного порядка
урегулирования спора заложено в договоре, оно применяется
независимо от категории спора. При этом арбитражный суд
принимает во внимание не само упоминание об обязательности
предъявления претензии, а наличие в договоре согласованного
сторонами
порядка
предъявления
претензий,
который
предполагает наличие условия о сроках рассмотрения заявленной
претензии.
Исковое заявление подлежит возврату, если требование о
соблюдении претензионного порядка урегулирования спора
выполнено по отношению не ко всем заявленным в иске
ответчикам.
Если претензионный порядок урегулирования спора выполнен истцом по отношению ко всем ответчикам, но не истек
срок рассмотрения претензии и отсутствуют все ответы на
заявленную претензию, исковое заявление также подлежит
возврату.
В случае, когда к исковому заявлению не приложены
документы, подтверждающие направление претензии ответчику,
но из ответа на претензию следует вывод о соблюдении
претензионного порядка урегулирования спора (то есть
заявлялись требования по тому же предмету и тому же основанию), отсутствие в приложении к иску почтового документа
в подтверждение факта отправки претензии ответчику не может
являться основанием к возврату искового заявления.
Вывод о совпадении либо несовпадении предмета и оснований требований можно сделать только из сопоставления
текста копии претензии и текста искового заявления. Отсутствие
копии претензии в тех случаях, когда соблюдение досудебного
порядка урегулирования спора диктуется требованиями закона
или договора и когда вывод о совпадении предмета и оснований
требований невозможно сделать из ответа на претензию, является
основанием к возврату искового заявления.
173
В силу п. 9 ч. 2 ст. 102 АПК в исковом заявлении должен
содержаться перечень прилагаемых документов. Отсутствие
перечня прилагаемых к исковому заявлению документов,
сверенного канцелярией арбитражного суда с фактическим их
наличием, не дает возможности осуществлять надлежащий учет
поступающих в адрес суда документов, не позволяет:
— с достоверностью установить факт их передачи с исковым
заявлением;
— ответчику и другим участвующим в деле лицам иметь
представление о наборе тех документов, которые истец направил
в арбитражный суд при обращении с иском;
— апелляционной инстанции арбитражного суда оценивать
доводы жалобы на возврат искового заявления.
Отсутствие в тексте искового заявления перечня прилагаемых
документов служит безусловным основанием к возврату
искового заявления.
Наличие перечня приложений к исковому заявлению
предполагает надлежащее оформление каждого из приложений к
иску.
Прилагаемое подлинное платежное поручение должно
подтверждать факт уплаты госпошлины не только в установленном размере, но и в установленном порядке.
Определение правильного размера уплачиваемой госпошлины
затруднений не вызывает: по искам имущественного и
неимущественного характера госпошлина определяется в
размере, установленном Законом РФ "О государственной
пошлине" (в редакции Федерального закона от 31 декабря 1995
года "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской
Федерации "О государственной пошлине").
В соответствии со ст. 91 АПК порядок предоставления
отсрочки и рассрочки уплаты госпошлины, а равно уменьшение
размера госпошлины определяются федеральным законом.
Непредставление доказательств уплаты госпошлины в установленном размере является основанием к возврату искового
заявления.
Под порядком уплаты госпошлины понимается надлежащее
оформление платежного поручения на уплату госпошлины. К
числу требований надлежащего оформления такого документа
относятся: наличие записи о получателе платежа в лице
республиканского бюджета РФ, правильное указание бюджетной
классификации, позволяющее провести разграничение между
174
республиканским и местным бюджетами, правильное указание
счета и других банковских реквизитов той налоговой инспекции,
через которую осуществляется перечисление платежа, а также
подтверждение факта зачисления всей суммы госпошлины в
республиканский бюджет РФ.
Запись о зачислении всей суммы в доход республикан-ского
бюджета РФ может быть сделана на обороте платежного
поручения с указанием прописью суммы платежа. Такая запись
должна быть удостоверена подписью главного бухгалтера
(заместителя главного бухгалтера) банка и скреплена круглой
печатью банка.
Требования надлежащего оформления платежного поручения
на оплату госпошлины определены в письме Центрального банка
РФ от 9 августа 1993 года № 22-2-1/059 "О порядке зачисления
государственной пошлины", письме Министерства финансов РФ
от 7 декабря 1995 года № ЗВ101 "Об уплате государственной
пошлины при обращении в арбитражный суд".
Непредставление доказательств оплаты госпошлины в установленном порядке является основанием к возврату искового
заявления
В силу требований ст. 104 АПК истец обязан направить
ответчику копию не только искового заявления, но и копии
необходимых документов. Факт выполнения истцом требований
данной статьи отражается в исковом заявлении записью о том,
что ответчику направлена копия искового заявления с
приложениями.
Нарушение требования ст. 104 АПК о направлении лицам,
участвующим в деле, наряду с копиями исковых заявлений копий
прилагаемых к ним документов не является основанием возврата
искового заявления.
В пункте 4 ч. 1 ст. 108 АПК предусмотрено такое основание к
возврату искового заявления, как непредставление доказательств
направления лицам, участвующим в деле, копии искового
заявления.
Определением от 3 августа 1995 года Арбитражный суд
г. Москвы возвратил исковое заявление, указав на непредставление истцом доказательств направления ответчику копии
искового заявления, поскольку из записей в реестре следует
вывод о том, что направление ответчику копии искового
заявления состоялось ранее даты изготовления искового
заявления.
175
К исковому заявлению должны быть приложены документы,
подтверждающие те обстоятельства, на которых ос-новываются
исковые требования. По смыслу ст. 108 АПК отсутствие в тексте
искового заявления указаний на такие обстоятельства является
основанием для возврата исково- го заявления. Отсутствие
приложенных к исковому заявле-нию документов в
подтверждение заявленных обстоятельств основанием к возврату
искового заявления служить не может.
К заявлению о понуждении заключить договор должен быть
приложен проект договора. Его отсутствие приводит к
отсутствию материально-правового требования, наличие которого в исковом заявлении обязательно (п. 7 ч. 2 ст. 102 АПК).
Следовательно, отсутствие в приложениях к заявлению о
понуждении к заключению договора проекта договора является
основанием для возврата заявления.
Надлежащее оформление искового заявления как по форме,
так и по содержанию служит прежде всего интересам истца.
Новый АПК в большей степени закрепляет принцип
состязательности сторон, в силу которого каждая сторона
обязана правильно формулировать исковые требования,
обосновывать их нормами права и юридическими фактами,
представлять документы и иные доказательства по делу.
При обжаловании решения арбитражного суда первой
инстанции лица, участвующие в деле, могут представлять в
апелляционную инстанцию дополнительные документы лишь
тогда, когда эти документы не могли быть представлены в суд
первой инстанции по причинам, от них не зависящим (ч. 1 ст. 155
АПК).
Соблюдение заявителем требований, предъявляемых к
исковому заявлению, важно для отправления правосудной
деятельности, поскольку форма и содержание искового заявления
являются одним из элементов процессуального режима,
соблюдение которого необходимо для своевременного и
беспрепятственного рассмотрения заявленного спора.
Д. ФУРСОВ,
судья Арбитражного суда г. Москвы
176
ÏÐÈÌÅÍÅÍÈÅ ÁÀÍÊÎÂÑÊÎÉ ÃÀÐÀÍÒÈÈ È ÄÎÃÎÂÎÐÀ
ÏÎÐÓ×ÈÒÅËÜÑÒÂÀ  ÁÀÍÊÎÂÑÊÎÉ ÏÐÀÊÒÈÊÅ
Сильная зависимость исполнения обязательств от субъективного
желания обязанной стороны лишает их устойчивости, необходимой для
гражданского оборота. Исправить это можно, приняв на стадии
заключения договора специальные меры правового характера.
Действующим законодательством (глава 23 Гражданского кодекса
РФ) предусмотрен открытый перечень из шести имущественных
способов исполнения обязательств, который позволяет использовать и
другие, прямо не указанные в законе способы, не противоречащие принципам гражданского законодательства.
Закон не ограничивает круг обязательств, которые могут быть
обеспечены таким образом. Тем не менее практика показывает, что
наиболее часто способы обеспечения исполнения обязательств
применяются в правоотношениях с участием банков. В то же время в
банковской практике эти способы наиболее активно используются в
работе кредитных служб (в основном при предоставлении кредитов юридическим лицам, занимающимся предпринимательской деятельностью).
Мировая финансовая литература относит к обеспеченным кредитам
те, которые наряду с прямыми платежными обязательствами заемщика
имеют дополнительное (альтернативное) кредитное обеспечение:
финансовое, товарно-финансовое или юридическое. К первому
юридическому способу обеспечения возврата кредита западные экономисты (как практики, так и представители науки) относят мнение
юриста. И хотя в нашей стране все несколько иначе, российским
юристам необходимо иметь четкое представление о рациональности
применения того или иного правового института.
Рассмотрим некоторые практические аспекты применения в
банковской практике правовых способов обеспечения обязательств,
связанных с привлечением дополнительного должника.
Особое внимание здесь следует уделить использованию поручительства и банковской гарантии как способу предоставления кредита.
Обеспечительный принцип, который позволяет объединить их в особую
группу, заключается в том, что исполнение обязательства должником
гарантировано обязательством других лиц перед кредитором, которые
гарантируют всем своим имуществом исполнение должником его
обязанностей. Кредитор в этом случае приобретает право общего
залога, то есть возможность обеспечивать свое требование всем
имуществом тех, кто принял на себя обязательство.
Право общего залога не является залогом в точном смысле данного
слова, поскольку залог — это вещное обеспечение, предметом которого
может быть определенная имущественная ценность, при ее реализации
177
кредитор-залогодержатель имеет преимущественное право удовлетворения по отношению ко всем другим кредиторам. Кредитор, который
может воспользоваться только правом общего залога, не является
залогодержателем, то есть его требования не гарантируются каким-либо
специальным способом обеспечения обязательств. Следовательно,
гарантия требования такого кредитора весьма относительна.
Банк, как и любое другое лицо, может использовать поручительство
и банковскую гарантию как способы обеспечения исполнения
обязательств или как форму кредитования. Это значит, что при
предоставлении клиентам кредитов банк может выступать как лицо,
принимающее поручительство или банковскую гарантию (кредитор
принципала), или как лицо, принимающее на себя ответственность за
клиента перед третьими лицами (поручитель, гарант), то есть лицо,
кредитующее клиента.
В качестве гаранта или поручителя банк выдает клиенту кредит,
который раньше назывался гарантийным и подвергался специальной
регламентации в уставах кредитных учреждений, что придавало ему
особое значение, объяснимое экономической эффективностью его
применения. Выдавая гарантийный кредит, банк не отвлекает
собственные кредитные средства, а дает возможность клиенту получить
их от третьего лица. И так как кредитор по основному обязательству
клиента приобретает право общего залога на имущество банка,
последнему необходимо обеспечить свои интересы каким-либо
имущественным способом, например залогом. Имея право предъявления
регрессного требования к лицу, за которое он выполнил обязательство,
банку особенно необходимо получить наиболее полные сведения о
своем клиенте.
Принимая поручительство или банковскую гарантию за третье лицо,
банк фактически получает еще одного вспомогательного должника, на
добросовестность и платежеспособность которого он рассчитывает.
Первым шагом при выдаче или принятии гарантии (пору-чительства)
должно быть решение банка о возможности работы с клиентом, которое,
однако, не создает никаких юридических отношений между банком и
клиентом. Специалистам банка надо проанализировать ряд документов,
подтверждающих легальность создания и регистрации клиента,
полномочия его должностных лиц, устойчивое финансовое и имущественное положение.
Наиболее хлопотная на практике ситуация, когда банк выдает
гарантийный кредит. Это оформляется двумя документами: собственно
банковской гарантией или договором поручительства и договором о
выдаче банковской гарантии или на предоставление поручительства.
Вторым этапом является согласование условий обеспечительных
документов.
Повышенного внимания юристов и работников кредитных служб
требуют вопросы, связанные с порядком оплаты кредита и вступлением
178
в силу гарантийных обязательств. В договоре на предоставление
поручительства в обязательном порядке должны найти отражение
следующие моменты:
1) порядок и срок согласования поручителем и бенефициаром
условий договора поручительства;
2) порядок заключения и вступления договора в силу;
3) порядок предоставления и юридического оформления обеспечения исполнения обязательства принципала перед поручителем;
4) срок и размер оплаты принципалом услуг поручителя по
оформлению договора поручительства;
5) размер и порядок внесения принципалом платы за пользование
средствами поручителя с момента исполнения им договора
поручительства и до удовлетворения принципалом регрессных
требований поручителя;
6) порядок предъявления регрессных требований и возмещения
понесенных поручителем убытков.
Так как этот договор строится на соединении условий договора
комиссии и кредитного договора (договора на открытие кредита в форме
поручительства), существенными для него будут условия о том, что:
1) поручитель открывает кредит принципалу путем предоставления
поручительства перед бенефициаром на определенных условиях и в
определенной сумме;
2) поручитель от своего имени совершает сделку с бенефициаром;
3) принципал вернет деньги, полученные в кредит, внесет плату за
пользование ими и возместит поручителю расходы по выдаче
поручительства, а также все возможные убытки, связанные с исполнением обязательства.
Сумма, которую банк запрашивает с клиента за предоставление
гарантии или поручительства, складывается из платы за оформление
договора и платы за пользование кредитом, которая варьируется в
зависимости от вида ответственности поручителя. Если клиент не
воспользовался поручительством, плата за пользование кредитом ему
может быть возмещена полностью либо частично, но может и не
возвращаться вовсе, так как это зависит от правил банка.
Наиболее удобный для банка способ оплаты услуг по предоставлению поручительства или гарантии — единовременный платеж.
Важно, чтобы клиент оплачивал эти услуги после согласования банкомпоручителем
и
кредитором
принципала
условий
договора
поручительства или после согласования банком-гарантом и кредитором
принципала условий гарантии, если выдается именная банковская
гарантия.
Банк-гарант должен убедиться, что плату за оформление и
пользование гарантией внес именно принципал. Если же она внесена по
просьбе принципала каким-либо другим лицом, не связанным с ним
179
договорными отношениями, банк обязан возвратить полученную сумму
по требованию плательщика.
Договора между принципалом и поручителем на предоставление
поручительства может и не быть — на практике он встречается довольно
редко. И хотя стороны вправе строить свои отношения, опираясь только
на нормы ГК РФ, игнорирование договора как главного
индивидуального правового средства по меньшей мере непонятно. Надо
учитывать, что договор на предоставление поручительства выполняет и
функции кредитного договора, а это дает сторонам возможность
использовать все преимущества, которыми он обладает (например,
обеспечение).
В соответствии со ст. 361 ГК поручительство представляет собой
договор, в силу которого поручитель обязывается перед кредитором
другого лица отвечать полностью или в части за исполнение
обязательства должником. Поручительством можно обеспечивать
обязательство, которое возникнет в будущем, например, из сделки,
совершенной под отлагательным условием. Но в любом случае
поручительство может служить обеспечением только тех договорных
действий, которые подлежат денежной оценке.
Поручительство является акцессорным (дополнительным) обязательством по отношению к основному долгу и существует постольку,
поскольку существует основной долг. Естественно, что с отпадением
основного долга (в частности, если недействительно основное
обязательство) поручительство прекращается. Главное условие,
предъявляемое п. 3 ст. 329 ГК к требованию, обеспеченному
поручительством, — его действительность.
Договор поручительства под страхом недействительности должен
быть совершен в письменной форме (ст. 362 ГК). Он может быть
заключен путем:
а) составления одного документа, подписанного сторонами —
поручителем и кредитором;
б) обмена документами посредством почтовой, телеграфной,
телетайпной, телефонной, электронной и иной связи, позволяющей
достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору
(п. 2 ст. 434 ГК).
Для возникновения обязательства нужен именно обмен документами, при этом ответ (акцепт) лица, которому было направлено
предложение (оферта), должен быть полным и безоговорочным (п. 2
ст. 438 ГК). Молчание или конклюдентные действия, то есть такое
поведение лица, из которого явствует его воля совершить сделку, не
принимается в качестве ответа на предложение заключить договор
поручительства, так как на этот счет нет прямого указания закона или
иного правового акта (п. 2 ст. 438 ГК).
Если кредитор, получивший оферту поручителя, обратится к
последнему с требованием выполнить условия договора, такие действия
180
не будут считаться действиями по выполнению указанных в оферте
условий договора. Дело в том, что предъявление такого требования —
организационное действие, направленное на получение платежей от другой стороны, то есть это действие управомоченной, а не обязанной
стороны. Следовательно, положения п. 3 ст. 438 ГК к процедуре
заключения договора поручительства применяться не могут.
Если кредитор не ответил на предложение заключить договор,
договора поручительства не возникает. Сторона, сделавшая предложение, должна ждать ответа в течение нормально необходимого для
этого времени, если в самом предложении не указан срок для ответа.
После истечения указанного срока выдавшая оферту сторона уже не
считается связанной обязательством.
Если получен ответ о согласии заключить договор на иных условиях,
чем предложено в оферте, такой ответ признается отказом от акцепта и в
то же время новой офертой (ст. 443 ГК).
Лучшее, что можно посоветовать практикам, — оформлять договор
поручительства путем составления одного документа, подписанного
сторонами.
В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным,
если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме,
достигнуто соглашение по всем существенным его условиям.
Существенными являются условия о предмете договора, условия,
которые названы в законе или иных правовых актах как существенные
или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия,
относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть
достигнуто соглашение.
В отношении договора поручительства существенными условиями,
без которых он считается незаключенным, будут: а) четкое указание, за
кого было выдано поручительство; б) данные, позволяющие
идентифицировать основное обязательство между должником и
кредитором.
Если в договоре не указан объем ответственности поручителя (то
есть степень распространения поручительства на долг): отвечает ли
поручитель за исполнение обязательства должником полностью или
частично (если частично, то в какой части), а также основание
ответственности, то в соответствии с пп. 1 и 2 ст. 363 ГК поручитель
несет солидарную ответственность, то есть отвечает в том же объеме,
как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных
издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных
неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства
должником. Когда поручитель и должник отвечают солидарно, кредитор
может рассматривать поручителя как обычного должника, так как по
условиям ст. 323 ГК при солидарной ответственности должников (в
нашем случае должника по основному обязательству и поручителя)
кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников
181
совместно, так и от любого из них в отдельности, как полностью, так и в
части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от
одного из солидарных должников, имеет право требовать
недополученное от остальных солидарных должников — они остаются
обязанными до тех пор, пока обязательство не будет полностью
исполнено, но, однако, в пределах годичного или двухгодичного (в
зависимости от ситуации) срока исковой давности (п. 4 ст. 367 ГК).
Стороны в договоре могут предусмотреть и субсидиарную
(дополнительную) ответственность поручителя, при которой он отвечает
перед кредитором за неисполнение или ненадлежащее исполнение
должником обязательства в той части, которая определена договором
поручительства. Раньше основание применения субсидиарной
ответственности порождало споры между сторонами из-за разной трактовки, но теперь эти противоречия сняты. При субсидиарной
ответственности кредитор приобретает дополнительного должника, то
есть к нему можно обращаться только при недостаточности средств у
основного должника (п. 6 ст. 68 Основ гражданского законодательства
Союза ССР и республик). Однако обращение взыскания на имущество
основного должника — процедура довольно долгая, поэтому в практике
арбитражных судов недостаточность средств у основного должника
стали трактовать как недостаточность у него только денежных средств
(письмо Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 января 1994 года
№ ОЩ-7/ОП-48).
Пунктом 1 ст. 399 Кодекса предусмотрено, что основанием
обращения к поручителю, несущему субсидиарную ответственность с
должником, является отказ основного должника удовлетворить
требование кредитора или неполучение кредитором от должника в
разумный срок ответа на предъявленное требование. При этом кредитор
не вправе требовать от лица, несущего субсидиарную ответственность,
удовлетворения его требования, если оно может быть удовлетворено
путем зачета встречного требования к основному должнику либо
бесспорного взыскания средств с основного должника (п. 2 ст. 399 ГК).
А так как для зачета достаточно заявления одной стороны, этот вариант
прекращения кредитного обязательства реален, если в договоре, зачетом
которого прекращается кредитный договор, или в них обоих нет запрета
на зачет (ст. 410, 411 ГК).
Взыскать средства с основного должника в бесспорном порядке без
распоряжения клиента можно только по решению суда, если иное не
предусмотрено законом или договором между банком и клиентом (п. 2
ст. 854 ГК). Распоряжение владельца счета о бесспорном списании
должно содержаться в договоре, по которому будет происходить
списание, в договоре на ведение счета и в письменном уведомлении
обслуживающего банка об этом условии, содержащемся в договоре, и о
своем согласии на бесспорное списание сумм. Обязать клиента написать
такое распоряжение и не отзывать его в течение срока действия
182
кредитного обязательства невозможно, следовательно, списать задолженность кредитор может только с заемщика, имеющего действующий
счет в банке-кредиторе.
Обязательство должника может быть обеспечено вещной гарантией
(например, договором о залоге имущества), предоставленной должником
или третьим лицом в интересах должника, и поручительством, при
котором поручитель является солидарным должником. Кредитор может
предпочесть не воспользоваться вещной гарантией, а сразу обратиться к
поручителю, и поручитель должен будет выполнить обязательство. Его
же регрессное требование к должнику обеспечивается той вещной
гарантией, которой располагал кредитор (п. 1 ст. 365 ГК).
Это правило отсутствовало в прежнем законодательстве. Бесспорно,
оно укрепляет положение поручителя, давая ему возможность получить
удовлетворение от должника, за которого он поручился. Однако
обязанность кредитора передать поручителю права, принадлежащие ему
как залогодержателю, не подкреплена дополнительными мерами неблагоприятного характера. В ГК нет жесткого требования для кредитора
сохранить для поручителя все виды обеспечения его требования. В
некоторых странах (например, во Франции) эта обязанность кредитора
укрепляется страхом потери той гарантии, которую давало поручительство.
Договор поручительства прекращается по одному из пяти оснований, указанных в ст. 367 ГК:
1) с прекращением обеспеченного поручительством обязательства;
2) в случае изменения обязательства, обеспеченного поручительством, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего;
3) с переводом на другое лицо долга по обеспеченному поручительством обязательству, если поручитель не дал кредитору согласия
отвечать за нового должника;
4) с отказом кредитора принять надлежащее исполнение,
предложенное должником или поручителем;
5) с истечением указанного в договоре поручительства срока, на
который оно дано.
Согласие поручителя на изменение основного обязательства, в
обеспечение которого выдано поручительство, может быть выражено
несколькими способами. Во-первых, путем согласования поручителем,
кредитором и должником изменений, вносимых в обеспечиваемый
договор, и подписания единого документа тремя сторонами. Во-вторых,
путем подписания дополнения к договору поручительства, в котором
указывается, что поручителю известны новые изменения основного
договора и он согласен отвечать за должника на изменившихся
условиях. В-третьих, возможно пред-варительное согласование с
поручителем. Например, в тексте до-говора поручительства поручитель
обязывается отвечать за воз-врат кредитов, уже выданных или которые
183
могут быть выданы за-емщику в определенный период, в установленном
размере и за уплату процентов, а в тексте договора поручительства нет
ссылки на конкретный кредитный договор. Поручитель по такому
предва-рительному согласованию заранее исходит из возможности
предо-ставления банком кредита на любых условиях, то есть поручитель
принимает на себя обязанность погасить основную задолженность и
проценты, не устанавливая каких-либо ограничений и не требуя согласования с ним условий кредитного договора. В этом случае кредитор и
должник могут по взаимной договоренности изменять размер платы за
кредит.
С учетом практики делового оборота законодатель ввел в ст. 367 ГК
совершенно новые положения, касающиеся порядка оп-ределения срока,
на который дано поручительство. Когда стороны не определили в
договоре поручительства срок его действия, по-ручительство
прекращается, если кредитор не предъявил иск к по-ручителю в течение
года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства. В том случае, если стороны по основному
обязательству определили срок его исполнения моментом востребования
или не определили вовсе, поручительство прекращается, если кредитор
не предъявил иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения
договора поручительства.
Банк может выступать в договоре поручительства как кредитор по
основному обязательству, обеспеченному поручительством, или как
поручитель. Когда банки или другие юридические и физические лица
выступают поручителями и выполняют основное обязательство за
должника, к ним переходят все права кредитора по этому обязательству,
а на стадии предъявления требования кредитором к поручителю они
вправе выдвигать против требования кредитора возражения, которые
мог бы предъявить должник, если иное не вытекает из договора
поручительства.
Но банки чаще принимают поручительства по обязательствам
клиентов, чем сами являются поручителями. В современном законодательстве нет ограничений по субъектному составу лиц, которые
могут выступать поручителями, то есть поручителем может быть любое
лицо — юридическое или физическое, которое по финансовым и другим
принятым в банковской практике характеристикам соответствует
требованиям банка.
Право коммерческих банков выдавать банковские гарантии
первоначально было закреплено в Законе от 2 декабря 1990 года "О
банках и банковской деятельности в РСФСР". Затем это право получило
более подробную регламентацию в § 6 "Банковская гарантия"
главы 23 Гражданского кодекса Российской Феде-рации.
Банковские гарантии выдаются в форме письма. Выдавать такие
письма могут банки, кредитные учреждения или страховые компании.
Четко определенный в законе субъектный состав гарантов породил
184
странную практику. Юристы некоторых банков твердо уверены, что с
вступлением в силу нового Гражданского кодекса банки могут выдавать
только банковские гарантии и не могут быть поручителями.
Такой вывод не основан на законодательстве, так как ни один акт не
содержит запрета для банка быть поручителем, то есть предоставлять
клиентам гарантийный кредит. Наоборот, выдача за третьих лиц
поручительств, гарантий и иных обязательств, предусматривающих
исполнение в денежной форме, является в соответствии с п. "е" ст. 5
Закона "О банках и банковской деятельности в РСФСР" одной из
банковских операций.
На основании ст. 368 ГК банковская гарантия представляет собой
выданное гарантом по просьбе другого лица (принципала) письменное
обязательство уплатить кредитору принципала (бене-фициару) в
соответствии с условиями гарантии денежную сумму по представлении
последним письменного требования о ее уплате. Содержанием обязательства по гарантии всегда является надле-жащее исполнение
принципалом его обязательства перед бене-фициаром.
Существенными условиями обязательства гаранта являются:
а) указание, за кого оно выдано. Сведения должны быть указаны с
такой степенью четкости, которая бы позволила безошибочно
идентифицировать принципала;
б) пределы обязательства гаранта, то есть сумма, на которую выдана
гарантия. Должна быть указана именно сумма, а не порядок ее
определения, так как гарантия независима от основного обязательства;
в) срок действия гарантии.
Гарантия носит самостоятельный характер, то есть в силу ст. 370 ГК
обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях
между ними от того основного обязательства, в обеспечение исполнения
которого она выдана, даже если в гарантии содержится ссылка на это
обязательство. Из этого следуют два вывода:
1) гарантия может быть выдана определенному кредитору
принципала и в ее тексте этот кредитор будет указан, а может быть
выдана любому кредитору принципала, то есть бенефициаром по этой
гарантии может быть любой кредитор принципала в пределах суммы и
срока, на который выдана гарантия, при наступлении определенных
условий;
2) гарантия не прекращается в случае недействительности основного
долга (п. 2 ст. 376 ГК), так как по гарантии обязанное лицо гарантирует
кредитора принципала от убытков при наступлении определенных
условий (например, при неплатежеспособности должника).
Реализация гарантии происходит в результате одностороннего
принятия решения бенефициаром, то есть исключается возможность
возникновения каких-либо споров. В соответствии со ст. 374 Кодекса
требование бенефициара по банковской гарантии должно быть
представлено гаранту в письменной форме с указанием, в чем состоит
185
нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия, и с приложением ука-занных в гарантии
документов. Гарант вправе отказать бенефициару, если предъявленное
требование или приложенные к нему документы не соответствуют
условиям гарантии (п. 1 ст. 376 ГК).
Однако это требование закона не исключает выдачу гарантий, по
которым гарант исполняет свое обязательство без предъявления
бенефициаром каких-либо документов, а только по простому
письменному требованию. Следовательно, с точки зрения основания для
реализации гарантии делятся на условные и безусловные. Реализация
условной гарантии зависит от выполнения бенефициаром определенных
условий, более или менее выгодных для него. Безусловные гарантии
выставляются банками, как правило, по поручению крупных постоянных
клиентов, но по таким гарантиям требуется внесение обеспечения.
Если иное не предусмотрено гарантией, она вступает в силу со дня
ее выдачи, не может быть отозвана гарантом, а право требования по ней
не может быть передано другому лицу (ст. 371–373 ГК).
Выданные гарантии обычно следует регистрировать по следующим
реквизитам:
— номер гарантии, являющийся одновременно и номером лицевого
счета, по которому эта гарантия ставится на учет:
— наименование клиента, по поручению которого выдана гарантия;
— наименование фирмы, в пользу которой выдана гарантия;
— дата гарантии;
— сумма гарантии;
— срок действия гарантии;
— особые отметки.
Гарантия направляется в адрес бенефициара с просьбой подтвердить
ее получение, а копия этой гарантии передается клиенту, выдавшему
поручение на ее выдачу.
На основании Плана счетов бухгалтерского учета в банках
Российской Федерации выданные банком обязательства учитываются на
внебалансовом счете 9925 "Гарантии, поручительства, выданные
банком". В аналитическом учете ведутся лицевые счета по клиентам,
получившим данный вид услуг в сумме гарантии, поручительства. В
аналитическом учете по счету 9925 ведутся отдельные лицевые счета по
каждой гарантии, акцепту как по расчетам внутри страны, так и по
международным расчетам. По приходу счета отражаются суммы
выданных гарантий и акцептов. По расходу проводятся суммы
неиспользованных гарантий и акцептов по истечении срока.
Гарантия прекращается и снимается с учета после уплаты бенефициару суммы, на которую выдана гарантия, с окончанием
определенного в гарантии срока, на который она выдана, при отказе
бенефициара от своих прав по гарантии и возвращении ее гаранту, при
186
получении письменного заявления бенефициара об освобождении
гаранта от его обязательств (п. 1 ст. 378 ГК).
По ряду причин при выдаче банковских гарантий особенно важно
заключать договоры на предоставление гарантии.
Во-первых, в силу п. 1 ст. 379 Кодекса право требовать в порядке
регресса от принципала возмещения сумм, уплаченных бенефициару по
банковской гарантии, у гаранта возникнет, если такое право определено
договором на предоставление банковской гарантии, во исполнение которой она выдана.
Во-вторых, в соответствии с п. 2 ст. 369 ГК принципал должен
уплатить гаранту вознаграждение за выдачу гарантии. Удобнее всего
порядок и размер оплаты согласовать в этом договоре. Гаранту удобнее
определить в гарантии, что она вступает в силу с момента оплаты, то
есть банковская гарантия оформляется как сделка под отлагательным
условием. Однако это вызывает недовольство бенефициара, которому
необходимо в этом случае требовать от принципала платежные
документы с отметкой об оплате и возвращать гарантию, если она не
вступила в силу. Для гаранта это также неудобно, так как ему
необходимо провести гарантию по счету 9925 в день выдачи, хотя он не
знает, принята она или нет. Поэтому лучший способ — это получение
платы за выдачу гарантии, а затем собственно выдача. При таком
порядке выдачи гарантий может потребоваться согласование условий
гарантии бенефициаром.
В-третьих, в случае, если в гарантии предусмотрена ответственность
гаранта за нарушение им обязательства перед бенефициаром, гарант
лишается права требовать от принципала этих сумм, если не
предусмотрит такое право в договоре на предоставление гарантии.
В настоящее время в нашей стране четко прослеживается развитие, с
одной стороны, вещных способов обеспечения в сочетании с
поручительством, а с другой стороны — обезличенных гарантий, при
которых риск неисполнения несет все более расширяющийся круг лиц.
А в мире уже в 70-х годах наметилась тенденция восстановления
значения личного обеспечения. Это связано с накоплением оборотного
капитала. Управляемая экономика Запада стремится создать тесные
связи между группами физических и юридических лиц. Довольно часто,
например, банк предоставляет кредит акционерному обществу или
товариществу, в котором одному физическому лицу принадлежит
большая часть акций или долей, лишь при условии предоставления
поручительства со стороны лица, контролирующего акционерное
общество или товарищество.
Г. АВАНЕСОВА,
юрист департамента правового обеспечения
Международного промышленного банка
187
Отвечаем
на вопросы
читателей
В договоре на поставку товаров
сторонами была предусмотрена
их
оплата
платежными
требованиями.
Однако
поставщик направил в банк
покупателя платежное требование-поручение, которое бы-ло
оплачено несвоевременно. Вправе
ли поставщик требовать уплаты
штрафных санкций за просрочку
платежа?
Существует
ли
различие в оплате указанных
платежных документов?
Р. Куксинова
(г. Белгород)
Платежное
требование
и
платежное требование-поручение
содержат требование получателя
средств к плательщику оплатить
стоимость
поставленного
по
договору
товара,
а
также
требование получателя средств к
обслуживающему
его
банку
получить причитающуюся ему
денежную сумму.
В соответствии с п. 1.3 Положения о безналичных расчетах в
РФ (приложение к письму
Центрального банка РФ от 9 июля
1992 года № 14 с изменениями от
19
мая
1993
года)
при
безналичных расчетах допускается использование платежных
поручений, чеков, аккредитивов,
платежных
требованийпоручений.
Форма
расчетов
между плательщиком и получателем средств определяется договором. Вместе с тем, учитывая
традиционно
сложившиеся
188
отношения поставщиков и покупателей, банки в соответствии с
заключенными договорами вправе
принимать платежные требования
(письмо Центрального банка РФ
от 9 июля 1992 года № 14).
Для расчетов платежными
требованиями необходимо, что-бы
эта
форма
расчетов
была
предусмотрена: а) в договоре
между поставщиком и покупателем; б) в договоре банковского
счета между поставщиком и
обслуживающим его банком; в) в
договоре
банковского
счета
между покупателем и обслуживающим его банком (пп. 1.3 и 1.4
письма Банка России от 30 июня
1994 года № 98). Для расчетов
платежными
требованиямипоручениями нет необходимости
соблюдать все три условия, так
как обязанность банка выполнять
расчетные операции на основании
платежных требований-поручений
закреплена в законодательстве —
Положении
о
безналичных
расчетах в РФ и поэтому не
зависит от того, возложена ли она
на банк в договоре банковского
счета.
Расчеты платежными требованиями и платежными требованиями-поручениями
осуществляются по инициативе получателя денежных средств (поставщика),
который
должен
представить платежные документы в банк, с которым у него
есть договор банковского счета
(п. 1.3 письма Банка России от 30
июня 1994 года № 98).
Поступившие в банк плательщика платежные требованияпоручения,
платежные
тре-
бования оплачиваются покупателями только в порядке предварительного
акцепта
(п. 1.6
письма Банка России от 30 июня
1994 года № 98). Платежные
требования
оплачиваются
в
порядке
предварительного
отрицательного акцепта, то есть
для списания денежных средств со
счета плательщика достаточно,
чтобы плательщик в течение трех
рабочих дней со дня, следующего
за днем поступления расчетных
документов в банк плательщика,
представил в банк заявление об
отказе от акцепта (п. 1.6 письма
Банка России от 30 июня 1994
года № 98). Платежные требования-поручения оплачиваются в
порядке
положительного
предварительного акцепта, то есть
списание денежных средств со
счета плательщика происходит,
если плательщик в течение трех
рабочих дней представил в
обслуживающий его банк свое
письменное согласие платить,
оформленное подписями лиц,
уполномоченных распоряжаться
расчетным (текущим) счетом, и
оттиском печати.
В ситуации, описанной в
письме Р. Куксиновой, поставщик,
направив в банк покупателя
платежное требование-поручение,
тем
самым
предложил
покупателю внести изменения в
договор поставки. Своим акцептом платежного требованияпоручения покупатель дал согласие внести изменения в договор и совершил действия, направленные
на
выполнение
условий договора (п. 1 ст. 452 ГК
РФ).
189
Обязательство
покупателя
произвести расчет за поставленный товар считается исполненным в месте нахождения
плательщика-должника (а имен-но
в месте нахождения банка) в
момент списания суммы долга с
расчетного счета плательщика
(покупателя). При проведении
операций по платежным требованиям и платежным требованиям-поручениям
банк
плательщика действует как представитель получателя средств
(поставщика)
и
плательщика
(покупателя). Поэтому с момента
списания
суммы
денежного
обязательства с расчетного счета
плательщика (покупателя) он
считается исполнившим свое
обязательство по оплате товара.
Следовательно, сумма, не зачисленная на счет получателя
(поставщика) после списания со
счета плательщика, принадлежит
получателю (поставщику), а не
плательщику
(покупателю) и
право требовать в исковой форме
у банка плательщика и банка
получателя возврата денежных
средств, возмещения убытков и
т. п. имеет только получатель
(поставщик).
Банки в случае несвоевременного
или
неправильного
зачисления на счет или списания
со счета клиента денежных
средств выплачивают проценты на
сумму этих средств по ставке
рефинансирования Банка России
(ст. 31 Федерального закона "О
внесении изменений и дополнений
в Закон РСФСР "О банках и
банковской
деятельности
в
РСФСР"). В случае причинения
клиентам убытков неисполнением
или ненадлежащим исполнением
обязательств банки возмещают
убытки (п. 1 ст. 392 и ст. 15 ГК).
_______
Подлежат ли взысканию проценты за незаконное использование
денежных
средств
(ст. 395 ГК) наряду с установленной в договоре неустойкой?
В. Ошмарин
(г. Орел)
Установленные в ст. 395 ГК
проценты за незаконное использование денежных средств являются особой разновидностью
гражданск-правовых
санкций,
которые нельзя отнести ни к
неустойке, ни к убыткам. Данные
санкции могут применяться к
должнику независимо от факта
заключения
договора
между
кредитором и должником. Следует иметь в виду, что в ст. 395
ГК предусмотрен общий порядок
применения
санкций
за
незаконное использование денежных средств. Однако если
законом или договором предусмотрены иные меры ответственности за незаконное использование
денежных средств (например, за
просрочку платежа в договоре
установлена
неустойка),
применяются
именно
эти
специальные меры. При этом
кредитор,
получивший
имущественное удовлетворение за
счет взыскания с должника
неустойки, не вправе требовать
выплаты процентов согласно
ст. 395 Кодекса.
_______
190
Могут ли стороны в договоре
предусмотреть
безакцептное
списание денежных средств по
обязательствам, вытекающим из
такого договора?
Р. Белов
(г. Волгоград)
В соответствии с п. 2 ст. 854
Кодекса банк вправе списывать
денежные средства, находящиеся
на счете клиента, без распоряжения последнего только по
решению суда, а также в случаях,
установленных
законом
или
предусмотренных
договором
между банком и клиентом. Если
плательщик и кредитор в заключенный между ними договор
включили условие, дающее кредитору право на бесспорное
списание причитающихся ему
денежных средств, плательщик
обязан в письменной форме
сообщить банку об этом условии и
о своем согласии на бесспорное
списание сумм. В этом письме или
в тексте договора банковского
счета, как следует из п. 2 письма
Высшего Арбитражного Суда РФ
от 20 мая 1993 года № С-13/ОП167
"Об
отдельных
рекомендациях, при-нятых на
совещаниях
по
судебноарбитражной практике", должно
быть указано, какой именно
кредитор вправе списывать со
счета должника денежные суммы
в бесспорном порядке. Кроме
этого указывается, за какую
продукцию
(товары,
работы,
услуги) могут быть списаны
средства.
При
безакцептном
списании средств плательщика по
требованию
кредитора
банк
руководствуется
названным
письмом
плательщика
или
договором банковского счета,
заключенным с плательщиком.
Данные разъяснения Высший
Арбитражный Суд РФ подтвердил
в письмах от 18 августа 1994 года
№ С1-7/ОП-582 "О праве сторон
включать в договор условия о
списании средств со счетов
предприятий
в
безакцептном
порядке" и от 23 августа 1994 года
№ С3-8/ОП-598 "О возможности
использования
безакцептного
порядка
списания
средств".
Однако было указано, что данные
рекомендации
не
могут
применяться
к
отношениям,
связанным с межбанковскими
расчетами,
поскольку
корреспондентские счета банков, в
отличие от счетов предприятий и
организаций, используются для
отражения
операций
по
межбанковским расчетам, проводимым как в интересах самого
банка (владельца счета), так и его
клиентов.
_______
В каком порядке по действующему законодательству происходит возложение субсидиарной
ответственности
на
учредителя
индивидуального
частного предприятия по долгам
последнего?
Б. Левин
(г. Ростов)
Возможность создания юридических лиц в форме индивидуального частного предприятия была предусмотрена Законом
РСФСР "О предприятиях и
предпринимательской
деятельности". Согласно п. 3 ст. 8 этого
Закона на собственника такого
191
предприятия могла быть возложена ответственность по обязательствам предприятия. При этом
должны были соблюдаться общие
условия
субсидиарной
ответственности. Иначе говоря,
возложение
дополнительной
ответственности на собственника
предприятия допускалось при
недостаточности у предприятия
денежных средств и иного
имущества для удовлетворения
требований кредиторов. Однако
на
практике
возможность
применения субсидиарной, или
дополнительной, ответственности
была значительно ограничена. Это
было вызвано тем, что пределы
подобной ответственности определялись уставом индивидуального предприятия, то есть самим
собственником
предприятия.
Очевидно, что дополнительная
ответственность
собственника
предприятия по обязательствам
последнего
сводилась
к
минимуму.
Со дня официального опубликования части первой Гражданского кодекса РФ коммерческие организации могут создаваться только в тех организационно-правовых
формах,
которые предусмотрены для них
главой 4 Кодекса (п. 1 ст. 6 Федерального закона "О введении в
действие части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации"). Таким образом, с
указанного момента создание
юридических лиц в форме индивидуальных
предприятий
не
допускается. Действующие индивидуальные
предприятия
подлежат до 1 июля 1999 года
преобразованию в хозяйственные
товарищества
и
общества,
кооперативы либо ликвидации. До
этого момента на них распространяется правовой режим,
установленный Кодексом для
унитарных предприятий, основанных на праве оперативного
управления. В п. 5 ст. 115 ГК не
предусматривается ограничение
размера субсидиарной ответственности, поэтому не должны
применяться локальные нормы
устава индивидуального частного
предприятия,
устанавливающие
ограничение
размера
субсидиарной
ответственности
собственника имущества, переданного предприятию, по обязательствам последнего. Дополнительная ответственность возлагается в полном объеме по всем
обязательствам индивидуального
предприятия, не обеспеченным
его активами.
_______
Возможно ли по действующему
законодательству
обращение
взыскания
в
порядке
исполнительного производства на
принадлежащие
государственному
предприятию
основные средства и оборотные
фонды, которые необходимы для
нормальной
деятельности
предприятия?
Л. Дворская
(г. Певек)
В настоящий момент в российском законодательстве, регулирующем исполнительное производство, имеются существенные противоречия. Так, ст. 411
ГПК РСФСР содержит правило,
запрещающее наложение взыс192
кания на основные средства государственных предприятий, а
также на необходимые для их
нормальной деятельности оборотные фонды в случае отсутствия у указанных предприятий
денежных средств, достаточных
для погашения требований кредиторов. В то же время сог-ласно
п. 2 ст. 56 ГК РФ все юридические
лица,
за
исклю-чением
финансируемых собст-венником
учреждений, отвечают по своим
обязательствам
всем
принадлежащим им имущест-вом.
Учреждения
несут
ответственность лишь денежными
средствами, находящимися в их
распоряжении. Если денежная
сумма, которой они распола-гают,
недостаточна для удовлет-ворения
требований
кредито-ров,
возможно
возложение
субсидиарной ответственности на
собственника, финансирующего
учреждение.
На практике у судов часто
возникали сомнения по поводу
выбора одной из двух указанных
выше норм. Представляется, что с
момента вступления в действие
части первой ГК РФ подлежит
применению
правило,
содержащееся в п. 2 ст. 56 ГК,
поскольку Кодекс в области
регулируемых им отношений
имеет высшую юридическую силу
по
отношению
к
иным
нормативным актам. Именно
такая позиция получила отражение в Указе Президента РФ от
14 февраля 1996 года № 199 "О
некоторых мерах по реализации
решений об обращении взыскания
на имущество организаций" и в
утвержденном
этим
Указом
Временном положении о порядке
обращения
взыскания
на
имущество организаций. Действие
Указа
распространяется
на
хозяйственные
общества
и
товарищества, а также на иные
юридические
лица,
кроме
финансируемых
собственником
учреждений, то есть и на государственные предприятия. Обращение взыскания на имущество
государственного
предприятия
производится после получения
взыскателем
либо
лицом,
осуществляющим взыскание, в
качестве которого обычно выступает судебный исполнитель,
отметки банка, обслуживающего
должника, о недостаточности
находящихся на счете должника
денежных средств для удовлетворения требований кредиторов.
Правда,
сначала
судебный
исполнитель направляет должнику требование об удовлетворении претензий кредиторов в
добровольном порядке, которое
должно быть исполнено в течение
пяти дней. И только после
невыполнения указанного требования происходит обращение
взыскания на имущество. На
имущество
государственного
предприятия судебным исполнителем налагается арест не
позднее месяца со дня вручения
должнику требования о добровольном погашении задолженности. Он может быть наложен на
имущество
одновременно
с
вручением такого требования. На
практике к моменту получения
кредитором
исполнительного
листа имущество должника часто
193
уже находится под арестом. Арест
здесь применяется как мера
обеспечения иска в порядке ст. 75,
76 АПК РФ.
Указ устанавливает очередность реализации имущества.
Объекты недвижимости, а также
иные основные средства государственного
предприятия,
предназначенные для непосредственного участия в производственной деятельности, включены
в третью очередь. Они могут быть
отнесены и к четвертой очереди,
если на момент реализации
имущества переданы должником
третьим лицам по договору
аренды, иным договорам. При
этом принимаются меры по
расторжению таких договоров.
Представляется,
что
данное
правило вступает в противоречие
с п. 1 ст. 617 ГК, в котором
указано, что переход права
собственности (хозяйст-венного
ведения, оперативного управления, пожизненного на-следуемого
владения) на сдан-ное в аренду
имущество к дру-гому лицу не
является
основанием
для
изменения
или
расторжения
договора аренды.
Следует отметить, что Указ
существенным образом ограничивает саму возможность реализации основных средств государственного предприятия. Де-ло
в том, что согласно п. 10 этого
Указа при наложении ареста на
основные
средства
государственного
предприятия
лицо или орган, наложивший
арест, обязан в трехдневный срок
уведомить об этом Федеральное
управление
по
делам
о
несостоятельности (банкротст-ве)
при ГКИ РФ. Копия уведомления
в тот же срок направляется в
налоговый
орган,
контролирующий
осуществление
должником платежей в бюджет,
который в недельный срок со дня
получения такого уведомления
представляет
Федеральному
управлению
по
делам
о
несостоятельности (банкротст-ве)
документы, необходимые для
возбуждения дела о бан-кротстве
в соответствующем ар-битражном
суде.
Федеральное
управление,
определив характер возможных
последствий реализации имущества государственного предприятия, может возбудить дело о его
банкротстве. При этом процесс
реализации имущества приостанавливается. Когда речь идет об
обычной реализации имущества
на комиссионных началах, без
ликвидации юридического лица
(недвижимость реализуется с
публичных торгов в порядке,
предусмотренном ст. 447–449 ГК),
существует большая вероятность,
что общая сумма взысканных
денежных средств будет делиться
между кредиторами пятой очереди пропорционально размеру
требований каждого кредитора,
поскольку лица, принадлежащие к
предыдущим очередям, не всегда
своевременно заявляют свои требования.
Если же имущество реализуется
вследствие
ликвидации
государственного предприятия изза признания его банкротом,
устанавливается особый порядок
уведомления всех кредито-ров
194
юридического лица о ликвидации
последнего, что с неизбежностью
ведет к образованию очередности
в удовлетворении кредиторских
требований. Обы-чные кредиторы
в соответствии со ст. 64 ГК
попадают в самую последнюю
пятую очередь, что сводит к
минимуму возможность хотя бы
частичного удовлетворения их
требований. Взыскание налогов и
иных обязательных платежей в
бюджетные и внебюджетные
фонды производится в порядке
четвертой очереди. Очевидно, что
для Федерального управления по
делам
о
несостоятельности
(банкротстве) более выгодным в
такой ситуации является возбуждение в суде дела о банкротстве предприятия с приостановлением реализации имущества
в
рамках обычного исполнительного производства.
XXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXX
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:
В.Д.Карпович (главный редактор), Т.М.Брагинская,
В.Г.Кузнецов, Т.Н.Петрова, Т.Л.Свириденко, М.К.Юков
_________________________________________________________________
Технический редактор В.Г.Авдеева
__________________________________________________________________________
Подписано к печати 01.07.96. Формат 84 x 108 1/32. Высокая печать.
Бумага типогр. № 2. Усл.печ.л. 10,08.
Уч.-изд.л. 11,4. Тираж 22 300 экз. Заказ № 210.
Адрес редакции:
103809, ГСП, Москва, К-9, ул. Б. Дмитровка (бывш. Пушкинская), д.9, строение 8
Телефоны: 292-07-00, 292-15-73 (отдел писем)
__________________________________________________________________________
Отпечатано в Московской типографии № 13 Комитета РФ по печати
107005, Москва, Денисовский пер., д.30
__________________________________________________________________________
195
Документ
Категория
Типовые договоры
Просмотров
301
Размер файла
1 340 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа